Всего новостей: 2224875, выбрано 21 за 0.106 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Индонезия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > carnegie.ru, 21 марта 2017 > № 2125917 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Борьба с нефтью. Индонезия: геополитическое везение

Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан

Индонезия — относительно удачный пример ухода от сырьевой зависимости. Эта страна находится в регионе, знаменитом своими экономическими чудесами. Индонезия сейчас воспроизводит азиатскую модель развития с ориентацией на дешевую рабочую силу и экспорт, повторяя путь Южной Кореи, Сингапура и Китая. Географическая и отчасти культурная близость к лидерам региона повлияла на модель развития этой страны

В 1970-е годы зависимость Индонезии от экспорта углеводородов была весьма высокой. Однако политика президента Сухарто в отношении сельского хозяйства и промышленности помогла стране диверсифицировать экономику. Благоприятным оказалось и географическое положение Индонезии: для США в контексте войны во Вьетнаме эта страна стала геополитически важной. В 1980-е Индонезии удалось освободиться от нефтяной зависимости. Успех пришел с развитием сельского хозяйства, а затем и экспортно ориентированной промышленности, преференции для которой предоставляли США и Япония.

Индонезия — государство в Юго-Восточной Азии, на островах Малайского архипелага и западной части острова Новая Гвинея (Ириан-Джая). Население составляет 257,6 млн человек. Темпы его роста с 1950 по 2015 год несколько выше среднемировых — 2% в среднем в год (1,28% в 2010–2015 годах) при общемировом в 1,66% (1,18% в 2010–2015 годах). Медианный возраст индонезийцев — 28,4 года (среднемировой — 29,6 года)[1]. Этнический состав: яванцы — 40,1%, сунды — 15,5%, малайцы — 3,7%, батаки — 3,6%, мадурцы — 3%, бетави — 2,9%, минангкабау — 2,7%, китайцы — 1,2%. Религии: ислам — 87,2%, христианство — 7%, индуизм — 1,7%, традиционные культы. Основной язык бахаса, всего в Индонезии более 700 языков.

В 1950–1960 годах Индонезия была одной из беднейших стран мира, с огромным дефицитом бюджета и гиперинфляцией, иногда превышавшей 1500% в год. Период правления президента Сукарно (1945–1966) проходил на фоне резкого противостояния коммунистических (партия PKI) и националистических сил. В конце 1950-х годов профсоюзы, находящиеся под покровительством коммунистов, захватили множество голландских компаний под видом «отмщения бывшим колонизаторам». Позже, в 1964–1965-м, PKI и профсоюзы начали новую серию захватов — на этот раз британских и американских компаний[2].

В 1965–1966 годах власть в стране захватила армия, не заинтересованная в отъеме частной собственности, так как среди высших офицеров было много крупных землевладельцев и акционеров частных предприятий. В последующие несколько лет армия объявила коммунистическую партию вне закона, бросила в тюрьму лидеров PKI и негласно поддержала убийство сотен тысяч коммунистов по всей стране группами парамилитарес[3]. Одновременно армия и возглавивший страну генерал Сухарто запустили процесс реституции активов, конфискованных в 1950–1960-е профсоюзами. Для привлечения иностранного капитала в Индонезию новые власти приняли либеральные законы[4], а также объявили курс на дружественные отношения с США и западными странами.

Несмотря на жестокое подавление коммунистической оппозиции, 31 год правления президента Сухарто ознаменовался реформами, направленными на экономический рост, развитие инфраструктуры, образования, промышленности и в особенности сельского хозяйства.

В качестве основы развития Индонезии Сухарто провозгласил двойную цель: политическую стабильность и экономический рост. Экономикой страны в 1960–1980 годы занималась так называемая «мафия из Беркли» — группа технократов-экономистов, получивших образование преимущественно в США. Индонезийская элита рекрутировалась в основном из трех источников: выходцев из армии (друзей и сторонников Сухарто), политической партии Сухарто «Голкар» (Partai Golongan Karya — Партия функциональных групп) и экономического блока «мафии из Беркли»[5].

Основными реформами были дерегуляция, сокращение бюджетного дефицита и взятие под контроль инфляции. Последняя упала с 650% в 1966-м до 13% в 1969 году. Экономическая политика начиная с 1969 года формулировалась в пятилетних планах, где выделялись приоритетные отрасли развития.

В 1970-е казалось, что стране не миновать зависимости от ресурсов. Во время первого нефтяного бума (1973–1979) огромные поступления от продажи нефти и газа дополнялись другими статьями сырьевого экспорта. Экспорт древесины и кофе сильно вырос в 1970-е, так же как и цены на ненефтяное сырье. Цены на каучук, пальмовое масло и олово резко подскочили в 1973–1974-м, на кофе — в 1977-м. К концу 1970-х доля нефти и газа в экспорте составляла около 70%, а всего сырьевого экспорта — около 90%[6].

Тем не менее власти направляли природную ренту на цели развития, хотя бы частично. Поступления в бюджет от нефти перенаправлялись в госинвестиции. Например, резко выросли капиталовложения в сельское хозяйство, прежде всего в ирригационные системы и осушение болот. Доля бюджетных расходов на развитие сельского хозяйства выросла с 7,7% (1973−1974 годы) до 14,6% (1978−1979 годы). Государство предоставляло большие субсидии на покупку фермерами удобрений и пестицидов, инвестировало в строительство дорог и школ в сельской местности. Только в 1974 году было построено более 5000 начальных школ и тысячи сельских госпиталей.

Сельское хозяйство стало приоритетом первой пятилетки (1969–1974). К счастью для Индонезии, эта политика совпала по времени с мировой зеленой революцией, в ходе которой были выведены высокоурожайные сорта злаковых культур. Положительную роль сыграла и помощь со стороны США, в частности фондов Рокфеллера (Rockefeller Foundation) и Форда (Ford Foundation), дотировавших сельское хозяйство. Еще в 1960 году эти фонды спонсировали создание Международного института изучения риса (International Rice Research Institute — IRRI), целью которого стал поиск его новых сортов. Появление высокоурожайного риса и проаграрная политика государства, оплаченная нефтегазовыми доходами, помогли Индонезии стать независимой от импорта этого продукта, тем самым достигнув цели, поставленной еще в момент обретения независимости. Если в конце 1970-х — начале 1980-х Индонезия покупала почти треть мирового экспорта риса, то уже в 1985-м стране удалось полностью обходиться своими силами.

Впрочем, не все меры экономической политики способствовали развитию. Например, Индонезия еще в 1960-х установила огромные субсидии на топливо (как и многие другие богатые энергоресурсами страны), что приводило к его нерациональному использованию. Топливные субсидии сохранились и сейчас, хотя государство проводит последовательную политику по их ликвидации.

Избавиться от нефтегазовой зависимости отчасти помог разгоревшийся в 1975 году финансовый скандал вокруг государственной нефтегазовой компании Pertamina. Компания набрала для непродуманных инвестиций 10,5 млрд долларов долгов — в то время около 30% ВВП Индонезии. Расплатиться по ним Pertamina не смогла и вынуждена была объявить дефолт. История, наделавшая много шуму, нанесла значительный ущерб репутации и политическому влиянию Pertamina. В результате излишне амбициозные и рискованные инвестиции в нефтегазовом секторе были приостановлены. А так как это был 1975 год, многие нефтегазовые проекты были отменены еще до падения цен на нефть в 1980-е (время, когда немалое количество проектов, принятых в разработку при высоких ценах на нефть, стали убыточными)[7].

Скандал с Pertamina и закрытие части ее проектов усилили реформаторский блок в правительстве, в него вернулись некоторые старые реформаторы из «мафии Беркли». Приоритетом второй пятилетки (1974–1979) стало развитие региональной инфраструктуры за пределами наиболее населенного острова Ява.

Уже после падения цен в начале 1980-х власти быстро адаптировались к изменившейся конъюнктуре. Приоритетом третьей пятилетки (1979–1984) было развитие экспортно ориентированной индустрии, четвертой пятилетки (1984–1989) — создание тяжелой промышленности, пятой пятилетки (1989–1994) — развитие телекоммуникационной и транспортной инфраструктуры, шестой, не оконченной из-за ухода Сухарто пятилетки (1994–1999) — привлечение иностранных инвесторов.

К концу 1980-х доля нефтегазового экспорта начинает постепенно снижаться, хотя остается высокой. В 1988 году на нефть приходилось 23% экспорта, на газоконденсат — 17%. Другие сырьевые позиции тоже были значительными: например, каучук — 8%, древесина — 12%. Зато начинают появляться группы товаров, характерные для экспортных статей ранних стадий развития экономик «азиатской модели роста»: продукция легкой промышленности (3,2%), ткани (3%). Основными направлениями экспорта были Япония, США, Южная Корея и Малайзия.

Меры по осуществлению заявленных целей включали в себя сокращение расходов бюджета, девальвацию рупии в 1983 и 1986 годах, либерализацию внешней торговли, налоговые льготы и преференции для иностранных инвесторов. В стране сложилось несколько крупных промышленных конгломератов, в основном управляемых представителями китайской диаспоры: Salim Group, Sinar Mas Group, Astra Group, Lippo Group, Barito Pacific Group. Сухарто во многом сознательно поощрял развитие этнически китайского бизнеса, так как не опасался политического давления со стороны этого меньшинства. Это сотрудничество приносило плоды — рост ВВП в 1970–1990 годы был внушительным (в среднем 6,4% в год в 1980-е и 4,4% в 1990-е), однако промышленный сектор рос еще быстрее, его доля в ВВП увеличивалась. В 1991 году доля промышленности в ВВП впервые превысила долю агросектора.

Сухарто и его соратники были далеки от идеалов меритократии и сколотили значительные состояния в период своего правления. Коррупция хоть и была тормозом развития Индонезии, все же не смогла полностью блокировать позитивные тенденции в экономике.

Геополитическое везение

Некоторые исследователи[8] отмечают, что развитию Индонезии помогла геополитическая ситуация. Холодная война дала шанс на развитие многим странам восточноазиатского региона, как бедным ресурсами, так и богатым. Две войны — корейская в 1950-е годы и вьетнамская в 1960–70-е — вовлекли в региональные дела США и способствовали потоку иностранной помощи в некоторые страны региона. Одновременно исторические связи с Японией (многие восточноазиатские страны фактически были ее бывшими колониями) открыли возможности для привлечения инвестиционных потоков из этой страны. Многие другие развивающиеся страны Африки и Латинской Америки, не оказавшиеся в зоне конфликта супердержав и не входившие в зону экономического притяжения той или иной развитой страны, не получили столь благоприятные возможности для развития [9].

Президент Сухарто проводил свою прорыночную политику как раз в разгар вьетнамской войны. При этом в США существовали опасения, что за Вьетнамом на коммунистический путь развития могут встать и другие страны региона. В США были озабочены влиянием компартии Индонезии в начале 1960-х. После того как в 1965 году военные захватили там власть, США вместе с другими 15 западными странами и международными организациями создали специальный фонд Intergovernmental Group on Indonesia (IGGI), через который направляли помощь стране. Между 1967 и 1971 годом IGGI предоставила стране 2 млрд долларов, поддерживая прорыночную политику Сухарто[10]. Помощь также шла по каналу МВФ, экономисты которого оказывали консультативную помощь правительству. Позже к донорам и консультантам присоединились Всемирный банк и Азиатский банк развития.

Вовлеченность западных государств и мировых финансовых институтов в судьбу Индонезии привлекла и частный капитал. Успех международных доноров в поддержании политического режима и макроэкономическая стабилизация послужили сигналом для иностранных компаний — они поверили, что Индонезия относительно безопасное место для инвестиций. Первоначально инвестиции концентрировались в сырьевых секторах, однако со временем иностранный капитал стал проникать в промышленную сферу, особенно после того как правительство запустило программу импортозамещения в период первого нефтяного бума 1970-х и начала 1980-х.

В 1980 году США предоставили Индонезии торговые преференции в рамках Generalized System of Preferences (GSP) — механизма стимулирования торговли США с развивающимися странами. Одновременно собственные преференции предоставила Индонезии Япония. Эти привилегии помогли Индонезии переориентировать политику модернизации. Курс на импортозамещение был изменен на хорошо зарекомендовавшую себя в Южной Корее и на Тайване экспортно ориентированную стратегию. Это помогло Индонезии не заразиться «голландской болезнью» — упадком промышленного сектора на фоне успеха добывающих отраслей.

Вторым фактором в ненефтяном развитии Индонезии стали экономические перспективы, связанные с географически близкими Японией и развивающимися странами восточноазиатского региона (особенно, начиная с 2000-х, с Китаем). В конце 1960-х Япония отказалась от контроля за экспортом капитала, тем самым инициировав волну иностранных инвестиций в Восточную Азию, часть которых пошла в Индонезию. Вторая волна японских инвестиций в Восточную Азию, в том числе Индонезию, стартовала в 1985 году после соглашения «Плаза», подписанного западными странами и Японией, о необходимости ревальвации японской иены. Сразу после этого японские компании стали искать страны с дешевой рабочей силой для аутсорсинга своего производства.

Рост новых индустриализированных стран в Восточной Азии (NIC) также косвенно помог Индонезии. В конце 1980-х их привилегии в рамках GSP стали заканчиваться — и значительная часть промышленных инвестиций потекла в пока еще более бедную Индонезию. Особенно важна была эта динамика в 1980–90-е, при низких ценах на энергоресурсы, когда экономика Индонезии нуждалась в дополнительной стимуляции. Релокация инвестиций и послужила таким стимулом[11].

Азиатский кризис и демократизация

Однако бум привел к образованию пузырей и последующему кризису. В конце 1980-х и начале 1990-х многие восточноазиатские экономики включая Индонезию росли очень быстро. Этот период называли «азиатским экономическим чудом». Страны добились быстрого подъема, используя инвестиционную модель роста, включающую в себя массивные инвестиции в производство, ориентацию на экспорт и опору на дешевую рабочую силу. Такая модель позволяла «азиатским тиграм» производить товары на экспорт по вполне конкурентным ценам. Рост поддерживался фиксацией курса национальных валют к доллару США (индонезийская рупия была фактически привязана к доллару с 1986-го, ее среднегодовая девальвация в 3% объяснялась диспаритетом инфляции, которая была в Индонезии примерно на 3% выше, чем в США). Отсутствие валютного риска из-за привязки курса рупии к доллару и более высокие ставки делали размещение иностранного капитала выгодным.

Однако в 1995 году США вместе с Японией и Германией приняли так называемое обратное соглашение «Плаза». Это был пересмотр предыдущего соглашения 1985 года. Тогда были согласованы действия по ослаблению доллара. Теперь же решили его укрепить и ослабить иену — ее слишком высокий курс всерьез мешал японским экспортерам. Обратное соглашение «Плаза» стало спусковым крючком азиатского кризиса: в 1995–1997 годах иена упала приблизительно на 60% к доллару. Японский экспорт стал дешевле и привлекательнее экспорта «азиатских тигров», валюты которых были привязаны к дорожающему доллару.

Весной 1997 года инвесторы начали избавляться от активов, номинированных в тайском бате. Таиланд продержался недолго и в июле вынужден был пойти на девальвацию. Как только Бангкок отказался от привязки к доллару, инвесторы поняли, что и другие «тигры» не выдержат, и начали продавать активы в Индонезии, Малайзии, Южной Корее и на Филиппинах. Бегство капитала и девальвация подкосили банковские системы этих стран: долги были номинированы в резко подорожавшем долларе, а активы — в подешевевших местных валютах.

Азиатский кризис 1997–1998 годов ударил по Индонезии сильнее, чем по многим другим восточноазиатским странам. Причиной во многом стали неконтролируемое развитие банковского сектора после либерализации банковского законодательства в 1988-м (PAKTO 88); серия IPO на открытой в 1977-м бирже JSE; приток иностранного капитала в 1990-е и пузырь на рынке недвижимости. Средние темпы роста ВВП с 1986 года, после соглашения «Плаза», по 1997-й составили 7,5%. Другим фактором, усилившим влияние кризиса, стала политическая нестабильность, поразившая страну синхронно с экономическим кризисом.

Курс рупии упал с IDR2600/$ в августе 1997-го до IDR14800/$ в январе 1998-го. Попытки центробанка удержать курс привели к оттоку капитала и истощению резервов, в результате чего Индонезия была вынуждена обратиться к помощи МВФ. Падение ВВП в 1998 году составило 13,5% (в Южной Корее — 5,5%, Малайзии — 7,4%, Таиланде — 7,6%).

Первые бунты в стране стали происходить после того, как правительство повысило цену на бензин на 70% весной 1997 года. Далее протесты шли по нарастающей. В особенности пострадала богатая китайская диаспора: недовольство населения экономической ситуацией выливалось в антикитайские погромы. После погромов в Джакарте и других городах в мае 1998-го Сухарто ушел в отставку, передав власть вице-президенту Хабиби.

Зато именно азиатский кризис послужил отправной точкой для демократизации страны в 2000-е годы. Хабиби либерализовал политическую систему страны и СМИ. Уже в 1999-м в стране состоялись парламентские выборы, победу на которых одержала партия-новичок — Индонезийская демократическая партия борьбы (Partai Demokrasi Indonesia Perjuangan, PDI-P), возглавляемая дочерью первого президента Сукарно, свергнутого Сухарто, — Мегавати Сукарнопутри. Однако две другие партии — «Голкар» (Partai Golongan Karya) и Партия национального пробуждения (Partai Kebangkitan Bangsa, PKB) — создали коалицию и выбрали президентом умеренного исламиста Абдуррахмана Вахида. Но коалиция оказалась неустойчивой, и уже в 2001 году Вахид, уличенный в коррупции, был подвергнут импичменту. К власти пришла Мегавати Сукарнопутри, которая была при Вахиде вице-президентом. В 2004-м состоялись первые прямые выборы президента, на которых Мегавати Сукарнопутри уступила лидеру отколовшейся от PDI-P Демократической партии (Partai Demokrat) Сусило Бамбангу Юдойоно. С тех пор страна вступила в нормальный четырехлетний электоральный цикл. Юдойоно после двух президентских сроков ушел в 2014 году, а новым президентом стал номинированный от оппозиционной PDI-P Джоко Видодо.

Хотя удар кризиса 1997–1998 годов был очень сильным, в 2000–10-е экономика росла высокими темпами (в среднем 5,4% в год в 2010-м и 5,5% в год с 2011-го по 2015-й). Страна сократила уровень госдолга с 87% ВВП в 2000-м до 27% в 2016 году. Счет текущих операций с 1998-го сменился на положительный (до этого в 1990-е был дефицит на уровне 1,5% ВВП в год). Причина в росте профицита торгового баланса, который, впрочем, после пика в 2000-м на уровне 10% ВВП плавно сокращался и упал сейчас практически до нуля. Росту экономики способствовали, во-первых, эффект низкой базы после кризиса[12]; во-вторых — достигнутая в 2000-м макроэкономическая стабилизация[13], и в-третьих, продолжение политики экспортной ориентации производства и привлечения иностранных инвесторов.

Падение производства нефти в сочетании с ростом внутреннего потребления привели к тому, что в 2004 году Индонезия стала нетто-импортером нефти. В 2009-м страна приостановила свое членство в ОПЕК и возобновила его только в 2016-м. Однако рост цен на ненефтяные сырьевые ресурсы в 2000–10-е годы привел к тому, что страна увеличила экспорт ненефтяного сырья в долларовом выражении. Высокие цены на сырье отчасти затормозили наметившийся в 1990-х переход к несырьевой экономике. В 2008 году уголь составил 9,2% экспорта (в 1990-х — менее 1%), пальмовое масло — 11%, каучук — 5,3%, медь — 2,9%, никель — 1,7%. Однако, даже несмотря на сырьевой суперцикл, 2000-е показали, что страна оказалась способной развиваться с несколько меньшей опорой на сырье: доля электроники и продукции машиностроения составила в 2008-м около 9%, также повысилась доля продукции легкой промышленности — примерно до 10%.

Отчасти этому помог процесс вторичного аутсорсинга трудоинтенсивных производств[14] не в Китай, ставший уже сравнительно дорогим, а в менее развитые страны Восточной Азии, в том числе Индонезию. Китайский юань укрепился к индонезийской рупии за последние десять лет практически в два раза (с IDR1100/CNY до IDR1950/CNY). В сочетании с резким ростом зарплат в Китае это привело к тому, что индонезийский труд остается относительно дешевым. По данным Economist Intelligence Unit, в 2014-м зарплата на предприятиях в Индонезии составляла в среднем около 1 долл./час против 4 долл./час в Китае и 1 долл./час в Таиланде (в 2008-м в среднем в Индонезии было около 0,8 долл./час против 1,8 долл./час в Китае и 1,8 долл./час в Таиланде).

В 2014 году экспорт стал еще чуть более диверсифицированным: уголь — 10% экспорта, пальмовое масло — 8,9%, каучук — 2,7%. Зато электроника и продукция машиностроения составили в экспорте 10%, текстиль и обувь — 11%, продукция химической промышленности — 4,5%, транспортные средства — 4%. Индекс экономической сложности экспорта Индонезии Economic Complexity Index (ECI), рассчитываемый MIT, — 0,245. Это 79-е место по экономической сложности из 148 стран. В 1964 году Индонезия была значительно менее развитой — 85-е место из 100. Основные направления индонезийского экспорта — Япония (24,9 млрд долларов), Китай (20,8 млрд долларов), США (18,8 млрд долларов), Сингапур (18,7 млрд долларов) и Индия (13,6 млрд долларов).

Индонезия — один из относительно удачных примеров сворачивания с пути сырьевой зависимости. Эта страна находится в регионе, знаменитом своими экономическими чудесами. Южная Корея, Сингапур, Тайвань, Гонконг, а позже Китай прошли в разное время с некоторыми вариациями один и тот же путь экономического развития, который в свое время американский экономист Пол Кругман определил словами «perspiration, not inspiration» — «пот, а не вдохновение». Азиатскую модель развития с ориентацией на дешевую рабочую силу и экспорт повторяет сейчас наряду с Малайзией, Таиландом, Вьетнамом и Индонезия. Географическая и отчасти культурная близость к лидерам региона повлияла на модель развития этой страны.

[1] World Population Prospects: The 2015 Revision. — United Nations, Department of Economic and Social Affairs, Population Division. — 2015.

[ii] https://www.cia.gov/library/publications/the-world-factbook/geos/id.html.

[2] Rosser A. Escaping the Resource Curse: The Case of Indonesia. — Journal of Contemporary Asia. — Vol. 37. №1. 2007. — P. 38–58.

[3] Cribb R. The Indonesian Genocide of 1965–1966 // Teaching about Genocide: Approaches, and Resources / Ed. S. Totten. — N. Y., L.: Routledge, Taylor & Francis Group, 2004. — P. 133–143.

[4] Например, закон об иностранных инвестициях (1967) и закон о внутренних инвестициях (1968).

[5] Vatikiotis M. R. J. Indonesian Politics Under Suharto: The Rise and Fall of the New Order. — L.: Taylor & Francis, 2004. — P. 47.

[6] Rosser A. The Politics of Economic Liberalisation in Indonesia: State, Market and Power. — Richmond: Curzon, 2002. — Р. 42.

[7] Ascher W. Why Governments Waste Natural Resources: Policy Failures in Developing Countries. — Baltimore: John Hopkins University Press, 1999. — P. 68.

[8] Stubbs R. War and Economic Development: Export-Oriented Industrialization in East and Southeast Asia. — Comparative Politics. — Vol. 31. №3. 1999. — P. 337–355.

[9] В Латинской Америке только Мексика получила определенные экономические преимущества, находясь в зоне экономического притяжения США.

[10] Woo W., Glassburner B., Nasution A. Macroeconomic Policies, Crises, and Long Term Growth in Indonesia, 1965–1990. — Washington: World Bank, 1994.

[11] Beeson M. Japan and South-East Asia: The Lineaments of Quasi-Hegemony. — The Political Economy of South-East Asia: Conflicts, Crises and Change / Eds. G. Rodan, K. Hewison and R. Robison. — Oxford: Oxford University Press, 2001. — P. 283–306.

[12] Рост ВВП начался уже в 1999-м.

[13] Инфляция в 2000-х упала до однозначных чисел, прогноз МВФ на 2016-й — 3,6%.

[14] Например, производителя обуви Nike.

Индонезия > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > carnegie.ru, 21 марта 2017 > № 2125917 Владимир Григорьев, Александр Зотин, Андрей Мовчан


Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 30 января 2017 > № 2080864

На Бали не довольны результатами безвизового режима

Ассоциация туроператоров Бали обвинила безвизовую политику в том, что она вызвала снижение “качества” туристов посещающих Индонезию.

Чиновники индонезийской ассоциации туроператоров и туристических агентов (ASITA) выразили тревогу по поводу значительного падения продолжительности пребывания туристов на Бали.

Президент ASITA Asnawi Bahar сообщил, что количество иностранных туристов, прибывших на Бали в 2016 году превысило 4,8 млн, что на 21% больше чем в 2015 году. При этом продолжительность ночевок в индонезийских отелях снизилась на 20% .

По мнению индонезийских туропеарторов вслед за введением безвизовой политики, резко упало "качество" туристов, прибывающих в Индонезию. Туристы стали использовать Бали, как транзитную остановку. Вместе с сокращением ночей, проведенных туристами на острове, снизилось и количество денег, которые туристы тартят на отдыхе.

Введение безвизового режима для ряда рынков, в том числе и для России, спровацировало не только рост иностранного турпотока, но и число незаконных турагентств и гидов, не имеющих сертификатов. Кроме того, на туристическом рынке Бали много предложений от частных отельеров, при этом этот сегмент размещения, в большинстве своем, не регулируется со стороны официальных органов.

Руководство ASITA, в период с 2016 по 2020 гг. планирует максимально координировать работу с правительством, чтобы обеспечить соблюдение действующих законов. Председатель ASITA отметил, что безвизовая политика страны нуждается в детальном изучении.

Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > tourinfo.ru, 30 января 2017 > № 2080864


Саудовская Аравия. Индонезия. Венесуэла. РФ > Нефть, газ, уголь > fingazeta.ru, 11 декабря 2016 > № 2006586 Николай Вардуль

О чем договорилась ОПЕК?

Долго ли продлится праздник?

Николай Вардуль

ОПЕК все-таки смогла договориться. По законам остросюжетного жанра развязка наступила в самый последний момент. Цены на нефть рванули вверх. Надолго ли?

В прошлом номере «Финансовая газета» в статье, написанной до 30 ноября, прогнозировала, что цена возможной договоренности картеля — его разделение. Именно разделение, а не раскол. Слишком разные бюджетные ситуации в странах ОПЕК, разные исходные позиции. Разделение состоялось.

Можно сказать, что ОПЕК продемонстрировала высокий класс экономической дипломатии — никто не хлопнул дверью, договориться все-таки удалось. Но возможно и дополнение: решение обеспечила Саудовская Аравия, дальше следовало решение сложной, но арифметической задачи.

Достигнутую договоренность следует здраво оценить. ОПЕК готова сократить добычу нефти на 1,2 млн баррелей в сутки. Соглашение вступает в силу с 1 января 2017 г. Основную часть сокращения взяла на себя Саудовская Аравия, которая сокращает добычу почти на 0,5 млн баррелей в сутки.

А остальное сокращение? Ответ дает, например, Николай Подлевских, начальник аналитического отдела ИК «Церих Кэпитал Менеджмент». Он обращает внимание на еще одно решение ОПЕК от 30 ноября — приостановку членства в ОПЕК со стороны Индонезии. Индонезия добывает 0,74 млн баррелей в сутки. Ее квота перераспределена между другими членами ОПЕК. Так что в итоге сокращение добычи дали Саудовская Аравия и вышедшая из ОПЕК Индонезия.

По сути, будущее достигнутой договоренности зависит исключительно от Эр-Рияда, что можно рассматривать и как определенную гарантию сохранения договоренности, и как фактор ее неустойчивости. Хотя формально для контроля за выполнением соглашения создается специальный комитет мониторинга ОПЕК, в состав которого войдут представители Венесуэлы, Кувейта и Алжира.

Министр энергетики России Александр Новак ожидаемо приветствовал решение ОПЕК и поэтапно в течение первого полугодия 2017 г. сократить добычу нашей страны на 0,3 млн баррелей в сутки. Ожидается, что не входящие в ОПЕК нефтедобывающие страны должны сократить добычу на 0,6 млн баррелей в сутки, так что Россия берет на себя половину этой доли.

Новак предусмотрительно сразу оговорился: сокращение добычи нефти в России будет действовать в случае выполнения ОПЕК своих решений.

Цены на нефть уже рванули вверх. Прогнозы сходятся в том, что они обоснуются выше $50 за баррель. А это значит, что праздник высоких цен теперь зависит от того, с какой скоростью на рынок вернутся новые добывающие мощности, основанные на передовых технологиях, и прежде всего сланцевики из США. Похоже, за ними дело не станет.

Тогда что же изменилось? ОПЕК доказала прежде всего себе самой свою дееспособность в очень непростых условиях. А это значит, что ОПЕК и сланцевики могут неформально построить некий коридор движения нефтяных цен. Но в любом случае нефтяные качели не остановятся. Во-первых, будущее все-таки за новыми технологиями, а значит, давление на ОПЕК в перспективе будет усиливаться. Во-вторых, нефтяной рынок уже давно и прочно интегрирован в финансовый и валютный рынки. Значит, ожидаемое в самое ближайшее время повышение ставки ФРС, которое может произойти в середине декабря и, как считают многие, будет активно продолжаться в 2017 г., окажет давление на нефтяные котировки, толкая их, при прочих равных условиях вниз.

Саудовская Аравия. Индонезия. Венесуэла. РФ > Нефть, газ, уголь > fingazeta.ru, 11 декабря 2016 > № 2006586 Николай Вардуль


Россия. Индонезия. Весь мир > Образование, наука. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 2 сентября 2016 > № 1885034 Любовь Глебова

Глава Россотрудничества: «Люди должны чувствовать, что с приходом российской компании их жизнь улучшилась»

Любовь Глебова в интервью Business FM на полях Восточного экономического форума во Владивостоке рассказала, зачем российские компании проводят гуманитарные программы за рубежом

Развитие бизнеса на международном рынке невозможно без гуманитарной составляющей. Соответствующими программами российских компаний занимается Россотрудничество. Об этом на Восточном экономическом форуме в интервью Business FM рассказала руководитель Россотрудничества Любовь Глебова. С ней беседовал главный редактор радиостанции Илья Копелевич.

На моей памяти Россотрудничество впервые активно участвует именно в экономическом форуме. Как я посмотрел в ваших целях, задачах, документах вашей политики, вы хотите работать с бизнесом, с компаниями на международных площадках, за рубежом, и чтобы продвижение российских компаний за рубежом было облачено именно в продвижение российского гуманитарного продукта. Что бы это могло быть?

Любовь Глебова: Вы абсолютно верно заметили. Мы действительно с вами, с моей точки зрения, присутствуем в исторический период, когда организаторы экономического форума посчитали необходимым хорошо разобрать, проанализировать с участием представителей госорганов гуманитарную составляющую сегодняшней экономической интеграции. В связи с тем, что это возникло у организаторов форума, это означает, что потребность сегодняшнего бизнеса в гуманитарном сопровождении своих экономических действий на территории других стран стало их реальной потребностью. Это не потому, что государство сказало: давайте вы будете гуманитарно сопровождать. Сегодня на одном из круглых столов, в котором я принимала участие, организованном «Росатомом» по вопросу гуманитарной экономической модели действий сегодня на международной гуманитарно-экономической арене, как раз было подчеркнуто, что в условиях глобальной экономики технологии уже не конкурируют друг с другом, они одинаковые. Все сегодня могут построить атомную станцию, технологии понятны.

Пока еще не все.

Любовь Глебова: Я имею в виду те страны, которые предъявляют этот продукт на рынок. Но чем-то должна формироваться эта конкурентоспособность на международном рынке, и ответ, который мы получаем в сегодняшнем анализе, что повышение конкурентоспособности сегодня связано не столько с совершенством технологий, сколько с созданием приемлемости этого действия для той страны, в которую он входит. Люди, которые живут в этой стране, должны понимать, что если сюда входит российская компания по строительству атомной станции, значит, они должны на себе что-то почувствовать, какое-то изменение. В этой связи гипотеза заключается в том, что гуманитарные действия по поводу детей, которые есть в этом городе, где они устанавливают станцию, обучение их по программам, в которых хотели бы участвовать эти дети, организация их отдыха, совместное продвижение по российской культуре или разные потребности, которые есть там, на месте — не те, которые мы считаем нужным туда привезти, а те, которые есть на месте, — это важнейшая составляющая, которая сегодня очень понятна бизнесу. Бизнес хочет, чтобы его там ждали, а чтобы его там ждали, он должен быть интересен сегодня людям, а людям они не будут интересны, если будут рассказывать, в чем технология их лучше. Люди на себе должны почувствовать, что с приходом какой-то российской компании их жизнь улучшилась. Каким образом может улучшиться жизнь людей в этой стране с приходом российской компании — центральный вопрос, который сегодня обсуждается на форуме. Уже есть в этом смысле практики, и очень интересные. Если раньше российские компании говорили: надо заняться благотворительностью, дай-ка я сюда привезу концерт кого-то или балет Большого театра, то сегодня бизнес по-другому строит свою работу: а что интересно тем, кто живет в этой стране? Не что интересно мне привезти и навязать им, а что интересно тем, кто там живет? И это выявление потребности местного населения — очень интересное действие, которое не может происходить без специалистов и профессионалов в этой области. Поэтому ключевое во второй части вашего вопроса — не Россотрудничество обращается к бизнесу, а бизнес обращается к Россотрудничеству и к представительствам Россотрудничества на местах, чтобы изучить возможности гуманитарного продвижения, гуманитарных способов продвижения их бизнеса на местах.

Практики, вы говорите, есть.

Любовь Глебова: Практики очень интересные, очень разные. К примеру, совсем недавно в рамках совместного проекта с «Росатомом», который мы ведем в течение уже целого года, мы делали гуманитарную экспедицию в Индонезию. Индонезия — это предмет потенциально возможного участия компании. Компания изучает какие-то свои технологические возможности. Нас они мало касаются, вернее, они делаются другими специалистами, а вопрос о том, что будет приемлемо для Индонезии с точки зрения того, что российская компания может предложить — а им будет интересно — было предметом этой гуманитарной экспедиции. Мы в ее рамках встречались с представителями образовательных структур, министерствами, высшими учебными заведениями, семьями, общественностью, выявляя потребности.

И каковы они оказались в Индонезии?

Любовь Глебова: В Индонезии очень интересны взаимоотношения между университетом. Сегодня на круглом столе был ректор университета, который рассказывал о том, как здорово, что они сейчас будут вместе с университетами в России делать сетевые образовательные программы. Сетевые образовательные программы стали возможны только после того, как в 2012 году в России был принят новый закон об образовании. Об этом ничего не знали в Индонезии. Вот приехали, свели этих людей, посмотрели ту тему, которая для них интересна. Там интересны разные направления подготовки. Живая связь между вузами. У них возникли теперь контакты, которые будут жить сами по себе. Но мы понимаем, что если там будет российская компания, эти связи будут поддерживаться с большей интенсивностью.

Как «Росатом» встроится в это, наденет это на себя?

Любовь Глебова: Ему не надо надевать на себя, ему нужно надеть это на индонезийских людей. Ему на себя нужно взять в данном случае поддержку этого контакта, не просто решить, что я вложу деньги в то, что мне хочется, а посмотреть, как будут развиваться эти отношения, и помогать в тех точках, в которых будет поддержка этой уже живой связи, не свое навязывать, а удовлетворять то, что есть. Очень много больших интересов к нашему дошкольному образованию, к начальному образованию, к вопросам дополнительного образования. Кстати, надо признать, мы сами мало гордимся достижениями нашего образования, а вот другие национально-образовательные системы с большой радостью берут те методики, те образовательные программы, стандарты, системы оценки качества, которые есть в нашей системе образования. Русский детский сад — это такое учреждение, которое хотела бы иметь каждая страна. Просто наш русский детский сад построен на методиках развивающего образования, а в основном в других странах дошкольное образование построено на уходе за детьми. Это две принципиально разные вещи. И когда мы рассказываем о том, что есть в нашем дошкольном образовании, люди открывают рот и говорят: а можно мы тоже это будем делать? Мы говорим, что не просто можно, мы в этом поможем вам вместе с компанией, в данном случае «Росатом».

«Росатом» понятно, это у нас экспортоориентированная отрасль, причем одна из немногих высокотехнологичных. Скажем, по продаже и продвижению наших энергоносителей может возникнуть такая тема?

Любовь Глебова: Может возникнуть по поводу чего угодно. Больше того, обязательно возникнет, потому что когда ты приходишь на чужую территорию, важно, чтобы тебя хотели, а хотеть тебя будут только тогда, когда ты точно придешь с тем, что изменит жизнь этих людей. Неважно, что ты с собой несешь, это всегда будет твоим конкурентным преимуществом. В этой связи компания «Росатом» не единственная, просто я рассказываю на примере, потому что только что прошел этот круглый стол. У нас очень много ориентированных на гуманитарную составляющую компаний, которые уже хорошо понимают, что для того, чтобы укорениться в стране, надо, чтобы жители этой страны понимали, чем выгодно им, людям, присутствие этой компании. В этой связи это новая для бизнеса деятельность.

Как возникает ваш контакт? Для многих, особенно для частного бизнеса, когда им говорят, что нужно что-то сделать для культуры, для спорта, да, это все прекрасные и очень важные брендоразвивающие мероприятия, при этом всегда затратные.

Любовь Глебова: Вы сами в своем вопросе сформировали ответ на ваш вопрос. Когда происходит так, что об этом бизнесу кто-то сверху говорит…

Очень часто говорят, что надо дать денег на клуб, на гастроли, на проведение какой-то российской акции — благородное, хорошее дело, и имя компании будет представлено. Но зачастую все равно смотрят на это как на некую социальную обязанность.

Любовь Глебова: До тех пор, пока компания будет только слушать, что ей говорят, и не будет сама производить никаких действий, чтобы понять, а что надо в этой стране, будет происходить процесс навязывания. Когда процесс из навязывания превратится в процесс потребности — он таковой и есть, потому что любая компания, если она озабочена этой историей, начинает изучать, что в этой стране более приемлемо, что сделать такого для них, — и когда возникают предложения по поводу поддержки этого, поддержки этого или этого, любой бизнес может смотреть, насколько это действие вписывается в ту страновую программу гуманитарного действия, которая есть на территории страны. Благотворительность — это не плохо, это замечательно. Мы просто говорим о том, что благотворительность всегда была единственным форматом гуманитарного действия. Но когда расширяется их гуманитарное присутствие, когда они видят, что эффект их бизнеса зависит еще и от того, как их воспринимают в этой стране люди, вот тогда возникает потребность в том, чтобы сделать что-то для этих людей, и тогда возникает потребность в профессионалах гуманитарного действия.

С чисто частными компаниями у вас есть уже опыт и практики?

Любовь Глебова: Конечно. Мы не говорим о явлении, которое возникло вчера. Оно возникает в рамках жизни наших представительств. Я лишь только напомню, что у нас 93 представительства более чем в 80 странах, и в каждой стране есть знание о том, какой бизнес присутствует, каким образом они позиционируются в стране, какие у них есть потребности. И в каждой мы взяли крен на то, чтобы у нас в одной стране была одна программа. В каждой стране есть необходимость знать, кто там есть, и нужно понять, какой формат гуманитарного действия позволителен, уместен, какой будет эффективным. Россотрудничество — это площадка, представительство. Мы не сами выступаем профессионалами в этой области. Есть потребность, к примеру, в школе — мы смотрим, у кого есть потребность и кто может дать удовлетворение этой потребности. На этой площадке мы говорим, что организуем вам тех людей, которые умеют это делать. Мы такая структура, в которой встречают спрос и предложение. Мне кажется, это очень важно на данном этапе развития, расширения нашего международного бизнес-участия, чтобы было место, в котором есть люди, которые знают, что из России можно взять. В этом же месте сидят люди, которые знают, что для этой страны нужно. Вот такая связь между спросом и предложением — это очень не простая функция, но развивающаяся, и, как показывают сегодняшние обсуждения на форуме, очень востребованная функция.

Россия. Индонезия. Весь мир > Образование, наука. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > bfm.ru, 2 сентября 2016 > № 1885034 Любовь Глебова


Индонезия > Армия, полиция > un.org, 28 июля 2016 > № 1849202

Глава ООН призвал власти Индонезии отменить запланированные на эту неделю смертные казни

Генеральный секретарь ООН призвал правительство Индонезии отменить запланированные на эту неделю казни 14 заключенных за преступления, связанные с наркотиками. Приговоры должны быть приведены в исполнение в тюрьме с повышенным режимом безопасности на острове Нуса-Камбанган.

Пан Ги Мун подчеркнул, что ООН выступает против применения смертной казни – независимо от обстоятельств. Однако глава ООН напомнил, что согласно международному праву, если смертную казнь все-таки решили применить, это может быть оправдано только в случае особо тяжких преступлений, включающих в себя преднамеренное убийство. Нарушения, связанные с наркотиками, не относятся к этой категории.

Генеральный секретарь призвал президента Индонезии Джоко Видодо рассмотреть возможность восстановления моратория на смертную казнь, а в дальнейшем и ее полной отмены.

Индонезия > Армия, полиция > un.org, 28 июля 2016 > № 1849202


Индонезия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 18 мая 2016 > № 1762333 Владимир Путин, Джоко Видодо

Заявления для прессы по итогам российско-индонезийских переговоров.

По завершении российско-индонезийских переговоров Владимир Путин и Президент Индонезии Джоко Видодо сделали заявления для прессы.

В.Путин: Уважаемый господин Видодо, дамы и господа!

Завершившиеся переговоры с Президентом Индонезии были весьма насыщенными и конструктивными.

И в узком составе, и в расширенном – с участием руководителей министерств и ведомств – мы обсудили весь комплекс вопросов двусторонней повестки дня, наметили ориентиры и задачи для дальнейшего развития российско-индонезийского сотрудничества.

Отмечу, что Россию и Индонезию связывают давние и близкие отношения. У их истоков стоял искренний друг нашей страны – первый президент Индонезии Сукарно. Мы вспоминали сегодня, что 60 лет назад – в 1956 году – он как раз посещал Сочи для переговоров с руководством СССР.

В ходе нашей беседы с господином Видодо мы подтвердили настрой на наращивание двустороннего взаимодействия по всем направлениям. Особое внимание уделили перспективам развития торговли. После некоторого сокращения объёмов в прошлом году в текущем наметилась положительная динамика: за первые три месяца объём взаимной торговли увеличился почти на 14 процентов. Убеждён, в наших силах не только сохранить набранный темп, но и придать дополнительный импульс дальнейшему развитию деловых связей.

Регулярный интерес предпринимателей к активизации совместной работы подтверждает и регулярный обмен бизнес-миссиями с участием представителей ведущих российских и индонезийских компаний. Мы пригласили наших друзей на Петербургский и Восточный (во Владивостоке) экономические форумы. Условились с Президентом Индонезии на системной основе помогать деловым кругам, создавать благоприятные условия для углубления инвестиционной и промышленной кооперации.

Обсудили идею создания зоны свободной торговли между Индонезией и Евразийским экономическим союзом. Перспективным источником финансирования совместных проектов и интеграционных инициатив мог бы стать и учреждённый в прошлом году Азиатский банк инфраструктурных инвестиций.

Под патронатом господина Видодо осуществляется масштабная региональная инфраструктурная программа. Россия готова оказывать всестороннее содействие индонезийским партнёрам в реализации этой программы.

Значимым в этом контексте является и совместный проект, который запущен в прошлом году, – совместная работа нашей компании «РЖД» со своими партнёрами по строительству на Калимантане железной дороги протяжённостью более 190 километров. На проекте будут работать свыше двух с половиной тысяч человек. Дорога свяжет богатую природными ресурсами часть острова с новым портом и промышленно-технологическим кластером, где будут развёрнуты производственные и перерабатывающие предприятия – также с участием российского капитала.

Планируются разработки и угольных месторождений, [производство] ферроникеля, диоксида марганца, глинозёма и так далее. Наши предприятия готовы снабжать Индонезию быстроходными судами на подводных крыльях, катамаранами, плавучими пристанями, предложить самое современное оборудование для спутникового судового мониторинга. Договорились продолжить взаимодействие в области гражданской авиации.

Есть заделы для расширения энергетического сотрудничества. Наши компании «Зарубежнефть», «Роснефть» имеют конкретные серьёзные крупномасштабные проекты, в том числе строительство современного нефтеперерабатывающего завода на острове Ява с возможными инвестициями в объёме 13 миллиардов долларов.

Планируется также строительство тепловой электростанции – при содействии нашей компании «Интер РАО» – мощностью 1,8 ГВт при инвестициях 2,8 миллиарда долларов. «Росатом» работает над проектом сооружения экспериментального реактора малой мощности.

Индонезийские партнёры предложили усилить координацию в области чрезвычайного реагирования. В прошлом году российские спасатели уже принимали участие в ряде мероприятий, в том числе в тушении природных пожаров на Калимантане и Суматре.

Большое внимание уделяется и развитию гуманитарных связей. На сегодняшний день в России обучаются около 150 индонезийских студентов. На этот и следующий учебные годы для граждан Индонезии выделено по 100 российских госстипендий.

Будем наращивать туристические обмены. В прошлом году индонезийская сторона ввела 30-дневный безвизовый режим для россиян. Прорабатывается возможность заключения межправсоглашения по взаимному упрощению визовых процедур.

Остановились с Президентом и на глобальных, региональных проблемах, в том числе на вопросах противодействия терроризму и экстремизму. Наши страны координируют шаги в борьбе с этими угрозами. Договорились расширить контакты и по линии оборонных ведомств и силовых структур.

Наши страны продолжат взаимодействие на площадках ООН, «Группы двадцати», АТЭС, Организации исламского сотрудничества и, конечно, в рамках российско-асеановского диалогового партнёрства.

И в заключение хочу поблагодарить индонезийских друзей за обстоятельный разговор, выразить признательность господину Президенту за заинтересованное участие в подготовке юбилейного саммита Россия – АСЕАН.

Спасибо за внимание.

Дж.Видодо (как переведено): Для меня является большой честью снова встретиться с господином Владимиром Владимировичем Путиным в Сочи.

С господином Путиным мы как президенты, представляющие правительства и народы Российской Федерации и Республики Индонезии, обстоятельно обсудили вопросы, связанные с укреплением сотрудничества между нашими странами по таким стратегическим вопросам, как экономические отношения, инвестиционные отношения и военное сотрудничество.

Убеждены, что мы можем значительно укрепить и нарастить наше экономическое сотрудничество. Договорились о том, что обе стороны будут предпринимать усилия по устранению препятствий тарифного и нетарифного характера, в том числе в области взаимной торговли, и особенно индонезийскую сторону интересует сфера пальмового масла.

Договорились о том, что будем наращивать инвестиционное сотрудничество. Нас интересуют российские инвестиции в крупные проекты в Индонезии в области морского хозяйства и развития инфраструктуры. Заинтересованы в развитии и продолжении проектов в области железнодорожного строительства и сооружения порта на Калимантане. Также поддерживаем проекты в области нефтепереработки и ряд других инвестиционных проектов.

Мы договорились с Президентом Путиным об укреплении наших связей в области военно-технического сотрудничества. Договорились о том, что будет осуществляться передача технологий, что мы будем обсуждать возможности для налаживания совместного производства. Также нас интересует сфера подготовки кадров и образования.

Нас интересует налаживание и дальнейшее развитие сотрудничества в области преодоления вызовов и угроз, в первую очередь в области преодоления и противодействия терроризму. Мы договорились об увеличении объёмов сотрудничества в сфере обменов разведывательной информацией и о наращивании контактов между силовыми ведомствами.

Что касается сферы туристических обменов, то мы договорились с господином Президентом о дальнейшем наращивании туристических связей.

Я благодарен российской стороне за ту атмосферу, в которой прошли наши переговоры. Диалог был очень конструктивным, и очень откровенно и детально обсуждались интересующие нас вопросы.

С огромным уважением позвольте пригласить господина Путина посетить Индонезию с визитом.

Большое спасибо.

Индонезия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 18 мая 2016 > № 1762333 Владимир Путин, Джоко Видодо


Россия. Индонезия > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 17 марта 2016 > № 1689441 Сергей Россомахов

Интервью торгового представителя РФ в Индонезии Сергея Россомахова

Объем российско-индонезийской торговли через три года увеличится в 4-5 раз, если все уже начатые российские инвестпроекты в этой стране будут выполнены. Однако сейчас их затормозил кризис. Подробности "РГ" рассказал торговый представитель РФ в Индонезии Сергей Россомахов.

Сергей Юрьевич, товарооборот России с Индонезией за прошлый год составил около двух миллиардов долларов. На что можно рассчитывать в будущем?

Сергей Россомахов: Вполне реально довести наш товарооборот в течение трех лет до 8-10 миллиардов долларов в год и увеличить долю машин и оборудования в российском экспорте до 15-20 процентов. По одной железной дороге в Восточном Калимантане (провинция в Индонезии. - Прим. ред.) мы можем поставить машин и оборудования на 300 миллионов долларов. Всего же сейчас в разной стадии находятся около 10 крупных проектов с общим потенциальным объемом инвестиций с нашей стороны более 5 миллиардов долларов. Например, строительство комбината по производству ферроникеля на острове Сулавеси компанией "Ви Холдинг". Под него сейчас идет выкуп земли, одновременно решается вопрос об освобождении ввозимого оборудования от импортных пошлин.

Просевшие цены на уголь повлияют на проект железной дороги и морского угольного терминала в Восточном Калимантане?

Сергей Россомахов: Когда в 2012 году "РЖД" начинало его проработку, конъюнктура на рынке каменного угля была благоприятной, но сейчас, чтобы дорога не была убыточной, к ней нужно допустить нескольких грузоотправителей, а не одного, как предусмотрено действующей лицензией. Кроме того, необходимо договориться с индонезийской стороной о том, чтобы перевозить не только уголь, но и лес, пальмовое масло и другие грузы. Вместе с российским посольством мы оказываем содействие компании-оператору проекта PT Kereta Api Borneo ("дочка" "РЖД". - Прим. ред.) в работе с индонезийской стороной о внесении необходимых изменений в лицензию. Проект поддержан на политическом уровне и внесен правительством Индонезии в десятку приоритетных инвестпроектов. От того, насколько успешно он будет реализован, зависят перспективы дальнейшего инвестиционного сотрудничества.

КАМАЗ объявлял о намерении создать сборочное производство в Индонезии. В каком состоянии этот проект?

Сергей Россомахов: Важно в максимально сжатые сроки завершить работу по сертификации "КАМАЗов" в Индонезии. У КАМАЗа есть хорошая возможность наладить сборку в промышленном парке, создание которого предусматривает проект "РЖД" в Восточном Калимантане. Потенциальный рынок сбыта грузовиков уже есть - это угольные компании, индонезийского партнера мы поможем подобрать, но КАМАЗу надо инвестировать, чтобы организовать сборку. К сожалению, кризис затормозил темпы реализации проекта.

Почему нет встречного потока инвестиций из Индонезии?

Сергей Россомахов: Индонезия на нынешнем этапе своего экономического развития является нетто-импортером инвестиций. Индонезийцы вкладывают главным образом в соседние страны АСЕАН и развивающиеся страны Африки и Ближнего Востока. К России они только присматриваются. Но, например, "Роснефть" ведет переговоры с индонезийской национальной нефтегазовой компанией Pertamina об участии в разработке российских месторождений нефти.

Они вообще на Россию как смотрят? Приоритеты у них какие?

Сергей Россомахов: Они на Россию смотрят с большими надеждами. В этом смысле очень важно, сумеем ли мы успешно реализовать проект по строительству железной дороги, докажем ли, что являемся по-прежнему надежными партнерами. Индонезийцы хорошо помнят период сотрудничества еще 1950-1960-х годов, когда Советский Союз построил в Индонезии немало объектов.

С Индонезией была договоренность о поставке 12 самолетов Sukhoi Superjet 100. Об этом в свое время очень много говорили, но в итоге было поставлено только три борта, и на этом все закончилось. Почему?

Сергей Россомахов: "Суперджеты" были поставлены небольшой фирме Sky Aviation, которая из-за финансовых проблем в марте 2014 года приостановила их эксплуатацию. Сейчас очевидно, что надо было создавать совместную компанию, чтобы оптимизировать расходы, добиваться получения прибыльных маршрутов. Самолеты до сих пор находятся в Индонезии, покупателя на них нет. Более того, они требуют регламентного ремонта, и "Гражданские самолеты Сухого" (ГСС) рассматривает возможность их возврата в Россию.

Вопрос о том, чтобы поставлять новые самолеты, уже не стоит?

Сергей Россомахов: Предыдущий негативный опыт мы учли и рекомендуем "ГСС" работать с Garuda (госкомпания и крупнейший перевозчик Индонезии. - Прим. ред.) и ее "дочкой" лоукостером Citilink. Проблема в том, что там большая конкуренция, они уже взяли в лизинг самолеты-аналоги "Суперджета" по дальности и пассажировместимости - Bombardier CRJ1000. Лизинговые соглашения по ним истекают в 2023 году, и уже после 2020 года мы сможем говорить предметно с Garuda. Для начала речь может идти о 10-12 машинах. Это был бы неплохой результат. Шанс есть.

Индонезия воспользовалась введением в России эмбарго на поставки продовольствия, в том числе рыбы из Евросоюза?

Сергей Россомахов: В 2012 году по результатам инспекции индонезийских предприятий у Россельхознадзора возникли претензии к рыбе и морепродуктам в связи с несоблюдением санитарных норм. Импорт этой продукции в 2013 году был приостановлен, но индонезийцы ситуацию исправили, и в сентябре 2014 года поставки возобновились с 15 предприятиями. За 2015 год они увеличились более чем в 2 раза - до 12,2 миллиона долларов. Сейчас Россельхознадзор рассматривает заявку еще 11 индонезийских фирм. Потенциал у индонезийской рыбной отрасли весьма солидный (в Индонезии более 200 фирм-экспортеров рыбы и морепродуктов), и вполне возможно в среднесрочной перспективе нарастить стоимостной объем поставок рыбы на рынок РФ до 50 миллионов долларов в год.

Текст: Игорь Зубков

Россия. Индонезия > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 17 марта 2016 > № 1689441 Сергей Россомахов


Индонезия. Сирия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 декабря 2015 > № 1573546 Дмитрий Косырев

Поразительный факт нашего времени: в пропагандистской битве против идеологии терроризма успеха может добиться скорее мусульманская Индонезия, чем Америка и другие страны Запада. Почему это происходит и где в этой истории Россия — сложный вопрос. Но по крайней мере, в самих западных обществах вокруг него идет вполне серьезная дискуссия.

Почему не Запад

Начнем издалека, географически даже очень издалека — с Индонезии. В американских СМИ промелькнул подробный, обстоятельный материал о том, что в этой стране началась неожиданно масштабная и успешная пропагандистская кампания против идеологии "Исламского государства", оно же ДАИШ (деятельность этой организации запрещена в РФ). Надо учитывать, что именно Индонезия — самое большое мусульманское государство мира: 190 миллионов мусульман.

Как эта пропаганда ведется? Зеркальным образом, то есть имитируется технология мощной и эффективной пропаганды ДАИШ. Выпускаются видеоклипы, но есть и фильмы побольше, которые буквально заполоняют информационное пространство, прежде всего социальные сети.

В них проводится простая и понятная мысль: идеология террористов — не ислам (что просто факт). Это искажение, упрощение ислама, сектантская схизма, уничтожающая ислам изнутри. Настоящий ислам — свободная, терпимая, плюралистская идеология.

Ведется эта кампания хотя и при поддержке государства, но неправительственной мусульманской организацией "Нахдатул улама", в которой состоит 50 миллионов человек. Помнится, в 70-е — 80-е годы индонезисты вели серьезные споры насчет этой силы, изображая ее чуть не как оплот мракобесия, захлестывающего местную политическую арену. Как видим, сегодня все воспринимается по-другому.

"Почему Индонезия" — хороший вопрос. Так же как и "почему Малайзия", соседнее государство, известное недавним запуском всемирного "движения умеренных", слегка отличающегося от того, что мы наблюдаем в Индонезии. Вообще-то всегда ощущалось напряжение между мусульманами прежде всего Саудовской Аравии и их собратьями из весьма далекой Юго-Восточной Азии: ближневосточники в удивлении морщили нос, размышляя, как это так — весьма далекие собратья учат их тому, что такое ислам. Где ислам родился, в конце концов? Сейчас мы видим, что внутри мусульманских обществ и вправду есть линии разлома, и излечение от радикализма может прийти в них и с востока.

Вдобавок понятно, почему это необходимо Индонезии, или Малайзии, или мусульманским южным провинциям Таиланда. Считается, что не менее 800 индонезийцев отправились воевать на захваченные территории Сирии и Ирака, не забудем также серию терактов, происшедших в Индонезии в последние годы (на острове Бали, в столице Джакарте и т.д.). Так что, начиная пропаганду против экстремизма, эти общества бьются прежде всего за себя.

Но есть вопрос не менее интересный, чем "почему Индонезия": а именно, почему не США, почему не Европа, не Запад в целом. И его более чем всерьез обсуждают сейчас американцы и европейцы, они признают идеологический провал своих элит в пропагандистской борьбе с ДАИШ, фактически списывают в архив эти элиты (например, уходящую администрацию Барка Обамы). И говорят, что для победы над ДАИШ западной цивилизации предстоит серьезно измениться.

Запутались в ценностях

Первое, что в этой дискуссии очевидно — в ней честно признается идейная победа ДАИШ. Вот один из американских материалов на эту тему, в нем повествуется, как команда независимых экспертов проанализировала усилия госдепартамента США по пропагандистской борьбе с экстремизмом. Один из результатов в том, что американское государство намерено отказаться от прямого участия в этом деле, вести пропаганду не от своего имени. Имя не то, мягко говоря.

К этому можно добавить, что именно в пропагандисткой сфере в администрации США в последнее время происходила кадровая чехарда, если не идейная лихорадка. Получается, они не знают, что делать. И признают, опять же во множестве материалов в СМИ, что пропагандистская армия ДАИШ даже сильнее, чем военное его "крыло", что она работает предельно эффективно и побеждает. Числом (до 2,8 миллиона твиттерных сообщений в день!), но и умением. Идеями.

Это что же получается — возникла международная тоталитарная секта, отвергающая ценности нескольких цивилизаций, насаждающая культ смерти и самоубийств, уничтожающая личность людей, попавших под ее власть — и западная цивилизация ничего не может ей противопоставить? А ведь это так и есть. Не может как на территории самих мусульманских государств, так и на территории своей — Европы и США, где идет активная вербовка молодых людей далеко не только мусульманской веры. Скорее Индонезия добьется тут успеха, чем Америка. И далеко не только из-за провальных войн США в Ираке или Ливии.

На скучном языке философов это называется кризисом системы ценностей. Вот что говорит британский философ Джон Грей в New Statesman: грандиозные теории "прав человека" утвердили жесткие ограничения на права государств, однако возникшая в результате анархия может стать куда худшим препятствием для человеческого существования, чем какой угодно деспотизм.

Это он вот о чем: рушили, одно за другим, государства на Ближнем Востоке, считая это борьбой с деспотизмом. Более того, продолжают это делать, считая сирийского президента Асада худшим злом, чем ДАИШ. Иначе просто не могут, искренне полагая, что расчищают арабам поле для либерального рая, который не может не быть привлекательным. Вот и получили. В том числе на своей территории.

Еще одна мысль Грея: мы часто судим фанатиков по себе, думая, что они — отклонение, рано или поздно придут к нашим ценностям. Но история человечества полна примеров масс людей, готовых умереть за свои безумные идеи. Вообще-то у Грея еще много мыслей, но сводятся они к одному: Западу придется сильно измениться, чтобы выжить. Если успеет, конечно.

Есть также его французский коллега Анри Поль Хьюд, находящийся сейчас в Москве с лекциями на тему "Кризис международной и оборонной политики Франции как кризис ценностей". И множество людей в прочих странах Запада, которых объединяет одно: еще лет десять назад они считались консервативными маргиналами, а сейчас их идеи побеждают, в том числе на недавних местных выборах во Франции и не только там.

В порядке послесловия — насчет того, где в этой борьбе находится Россия и ее многонациональное общество. Можно утешиться тем, что мы — не Запад, поэтому у нас больше шансов. Но чтобы бороться с идеологией ДАИШ, для начала надо ее хорошо понимать, вести о ней как можно больше дискуссий.

Что интересно, западники, уже понявшие, что дело — дрянь, это делают. Вот британская Guardian публикует захваченные недавно ключевые идеологические и прочие документы ДАИШ, чтобы было что анализировать. Борьба ценностей ведь предполагает, для начала, их знание и осознание.

Дмитрий Косырев, политический обозреватель МИА "Россия сегодня"

Индонезия. Сирия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 декабря 2015 > № 1573546 Дмитрий Косырев


Индонезия. Россия > Авиапром, автопром > ria.ru, 8 ноября 2015 > № 1543791

Индонезия приняла решение о закупке новейших российских истребителей Су-35, обсуждается передача технологий строительства самолета, сообщил РИА Новости начальник департамента международного сотрудничества госкорпорации "Ростех" Виктор Кладов на международном авиасалоне Dubai Airshow-2015.

"Индонезия определилась в своем выборе, а что дальше — будем ждать", — сказал в воскресенье Кладов, отвечая на вопрос корреспондента о том, на каком этапе находятся переговоры о поставке Су-35 в Индонезию.

Он добавил, что Индонезия заинтересована не только в приобретении самолетов, но и в создании технических сервисных центров на своей территории с последующей передачей технологии строительства.

"Переговоры становятся комплексными, поскольку речь идет не только о поставке, но и о дальнейшей передаче технологий", — отметил Кладов.

В сентябре министр обороны Индонезии Рямизард Рякуду объявил о намерении приобрести эскадрилью истребителей Су-35 для замены устаревших американских машин F-5 Tiger, чей возраст достиг четырех десятилетий.

Dubai Airshow проводится с 1989 года при содействии правительства и гражданской авиации Эмирата Дубай и министерства обороны ОАЭ, сроки проведения в этом году — 8-12 ноября. Её тематика — вооружение и военная техника ВВС, средства ПВО, космическая техника, гражданская авиация и технологии.

Индонезия. Россия > Авиапром, автопром > ria.ru, 8 ноября 2015 > № 1543791


Индонезия. Китай > Транспорт > ru.journal-neo.org, 28 октября 2015 > № 1533039

Китай выиграл у Японии «железнодорожный» тендер в Индонезии

Владимир Терехов

В будущих аналитических исследованиях процесса развития политической игры в субрегионе Юго-Восточной Азии (ЮВА) дата 16.10.2015, несомненно, займёт заметное место.

В этот день в столице Индонезии Джакарте китайская China Railway International и индонезийская PT Pillar Sinergi BUMN Indonesia подписали документы по созданию совместной венчурной компании (с 60% акций у индонезийской стороны и 40% – у китайской), которая будет исполнителем проекта строительства скоростной железной дороги Джакарта—Бандунг.

Её протяжённость составит 150 км, средняя скорость движения по ней скоростного поезда будет находиться в пределах 200-250 км/ч, что позволит пассажирам преодолевать это расстояние за 30-40 минут (вместо нынешних трёх часов). Строительство дороги начнётся в следующем году, начало эксплуатации намечено на 2019 г. Общая стоимость всего проекта оценивается в 5,5 млрд долл. Это будет первый проект создания скоростной дороги не только в Индонезии, но и во всём субрегионе ЮВА. Для Китая он также станет прецедентом реализации подобного проекта за рубежом.

Факт подписания упомянутых документов поставил окончательную точку в длительной и драматичной борьбе между КНР и Японией за победу в тендере на строительство первого проекта в амбициозных планах нынешнего президента Индонезии Джоко Видодо по развитию транспортной инфраструктуры, как необходимого условия экономического прогресса страны.

Посланником неприятной для Японии новости стал руководитель индонезийского правительственного агентства планирования национального развития Софьян Джалил, который приехал в Токио со специальной миссией в конце сентября. По свидетельству японской прессы, доставленное им известие потрясло принявшего его руководителя правительственного аппарата Ёсихиду Суга, который на встрече с журналистами смог лишь выразить “крайнее сожаление и трудное понимание” мотивов индонезийского решения.

В Японии не без основания считали, что победа в индонезийском тендере находится почти в кармане, поскольку уже с 2008 г. Джакарта стала обращаться к японским компаниям за консультационными услугами в сфере развития скоростного железнодорожного транспорта. Согласно оценкам, за прошедшее с тех пор время предоставление этих и других услуг обошлось японским компаниям в 5 млн долл.

Сегодня в Японии высказывается мнение, что китайцы обошли недавних законодателей в сфере скоростного железнодорожного транспорта путём предложения партнёру более выгодного формата финансирования проекта, а не за счёт каких-либо преимуществ над японскими технологиями в области скоростного железнодорожного транспорта. В частности, утверждается, что индонезийских контрагентов не устроило требование получения правительственных гарантий от Джакарты на кредит, который могла предоставить японская сторона в случае победы в тендере.

Япония не теряла надежды на успех и после того как в начале сентября правительство Индонезии отвергло проекты обоих конкурентов, в которых предполагалось то или иное его финансовое участие. Однако к концу месяца в Китае, видимо, приняли радикальное решение о полном отказе от привлечения индонезийского правительства к реализации проекта, что, якобы, и определило конечное решение Джакарты.

Как заявил руководитель China Railway International Ян Чжунминь, успех его компании был обеспечен использованием маркетинговой технологии busness-to-busness, которая распространена в торговых сделках между дилерами. В данном случае китайской стороной был предложен индонезийским коллегам пакет услуг, в который вошли “передача технологий, инвестиции и опыт работы обслуживающего персонала”.

Ян Чжунминь выразил уверенность в успехе проекта и в его дальнейшем развитии. При этом он, видимо, подразумевал планы правительства Индонезии продолжить первоначальную 150-километровую трассу, доведя её протяжённость до 750 км и тем самым связать скоростной железной дорогой три из шести провинций острова Ява.

Необходимо также отметить, что в Индонезии развитие транспортной инфраструктуры рассматривают в широком контексте проблемы создания сопутствующих кластеров современной промышленности, которая сможет обеспечить работой сотни тысяч индонезийцев. Принимая это во внимание, китайская сторона выразила готовность организовать производство скоростных поездов в Индонезии с последующей их продажей той же совместной венчурной компанией как внутри страны, так и на международных рынках.

Масштаб и значимость крайне важной победы КНР в индонезийском тендере выходит далеко за рамки различных аспектов данного конкретного проекта и комментируется с различных позиций. В частности, высказывается точка зрения, согласно которой участие Китая в строительстве современной железнодорожной инфраструктуры Индонезии свидетельствует о начале реализации концепции “морского шёлкового пути”, которая (как, впрочем, и её сухопутный вариант) носит всё ещё аморфный характер. Едва ли в данном случае Китай руководствовался некими “глобальными” соображениями. В Пекине, скорее, исходили из контекста противостояния с ключевыми оппонентами в крайне важном субрегионе ЮВА и в его ключевой стране, в частности.

Победа в масштабном индонезийском тендере стала символом первого заметного успеха политического курса КНР в отношении своих южных соседей, подвергшегося существенной коррекции осенью 2013 г. в ходе визита китайского руководителя Си Цзиньпина как раз в Индонезию. Именно тогда стало отмечаться “снижение оборотов” (по крайней мере, на уровне риторики) пресловутой “напористости” китайской внешней политики, которая настораживала соседей Китая и расширяла возможности по вмешательству в ситуацию в ЮВА со стороны его геополитических оппонентов.

Из них всё более заметным образом здесь проявляет себя Япония, где расценили неудачу в Индонезии как серьёзный удар по недавно скорректированной экономической политике премьер-министра Синдзо Абэ, одним из основных компонентов которой должна стать активизация агентов японской экономики на внешних рынках и прежде всего в ЮВА.

Кроме того, как и для основного геополитического оппонента (Китая), для Японии не меньшее значение имеют политические аспекты неудачи в Индонезии. Как не раз отмечалось в статьях НВО, субрегион ЮВА приобретает для Токио всё большее значение с позиций внешней политики и проблематики обеспечения безопасности в широком смысле этого термина.

Япония получила тяжёлый, но не катастрофический удар в крайне важном для неё субрегионе. Несомненно, продолжится сотрудничество в сфере обороны, которое наполнилось конкретным содержанием после визита в Токио президента Д. Видодо в марте 2015 г.

Что касается самой Индонезии, то формат выбора победителя в “железнодорожном” тендере оказался для её правительства, вероятно, нелёгким испытанием. Выбирать пришлось между двумя ведущими региональными державами. С ними обеими необходимо поддерживать продуктивные отношения.

В этом плане примечательной представляется процедура передачи японскому правительству неприятной для него новости. Вполне можно предположить, что посланник правительства Индонезии принёс Токио нечто похожее на извинения и заверения в стиле “для вас не всё потеряно”.

Наконец, представляется немаловажным отметить факт совпадения по времени проигрыша Токио индонезийского тендера и принятия японским парламентом пакета новых законов в сфере обороны. Совпадение, конечно, случайное, но символическое.

В тот самый момент, когда Япония решила усилить роль военной компоненты в наборе инструментов по достижению национальных целей на международной арене, она стала не в силах обеспечивать их с помощью экономики, что получалось без заметных сбоев все последние 50-60 лет.

Какой-то месседж всё же содержится в этом совпадении.

Индонезия. Китай > Транспорт > ru.journal-neo.org, 28 октября 2015 > № 1533039


Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > regnum.ru, 7 августа 2015 > № 1451434

Министр иностранных дел Индонезии Ретно Марсуди попросила у стран-участниц АСЕАН и гостей саммита организации, в число которых входят Россия, Южная Корея и страны ЕС, ввести безвизовый режим для своих граждан. Об этом сообщает корреспондент ИА REGNUM со ссылкой на индонезийское издание Jakarta Globe.

Соответствующую информацию Марсуди уже подтвердила журналистам. По её словам, соответствующий вопрос был поднят в ходе двусторонних встреч с представителями России, Южной Кореи и стран ЕС.

«Министр иностранных дел России Сергей Лавров пообещал принять во внимание просьбу индонезийской коллеги», — говорится в заявлении МИД Индонезии по итогам саммита.

Помимо безвизового режима, Марсуди и Лавров обсудили инвестиционный потенциал развития инфраструктуры, в частности — вопрос строительства морских портов и аэропортов на Калимантане, пишет издание: «Россия и Индонезия договорились активизировать сотрудничество в сферах образования, торговли и инвестиций. Глава МИД Индонезии попросила Россию поддержать экспорт продукции индонезийского рыболовства и пальмового масла, который сейчас затруднен».

Также стороны затронули тему налаживания взаимодействия в сфере борьбы с террористической угрозой и отмыванием финансовых средств.

Напомним, в начале лета 2015 года власти Индонезии отменили визовый режим въезда для граждан 45 государств, в число которых вошла и Россия. На сегодняшний день россияне могут находиться в Индонезии без визы в течение 30 дней. Помимо этого, Индонезия отменила визовый сбор для россиян в 35 долларов.

Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > regnum.ru, 7 августа 2015 > № 1451434


Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > prian.ru, 27 марта 2015 > № 1324906

Индонезия вводит безвизовый режим с Россией

Это должно помочь индустрии туризма и подогреть спрос на местную недвижимость.

С апреля 2015 года Индонезия вводит безвизовый режим с 30 странами, включая Китай, Великобританию, США и Россию. Путешественники из этих государств теперь смогут находиться в Индонезии без визы на протяжении 30 дней, сообщает портал OPP.Today.

Исключение сделано только для австралийцев, которые, хоть и составили в 2014 году одну восьмую часть от всех путешественников, должны будут продолжать платить $35 за визу. Отношения между двумя странами остаются напряженными.

Цель нововведения состоит в том, чтобы Индонезию посетило на миллион туристов больше, чем в 2014 году. Это даст принесет экономике страны дополнительные $1,2 млрд, если каждый из этого миллиона путешественников потратит на отпуск $1200.

К 2019 году Индонезия немеревается удвоить количество туристов с 10 млн в 2015 году до 20 млн и тем самым приблизиться к заветному показателю в 27 млн человек, которым славятся Малайзия и Таиланд, говорит министр туризма Ариеф Яхья.

Риэторы надеются, что нововведение поможет увеличить спрос на местную недвижимость со стороны иностранцев.

Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > prian.ru, 27 марта 2015 > № 1324906


Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > ria.ru, 2 января 2015 > № 1263028

Посольство России в Индонезии в пятницу опровергло заявления местных чиновников о том, что с 2015 года российские туристы могут въезжать в страну без виз.

"В настоящее время режим пропуска через иммиграционные пункты Индонезии россиян, посещающих страну с туристическими целями, остается прежним, а именно: туристам ставится виза по прибытии на 30-дневный срок стоимостью 35 долларов (с возможным последующим продлением еще на 30 дней)", — заявил РИА Новости по телефону из Джакарты пресс-атташе диппредставительства Дмитрий Солодов.

"Другие категории виз оформляются в консульских отделах дипломатических миссий Индонезии за рубежом также в прежнем порядке", — добавил дипломат.

О вступлении в силу безвизового режима заявили ранее в иммиграционной службе курортного острова Бали, после того как в ноябре 2014 года сразу несколько индонезийских министров пообещали, что с 2015 года прибывающие в Индонезию туристы из России, Австралии, Китая, Южной Кореи и Японии смогут бесплатно получать штамп на пребывание в стране в течение 30 дней. По заявлению руководства индонезийского министерства туризма, целью этого нововведения — развитие связей с пятью важными для этой страны туристическими рынками. В минтуризма надеются, что этот шаг позволит привлечь в страну дополнительно до полумиллиона иностранных туристов, однако не готовы назвать его точные сроки.

Центральное статистическое управление Индонезии сообщило в декабре, что число иностранных туристов, посетивших Индонезию за первые десять месяцев 2014 года, достигло 7,76 миллиона человек — на 8,71% больше, чем за тот же период 2013 года. Всего в истекшем году "страна трех тысяч островов" планировала принять 9,5 миллиона гостей из-за рубежа по сравнению с чуть более чем 8,8 миллиона в 2013-м. Число туристов из России в Индонезию, по данным статистического управления, в 2013 году впервые превысило 96,5 тысячи (в сравнении с 95,7 тысячи годом ранее).

Михаил Цыганов.

Индонезия. Россия > Миграция, виза, туризм > ria.ru, 2 января 2015 > № 1263028


Индонезия. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 8 октября 2013 > № 912844 Владимир Путин

Заявление для прессы и ответы на вопросы журналистов по окончании саммита АТЭС

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые дамы и господа! Коллеги!

Мероприятия саммита АТЭС, хочу отметить, прошли с хорошей практической отдачей.

Ещё раз напомню, что на долю АТР приходится более 40 процентов населения планеты, 56 процентов мирового ВВП и 45 процентов международной торговли. Эти цифры, как вы понимаете, говорят сами за себя.

В прошлом году Россия впервые председательствовала в АТЭС. Мы тесно взаимодействовали и с нашими индонезийскими партнёрами. Такая совместная работа подтвердила свою востребованность, особенно в год «параллельных» председательств России в «двадцатке», а Индонезии – в АТЭС.На сентябрьской встрече лидеров в Санкт-Петербурге и здесь решались схожие проблемы, обсуждались новые модели роста. Между участниками обоих форумов есть общее понимание, что нужно вкладывать капиталы в реальный сектор экономики, искать дополнительные источники инвестиций, повышать занятость, создавать качественно новые рабочие места, укреплять социальные гарантии.

Особое внимание в ходе дискуссий лидеры АТЭС уделили тематике взаимосвязанности, как определили эту тему наши индонезийские коллеги. Наша страна готова внести конкретный вклад в её реализацию. Мы расширяем, как вы знаете, пропускную способность Транссиба и Байкало-Амурской магистрали, наращиваем потенциал Северного морского пути.

Такая модернизация позволит сформировать новые, более короткие и гораздо более выгодные маршруты между Азией и Европой, сэкономить миллиарды долларов при доставке товаров в Азию и в Европу соответственно.

В России реализуются крупные программы развития энергетики. В перспективе наши компании способны существенно увеличить поставки топлива на рынки АТР. Это даст региону столь необходимые для роста энергоресурсы.

Месторождения Сахалина уже обеспечивают около 10 процентов потребностей Японии в сжиженном природном газе. Объёмы поставок нашим партнёрам по АТЭС возрастут после сооружения «Газпромом» во Владивостоке нового завода СПГ мощностью 10 миллионов тонн. Мы пригласили компании из экономик АТЭС подключиться к этим и другим масштабным проектам в Сибири и на Дальнем Востоке.

Устойчивое долгосрочное развитие АТР невозможно без роста взаимной торговли. Здесь, как известно, до сих пор существуют немалые проблемы. Стимулом к развитию бизнес-контактов, формированию понятной и предсказуемой деловой среды послужит углубление региональных интеграционных процессов, создание зон свободной торговли и инвестиций.

Мы активно работаем на данном направлении. Рассматриваем это как вклад в укрепление многосторонней торговой системы. Сформированный совместно с Белоруссией и Казахстаном Таможенный союз действует на основе принципов ВТО и открыт для взаимодействия со всеми экономиками АТР.

Состоялся также обмен мнениями по ряду ключевых вопросов многостороннего гуманитарного сотрудничества. В их числе проект создания единого образовательного пространства в АТР. Идея была предложена, как вы помните, Россией ещё в прошлом году, когда саммит состоялся во Владивостоке, и уже идёт реализация этого предложения – начато формирование межвузовской кооперационной сети, готовятся программы обменов аспирантов и исследователей на базе Дальневосточного федерального университета.

По итогам саммита АТЭС одобрена Декларация об углублении взаимодействия на пространстве АТР. Она нацелена на ускорение темпов развития региона, повышение его роли в мировой экономике. Принято совместное заявление в поддержку укрепления многосторонней торговой системы, а также скорейшего завершения Дохийского раунда переговоров в рамках ВТО.

Очень полезной была встреча с предпринимательскими кругами. В деловом саммите приняли участие руководители более 1200 региональных компаний из самых разных отраслей: от энергетики до сельского хозяйства.

В этом году Россия присоединилась к системе карт для бизнес-поездок в регионе АТЭС. Обладатели таких карт освобождаются от необходимости получения виз. Это безусловный стимул к наращиванию торгово-экономических и инвестиционных связей.

Уверен, принятые саммитом АТЭС решения внесут вклад в развитие региона, послужат стабилизации всей мировой экономики.

На саммите АТЭС состоялись и двусторонние встречи с руководителями Китая, Индонезии и Японии. Мы обсудили наиболее важные вопросы отношений. Определили планы на будущее, затронули актуальные международные проблемы. Со многими лидерами, практически со всеми, проведены краткие беседы, как принято говорить, на полях саммита. И здесь важно отметить, что практически все партнёры продемонстрировали настрой на дальнейшее углубление сотрудничества с нашей страной.

И в заключение хочу подчеркнуть: активизация деятельности АТЭС отвечает интересам всех экономик региона, практически всей мировой экономики.

Благодарю вас за внимание.

В.ТЕРЕХОВ: Здравствуйте! Терехов, Интерфакс. Прежде чем я задам свой вопрос, хотел бы поздравить Вас с днём рождения…

В.ПУТИН: Спасибо.

В.ТЕРЕХОВ: И подарить две книги. Одна из них – «Мыслители, которые изменили мир», а вторая – «Я верю в Россию» Столыпина.

В.ПУТИН: Спасибо. Неожиданно и очень приятно. Благодарю Вас.

В.ТЕРЕХОВ: И вопрос. Вы говорили о том, что АТЭС и мы должны сотрудничать, по крайней мере мы предлагаем, в развитии нашего Дальнего Востока, Сибири и так далее. Правильно ли я понял, что это была одна из наших задач на АТЭС? И есть ли эти мощности и возможности у стран АТЭС, Азиатско-Тихоокеанского региона? Пойдут ли они на это?

В.ПУТИН: Конечно. Есть потребность в таком сотрудничестве. Я говорил об инициативах индонезийского председательства, касающегося сближения стран, создания условий для развития экономики, взаимодействия и сотрудничества.

О чём речь? Это прежде всего физическое измерение, структурное, строительство инфраструктуры. Наверняка Вы слышали о том, что многие азиатские страны проявляют очень большой интерес к маршрутам по Северному Ледовитому океану. Это естественно.

Я уже сказал, эта экономия будет исчисляться десятками миллиардов на доставке товаров и грузов из Азии в Европу и наоборот. Поэтому и Китайская Народная Республика, и другие азиатские страны очень внимательно следят за тем, как мы расширяем возможности Северного морского пути.Сегодня Президент Кореи говорила о большом интересе Кореи к расширению возможностей Транссиба. А в наших планах как раз и значится расширение этой магистрали, так же как и Байкало-Амурской магистрали. И, разумеется, если партнёры в этом заинтересованы, то надеюсь, что их внимание привлечёт и возможность совместных инвестиций. Тем более что Россия сама будет инвестировать эти проекты, в том числе, вы знаете тоже об этом, о наших планах, из Фонда национального благосостояния мы намерены туда деньги вложить. Это одно направление.

Второе направление – это сближение стран АТР в чисто человеческом измерении. И здесь я уже сказал о том, что мы присоединились к так называемым картам, планам по развитию этой системы карт, которая даст возможность деловым людям пересекать границы без получения соответствующих виз.

И, наконец, студенческие обмены, обмены в научной сфере. Здесь многие коллеги говорили о своих возможностях и на Тайване, и в других странах. Понятно, что мы делаем упор в данном случае и в данном регионе на Дальневосточный федеральный университет, который приобретает всё больший и больший вес и привлекает внимание. Всё это вместе даст нам возможность говорить о сближении стран АТР и нашем естественном участии в этих процессах.

Понятно, что тот темп развития, который набрали страны Азиатско-Тихоокеанского региона, заставляет нас задуматься над вектором наших экономических связей, о взаимодействии с различными странами. У нас сегодня 50 процентов товарооборота приходится на Европу, но с учётом перспектив развития в Азии мы, конечно, будем обращать на это особое внимание.

В.ПРИХОДЬКО: Владимир Владимирович, здравствуйте! Виктория Приходько, «Московский комсомолец».

Не скрою, помимо самого саммита мы с особым нетерпением ждали ещё одного события внутри саммита – Вашей встречи с Бараком Обамой. Но она, как известно, не состоялась, Обама не приехал. Вы вчера с пониманием отнеслись к этому.

Скажите, обсуждалась ли возможность новой встречи и нужна ли она с учётом более или менее позитивного развития ситуации в Сирии на данный момент? И мы вчера также наблюдали перед церемонией фотографирования, как Вы тепло поприветствовали друг друга с Джоном Керри. Можно ли сказать, что на данный момент отношения с США выходят из клинча?

В.ПУТИН: Ну они не были в клинче. У нас, что касается Сирии, были разногласия скорее всего тактического характера. Ведь США не стремятся же к тому, чтобы в Сирии к власти пришла «Аль-Каида», правда? Они всё время об этом говорят. И мы этого не хотим.

У нас в целом общие цели, касающиеся стабилизации ситуации в стране, демократизации ситуации там, создания условий для мирного сосуществования всех людей, которые живут на этой территории, людей всех конфессий, вероисповеданий, всех этнических групп. Это сложная страна.

У нас разница была и отчасти остаётся в средствах достижения этой цели. Но и здесь, как вы видите, есть значительный прогресс. Мы договорились с нашими американскими партнёрами по поводу того, как мы должны и что мы должны делать в среднесрочной перспективе.

Надо сказать, что сомнения по поводу того, будет ли сирийское руководство адекватно реагировать на принятое решение по химическому оружию, не оправдались. Сирийское руководство, Сирия очень активно включилась в эту работу и действует очень транспарентно, помогает международным структурам избавить страну от химического оружия. Надеюсь, и дальше эта работа будет продолжаться в таком же темпе, в таком же ключе.

Но по другим направлениям у нас взаимодействие с Соединёнными Штатами никогда не прекращалось. Это касается и нашего переговорного процесса по оружию массового уничтожения, по нераспространению, это касается нашего взаимодействия в области экономического сотрудничества. У нас продолжаются контакты по линии Министерства иностранных дел, по линии Министерства обороны. Я считаю, что ситуация вполне удовлетворительная, хотя, разумеется, нам ещё многое нужно сделать, для того чтобы работа была более эффективной, особенно в области экономики.

У нас второй год подряд сокращается товарооборот. У нас в позапрошлом году товарооборот был и так небольшой, имея в виду наши потенциальные возможности, – 31 миллиард долларов, а в этом году скорее всего он будет 28. Ведь США тоже относится к странам Азиатско-Тихоокеанского региона, потому что все эти страны считаются по берегам Тихого океана.

С Китаем, с другой стороны, у нас постоянно растёт товарооборот. Темпы его немного упали, но в этом году он тоже увеличится минимум на 5 процентов, уже 57,5 миллиарда долларов. 57,5 миллиарда, с одной стороны, и 28 – с другой. Разница есть? Поэтому, имея в виду возможности, которые далеко не использованы, нам ещё многое предстоит сделать.

А встречи – вы знаете, я не считаю, что нужно осуществлять и проводить встречи ради встреч. У нас идёт регулярная и стабильная, достаточно эффективная, особенно за последнее время, работа даже по сложным темам, где нам не удавалось достигать договорённостей. Работают министерства иностранных дел, работают ведомства по линии правительств. Когда такая необходимость созреет, встреча, уверен, состоится.

И.АРХИПОВ: Илья Архипов, агентство Bloomberg. Хотел бы уточнить по Сирии. Называется, что год потребуется на уничтожение химического оружия, арсенала Асада. Насколько Вам кажется это реалистичным? И что будет после этого? Какой Вы видите судьбу Асада после этого? Какой Вы видите судьбу Сирии после этого?

В.ПУТИН: Судьбу Асада должен решать сирийский народ, а не руководство России либо руководство любой другой страны мира. Только сирийский народ в рамках своего суверенитета определяет будущее своей страны, своего устройства и выбирает своих лидеров.

И.АРХИПОВ: А реалистично за год это сделать? Реалистично ли ликвидировать такое огромное количество?

В.ПУТИН: За год? Я не знаю, ведь это не мы определяем, это определяют эксперты Международной организации по химическому разоружению. И мы им доверяем, и мы, и американцы, и всё международное сообщество им доверяет. Это специалисты, которые пользуются авторитетом и доверием всего мира. Если они говорят, что можно сделать это за год, значит, так оно и есть.

ВОПРОС: Как Вы видите роль России в Азиатско-Тихоокеанском регионе, учитывая всё более растущее влияние Китая здесь? И насколько серьёзно Вы воспринимаете при партнёрских отношениях с Китаем тему конкуренции с Китаем в этом регионе? Насколько здесь одно с другим совмещается?

В.ПУТИН: Конкуренция – двигатель прогресса во всех сферах: и в экономике, и в политике. Поэтому я здесь не вижу ни противоречий, ни трагедий, всё нормально, естественно, так и должно развиваться. В чём-то есть конкуренция, в чём-то сотрудничество. Но на сегодняшний день у нас с Китаем больше точек соприкосновения, связанных с сотрудничеством, причём это сотрудничество идёт по разным направлениям.

И я уже говорил на встрече с деловыми кругами: если мы говорим об энергетике, то это и углеводороды, причём разные – и нефть, и газ, это, возможно, в будущем и сжиженный природный газ, это электроэнергия, это атомная энергетика. Мы два, как вы знаете, блока на Тяньваньской атомной электростанции построили, на очереди третий и четвёртый блоки.

Но энергетика – это далеко не всё, чем мы занимаемся. Мы решаем вопросы, связанные с кооперацией в области авиастроения. Китайцев прежде всего, конечно, интересуют тяжёлые вертолёты, и здесь мы, безусловно, является одними из лидеров в мире. Таких вертолётов, кроме нас, наверное, никто и не делает. В Штатах есть, но таких тяжёлых, по-моему, даже там нет, по 20 тонн. Мы будем модернизировать либо делать совсем новую машину – там на уровне специалистов, экспертов это решают.

В области космоса у нас хорошие перспективы, в области авиастроения. Конечно, трудно пробиться на мировой рынок с широкофюзеляжными самолётами, очень трудно, но у нас такие шансы есть, и финансовые возможности, и технологические – рынок-то огромный и у нас, и у китайцев. Если мы сделаем конкурентоспособную, именно конкурентоспособную машину, тогда она на собственный рынок пойдёт и уже будет иметь хорошие перспективы.Есть и другие направления в металлургической промышленности, есть в транспорте хорошие направления сотрудничества, по развитию инфраструктуры. Ведь через нас и через Китай уже проходят и могут проходить ещё какие-то маршруты, связывающие Азию и Европу. И здесь нам тоже нужно с нашими партнёрами определиться, по какому направлению.

У нас очень много проблем, связанных с защитой окружающей среды, с экологией. Приграничное сотрудничество в этом смысле вообще трудно переоценить. Посмотрите, что было во время тяжёлых паводков и наводнений. А ведь если случаются какие-то катаклизмы, связанные с техногенными причинами, то тогда это затрагивает как территорию Китая, так и территорию России. Здесь очень важно наладить взаимоотношение и между регионами, и между соответствующими службами.

На сегодняшний день всё это взаимодействие находится на весьма высоком уровне.

Е.ГЛУШАКОВА: Глушакова, РИА «Новости». Если можно, в далёкую Голландию. Там избили нашего дипломата, причём на глазах у детей, причем полицейский Нидерландов. Как Россия будет реагировать на этот эпизод? Как в дальнейшем будут строиться российско-голландские отношения?

В.ПУТИН: Это грубейшее нарушение венских конвенций. Мы ждём разъяснений и извинений, а также наказания виновных. И в зависимости от того, как себя будет вести голландская сторона, мы будем реагировать.

Е.ГЛУШАКОВА: Вопрос по другой тематике. Приближается дата заключения Украиной соглашения об ассоциации с Евросоюзом. И чем ближе эта дата, тем больше звучит самых разных точек зрения, вплоть до того, что отношения России с Украиной будут серьёзно испорчены.

Как Вы относитесь к таким прогнозам? И насколько, на Ваш взгляд, сближение Украины с ЕС означает её отдаление от Таможенного союза? Премьер Азаров, как известно, предложил странам Таможенного союза провести консультации с ЕС.

В.ПУТИН: Консультации с ЕС?

Е.ГЛУШАКОВА: Да.

В.ПУТИН: Спасибо за совет. Мы подумаем, с кем нам проводить консультации. А что касается консультаций с ЕС, то мы в постоянном контакте находимся с нашими коллегами в Евросоюзе, постоянно. У нас и встречи постоянные и на российской территории, и на территории стран ЕС. У нас создан соответствующий механизм.

Что касается отдаления от России – я не думаю, что это будет означать отдаление, потому что, я уже говорил об этом, как бы мы ни двигались, всё равно мы где-то встретимся. Вопрос в цене этого пути, в эффективности этого пути.

Что мы должны будем сделать? Это мы должны будем принять меры, тоже об этом уже говорилось неоднократно, в том числе и мною, по защите своего рынка. У нас достаточно большая разница в уровне таможенной защиты своих рынков с Украиной и с Таможенным союзом.

И если, собственно говоря, к этому идёт, Украина и дальше понизит уровень защиты своей собственной таможенной территории, то нам придётся принимать какие-то защитные меры. Безусловно, это должны быть меры исключительно в рамках Всемирной торговой организации. Но одно из положений зоны свободной торговли в рамках СНГ даёт нам право вводить защитные меры. Там прямо это прописано.

Кроме этого, вопросы стандартизации, технических стандартов тоже являются весьма сложными, и это может создать определённые проблемы в торговом обороте и в кооперации. Безусловно, всё это вместе какой-то ущерб взаимоотношениям в экономической сфере может нанести. Но у нас не будет никаких проблем в политической сфере, я уверен.

Украина и России – это абсолютно точно братские государства, я уже говорил, по большому счёту это один народ. Так что, разумеется, мы всё равно будет сотрудничать так же, как это делаем сейчас, несмотря на то что эти дискуссии происходят, довольно эмоционально и бурно проходят дискуссии, связанные с возможным подписанием Украиной документа об ассоциации с ЕС.

Наши банки 10 дней назад, конечно, не без моего ведома, оформили Украине очередной кредит 750 миллионов долларов. А «Газпром», тоже не без ведома российского руководства, пошёл на то, что помог Украине закачать необходимый газ в газовое хранилище со скидкой, по-моему, 260 долларов за 1 тысячу кубов. Примерно, я могу ошибиться в каких-то долларах, когда цена для Украины совсем недавно была 400, а сейчас она упала где-то 380–390.

А мы сделали скидку, «Газпром» сделал скидку для закачки в ПХГ Украины. То есть мы сотрудничаем, помогаем Украине, нашим украинским партнёрам, нашим друзьям. Но если мы увидим, что подписанные документы подрывают наш собственный рынок, разумеется, мы должны будем принимать определённые меры по защите своего собственного рынка.

Что касается советов по поводу того, как и с кем проконсультироваться. Мы надеемся, что наши украинские друзья с нами тоже проконсультируются, перед тем как совершат те или другие действия. Собственно говоря, это не ирония никакая. Мы предложили провести на правительственном уровне такие консультации, чтобы посмотреть и реально оценить все плюсы и все минусы развития отношений с нашими партнёрами вне СНГ.

Е.СОЗАЕВ-ГУРЬЕВ: Егор Созаев-Гурьев, «Известия». Владимир Владимирович, хотел всё-таки уточнить. У Вас был разговор с Керри. Что обсуждали? Может, он какое-то послание от Обамы передал?

И опять же по тематике АТЭС. Сегодня над морем пролетали российские Ми-35. Как Вы оцениваете перспективы военно-технического сотрудничества? Может быть, к Вам даже обращались, есть ли заказы на нашу технику в АТР?

В.ПУТИН: Мы с господином Керри на полях между сессиями беседовали, разговаривали. Конечно, прежде всего разговор шёл в данном контексте о Сирии. И я уже сказал, свою оценку давал этому процессу. У нас есть взаимопонимание того, что мы должны делать и как мы должны делать.

Я очень рад тому, что Президент Обама занял такую позицию, для него это достаточно непростая, наверное, была ситуация, он принял такое решение. Это позволило не только сблизить позиции, позволило избежать трагедии. Но с Госсекретарём мы как раз об этом и говорили: говорили о перспективах уничтожения химического оружия в Сирии, о том, как нам выстраивать дальнейшую работу по этому и по некоторым другим направлениям.

Кстати говоря, один из приоритетов сегодня – это не только уничтожение химического оружия, но и восстановление переговорного процесса между всеми конфликтующими сторонами на площадке Женевы. В этой связи хотел бы сказать, что мы считаем возможным расширить число участников, в том числе за счёт таких крупных исламских государств, каким является Индонезия, где мы сегодня с вами находимся.

Это крупнейшее исламское, мусульманское государство, с самым большим мусульманским населением, и, на мой взгляд, это было вполне естественно, и мы бы это приветствовали.

ВОПРОС: Владимир Владимирович, возвращаясь всё-таки к развитию Сибири и Дальнего Востока, всё-таки это центральная тема на АТЭС для нас. Мы знаем, что некоторое время назад, летом этого года, Вы высказывали критические замечания по поводу выполнения программы развития этого региона, обещали в октябре вернуться к этому вопросу. Сейчас, после смены руководства министерства Дальнего Востока и Сибири, Вы более или менее удовлетворены, как там идёт или всё-таки требуется какой-то ещё прорыв?

И в связи с этим ещё дополнительный вопрос. Сейчас есть предложение в обществе в связи с дискуссией о мигрантах, о визах и тому подобное всё-таки или переселять мигрантов из центральных регионов России в малообжитые районы Сибири, где идёт отток населения, или всё-таки ввести снова визовый режим с соседними государствами, откуда приезжают нелегальные мигранты. Как Вы относитесь к этому вопросу?В.ПУТИН: Визовый режим в рамках СНГ будет означать, что мы отталкиваем от себя бывшие республики Советского Союза. Нам нужно не отталкивать, а приближать, но нужно делать этот процесс более цивилизованным, и наладить нужно работу на этом треке таким образом, чтобы он не раздражал коренное население, а вызывал бы положительную реакцию.

Имею в виду, что наш рынок труда нуждается в заполнении тех рабочих мест, которые не заполняются местными гражданами, но именно местными. Поэтому нам внимательнее нужно посмотреть на этот рынок труда и более профессионально решать вопрос о том, на какие рабочие места мигранты допускаются, а на какие – нет. Это во-первых.

А во-вторых, все мигранты, и я уже об этом говорил неоднократно, должны ясно понимать, что если они приезжают в Российскую Федерацию, то они должны знать язык, историю, культуру народа региона, в который они приезжают, и уважать наши традиции, наши законы и нашу культуру. Правоохранительные органы соответствующим образом должны реагировать. И здесь очень важен контроль со стороны общества за правоохранительными органами с точки зрения пресечения всяких коррупционных проявлений.

Что касается Сибири и Дальнего Востока, то никого насильно: ни наших граждан, ни мигрантов, которые хотели бы жить в Российской Федерации, – насильно никого на эти территории не направить, во всяком случае, не закрепить. Там нужно создавать благоприятные социальные и экономические условия, и это будет главным условием успеха развития этих территорий.

М.ПЕТРОВ: Михаил Петров, агентство ИТАР-ТАСС. Владимир Владимирович, если позволите, снова к ситуации в Америке. На сей раз об американской экономике.

Наверняка эта тема обсуждалась на саммите. Как Вы считаете, какое развитие она будет иметь и какое влияние она может оказать на российскую экономику? Достаточен ли запас прочности в России для того, чтобы купировать негативные последствия?

В.ПУТИН: Эта ситуация специально не обсуждалась. Американский представитель рассказал о своём видении развития ситуации прежде всего применительно к развитию мировой экономики без всякой привязки к сегодняшней ситуации с бюджетом США.

Но мы с Вами прекрасно понимаем, все это понимают, что это крупнейшая экономика мира – американская, и если её лихорадит, то отражается на всех так же, как и политика ФРС США, касающаяся ослабления политики «больших денег», которые ФРС направляет в экономику в последние годы. Любое движение в Штатах так или иначе на мировой экономике отражается.

Что касается политики ФРС, то даже заявления руководства ФРС отражаются на оттоке либо притоке – в данном случае на оттоке – денежной массы, валюты с развивающихся рынков. На нас это тоже немного отражается, но в меньшей степени, чем на других развивающихся странах.

А в целом, конечно, мы заинтересованы в том, чтобы экономика как можно быстрее восстановилась, чтобы она демонстрировала устойчивые темпы роста, потому что мы хотим сотрудничать с американскими партнёрами. И в целом здоровье мировой экономики в значительной степени зависит от того, как себя чувствует американская.

Поэтому мы желаем успеха нашим американским партнёрам. Надеемся, что эти проблемы внутриполитического характера, а всё, что там происходит, связано не столько с экономикой, сколько с внутренней политикой, они будут преодолены и как можно быстрее.

Е.МИЛЕНЧИЧ: Елена Миленчич, Russia Today. Владимир Владимирович, мы видели, как вчера Вас Президент Индонезии поздравлял с днём рождения. Скажите, как Вы его отпраздновали?

В.ПУТИН: Как мы отпраздновали? Никак почти не отпраздновали. У нас последняя встреча была с китайской делегацией. Я предложил нашим китайским друзьям поднять по рюмке водки по поводу этого события. Они не отказались. Мы так и сделали. Вот и всё празднование. Но было очень тепло, по-товарищески, даже, можно сказать, по-дружески.

Е.МИЛЕНЧИЧ: А подарки были?В.ПУТИН: Да. Китайские друзья принесли большой торт. Мы его благополучно умяли, потому что это было всё неожиданно и не было в виде какого-то большого застолья, банкета. Это так было всё импровизированно.

Е.КРИВЯКИНА: Газета «Комсомольская правда», Елена Кривякина. Владимир Владимирович, за последние полгода у Вас было четыре встречи с японским премьером. Можно ли сделать из этого вывод, что появилась почва для заключения мирного договора? И попробовали ли Вы подаренное Вам саке или только всё-таки водка?

В.ПУТИН: Вы думаете, я здесь пьянствовал, что ли? Я саке попробовал, водки выпил: с китайцами – водки, с японцами – саке. Нет, я, слава богу, пока в состоянии себя держать в руках. И до саке ещё доберёмся, уже в Москве.

А что касается российско-японских отношений, то, безусловно, они находятся сейчас в хорошем состоянии. У нас развивается торговля, причём она растёт постоянно. С некоторыми странами падает, а вот с Японией растёт. И я говорил, с Китаем растёт, и с Японией тоже растёт.

У нас очень много хороших проектов в области энергетики. Как вы знаете, я уже об этом говорил только что, по-моему, 10 процентов потребности Японии в сжиженном газе покрываются за счёт поставок из России. И сейчас мы будем строить ещё один завод по сжижению в районе Владивостока, мы увеличим этот объём, эту долю России.

Японцы проявляют интерес к совместной работе на некоторых других площадках. Как вы знаете, неплохо развиваются наши взаимоотношения в области машиностроения и на Дальнем Востоке, и в европейской части Российской Федерации. Мы сотрудничаем в других высокотехнологичных сферах.

И всё это создаёт условия для того, чтобы нам не только мечтать, но и в практическом плане работать над заключением мирного договора. Для того чтобы мы подошли к этому, нужно создавать не образ врага, а образ друга. Мне кажется, что с Японией это вполне возможно.

А что касается практической работы, то мы возобновили переговорный процесс между министерствами иностранных дел, и на экспертном уровне эта работа проводится. Осенью этого года, в ноябре, по-моему, ожидается визит в Японию Министра иностранных дел и Министра обороны Российской Федерации.

Большое вам спасибо.

Индонезия. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 8 октября 2013 > № 912844 Владимир Путин


Малайзия. Индонезия > Внешэкономсвязи, политика > ved.gov.ru, 26 сентября 2013 > № 929866

Азиатский банк развития (Asian Development Bank) в январе 2014 года преступит к проведению исследования возможностей создания специальной приграничной экономической зоны так называемого индонезийско-малайзийско-тайландского треугольника роста (IMT-GT). Целью создания данной зоны является содействие благосостоянию и экономическому росту наименее развитых провинций Малайзии, Индонезии и Таиланда.

Проект IMT-GT - является субрегиональной инициативой сотрудничества государств. Он создан правительствами трех стран в 1993 году для ускорения экономических преобразований в наименее развитых провинциях. В его состав в настоящее время входят восемь штатов в Малайзии, 14 провинций на юге Таиланда, и 10 провинций на острове Суматра в Индонезии.

Предварительное исследование, которое будет проведено экспертами банка, определит круг потенциальных источников финансирования создания специальной экономической зоны.

Выводы и соответствующие рекомендации по результатам работы будут представлены на саммите глав заинтересованных государств в апреле 2014 года.

Малайзия. Индонезия > Внешэкономсвязи, политика > ved.gov.ru, 26 сентября 2013 > № 929866


Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > metalinfo.ru, 5 марта 2013 > № 774402 Алексей Мордашов

Группа по Торговле «Деловой Двадцатки» (B20), сопредседателем которой является Алексей Мордашов, генеральный директор ОАО «Северсталь», призывает лидеров стран «Большой двадцатки» (G20) подписать Соглашение о содействии торговле до конца 2013 года, чтобы придать дополнительный импульс росту мировой экономики.

На рабочей встрече Группы по Торговле Алексей Мордашов сказал: «Мы призываем страны «Большой Двадцатки» приложить все усилия для того, чтобы подписать Соглашение о содействии торговле на предстоящей в декабре этого года министерской конференции ВТО, которая пройдет в Индонезии. Подписание данного соглашения будет способствовать росту торгового оборота и мировой экономики в целом. Соглашение выгодно как развитым и развивающимся, так и наименее развитым странам, при этом наибольший эффект получат предприятия малого и среднего бизнеса. Сейчас, когда мировому сообществу так нужны новые источники экономического роста, очень важно, чтобы участники переговоров смогли завершить все необходимые согласования как можно скорее – мы призываем их подготовить проект Соглашения к Саммиту Лидеров «Большой Двадцатки» в Санкт-Петербурге 5−6 сентября».

Целевая группа по Торговле придает большое значение подписанию Соглашения о содействии торговле, подготовка которого является одной из ключевых рекомендаций бизнес-сообщества по формированию условий, благоприятных для роста мировой экономики. Соглашение о содействии торговле призвано облегчить и упростить таможенные и другие административные процедуры на границе, которые отнимают время и приводят к возникновению дополнительных издержек в международной торговле.

«Деловая двадцатка» (В20) – это неформальное объединение деловых ассоциаций, сотрудничающих с целью поддержания непрерывного диалога между деловым сообществом, правительствами стран «Группы двадцати» (G20) и соответствующими международными институтами. На национальном уровне членами «Деловой двадцатки» являются признанные лидеры, обладающие возможностью поддержания постоянного диалога с органами власти и мобилизации усилий частного сектора для обеспечения успешной работы G20.

Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > metalinfo.ru, 5 марта 2013 > № 774402 Алексей Мордашов


Индонезия > Экология > ria.ru, 14 ноября 2012 > № 688614

Министерство энергетики и горнодобывающей промышленности Индонезии объявило три крупнейших города страны: Джакарту, Бандунг и Семаранг - "зонами тревоги" в связи с проседанием там почвы из-за активного потребления грунтовых вод, сообщает в среду газета Jakarta Globe.

Во главе процесса идет Джакарта, "тонущая" со скоростью десять сантиметров в год, тогда как Семаранг и Бандунг уходят под землю на 6-7 и 5 сантиметров ежегодно.

"Если мы не вмешаемся, Джакарта может затонуть", - заявил глава Центра запасов грунтовых вод и экологической геологии министерства Додид Мурдохардоно (Dodid Murdohardono).

По данным национальных СМИ, уже сейчас свыше половины территории столицы лежит ниже уровня моря, в связи с чем в сезон дождей многие районы Джакарты оказываются затопленными: мощные насосы, откачивающие воду, не справляются со своей работой. Между тем процесс проседания все ускоряется.

По словам главы Центра, сходные проблемы испытывают и другие крупнейшие мегаполисы Индонезии, такие как столицы провинций Северная Суматра и Восточная Ява Медан и Сурабая, однако обстановка там еще не настолько опасна, что также объявить их "зонами тревоги".

Выход из этой ситуации Мурдохардоно видит в ужесточении городскими властями процедуры выдачи разрешений на пользование грунтовыми водами. Михаил Цыганов.

Индонезия > Экология > ria.ru, 14 ноября 2012 > № 688614


Белоруссия. Индонезия > Армия, полиция > ria.ru, 9 ноября 2012 > № 686359

Белоруссия впервые вошла в список из четырех десятков стран, участвующих в проходящих в настоящее время в индонезийской столице выставке и международном форуме по вопросам обороны Indo Defence 2012 Expo&Forum, расширяет свое присутствие на этих авторитетных в регионе мероприятиях и Украина.

"Это первый выход на данный рынок белорусской делегации с презентацией возможностей компаний нашей страны именно по тем направлениям, которые мы считаем наиболее интересными для индонезийских военных", - заявил в пятницу РИА Новости гендиректор организатора белорусской экспозиции ЗАО "Белтехэкспорт" Александр Верниковский.

"Украина рассматривает Индонезию, которая претендует на роль регионального лидера, как один из важных рынков", - говорит заместитель директора украинского государственного концерна "УкрОборонПром" Петро Федорук.

Белорусский дебют

Отвечая на вопрос относительно номенклатуры товаров, с которыми Белоруссия выходит на рынки далекой Индонезии, Верниковский был краток: "Мы не касаемся только морской тематики".

По его словам, немалую помощь в подготовке экспозиции оказали белорусское посольство, которое открылось в Джакарте всего год назад, а также руководство военно-промышленного комитета Белоруссии. Теперь же о намерении открыть в Индонезии свое представительство говорит и сам "Белтехэкспорт".

"Это такой совокупный вход на рынок, чтобы показать не только заинтересованность в отдельных коротких проектах, но и заявить о себе наравне с крупнейшими - даже американскими и китайскими - компаниями и надолго закрепиться на рынке, предлагая то, чем сильна Республика Беларусь, а также те преимущества, которые нам дает интеграция Белоруссии и России", - говорит собеседник агентства.

"Можно сказать, что мы даже взаимодействуем с российскими компаниями. Конкуренция на этом рынке очень большая, и попытки конкурировать между нашими очень родственными странами приводят к неудачам", - подчеркнул он.

По словам Верниковского, белорусский дебют на Indo Defence Expo&Forum важен не только потому, что выставка является воротами на индонезийский рынок, но и возможностями выхода на весь чрезвычайно перспективный регион.

"За предыдущие два дня состоялось большое количество встреч и были проведены достаточно успешные переговоры, в ходе которых достигнуты соглашения о посещении Республики Беларусь представителями вооруженных сил Индонезии. Особенно радует тот факт, что министр обороны Индонезии Пурномо Юсгианторо посещал нашу экспозицию два дня подряд", - сказал он.

"Военная промышленность является своего рода локомотивом и для гражданской: развиваясь здесь, можно вкладываться и в мирные направления, что, наверное, было бы полезно для всех", - заключил собеседник агентства.

Верное место для Украины

В отличие от Белоруссии Украина участвует в Indo Defence не впервые, но такую большую экспозицию разворачивает в первый раз, рассказывает Федорук.

"Индонезия намерена кардинально модернизировать свои вооруженные силы, а Украина много чем может помочь в этой области. Так что мы находимся в правильное время в правильном месте", - говорит он.

На сей раз в Джакарте в павильоне площадью 48 квадратных метров представлены не только шесть экспонатов (противотанковый комплекс "Скиф", танки "Оплот" и "Булат", БТР-3 и БТР-4, а также станция пассивной радиолокации "Кольчуга"), но и информация о продукции более 140 предприятий, входящих в государственный "УкрОборонПром", а также тех частных украинских компаний, которые имеют лицензии на производство и экспорт вооружений.

"За время работы на выставке состоялись встречи с министром обороны Индонезии, представителями всех подразделений, которые занимаются закупками вооружений, главнокомандующими всех видов вооруженных сил - и все они продемонстрировали большой интерес к экспозиции", - говорит Федорук.

"Тем не менее мы понимаем, что Индонезия - рынок специфический, где для успешной работы необходим экспортный кредит, а сейчас на всех уровнях здесь говорят еще и о том, что они хотят не просто покупать, но и получать технологии", - заключает представитель госконцерна "УкрОборонПром".

Организуемые министерством обороны Индонезии раз в два года выставка и форум Indo Defence Expo&Forum являются одними из крупнейших в Азиатско-Тихоокеанском регионе и проводятся уже в пятый раз. В этом году в них принимают участие более 500 компаний из 40 стран, а для участия в мероприятиях, которые будут проходить в Джакарте по 10 ноября, зарегистрировались почти 16 тысяч представителей из 44 стран. Михаил Цыганов.

Белоруссия. Индонезия > Армия, полиция > ria.ru, 9 ноября 2012 > № 686359


Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 6 апреля 2012 > № 567694 Сергей Лавров

Статья С.В.Лаврова «Политика России в Азиатско-Тихоокеанском регионе: к миру, безопасности и устойчивому развитию», опубликованная в индонезийском журнале «Strategic Review»

Уже стало аксиомой, что центр тяжести мировой политической и экономической активности смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион. Государства АТР демонстрируют уверенные темпы роста, причем даже в условиях непростой ситуации, сложившейся в последние годы в международных финансах. Регион справедливо называют локомотивом глобального развития, здесь формируется новое полицентричное мироустройство.

Закономерно, что азиатско-тихоокеанское направление является одним из ключевых приоритетов во внешней политике России. Поэтому я с готовностью воспринял предложение моего давнего знакомого, видного политика и дипломата, бывшего министра иностранных дел Индонезии, издателя журнала «Стратиджик ревью» Хасана Вираюды поделиться видением происходящих в Азиатско-Тихоокеанском регионе перемен и рассказать, какой вклад Россия намерена внести в эти процессы.

Мы, разумеется, не новички в АТР. Россия исторически неразрывно связана со многими государствами региона. Наша поддержка была одним из решающих условий победы национально-освободительных движений в Азии. О ней хорошо помнят народы Китая, Индии, Индонезии, Монголии, Вьетнама, Камбоджи, Лаоса и других стран.

Сегодня мы наращиваем курс на усиление вовлеченности в разворачивающиеся на восточноазиатском пространстве процессы политико-экономической кооперации и интеграции. Это – долгосрочная линия, реализация которой носит последовательный и системный характер.

Россия по праву воспринимается в Азии как важный фактор военно-политической стабильности и устойчивого развития. У нас нет идеологических расхождений и серьезных «болевых точек» в двусторонних отношениях с государствами региона, которые нельзя было бы урегулировать путем конструктивного диалога. Среди наших стратегических партнеров в АТР – Китай, Индия, Вьетнам, заинтересованные в продолжении тесного разнопланового сотрудничества с Россией. Динамично, на взаимовыгодной основе развиваются связи с Японией, Южной Кореей, диалоговое партнерство с Ассоциацией стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН).

Нам есть что предложить для решения энергетических, транспортных, научно-технологических, природоохранных проблем региона, и наши партнеры это хорошо понимают. Без России невозможно представить себе обеспечение региональной военно-политической стабильности, коллективные усилия по противодействию международному терроризму, сотрудничество в сфере чрезвычайного реагирования, межцивилизационный диалог.

Наша страна занимает прочные позиции в многосторонних региональных и трансрегиональных объединениях – БРИКС, Шанхайской организации сотрудничества, Региональном форуме АСЕАН по безопасности (АРФ), Совещании по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА), Диалоге по сотрудничеству в Азии, в формате «тройки» Россия-Индия-Китай. Свидетельством того, что Россия уделяет особое внимание азиатскому вектору своей внешней политики, служит наше подключение к деятельности механизма Восточноазиатских саммитов (ВАС) и диалоговому форуму «Азия-Европа».

Первостепенное значение придаем развитию экономического сотрудничества с упором на те области, где у нас имеются очевидные преимущества. Речь, прежде всего, идет об энергетике, включая атомную, транспорте, освоении космоса.

Торгово-экономические отношения России с государствами АТР укрепляются, успешно осуществляются двусторонние проекты практического сотрудничества. Начата работа по формированию «модернизационных альянсов» на основе инноваций в отраслях экономики с высокой добавленной стоимостью с Китаем, Индией, Южной Кореей, Японией, Сингапуром, Австралией. Ряд партнеров, в том числе из Южной Кореи, Китая проявляют большой интерес к инновационному центру Сколково. С Китаем и Индией мы взаимодействуем в атомной энергетике, космосе, сфере высоких технологий, других областях. Намерены и впредь сотрудничать со странами АТР в энергетической сфере, в том числе в деле развития традиционных и нетрадиционных источников энергии, создания инфраструктуры для нефтепереработки и производства сжиженного газа. Будем реализовывать наш потенциал в области применения глобальной навигационной и телекоммуникационной системы ГЛОНАСС.

Подъем регионов Сибири и Дальнего Востока – стратегическая задача для России. Убеждены, что наши партнеры в АТР смогут на взаимовыгодной основе внести крупный вклад в реализацию масштабных проектов, связанных с осуществлением этих планов. Российские Сибирь и Дальний Восток обладают огромным ресурсным, энергетическим и иным потенциалом, способным придать мощный импульс дальнейшему развитию как нашей страны, так и азиатских государств. Широкие возможности заложены и в перспективах ускоренного создания в этих регионах инфраструктуры, связывающей Европу и Азию.

Большое значение придаем участию в деятельности форума Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество (АТЭС), в котором Россия председательствует в 2012 году. Как подчеркнул Президент Д.А.Медведев на саммите АТЭС в Гонолулу в ноябре прошлого года, мы будем обеспечивать преемственность в решении задач, которые продвигались США и другими председательствовавшими до нас странами, а также в полном объеме реализовывать собственные приоритеты. Такая работа уже ведется –

в декабре 2011 года в Санкт-Петербурге прошла первая неформальная встреча старших должностных лиц (СДЛ) АТЭС, в ходе которой согласованы приоритеты деятельности форума в 2012 году. В их числе – дальнейшая либерализация торгово-инвестиционной деятельности и углубление экономической интеграции в регионе, сотрудничество в целях инновационного роста, совершенствование транспортно-логистических систем, обеспечение продовольственной безопасности. Уже в конце января –феврале нынешнего года в Москве состоятся заседания ряда рабочих органов АТЭС и первая официальная встреча СДЛ.

Внимательно присматриваемся к процессам формирования системы соглашений о зонах свободной торговли в АТР, в том числе в рамках продвигаемого в ВАС Восточноазиатского экономического партнерства и Транстихоокеанского партнерства. При этом не сидим, сложа руки. В завершающую стадию вступают переговоры о заключении соглашения о ЗСТ между Россией и Новой Зеландией, которое будет подписываться от имени Таможенного союза Россия-Белоруссия-Казахстан. Идет работа над аналогичным документом с Вьетнамом. В ближайшей перспективе настраиваемся на формирование такого же рода партнерства с АСЕАН.

Осенью 2010 года Президент Д.А.Медведев и Председатель КНР Ху Цзиньтао выступили с совместной инициативой по созданию в АТР всеобъемлющей архитектуры безопасности и устойчивого развития. Лидеры двух стран призвали все государства АТР при осуществлении двустороннего и многостороннего сотрудничества в области безопасности уважать суверенитет, независимость и территориальную целостность, не вмешиваться во внутренние дела друг друга; подтвердить приверженность принципу равной и неделимой безопасности и оборонительный характер своей военной политики; не применять военную силу и не угрожать ее применением; не предпринимать и не поддерживать любые действия, направленные на свержение правительств или подрыв стабильности других государств; урегулировать взаимные разногласия мирными политико-дипломатическими средствами на основе принципов взаимопонимания и готовности к поиску компромисса; укреплять сотрудничество в области противодействия нетрадиционным угрозам безопасности; развивать двустороннее и многостороннее сотрудничество в военной области, не направленное против третьих стран, а также приграничные связи и контакты между людьми.

Убеждены, что данная инициатива способна стать объединительной идеей для Азиатско-Тихоокеанского региона. Позитивная реакция на нее со стороны многих влиятельных стран АТР подтверждает, что предложенные принципы могут стать добротной основой для формирования юридически обязывающего «кодекса поведения» в регионе. На наш взгляд, пришло время для рассмотрения возможных политико-правовых рамок их реализации.

Принципиально важно, что такое видение региональной архитектуры плотно сопрягается с концепцией «динамичного равновесия», выдвинутой министром иностранных дел Индонезии М.Наталегавой, где главный мотив – сложение усилий государств АТР по поддержанию безопасности, стабильности и процветания.

Естественным форумом для выработки целостной концепции инклюзивной безопасности для Восточной Азии служит механизм Восточноазиатских саммитов. Как показали итоги балийского саммита ВАС 19 ноября 2011 года, диалог лидеров может способствовать повышению результативности и скоординированности многосторонних усилий стран региона, достижению синергического эффекта. По нашему мнению, общим интересам отвечало бы развитие с участием ВАС и других действующих здесь организаций и форумов, таких как АСЕАН, ШОС, АТЭС, АРФ, СВМДА, «СМОА плюс», многоуровневой сетевой дипломатии, создание в АТР системы взаимодополняющих многосторонних партнерств. Механизм Восточноазиатских саммитов мог бы стать «каркасом» такой сетевой инфраструктуры. В свете российского председательства в АТЭС мы готовы поработать над установлением партнерской связки между АТЭС и ВАС.

В целом полагаем, что в ВАС должна быть весомо представлена политическая составляющая, прежде всего вопросы региональной безопасности. В его повестку дня должны включаться по-настоящему крупные, стратегические проблемы взаимодействия в Восточной Азии. Не считаем необходимым, чтобы ВАС занимался темами, которые целесообразно решать в двустороннем формате или в рамках других специализированных региональных структур. Это не только перегрузило бы работу форума, но и привело к возникновению в нем группировок и разделительных линий.

Исключительно важным для нас является продолжение диалогового партнерства с АСЕАН. Мощный импульс его развитию придал российско-асеановский саммит, состоявшийся в 2010 году в Ханое. Сейчас активно занимаемся реализацией достигнутых договоренностей, прежде всего по углублению внешнеполитического взаимодействия. Мы вышли на согласованные подходы к вопросам совершенствования архитектуры безопасности и сотрудничества в АТР, закрепив их в принятом в июле 2011 года Совместном заявлении министров иностранных дел. При этом Россия активно выступает за усиление центральной роли АСЕАН в процессах политико-экономической интеграции в АТР.

Взаимопонимание на политическом уровне служит хорошей основой для продвижения практического сотрудничества, где мы сегодня переходим от разовых проектов к осуществлению долгосрочных программ в наиболее перспективных сферах. Серьезное внимание наша страна уделяет наращиванию модернизационной и высокотехнологичной составляющей диалогового партнерства с «десяткой».

Активную работу с государствами региона в многостороннем формате подкрепляем усилиями по развитию двусторонних связей, добиваясь комплексного эффекта от наших действий. Именно с таких позиций Россия подходит к расширению и совершенствованию всего спектра отношений с Индонезией – крупнейшим государством Юго-Восточной Азии, влиятельным членом международного сообщества.

С большим оптимизмом смотрим на будущее российско-индонезийских отношений, которые в последнее время демонстрируют высокую динамику. Нас объединяет общая заинтересованность в обеспечении прочного мира, стабильности и устойчивого развития в нашем общем Азиатско-Тихоокеанском доме. Москва и Джакарта разделяют мнение о необходимости коллективных, объединительных подходов к поддержанию региональной безопасности, реагированию на новые вызовы и угрозы как в АТР, так и в мире в целом. В основе российско-индонезийского партнерства лежит доверительный политический диалог.

Многообещающий характер двустороннего сотрудничества определяется созвучием взятых руководством наших стран курсов на модернизационное и инновационное развитие экономик. И Россия, и Индонезия заинтересованы в повышении доли высокотехнологичной продукции в двусторонней торговле, например, внедрении российских авиационных и космических технологий, наработок в сфере телекоммуникаций и спутниковой связи. Перспективные направления – инвестиционное и научно-техническое сотрудничество, энергетика, включая совместную разведку и добычу полезных ископаемых, культурные и гуманитарные обмены. Имеется хороший потенциал в области создания современной инфраструктуры. В частности, обсуждаем проект строительства на о. Калимантан железной дороги и возможность использования в Индонезии российских технологий спутниковой навигации ГЛОНАСС. В прошлом году российско-индонезийский товарооборот составил почти 2 млрд. долл. США, и это далеко не предел. Намерены в ближайшие годы довести объем двусторонней торговли до 5 млрд. долл.

У России нет в регионе скрытой повестки дня. Наше государство не заинтересовано в формировании замкнутых военных альянсов, угрожающих чьей-либо безопасности. Напротив, мы настроены на углубление разнопланового многостороннего экономического и политического взаимодействия со всеми странами, проявляющими к этому встречную готовность. Сотрудничество во имя мира, стабильности и общего процветания – вот ключевой принцип, который определяет вектор наших усилий на азиатско-тихоокеанском направлении.

Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 6 апреля 2012 > № 567694 Сергей Лавров


Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 22 ноября 2011 > № 567709 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на пленарном заседании 6-го Восточноазиатского саммита, о.Бали, Индонезия, 19 ноября 2011 года

Уважаемый господин Председатель,

Уважаемые дамы и господа,

Разрешите передать Вам привет и добрые пожелания от Президента России Д.А.Медведева, который, к сожалению, не смог принять участие в этом саммите и поручил мне представлять здесь Россию.

Россия впервые участвует в этом форуме. Признательны партнерам за поддержку вступления в него моей страны. Расцениваем подключение к ВАС как признание того, что Россия является частью Восточной Азии. Причем речь идет не только о географии. Российская принадлежность к этому региону приобрела весомые внешнеполитическое и экономическое измерения.

Стратегические цели России в Восточной Азии состоят в том, чтобы помочь обеспечить здесь мир, стабильность и процветание, укрепить взаимное доверие, содействовать устойчивому экономическому развитию. Осуществление этой позитивной повестки дня, в свою очередь, призвано способствовать интеграции России в региональную архитектуру безопасности и сотрудничества, решению задач модернизации российской экономики и подъему Сибири и Дальнего Востока.

Восточная Азия – регион огромных возможностей. Однако на этом пространстве высокая степень взаимозависимости государств сочетается с противоречиями, новыми вызовами и угрозами. Поэтому исключительно важно, чтобы государства региона имели возможность вести стратегический диалог на уровне лидеров по ключевым аспектам безопасности и сотрудничества. Площадка ВАС в наибольшей степени отвечает этой потребности.

Россия поддерживает системообразующую роль АСЕАН в формировании повестки дня ВАС. С удовлетворением отмечаем, что по основным ее вопросам позиции России и «десятки» совпадают.

Стратегический диалог в рамках ВАС необходимо сосредоточить на вопросах совершенствования архитектуры безопасности и сотрудничества в регионе. В этой работе важно исходить из твердой приверженности принципу неделимости безопасности, недопустимости попыток укрепить собственную безопасность в ущерб безопасности других. ВАС по силам развить эти принципы в целостную концепцию инклюзивной безопасности для Восточной Азии. Россия готова принять активное участие в этих усилиях.

ВАС занимает уникальное место среди организаций и форумов в регионе. Благодаря тому, что в саммитах участвуют лидеры государств, имеется возможность аккумулировать здесь информацию о деятельности других региональных структур и координировать их работу. Речь идет о том, чтобы повысить результативность многосторонних усилий в Восточной Азии, добиться синергетического эффекта. Мы за то, чтобы заняться отладкой сетевой дипломатии с участием ВАС, различных диалоговых механизмов АСЕАН и других региональных организаций. Например, Россия, принявшая на себя председательство в АТЭС, может поработать над установлением такой связки между АТЭС и ВАС.

Россия поддерживает продолжение сотрудничества в рамках ВАС по приоритетным отраслевым направлениям. В наших планах расширение поставок углеводородов в страны Восточной Азии с целью укрепления энергобезопасности и обеспечения устойчивого экономического роста в регионе. Настроены на сотрудничество по развитию традиционных и нетрадиционных источников энергии, созданию инфраструктуры для нефтепереработки и производства сжиженного газа, повышению энергоэффективности. Положительный опыт такого сотрудничества с целым рядом государств Восточной Азии у России уже имеется. Готовы применить его и в отношениях с другими партнерами на взаимовыгодной основе.

В последние годы Восточная Азия подверглась воздействию разрушительных природно-техногенных катастроф. Поэтому актуальность регионального сотрудничества по преодолению последствий чрезвычайных ситуаций сомнений не вызывает. Россия способна внести в это сотрудничество весомый вклад.

Неустойчивость мировых финансовых рынков диктует необходимость наращивания кооперации по линии ВАС и в этой сфере. Региональное финансовое взаимодействие – это эффективное антикризисное средство.

В этой связи рассчитываем на содействие в превращении Москвы в новый финансовый центр. Надеемся также на поддержку участниками ВАС заявки России на вступление в Азиатский банк развития.

Не менее важным является и сотрудничество в рамках ВАС в области здравоохранения. Предлагаем сделать акцент на обмене информацией и опытом в борьбе с эпидемиями.

Россия готова подключиться к взаимодействию в сфере образования, задействовав в этих целях, например, потенциал недавно созданного Дальневосточного федерального университета во Владивостоке. Это высшее учебное заведение встанет в один ряд с лучшими российскими университетами – Московским, Санкт-Петербургским и Казанским.

Кроме того, Россия открыта для кооперации в области высоких технологий. Это использование мирного атома, освоение космоса, применение глобальных навигационных и телекоммуникационных систем, разработка современного медицинского оборудования и лекарств. Российский центр инновационных технологий «Сколково» мог бы стать одной из площадок для налаживания кооперации в рамках ВАС в этой сфере.

Поддерживаем принятие итоговых документов саммита и выражаем признательность индонезийскому председательству и другим асеановским партнерам за подготовку соответствующих проектов.

Присоединяемся к другим делегациям, выразившим благодарность Индонезии за прекрасную организацию саммита и теплое гостеприимство.

Благодарю за внимание.

Индонезия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 22 ноября 2011 > № 567709 Сергей Лавров


Индонезия > Приватизация, инвестиции > corpagent.com, 15 февраля 2008 > № 340824

Инофирма

Корпоративное законодательство Индонезии базируется на старом Коммерческом кодексе Нидерландов от 1847г. Несмотря на то, что в самих Нидерландах было сделано значительное число поправок и дополнений к этому законодательству (особенно в отношении компаний с ограниченной ответственностью), в индонезийские законы о компаниях до настоящего времени внесено немного поправок.

В Индонезии можно учредить предприятия разнообразных организационно-правовых форм, из них для потенциального иностранного инвестора привлекательны частная компания с ограниченной ответственностью (Perseroan Terbatas) и кооператив с ограниченной ответственностью (Koperasi). Это наиболее распространенные формы индонезийских предприятий, которым доступен весь спектр торговли и промышленности Индонезии.

Чтобы начать свою деятельность в Индонезии, иностранцы должны получить разрешение на учреждение предприятия с иностранными инвестициями Penanaman Modal Asing (PMA) в Совете по координации капитальных инвестиций Индонезии – Capital Investment Co-ordinating Board (ВКРМ).

По определению, предприятие с иностранными инвестициями (РМА) в Индонезии – это либо смешанное предприятие, в котором не менее 5% акций принадлежит резидентам Индонезии, либо предприятие со 100% иностранным капиталом.

В обоих случаях предприятие с иностранными инвестициями обязано в течение 15 лет с момента начала деятельности передать часть своих акций резидентам Индонезии, что фиксируется при учреждении предприятия.

В законодательстве Индонезии акцент делается на том, что предприятиям с иностранными инвестициями следует ориентироваться в основном на местный рынок, и, хотя практически все виды деятельности в Индонезии открыты для иностранного инвестора, существуют некоторые направления деятельности, капиталовложения в которые находятся в так называемом негативном листе для иностранного инвестора.

Для учреждения компании или кооператива в Индонезии необходимы минимум два лица.

Капитал может быть выражен как в конвертируемой иностранной валюте, так и в индонезийских рупиях (USD 1 равен примерно IDR 10 000). Хотя по законодательству не требуется наличие у компании или кооператива минимального или максимального капитала, однако 25% его объявленной суммы должно быть оплачено на момент учреждения предприятия.

Компания и кооператив не вправе свободно передавать свои акции и предлагать их третьим лицам, не получив одобрения большинства участников предприятия.

Управляет компанией и кооперативом Совет директоров. Компания и кооператив обязаны получить лицензию на бизнес в профильном министерстве Индонезии.

Иностранные инвесторы могут принять решение об открытии представительского офиса (RO) для оказания информационной и иной поддержки головной иностранной компании (извлекать прибыль в Индонезии представительствам запрещено) или об учреждении совместного предприятия, так называемого Venture Capital Company, цель которого – холдинговая деятельность. Представительство не является самостоятельным юридическим лицом в Индонезии, а совместное предприятие – это самостоятельное юридическое лицо и может создаваться в форме либо компании, либо кооператива.

Все индонезийские предприятия с иностранным участием должны ежегодно представлять финансовые отчеты (аудированные независимыми дипломированными бухгалтерами Индонезии) о соответствии статусу компании с иностранными инвестициями, а также протоколы собраний, на которых принимались решения об увеличении, уменьшении или перемещении капитала, распределении дивидендов и выплате налогов.

Процедура регистрации предприятия в Индонезии занимает 2 месяца. В Индонезии взимают разнообразные налоги на различных уровнях, но в целом единая ставка корпоративного налога на прибыль варьируется от 10% на прибыль до USD 5 000 и до 30% – на прибыль свыше USD 10 000.

Все операции по торговле ценными бумагами холдинговых компаний подлежат налогообложению по ставке, равной 0,1% на объем продаж. Налог на добавленную стоимость составляет в среднем 10%.

Дивиденды, проценты и роялти, выплачиваемые иностранным участникам, подлежат налогообложению по единой ставке в 20%. Налога на экспорт в Индонезии не существует.

Индонезия подписала соглашения об избежании двойного налогообложения с такими странами, как: Австралия, Австрия, Бельгия, Болгария, Великобритания, Венгрия, Германия, Дания, Индия, Иордан, Италия, Канада, Кувейт, Люксембург, Маврикий, Малайзия, Нидерланды, Новая Зеландия, Норвегия, Пакистан, Польша, Сейшельские о-ва, Сингапур, Сирия, США, Таиланд, Тайвань, Тунис, Узбекистан, Украина, Филиппины, Финляндия, Франция, Чехия, Швейцария, Швеция, Шри-Ланка, Южно-Африканская Республика, Южная Корея, Япония.

Индонезия > Приватизация, инвестиции > corpagent.com, 15 февраля 2008 > № 340824


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter