Всего новостей: 2225895, выбрано 8 за 0.108 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Черногория. Сербия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 сентября 2017 > № 2300320 Елена Милич

Американские санкции против Додика — одно из лучших решений Запада за последние несколько лет

Тамара Никчевич (Tamara Nikčević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Почему черногорский премьер Маркович игнорирует факты и говорит, что сегодня у Белграда и Подгорицы самые лучшие отношения за последние 20 лет? Почему премьер Македонии Заев молчит об «афере Живалевич»? Действительно ли Бакир Изетбегович настолько наивен, чтобы утверждать, что сумеет вместе с президентом Вучичем «усмирить» Додика? Елена Милич, директор белградского Центра евроатлантических исследований, отвечает в интервью порталу Avangardа на эти вопросы и объясняет, почему балканские лидеры боятся Вучича. Также Милич комментирует события в Македонии, после которых стало ясно, что Вучич не ведет Сербию на Запад.

«Недавний конфликт Белграда со Скопье — это, прежде всего, результат усилившегося давления со стороны Москвы, а также общей уверенности российских и сербских властей в том, кто „босс" на Западных Балканах», — считает Милич. Она также отвечает на вопрос, возложила ли Россия на Сербию обязательство дестабилизировать Балканы. Милич говорит о необходимости контролировать «систему безопасности, части которой разрозненны, но между ними установился определенного рода „баланс". Как только он будет каким-то образом нарушен, Сербия спровоцирует политический кризис и дестабилизирует регион». Милич рассказывает о политике международного сообщества и о том, что столь акцентируемая в последнее время дискуссия о так называемой «стабилократии» и коррупции отодвинула на задний план очень важный вопрос о нереформированной системе безопасности в странах региона.

Конечно, ходят слухи о том, что одна служба шпионит за другой, и это, как в случае Сербии, приводит, с одной стороны, к созданию внутренних и внешних врагов, а с другой — к гомогенизации на этой основе общества. В такой обстановке только одна сторона (российско-китайская) остается якобы честным и надежным партнером и другом Белграда. Ситуация осложняется «искусственными скандалами, дестабилизирующими регион, разговорами о референдуме против вступления в НАТО, и о том, что вступление Сербии в ЕС испортит отношения Белграда с Москвой… Однако все это, конечно, делается в интересах „матушки-России". С этой линией во многом согласуется и нынешняя сербская внешняя политика, главный акцент в которой опять делается на Косово».

Через три дня после первых публикаций из сербских СМИ, подконтрольных государству, полностью исчезла вся информация о «скандальном», «постыдном», «подлом» и «отвратительном» плане македонских спецслужб, заручившись поддержкой «внешнего фактора», следить и прослушивать не только сотрудников сербского посольства в Скопье, но и президента Сербии Александра Вучича. Без него ни один подобный фарс в регионе, по-видимому, обойтись не может.

В тот же день, когда до общественности донесли детали упомянутого «скандала», правительство Сербии демонстративно вызвало своих дипломатов из посольства в Скопье в Белград для немедленной консультации. Во всем этом фарсе, который многим напомнил известную пьесу и фильм Душана Ковачевича «Балканский шпион», помимо уже упомянутой главной звезды (президента Вучича) свою роль великолепно исполнил глава МИДа Сербии Ивица Дачич. В исступлении он пригрозил македонцам, что в отмщение за мнимый шпионаж Сербия пересмотрит свое решение признать бывшую югославскую республику под названием Македония. И это было не смешно, а мучительно и постыдно. Ведь мы наблюдаем еще один агрессивный и непродуманный шаг белградской власти. К сожалению, последние несколько лет в нашем регионе было предпринято много подобных шагов.

В конце этого плохого и утомительного кино мало кто поверил, что только «продолжительный и откровенный телефонный разговор между премьером Македонии Зораном Заевым и президентом Сербии Александром Вучичем (а не премьером Аной Брнабич!) разрешил эту явно выдуманную проблему. Точно так же, несмотря на усилия подконтрольных государству СМИ и проправительственных аналитиков, никто не поверил, что за всем этим фарсом стояло желание Белграда «заранее предупредить» Македонцев о том, как им нужно голосовать по вопросу о принятии Косово в ЮНЕСКО.

Министр временного правительства Косово, отвечающий за иностранные дела, Эммануэль Демай предварительно пояснил, что Приштина еще не подала заявку на вступление в ЮНЕСКО, прежде всего потому, что пока не приняты два закона: закон о свободе вероисповедания и закон о культурном наследии. А эти нормы являются условием для того, чтобы вопрос о вступлении Косово в ЮНЕСКО был вынесен на повестку дня заседания. Поскольку косовская Скупщина еще не сформирована, что дополнительно затягивает принятие двух упомянутых законов, вряд ли можно ожидать, что до конца 2017 года у Косово появится возможность подать заявку на участие в этой международной организации. Тогда что же вызвало у президента Вучича такой приступ гнева, который на прошлой неделе обрушился на Скопье?

Елена Милич: Недавний конфликт Белграда со Скопье — это, прежде всего, результат усилившегося давления со стороны Москвы, а также общей уверенности российских и сербских властей в том, кто «босс» на Западных Балканах. Хотя в конфликте между Сербией и Македонией российское влияние было очевидным, сейчас я не могу точно сказать, что стояло за подобной реакцией сербских властей: политический расчет, или просто совпали мнения Москвы и Белграда по поводу политики правительства премьера Зорана Заева.

— Avangarda: О каком расчете вы говорите? Действительно ли Россия «обязала» Сербию дестабилизировать регион?

— Многие годы Центр евроатлантических исследований обращает внимание на то, что в Сербии не существует контроля за системой безопасности, части которой разрозненны, но между ними установился определенного рода «баланс». Как только он будет каким-либо образом нарушен, Сербия спровоцирует в политический кризис и дестабилизирует регион. К сожалению, западная международная общественность не считает реформу системы безопасности приоритетом, хотя знает, что если на переговорах Белграда с ЕС как можно скорее начать обсуждение 31-го пункта (на переговорах о вступлении в ЕС — прим. пер.), то Сербии, которая не хочет в НАТО, это будет только на пользу и поможет осуществить хотя бы часть необходимых реформ в этой сфере. А ведь существующая сербская система безопасности дает возможность внешним субъектам — я имею в виду страны, которые хотят дестабилизировать регион, а не те, которые хотят, чтобы мы стали частью евроатлантической семьи — злоупотреблять системой в погоне за своими интересами.

В этой связи ваш вопрос закономерен и уместен. Весьма вероятно, что с подачи России Сербия взяла на себя роль, о которой мы говорим. В особенности если учесть, что в различных сербских структурах (спецслужбах, политических и экономических кругах) по-прежнему есть люди, подозреваемые в военных преступлениях. Они осознают, что вступление Сербии в ЕС или НАТО будет означать возмездие, которое их не минет. Поэтому они всеми способами стараются блокировать процесс, о котором идет речь.

— А каким образом?

— Они раздувают искусственные скандалы, с помощью которых дестабилизируют регион, поднимают тему референдума против вступления в НАТО, заводят разговоры о том, что вступление Сербии в ЕС испортит отношения Белграда с Москвой… Однако все это, конечно, делается в интересах «матушки-России». С этой линией во многом согласуется нынешняя сербская внешняя политика, главный акцент в которой опять делается на Косово.

— Что это означает?

— Это означает, что Сербия может участвовать в европейской интеграции и региональном сотрудничестве, но только если это не угрожает ее совершенно деструктивной политике по отношению к Косово. После недавнего конфликта с Македонией ясно, что Александр Вучич ведет Сербию не на Запад, как многие долго и наивно полагали…

— А куда?

— Для Вучича самое главное — остаться у власти любой ценой. Агрессивность, которую он при этом демонстрирует, подтверждает его неуверенность в собственном положении. Это может быть связано с тем, что Вучич не уверен в «стабильности» российской поддержки. Конечно, сегодня он ею пользуется, но знает, что Кремль готов пожертвовать любым, кто не выполняет слепо все его деструктивные распоряжения.

Здесь есть еще одно интересное обстоятельство. Правительство Вучича крайне удивилось, узнав, что вскоре Македония может стать 30-м членом НАТО. Белград понял, что после двух с половиной лет посреднической помощи ЕС и беспорядков в Скопье, к власти в Македонии наконец пришло стабильное многонациональное правительство. Кстати, обратите внимание на то, как о сербско-македонских отношениях отзываются, с одной стороны, Александр Вучич и ненастоящий премьер Ана Брнабич, а с другой — премьер Зоран Заев. Последний всегда говорит о государстве Македонии, о его гражданах, а сербские политики и подконтрольные им СМИ пользуются только одной формулировкой, говоря о «дружбе двух народов». Из этого можно сделать вывод о том, что в Македонии и Сербии живут только македонцы и сербы, а албанцев, венгров, боснийцев, черногорцев просто нет… Я хочу сказать, что сербская сторона намеренно избегает разговоров о дружбе двух государств, сознательно упирая на «дружбу двух народов».

— Что под этим подразумевается?

— Что именно Сербия будет определять статус государств, когда-то бывших частью СФРЮ. Кстати, вспомните заявление лидера Демократического фронта Андрию Мандича, который сейчас, поддавшись давлению Белграда и Москвы, требует изменений в Конституции Черногории, чтобы сербы получили статус «составляющего народа». А мы знаем, что Черногория позиционирует себя как гражданское государство. Так или иначе я думаю, что избрание Трампа президентом приободрило Вучича, который поверил, что США перестанут видеть в Балканах «зону своих интересов» и наконец оставят Сербию в покое.

— То есть отдадут России?

— Конечно. Вучич только утвердился в этом мнении, ознакомившись с очень поверхностными статьями и анализами, поступившими с политического Запада. Президент уверился, что новая расстановка сил в мире позволит ему заявить о самом сокровенном желании — о проекте «объединения всех сербов региона». Кроме того, боюсь, что Вучич совершил большую ошибку, которая дорого обойдется. Он уже давно заигрывает с мировой общественностью, допуская возможность подписания договора, который означает не только официальное признание Косово. Если он подпишет документ, то снова воспользуется методом, уже опробованным на переговорах в Брюсселе: Вучич подписывает все, что от него требуют, но не выполняет договоренностей. А это, я повторюсь, очень дорого нам обходится, поскольку вредит демократическим процессам в Сербии, а также во всем регионе.

— Может ли эту ситуацию в регионе улучшить вступление Македонии в НАТО? И насколько оно вообще реально?

— В отличие от некоторых других стран региона, в Македонии давно достигнут внутренний консенсус о вступлении в НАТО. К единому мнению в обществе пришли еще тогда, когда у власти находился Никола Груевский, чья партия «ВМРО-ДПМНЕ» не противилась этому решению. Однако, несмотря на согласие, царящее в македонском обществе в этом вопросе, я боюсь, что вскоре премьер Заев столкнется с «черногорским сценарием», то есть с рядом враждебных действий и операций. С их помощью официальная Москва попытается сбить Македонию с намеченного пути. Но Черногория, несмотря ни на что, достигла своей цели. Удастся ли это Македонии?

— Я вас об этом и спросила.

— Посмотрим, хватит ли у премьера Заева и македонского общества сил, чтобы противостоять давлению Кремля. Конечно, важно, что на Западе пришли к единому мнению о вступлении Македонии в НАТО. Я надеюсь, что премьер Заев понимает: не только в интересах всех граждан Македонии, но и во имя стабильности в регионе он должен как можно скорее пойти на определенные уступки и компромиссы. Разумеется, я имею в виду изменение названия Македонии, а также улучшение отношений между Скопье и Софией.

— Как правительство Сербии оценивает вступление Македонии в НАТО?

— Вучич явно неспособен сделать наконец шаг к НАТО по примеру Черногории и Македонии. И, несомненно, это его разочаровывает. Думаю, что это разочарование усугубляет и тот факт, что премьер Македонии Зоран Заев уже «присвоил» себе титул нового любимчика Запада, точнее стал новой картой, на которую в будущем будет ставить западное международное сообщество. Как вам известно, до сих пор эта роль принадлежала Александру Вучичу.

— Вы упомянули референдум о НАТО, о котором говорит Милорад Додик…

— Я думаю, что американские санкции против Додика — одно из лучших решений Запада за последние несколько лет. Они полностью разоблачили Додика, продемонстрировали Западу, с кем он в действительности имеет дело, кто является партнерами Додика, и на чью помощь он рассчитывает. Кроме того, американские санкции доказали даже тем, кому, вероятно, это еще не было ясно, что политика Додика не соответствует интересам Республики Сербской, то есть Боснии и Герцеговины. В отличие от Вучича, который пока еще балансирует и провоцирует западное международное сообщества относительно легитимными действиями (Сербия проводит учения то с Россией, то с НАТО), Додик явно утратил всякие ориентиры и чувство меры. Подобная дезориентация может привести к нежелательному, как я думаю, для Додика результату.

— О каком результате речь?

— Запад, как я надеюсь, наконец прозреет и поймет, что для Боснии и Герцеговины, как и для Балкан в целом, нет простых решений. Проблемы Боснии и Герцеговины не решить, просто заявив всем сторонам, что ожидаешь от них политической зрелости, или что процесс европейской интеграции приведет к консенсусу по поводу изменений в Дейтонском соглашении. Смена подхода Запада к Балканам подразумевает серьезное отношение к подлинным проблемам. Например, нельзя просто игнорировать тот факт, что в ночь на 28 апреля сотрудник Агентства информационной безопасности Сербии, работающий в посольстве Сербии в Скопье, участвовал в попытке государственного переворота в македонском Собрании.

— Да, но этот факт попыталось замять даже правительство Зорана Заева. В Македонии скрывали эту информацию от общественности.

— Это правда. Вучич утверждает, что Горан Живалевич, агент сербского Агентства информационной безопасности, получил разрешение от высших государственных органов Македонии на то, чтобы той ночью появиться в парламенте. «Когда я иду в парламент соседнего государства, я спокойной вхожу через главный вход, а не врываюсь вместе с насильниками и погромщиками», — заявил министр иностранных дел Македонии Никола Димитров.

— Слова Вучича вскоре опровергли даже члены «ВМРО-ДПМНЕ», партии бывшего премьера Николы Груевского, а также администрация президента Георге Иванова. Все они заявили, что никто не давал Живалевичу разрешения участвовать в апрельском насилии в Собрании.

— Большинство СМИ, подконтрольных Белграду, передает только заявления Вучича, но умалчивает об ответах македонских политиков, которых вы упомянули.

Вы спросили меня, совершил ли премьер Заев ошибку, позволив замять историю с агентом сербских спецслужб, попавшим в Собрание. Да, я думаю, что он совершил ошибку. Такую же ошибку, по-моему, совершает Черногория и ее премьер Душко Маркович, который удивительным образом игнорирует тот факт, что Сербия упорно отказывается выдать двух своих граждан. Их подозревают, как утверждает Прокуратора Подгорицы, в участии в попытке переворота 16 октября 2017 года и покушении на Мило Джукановича, который в то время был председателем правительства. Несмотря на то, что Вучич отказывается выдать этих двух людей Черногории, премьер Маркович утверждает: сегодня у Сербии и Черногории якобы «самые лучшие отношения за последние 20 лет». Такую же оценку дают европейские политики, хотя им очень хорошо известно, что Сербия игнорирует ордер, выданный Черногорией, на арест подозреваемого Неманя Ристича. Он свободно разгуливает по Сербии и фотографируется с главой российского МИДа Сергеем Лавровым.

— Почему премьер Маркович игнорирует эти факты и говорит, что сегодня у Белграда и Подгорицы «самые лучшие отношения за последние 20 лет»? Почему премьер Заев молчит о «деле Живалевича»? Действительно ли Бакир Изетбегович настолько наивен, чтобы утверждать, что сумеет вместе с президентом Вучичем «усмирить» Додика? Милорад Додик, как и министр Дачич или Вулин, не делают ни одного заявления без согласия президента Вучича. Тогда в чем дело? В регионе боятся Вучича?

— Меня не удивило бы, если бы боялись. Этому весьма способствует западное международное сообщество, которое, руководствуясь практическими интересами, льстит Вучичу и называет Сербию фактором мира и стабильности, главной страной в регионе, лидером европейской интеграции и так далее. Объективно Сербия таковой не является. Насколько мне известно, флагманом евроатлантической интеграции в регионе является Черногория.

— Черногория — маленькая страна…

— Да, но степень прогресса страны на пути к ЕС зависит не от численности населения, а от количества пунктов, обсуждаемых на переговорах с Брюсселем. В этом смысле Черногория с ее 28 пунктами и членством в НАТО сегодня является лидером в регионе. Во время недавнего визита в Подгорицу об этом открыто заявил вице-президент США Майк Пенс. Его слова практически повторил уполномоченный по Сербии в Европейском парламенте, высокопоставленный функционер немецкого Христианско-демократического союза Германии и близкий соратник канцлера Ангелы Меркель Дэвид Мекалистер. Общеизвестно, что именно Германия долгое время придавала Вучичу особое значение, приписывая ему многое из того, что ему не свойственно. Если вы помните, еще во время берлинского процесса Вучичу, скажем так, отводилась роль своеобразного старшего товарища, присматривающего за Малорадом Додиком. А премьер Албании Эди Рама выполнял ту же функцию при президенте Хашиме Тачи. По-моему, это было ошибкой.

— Почему?

— Потому что это недемократично, потому что нарушает принцип разделения власти, и потому что таким образом долгосрочных результатов не достичь. В конце концов, Сербия не способна самостоятельно решить собственные проблемы, не говоря уже о том, чтобы быть начальником или кризисным управляющим для Милорада Додика. По-моему, столь акцентируемая в последние годы дискуссия о так называемой «стабилократии» и коррупции отодвинула на задний план очень важную проблему, которую мы уже обсуждали. Речь о нереформированной системе безопасности в странах региона. Конечно, ходят кое-какие слухи о том, что одна служба шпионит за другой, и это, как в случае Сербии, приводит, с одной стороны, к созданию внутренних и внешних врагов, а с другой — к гомогенизации общества на этой основе. В такой обстановке только одна сторона (российско-китайская) остается якобы честным и надежным партнером и другом Белграда.

— Для чего еще нужна гомогенизация, о которой вы говорите? В чем ее цель?

— Цель — укрепить авторитарные структуры внутри общества, помешать разделению власти, не позволить государственным институтам принимать какие-либо решения, сделать невозможными появление и организацию жизнеспособной политической и общественной оппозиции. Также цель в том, чтобы подавить всякую дискуссию в обществе, прекратить всякие обсуждения провалов правительства Вучича… Разумеется, всему этому способствует и нерешенный вопрос Косово, из-за которого западная общественность была готова смотреть на Вучича и Сербию сквозь пальцы.

— На прошлой неделе уполномоченный по Сербии в Европарламенте Дэвид Мекалистер встретился не только с президентом Вучичем и членами его партии, но и с некоторыми оппозиционерами, представителями неправительственного сектора Сербии. Как вы оцениваете эти встречи?

— Во время беседы с делегацией Сербской прогрессивной партии Вучича Мекалистер пригласил нескольких членов партии в качестве гостей Христианско-демократического союза понаблюдать за окончанием предвыборной кампании Ангелы Меркель. Думаю, это попытка «отвадить» Вучича от Шредера. Все потому, что бывший немецкий канцлер от социал-демократов Герхард Шредер занял высокий пост в российской государственной компании. Это слишком даже для весьма лояльной Германии.

В последние годы немецкий канцлер, ее администрация и партия очень помогли Вучичу укрепить его власть. Они его легитимизировали, были довольны его политикой в отношении беженцев, обеспечили ему ведущую роль в регионе… Теперь ситуация явно изменилась, и немецкий канцлер дает понять, что прекрасно видит, как Вучич открыто сближается с Россией и при этом заносчиво ведет себя с ЕС. «Больше мы не будем этого терпеть», — думаю, именно таким было основное послание и ясное предупреждение, переданное Вучичу Дэвидом Мекалистером. Второе и не менее важное сообщение было ответом на вопрос Вучича о том, когда же Сербия, наконец, будет принята в Европейский Союз. Мекалистер сказал, что вопрос о членстве в ЕС зависит, прежде всего, от самой страны-претендента, то есть от ее готовности выполнить все необходимые условия. И не только те, которые касаются Косово.

— А что насчет оппозиции? Что она может получить от встречи с уполномоченным Мекалистером?

— Хорошо, что часть оппозиции встретилась с уполномоченным по Сербии в Европейском парламенте и высказала ему свои оправданные замечания по поводу отношения Брюсселя к режиму Александра Вучича. С другой стороны, решение Саши Янковича не присутствовать на встрече с Мекалистером не только инфантильно, но и доказывает всю политическую бесполезность Янковича. Проигнорировав встречу с европейским уполномоченным, Янкович практически вычеркнул себя из политики. Конечно, Сашу Янковича может возмущать отношение Евросоюза к Вучичу и снисходительность к нему Брюсселя во многих вопросах. Тем не менее серьезный человек и политик должен руководствоваться не гневом, а интересами: всякий раз, когда представляется возможность, он должен воспользоваться ею, чтобы на важной встрече высказать свое мнение. Тем более что подобный случай представляется нечасто, поскольку у международного сообщества есть проблемы и посерьезнее, начиная с России и Брексита и заканчивая «Исламским государством» (запрещенным в России — прим. ред.) и Северной Кореей.

Черногория. Сербия. США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 7 сентября 2017 > № 2300320 Елена Милич


Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 2 февраля 2017 > № 2080875

Россия - главный поставщик туристов в Черногорию?

В 2016 году Черногория приняла 1,8 млн иностранных туристов.

Статистическое агентство Monstat опубликовала данные по туристическим прибытиям в Черногорию в 2016 году. Согласно им, в прошлом году Черногория приняла 1 813 817 туристов, что почти на 6% больше, чем годом ранее. За прошлый год туристы провели в черногорских отелях 11 250 005 ночей - этот показатель на 1,9% лучше, чем в 2015 году.

Согласно данным, больше всего туристов прибыло из России – 24,5%, Сербии – 20,5% и Албании – 9,1%.

Успех Черногории у российских туристов связывают с отсутствием необходимости получать въездную визу в эту страну.

Напомним, по действующему соглашению, гражданам России для кратковременного посещения Черногории виза не требуется. Однако если вы приезжаете на период более 30 дней, то нужна виза, за которой необходимо обращаться в посольство Черногории.

Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 2 февраля 2017 > № 2080875


Черногория. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 24 ноября 2016 > № 1980795 Георгий Энгельгардт

«Главный шанс Джукановича — это конфликт России с Западом»

Неудавшийся переворот в Черногории используют для подрыва влияния Москвы

Александр Братерский

В Черногории продолжается расследование по делу о попытке государственного переворота. Среди подозреваемых — несколько граждан России, которых обвиняют в организации теракта и покушении на премьер-министра страны Мило Джукановича. При этом многие эксперты в стране и на Балканах говорят о том, что переворот был инсценировкой, благодаря которой Джуканович сумел остаться у власти, несмотря на низкую популярность. О том, как эта история может отразиться на отношениях России и Черногории, «Газете.Ru» рассказал эксперт Института славяноведения РАН Георгий Энгельгардт.

— Как вы сейчас оцениваете обстановку в Черногории после скандала с попыткой покушения на премьера?

— Я думаю, что нам еще долго придется разбираться с последствиями этого дела. В первую очередь потому, что сам премьер Черногории Мило Джуканович сейчас находится в очень сложном положении и вынужден защищать себя любимыми доступными способами (Партия Джукановича получила 36 из 81 места в парламенте, оппозиция — 39; для формирования правительства нужен 41 голос, так что будущее страны теперь зависит от позиции партий национальных меньшинств, босняков и албанцев, идут закулисные переговоры — примечание «Газеты.Ru»). Поэтому вся эта история, возможно, станет главным инструментом его политического выживания. Кроме этого нужно понимать, что теперь у премьера есть довольно мощный рычаг давления на Москву. И сейчас главный шанс Джукановича — это большой конфликт России с Западом.

Ведь эта новая «холодная война» позволяет политизировать любой спор на Балканах. Теперь главных участников можно заставить смириться с тем, что кто-то является «сукиным сыном», главное, что он «наш», а вот какой он мерзавец, уже никто и не смотрит.

— Можно ли говорить о том, что Россия действительно каким-то образом может быть причастна к покушению? Многие эксперты и мировые СМИ, в частности, Washington Times, высказали большие сомнения в том, что попытка переворота имела место на самом деле и назвали происшедшее инсценировкой.

— Во всей этой истории есть ключевой организатор и главный свидетель. Это, конечно, никакой не российский гражданин, а серб Александр Синджелич. Он-то и снабжает следствие основной массой информации. Сам Синджелич бывший уголовник. Пятнадцать лет отсидел в тюрьмах Сербии и Черногории. В принципе, у него довольно прочная репутация агента черногорской службы безопасности. Говорят, что к коллегам из Сербии он тоже имеет какое-то отношение.

В последние пару лет Синджелич довольно активно крутился в Москве в так называемых «патриотических кругах», которые занимались Донбассом. Сам он там не воевал, хотя периодически сопровождал доставку гуманитарной помощи в регион. Вероятно, собирал информацию, а сейчас делится полученными знаниями в Подгорице. С помощью этих данных вполне можно придумать что-то правдоподобное про переворот.

Здесь важно, что Синджелич фактически сам сдался черногорской полиции и сейчас находится всего лишь под подпиской о невыезде. При этом, если верить показаниям прокуратуры Черногории, именно этот человек вербовал всех остальных людей и организовал закупки вооружения.

Поэтому когда говорят, что какие-то граждане России были его руководителями, а Синджелич выполнял функции чуть ли не «прораба», то выглядит это довольно неправдоподобно.

— Сразу после ареста группировки состоялся визит главы Совбеза Патрушева в Сербию. Считаете ли вы, что этот визит как-то связан с ситуацией? Западная пресса писала, что он чуть ли не извиняться приезжал.

— Я не вижу оснований сомневаться в том, что визит был плановым. Другое дело, что вброс истории с переворотом явно могли повлиять на ход переговоров и способствовали появлению каких-то новых сюжетов. Медийная картинка выглядит весьма аккуратно. В связи со сложившейся неприятной ситуацией белградские власти, в частности премьер-министр Сербии Александр Вучич повел себя максимально корректно и даже по-дружески в отношении Патрушева. Другое дело, что какие-то люди внутри белградского правительства начали сливать в местные СМИ детали «переговоров», что кого-то выслали из страны (правительство Сербии официально опровергло сообщения о высылке россиян — примечание «Газеты.Ru»). Все это происходило за спиной у Вучича.

— По итогам выборов Джуканович ушел в отставку. Насколько вероятно, что он опять сможет вернуться к руководству страной?

— Начнем с того, что он уже проворачивал подобный трюк. И, если не ошибаюсь, даже два раза. Он уходил на роль партийного лидера, и ему этого вполне хватало. Тем более что на место премьера он предлагает своего однопартийца Душко Марковича. А ведь Маркович входит в ближний круг экс-премьера. Он долгое время курировал у него сферу безопасности. Парадоксально, но в Черногории Россия поддерживала демократическое крыло, а вот Запад — авторитаристов. Хотя по логике вещей все должно было быть наоборот.

— Когда Джуканович был еще политиком в Югославии Слободана Милошевича, он был его верным соратником. Можно ли сравнивать эти две политические фигуры?

— Мне кажется, что у Милошевича был чуть-чуть другой стиль. Он все же был бюрократом и популистом. Джукановичу ближе второе. Он скорее похож на Дона Карлеоне.

— На днях генсек НАТО Йенс Столтенберг заявил, что формальный процесс вступления Черногории в НАТО должен быть завершен как можно скорее. Какие проблемы для России несет членство Черногории в НАТО?

— В нынешней, обостренной, ситуации противостояния России и Запада это будет довольно болезненным политическим ударом для нашей страны. Все-таки у России, как ни парадоксально, были сильные политические позиции в Черногории. И, конечно, эта история тоже нанесла очень сильный удар по условным «антинатовским» силам в стране.

Понятно, что сама по себе Черногория особо не влияет на баланс сил в Европе. Разве что только теоретически для нас закрывается последняя возможность базирования флота где-то в Средиземноморье. Это может быть важно с точки зрения какого-то баланса сил и в Сербии, и в соседней Боснии. Но другой вопрос, насколько это критически важно для России с точки зрения внешнеполитических приоритетов.

Впрочем, я бы еще не ставил жирную точку на истории со вступлением Черногории в НАТО. Да, конечно, сейчас шансов больше, что это произойдет. Но окончательное решение еще не принято.

— Насколько членство Черногории в НАТО повлияет на сокращение присутствия российского бизнеса в стране?

— У нас там в основном остались частные инвестиции. Причем это в первую очередь не экономические, а, скорее, так называемые «частно-туристические». Попытка господина Дерипаски инвестировать в развитие алюминиевого комбината в Подгорице завершилась неудачно. (В настоящее время структуры миллиардера ведут тяжбу с правительством Черногории, обвиняя их в незаконном присвоении инвестиций. — «Газета.Ru»). Другое дело, что для частных инвестиций есть потенциал. Но как только местные власти поймут, что русские владельцы могут быть слабыми или уязвимыми, они с легкостью начнут вставлять им палки в колеса. Начнутся какие-то разбирательства, выяснения и так далее.

— Можно ли говорить, что мы окончательно потеряли Черногорию?

— С Черногорией при режиме Джукановича у нас были великолепные отношения.

Если смотреть исключительно сквозь призму экономического сотрудничества — строительства вилл, обслуживания курорта, развития приморских каких-то проектов — все было прекрасно, великолепно. Джукановича даже на Западе обвиняли, что он слишком пророссийский политик. Но как только оппоненты премьера надавили на его слабые точки, связанные с уголовными проблемами в соседней Италии (прокуратура Италии обвиняла Джукановича в причастности к контрабанде сигарет — примечание «Газеты.Ru»), он тут же все понял, политически перестроился и тихо стал забывать своих бизнес-партнеров из Москвы.

Что же касается Черногории, то здесь надо говорить не о потере, а об отсутствии какой-то последовательной линии, стратегии. В то же время нет никакой ясности в том, чего Россия хочет добиться на Балканах. Наша политика, как правило, носит реактивный характер. Если появляются какие-то внешние раздражители, например какую-то страну начинают брать в НАТО, это вызывает у нас какие-то ответные действия.

Или когда на волне украинского кризиса нас стали вытеснять с Балкан, мы тут же отреагировали.

Мое субъективное мнение состоит в том, что с кем бы ни «дружила» Черногория, вряд ли эта «дружба» на что-либо повлияла внутри страны.

Другое дело, если бы у России была относительно цельная линия в отношении всего блока балканских стран, то, возможно, и у Черногории была бы более внятная политика.

Черногория. Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 24 ноября 2016 > № 1980795 Георгий Энгельгардт


Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 8 ноября 2016 > № 1966413

Черногория сократила срок безвизового режима для россиян

Власти балканского государства сократили сроки безвизового режима до 30 дней. Новые правила вступили в силу 1 ноября.

Регламент о визовом режиме, в соответствии с которым граждане России могли без визы отдыхать в Черногории в течение 90 дней, прекратил свое действие. Соответствующая информация размещена на сайте посольства Черногории в России.

Напомним, что безвизовый режим межу Россией и Черногорией действует с 2008 года. При этом, согласно правилам, для въезда в Черногорию загранпаспорт должен быть действителен не менее 3 месяцев после отъезда из страны. Кроме того, каждый иностранец обязан зарегистрироваться в полиции или представительстве Туристической организации Черногории по месту своего пребывания в течение 24 часов (пакетных туристов автоматически регистрируют в отелях). Визу в Черногорию для пребывания в стране более 30 дней можно оформить в консульстве страны, которое расположено в Москве. Заявку следует подавать не ранее, чем за 1 месяц до поездки и делать это придется лично. Виза оформляется в течение двух недель. Накануне визовый режим в Россией восстановила Албания.

Евгения Хохлова, руководитель направления Черногория компании «Ванд», уверена, что на турбизнесе визовое нововведение никак не отразится, поскольку отдых организованных туристов укладывается в 14 дней. «Испытать дискомфорт могут россияне, имеющие недвижимость в этой стране, но это не наши клиенты».

Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 8 ноября 2016 > № 1966413


Сербия. Черногория. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 31 октября 2016 > № 1954977 Максим Саморуков

Пытается ли Россия свергнуть премьеров Сербии и Черногории

Максим Саморуков

Похищение премьера, блокирование спецназа, захват административных зданий, часть заговорщиков по-прежнему на свободе – и все это при поддержке внешних сил. Можно было бы ввести чрезвычайное положение или хотя бы ужесточить контроль на границах, но премьер Джуканович даже не собрал по этому поводу заседание Совета безопасности Черногории

Со времен убийства сербского премьера Джинджича в 2003 году безопасность балканских лидеров не обсуждали так активно, как в последние несколько дней. Масштабы событий поражают: подготовка вооруженного мятежа в день выборов в Черногории, заговор с целью захватить черногорского премьера Джукановича, иностранный след.

Дальше иностранный след подтверждают сербские власти, новые аресты, загадочные российские граждане, которых вроде как выслали из Сербии. В Белград летит всемогущий Патрушев, ведет таинственные переговоры с сербским руководством. И наконец, премьера Сербии Вучича спешно эвакуируют в безопасное место, потому что рядом с домом его родителей нашли тайник с оружием – как раз около резкого поворота, на котором машина любящего сына и законопослушного автолюбителя Вучича сбрасывает скорость до 10 км/ч.

Обвинения в адрес России не прозвучали ни у черногорских, ни у сербских властей, но этого и не требовалось. Разговоры о российском следе возникли сразу, и каждое следующее событие только усиливало подозрения. Если сразу два проевропейских лидера Западных Балкан в один голос говорят про иностранную угрозу, то тут вроде бы и сомнений быть не должно, кто под них копает. Тем не менее основания для сомнений есть, и в большом количестве.

Предвыборная традиция

В Черногории заговорщиков арестовали прямо в день парламентских выборов – 16 октября. Двадцать человек, все граждане Сербии во главе с бывшим начальником сербской жандармерии генералом Братиславом Дикичем. Их обвиняют в том, что вечером в день выборов они собирались прийти вооруженные на площадь перед парламентом, присоединиться к протестующим, которые там неизбежно будут, спровоцировать беспорядки, захватить парламент и объявить о победе нужной им партии. Одновременно их более многочисленные сообщники (этим удалось уйти) должны были изолировать премьера Джукановича и блокировать черногорский спецназ. Главная цель всего этого – захват власти.

Кто именно должен был захватить власть, официально не уточняется, но всем и так понятно, что власти намекают на крупнейшую оппозиционную партию Черногории Демократический фронт. Эта пророссийская партия представляет в основном черногорских сербов и борется с вступлением Черногории в НАТО. Поэтому сама собой отпала необходимость уточнять, что это был за «иностранный фактор», который, по словам премьера Джукановича, пытался вмешаться в ход черногорских выборов.

Новость об арестах осталась почти незамеченной за пределами Черногории, и в общем-то заслуженно. Когда Джуканович рассказывает, как страшные иностранцы пытались нарушить демократическую чистоту черногорских выборов, его непросто воспринимать всерьез. Потому что это говорит человек, который был поднят на вершину черногорской власти еще Милошевичем в 1989 году и с тех пор никуда оттуда не уходил.

Черногория единственная страна Восточной Европы, где власть ни разу не менялась после распада соцлагеря. Правящая Партия демократических социалистов, перековавшаяся из Лиги коммунистов, за 25 лет не проиграла ни одних общенациональных выборов – ни парламентских, ни президентских, – такого не было даже в России или Белоруссии.

В Черногории нет ни независимого избиркома, ни прозрачного финансирования кампании, ни достоверных списков избирателей. Черногорские общественные СМИ транслируют откровенную провластную пропаганду, а после каждых выборов, в том числе и нынешних, неправительственные организации подают сотни жалоб на админресурс, мертвые души и покупку голосов. Невозможно представить, чтобы какие-то иностранные агенты могли повлиять на черногорские выборы сильнее, чем сам Джуканович, у которого за 25 лет ни одного прокола.

Ничуть не проще было поверить, что черногорские спецслужбы вдруг поднялись на такие высоты профессионализма, что легко обошли спецслужбы российские и смогли точно в день выборов арестовать заговорщиков до того, как те успели что-либо предпринять. И если это действительно так, то почему они не применяют свои умения, например, в борьбе с наркокартелями, которые в разгар туристического сезона ведут в курортном Которе настоящую войну, с взрывами в ресторанах, перестрелками на улицах и убийствами конкурентов даже в тюрьме.

Впечатление от случившегося также портит некоторое чувство дежавю, потому что такое в Черногории уже было. В 2006 году тоже именно в день парламентских выборов черногорские власти точно так же арестовали полтора десятка заговорщиков – только тогда это были албанцы, вроде как готовили вооруженный мятеж в приграничных с Албанией районах, где высокая доля албанского населения.

Славная победа защитников молодой черногорской государственности тогда стала главной новостью дня голосования, но вот последующий судебный процесс был уже не таким громким и впечатляющим. Пятерых из семнадцати арестованных заговорщиков вообще отпустили, лидеру дали наибольший из всех срок – шесть с половиной лет, остальные получили в основном по 2–4 года. С учетом того, что ко времени вынесения приговора албанцы успели отсидеть почти два года, некоторые из них вышли на свободу почти сразу после суда. Довольно гуманно для вооруженного мятежа, отягощенного этническим сепаратизмом.

На этот раз власти тоже успели отпустить шестерых из двадцати задержанных. Ни один из арестованных не имел при себе оружия – его нашли отдельно, в каких-то секретных тайниках. Но главное, в ходе событий черногорские власти умудрились сохранить какое-то невообразимое спокойствие. Их собиралась свергать целая Россия, которая, как недавно выяснилось, даже американские выборы может повернуть в нужную себе сторону. А Джуканович даже не собрал по этому поводу заседание Совета безопасности Черногории.

Похищение премьера, блокирование спецназа, захват административных зданий, часть заговорщиков по-прежнему на свободе – и все это при поддержке внешних сил, – можно было бы ввести чрезвычайное положение или хотя бы ужесточить контроль на границах. Но нет, все спокойно, российские граждане продолжают свободно въезжать в Черногорию без виз.

Подготовка к визиту

Этот заговор мог бы так и остаться небольшим эпизодом внутриполитической жизни Черногории, если бы в дело не вмешалось правительство Сербии. Все арестованные – сербские граждане, и правительство Сербии сразу опровергло свою причастность к случившемуся. А через неделю, 24 октября, сербский премьер Вучич заявил, что спецслужбы Сербии активно сотрудничают с черногорскими коллегами в расследовании этого дела и уже арестовали несколько человек в Белграде. Но главное, Вучич вслед за Джукановичем подтвердил, что в деле есть «иностранный элемент».

Национальность этого элемента опять не требовала дополнительных уточнений, потому что вскоре сербская газета Danas опубликовала сообщение о высылке из Сербии нескольких российских граждан. А 26 октября в Белград на встречу с Вучичем приехал глава российского Совбеза Патрушев, что тут же интерпретировали как попытку Москвы замять кризис.

Это смотрелось уже гораздо серьезнее, потому что правительство Вучича считается пророссийским и в отличие от Джукановича сербский премьер никогда не пытался обвинять оппозицию в том, что они русские агенты. В Сербии такие обвинения бессмысленны – там за активное сотрудничество с Россией выступают все серьезные партии, независимо от их позиции по другим вопросам. И вдруг сербский премьер, по сути, подтверждает, что Россия готовила силовую смену власти в Черногории. Да еще и прямо перед встречей с Патрушевым.

Однако вскоре картинка начала распадаться и в случае Сербии. Высылку российских граждан опровергли и Россия, и сербское МВД.

Патрушев приезжал в Белград не отмазывать шпионов, а с плановым визитом. Про эту поездку сербские газеты писали задолго до черногорских выборов. Ну а то, что без обсуждения шпионов визит получается какой-то бессмысленный, это в российско-сербских отношениях вообще не аргумент. Тут скорее трудно будет найти визит, который имел бы хоть какой-то практический смысл.

Российские чиновники охотно ездят в Сербию, а сербские – в Россию. Это очень радует сербских избирателей, российским гражданам тоже приятно, но в реальном сотрудничестве двух стран от таких визитов мало что меняется – его всегда было немного, а в последние годы стало еще меньше. Проверить легко: в ноябре в Белград приедет Рогозин, а в декабре – Медведев. Заранее можно сказать, что результатов у этих визитов будет не больше, чем у Патрушева.

Намек в контексте

Если очистить эту историю от ложных логических цепочек, остаток получается очень скромным. Даже если обвинения подтвердятся, мы имеем всего лишь небольшую группу сербов во главе с отставным генералом Дикичем, который никогда не скрывал своей неприязни к НАТО. Возможно, они действительно имели немало оружия и что-то готовили в Черногории. И даже Вучич, возможно, забеспокоился не зря, и тайник с оружием около дома родителей сербского премьера тоже как-то связан с заговорщиками.

Во всем этом, по меркам Западных Балкан, нет ничего удивительного. Там в избытке решительных людей с опытом работы в силовых и/или криминальных структурах, которые чрезвычайно недовольны формой границ, государственным устройством или внешнеполитическим курсом собственных или соседних стран. Терять многим из них нечего, а уж оружие в этих странах никогда не было дефицитом.

Тем более нет ничего удивительного в возможной идеологии этой группы. Многие сербы считают Черногорию частью Сербии и возмущены черногорским национальным проектом Джукановича. Многие сербы недовольны премьером Вучичем, который, несмотря на патриотическую риторику, все активнее сотрудничает не только с ЕС, но и с НАТО. Также многие сербы уверены, что Западу доверять нельзя и Сербия должна сотрудничать с Россией, и дело тут не в российском финансировании или пропаганде, а в сильнейшей сербской обиде на Запад, которая растет еще из 1990-х.

Из всех указаний на российский след в этой истории остаются только туманные и ничем не подтвержденные упоминания про «иностранный элемент» и «иностранный фактор» в заявлениях Вучича и Джукановича.

Для Джукановича в таких бездоказательных упоминаниях нет ничего удивительного. Он уже много лет строит и внутреннюю, и внешнюю политику на имидже борца с русской угрозой. Вовне рассказы о русской угрозе помогают Черногории поскорее вступить в НАТО и Евросоюз, потому что иначе тут будут русские. Внутри российскими агентами объявляется вся оппозиция, которая не любит Джукановича не потому, что за 27 лет у власти он превратил страну в семейный подряд, а потому, что им Кремль заплатил, чтобы сбить Черногорию с западного пути развития.

У Вучича ситуация посложнее. Внутри Сербии разговоры про русскую угрозу не работают, для большинства сербов связи с Россией – это похвала. Но есть еще и внешняя политика.

Для лидеров Западных Балкан русская угроза – это главное оправдание в переговорах с Евросоюзом и НАТО. Как вы можете требовать от нас каких-то реформ, когда власть в наших странах, того гляди, захватят российские марионетки? Берите нас к себе такими, какие мы есть, пока не стало поздно.

Многие годы подобные разговоры не очень убеждали Запад, но в последнее время они работают все лучше. После многих лет проволочек вступление Черногории в НАТО одобрено и произойдет уже в следующем году.

А вот Сербия в своих переговорах с Западом не может позволить себе таких аргументов. И это все больше мешает ее перспективам вступления в ЕС. Например, Евросоюз в переговорах о вступлении отказывается открывать главу о внешней политике и безопасности – слишком часто Сербия не поддерживает внешнеполитические резолюции ЕС. В 2012 году такое случилось всего один раз, а за 2014–2015 годы целых тридцать раз. В большинстве случаев отказы касались России и украинского кризиса.

Сейчас, когда отношения России и Запада оказались в глубоком кризисе, у Вучича есть возможность с наименьшими потерями для своего рейтинга объяснить Западу, что он находится в очень непростой ситуации. Что пророссийские настроения в Сербии по-прежнему очень сильны, и если его правительство не будет относиться к этим настроениям достаточно уважительно, то последствия могут не ограничиться простым снижением популярности. Некоторые сербы могут оказаться достаточно решительными, чтобы взять в руки оружие. То самое оружие, которое нашли рядом с домом родителей сербского премьера.

Вучич не может себе позволить прямые обвинения против России, в стиле боснийских или черногорских политиков. А вот легкий намек в многозначительном контексте – это уже проще. Внутри страны это быстро забудут, но западные партнеры вряд ли смогут проигнорировать даже эфемерный российский след в заговоре против сразу двух проевропейских премьеров Западных Балкан. И в будущем с большим пониманием отнесутся к трудной позиции сербского правительства.

Сербия. Черногория. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 31 октября 2016 > № 1954977 Максим Саморуков


Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > rosbalt.ru, 31 декабря 2015 > № 1599327

За последние годы маленькая Черногория на Адриатическом побережье из малоизвестной для россиян страны превратилась в одну из самых посещаемых и любимых. Сюда неизменно устремлялись потоки туристов, покоренных здешними красотами, солнцем и морем, а также — дружественным населением с таким похожим на русский языком. Наши соотечественники приезжали не только загорать и нежиться на пляжах, но и присмотреть "домик в деревне". Особенно – те российские пенсионеры, чьи дети преуспели в бизнесе и предпочли, чтобы их родители с внуками проводили время в безопасной и здоровой экологической среде.

Как известно, пик потока туристов и бум покупок недвижимости в стране Зета (так в древности называлась Черногория) пришелся на 2007-2008 годы. Предприимчивые российские бизнесмены покупали все, что попадалось под руку, почти не глядя. Например, одноэтажные недострои в пригороде городка Герцег-Нови в 40-50 квадратных метров расхватывались, как горячие пирожки, за 40-50 тысяч евро. Расчет был на то, что цены еще больше поползут вверх, и на перепродаже можно будет заработать. Некоторые брали даже значительные кредиты в российских банках и вкладывали их в черногорскую недвижимость.

Как оказалось через несколько лет, такая недвижимость на многих повисла непомерным грузом, а то и стала финансовой удавкой. Бум прошел, а цены, вместо того чтобы и дальше ползти вверх, хотя бы уже и умеренными темпами, стали стагнировать, а затем – падать.

Причин для холодного душа нашлось немало. И, прежде всего, политика властей Черногории в отношении покупателей недвижимости. (Следует отметить, что западных частных инвесторов, желающих приобрести виллу, дом или квартиру на черногорском побережье Адриатического моря, можно было пересчитать по пальцам. Львиную долю соискателей всегда составляли россияне.) Речь идет о том, что когда россияне стали активно вкладывать в страну деньги, местная власть сулила им златые горы. Решающий аргумент в пользу черногорского выбора был таков: если есть недвижимость, то можно легко получить так называемый боравак, то есть вид на жительство, и продлевать его без проблем. Однако с 2009 года, когда россияне уже накупили здесь немало домов, квартир, земли, все резко изменилось. Черногорцы приняли новый закон, согласно которому проживающие здесь иностранцы вынуждены были выезжать из страны через каждые 30 дней.

Так называемый боравак на год могли получить только те, кто представит справку о работе. Ну а какая работа для российских пенсионеров в Черногории? Ее-то даже и молодым из местных не хватает – безработица захлестывает. Как признавалась в разговоре с корреспондентом "Росбалта" Татьяна Н., российская пенсионерка, переехавшая семь лет назад в Черногорию, чтобы решить проблему с видом на жительство, ей приходилось просто покупать необходимую справку у местных работодателей. (Другой способ – искать "правильного" человека в местной иммиграционной службе.)

Второй причиной падения интереса к черногорским пляжам и недвижимости стал накопленный опыт россиян, проживших в стране несколько лет. Оказалось, что наряду с плюсами в виде погоды и природы есть и минусы. Порой – непреодолимые. С ними столкнулись те, в частности, кто купил землю и стал строить на ней сам: бюрократизм и коррупционная составляющая при оформлении разрешительных документов даже по сравнению с Россией в Черногории зашкаливает. (Сами местные объясняют это так: страна маленькая, как коммунальная кухня, все друг друга знают, система "кум-сват-брат" работает здесь железно.)

Вдобавок оказалось также, что в государстве практически не функционирует судебная система (это то, в частности, из-за чего до сих пор Черногорию не приглашают в Европейский союз). Простые гражданские дела тянутся десятилетиями. Как рассказала "Росбалту" заместитель генерального прокурора страны Миляна Радович, "наша система прокуратуры отличается от российской кардинально: мы не имеем права так активно вмешиваться в процесс, как это могут делать по закону прокуратуры в России и на Западе. Мы только сейчас начинаем реформировать нашу правоохранительную систему". Достаточно сказать, что по черногорскому закону прокуратура сама не в состоянии инициировать уголовное дело – она должна дать такое поручение полиции.

Трудно в это поверить, но в Черногории, если даже суд выносит решение и делает предписание местным властям исполнять закон, то зачастую срабатывает все то же родственное право "кум-сват-брат": решения судов не всегда выполняются. Чиновники на местах, которые должны их неукоснительно чтить, делают вид, что ничего не произошло. Тяжбы по простым и понятным строительным делам, которые регламентируются вполне адекватными законами, затягиваются на десятилетия. Видимо, по пословице: или ишак сдохнет, или падишах помрет.

Еще одной серьезной причиной разочарования многих россиян в Черногории стали проволочки с выполнением закона о выдаче иностранцам так называемой личной карты (социальная карта иностранца). По черногорскому закону люди, прожившие в стране пять лет (ухитряясь ежегодно продлевать боравак), имеют право на ее получение. Она обеспечивает им все права, которые имеют граждане страны, за исключением избирательных.

Однако иммиграционные власти на местах всячески тормозят выдачу таких социальных карт: люди, сдав документы на оформление, зачастую ждут по два-три года, чтобы получить ответ. А ведь по закону вопрос этот должен решаться в течение шести месяцев. Одной нашей соотечественнице, вынужденной оставаться в Черногории только из-за проблем со здоровьем (климат помогает), отказали в карте из-за того, что якобы ей одного дня не хватило до пяти лет пребывания в стране (учитывается непрерывность проживания). И доказать, говорит она, ничего невозможно.

Именно из-за таких проблем и отношения к нашим соотечественникам из Черногории в последние годы идет активный отток россиян. Многие, купив недвижимость на пике ажиотажа для себя ли, для бизнеса, годами не могут реализовать ее не только выше, но даже и за первоначальную цену.

Хотя, конечно, живут на Адриатическом побережье Черногории и те, кто прикипел к ней всей душой, несмотря ни на что. Но таких остается все меньше – особенно после известных событий с поддержкой властями Черногории санкций против России и со вступлением в НАТО (при этом надо понимать, что большинство населения не поддерживает вступление страны в Североатлантический альянс).

Страна переживает сегодня не лучшие времена – экономический кризис, умноженный на политическое противостояние в обществе, накрыл ее с головой. Не помогло оживить бизнес, в том числе, и рынок недвижимости, и запоздалое решение властей (закон вступил в силу с ноября с.г.) осчастливить всех иностранцев, имеющих любую недвижимость, получением вида на жительство. Ведь на практике не все оказалось так радужно: для получения боравка (на год с последующим пролонгацией) следует почти безвыездно проживать в Черногории.

По оценкам экспертов, опубликованных в черногорской правительственной газете Pobjeda, "рынок недвижимости Черногории находится в катастрофическом состоянии из-за малого количества инвестиций, еще меньшего спроса, высоких банковских ставок по кредитам и большого количества предложений, в основном, дорогих квартир". А консультант по восточной Европе головного офиса компании по жилищным вопросам Cechodas и советник черногорского "Фонда солидарности жилищного строительства" Борис Михайлович считает, что ситуация на рынке недвижимости в Черногории сегодня хуже, чем даже во времена до инвестиционного бума. Аналитики по вопросам недвижимости опасаются, что такой спад может получить эффект бумеранга, то есть повлиять на общую экономическую ситуацию в стране и, прежде всего, на банковский сектор.

По словам Бориса Михайловича, новых инвестиций в жилищное строительство практически нет, за исключением нескольких с участием общин и тех, которые являются результатом различных видов социального солидарного строительства. (Видимо, речь идет о кооперативном строительстве.) Эксперт отметил, что даже то, что предлагается, оставляет желать лучшего и в смысле качества абсолютно неудовлетворительно. Вывод Михайловича пессимистичен: почти все инициативы замерли, и света в конце тоннеля не видно. "Учитывая нынешние геополитические события, — полагает эксперт, — нереально в обозримом периоде ожидать значительного роста спроса иностранцев на черногорскую недвижимость".

Как отмечает Pobjeda, иностранцев, заинтересованных в покупке жилья в Черногории, почти нет. "Иностранцы почти ничего не покупают, — говорит Драган Николич из агентства по недвижимости "Империя". Душан Ранкович, директор агентства из Будвы, тоже отмечает, что все меньше иностранцев покупают квартиры, виллы, дома и земельные участки. И все покупатели – из бывшей Югославии, денег у них не так много, чтобы приобретать дорогую недвижимость размером в 200 квадратных метров и больше.

Занимательно, что во всех обзорах по недвижимости эксперты и продавцы из агентств старательно уходят от употребления слова "россияне" (которые, собственно, и создали около десяти лет назад бум по покупке недвижимости в Черногории и на которых все последующие годы этот рынок держался), предпочитая размытое – "иностранцы".

Дарья Истомина

Черногория. Россия > Миграция, виза, туризм > rosbalt.ru, 31 декабря 2015 > № 1599327


Черногория. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 22 сентября 2014 > № 1179627 Мило Джуканович

Премьер Черногории: «Мы уважаем миролюбивую, конструктивную позицию Азербайджана по Карабахской проблеме»

Интервью информационного агентства «Интерфакс-Азербайджан» с премьер-министром Черногории Мило Джукановичем.

- Господин Джуканович, как Вы оцениваете итоги Вашего визита в Азербайджан?

Мой визит в Азербайджан был очень удачным. В ходе визита мы подчеркнули и дали оценку нашим отношениям. Считаем, что наши межгосударственные отношения являются уникальным примером успешного сотрудничества в течение всего нескольких лет.

Не менее важным является то, что мы согласовали приоритетные направления дальнейшего нашего сотрудничества и развития межгосударственных отношений. Так что, подводя итоги своего визита в Азербайджан, могу смело заявить о том, да и сам визит подтверждает это, что перед нашими двумя государствами четкое, надежное будущее дальнейшего совершенствования межгосударственных отношений.

- Как Вы могли бы охарактеризовать отношения между нашими странами? Чем является Азербайджан для Черногории?

Азербайджан для Черногории надежный друг и ответственный партнер. В части «Друг» хочу подчеркнуть, что близость, которая существует между нашими государствами, все больше вливается в отношения между нашими гражданами. А когда говорю о партнерстве, напоминаю, что мы за меньше чем четыре года в отношениях с Азербайджаном во всех областях, больше всего в сфере экономики, достигли результатов, которых мы не имеем с другими государствами за гораздо более долгий период.

- Кстати, об экономических отношениях. Ожидаются ли в ближайшей перспективе шаги в направлении развития двусторонних отношений, в частности, в торгово-экономической и инвестиционной сферах? Насколько известно, SOCAR (Госнефтекомпания Азербайджана) уже реализует в Черногории проект стоимостью свыше $500 млн по строительству туристического комплекса.

Вы правы, SOCAR реализует очень ценный инвестиционный проект в области туризма. Причем делается это очень качественно и в смысле содержания, и в смысле динамики роста объема инвестиций. Также стоит подчеркнуть важность сотрудничества по проектам TANAP (Трансанатолийский газопровод) и TAP (Трансадриатический газопровод). Начинается развитие этих проектов, к которым подключатся государства нашего региона – Черногория, Босния и Хорватия.

- Как бы Вы оценили перспективы развития двусторонних отношений в областях энергетики, туризма и других сферах сотрудничества?

В ходе этого визита мы разговаривали о нескольких новых проектах, прежде всего, в области туризма. Мы намерены передать часть своего опыта Азербайджану, а также перенять опыт, который имеет Азербайджан в развитии зимнего туризма.

Наряду с этим, мы говорили о реализации проектов в области инфраструктуры, прежде всего, дорожной.

Помимо этого, мы с азербайджанскими коллегами провели обмен мнениями о проектах в области энергетики. В ходе встреч и проведенных переговоров мы услышали о возможности открытия Азербайджаном в Черногории своего банковского учреждения в целях поддержки реализуемых со стороны Баку проектов развития в нашем регионе.

- Как Вы знаете, самой большой проблемой Азербайджана является нерешенность нагорно-карабахского конфликта. Хотелось бы узнать, насколько общественность Черногории осведомлена об этом конфликте? И поделитесь, пожалуйста, своими мыслями по данной проблеме.

Общественность Черногории очень хорошо информирована об этом конфликте. Я Вам уже сказал, что мы считаем Азербайджан дружеской страной. Хочу сказать, что мы глубоко уважаем миролюбивую, конструктивную, одновременно очень национальную, ответственную и устойчивую политику, которую Азербайджан ведет в этом плане. Мы живем в регионе, который схож с этим регионом (Южно-Кавказским – ИФ-Аз) в вопросе стабильности и нестабильности. Исходя из этого, мы очень ценим мир, очень ценим стабильность и ответственность в отношениях между соседями.

Мы решительно поддерживаем политику Азербайджана. Желаем, чтобы страна на принципах миролюбивой политики, в соответствии с европейскими принципами попробовала прийти к решению имеющегося с Арменией спора для достижения прочной стабильности, процветания своего собственного государства и этого региона в целом.

Беседовал Фардин Исазаде

Черногория. Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 22 сентября 2014 > № 1179627 Мило Джуканович


Черногория > Приватизация, инвестиции > dw.de, 14 мая 2008 > № 340905

Инофирма

Учредить свой бизнес в Монтенегро (Montenegro) – так называется на английском языке это небольшое балканское государство – можно в течение недели. При этом для иностранного инвестора нет никаких ограничений в выборе деятельности (от с/х кооператива и строительной организации, до – страховой компании и банка). Иностранные инвесторы подпадают под те же самые нормы права, что и местные предприниматели в Черногории.

Законодательство Черногории разрешает следующие шесть организационно-правовых форм предприятий для учреждения бизнеса:

• Entrepreneur – частный предприниматель;

• Limited Liability Company (d.o.o.) – общество с ограниченной ответстве н н остью;

• Joint Stock Company (a.d.) – акционерное общество;

• General partnership (o.d.) – партнерство с неограниченной ответственностью;

• Limited partnership (k.d.) – партнерство с ограниченной ответствен н остью;

• Part of a foreign company – филиал иностранной компании.

Регистрация частного предпринимателя, партнерства и филиала не требует какого-либо уставного капитала. Минимальный капитал, с которым вправе учредиться общество с ограниченной ответственностью – 1 евро, а акционерное общество – 25 000 евро.

Все участники черногорского предприятия вправе быть нерезидентами. Что касается юридического адреса, то на первых порах он может предоставляться местным юристом. Каждое предприятие обязано зарегистрироваться в целях уплаты налога на добавленную стоимость и открыть счет в одном из местных банков.

Ставка корпоративного налога на прибыль в Черногории – одна из самых низких в Европе и составляет 9%.

Законодательство Черногории всячески стремиться усилить привлекательность этой юрисдикции для иностранных инвесторов и предоставляет ряд льгот, например, в течение 3лет полностью освобождая от налога на прибыль предпринимателей, учреждающих бизнес в неосвоенных районах Черногории.

Налог на добавленную стоимость варьируется в Черногории от 7% до 17%.

Четыре категории предпринимателей выделены в специальную группу для льготного учета и уплаты этого налога, а именно:

• Частные предприниматели, чей оборот не превышает в отчетном периоде 18,000 евро, не обязаны регистрироваться и отчитываться в целях НДС;

• Производители с/х продукции освобождены от НДС, а также получают доплату в 5% на сумму своих продаж;

• Туристические агентства, посредники, продающие антиквариат, продукцию художественного творчества и подержанные вещи вправе отчитываться по НДС используя облегченную схему.

Договор о свободной торговле, заключенный Черногорией с Россией в 2000г., позволяет беспошлинно ввозить на территорию России товары, произведенные в Черногории.

Проценты облагаются по ставке, равной 5%, а дивиденды, роялти и прирост капитала – 15%, если не применяются иные ставки, предусмотренные договорами об избежании двойного налогообложения, которые заключены Черногорией с такими странами, как: Албания, Беларусь, Бельгия, Болгария, Босния и Герцеговина, Великобритания, Венгрия, Германия, Дания, Египет, Иран, Италия, Кипр, Китай, Корея, Кувейт, Литва, Македония, Малайзия, Молдавия, Нидерланды, Норвегия, Польша, Россия, Румыния, Словакия, Словения, Турция, Украина, Финляндия, Франция, Хорватия, Чехия, Швейцария, Швеция, Шри-Ланка. www.corpagent.com, 15.2.2008г.

Черногория > Приватизация, инвестиции > dw.de, 14 мая 2008 > № 340905


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter