Всего новостей: 2496458, выбрано 459 за 0.170 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. Иран. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Электроэнергетика > inosmi.ru, 22 мая 2018 > № 2614890 Сергей Лавров

Эксклюзивное интервью министра иностранных дел России: Иран, Трамп, вторая холодная война и Чемпионат мира по футболу в России

Наташа Небескикват (Natasha Niebieskikwiat), Clarin, Аргентина

Сергей Лавров прибыл в Буэнос-Айрес в воскресенье. В интервью «Кларин» (Clarín), Лавров дал комментарии по различным темам: от ситуации с Тегераном до чемпионата по футболу.

Наташа Небескикват: Что предложит и какие заявления сделает Россия в ходе встречи министров иностранных дел стран-участниц «Группы двадцати», которая состоится в понедельник, 21 мая 2018 года? Созвучны ли приоритеты России с тем, что Аргентина продвигает в «двадцатке» в этом году? Посетит ли президент России Владимир Путин Буэнос-Айрес в ноябре 2018 года?

Сергей Лавров: Считаем полезным откровенный диалог между министрами иностранных дел стран «Группы двадцати». В этой связи приветствуем инициативу Аргентины продолжать работу в рамках данного формата.

С удовлетворением констатируем укрепление авторитета «двадцатки» — важной составляющей полицентричной архитектуры мироустройства — на международной арене и, как следствие, — обсуждение в рамках форума все большего количества вопросов.

Безусловно, «Группа двадцати» должна оставаться эффективным механизмом реагирования на финансово-экономические кризисы. При этом объективная взаимосвязь между мировой политикой и экономикой предопределяет увеличение количества рассматриваемых тем, обуславливает долгосрочный характер согласуемых решений. Вполне естественно все более углубленное обсуждение «двадцаткой» таких проблем, как содействие развитию, изменение климата, борьба с терроризмом и коррупцией, миграция и беженцы, международная информационная безопасность.

Полноформатную и, на мой взгляд, весьма плодотворную дискуссию на уровне министров иностранных дел «двадцатки» удалось организовать в прошлом году германскому председательству. В конструктивном ключе обсуждались проблематика мира и безопасности. «Сверили часы» по тематике реализации «Повестки дня ООН в области устойчивого развития на период до 2030 года» и сотрудничества с Африкой. Состоявшийся обмен мнениями по вопросам, находящимся на стыке политики и экономики, подтвердил возрастающую роль «двадцатки» в качестве одного из важнейших механизмов глобального управления.

Предложенную аргентинцами повестку дня для встречи министров иностранных дел в нынешнем году мы также поддержали. Рассчитываем, что ее итоги — наряду с работой на других треках «двадцатки», число которых на сегодня уже достигло 14 — станут важным вкладом в подготовку саммита лидеров. Как представляется, востребованность поиска точек соприкосновения на фоне девальвации международного права, ослабления международных институтов только возрастает.

Убеждены, что во главу угла необходимо ставить приоритеты развития не для избранных, а для всего человечества. Нужны решения глобального масштаба, которые будут вырабатываться с опорой на принцип многосторонности, и учитывать интересы всех без исключения государств.

Продвигаемые аргентинским председательством принципы, включая социальные аспекты глобальной экономической повестки дня, важность международного консенсуса, созвучны нашим подходам к взаимодействию в рамках «двадцатки». Поддерживаем приоритеты Аргентины. Разделяем актуальность проблем занятости, новых навыков и внесенной в этом году в повестку темы образования — в условиях глобального развития цифровой экономики. Уделяем этому первостепенное внимание у себя в стране, энергично взаимодействуем по данному вопросу в рамках «Группы двадцати».

Приветствовали также аргентинский приоритет по инвестициям в инфраструктуру, который перекликается с темой финансирования инвестиций — приоритетом российского председательства в «двадцатке» в 2013 году и нашим особым вниманием к инфраструктурному развитию.

Акцент аргентинцев на теме обеспечения продовольственной безопасности также заслуживает поддержки. Это — один из ключевых аспектов реализации целого спектра задач «Повестки-2030», включая искоренение нищеты и укрепление здравоохранения. Продолжим конструктивно участвовать и в обсуждении вопросов на других отраслевых треках форума в рамках программы работы на этот год.

Понимаем, что перед председательством стоит очень непростая задача по поиску консенсуса в нынешних условиях. Считаем, что команда, обеспечивающая функции председательства, действует весьма профессионально. Настроены помогать аргентинским друзьям на всех уровнях с тем, чтобы на предстоящем саммите лидеры могли опираться на весомый «урожай» годового взаимодействия крупнейших экономик мира.

Президент Маурисио Макри, действительно, пригласил президента Владимира Путина принять участие в саммите «Группы двадцати» и посетить Аргентину с официальным визитом. Исходим из того, что российско-аргентинская встреча на высшем уровне призвана способствовать дальнейшему наращиванию стратегического партнерства между двумя государствами.

— Как вы охарактеризуете российско-аргентинские отношения на современном этапе?

— Российско-аргентинские отношения продолжают развиваться «по восходящей». Особенно важно, что сохраняется преемственность курса на укрепление всеобъемлющего стратегического партнерства. Данная линия, не подверженная сиюминутной конъюнктуре, опирается на широкий консенсус как в России, так и в Аргентине. Можно со всей уверенностью утверждать, что связи между нашими странами — наглядный пример динамичного, взаимовыгодного, деидеологизированного сотрудничества.

Удовлетворены достигнутым высоким уровнем политического взаимодействия — как в двустороннем плане, так и на многосторонних площадках, в том числе в ООН — в интересах обеспечения международной безопасности и стабильности, устойчивости мировой экономики, достижения целей развития.

Отдельная признательность аргентинским партнерам — за совместную работу по противодействию героизации нацизма. Программа моего визита предусматривает открытие документальной выставки в Национальном конгрессе Аргентины «Холокост: уничтожение, освобождение, спасение» о подвиге советских солдат, спасших жизни тысяч узников концлагерей. Отрадно, что память об этом бережно хранят на аргентинской земле.

Вместе с тем востребованы энергичные усилия по более полному раскрытию значительного потенциала двустороннего сотрудничества в таких важных сферах, как торговля, инвестиции, научно-технические связи. Эти направления нуждаются в особом внимании. Радует, что мы с аргентинскими партнерами едины в понимании необходимости наращивания совместных усилий.

Анализируя реализацию договоренностей, достигнутых в результате переговоров на высшем уровне в январе нынешнего года, отмечаем прогресс в торгово-инвестиционной сфере. Продолжается работа по устранению административных барьеров в осуществлении экспортно-импортных операций, конструктивный диалог между профильными ведомствами по урегулированию разногласий.

Высоко оценили присутствие президента Маурисио Макри 11 мая на торжественном открытии железнодорожного сервисно-производственного предприятия «Мечита» в провинции Буэнос-Айрес, создание которого было профинансировано российской компанией ЗАО «Трансмашхолдинг». Уверен, что этот проект, способствующий созданию новых рабочих мест, привлечению инвестиций, может стать основой для масштабного российско-аргентинского сотрудничества в железнодорожной сфере.

«Газпромбанк» готов инвестировать в строительство портово-логистического комплекса в городе Рамальо и в настоящий момент ведет поиск аргентинских партнеров. Есть и другие интересные инициативы.

Особое ударение оправданно делается на высокие технологии и инновации. Намерены использовать наработанный в предыдущие годы богатый опыт совместной работы в областях гидроэнергетики и мирного атома для реализации новых долгосрочных проектов сотрудничества по этим направлениям. Хороший задел создан для налаживания практической кооперации в сфере космоса, биотехнологий, фармацевтики, других областях.

Важной составляющей двусторонних отношений остаются культурно-гуманитарные связи. С 2009 года действует безвизовый режим при взаимных краткосрочных поездках наших граждан. Растет число обучающихся в России аргентинцев по программе государственных стипендий.

В Аргентине проживает самая крупная русскоязычная диаспора в Латинской Америке — 300 тысяч человек. Признательны аргентинскому руководству за поддержку наших соотечественников, их усилий по сохранению национальной самобытности, культурных традиций, языка.

— Как вы можете прокомментировать нынешнее противостояние между Западом во главе с США и Россией? Не считаете ли вы, что старая холодная война началась снова и, если да, то к какой стороне можно отнести Латинскую Америку?

— Отношения между Россией и «историческим Западом» переживают весьма непростые времена. Неоднократно говорили, что такое положение дел — логическое следствие непрекращающихся односторонних действий ряда западных стран во главе с США, объективно утрачивающих свое доминирование в мировых делах и пытающихся обратить вспять процесс формирования справедливой полицентричной системы международных отношений. В целом ряде случаев их односторонние шаги носят откровенно деструктивный характер, ведут к опасной разбалансировке механизмов глобального управления. Последствия такой линии уже ощутили на себе народы Югославии, Ирака, Ливии, Сирии, Украины.

Складывается впечатление, что определенной части политической элиты на Западе не нравится то, что Россия, успешно решающая задачи внутреннего развития и эффективно защищающая суверенитет, проводит самостоятельный, независимый внешнеполитический курс. Отсюда — стремление наказать нас, сдержать наше развитие, в том числе путем односторонних санкций, сформировать в медийном пространстве негативный образ нашего государства.

Вместе с тем не думаю, что уместно говорить о «втором издании» холодной войны, главной отличительной чертой которой было жесткое военно-политическое противостояние двух идеологических систем и социально-экономических моделей государственного устройства. Сегодня о такой борьбе идеологий, когда мир был фактически расколот пополам, речь не идет.

Другое дело, что спустя почти 30 лет после падения Берлинской стены ее пережитки, как я уже отметил, до сих пор сохраняются на Западе. Например, в виде Североатлантического альянса.

Отношения с регионом ЛАКБ (Латинской Америки и Карибского бассейна) остаются самоценным направлением российской внешней политики. Мы работаем с латиноамериканцами по открытой и неидеологизированной повестке. Наше взаимодействие не направлено против кого-либо.

Напомню — Россия никогда не ставит своих партнеров перед необходимостью выбора — «с нами или против нас». Что, к сожалению, нельзя сказать о некоторых западных государствах, прежде всего США.

— Что вы думаете об обвинениях в адрес России в связи с отравлением Сергея Скрипаля? Как вы охарактеризуете конфликт с Великобританией вокруг данного вопроса?

— Об этом уже много нами говорилось. Российская позиция остается без изменений — считаем категорически неприемлемым и недостойным тот факт, что правительство Великобритании в своих неблаговидных политических целях использовало провокацию в Солсбери, к которой мы не имеем никакого отношения.

Мы сразу же предложили провести совместное расследование, запросили факты, задали конкретные вопросы. В ответ столкнулись с обструкцией и грубыми инсинуациями. Вместо предметного диалога и совместной работы в рамках международно-правовых механизмов Лондон взял курс на раскрутку антироссийской кампании и дальнейшее серьезное обострение отношений между нашими странами. Инспирировал целый набор враждебных и провокационных мер, включая высылку российских дипломатов. Разумеется, это не осталось без адекватного ответа.

Полагаю, что подобные действия без каких-либо доказательств на основе пресловутого подхода «highly likely» (весьма вероятно) не делают чести Великобритании, бросают вызов международному праву.

Прошло более двух месяцев с момента инцидента в Солсбери, но признаки того, что нынешнее британское руководство нацелено на цивилизованное урегулирование ситуации, так и не просматриваются. Наши призывы к Лондону пересмотреть свой деструктивный курс, попытаться вместе — честно и открыто — разобраться в произошедшем предпочитают не слышать.

Российскую сторону, прежде всего, беспокоит состояние здоровья и положение наших соотечественников — кстати, речь идет не только о Сергее, но и о его дочери Юлии Скрипаль, — втянутых англичанами в эту провокацию. Отказ властей Великобритании в консульском доступе дает основания рассматривать происходящее как их похищение или преднамеренную изоляцию.

Подчеркну еще раз — мы готовы к предметному взаимодействию, призываем Лондон честно сотрудничать в рамках возбужденного Следственным комитетом России 16 марта уголовного дела по факту покушения на умышленное убийство и направленных британской стороне соответствующих запросов Генпрокуратуры России о правовой помощи. Продолжаем настаивать на предоставлении подробной информации о ходе следственных действий, а также разъяснений по поводу достоверности всплывающих в британских СМИ многочисленных и весьма противоречивых версий случившегося.

Пока же, к сожалению, конфронтационные действия властей Великобритании продолжают наносить ущерб межгосударственному диалогу. Ответственность за последствия этого для наших двусторонних отношений целиком и полностью лежит на британской стороне.

— Считаете ли вы, что после решения Дональда Трампа о выходе из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) возрос риск военной эскалации и нападения на Иран?

— Мы разочарованы решением президента США Дональда Трампа об одностороннем выходе из СВПД по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы и о восстановлении антииранских санкций.

Такой шаг — существенное нарушение как СВПД, так и резолюции Совета Безопасности ООН 2231 от 2015 года, которая его одобрила. Вашингтон в очередной раз действует вопреки мнению большинства государств мира, исключительно в собственных узкокорыстных интересах, грубо попирая нормы международного права.

Сейчас трудно судить, как будут развиваться события. Хотелось бы надеяться, что выход США из соглашения не связан с планами напасть на Тегеран или сменить там режим. Тем не менее, уже сейчас очевидно, что принятое решение наносит серьезный ущерб глобальной и региональной безопасности и стабильности.

Именно поэтому считаем принципиально важным, что Иран не пошел на обострение, а продолжает неукоснительно соблюдать свои обязательства перед международным сообществом. Это еще раз было подтверждено со стороны МАГАТЭ. Сохраняют приверженность сделке и оставшиеся ее участники, включая Россию.

Все это порождает осторожный оптимизм, что СВПД удастся спасти. Значит, остаются шансы на то, что достигнутое огромным многолетним трудом переговорное решение острой международной проблемы не окажется окончательно перечеркнутым.

Открыты к взаимодействию в интересах СВПД, нацелены на развитие взаимовыгодного сотрудничества с Тегераном.

— Как вы оцениваете сближение Северной и Южной Кореи, а также действия Вашингтона в этой связи? Как вы полагаете, каким образом должен проходить процесс денуклеаризации?

— Неизменно призывали Сеул и Пхеньян к нормализации межкорейских отношений, даже когда ситуация на Корейском полуострове оставалась очень напряженной. Убеждены, что решить весь комплекс региональных проблем, включая ядерную, можно лишь политико-дипломатическим путем.

В связи с этим удовлетворены, что переговорный процесс между КНДР и Республикой Корея развивается в последние месяцы поступательно и успешно, а в Пханмунчжомской декларации по итогам встречи корейских лидеров зафиксированы базовые принципы мирного сосуществования двух государств, стремление к развитию отношений и денуклеаризации полуострова общими усилиями. Со своей стороны продолжим оказывать необходимое содействие реализации межкорейских договоренностей.

Что касается роли США в процессе урегулирования, надеемся, что она останется конструктивной. Важное значение будет иметь намеченная на 12 июня в Сингапуре встреча Президента США Дональда Трампа с председателем Госсовета КНДР Ким Чен Ыном. Если стороны воздержатся от выдвижения заведомо неприемлемых требований друг к другу и обозначат готовность к взаимоуважительному диалогу, у денуклеаризации Корейского полуострова появятся хорошие перспективы.

Практические аспекты этого процесса должны согласовываться в ходе многосторонних консультаций по вопросам мира и стабильности в Северо-Восточной Азии. Ясно, что ядерную проблему полуострова не получится решить в отрыве от других вызовов региональной безопасности или в ущерб интересам какой-либо из сторон. Опыт прошлых лет и история допущенных ошибок наглядно это подтверждают. Кроме того, в свете нынешней ситуации вокруг СВПД необходимо будет разработать беспрецедентный механизм взаимных гарантий, а сделать это можно лишь совместными усилиями всех государств региона.

— Как долго Россия планирует оставаться в Сирии?

— Хотел бы прежде всего напомнить, что российские военные находятся на территории Сирии с осени 2015 года по приглашению законного правительства Сирийской Арабской Республики (САР), обратившегося к России за помощью в деле борьбы с терроризмом, стабилизации обстановки в стране и создания условий для политического урегулирования затянувшегося острого кризиса.

Многие поставленные задачи были успешно выполнены, а цели — достигнуты. Наша страна внесла решающий вклад в разгром военно-политического очага терроризма в лице ИГИЛ (организация, запрещенная в России, — прим. ред.). После этого в декабре 2017 года значительная часть российского воинского контингента была выведена с территории САР.

Однако миссия России в Сирии не окончена. В частности, в полном составе функционирует российский Центр по примирению враждующих сторон, продолжают нести службу батальоны военной помощи, работают два пункта базирования Вооруженных Сил Российской Федерации — авиабаза Хмеймим и пункт материально-технического обеспечения ВМФ России в Тартусе. В этой связи было бы логично исходить из того, что присутствие нашей страны в САР будет сохраняться до тех пор, пока в этом нуждается законное руководство Сирии и дружественный сирийский народ.

— Сейчас разрабатывается документ о сотрудничестве между МЕРКОСУР и ЕАЭС, движущей силой которого является Россия. Какими вам видятся перспективы такого межрегионального взаимодействия?

— ЕАЭС активно взаимодействует на международной арене с третьими странами и интеграционными структурами. Форматы такого взаимодействия включают, в том числе, диалоговое сотрудничество, непреференциальные соглашения и соглашения о свободной торговле.

Одним из важных региональных направлений считаем налаживание контактов Союза с государствами Латинской Америки. С 2011 по 2017 годы доля торговли ЕАЭС с латиноамериканскими партнерами (МЕРКОСУР, Тихоокеанский альянс, Эквадор, Никарагуа) в среднем составляла 2,3% от общего объема товарооборота Союза с третьими странами.

В качестве приоритетных партнеров в регионе рассматриваем Южноамериканский общий рынок (МЕРКОСУР). Поддерживаем установление диалогового партнерства между евразийской «пятеркой» и МЕРКОСУР путем подписания меморандума о сотрудничестве, охватывающего такие сферы, как торговля и инвестиции, энергетика, научное и технологическое развитие, финансы, транспорт, связь, сельское хозяйство, туризм, информационно-коммуникационные технологии. Данный формат позволит нашим странам приступить к изучению возможностей и потенциальных преимуществ, связанных с переходом к расширенному и углубленному взаимодействию в торгово-экономической сфере.

Исходим из того, что Меморандум фактически на завершающей стадии подготовки и может быть подписан уже в обозримом будущем.

— Осталось меньше месяца до начала Чемпионата мира по футболу в России. Все ли готово к мундиалю? Ожидаете ли вы гостей на высшем уровне? Не боитесь ли вы бойкота, в том числе со стороны государств Латинской Америки?

— Да, все основное сделано. Об этом говорил президент Владимир Путин на заседании Наблюдательного совета Оргкомитета «Россия-2018» в начале мая.

В настоящее время Оргкомитет и все другие вовлеченные структуры, включая власти регионов, в которых пройдут матчи Чемпионата, продолжают делать все необходимое, чтобы мировое футбольное первенство прошло на самом высоком уровне. Уверен, что турнир станет настоящим спортивным праздником, и наши гости, помимо высококлассного футбола, получат массу приятных впечатлений от качества обслуживания и традиционно теплого российского гостеприимства.

Ожидаем, что Чемпионат мира посетит большое количество высокопоставленных гостей из различных государств, включая президентов, премьеров, вице-премьеров, министров. Помимо матчей открытия и финала, которые пройдут в Москве, они также посетят отдельные состязания с участием их национальных сборных в других российских городах.

Последовательно исходим из того, что спорт должен оставаться вне политики. Бойкоты международных спортивных соревнований — это близорукая линия, которая противоречит духу и ценностям международного спортивного движения, принципу «честной игры», не имеет ничего общего со спортом высших достижений. Как показывает практика, от бойкотов больше страдают те страны, которые их объявляют, нежели те, против которых они применяются. А самым большим проигравшим всегда остаются спортсмены и болельщики.

Ни о каком «бойкоте» со стороны латиноамериканцев говорить, разумеется, не приходится. Отношения России с государствами ЛАКБ традиционно носят уважительный, партнерский, свободный от идеологических ограничителей характер. Поддерживаем интенсивные контакты с национальными футбольными организациями региона. Высоко ценим латиноамериканскую школу футбола, воспитавшую целую плеяду звезд мирового уровня. Рассчитываем, что на Чемпионат в нашу страну приедет большое количество болельщиков из Латинской Америки. Будем искренне рады их видеть, как и других зарубежных гостей.

Россия. Иран. США > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция. Электроэнергетика > inosmi.ru, 22 мая 2018 > № 2614890 Сергей Лавров


Казахстан. Иран. РФ > Агропром. Транспорт > ukragroconsult.com, 21 мая 2018 > № 2612215

Казахстан в 3 раза нарастил объемы перевалки зерна через порт Актау

Объем перевалки зерна через зерновой терминал АО «Ак Бидай - Терминал» (дочерняя компания АО «НК «Продкорпорация») в порту г. Актау за январь-апрель 2018 года составил 320,5 тыс. тонн. Стоит отметить, что за аналогичный период прошлого года было перевалено в общей сложности 122,1 тыс. тонн зерна, информирует УкрАгроКонсалт.

Необходимо подчеркнуть, что практически троекратное увеличение объемов перевалки обусловлено ростом общей доли экспорта транзитного российского зерна. Основным направлением поставок стал Иран, который является основным импортером зерна в Каспийском регионе.

Напомним, что в начале марта между Казахстаном, Ираном и Россией был подписан документ - меморандум, согласно которому объем поставок пшеницы составит 1,5 млн тонн.

УкрАгроКонсалт отмечает, что, несмотря на некоторое сокращение поставок в марте, экспортные отгрузки казахской пшеницы в период сентябрь-март составили 3,3 млн тонн. Это на 39% выше прошлогоднего показателя. Кроме того, такой объем за указанный период является наибольшим за последние 7 сезонов, начиная с 2011/12 гг. Между тем, доля Ирана пока составляет чуть более 1%, тем не менее казахские трейдеры надеются на рост поставок в этом направлении.

По состоянию на 1 мая запасы зерна в самом Казахстане превышают прошлогодние. По данным Комитета статистики республики Казахстан, запасы зерновых и зернобобовых культур во всех хозяйствах составили 9,5 млн тонн, что на 3% превышает показатель на аналогичную дату прошлого года (9,1 млн тонн).

Запасы пшеницы к отчетной дате превышали прошлогодние также на 3% и составляли 7,9 млн тонн. Из них продовольственной пшеницы – 6,1 млн тонн, фуражной – 0,54 млн тонн и 1,35 млн тонн на семена.

А вот запасы ячменя в стране сократились. На отчетную дату они составили 0,81 млн тонн, что на 3% меньше прошлогодних, кукурузы – 64 тыс. тонн, риса – 145,8 тыс. тонн, ржи – 14,6 тыс. тонн, овса – 163,7 тыс. тонн, гречихи – 62,9 тыс. тонн, проса – 7,7 тыс. тонн.

Казахстан. Иран. РФ > Агропром. Транспорт > ukragroconsult.com, 21 мая 2018 > № 2612215


Иран. Китай. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 18 мая 2018 > № 2608818 Вероника Никишина

ЕАЭС сделал рывок к углублению торгового сотрудничества с Ираном и КНР

ЕАЭС и Иран подписали в Астане Временное соглашение о зоне свободной торговли сроком на три года. В эксклюзивном интервью Sputnik Iran министр по торговле Евразийской экономической комиссии Вероника Никишина рассказала об основных сложностях переговорного процесса

Также министр рассказала о том, какое влияние интеграция Ирана с ЕАЭС окажет на участников соглашения и страны Ближнего Востока.

- Как протекал процесс переговоров с Ираном по заключению Временного соглашения? С какими сложностями столкнулась комиссия при проведении этих переговоров?

- Решение о начале переговоров с Ираном было принято президентами государств-членов Союза в конце декабря 2016 года. До этого между Ираном и Союзом действовала Совместная исследовательская группа, в рамках которой профильные эксперты обеих сторон пытались определить наиболее перспективные сферы для взаимодействия в контексте преференциальной торговли. По итогам работы группы была сделана рекомендация о том, что на этом этапе выгоднее заключить временное соглашение, то есть соглашение с ограниченным товарным охватом на определенный срок, посмотреть, какое влияние оно окажет на рост взаимной торговли, и затем уже принимать решение о переходе к постоянно действующей зоне свободной торговли.

Отталкиваясь от этих вводных, мы должны были принять два принципиальных решения – какой охват будет у соглашения и сколько оно будет действовать. Собственно, два этих момента и были главным камнем преткновения в ходе переговорного процесса.

- Какой спектр товаров для торговли между Союзом и Ираном предусмотрен соглашением?

— Временное соглашение – это соглашение с ограниченным товарным охватом и ограниченным уровнем либерализации. Это сделано для того, чтобы стороны могли извлечь выгоду от либерализации сразу после вступления соглашения в силу. Ввиду того, что соглашение будет действовать три года, мы не могли позволить выделить время на "разогрев" для отраслей, которые еще не экспортируют в Иран. Таким образом, соглашение в основном нацелено на то, чтобы укрепить позиции уже существующих экспортеров.

Союз получил от Ирана уступки по достаточно разнообразной товарной номенклатуре. В части сельскохозяйственной продукции это мясо говядины, баранина, сливочное масло, минеральная вода, зерновые, табак. Что касается промышленной продукции, то выиграют экспортеры стали, косметики, лесоматериалов, тракторов, автобусов. Уступками покрыт объем торговли в один миллиард долларов.

- Иран не является членом ВТО. Как были решены вопросы, касающиеся обязательств Ирана по торговле в рамках требований ВТО?

— Поскольку Иран не является членом ВТО, в его законодательстве отсутствуют определенные нормы торгового регулирования, которые для большинства стран мира, в том числе стран Союза, давно являются общепринятыми. Я говорю, прежде всего, о нормах, направленных на обеспечение транспарентности и недопущение дискриминации в отношении импорта, в сравнении с товарами внутреннего производства в таких сферах, как таможенное регулирование, техническое регулирование, санитарный и фитосанитарный контроль, прозрачность госрегулирования для импортеров. На самом деле именно такие нетарифные барьеры, а не высокие таможенные пошлины часто отталкивают экспортеров от желания выходить на иранский рынок.

Во Временном соглашении мы попытались решить эту проблему и установили режим, аналогичный базовому режиму Всемирной торговой организации. Для стран Союза в этих нормах нет ничего необычного, поскольку они стали основой права ЕАЭС, но вот для Ирана это совершенно новые, прогрессивные обязательства, которые потребуют внесения изменений в иранские национальные акты. Для этого в соглашении предусмотрены переходные периоды по ряду положений. Таким образом, с помощью нашего соглашения не только снижаются таможенные пошлины, но и устраняются нетарифные барьеры, повышается предсказуемость и привлекательность иранского рынка.

- ЗСТ предусматривает обнуление таможенных пошлин с обеих сторон. С иранской стороны возникли сложности, связанные с законодательством страны, которое ограничивает снижение пошлины до 4%. Как разрешился этот вопрос? Произошло обнуление или были разработаны другие механизмы?

— Действительно, в Иране действует законодательное ограничение минимально допустимого таможенного тарифа – 4%. Иранские партнеры сразу дали понять, что в рамках переговоров по Временному соглашению не готовы обсуждать полное обнуление тарифа, поскольку это очень чувствительный вопрос. Поэтому для целей временного соглашения мы решили остановиться на следующем: вместо обнуления пошлин будут согласованы тарифные скидки. Уровень тарифных скидок фиксированный, и если Иран изменит свою пошлину в меньшую сторону, то к товарам из Союза будет применяться пошлина по формуле "более низкая пошлина Ирана минус согласованная скидка". А если Иран увеличит свою пошлину, то тогда к товарам из Союза применяется пошлина, зафиксированная в соглашении на момент завершения тарифных переговоров (июль 2017 года).

Стоит отметить, что в рамках переговоров по созданию полноформатной зоны свободной торговли, начало которых предусмотрено непосредственно Временным соглашением, мы с иранскими коллегами, конечно, будем вести речь уже о полном устранении ввозных пошлин во взаимной торговле на абсолютное большинство товаров.

- Кроме экономической выгоды, есть ли политический интерес интеграции Ирана в ЕАЭС?

- Позвольте вас поправить: Иран не интегрируется в ЕАЭС, он интегрируется с ЕАЭС. На данном этапе вопрос о присоединении Ирана к Евразийскому союзу не стоит, у нас разные экономические стратегии. Однако с помощью Временного соглашения, а в последующем – полноформатного соглашения о свободной торговле мы сможем найти точки сближения, укрепить и диверсифицировать существующие торгово-экономические отношения. Я убеждена, что действие режима преференциальной торговли между Союзом и Ираном окажет положительное влияние не только на страны-участницы соглашения, но и на весь регион Ближнего Востока и Средней Азии, потому что будет создана новая точка торгово-экономического притяжения. Думаю, что реализация соглашения также будет способствовать ускоренному созданию инфраструктуры международного транспортного коридора "Север – Юг", проходящего через Иран и Россию по Каспийскому морю.

- Что ожидает получить Союз от этого соглашения?

— Самое главное, что получит Союз, – новый рынок сбыта с выгодными условиями ведения бизнеса, с предсказуемыми и понятными "правилами игры". В условиях, когда внутреннее потребление снижается, а темпы роста экономики замедлены ввиду неблагоприятных внешних условий, такие возможности нельзя недооценивать. Особенно если учитывать, что в Иране – растущий средний класс, желающий покупать качественные товары по доступным ценам. Благодаря Временному соглашению мы сможем быть более конкурентоспособны на этом рынке по сравнению с другими игроками.

- Что будет, когда соглашение прекратит свое действие? Ведь оно заключено всего на три года.

- После подписания Временного соглашения будут запущены процедуры, необходимые для его вступления в силу. Соглашение начнет действовать через 60 дней после получения последнего уведомления о завершении всех необходимых процедур в Иране и в ЕАЭС. С учетом той приоритетности, которую уделяют страны Союза и Иран этому направлению развития торгово-экономического сотрудничества, можно ожидать, что эти процедуры не займут слишком много времени.

Что касается наших дальнейших планов, то они четко закреплены в самом документе. В течение трех лет действия Временного соглашения стороны должны согласовать условия перехода к полноформатному режиму свободной торговли в понимании ВТО – то есть с обнулением пошлин на большинство позиций товарной номенклатуры. Можно отметить четко сформулированное стремление всех участников процесса прийти к этому результату, но для начала нужно посмотреть, как быстро мы сможем справиться с переходом на преференциальный режим торговли по ограниченной товарной номенклатуре.

В любом случае уверена, что Временное соглашение – лишь первая ступень на пути к более глубокому торгово-экономическому взаимодействию Ирана и Союза, и от этого процесса выиграют все заинтересованные стороны.

- В чем заключаются новые механизмы сотрудничества и новые правила торговли?

— Основной новеллой механизмов сотрудничества является создание комплекса диалоговых механизмов и механизмов информационного обмена в "надстройке" над существующими разноуровневыми двусторонними договоренностями стран ЕАЭС с Китаем.

Эти механизмы касаются, в первую очередь, тех вопросов, которые сегодня регулируются уже в рамках правового поля ЕАЭС, будь то в части общей наднациональной компетенции или в контексте формирующихся контуров интеграции.

По существу, то взаимодействие, которое уже долгое время велось на уровне Союза с КНР в неформальном ключе, сможет обрести официальные формы и правовое русло.

Базовые правила торговли товарами сформированы в целом по стандартам ВТО. Мы получаем гарантии соблюдения горизонтального торгового режима на уровне РНБ с другими членами ВТО. В соглашение, в частности, вошли положения о соблюдении стандартов национального режима и режима наибольшего благоприятствования, стандартов таможенной оценки. Это действительно важно – ведь Союз в целом и Республика Беларусь пока не являются членами ВТО и не могут реализовывать соответствующие права на площадке организации.

Режимные положения инкорпорированы и в разделах по техническим барьерам и санитарным и фитосанитарным мерам. В части сотрудничества заложена серьезная основа для дальнейшего заключения между Союзом и Китаем секторальных соглашений, направленных на устранение технических барьеров в торговле между сторонами.

В сфере таможни создаются механизмы для содействия деловым кругам во взаимной торговле (создание информационных центров, принятие предварительных решений и пр.). Гарантии торгового режима находятся, по существу, на уровне Соглашения об упрощении процедур торговли ВТО и идут несколько дальше в сфере сотрудничества по внедрению механизмов "единого окна", статуса и правил "уполномоченных экономических операторов".

В разделе по интеллектуальной собственности мы уделили много внимания защите интересов правообладателей товарных знаков и знаков обслуживания, в частности, использующих их в сети Интернет. Определены положения для борьбы с торговлей контрафактной продукцией, предусмотрены горизонтальные правовые гарантии для широкого спектра объектов интеллектуальной собственности на уровне большинства современных торговых соглашений, что даёт Союзу серьёзные правовые возможности в работе с одним из наиболее ёмких рынков для реализации нашей интеллектуальной собственности.

Также в соглашение вошли такие разделы, как "Конкуренция", "Государственные закупки", "Электронная торговля" и др. В сфере электронной торговли благодаря соглашению будет повышен уровень защиты прав и интересов потребителей и их персональных данных, создана база для развития безбумажной торговли, проекты в инновационных областях, таких как большие данные, лингвистические и аналитические технологии получат административную поддержку.

Мы пошли немного дальше уровня ВТО в вопросах прозрачности и предсказуемости законодательства и его имплементации. Предусмотрели механизмы заблаговременной специальной нотификации о мерах, которые могут ограничить торговлю. Есть и предпосылки к преодолению "языковых торговых барьеров" — ожидается, что существенным объемом информации о торговом регулировании стороны будут обмениваться с переводом на английский язык.

- Как изменится торговый оборот после подписания соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве между странами ЕАЭС и КНР?

- В 2017 году сохранилась тенденция увеличения роли Китая как одного из крупнейших торговых партнеров ЕАЭС. За 2017 год товарооборот с Китаем составил 102,7 миллиарда долларов (по сравнению с аналогичным периодом 2017 года произошел рост на 31%). Причем значимо выросли товаропотоки в обоих направлениях: экспорт увеличился на 38%, импорт – на 25%.

Подписание соглашения окажет позитивное влияние на торговые отношения и будет содействовать развитию роста товарооборота между странами Союза и Китая.

Мы думаем, что динамика роста товарооборота будет сохраняться положительной, а реализация "встроенной повестки" соглашения окажет позитивное влияние на формирование новых цепочек создания стоимости, что подстегнёт торговлю товарами "срединного" уровня передела.

- Как это отразится на бизнесе в целом?

— Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве составлено в логике "окон возможностей", которые надо постепенно "открывать" во взаимодействии правительств, и не предполагает какого-то широкоформатного автоматического снижения торговых барьеров. Поэтому нашему бизнесу, по крайней мере, не стоит бояться каких-то шоковых изменений конкурентной ситуации.

С другой стороны, необходимо понимать, что бизнес получит серьезные рычаги и возможности для повышения прозрачности систем регулирования, включая обмен по запросу необходимой информацией, а также углубление сотрудничества между компетентными органами сторон.

Это означает, что у бизнеса появляется возможность через специально назначенные соглашением контактные пункты запрашивать у китайской стороны информацию, которая необходима для работы на китайском рынке (текст нормативно правого акта, который регулирует доступ на рынок или устанавливает определённые требования к продукции). Если полученной информации недостаточно, то бизнес может также обратиться в контактные пункты для инициирования различных конкретных проектов. При этом эти услуги не платные, а значит, бизнес может со временем рассчитывать на значимое снижение издержек на консалтинговые услуги, которые смогут быть замещены в некотором смысле "публичными услугами" госорганов по повышению транспарентности правового поля работы.

Кроме того, Союз получает возможности адресно снижать барьеры входа на китайский рынок для заинтересованного бизнеса, например, в сфере технического регулирования могут быть начаты переговоры по признанию результатов оценки соответствия продукции обязательным требованиям безопасности и качества, установленным в государстве, что позволит избавиться от необходимости проводить такую оценку специально для ввоза товара в Китай.

Таким образом, можно говорить о возможных позитивных изменениях для бизнеса. Они заложены в соглашении. Но их воплощение зависит, в первую очередь, от проактивной позиции делового сообщества.

Кроме того, теперь наш бизнес получает дополнительный канал решения сложных и спорных вопросов с китайской стороной – через Евразийскую экономическую комиссию.

- Как подписанное соглашение повлияет на граждан?

— Открывающееся "окно" возможностей для делового сообщества Союза означает и позитивные изменения для наших граждан. Причем такой положительный эффект будет нарастать со временем.

Так, с китайской стороной была достигнута договоренность о признании основных прав потребителя в электронной торговле и гарантий их защиты на уровне, аналогичном принятому в традиционной торговле. Большое значение соглашение будет иметь для правообладателей.

Развитие торговых отношений с крупнейшим партнером в евразийском регионе, несомненно, позитивно скажется и на перспективах роста благосостояния наших граждан, появлении новых возможностей для индивидуальных предпринимателей, в конечном итоге – будет способствовать реализации человеческого потенциала Союза.

Иран. Китай. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 18 мая 2018 > № 2608818 Вероника Никишина


Иран. Китай > Транспорт > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612407

Иран и Китай подписали соглашение о производстве 50 электро-дизельных локомотивов в Иране

Иран и Китай подписали в понедельник соглашение стоимостью 70 миллионов евро о сотрудничестве в производстве 50 электро-дизельных грузовых локомотивов в Иране.

Согласно новостному порталу Министерства транспорта Ирана, трехсторонняя сделка была заключена между иранской компанией "Wagon Pars" и китайским производителем локомотивов в "CRRC Dalian Co.", сообщает Tehran Times.

На церемонии подписания присутствовали министр транспорта Ирана Аббас Ахунди и представители иранских и китайских компаний.

Как сообщалось, контракт состоит из трех субконтрактов, в том числе по передаче технологий от компании "CRRC Dalian" компании "Wagon Pars".

Ранее в марте, китайская компания "CRRC Nanjing Puzhen" подписала соглашение с Иранской организацией развития и реорганизации промышленности (IDRO) для финансирования совместного производства 450 вагонов метро в Иране.

Иран. Китай > Транспорт > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612407


Иран > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612406

В Иране, промышленным предприятиям будут представлены кредиты на $ 17,6 млрд.

Заместитель министра промышленности Ирана объявил, что 740 триллионов риалов (около 17,619 млрд. Долларов) займов будут выплачены производственным подразделениям в стране в текущем 1397 иранском календарном году (март 2018 года - март 2019, сообщает IRNA.

Садек Наджафи, который также является главой организации "Малые предприятия и промышленные парки Ирана", сказал, что часть упомянутых кредитов выделяется в качестве государственного бюджетного финансирования, а остальные будут предоставляться банками.

6 мая, заместитель министра промышленности Ирана Али Рахмани объявил, что в течение прошлого 1396 иранского календарного года, 28 602 производственных подразделения получили банковские кредиты.

По его словам, выделенные кредиты составляли в общей сложности 200 триллионов риалов (около 4,76 млрд. долларов).

В конце января, Наджафи сказал, что в течение следующих четырех лет в 20 000 небольших промышленных подразделениях по всей стране будет создана 161 000 новых рабочих мест.

Он отметил, что в этой связи была создана программа по обновлению и поддержке малых предприятий страны.

По словам чиновника, на долю малых предприятий приходится 92 процента всех промышленных предприятий страны, и в настоящее время в стране действуют 85 000 промышленных подразделений, из которых 1700 крупных, а остальные средние и малые.

Иран > Госбюджет, налоги, цены > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612406


Иран > Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612403

Ряд судоходных компаний отказываются заходить в иранские порты из-за введения новых санкций

Поскольку начался отсчет времени до восстановления санкций США в отношении Ирана, многие судоходные компании, такие как "Maersk Tankers" и "Torm", уже отказываются заходить в иранские порты, опасаясь осложнений, связанных с обработкой грузов и со страховыми платежами, сообщает Financial Tribune со ссылкой на отраслевые источники.

Менее чем через неделю после того, как США решили выйти из Совместного всеобъемлющего плана действий, морские страховщики предупредили, что свертывание бизнеса может привести к серьезным последствиям, включая обработку возмещения убытков и других, связанных с этим платежей.

Сроки вступления санкций в силу варьируются от 90 до 180 дней, однако большинство судоходных компаний считают, что будут возникать проблемы, связанные с оплатой всех морских перевозок, связанных с Ираном, в преддверии установленного срока или в течение льготного периода.

"Санкции могут нарушить всю цепочку морского страхования, включающую поставки в Иран и из Ирана", - рассказал Сингапурский морской брокер в кулуарах конференции "WISTA Shipping", состоявшейся в островном городе-государстве в конце прошлой недели.

"Существует целая цепочка людей, которые участвуют в предоставлении страхового покрытия, и решение США вызовет серьезные головные боли для всех их, потому что обработка теперь должна быть сделана таким образом, чтобы она не противоречила новому режиму санкций", - сказал брокер.

Кроме того, США планируют отозвать лицензии, такие как "Генеральная Лицензия H", которая разрешила иностранным компаниям, принадлежащим и контролируемым США, заниматься деятельностью с участием Ирана.

180-дневный период сворачивания до того, как санкции будут наложены на портовых операторов Ирана и сектора судоходства и судостроения, заканчивается 4 ноября. Операции иностранных финансовых учреждений с Центральным банком Ирана и страховыми службами также должны завершиться к этой дате.

Иран > Транспорт. Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 15 мая 2018 > № 2612403


США. Иран > Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > forbes.ru, 14 мая 2018 > № 2604759 Михаил Крутихин

США против Ирана: почему экономический эффект от новых санкций окажется минимальным

Михаил Крутихин

Партнер консалтинговой компании RusEnergy

Нервная реакция игроков на нефтяном рынке оказалась сильно преувеличенной. Иранская нефть формирует всего 3% от мировых запасов, и о полном прекращении добычи речь не пойдет даже в условиях строжайшего соблюдения санкций всеми странами мира

Решение Белого дома выйти из «ядерного соглашения» с Ираном не стало сюрпризом: Дональд Трамп обещал сделать это еще до избрания президентом США. Политик объяснял это желанием исправить ошибку, совершенную его предшественником Бараком Обамой. Вместе с тем помимо политических последствий, таких как новая напряженность в отношениях США с европейскими партнерами и перспектива опасной радикализации иранской политики в регионе, этот шаг будет иметь далеко идущие экономические последствия.

Еще до того, как в Вашингтоне официально подтвердили отказ от выполнения обязательств по подписанному в 2015 году плану действий в отношении ядерной программы Ирана, неподтвержденное сообщение об отказе спровоцировало мгновенный взлет цен на нефтяные фьючерсы, а опровержение в одной из ведущих американских газет вызвало столь же мгновенный возврат этих цен на прежнюю траекторию.

Рынок фьючерсов, в значительной мере управляемый алгоритмами автоматизированных систем покупки и продажи финансовых инструментов, отреагировал на ключевые слова новостей. На рынке нефти не произошло никаких фундаментальных событий: не сократилось предложение и не вырос спрос. Чувствительным алгоритмам хватило намека на то, что американские санкции могут в будущем привести к сокращению иранской нефтяной добычи, чтобы дать сигнал к росту цен на «бумажные» деривативы нефтяных контрактов.

Надо сразу отметить, что нервная реакция игроков на нефтяном рынке была сильно преувеличенной. Иранская нефть составляет всего 3% от мировой, и о полном прекращении ее добычи речь не пойдет даже в условиях строжайшего соблюдения санкций всеми странами мира. Тем более что крупнейшим покупателем нефти в Иране является Китай, который не слишком считается с запретами на торговлю с Тегераном. Сокращение иранских поставок легко компенсирует та же Саудовская Аравия, не говоря уже о прогнозируемом росте добычи на сланцевых проектах в Соединенных Штатах. Причин для рыночной паники нет.

Более того, предположения некоторых СМИ относительно активизации иранского военного контингента в Сирии в качестве ответа на решение Трампа не выдерживают критики. Связь здесь если и прослеживается, то очень слабая и опосредованная. У Ирана не хватит сил противостоять в Сирии таким противникам дамасского режима, как международная коалиция во главе с США, Израиль, а также арабским государствам, собирающимся ввести на сирийскую территорию свои войска. Отказ американцев от ядерного плана действий в Иране к развитию событий на сирийской земле серьезного отношения не имеет.

Тем не менее обещанные Вашингтоном санкции уже сказываются на перспективах иранской экономики. Хотя в европейских столицах выражают открытое недовольство объявленными мерами и не собираются присоединяться к американскому давлению на Тегеран, коммерческие компании в Европе, Азии и прочих регионах будут вынуждены подчиняться санкциям, если хотят сохранить рабочие отношения с американцами и не подвергнуться штрафам и бойкоту со стороны администрации США. Развитие нефтегазового сектора Ирана, да и всей экономики Исламской Республики непременно замедлится.

Как показал опыт предыдущего периода санкций против Ирана, сотрудничество с этой страной прекратят ведущие компании не только Европы и Азии, но и России. Так было, к примеру, с уходом «Лукойла» из проекта разработки иранского месторождения Анаран из-за санкций. Новые крупные проекты, в которых уже договорились участвовать «Роснефть», «Лукойл», «Татнефть» и другие фирмы, придется отложить надолго — не исключено, что навсегда. Повторного «предательства» иранцы могут не простить.

Если не учитывать Иран, на который американские санкции окажут мощное негативное влияние, для остальных мировых экономик ни значительный ущерб, ни серьезная выгода не просматриваются. Гигантам бизнеса сворачивание иранских проектов и аннулирование контрактов перенести не слишком трудно, хотя в некоторых случаях потери могут быть чувствительными (в том числе утрата надежд на уже запланированные прибыли).

Можно ожидать, что нынешний «нервный» рост нефтяных цен окажется относительно краткосрочным, если его не подстегнут непредвиденные события в зонах добычи или транспортировки углеводородного сырья. Нефти на рынке хватит с избытком еще на четверть века — то есть до тех пор, пока под воздействием структурных перемен в энергетике и на транспорте не начнет сокращаться глобальный спрос. Уже к 2030 году, как ожидается, вдвое вырастет добыча в США. Еще раньше президент Трамп, который уже заявлял, что нефть на мировом рынке переоценена, может оказать дополнительное давление на цены такими мерами, как введение импортной нефтяной пошлины — точно так же, как он ввел заградительные сборы против импортных металлов.

Для российской экономики, чересчур зависимой от экспорта сырья, сиюминутный рост нефтяных цен, вызванный ожиданиями спада в иранской нефтегазовой отрасли, становится несомненным благом, но на долгосрочный эффект от нежданного увеличения экспортных поступлений рассчитывать не стоит. В течение ближайших пяти-десяти лет «навес» предложения над спросом должен нарастать, придавливая вниз цены, несмотря на все усилия ОПЕК и ее временных союзников. Без структурных перемен России с ее нефтью-кормилицей придется несладко.

США. Иран > Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > forbes.ru, 14 мая 2018 > № 2604759 Михаил Крутихин


США. Иран > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 11 мая 2018 > № 2605070 Андрей Баклицкий

К чему приведет выход США из ядерной сделки с Ираном

Андрей Баклицкий

Вполне возможно, что выход из ядерной сделки был для Дональда Трампа просто выполнением предвыборного обещания и он не хочет ввязываться в очередную войну на Ближнем Востоке. Но решение американского президента уже запустило цепочку событий, которая может не оставить ему выбора

Как и положено хорошему шоумену, президент США Дональд Трамп много месяцев держал мир в напряженном ожидании своего окончательного решения о судьбе ядерной сделки с Ираном – Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы. Громкие заявления о скором выходе США из СВПД сочетались с продлением приостановки санкций против Ирана и кадровыми маневрами во внешнеполитическом блоке президентской администрации.

И вот нужный день настал – 8 мая Трамп официально объявил о том, что США выходят из соглашения. Но напряжение вокруг иранской ядерной сделки от этого только выросло. Теперь речь идет не только о режиме нераспространения, но и о том, не приведут ли дальнейшие шаги США, Ирана и Израиля к новой войне на Ближнем Востоке.

Дорога на выход

Президент Трамп последовательно выступал против ядерной сделки с Ираном еще со времен предвыборной кампании. В октябре прошлого года он отказался сертифицировать соглашение, то есть подтверждать Конгрессу, что соглашение по-прежнему отвечает интересам США. Причем решение об отказе в сертификации было принято, несмотря на то что Иран выполнял свои обязательства.

Тем не менее Трамп продолжал продлевать приостановку санкций против Ирана, что было главным условием участия США в СВПД. Одновременно шло обновление внешнеполитической команды американского президента: Трамп заменил госсекретаря Тиллерсона и советника по национальной безопасности Макмастера, оспаривавших решения президента, на лояльных ястребов Помпео и Болтона, также выступающих против сделки с Ираном. По информации СМИ, противодействие иранскому соглашению со стороны администрации Трампа дошло до попытки собрать компромат на сотрудников администрации Обамы, участвовавших в выработке ядерной сделки с Ираном.

С приближением очередного дедлайна 12 мая (каждые 90 дней Трамп должен был информировать Конгресс о том, что Иран выполняет свои обязательства) сторонники и противники ядерной сделки задействовали все ресурсы, чтобы склонить президента на свою сторону.

Тридцатого апреля премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выступил с заявлением, что Иран обладал тайной военной ядерной программой. Хотя информация, якобы добытая из архива на окраине Тегерана, не была особенно новой и свидетельствовала лишь о том, что такая программа иранцев завершилась в 2003 году, задолго до заключения СВПД, израильский премьер не особенно вдавался в детали и делал упор на том, что сделка построена на обмане и не ограничивает возможности Ирана создать ядерное оружие в будущем.

В свою очередь, лидеры европейских стран – участниц СВПД пытались убедить Трампа не выходить из соглашения. В течение двух недель Вашингтон посетили президент Франции, канцлер Германии и министр иностранных дел Великобритании. Кульминацией европейских усилий стал план Эммануэля Макрона, который предполагал новую договоренность по долгосрочному обеспечению мирного характера иранской ядерной программы, ограничение ракетной программы Ирана и обсуждение региональных вопросов, в том числе с участием стран Ближнего Востока и России, при сохранении СВПД. Но, несмотря на дружеские отношения между двумя президентами, Макрону не удалось убедить Трампа. В интервью после презентации Макрон предположил, что Дональд Трамп, скорее всего, «избавится от соглашения по внутриполитическим причинам».

Так и произошло. Восьмого мая президент Дональд Трамп заявил, что США прекращают участие в СВПД и вводят в действие все приостановленные ранее санкции против Ирана. Также президент США объявил, что продолжит консультации с европейскими союзниками по выработке нового соглашения и что готов заключить сделку с Тегераном на новых условиях. Соглашению, ставшему результатом многолетних дипломатических переговоров, был нанесен тяжелый, но пока еще не смертельный удар.

Недостатки соглашения

Главные аргументы критиков иранской ядерной сделки сводятся к тому, что она слишком мягкая по отношению к Тегерану и не гарантирует, что Иран никогда не сможет создать ядерное оружие. И действительно, СВПД такой гарантии не дает, но и никакое другое решение, за исключением разве что оккупации Ирана, не достигло бы подобного золотого стандарта.

СВПД фиксировал решение Ирана отказаться от тайной ядерной программы в 2003 году, снимал техническую возможность создать ядерное оружие в ближайшие 10–15 лет и внедрял в стране беспрецедентный режим мониторинга, который бы позволил обнаружить любое нарушение обязательств Тегерана в ядерной сфере в будущем.

Помимо ограничений на запасы урана, тяжелой воды, количество и качество центрифуг, которые Иран принял на себя на срок от 8,5 до 25 лет, страна также приняла на себя ряд бессрочных обязательств. Тегеран уничтожил центральную зону тяжеловодного реактора в Араке, который мог нарабатывать значительное количество плутония, и таким образом фактически закрыл плутониевый путь к ядерной бомбе.

Кроме того, Иран обязался немедленно информировать МАГАТЭ о начале строительства новых ядерных объектов (модифицированный код 3.1 Дополнительных положений соглашения о гарантиях МАГАТЭ) и на добровольной основе позволил МАГАТЭ проводить инспекцию на всей территории страны в поисках незаявленной деятельности (Дополнительный протокол к соглашению о гарантиях МАГАТЭ). Наконец, согласно разделу Т соглашения, Тегеран бессрочно отказался от использования ряда технологий, применяющихся для создания ядерного оружия, таких как многоточечные системы детонации взрыва, нейтронные источники взрывного типа и так далее, без разрешения Совместной комиссии.

Критики СВПД (включая Трампа) часто отмечали, что соглашение не вводит для Ирана никаких постоянных ограничений на масштабы ядерной программы, позволяет и дальше разрабатывать баллистические ракеты, а также не затрагивает действия Тегерана в регионе. После заявлений Нетаньяху американских переговорщиков также стали обвинять в том, что при заключении сделки они не заставили Тегеран признаться во всех предыдущих нарушениях.

Однако нельзя не признать, что добиться от Ирана постоянных ограничений для ядерной программы едва ли было возможно. США около десяти лет пытались добиться полного запрета на обогащение Ираном урана, но вместо этого за эти годы количество центрифуг в распоряжении Тегерана выросло с нескольких десятков до примерно 20 тысяч (в рамках СВПД стороны договорились разобрать примерно две трети из них).

Ракетная программа Ирана без возможности произвести ядерные боеголовки для ракет не представляет значительной опасности. Было бы наивно ожидать, что Тегеран откажется от баллистических ракет, которые стоят на вооружении у его региональных соперников: Израиля и Саудовской Аравии. А попытка увязать ядерный вопрос с региональными проблемами неминуемо закончилась бы провалом переговоров.

Наконец, чтобы убедить Иран согласиться на ядерную сделку, было очень важно позволить иранцам сохранить лицо. Тегеран даже принял контринтуитивное решение разместить пятую часть оставшихся в его распоряжении центрифуг на объекте Фордо, где было запрещено использовать уран, только для того, чтобы продемонстрировать иранскому обществу, что ни один из существовавших иранских ядерных центров не был закрыт. Когда дипломатам шестерки международных посредников пришлось выбрать между шансом публично обвинить Иран в нарушениях и исключением возможности нарушений в будущем, они выбрали второе.

Была у соглашения и вторая цель – невысказанная прямо, но вполне очевидная. Снятие связанных с ядерной программой санкций и длительный переходный период должны были укрепить доверие между Ираном и Западом, открыть возможности для обсуждения других вопросов. Иран начал бы глубже интегрироваться в мировую экономику, что внутри страны добавило бы популярности тем политикам, кто готов к большей открытости и взаимодействию с мировым сообществом. Эти ожидания уже отчасти оправдались с уверенным переизбранием Хасана Рухани на второй президентский срок.

Несмотря на заметные расхождения Ирана и западных стран по Сирии, на других направлениях тоже был заметен определенный прогресс. В октябре 2017 года глава Корпуса стражей исламской революции объявил, что по распоряжению верховного лидера Ирана дальность баллистических ракет страны была ограничена 2000 километров, что снимало угрозу Европе и тем более США.

Более того, парадоксальным образом разоблачающая презентация Нетаньяху подтвердила, что новейшие иранские ракеты не создавались для доставки ядерного оружия. Эксперты указали на то, что ядерный заряд, продемонстрированный в презентации, мог быть использован в более старых иранских ракетах, но не в новых с увеличенным радиусом, выпускаемых после 2004 года.

В личных разговорах иранские дипломаты говорили, что не исключают, что после снятия ограничений значительного наращивания ядерной программы не последует – оно будет не нужно Тегерану ни по имиджевым, ни по экономическим причинам. Наконец, Иран согласился начать диалог с Евросоюзом по региональной безопасности, включая ситуацию в Йемене. Третьего мая 2018 года в Риме прошел второй раунд ирано-европейских консультаций.

Враг хорошего

Тем не менее часть американского истеблишмента, включая президента Трампа, продолжает считать, что СВПД – это «ужасная сделка», условия которой можно и нужно переписать, и что Вашингтон в состоянии добиться от Тегерана больших уступок. Переговоры с Северной Кореей, по-видимому, убедили руководство США в том, что максимальное давление способно заставить противоположную сторону принять все американские условия – президент Трамп упомянул пример КНДР в своей речи после выхода из СВПД.

Однако ситуация в Пхеньяне и Тегеране заметно отличается, и аналогия здесь скорее мешает. Иран (довольно справедливо) считает, что США не выполняли своих обязательств даже до выхода из соглашения. Только за последний месяц колебания Трампа привели к резкому падению курса риала. Boeing в ожидании выхода США из СВПД объявил, что ищет новых покупателей на самолеты, заказанные Ираном. И не прогадал – Министерство финансов США заявило, что отзывает лицензии у Boeing и Airbus после выхода Вашингтона из сделки. Поставка пассажирских самолетов была специально прописана в соглашении по ядерной программе, но Тегеран так и не получил ни одного.

В такой ситуации любое правительство Ирана неизбежно задумалось бы, как можно заключать договоренности, которые потом не выполняются, и соглашаться на ограничения, которые другая сторона может произвольно менять.

Ситуация усугубляется тем, что в Иране идет активная (пусть и не всегда формальная) политическая жизнь. Как отмечает Вали Наср, в отличие от Северной Кореи в Тегеране нет абсолютного правителя, с которым США могли бы заключить сделку. Президент Рухани вынужден бороться с консерваторами, которые обвиняют действующее правительство в предательстве национальных интересов. Выход США из соглашения и предложение заключить новую сделку воспринимается в Тегеране как шантаж и только ужесточает позицию Ирана, исключая возможность дальнейших переговоров.

Что будут делать США

Пока администрация США демонстрирует полное отсутствие стратегии после выхода из СВПД, и удивительным образом это не смущает руководство страны. Трамп фактически просто ввел санкции против Ирана, не обозначив никаких целей, которых он хочет добиться, или красных линий, которые Тегерану не следует переходить.

Складывается впечатление, что ядерная программа Ирана не так уж интересна администрации. Как отметил неназванный французский дипломат, «нужно признать, что претензии администрации Трампа касаются не сделки, а Исламской Республики Иран. Мы живем в 2018 году, но США застряли в 1979-м».

Но если претензии Трампа к Ирану, по-видимому, основываются на неприязни к наследию Обамы, а также стремлении выполнить предвыборное обещание и неуступчивости иранцев (Трамп предлагал Рухани встретиться на полях Генассамблеи ООН, но тот отказался), то многие его советники недвусмысленно заинтересованы в смене режима в Тегеране. И новый госсекретарь США Майк Помпео, и особенно советник по национальной безопасности Джон Болтон неоднократно высказывались за смену власти в Иране. Самым свежим примером в этом ряду стало заявление советника Дональда Трампа и члена юридической команды президента Руди Джулиани, 5 мая сообщившего, что он является последовательным сторонником смены режима в Тегеране.

С одной стороны, президент Трамп неоднократно демонстрировал, что ключевые решения он принимает сам и готов игнорировать ближайших советников, если они ему противоречат (госсекретарь Помпео предлагал двухнедельную отсрочку выхода из СВПД, чтобы завершить диалог с европейцами – Трамп отказался). Можно предположить, что если Болтон и Помпео будут настаивать на военных действиях и смене режима в Иране, в чем Трамп, похоже, не заинтересован, то они разделят судьбу уволенных Макмастера и Тиллерсона, настаивавших на сохранении СВПД.

С другой стороны, президент США не любит вникать в детали и может предоставить кабинету свободу рук в иранском вопросе, оказавшись в итоге втянутым в незапланированный конфликт. И здесь стоит вернуться к обличающей Иран презентации Биньямина Нетаньяху.

Выступление было настолько важным для премьер-министра Израиля, что ради него он отменил свою речь на открытии новой сессии Кнессета. В ходе презентации Нетаньяху действительно говорил о тайной программе «Амад», в рамках которой Иран вел разработки, связанные с ядерным оружием. Но проблема заключалась в том, что программа была завершена в 2003 году, и информация о ней не была секретной. В частности, она была достаточно подробно описана в докладе генерального директора МАГАТЭ совету управляющих организации в декабре 2015 года.

Американский сатирический сайт The Onion спародировал разоблачения израильского премьера в статье «Нетаньяху продемонстрировал шокирующие новые свидетельства того, что иранцы планировали разграбить Вавилон в 539 году до н.э.». Но в действительности все было предельно серьезно. До даты, когда Трамп должен был решить, оставаться ли США в ядерной сделке, было меньше двух недель. Время заявления, выступление на английском языке, действие в обход МАГАТЭ – все указывало на то, что Нетаньяху обращался прежде всего к американской аудитории. Израильский премьер либо призывал Трампа выйти из СВПД, либо, зная, что решение уже принято, предлагал ему убедительный повод.

Если в Вашингтоне действительно всерьез рассматривают возможность смены режима в Иране, то неудивительно, что судьба СВДП их не особенно волнует. А презентация Нетаньяху ложится в основу досье, позволяющего оправдать жесткую политику в отношении Тегерана. По итогам израильского брифинга Белый дом выпустил пресс-релиз о том, что Иран обладает программой по созданию ядерного оружия. Позже информация была поправлена, пресс-служба заявила, что виной всему стала опечатка – «обладает» (has) вместо «обладал» (had). Журналист Араш Карами иронически заметил, что «сценарий для войны с Ираном – это тот же сценарий для войны с Ираком, только с опечатками».

После выхода США СВПД еще можно спасти, если Ирану удастся сохранить торговлю с Евросоюзом, Китаем, Россией и инвестиции в свою экономику. Компаниям из третьих стран, продолжающим вести бизнес в Иране, придется столкнуться с вторичными санкциями США, и ключевой здесь станет позиция Европы. Заявление лидеров Великобритании, Германии и Франции после выхода США из СВПД было достаточно жестким и показало, что европейские участники как минимум попытаются сохранить сделку в отсутствие США. Сделать это Европа сможет, только если сведет на нет американские санкции в отношении Тегерана и компаний, ведущих с ним бизнес, что выглядит как готовый сценарий для торговой войны.

Возможности по противодействию американским санкциям со стороны Евросоюза неоднократно и широко обсуждались. Среди них называют принятое в 1990-е годы Постановление № 2271/96, вводившее защитные меры для европейских компаний, которые могли оказаться под санкциями США из-за торговли с Кубой, и обязывающее эти компании выполнять заключенные контракты. Также для инвестиций и торговли с Ираном могут быть использованы специальные валютные механизмы, не связанные с американским долларом, и кредитные линии в евро (в идеале с подключением России, Китая, Индии, Турции и других крупных торговых партнеров Ирана).

При этом Лондон, Берлин и Париж по-прежнему заявляют, что будут пытаться заключить с Ираном более широкое соглашение, включающее долгосрочное ограничение ядерной программы, баллистические ракеты и поведение Тегерана в регионе. Хотя сложно представить, как это может выглядеть на фоне попыток США разрушить СВПД.

Что будет делать Иран

Если руководство Ирана придет к выводу, что участие в соглашении больше не отвечает экономическим интересам страны, распад СВПД станет практически неизбежным. В этом случае ограничения, наложенные на ядерную программу страны, будут сняты. Руководители Ирана неоднократно заявляли, что смогут восстановить наиболее чувствительные аспекты своей программы в течение нескольких дней.

Однако не стоит ожидать рывка Тегерана к производству ядерного оружия и в целом чересчур провокационного поведения. Действия Ирана будут зависеть от большого количества внутри- и внешнеполитических факторов, но можно предположить, что Тегеран будет восстанавливать ядерную программу образца 2015 года с поправкой на технические достижения последних лет, чтобы использовать ее для обеспечения своей безопасности и последующих переговоров, если для них появится возможность.

Такая стратегия, вероятно, будет преследовать две основные цели: во-первых, изолировать США как нарушителя соглашения и обеспечить Тегерану максимальную поддержку мирового сообщества; а во-вторых, избежать военного удара Израиля и/или США по ядерной инфраструктуре страны.

Ради первой цели Иран, скорее всего, не станет выходить из Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и будет выполнять соглашения о гарантиях МАГАТЭ (скорее всего, без Дополнительного протокола), а также продолжит работы по перепрофилированию реактора в Араке совместно с Китаем и центрифуг для производства стабильных изотопов в Фордо с Россией. Возможно нарушение незначимых для иранской ядерной программы ограничений – например, на запасы тяжелой воды.

Достижение второй цели будет определяться запасами обогащенного урана – Израиль еще в 2012 году объявил именно этот параметр той красной линией, при пересечении которой последует военный удар. Тогда эта величина оценивалась в 240 кг урана, обогащенного до 20%. Сейчас можно ожидать, что Тегеран восстановит уровень обогащения урана до 20% при сохранении запасов ниже 200 кг, а также введет в строй новые, более совершенные центрифуги и возобновит обогащение урана в подземном комплексе Фордо, но не станет превышать общий лимит по весу урана (для этого может обогащаться обедненный уран).

Впрочем, все эти сценарии имеют смысл, только если Иран не будет атакован Израилем или Соединенными Штатами. Любые военные действия на Ближнем Востоке будут чреваты дальнейшей дестабилизацией региона, но в случае с Тегераном за ними может последовать выход страны из ДНЯО и решение о разработке ядерного оружия. Иранские политики наверняка внимательно следят за событиями вокруг Северной Кореи и могут сделать вывод, что для переговоров с США на равных нужно создать межконтинентальную баллистическую ракету и ядерную боеголовку к ней. Последствия такого решения будут колоссальными, включая возможную ядерную гонку на Ближнем Востоке и серьезный удар по мировому режиму нераспространения.

На вопрос, может ли Израиль нанести военный удар по Ирану, министр обороны страны Авигдор Либерман ответил: «Я вообще не хочу говорить ни о каких ударах, мы не собираемся, никогда не хотели просто так никого ударять. Все войны, которые мы вели до сегодняшнего дня, – это войны, которые нам навязали».

Сложно сказать, станет ли таким «навязыванием войны» развитие Тегераном своей ядерной программы после выхода США из СВПД и не сдвинулась ли израильская красная линия, но очевидно, что Израиль будет наблюдать за действиями Ирана со взведенным курком. В тот же день, когда Биньямин Нетаньяху выступил с разоблачением в отношении ядерной программы Тегерана, Кнессет принял закон, по которому в «чрезвычайных обстоятельствах» для начала военных действий будет достаточно решения премьер-министра и министра обороны без участия остального правительства. Недавний обмен ракетными ударами между Израилем и Ираном в Сирии также не внушает оптимизма.

Вполне возможно, что выход из ядерной сделки был для Дональда Трампа просто выполнением предвыборного обещания и он не хочет ввязываться в очередную войну на Ближнем Востоке. Но решение американского президента уже запустило цепочку событий, которая может не оставить ему выбора.

США. Иран > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 11 мая 2018 > № 2605070 Андрей Баклицкий


Иран. Израиль. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 мая 2018 > № 2600602 Вацлав Радзивинович

Как Иран укрепил российско-израильское братство по оружию

Вацлав Радзивинович (Wacław Radziwinowicz), Gazeta Wyborcza, Польша

Вместе с Путиным парад на Красной площади в честь 73-й годовщины победы над Третьим рейхом смотрели только два лидера иностранных государств: премьер Сербии Александр Вучич и его израильский коллега Биньямин Нетаньяху.

По правде говоря, с заграничными гостями, готовыми почтить своим присутствием московские торжества, стало в последнее время сложно. На прошедшей в понедельник инаугурации, ознаменовавшей официальное начало четвертого президентского срока Путина, присутствовал только бывший немецкий канцлер Герхард Шредер, который сейчас работает в Газпроме и получает такое хорошее вознаграждение, что появляется в Москве по первому зову.

А еще в 2005 году на московский парад съехалось столько гостей, что президента Польши пришлось усадить в четвертом ряду. Столпотворение было и в следующую круглую годовщину пятью годами позже. Отсутствие влиятельных политиков на вчерашнем параде показывает, в какой глубокой изоляции оказалась Россия.

Сколько евреев воевало в рядах Красной армии

Нетаньяху, однако, приехал. Сейчас между Москвой и Иерусалимом разворачивается очень интересная игра. Обе столицы сближает, например, то, что отдаляет поляков от россиян: историческая политика, а конкретнее — трактовка Второй мировой войны.

В Израиле не сносят памятники красноармейцам, а, наоборот, воздвигают новые, и устраивают марши «Бессмертного полка», на которые люди выходят с портретами своих близких, воевавших с Гитлером в рядах Красной армии. Среди миллиона эмигрантов из бывшего СССР есть много ветеранов. Возможно, их даже больше, чем в самой России, ведь средняя продолжительность жизни израильтянина составляет 78 лет (россиянина — на 13 лет меньше). Неудивительно, что 9 мая объявили в этом году национальным праздником.

Израилю нужен такой день: он напоминает, что во время войны евреи не только покорно шли на заклание, но и воевали с оружием в руках. Россия умело использует этот дискурс. В последние недели российские СМИ много пишут о годовщине восстания в Варшавском гетто, также на экраны вышел фильм «Собибор». Картина рассказывает о бунте заключенных концентрационного лагеря, которые под предводительством пленных евреев-красноармейцев перебили охрану и вырвались на свободу. В Москве говорят о том, что в годы войны в Красной армии служили 500 тысяч евреев, 200 тысяч погибли, 157 удостоились звания Героя СССР. Как отмечают сами россияне, чтобы получить звезду Героя солдату-еврею нужно было совершить какой-то необыкновенный подвиг.

Так что историческая политика сблизила два народа и позволила сгладить существовавшие противоречия. Россия получила нового важного товарища по оружию. В последнее время она только теряла союзников. Уже стало традицией, что Путин не поздравляет с Днем Победы лидеров Грузии и Украины, хотя народы этих стран отважно сражались в рядах Красной армии. На протяжении десятилетий символом победы над Германией был грузин Мелитон Кантария, который вместе с россиянином Михаилом Егоровым водрузил красное знамя на крыше здания Рейхстага.

Попытка ослабить союз Москвы с Тегераном

Однако Нетаньяху появился в Москве не только для того, чтобы полюбоваться на танки: в первую очередь он приехал обсудить ситуацию в Сирии, где израильская авиация регулярно наносит удары по боевикам движения «Хезболла» и иранского «Корпуса стражей исламской революции», которые воюют на стороне президента Асада, пользующегося поддержкой России. Российские и израильские силы могут столкнуться в любой момент, поэтому Израиль хочет уточнить правила игры в становящейся все более запутанной ситуации и получить от Москвы нечто вроде лицензии на отстрел тех, в ком израильские политики видят угрозу для своей страны. Ведению таких переговоров способствует сближение на почве истории.

Иран. Израиль. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 мая 2018 > № 2600602 Вацлав Радзивинович


Китай. Иран. Турция. РФ > СМИ, ИТ > gazeta.ru, 2 мая 2018 > № 2590649

Вслед за Китаем: 5 стран, блокирующих интернет

Цензура и запрет: какие государства практикуют интернет-блокировки

Дмитрий Бевза

Блокировка мессенджера Telegram оказалась не только самой горячей темой рунета в 2018 году, но и стала поводом для протестной уличной активности. Тем не менее, не только российские власти пытаются регулировать национальный интернет-сегмент. В подборке «Газеты.Ru» — 5 стран, где власти тоже считают интернет-пространство важной частью внутренней политики и активно блокируют нежелательный контент, ресурсы и сервисы в соответствии со своими национальными законодательствами.

Китай

Уровень проникновения интернета — 53,2%

Несмотря на не самый высокий уровень проникновения интернета (процент интернет-пользователей в стране — в России, к примеру, 76,4% — «Газета.Ru»), Китай — это страна с самой большой аудиторией (700 млн) и самой продвинутой, сложной и дорогой системой контроля интернета.

В 2017 году Китай в третий раз подряд занял последнее место в отчете Freedoom House под названием «Freedom on the Net 2017», посвященном свободе в интернете. Управление национальным сегментом в Китае осуществляется с помощью системы «Золотой щит», разработка которого была начата еще в 1998 году.

Китай не только имеет самую совершенную в мире систему контроля над национальным сегментом сети — в КНР интернет изначально создавался под контролем правительства и всегда имел полугерметичную структуру.

«Золотой щит» включает в себя несколько систем управления и контроля: информирования о правонарушениях, идентификации пользователей, контроля за контентом, информационного мониторинга и управления трафиком.

Системой, отвечающей именно за блокировку нежелательных интернет-ресурсов, включая такие крупные, как WhatsApp, Facebook, Twitter, Youtube, Instagram и Google, является «Великий китайский файрвол» — часть «Золотого щита».

Причем блокируются не только интернет-ресурсы, но и интернет-сервисы, и даже поисковые запросы.

Под постоянным баном находятся ресурсы, принадлежащие к запрещенным в КНР организациям, критикующие китайские власти новостные ресурсы, сайты, относящиеся к тайваньскому правительству, средствам массовой информации Тайваня, сайты, которые китайские регуляторы рассматривают как непристойные или порнографические, веб-сайты, связанные с Далай-ламой или международным движением за независимость Тибета и пр.

Всего заблокировано около 1,3 млн сайтов.

При этом надо понимать, что ни «Золотой щит», ни «Великий китайский файрвол» не были бы столь эффективны, если бы в Китае не были бы созданы национальные версии глобальных интернет-сервисов, которые со временем превратились из копий американских аналогов в уникальные интернет-площадки (Taobao, AliPay, WeChat, Weibo и др.), а внутренний интернет-рынок не стал бы крупнейшим в мире.

Многие специалисты считают китайскую модель немасштабируемой. Такое мнение основывается на том факте, что никакая другая страна в мире не смогла пока создать столь самодостаточный внутренний интернет и столь совершенную систему управления и блокировок без нанесения ущерба для своей экономики.

Иран

Уровень проникновения интернета — 44%

Иран — один из постоянных поставщиков новостей о блокировках и цензурных ограничениях в интернете. При этом нельзя сказать, что иранские регуляторы работают только в сторону усиления запретов и блокировок. В зависимости от политической ситуации в стране, доступ к некоторым интернет-сервисам периодически приостанавливается или возобновляется.

Интернет в Иране уже имеет свою историю и появился ненамного позже, чем в России (СССР). В 1992 Иран стал второй страной на Ближнем Востоке, где появился доступ ко всемирной сети, и только в 2001 году были введены официальные правила контроля доступа и цензурирования контента.

Все провайдеры и интернет-кафе должны были получать лицензии на предоставление соответствующих услуг. Такие лицензии могли получить только женатые/замужние граждане Ирана, исповедующие ислам.

Самая крупномасштабная волна блокировок произошла в 2013 году, когда в Иране заблокировали доступ ко многим сайтам и популярным социальным сетям — Youtube, Facebook, Twitter и прочим блог-платформам.

Во время антиправительственных выступлений в декабре 2017 года власти Ирана на две недели заблокировали мессенджер Telegram. Такие ограничения негативно отразились на экономике – особенно на малом бизнесе, который активно использует Telegram. По некоторым оценкам за две недели блокировок число банковских транзакций уменьшилось почти на 40%.

1 января 2018 года министр коммуникаций Ирана сообщил, что Telegram и Instagram временно заблокированы «ради безопасности иранского народа». Также наблюдались проблемы с доступом к серверам компании Digital Ocean, услугами которой пользуются многочисленные VPN-сервисы обхода блокировок. 9 самых популярных в Иране VPN-сервисов были времено недоступны. Во время пика протестов Telegram-боты для обхода блокировок набирали по 200 тысяч новых пользователей в день.

Telegram в Иране разблокировали 13 января 2018 года — в первую очередь именно из-за убытков малого и среднего бизнеса. По неофициальной оценке, в этот период около 100 тысяч человек временно лишились работы. Тем не менее. 30 апреля 2018 года иранский суд опять принял решение о блокировке мессенджера.

«Принимая во внимание жалобы граждан Ирана и исходя из требований служб безопасности, направленных на противодействие незаконной деятельности в Telegram, суд запретил его использование в Иране», — сообщило агентство Reuters.

Турция

Уровень проникновения интернета — 58,4%

В марте 2014 года незадолго до местных выборов в Twitter и YouTube стала распространяться информация о коррупционном скандале в правительственных кругах. С этого времени начался новый этап официальной государственной политики в области интернета в Турции. Уже в 2015 году в стране был принят закон, по которому сайты могли блокироваться без решения суда в течение 4 часов. Ответственным за исполнение является Управление по телекоммуникациям и связи Турции (TIB).

Блокировке подлежат сайты, содержащие пропаганду суицида, информацию о наркотиках, азартных играх, детской порнографии и пр. Также запрещена пропаганда проституции и критика первого президента Турецкой Республики Мустафы Кемаля Ататюрка.

Также во время кризисных ситуаций происходят блокировки различных социальных сервисов, например Twitter.

Что касается цензуры, то в опубликованном компанией Twitter в сентябре 2017 года докладе о прозрачности в интернете утверждается, что турецкие суды удовлетворяют 90% запросов на удаление контента.

29 апреля 2017 года в Турции был заблокирован сайт «Википедии». Причем, это произошло на основании административного, а не судебного решения.

Позже турецкие власти объяснили причину блокировки тем, что «Википедия» стала частью кампании «по очернению имиджа Турции на международной арене». Также было заявлено, что блокировка может быть снята в случае удаления материалов, вызывающих недовольство турецких властей.

6 марта 2018 года турецкие власти ужесточили интернет-цензуру, заблокировав доступ к VPN-серверам, использовавшихся для обхода блокировок и шифрованной почты Proton Mail.

Саудовская Аравия

Уровень проникновения интернета — 73,8%

Саудовская Аравия — самая влиятельная арабская страна с развитым IT-сектором и телекомом. В 2016 году в стране приняли закон, требующий предоставлять отпечатки пальцев при покупке SIM-карт. Впоследствии провайдеры отключили номера, чьи владельцы не прошли через процедуру биометрической идентификации.

В саудовском интернете запрещены сайты с азартными играми, порнографией, пиратским контентом, информацией о наркотических веществах, сайты таких правозащитных организаций, как Political Rights Organization и Saudi Civil, сайты запрещенных оппозиционных партий, сайты с критикой королевской семьи и контент, несовместимый с исламскими представлениями об этике и морали.

Международным мемом стала фотография с рекламой надувных бассейнов, где всех находящихся в бассейне мужчин «одели», а женщина «превратилась» в мяч.

Интернет-контент в Саудовской Аравии контролируется как спецслужбами, так и общественными организациями. При этом упор делается не на блокировки, а на идентификацию пользователей и привлечение их к административной и уголовной ответственности за размещение контента, нарушающего законы королевства.

История, вызвавшая самый большой международный резонанс — это приговор жителя Саудовсокй Аравии Ахмада Аль-Шамри к смертной казни за твит с оскорблениями пророка Мухаммеда.

В сентября 2017 года власти Саудовской Аравии разблокировали WhatsApp и Snapchat и разрешили звонки через сервисы Skype, Line, Telegram, Tango. Тем не менее, в отчете Freedoom House «Freedom on the Net 2017» Саудовская Аравия находится на 4-м месте с конца.

Украина

Уровень проникновения интернета — 52,5%

До недавнего времени Украина не привлекала внимания общественных организаций и во всех рейтингах «свободы в интернете» стабильно опережала Россию. Однако в 2017 году произошло важное событие, которое часть интернет-экспертов оценивают как введение интернет-цензуры в украинском интернете.

Речь идет об указе президента Украины Петра Порошенко о введении новых санкций против России. Указ отражает решение Совета национальной безопасности и обороны «Об угрозах кибербезопасности государства и неотложных мерах по их нейтрализации». В соответствии с ним предусматривается блокировка на территории Украины сервисов российского холдинга Mail.Ru Group, «Яндекс» и других российских IT-компаний.

Разумеется, наибольший резонанс вызвала блокировка социальных сетей «ВКонтакте» (16 млн украинских пользователей) и «Одноклассники» (9,5 млн), а также почты Mail.Ru. В санкционный список попали программы 1С (70—80% украинских компаний). электронные словари ABBYY, продукты компании «Лаборатория Касперского» и DrWeb.

В украинском интернет-сообществе до сих пор ведутся споры о целесообразности этих мер, но почти все сходятся во мнении, что блокировки социальных сетей и почты оказались малоэффективными.

Руководитель проекта «Роскомсвобода» и член правления «Ассоциации пользователей интернета» Артем Козлюк считает, что процесс регулирования интернета и со стороны государства — это глобальный тренд, который затронул все страны мира.

По его мнению, разница заключается в том, что в демократических странах к обсуждению законов, методов и средств регулирования интернета активно привлекают представителей интернет-бизнеса и экспертного сообщества, а за законотворческой деятельностью в этой области и исполнением законов следят многочисленные и влиятельные общественные организации.

«Важную роль в этом процессе играет независимая судебная система, где бизнес или частные пользователи, пострадавшие от действий интернет-регуляторов, могут подать многомиллионный иск к государству, что вынуждает тех работать более осторожно.

В авторитарных государствах такого баланса интересов нет, и власти могут действовать, не считаясь с интересами бизнеса и интернет-пользователей в угоду своим сиюминутным политическим или экономическим интересам», — считает собеседник «Газеты.Ru».

Китай. Иран. Турция. РФ > СМИ, ИТ > gazeta.ru, 2 мая 2018 > № 2590649


Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588840 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Ирана М.Д.Зарифом и Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу, Москва, 28 апреля 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Наша сегодняшняя встреча проходила в ситуации, когда вокруг сирийского урегулирования наблюдается немало не всегда позитивных событий. Мы уже упоминали неправомерную атаку на Сирию 14 апреля, которую совершили США, Франция и Великобритания под совершенно надуманным предлогом, не дождавшись, когда эксперты ОЗХО начнут свою работу. Эта атака, конечно же, отбросила назад усилия по продвижению политического процесса.

Тем не менее, сегодня мы твердо высказались за то, чтобы продолжать эти усилия. Договорились о конкретных шагах, которые все три наши страны коллективно и индивидуально будут предпринимать для того, чтобы вернуть всех нас на траекторию устойчивого продвижения к целям резолюции 2254 СБ ООН.

При этом мы отметили, что будем противостоять попыткам подорвать нашу совместную работу. Подчеркнули, что «астанинский формат» прочно стоит на ногах. Мы продолжим решать принципиальные задачи, которые связаны с деэскалацией, снижением напряженности и конфликтного потенциала. Происходит нарушение режима прекращения боевых действий. У нас есть механизм мониторинга этих нарушений. Мы будем преодолевать эту ситуацию, а также стараться максимально укреплять доверие между сторонами «на земле».

В этом смысле наше трехстороннее взаимодействие носит уникальный характер. Благодаря этому взаимодействию какое-то время назад удалось переломить ситуацию на поле боя с террористами из ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и помочь сотням тысяч сирийцев избежать гуманитарной катастрофы.

Мы сегодня приняли Совместное заявление, которое будет распространено. В нем отражены основные итоги нашей встречи. В любом случае мы твердо привержены безальтернативности политико-дипломатического преодоления кризиса в Сирии на основе резолюции 2254 СБ ООН и рекомендаций Конгресса сирийского национального диалога в Сочи. Напомню, Конгресс в Сочи официально от имени всех участвовавших в нем этнических, конфессиональных и политических групп Сирии закрепил 12 ключевых принципов урегулирования сирийского кризиса, которые в свое время были выдвинуты спецпосланником Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистурой. Уже одно это явилось прорывом в усилиях по преодолению сирийского кризиса, потому что до Сочи попытки одобрить эти 12 принципов в рамках усилий по реанимации женевского процесса результатов не дали. Напомню еще раз, что помимо этого достижения в Сочи мы все помогли сирийским участникам одобрить задачу создания Конституционного комитета, согласовать базовые принципы его формирования и дальнейшее функционирование при содействии спецпосланника Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистуры.

Сегодня, подтвердив эти задачи, также отметили абсолютную недопустимость попыток разделить Сирию по этно-конфессиональным линиям.

Обменялись мнениями относительно состоявшихся на прошлой неделе контактов, которые провел спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С.де Мистура в Тегеране, Анкаре и в Москве. Обсудили ход подготовки к девятой международной встрече по Сирии в Астане, которую мы проведем в середине мая. Там же, в увязке с этой встречей, по нашей договоренности состоится заседание Рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести.

В контексте усилий по реанимации женевской переговорной площадки мы считаем крайне деструктивными некоторые заявления, которые озвучиваются отдельными представителями внешней оппозиции, обуславливающие решение сирийского конфликта переходом к политическим переговорам с предварительными условиями, в качестве которых выдвигаются требования смены режима, предание руководителей Сирии суду как военных преступников. Такие подходы не только противоречат сути и букве резолюции 2254 СБ ООН, но и откровенно направлены на то, чтобы максимально осложнить работу по возобновлению переговорного процесса с учетом тех прорывных итогов, которые были достигнуты в ходе Конгресса сирийского национального диалога в Сочи.

Мы сегодня также подтвердили необходимость продолжать наращивать усилия в деле оказания гуманитарного содействия. Будем работать с тем, чтобы оно доставлялось максимально эффективно. Будем работать с Правительством Сирии, оппозиций и, конечно же, с нашими коллегами в ООН, Международном Комитете Красного Креста, Сирийском Арабском Красном Полумесяце и в других международных структурах. Важно, чтобы международное содействие, включая помощь в разминировании, оказывалось тем районам, которые возвращаются к мирной жизни в результате наших совместных усилий без какой-либо политизации и политических предварительных условий.

Я искренне признателен своим коллегам и друзьям за продолжение нашей совместной работы. Уверен, что сегодняшние переговоры, результаты которых отражены в Совместном заявлении, помогут консолидировать наши усилия по добросовестному и полному выполнению резолюции 2254 СБ ООН.

Вопрос: Граждане Турции продолжают сталкиваться с проблемами визового режима. Обсуждали ли Вы сегодня с Министром иностранных дел Турции М.Чавушоглу эту тему? Когда мы сможем увидеть конкретные шаги в этой сфере?

С.В.Лавров: Мы сегодня обсуждали вопросы, касающиеся дальнейшего облегчения визового режима. Некоторое время назад российская сторона предложила уже на этом этапе пару конкретных шагов. Во-первых, вернуть безвизовый режим для владельцев служебных паспортов и, во-вторых, обеспечить безвизовое пересечение границы для водителей-дальнобойщиков, работающих на международных автомобильных перевозках. Наши турецкие друзья обещали отреагировать. Это будет осязаемый шаг для целого ряда наших граждан. У нас в планах расширять категории, которые будут пользоваться безвизовым режимом. В целом мы заинтересованы в том, чтобы двигаться к этой цели, о чём не раз говорил Президент России В.В.Путин на встречах с Президентом Турции Р.Т.Эрдоганом. Понятно, что сейчас мы все находимся под серьёзным прессингом террористической угрозы, особенно наши турецкие друзья, испытывающие на себе проблемы, которые «переливаются» из соседних с ними стран. В этой связи нашим компетентным службам необходимо наладить максимально чёткое конкретное взаимодействие в режиме реального времени по отслеживанию иностранных террористов-боевиков.

Мы договорились, что сегодня мы такую работу будем делать и будем регулярно в режиме реального времени обмениваться информацией по тем лицам, которых наши страны объявляют «невъездными» и им закрывается въезд в Турцию или Россию. Нам также очень важно заблаговременно получать информацию по тем лицам, которые экстрадируются из Турции. Мы будем отвечать взаимностью на основе Консульской конвенции, которая существует между нашими странами.

Вопрос: Недавно высказывались сомнения по поводу астанинского процесса, в том числе его успехов, функций. Хотел бы узнать Ваше мнение по этому поводу.

Спецпосланник Генерального секретаря ООН по Сирии С.де Мистура недавно посетил страны-гаранты астанинского процесса – Иран, Россию и Турцию. Есть ли у вас план по сотрудничеству с ООН относительно Сирии?

С.В.Лавров (отвечает после министров иностранных дел Ирана и Турции): Присоединяюсь к тому, что сейчас сказали мои коллеги. Добавлю, что ООН с самого начала астанинского процесса была приглашена к участию в нём. На всех встречах в Астане присутствовал С.де Мистура либо его заместитель. Сейчас ООН может многое сделать, чтобы астанинский процесс по всем направлениям развивался эффективно. Там 4 основных направления.

Первое (фирменное изобретение астанинского процесса) – зоны деэскалации, в которых должен соблюдаться режим прекращения боевых действий, естественно, за исключением террористических группировок, которые пытаются спрятаться в этих зонах и спекулировать на их статусе. Эта борьба с террористами будет абсолютно бескомпромиссной, и те отряды вооружённой оппозиции, которые являются патриотически настроенными и хотят мира в своей стране, должны незамедлительно отмежеваться от террористов, изгнать их из этих зон деэскалации. Конечно, ООН, которая имеет контакты со всеми основными вооружёнными группами, политическими силами сирийской оппозиции и теми, кто поддерживает и направляет работу этих оппозиционеров, могла бы более отчётливо доносить мысль, что не надо «путаться» с террористами, создавать с ними некие союзы и альянсы, пусть даже ситуативные. Это очень важное направление нашего сотрудничества с ООН.

Вторая тема, являющаяся приоритетной на астанинских встречах, это гуманитарное содействие. Мы активно помогаем сирийцам возвращаться к мирной жизни. Россия делает немало, также как Иран и Турция. ООН, конечно, должна вполне осознать свою ответственность за организацию масштабной кампании по решению проблем тех людей, которые возвращаются к родным очагам, хотят вернуться к мирной жизни, наладить какие-то элементарные основы жизнедеятельности. Здесь мы тоже контактируем с гуманитарными структурами ООН, помогаем им достигать договорённостей с Правительством Сирийской Арабской Республики в соответствии с нормами международного гуманитарного права о том, каким способом, как конкретно реализовывать гуманитарные проекты в Сирии. Мы побуждаем наших сирийских коллег в Дамаске быть более гибкими, более конструктивно настроенными, хотя порой это непросто, учитывая те дискриминационные подходы, которые они наблюдают от некоторых западных партнёров. Тем не менее, мы это делаем. Одновременно призываем ООН, чтобы она избегала давления на себя с целью политизации гуманитарных поставок, гуманитарной помощи. ООН, конечно, не имеет права подыгрывать тем, кто заявляет, что помощь будет оказываться только тем районам, которые находятся под контролем оппозиции. ООН не то что не имеет права – она обязана возвышать свой голос против подобных подходов.

Третье направление, которое является принципиально важным для астанинского процесса, да и для всего сирийского урегулирования, это политический диалог, политические переговоры. Я уже упоминал, как и мои коллеги, что и на этом направлении астанинский процесс, особенно с кульминацией в рамках сочинского Конгресса, сделал больше, чем все другие попытки наладить какие-то устойчивые политические контакты. В сочинском Конгрессе были согласованы принципы сирийского урегулирования, предложенные, между прочим, ООН (это к вопросу о сотрудничестве с ООН), а также необходимость создать конституционный комитет опять-таки под эгидой ООН для того, чтобы в рамках полномочий Специального посланника Генерального секретаря ООН готовить новый основной закон для Сирии. Это, собственно говоря, самое большое подспорье для усилий С.де Мистуры. Поэтому, конечно, бывает странно, когда на него пытаются воздействовать, чтобы он выступал с критикой астанинского процесса и результатов сочинского Конгресса. Ещё раз повторю, что на сегодня сочинская декларация – главное подспорье, которое есть у С.де Мистуры для того, чтобы он успешно выполнил мандат, заложенный в резолюции 2254 СБ ООН.

В заключение хочу сказать, что Иран, Турция и Россия во всех своих действиях, при всех нюансах в наших подходах (мы их не скрываем), ориентируются на то, чтобы помочь найти конкретные пути урегулирования, помочь самим сирийцам договориться о национальном примирении, о том, как возвращать свою страну к мирной жизни и сделать это в рамках принципов, заложенных в Уставе ООН.

Те, кто критикует астанинский процесс и результаты сочинского Конгресса, наверное, всё-таки руководствуются другими целями. Если совсем упрощённо, то эти цели заключаются в том, чтобы попытаться доказать, что именно они сегодня решают все дела в нашем мире. К сожалению, а, может, к счастью (для них – точно к сожалению), это время давно прошло.

Иран. Турция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 28 апреля 2018 > № 2588840 Сергей Лавров


Иран. Индия. Азербайджан. РФ > Транспорт. Авиапром, автопром > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585371

По международному транспортному коридору Север-Юг пройдет авторалли

Водители из Ирана, Индии, России и Азербайджана примут участие в Международном автопробеге Дружбы по транспортному коридору Север-Юг, чтобы содействовать продвижению коридора в своих странах, а также в мире, рассказал директор Бюро международных коридоров, связанного с Министерством дорог и городского развития Ирана.

"Ралли, предложенное Индией, должно быть начатов Бендер-Аббасе 29 апреля. Маршрут из Бендер-Аббаса в Санкт-Петербург и обратно из Санкт-Петербурга в Чабахар охватывает 5000 километров и 5500 километров, соответственно", - рассказал Амин Тараффо, сообщает Financial Tribune.

Чиновник добавил, что участники проедут через Шираз, Исфахан, Тегеран, Казвин, Решт до порта Астара на иранской территории и по маршруту далее. Гонщики поедут через Астару, Решт, Тегеран, Йезд, Керман, Систан-Белуджистан и Чабахар на обратном пути по Ирану.

"Мероприятие было организовано совместно Федерацией грузовых экспедиторов Индии и спортивным клубом "Kalinga Motor". Иранскими органами, участвующими в организации гонки, являются министерства иностранных дел и дорожного хозяйства, Федерация мотоциклов и автомобилей и Таможенное управление Исламской Республики Иран".

В этом ралли, которое займет около месяца, будут соревноваться 18 автомобилей. Иран, Россия и Азербайджан планируют представить по одному автомобилю, а остальные 15 автомобилей будут принадлежать индийским командам. Конкуренты - профессиональные гонщики.

Тараффо отметил, что это мероприятие может послужить прелюдией к форуму министров стран-участников Международного транспортного коридора Север-Юг (INSTC), который планируется провести в конце сентября в Тегеране.

Проект INSTC, по словам Тараффо, имеет трех первоначальных основателей, а именно Индию, Иран и Россию. Контракт на осуществление этого проекта был подписан этими странами в мае 2002 года.

Сегодня, кроме основных государств-членов и Болгарии в качестве члена-наблюдателя в состав INSTC также входят Турция, Азербайджан, Казахстан, Армения, Беларусь, Таджикистан, Кыргызстан, Оман, Украина и Сирия.

INSTC является основным транзитным маршрутом, предназначенным для облегчения транспортировки грузов из Мумбаи в Индии до Хельсинки в Финляндии, используя иранские порты и железные дороги, которые Исламская Республика планирует соединить с Азербайджаном и Россией.

Коридор соединит Иран с российскими Балтийскими портами и предоставит России железнодорожное сообщение как с Персидским заливом, так и с индийской железнодорожной сетью.

Это означает, что товары могут быть перевезены из Мумбаи в иранский порт Бендер-Аббас и далее в Баку. Затем они могут пересечь российскую границу и прибыть в Астрахань, прежде чем отправиться в Москву и Санкт-Петербург, прежде чем въехать в Европу.

INSTC существенно сократит время в пути для всех товаров.

Мультимодальный маршрут, по оценкам, сократить время и стоимость перевозки грузов между Индией и Европой с 40 до 15 дней. Коридор имеет потенциал привлечь до 10 млн. тонн торговли между Индией и Европой.

Ожидается, что после завершения строительства, INSTC увеличит объем торговли товарами между Ираном и Азербайджаном с 600 000 тонн до 5 миллионов тонн в год, резко увеличив двустороннюю торговлю с нынешних 500 миллионов долларов в год.

Иран. Индия. Азербайджан. РФ > Транспорт. Авиапром, автопром > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585371


Иран > Нефть, газ, уголь > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585370

Иран обнаружил большое количество запасов сланцевой нефти в Оманском заливе

Исследовательский институт нефтяной промышленности Ирана (RIPI) обнаружил большое количество запасов сланцевой нефти в Оманском заливе, рассказал глава RIPI.

"Знаменательное открытие нефтяных и газовых месторождений в регионе, проведенное в сотрудничестве с разведочным управлением Национальной иранской нефтяной компании, является крупным прорывом, достигнутым благодаря использованию отечественных передовых баз данных и геологических изысканий", - заявил Джафар Тофики, сообщает Financial Tribune в среду.

По словам чиновника, второй этап обширных исследований проводился для выявления большего количества нетрадиционных нефтяных резервуаров не только в Оманском заливе, но и в провинции Лурестан в западном Иране.

"Однако изобилие традиционных ресурсов страны означает, что разведка сланцев вряд ли сможет выйти за рамки разведки и идентификации без каких-либо планов производства", - сказал Тофики.

Это подтверждается тем фактом, что добыча обычной нефти в Персидском заливе обходится Ирану почти в 25 долларов США за баррель против 40-80 долларов США за сланцевую нефть.

Сообщается, что запасы сланцевой нефти уже подтверждены в иранском регионе гор Загрос и близ Алигударза в Лурестане.

В июле 2015 года IRNA процитировала неназванный источник, заявив, что предварительные исследования обнаружили три или четыре сланцевых бассейна вблизи города Керман и в провинции Семнан.

По словам чиновников разведочного отдела, запасы сланцевого газа также были обнаружены в провинции Лурестан недалеко от гор Загрос.

"Разведка в настоящее время проводится в четыре этапа, однако Ирану не нужно будет переходить к своим сланцевым месторождениям из-за более высоких затрат", - сказал Тофики.

Иран > Нефть, газ, уголь > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585370


Иран > Легпром > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585365

Из Ирана было экспортировано 5400 тонн ковров ручной работы за год

В прошлом 1396 иранском финансовом году (закончившемся 20 марта 2018 года) из Ирана было экспортировано 5400 тонн персидских ковров ручной работы на сумму 424 млн. долларов США, что на 18,11 % больше по сравнению с предыдущим годом.

Об этом гласят статистические данные Таможенной администрации Исламской Республики Иран.

Персидские ковры ручной работы экспортируются примерно в 80 стран. Традиционными покупателями иранских ковров являются США, Германия, Италия, Великобритания, Швейцария, Ливан, ОАЭ, Кувейт, Катар и Япония.

Председатель Национального центра ковровых покрытий Ирана Хамид Каргар сказал, что в последние годы появились новые клиенты, а именно Китай, Россия, Южная Африка и некоторые страны Латинской Америки, сообщает IRNA.

По словам Каргара, в Иране ежегодно ткут более 3 миллионов квадратных метров ковров ручной работы, две трети которых экспортируются, а остальные поставляются на внутренний рынок.

Иран > Легпром > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585365


Иран. Китай > Металлургия, горнодобыча > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585364

В Иране скоро запустят новый алюминиевый завод "Salco"

Иран находится на пути к запуску нового алюминиевого завода в начале следующего года, который увеличит производство алюминия в стране на 70%, сделав ее самодостаточной в этом виде металла.

"На заводе "South Aluminum Corp" [Salco] ведется строительство цехов для производства 300 000 тонн алюминия в год на первом этапе", - рассказал заместитель министра промышленности, горнодобывающей промышленности и торговли Ирана Мехди Карбасян на конференции "CRU Aluminium" в Лондоне во вторник.

Карбасян также является председателем государственной Иранской организации развития и реновации шахт и горнорудной промышленности (IMIDRO), которой принадлежит 49 % завода "Salco". Иранская инвестиционная компания "Ghadir" владеет 51%, сообщает Reuters.

"В то время как Иран в настоящее время производит около 400 000 тонн алюминия в год, потребление составляет около 600 000 - 700 000 тонн", - сказал Амир Мирчи, управляющий директор канадской консалтинговой компании "Auryce", которая консультирует "Salco".

"Salco" строится в специальной экономической зоне Ламерд на юге Ирана вблизи Персидского залива, где также строится глубоководный порт.

Объект стоимостью $ 1,2 миллиарда строится китайской компанией "Nonferrous Metal Industry’s Foreign Engineering & Construction Company" (NFC).

"Завод "Salco" первоначально должен был стать совместным предприятием с канадской фирмой "Alcan", в настоящее время принадлежащей "Rio Tinto", которая покинула страну после введения санкций США", - рассказал Мирчи, бывший исполнительный директор "Rio Tinto".

По словам Карбасяна, на заводе будут использовать энергию от газовой электростанции, и Иран возлагает большие надежды на дальнейшее расширение индустрии металлов за счет использования огромных запасов газа Ирана, которые наряду с Россией являются самыми большими в мире.

"Ожидается, что завод "Salco" увеличит производство до 1 млн. тонн к 2025 году, а иранский металлургический сектор планирует увеличить производство до 55 млн. тонн к тому же году с 31 млн. в настоящее время", - сказал он.

Мирчи отметил, что наличие газовых мощностей также поможет снизить затраты на производство на заводе "Salco".

"Я вижу, что затраты на производство на заводе "Salco" будут ниже 1200 долларов (за тонну)", - сказал он.

Эталонная цена алюминия на Лондонской бирже металлов во вторник составила около $ 2 230 за тонну.

Согласно последнему докладу IMIDRO, три основных производителя алюминия в Иране произвели в общей сложности 337 608 тонн алюминиевых слитков в прошлом 1396 иранском году, до 20 марта 2018 года, чтобы меньше на 1% по сравнению с предыдущим годом.

"Iran Aluminum Company" произвела 170 292 тонны, алюминиевая компания "Almahdi" - 61 669 тонн и алюминиевая компания "Hormozal" - 105 647 тонн.

Компания "Iran Alumina Company" произвела 240 167 тонн порошка глинозема, увеличив производство на 2 %.

Иран. Китай > Металлургия, горнодобыча > iran.ru, 26 апреля 2018 > № 2585364


Иран. Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583450

Иран будет вынужден сильнее сблизиться с Китаем и Россией

Хотя Тегеран выступает категорически против любой альтернативы текущему соглашению по его ядерной программе, он не исключает переговоров по своей региональной политике, считает эксперт Мухаммад-Реза Джалили.

Гаидз Минасян (Gaïdz Minassian), Le Monde, Франция

Мухаммад-Реза Джалили — почетный профессор Института высших международных исследований и развития в Женеве. Недавно он выпустил совместно с Тьерри Келльнером (Thierry Kellner) обновленную версию книги «Иран в 100 вопросах».

«Монд»: Президенты Макрон и Трамп не скрывают разногласий насчет соглашения с Ираном от 14 июля 2015 года. Они упоминали «новый договор с Ираном», но смогут ли они, по вашему мнению, выработать общую позицию?

Мухаммад-Реза Джалили: Если судить по имеющейся в настоящий момент информации о беседе двух президентов и их совместному заявлению, скорее всего, именно президент Франции сблизил свою позицию с позицией Трампа, выступив за «новый договор», хотя и утверждал в интервью «Фокс Ньюс», что у него нет плана «Б».

— Президент Роухани оспорил легитимность потенциального нового договора. Иран перечеркнул возможность дополнительных переговоров?

— Да, президент Роухани сразу оспорил легитимность нового соглашения по ядерной программе. Он категорически против любого пересмотра соглашения, которое было подписано по итогам нескольких лет переговоров между Ираном, пятью постоянными членами Совбеза ООН и Германией. Как бы то ни было, это не означает, что Исламская Республика раз и навсегда перечеркивает возможность дискуссии по ее региональной политике.

— Мысль о расширении переговоров с Ираном на мир в Сирии кажется вам осуществимой?

— Я считаю это невозможным в текущих условиях, потому что за сирийскую политику в иранском режиме отвечают в первую очередь стражи революции, которые считают, что находятся в позиции силы на Ближнем Востоке и что менять курс в Сирии не в их интересах. При этом стоит отметить, что эта политика чрезвычайно непопулярна в иранском общественном мнении.

— До 12 мая остается меньше трех недель. Как вам кажется, сможет ли президент Макрон спасти договор, особенно на фоне заявлений России о его безальтернативности?

— Москва, Брюссель и, скорее всего, Пекин выступают за безальтернативность соглашения от 14 июля 2015 года. Я не уверен, что президент Макрон сможет спасти договор, но точный ответ мы узнаем только 12 мая. «Посмотрим, что я решу 12 мая». Такими словами президент Трамп сохраняет неопределенность вокруг своего решения.

В любом случае, даже если он сохранит договор, на его решении могут сказаться другие факторы помимо давления Франции: речь идет о давлении Германии и Великобритании, а также его политике по отношению к Северной Корее, с которой он хочет подписать соглашение по ядерной программе. КНДР может усомниться в слове США, если они захотят начать переговоры на фоне одновременного отказа от соглашения с Ираном.

— В чем был бы смысл соглашения со всеми участниками, кроме США?

— Для принятия Исламской Республикой ядерного соглашения после выхода США необходимо выполнение двух условий. Остальные пять стран-участниц должны отстаивать общую жесткую позицию по отношению к американской администрации и оказывать противодействие экстратерриториальным американским санкциям, которые становятся серьезным препятствием для развития их экономических связей с Ираном.

Не стоит забывать, что для Ирана главной целью подписания договора был подъем его экономики. Если эта задача не будет выполняться, Тегеран не увидит смысла в сохранении договора. В таких условиях он будет вынужден еще больше сблизиться с Китаем и Россией.

— Какую роль играют в этом дипломатическом процессе Израиль и Саудовская Аравия?

— Противостояние Ирана с Саудовской Аравией после основания Исламской Республики вышло на новый уровень в последние годы после свержения Саддама Хусейна в 2003 году и арабской весны 2011 года. В конечном итоге все это привело к разрыву дипломатических отношений двух стран в январе 2016 года. Именно в такой обстановке был подписан договор о ядерной программе.

До прихода к власти администрации Трампа Эр-Рияд, судя по всему, нехотя принимал соглашение, однако с того момента в саудовских и американских позициях по этому вопросу наблюдается очень серьезное сближение. Что касается Израиля, правительство Нетаньяху всегда выступало против договора и пыталось настроить против него американскую общественность. Но в отличие от Саудовской Аравии в Израиле существуют деятели (в основном бывшие сотрудники спецслужб), которые поддерживают соглашение.

Иран. Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583450


Израиль. Палестина. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 19 апреля 2018 > № 2575752 Гидеон Саар

«Россия всегда голосует с Палестиной против Израиля»

Экс-глава МВД Израиля о проблемах Ближнего Востока и отношениях с Россией

Александр Братерский

19 апреля Израиль отмечает 70-летие со дня своего основания. Свой день рождения Тель-Авив встречает в довольно сложной политической ситуации во всем регионе Ближнего Востока. О том, перед какими вызовами стоит сегодня еврейское государство, «Газете.Ru» рассказал Гидеон Саар, экс-глава МВД страны, один из влиятельных членов правящей партии «Ликуд».

— Как вы смотрите на ситуацию в Сирии? Не может ли решить конфликт уход президента Башара Асада?

— Было бы хорошо, чтоб Асад ушел, но проблемы Сирии глубже, чем Асад. Там многие годы различные этнические группы жили под достаточно жесткой диктатурой, однако сегодня подобное уже вряд ли возможно.

Сирии, какой она была раньше, уже не существует. Понятно, что она есть на карте, но эффективного контроля режима над большинством территорий нет, и я не думаю, что в будущем это будет возможно.

На мой взгляд, хорошо бы, чтобы это была какая-то федерация. Если Асад уйдет, это поможет, но всех проблем не решит.

— Иран играет большую роль в сирийском конфликте. Могут ли действия США в Сирии оказать влияние на «ядерную сделку» с Тегераном?

— В мае мы ждем американского решения. Пока я вижу, что шансы исправить соглашение довольно низкие. И есть довольно высокие шансы, что США решат выйти из соглашения. Конечно, Иран может продолжить сохранять договоренности с другими сторонами, он также может начать создавать бомбу, хотя это будет неразумный шаг. Что же касается нас, мы должны приготовиться к реальности. Если США выйдут из соглашения, это приведет даже к большей координации с нами, и мы должны быть готовы к любому возможному сценарию.

— И подобный сценарий может включать в себя и военные решения?

— Вашингтон ясно дал понять, что они не допустят ядерного Ирана, и мы подобные слова слышали и от президента Дональда Трампа. Мы слышали это от вице-президента Майкла Пенса во время визита в Израиль. И, конечно, если будет существовать угроза, мы должны ей противостоять. Израильская политика была всегда очень четкой: не допустить, чтобы враждебные государства рядом с нами получили ядерное оружие. Поэтому мы действовали в Ираке в 1981 году, мы действовали в 2007 году в Сирии, и если у нас не будет другого выбора, мы будем действовать и в будущем (речь идет об операциях по уничтожению реакторов в этих странах авиацией Израиля. — «Газета.Ru»).

— Какой вы видите роль России в сегодняшней ситуации?

— Я думаю, что Россия может серьезно помочь, так как она имеет свои интересы в Сирии. В контексте сирийского конфликта Иран сотрудничает с Россией, и россияне вполне могут объяснить иранцам, что они должны быть сдержанными, и это лучшая возможность, чтобы не допустить эскалации.

Мы страна, которая хочет хороших отношений с Россией, государством, с которым мы формально восстановили отношения 30 лет назад. И для нас это важно, потому что мы знаем Россию, ее возможности, ее культуру. У нас много израильтян, которые приехали из России. Россия поддержала создание еврейского государства. Россия большая, Израиль меньше. Но мы просим только одного — понимать и наши национальные интересы.

— Сейчас на почве общей озабоченности ситуации с Ираном началось сближение Израиля и Саудовской Аравии. Поможет ли это?

— Я надеюсь, но я не хотел бы строить нереалистичные прогнозы. С одной стороны, у нас с саудитами общие интересы, если учитывать угрозу Ирана. Они ее понимают не меньше нашего. Сотрудничать — очень хорошо. Однако Саудовская Аравия не может решить палестино-израильский конфликт. В то же время и они не могут прийти к полной нормализации отношений с нами, пока не решен конфликт между Израилем и Палестиной. Я думаю, очень важно сотрудничество в тех областях, где у нас есть понимание, и это будет мудро со стороны обеих стран.

— Видите ли вы какие-то подвижки в решении конфликта между Израилем и Палестиной в ближайшем будущем? Учитывая, что Махмуд Аббас — уже уходящая фигура и на смену ему должны прийти новые люди.

— Я надеюсь, что появится новое руководство в палестинском обществе, которое будет работать над установлением мирных отношений с Израилем.

То руководство, которое прекратит воспитывать детей в духе ненависти к Израилю, остановит поток ненависти в СМИ и прекратит выплачивать средства террористам и членам их семей.

Руководство, которое увидит, как можно пользоваться благами сотрудничества.

Сам Аббас пребывал у власти при правлении трех израильских премьеров, однако мы не подошли к миру. Мое понимание, что от господина Аббаса нам ждать немногого. Я думаю, что появится руководство, которое продвинет отношения вперед. Но мы не выбираем лидеров Палестины. Правда, их не выбирают и сами палестинцы, у них 13 лет уже не было выборов.

— Я знаю, что вы достаточно критически относитесь к российской позиции по Иерусалиму. Известно, что Россия говорила о возможности признания лишь Западного Иерусалима в качестве будущей столицы Израиля.

— Можно начинать с части города. Если Россия признает часть Иерусалима, это уже будет прогрессом, но пока этого не случилось. Мы, израильтяне, хотим хороших отношений с Россией, но нам важно видеть более сбалансированный подход Москвы. Если же посмотреть на российское голосование в ООН и других международных организациях, то Россия голосует всегда с Палестиной против Израиля. Мы не ждем, чтобы вы голосовали с нами в 100% случаев, но давайте начнем с чего-то, и тогда мы будем чувствовать более сбалансированный подход.

— Если говорить о решении США перенести посольство в Иерусалим, было немало критики этого решения. Многие говорят, что это преждевременно.

— Я бы не называл это преждевременным.

Каждое государство определяет свою столицу. Мы единственное государство в мире, которому отказывают в праве на столицу.

Тот факт, что международное сообщество отказываться признавать реальность, уводит нас дальше от установления мира, потому что у палестинцев появляются нереалистичные ожидания.

— Вы много занимались ситуацией с нелегальными мигрантами, еще будучи главой МВД страны. Сегодня Израиль сталкивается с такими проблемами достаточно часто. Как найти решение?

— Мы все можем понять такие вещи с человеческой точки зрения. Люди хотят лучшей жизни для себя и своих детей. Но мы, как любое суверенное государство, не можем принять нелегальных мигрантов. Если это беженцы и мы выясняем, что это в действительности так, то даем им статус.

Если бы у нас было пять-шесть еврейских государств, возможно, мы были бы более мягкими к подобным вопросам, но так как мы единственное еврейское государство, мы должны быть более жесткими.

Эта страна приняла беженцев больше, чем любое другое государство. Да, они были евреями, но они были беженцами и из Европы, и из Африки. Это не значит, что мы игнорируем человеческие страдания, но мы не хотим взваливать на свои плечи проблемы такого большого континента, как Африка.

Израиль. Палестина. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 19 апреля 2018 > № 2575752 Гидеон Саар


Сирия. Израиль. Иран > Армия, полиция > gazeta.ru, 17 апреля 2018 > № 2572453 Дани Ятом

Опасные соседи: кто взорвет Сирию

Ночной налет: Сирия опять подверглась ракетному обстрелу

Александр Братерский

В ночь на 17 апреля сирийский военный аэродром «Шайрат» подвергся налету. По данным арабских СМИ, атаку совершили ВВС Израиля. Эта страна не находится в состоянии войны с Сирией, однако Тель-Авив заявлял, что будет препятствовать укреплению на территории Сирии иранского влияния. Почему Израиль опасается присутствия Ирана в Сирии, «Газете.Ru» рассказал бывший глава израильской разведки «Моссад», генерал-майор Дани Ятом.

Арабский портал «Аль-Масдар» со ссылкой на сирийских военных заявил, что налет на военный аэродром «Шайрат» совершили израильские ВВС, хотя эту информацию не подтверждает армия Израиля. На портале отметили, что израильские ВВС совершили вторую атаку на Сирию за последнюю неделю. Ранее сообщалось, что два истребителя F-15 Израиля нанесли удар восемью ракетами по аэродрому «Тифор».

Корреспондент «Газеты.Ru» побеседовал об обстановке в регионе с экс-главой израильской разведки «Моссад» Дани Ятомом.

— Видите ли вы возможность конфликта или даже войны, учитывая ситуацию вокруг Сирии?

— Никто не может сегодня исключить возможности войны. Я думаю, что ни один из игроков — даже Иран — не хочет войны. Однако, учитывая, что ситуация напряженная, она может резко ухудшится из-за невозможности найти общий язык.

Если Иран продолжит усиливать присутствие в Сирии, мы будем продолжать атаковать иранские позиции и инфраструктуру, что приведет к войне.

Другой вопрос: какой будет эта война? Иранцы могут использовать ракеты, а так как ракет у них немного, они возможно прибегнут к помощи ХАМАС и «Хезболлы», у которых есть ракеты, в основном, небольшого радиуса действия, но есть и те, которые могут нанести удар по Израилю. Думаю, иранцы сами будут отправлять бойцов «Хезболлы» (ливанская военизированная организация которая, действует в Сирии — «Газета.Ru») из Сирии в южный Ливан, чтобы противостоять Израилю.

— Каковы в этом случае будут действия Израиля?

— Мы тогда не сможем сидеть сложа руки и, вероятно, даже нанесем превентивный удар, чтобы поломать планы иранцев. Я не знаю, будет ли такая кампания включать использование наземных сил. Я не сторонник использования наземных сил, потому что Ливан — это очень трудное место для использования военной техники. Кроме того, может присутствовать и еще один элемент — разрушение инфраструктуры любой стороны, которая поможет «Хезболле» осуществлять перемещение войск. Если нам придется разбомбить водные резервуары «Хезболлы», мы это сделаем.

Мы — израильтяне — не хотим никаких столкновений с российскими военными, но мы не можем позволить иранцам создавать враждебную нам инфраструктуру. И если появится новый фронт на Голанских высотах, это сделает нашу оборонительную ситуацию тяжелой.

— Влияние Ирана в Сирии растет. Каковы цели Тегерана?

— Есть несколько вещей, которые важны для иранцев. Это идеи экспорта революции, в которые верит иранская элита. Кроме того, Иран хочет стать региональной супердержавой, и этому мешает Израиль. Мы видим влияние Ирана в Сирии, в Ливане, в Йемене, а также желание угрожать Израилю с Голанских высот. Они вооружают «Хезболлу» и ХАМАС, желая использовать их против Израиля. Также иранцы всегда хотели иметь выход в Средиземное море.

— Если говорит о будущем Сирии, может ли появление на месте Сирии разных государств помочь решению конфликта?

— Такое возможно, я бы ничего не стал исключать. Конечно, трудно представить, что будет, если Асад останется с людьми, которые представляют другие группы населения. Например, суннитов, а их 80%. Будут ли они подчинятся ему после всего, что он сделал в отношении их?

Трудно также представить, что Сирия останется единой. Для Израиля это будет неплохо, так как мы сможем иметь с ними нормальные отношения.

Сирия, разделенная на анклавы будет слабее в военном отношении, чем страна, которой она была в 2011 году.

— Вы много общались с американцами. Разве США не несут ответственности за все, что случилось на Ближнем Востоке? Вторжение в Ирак, например, которое тоже косвенно привело к сегодняшним событиям.

— Я думаю, это не лишено оснований: США совершили массу ошибок. После войны в Ираке они разрушили иракские вооруженные силы, и что случилось — внезапно сотни тысяч людей которые служили в армии, были просто выброшены на улицу. И их решение было вступить в террористические группировки для атак на американцев. США должны были убрать высший генералитет, заменив их на других, оставив военных в неприкосновенности. Эта ошибка помогла усилению [террористической организации] «Аль-Каиды», которая сначала называлась «Аль-Каида в Ираке», а затем стал «Исламским государством» (все три перечисленные группировки запрещены в России — «Газета.Ru»).

Это была первая ошибка, а вторая — то, что США начали уходить с Ближнего Востока при [экс-президенте Бараке] Обаме и, к сожалению, [президент США Дональд] Трамп продолжает эту [стратегию]. Это очень грустно, потому что Ближний Восток является стратегическим пунктом и, если США потеряют влияние на Ближнем Востоке, они станут слабее глобально, а это даст козырь России. И если страны Ближнего Востока станут пророссийскими, а не прозападными, это сыграет против интересов США.

— Много лет назад в 2008 году вы говорили, что Израиль и Сирия могут заключить мир. Оглядывать назад, почему этого так и не произошло?

— Когда я говорил о возможности заключения мира с Сирией, речь шла о достижении мира с отцом Башара [Асада] — Хафезом Асадом. Мы начали переговоры с ним, я в Вашингтоне вел переговоры с главой генштаба Сирии.

Потом они продолжились с Башаром, но он был менее уверен, но мы были очень близко к тому, чтобы достичь мира. Однако документ, где содержались переговорные позиции сторон, стал доступен общественности, и это разрушило переговорный процесс.

Однако если говорить в широком смысле, то «арабская весна» (серия восстаний на Ближнем Востоке в 2010 году, начавшаяся с Египта. — «Газета.Ru») убила мирный процесс и чуть не уничтожила самого Башара [Асада]. Она стала настоящим сюрпризом для всех: для сирийцев, для египтян, для израильтян, для русских, для американцев.

Никто не думал, что народ внезапно восстанет — органы разведки там не предавали большого значения социальным сетям. Мы не думали, что случится такое. Если бы вы спросили наших людей, как бы они оценили положение [экс-президент Египта Хосни] Мубарака, они бы вам за неделю до случившего сказали, что это сильный лидер, который опирается на сильную партию и сильные вооруженные силы.

Сирия. Израиль. Иран > Армия, полиция > gazeta.ru, 17 апреля 2018 > № 2572453 Дани Ятом


Иран > Электроэнергетика. Экология > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569389

В Иране началось строительство первой плавучей солнечной электростанции

Началось строительство первой плавучей солнечной электростанции в Иране на электростанции Шахид Мохаммад Монтазери в провинции Исфахан.

Плавающая фотогальваническая электростанция мощностью 1 мегаватт должна быть установлена на 1,5 гектарах промышленного водоема на электростанции для выработки электроэнергии, для сокращения загрязнения окружающей среды и предотвращения испарения воды, сообщает IRNA.

Путем запуска солнечной электростанции, которую планируется полностью сконструировать иранскими экспертами, ежегодно в национальную электроэнергетическую сеть будет поставляться 1,9 млн. КВт / ч электроэнергии, и будут сэкономлены 38 000 кубометров воды в год.

Губернатор провинции Исфахан Мохсен Мехрализаде присутствовал на церемонии открытия проекта, имеющего стоимость 60 миллиардов реалов (1,4 млн. долларов США).

Значительное повышение эффективности солнечных панелей над водой на 19 % привело к созданию крупномасштабных плавучих солнечных ферм в Китае, Индии, Великобритании и Японии.

Иран > Электроэнергетика. Экология > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569389


Иран > Транспорт > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569361

Иран бурно развивает порт на острове Негин в Бушере

Дноуглубительные работы на контейнерном причале острова Негин в иранской провинции Бушер начались с первоначальных инвестиций в размере 210 миллиардов риалов (5 миллионов долларов США).

Проект предусматривает создание условий для швартовки судов с грузоподъемностью до 50 000 тонн, рассказал глава Организации портов и морского судоходства провинции Бушер Нуралла Ас-Ади, сообщает Financial Tribune.

С завершением проекта развития на острове Негин, через четыре месяца объем погрузки и разгрузки контейнеров в Бушере увеличится до 600 000 TEU.

"Это в два раза больше нынешней мощности, что делает этот порт вторым по величине контейнерным портом страны после порта Шахид Реджайи в провинции Хормозган", - отметил Ас-Ади.

Во время официальной поездки в южную провинцию Бушер в январе 2015 года, президент Ирана Хасан Роухани началось строительство долгожданного морского порта на острове Негин в рамках проекта развития порта Бушер.

Иран > Транспорт > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569361


Иран. Ирак > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569360

Иран составил список наиболее приоритетных товаров для экспорта в Ирак

Иран составил список товаров, которые должны быть приоритетными для экспорта в соседний Ирак.

Как сообщает IRNA со ссылкой на министерство промышленности, горнодобывающей промышленности и торговли Ирана, главными приоритетами являются промышленные машины и оборудование; лекарства и медицинское оборудование; продукты питания; моющие средства и косметика; текстиль; нефтехимические и основные нефтепродукты; строительные материалы; электрические бытовые приборы; химикаты и полезные ископаемые; фрукты и декоративные растения; продукты животноводства; промышленные и травяные растения; кожа и металлопродукция.

По словам иранского коммерческого атташе в Багдаде, Насера Бехзада, Ирак импортирует около промышленных машин и оборудования на 1,5 млрд. долларов, в то время как Иран имеет всего 5-процентную долю в этом отношении.

"Учитывая начало реконструкции в Ираке и необходимость механизмов, ожидается, что импорт иракского машиностроения в 2018 году достигнет 3 миллиардов долларов", - сказал он.

Бехзад отметил, что плохой маркетинг в настоящее время является главным препятствием для более сильного присутствия иранских бизнесменов и торговцев в Ираке.

На встрече с иракскими официальными лицами в Багдаде в марте, первый вице-президент Ирана Эсхаг Джахангири заявил, что Иран готов выделить Ираку кредитную линию в размере 3 миллиардов долларов для восстановления разрушенных войной районов.

По словам Джахангири, кредитная линия будет предоставлена так, чтобы "иранские компании и частный сектор могли более серьезно сотрудничать в восстановлении Ирака".

Иракские официальные лица говорят, что восстановление страны после трехлетней войны с террористической группировкой ИГИЛ обойдется в более чем 88 млрд. долларов США, причем жилье является особенно срочным приоритетом.

В течение 11 месяцев прошлого 1396 года, с 21 марта 2017 по 19 февраля 2018, Иран экспортировал не сырьевых товаров в Ирак в размере 5,57 млрд. долларов, сообщил недавно генеральный секретарь Торгово-промышленной палаты Ирана и Ирака.

Хамид Хоссейни добавил, что продовольственные товары, фрукты, овощи и строительные материалы были основными товарами, экспортируемыми в Ирак из Ирана в течение 11-месячного периода.

Средняя цена экспорта Ирана в Ирак в течение 11 месяцев составляла 460 долларов США за тонну, что в 1,2 раза выше, чем средняя цена общего экспорта Ирана.

Иран. Ирак > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 13 апреля 2018 > № 2569360


Иран > Авиапром, автопром. Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 12 апреля 2018 > № 2569367

Главной статьей импорта в Иран являются автозапчасти

В течение прошлого 1396 иранского финансового года (март 2017- март 2018) в Иран было импортировано автозапчастей на 2,89 млрд. долларов США, что больше, чем любого другого товара, отправленного в Иран в течение указанного периода.

Об этом свидетельствуют данные Тегеранской палаты, торговли, промышленности, шахт и сельского хозяйства, сообщает Financial Tribune.

В течение отчетного периода эта цифра составляла 5,3% от общей стоимости импорта Ирана в прошедшем году.

Кукуруза в прошлом году была вторым по величине импортным товаром Ирана, поскольку страна импортировала этой продукции на 1,61 млрд. долларов (3%).

За ней следовали 56 134 автомобиля (за исключением автомобилей скорой помощи и гибридных автомобилей) стоимостью 1,31 миллиарда долларов, рис (1,21 млрд. долларов), соевые бобы ($ 943 млн.), бананы ($ 544 млн.), мобильные телефоны ($ 529 млн.), Светодиодные / ЖК-панели ($ 526 млн.), замороженная говядина ($ 524 млн.), ячмень ($ 518 млн.), соевая мука ($ 503 млн.), нерафинированное и рафинированное подсолнечное масло ($ 424 млн.).

По данным Таможенной администрации Исламской Республики Иран, в прошлом году Иран импортировал в общей сложности товаров на 54,3 млрд. долларов США, зарегистрировав рост на 24,31% по сравнению с предыдущим годом.

Импорт промежуточных товаров в Иран составил 29,91 млн. тонн на 32,75 млрд. долларов США, что составляет 60,31% от общего объема импорта. Импорт 895 000 тонн капитальных товаров на сумму 8,69 млрд. долларов США составил 16,02 % от общего объема импорта.

Основными экспортерами в Иран в прошлом году были Китай с $ 13,21 млрд., ОАЭ - $ 10,06 млрд., Южная Корея - $ 3,71 млрд., Турция - $ 3,19 млрд. и Германия - $ 3,83 млрд.

Импорт из Китая увеличился на 23 %, из ОАЭ - на 57%, из Южной Кореи - на 7%, из Турции - на 17%, из Германии - на 21,5%.

Экспорт из Ирана в течение 12-месячного периода достиг 46,93 млрд. долларов США, что на 6,56% больше, чем в предыдущем году. Таким образом, в последнем финансовом году в Иране зафиксирован дефицит внешнеторгового не нефтяного баланса в размере 4,37 млрд. долларов.

Хотя IRICA использует термин "не нефтяной", в перечень таких товаров входят нефтепродукты, такие, газовый конденсат, сжиженный природный газ, сжиженный пропан, легкая сырая нефть и метанол.

Кстати, вышеупомянутые продукты имели львиную долю от иранского "не нефтяного" экспорта (только на нефтехимические продукты приходилось 32% от стоимости общего экспорта в прошлом году). Поэтому исключение этих пунктов приведет к значительному дефициту не нефтяной торговли для страны.

Иран > Авиапром, автопром. Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 12 апреля 2018 > № 2569367


Иран > Авиапром, автопром. Транспорт > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569325

В Иране за год планируют заменить 40 000 автомобилей такси

В настоящее время в Иране планируется обновить парк такси по всей стране, заменив около 40 000 старых такси новыми в течение текущего 1397 иранского календарного года (март 2018 - март 2019), рассказал глава Профсоюза таксистов в воскресенье.

Успешная реализация плана зависит от увеличения бюджета со стороны банковской системы и администрации, заявил Мортеза Замени, сообщает ISNA .

Далее он сказал, что план обновления парка такси начался в мае 2016 года, и до сего времени было изъято около 71 000 такси-драндулетов, а водителям была доставлена 61 000 новых автомобилей такси.

По его словам, в городах Ирана все еще имеется около 120 тыс. старых автомашин такси, и их замена требует выделения увеличенных кредитов банками.

Бюджет, выделенный на план реконструкции, не соответствует большому количеству запросов, и это привело к задержкам процесса обновления, добавил Замени.

Он также затронул планы использования гибридных и электрических автомобилей в качестве такси в текущем году. "Хотя эти автомобили дороги, но если мы хотим бороться с загрязнением воздуха, мы должны продемонстрировать свою решимость", - отметил он.

Замени заключил, что замена топливных автомобилей на электрические автомобили позволит сэкономить в год около 940 миллионов риалов (около 19 000 долларов США) на каждой машине для страны.

Иран > Авиапром, автопром. Транспорт > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569325


Иран > Химпром. Нефть, газ, уголь > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569322

В Иране выпущен новый современный изоцианат для нефтехимической промышленности

Иранская нефтехимическая компания "Karoun Petrochemical Company" (KRNPC), находящаяся в Особой нефтехимической экономической зоне Махшахр, в провинции Хузестан, выпустила модифицированную версию метилендифенилдиизоцианата.

У продукта, получившего название "LMDI B", есть все необходимое, чтобы конкурировать с несколькими известными международными брендами, такими как "Isonate 143L", производимым американской "Dow Chemical Company", и "Lupranat MM103", изготовляемым немецкой BASF, сообщает Financial Tribune.

Мало того, что новый продукт поможет отечественным иранским производителям полиуретанов легче закупать свое сырье, он также поможет сэкономить для нефтехимической промышленности и экономики в целом миллионы долларов каждый год.

KRNPC является одной из ведущих нефтехимических компаний на Ближнем Востоке. Компания разрабатывает свою вторую фазу, которая после выхода на полную мощность сэкономит около 300 миллионов долларов в год для страны за счет снижения зависимости от импорта изоцианатов, сырья, используемого при производстве пластика, и в качестве связующего вещества в адгезивах, красках и лаках.

Иран имеет одни из крупнейших в мире запасы нефти и природного газа. Нефтехимия является самой важной отраслью Ирана после нефти и газа. Ожидается, что страна получит 14 миллиардов долларов дохода от экспорта нефтехимической продукции в текущем 1397 иранском календарном году (21 марта 2018- 20 марта 2019).

Иран надеется к 2022 году, к концу Шестого пятилетнего плана экономического развития Ирана, поднять номинальную выходную мощность нефтехимической продукции до 120 миллионов тонн в год.

Иран > Химпром. Нефть, газ, уголь > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569322


Иран. Корея > Электроэнергетика > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569321

Южнокорейская компания KTC построит солнечную электростанцию в иранской провинции Фарс

Южнокорейская компания KTC намерена построить 200-мегаваттную солнечную электростанцию в южном городе Фаса в иранской провинции Фарс в текущем 1397 иранском календарном году, который начался 21 марта 2018.

В октябре 2016 года эта компания подписала соглашение на сумму 600 миллионов долларов США с Исламским свободным университетом (IAU) в Фасе для строительства объекта площадью 150 гектаров, сообщает портал Iran Solar Power.

По словам главы IAU Мехридда Карими, проект планируется запустить в течение 15 месяцев.

"Согласно соглашению, сотрудничество будет финансироваться за счет контрактов на строительство и эксплуатацию ... а KТС передаст электростанцию со всей технологией Ирану после 10 лет эксплуатации", - добавил он.

Южнокорейская фирма также подписала контракт стоимостью $ 220 миллионов с иранской компанией "Green Energy" для строительства ветровой электростанции мощностью 100 МВт в южном городе Заболь.

Тепловые электростанции, которые сжигают ископаемое топливо, составляют более 80 % установленной энергетической мощности Ирана на уровне около 77 000 МВт. Доля возобновляемых источников энергии в иранской энергетике составляет пока всего 450 МВт.

Иран открыл свои экономические ворота для международных инвесторов, поскольку санкции, введенные в отношении ее ядерной программы, были сняты в начале 2016 года.

По данным Организации по возобновляемым источникам энергии и энергоэффективности, к 2022 году в Иране планируется ввести 5000 МВт новых мощностей из возобновляемых источников энергии, в том числе за счет солнечных и ветряных электростанций, сообщает Financial Tribune.

Иран. Корея > Электроэнергетика > iran.ru, 10 апреля 2018 > № 2569321


Иран. Индия. Россия. СКФО. ЮФО > Транспорт > iran.ru, 9 апреля 2018 > № 2569341

Иран, Индия и Россия возобновили переговоры об активизации МТК Север-Юг

Иран, Индия и Россия возобновили переговоры об активизации Международного транспортного коридора Север-Юг, который сократит время перевозки грузов в Европу наполовину и снизит стоимость для восточных и юго-восточных азиатских экспортеров.

Три страны ведут такие переговоры с 2000 года относительно существующих дорожных маршрутов и развития некоторых железнодорожных участков между мультимодальной сетью морских судоходных линий, железных дорог и автомобильных дорог общей протяженностью 7200 км, сообщает индийская ежедневная газета The Statesman.

"МТК Север-Юг обсуждался во время визита иранского президента Хасана Роухани в Индию в феврале, в то время как Россия проявляет большой интерес к этому торговому маршруту", - рассказал уполномоченный Консультативного совета по национальной безопасности в правительстве Индии П.С. Рагхаван.

"Это не только для того, чтобы сделать индийско-российскую торговлю или индийско-европейскую торговлю прибыльной, на самом деле он (коридор) сделает ее очень прибыльной для экспортеров Восточной Азии и Юго-Восточной Азии. Нет никаких препятствий, чтобы завершить создание МТК Север-Юг в течение нескольких месяцев".

Без торговых санкций против Ирана, МТК Север-Юг (INSTC) становится "очень конкурентоспособным", сказал он.

Рагхаван добавил, что INSTC сокращает время транспортировки и стоимость вдвое по сравнению с маршрутом через Суэцкий канал.

По INSTC могут транспортироваться грузы от западного побережья Индии через порты Ирана Бандар-Аббас и Чабахар, страны Центральной Азии, Россию и далее в Европу.

Железнодорожное сообщение между азербайджанской Астарой иранской Астарой было официально открыто на церемонии 29 марта 2018 года, одновременно с визитом президента Ирана Хасана Роухани в Баку. Этот сегмент входит в МТК Север-Юг. По нему уже было проведено около 7 600 тонн грузов, начиная с 8 февраля.

Иран. Индия. Россия. СКФО. ЮФО > Транспорт > iran.ru, 9 апреля 2018 > № 2569341


Иран > Электроэнергетика. Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > iran.ru, 9 апреля 2018 > № 2569332

Иран сообщил о 83 достижениях в ядерной области за прошедший год

Иран сообщил о 83 достижениях в ядерной области в ходе церемонии, посвященной национальному Дню ядерных технологий, в которой принял участие президент Исламской Республики Хасан Роухани.

В ходе церемонии, посвященной 12-му национальному Дню ядерных технологий, 9 апреля, президент Ирана Хасан Роухани в режиме видеоконференции представил пять отечественных ядерных достижений. Пять ядерных достижений были представлены в главном зале иранского Международного конференц-центра, а 74 других были выставлены на параллельной выставке.

Пять ядерных достижений, обнародованных Роухани, включают:

- транспортировку первого груза желтого кека, произведенного на урановом руднике Саганд, с фабрики в Ардакане, из провинции Йезд, на предприятие по переработке урана в Исфахане;

- эксплуатацию установки по переработке смесей на обогатительной фабрике "Шахид Ахмади Рошан" в Натанзе;

- проектирование, строительство и эксплуатация Национального центра исследований и разработок в сфере наук и материаловедения им. Шахида Алимогаммади, расположенного на заводе по обогащению топлива в Форду;

- проектирование и строительство первого ускорителя линейных частиц в сотрудничестве с Институтом фундаментальных исследований (IPM)

- эксплуатацию топливных испытательных контуров Тегеранского исследовательского реактора.

Экспозиция параллельной выставки включает, среди прочего, последние достижения исследователей Иранского национального центра лазерной науки и техники в сфере применения лазера в здравоохранении и промышленности.

По словам Али Асгара Зареана, который является советником главного иранского ядерщика Али Акбара Салехи, в прошлом году на Национальный день ядерных технологий было представлено 42 иранских отечественных ядерных достижений, что почти в два разе меньше, нежели в этом году.

Зареан также отметил, что достижения этого года связаны с центрифугами, изоляцией стабильных изотопов, радиофармацевтическими препаратами, водой, здравоохранением, очисткой и электростанциями.

Иран > Электроэнергетика. Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > iran.ru, 9 апреля 2018 > № 2569332


Сирия. Турция. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 6 апреля 2018 > № 2560659 Марианна Беленькая

Трое против одного. Что дал первый зарубежный визит нового срока Путина

Марианна Беленькая

Три союзника не в восторге от действий друг друга, но все же дали друг другу карт-бланш ради сохранения союза, без которого удержать сирийскую ситуацию под контролем не представляется возможным. Пока расклад остается старым: трое против США, а все остальные «в уме»

Свой первый визит за рубеж после переизбрания президент России Владимир Путин совершил не в Европу и не в Китай, а в Анкару, чтобы там вместе с президентами Турции и Ирана определить дальнейшую стратегию в Сирии. В тот же день в Вашингтоне президент США Дональд Трамп решал, оставить или вывести американские войска с сирийской территории. Он прозрачно намекал, что хотел бы разделить бремя ответственности и финансовые затраты на борьбу с терроризмом со своими региональными союзниками.

Об этом же, только другими словами, говорили и в Анкаре. Россия, Турция и Иран не в состоянии в одиночку финансировать восстановление Сирии, а также обеспечить продвижение политического урегулирования в этой стране. Тройка явно должна превратиться в другую фигуру. Но вот какой могла бы быть формула международного сотрудничества по Сирии, большой вопрос. У тройки, с одной стороны, и у Вашингтона с его союзниками – с другой, разные условия урегулирования.

Тяжкое бремя

Фактически единственный официальный итог саммита в Анкаре – договоренность о сотрудничестве трех стран в оказании гуманитарной и медицинской помощи сирийцам. Но стоило ли для этого собираться на президентском уровне? Под прицелом камер тройка лидеров в Анкаре всячески демонстрировала единство, особенно в контексте противодействия американским планам, о которых они еще точно не знали, но догадывались и старались оставить за скобками имеющиеся разногласия.

В ходе саммита часто звучали слова о сохранении территориальной целостности Сирии. В совместном заявлении президенты «отвергли все попытки создать новые реалии «на земле» под предлогом борьбы с терроризмом и выразили решимость противостоять сепаратистским планам, направленным на подрыв суверенитета и территориальной целостности Сирии». Учитывая, что Москва, Анкара и Тегеран потратили год на раздел сфер влияния в Сирии, это выглядело излишне демонстративно и в первую очередь было адресовано США, которые также установили контроль над частью Сирии, но не до конца согласовали правила игры с Москвой и Анкарой. С Тегераном Вашингтон диалог не ведет.

Также три лидера обратились к международному сообществу с призывом помочь экономическому восстановлению Сирии, посетовав, что пока там практически никто, «кроме Ирана, Турции и России», ничего не делает. «Мы очень рассчитываем, что после завершения политических процессов работа по восстановлению экономики Сирии приобретет широкий, масштабный характер», – заявил президент Путин на итоговой пресс-конференции в Анкаре.

Ранее западные государства, а также их арабские союзники не раз заявляли, что не будут участвовать в восстановлении сирийской экономики до тех пор, пока президент Сирии Башар Асад не покинет свой пост. Финансовые инвестиции возможны лишь в регионы, неподконтрольные Дамаску.

Тройка считает, что такая позиция ведет к расколу страны. Пока компромисс представляется возможным лишь в контексте сроков и условий ухода Асада. То есть остается ли он на переходный политический период и может ли выдвигать свою кандидатуру на новых президентских выборах.

Еще в начале года основная часть сирийской оппозиции, опекаемая Эр-Риядом, настаивала, что Асад должен уйти до начала переходного периода. Однако на днях наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Салман в одном из интервью американским СМИ сказал, что «Башар остается».

Сенсационное заявление было оговорено рядом условий. Прежде всего тем, сможет ли президент Сирии выйти из-под иранского влияния. «Я думаю, что в его интересах не позволить иранцам делать все, что заблагорассудится», – сказал принц. Также саудовский принц рассчитывает, что в Сирии в «среднесрочной перспективе, а может быть, и на длительный срок» останутся американские войска. Для Эр-Рияда это гарантия противовеса расширению иранского присутствия в регионе.

Слова бен Салмана последовали за заявлением президента США, что американские военные могут «очень скоро» уйти из Сирии. «Вы хотите, чтобы мы остались, может быть, вам придется заплатить», – ответил на это Трамп.

Несколько дней ситуация была в подвешенном состоянии, но пока США все же приняли решение оставить войска, хотя, как уверяют американские СМИ, терпение Трампа на исходе. Возможно, через полгода он вернется к этому вопросу, если расклад сил в регионе не изменится.

«Каждый день новое лицо, каждый день новые слова. Сначала говорили, что мы будем уходить из Сирии, а затем говорили, что им хотелось бы больше денег, и они требуют от других стран, чтобы им давали денег, чтобы остались дальше», – так прокомментировал решение США президент Ирана.

Но как союзники могут помочь США и кто именно из них должен помогать – большой вопрос. Вводить свои войска в Сирию никто из региональных держав не будет. Эр-Рияд мог бы возместить США часть финансовых расходов, впрочем, он уже и так пообещал удвоить инвестиции в американскую экономику, доведя их до $400 млрд. Но это ли имел в виду Трамп?

Кроме того, Саудовская Аравия ведет собственный, независимый от США диалог по Сирии с Москвой. До сих пор главным источником противоречий была судьба Асада. Теперь, судя по словам принца, появилось поле для компромиссов. Но в него опять не вписывается Тегеран. Но Москва не собирается отказываться от союза с Ираном. Поэтому пока расклад остается старым: трое против США, а все остальные «в уме».

После Гуты и Африна

За полтора года с начала работы тройственного формата Москве, Анкаре и Тегерану удалось переломить ход событий в Сирии в свою пользу и распределить зоны влияния. Итогом первых совместных консультаций на министерском и экспертном уровне в конце 2016 года стало возвращение Восточного Алеппо под контроль Дамаска и запуск переговоров в Астане между правительством Сирии и вооруженной оппозицией. Но главный результат работы – создание четырех зон деэскалации, который стал фактически разделом сфер влияния Сирии.

Первая встреча лидеров тройки прошла в ноябре 2017 года. Между двумя саммитами была решена судьба Восточной Гуты (район вокруг Дамаска) и Африна на севере Сирии. Пожалуй, прошедшие месяцы можно назвать самыми кровавыми по числу жертв в Сирии за семь лет конфликта. Бомбардировки российской авиации Восточной Гуты и провинции Идлиб, обстрел со стороны сирийской оппозиции Дамаска, турецкая операция против сирийской курдской партии Демократический союз и ее вооруженных отрядов народного сопротивления, борьба за влияние на Евфрате между сирийскими военными и курдами, которых опекают США.

Еще месяц назад саммит трех лидеров прошел бы на фоне серьезных боев. Но к апрелю большинство отрядов вооруженной оппозиции в результате переговоров с российскими военными покинули Восточную Гуту, район практически полностью вернулся под контроль Дамаска. Исключением стал город Дума, где группировка «Джейш аль-Ислам» никак не может решить, продолжить сопротивление или переговоры с Россией. В то же время Турция может похвастаться победой в Африне, одержанной с помощью вооруженной сирийской оппозиции. В том числе отрядов, которые когда-то были выведены из других районов Сирии.

Три союзника не в восторге от действий друг друга. Так, Турция весьма болезненно относилась к бомбардировкам в Восточной Гуте, Москва недовольна операцией против курдов, и вместе Москва и Тегеран хотели бы, чтобы Африн, как и другие районы на севере Сирии, оказались под контролем Дамаска, а не вооруженной оппозиции. Но все же они дали друг другу карт-бланш ради сохранения союза, без которого удержать сирийскую ситуацию под контролем не представляется возможным.

Хотя в заявлениях в Анкаре напряженность все же проскальзывала. Так, иранское телевидение процитировало слова Рухани, что размещение иностранного контингента в Африне может быть полезным, если это не нарушает территориальное единство Сирии. «Контроль над этим регионом должен быть передан сирийской армии», – сказал он.

Но на официальной пресс-конференции по итогам саммита президент Ирана от подобных заявлений воздержался. Так же как ни слова про Африн не сказал и президент России. Не удержался только Эрдоган, вскользь упомянувший, как невыносимо смотреть, как в Восточной Гуте гибнут дети. Правда, по чьей вине, он не уточнил.

Очевидно, что судьба Африна и Гуты была решена еще на первом саммите тройки. Тогда же Россия получила благословение союзников на проведение Конгресса сирийского национального диалога в Сочи. Тегеран и Анкара подписались под решениями конгресса, состоявшегося в конце января. Речь в первую очередь идет о работе конституционного комитета, о принципах формирования которого договорились в Сочи.

Но, как выяснилось, в Дамаске эту договоренность признавать отказываются и считают, что работа над будущей Конституцией Сирии должна проходить на сирийской территории. Три президента еще раз повторили для непонятливых: Россия, Иран и Турция поддерживают запуск работы комитета в ближайшее время в Женеве и нацелены на продолжение политического процесса, в том числе на принятие новое Конституции и проведение выборов под надзором ООН.

Но подвижек на этом направлении пока не предвидится, и, видимо, тройка будет все активнее решать вопросы политического урегулирования «на земле» в формате Астаны – переговорами и угрозами. Но рано или поздно им придется искать компромисс с США, которые контролируют территорию Сирии к востоку от Евфрата.

Турция уже пытается это сделать, договариваясь с Вашингтоном по переводу на подконтрольную ему территорию курдских отрядов. Но если тройка согласится с присутствием в Сирии США, то и Вашингтон должен будет признать присутствие остальных сил, в первую очередь Ирана в Сирии. Без этого равновесия не будет.

Сирия. Турция. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 6 апреля 2018 > № 2560659 Марианна Беленькая


Сирия. Турция. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > kremlin.ru, 4 апреля 2018 > № 2557444 Владимир Путин, Реджеп Тайип Эрдоган, Хасан Рухани

Пресс-конференция по итогам встречи президентов России, Турции и Ирана.

По итогам Второй трёхсторонней встречи глав государств – гарантов Астанинского процесса содействия сирийскому урегулированию Владимир Путин, Реджеп Тайип Эрдоган и Хасан Рухани дали совместную пресс-конференцию.

Р.Эрдоган (как переведено): Дорогие друзья! Господин Президент Путин! Господин Президент Рухани! Дорогие члены делегаций! Сердечно приветствую всех присутствующих.

В присутствии всех наших друзей ещё раз приветствую дорогого моего друга господина Путина и уважаемого господина Рухани в нашей стране.

Хочу отметить, что сегодня мы приветствуем здесь наших гостей на саммите, который является именно выражением тех наших усилий в отношении установления безопасности, спокойствия и мира в Сирии.

В прошлом году, в ноябре, господин Путин приветствовал нас в Сочи по разрешению вопроса о Сирии в ходе первого саммита. Сегодня мы осуществили консультации, определили некоторые шаги, которые, мы верим, осветят путь в будущее в нашем регионе.

Турция тщательно выполняет свои обязательства относительно зон деэскалации. Недавно установив восьмой наблюдательный пункт в Идлибе, мы, таким образом, считаю, демонстрировали свою решительность.

Мы ожидаем, что весь мир обратит внимание на один вопрос в отношении Сирии. Считаем, что обеспечение территориальной безопасности и территориальной целостности Сирии зависит именно от того, одинаково ли мы будем относиться ко всем террористическим организациям.

С другой стороны, террористические организации, которые представляют угрозу не только для Сирии, но и в первую очередь Турции и других окружающих стран и региона, необходимо выводить из игры.

Турция в результате военной операции «Щит Евфрата» уничтожила около 3 тысяч террористов и таким образом продемонстрировала, что она больше всех борется против террористической организации ДАИШ.

С другой стороны, Турция также является именно той страной, которая пожертвовала многим в ходе нападений террористической организации ДАИШ.

Военная операция под названием «Оливковая ветвь» имела такое же значение. В результате этой операции, мы боролись против так называемых сил народной самообороны, YPG, которые представляли угрозу территориальной целостности Сирии, мы освободили от террористов около 4 тысяч квадратных километров. Таким образом, мы не только обеспечиваем безопасность этого региона, мы строим инфраструктуру на освобождённых территориях и возвращаем эти территории настоящим жителям, хозяевам Сирии.

Всем известно, что в Турции проживает более 3,5 миллиона сирийских беженцев. После освобождения этих территорий в Джераблусе и в Аль-Бабе вернулись на освобождённые территории 160 тысяч сирийских беженцев.

После того как мы завершим в Африне сапёрские работы по разминированию территорий, мы также построим инфраструктуру и ожидаем, что сотни тысяч сирийцев вернутся на свои территории. Также считаем, что вместе с нашими российскими друзьями и иранскими друзьями мы будем проводить совместную работу, и готовы провести, для того чтобы построить инфраструктуру.

Касательно, в первую очередь, региона Манбидж. Мы ещё раз хотим повторить, что, пока не освободим эти территории от YPG, то есть так называемых сил народной самообороны «Демократического союза», мы продолжим свои операции.

Борьба с YPG, борьба с этими террористическими организациями не препятствует борьбе с ДАИШ, наоборот, является дополнительной частью этой борьбы. Эти террористические организации, как ДАИШ, так и YPG и так называемый «Демократический союз», постоянно дополняют друг друга и препятствуют установлению мира и стабильности в регионе. Необходимо обратить на это внимание.

Сначала образуется такая террористическая организация, как ДАИШ, потом продолжается якобы борьба против этой террористической организации. YPG и так называемый «Демократический союз» начинают будто бы бороться с этой террористической организацией. Но дело в том, что именно те круги открывают дорогу ДАИШ, которые хотят, чтобы там оставался хаос. Там якобы продолжается борьба против ДАИШ, но образуется вторая террористическая организация. Дело в том, что у нас с сирийскими гражданами есть родственные отношения. Поэтому то, что происходит в Сирии, имеет особое значение для нас.

Во время продолжающихся операций в Сирии со стороны Турции мы всячески стараемся минимизировать любые потери гражданских лиц. Если сравнить борьбу и освобождение городов от террористических организаций с другими [операциями], то есть когда другие силы ведут такую борьбу, мы можем заметить, что мы действительно делаем всё, прилагаем все усилия, чтобы минимизировать потери гражданских лиц. На освобождённых территориях после этих операций сирийские жители живут в спокойствии, стабильности и в мире. А на территориях, подконтрольных террористическим организациям, продолжается хаос, кровопролитие, это очевидно. Страны-гаранты, нам необходимо обеспечить территориальную целостность Сирии, остановить кровопролитие. И мы, страны-гаранты, пришли к согласию в этом плане для нового будущего Сирии.

В результате этого кризиса и столкновений проигрывает народ Сирии и страны региона. А кто выигрывает – известно всем.

Впереди нас ждёт очень трудная дорога, но есть и успех, который мы можем видеть. Мы не можем оставить этот регион каким-то нескольким террористическим организациям, ни Сирию, ни данный регион. Мы в качестве стран-гарантов продолжаем свою решительную работу согласно общим нашим принципам. Мы не будем поддаваться провокациям, ловушкам. В этом плане международное сообщество также должно обратить на это внимание.

Я ещё раз призываю международное сообщество, чтобы они приложили свои усилия для обеспечения справедливости и политического разрешения вопросов.

В завершение своей речи я ещё раз хочу поприветствовать наших гостей в нашей стране. Считаю, что наши консультации и принятые меры и шаги пойдут на пользу угнетённому народу Сирии и всему региону.

Ещё раз выражаю благодарность дорогому моему другу Путину и моему дорогому брату Рухани.

Передаю слово господину Президенту Рухани. Пожалуйста.

Х.Рухани (как переведено): Во имя Бога милосердного!

Прежде всего должен поблагодарить господина Эрдогана, уважаемого турецкого Президента, турецкое правительство, а также турецкий народ за то, что приняли у себя, и за то оказанное гостеприимство мне и гостям, гостям из Ирана и из России. Сегодня и вчера вы принимали у себя и русских, и иранцев.

Наш регион в последние годы сталкивается с очень серьёзным кризисом, который называется терроризм. И, к сожалению, это террористы, которых поддерживают некоторые западные страны. Их финансируют определённые страны и вооружают их самым современным оружием. Это те самые террористы, которые могли добывать и продавать сирийскую нефть, разрушили музеи Сирии и, к сожалению, свободно продавали артефакты, которые нашли в этих музеях. И, к большому сожалению, некоторые супердержавы, в том числе и США, хотели использовать террористические группировки ДАИШ и «Фронт ан-Нусра» в этом регионе как инструмент в деле управления этим регионом.

Такие большие народы, как иракский народ и сирийский народ, с помощью дружественных им стран нейтрализовали этот сговор. Сегодня такой силы, как ДАИШ, не существует, но остатки есть, но уже не сила, не большая сила. Сегодня, после нескольких лет, надежды региональных народов в деле борьбы против терроризма больше, чем всегда.

Сегодня, по пути борьбы с терроризмом, 15 месяцев назад в Астане проводились заседания, и на тех заседаниях определили пути разрешения этого кризиса, который закончился прекращением огня и боевых действий и уменьшением напряжённости в четырёх зонах.

В продолжение этих решений Российская Федерация, Иран и Турция сыграли очень важную роль и помимо регулярных консультаций на экспертном уровне и на министерском уровне первый саммит глав государств-гарантов проводили в российском городе Сочи.

Я могу перечислить очень важные результаты этого саммита – это проведение Конгресса национального диалога между сирийскими представителями самых разных группировок, и в том числе представителей государства Сирии и представителей оппозиции Сирии. Это был самый позитивный шаг, который мы должны продвигать и продолжать. С того момента до сих пор произошли другие события, которые имеют очень большое значение. Некоторые из них позитивные, а некоторые, к сожалению, очень плохие. Но я очень рад тому, что сегодня в итоге надежда сирийского народа больше, чем вчера. Они надеются на то, что установится мир в их стране и они смогут вернуться в свои жилые дома, что в скором будущем их дома станут безопасными.

Я очень рад, что сегодня главы трёх государств в Анкаре провели второй саммит глав государств. Мы в течение этих заседаний обсуждали очень полезные вопросы, очень открыто разговаривали друг с другом и говорили о будущей Сирии. Самый радужный момент сегодня: три страны договорились о том, чтобы предоставлять гуманитарную и медицинскую помощь сирийскому народу. Сегодня мы как никогда договорились и готовы помогать сирийскому народу. Я очень надеюсь, что все эти договорённости будут воплощены в жизнь. Я надеюсь, что нам удастся всё-таки помогать сирийскому народу, который сегодня страдает, он нуждается в медикаментах и продуктах питания.

С точки зрения Исламской Республики Иран сирийский вопрос не имеет никакого военного решения, мы должны решить сирийский кризис только политическим путём. Мы все должны помогать, чтобы война закончилась в Сирии, мы должны продолжать мирные процессы, мы должны сделать так, чтобы беженцы смогли вернуться в свои дома. Гуманитарная ситуация сегодня в Сирии ужасная, я могу одним словом так сказать. Мы все должны помогать, чтобы сирийский народ чувствовал хоть маленькую безопасность для возвращения в свои дома.

Я ещё раз подчёркиваю, что территориальную целостность Сирийской Республики, суверенитет Сирийской Арабской Республики и единство этой страны, независимость Сирии как самые главные принципы мы должны уважать, мы все должны уважать эти принципы. Это то, чего хочет сирийский народ. С терроризмом нужно бороться и ликвидировать остатки терроризма в Сирии. То, чем сегодня мы должны заниматься, – это помогать в строительстве будущего Сирии. Ни одна страна не вправе принимать решения для будущего и судьбы Сирии.

Судьба Сирии в руках только сирийского народа. Именно сирийский народ, который в конце концов должен выбрать конституцию, должен голосовать за свою судьбу на демократических президентских выборах. Тройка, сегодняшняя тройка, в которой мы являемся гарантами Астанинского процесса, будет прилагать всяческие усилия. Я думаю, что самый большой праздник для нашего региона – это тот день, когда объявят об окончательном прекращении войны. Это тот день, когда террористы покинут Сирию, когда Сирия откроется своему народу в деле возвращения и деле проведения свободных и демократических выборов, чтобы сирийский народ смог выбрать свою судьбу.

И ещё раз я должен поблагодарить господина Эрдогана за то, что принимал у себя этот саммит, а также господина Владимира Путина, уважаемого российского Президента, за принятие участия в этом саммите и за то, что нам удалось договориться. Я благодарю за договорённости и надеюсь на то, что будем прилагать максимальные усилия в деле помощи сирийскому народу и установлению безопасности и мира в этом регионе. Дай Бог.

Спасибо.

Р.Эрдоган: Выражаю благодарность господину Рухани за его прекрасную речь и передаю слово господину Путину.

В.Путин: Уважаемый господин Президент Эрдоган! Уважаемый господин Президент Рухани! Дамы и господа!

Наши переговоры в трёхстороннем формате прошли в деловой и конструктивной обстановке. Мы обстоятельно рассмотрели основные аспекты ситуации в Сирии, обменялись мнениями по дальнейшим шагам в целях обеспечения долгосрочной нормализации в этой стране, достигли важных договорённостей, которые нашли отражение в принятом по итогам встречи Совместном заявлении.

Отмечу, что в этом документе подчёркнута твёрдая приверженность России, Ирана и Турции содействовать укреплению суверенитета, независимости и территориальной целостности Сирийской Арабской Республики, о чём мои коллеги только что сказали.

Такая принципиальная позиция особенно значима сегодня на фоне нарастающих попыток усугубить межэтнические и межконфессиональные противоречия в сирийском обществе, тем самым раздробить страну на части, сохранив конфликтный потенциал в Ближневосточном регионе на многие годы вперёд.

Мы условились расширять весь комплекс трёхстороннего взаимодействия по Сирии, прежде всего в рамках Астанинского процесса, уже не раз доказавшего свою эффективность.

Именно благодаря тесному сотрудничеству стран-гарантов – России, Ирана и Турции – уровень насилия в Сирии кардинально снижен: разгромлены основные силы ИГИЛ, существенно подорваны боевые возможности других террористических группировок. В свои дома стали возвращаться беженцы и внутренне перемещённые лица, началось восстановление объектов социальной, экономической инфраструктуры.

Приоритетное внимание в рамках Астанинского процесса имеем в виду и впредь уделять задачам политического урегулирования сирийского кризиса, а именно продвижению инклюзивного межсирийского диалога в соответствии с резолюцией 2254 Совета Безопасности Организации Объединённых Наций.

Ключевое значение в этой связи придаём итогам Конгресса сирийского национального диалога, альтернативы которому, подчеркну, на сегодняшний день просто не существует.

Обсудили с иранским и турецким коллегами шаги по скорейшей реализации решений Сочинского форума, прежде всего формированию в Женеве под эгидой Организации Объединённых Наций Конституционного комитета, в рамках которого сирийцам предстоит самостоятельно определить основные параметры государственного устройства обновлённой Сирии.

Важное место в нашей дискуссии заняла гуманитарная проблематика. Была констатирована недопустимость политизации этой темы, необходимость чёткого выполнения резолюции 2401 Совбеза ООН, которая направлена на облегчение страданий мирного населения на всей территории Сирии.

Проинформировал коллег о предпринимаемых Россией усилиях на данном направлении. В частности, в Восточной Гуте проведена беспрецедентная по масштабам операция по спасению тысяч мирных жителей, по выводу из этой зоны боевиков, которые не желают складывать оружие. В зону боевых действий регулярно поставляется гуманитарная помощь, в том числе за счёт пожертвований граждан России. Так, в феврале на средства верующих в Сирию направлено 77 тонн продовольствия и товаров первой необходимости.

Россия, Иран и Турция будут плотнее координировать шаги по решению гуманитарных проблем в Сирии, о чём здесь тоже уже говорили. Конкретным практическим вкладом трёх стран стал запуск 15 марта в Астане рабочей группы по освобождению заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести. Сегодня Президент Эрдоган выступил с дополнительными инициативами на этом гуманитарном направлении.

Мы также договорились о консолидации усилий по постконфликтному восстановлению Сирии. Речь прежде всего идёт о сооружении социальных и инфраструктурных объектов. Российские компании уже активно участвуют в этой работе, причём ряд проектов реализуется в районах, где ещё совсем недавно орудовали боевики.

В качестве общей стратегической цели видим окончательный разгром террористов, которые не оставляют попыток дестабилизировать ситуацию «на земле», пытаются сорвать усилия по продвижению мирного процесса.

В ход идут любые средства. Нами получены, например, неопровержимые доказательства подготовки боевиками провокаций с использованием отравляющих веществ. Условились в этой связи наращивать трёхстороннюю координацию по всем аспектам антитеррора, наращивать обмен информацией.

В заключение хотел бы поблагодарить всех моих коллег, Президента Эрдогана и Президента Рухани, за содержательные и результативные переговоры. Уверен, по итогам саммита будут приняты необходимые практические меры, и итоги будут способствовать дальнейшей продуктивной работе в интересах окончательного установления мира и стабильности в Сирии.

Как вы знаете, уважаемые дамы и господа, я и делегация России находимся в Турции второй день. В первый день мы провели двусторонние переговоры в рамках официального визита. Официальный визит был очень успешным. Хочу поблагодарить наших турецких друзей, Президента Эрдогана за организацию работы в течение этих двух дней.

Спасибо большое за внимание.

Р.Эрдоган: Спасибо господину Путину за его речь.

Да, всем известно, что вчера в городе Мерсин мы заложили фундамент атомной электростанции «Аккую». Мы вместе участвовали в церемонии. И себестоимость этого проекта приблизительно достигнет 21 миллиарда долларов. Иншаллах, строительство завершится в 2023 году, к столетнему юбилею нашей республики. И в этом плане в этом проекте начали работу будущие кадры, продолжается учёба в России. Они постепенно будут возвращаться, со временем вернутся на родину и будут работать в этом проекте.

Мы провели трёхсторонний саммит, и мы все желаем, чтобы в скором времени в Сирии восторжествовал мир, спокойствие, чтобы мы увидели новую Сирию в благосостоянии. До настоящего времени вместе с неправительственными организациями мы вложили сюда 30 миллиардов долларов, и эти беженцы живут в лагерях, в контейнерах. И сейчас на север Сирии, в эти регионы, в Джераблус, в Аль-Баб (были освобождены 2 тысячи квадратных километров), на эти территории вернулись 160 тысяч беженцев. Мы построили там социальную инфраструктуру, и эти беженцы вернулись туда.

На данный момент Евросоюз обещал нам определённые финансы, но я вам скажу честно, к сожалению, – я не говорю, что мы не получили, они обещали от 3 миллиардов евро, – эти деньги не были получены. Если эти деньги мы получим или не получим, в любом случае мы продолжим наши инвестиции в этом регионе. Мы считаем, что мы обязаны проводить такую работу.

А сейчас, также в результате военной операции в Африне, в первую очередь солидарность выразили как Россия, так и Иран. Наши соответствующие органы, наши министры, наши главы генштабов, также главы разведок участвовали в этих работах и прилагали усилия. Я верю, что мы здесь положили инфраструктуру мира. Первое совещание было в Сочи, второе мы провели здесь, в Анкаре, и третье, иншаллах, мы осуществим в Тегеране. Пока что нет точной даты, но, наверное, вместе мы будем готовиться к саммиту в Тегеране.

Сейчас как с иранской стороны, так и с российской и с турецкой стороны, представители СМИ, по два вопроса, пожалуйста.

Вопрос: Много раз говорили о необходимости мирного процесса, политического процесса. Я хотел спросить про экономический процесс. Россия не так давно, в начале года, подписала «дорожную карту» по возведению строительства энергетической инфраструктуры. Я хотел уточнить, есть ли какие-то сейчас шаги и предпринимаются ли они всеми сторонами.

В.Путин: Ещё раз. Погромче, пожалуйста.

Вопрос: Я говорил о том, что в начале года была подписана «дорожная карта» по энергетическим вопросам в Сирии. Я хотел спросить, все ли участники сейчас предпринимают какие-либо шаги в данном вопросе. Спасибо.

В.Путин: Я так и не понял, что Вы спросили, честно говоря. Вы спросили про экономическое восстановление?

Реплика: Да.

В.Путин: Разумеется, это вопрос вопросов. Кроме политического урегулирования нужно, чтобы люди могли жить в нормальных условиях. И без капитальных, крупных вложений, со стороны в том числе, ничего не удастся сделать. Поэтому мы призываем все страны мира активнее принимать участие не на словах, а на деле.

Все говорят о необходимости включиться в гуманитарную помощь для начала, но никто практически ничего не делает, кроме Ирана, Турции и России. Мы видим небольшие поставки по линии Организации Объединённых Наций, но этого совершенно не достаточно. И уж точно совершенно, нужно будет включаться в общую работу по восстановлению экономики Сирии, по восстановлению инфраструктуры.

Мы очень рассчитываем на то, что после завершения политических процессов работа по восстановлению экономики Сирии приобретёт широкий, масштабный характер.

Вопрос: Я немножко не по теме сегодняшней встречи, тем не менее по международной повестке.

Вчера Вы уже отвечали на вопрос по делу Скрипалей. Вчера же Ваши представители, Владимир Владимирович, говорили о том, что теперь Англии придётся извиниться. А каких извинений мы ждём? Просто «извините, мы ошиблись» или какой-то официальной бумаги, восстановления сотрудничества в полном объёме? Спасибо.

В.Путин: Да мы ничего не ждём. Мы ждём, что здравый смысл в конце концов восторжествует и международным отношениям не будет наноситься такой ущерб, который мы наблюдаем в последнее время. Это касается не только этого дела, покушения на Скрипаля. Это касается и всех других аспектов международных отношений. Нужно вставать в рамки здоровых политических процессов, основанных на фундаментальных нормах международного права, и тогда обстановка в мире станет более стабильной и прогнозируемой.

Вопрос (как переведено): Уважаемый господин Президент Эрдоган! Я из Ирана.

Исламская Республика Иран, Россия и Турция в Сочи и Анкаре проводили два раунда саммита, они решают сирийский вопрос политическим путём. Хотел спросить. «Тройка» предлагает помощь в установлении мира, но Запад с корыстной стороны всё время мешает вам. Какие выводы вы сделали из того, что они мешают вам устроить и установить мир в Сирии? Какие вы приняли решения, сделали выводы?

Х.Рухани: То, что до сих пор мы видели, – американцы, израильтяне безуспешно мешали нам. Я могу сказать, что в последние годы они хотели, чтобы правительство в Дамаске пало. Они этого хотели. Они хотели помогать террористам, чтобы террористы управляли этим регионом, и хотели сделать так, чтобы опасность распространялась в интересах США и Израиля до сегодняшнего дня.

Они создали нам много проблем. Не только нам, но и сирийскому народу. Но до сих пор у них не было больших успехов. У Ирана с начала сирийских событий была только одна позиция: нужно бороться с терроризмом и нужно помогать тем правительствам, которые борются с терроризмом. Мы должны поддерживать законные правительства этих регионов. Тем более конфигурация, географическая конфигурация нашего региона не должна меняться, и нужно учитывать мнение каждого народа относительно судьбы своей страны. Сегодня это было как раз то, о чём мы договорились. Противники нашего региона планировали разорить Сирию, но им не удаётся, и мы этого не допустим. Я думаю, что они не смогут распространить терроризм по всему региону. Мы в скором времени будем свидетелями восстановления безопасности в регионе при помощи трёх стран – России, Ирана и Турции, при помощи этой тройки наш регион становится всё более безопасным.

Р.Эрдоган: Да, несомненно, территориальная целостность Сирии имеет большое значение для нас. Есть некоторые круги, которые между собой разделили эту территорию, это недействительно для нас, не проходит. Мы это не воспримем серьёзно. Народ Сирии заплатил за это очень дорого, но вместе с этим терроризм не должен использовать это в качестве орудия против нашей страны, мы никак не можем согласиться этим. Нет другой ещё страны, которую можно сравнить с нашей, у нас есть более 900 километров общей границы с Сирией. Поэтому все эти нападения были совершены против нашей страны. И они не остановились на этом. Было совершено более 100 ракетных ударов.

Но сколько можно терпеть? В конце концов, вы все знаете, мы начали операции против террористов. Сначала был Джераблус, а потом, это общеизвестно, «Оливковая ветвь». Мы осуществили эту операцию, и в настоящее время Джераблус, Аль-Баб, нужно отметить, освобождённая территория составляет 2 тысячи квадратных километров, туда вернулись 160 тысяч беженцев. Инфраструктуру мы там восстановили. Те, кто жил в лагерях, вернулись на свои родные территории. Схожая ситуация будет и с Африном. Те беженцы, афринцы, жители самого Африна, которые живут в качестве беженцев в нашей стране, иншаллах, они вернутся после восстановления инфраструктуры.

Но хочу, чтобы все знали ещё одну вещь. Мы осуществляем восстановительный процесс, все три страны-гаранта, процесс был начат, как вы знаете, в Сочи. Мы все вместе – Турция, Иран и Россия – будем продвигаться уверенными шагами. Мы никогда не говорили, что Астанинский процесс является альтернативой Женевскому процессу. Нет. Это было дополнительным элементом.

Если кто-то говорит, что Астанинский процесс реализуется в качестве альтернативы, – нет. Для нас имеет значение то, чтобы мы имели результат. Мы осуществим шаги, потому что мы обязаны, мы знаем, что есть ответственность, мы должны получить результат, потому что нужно предотвратить гибель людей.

Мы все знаем, мы были очевидцами, свидетелями того, что в Восточной Гуте гибнут дети, как безжалостно и беспощадно погибают там дети. Мы не можем это терпеть. Мы все – родители. Я являюсь Президентом Республики Турция. Невозможно терпеть такие вещи. Я думаю, что нужно быть человеком.

Большое спасибо.

Вопрос (как переведено): Я бы хотел поблагодарить трёх президентов: Ирана, России и Турции.

До проведения этого саммита некоторые американцы заявили о том, что американцы будут покидать Сирию в скором времени. Действительно, решение американцев может бросать тень на сирийские события и региональные события. Как вы смотрите на эти события? Будем очень рады услышать ваше мнение о том, как вы будете реагировать на подобные решения. Спасибо.

Х.Рухани: Американцы сегодня говорят одно, завтра говорят другое, сегодняшняя американская администрация. Человек не может рассчитывать ни на решения, ни на слова, заявления. Каждый день новое лицо, каждый день новые слова. Сначала говорили, что мы будем уходить из Сирии, а затем говорили, что им хотелось бы больше денег, и они требуют от других стран, чтобы им давали денег, чтобы остались дальше. Мы так понимаем, что они хотят «доить» некоторые страны, чтобы дальше остаться в этой стране. Это то, как выглядит вопрос снаружи.

Р.Эрдоган: Мой дорогой брат Рухани не говорит о сумме денег – 7 триллионов долларов. Представляете? В этот регион нужно вернуть эти деньги. Если эти деньги будут собраны, это облегчит процесс, несомненно.

Переходим к турецкой прессе. Пожалуйста.

Вопрос (как переведено): Вопрос господину Рухани. Уже долгое время Турция принимает у себя беженцев, с другой стороны, Евросоюз дал свои обещания, но не сдержал. Как Вы оцениваете то, что Евросоюз не выполняет свои обещания?

Господин Президент Эрдоган, господин Путин только что сказал, что есть какие-то новые предложения со стороны Турции. Какие это предложения?

В.Путин: Что касается выполнения или невыполнения кем-то из участников международной жизни своих обещаний, то вы лучше их спрашивайте. Мы всё, что обещаем, стараемся исполнять, а если не исполняем, объясняем, почему у нас что-то не получается и когда мы выполним в конечном итоге то, о чём договорились.

Турция действительно несёт очень большую нагрузку в связи с наплывом беженцев из Сирии. Но надо сказать, что это, конечно, уникальная ситуация. Есть и проблема, скажем, с беженцами из Палестины, многие страны тоже несут очень серьёзную нагрузку, Россия несёт серьёзную нагрузку в связи с беженцами, скажем, с Украины. Нужно лишь решать конфликты, тогда не будет беженцев.

Для решения этих вопросов мы и собрались сегодня в трёхстороннем формате, чтобы решить сирийскую проблему. Надеюсь, что в конечном итоге наша работа достигнет положительного результата.

Что касается предложений Президента Эрдогана, то они заключаются в том, чтобы усилить работу по гуманитарному направлению, в том числе объединить усилия в помощи тем людям, которые нуждаются в этой помощи и в зонах деэскалации, и в целом по стране использовать наши медицинские службы, военных медиков, там, где мы совместно уже работаем. Мы должны будем всё это рассмотреть в практическом ключе. Мне представляется, что это предложение очень своевременное, правильное, это поддерживает также и Президент Ирана господин Рухани. Мы проработаем и, точно совершенно, в этом направлении будем действовать.

Х.Рухани: Поддерживать беженцев и переселенцев из Сирии сегодня, я могу так сказать, – это самая важная обязанность, и не только для нас, мусульман, как исламская религиозная обязанность.

Я хочу поблагодарить все страны, которые принимали у себя беженцев и сирийских переселенцев, особенно турецкий народ и турецкое правительство, которые переживают действительно сложные времена в связи с беженцами. Да, действительно, мы в Иране прекрасно понимаем, как сложно принимать у себя беженцев. Почти 39 лет больше трёх миллионов афганских беженцев принимаем у себя, они живут у нас, в нашей стране, и прекрасно понимаем ситуацию с беженцами. В сегодняшнем году более 400 тысяч афганских детей учатся в иранских школах бесплатно, больше 20 тысяч афганских студентов в наших вузах учатся. Так что мы прекрасно понимаем, что это сложные времена, особенно времена ирако-кувейтской войны. В то время также принимали у себя иракских и кувейтских беженцев. Мы прекрасно понимаем, что такое принять у себя беженцев. Европейские страны должны помогать. Если они дали какие-то обещания, должны выполнять и держать своё слово.

Р.Эрдоган: Касательно тех предложений, которые были как со стороны господина Путина, так и господина Рухани. Я тоже могу дополнить.

Мы можем оказать помощь, как наши вооружённые силы, так и российские Вооружённые Силы могут, после постройки мобильной больницы мы можем оказать помощь раненым, которые поступают из Восточной Гуты. С другой стороны, можем оказать продовольственную помощь. Может быть, даже в этом регионе уже производится хлеб, мучные изделия для беженцев, и эту возможность мы предоставляем.

Но, с другой стороны, я хочу сделать акцент ещё на одной вещи, которую я предложил как господину Путину, так и господину Рухани. У меня есть такое предложение, раньше я для международного сообщества с таким предложением выступил.

Речь идёт о строительстве жилых помещений в безопасной зоне, как на севере Сирии, так и с нашей стороны. То есть мы можем обеспечить строительство, в результате чего беженцы могут покинуть лагеря и жить в нормальных, человеческих условиях в этих безопасных зонах, улучшить их жизненные условия в этих жилых помещениях на участке земли площадью 500 квадратных километров, придерживаясь местной архитектуры, мы можем предоставить такую возможность. Предприняв такой шаг, мы сможем восстановить нормальный, человеческий образ жизни для этих беженцев. Есть некоторые обещания некоторых стран в этом вопросе. Но дело в том, что этот шаг ещё не осуществили. Если нам удастся вместе предпринять и осуществить данный шаг, он будет хорошим и серьёзным, придаст импульс народу Сирии, и мы сможем оказать такую пользу народу Сирии.

Вопрос (как переведено): Каждый раз, господин Президент, Вы выражаете свою решительность, и здесь мы должны ожидать новые операции против террористических организаций. И в ходе саммита Вам удалось проконсультироваться относительно этих операций с господином Рухани, господином Путиным?

Р.Эрдоган: Дорогие друзья! Борьба с террористами, борьба с террористической организацией не придерживается каких-либо планов или графиков. Там, где мы видим террористов, мы должны их уничтожать. Если уничтожаются террористы, обеспечивается стабильность и спокойствие, то есть мы не должны там ждать какого-либо графика или плана. Но если есть терроризм, террористы, тогда в обязанности государства входит именно то, что государство должно вести борьбу против этой деятельности. Турция как внутри страны, так и за рубежом, за границей продолжает свою борьбу. Да, у государства есть такая борьба. И пока терроризм не завершится, эта борьба будет продолжаться.

Спасибо за внимание.

Сирия. Турция. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > kremlin.ru, 4 апреля 2018 > № 2557444 Владимир Путин, Реджеп Тайип Эрдоган, Хасан Рухани


Турция. Иран. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557383

Россия, Турция и Иран вытесняют Запад с Ближнего Востока?

4 апреля Реджеп Тайип Эрдоган принимает Владимира Путина и Хасана Роухани, чтобы обсудить ситуацию в Сирии. Эта трехсторонняя встреча поднимает вопрос о влиянии и доминировании инициаторов «астанинского процесса» в регионе.

Жан-Сильвестр Монгренье (Jean-Sylvestre Mongrenier), Atlantico, Франция

«Атлантико»: 4 апреля Владимир Путин, Реджеп Тайип Эрдоган и Хасан Роухани проводят встречу, чтобы обсудить сирийский вопрос и возможные пути урегулирования конфликта. Удалось ли России, Ирану и Турции взять под контроль Ближний Восток на фоне недавнего заявления Дональда Трампа о грядущем выводе американских войск из Сирии? Запад надолго ушел из региона?

Жан-Сильвестр Монгренье: Эта встреча является частью «астанинского процесса», который был запущен в январе 2017 года, после взятия Восточного Алеппо вслед за отступлением поддерживаемых Турцией мятежников. С начала этого процесса ни одна встреча не смогла дать даже видимость решения для политического урегулирования конфликта. Мы очень далеко отошли от «оптимального» сценария, который озвучивался во время российского вмешательства в сентябре 2015 года: российско-иранский блицкриг, изменение баланса сил в регионе, переговоры различных сирийских групп и политическое урегулирование (вспомним всех тех, кто повторяли заявления российской дипломатии о том, что Путин не повязан с Асадом).

При этом война в Сирии никак не заканчивается и постепенно перерастает в региональное противостояние. Произошедший в феврале этого года первый ирано-израильский инцидент (вторжение иранского дрона в воздушное пространство еврейского государства, ответные меры на сирийской территории и потеря израильского самолета) продемонстрировал всю серьезность возможных геополитических рисков в регионе. Другими словами, ситуация неустойчивая. Тактические успехи не гарантируют окончательной победы и контроля над территорией, тем более, что разных сил тут хоть отбавляй. В настоящий момент Дамаск и его покровители контролируют чуть более половины страны. Северо-восток находится под контролем Сирийских демократических сил и спецподразделений США, Великобритании и Франции.

Стоит отметить, что Ближний Восток включает в себя не только Сирию и Ирак. На севере к нему, пусть и периферически, относится Турция. Израиль можно было бы охарактеризовать как аванпост Запада. Расположенный еще дальше к западу Египет находится на границе с Северной Африкой. Он руководствуется собственной логикой и ведет собственную политику в Африке, Красном море и регионе Нила. Наконец, Аравийский полуостров, Персидский залив и Иран тоже относятся к Ближнему Востоку. Война в Сирии и напрямую связанные с ней конфликты (например, в Ираке) затрагивают лишь часть региона. Сирийско-иракский театр боевых действий относится к так называемому «сирийскому перешейку» между восточной частью Средиземноморья и Персидским заливом. Таким образом, нельзя сказать, что весь Ближний Восток оказался под контролем астанинской троицы. Западные державы в свою очередь сохраняют активное присутствие. Решение Дональда Трампа о предстоящем уходе американцев из Сирии действительно выглядит неоднозначно. Как можно при этом говорить о противодействии иранскому режиму и намерении заблокировать «шиитскую дорогу» между Аравийским полуостровом и востоком Средиземноморья? Он надеется разделить Россию и Иран, хочет, чтобы Москва сдержала своего главного союзника в регионе? Он думал о силовом сценарии против Тегерана, который не потребует присутствия 2 000 американцев на территории Сирии?

— В чем слабости коалиции Москвы, Анкары и Тегерана? Какими уязвимостями могли бы воспользоваться США и Запад, что вновь взять все в свои руки?

— Помимо тактических точек соприкосновения, у трех этих государств астанинского процесса имеются серьезные геополитические разногласия. Если не считать неоосманской риторики, главная задача турецкой власти заключается в том, чтобы обеспечить себе зону безопасности у юго-западных границ. Это нужно, чтобы защитить юго-восток Анатолии от курдского сепаратизма. С помощью альянса с Россией Эрдоган смог добиться того, в чем отказывали ему западные союзники: буферная зона у границ, где Анкара сможет разместить часть сирийских беженцев, способствуя тем самым изменению этнического и демографического равновесия.

Кстати говоря, любопытно, что пророссийски настроенные публицисты утверждают нам, что это Запад несет ответственность за турецкое вмешательство в Африне. Что это, невежество, непонимание ситуации или недобросовестность? Стремление еще больше навредить отношениям с Эрдоганом, чтобы подтолкнуть Турцию в объятья Владимира Путина? Если это действительно так, они, наверное, возьмутся объяснять нам, что такое реальная политика. Рассмотрим ситуацию с Россией. Ее военное вмешательство позволило спасти режим Асада и сохранить геостратегические активы в Сирии, однако это триумфальное возвращение опирается на тесный альянс с Ираном. В настоящий момент временным победителем можно назвать разве что Иран, который придерживается стратегии регионального доминирования (от Персидского залива до востока Средиземноморья).

Здесь возникает множество вопросов. Прочные позиции иранских стражей революции и шиитских отрядов в Сирии, а также реализация нацеленной на Средиземноморье стратегии не могут не повлечь за собой ответной реакции и геополитических последствий в регионе. Мы уже упоминали ситуацию с Израилем, и Россия может оказаться в тисках конфронтации Иерусалима с Тегераном. Не стоит сбрасывать со счетов и реакцию суннитских арабских режимов, которые не примут шиитско-иранское доминирование в ряде арабских столиц (Багдад, Дамаск, Бейрут, Сана) и «шиитский полумесяц» на Ближнем Востоке. Как известно, Саудовская Аравия и ОАЭ уже ведут скрытую войну с экспансионизмом Тегерана. Переход к открытой войне не исключен, что может повлечь за собой серьезные последствия для астанинской троицы. Отношения Турции и России в среднесрочной и долгосрочной перспективе тоже вызывают вопросы: идет ли речь о простой тактической игре или же серьезных стратегических перестановках? История говорит не в пользу второго варианта, однако неожиданностей исключать, разумеется, нельзя. Наконец, отношения Анкары и Тегерана тоже окружает неопределенность (их планы отчасти охватывают одно и то же пространство). Все эти факторы неопределенности открывают возможности перед западными державами.

— Каково нынешнее влияние Запада в регионе, и как можно интерпретировать сделанное американской прессе заявление Мухаммеда ибн Салмана о праве израильтян на государство, которое укрепляет связи Саудовской Аравии и Израиля?

— У американцев, британцев и французов имеются прочные позиции в Персидском заливе и на Аравийском полуострове, не говоря уже об Иордании, которая является значимым военно-политическим партнером. Отношения с Египтом неоднозначные, но связи сохраняются. Турция же в любом случае остается союзницей и не решается выйти из НАТО или поставить под сомнение партнерство с Европейским союзом. Именно военные гарантии со стороны НАТО позволяют ей пуститься в туманные игры с Россией.

Сотрудничество в борьбе с терроризмом продолжается, а база Инджирлик до сих пор используется американской авиацией. Этим объясняется стремление западных столиц не торопиться с разрывом отношений так, чтобы ответственность в любом случае легла на Анкару (в то же время стоит задуматься о страховочных вариантах с укреплением военных позиций в Болгарии, Румынии и бассейне Черного моря). Иначе говоря, все еще далеко до доминирования Ирана и России на Ближнем Востоке при содействии Турции. Нужно понимать, что во всем регионе начался процесс распада и переустройства, который может повлечь за собой другие стратегические преобразования. Заранее ничего не решено, и зона может превратиться в своеобразную геополитическую «черную дыру». Некоторые поговаривают о новой тридцатилетней войне. Эта историческая аналогия не идеальна, однако делает правильный акцент на длительности процесса.

В этом переустройстве отношения Саудовской Аравии и США остаются константой. Дипломатия Обамы и серьезные уступки по отношению к иранскому режиму (в первую очередь это касается соглашения от 14 июля 2015 года) на время пошатнули этот долгий альянс. Саудовская Аравия начала поворот в сторону Китая (к этому относится визит короля Салмана в Пекин в марте 2017 года), что повлекло за собой поездку Трампа в Эр-Рияд в мае 2017 года. Другими словами, Вашингтон больше не собирается овить рыбку в мутной воде, то есть терять Саудовскую Аравию ради гипотетического партнерства с иранским режимом, который в теории может пойти по пути светского общества и либерализации. В США, судя по всему, сложился консенсус насчет поддержки молодого наследного принца Мухаммеда ибн Салмана, который поставил задачу модернизации своей страны (план реформ «Горизонт 2030»). Социально-экономическая модернизация должна облегчить ослабление связей монархии с советом улем (представляют собой организационное проявление ваххабизма). На самом деле речь будет идти не о разрыве связей, а изменении равновесия между «дворцом» и «мечетью». Разумеется, тут есть большая неустойчивость и неопределенность. Как бы то ни было, сближение и сотрудничество Саудовской Аравии и Израиля стали реальностью на фоне иранско-шиитской угрозы. США поддерживают это сближение. Общая геополитическая ситуация на Ближнем Востоке очень изменчивая и неустойчивая. Если соглашение по ядерной программе от 2015 года будет расторгнуто, чего ждать через несколько месяцев? Ни одна держава, как региональная, так и внешняя, не может утверждать, что контролирует текущие процессы.

Турция. Иран. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 апреля 2018 > № 2557383


Бельгия. Иран. Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bfm.ru, 28 марта 2018 > № 2560935

Сможет ли Россия без SWIFT?

Отключение страны от системы SWIFT все более вероятно. Насколько это серьезный риск и есть ли у России альтернативы?

Cеть SWIFT (Society for Worldwide Interbank Financial Telecommunications) соединяет более девяти тысяч финансовых институтов мира и предназначена для обмена финансовой информацией между банками. Ее используют кредитные организации по всему миру, включая российские. Последние давно предполагали риск отключения, говорит эксперт в области информационной безопасности и технологий Максим Эмм:

«SWIFT — это наиболее, наверное, широкая коммерческая сеть по переводу платежей. Но никто не отменял прямые корреспондентские отношения с банками. То есть платежи чуть дольше будут ходить, может быть, чуть-чуть дороже, но банковскую систему, безусловно, это не обрушит. Так же, как не обрушит валютные платежи в другие страны. Просто это станет более затратным и чуть более долгим».

SWIFT — система не единственная, но самая распространенная. Есть альтернативы. Например, Китайская международная платежная система (CIPS) служит для обработки трансграничных сделок в юанях. В 2012 году банки Ирана были полностью отключены от SWIFT, сопровождать всю внешнюю торговлю пришлось с помощью банков сопредельных стран. Так что это решаемая проблема, говорит экономист Владимир Рожанковский:

«Иран, когда его отключили от SWIFT, когда сидел под санкциями, справлялся. Тем не менее могли все-таки нефть продавать. Это было безумно сложно, они были сильно ограничены. Но нет такого способа полностью забанить какую-то целую страну и чтобы у нее не нашлось никаких обходных путей. За деньги в этом мире, как вы понимаете, делается все. Нужно будет параллельно искать, во-первых, альтернативный быстрый канал перевода денег между банками, и, во-вторых, нужно будет искать возможность платежи осуществлять не в долларах, а в другой валюте».

Поскольку основные торговые партнеры России находятся в Европе и Азии, то и торговля идет в основном за евро, а теперь за юани. А чтобы обеспечить такие платежи без системы SWIFT, нужно будет пользоваться ограниченным пулом банков. Скажется это, например, на компаниях-экспортерах, которые получают выручку из иностранных банков, ведь работать им придется не с теми кредитными учреждениями, с которыми они привыкли, а с другим пулом, который поддерживает аналоги. Но, как говорят эксперты, и к этому можно приспособиться.

Надежда Грошева

Бельгия. Иран. Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > bfm.ru, 28 марта 2018 > № 2560935


Иран. СКФО. ПФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > agronews.ru, 19 марта 2018 > № 2539891

Дагестан организует «зеленый коридор» для поставок российских товаров в Иран.

Дагестан будет сотрудничать с Татарстаном в организации совместного экспорта в страны Прикаспийского региона, а также наращивать собственные поставки в эти государства, прежде всего продукции АПК в Иран, сообщил министр экономического развития Дагестана Осман Хасбулатов.

В начале февраля врио главы Дагестана Владимир Васильев и глава Татарстана Рустам Минниханов подписали соглашение о торгово-экономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве между двумя республиками. Впоследствии заместитель министра экономики Татарстана Наталья Таркаева назвала одной из перспективных сфер сотрудничества регионов экспорт продукции, которая производится в Татарстане, через Каспийское море.

«Большие перспективы экспорта сельскохозяйственной продукции в страны Прикаспийского региона связаны с выполнением договоренностей по организации «зеленого коридора» между Россией и Ираном, который направлен на использование выгодного географического положения Республики Дагестан для поставки сельскохозяйственной продукции в государства Каспийского региона», — сказал Хасбулатов.

По его словам, сейчас Иран является основным торговым партнером Дагестана. По данным республиканского Минэкономразвития, в 2017 году внешнеторговый оборот между ними составил $34,5 млн, в том числе экспорт — $2,6 млн, импорт — $31,9 млн. «Основными товарами, поставляемыми на экспорт в Иран, являются злаки. Импортируются в основном овощи и некоторые съедобные корнеплоды и клубнеплоды, съедобные фрукты и орехи», — пояснил Хасбулатов.

Перспективным направлением экспорта, по его словам, является увеличение экспорта продукции мясного животноводства — баранины. «В 2017 году предприятиями республики велась работа по расширению их экспортных возможностей, в результате которой на 2018 год заключены контракты на поставку баранины в Республику Иран в объеме 7 тыс. тонн», — сказал министр. Ранее в Минсельхозпроде Дагестана сообщали, что в 2017 году предприятия республики поставили в Иран 224 т мяса баранины, таким образом, в этом году объем экспорта будет увеличен более чем в 30 раз.

Однако экспортные возможности Дагестана отнюдь не ограничиваются поставками сельхозпродукции. «Мы проанализировали таможенные данные и выявили, что ассортимент взаимопоставляемых товаров между республикой и странами Каспийского бассейна достаточно широк и охватывает почти все товарные группы», — отметил министр.

Ключевым звеном в развитии совместного экспорта Дагестана и Татарстана в Прикаспийские страны должен стать единственный в России незамерзающий порт на Каспии, расположенный в Махачкале. Как рассказал генеральный директор порта Мурадхан Хидиров, сегодня его мощности позволяют существенно увеличить перевалку практически любых грузов.

Иран. СКФО. ПФО > Агропром. Внешэкономсвязи, политика > agronews.ru, 19 марта 2018 > № 2539891


Россия. Иран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532420 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Исламской Республики Иран М.Д.Зарифом и Министром иностранных дел Турецкой Республики М.Чавушоглу по итогам встречи стран-гарантов Астанинского процесса, Астана, 16 марта 2018 года

Уважаемые дамы и господа,

Мы только что завершили трехстороннюю встречу министров иностранных дел Российской Федерации, Турецкой Республики и Исламской Республики Иран как стран-гарантов соблюдения режима прекращения боевых действий в Сирии. Пользуясь случаем, хочу искренне поблагодарить руководство Республики Казахстан, лично Президента страны Н.А.Назарбаева, а также нашего коллегу и друга Министра иностранных дел Казахстана К.К.Абдрахманова за гостеприимство и оказываемую на протяжении всего года поддержку работе «астанинского формата».

Мы рассмотрели итоги работы, которая была проделана с начала функционирования астанинской площадки, старт которой был дан в столице Казахстана в январе 2017 г. С того момента наши высокие представители «тройки» стран-гарантов провели восемь раундов содержательных переговоров в Астане, в результате которых были приняты конкретные меры по снижению насилия «на земле», восстановлению доверия между конфликтующими сторонами, облегчению гуманитарной ситуации и приданию импульса усилиям по поиску политического решения. Важно также, что успех коллективных усилий позволил в значительной степени приблизить полную ликвидацию ИГИЛ, «Джабхат ан-Нусры» и других террористических организаций, определенных в качестве таковых СБ ООН. Сегодня едва ли кто-то может аргументированно спорить с тем, что «астанинский формат» и его достижения стали эффективным инструментом содействия миру и cтабильности в Сирии, доказавшим свою жизнеспособность и востребованность.

Я тут должен оговориться, что неаргументированные попытки принизить и даже обнулить значение Астанинского процесса предпринимались и предпринимаются. Мы это хорошо видим. Делают это те, кому не по душе сам факт партнерского взаимодействия России, Турции и Ирана, а также те, кто хотел бы не допустить сохранения Сирии в качестве целостного государства и превратить эту важнейшую страну в очередную территорию хаоса, где удобно заниматься геополитическими играми.

В противовес этой авантюрной линии три страны-гаранта твердо демонстрируют неизменную приверженность суверенитету, независимости, единству и территориальной целостности Сирии, то есть тем основополагающим принципам, которые закреплены в резолюциях СБ ООН, прежде всего в резолюции 2254 СБ ООН. Эти же важнейшие принципы были четко подтверждены представителями всех сегментов сирийского общества в ходе Конгресса сирийского национального диалога в Сочи в январе этого года, который был созван по инициативе президентов России, Турции и Ирана. Сегодня мы договорились продолжать оказывать содействие сирийцам в восстановлении единства страны и достижении политического урегулирования, в том числе путем создания, как это и было условлено на Конгрессе в Сочи, Конституционного комитета и запуска его работы в Женеве в ближайшее время. При этом, как и прежде, речь идет о нашей твердой поддержке такого политического процесса, который ведут и осуществляют сами сирийцы. Как постановил СБ ООН, сирийцы сами должны договариваться между собой без вмешательства извне. Именно сирийцам предстоит определить будущее своей страны.

Дальнейшая координация усилий России, Ирана и Турции как трех стран-гарантов особенно важна сегодня, когда обстановка в Сирии в таких районах как Восточная Гута, Ярмук, Фуа и Кефрая, Рукбан, Ракка, в провинциях Идлиб и Хама серьезно обострилась. Налицо однобокое прочтение ситуации вокруг Восточной Гуты, знакомое нам еще по истории с Восточным Алеппо. Видно стремление некоторых наших западных коллег вывести из-под удара и сохранить боевой потенциал террористов, прежде всего «Джабхат ан-Нусры», играющих роль провокаторов в сценариях западных геополитических режиссеров, которые руководствуются чем угодно, только не интересами сирийского народа.

Постоянные обстрелы Дамаска, в результате которых гибнут мирные жители, блокирование конвоев с гуманитарной помощью, несмотря на вводимые ежедневно с 27 февраля гуманитарные паузы, не только держат в страхе столицу Сирии, но и дают повод для надуманных обвинений сирийских властей, а также России, в недостаточных действиях по выполнению положений резолюции 2401 СБ ООН. Напоминаем, что любое использование силы в отношении Дамаска на основе надуманных предлогов недопустимо. Прозвучавшие недавние угрозы нанесения односторонних военных ударов США по Сирии, включая Дамаск, как это было в апреле прошлого года на основе голословных обвинений в применении Правительством Сирии химического оружия, неприемлемы и недопустимы. Об этом со всей четкостью было заявлено американским представителем по дипломатическим и военным каналам.

Несмотря на всю поднятую вокруг Восточной Гуты шумиху, мы продолжаем работу по содействию сирийским властям в деле вывода мирных граждан, обеспечения доступа гуманитарных конвоев, эвакуации больных и раненых, которая дает очевидные результаты. Только за вчерашний день из Восточной Гуты вышли свыше 12 тыс. человек, в г.Дума заведен конвой ООН и МККК, доставивший 137 тонн гуманитарного груза. Намерены продолжать усилия по строгому и неукоснительному выполнению всех положений резолюции 2401 СБ ООН в их совокупности с тем, чтобы помогать укреплять режим прекращения огня и улучшать гуманитарную ситуацию на всей территории Сирии при решительной борьбе с террористами, которых никакие резолюции не выводят из-под удара. Призываем все другие стороны руководствоваться такими же принципами.

Отдельно хочу отметить состоявшееся вчера в Астане первое заседание нового механизма «астанинского формата» – Рабочей группы по освобождению задержанных/заложников, передаче тел погибших и поиску пропавших без вести, в котором помимо представителей наших трех стран, приняли участие представители ООН и МККК. Начало практической работы этой группы является важным вкладом в процесс восстановления доверия между сирийцами и нормализацию обстановки в Сирии в целом.

Рабочий документ, который вчера был согласован, определяет параметры дальнейшей работы и создает все необходимые условия для того, чтобы эта работа была эффективной.

В заключение хотел был подчеркнуть еще раз, что «астанинский формат» успешно развивается. Но еще важнее не останавливаться на достигнутом и преумножать накопленный потенциал. Сегодняшняя встреча является подтверждением нашего общего стремления продолжать совместную работу в интересах надежного и долгосрочного сирийского урегулирования. Наши оценки и планы на будущее отражены в согласованном Совместном заявлении трех министров, которое распространяется по итогам нашей встречи.

Мы также договорились о подготовке очередного запланированного на 4 апреля в Турции саммита лидеров «тройки», который приобретает особое значение на нынешнем этапе и призван еще больше укрепить нашу координацию во имя достижения справедливого мира в Сирии. Я убежден, что, когда эта цель будет достигнута, это в значительной степени поможет оказать позитивное воздействие на обстановку в регионе Ближнего Востока в целом.

Я признателен своим коллегам за очень тесное сотрудничество. Еще раз благодарим наших казахстанских хозяев. Я уверен, что это не последняя наша встреча на гостеприимной казахстанской земле.

Вопрос: Договорились ли вы сегодня о продлении срока действия зон деэскалации? Если да, то на какой срок? Это будут очередные 6 месяцев или какой-то другой срок? Обсуждали ли вы возможность расширения территориального охвата зон деэскалации, в частности, за счет района Африн? Небольшое уточнение к тому, что сказал Министр иностранных дел Турции М.Чавушоглу: правильно ли я понимаю, что речь идет о том, чтобы в Стамбуле и затем в Иране организовать конгресс, аналогичный сочинскому?

С.В.Лавров: Я хотел бы сразу начать с этого. Была неточность перевода, речь идет о том, что сочинский саммит президентов России, Ирана и Турции, который состоялся 22 ноября, не будет разовым событием. Следующий саммит трех президентов состоится 4 апреля в Турции. Затем мы, естественно, будем готовы рассмотреть приглашения наших иранских друзей. Речь не идет о конгрессе, как это прозвучало в переводе, поэтому просим вас не создавать двусмысленность в медийном пространстве.

Что касается Вашего первого вопроса. Зоны деэскалации действуют, они не являются постоянными, это было подчеркнуто при их создании. Один раз этот режим уже продлевался. Когда истечет ныне действующий срок, будет принято решение о том, как поступить дальше с этими зонами с учетом ситуации «на земле» и той реальной обстановки, которая будет складываться вокруг этих зон. Мы заинтересованы в том, чтобы как можно скорее прекратились нарушения режима прекращения огня, и, что немаловажно, чтобы налаживались контакты по вопросам жизнедеятельности и жизнеобеспечения населения между местными властями внутри зон деэскалации и сирийскими правительственными структурами. Это одна из ключевых частей концепции зон деэскалации. Расширение территориального охвата и создание новых зон мы не обсуждали.

Вопрос: Только за вчерашний день из Восточной Гуты были освобождены 12 тыс. человек благодаря усилиям российского Центра по примирению враждующих сторон. Почему, на Ваш взгляд, в этом процессе отсутствует роль ООН? Довольны ли Вы в целом ролью ООН в женевском процессе по формированию конституционной комиссии?

С.В.Лавров: Что касается Восточной Гуты, то я уже приводил цифры. Вы правы, из Восточной Гуты вышли более 12 тыс. мирных жителей, и выход продолжается. Мне как раз только что звонили из Москвы. Я прошу прощения, что был вынужден ответить на телефонный звонок. Звонок был как раз на эту тему, там есть серьезные проблемы – жители выходят, хотя боевики пытаются им препятствовать. Тем не менее, работа с полевыми командирами внутри Восточной Гуты постепенно дает свои результаты. Я надеюсь, что они сделают следующий важнейший шаг – отмежуются от «Джабхат ан-Нусры», которая верховодит на значительной территории Восточной Гуты. Внутрь этого анклава направляется гуманитарная помощь, прежде всего силами наших военных. Но, как я только что сказал во вступительном слове, ООН вместе Международным Комитетом Красного Креста (МККК) вчера направили значительный гуманитарный конвой весом около 140 тонн. Это произошло после действительно длительной паузы, когда ООН не очень активно занималась этими вопросами. Там были и соображения безопасности, безусловно. В принципе, конечно же, международное сообщество обязано быть более активным в оказании гуманитарной помощи.

Как я уже сказал, внутрь Восточной Гуты сейчас идет гуманитарная помощь и она увеличивается. Проблемы возникают с теми, кто выходит из Восточной Гуты, потому что их нужно где-то размещать, не хватает элементарных вещей – постельных принадлежностей, предметов первой необходимости. Мы призываем международное сообщество, которое печется о гуманитарной ситуации в этом районе Сирии, о судьбах мирных граждан, прежде всего, конечно, призываем ООН и другие гуманитарные организации незамедлительно помочь обустроить тех людей, которые спасаются от террористов и идут из Восточной Гуты на территории, контролируемые сирийским Правительством.

Что касается роли ООН в женевском процессе по формированию конституционной комиссии на основе решений сочинского Конгресса. Я бы не стал сейчас делать какие-то заключения или оценки. Прошло чуть больше месяца с сочинского Конгресса, там были достигнуты договорённости о том, как формировать конституционную комиссию. Понятно, что координирующую роль играет ООН, но ООН должна действовать на основе тех вкладов, которые будут делать три страны-гаранта. ООН должна будет добиться того, чтобы, опираясь на решения сочинского Конгресса, состав конституционного комитета был абсолютно инклюзивным, представительным, с точки зрения участия всех этнических, конфессиональных и политических групп сирийского общества.

Это не очень простая работа. Напомню, и мы сегодня как раз говорили об этом, что нашим саудовским друзьям, когда они проявили очень полезную и поддержанную всеми инициативу объединить в одну делегацию т.н. «эр-риядскую», «каирскую» и «московскую» группы, потребовалось точно больше полугода, чтобы завершить эту работу.

Я не хочу сказать, что формирование конституционной комиссии должно занять столько же времени, но я бы сейчас не выступал с какими-то оценками, потому что процесс идет. Он очень непростой. Наверное, это решающая фаза политического процесса. Как только комитет будет сформирован и принят всеми как полномочный орган, тогда уже можно будет заниматься конституционной реформой. Разумеется, при понимании что, как записано во всех решениях СБ ООН, любые договоренности могут быть только предметом общего согласия между Правительством и оппозиционерами. Навязать никто никому ничего не может.

Вопрос: Не можем обойти важную тему последних слов и действий Вашингтона и Лондона по отношению к России. Как бы Вы прокомментировали последнее заявление Госдепартамента США о планах введения новых санкций против России из-за скандала с отравлением С.Скрипаля, а также уже объявленные министерством финансов новые санкции по «списку Мюллера»?

Еще раз произнесу, не переводя с английского, слова, которые мы услышали от главного военного Великобритании: «Russia should go away and shut up». Можете ли Вы припомнить, когда в последний раз официальное лицо такого высокого ранга на таком языке разговаривал с Россией?

С.В.Лавров: It is highly impossible to remember. Я не припомню такого, конечно. Мы перестали обращать на это внимание, как по большему счету, уже особо не возбуждаемся (да, и раньше не возбуждались) по поводу объявления все новых и новых санкций. Была придумана некая история с вмешательством в выборы. Это тянется уже больше года. Проходит расследование, проходят слушания. Ни единого факта не удается предъявить общественности. Отсутствие фактов компенсируется все новыми и новыми волнами санкций за одно и то же, что, надо сказать, не вписывается в англо-саксонское право. Сейчас такое время, когда англо-саксонская система права и правосудия показывает себя с совершенно необычной стороны. Хотя за последние годы это случалось уже не раз. Можно было бы привыкнуть.

А происходит что? Смотрел сегодня новости «Би-би-си» и «Си-эн-эн». Там очень простая подача материала. Говорится, что Великобритания получила поддержку, солидарность Франции, Германии, США. Они потребовали, чтобы Россия объяснила, зачем отравила этого полковника. А Россия отрицает, что его отравила. Вот и все, вся подача материала. Не говорится о том, что еще идет расследование, которое не завершено, о том, что еще даже не передавались итоги этого расследования ни в какой суд, включая английский, о том, что англичане поставили этот вопрос в Организации по запрещению химического оружия, а раз так, то они обязаны выполнять свои обязательства по Конвенции о запрещении химического оружия, о том, что Россия абсолютно закономерно выдвинула просьбы предъявить доказательства обвинений, которые выдвигаются в наш адрес, и что мы опираемся на положения международно-правового документа, ратифицированного и Россией, и Великобританией, и всеми остальными государствами, которые сейчас сильно переживают по этому поводу. Нам было прямо сказано, что с нами разговаривать не будут. Это грубейшее нарушение Конвенции, в которой сказано, что прежде, чем что-либо делать, ты обязан напрямую обратиться к тому государству, с территории которого ты подозреваешь происходит то или иное отравляющее вещество. Нам высокомерно говорят, что не будут с нами разговаривать. Этого всего западному зрителю ваши профессиональные коллеги из «Би-би-си» и прочих СМИ не объясняют. Все говорится очень простенько, причем с такими многозначительными выражениями лиц. От России потребовали объяснить зачем она это сделала, а Россия отрицает, что это сделала. Конечно, обывателю это вбивается в голову достаточно плотно, и это, наверное, методы, которые применяет западная пропаганда. Надеюсь, мы никогда до таких не скатимся.

В принципе говорить про нынешнюю ситуацию уже как-то неловко. Мне кажется, мы все предъявили, абсолютно официально запросили со стороны Великобритании те действия, которые она обязана предпринять по Конвенции о запрещении химического оружия. Реакцию вы видите. Даже в британском парламенте, когда лидер оппозиции попросил ознакомить депутатов с тем, что же все-таки имеет на руках британское руководство, ему было в этом отказано. Но подчеркну еще раз, что абсолютно игнорируется наш вопрос о том, почему не дождаться когда (очень на это надеюсь) поправится потерпевший и его дочь, кстати, российская гражданка. Нам о ней тоже ничего не сообщают, хотя обязаны. Как не сообщили ничего о смерти Н.Глушкова, хотя обязаны сообщить. Почему не спросить у г-на С.Скрипаля, когда, я надеюсь, он поправится? Он, наверное, сможет пролить свет на многое из того, что произошло в тот день, когда случилась эта трагедия. Отсутствуют намеки на то, когда начнется судебный процесс.

В печально известном деле А.Литвиненко мы сначала тоже сотрудничали с британским правосудием. Потом, когда мы обратились с целым рядом конкретных вопросов в контексте расследования его смерти, британские коллеги прекратили сотрудничество, сделали процесс закрытым и приговор был вынесен на основе секретных материалов, которые никогда никому вовне судебного заседания не предъявлялись. При всей срежисированности этой истории, непонятной загадочности и таинственности там хотя бы прошел суд, после которого британское правительство стало делать некие рефлексии. А сейчас и суд не начинался.

Мне уже не хочется комментировать происходящее. Пусть остаётся на совести тех, кто затеял абсолютно беспардонную и ничем неоправданную игру на русофобском поле.

Насчет слов главного военного Великобритании, как Вы его назвали. Министр обороны Великобритании – симпатичный молодой человек, наверное, ему тоже хочется войти в историю какими-то громкими заявлениями. У Т.Мэй «highly possible» главный аргумент в отношении вины России, у него, значит, – «Russia should go away and shut up». Может образования не хватает, я не знаю.

Россия. Иран. Турция > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 марта 2018 > № 2532420 Сергей Лавров


Белоруссия. Иран. Армения. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > dknews.kz, 9 марта 2018 > № 2522946

Минск рассматривает создание зоны свободной торговли ЕАЭС-Иран, а также армяно-иранской свободной торговой зоны в контексте возможного транзита по китайскому "Шелковому пути", сказал Sputnik Армения Чрезвычайный и Полномочный посол Республики Беларусь в Армении Игорь Назарук.

Ранее первый вице-премьер России Игорь Шувалов, на встрече с министром экономики и финансов Ирана Масудом Карбасианом заявил, что зона свободной торговли между Евразийским экономическим союзом и Ираном может быть учреждена до мая 2018 года.

"Лидеры стран ЕАЭС осознали полезность взаимодействия с Ираном. Выгода у кого-то больше, у кого-то меньше, но у всех членов Евразийского союза она есть. Мы не скрываем, что иранский рынок очень интересен для экономических интересов Беларуси", — сказал Назарук.

Беларусь не скрывает, что напрямую с Ираном взаимодействовать трудно, но совместными усилиями результат будет весомее.

При этом, по его словам, в Минске знают и об историческом опыте взаимодействия Армении и Ирана.

В конце прошлого года на границе Ирана и Армении была создана СЭЗ Мегри. По словам Назарука, у этой зоны хорошая перспектива, в ней заинтересованы не только иранский и российский бизнес.

"Есть интерес и у белорусского бизнеса. 2 марта наши премьер-министры в Астане обсуждали перспективы последующего взаимодействия", — сказал Назарук.

Кроме того, по его мнению, в этой связи нужно помнить о том, что Беларусь ведет переговоры и с китайскими партнерами.

"Нельзя забывать о китайской инициативе "Один пояс, один путь", которая касается восстановления исторического шёлкового пути. Мы знаем, что одна из ветвей этого мощного товарного, культурного потока шла через Армению", — сказал Назарук.

Поэтому в Минске рассматривают этот вопрос через призму, в том числе, активизации транспортно-транзитного сообщения.

Напомним, ранее появилась информация, что министерство торговли Китая рассмотрит возможность включения проекта строительства железной дороги Армения-Иран в стратегию "Один пояс — один путь". Об этом заявил 5 марта глава управления по делам Евразии гражданской инженерно-строительной корпорации КНР Цзянь Айминь на встрече с министром транспорта, связи и информационных технологий Армении Вааном Мартиросяном.

Китай в 2013 году объявил о новой стратегии экономического развития "Один пояс — один путь", направленной на создание инфраструктуры и налаживание взаимосвязей между странами Евразии. Стратегия включает два ключевых направления развития: экономический пояс Шелкового пути и морской Шелковый путь. Речь идет о создании торгового коридора для прямых поставок товаров с Востока на Запад на льготных условиях.

Источник: yerkramas.org

Белоруссия. Иран. Армения. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > dknews.kz, 9 марта 2018 > № 2522946


Китай. Венесуэла. Иран. ДФО > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > dknews.kz, 1 марта 2018 > № 2516064 Тулеген Аскаров

Нефть – за юани

С началом долгожданной весны, когда в природу возвращается благодатное тепло, напоминая людям о приближающемся празднике равноденствия и обновления Наурыз, вполне естественно хочется слышать больше позитивных новостей, в том числе и экономических.

Тулеген АСКАРОВ

Одна из самых ожидаемых таких новостей в этом году должна вот-вот прийти от нашего восточного соседа, где на Шанхайской международной энергетической бирже (Shanghai International Energy Exchange, INE) уже давно все готово к торговле нефтяными фьючерсами в юанях. В декабре прошлого года свое разрешение INE выдал Госсовет Китая, а первые торги планировалось провести 18 января. Но, по всей видимости, из-за празднования китайского Нового года было решено перенести начало торгов на март, что, в общем-то, и верно.

В ШАНХАЕ ВСЕ ГОТОВО

Расчеты в юанях за нефть ведутся уже давно, поскольку валюта эта устойчивая, а с осени 2016 года она еще и вошла в валютную корзину МВФ наряду с долларом, евро, фунтом стерлингов и иеной. В Венесуэле с прошлого года начали использовать китайскую валюту для определения цен в юанях. Руководство российской «Газпром нефть», поставляющей нефть в Китай по трубопроводу «Восточная Сибирь – Тихий океан», также подтвердило, что практически весь ее объем продается за юани.

Быстрыми темпами увеличиваются объемы платежей в китайской валюте за поставки нефти в Поднебесную из Анголы, на территории которой юань стал вторым легитимным средством для платежей после национальной валюты! И чем больше пополняются ряды тех экспортеров нефти, которые попали под финансовые санкции США или могут подвергнуться им в ближайшее время, тем сильнее становится для них стимул не только рассчитываться в юанях за «черное золото», но и определять в этой валюте биржевые цены на этот стратегически важный товар. Напомним, что в этом строю уже находятся помимо упомянутых выше Венесуэлы и Анголы еще и Россия, Иран, Ливия. А Китай при этом в прошлом году стал еще и главным импортером нефти, опередив США.

Так что запуск торгов нефтяными фьючерсами в Китае, номинированными в юанях, – вполне естественное и давно назревшее важное событие для мировой экономики. Как следует из информации, опубликованной на сайте INE, в Шанхае полностью готовы к их началу. Летом прошлого года прошли тренинги, посвященные торговле нефтяными фьючерсами, в Чэнду, Чжэнчжоу, Даляне, Циндао, Нинбо и Сямэнь. Разработаны и утверждены необходимые регуляторные правила и нормы, включая допуск иностранных участников, подготовлены и тестированы торговая платформа, система расчетов и клиринга, риск-менеджмента, определен типовой контракт размером в 1000 баррелей, минимальный финансовый порог для индивидуальных (500 тысяч юаней) и институциональных (1 млн юаней) инвесторов.

В минувшем месяце были утверждены инспекционные агентства по контролю за соблюдением условий фьючерсной торговлей – «China Certification & Inspection Group Inspection Co., Ltd.», «SGS-CSTC Standards Technical Services Co., Ltd.», «Shanghai Orient Intertek Testing Services Co., Ltd.» и «Technical Center for Industrial Product and Raw Material Inspection and testing of SHCIQ».

Определен и список организаций, обеспечивающих поставку нефти согласно заключенным фьючерсам. В него вошли как портовые («Dalian Port (PDA) Company Limited», «Yingkou Port Xianrendao Wharf Co., Ltd.» и «CNOOC Yantai Port Petrochemical Terminal Co., Ltd.»), так и нефтяные компании вместе с логистическими организациями («Sinopec Petroleum Reserve Co., Ltd.», «PetroChina Fuel Oil Company Limited», «Sinochem-Xingzhong Oil Staging (Zhoushan) Co., Ltd.», «Dalian PetroChina International Warehousing & Transportation Co., Ltd.», «Qingdao Shihua Crude Oil Terminal Co., Ltd.» и «Yangshan Shengang International Oil Logistics Co., Ltd.»).

Сама INE была зарегистрирована в ноябре 2013 года в пилотной зоне свободной торговли Шанхая, ее деятельность обеспечивается Шанхайской фьючерсной биржей (SHFE). Торги на этой площадке будут проходить с 9.00 утра до 11.30, а после обеда – с 13.30 до 15.00 по времени Пекина. Пробные же торги были проведены в декабре прошлого года. Поскольку тамошнему бизнесу нужно еще войти в трудовой ритм после 16-дневного празднования китайского Нового года (праздника Весны), которое заканчивается как раз в эту пятницу, то, по всей видимости, наиболее реальным сроком для начала торгов нефтяными фьючерсами на INE станет конец марта.

И ВНОВЬ ЗА ПАРТУ!

Для нашей страны, экспортировавшей в прошлом году около 70 млн тонн нефти, в том числе и в Китай, опыт соседей по организации фьючерсной торговли на этот товар, конечно же, будет весьма важным и поучительным. Ведь политика дедолларизации, которой следуют сегодня казахстанские власти, не может быть эффективной без диверсификации валютных расчетов по нефтяным контрактам. К тому же и у отечественных биржевиков наработан опыт работы с разного рода фьючерсами. А осенью 2016 года начались торги нефтяными контрактами за рубли на Санкт-Петербургской товарно-сырьевой бирже, что дает основу для распространения российского опыта и на торговые площадки стран ЕАЭС.

Напомним и о том, что китайские инвесторы уже давно активно работают в Казахстане, у нас представлены через «дочек» несколько крупнейших банков Поднебесной, к которым вскоре присоединится и еще один гигант – China Construction Bank. Китайцами предоставлены многомиллиардные займы отечественным заемщикам, реализующим крупные проекты (к примеру, модернизация Атырауского НПЗ), финансируется также масштабная программа по созданию 51 совместного предприятия на территории Казахстана. Мощным потоком идет из Китая к нам импорт потребительских товаров.

Но при этом роль юаня на нашем финансовом рынке невелика. В банках в этой валюте не предлагаются депозиты или кредиты, только в последнее время они стали предлагать карточки китайской платежной системы «UnionPay» с прямой конвертацией тенге в юани. Торгуется китайская валюта и на Казахстанской фондовой бирже, в обменных пунктах, но обороты по ней все еще невелики. Сторонятся от юаневых инструментов и управленцы активами Национального фонда и пенсионными активами ЕНПФ. Конечно, их осторожность можно понять – ведь юань все еще не является свободно конвертируемой валютой. Между тем несколько лет тому назад между центральными банками наших стран было заключено соглашение о валютном свопе на вполне приличную сумму – 7 млрд юаней, или 200 млрд тенге.

Тем не менее до официальной инаугурации международного финансового центра «Астана» (МФЦА), намеченной на начало июля, у отечественных биржевиков с алматинской и астанинской площадок и нефтяников еще есть время для ознакомления с опытом INE по организации торгов фьючерсами на «черное золото». К тому же нужно учесть, что стратегическим партнером и крупным акционером проекта МФЦА выступает Шанхайская фондовая биржа, которая окажет содействие в создании высокотехнологичной торговой площадки в столице Казахстана. Так что было вполне логичным осуществлять часть расчетов на бирже МФЦА в юанях с последующим запуском там и фьючерсной торговли. Кстати, стоило бы апробировать там и расчеты в тенге.

Момент для важного исторического урока от нашего восточного соседа сейчас весьма благоприятный. Казахстанская экономика вновь набирает обороты, относительно стабилен обменный курс тенге, вполне благоприятна ценовая конъюнктура на нефть и другие отечественные экспортные товары. Конечно, речь не идет об отказе от сполна оправдавшей себя многовекторности – свои выгоды есть в экономическом партнерстве с США, Европой, Россией и другими участниками глобального мирового хозяйства. Но при этом надо все же успеть запрыгнуть в быстро набирающий ход «экспресс» китайской и азиатской экономики в целом с тем, чтобы успешно провести третью модернизацию Казахстана и достойно вписаться в мир четвертой промышленной революции!

Китай. Венесуэла. Иран. ДФО > Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > dknews.kz, 1 марта 2018 > № 2516064 Тулеген Аскаров


Турция. Иран. Сирия. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 14 февраля 2018 > № 2496473 Изабель Мандро

Альянс с Турцией и Ираном, созданный Россией в Сирии, ослабляется

Изабель Мандро | Le Monde

Наступление Турции на сирийских курдов и нарастание напряженности между Ираном и Израилем угрожают зданию, выстроенному Кремлем с целью найти решение по Сирии, пишет корреспондент Le Monde в Москве Изабель Мандро.

"Возникновение новой напряженности на сирийском ТВД, между Израилем и Ираном, поддерживающим Асада, ставит Москву в щекотливое положение. С одной стороны, Россия имеет тесные отношения с Израилем, с другой - у нее нет ни средств, ни желания разрывать альянс, заключенный с Ираном для сохранения режима Дамаска. Такое уравнение сделало российские власти почти бессловесными в отношении израильской воздушной операции, проведенной в субботу, 10 февраля, в Сирии", - говорится в статье.

Нетаньяху много раз проделывал путь до Москвы, чтобы предостеречь главу Кремля против "растущего влияния" своего заклятого врага Ирана в Сирии, указывает журналистка.

Не далее как 29 января израильский премьер-министр даже пришел с картами на руках, показывая, что, по мнению Израиля, на сирийской земле присутствуют иранские военные базы, говорится в статье. Тегеран это отрицает, утверждая, что располагает на месте лишь "военными советниками". "Для Москвы Иран - слишком важный союзник в Сирии. Иранские и проиранские отряды сыграли ключевую роль в боях, нацеленных на разгром сирийского восстания, и Тегеран является активным участником того политического решения, которое пытается соорудить Кремль", - пишет Мандро.

Заключенный 20 декабря 2016 года альянс между Россией, Ираном и Турцией, - крестными отцами соглашений в Астане, приведших к созданию зон деэскалации в Сирии, - сегодня расшатывается. После турецкого военного наступления на курдский анклав в Африне, навязанного России, конфронтация Ирана и Израиля - новая неприятность для Москвы.

"Нынешнее оживление напряженности было предсказуемым с самого начала, поскольку для поддержания у власти Башара Асада Россия и Иран вынуждены были оставаться на его стороне, а присутствие Ирана неприемлемо для Израиля, - подчеркивает Александр Шумилин, директор Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады в Москве. - Кремль является заложником той ситуации, которую он сам создал. Расстаться со своими партнерами сегодня невозможно, но оставаться вместе становится все более опасным".

"Первой иллюстрацией возникших трудностей стал провал мирного саммита по Сирии, организованного 30 января в российском Сочи, что не в последнюю очередь произошло из-за турецкой несговорчивости по курдскому вопросу", - заключает Мандро.

Турция. Иран. Сирия. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 14 февраля 2018 > № 2496473 Изабель Мандро


Казахстан. Иран > Внешэкономсвязи, политика > liter.kz, 12 февраля 2018 > № 2526556

Казахстан заключит временное соглашение о свободной торговле с Ираном

Временное соглашение о свободной торговле с Ираном планирует заключить Казахстан

Об этом сообщил вице-министр национальной экономики РК Бауржан Бекешев на пресс-конференции в СЦК.

Как отметил вице-министр, использование площадки Евразийского экономического союза позволяет расширить доступ на рынке третьих стран продукции Казахстана за счет взаимовыгодных торговых соглашений.

К примеру, согласно соглашению о свободной торговле, которое было заключено в 2015 году сейчас реализуется экспорт во Вьетнам. В этой связи экспорт вырос в более чем в 20 раз.

Также на сегодняшний день завершен процесс переговоров по соглашению о свободной торговле с Ираном.

«Мы планируем заключить временное соглашение сроком на 3 года, в рамках которого планируется улучшение условий доступа на рынок Ирана для товаров из стран ЕАЭС, и в том числе по целому ряду продукции казахстанского производства. Это макароны, кондитерские изделия, растительное масло, мясо, бобовые, металлопрокат, конденсаторы, аккумуляторы, арматура. Это позволит в будущем нарастить объемы экспорта», - сказал вице - министр МНЭ Бауржан Бекешев сообщил, что также заключено торгово-экономическое соглашение о сотрудничестве с КНР.

«Соглашение с КНР - направлено на создание условий для улучшения взаимной торговли. Также соглашение должно стать инструментом обмена информацией и выявления барьеров для продвижения взаимной торговли. На наш взгляд важно, когда бизнесмены знают на каких условиях можно выйти на рынок», - добавил Бекешев.

Казахстан. Иран > Внешэкономсвязи, политика > liter.kz, 12 февраля 2018 > № 2526556


Иран. Китай > Транспорт > iran.ru, 12 февраля 2018 > № 2494402

Китай готов инвестировать в высокоскоростные железнодорожные проекты в Иране

Глава парламентской группы дружбы между Ираном и Китаем Алаеддин Боруджерди рассказал, что китайские официальные лица заявили о своей полной поддержке ядерного соглашения JCPOA и готовность инвестировать в Иран в противостояние США, сообщает Mehr News.

Председатель Комиссии по национальной безопасности и внешней политике парламента Ирана Алаеддин Боруджерди, который также председательствует в Парламентской группе дружбы между Ираном и Китаем, упомянул о своем недавнем трехдневном визите в Пекин, заявив, что дальнейшее расширение двустороннего сотрудничества с уделением особого внимания экономическим отношениям были одной из ключевых тем обсуждений с высокопоставленными китайскими официальными лицами.

Китай выразил полную поддержку ядерной сделки Ирана и считает, что все заинтересованные страны должны сотрудничать в целях обеспечения реализации достигнутых договоренностей, сказал Боруджерди, добавив, что он озвучил иранскую жалобу на оставшиеся препятствия на пути банковских операций с Китаем, несмотря на реализацию JCPOA.

"Мы также выразили надежду на то, что Китай поддержит полноправное членство Ирана в Шанхайской организации сотрудничества, как в важном экономическом органе в регионе Восточной Азии", - добавил он.

"Китай готов инвестировать в высокоскоростные железнодорожные проекты Тегеран-Мешхед и Тегеран-Тебриз", - рассказал Боруджерди.

Боруджерди также отметил, что он обсуждал инцидент с танкером "Санчи" с китайскими официальными лицами, добавив, что между двумя сторонами будет создан совместный комитет для дальнейшего расследования ситуации.

Иран. Китай > Транспорт > iran.ru, 12 февраля 2018 > № 2494402


Сирия. Турция. Иран. Ближний Восток. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 2 февраля 2018 > № 2613080 Виталий Наумкин

Очередная победа России на Ближнем Востоке

Как итоги сочинского форума отразятся на судьбе Сирии и региона в целом.

Виталий НАУМКИН, научный руководитель Института востоковедения РАН, на Конгрессе сирийского национального диалога, который прошёл в Сочи, был нарасхват. Его в буквальном смысле атаковали и российские журналисты, и иностранные. Превосходное знание арабского языка, истории и культуры Ближнего Востока сделали его незаменимым экспертом на полях сочинского форума. Интервью и брифинги с его участием шли один за другим. Ответил он и на вопросы корреспондента «Красной звезды».

– Виталий Вячеславович, конгресс, как известно, подразумевал внутрисирийский диалог, но на нём присутствовали и представители других стран…

– Хочу прежде всего сказать, что конгресс вызвал большой резонанс в мире. Об этом свидетельствует широкое присутствие прессы и представителей заинтересованных государств. Были приглашены представители постоянных членов Совета Безопасности ООН, региональных игроков, в первую очередь соседних стран – Ливана, Иордании, Ирака, а также Египта и Саудовской Аравии.

Нельзя не упомянуть и о странах – гарантах астанинского процесса – собственно России, предоставившей и организовавшей сочинскую диалоговую площадку, а также Турции и Иране. Впрочем, самое главное, что придало завершившемуся конгрессу легитимность с точки зрения международного права, – присутствие специального посланника Генерального секретаря ООН по Сирии Стаффана де Мистуры. Ведь основные усилия в переговорном процессе по урегулированию сирийского кризиса, который проходит под непосредственным наблюдением ООН, сосредоточены в Женеве. И направление специального посланника Генерального секретаря ООН по Сирии в Сочи свидетельствует о том, что в этой организации рассматривают проведение Конгресса сирийского национального диалога как важный шаг к ускорению мирного процесса в Женеве.

– Как известно, решение направить в Сочи господина де Мистуру давалось нелегко. Но было принято чуть ли не в последний момент – за 48 часов до первого рабочего дня конгресса. В чём заключалась эта интрига?

– Интрига довольно прозаичная. Проходили трудные переговоры в Вене. Они завершились в пятницу, 26 января. Велись обсуждения о предстоящем на тот момент конгрессе. И только после доклада Генеральному секретарю ООН Антониу Гуттеришу, уже в ночь с пятницы на субботу, было принято решение направить в Сочи Стаффана де Мистуру. И это значительно повысило международный статус события, инициированного Россией.

– Сомнения были и внутри сирийских оппозиционных сил. В частности, в Сирийском комитете по переговорам (СКП), который фактически оказался расколотым…

– Прежде всего хотел бы подчеркнуть важный момент. Конгресс сирийского национального диалога – это не переговорная площадка. Официальные переговоры проходят в Женеве. В Сочи шёл диалог людей, представляющих широчайший спектр различных общественных, политических сил, регионов, профессиональных объединений, обычных деятелей, мэров городов, шейхов племён, учёных, артистов. Дать им возможность, глядя в глаза друг другу, обсудить будущее своей страны – в этом и заключалась суть российской инициативы.

Российский МИД выслал приглашение СКП, но этот комитет принял решение… хотя и здесь стоит сделать оговорку. В наших СМИ писали о принятии решения, хотя СКП его не принимал. В комитете 36 человек, и для принятия решения необходимо большинство в 26 голосов. Один представитель скоропостижно скончался, другой внезапно заболел, поэтому голосовали 34 члена комитета. Квалифицированное большинство – 25. Против поездки в Сочи проголосовали 24, за поездку, соответственно, – 10.

Вышло так, что не хватило голосов, чтобы не ехать, но и чтобы поехать централизованно, голосов оказалось мало. Получился шахматный пат. Это дало основания для третьего варианта – кто хотел отправиться в Россию на конгресс, тот мог это сделать. Но им в итоге, насколько я понимаю, воспользовались только представители «московской платформы».

– Такое положение дел в сирийских политических кругах – единичное явление или повсеместное?

– Ситуация с СКП лишний раз иллюстрирует, насколько сложен сирийский кризис и какая тяжёлая работа предстоит мировому сообществу по поиску путей его урегулирования. К сожалению, опыт ближневосточных конфликтов показывает, что вспыхнуть они могут в течение очень короткого времени, а вот чтобы их потушить, приходится тратить годы и даже десятилетия.

Сирийская драма заключается в том, что в относительно небольшой по площади стране находится чрезвычайно много этнических и религиозных групп. Всё настолько перемешано, что даже специалистам порой непросто разобраться в происходящем. Скажем, существуют заявляющие о лояльности правительству политические объединения, которые в то же время разделяют оппозиционные взгляды на устройство страны.

Даже те самые «платформы» подтверждают наличие разных позиций у тех, кто априори должен быть соратником. Безусловно, это усложняет поиск компромиссов и тех решений, которые бы устроили всех.

– Что вас удивило в течение работы конгресса?

– Некоторые делегаты испытывали к ряду своих оппонентов неприкрытую вражду, однако думы о будущем своей страны заставили их отодвинуть прошлые обиды и разногласия в сторону. Например, в Сочи прибыло немало тех, кто находится в оппозиции долгие-долгие годы, даже с прошлого века. Многие впервые смогли увидеться здесь спустя длительный срок. Кто-то учился вместе, кто-то начинал работать в одном месте, а потом оказался по разные стороны баррикад, в разных странах и регионах мира. Опыт конгресса по сближению непримиримых соперников в этом плане бесценен.

– В каком виде были представлены на конгрессе курдские партии и движения?

– Курды присутствовали в Сочи в основном в индивидуальном составе – в качестве представителей курдских общин. Не было ни «Партии демократического союза», ни отрядов народной самообороны, рассматривающихся Турцией как террористические организации. Конечно, военная операция «Оливковая ветвь», которую Анкара проводит в сирийском Африне, обострила курдский вопрос, поскольку ряд других политических групп отказался вообще от каких-то диалогов в форматах, предполагающих участие турецкой стороны.

К сожалению, необходимо признать, что это негативно влияет на сирийское национальное примирение. При этом нельзя обойти стороной и деструктивные действия Соединённых Штатов, которые усугубили курдскую проблему, поощряя сепаратистские настроения среди наших курдских друзей.

Отмечу, что курды – традиционно наши друзья и Россия исторически всегда поддерживала их стремление защищать свои национальные и культурные права. Правда, стоит подчеркнуть, что эта защита должна происходить в соответствии с международным правом, законами тех стран, на чьей территории они проживают, и региональным контекстом.

Американцы стали бездумно подталкивать курдов к атакующим действиям, вооружать их, внушать им мысль о взятии под контроль какой-либо территории и откровенно начали сталкивать с сирийскими силами, что в итоге привело к возгоранию нового очага вооружённого конфликта, поскольку Турция воспринимает вооружённые отряды курдов вблизи своей границы как открытую угрозу.

Одновременно этот дестабилизирующий компонент несёт в себе риск дальнейшего отторжения разных групп сирийского общества. Только-только наметились первые робкие попытки консолидировать его, как сразу же замаячила перспектива ещё большего расширения той пропасти, которая разделяет сирийцев.

И у России, всегда отстаивавшей позицию единой и неделимой Сирии, подобное развитие событий вызывает естественное беспокойство, которым она делится с Турцией. Та в свою очередь не намерена затягивать свою военную операцию, потому что Анкара тоже понимает негативные последствия силовых действий в этой части Сирии.

– Как Россия может повлиять на диалог курдов и официального Дамаска?

– Такие действия предпринимаются. Нужно учесть, что курды не скрывают своей заинтересованности в предоставлении им большей автономии и децентрализации сирийской государственности. При этом правящие сирийские круги рассматривают переход от унитарности к федерализации с неохотой. Но даже при таких разногласиях курды и сирийцы выступили единым фронтом против «Исламского государства» (организация, запрещённая в России).

Поэтому альтернативы внутрисирийскому диалогу, в котором участвуют все слои общества, попросту не существует. И Россия, поддерживающая запущенный в Сочи конституционный процесс, подталкивает самих сирийцев к общенациональному разговору, в котором немаловажная роль должна быть отведена и разрешению курдского вопроса.

– Вы пояснили различия форматов женевской площадки и сочинской. А о чём вообще шли дискуссии на конгрессе?

– Свободное обсуждение проблем в установленном однодневном режиме изначально предполагало концентрацию на основополагающих, я бы сказал, фундаментальных вещах. Невозможно было подобный конгресс продлить на неделю или на месяц, да и этого времени бы тоже не хватило.

Выступали заявленные желающие (не было никакой «разнарядки», кому выступать и что именно говорить), и их речи касались, конечно же, запуска конституционного процесса. Создана конституционная комиссия, и это один из трёх положительных результатов, достигнутых на конгрессе. В дальнейшем этот орган определит механизм, который выработает алгоритмы политической активности на территории Сирии, – всё то, что заложено в резолюции 2254 Совбеза ООН.

Помимо этого, по утверждению списка кандидатов в конституционную комиссию, куда войдёт около трети из предложенных персон, представляющих как проправительственные силы, так и оппозицию, и обращения в ООН о восстановлении Сирии, растерзанной после кровопролитной войны, можно сказать, что участники конгресса, несмотря на все сложности и противоречия, поговорили, что называется, хорошо.

– Как вы оцениваете продуктивность достижений сочинского конгресса? Особенно в свете непрекращающихся попыток ряда сторон создать альтернативные диалоги, где предполагается продвигать свои идеи.

– Теоретически любая страна или альянс государств могут предложить своё видение выхода из сирийского кризиса. Но объективная реальность такова, что только Россия предоставила возможность почти полутора тысячам сирийцев собраться вместе, обсудить будущее и сообща прийти к определённым позициям, которые, будем надеяться, дадут шанс, выражаясь медицинским языком, на выздоровление. Путь предстоит тяжёлый, и он явно не будет устлан розами. Потенциал решений, принятых в Сочи, стоит рассматривать с надеждой. Но их воплощение в жизнь – задача не менее сложная, и она зависит от согласия не только внутри оппозиции, но и в правительстве. Без официального Дамаска никакие механизмы работать не смогут.

В целом же на следующем раунде переговоров в Женеве многое будет понятно. Не хотелось бы забегать вперёд, но благодаря итогам сочинского конгресса появилась реальная возможность вывести женевский переговорный процесс из состояния анабиоза. Импульс женевскому формату послан. В то же время нужно отчётливо понимать, что форум, завершившийся на Черноморском побережье России, – это не волшебная таблетка, приём которой сразу снимет все симптомы заболевания. Поскольку текущий кризис весьма обширен и масштабен, одной таблеткой ему не помочь. Но сочинский конгресс может стать первым эффективным средством, с которого положение дел в Сирии начнёт идти на поправку.

– На Западе активно продвигается мысль о том, что Россия самолично присвоила себе победу над ИГИЛ. Как на полях конгресса оценивалась роль нашей страны в урегулировании сирийского конфликта?

– Все единодушно благодарили и руководство России, и Министерство обороны, и народ за неоценимый вклад в стабилизацию обстановки в стране. Без вмешательства России осенью 2015 года Сирия рисковала подвергнуться жесточайшей фрагментации и сползти в пропасть настоящего хаоса, который бы неминуемо грозил унести жизни сотен тысяч ни в чём не повинных граждан. Бесспорно, текущие промежуточные результаты не были бы достигнуты без мужества и самоотверженности сирийской армии, поддержку которой оказывали Воздушно-космические силы России.

Купировав военный конфликт и снизив градус его напряжённости, наша страна теперь стремится активизировать политическое примирение. Национальный диалог представляется единственным способом выхода из сложившегося сирийского кризиса.

По сути, проведя этот конгресс, Россия одержала очередную победу на Ближнем Востоке. При этом наша страна не пытается никого вытеснять с Ближнего Востока. Мне кажется, что российская позиция основана на уважении интересов других игроков, как региональных, так и глобальных. Это относится ко всем. Относится и к США, которые имеют здесь свои интересы и имеют здесь присутствие. Это относится и к региональным державам – Турции, Ирану, Израилю.

– Нельзя не видеть, что после разгрома ИГИЛ в Сирии продолжают действовать другие террористические организации…

– Прежде всего это «Хайят Тахрир аш-Шам», бывшая «Джабхат ан-Нусра» (организация, запрещённая в России). Её скрытно или явно поддерживают некоторые региональные соседи Сирии. Пускай не явно, а через некие фонды и организации. Опасность «Тахрир аш-Шам» заключается в высокой степени мимикрии и растворения в других группировках. К тому же эти боевики, повторюсь, могут встречаться в зонах деэскалации, где их уничтожение объективно затруднено. Напомню, что удары по этим вооружённым экстремистам легитимны и предписаны императивом борьбы с терроризмом.

Так что вся сложность ликвидации «Тахрир аш-Шам», продолжающей убивать мирных жителей, военнослужащих сирийской армии и угрожать другим странам, складывается из дилеммы, в основе которой заложен приоритет политического урегулирования при одновременной необходимости использования силовых методов.

И тут на первый план выходят действия наших партнёров среди стран-гарантов, в первую очередь Турции. От того, насколько сильными будут заслоны на границах зон деэскалации, патрулируемых силами соответствующих государств, зависит и перспектива разгрома недобитых террористических формирований.

– На конгрессе принято обращение к мировому сообществу с призывом об экономической помощи Сирии. Кому прежде всего оно адресовано и кто на него откликнется?

– Многие государства и международные организации могут внести вклад в восстановление разрушенной экономики Сирии. Это касается и Евросоюза, и США, и государств Персидского залива, и стран Юго-Восточной Азии. Но вот готовности оказать реальную помощь они не выражают. И на то есть ряд причин, основная из которых – санкции в отношении Дамаска. Они, безусловно, должны быть отменены. Это же и поставки оборудования, материалов, всей цепочки технологической составляющей, не говоря уже о гуманитарной помощи, в которой нуждаются миллионы человек.

Россия в одиночку не справится. У неё, если на то пошло, нет таких ресурсов. Поэтому мир должен услышать этот призыв и поднять Сирию из руин семилетней войны.

Леонид ХАЙРЕМДИНОВ

Сирия. Турция. Иран. Ближний Восток. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 2 февраля 2018 > № 2613080 Виталий Наумкин


Сирия. Иран. Турция. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 31 января 2018 > № 2613027 Александр Аксененок

Россия стремится к скорейшему разрешению сирийского конфликта

Экспертное мнение о целях и задачах конгресса в Сочи

Урегулирование сирийского кризиса – проблема, волнующая не только сирийцев, но и солидную часть мирового сообщества. О том, как сочинский конгресс может повлиять на будущее Сирийской Арабской Республики, корреспонденту «Красной звезды» рассказал член экспертного совета Комитета по международным делам Совета Федерации, вице-президент Российского совета по международным делам Александр АКСЕНЁНОК.

– Конгресс национального сирийского диалога – беспрецедентное событие как для самой России, так и для всего мира. Какой видится основная цель дискуссий в Сочи?

– Конгресс сирийского национального диалога – важная часть непростого и длительного пути к политическому урегулированию внутрисирийского кризиса. После семилетней войны, стольких разрушений, бед, трагедий и накопления большого заряда взаимной ненависти трудно за один день решить такую масштабную проблему. Этот конгресс за счёт широкого представительства социальных слоёв, политических групп, общественных организаций, религиозных общин призван дать дополнительный импульс тому. И прежде всего урегулированию конфликта в женевском формате.

Ни для кого не секрет, что процесс, проходящий в Швейцарии под эгидой ООН, движется тяжело. Оживление женевских переговоров – одна из задач мероприятия в Сочи. Нельзя не заметить, что ещё задолго до начала работы сочинского форума в ряде западных и арабских СМИ распространялись откровенные домыслы, касающиеся конгресса. Но они не имеют никакого отношения к действительности. Вместе со странами-гарантами – Ираном и Турцией – наша страна предоставила самим сирийцам возможность выработать единый подход к формированию нового политического ландшафта своего государства.

– Почему отдельные оппозиционные силы стремились помешать проведению конгресса в Сочи, мотивируя это тем, что только женевский переговорный процесс имеет легитимность?

– Есть международная правовая база, которая была заложена с «Женевы-1» в июне 2012 года. Затем прошло немало совещаний в различном формате как между представителями постоянных членов Совета Безопасности ООН, так и с привлечением региональных игроков на Ближнем Востоке. За эти годы возник и функционирует определённый алгоритм политического разрешения сирийской проблемы. И с этим нельзя не считаться, поскольку резолюция 2254 определяет «дорожную карту». Но горькая правда заключается в том, что выполнение этой «дорожной карты» буксует.

Россия, как мне представляется, приняла решение подтолкнуть женевский процесс, как она уже своими действиями подтолкнула борьбу с терроризмом. Особенно это контрастирует на фоне результатов, которых добилась проамериканская коалиция в Сирии. Мягко говоря, за пять лет существования этого антитеррористического альянса наши заокеанские партнёры и их союзники добились катастрофически малого эффекта. В то время как активные и решительные действия российских ВКС привели к разгрому самой мощной группировки международного терроризма – «Исламского государства».

Россия стремится подтолкнуть женевский процесс, как она уже своими действиями подтолкнула борьбу с терроризмом

– Другими словами, успех российской операции дал повод переместить акценты в политическую плоскость?

– Да, нечто подобное мы наблюдаем сегодня. Наша страна хочет активизировать процесс политического урегулирования, поэтому и была организована такая большая встреча в Сочи. Естественно, что ведущая роль России как миротворца планетарного уровня, государства, от которого теперь зависят многочисленные процессы в разных регионах мира, многим не нравится.

В условиях многовекторности текущего кризиса, столь свойственного государствам Ближнего Востока, даже внутри сирийской оппозиции существуют многочисленные разногласия. Кто-то заинтересован в затягивании конфликта, кто-то отстаивает позиции кардинальных внутриполитических перемен, кого-то волнует федерализация страны. Россия же стремится к скорейшему разрешению конфликта, а это идёт в разрез с позициями некоторых участников женевских переговоров, поэтому они и противились самой идее сочинской дискуссионной площадки.

– Стояла ли на повестке дня экономическая составляющая конфликта?

– Конечно, ещё одна цель конгресса в Сочи – это подготовка к запуску восстановления экономики Сирии. Гуманитарное обеспечение и экономическая реконструкция страны, большая часть которой лежит в руинах, – это задачи, которые по силам выполнить только кропотливой работой всего мирового сообщества. Поскольку экономика тесно связана с политикой, то общая работа по ликвидации последствий гражданской войны должна стать мотивирующим фактором и для правительства Сирии, и для оппозиции. В то же время без поддержки извне – от отдельных стран, региональных блоков и мировых организаций – построить новую Сирию не удастся. Это колоссальные затраты и ресурсы, которые не под силу ни России, ни Китаю, ни Индии, даже если все они объединятся.

Леонид ХАЙРЕМДИНОВ

Сирия. Иран. Турция. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 31 января 2018 > № 2613027 Александр Аксененок


Иран. Турция. Сирия. РФ > Армия, полиция > iran.ru, 23 января 2018 > № 2470840

Турецко-российское сотрудничество и согласие Ирана в рамках операции "Африн" еще больше укрепит этот союз

Бора Байрактар, доцент Стамбульского университета культуры, считает, что США преследуют свои геополитические цели в регионе и не являются надежным союзником для курдов. Турецкие военные в субботу объявили, что начали операцию "Оливковая Ветвь" в 17.00. В то время как Турция заявляет, что операция направлена на ликвидацию терроризма в регионе, сирийское правительство считает это нарушением. Чтобы узнать больше о возникшей проблеме, мы обратились к доктору Боре Байрактару, доценту Стамбульского университета культуры, пишет Tehran Times. Ниже приводится полный текст этого интервью:

Вопрос: Какова реальная цель провокационных действий США в регионе, таких как создание сил пограничной безопасности в сирийском курдском регионе или вооружение SDF?

Ответ: Я думаю, что Соединенные Штаты все еще пытаются контролировать север региона Персидского залива, который она упустила во время операции "Несокрушимая Свобода" в 2003 году. Американское вторжение в Ирак в 2003 году не принесло результатов, которых ожидал Вашингтон. Сопротивление на северо-востоке Багдада нанесло большой ущерб планам США и терроризировало этот район. Похоже, США пришли к выводу, что суннитское арабское население и националистические шиитские группы также не будут поддерживать американское лидерство в Ираке. По этой причине они хотят сдержать любое антиамериканское урегулирование в Ираке, а также в Сирии. По этой причине США пытаются структурировать проамериканские племена, среди которых преобладают курдские группы.

Вооружение SDF является первым шагом в управлении большой площадью, доминирующей на севере арабского Ближнего Востока. Логика, стоящая за этим, состоит в том, чтобы создать один или два своих гарнизона в этом районе. Испытывая трудности с убеждением Турции в своей деятельности и повышая осведомленность об угрозах национальной безопасности государств региона, США ищут альтернативы. И PYD (курдская милиция) и другие группы предоставляют эту альтернативу США.

Вопрос: Имеют ли США реальную цель бороться с ИГИЛ или под этим предлогом США преследуют свои геополитические интересы?

Ответ: Я думаю, что с одной стороны этой истории, да, каждая нация пытается избавиться от этой безжалостной, дикой террористической организации. Но с другой стороны, многие народы пытаются получить преимущества от существования этой группировки. Было бы наивно думать, что ИГИЛ - единственная причина пребывания Вооруженных сил США на сирийской территории. Восточное Средиземноморье находится на линии разлома глобальной и региональной борьбы за власть.

Россия ищет свою классическую цель - иметь порты в теплых морях, и Сирия это обеспечивает им. Россия хочет иметь сильный флот, действующий в двух океанах. Китай снова ищет порты на Западе. США в своем недавнем документе по национальной безопасности объявили Россию и Китай соперниками. Так вот, это не теория заговора, это очевидно и заявлено в официальных документах. Для противодействия Российской и китайской экспансии, США хотят контролировать регион Персидского залива, а ИГИЛ используется как предлог для размещения американских войск в Сирии.

Вопрос: До сих пор США, особенно в период Трампа, не были надежным союзником или партнером для любого из союзников их страны, включая Турцию. Будут ли американцы также надежным партнером для курдов?

Ответ: Абсолютно нет. Курды чувствуют себя преданными США много раз. Последний яркий пример - референдум о независимости курдов в прошлом году. Президент Курдского регионального правительства был уверен, что достигнет независимости путем референдума, и он добивался поддержки западных стран, включая США, но турецкое, иранское и иракское правительства собрались вместе и осудили этот акт разделения Ирака. Три страны смогли сохранить территориальную целостность Ирака и помешали созданию курдского государства.

В Сирии, во время последней операции Турции в Африне американцы заявили, что не имеют никакого отношения к этому району и признали турецкое движение против своих, так называемых близких союзников. PYD / SDF уже чувствуют себя преданными. Также реакция Турции на попытки США сформировать пограничные силы с помощью SDF, вынудила американских чиновников отрицать эту политику. Когда ситуация в Сирии и Ираке нормализуется, США откажутся от поддержки этих группировок и, к сожалению, курды заплатят за эту ошибку.

Вопрос: Какова цель Турции в наступлении на Африн? В какой степени провокационные действия США вынудили Турцию начать операцию "Оливковая ветвь"?

Ответ: Африн долгое время представлял стратегическую и непосредственную угрозу безопасности Турции. Организации PYD, аффилированные с Рабочей партией Курдистана (РПК), отправляли своих мужчин в Турцию. После проникновения они совершили множество терактов в Турции. Регион Африн также предоставил террористическим организациям свои людские ресурсы и учебные лагеря. Турция долго планировала нейтрализовать этот регион. Но заявление США о создании пограничных сил безопасности из курдских группировок, связанных с РПК, вызвало тревогу в Турции. В течение года PYD увеличила в четыре раза площадь, которую она контролировала при поддержке США. Они получили 4900 грузовиков, полных военной техники. А сейчас США пытаются узаконить их, и кроме того нарушают территориальную целостность Сирии. Турция посчитала, что то же самое может произойти и в Африне, и стала действовать.

Вопрос: Насколько успешной может быть эта операция? Не лучше ли Турции сначала попытаться решить эту проблему дипломатическим путем?

Ответ: В ближайшее время эта операция будет завершена с определенным поражением PYD. Турция расчистила свой путь дипломатическим путем, получила поддержку от России и теперь может использовать сирийское воздушное пространство. Близость к своим границам также помогает Турции. После завершения операции, местные сирийские жители вернут свои дома и, как это показывает пример с операцией "Щит Евфрата", жизнь там скоро нормализуется.

Когда дело доходит до войны с терроризмом, нет дипломатического выбора. Франция разговаривает с ИГИЛ или американцы разговаривают с "Аль-Каидой"? Так, PKK, PYD - это то же самое, что ИГИЛ и "Аль-Нусра". С турецкой точки зрения, единственным решением является ликвидация всех террористических групп.

Вопрос: Повлияет ли операция Турции на мирные переговоры по Сирии?

Ответ: Я думаю, что это положительно скажется на переговорах. Вопрос о PYD отравлял турецко-российские отношения. Решив этот вопрос, Турция внесет еще больший вклад. Кроме того, после обеспечения своих тылов, Турция может внести свой вклад в контроль над регионом Идлиб путем установления большего количества контрольно-пропускных пунктов и политического влияния. Я думаю, что в Сочи консенсус между Ираном, Турцией и Россией будет действовать на благо всех сторон. Турецко-российское сотрудничество и согласие Ирана в рамках операции "Африн" еще больше укрепит этот фронт.

Иран. Турция. Сирия. РФ > Армия, полиция > iran.ru, 23 января 2018 > № 2470840


Иран. Азербайджан > Авиапром, автопром > iran.ru, 23 января 2018 > № 2470839

В марте 2018, в Азербайджане, планируется открытие совместного иранско-азербайджанского автомобильного завода

В марте 2018 года, в Азербайджане, планируется открытие совместного иранско-азербайджанского автомобилестроительного предприятия "Iran Khodro-AzEuroCar LLC", известного как "Azermash", сообщил журналистам председатель правления совместного предприятия.

"Автомобильное производство начнется на заводе "Азермаш" в марте", - рассказал Эмин Ахундов в интервью Azernews. Автомобилестроительный завод расположен в промышленном районе Нафтчала на юго-востоке Азербайджанской Республики.

Он добавил, что обе стороны договорились о расширении спектра автомобилей, которые будут собраны и произведены на заводе.

Согласно предыдущим сообщениям, "Дена", "Рунна", "Сорен" и "Саманд" должны будут выпускаться на производственных площадках в Нафтчале. Ахундов отметил, что в дополнение к этим четырем моделям, в Азербайджане также будут собираться две модели "Peugeot 206" и "Peugeot 207" вместе с "Renault Logan" и пикапом на базе "Logan". Стоимость этих транспортных средств будет в пределах 10 000-12 000 манатов (5 800-7 000 долларов США).

Ранее сообщалось, что 15 миллионов долларов было инвестировано в СП "Azermash" с IKCO, что составляет 25 % от первоначальных инвестиций, сообщает Financial Tribune.

Иран. Азербайджан > Авиапром, автопром > iran.ru, 23 января 2018 > № 2470839


Иран. Турция. Сирия. РФ > Армия, полиция > iran.ru, 22 января 2018 > № 2470850

Почему Россия и Иран позволили Турции бомбить сирийских курдов

Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган 21 января заявил, что турецкая армия фактически начала наземную операцию в сирийском Африне. Ранее генштаб Турции объявил о начале операции «Оливковая ветвь» против формирований курдов в этом районе Сирии. Операция началась в субботу в 17.00 по московскому времени. По данным генштаба, в ней участвовали 72 самолета, были поражены 108 из 113 намеченных целей. Местом проведения следующей операции, по словам президента Турции, станет сирийский регион Манбидж. Ранее Эрдоган не раз заявлял, что Африн необходимо очистить от сил самообороны сирийских курдов (YPG), которые Турция считает террористической организацией, связанной с запрещенной в Турции Рабочей партией Курдистана. Сообщается, что к 21 января от ударов турецких ВВС погибло шесть мирных жителей и три курдских ополченца, еще 13 гражданских лиц были ранены. В воскресенье турецкие танки вошли в сирийский Африн и оказали поддержку оппозиционной Свободной сирийской армии в операции против курдских формирований. Турецкая бронетехника не столкнулась с серьезным сопротивлением сил самообороны курдов, которые отходят от границы вглубь территории Сирии.

Операция ВС Турции «Оливковая ветвь» против курдских формирований на севере Сирии будет проводиться в четыре этапа, заявил премьер-министр Турции Бинали Йылдырым. «Операция будет проводиться в четыре этапа, будет создана 30-километровая зона безопасности», — цитирует ТАСС турецкого премьера. По его словам, Россия не имеет возражений против операции в Африне. «Мы работаем над тем, чтобы устранить беспокойство Ирана, а у России возражений по этой теме нет», — заявил Бинали Йылдырым. Он отметил, что «Анкара поддерживает контакт с Дамаском при посредничестве Москвы и Тегерана». Также господин Йылдырым подчеркнул, что любой, кто окажет военную поддержку курдским формированиям в сирийском Африне, станет целью турецкой операции.

Президент Сирии Башар Асад со своей стороны заявил, что нападение Турции на Африн связано с политикой Анкары, которая, по его словам, основана на поддержке террористических группировок. Он отдельно подчеркнул, что позиция Турции хорошо известна, так как она с самого начала кризиса в Сирии стала сотрудничать с различными экстремистскими формированиями. Такое заявление, как сообщает агентство SANA, Асад сделал во время встречи с делегацией иранского Стратегического совета по внешним связям.

В свою очередь, представители YPG обвинили Россию в одобрении турецкой военной операции. Об этом сообщает агентство Иракского Курдистана Rudaw. «Мы знаем, что турецкие военные силы не атаковали бы Африн без одобрения со стороны международного сообщества, прежде всего России, которая разместила свои войска в регионе», — говорится в заявлении командования самообороны сирийских курдов. По данным YPG, Россия передислоцировала свои войска из Африна в другой район Сирии, в то же время, выражая озабоченность эскалацией конфликта. Представитель Сирийского Курдистана в Москве Роди Осман призвал Россию остановить военную операцию Турции против сирийских курдов, он сообщил об этом РИА Новости. Как отметил Осман, поддержка военной операции Турции и оккупация турецкими войсками Африна подвергает опасности жизнь около миллиона людей. По его словам, населению грозит массовое убийство военными Турции. В Минобороны России заявили, что передислоцировали из региона оперативную группу Центра примирения враждующих сторон и военной полиции по соображениям безопасности. В Минобороны считают, что к сложившейся ситуации привели провокационные действия США, которые поставляли вооружение проамериканским группировкам.

— Я считаю, что Россия действует совершенно правильно, не вмешиваясь в конфликт между Турцией и курдами, — говорит ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров. — Поскольку курды в последнее время вели себя крайне вызывающе. Они перестали считаться с нашими интересами и интересами руководства Сирии, превратившись, фактически, в марионеток США. Они выполняют распоряжения заокеанских кураторов, пропускают через контролируемую ими территорию исламских террористов, чтобы те могли наносить удары по подразделениям правительственной сирийской армии. Мало того, на курдской территории располагаются лагеря, где американские инструкторы готовят новых боевиков для ударов по Сирийской арабской армии (САР). В целом курды отказываются вести полноценные переговоры о сирийском урегулировании. Не хотят выводить свои вооружённые отряды из тех районов, где они никогда не жили. В ту же самую Ракку они не хотят пропустить войска армии Башара Асада.

Получается, что они играют на стороне США не только против Башара Асада, но и против российских интересов на Ближнем Востоке. У нас нет никаких оснований защищать их. Турки действительно самостоятельно не решились бы проводить операцию против курдов на сирийской территории. Они согласовали свои действия с Россией и Ираном. И нам не было никакого резона перечить Анкаре. Раз американцы взяли на себя функцию патронов курдов, то пусть курды и обращаются к ним за помощью. Пусть американцы защищают их от турецких снарядов и ракет. Тем более, что американцы нечто такое заявляли, намекали на некую военную помощь афринским курдам. До сих пор курды заявляли о том, что они друзья России, однако при этом не раз подкладывали нам свинью.

«Свободная Пресса»: — По логике вещей, на территории Сирии с несговорчивыми курдами должна была разбираться сирийская армия или полиция, а не турецкая…

— У Башара Асада не хватает сил, чтобы действовать сразу на всех направлениях. Асад при поддержке ВКС России проводит сейчас операцию против исламистов в Идлибе. Кстати, турки молчат по поводу этой операции, не высказывают недовольства. Что тоже показательно. Мы умыли руки в отношении действий Турции в Африне, а они — молчат про Идлиб.

Что касается Африна, то России в стратегическом плане нет разницы, будут ли его контролировать проамериканские курды или турки. Наша задача помочь Асаду взять под контроль как можно больше сирийской территории. Ещё хватает недобитых террористических анклавов, которые контролируют проамериканские группировки. Сколько хватит сил у сирийской армии, надо зачищать эти анклавы. И потом уже вести переговоры о мирном урегулировании.

«СП»: — То есть даже с помощью России Асад не способен установить контроль над всей довоенной территорией Сирии?

— Со временем это может произойти. Армия Асада невелика. Россия помогает главным образом ударами с воздуха, иногда — сапёрами. Атаковать сразу на нескольких направлениях САР просто не сможет. Иранцы помогают Асаду войсками, но тоже весьма ограничено.

«СП»: — Трамп известен, мягко говоря, «экстравагантными» высказываниями и решениями, вроде признания Иерусалима столицей Израиля. А могут ли американцы неожиданно признать независимый сирийский Курдистан?

— Я думаю, что американцы будут действовать привычным им методом — туманно обещать свою поддержку, стравливая противоборствующие стороны. А потом от этих обещаний отказываться. Классический пример — война в Южной Осетии в 2008 году. Американцы тогда намекали Саакашвили на поддержку, хотя на самом деле просто хотели посмотреть, как поведёт себя Россия в данной ситуации. Пока мы видим, что Трамп не решается признать даже Иракский Курдистан, где, казалось бы, прошёл некий референдум, и при желании американцы могли бы им «прикрыться». Но Соединённый Штаты, хотя им и выгоден проамериканский формально независимый Курдистан, понимают, что в случае, если зайти слишком далеко в поддержке курдов, можно вляпаться в военные действия. А вот этого американцы делать не любят, предпочитают воевать чужими руками. Мало того, поддерживая курдов, есть риск окончательно поссориться с турками. А это для США означало бы потерю влияния в регионе. И не факт, что в войне с турками победили бы американцы. Поскольку Москва уже обещала продать Анкаре современные системы ПВО, и в случае войны эта сделка совершилась бы весьма оперативно. Да и из Ирака американцев могут «попросить» уйти, если они слишком явно выступят на стороне курдов, особенно иракских.

— У России нет разработанной стратегии действий в Сирии и вообще на Ближнем Востоке, — говорит политолог и блогер Анатолий Эль-Мюрид. — Мы действуем исходя из сиюминутно складывающейся ситуации. По большому счёту, если оставить все сантименты, а исходить из циничного геополитического прагматизма, мы были бы не против, чтобы Турция завязла в войне с курдами. В этом случае Анкара была бы сговорчивей с Кремлём, например, по вопросам «Турецкого потока». Насколько я понимаю, турки упорно не хотят соглашаться с газпромовским предложением, проложить четыре нитки этого газопровода (одна нитка для самой Турции, три — для транзита в Европу). Турки хотели бы ограничиться двумя нитками — одна для их внутреннего потребления, вторая — для транзита. В таком варианте рентабельность «Турецкого потока» невелика и вообще сомнительна.

Иран тоже не против, чтобы турки завязли в войне с курдами. Именно поэтому особенных возражений против операции в Африне не высказывают ни Иран, ни Россия.

«СП»: — Между тем, речь идёт о нарушении суверенитета Сирии со стороны Турции…

— Сейчас вообще сложно говорить о том, до каких пределов распространяется суверенитет Сирии. У турок в приграничных зонах, заселённых курдами, свои интересы. По сути, они хотят, чтобы на формальной территории Сирии не было создано опорной базы для уже турецких курдов. Поскольку позиции Рабочей партии Курдистана в Турции достаточно сильны.

«СП»: — Вообще-то это США подлили масла в огонь, когда заявили, что готовы поставлять курдам современное оружие…

— У США свои интересы. Они выступают такими своеобразными арбитрами, для которых важно, чтобы ни один из участников ближневосточного конфликта не добился своих целей. Чтобы проиграли все. Что касается афринских курдов, то, насколько я знаю, Штаты их никогда особенно не поддерживали.

Алексей Полубота

Источник "Свободная пресса": http://svpressa.ru/war21/article/191021/

Иран. Турция. Сирия. РФ > Армия, полиция > iran.ru, 22 января 2018 > № 2470850


Иран. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 января 2018 > № 2464098 Михаил Крутихин

Опасный регион. Добыча нефти на Ближнем Востоке превращается в прогулку по минному полю

Михаил Крутихин

Партнер консалтинговой компании RusEnergy

Вообразите удар ракетой по танкеру в Ормузском проливе. Такое событие вызовет панику среди потребителей нефти и небывалый скачок цен на энергоносители

Прогнозы добычи и потребления нефти — и, соответственно, нефтяных цен — не учитывают и не могут учитывать сюрпризы в виде военно-политических конфликтов или технологических прорывов. Аналитики исходят из фундаментальных показателей и из предположений о возможном поведении «бумажной нефти», то есть огромного и сложного рынка фьючерсов, форвардных контрактов и всевозможных биржевых деривативов. Между тем, обострение обстановки в некоторых регионах способно внести существенные коррективы в любой прогноз.

Главный из таких регионов — Ближний Восток, откуда мир получает больше всего нефти (примерно треть международной нефтяной торговли обеспечивается танкерами, выходящими из Персидского залива). Именно здесь надо искать точки, особо чувствительные для энергонасыщенной мировой экономики, и точек этих в регионе предостаточно. Противостояние арабов и иранцев с Израилем, курдская проблема, соперничество шиитов с суннитами, непопулярные правители, фундаменталисты-ваххабиты и исламские террористы … на любом из этих фронтов надо ждать перехода от напряженности к вспышкам военных действий. Практически любая такая вспышка будет воздействовать на нефтяной рынок самым драматическим образом.

Примеров того, как Ближний Восток перестраивает энергорынок, накопилось много. Один из самых показательных случаев — нефтяное эмбарго арабских стран, продолжавшееся с октября 1973 года по март 1974 года. Тогда арабы, напавшие скопом на Израиль и раздосадованные своим военным поражением, решили наказать западные государства, поддержавшие их врага, и ограничили объем поставок — всего на 7%, но этого было достаточно для взлета цен с $3 до почти $12 за баррель. Потребителям пришлось добавить примерно $40 млрд к сумме расходов на импортную нефть. Эффект был многогранен. В США переключились с выпуска автомашин, прозванных «пожирателями бензина», на более экономичные модели, а в СССР начали выводить нефть на западные рынки.

С другой стороны, нефтяные эмбарго арабов не всегда были столь эффективны. В 1967 году, например, после «шестидневной войны» и другого сокрушительного провала попыток уничтожить Израиль, сокращение поставок на Запад так сильно ударило по экономике самих арабов, что наказание союзников еврейского государства пришлось срочно отменять.

Манипуляции с объемами поставляемой нефти — оружие обоюдоострое, и инициаторы могут столкнуться с негативными последствиями сами. Появились новые факторы, способные как нарушить, так и восстановить баланс мирового энергопотребления. Когда в конце 2014 года цены на нефть стали падать под воздействием «сланцевой революции» в США, поставщики в Персидском заливе во главе с Саудовской Аравии поначалу решили ничего не предпринимать и подождать. Им показалось, что низкие цены уберут с рынка конкурентов с высокой себестоимостью добычи — таких, как операторы американских сланцевых проектов и глубоководных промыслов на шельфе, а также разработчики залежей с трудноизвлекаемыми запасами. Новое «эмбарго» в виде договоренности о сокращении добычи было введено поздно, когда американцы уже разработали новые методы добычи, сократившие себестоимость и ускорившие работу.

Меры ОПЕК и их союзников производят ограниченный по времени эффект. Да, цены выросли с $40 до почти $70 за баррель марки Brent, но часть этого роста следует объяснить общей тенденцией мировой экономики, вновь проснувшимся интересом игроков к сырьевым товарам, ослаблением доллара и прочими факторами, имеющими мало общего с балансом спроса и предложения энергоносителей. Искусственную нехватку нефти могут вскоре ликвидировать те же американские сланцевые проекты и бурное развитие альтернативной энергетики. А после запланированной продажи пакета акций Saudi Aramco в этом году саудовцы вообще, как ожидается, могут оставить идею ограничения добычи, и не исключено, что нефть вернется в новый, более низкий ценовой коридор.

Ближний Восток может нарушить баланс на нефтяном рынке

Даже если оставить в стороне умышленные махинации с добычей, на Ближнем Востоке сохраняются потенциальные причины для нарушения баланса на нефтяном рынке. Исподволь нарастает недовольство правящим режимом внутри Ирана. Пока оно не способно вызвать революционные преобразования, но некоторую настороженность уже вызывает: добыча нефти в этой стране прерывалась и в 1952 году, когда проходила национализация отрасли, и в 1978 году в разгар антимонархических выступлений. Оба раза цены на нефть в мире испытывали сильное давление, направленное вверх. А выход Ирана из-под международных санкций, наоборот, несколько придавил уровень цен.

Напряженность в отношениях Ирана с Саудовской Аравией — еще один фактор, за которым рынки должны внимательно следить.

Пока эти две ведущие нефтедобывающие страны воздерживаются от прямых столкновений, но военные действия в Йемене и конфликты между соперничающими фракциями в Ираке и Сирии не дают повода для успокоения. Самым опасным исходом в этой конфронтации были бы взаимные атаки на промыслы или на танкерные перевозки.

Курды, проживающие в основном в Иране, Ираке, Турции и Сирии, — еще один повод для тревоги за объемы поступления нефти на моровые рынки. Конфликты в зоне их проживания могут нарушить транспортировку нефти по трубопроводам из Ирака через Турцию, не говоря уже о сокращении добычи на иракской территории.

Стоит заметить, что военные действия в Сирии лишь незначительно влияют на нефтяные цены. Эта страна и прежде не была крупным производителем углеводородного сырья, и остановка добычи в условиях падения внутреннего спроса серьезным фактором ля рынка не стала. Домыслы о том, что война в Сирии была якобы спровоцирована «Газпромом» для того, чтобы помешать мифическому проекту газопроводов из Катара и Ирана в сторону Европы, критики не выдерживают. Добывающим газ катарцам и иранцам гораздо выгоднее экспортировать его со своих терминалов по всему миру в сжиженном виде, чем тащить через несколько нестабильных территорий и строить терминал на Средиземном море – тем более что спрос на газ в Европе не проявляет признаков роста.

В нынешних условиях, учитывая огромный потенциал отрасли в США, подкрепляемый решениями администрации Трампа о снятии ограничений для разведки и добычи нефти и газа, идти на сознательное обострение обстановки на Ближнем Востоке ради повышения цен было бы, мягко говоря, нерационально. Тем не менее, история знает примеры нерациональных политических решений и ошибок с непоправимыми последствиями. Когда осенью 2015 года из Каспийского моря в сторону Сирии через Иран и Ирак полетели российские «Калибры», мир замер в тревожном ожидании: возникли предположения относительно «случайного» отклонения такой ракеты от курса в сторону танкерных маршрутов в Персидском заливе. Тогда обошлось, но спровоцировать опасные инциденты на Ближнем Востоке – этом минном поле мировой политики можно очень легко. И нефть — а за ней и вся мировая экономика — станет жертвой нового конфликта.

Иран. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 19 января 2018 > № 2464098 Михаил Крутихин


Иран. США. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 15 января 2018 > № 2470919

Аналитик из США: Грязные руки саудовского режима были очевидны во время недавних волнений в Иране

Известный американский политический аналитик заявил, что грязные руки саудовского режима и некоторых арабских государств были очевидны во время недавних волнений в некоторых иранских городах, но суматоха подошла к концу из-за сильной народной поддержки Исламского строя, пишет Tasnim News.

"Не может быть никаких сомнений в том, что на самом деле это грязные деньги из грязных рук Саудовской Аравии и других стран Персидского залива, которые доказали свою готовность к партнерству в таком грязном бизнесе, как это было продемонстрировано той ролью, которую они сыграли в уничтожении Сирии" , - сказал агентству Tasnim News Марк Гленн из Айдахо.

"Народная поддержка правительства Ирана - несмотря на реальные экономические проблемы, с которыми сталкивается иранский народ, остается мощной, и поэтому эта народная поддержка правительства, по крайней мере, на данный момент, положила конец к суматохе", - добавил он.

Марк Гленн - писатель и один из основателей Движения "Полумесяц и крест солидарности", межконфессионального форума, посвященного объединению мусульман и христиан против сионистов. У него есть собственный блог "The Ugly Truth".

Ниже приводится полный текст этого интервью:

Tasnim News: В конце декабря в некоторых иранских городах вспыхнули мирные протесты по поводу роста цен и экономических проблем, но несанкционированные собрания стали более жестокими после того, как ряд оппортунистов, некоторые из которых вооружились, подверг вандализму общественную собственность и начал нападения на полицейские участки и правительственные здания. Солидаризируясь с мятежниками, ряд официальных лиц США, в том числе Трамп и посол США в Организации Объединенных Наций Никки Хейли, изо всех сил старались подстрекать к беспорядкам. Считаете ли вы, что имеется какая-либо связь между мятежниками и США, которые продолжают поддерживать их, так как Иран заявляет, что у него есть веские доказательства того, что беспорядки были направлены из-за границы?

Гленн: Нет никаких сомнений в том, что действительно беспорядки были организованы и управлялись элементами, исторически известными как враги Ирана и ее революции 1979 года. Подумайте о сроках некоторых статей, открыто помещенных в западных сионистских СМИ как раз перед этими потрясениями, и, в частности, о тех историях, в которых подробно описывается "секретный" Меморандум о взаимопонимании между США и Израилем, направленный на то, чтобы давить на Иран и вызывать у него проблемы.

Тем не менее, также очень интересно отметить резкое различие между тем, что только что произошло в Иране, и тем, что произошло много лет назад в таких местах, как Тунис, Египет, Ливия и с другими режимами, которые оказались, в конце концов под прицелом ЦРУ, подстрекавшего к "народным" восстаниям, направленным на смену режима. Правительства Туниса и Египта упали, как башни-близнецы 9/11. Ливия также упала после этого, но только после продолжительной кампании бомбардировок НАТО, которые оставляют эту страну в руинах по сей день. Напротив, народная поддержка правительства Ирана - несмотря на реальные экономические проблемы, с которыми сталкивается иранский народ, оставалась сильной, и поэтому эта народная поддержка правительства, по крайней мере, на данный момент, принесла конец суматохе.

Tasnim News: Позднее лидер Исламской революции аятолла Хаменеи сказал, что "треугольник" врагов - с Соединенными Штатами и Израилем, входящими в одну из его сторон, богатое прибрежное государство Персидского залива со своей второй стороны и террористическая организация МКО на третьей стороне - в течение последних нескольких месяцев замышляли разжигание хаоса и насилия в Иране. Что вы думаете об этом?

Гленн: Опять же, я думаю, что все косвенные доказательства, в которых мы нуждаемся, имеются в широко освещенных материалах, в которых подробно описывается соглашение между США и Израилем, прогнозирующее предстоящие проблемы, и, несомненно, что Верховный лидер и службы безопасности и разведки Ирана хорошо знали об этих проблемах, которые были запланированы, и поэтому были хорошо подготовлены ко всему этому.

Tasnim News: Лидер далее сказал, что наличные деньги для беспорядков поступали от "одной из грязных богатых стран Персидского залива". Очевидно, что таким проектам нужны деньги, но американцы не захотят ничего тратить, "пока у них есть эти богатые союзники". Как вы думаете?

Гленн: Не может быть никаких сомнений в том, что на самом деле это грязные деньги из грязных рук Саудовской Аравии и других стран Персидского залива, которые доказали свою готовность к партнерству в таком грязном бизнесе, как это было продемонстрировано той ролью, которую они сыграли в уничтожении Сирии. Но еще раз мы должны здесь посмотреть на более широкую картину и на долгосрочную перспективу. В результате всего этого, иммунитет Ирана в регионе был усилен и активизирован, и (это) ставит его в очень хорошее положение, чтобы стать маяком сопротивления для других народов в регионе, которые теперь намного более унифицированы в результате заявления Трампа относительно Иерусалима (Аль-Кудса).

Tasnim News: Аятолла Хаменеи также сказал, что США злятся на иранскую нацию и на Исламскую революцию из-за ударов, которые она получила от этого великого движения. Почему США жаждут распада исламского строя?

Гленн: Нет сомнений в том, что 1979 год действительно был ужасным годом для США, и с тех пор они ждали возможности, чтобы стереть эту дату, чтобы восстановительные и реабилитационные свойства событий того года не оказались мигрирующими через границы на Ближнем Востоке и не привели к освобождению еще большего количества вассальных государств. С приближением предстоящих торжеств в Иране, в следующем месяце, мало кто сомневается в том, что те, кто ищет уничтожения Ирана, его силы и суверенитета, будут смотреть на эти предстоящие торжества с повышенной горечью и желчью.

Иран. США. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 15 января 2018 > № 2470919


Иран > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 января 2018 > № 2458803 Николай Кожанов

Интриги иранского двора. Почему протесты 2018 года не превратились в революцию

Николай Кожанов

Долговечность иранского режима обеспечивает не только значительный карательный аппарат, но и готовность к работе над ошибками. Подавив протестное Зеленое движение после выборов 2009 года, власти Ирана постарались постепенно убрать раздражающие факторы, которые привели к всплеску недовольства (включая бывшего президента Ахмадинежада), и также пошли на определенные социально-экономические послабления. Чего-то подобного следует ожидать и в этот раз

Массовые протесты, которые шли в Иране в последние несколько недель, наглядно показали, что главная угроза для стабильности иранского режима исходит не извне, а изнутри страны – от проблем в экономике и внутриполитических интриг.

Сразу отбросим в сторону версии, что волнения были спровоцированы из-за рубежа. Классики революционных движений начала ХХ века учат нас, что ни одного эффективного и полнокровного выступления против власти не получится, если оно не созрело внутри общества. Внешние силы не могут инспирировать многотысячные митинги, если в стране нет для этого нужных условий, внешние силы могут их только использовать.

С другой стороны, необходимо определить, что все же подразумевается под «внешним вмешательством». Одно дело – материальная и организационная поддержка протестующих, обучение их (не)насильственным методам борьбы. Другое – информационные вбросы и высказывания иностранных политиков и иранских эмигрантов в поддержку протестующих. Первое явно способно нанести значительный ущерб правящему режиму. Эффективность второго под большим вопросом, равно как и способность простых высказываний вывести людей на улицы без соответствующей ситуации.

В любом случае в нынешней волне иранских протестов не было признаков явного иностранного участия. Элементы внешней поддержки стали проявляться позже, то есть «враги Ирана» начало выступлений попросту проспали. Более того, внешняя поддержка была ограничена заявлениями Трампа и нескольких западных политиков да ангажированной подачей материалов некоторыми СМИ.

На практике главными причинами, спровоцировавшими протесты, стали экономика и внутриэлитные интриги. Социально-экономическая ситуация в Иране на конец 2017 года была непростой. Хотя второй год кряду ВВП Ирана растет, эти успехи мало отражаются на социальной сфере. Сократившаяся в 2016 году безработица в 2017-м вновь подросла и достигла только по официальным данным 12,5%. Постепенно обесценивается иранский риал, снижается покупательная способность населения, а также растут цены на потребительские товары (на продукты питания – до 20% в год). Сохраняется значительный разрыв между доходами богатых и бедных слоев населения, причем к малоимущим относятся, по разным оценкам, от 40% до 60% иранцев. Особенно уязвима иранская молодежь, уровень безработицы среди которой, по разным оценкам, колеблется от 20% до 40%.

Но самих по себе социально-экономических трудностей было бы недостаточно, чтобы вызвать протесты. В прошлые годы Иран уже сталкивался с нехваткой или подорожанием риса, кур, ростом цен на овощи и фрукты, но это не выливалось в массовые протесты. Как не вели к протестам и негативные социально-экономические показатели: высокий уровень безработицы и социальное расслоение остаются главными характеристиками иранской экономики в последние несколько десятков лет.

Более того, при правительстве Рухани они не были настолько уж плохими. Для сравнения: в 2009 году, накануне массовых выступлений Зеленого движения, только по официальным данным иранского Центробанка инфляция составила 23,6% (против 9–12% в 2017 году), а рост потребительских цен – 15% в год (против 12–13% в 2017 году). Это раздражало, но не было главным фактором, выводившим людей на улицы. В 2009 году, чтобы начались беспорядки, потребовались подозрения в подтасовке итогов президентских выборов.

Более того, экономические показатели Ирана на фоне региона не так уж и плохи. По данным Всемирного банка, безработица в стране близка к среднему уровню в странах Ближнего Востока: в Турции 11% безработицы в 2016 году жить правительству не сильно мешают.

Интриги и надежды

В случае Ирана свою роль в начале протестов сыграли внутриполитические интриги и неоправдавшиеся надежды. Руководство Ирана очень долго обещало населению благоденствие, ссылаясь на то, что снятие санкций, введенных в 2006–2012 годах, наконец-то приведет к процветанию страны. Таким образом, власти отказывались признать, что в бедах экономики Ирана виновата в первую очередь сама ее структура.

К 2017 году иранская система экономического управления давала сбои, которые были связаны не с санкциями, а с наличием у государства безграничных прав на вмешательство в дела бизнеса, с доминированием госсектора в экономике страны, с низкой эффективностью производства, живущего в тепличных условиях жесткого протекционизма. Иранский бюджет сильно зависит от поступления нефтедолларов и перегружен раздутыми социальными программами, а экономическому развитию страны мешают высокий уровень коррупции, значительные административные издержки, а также элементы так называемой исламской экономики. Отсутствие благоприятных условий для развития частного сектора и плохой менеджмент только дополняли картину.

Улучшить ситуацию могли бы полноценные структурные реформы, пойти на которые не решалась ни одна иранская администрация. Вместо этого последние десять лет руководители страны повторяли, что во всех бедах виноваты санкции. В 2015–2016 годах, после заключения ядерной сделки, санкции были частично сняты, но мгновенного улучшения жизни населения – по понятным причинам – не последовало, это обмануло ожидания обывателей, поверивших обещаниям.

Разочарование уловила политическая элита страны и попыталась использовать его в своей внутренней борьбе, которая сейчас идет по нескольким направлениям. Сторонники президента Рухани активно пытаются подорвать позиции религиозных фондов и Корпуса стражей исламской революции в экономической и политической жизни Ирана. В начале декабря 2017 года они вновь обрушились на эти структуры с критикой, публично указывая на то, что силовики, несмотря на экономический кризис, стремятся увиличить объем выделяемых им средств в бюджете на 2018 год.

В ответ консерваторы попытались вызвать массовые протесты против Рухани, чтобы напомнить ему, что он не так уж популярен в народе, как думает. Для этого они обвинили Рухани в провале экономической политики и обнищании населения. Первые выступления в Мешеде были спровоцированы, по одной из версий, речами аятоллы Аламольхода, консервативного клирика, связанного с верховным лидером страны Хаменеи, и родственника руководителя одного из крупнейших религиозных фондов «Астан-е Кодс-е Разави» Раиси.

Спровоцировав выступления, консерваторы быстро потеряли над ними контроль. По всему Ирану на улицы начали выходить тысячи протестующих с самыми разнообразными требованиями. Январские демонстрации стали новым явлением в богатой истории иранских протестов. В отличие от 2009 года, когда спор шел вокруг итогов президентских выборов, сейчас протестующие выдвинули властям весь набор претензий: от экономических требований до призывов к смене строя.

Также расширилась социальная база недовольных: если в 2009 году протестовали средний класс, интеллигенция и студенчество, то теперь к ним прибавились рабочие и выходцы из низов – традиционной опоры правящего режима. Выросла активность всевозможных союзов и профессиональных объединений. Шире была и география протеста: примерно 70–80 населенных пунктов, включая не только крупные города, но и ранее спокойные малые поселения и деревни, также считавшиеся прорежимными.

Самороспуск протеста

Однако некоторые качественные изменения все же не привели к возникновению полнокровного протестного движения. По официальным данным, на улицы вышло не более 42 тысяч человек. Скорее всего, их было больше, но даже если верить разумным неофициальным оценкам, для 80-миллионной страны получилось мало. Хотя январские протесты и были крупнейшими с 2009 года, это был лишь протест десятков тысяч, а не сотен, как девять лет назад. И организованной силы эти люди не представляли. В причинах, которые способствовали аморфности и неорганизованности протестующих, еще предстоит разобраться, но думается, что свою роль сыграли сразу несколько факторов.

Во-первых, изначальным толчком к протестам была провокация, а не естественный взрыв, то есть ситуация в стране для серьезного протеста (революции) еще не дозрела. Во-вторых, у иранской оппозиции нет лидера или кого-нибудь, кто мог бы претендовать на его место. Нет харизматичных фигур и среди иранских реформаторов: после смерти Хашеми Рафсанджани в январе 2017 года это место остается вакантным. Попытки сделать новым лидером реформаторского лагеря Рухани провалились, да нынешний президент и сам явно не желает столь близко ассоциироваться с покойным политиком – на фоне протестов он активно избегал участия в мероприятиях, посвященных памяти Хашеми Рафсанджани.

В-третьих, иранским властям помогает ситуация на Ближнем Востоке в целом. Сами иранцы признаются, что пример Сирии, Египта и Ливии, где попытка потребовать перемен у режима ни к чему хорошему не привела, охладил многие горячие головы в Иране. Наконец, власти полны решимости бороться с выступлениями. С 2009 года они проделали обширную и весьма эффективную работу по разгрому Зеленого движения. Учтен прошлый опыт: уличные протесты 2018 года подавляли быстро и жестко (тем более что протесты простых людей в провинции всегда меньше на виду, а значит, меньше и издержки подавления).

И все же январские демонстрации не были напрасны. Они послали руководству страны серьезный сигнал, что проблемы в государстве есть, осознаются народом и их надо решать. Стабильность иранского режима всегда держалась на готовности высшего руководства при необходимости применить силу против тех, кто представляет угрозу существующему строю, и провести чистки собственных рядов. Для этого в Иране был создан значительный карательный аппарат, включающий армию, полицию, Корпус стражей и политическую разведку.

Однако в ходе все тех же волнений 2009 года иранский режим продемонстрировал и еще один принцип, обеспечивающий его долговечность, а именно готовность к компромиссу с оппонентами, а также к работе над ошибками. Подавив Зеленое движение и избавившись от тех, кто осмелился поднять вопрос о целесообразности существования исламского строя, власти Ирана постарались со временем убрать раздражающие факторы, которые привели к всплеску протестного движения (включая бывшего президента Ахмадинежада), а также пошли на определенные социально-экономические послабления. Чего-то подобного следует ожидать и в этот раз.

Иран > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 января 2018 > № 2458803 Николай Кожанов


Иран > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 января 2018 > № 2458727 Марьям Хамеди

Санкции и надежды. Что привело к массовым протестам в Иране

Энергия протеста долго накапливалась, пока не совпали несколько факторов, резко обострившие ситуацию. Мощное землетрясение, череда банкротств финансовых пирамид и публикация нового бюджета наложились на разочарование от атомной сделки и противостояние внутри иранского руководства. В результате на улицы вышли десятки тысяч человек с самыми разными требованиями к правительству

С конца декабря из Ирана впервые за последние восемь лет начали приходить сообщения о массовых протестах. Демонстрации затронули не менее 60 крупных городов (а в целом более тысячи населенных пунктов) и затихли только к 10–12 января. Размах протеста побудил многих заговорить об угрозе свержения иранского режима и сравнить нынешние митинги с выступлениями после президентских выборов 2009 года. Но похожи ли нынешние события на тот давний протест и справедливо ли называть его «иранским майданом»? И неужели все началось с такой мелочи, как цены на куриные яйца?

Экономика важнее политики

На самом деле протесты безработных, не получавших выплаты пенсионеров, стачки оставшихся без зарплаты рабочих и демонстрации обманутых вкладчиков в иранской провинции уже давно стали обычным делом. Хотя экономика Ирана в последнее время растет (4,1% в 2017 году), цены растут еще быстрее (инфляция в прошлом году достигла 10%). Даже по консервативным правительственным оценкам безработица составляет более 12%, но еще есть частичная занятость, скрывающая ту же безработицу. За последние два года доходы иранских домохозяйств в среднем сократились почти на 15% – и коснулось это прежде всего не богатой столицы, а провинциальных городов и селений.

Иранская экономика испытывает трудности уже много лет, но сейчас важной причиной массовых протестов стал негласный договор между относительно либеральным президентом Хасаном Рухани и иранским обществом. Иранцы ждали очень многого от атомного соглашения между Ираном и «шестеркой». Надеялись, что санкции будут сняты, внешняя торговля нормализуется, а значит, повысится и уровень жизни населения. Иранцы дали Рухани карт-бланш: мы потерпим внутренние проблемы, пока президент решает проблемы внешние.

Теперь Рухани вроде бы решил внешние проблемы, но пока результаты атомной сделки остаются намного скромнее, чем рассчитывали в Иране. Санкции сняли только частично, прорыва в экономике не произошло, доходы простых иранцев продолжали снижаться. Иранское общество почувствовало себя обманутым в своих надеждах.

По официальным данным, в 2015 году в Иране было зафиксировано около 1200 протестных акций, в 2016-м – около 1300, с марта 2017 года – около 900. Но все эти митинги были не особенно многочисленными и происходили в основном в провинции, поэтому какой-то внятной реакции иранского правительства на народное недовольство не было. Людям из местечек вроде Доруда, Кучана или Сабзевара трудно достучаться до центральной власти.

Энергия протеста долго накапливалась, пока не совпали несколько факторов, резко обострившие ситуацию, причем только один из них был политическим.

Сначала 12 ноября на границе Ирана и Ирака произошло разрушительное землетрясение (7,3 балла), в результате которого погибло более 600 человек. Все случилось в провинции Керманшах, особенно пострадали города Сарполь-Захаб и Касре-Ширин – прямо скажем, не самые богатые. В этой части Ирана землетрясений такой силы не видели с 1960-х годов.

Не так давно по госпрограмме там было построено дешевое социальное жилье: многоэтажки, рассчитанные на сотни семей. Хотя остов зданий выстоял, большую их часть после землетрясения признали непригодной для жилья. Без крова остались тысячи человек, и это в горном регионе с холодными зимами. Несмотря на первоначальную помощь, к январю ситуация с жильем по-прежнему не нормализовалась. Перед глазами пострадавших был пример жителей разрушенного еще в 2003 году землетрясением города Бам на юго-востоке страны. Там многие до сих пор вынуждены жить во временных вагончиках, превратившихся в постоянное жилье.

Через месяц после землетрясения, 12 декабря, возникла следующая причина для общественного недовольства – опубликован бюджет на следующий год. В принципе бюджет в Иране публикуется в открытых источниках уже давно и ежегодно. Но в этот раз из-за все большего распространения соцсетей (особенно Telegram) публикация привлекла гораздо больше внимания. Если несколько лет назад смартфон с интернетом был в иранской провинции предметом роскоши, то сегодня возможность подключиться к соцсетям есть в самых отдаленных деревнях.

Подключившись, иранцы обнаружили, что социальная часть бюджета будет сравнительно невысокой – не более $10 млрд, зато миллионы долларов планируется выделять различным религиозным организациям под эгидой высокопоставленных теологов. Например, фонд под руководством аятоллы Макарема Ширази за год получит около $87 млн. И таких статей бюджета десятки, не считая роста расходов на Корпус стражей исламской революции и военные нужды в целом.

С точки зрения среднего иранца, муллы (хотя их организации и обязаны отчитываться за бюджетные деньги) от нехватки средств никогда не страдали, и уж тем более денег хватает у Корпуса стражей. При этом предполагается постепенно урезать социальные субсидии для определенных слоев населения (сейчас на них имеют право около 95% иранцев, тяжелая нагрузка для любого бюджета).

Наконец, третьим фактором общественного недовольства стала череда банкротств финансовых пирамид. Новые банки (часто работавшие без лицензии) заманивали вкладчиков высокими (40% годовых) ставками по вкладам (в Иране действует исламский банкинг – то есть с начислением процентов не все так прямолинейно, как в России, но в сухом остатке получается примерно такая цифра). Их предложения активно рекламировало телевидение, которому в Иране привыкли доверять, ведь обычно туда не допускают ничего без массы лицензий и разрешений. Многие также вкладывались в строительство жилья, которое затем было заморожено.

Через некоторое время иранские власти начали закрывать нелегальные банковские организации. Вкладчики теряли деньги и требовали, чтобы их вернуло государство. В некоторых случаях так и было сделано, но размеры афер оказались слишком велики. Расследования против организаторов пирамид затянулись. Власти стали раздраженно реагировать на протесты обманутых вкладчиков. Например, президент Рухани неосторожно заметил, что они, мол, сами виноваты – нечего было жадничать и нести деньги неизвестно кому. Дальше соцсети разнесли его высказывания в самые отдаленные уголки страны.

И вот на этом напряженном фоне 28 декабря в Мешхеде прошли массовые митинги. Казалось бы, Мешхед – город экономически благополучный, один из религиозных центров страны, ему не место в первых рядах протеста. По всей видимости, мешхедские акции были организованы целенаправленно – местные консерваторы, в том числе пятничный имам Мешхеда Ахмад Аламольход (зять Ибрахима Раиси, соперника Рухани на последних выборах), хотели таким образом продемонстрировать недовольство народа политикой нынешнего правительства.

А потом загнать джинна обратно в бутылку уже не получилось. Протесты в Мешхеде, наконец-то, привлекли высокое государственное внимание. И тогда остальные принялись протестовать кто во что горазд: присоединились Кум, Ахваз, Хамедан, Захедан, Казвин, Исфахан, Керманшах, Решт, Тебриз, Керман. И конечно, Тегеран, но протестующих там было в разы меньше, чем в 2009 году. Что неудивительно: тогда людей вывели на улицу результаты президентских выборов, а сейчас речь шла о банальных экономических нуждах.

Правда или провокация?

Люди выходили на улицы с разными требованиями, без внятного плана. У протестного движения не было ни лидеров, ни четкой идеологии. Лозунги против подорожания куриных яиц выглядели забавно, но отражали суть ситуации: яйца традиционно считают пищей людей небогатых, которую в принципе всякий может себе позволить. И если уж они растут в цене, что говорить об остальном?

Впрочем, вопрос с яйцами, дефицит которых возник из-за резкого падения популяции птиц из-за куриного гриппа, иранские власти решили довольно быстро с помощью дешевого импорта. Но вот улучшить экономическое положение страны в целом, как того требовали протестующие, правительство оказалось не готово.

Это не означает, что власти никак не реагировали на происходящее. Тридцать первого декабря президент Рухани выступил с речью, в которой подчеркнул, что иранские граждане имеют право на мирный протест и выражение своих требований, но любые нарушения порядка и насильственные действия будут строго пресекаться. Верховный лидер страны аятолла Али Хаменеи высказался радикальнее: мол, за беспорядками прослеживаются действия врагов Ирана, США и Израиля, мечтающих посеять в стране смуту, а потому всех нарушителей спокойствия ждет самое суровое наказание.

Насколько обоснованны такие подозрения? Ведь заклинание об иностранцах, которые жаждут устроить в стране очередную цветную революцию, произносится иранскими властями постоянно, вне зависимости от реальных причин событий.

У иранцев и без подстрекательства внешних противников имелось немало причин для озабоченности. Однако, учитывая повышенное внимание к Ирану (особенно в связи с его успехами в Сирии), нельзя исключать и вмешательства провокаторов. Было бы странно, если бы оппозиционные группы или иностранные противники Ирана не воспользовались такой возможностью. Изначально было очевидно, что протесты, пусть и многочисленные, недостаточно сильны, чтобы раскачать страну. Но если бы полиция и Корпус стражей исламской революции пустили в ход силу, все могло бы повернуться по-иному. Однако по сравнению с 2009 годом иранское правительство действовало крайне осторожно. Хотя без жертв все равно не обошлось: официальные цифры на сегодня – 24 погибших, включая потери среди полицейских. Большая часть смертельных случаев пришлась на открытые нападения на объекты защищенной городской инфраструктуры (включая штабы Корпуса стражей, у охраны которых есть право сразу стрелять на поражение).

Едва ли не активнее реальных протестов и столкновений была информационная война – как в Иране, так и за его пределами. В какой-то момент правительство даже заблокировало Telegram как соцсеть, координирующую действия протестующих. На деле в этот раз интернет не столько координировал людей, не объединенных ничем, кроме недовольства своей бедностью, сколько старался их замотивировать на более активные и агрессивные действия.

И вот тут действительно вовсю развернулись и живущие за границей иранцы, и иностранные СМИ, увидевшие любимый архетипический сюжет про восстание народа против диктатуры. Например, движение «Рестарт» бывшего телеведущего Мохаммада Хоссейни, интернет-канал которого рассказывал, как поджигать мечети, полицейские участки и другие ключевые объекты в Иране, чтоб заполыхало сильнее. Сам Хоссейни заявлял, что по его инструкциям уже выполнены десятки поджогов. Параллельно по соцсетям ходили разнообразные фейки: стотысячные митинги в других странах выдавались за «иранский майдан», постановочные кадры – за настоящие, цифры перевирались во все мыслимые стороны – как преуменьшения, так и гигантских преувеличений.

После начала демонстраций к ним стали присоединяться сторонники разного рода оппозиционных сил внутри Ирана: монархисты, боевики «Моджахеддин-е-Хальк», национальные сепаратисты. Но лидерство они не захватили, и похоже, что новогодние протесты стали для них не меньшим сюрпризом, чем для правительства Ирана. Из закромов достали уже подзабытый слоган «Не за Газу, не за Ливан, умру только за Иран!». Были и поновее: «Оставьте Сирию в покое, лучше подумайте о нас!» Многие иранцы убеждены, что нынешние экономические трудности вызваны тем, что иранское правительство закачивает огромные деньги в войну в Сирии. Но радикальные политические заявления вроде «Смерть диктатору!», «Долой Рухани!» или «Долой Исламскую Республику!» скандировались неизмеримо реже, чем в 2009 году. Куда чаще слышалось: «Хлеб, работа, свобода!» – недвусмысленный намек властям на необходимость новой экономической политики.

Через несколько дней непрекращающихся митингов правительство Ирана воспользовалось излюбленным рецептом: стало собирать своих сторонников в противовес на демонстрации в поддержку Исламской Республики. В этот раз было решено отказаться от огромных колонн демонстрантов в крупных городах. Ведь нынешняя волна протестов затронула в основном провинцию. К тому же собрать проправительственную демонстрацию в маленьком городе легче, чем в крупном. Здесь не требуются тысячи сторонников, уже несколько сотен произведут должное впечатление. Таких шествий удалось организовать немало. И, судя по тому, что волна протестов сейчас практически стихла, нужного эффекта государство добилось. Надолго ли? Уже ясно, что иранцы устали пассивно дожидаться светлого будущего и все меньше готовы мириться с экономическими трудностями. Поэтому если иранским властям в ближайшее время не удастся улучшить ситуацию в экономике страны, то простесты могут повториться по самым неожиданным поводам.

Иран > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 января 2018 > № 2458727 Марьям Хамеди


Иран > Образование, наука > gazeta.ru, 11 января 2018 > № 2452792

«Иран сейчас как СССР в начале 80-х»

Власти Ирана запретили преподавать школьникам английский язык

Владимир Ващенко

Руководство Ирана изъяло из школьной программы для начальных классов английский язык, который был введен после реформ образования в начале 2010-х годов. По мнению Верховного руководителя Исламской республики, изучение английского в раннем возрасте ведет к вестернизации общества. Эксперты при этом сомневаются, что запрет на уроки английского приведет к популяризации иных иностранных языков, включая русский.

Власти Ирана решили вывести изучение английского языка из программы начальной школы. Об этом сказано в соответствующем заявлении главы Верховного совета по образованию. «Изучение английского языка в государственных и негосударственных начальных школах в рамках официальной программы отныне противоречит законодательству и нормативным актам», — заявил глава совета Мехди Навид-Адхам в эфире иранского телевидения. Чиновник добавил, что изучение английского в качестве дополнительного предмета в начальных образовательных учреждениях теперь также будет расцениваться как нарушение образовательной программы.

По словам Навида-Адхама, данный шаг сделан исходя из «осознания того, что в начальной школе закладывается основа изучения иранской культуры», а потому время, которое ранее тратилось на изучение английского, решено посвятить урокам фарси, исламской культуры и истории Ирана.

При этом запрет не коснется уроков английского, которые предусмотрены в средних школах, а также частных курсов для детей и подростков.

С конца прошлого года Иран захлестнула волна протестов против действующего в стране режима аятоллы Али Хаменеи — Высшего руководителя Исламской республики. Власти государства стараются максимально ограничить освещение происходящего в СМИ, в том числе в иностранных. Однако идея ограничить изучение языка Шекспира и Диккенса возникла в Исламской республике раньше. Так, еще в 2016 году Хаменеи выразил резкое недовольство растущей популярностью курсов английского в иранских детских садах. «Моя позиция вовсе не означает, что [я] вообще против изучения иностранных языков, однако рост популярности этих курсов является популяризацией иностранной культуры в нашей стране среди детей, а также молодых людей»,— сказал тогда он. Хаменеи подчеркнул, что в наши дни «колониалисты вместо того, чтобы заселять территории чужих стран, избрали более надежный и дешевый способ колонизации — внедрение образа мысли и культуры в головы представителей молодого поколения других государств».

В начальную школу в Иране детей отдают с шести лет, обучение там длится пять лет, после чего учащиеся переходят в среднюю школу. Государственным языком в Исламской республике является фарси. При этом несмотря на то, что Иран окружают, в основном, страны, населяемые тюркоязычными и арабоязычными народами, английский уже долгие годы остается самым популярным иностранным языком в Исламской республике. В частности, сейчас в Иране на английском ведут вещание несколько СМИ, в том числе государственное новостное агентство IRNA, а также контролируемый государством телеканал PressTV.

До начала 2010-х годов английский изучали в большинстве школ с шестого класса в качестве обязательного предмета, на него выделяли четыре урока в неделю, однако позже его стали преподавать с первого класса начальной школы. В 2012 году в государстве прошла реформа образования, одной из целей которой ставилось максимально возможное расширение преподавания иностранных языков в Исламской республике. Все тот же глава Верховного совета по образованию Мехди Навид-Адхам тогда заявил, что всем школьникам, начиная с шестого класса, предстоит выбирать в школах второй иностранный язык, кроме английского.

Образовательная программа тогда предусматривала возможность изучения испанского, французского, итальянского, немецкого или русского языка. До этого русский язык изучали только иранские студенты в вузах.

Обозреватель Иранской службы «Би-би-си» Рана Рахимпур отмечает, что решение ограничить изучение английского лежит в общем русле изоляционистского видения мира, которое характерно для нынешнего главы страны Хаменеи и его сторонников. «Он неоднократно подчеркивал, что изучение английского детьми с ранних лет может привести к проникновению в общество западных культурных ценностей. При этом с таким подходом не согласен президент страны Хасан Рухани, который полагает, что знание английского создает конкурентные преимущества для молодых людей на рынке труда. Однако у президента слишком мало полномочий для того, чтобы повлиять на аятоллу», — сказала она.

Впрочем, эксперты считают, что запрет преподавания английского в начальных школах никак не повлияет на желание людей его изучать. «Запретить английский невозможно в принципе. Это демонстрационный шаг, который отменят рано или поздно, так как без английского нельзя войти в мировое культурное, экономическое и политическое пространство. Можно также обратить внимание на Украину, где русский язык агрессивно выдавливают отовсюду, откуда можно, но почему-то его знает большая часть населения этой страны», — сказал «Газете.Ru» руководитель Центра восточных исследований Дипломатической академии МИД РФ Андрей Володин.

Аналогичного мнения придерживается и востоковед, доцент Института общественных наук РАНХиГС Сергей Демиденко. «Сейчас в Иране сложилась примерно такая же ситуация, как в СССР к началу 1980-х годов. Есть пожилые консервативные аятоллы, среди которых Высший руководитель Хаменеи, которые боятся и не любят ничего связанного не только с Западом, но и вообще с новыми тенденциями современной жизни. И для них главное — не видеть всего этого. То же самое и у нас было в поздний период существования Советского союза: высшие партийные лидеры считали, что если диссиденты не устраивают демонстрацию на Красной площади, то в стране все хорошо», — сказал он.

По словам Демиденко, при этом в Иране обычные люди давно уже нарушают установленные запреты. «Там все прекрасно выходят в интернет, несмотря на действующие ограничения, приобретают современные телефоны и планшеты, употребляют наркотики, занимаются различными сексуальными практиками.

И когда вымрет нынешнее пожилое поколение аятолл, то все официальные запреты, в том числе и на изучение английского в начальных классах, будут сняты», — пояснил эксперт.

Специалисты также считают, что запрет на английский язык в иранских школах не приведет к тому, что дети будут больше учить русский язык. «Персы — люди прагматичные. Русский ввели в школы, потому что в последние годы Москва стала геостратегическим партнером Ирана. Французский и итальянский учат, потому что Италия и Франция — два крупнейших экономических партнера Тегерана, а немецкий учат, так как ФРГ — это первая экономика Европы. Но основным международным языком остается английский, нравится это кому-то или нет. И персы будут учить в первую очередь его», — резюмировал Володин.

Иран > Образование, наука > gazeta.ru, 11 января 2018 > № 2452792


Иран > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 10 января 2018 > № 2477612 Анастасия Ежова

Анатомия иранского протеста

бессмысленного, беспощадного и бесперспективного

Анастасия Ежова

Пока над огромными рождественскими елями полыхало зарево праздничных фейерверков, а в России под музыку из «Иронии судьбы» раскладывался по тарелкам салат оливье, в Иране неожиданно вспыхнули протесты. Усилиями западных пропагандистов локальным событиям был придан ореол выступлений исторического значения, которые по своим масштабам якобы превосходят протесты 2009-го года. Свое «веское слово» тут же вставил Дональд Трамп, разумеется, призвавший покончить с «тираническим режимом», который, дескать, «больше американской мощи боится только собственного народа»; не остался в стороне и Нетаньяху, потрясший кулаками и выразивший «солидарность с протестующими».

Западные агентства и соцсети тут же принялись распространять десятки фейков, которые при внимательном рассмотрении оказались кадрами выступлений шиитских антиамериканских оппозиционеров в Бахрейне или и вовсе снимками, сделанными на проправительственных митингах в самом Иране, где не меньшие массы граждан вышли в поддержку Верховного Лидера (Рахбара) – сейида Али Хаменеи.

Примечательно, что изначально его имя вообще не фигурировало в протестах, а люди вышли вовсе не против Рахбара и не против Исламской республики, а ради того, чтобы потребовать разбирательств в одном мутном криминальном дельце, которое с позиции исламского законодательство страны – само по себе незаконно. И тем более эти протесты не имели отношения ни к войне в Сирии, ни к братской помощи Палестине, ни к содействию Йемену, чей нищий и обездоленный народ вот уже почти три года страдает от саудовской агрессии, уничтожившей инфраструктуру страны практически под корень.

Но на определенном этапе кто-то сознательно вбросил провокационный лозунг «Не Газа, не Ливан, моя страна – Иран». Его подхватила часть неумных людей, которые, положа руку на сердце, не понимают ничего – от слова «совсем». Заметьте, это было сделано аккурат после того, как генерал-майор Касем Сулеймани – один из самых ненавистных для США людей и один из главных архитекторов победы над такфиристами – официально поздравил Рахбара с победой над запрещенной в России группировкой ИГИЛ. В Иране царила атмосфера эйфории – ведь очень много крови иранских добровольцев было пролито, чтобы добиться побед в Сирии и Ираке, чтобы защитить народы этих стран от такфиристского нашествия, а Иран – от угрозы вторжения террористов, частью идеологии которых является геноцид мусульман-шиитов как «еретиков, неверных и отступников».

Одновременно Иран заявил о своей безоговорочной поддержке палестинской Интифады, выступив против решения Трампа о признании Иерусалима столицей Израиля. В движении ХАМАС, в котором наблюдался раскол по вопросу о том, кого поддержать в сирийской войне, прошли внутренние выборы. В результате этих выборов к руководству пришли проиранские фигуры, а опыт многолетней борьбы дал хамасовцам возможность понять, что на протяжении многих лет поддержкой и опорой для борющихся палестинцев была именно Исламская республика Иран, а не Катар, Турция и страны Залива, которые, как флюгер, готовы менять свое отношение к Израилю в зависимости от конъюнктуры. Между Ираном и ХАМАС наметилось повторное сближение.

Наконец, фрустрация США и Израиля, обусловленная полным фиаско их планов в Сирии и однозначной победой проасадовского блока, была заметна невооруженным глазом. И они подготовили целый комплекс мер против стран и движений, имеющих отношение к этой победе. В ракурс рассмотрения, естественно, попала наша страна – Россия, началась кампания травли против Хизбаллы – против движения были введен новый пакет санкций, а ЛАГ во главе с Саудовской Аравией пошла на эскалацию истерии, причислив Хизбаллу к «террористическим» из-за активной поддержки Башара аль-Асада на полях сражений. Одновременно в СМИ просочилась информация, что американские и израильские спецслужбы готовят убийство Касема Сулеймани, которого недружественные медиа ёрнически именуют «другом Путина».

А с чего, собственно, в Иране все началось? И во что вылилось?

Обманутые вкладчики

В условиях ряда экономических проблем начали подпольно функционировать некие финансовые пирамиды и банки, деятельность которых с точки зрения законодательства Исламской республики незаконна. Эти банки давали ссуды под ростовщический процент, что запрещено законами ИРИ. Некоторые наивные граждане (от большого, опять же, ума) понесли туда деньги. Позже банки были закрыты как незаконно действующие, а гражданам обещали отдать деньги. Деньги, впрочем, граждане до сих пор не получили. Что, однако, может объясняться даже не обязательно злым умыслом и присвоением, а феноменальной иранской медлительностью. Здесь ведь особое дело: уголовка, непонятные фигуранты, пока найдут и привлекут виновных, пока разберутся со всей бумажной волокитой…Иранцы и простые-то дела (как-то утверждение какого-нибудь проекта) быстро не разруливают, а тут такое. Но у части народа лопнуло терпение. Видимо, потому, что деньги – такая вещь, которая порой нужна срочно, а их отсутствие сильно нервирует.

Пикантный и неприятный момент в том, что деятельность незаконных банков на каком-то этапе прорекламировало ТВ. Кто знает Иран изнутри, тот прекрасно понимает, что никакого приписываемого Ирану «авторитаризма» в нем нет в помине. Так, например, еще в 2013 году Рахбар написал открытое письмо, отметив, что ему категорически не нравится контент многих программ. От себя отмечу, что некоторые юмористические сериалы и т.п. пропагандируют отнюдь не исламские ценности (помню сцену, как жена избивает мужа стулом, увидев его в кафе с какой-то загадочной дамой, а тот прячется под стол – мне эта сцена показалась омерзительной и преисполненной совершенно неисламского неуважения к мужчине). Так что думать, что все ТВ от и до управляется «тоталитарным режимом мулл», ошибочно. На практике тоталитаризма в Иране весьма мало, а демократии весьма много, равно как и разных групп влияния.

Когда часть обманутых вкладчиков вышла на улицы, кто-то ловкий подсуетился, мастерски конвертировав недовольство рядом проблем экономического свойства в геополитическую плоскость, вбросив в массы лозунги против Рахбара, исламского строя, участия Ирана в сирийской войне и всего того, что буквально «по списку» ненавистно западным элитам и Израилю. Мол, экономические проблемы в стране не от того, что кто-то втихаря крышует жуликов, и не от практических ошибок действующего кабинета, а якобы от того, что Иран в Сирии воюет и Хизбалле деньги дает.

Грубо говоря, не слишком масштабный протест некоторых обманутых вкладчиков был подменен протестом взбунтовавшегося среднего обывателя, который очень хочет жить «как на Западе». Пропаганда пытается представить дело так, что эти обыватели выражают мнение большинства иранцев. Протестуют ли они потому, что банально голодны? Как в среднем живет средний иранец?

В Иране голод?

Да, в соцсетях ныне стоит вой, что иранцы голодают. Стенают, разумеется, в основном те энтузиасты, которые в Иране никогда не были, а мир познают по веткам комментариев и репостам в Фейсбуке.

Это ложь. Ни я, ни мои знакомые никогда не замечали в Иране признаков откровенного голода и обнищания. Да, иранцы не шикуют – собственно, в стране, обложенной санкциями с 79-го года, другого и не следовало ожидать. Но рестораны и кафе переполнены, год от года все больше людей с ожирением (сказывается увлечение газировкой, пиццей и фастфудом, а это – типичная проблема никак не голодающих стран, а совсем даже наоборот). Нищих на улицах не видно, зато видно множество людей со следами ринопластики; излишне говорить, что, когда люди реально голодают, они не тратят большие деньги на услуги косметологов, а Иран – пятая в мире столица пластической хирургии, где добрая часть женщин буквально «повернута» на процедурах красоты.

В Иране есть бесплатное школьное образование и символически платное высшее (за пять лет обучения уплачивается налог около 350 долларов); кстати, свыше 60 % студентов – девушки. Есть доступная медицина, есть пенсии. Государство активно инвестирует в развитие науки и исследований. Многие иранцы отдыхают внутри страны на морях. Конечно, качество иранской одежды и обуви – такое же неважнецкое, как в СССР; у кого родственники работают за границей или побывали там (а «железного занавеса» в Иране нет), те, как у нас в советские времена, привозят родным и знакомым хорошую обувь, сумки, одежду. Еда в средних магазинах и средних кафе – вкусная и качественная. Лекарства очень дешевые и хорошие.

Авиапарк из-за санкций в плачевном состоянии. Автопарк в состоянии сложном – хорошие автомобили из-за санкций облагаются двойным налогом на границе, есть лицензия на производство Peugeot внутри страны, но значительная часть машин на улицах – собственные «сайпы» и «саманды» (аналог жигулей), сильно устаревшие морально и технически, и отравляющие города выхлопными газами. Впрочем, эти же сложности являются стимулом для развития своего авто- и даже авиапрома. Зато дороги прекрасные и идеально гладкие, повсюду – идеальная чистота, некоторые улицы словно отполированы. Очень много средств идет на благоустройство городов и в особенности на ландшафтный дизайн парков. Общественные набережные на море – свободны для посещения и не застроены виллами, исключение – пляжи для купания, которые огорожены и разделены по половому признаку, однако дешевы и доступны для всех. В парках повсеместно установлены бесплатные тренажеры – вот вам и фитнес на открытом воздухе.

Культурная стагнация? Отсутствие развлечений? В стране есть и театры, и музеи, и музыкальные концерты, и кинематограф – один из лучших в мире: иранские фильмы регулярно завоевывает международные награды. Много спорткомплексов и бассейнов для мужчин и для женщин. Да, алкоголя и ночных клубов нет – а что они дают в культурном плане, кроме того, что служат рассадниками наркомании и катализаторами беспорядочных связей?

Преступность в Иране – крайне низкая, хоть в 2 ночи можно взять такси и женщине поехать одной на другой конец города. Убийства и изнасилования – редчайшие эксцессы, которые караются самым строгим образом. С падением риала в 2012-м распространилось мелкое воровство на улицах, да и то не стало тотальным, угрожающим явлением.

Никто, включая сами иранские власти, не отрицает наличия в стране определенных экономических проблем, связанных с санкциями и безработицей. Причем последняя обусловлена не только санкциями, но и недостаточно эффективным менеджментом. Да, действительно, к экономической политике правительства Рухани у ряда граждан есть свои претензии – в том числе и у сторонников существующего строя. Так, с его приходом к власти были урезаны многие субсидии, усугубилась инфляция, растут цены на бензин и продукты, показатели по безработице остаются высокими, деньги и хорошие зарплаты сосредоточились в банковском секторе. Только все это нарастало, как снежный ком, еще с 2013-го. Какое-то время господствовали иллюзии, что «ядерное соглашение» с Западом поможет исправить ситуацию, но оказалось, что это не так. Однако есть одно «но»: все эти «жаждущие перемен» граждане с энтузиазмом проголосовали за Рухани же летом 2017-го. Получается, они теперь сами же себя должны бить по рукам?

По сети и экспертным сообществам, впрочем, гуляет конспирологическая версия, что сам же Рухани и стоит за протестами. Еще более конспирологическая схема гласит, что протесты вызвал к жизни сам Рахбар. Не думаю, что стоит анализировать конспирологию. Отмечу лишь, что часть митингующих, выражающая недовольство внешней политикой Ирана, скандирует лозунги и против Рухани, и против Рахбара, и против исламского строя в целом.

Не глупо ли теперь объяснять проблемы и ошибки в экономике помощью Йемену, Хизбалле и Палестине, тогда как они имеют иной генезис? И заживет ли средний обыватель лучше и веселее, если в его стране все станет, сообразно его вожделенной мечте, «как на Западе»?

«Хотим жить, как на Западе…»

Средний обыватель мало разбирается в хитросплетениях мировой политики. Ему интереснее яичница на собственной сковородке. Как правило, он не умен, а потому им легко манипулировать, играя на его взвинченных нервах и свербящих внутри желаниях. Протест среднего обывателя отличается от протеста обездоленного, которому буквально нечего есть, и который не видит будущего в своей стране, фактически отданной на откуп иностранцам. Как только обыватель перестает голодать, а над головой у него возникает крепкая крыша, ему начинает казаться, что, если не отдавать деньги Газе и Ливану, тогда у него будет не просто пол, а пол с подогревом, и не просто рис, а рис с жирным кусом масла, и не дешевенькие мокасины из стремного кожзама, а хорошие брендовые ботинки из отличной кожи, и не раздолбанная Saipa, а классный BMW. «Зачем нам эта Куба, когда лучше дружить с США, и к чему нам эта гонка вооружений, когда приличные кроссовки не достать?» - эта риторика нам донельзя знакома.

Средний обыватель крайне не склонен страдать за какую бы то ни было идею. Он не мыслит такими категориями, как глобальные проекты, коммунизм на Марсе или приближение прихода имама Махди и торжество царства вселенской справедливости. Для него это бессмысленный и раздражающий абстрактный речитатив, из-за которого его мучают вполне конкретными санкциями. Государство должно обслуживать его комфорт, а не вовлекать его в какие-то мессианские проекты. Даже если он живет неплохо, он трезво понимает, что можно жить (в смысле – потреблять) куда лучше – «как на Западе». Правда, потом почему-то оказывается, что по итогам протеста средних обывателей, которые хотят, чтобы было «как на Западе», прекрасно начинает жить 10 % подсуетившихся, им же в руки плавно утекают все национальные богатства, а средний обыватель утешается ипотечным рабством, кредитным Renault или и вовсе зарплатой в 12 тысяч рублей в обветшавшем стационаре. Зато в магазинах – полный праздник жизни: сто сортов рыбы и колбасы, бутики с дизайнерской одеждой, изящная обувь от лучших брендов, роскошные автомобили. Правда, доступные тем же 10 %. Мы это все уже проходили.

Они этого пока не прошли. Точнее, проходили при шахе, но забыли. А потому в голову иранскому обывателю вдалбливается удивительная иллюзия, что все его проблемы будут решены, как только Иран вновь вернется в фарватер западной политики, перестанет враждовать с США и Израилем, прекратит вооружать Хизбаллу и «отдавать деньги каким-то арабским оборванцам из Газы и Йемена». «Вы хотите, чтобы у вас было, как на Украине?» - спросила я году в 15-м одного такого энтузиаста, сетовавшего на режим мулл, которые все деньги отдают в Ливан, мечтавшего «дружить с Израилем» и рвавшегося «скакать на майдане». На что он ответил – что нет, как на Украине они не хотят, они хотят, чтобы у них было «как у вас в 91-м при Ельцине». Ельцина они считают благом для России. Дальше, пожалуй, не стоит и продолжать.

Таким людям нужно, чтобы все снова было «как при шахе». Они запамятовали, что при шахе еще в 1957 году 70 % иранских граждан были неграмотны, а из 35 млн населения Ирана лишь 157 тысяч учились в университетах (а сколько еще нужно для обслуживания колониальной администрации?), а 24 % преподавателей работали на ЦРУ и 21 % – на местную охранку САВАК (созданную по образу и подобию израильской и причастную к массовым изощренным пыткам и убийствам). В то же время в стране существовало 3000 кабаре и борделей, а 80 тысяч американских военных советников т.н. «закон о капитуляции» наделял неограниченными полномочиями и неприкосновенностью (прямо как у нас – депутатов), меж тем, как 65 % от нефтяной выручки направлялось Израилю. Не удивительно, что к концу 70-х снести шаха мечтало абсолютное большинство иранцев самых разных политических убеждений. Быстро же в Иране забыли про «прелести» тех «свободных» времен!

Хватит кормить…?

Средний иранский обыватель (кстати, не стоит думать, что таковых большинство - под "средним" имеется в виду "посредственный", "приземленный": словом, мещанин) не понимает, что Ближний Восток – целостное пространство, где все процессы взаимообусловлены. Что покровительство Ирана антиамериканским движениям сопротивления – залог его суверенитета, влияния и, опять же, его боевой защитный щит от тех же США, протягивающие ручки к природным богатствам стран третьего мира. И не потому, что кто-то гремит против них громогласной риторикой, а поскольку запасы нефти или, например, сланцевого газа пахнут слишком аппетитно. Обыватель не понимает, что ливанская Хизбалла защищает его же, обывателя, на дальних рубежах. И что средний хизбаллаховец – это носитель куда более высокой и развитой формы сознания, потому что он мыслит такими категориями, как протест против американской гегемонии и мировой системы несправедливости, свобода, достоинство, самопожертвование. Он за это готов страдать – от бомб, от санкций. Он готов отдать жизнь – за свою страну или вообще за чужую. В отличие от мечтающих о том, чтобы в Иране было «как при Ельцине в 91-м», он довольно осведомлен о новейшей истории России и понимает, что Ельцин для нашей страны был злом. И, более того, даже знает о расстреле парламента из танков в 93-м.

Иранский обыватель не понимает, что деньги, направляемые тем же ополчениям или Асаду и Хизбалле, ему кажутся «огромными», а по меркам тех стран, куда они идут на поддержание дружественных ИРИ движений, СМИ, структур, это порой деньги весьма скромные. Для сравнения: в Тегеране средняя зарплата, по данным портала «Иран сегодня» – 800 долларов, в среднем 400 долларов стоит аренда средней по размерам квартиры. В Бейруте, чтобы худо-бедно выжить и прокормить большую семью, нужно 2000-3000 долларов минимум. В Ливане нет вообще ничего бесплатного. Спросите, зачем они тогда столько (четверых-пятерых детей) рожают? Рожают, чтобы дети получили хорошее образование и кормили родителей (потому что пенсий тоже нет) и помогали друг другу. Вот останется один брат без работы – его тут же выручит другой брат, у которого хорошо идет бизнес. Но чтобы встать на ноги, нужно выучиться. Значит, родители должны вложиться. Чтобы выучить детей, нужны очень большие деньги, потому что обучение и в школах, и в вузах – платное. В инфраструктуре Хизбаллы все это стоит, опять же, намного дешевле по сравнению с другими ливанскими учреждениями, а образование лучшее в стране – настолько, что немусульмане стремятся отдавать детей в «хизбаллинские» школы. Но всех нужд высшего образования инфраструктура Хизбаллы не покрывает.

Соответственно, если суммировать, иранскому обывателю может показаться, что какой-нибудь сотрудник «Аль-Манар» (или другой проиранской структуры) катастрофически его объедает, и что его кровные иранские деньги идут ему на строительство вилл с бассейнами. Меж тем, как по меркам Ливана он может получать среднюю зарплату, далеко не самую большую. Опять же, дешево ли обучить и укомплектовать шестую по силе армию в мире, каковой военные эксперты считают Хизбаллу? Нет, это очень дорого. То же самое касается ополчений в Ираке, воевавших против ИГИЛ. Иранский обыватель считает, что это нерациональная трата его средств? В таком случае он вообще тотально ничего не понимает. Если бы не вложения Исламской республики в Хизбаллу и шиитские ополчения в Ираке, такфиристы уже, возможно, хозяйничали бы на иранских улицах. Прорвали бы границу, какие-то города захватили, в каких-то учинили бы вакханалию кровопролития – вернулась бы ситуация времен ирано-иракской войны. Или, по крайней мере, иранские города и шиитские святыни Ирана накрыла бы волна терактов с помощью смертников и заминированных машин. Которые, кстати, стали редкостью даже в шиитской части Ирака – и все благодаря работе иранских спецслужб. Пожевывая свой кебаб с рисом и заедая подливой горме сабзи, иранский обыватель думает, что в рисе было бы побольше масла, а в горме сабзи побольше мяса, не отдай Рахбар его деньги «каким-то там арабам». Не понимая, что, если бы деньги не пошли «арабам», его головой на этой самой улице, возможно, играли бы в футбол.

Протестующие также критикуют выделение больших, как им кажется, бюджетов шиитским религиозным фондам (боньядам), в том числе ведущим работу за рубежом. Тут нужно упомянуть, что внутри этих фондов существует довольно жесткая финансовая отчетность. А на их деньги открываются издательства, функционируют СМИ, а где-то еще строят больницы и школы, а где-то вообще содержатся боевые ополчения. Да, от коррупции система (любая, где выделяются бюджеты) не застрахована, но любые факты коррупции, как минимум, требуют зримых доказательств. Излишне говорить, что у «скачущих» их нет. Нужна ли Ирану работа этих фондов? Исключительно нужна. Культурное и научное сотрудничество, развенчание мифов об Иране, его государственном устройстве и иранском исламе – лишь часть этой работы. Суверенную державу отличает от сырьевого придатка в том числе наличие собственного идеологического, политического проекта, который она предлагает миру, а также братская помощь другим странам и народам. В условиях, когда у этого политического проекта есть много врагов, которые еще и распространяют ложные сведения, борьба на информационном уровне очень важна. Впрочем, это, опять же, могут понять только люди идейно мотивированные.

Падет ли исламский строй?

Разумеется, нет. Собственно, уже поступают заслуживающие доверия сообщения, что протестующие почти успокоились. КСИР объявил, что ситуация стабилизировалась. Возникает другой вопрос: что это было? И может ли это повториться и приобрести куда более угрожающий размах?

Похоже, что имела место некая провокация, когда, используя неприятный криминальный инцидент, вызвавший во многом законные протесты части людей, «стрелки перевели» на Рахбара, исламский строй и совершенно оправданную и правильную внешнюю политику Ирана в Сирии, Ираке, Йемене и Палестине. Вопрос тут в следующем: имеем ли мы дело с чистой воды провокацией внешних сил или же к ней причастна внутрииранская прозападная «пятая колонна», которая заняла хлебные места и втайне мечтает избавиться от мешающей ей исламской и хомейнистской идеологической составляющей, от Рахбара, от политики противостояния США и Израилю, навлекающей санкции и мешающей беспрепятственному обогащению? Судя по нюансам с рекламой по телевидению, дело, увы, не только в иностранном вмешательстве. Во всяком случае, такие мнения звучат, в том числе со стороны авторитетных экспертов.

Все, кто знаком с Ираном, знают, насколько иранский менталитет отличается от жесткого русского: иранцы куда более дипломатичны и компромиссны в своих установках. Они настроены не на жесткое насаждение своей линии, а на внутренний диалог, маневрирование и консенсус. Тем не менее, некоторые чистки Исламской республике бы не помешали – в первую очередь, для сохранения достижений революции, особенно в условиях полыхающих войн, внешних вызовов и провокаций. По крайней мере, на русский взгляд. Разумеется, субъективный.

Кроме того, имеет смысл и некоторая творческая ревизия внутренней политики, не выходящая за рамки господствующей идеологии. И все ли в ней соответствует строго этой идеологии, или же что-то скорее является данью неким древним иранским устоям, которые иранское общество уже переросло? Не нужно недооценивать потенциала модернизации этого общества именно по исламским, а не либеральным лекалам – рамки шиитского ислама в этом плане, кстати, довольно широки и подвижны. Это, равно как и отказ от некоторых заезженных шаблонов в информационной и культурной политике, стало бы довольно хитрым и умным ответом западной пропаганде, рекламирующей либеральные ценности в среде иранской молодежи.

Протесты оказались слишком хилы, и об этом свидетельствуют отчаянные попытки западных СМИ выдать за них кадры, снятые не в Иране, или же фото выступлений сторонников линии Хомейни-Хаменеи, которые тотчас активно вышли на улицы. А их – минимум половина населения страны. А в «час икс» их может оказаться куда больше: вспомним, как в Сирии былые противники Асада перешли на его сторону, когда поняли, какая маячит альтернатива. Пока же на каждого модного иранского персонажа с начесом в лосинах приходится свой молодой доброволец с красной повязкой на лбу (прямо как в годы ирано-иракской войны), прошедший войну с запрещенными в РФ Нусрой и ИГИЛ. С началом событий в Сирии и Ираке исламизированную часть иранского общества захлестнула такая волна воодушевления, что власти были вынуждены ограничивать поток добровольцев: только один мужчина на семью. Теперь эти крепкие молодые парни приобрели боевой опыт. Что ему смогут противопоставить жеманные юноши в обтягивающих джинсах, наращивающие эстрогеновые галифе, уплетая фастфуд в тылу и выходя через vpn на сайты с западной попсой?

Сегодня протесты захлебываются и сходят на нет. В том числе и потому, что их социальная база оказалась уже, чем думали зарубежные подстрекатели. Но в худшем случае, если в будущем ситуацию последовательно раскачают, Иран ждет не падение исламского строя, а гражданская война. Потому что сторонники Исламской революции – при всем том, что и у них могут быть какие-то частные претензии к конкретным методам воплощения ее идей – так просто Исламскую республику тоже не сдадут. Хотят ли этого протестующие? Жаждут ли они войны, иностранной интервенции, полыхания национальных окраин, откола территорий, потери выхода к морям и островов, многочисленных жертв? Едва ли. Они банально не просчитывают последствия своих недальновидных действий.

Некоторые ливанские и иранские политологи рассказывали мне интересную вещь, касающуюся протестов 2009-го года. «Зеленый» лагерь взахлеб жалуется, как жестко их подавляли бойцы «Басидж» и ливанской Хизбаллы. Но те самые политологи говорили, что протестующих остановил даже не «Басидж», и не Хизбалла – а простые иранские граждане, сторонники исламского строя. Сказалась традиция собираться вечером каждого четверга в квартальных мечетях на чтение Дуа Кумейл. Во время этих собраний также проводятся уроки «политинформации», а люди имеют возможность тесно познакомиться. Вот эти хорошо знающие друг друга люди собрались и выступили как слаженная сила. Похоже, именно поэтому сторонники Рахбара так быстро консолидировались и на этот раз.

Нашим же властям и экспертам нужно помнить, что протестующие против «тиранического режима аятолл» по большей части настроены весьма антироссийски. И на попавших в youtube кадрах, где демонстранты скандируют на фарси: «Смерть России» - как раз-таки запечатлены противники «режима аятолл», одна из претензий к которому – его дружба и сотрудничество с Россией. Час, когда Иран станет «нормальной» по либеральным меркам страной, будет для России не очень радостен. Получить вторую Украину в лице одной из ключевых стран Ближнего Востока, мягко говоря, не хотелось бы. А потому поддержать нынешний строй в Иране – напрямую в интересах руководства РФ.

Иран > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 10 января 2018 > № 2477612 Анастасия Ежова


Россия. Иран > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 10 января 2018 > № 2453920 Сергей Лавров

Вступительное слово Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе переговоров с Министром иностранных дел Ирана М.Д.Зарифом, Москва, 10 января 2018 года

Уважаемый г-н Министр,

Дорогие друзья,

Рад приветствовать вас в Министерстве иностранных дел Российской Федерации. В минувший год мы очень часто встречались, это было важно, учитывая высокий темп общения между президентами России и Ирана.

Мы были рады приветствовать Президента Ирана Х.Рухани с официальным визитом в Москве в марте прошлого года. Затем Президент Ирана Х.Рухани встречался с Президентом России В.В.Путиным в Тегеране и в Сочи.

У нас тесное сотрудничество по линии внешнеполитических ведомств, аппаратов Советов безопасности, других министерств. Готовится очередное заседание Межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Мы предложили провести его в самом начале этого года.

Нам с Вами есть что обсудить, прежде всего, из международной повестки дня. Мы находимся на очень ответственном этапе подготовки нашей тройственной российско-ирано-турецкой инициативы проведения в Сочи Конгресса сирийского национального диалога. Уверены, что без наших инициативных шагов, начиная со стартовавшего год назад астанинского процесса, и женевские переговоры были бы не столь важными для всех участников этого процесса. Мы убеждены (и недавно говорили об этом в Москве со спецпредставителем Генерального секретаря ООН по Сирии С. де Мистурой, которого принимали вместе с Министром обороны С.К.Шойгу), что Конгресс сирийского национального диалога в Сочи действительно сможет создать условия для успешного проведения женевских переговоров при понимании, что та часть радикальной оппозиции, которая постоянно выдвигает предварительные условия, включая смену режима, будет воспитана теми, кто ее контролирует.

Важно обменяться оценками относительно того, как выполняется Совместный всеобъемлющий план действий по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы. Отмечаем четкую констатацию Генерального директора МАГАТЭ Ю.Амано полного выполнения Ираном своих обязательств. Будем по-прежнему отстаивать жизнеспособность этой программы, ее важнейший вклад в укрепление региональной стабильности и решение проблемы нераспространения оружия массового поражения.

Обменяемся мнениями по другим региональным вопросам. К сожалению, регион Ближнего и Среднего Востока не становится спокойнее, и нам важно регулярно «сверять часы».

Добро пожаловать!

?

Россия. Иран > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 10 января 2018 > № 2453920 Сергей Лавров


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter