Всего новостей: 2461618, выбрано 2562 за 0.120 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист СМИ, ИТ: Швыдкой Михаил (120)Петровская Ирина (96)Путин Владимир (72)Малюкова Лариса (71)Быков Дмитрий (61)Мозговой Владимир (57)Тарощина Слава (56)Медведев Дмитрий (42)Мединский Владимир (40)Латынина Юлия (34)Поликовский Алексей (33)Найман Анатолий (28)Пиотровский Михаил (28)Генис Александр (26)Сокуров Александр (26)Стуруа Мэлор (26)Мартынов Кирилл (25)Герман Алексей (24)Архангельский Андрей (22)Ивлиев Григорий (22) далее...по алфавиту
Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 апреля 2018 > № 2575656 Надежда Пак

Губительная «цифра»: чем автоматизация вредит бизнесу

Надежда Пак

Совладелица сети кафе «Рецептор»

Как практика фиксировать результат на бумаге повышает эффективность сотрудников на более чем 15%

Многие предприниматели проходят одни и те же этапы в процессе развития своего бизнеса. Сначала они вообще ничего не считают, потом начинают считать абсолютно все: финпоказатели, эффективность команды, профит от маркетинговой активности. В результате руководитель получает массу автоматической информации от CRM, Excel или самописных IT-систем — информации накапливается так много, что становится невозможно выделить самое главное и быстро принимать решения.

Ситуация напоминает ту, когда в багажнике вашего авто лежит навороченная панель приборов, для которой нет невыполнимых задач, но, чтобы все это увидеть, надо прежде всего остановиться, выйти из машины, открыть багажник — и только тогда все это увидишь. С высокой долей вероятности, предприниматель даже не будет всем этим пользоваться, понадобится всего один-три главных прибора, отображающих нужную картину. Другими словами, иметь возможность собрать информацию и реально использовать ее — это совершенно разные вещи

Слишком много цифр

Есть любопытные данные опроса коммерческих директоров, которых спрашивали, что самое важное для компании. Многие назвали основным критерием оценки выручку. Тогда топ-менеджеров попросили посчитать, сколько времени они фокусируются на том, чтобы выручка росла. Оказалось, около 11% их рабочего времени — что крайне мало.

Цифры статистики наглядно показывают, как сильно у любого руководителя смещается фокус с главной задачи. Он постоянно отвлекается на решение второстепенных вопросов, которые ему приносит персонал, он уже не смотрит в саму суть.

Существуют две основные проблемы бизнеса. Первая: мы не всегда понимаем, на чем фокусироваться. Всем известно, что основные показатели выводятся автоматически. Они всегда есть в IT-системе, их как бы можно в любой момент посмотреть, и именно поэтому на них никто не смотрит! К примеру, если спросить официанта, какой у него средний чек, то, как правило, он затруднится ответить, потому что не знает. Вторая проблема: нас отвлекает множество сиюминутных дел, которые кажутся не менее важными.

Наглядный пример из беседы с одним крупным предпринимателем, который через 1С может собрать подробную информацию о бизнесе, учитывать и анализировать по 10-15 характеристик. На вопрос, как часто он это делает, ответ был «Никода. Но я могу!».

Ручка и листок

Многие из нас оказывались в ситуации, когда в наших автоматических системах выводится огромное количество характеристик. Но мы не знаем, на что следует обратить внимание. Мы сами долго искали оптимальные методы решения проблемы, пробовали разные варианты и пришли к выводу: чем более линейная область поставленной задачи, тем более рационально решение отказаться от автоматизации.

Что касается бизнес-плана, то поначалу мы просто писали ключевые цифры на большой доске или листе ватмана (выручка, средние показатели линейного персонала и т.д.). Минус такого формата —рассматривать свыше трех параметров сложнее, теряется наглядность, становится труднее определить, растет или же падает статистика.

Мы пошли по пути возрастной регрессии и отмены сложных технологий — наши сотрудники каждый день рисуют графики своих результатов от руки на листе бумаги. Ведь это гораздо выгоднее, когда каждый лично отвечает за свои ключевые параметры и ежедневно фиксирует в письменном виде — ручкой, фломастером или карандашом, не имеет значения.

Например, если это официант, то он рисует линию выполнения своего плана. Если повар, то скорость приготовления блюда. Если управляющий рестораном, то выполнение плана по выручке или количество возвращений постоянных гостей. Таким образом, у каждой позиции теперь есть свой график ведения в ручном режиме. Получается просто, понятно и показательно.

Аналогичную практику по контролю в бумажном виде можно увидеть, например, у мебельной фабрики в Костроме или курсов английского языка в Москве: несмотря на то, что работают навороченные программы CRM и 1C, они тоже практикуют ежедневное ведение графиков вручную.

В наших ресторанах мы обнаружили один интересный факт. Многие наши сотрудники стараются повысить эффективность, но совершенно не знают своих параметров, а значит, не могут их увеличить. Теперь, когда у каждого есть 1-3 ключевых графика в ежедневном режиме, ситуация кардинально изменилась: сотрудник наблюдает за динамикой работы, определяет свой уровень успешности, и это его стимулирует!

Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 апреля 2018 > № 2575656 Надежда Пак


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 апреля 2018 > № 2575648 Станислав Кузнецов

Воры на доверии: как научиться технике финансовой безопасности

Станислав Кузнецов

заместитель председателя правления «Сбербанка»

Технологии упрощают денежные переводы, но этим пользуются и злоумышленники. Какая роль у финансовых организаций и пользователей в современном соревновании технологий

В мире персональных финансов произошла техническая революция, в результате которой стало возможным управлять своими деньгами с телефона в любом месте, где есть интернет — например, сделать моментальный денежный перевод. Люди получили в свое распоряжение удобные технологии, но для того, чтобы использовать их безопасно и не потерять свои деньги, им необходимы новые навыки. И с приобретением этих новых привычек наблюдаются проблемы. Тем временем преступность становится все более технологичной, и беспечность при использовании современных финансовых инструментов порождает все новые риски для кошелька.

Эволюция мошенничества в финансовой сфере

Еще в начале 2010-х годов более 90% преступлений составляли банальные физические кражи и скимминг (кража данных банковской карты при помощи специального считывающего устройства на банкомате). К середине нашего десятилетия мошенники вышли на новый уровень и освоились в киберпространстве: появились высокоорганизованные преступные группы, которые делали ставки на вредоносное программное обеспечение. А с 2016 года мошенники практически полностью переместились в киберсреду — согласно нашим исследованиям, сейчас 98% преступлений в банковской сфере проводятся через интернет.

При этом главную опасность представляют не хакеры и не компьютерные вирусы. Ключевой угрозой стала социальная инженерия, которая взламывает не машины, а людей, пользуясь их неосведомленностью и наивностью.

Именно этот вид киберпреступности в последние годы вышел на первом место. Мы фиксируем тысячи попыток в неделю, которые предпринимают «социальные инженеры», чтобы завладеть деньгами наших клиентов. По нашим данным, на социальную инженерию сегодня приходится более 80% мошенничества.

В 2017 году служба кибербезопасности нашего банка пресекла более 300 000 попыток хищения средств наших клиентов как с помощью методов социальной инженерии, так и с помощью вирусного ПО. Предотвращен ущерб на сумму более 20 млрд рублей. Для сравнения: за 2016 год объем предотвращенных хищений был на 20% меньше — 16 млрд рублей.

Основные сценарии социальной инженерии

Сценарии однотипны и отличаются лишь деталями: мошенник под видом работника госоргана (или сотрудника банка, или покупателя с сайта объявлений) узнает у клиента паспортные данные, номер карты и одноразовый SMS-пароль. Этих данных достаточно, чтобы получить доступ к средствам на счете через личный кабинет интернет-банка или мобильного приложения.

Есть и более экзотические схемы, на первый взгляд примитивные, но как показывает практика, весьма эффективные. Одна из таких схем — «Романтическое знакомство». Люди, которые ищут свою единственную и неповторимую любовь в интернете, склонны верить в чудо. И когда это чудо, на их взгляд, происходит, они теряют бдительность. А между тем их партнеры по романтической интернет-переписке зачастую являются тривиальными мошенниками, которые стремятся выведать данные для доступа к их счетам.

Одним из самых популярных инструментов социальной инженерии остается фишинг. Это уже давно известный вид мошенничества, и казалось бы, о фишинговых письмах знает каждый пользователь. К сожалению, это не так, и на практике 30% получателей их открывает, а 20% открывают вложения таких писем. Эта проблема на массовом уровне решается только повышением киберкультуры.

Кроме того, в последнее время распространились фишинговые сайты-ловушки, которые предлагают «супервыгодное предложение» или «подарок» якобы от имени банка. В остальном схема похожа на описанную выше: введенные номер карты и пароль мошенники используют для регистрации в интернет-банке и вывода денег со счета. Подделывают и другие сайты, например, для перевода с карты на карту или для покупки билетов.

ИИ против мошенников

Банки отвечают на вызовы киберпреступников в целом и «социальных инженеров» в частности тем, что совершенствуют свои системы фрод-мониторинга: анализа, выявления и предотвращения мошенничества. Несколько лет назад весь процесс проводился вручную. Хотя такая система помогала сдерживать мошенников, серьезно изменить ситуацию она не могла — злоумышленники быстро адаптировались и находили способы обойти новые правила. А выявлять новые тренды и угрозы «ручной» фрод-мониторинг не мог, система включала в себя ограниченное число алгоритмов, созданных человеком, поэтому она работала только с известными типами и схемами мошенничества.

У такой системы были и другие недостатки. Она не позволяла эффективно отслеживать и сопоставлять подозрительные действия в разных каналах обслуживания: в интернет-банке, мобильных приложениях, SMS-банке, банкоматах, контактном центре. Поддержка растущего числа правил требовала все больше ресурсов и сложно масштабировалась. Одним из ее главных недостатков было, конечно, неудобство для клиента: в систему был «зашит» ряд ограничений, из-за которых клиенты должны были производить множество дополнительных действий.

Современные системы фрод-мониторинга используют искусственный интеллект и выявляют подавляющее большинство всех попыток мошенничества. Модель, выполняющая скоринг операций, вместо статичных правил строит динамические на основе анализа больших данных. Подобные системы в автоматическом режиме не только отслеживают подозрительные операции и оповещают клиентов, но и предостерегают их от действий, совершаемых под влиянием мошенников.

Укрепить слабое звено

Важно понимать, что любая новая технология может быть использована не только во благо, но и во вред. Тот же искусственный интеллект сегодня служит хакерам инструментом, с помощью которого они генерируют новые вирусы. Таким образом, гонка между киберпреступниками и специалистами по кибербезопасности продолжается: первые ищут уязвимые места и атакуют их, вторые пытаются не просто отбиваться, но и играть на опережение.

А что же с простыми пользователями? Очевидно, что они остаются самым слабым звеном для мошенников. Но научиться элементарным правилам кибергигиены вполне реально для каждого. Убежден, что именно обучение граждан, повышение их осведомленности, выработка практических навыков противостояния мошенникам — залог успеха.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 апреля 2018 > № 2575648 Станислав Кузнецов


Казахстан > СМИ, ИТ > kapital.kz, 18 апреля 2018 > № 2576052 Мурат Алиханов

Продуманная провокация казахстанского стартапа

От Pootin’а до Дублина

Казахстанская команда разработчиков Codebusters получила мировую известность и предложение о работе благодаря хорошо продуманной провокации. В середине февраля, когда в ряде стран, в том числе и в Казахстане, было заблокировано приложение GetContact, известное как похититель личных данных, казахстанские программисты запустили альтернативную версию этой программы, которую позже назвали Pootin. В первые же дни по количеству скачиваний она обогнала WhatsApp и Telegram, а всего за один месяц ее скачали 800 тыс. пользователей по всему миру.

Зачем программистам играть в опасные игры с личной информацией, а также как приложение Pootin позволило им заявить о своих возможностях на весь мир, «Капитал.kz» рассказал Мурат Алиханов, CEO и основатель команды Codebusters.

Силиконовая долина в яблоневых садах

Офис Codebusters — в лучших традициях Силиконовой долины. Огромный дом в алматинских предгорьях, красивый пейзаж и чистый воздух, множество комнат, где можно работать круглосуточно, в команде или уединившись. Спартанская обстановка, ничем не отвлекающая от работы. И, конечно, множество компьютеров.

В первую очередь интересует природа появления приложения Pootin. Какой смысл привлекать к себе внимание программой, которая чаще всего вызывает резко негативную реакцию, потому что делает публичными данные человека, который ее скачал? «Когда вы напишете о нашем приложении, большинство читателей тоже будут недовольны. Через это приложение можно раскрыть информацию, которую обычно принято скрывать: измены в браке, получение взяток, „некрасивые“ болезни. Мы сделали аналог приложения GetContact, но если оно определяется как сервис-приложение для определения скрытых номеров, то мы позиционируем Pootin как социальную сеть. Со временем мы планировали внедрить анонимный чат, но не успели: Apple снял нас с App Store, — рассказывает Мурат Алиханов. — Мы не придумали это приложение сами, мы его слямзили. В этом нет ничего плохого, в Казахстане вы не найдете ни одного оригинального проекта, да и в ближайшие 5 лет такого не будет. Любой успешный стартап был заимствован и скопирован. В интернете вообще копировать не стыдно, наоборот, стыдно изобретать велосипед, когда другие люди — умнее тебя и на большем рынке уже предложили свое решение».

В любой стране мира неприкосновенность персональных данных охраняется законом. Зачем же Codebusters создали продукт, весьма двусмысленный с точки зрения морали? «Мы получали данные исключительно с разрешения пользователей. Им приходило уведомление, что они делятся с нами своей контактной информацией, своей контактной книгой. Пользователь вправе принять решение, давать или не давать на это согласие, — говорит Мурат Алиханов. — Для нас работа с этой программой стала экспериментом и получением нового опыта. Мы умеем программировать, но нам негде было получить опыт вирального роста, работы под давлением. И мы решили, что, если создадим аналог GetContact, получим возможность использовать навыки, которые использовать прежде не было необходимости. Мы за неделю добились того, чтобы наши серверы испытывали нагрузку 300 000 пользователей в день. Мощности пришлось увеличивать 2−3 раза в день. Это условия работы, которые испытывает очень мощно растущий стартап, и это положительный опыт. Само по себе приложение очень простое, мы сделали его за полдня. Но хайп возымел настолько огромный эффект, что о нас узнал не только весь Казахстан, но и весь мир».

Популярная программа дала новый профессиональный опыт

Если резюмировать полученный опыт, какие новые навыки получила команда? «Теперь мы знаем, как быстро масштабировать сервис. Условно, нам пришлось за один час выполнять задачу, на которую в обычных условиях выделяют 8 часов. Мы выросли во всем, что касается поддержки серверной инфраструктуры, качества кода и его оптимизации, — говорит Мурат Алиханов. — Мы выросли в технологическом плане, а также как аналитики. Мы живем в мире, где все решения должны быть основаны на числах, и с этой точки зрения мы очень хорошо прокачались. Мы изучали поведение пользователей не в вялом режиме, когда они заходят в режиме тысячи человек в день, а когда их 10 тысяч прямо сейчас сидят в приложении. Приложение при этом погибает, и вы должны с этим что-то делать! Следующий наш сервис будет гораздо качественнее».

Стала ли команда Codebusters дороже после опыта работы с приложением Pootin? «Эта история мало что изменила. Мы остались теми же ребятами, просто получили больше экспертизы и знаний. До этого нас знал только казахстанский бизнес, а теперь обращаются со всего мира, хотят с нами работать. Мы сознательно на это пошли. Зато люди со всего мира нам пишут: „О, какие вы крутые, а можете делать то и то?“ Так что приложение Pootin вышло в нужное время в нужном месте, — говорит Мурат Алиханов. — Нас ругали крупные digital-компании, мы ввязались в интеллектуальную дуэль с государственными органами, которые хотели нас заблокировать. Все думали, что это наш основной проект, на котором мы хотим деньги заработать. О заработках скажу отдельно: мы могли бы достичь поступлений от рекламы примерно в $10 тыс. в день, но из-за блокировки остановились на показателе $1 тыс. Реклама в казахстанском сегменте интернета недорогая — в 3 раза дешевле, чем в России. А если сравнивать с американским рынком, то он дороже в 15 раз в сравнении с нашим. Так что в первую очередь для нас это был тренажер для быстрого роста команды. Сейчас мы на грани того, чтобы выйти на мировой рынок разработки программного обеспечения, открыли филиал в Дублине».

Учитывая потенциальную опасность, которую таит для персональных данных общение в интернете, «Капитал.kz» попросил универсальные советы. «Что касается персональных данных: делитесь только теми данными, которыми вы не боитесь делиться. Всегда смотрите, какие права даете приложениям. Приложения всегда явно спрашивают, — говорит Мурат Алиханов. — И будьте осторожны в условиях публичного вай-фая. Навыки рядового программиста позволяют снифить (поднюхивать или подслушивать) данные, которые проходят по Сети. Поэтому не советую платить в кафе онлайн-картой».

Казахстан > СМИ, ИТ > kapital.kz, 18 апреля 2018 > № 2576052 Мурат Алиханов


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Недвижимость, строительство > lgz.ru, 18 апреля 2018 > № 2573762 Алексей Изотов

Эмоции московской старины

Здания таят в себе тайны столетий

Окно в особняке Кекушева, откуда вылетала Маргарита на бал к Воланду; сохранившаяся в идеальном состоянии столетняя сантехника в резиденции посла Германии на Поварской; историческое напольное покрытие в особняке Коробковой на Пятницкой, хранящее в себе память о гостях дома и, конечно же, непередаваемая атмосфера, неподвластная времени, – именно энергетика «диктует» правила для жильцов объектов культурного наследия. В каждый из особняков можно по-настоящему влюбиться – в их шарм, красоту, историю и неповторимость. О неодушевлённых, но «душевных» исторических зданиях, о совместном с «Литературной газетой» проекте «Уникальные особняки Москвы» и дальнейших перспективах реставрационных проектов мы побеседовали с начальником Главного управления по обслуживанию дипломатического корпуса (ГлавУпДК при МИД России) Алексеем Юрьевичем Изотовым.

– Большая часть особняков, находящихся в ведении ГлавУпДК, формирует исторический облик столицы. А есть предыстория того, как они оказались в ведении вашего предприятия?

– Системная работа с иностранным сообществом в России была начата ещё в 1556 году, когда Иван Грозный выделил английскому посольству отдельное здание вблизи Кремля, на улице Варварка, известное как Старый английский двор. Сегодня в нём размещается филиал Исторического музея. С тех пор организации по обеспечению работы и жизни иностранцев всегда существовали в системе государственной власти Российской империи.

В 1921 году по личному указанию В.И. Ленина было создано Бюро по обслуживанию иностранцев – Бюробин. Наше предприятие – преемник Бюробина и всех его предшественников начиная с 1556 года.

– Какой вам видится цель недавно стартовавшего в «ЛГ» проекта «Уникальные особняки Москвы»?

– Рассказать подробнее о наших зданиях – жемчужинах архитектурного облика столицы. Через историю и судьбы их жителей показать жизнь особняков, «средний возраст» которых насчитывает около 100 лет. За последние годы ГлавУпДК завершило значительный объём реставрационных и восстановительных работ. Нередко в ходе их архитекторы и реставраторы ГлавУпДК делают настоящие открытия, находят скрытые элементы убранства, восстанавливают утраченное. Об этом и расскажет проект. Главный же сюрприз в том, что все особняки, которые появятся в публикациях в течение года, составят увлекательный пешеходный экскурсионный маршрут по старой Москве, а истории, опубликованные на страницах газеты, станут прекрасным гидом для читателей.

– Расскажите о наиболее крупных реставрационных проектах, реализованных за последнее время?

– В 2016 году мы завершили работы в здании Цветковской галереи на Пречистенской набережной, 29, стр. 1. Здесь была произведена реставрация фасадов, кровли и ворот, воссозданы утраченные элементы. В конкурсе Правительства Москвы на лучший проект в области сохранения и популяризации объектов культурного наследия «Московская реставрация-2016» ГлавУпДК при МИД России было награждено премией «За лучшую организацию ремонтно-реставрационных работ».

В прошлом году отреставрировали фасады и ограды резиденции посла Египта в Кропоткинском переулке. Именно в этом здании после возвращения из ссылки жил декабрист Александр Петрович Беляев.

Также недавно завершился первый этап реставрации фасада резиденции посла Испании в Спасопесковском переулке. В 2019 году планируем приступить к реставрации фасада и кровли второго строения, в ходе которой будут воссозданы утраченные элементы входной группы, парапета, восстановлен световой фонарь на крыше.

В настоящее время комплексный капитальный ремонт ведётся в здании в Леонтьевском переулке (д. 10 стр. 1, 2, 2а, 3). Над этим особняком в разное время работали три великих архитектора: Каминский, Шехтель и Эрихсон. Здесь идёт реставрация фасадов, кровли, восстанавливаются элементы интерьеров. Кроме того, модернизации подвергнутся инженерные системы, будет благоустроена территория домовладения. Завершить проект мы планируем в этом году.

Комплексный капитальный ремонт с элементами реконструкции и реставрации идёт и в особняке Льва Николаевича Кекушева на ул. Остоженка, д. 21. Воссоздано большое количество исторических элементов здания. В конце прошлого года на пятнадцатиметровую высоту мы подняли и установили четырёхметровую скульптуру бронзового льва – главного символа творчества Кекушева. Статуя льва была утрачена при неизвестных обстоятельствах в начале прошлого века, её кропотливо воссоздали по архивным материалам.

– У реставрации объектов культурного наследия есть свои особенности?

– Наши специалисты кропотливо восстанавливают первозданный облик здания. Проекты реставрации разрабатываются в соответствии с требованиями Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». Затем, только после положительного заключения государственной историко-культурной экспертизы и согласования Департамента культурного наследия Москвы, мы приступаем к работам, которые, подчеркну, проводим за счёт собственных средств. Коллектив ГлавУпДК практически ежегодно получает благодарности и другие награды мэра за большой вклад в сохранение объектов культурного наследия столицы.

– В большинстве особняков размещаются посольства иностранных государств, резиденции глав дипломатических представительств. Многие посольства «прописаны» в одних и тех же зданиях десятилетиями. Как складываются отношения у зданий и их жильцов?

– Часто приходится слышать от иностранных дипломатов, глав дипломатических представительств слова восхищения убранством особняков, их красотой и великолепием. Возникают, конечно, и бытовые вопросы. Но мы их оперативно решаем.

– Атмосфера в особняках меняется при новом жильце? Или жилец подстраивается под неё?

– Скорее второе. Вся эта атмосфера, наверно, заставляет человека следовать именно ей, а не пытаться внести что-то своё. Хоть особняки и неодушевлённые, но душа и энергетика у них есть.

– Есть ли лично у вас «любимчики» среди особняков?

– Интересный вопрос. Это то же самое, что спросить ребёнка, кого он больше любит – маму или папу. Все особняки уникальны по-своему, и я очень люблю большинство из них. Дом приёмов МИДа, Спиридоновка, 17 – я знаю каждый его закоулок. Особняк на Пречистенке, 20 – здесь располагается главный офис ГлавУпДК. Особняк Коробковой на Пятницкой, 35 – там такая фантастическая аура! Здание в Леонтьевском переулке, где размещается посольство Греции… И конечно же, очень душевное место на Остоженке, 21 – дом жены Кекушева.

– С 18 апреля по 18 мая в Москве проходят Дни культурного наследия. Будут ли особняки открыты для ценителей архитектуры в эти дни?

– Посольства – особые объекты с точки зрения обеспечения безопасности. Мы активно взаимодействуем с Правительством Москвы: где-то за полгода начинаем направлять официальные письма в посольства с просьбой предоставить возможность открыть их для российских граждан. Большинство посольств откликается. В том, что у москвичей и гостей города появляется уникальная возможность очутиться в неповторимой атмосфере этих исторических зданий – на 90% заслуга ГлавУпДК.

– В одном из интервью вы сказали, что «постоянный отрыв от Родины – тяжёлая вещь». Прочувствовав это на собственном опыте, много лет проработав на дипломатических должностях в Японии, какие шаги вы предпринимаете, чтобы зарубежные коллеги этого не ощущали?

– Наша деятельность имеет много направлений. В первую очередь это предоставление в аренду недвижимости (офисов, квартир). В ведении ГлавУпДК в Москве более 1 200 000 м2 недвижимости. Это и 150 особняков, и многофункциональные комплексы, включающие офисные и жилые помещения, и отдельные дома. Ещё есть комплекс отдыха «Завидово» на берегах Волги, гольф-курорт «Москоу Кантри Клаб» в ближайшем Подмосковье, в Нахабине, медицинский комплекс «Мединцентр», фирма «Инпредкадры», предоставляющая кадровые и бухгалтерские услуги, «Спецавтоцентр», оказывающий автотранспортные услуги. Мы имеем также Культурный центр, где проводятся выставки, концерты и другие культурные мероприятия. Весь этот большой комплекс наших возможностей позволяет не только познакомить дипломатов со страной пребывания, но и создать для них комфортные условия для общения, отдыха, знакомства с культурой России. Весь спектр наших услуг доступен и для россиян, среди наших клиентов много российских компаний и граждан.

Как коммерческое предприятие мы находимся вне политики. Именно этот уникальный статус позволяет проводить самые разнообразные мероприятия для дипломатического сообщества. Например, новогодний приём в Большом театре, ежегодные спортивные соревнования – зимние и летние Дипломатические игры и многое другое. Наша задача – сделать всё возможное, чтобы Россия стала для дипломатического сообщества не только страной пребывания, но и близким полюбившимся местом.

Беседу вела Анастасия Бойко

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ. Недвижимость, строительство > lgz.ru, 18 апреля 2018 > № 2573762 Алексей Изотов


Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 18 апреля 2018 > № 2573352 Сергей Фрадков

Счастье против воли: как любовь к инновациям губит высокие технологии

Сергей Фрадков

инвестор, управляющий партнер венчурного фонда и стартап-акселератора iDealMachine

Руководству компаний следует сочетать инновации с оптимизацией бизнеса здесь и сейчас. Иначе активные инвесторы не дадут им шанса увидеть результаты инновационного развития

Сложно найти человека в корпоративном мире, который не был бы знаком с монографией профессора HBS Кристенсена «Дилемма инноватора». В ней автор подробно разбирает кейсы прорывных инноваций в различных индустриях, где компании, имеющие доминирующие позиции в своем сегменте рынка, пали под натиском меньших конкурентов, использующих инновации для передела рынка.

Чтобы спастись, компания за компанией объявляли о своей приверженности принципам Lean Startup (бережливый стартап) и созданию внутренних центров инноваций, призванных к внедрению прорывных технологий и созданию новых продуктов. Однако в последнее время мы становимся свидетелями нового тренда — инвесторы-активисты все чаще требуют от руководства компаний сконцентрироваться на текущей прибыльности и не вкладывать много средств и времени в инновации.

В чем же причина провала инновационного фокуса крупных компаний? Это связано со способами, которые корпорации пытаются реализовать инновации.

Изобретения по разнарядке

Первый и наиболее очевидный способ разработки инновационных продуктов, которые используют большие компании, — это поручить структурным подразделениям создание определенного количества инноваций в год. Часто это принимает форму разнарядки, где отделению поручают выполнить определенные KPI по инновациям и делают компенсацию ключевых сотрудников зависимой от внедрения «инновационных» продуктов в ассортимент компании. Винтики в машине корпоративной бюрократии начинают крутиться, ответственные за реализацию начинают готовить отчетность для вышестоящего начальства, но в реальности выхлоп от этих инициатив невелик — произведенные таким способом продукты не имеют реальной востребованности на рынке, ведь основной причиной их возникновения была корпоративная отчетность, а не потребность рынка.

Дополнительно любые инновационные продукты, которые могут изменить структуру маржинальности существующих, встречают ожесточенное сопротивление отделов, ответственных за сбыт существующей продукции, — ведь на кону стоит их компенсация и внутренний успех их руководства. К этому выводу пришел и вышеупомянутый профессор Кристенсен — по его мнению, инновации внутри существующих корпоративных структур обречены на саботаж и медленную смерть. В качестве примеров он приводил Digital Equipment Corporation (DEC), Xerox и другие компании.

Джеффри Иммельт в 2011 году трансформировал GE из диверсифицированного конгломерата в компанию с целевым фокусом на нескольких отраслях промышленности. Поначалу инновации были успешны, но затем рыночная стоимость акций компании упала вдвое и в 2017 году достигла наихудшего за всю ее многолетнюю историю уровня Dow Jones — Иммельт был уволен. По мнению акционеров, фокус на инновации не помог росту акций компании, а значит, должен был быть изменен, невзирая на причитания о необходимости смотреть в будущее.

Поглощение инноваций

Наученные опытом, корпоративные менеджеры начали внедрять методики, связанные с поглощением перспективных компаний. Нередки ситуации, когда вокруг крупных компаний создается целая серия компаний ее бывших сотрудников, создающих инновационные продукты, а потом продающих свои стартапы родительской организации. Примером такой стратегии может служить компания Cisco, производитель сетевого оборудования, которая приобретает несколько десятков успешных компаний ежегодно. В основе данной стратегии лежит осознание факта, что для создания инновационного продукта команда должна быть свободна от рамок работающего бизнеса, а за продукт, доказавший свою востребованность, можно заплатить существенную премию.

Однако наравне с преимуществами такая методика имеет существенные недостатки. Цена, которую корпорация платит за созревший инновационный продукт, часто является сильно завышенной. Инновационные стартапы нередко запускают бывшие сотрудники корпорации, которые имеют связи внутри компании, где раньше работали, что позволяет им получить нерыночную цену за свою фирму. Ну и наконец, их опыт в запуске инновационного продукта может быть недостаточным и пропорция успеха невысокой — ведь в большинстве своем они технари, а не бизнесмены. Для запуска серьезного инновационного продукта им не хватает опыта и понимания рынка.

Например, Yahoo! активно занималась поглощениями. В 2005 году корпорация приобрела весьма успешный сервис онлайн-закладок Delicious, одновременно разрабатывая аналог внутри корпорации — Benchmarking 2.0. При этом внешняя компания приобретена на пике популярности, с базой постоянных пользователей около 300 000 пользователей. В результате сервис, приобретенный, по разным оценкам, за $15-30 млн, через шесть лет выставляется на продажу как «бесперспективный» наряду с поисковиком Altavista, новостным агрегатором Yahoo! Buzz, веб-каталогом Yahoo! Picks и социальной сетью MyBlogLog. Причина, озвученная руководством компании, — «мы не нашли способа монетизировать сервис». Полагаю, реальная причина — несогласованность действий внутри команды и заинтересованность в продвижении собственного продукта.

В 2012 году Yahoo! возглавила Марисса Майер, молодой перспективный топ-менеджер из Google. Покупки стартапов продолжились: 53 компании за 4 года с общей суммой инвестиций $2-3 млрд, но они либо закрывались, либо не давали ожидаемого эффекта. И в 2016 году когда-то лидирующий поисковый сервис был куплен оператором Verizon.

Внутренние эксперименты

Наконец, еще один способ запуска корпоративных инноваций — это корпоративные акселераторы, или центры инноваций. Часто они создаются в партнерстве с инфраструктурными партнерами, опытными игроками венчурной и инновационной индустрии. Такие игроки способны помочь компании в нескольких аспектах создания инновационного поля — привлечении внутренних и внешних инноваторов, создании программы обучения команд и структурирования инновационных продуктов, а также привлечении менторов и экспертов в индустрии, в которой будут создаваться инновации.

Созданные вне существующих корпоративных структур, часто при поддержке руководства компании и привлечении значительных ресурсов, корпоративные акселераторы способны существенно облегчить разработку и внедрение высокотехнологических продуктов.

Корпорации могут привлечь несколько типов партнеров: независимые акселераторы-фонды, например TechStars или ФРИИ; вендоры акселерационных программ, такие как GVA; или университетские акселераторы — например, Стэнфордский.

Независимые акселераторы-фонды приносят корпоративному партнеру не только экспертизу отбора команд и проведения акселерационных программ, но и собственный венчурный ресурс для финансирования удачных проектов. Недостатком такого партнерства является то, что оба партнера преследуют свои цели, которые могут войти в конфликт при принятии решения о приеме или финансировании определенных стартапов. Примеры таких партнерств — это акселератор Coca-Cola, созданный в партнерстве с TechStars, или акселератор по созданию ПО для бизнеса, который сделали Microsoft и ФРИИ.

Если корпоративный заказчик хочет построить акселерационную программу только под свои нужды, ему может подойти вендор акселерационных программ, который имеет опыт в отборе и акселерации и не претендует на долю в удачных командах. Корпоративный партнер получает возможность принимать те команды, продукты или технологии которых могут быть востребованы внутри их бизнеса. Такие программы, к примеру, запустила IKEA совместно с GVA.

И наконец, университетские акселераторы предлагают корпоративным партнерам ресурс в виде ученых и студентов, готовых вести исследовательские работы в интересующей партнера отрасли, или найти прикладное применение имеющимся исследованиям. Примером такого партнерства можно считать акселератор, который Стэнфордский университет ведет для Department of Energy, или партнерство ВШЭ с холдингом «е-Генератор».

Практика показывает, что руководству компаний, ищущих инновационный путь развития, следует сочетать инновации с оптимизацией бизнеса здесь и сейчас. Иначе активные инвесторы не дадут им шанса увидеть, как взойдут посеянные ими семена инноваций.

Россия > Приватизация, инвестиции. СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 18 апреля 2018 > № 2573352 Сергей Фрадков


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 апреля 2018 > № 2573328 Денис Самсонов

Конфликт поколений: чем блокировка Telegram напоминает крестовый поход детей

Денис Самсонов

Издатель ИД «Открытые системы»

Если отвлечься от технических подробностей, то история с ограничением доступа к мессенджеру напоминает очередное непонимание поколениями друг друга

С понедельника мы живем в истории. Место не самое приятное. Китайцы, для которых «что б тебе жить в эпоху перемен» — крепкое ругательство, правы. Тютчев с его «блажен кто посетил...», погорячился. История начинается, когда ее никто не ждал, и оказывается не такой, как прогнозировали. Так наступает весна. Так вырастают дети. Сам же мечтал, чтобы твой пацан стал самостоятельнее. Принимал решения, отвечал за себя и близких. Что хотел, то и получил. Но пацан при этом покуривает, дома ночует через раз и даже не пытается делать вид, что твои советы для него что-то значат.

Внезапно образовавшееся гражданское общество, его диванный протест и «диджитал резистанс» — смешны, но смех этот нервный. Общество демонстрирует сплочение и открытую конфронтацию с государством, пусть инфантильные, но несомненные. Сплочение неожиданное: вне-возрастное и над-идеологическое. Блокировкой Telegram равно возмущены либералы и государственники, западники и почвенники, и главное — те, кто вообще никогда не мыслил себя в политических координатах, жил «своей жизнью» и считал, что его это не касается.

Свой искусственный голос в защиту блокировки не подают даже боты в социальных сетях. Их кукловодам понятно: ничего кроме раздражения попытки оправдать действия Роскомнадзора сейчас не вызовут. Сами чиновники, которым по долгу службы положено выступать за блокировку, делают это неубедительно, словно извиняясь. Как бы ни закончилась эта история, у нее будет продолжение. Рано или поздно Telegram окончательно заблокируют, окончательно разблокируют или оставят как есть, но привычка к «резистанс» и ощущение мира, поделенного на «мы» и «они», останутся.

Почему именно блокировка Telegram запустила процесс формирования гражданского общества? Почему закрытие «Синематеки» зажгло в Париже лето 1968? Ответа на эти вопросы нет. Над запретом пармезана только посмеялись. Разгон очередного «уникального журналистского коллектива» никого уже не трогает. Редакционные дела и раньше за пределами медийной тусовки мало кого волновали. А за не самый популярный и незаменимый Telegram вступились многие.

Может быть дело в границах личной жизни, которые ощущаются особенно остро? В Штатах, где Facebook готов обсуждать с государством размещение рекламы и рассказывать о своей работе достаточно подробно (кто-то называет это контролем), готовность к сотрудничеству была воспринята обществом как положительный шаг. Но Facebook не обещает правительству досудебного доступа к частной переписке своих пользователей. В России речь идет именно об этом. «Старшие» требуют ключ и право входить в твою комнату без стука. Вроде бы и прятать нечего, но все равно противно.

Может быть дело в абсурде, уровень которого перешел даже наши, сильно растянутые границы. Террористам теперь негде будет обсуждать свои черны планы? Вы это серьезно? Сложившаяся ситуация наводит на мысль о том, что мы присутствуем при диалоге родителя и ребенка:

«Дочь, отдай мне пароль от своего аккаунта в соцсети, я должен проверять твою переписку», — как бы говорит отец. Любой ребенок будет справедливо возмущен таким беспардонным поведением. Но родитель продолжает настаивать, и его аргументы даже звучат убедительно: «Может ты там наркотики покупаешь или тебя в террористы вербуют?». Может ли подобное произойти в социальной сети или мессенджере? Безусловно, как и в любом другом месте, включая и реальный мир, где тоже готовятся и совершаются преступления. Но родитель отказывается взвешенно рассуждать, слышать ребенка и вникать в ситуацию. «Тогда я тебе Интернет отключу», — решает он.

Классический сценарий ролевого конфликта, в котором подросток среди прочих неприятных открытий, обнаруживает, что он абсолютно одинок, его никто не понимает, и жаловаться некуда. Западные институты потратили миллионы на развитие «демократии в России». Сейчас особенно понятно, что эти доллары и евро были пущены на ветер и поддержание штанов участников процесса. Частные фонды сделали много прекрасного и бесполезного, и, наверное, продолжат заниматься этим в будущем. Имеют полное право, не будем считать чужие деньги. Но именно здесь и сейчас, этой демократии и этому обществу нужны надежные и удобные средства обхода блокировок. Помощь, которая будет с благодарностью принята и оценена, но желающих ее оказать не видно. Либо потенциальные помощники не успевают за переменами, либо изначально преследовали какие-то иные цели.

Конфликт вокруг Telegram — типичный подростковый бунт, в котором на стороне условного «родителя» все козыри. Отобрать смартфон, лишить карманных денег, перерезать провод, блокировать IP-адреса миллионами, построить суверенный Интернет, как в Китае. Неправда, что технологии Telegram не позволят государству добиться его отключения. Заблокируют, если проявят достаточную политическую волю. Но на стороне условного «подростка» будущее. Государство отключит Telegram, отец добьется пароля от социальной сети, но это те победы, которые не прощают.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 апреля 2018 > № 2573328 Денис Самсонов


США. Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573293 Адам Лелонек

Запад сам закрепляет российский дискурс

Якуб Бодзёны (Jakub Bodziony), Филип Рудник (Filip Rudnik), Kultura Liberalna, Польша

Интервью с главой польского Центра анализа пропаганды и дезинформации Адамом Лелонеком (Adam Lelonek)

Kultura Liberalna: Американцы решили ввести новые санкции в отношении людей, непосредственно связанных с Владимиром Путиным. Как Вы думаете, следует ли ожидать такой же реакции от европейских стран, и отразится ли история с Сергеем Скрипалем на контактах между Западом и Россией? Не вернутся ли они снова через какое-то время к формату «business as usual»?

Адам Лелонек: Ситуация, которую мы сейчас видим, отличается от того, с чем мы имели дело в прошлом, как в плане самого покушения, так и решительного ответа на него. Структуры НАТО и ЕС укрепляют свою сотрудничество, а слова поддержки звучат не только из Европы и США, но и из разных уголков мира, в этом контексте можно предположить, что европейцы могут ввести свои ограничительные меры. Американцы принимают решения быстрее, а Евросоюзу, чтобы запустить некоторые процессы, нужно получить согласие всех стран-членов.

— Некоторые государства не стали даже выдворять российских дипломатов. Вы думаете, что они решат ввести санкции?

— Некоторые европейские государства придерживаются собственного подхода к российской политике. Этому есть много причин, дело здесь не только во внутриполитических факторах. Следует учитывать, что Российская Федерация проводит разную внешнюю политику в отношении разных государств, используя разные инструменты из сферы психологической и информационной войны. В Великобритании она придерживается одной тактики, в Чехии другой, в Венгрии третьей. Можно предположить, что брюссельские политики это осознают. Европейские элиты должны знать, что не все занимают в отношении России одну и ту же позицию.

— От чего это зависит?

— Самое важное — это контекст безопасности, все видят его по-разному. Страны, которые находятся далеко от России, иначе воспринимают исходящие от нее угрозы, чем те, которые находятся ближе. В зависимости от этого меняется также роль, которую они сами играют для Кремля. Ситуация может меняться, как показал пример Испании и референдум в Каталонии. У каждой страны — своя специфика и проблемы, поэтому у нее есть свои слабости или точки, на которые легко надавить.

В Польше акцент делается на истории, в странах Балтии и на Украине используется тема русского или русскоязычного меньшинства, в Германии — экономика, а в Словакии — вопросы, касающиеся национального самосознания. Российские информационные операции, связанные с сепаратистскими движениями (например, галицийским сепаратизмом в Львове), будут напоминать ту, что мы видели в Каталонии. Кроме того, часть элит в странах ЕС, занимая популистские позиции или апеллируя к идеологическим вопросам, использует отношения с Москвой, как удобный инструмент. Россия может, не тратя больших средств, дестабилизировать внутреннюю ситуацию в западных странах, а те не готовы согласованно отвечать на ее действия. При таком положении вещей ситуация вряд ли изменится в лучшую сторону.

Оказывая психологическое воздействие на население разных стран, поддерживая радикальные и антисистемные силы, Россия подрывает способность европейцев добиваться их собственных целей и даже эти цели определять. В дальнейшем это может привести не только к ослаблению западных структур, но и к дискредитации самой демократии, то есть тех ценностей, на которых зиждется западная цивилизация.

— Может ли эта ситуация принести нам какие-то положительные последствия? Все-таки Западная Европа начала лучше осознавать, что делает Россия.

— В этом плане я не оптимист, хотя политические элиты (а также общественность) начинают лучше понимать, к каким действиям прибегает Кремль. Какие-то положительные тенденции в этом плане есть.

— Но Вы не можете назвать себя оптимистом?

— Мы находимся в начале определенного пути: нам нужно изменить отношение к вопросам безопасности и угрозам. Не следует забывать, что пока мы стараемся сформулировать и модифицировать наш подход к России, она продолжает действовать. Некоторые шаги в сфере информационных или психологических операций — это элементы долгосрочной стратегии. Мы обсуждаем то, что россияне делали в прошлом, а Кремль приспосабливается к новым обстоятельствам, претворяет в жизнь заготовленные ранее сценарии и видоизменяет методы своего воздействия. В разных странах остаются публичные персоны, которые (осознанно или сами того не осознавая) поддерживают шаги Кремля. Кроме того, россияне внедряют новые тезисы, стремясь обвинить в покушении на Скрипаля или кибератаки на государственные ведомства и объекты критической инфраструктуры кого-то другого, показать несерьезность обвинений Запада.

К сожалению, популярные СМИ распространяют возмутительные заявления Сергея Лаврова и прочих, продвигая таким образом российскую точку зрения. Когда Лавров резко критикует западные элиты и политиков, он занимается формированием имиджа России. Она предстает сильной страной, а Владимир Путин — разумным человеком и ответственным политиком, который не позволяет провоцировать себя леволиберальным западным элитам.

— А что можно сделать с такими высказываниями? Игнорировать, цензурировать? На нашем портале, например, было опубликовано интервью с приближенным к Кремлю политологом Сергеем Марковым. Мы не продвигали его точку зрения, а стремились показать, насколько радикальную позицию он занимает.

— Я не говорю про цензуру, но когда мы сами внедряем что-то в польское информационное пространство, мы можем оказать этим услугу стороне, выступающей нашим противником. Россия уже не один десяток лет использует западные демократические стандарты (в том числе свободу слова и систему функционирования западных СМИ) против Запада, против нас самих. Проблема в том, что когда общество недостаточно хорошо понимает природу информационных угроз, не имеет навыков, связанных с элементарной информационной гигиеной, не обладает критическим мышлением, демонстрация «российской точки зрения» может оказаться очень опасной. Интервью само по себе опасности не представляет, но Россия гораздо лучше, чем мы, координирует сферу стратегической коммуникации и распространения информации.

— А, может быть, нам следует изучить точку зрения противника, чтобы знать, как ему ответить?

— На Западе и в Польше дискуссии на тему дискурсивной безопасности носят поверхностный характер, разговоры сводятся в основном к теме фальшивых новостей. На самом деле, противоположная сторона стремится повлиять на наши познавательные процессы: внешняя сила может сделать так, чтобы адресат послания считал некую идею или интерпретацию событий своей собственной, а не навязанной извне.

Это серьезная опасность, которую мы пока не осознаем. Западные СМИ считают, что они описывают реальность и объективно рассказывают о текущих событиях. Россия, которая сильно отличается от Запада, централизованно создает некие информационные сообщения, в реальности представляющие собой дезинформацию или пропаганду. Когда западные СМИ их распространяют, они фактически становятся частью продуманной информационной и психологической операции, продвигают российский дискурс. Речь идет не только о фальшивых новостях, ведь дезинформация — гораздо более широкое явление. Это инструмент психологического воздействия.

— Какие методы противодействия Вы предлагаете?

— Раз мы имеем дело с попытками воздействовать на сознание общества, нам нужны новые инструменты, новые стандарты, новый подход. Нам нужно научиться быстрее реагировать, подготовить экспертов, активизировать сотрудничество между государством и некоммерческими организациями, а также между НКО и СМИ. Мне кажется, Запад уже сделал первые шаги в этом направлении.

Все страны осознали суть проблемы. Сейчас она обсуждается не только на уровне отдельных государств, но и на уровне ЕС и НАТО. Члены этих организаций должны найти собственные решения. Североатлантический альянс разработал комплекс новых мер и обнародовал эту информацию, чтобы страны-члены могли делиться друг с другом положительным опытом. Большая ответственность лежит на СМИ, ведь мы, эксперты и журналисты, можем, сами того не осознавая, продвигать российский дискурс, распространяя информацию, которая на первый взгляд не связана с Россией, но на самом деле ей выгодна.

— После отравления Скрипаля стали говорить о том, что на самом деле ничего не изменилось: дипломатов выдворили, но переговоры на тему газопровода «Северный поток — 2» и других бизнес-проектов продолжаются. Это тоже навязанный нам извне дискурс, ведь в его рамках Россия предстает сильной страной?

— Мы изучили польские СМИ в контексте этой темы. Пророссийские порталы транслировали разные послания. В первую очередь они начали доказывать, что обвинения в адрес России абсурдны, поскольку она не была заинтересована в такой операции, тем более накануне выборов, а Запад лжет, как он лгал на тему Афганистана и Ирака.

Люди, которые публикуют на этих порталах переводы или собственные тексты, используют такой набор понятий, который близок населению той или иной страны. Текст на одну и ту же тему будет выглядеть по-разному в зависимости от того, какой стране он адресован, а чтобы создать сообщение, которое будет понятно определенной аудитории, нужно подобрать особый язык, метод изображения реальности. Это очень сложная задача. Пользуясь услугами западных авторов, россияне очень умело продвигают разные идеи, которые могут представлять для нас серьезную опасность. Каждая такая акция хорошо скоординирована, а каждая конкретная группа получает свое собственное послание: тексты, предназначенные для консерваторов, либералов или сторонников теорий заговоров выглядят по-разному.

Запад, например, не смог распространить информацию о том факте, что Скрипаль был единственным консультантом западных спецслужб, работавшим раньше в российской военной разведке, который помогал анализировать действия России в Европе и США. Очень плохо, что мы не способны продемонстрировать лицемерие, лживость, бессмысленность многих российских тезисов. Например, россияне изображают свою страну моральным противовесом Западу и защитницей христианских ценностей, а при этом на ее территории производится больше абортов, чем в других странах мира.

Что касается проекта «Северный поток — 2», то, как показывают сигналы из Великобритании и США, подход к нему меняется. Польше следует вместе с государствами своего региона говорить об этой теме и, используя подходящий момент, укрепить свою позицию.

— Что нам нужно сделать: выдвинуться в авангард информационной войны с Россией?

— Сейчас правильнее всего будет не лезть вперед, а продемонстрировать солидарность с нашими союзниками. Сложившееся положение дел выгодно Польше с геополитической точки зрения: нам следует постараться сохранить эту ситуацию, демонстрировать ту же позицию, что и наши союзники.

Дипломатия — это искусство достижения целей и продвижения национальных интересов. Мы заинтересованы в том, чтобы Запад сохранял единство, а ЕС и НАТО оставались сильными. Ведя диалог с партнерами, используя наши каналы коммуникации, пытаясь объяснить нашу позицию, мы приближаемся к нашим целям, например, в контексте блокирования проекта «Северный поток — 2». До тех пор, пока Москва будет проводить агрессивную политику, пока она будет представлять угрозу для западных стран, их жителей и миропорядка в целом, нам в нашем подходе к России следует делать упор на вопросах безопасности, а не на культурных, идеологических или экономических аспектах.

США. Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 18 апреля 2018 > № 2573293 Адам Лелонек


Казахстан > СМИ, ИТ. Агропром. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 17 апреля 2018 > № 2576051 Айжан Танатарова

Как построить онлайн-сервис доставки цветов

Айжан Танатарова рассказала о том, зачем установила ресторанную систему учета

«Знаете, меня вдохновляют такие истории: несколько парней создают мобильное приложение, продают какой-нибудь корпорации и зарабатывают на этом миллионы», — Айжан Танатарова, основательница онлайн-сервиса доставки и заказа цветов zakazbuketov.kz, уверена, что в цветочном бизнесе, который нашел свое место в сети, тоже есть все шансы на успех. Маленький бутик может продавать объем огромного цветочного магазина только за счет того, что присутствует в интернете. «У нас, например, примерно половина заказов приходит из социальных сетей, остальное — за счет поисковых сервисов, рекламы в интернете», — говорит Айжан о своем проекте. Опыт с Инстаграмом у нее тоже есть — взрывной и имиджевый. И есть сервис заказа и доставки цветов — с полной автоматизацией и собственным мобильным приложением.

Для делового еженедельника «Капитал.kz» Айжан Танатарова рассказала о том, зачем установила ресторанную систему учета, что дало сотрудничество с известными казахстанскими вайнерами и какой видит собственную франшизу.

Логистика помогла, 8marta не сработало

Я работаю с 18 лет. Начинала курьером в крупной компании, возила документы и потихоньку постигала особенности сферы перевозок. Со временем перешла на более высокие должности, в 24 года стала первым руководителем. Вот так я попала в логистику. Это был нефтегазовый сектор. Не могу сказать, что все давалось легко, были такие ситуации, когда я, как гендиректор, должна была в три часа ночи ехать в аэропорт встречать какое-то оборудование, чтобы проследить, что его доставят на месторождение в срок. Было очень много перелетов: я могла, например, в воскресенье улететь в Нидерланды, в среду вернуться и тут же полететь в Китай. Это было очень интересно. Но до 30 лет, пока не появился второй ребенок. Тогда я ушла из логистики в сферу IT. А когда родился третий ребенок, решила: нужно проводить время с детьми, открыть свое дело, пусть и маленькое, и принадлежать самой себе.

Как-то раз — это было четыре года назад — я не смогла заказать цветы на 8 Марта. И вот она, бизнес-идея — открыть цветочный онлайн-магазин. Выкупила домен с названием этого праздника. Бывший муж, айтишник, сделал лендинг. Я запустила сайт и стала ждать заявок. Но их не было.

Я стала изучать рынок, смотреть, как работают другие интернет-магазины, разговаривала с людьми. В итоге купила другой домен — такой, как называется моя компания, благо он был свободен. И это, по сути, стало новым этапом в моем бизнесе.

Цветочный сервис с CRM-системой

Первое, с чем пришлось столкнуться, — недоверие. Бухгалтер, флорист и девушка на заказах — вот, с чего мы начинали. Слишком мало сотрудников, это создавало трудности в поиске новых: не все могут поверить в небольшую компанию, принимающую по три заказа в день.

В то же время проблема заключалась практически в отсутствии профессиональных современных флористов: приходили либо представители «базарной школы», либо те, кто прошел курсы «как подрезать цветы и убрать шипы с розы».

Но большей проблемой оказался финансовый вопрос: люди не понимали, как это — получать зарплату раз в месяц. Хотели каждый день. Были и такие, кто говорил: заплатите мне пять тысяч, я выйду — и в итоге не выходили. Это длилось практически два года. Только в прошлом году нам удалось выстроить систему выдачи заработных плат — так, как принято в нормальной компании. И мы собрали профессиональный штат.

У нас много систем учета. Интернет-магазин у нас на «Битриксе», синхронизируется с 1С, с CRM-системой, запущены телеграм-боты. И еще мы установили ресторанную систему учета: она помогает нам учитывать расход и приход букетов. Очень удобно, настроили ее под себя. Не смогли только поменять слово «официант» на слово «флорист». Работаем, конечно, и с обычной бухгалтерией.

Японские розы лучшие в Израиле

Мы скооперировались с другой компанией — нашим конкурентом и партнером в одном лице — и совместно закупаем цветы. Это позволяет экономить на доставке. Основную часть себестоимости импортного цветка составляет транспортировка: чем больше вес груза, тем ниже тариф. Цветы ведь еще скоропортящийся товар. Брак, появляющийся в дороге, в холодильнике, лом сейчас у нас составляет 5−7%. Раньше было больше — до 20%. Снижение процента — это вопрос опыта. Мы стали смотреть статистику, есть отдельные люди, которые следят за спросом — начальник отдела розничных продаж и главный флорист просматривают, сколько запросов на тот или иной цветок было.

Откуда доставляются наиболее качественные цветы? Здесь лучше говорить с позиции того, какая страна какой цветок производит. Например, в Израиле выращивают лучшие лизиантусы (японская роза), мы по умолчанию знаем, что эти цветы нужно завозить оттуда. Вообще формулировка такая: конкретно вот в этой стране в сезон конкретно вот такой цветок классный. Или еще уже: конкретно вот в этой стране вот эта плантация выдает качественный цветок.

Себестоимость, конечно, тоже играет роль. Голландский пион в сезон мы можем продавать по 1,5 тыс. тенге, потому что получаем, скажем, по 1 тыс. А не в сезон его себестоимость может вырасти до 2,5−3 тыс. тенге. Роза — зависит от ростовки, сорта, плантации (разница между плантациями может доходить до 10 центов на один и тот же сорт).

От неконтролируемого эффекта к имиджу

Когда интернет-магазин заработал в полноценном режиме — это произошло 2−2,5 года назад, — возник вопрос дальнейшего продвижения и продаж. Я стала ближе «знакомиться» с Инстаграмом. Это сейчас можно «закинуть» в аккаунт в этой социальной сети $100 и получить продажи, хотя бы какие-нибудь. Раньше такого не было. Я просматривала профили и вдруг увидела Yuframe. Молодые люди, делающие смешные ролики, мне очень понравились. Позвонила по указанному номеру (как оказалось потом — Арману Юсупову) и предложила сделать для моего проекта рекламу. Ребята согласились.

Выпустили 15-секундный ролик к 14 февраля — и мы захлебнулись: поток подписчиков, сотни писем в директ. Мы тогда не осилили 70% заказов. Не были готовы. Но я поняла: нужно подписывать с ребятами договор. Как они потом сами сказали, для них наше партнерство тоже стало первым опытом — в подписании серьезного договора, на год. Это был эксклюзивный контракт.

Конечно, следующие вайны уже не приносили такого взрывного, неконтролируемого эффекта. Потом, когда мы начали ранжировать свою аудиторию, поняли, что у «Юфрейма» более молодые фолловеры, их не интересуют дорогие цветочные решения. Но зато ролики в Инстаграме стали нашим имиджевым инструментом, мощно сработали на узнаваемость бренда. Я удивлялась, когда старые знакомые, узнав, что я теперь занимаюсь цветами, сначала воспринимали это пренебрежительно, но когда слышали, собственником какого бренда я являюсь, меняли свое отношение на 180 градусов. Это было непривычным чувством. В такие моменты я понимала, что сделка была крутой и деньги вложены не зря. Позже я связалась с другим вайнером — Нурланом Батыровым («Безумная женщина», — прим. ред.). Мы подписали годовой контракт и по сей день работаем. А Артур Аскарулы стал бренд-амбассадором трех наших брендов (еще один — RAFALE — мы создали как альтернативу традиционным букетам; третий бренд — «Цветок короля Артура» — создал Артур Аскарулы, и сейчас мы владеем этим брендом совместно).

Сотрудничество с вайнерами стало ключевым в развитии. Переломным моментом. Просто открыть магазин, настроить контекстную рекламу и сидеть в ожидании покупателей — очень рискованно начинать цветочный бизнес именно так. Цветы — скоропорт. Когда у тебя в холодильнике цветов на 2 млн, а ты расслабляешься, рискуешь просто потерять эти деньги.

Почему в регионах франшиза будет дешевле?

В создание и развитие бизнеса я вложила около $150 тыс. В эту сумму входят все технические решения — создание интернет-площадки, настройка рекламы (как контекстной, так и рекламы в социальных сетях), SEO-продвижение, разработка собственного мобильного приложения, внедрение CRM-системы и всех систем учета. Плюс сопровождение: разработчики у нас в Москве, специалисты по контекстной рекламе — в Беларуси, веб-дизайнеры и SEOшники — из Украины.

Сумма вложений включает и все ошибки и возникающие непредвиденные ситуации — брак, сломавшийся холодильник… Нечестные флористы. Да, я столкнулась и с таким риском. И поняла: очень сложно работать дистанционно. Дважды пыталась открыть магазин в Астане и ничего не вышло. Не потому, что плохой предприниматель, а потому, что требуется постоянный контроль. Это одна из причин, почему возникло желание работать по франчайзингу. Знаете, как бывает? Клиент заказывает, например, букет из 51 розы, флорист заворачивает и вместе с этим кладет визитку своего родственника: приходите, говорит, в следующий раз к нам, мы вам сделаем то же самое, но дешевле. В цветочном бизнесе сильны традиции: в нем работают семьями. Получается, за наш счет они ищут себе клиентов.

Работа через франшизу даст нам возможность нанять службу безопасности, сотрудники которой смогут с помощью камер отслеживать все, что происходит в каждой нашей точке. Для одного магазина это экономически невыгодно.

Мы сами будем заниматься поставкой цветов, сделаем этот процесс прозрачным, так же как и стоимость цветка. Определим комиссию за организацию работы — допустим, 10%. Стоимость франшизы будет различаться: для Алматы, Астаны и крупных городов — Шымкент, Атырау, Актау, Актобе она будет более высокой, как мы сейчас видим — около $1 тыс., в остальных городах — 150 тыс. тенге. По ежемесячным выплатам также будет градация. Для тех, кто захочет с нами работать, такая схема будет однозначно более выгодной, чем продавать на базарах, где царят особые отношения в цветочном мире.

Запросов на нашу франшизу поступает очень много. Практически каждый день нам пишут в директ, звонят. Цветочный бизнес — высокодоходный, в отличие от того же самого логистического бизнеса, поэтому, я уверена, у всех получится зарабатывать вместе с нами.

Установить разные цены мы решили из-за разного дохода населения, его плотности и культуры дарения цветов: в Алматы она еще более или менее присутствует, в Астане тоже начинается, но в регионах это не так. Там и выбор цветов скуден: розы, хризантемы, пионы в лучшем случае в сезон… Будем менять эту ситуацию.

Казахстан > СМИ, ИТ. Агропром. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 17 апреля 2018 > № 2576051 Айжан Танатарова


Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > carnegie.ru, 17 апреля 2018 > № 2571680 Андрей Перцев

Политизация рабочего пространства. К чему привел запрет Telegram в России

Андрей Перцев

Блокировка одного из самых популярных в России мессенджеров Telegram стала одним из самых серьезных ударов по публичной лояльности граждан к власти. Методы обхода блокировки широко обсуждаются в неполитизированных чатах, а фрондерство публично или непублично проявляют даже представители вертикали. Блокировка продемонстрировала, что граждане готовы нарушать запреты и уходить в серую зону, более того, власти сами побудили их к этому

Государственный Сбербанк разослал своим сотрудникам инструкцию, как обходить блокировку Telegram: рабочая коммуникация банка сейчас проходит именно в этом мессенджере. Замглавы Минкомсвязи Алексей Волин – человек без сомнения государственный – намекнул, как можно обходить пресловутую блокировку, и признался, что сам это делает при помощи VPN. Инструкции по обходу появились даже на сайте опять же государственной телекомпании «Россия» (правда, материал вскоре был удален). Многие чиновники и депутаты публично фрондировать не стали, но VPN для продолжения работы мессенджера поставили – в этом они признавались в личных беседах.

Telegram запрещен 13 апреля Таганским судом Москвы, иск подал Роскомнадзор из-за того, что руководство мессенджера не передало ФСБ ключи шифрования. Шестнадцатого апреля все было заблокировано, но чиновники и депутаты в мессенджере продолжили им пользоваться (в контакт-листе видно, кто и когда из пользователей был онлайн).

Порядки вместо порядка

Появление инструкций по обходу блокировки в политизированных каналах и чатах, в общественно-политических СМИ было предсказуемо и понятно. Интересующиеся политикой люди и так умеют пользоваться VPN и Tor, потому что многие оппозиционные сайты в России заблокированы. Давно умеют обходить препоны и пользователи торрентов и пиратских сайтов с музыкой и фильмами. Методы обхода блокировок отдельных сайтов, соцсетей и мессенджеров для узкого круга россиян давно стали привычным делом.

Для остальных понятия VPN, прокси и Tor были либо незнакомы, либо казались слишком сложными для использования этих ухищрений: основные сайты, мессенджеры и соцсети, кажется, блокировать никто не собирался. Запрет Telegram в корне изменил ситуацию: в этом мессенджере организованы общие чаты государственных и частных компаний, подъездов многоквартирных домов, дачных поселков, клубов по интересам.

До прошлой недели в основном это была территория абсолютно неполитизированной коммуникации, где люди обсуждали проекты, отчеты, таймлайны, субботники, зарплату консьержа и прочие подобные вещи. Сейчас эта неполитизированная, обывательская зона резко политизировалась – в любом чате можно обнаружить инструкцию по обходу блокировки и обсуждение, какие способы работают хорошо и надежно, а какие тормозят. Попутно пользователи ругают власть, которая заставила их повозиться с настройками интернета, и шутят над ней: «Блокировка была против ИГИЛ (запрещенная в России организация), а оказалось, что ИГИЛ – это мы».

Представители власти предлагают пользоваться забытой ICQ или альтернативными мессенджерами типа TamTam, Viber или Whatsapp. Аудитория Telegram предпочитает обходить блокировку – ей нравятся возможности привычного мессенджера, из чисто прагматических соображений она не хочет ничего менять.

Запрет популярного мессенджера оказался важным рубежом в отношениях не только власти и граждан, но и внутри самой вертикали. Достаточно вспомнить продуктовые антисанкции российского правительства – их публично поддерживали не только чиновники и депутаты, но и рядовые россияне – публиковали в соцсетях фото отечественных продуктов, с гордостью говорили, что обойдутся без хамона и пармезана. Такой же патриотический интерес вызывали Крым и Сочи в обмен на запрещенную в 2015 году Турцию (сейчас запрет снят).

Как правило, запретительные действия властей граждане встречали одобрительно или равнодушно. На Telegram этот порядок сломался. Демонстративно удалил мессенджер со смартфона только депутат Госдумы от «Единой России» Сергей Боярский – несложно себе представить, что еще пару лет назад так поступила бы вся парламентская фракция единороссов. Сейчас над Боярским скорее смеются. Глава генсовета «Единой России» Андрей Турчак скорее с сожалением объявил, что отказался от мессенджера.

Свои законы, свои правила

Многотысячных протестов на улицах по поводу запрета Telegram нет и не предвидится, но блокировка Telegram стала символическим действием. В отличие от предыдущих случаев на этот раз значительная часть российского общества, ранее далекая от оппозиционных настроений, осознанно отказывается соблюдать новый запрет. Не помогло даже постоянное упоминание ИГИЛ, хотя антитеррористический консенсус всегда был одним из самых надежных аргументов в России. «Вы нарушаете закон», – говорит власть. В ответ российское общество пожимает плечами и распространяет инструкции по обходу блокировки.

Довольно сомнительная с точки зрения борьбы с терроризмом блокировка Telegram привела к тому, что граждане встали перед выбором и несколькими вопросами. Может ли власть диктовать вредные и неудобные правила для граждан и следует ли их исполнять? Если правила власти несправедливы, то можно ли их нарушать? Могут ли граждане назначать свои, более справедливые правила и жить по ним?

Разумеется, большинство россиян, которым нравится удобство Telegram, прямо эти вопросы не задают, но косвенно их формулируют и отвечают на них. Власть зачем-то поставила граждан перед выбором, задав направление заявлениями о правовом нигилизме и террористах, скорее всего рассчитывая на привычную поддержку, но получила противоположный настрой. Люди (в том числе и представители самой власти) осознанно готовы преодолевать запреты и нарушать несправедливые, по их мнению, правила. Если бы их не спровоцировали, они и дальше бы обменивались в чатах информацией о парковке, дедлайнах и ремонтах, читали бы известные телеграм-каналы и переписывались с друзьями, не задумываясь о нарушениях и ломке барьеров.

Запрет Telegram показался вредным даже внутриполитическому блоку Кремля. Через анонимные каналы у политизированного читателя формируется нужная точка зрения. Вроде бы они критикуют власть в целом и конкретных чиновников в частности, пишут об «играх башен» и тому подобных таинственных вещах, но на деле дозируют информацию и подают ее в нужном виде.

Кроме того, в мессенджере нет комментариев, поэтому анонимного автора трудно уличить в непрофессионализме или лжи. Читатель оказывается в хитросплетениях инсайдов, псевдоинсайдов, интерпретаций, а реальной картины не видит. Блокировка мессенджера этот рычаг управления повесткой уничтожает. В других соцсетях, например в Facebook, трюки с анонимностью не пройдут, в них уже сложилась культура комментирования.

Российская власть, расширяя пространство блокировок и запретов, видимо, считает, что упорядочивает сферы жизни, управляет ими, устанавливает в них свои правила. Павел Дуров не передал ФСБ ключи шифрования от Telegram, общение в мессенджере нельзя проконтролировать, значит, его лучше запретить. В итоге аполитичные пользователи, которым было нечего скрывать от власти, политизируются, осознанно нарушают запреты и уходят в серую, неподконтрольную зону. Частичный контроль теряется, а управляемость нарушается.

Осмысление законов и правил, которые диктует государство, как несправедливые и вредные, становится приметой времени. После того как Госдума выпустила проект нового закона о санкциях против США и их союзников, который, например, предусматривает запрет экспорта титана на американский рынок, производитель титана «ВСМПО-Ависма» открыто выступил против таких мер.

Если вспомнить санкционную битву 2014 года, все ее российские участники, страдавшие от санкций и антисанкций, упрямо говорили о пользе ограничений. Сейчас власть продолжает вводить новые запреты, но бизнес начинает подавать голос против. Установление жестких порядков и ограничений начинает вызывать сомнение в их справедливости, появляется альтернативная государственной трактовка законов и правил.

Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > carnegie.ru, 17 апреля 2018 > № 2571680 Андрей Перцев


США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 апреля 2018 > № 2571800 Стив Форбс

Пророки блокчейна: в США снимут антиутопию о криптовалютном будущем

Стив Форбс

Главный редактор Forbes USA

Главный редактор американского Forbes рассказал о влиянии блокчейна на судьбу телевидения и кинематографа, а также об утрате влияния крупных киностудий

Сегодня о курсе биткоина говорят абсолютно все. Он взлетает, и любой таксист советует вложиться; стоит курсу упасть, как СМИ вовсю трубят, что биткоин в прошлом. Но все эти разговоры о волатильности — лишь вершина айсберга. Криптовалютная революция стала причиной серьезных изменений во всем финансовом секторе: благодаря ей появились новые механизмы инвестирования и новый класс криптонуворишей, готовых вложить в многообещающие проекты все свое состояние. Более того, как только принцип новой системы поймет широкая публика, в сфере станут крутиться гораздо бóльшие деньги, нежели сейчас.

Что это означает для тех, кто пытается привлечь средства к своим проектам? Только одно: финансовый ландшафт изменился. В 2017 году технологии блокчейна и криптовалют смогли в совокупности собрать $200 млн. Первичные размещения монет (ICO) стали обычным делом для привлечения инвестиций через токены и помогли стартапам привлечь в общей сложности $3,8 млрд. Благодаря новым технологиям рынок стал более свободным и независимым, а это, в свою очередь, подстегнуло рост инвестиций во всей отрасли на $3,6 млрд. Такие изменения произошли во всех отраслях экономики, но по-настоящему серьезной движущей силой криптофинансирование может стать для сферы развлечений.

Не секрет, что развлекательная индустрия становится более демократичной и Голливуд уже не правит бал единолично. Наверняка все слышали о набирающих популярность независимых киностудиях и новых онлайн-платформах вроде Netflix или Hulu. Они возникают из ниоткуда и, предлагая свою собственную кинопродукцию, становятся фаворитами зрителей. Тем временем люди, казавшиеся неуязвимыми, призываются к ответу за недостойное поведение. Любое подобное изменение оказывает огромное влияние на процесс производства телевизионной и кинематографической продукции. В результате крупные и именитые киностудии уже не могут диктовать всем свои правила.

Участник кинематографического фестиваля «Сандэнс» Даг Карр — режиссер нового сериала «Хардфорк», который повествует об антиутопическом будущем, где все построено на криптовалютах и дополненной реальности. По сюжету группа изгоев при помощи технологий блокчейна взламывает правительственные системы и делает централизованное управление невозможным. Раньше подобных сериалов для широкой аудитории никто не снимал. Тем более в их производство не вкладывали миллионы долларов. Между тем «Хардфорк» может оказаться пророческой картиной и достоверно изобразить будущее блокчейна в общем и криптовалют в частности. Разумеется, средства на выпуск многосерийного фильма собираются исключительно в криптовалюте.

Карр увидел большой потенциал в криптофинансировании своих проектов одним из первых. «Хардфорк» — первый в своем роде проект, поддерживаемый по новой модели. Для изначального финансирования и продвижения нашей затеи очевидным выбором стала платформа Steemit, именно здесь мы собрали первичные средства для запуска кампании», — заявил Карр.

Steemit — это криптовалютная интернет-площадка, где создатели различного рода контента могут зарабатывать на своем творчестве. В этой социальной сети коллектив режиссера и собрал первые $30 000 на производство анонса. В ноябре видеоролик показали на ежегодной конференции Steemit в Лиссабоне, и зрители были в полном в восторге.

«В Лиссабоне мы познакомились с людьми, которые следят за развитием проекта уже несколько месяцев и которые ждут выхода первых серий с таким же нетерпением, как мы сами. Новый способ привлечения средств позволил нам не только получить деньги на развитие проекта, но также одновременно собрать вокруг себя целевую аудиторию. А это главная мечта каждой компании-прокатчика: чтобы на фильмы по умолчанию был свой зритель. Поэтому нам успех сопутствовал бы в любом случае», — объяснил Карр.

Поиски зрителя очень важны для дела, и создатели «Хардфорка» продолжают искать поддержку в различных криптосообществах. В декабре команда Карра обратилась с предложением к пользователям криптовалюты DASH, которые выделяют значительную долю намайненных за месяц токенов на развитие проектов, связанных с криптовалютами и блокчейном. Эта затея принесла свои плоды: пользователи DASH вложили в «Хардфорк» около $1 млн, благодаря чему начальная стадия для сериала завершилась и проект перешел в фазу активной подготовки к запуску. Карр очень воодушевлен происходящим: «С таким стимулом начать нам было проще простого, а я никогда еще не делал первые шаги настолько скоро. Киностудии обычно тормозят процесс, но криптосообщество движется вперед с головокружительной скоростью».

Вдобавок к сериалу предвидится и игровая составляющая — на базе технологий дополненной реальности. Некоторые считают, что «Хардфорк» является скорее исключением, чем правилом, и что другие проекты, применяющие такую модель финансирования, не вызовут особого энтузиазма у пользователей криптовалют. Создатели сериала с этим не согласны. Эрик Вэнс Уолтон, соавтор идеи сериала считает: «Нет никаких оснований сомневаться в эффективности такого подхода для любого творческого начинания, будь то музыка, полнометражная кинокартина или даже театральная постановка. Наверное, главной преградой на пути к такому решению является недостаточное понимание сути. «Хардфорк» покажет остальным, как это делается, и позволит узнать больше о технологическом прогрессе в данной сфере. К тому же мы просвещаем зрителя интересным и увлекательным способом».

Коллектив создателей сериала состоит из экспертов в области блокчейна, аналитиков криптовалютного рынка, участников кинофестиваля «Сандэнс» и голливудских актеров. Все они объединились для создания высококлассного научно-фантастического триллера, который можно будет посмотреть как на привычных сервисах потокового видео типа Netflix и Amazon Prime, так и на децентрализованных площадках. Если подобная модель производства себя оправдает, появление других подобных новинок станет вопросом времени.

Перевод Антона Бундина

США > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 16 апреля 2018 > № 2571800 Стив Форбс


Россия. СЗФО > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 16 апреля 2018 > № 2571419 Владимир Варнава

Балет Монте-Карло представил на фестивале Dance Open в Петербурге легендарную «Золушку» Жана-Кристофа Майо. Спектакль лишь отдаленно напоминает знаменитую сказку. Без хрустального башмачка, тыквы, которая превращается в карету и других чудес. «Золушка» превратилась в историю о любви, семье, связи с ушедшими близкими и вере в счастливое будущее.

О том, как публика восприняла постановку, о мастере и его труппе «Петербургскому авангарду» рассказал хореограф Владимир Варнава, который сотрудничает с Майо.

— Майо понравилась петербургская публика?

— «Золушка» в репертуаре труппы Балета Монте-Карло c 1999 года, и она с этим балетом объездила практически весь мир, в том числе он был показан и в Москве. Этот спектакль уже вошел в историю балетного искусства. И тем не менее я думаю, что показ «Золушки» в Санкт-Петербурге был для Майо был очень важен. Публика приняла постановку искренне, и балет понравился ей. Что касается Жана-Кристофа, то он был в целом доволен тем, как прошел спектакль.

Вторсырье и ремейки в «Свином рыле»

— Когда вы познакомились с Жаном-Кристофом?

— Жан-Кристоф бывал в России неоднократно, и пару лет назад приезжал с программой Сергея Даниляна для Дианы Вишневой «На Грани». Здесь ставили его балет Switch и спектакль Каролин Карлсон «Женщина в комнате». У Каролин я в свое время проходил стажировку в Париже — приз за победу на первом фестивале «Context. Диана Вишнева». Именно в этот приезд мы познакомились: кажется, это было в 2015 году.

Он увидел мою работу «Глина» в Творческой мастерской молодых хореографов в Мариинском театре и предложил поставить у него в труппе. Это было его собственное решение, что для меня особенно ценно и важно. Если говорить про международную сцену, то он мой крестный отец в танце, он — первый, кто меня пригласил в театр международного уровня.

— И какой спектакль вы подготовили?

— «Поцелуй Феи» (Le Baiser de la Fée). Этот балет был посвящен памяти Игоря Стравинского. 27 ноября 1928 года в Парижской опере состоялась премьера великого композитора. Стравинский мастерски ввел в балет мелодии Чайковского, сделав их более серьезными, и объединил их. Это показалось мне интересным, и в итоге та же концепция лежит в основе всей работы, которую я предпринял в создании этого спектакля.

Мы попытались использовать подход Стравинского к музыке Чайковского аналогичным образом ко всему процессу. Новую музыку написал петербургский композитор Александр Карпов. Таким образом мы создали не только оригинальную музыкальную партитуру, но и новую историю.

Когда Жан-Кристоф Майо пригласил меня создать новое произведение для балета Монте-Карло, я был вдохновлен творчеством великих артистов и художников — таких как Стравинский, Нижинский и Бенуа. Казалось крайне важным, чтобы наши идеи создавали историческую арку с идеями творцов оригинального «Поцелуя Феи», а наши усилия служили бы естественным продолжением их замыслов. Мне было очень приятно вновь встретиться с ребятами, которые танцевали у меня в балете: это Mimoza Koike, Maude Sabourin, Alvaro Prieto, братья Alexis и George Oliveira, Leart Duraku, Candela Ebbesen.

— Как работается в Балете Монте-Карло?

— У Les Ballets de Monte-Carlo нет собственной постоянной площадки для проведения спектаклей, но есть прекрасное место для их создания и репетиций — ателье Балета Монте-Карло. Это больше чем место, оно соответствует духу компании и ее идейного руководителя — Жана-Кристофа Майо. Внутри здания максимально возможно используются прозрачные стены, и большая часть помещений имеет несколько дверей. Таким образом, ты можешь пройти насквозь все кабинеты, видеть, как в мастерских изготавливают костюмы, чем сейчас заняты администраторы, что репетирует балетная труппа. Идеи циркулируют, ими дышат люди. Ателье, размещенное в бывшем лесопильном заводе площадью более четырех тысяч квадратных метров, — рабочий инструмент, объединяющий под одной крышей танцоров, артистическую, техническую и административную команды. Через стеклянную крышу большую часть года льется солнечный свет, а когда идет дождь, возникает домашнее ощущение уюта.

В компании отсутствует иерархическая система. Прима была только одна — Бернис (первая исполнительница роли матери-феи в «Золушке»), муза Жана-Кристофа, с которой он воплотил большинство своих идей. Это означает, что ты можешь сегодня готовить сольную партию, а завтра танцевать кордебалетную часть, и наоборот. Все танцуют всё. Наверное, такой демократичный подход не очень понятен в российской традиции, но это приносит свои плоды.

Работоспособность компании Майо накрыла меня с головой. Я убеждался на практике, что можно хореографировать не только свое тело, но и свой настрой, а на позитиве работа движется лучше в любой сфере, тем более — в области, связанной с коллективным творческим процессом. Артисты Балета Монте-Карло об этом не забывали. С настроением и атмосферой все было в порядке.

— А какова профессиональная подготовка танцовщиков?

— Технически ребята отлично подготовлены, и причиной тому — высокие запросы Жана-Кристофа. Хореография у него динамичная, требует балетного бэкграунда, артистов не много, каждый на счету, они просто обязаны держать себя в тонусе. И конечно мощнейший репертуар в багаже танцовщиков: William Forsythe, Jiří Kylián, Lucinda Childs, Twyla Tharp, Angelin Preljocaj, Itzik Galili, Jacopo Godani, Sidi Larbi Cherkaoui, Johan Inger, Alonzo King, Marco Goecke, Maurice Béjart — и это далеко не полный список хореографов, с которыми артисты поработали.

В труппе сложился прекрасный баланс между основными постановками действующего хореографа театра и приглашенными балетмейстерами. В авторском театре такое редко встречается. Я думаю, что Жан-Кристоф — очень смелый человек и руководитель, который не боится давать свободу своим артистам и хореографам-гостям. Все от этого только выигрывают. В частности, Sidi Larbi Cherkaoui выстрелил на балетной сцене в 2004 году, поставив In memoriam именно для Балета Монте-Карло.

— Как репетирует Жан-Кристоф Майо?

— Я был на репетициях «Золушки», «Ромео» и других спектаклей. Как я говорил ранее, в ателье, в основном, прозрачные стены и открыты двери, поэтому не обязательно быть в зале, чтобы наблюдать репетиционный процесс. Майо — харизматичен, репетиции ведет страстно. Всех секретов открывать не буду, но запомнилось, что он очень подолгу может оттачивать мелкие детали спектакля, объясняя танцовщикам их смысл и значение, а они, в свою очередь, множество раз, в полную силу, стараются попасть цель. Этот захватывающий диалог я могу наблюдать бесконечно.

— В чем достоинства и особенности «Золушки» Майо?

— Интересно, что в музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко в Москве «Золушка» должна была стать моей первой премьерой спектакля большой формы. И когда проект был полностью приготовлен, его отменили по независящим от меня обстоятельствам (внезапная смена руководства театра). А должна была быть «Золушка» Сергея Прокофьева без купюр: планировалось станцевать всю музыкальную партитуру композитора. Готовя постановку, я основательно изучил вопрос истории спектакля и пересмотрел огромное количество версий, дабы избежать повторов.

Версия Майо запомнилась и полюбилась еще тогда. Я вообще очень люблю творчество Жана-Кристофа и рад, что мне посчастливилось поработать с его труппой. Мне кажется, лаконично организованное пространство его спектакля в контрасте с пышными традиционными версиями дает возможность более пристально обратить внимание на взаимоотношения героев внутри действия. Мне нравятся «говорящие» партии, выпуклые характеры, которыми насыщен балет. Несмотря на то, что хореограф решительно деконструирует порядок музыкальных номеров, они «слушаются» органично, спектакль очень музыкальный. Меня вообще здесь покорила именно деконструкция оригинала, возможность рассказать каноническую историю, но совершенно другим способом. Я думаю, это большая удача фестиваля Dance Open — привезти «Золушку» Балета Монте-Карло.

Александр Городницкий — о «мечте импотента» и разгроме РАН

— Но вы все-таки будете ставить «Золушку»? она есть в ваших планах?

— Да, сейчас спустя уже почти три года, я вновь получил приглашение поставить «Золушку». На этот раз — в Калифорнии, с Натальей Осиповой. Продюсер проекта — Сергей Данилян. Мы думали, что восстановим уже подготовленный ранее спектакль. Но мир меняется, и мы меняемся, и я уже чувствую эту историю совершенно иначе. Поэтому было решено делать, совершенно новую версию: балет про… первую танцовщицу свободного танца Айседору Дункан. Есть планы показать работу в России.

Беседовала Ирина Сорина

Россия. СЗФО > СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 16 апреля 2018 > № 2571419 Владимир Варнава


Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > gudok.ru, 15 апреля 2018 > № 2572403 Владимир Княгинин

Владимир Княгинин: «Новая цифровая экономика - это экономика доверия и кооперации»

Когда наступит цифровое будущее России, как будет происходить цифровая трансформация железнодорожного транспорта, «Гудку» рассказал научный директор Центра цифровой трансформации Московской школы управления «Сколково», вице-президент ЦСР, председатель правления Фонда ЦСР «Северо-Запад» Владимир Княгинин.

– Владимир Николаевич, на ваш взгляд, может ли транспортная отрасль стать точкой опоры для цифровизации всей экономики России?

– Формально цифровая трансформация – это соединение операционных и информационных технологий. Это означает, что если раньше информационные технологии использовались в основном для обмена информацией между физическими лицами, то теперь и в будущем они будут использоваться и в технологических процессах как основание для принятия решений программой, а не человеком.

Цифровизация предполагает внедрение в каждый отдельный аспект деятельности информационных технологий. Уже сейчас происходит перенос в цифровую среду функций и деятельностей, ранее выполнявшихся людьми и организациями. Национальные стратегии ведущих экономик предполагают, что цифровой переход должен завершиться к 2025 году.

Транспортный сектор представляет собой одну из «критических» инфраструктурных отраслей в российской экономике, а значит, его цифровая трансформация потенциально способна привести к положительным эффектам по всем ключевым направлениям цифровизации национальной экономики.

Это касается и вопросов нормативного регулирования, и аспектов, связанных с подготовкой кад­ров для цифровой экономики, и формирования соответствующих исследовательских компетенций и технических заделов.

– Какие события в сфере IT можно считать толчком для цифровой трансформации железнодорожной отрасли? К какому результату мы придём? Как будут выглядеть транспортные и логистические услуги через 10 лет?

– С технологической точки зрения таким толчком для железнодорожной отрасли, как и для многих других, выступают три компонента.

Первый – это цифровые двойники объектов, представляющие собой модели, способные в режиме реального времени отражать физическое состояние того или иного процесса.

Второй – решения, обеспечивающие интеграцию всех информационных систем предприятия на единой цифровой платформе. Примером могут служить системы управления жизненным циклом (PLM), системы управления ресурсами предприятия (ЕRP), системы управления взаимоотношениями с клиентами (CRM) и др.

Наконец, третий компонент – развитие индустриального Интернета, который позволяет подключать объекты и физических лиц к единой сети и обеспечивает обмен данными. Цифровая трансформация, в основе которой эти три составляющие, способна привести не только к повышению надёжности и качества железнодорожных перевозок, но и к положительным экономическим эффектам – сокращению транзакционных издержек, росту производительности и т.д.

Если говорить о том, что ждёт отрасль в ближайшие 10 лет, то в долгосрочной перспективе цифровизация в сфере транспорта и логистики будет связана с созданием ключевыми игроками открытых, распределённых и масштабируемых цифровых платформ в рамках всей производственной цепочки.

– Программа «Цифровая железная дорога», реализуемая ОАО «РЖД», может стать ориентиром для других компаний транспортной отрасли?

– Это возможно, но только в том случае, если ОАО «РЖД» своевременно выведет на рынок собственное платформенное решение и обеспечит переход на эту платформу основных транспортно-логистических операторов, владельцев подвижного состава, пассажиров и т.д.

Следует, однако, отметить, что конкуренция в данном сегменте уже довольно велика. Количество платформ в отрасли активно растёт: сейчас на рынок свои платформенные решения поставляют производители подвижного состава, логисты, разного рода агрегаторы услуг в перевозках.

В конечном итоге победят несколько наиболее удобных и масштабных цифровых платформ.

– Одним из драйверов трансформации отрасли стала изменившаяся модель потребления транспортных услуг, или «уберизация» – желание клиентов быстро и просто заказать услугу и сразу её получить. Как крупные, сложноструктурированные компании должны вести себя в такой ситуации?

– Адаптация к изменению параметров спроса на рынке чаще всего связана с необходимостью пересмотра существующих бизнес-моделей и тактик ведения бизнеса. Например, производители автомобилей стали выкупать пакеты акции у Uber, Gett, OTTO (в грузовых перевозках) и т.д., видя за ними будущее.

Таким образом, в перспективе можно говорить о появлении на рынках платформенных агрегаторов, которые позволят объединить на одной площадке различных игроков, взаимодействующих между собой. Вопрос в том, кто такую площадку создаст и как много клиентов – покупателей и поставщиков транспортно-логистических услуг – сможет на неё привлечь.

– Как процесс цифровой трансформации повлиял на крупнейшие мировые корпорации? Какие примеры из мирового опыта целесообразно учитывать в России?

– Если говорить о глобальных эффектах цифровой трансформации для крупнейших международных компаний, то они могут быть сведены к двум взаимосвязанным моментам.

Во-первых, у ведущих игроков формируется принципиально новое понимание производительности и стоимости. Производительность воспринимается уже не в качестве показателя эффективности использования средств производства и рабочей силы, а как операционное превосходство на всём жизненном цикле продукта, обеспечиваемое всеми вовлекаемыми в производство активами, в том числе и цифровыми.

Во-вторых, происходит формирование новых бизнес-моделей, основными характеристиками которых выступают смещение центра прибыли из проектирования и производства в аналитику и «алгоритмическое управление», превращение данных в самостоятельный продукт, переход от CAPEX-модели к OPEX-модели и тотальная сервисизация (everything-as-a-service, XaaS).

В железнодорожной отрасли наглядными примерами являются ведущие компании – поставщики подвижного состава (GE, Alstom и Siemens, Hitachi и др.) и инфраструктурные гиганты (немецкая Deutsche Bahn, французская SNCF, швейцарская SBB и др.), которые последовательно осуществляют трансформацию в описанной логике и чей опыт для России и ОАО «РЖД» в частности мог бы быть интересен.

– Как, по-вашему, транспортные компании должны отвечать на существующие запросы (пассажиров, грузоотправителей) или же предлагать новые цифровые решения и формировать такие запросы с нуля? За какие услуги готовы платить клиенты? Чем они предпочтут рассчитываться?

– Основной запрос потребителей, по сути, сводится к повышению качества, надёжности и доступности перевозок, а также прозрачности (справедливости) ценообразования. В коммерческом секторе к этому добавляются требования по обеспечению наблюдаемости всех операций и возможности контроля на каждом этапе транспортировки и отправки грузов. Эффективное и своевременное удовлетворение только формирующихся запросов клиентов – одно из условий получения конкурентных преимуществ на меняющихся рынках. В этом смысле рыночное позиционирование компаний на современном этапе должно отвечать критериям проактивности.

– Можно ли добиться более эффективного использования существующей транспортной инфраструктуры за счёт цифровой трансформации?

– Опыт цифровой трансформации в ведущих экономиках свидетельствует о том, что это вполне решаемая задача. Так, например, ведущие национальные железнодорожные операторы в Европе – упомянутые выше DB в Германии, SNCF во Франции и SBB в Швейцарии и др. – имеют собственные цифровые программы.

В некоторых странах приоритет цифровизации железнодорожной инфраструктуры закреплён на национальном уровне.

Например, британская программа по цифровизации сферы железнодорожных перевозок Digital Railway была запущена в 2015 году, а в 2017 году установка на цифровизацию сферы железнодорожных перевозок была официально закреплена в документе Connecting People: A Strategic Vision For Rail, разработанном Министерством транспорта Великобритании.

По оценкам экспертов, в результате внедрения цифровых решений на имеющейся инфраструктуре объём железнодорожных перевозок в Великобритании должен увеличиться на 40%. Без цифровых решений для достижения аналогичного эффекта только за счёт строительства новых железнодорожных линий затраты были бы на 30% выше.

– Как вы сказали выше, одна из целей в рамках цифровизации транспортной отрасли – консолидация операторов различных видов транспорта и смежных компаний на единой платформе. Это означает покупку билетов на поезд и на самолёт, бронирование отеля и заказ такси фактически на одном сайте, то же самое касается грузовых перевозок. В этом процессе ОАО «РЖД» выступает как хедлайнер, лидер отрасли. Примут ли другие крупные компании (в том числе из IT-сферы) этот факт?

– Конкуренция между игроками, конечно, существует. ОАО «Российские железные дороги» при этом обладает довольно серьёзными преимуществами по сравнению с другими участниками рынка: компания может консолидировать не только информацию о бронировании и отслеживании грузов, состоянии техники, но и другие данные, которые способны помочь операторам выстраивать более эффективные модели управления своими активами.

Иными словами, ОАО «РЖД» консолидирует огромный объём информации и потенциально может взять на себя больший объём услуг. Воспользуется компания этим преимуществом или нет, будет зависеть от того, насколько это экономически эффективно. Для этого «Российским железным дорогам» придётся не только создать оптимально функционирующую платформу, но также поменять собственную бизнес-модель и организационную структуру.

– На сайте ОАО «РЖД» открылся сервис «Единое окно инновационных предложений» для приёма перспективных инновационных предложений, а также для облегчения доступа субъектов малого и среднего предпринимательства к закупкам. Насколько эффективны такие инструменты? Как ещё можно организовать партнёрство с тысячами компаний сегмента МСП?

– Тут всё упирается в архитектуру решения – это ключевой вопрос привлечения других участников рынка в свою экосистему. К примеру, когда Airbus запускал цифровую трансформацию, им удалось таким образом собрать почти 600 инициатив. А Daimler запустил хакатон, во время которого специалисты из разных областей разработки программного обеспечения (программисты, дизайнеры, менеджеры) сообща работали над решением конкретных проблем.

Тем же инструментом воспользовалась немецкая Deutsche Bahn, собрав на серии специальных хакатонов идеи под решение собственных задач. Думаю, что ОАО «РЖД» могло бы ориентироваться на этот опыт.

– Какие вызовы цифровая трансформация отрасли поставит перед сотрудниками транспортных и логистических компаний? Какие навыки им предстоит освоить? Как эффективнее оптимизировать команду в соответствии с требованиями цифровизации отрасли – обучить сначала менеджмент, а затем сотрудников или наоборот?

– Уже сейчас почти все ведущие компании начали вводить новую должность – Chief Digital Officer (CDO) – менеджера, отвечающего за цифровую трансформацию, или в переводе на русский язык – директора по цифровым технологиям.

В некоторых компаниях реализуются и более комплексные инициативы: например, в SNCF в 2016 году была запущена специальная программа «Цифровизация для всех» (Digital pour tous), направленная на развитие цифровых навыков и культуры среди работников компании.

Многие компании уже сейчас создают цифровые лаборатории. Всё в той же SNCF был запущен специальный проект по созданию цифровых офисов «574», которые совмещают в себе сразу несколько функций – это и коворкинг, и шоурум, и экспериментальный центр, где располагаются так называемые цифровые фабрики (les Fabs) – центры передового опыта в таких областях, как большие данные, разработка приложений, открытые инновации и Интернет вещей.

Существуют и другие практики. ABB, например, глядя на IBM, ввела должность цифровых евангелистов, функция которых сводится к популяризации преимуществ цифровизации и мотивации команд на запуск собственных цифровых инициатив.

В целом, конечно, есть понимание, что за цифровую трансформацию должны отвечать специально выделенные службы. Сейчас, например, в Московской школе управления «Сколково» запускается флагманский курс обучения CDO. Цифровых менеджеров будут учить работать с данными и тому, как в компаниях должна быть устроена система управления ими.

– Как должны измениться сами работники компании, в которой происходит цифровая трансформация, какие новые требования будут предъявляться к управленцам в момент смены формата работы?

– С одной стороны, создаётся большое количество новых кадровых позиций в самих компаниях, переживающих цифровую трансформацию. Это позиции, связанные с работой с данными – их сбором, хранением, управлением и обработкой. Даже вузы начали подготовку инженеров, аналитиков и исследователей в этой области. Не меньшее количество новых кадровых позиций создаётся в растущем секторе кибербезопасности.

С другой стороны, работа с данными, «кибернетизация» компаний меняют их корпоративную культуру. Интеграция программистов икатэшников в технологические и управленческие процессы заставляет компании принимать культуру игроков ИКТ-сектора (информационно-коммуникационных технологий - прим. ред.): гибкие проектные команды (agile, DevOps и т.п.), короткие сроки результативности действия проекта (от полугода до года), ориентация на выпуск не просто прототипа, а минимально готового к применению продукта, более высокая динамика всех процессов и более спокойное отношение к риску.

Если учесть, что сам сектор ИКТ сверхдинамичен в развитии технологий и часто держится на инициативах и энергии молодых, то многие ожидают резкого омоложения дееспособной части переживающих цифровую трансформацию компаний.

Бэлла Чеченова

Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > gudok.ru, 15 апреля 2018 > № 2572403 Владимир Княгинин


Россия > СМИ, ИТ > newizv.ru, 14 апреля 2018 > № 2569092 Михаил Мишин

Михаил Мишин: "Сцена - территория честности"

19 апреля в «Театре у Никитских ворот» состоится творческий вечер сатирика Михаила Мишина. Михаил Анатольевич не часто балует московскую публику концертами. Предыдущий был 20 лет назад. Мы решили встретиться с классиком, чтобы узнать, чем он занимался в перерыве.

- Михаил Анатольевич, Чем Вы занимались 20 лет, пока не выступали?

- Театральными переводами. Из самых известных - «Эти свободные бабочки», «Слишком женатый таксист» и «Номер 13». А Рэя Куни вообще открыл для российского театра я.

- «Слишком женатого таксиста» я смотрела в театре, а «Номер 13» - в записи, причем несколько раз. Очень смешные комедии. Любите веселить публику?

- Люблю, когда работа публике нравится.

- Если бы Вы могли пригласить за этот стол великих мастеров смеха, кого бы Вы позвали?

- Чаплин - мастер смеха?

- Чаплин - гений.

- Чехов - мастер смеха?

- Не только.

- Там всего много. Но есть и прекрасные юмористические рассказы. А Свифт - мастер смеха? Но этим он не исчерпывается.

- А Вы?

-Хотите меня поставить в этот ряд? Спасибо Вам большое, но я пока сужу о себе здраво. Зощенко, Булгаков. Салтыков – Щедрин...

- Смотрите, какая разная смеховая палитра получилась.

- Потому что смех имеет множество оттенков.

- Вы свои первые вещи писали, когда работали в НИИ. От скуки?

- Нет. Мне просто нравилось писать.

- Ленинград шестидесятых – семидесятых был литературоцентричный город, там писали многие. Было много литобъединений, вечеров поэзии. С чего начинали первые шаги Вы?

- С публикаций рассказов на страничках юмора в разных изданиях. Потом отец собрал мои рассказики, уже напечатанные, и показал своему приятелю. Не сказав, что автор текстов - его сын. Приятелем этим был Б.Г. Друян, замечательный и тонкий редактор, работавший в "Лениздате". Он и дал путь в жизнь моей первой книжке - она вышла в 1976 году. Называлась она «Шел по улице троллейбус». Тираж был гигантский для сегодняшних времен- 65 тысяч. Ее смели, потому что сметалось все, что отличалось от общего потока.

- К вам пришла слава, вы много ездили с концертами по стране. Сегодня публика изменилась?

- Только "технически". Я люблю, когда разговор двусторонний. Когда публика пишет записочки. Целые пачки раньше получал. А прошло время – и перестали писать. Почему, думаю. Потом сообразил - люди перестали носить записные книжки и ручки. И я перед концертом разложил карандаши и бумагу. И было то же самое. Нет, по сути публика не изменилась. Стала более свободная, разве что.

-Когда вы начинали, на эстраде царил великий Аркадий Райкин, которому Вы писали монологи. А сегодняшнее поколение 30-летних пишущих людей не знает, кто это такой...

- Судьба театрального актера вообще печальна. Из всех творческих профессий самая драматичная. Ничего не остается. Людям, которые видели Райкина вживую, ничего не нужно объяснять. А кто не видел, вынужден лишь верить на слово, что это был гениальный актер. Проверить это невозможно. Пленка и сотой доли не передает.

- А судьба пишущего человека сегодня разве не трагична? Сегодня поэты за свои деньги вынуждены издавать сборники стихов.

- А мы ждали годами, чтобы вышла книжка. И неизвестно, что лучше. Зато можно было опубликоваться на 16 полосе тогдашней «Литературки», и назавтра тебя знала вся страна.

- Вы говорили о том, что искусство – это область, где можно быть честным.

- Я говорил о театре. Я говорил, что можно устроить человека по блату в театр и дать ему главную роль. Но потом он выходит на сцену – и тут блат кончается. Или ты проходишь проверку сценой – или нет. Сцена в этом смысле – территория честности.

- Вы писали в рассказе «Смешанные чувства» о том, что эти самые смешанные чувства приводят к тому, что чувства у людей атрофируются.

- Видимо, речь шла о том, что если нет ясных критериев, то возникает мешанина в голове.

- То есть Вы за ясность критериев?

- Ясность, мне кажется, лучше неясности. Конечно, мир не черно-белый. Но если у вас есть более или менее внятные представления о добре и зле, то вы в меньшей степени поддаетесь внешним влияниям. Вы способны судить и решать сами. Вы можете ошибаться, но из вас труднее сделать марионетку…

- Как Вы объясняете себе то, что, с одной стороны, у нас патриотический заплыв, а с другой стороны, относительная бесцензурность СМИ. То есть обработка мозгов идет в противоположных направлениях. Возникает когнитивный диссонанс.

- Знаете, тут до меня давно все изучили и объяснили. В состоянии двоемыслия множество людей может жить всю жизнь. И две взаимоисключающие друг друга вещи совершенно нормально укладываются в одной голове. Ну вот самый примитивный пример: с одной стороны, мы знаем, что все в Америке ужасно, с другой, прекрасно пользуемся айфонами, фейсбуками и гуглами, пришедшими из Америки, где все ужасно.

- Возможна у нас гуманизация общества, «пусть не сейчас, когда-нибудь потом»?

- Она я даже думаю, неизбежна. Просто перемены идут медленно. А наша жизнь коротка. Относительно своей жизни я настроен довольно скептически. Не готов прогнозировать, что со мной будет даже через год. А вот вы, может быть, и доживете до прекрасных времен.

- А чем кардинально отличается сегодняшнее время?

- Раньше мы жили более коллективно. Это имело свои минусы и плюсы. Плюсы в том, что тебе мог помочь любой на дороге, если с тобой что-то случалось. Минус в сжатости личного пространства. Сегодня люди разобщены, но более свободны.

- У вас многие годы не работала страница в соцсетях. Почему?

- Я не совсем понимал, зачем она нужна. Теперь понимаю – в наше время нужно систематически появляться на этой виртуальной арене, но я не очень организован - с регулярностью сложно… И поэтому всплываю эпизодически. А вообще мне больше по душе реальные встречи с живой аудиторией. Это мне привычнее и приятнее, чем общение в соцсетях, где не видишь глаз собеседника... Но, тем не менее, повторяю – может, еще попытаюсь освоить и сети.

- Я Вас видела в картине Аллы Суриковой, где вы сыграли бывших интеллигентных людей с Александром Адабашьяном.

-Да, она нас пригласила, и я с удовольствием согласился. Мне вообще нравится заниматься не своим делом…

Веста Боровикова

Россия > СМИ, ИТ > newizv.ru, 14 апреля 2018 > № 2569092 Михаил Мишин


Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568276 Джессика Гортер

Миллионы убитых при Сталине? Он за них не в ответе

Терезие Косикова (Terezie Kosíková), e15.cz, Чехия

Голландский режиссер документального кино Джессика Гортер (Jessica Gorter) окончила академию телевидения и кино в Амстердаме и с 90-х годов посвящает свои фильмы России. Режиссер изучает ее развитие и историю через судьбы людей. Мы встретились с Джессикой Гортер благодаря международному фестивалю документальных фильмов о правах человека «Один мир», который проводит организация «Человек в беде». На фестивале состоялся показ нового фильма Джессики Гортер «Красная душа». В нем исследуется феномен растущей популярности Сталина в современной России.

Е15: Вы уже сняли фильм «900 дней» о блокаде Ленинграда во время Второй мировой войны. Теперь Вы создали документальный фильм «Красная душа», повествующий о том, как современные россияне оценивают сталинскую эпоху. Вам интересно фиксировать то, как люди воспринимают и оценивают свою историю?

Джессика Гортер: Да, мне интересно, как они уживаются со своими воспоминаниями, что именно они запоминают, и как потом поступают со своим собственным, в данном случае очень болезненным, прошлым.

— Почему Вам это интересно?

— Я стараюсь понять, что сейчас происходит в России. В «Красной душе» я попыталась понять, почему сегодня столько людей восхищается Сталиным, несмотря на все его злодеяния. Людям о них хорошо известно. Поэтому сначала я должна была понять самих людей, ведь все исходит от них. Я наблюдаю за их личной историей, травмами, за тем, как они хранят воспоминания, как они передаются от одного поколения к другому.

— Вам кажется, что изменения в оценке Сталина связаны, скорее всего, с жизнями отдельных людей и их внутренним отношением к Сталину? Или изменения вызваны внешним давлением правительства и манипулятивными заявлениями, обеляющими Сталина как великого вождя, благодаря которому Россия расширялась?

— Я не историк, но полагаю, что одно неотделимо от другого. Дело не только в правительстве, которое может выдумывать факты и навязывать их людям, которые становятся жертвой такого давления. Ситуация более сложная, и нет четкого ответа, почему популярность Сталина растет. По разным причинам россияне таким образом воспринимают свою историю.

Не стоит забывать, что до перестройки, то есть до середины 80-х годов, обо всем этом запрещено было говорить. Мало кто по-настоящему открыто разговаривал об этом со своими детьми, потому что это было опасно. Поэтому историю невозможно было просто передавать от поколения поколению. После перестройки вдруг все открылось, но вместе с тем в России начали появляться и другие проблемы. За наступившую «свободу» там дорого заплатили. Страна погрузилась в хаос. Многие люди бедствовали, пытаясь заработать на пропитание, и были заняты выживанием. Их уже не так интересовала история 70-летней давности. Им и без того хватало трудностей.

— Было трудно вытащить на поверхность всю ложь, ошибки, зло и справиться с ними?

— Да. Интересно, что, хотя в России существует много домыслов вокруг исторических фактов, большинство россиян с разными точками зрения (даже сторонники и почитатели Сталина), которых я встречала, не отрицали лагеря и то, что там погибли миллионы. То есть они не отрицают, что все это было.

— То есть они знают об этом, но по-своему смирились с этим?

— По-своему, да. Они говорят, что Сталин победил в войне, и без него не было бы победы. Кроме того, он индустриализировал страну. Мнения представителей разных поколений интересным образом различаются. Я езжу в Россию вот уже 20 лет. Я провела там долгое время, когда училась и снимала несколько фильмов. Я по-настоящему люблю эту страну, ее культуру. У меня там очень хорошие друзья. Я хорошо помню, насколько в 90-х, после перестройки, родители некоторых моих друзей были потрясены. А их дети, молодые люди, радовались переменам, были счастливы и полны новых надежд. И эти дети стали говорить своим родителям: «Вы — преступники. Тот режим был ужасным». Для родителей, многие из которых всю жизнь оставались настоящими коммунистами, вдруг все утратило смысл. Все, за что они боролись, о чем мечтали, за что страдали, от чего пришлось отказаться, потеряло смысл.

— Тогда является ли ностальгия определенным ответом на недовольство сложившейся сегодня ситуацией?

— Возможно. Справиться с этим прошлым тоже очень трудно. В данном случае враг не приходит извне — он внутри. Иногда враг живет с вами в одной семье. Один человек мог работать в лагере, а его брат мог стать жертвой. Как после такого остаться семьей? В фильме это показано через историю двух сестер. Их мать отправили в лагерь, а в конце мы узнаем, что донос на нее написал член ее собственной семьи. После этой новости сестры вдруг забеспокоились и стали спрашивать меня, что я хочу делать с фильмом, где его будут показывать. Они испугались, что правда откроется.

Россия — страна, где преступники и жертвы живут бок о бок

— В конце 80-х годов всего восемь процентов русских полагало, что Сталин был великим человеком и героем. Сейчас этого мнения придерживается 52% россиян. Что вызвало такую перемену в позиции общественности?

— Я уже сказала вам, что я не историк. Кроме того, мне не удалось установить источник этих цифр. Но во время съемок и моих прошлых визитов в Россию я отметила, что сегодня многие утверждают: у Сталина были свои хорошие и плохие стороны. Людей, которые говорят, что Сталин был лучшим, и что им нужен такой же, как он, мало. Даже в России такие люди считаются настоящими экстремистами.

Причин тому несколько. Я уже упомянула перестройку. Еще один важный момент заключается в том, что в России так и не состоялось судебного процесса, по примеру Нюрнбергского после Второй мировой войны. В России никто никогда так и не сказал: «Это хорошо, а это плохо». Люди предоставлены сами себе и вынуждены самостоятельно справляться со своей историей. После смерти Сталина Хрущев выступил с важной речью, в которой осудил действия Сталина, но все по-прежнему еще оставались частью того режима. Они не хотели устраивать процесс, потому что первыми сели бы на скамью подсудимых. Поэтому люди просто не говорили об этом, и даже позднее, в 90-е годы, никаких процессов не было. Так что сегодня общество само решает, как ему оценивать свою историю.

— То есть с точки зрения государственных институтов Россия так и не разобралась со своим прошлым?

— Россия — страна, где преступники и жертвы живут бок о бок. Они живут в одной стране, в одном городе, а иногда и на одной улице или в одной семье. В судах даже не начали готовить дела. Ничего не было сделано. Никого не осудили за преступления. Никого. Однако есть миллионы погибших. У жертв есть только клочок бумаги от властей, где говорится, что их матери и отцы не были врагами народа, и что их казнили несправедливо. Но они единственные, кто знает об этих заявлениях. Никто нигде публично не заявил: «Нам очень жаль, что эти люди погибли ни за что».

— Власти ничего не делают, чтобы почтить этих жертв и выразить свое сожаление?

— Нет, в России это по-прежнему большой вопрос. Отец одной моей героини по-прежнему погребен в неизвестном месте, но она до сих пор не получила сведений из архива о том, где ее отца расстреляли и похоронили. Она знает, что его расстреляли, знает, что его убили, но ей неизвестно, куда дели его тело. Она знает, где это произошло, но не знает, куда увезли труп. Скорее всего, он похоронен в братской могиле. Таких необнаруженных массовых захоронений в России много, а правительство бездействует. А ведь много еще тех, кто в России по-прежнему ищет места захоронения своих близких, родителей, дедов.

— Государство даже не стремится выйти на диалог? Скажем, учредить День жертв сталинского режима.

— Да, этот день отмечается 30 октября. Но я была на митингах, организуемых в эти дни, и скажу, что они крайне малочисленны. Их проводят в основном правозащитные организации и памятные объединения. Они получают от государства какие-то деньги, но немного. Определенно, их не хватает на то, чтобы в памятные мероприятия включилась вся страна, и чтобы все о них знали. Если учесть, что в каждой семье есть жертва сталинской эпохи, то меня удивляет, что эти мероприятия не так масштабны.

В прошлом году 30 октября была открыта Стена скорби в память о жертвах этого террора в Москве. Ее открывал Путин, но, судя по тому, что я прочитала в газетах, о Сталине он не сказал ни слова. То есть факт признан, но никто уже не хочет дискутировать о вине. Как будто никто не несет ответственности: просто «так случилось».

— А как к этому относятся семьи жертв?

— Например, сестры из моего фильма (одна их родственница написала донос на их мать) ответили на мой вопрос о том, кто несет ответственность за арест их матери, так: «Мы не считаем, что кто-то за это несет ответственность». Я спросила их, не ответственен ли за это Сталин. А они в ответ только: «Нет, Сталин не несет ответственности. Такой была жизнь. Наша мать, вернувшись из лагеря, всегда говорила, что виновата жизнь». Я не могла прочитать их мысли, но они выглядели смирившимися. Такой подход даровал им определенное спокойствие.

— Может ли что-то дать диалог поколений? Скажем, обратиться к дедушкам и бабушкам и спросить у них?

— Да. Нужно пойти и спросить их. Пусть даже они не скажут вам того, что бы вы хотели услышать. Не нужно их переубеждать — их нужно просто слушать. Ведь за фразой «Я думаю, что коммунизм был лучшим путем» скрывается столько историй и событий, которые произошли в их жизни. Послушав их, как правило, вы можете понять, почему люди совершали определенные вещи, почему принимали определенные решения.

— А что людям больше всего нравится в Сталине и его эпохе?

— Сейчас в России больше всего говорят о том, что он победил во Второй мировой войне. Это понятно, поскольку во время войны они потеряли 25 миллионов убитыми. Невероятное количество погибших. Даже если сравнивать с количеством жертв в других странах. Каждая семья в России за войну потеряла одного-двух членов.

— Победа досталась дорогой ценой. Тем больше ее должны ценить?

— Да. Но также можно задаться вопросом, насколько велика эта победа, если для нее потребовалось 25 миллионов жизней.

Недоверие подпитывает пропаганда заявлениями типа: «Будьте осторожны с иностранцами. Они хотят выставить Россию в плохом свете»

— Усиливает ли гордость от победы и ее культ то, что остальной мир не выражает России благодарность за нее, что о ней забыли?

— Разумеется. Россия так и не дождалась от остального мира признания за победу из-за холодной войны и последовавших событий. У россиян это вызывает настоящую боль. Я их понимаю, но, с другой стороны, я знаю, что ситуация была сложной из-за личности Сталина.

— Поэтому они ищут признания в своей истории и все больше закрываются, поскольку не чувствуют, что внешний мир готов признать их заслуги?

— По моему опыту, так и есть. Во время недавнего визита в Россию я столкнулась с максимальной закрытостью за последние годы. В 90-х и 2000-х я, иностранка, не вызывала у людей особого недоверия. Но теперь я все чаще с ним сталкиваюсь. Кроме того, пропаганда подпитывает эти настроения утверждениями типа: «Будьте осторожны с иностранцами. Они хотят выставить Россию в плохом свете». Когда я работала над фильмом и особенно с данной темой, я вызвала у многих людей протестную реакцию. Мол, кто ты? Почему ты хочешь снимать фильм об этом? Это не твое дело. Мне пришлось долго объяснять людям свои намерения. Я объясняла, что не хочу делать фильм «черно-белым», и мне важны их истории.

— Даже несмотря на то, что Вы прекрасно говорите по-русски, часто ездите в Россию и обзавелись там друзьями, вы ощущаете определенную смену атмосферы?

— Я должна сказать, что ощущаю большие перемены. Мне кажется, что Россия максимально за последние годы замыкается в себе. Мне жаль, поскольку и я, и мои друзья надеялись, что Россия станет более открытой страной. Теперь, похоже, процесс протекает в обратном направлении. Но перестройка была таким взрывом, эдакой тихой революцией. Она явилась огромным переломом, и никто не был к ней готов. Многие быстро сориентировались и воспользовались возможностью, прибрав к рукам власть и деньги. Они обокрали граждан страны. Мир, наверное, ожидал слишком многого и слишком скоро.

— Отличается ли в России жизнь людей старшего поколения и молодежи, которая большую часть своей жизни прожила в условиях «свободы»?

— Да, это уже совершенно иное общество, не похожее на общество 50 лет назад. Судя по тому, что я читала и слышала, 30-е, 40-е и начало 50-х годов были по-настоящему жуткими временами. Люди жили в страхе. Думаю, они передали этот страх следующим поколениям. Но это уже не тот же самый страх. Тем не менее каждому он знаком, и каждый понимает, что определенных вещей надо избегать. Правительство же хорошо знает, как нажать на эту «кнопку» страха. Но, как правило, ему даже не нужно этого делать: люди сами себя цензурируют. Таково большое наследие тех времен.

— Как по-Вашему, поможет ли преодоление этого страха стать России настоящей демократической страной?

— Я на это надеюсь.

— Вы считаете это возможным?

— Я всегда стараюсь смотреть на вещи позитивно. Также мы не должны недооценивать молодежь, ее энергию, ум, готовность к преодолению трудностей и к переменам. Но, с другой стороны, я пессимистично оцениваю человеческую сущность. История очень часто повторяется. В какой-то момент мы забываем о прошлом и совершаем прежние ошибки снова и снова.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568276 Джессика Гортер


Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568270 Андрей Звягинцев

Андрей Звягинцев. Закон о мате препятствует свободе слова в России

Сатоко Косуги (Satoko Kosugi), The Page, Япония

7 апреля на экраны вышла «Нелюбовь» режиссера Андрея Звягинцева. Этот саспенс красиво и рассудительно повествует об эгоистичных родителях, которые ищут пропавшего сына. В 2017 году за этот фильм Звягинцев получил приз жюри Каннского кинофестиваля.

Борис и Женя готовятся подать на развод. При этом у них уже есть другие партнеры. Они хотят расстаться как можно быстрее, чтобы начать новую жизнь. У них есть 12-летний сын Алексей, однако он им не нужен. Во время одного из скандалов Борис и Женя пытаются спихнуть сына друг на друга. На следующее утро Алексей уходит в школу и пропадает. Родители отчаянно пытаются найти его.

Развод и поиски пропавшего сына. Что хотел Звягинцев сказать этим фильмом? Какие меры он предпринял в отношении российского закона о мате, который препятствует свободно заниматься искусством и выражать свои мысли?

Противодействие опасному закону о мате

— Скандал между мужем и женой, которые разлюбили друг друга, показан крайне реалистично. Я слышала, что в России контролируются высказывания в художественных произведениях. Каким образом в этих условиях вы снимали фильм для того, чтобы сохранить свободу выражения?

— Да, я хотел, чтобы актеры говорили на языке, на котором говорят обычные люди в России, чтобы сцены выглядели реалистичнее. Закон о мате вступил в силу в России в июле 2014 года и контролирует употребление нецензурных слов в кино, театре, литературных произведениях, концертах. После этого многие режиссеры начали заниматься самоконтролем, чтобы такие слова не попадали в произведения и закон соблюдался. Я безразличен к этому закону. Я хочу, чтобы в моих фильмах люди говорили на реальном языке, поэтому, как правило, я себя ни в чем не ограничиваю. Тем не менее опасно попасть под цензуру, поэтому я вырезал звук в моментах, в которых персонажи используют мат. В таких моментах люди говорят грубо и открывают рот соответствующим образом, поэтому зрителям понятно, что говорят персонажи. Мне не нравится, когда цензура требует «запикать» мат, поэтому мы сами удаляем звук. Русскоязычным людям все-равно понятно, что говорят герои, несмотря на отсутствие звука. Я разговаривал с французом, автором словаря французского языка. Я сказал ему, что в британских и французских словарях есть любые слова, но только в русских словарях нет мата. Именно поэтому я думаю, что российские эквиваленты английского слова из четырех букв, начинающегося на «F», намного сильнее. Такие слова становятся сильнее именно потому, что они запрещены. Когда в британских и американских фильмах произносят слово на букву «F» никто не обращает на это внимания. Я думаю, это не производит особого впечатления. Тем не менее когда ругаются матом в российском кино, это вызывает бурную реакцию именно потому, что такие слова запрещены. Министерство культуры России сделало список запрещенных слов. Запрещено всего четыре слова, однако от них много производных, поэтому список получился огромным. Этот список очень интересно читать.

— В Японии практически нет шансов узнать, как живут россияне. Мне показалось, что будни россиян чем-то похожи на будни японцев: лазить в смартфоне во время еды, веселиться во время застолий и так далее. Во всех странах есть пары, которые не ладят или разлюбили друг друга, однако в Японии говорят, что дети сохраняют браки, поэтому мне кажется, что благодаря этому многие преодолевают проблемы.

— В России аналогичная ситуация. Есть семьи, которые долгие годы живут вместе, находясь в разводе. В «Нелюбви» разногласия и несчастья в семье отражены в гипертрофированной форме. Я хотел, чтобы зрители обратили внимание на них. Я фокусирую внимание на проблемах и довожу их до предела. Я рад тому, что люди могут узнать о России благодаря этим фильмам, однако я хочу обратить внимание на то, что это всего лишь малая часть России. Все проходит через призму моего восприятия, поэтому это — не объективная Россия. В действительности Россия намного шире. Я хочу, чтобы вы не забывали о том, что Россия — это разносторонняя страна. В двухчасовом фильме все подается в концентрированном и гипертрофированном виде, чтобы эти события отозвались в душе зрителей. Я хотел показать, что это — не настоящая любовь. Если к партнеру нет любви и ты не заботишься о нем, необходимо подавлять свой эгоизм. Лишенная такого отношения любовь приводит к подобному финалу, и в результате жертвой становится ребенок. Не стоит забывать об этом. Это — мое послание. Актриса, пробовавшаяся на роль Жени, рассказала мне следующую историю: «Когда я закончила читать сценарий, на часах было два ночи. Я невольно пошла в комнату, где спала двухлетняя дочь, и обняла ее». Она сказала, что когда обнимала ее, из ее глаз лились слезы. Когда мы снимали этот фильм, помимо рациональных, мы заложили в него также и эмоциональные аспекты. Послание к зрителям состоит в следующем: вспомните о существовании семьи, детей, родителей, мужа, жены, о которых вы позабыли в повседневной суете, думая только о своих проблемах, придите домой и обнимите их.

Деятельность поискового отряда «Лиза Алерт»

— Родители просят найти пропавшего сына Алексея, но полиция ничего не делает. Тогда Борис и Женя обращаются в поисковую группу «Вера». Они действуют настолько профессионально, что не подумаешь, что это волонтеры. Я слышала, что вы взяли за образец реально существующую организацию. Почему вы обратили внимание на деятельность этой группы и ввели ее в фильм, в котором она играет важную роль?

— Когда я снимал «Елену», я сосредоточился на теме развода и собрал по ней различную информацию. В «Левиафане» я рассказал форме любви одной из семейных пар. В процессе съемок я узнал о существовании поискового отряда «Лиза Алерт». В сети я в подробностях ознакомился с содержанием деятельности этой группы. Когда я прочитал о поиске пропавших детей, я придумал две основные темы для «Нелюбви»: развод и поиски пропавшего ребенка поисковым отрядом. Конечно же, основная тема — это развод родителей, однако я думаю, что присутствие этой группы сделало эту картину намного полнее. Хотите больше узнать о «Лиза Алерт»? Хорошо, я расскажу. Отряд был создан в 2010 году. В этом году ему исполняется восемь лет. Вначале это была небольшая группа, работавшая только в Москве, а сейчас она действует в 25 регионах по всей России. Это — некоммерческая организация. Ее члены тратят собственное время на то, чтобы помогать людям. Они занимаются поисками не только пропавших детей, но и взрослых. В 2016 году по всей России было 6150 пропавших. «Лиза Алерт» нашла живыми 89% пропавших. Я думаю, это — высшая форма проявления гражданского сознания. Это отражает то, что МЧС и другим государственным органам неинтересны проблемы безопасности граждан.

До сих пор в моей душе раздаются голоса волонтеров, которые ищут в лесу Алексея. Что же ждет родителей в конце «Нелюбви»?

Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 апреля 2018 > № 2568270 Андрей Звягинцев


Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > snob.ru, 13 апреля 2018 > № 2569042 Глеб Павловский

Попытка блокировки будущего

Глеб Павловский

Зачем Роскомнадзор и ФСБ заблокировали Telegram, хотя знают, что любой человек может обойти блокировку

Постановление о блокировке Telegram — «сигнал», один из первых шагов обустройства власти в новом санкционном пространстве — зондаж и разведка боем.

Не обольщайтесь насчет простоты обхода блокировки — как заметил Дуров, вам ее, может, и вовсе не придется обходить. Идея Кремля в другом — расчертить вольное пространство пунктирами и флажками, объявив пунктир обязательным. Сама вольность общения становится нелояльной, безотносительно к его содержанию. Содержание не может быть человеческим, если форма выражения предписана ему извне. Заявлен принцип единственного окна в ФСБ для всех, кто общается — друг с другом и с миром. Теперь либо-либо, или с миром, или с другом. То и другое вместе исключено. Ликвидируется пространство живой неопределенности — где ты и с теми, и с этими, и с нашими, и с ненашими.

Русская жизнь сложна тем, что раздвоена. Русский триста лет живет на два дома, из которых национален только один, и отказывается от ограничения мира. Давным-давно такой эксперимент по денационализации русских начинал было Сталин, да сдох. Теперь предлагают продолжить, вытесняя из русской жизни ее цветущую сложность.

Российская система, потеряв ощущение границ, наугад их придумывает. Но в данном случае она сильно рискует. Запрет Telegram — то есть чего-то бытового, повседневного — создал удобный для молодежи и общества предмет демонстративного неподчинения. ФСБ пригласило миллион человек к игре «А ну-ка, отними!». Игра тем веселей, что ни наказать за нее, ни помешать толком — нельзя. Не потому ли саму блокировку несколько отсрочили?

Интересно наблюдать, как глупая рыба входит в рыбацкую вершу. Ее ведет туда последняя извилина, выпрямленная до невозможного: идея «зеркальных мер». Зеркальные ответные меры — то, что делает игрока легко предсказуемым и ведет к проигрышу и разорению.

Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > snob.ru, 13 апреля 2018 > № 2569042 Глеб Павловский


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 13 апреля 2018 > № 2568313 Михаил Алексеев

Конец связи. Новый закон заставит операторов отключить анонимные сим-карты

Михаил Алексеев

управляющий партнер агентства Advanced Communications & Media (AC&M)

В июне этого года вступит в силу закон, который запрещает пользоваться мобильными телефонами без указания паспортных данных. Все абоненты с некорректными документами рискуют остаться без связи

Операторы сотовой связи активизировались. Этой весной они начали пытаться установить или проверить личность своих «анонимных» абонентов — то есть тех, кто не предоставлял свои документы при получении сим-карты. Об этом начали писать СМИ и сами российские абоненты в социальных сетях.

Робкие попытки сотовых операторов выяснить паспортные данные абонентов — это первые свидетельства новых требований закона о связи. Нормы вступят в силу 1 июня 2018 года. Требования призваны остановить торговлю «серыми» сим-картами и полностью избавиться от анонимных абонентов. Если внимательно прочитать документ, то станет ясно, что этим летом провайдеры будут обязаны отключить от связи всех, кто не представит им свои паспортные данные. Однако на деле с этим законом не все так просто.

Что не так с законом о связи

Скорее всего, законодатели, пытающиеся упорядочить процесс реализации сим-карт, действуют из лучших побуждений. Они стремятся исключить возможность анонимного использования сетей связи экстремистами и мошенниками, а также положить конец незаконной предпринимательской деятельности – массовой раздаче сим-карт у оживленных станций метро, вокзалов и торговых центров. Новый закон призван заставить участников рынка надлежащим образом исполнять обязанности по однозначной идентификации абонентов, что и так предусмотрено существующим законодательством. Но вот применить новый закон на практике окажется сложно.

Во-первых, совершенно непонятно, как в сжатые сроки операторы смогут «отсечь» десятки миллионов анонимных абонентов. Для проведения масштабной поголовной проверки абонентов операторам просто не хватит сил и средств. Вы можете себе представить, что десятки миллионов россиян будут с готовностью «подтверждать» свои паспортные данные незнакомому голосу из центра обработки звонков?

Еще менее реалистичной выглядит картина, когда розничные салоны операторов смогут принять в сжатые сроки миллионы россиян, которые поспешат предъявить там свои паспорта для подтверждения персональных данных. Эти паспорта нужно будет отсканировать и внести паспортные данные в базы данных операторов. На 250 млн абонентов в нашей стране приходится примерно 15 000 собственных операторских салонов. Методом деления получаем по 15 или 16 000 абонентов на один салон. Даже если на каждого абонента будет уходить рекордно короткое время в пять минут, потребуется полгода непрерывной работы по верификации всех данных.

Вторая причина будущих затруднений называется СМЭВ. Эта аббревиатура расшифровывается как «Система межведомственного электронного взаимодействия». По сути, это обширная интернет-база, доступ к которой имеют федеральные органы исполнительной власти, государственные внебюджетные фонды, органы местного самоуправления и разнообразные муниципальные учреждения. СМЭВ успешно работает для различных госструктур с 2010 года. Новация в том, что новый закон требует предоставить доступ к сугубо государственной системе частным операторам мобильной связи – МТС, Tele2, «Вымпелкому», «Мегафону» и другим игрокам.

До 1 июня осталось всего полтора месяца, а сотовые операторы так и не получили доступ к СМЭВ. Без такого доступа они просто не смогут исполнить новые требования российского законодательства.

Наконец, есть и сугубо бытовые моменты, связанные с перекрестной регистрацией сим-карт членов одной семьи друг на друга. Представим ситуацию: сотовый телефон моей мамы оформлен на жену, телефон жены — на меня, а мой телефон вообще оформлен на бывшего водителя, с которым я поддерживаю приятельский контакт, но который уже 15 лет не работает водителем и занят собственными предпринимательскими проектами. А еще есть беспроводные модемы в квартире и на даче – они, если не изменяет память, оформлены на паспорт ребенка, который за 10 лет с момента регистрации модемов повзрослел, завел своего собственного ребенка, уехал в другую страну и вообще больше не имеет российского паспорта.

Необходимость все привести в соответствие с персональными данными, отраженными у операторов связи, приведет в движение несколько десятков миллионов операций по перерегистрации, миллионам отключений и перерывам в связи. Буква закона требует немедленно заблокировать тех абонентов, персональные данные которых не верифицированы. Неужели в первый день предстоящего лета мы станем свидетелями повального отключения мобильных телефонов? Оповещены ли о новых нормах рядовые абоненты и действительно ли операторы отключат все подозрительные сим-карты, до сих пор неясно.

Будет ли закон действовать

История последних законодательных инициатив российских властей в отношении рынка сотовой связи показывает, что зачастую законы становятся намного мягче, когда дело доходит до реального применения на практике. Сколько горячей полемики мы увидели в СМИ, на парламентских площадках и в стенах Министерства связи, когда депутаты Яровая и Озеров предложили хранить информацию обо всех звонках и сообщениях абонентов за последние полгода. Сотовые операторы оценили затраты на такой надзор за абонентами в 2,2 трлн рублей, что привело бы к росту тарифов для конечных потребителей в два или три раза. В итоге из-за невозможности реализации требований нового закона исполнительная власть была вынуждена использовать менее радикальный и более реалистичный вариант антитеррористических мер в телекоммуникационных сетях.

Нечто подобное, по всей вероятности, ожидает и закон №245 от 29 июля 2017 года — тот самый, что должен положить конец торговле «серыми» сим-картами. Проект закона уже претерпел существенные изменения до момента утверждения и из него исчезли наиболее одиозные нормы. Например, в проекте предлагалось запретить реализацию сим-карт дешевле чем за 100 рублей. Тем не менее главный вопрос остается открытым: какова будет новая правоприменительная практика? Ожидает ли новый закон судьба тех норм, которые были введены 1 января 2014 года и однозначно требовали от операторов и их партнеров продавать сим-карты только при условии предъявления удостоверений личности? Нормы вроде бы действуют, но анонимные сим-карты до сих пор реализуются десятками миллионов.

Даже в салоне верификация носит условный характер: «У вас паспорт есть? Нет с собой, но, может быть, вы помните паспортные данные? Не помните? Может, у вас уже есть или была сим-карта? Давайте проверим и оформим новый контракт на те же самые паспортные данные». За пределами салонов режим верификации еще более мягкий. У распространителей сим-карт на улице вообще можно подключиться к сети совершенно анонимно. Администрировать старые нормы просто не получается, и регулятор решил возложить ответственность на оператора, угрожая строгостью проверок и размерами штрафов.

Один из руководителей крупного российского мобильного оператора рассказал мне, что готовность компаний следить за документами своих абонентов будет напрямую зависеть от того, начнут ли власти наказывать компании за несоблюдение нового закона.

Зачем россиянам миллиард сим-карт

За последние пять лет в России ежегодно продавались 115 млн сим-карт. При этом число активных абонентов за год увеличивается в среднем всего на два-три миллиона. Иными словами, 112 млн человек каждый год приобретают сим-карты только для того, чтобы вскоре их выбросить.

Впечатляет и другое удивительное соотношение: число абонентов мобильной связи в России составляет чуть более 250 млн и существенно не меняется уже почти десять лет. Продажи сим-карт за этот же период составили почти 1 млрд штук. Сложившаяся тенденция заметно отличается от цивилизованных рынков. По оценкам агентства AC&M, отток абонентов (то есть соотношение абонентских контрактов, которые операторы разорвали по причине отсутствия активности абонента, к общему числу абонентов) в России в два раза превышает средний показатель по европейским рынкам: 43% против 21% на Западе.

Если толковать эти цифры буквально, то это означает, что за год в России «утекает» (или перетекает к другим операторам) почти половина абонентской базы. В действительности примерно 80-85% абонентов весьма инертны и годами сохраняют лояльность своему оператору. Зато 15-20% абонентских контрактов живут менее трех месяцев. Эта категория представлена теми, кто приезжает в другой город и хочет сэкономить на связи, приобретая местную сим-карту: отпускники, командированные, сезонные рабочие, а также все, кто летит или едет по земле транзитом.

Еще один крупный класс таких абонентов – продавцы, размещающие в интернете объявления и рекламу. Такие люди также привязывают к номерам-однодневкам свои учетные записи в социальных сетях. Многие используют десятки сим-карт одновременно. Легкости, с которой мы можем получить новый контракт, способствует гипертрофированно раздутая розничная сеть. Реализация сим-карт идет по крайней мере через 24 000 салонов – в это число включены и монобрендовые салоны операторов, и точки мультибрендовых сетей («Связной», «Евросеть», «Телефон.ру» и др.).

Кроме того, в России распространены и так называемые партнерские сети. На деле за красивой формулировкой скрываются лоточники без какой-либо стационарной точки продаж, торгующие сим-картами любого оператора на выбор. Карты разных операторов с нулевым балансом можно приобрести оптом по 19-20 рублей за штуку. Они раздаются бесплатно и могут быть активированы в том случае, если получивший «положит» на них от 100 до 200 рублей. Даже если 75% получивших выкинут карту, а 25% пополнят ее на 200 рублей, распространитель может рассчитывать на законную комиссию от оператора и окупит затраты на приобретение карт и оплату гонорара тем, кто раздает сим-карты на улице.

В масштабе страны (115 млн сим-карт, из которых весьма значительная доля реализуется через партнеров, а не через собственные салоны) такой бизнес может приносить уличным торговцам сотни миллионов рублей. Очевидно, что в случае более жесткого сценария поправок к закону о связи примерно 25-30% так называемой внесалонной розницы просто исчезнет. Речь идет не о единовременном сокращении продаж или оттоке абонентов у мобильных операторов, а о более долгосрочной тенденции — мы увидим полноценное вымирание уличной торговли сим–картами.

Что будет с ценами и оборотами

Для операторов мобильной связи последствия реализации новых инициатив регулятора не приведут к существенным потерям в выручке или валовой прибыли. Менее всего пострадают те операторы, которые и раньше не слишком рассчитывали на внесалонную реализацию. По общему мнению инсайдеров, с которыми приходилось говорить, лучше всего в этой области обстоят дела у МТС. Несмотря на то, что официальных данных на этот счет нет, можно косвенно судить о размерах реализации контрактов-однодневок по показателям оттока каждого из операторов. На основании тех данных, которые эпизодически просачиваются в прессу или встречаются в презентациях самих операторов, самый низкий показатель оттока у Tele2 и МТС, а самый высокий — у «Вымпелкома» (бренд «Билайн»).

Принимая во внимание, что реализация новых контрактов в квартал составляет примерно 30 млн штук (совокупно для всех операторов) и то обстоятельство, что прекратится главным образом реализация контрактов-однодневок, можно предположить, что совокупная абонентская база российских операторов сократится примерно на 10 млн абонентов. Какой бы впечатляющей ни казалась эта цифра, в масштабах отрасли это не более 4% клиентской базы. Недополученная выручка от таких «несостоявшихся» абонентов составляет еще более скромную часть общей выручки – около 1% в денежном выражении. В условиях, когда темпы роста в отрасли балансируют около нуля, даже такой маленький шаг назад может оказаться неприятным. И все же предстоящую реформу нельзя назвать катастрофой.

Что касается тарифов для рядовых абонентов, то вряд ли грядущий запрет на продажу «серых» сим-карт как-то скажется на ценообразовании. Рынок и так переживает довольно турбулентный период – дополнительное удорожание услуг для клиентов может привести к уходу абонентов, а так рисковать никто не захочет.

Возможно, новые нормы станут катализатором позитивных изменений – к примеру, заставят наших мобильных операторов задуматься о радикальном сокращении численности точек продаж. Ведь при расчете на тысячу человек населения в России в два-три раза больше салонов связи, чем в любой другой европейской стране.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 13 апреля 2018 > № 2568313 Михаил Алексеев


Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 12 апреля 2018 > № 2567601 Радий Илькаев

Академик Радий Илькаев: Жить долго можно и в космосе

В космос с танковой броней - это не выход. А вот поднять иммунитет спутникам и приборам на их борту, сделать что-то вроде прививки от радиации еще до старта - возможно, считают специалисты Российского федерального ядерного центра ВНИИ экспериментальной физики госкорпорации "Росатом".

И предлагают создать у себя в Сарове, на базе уже существующих мощностей и компетенций, Межотраслевой распределенный комплексный центр испытаний (МРКЦИ). Цель - реализация задач, связанных с защитой космических аппаратов от ионизирующих излучений, повышение их надежности и срока активной службы. А еще - прогнозирование характеристик составных частей и материалов при проектировании перспективных летательных аппаратов.

"Космос неоднороден: около Земли - одни спектры излучения, полетим на Марс - другие, - развил этот тезис научный сотрудник Института ядерной и радиационной физики РФЯЦ-ВНИИЭФ Кирилл Музюкин. - Необходимо тестировать любую микроэлектронику, которая полетит в космос и будет подвергаться там воздействию".

Причем делать это надо самим, в России. А пока что, как утверждают в Сарове, испытания элементной базы в интересах "Роскосмоса" проводятся за рубежом. Потому и возникла идея создать свой, отечественный центр коллективного пользования.

По замыслу инициаторов, МРКЦИ призван объединить научные институты и организации разной ведомственной принадлежности. В Сарове готовы взять на себя научно-техническое сопровождение перспективных разработок компонентной базы и радиоэлектронной аппаратуры для космической отрасли. А все участники кооперации получат инструментарий, с помощью которого можно будет создавать оборудование и приборы с необходимыми сроками эксплуатации.

Отметим, что РФЯЦ-ВНИИЭФ уже обладает парком установок, на которых можно моделировать излучения, подобные космическим, и исследовать стойкость аппаратуры к воздействию таких излучений. Здесь накоплен многолетний опыт испытаний и отработки радиационной стойкости изделий в интересах "Росатома", Минобороны, "Роскосмоса" и Минпромторга России.

А центр коллективного пользования планируют дополнить ускорителем частиц, где с помощью тяжелых ионов (в первую очередь - висмута) будут моделировать события, которые происходят при облучении аппаратуры в космосе. Задействуют и специальные устройства для исследования того, как влияют на приборы дозовые эффекты и электроразряды.

От первого лица

Радий Илькаев, академик РАН, почетный научный руководитель РФЯЦ-ВНИИЭФ:

- В нашем центре создана и постоянно совершенствуется экспериментальная база по проверке радиационной стойкости. Но это в основном гамма-кванты, нейтроны, рентгеновское излучение - то, что нам нужно для защиты основной продукции РФЯЦ-ВНИИЭФ от возможного воздействия. В космосе есть другие потоки заряженных частиц, которые выводят из строя элементную базу космических аппаратов. А поскольку эти весьма сложные и дорогостоящие комплексы должны работать как можно дольше, изучение того, как влияет космическое излучение на них, является важным направлением работ. С этой целью мы предлагаем дооснастить наш центр специализированным протонным ускорителем. Такая установка, созданная по самым современным технологиям, обеспечит проверку всех приборов, которые разрабатываются в России для космоса. Принципиальная поддержка этих работ получена, сейчас обсуждается вопрос финансирования.

В структурах "Роскосмоса" и Объединенной ракетно-космической корпорации, где этим предметно занимаются, к такой кооперации готовы?

Радий Илькаев: Понимание важности создания мощной отечественной базы для приборов, которые выводятся в околоземное пространство и работают там, есть у всех заинтересованных сторон. Поэтому такой ускоритель мы обязательно сделаем.

Ранее, в рамках президентской программы, мы создали программный продукт мирового уровня по расчету прочности конструкций по массо-тепло-переносу. Как рабочий инструмент он поставлен на многие известные предприятия нашей страны, таких адресов - десятки. И результаты очень хорошие, потому что предложенная нами технология позволяет в несколько раз сократить сроки разработки и число натурных испытаний. Думаю, что и в рамках кооперации с "Роскосмосом" следует максимально использовать наши вычислительные мощности, чтобы конструирование велось на современном уровне.

Почему вы считаете это важным?

Радий Илькаев: В космос выводится все больше и больше сложных приборов, а элементная база стремительно меняется. Поэтому разрабатывать надо, с одной стороны, быстро, с другой - надежно. И тут без новых расчетно-вычислительных технологий конкуренцию на международном уровне просто не выдержать. Это задача серьезная, за один день не решается. Должна быть, во-первых, создана кооперация, во-вторых - разработаны совершенно новые физические модели. Широкая кооперация нужна и для создания сложных электрофизических установок.

На чью и какую поддержку рассчитываете?

Радий Илькаев: В первую очередь, мы надеемся на сотрудничество с Академией наук и с теми российскими институтами, которые имеют компетенции в конструировании сложных приборов и электрофизических установок. В ближайшее время будем выходить с нашими предложениями к руководству страны о разработке федеральной целевой программы для решения этой масштабной задачи.

Наш Telegram

РГ. Александр Емельяненков

Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 12 апреля 2018 > № 2567601 Радий Илькаев


Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 апреля 2018 > № 2566409 Антон Погорельский

Дорого и надолго. Цены на бытовую технику вырастут на 10-15%

Антон Погорельский

Редактор канала «Бизнес»

Портативная электроника и крупная бытовая техника подорожают в связи с обвалом курса рубля и американскими санкциями

В ближайшие две недели розничные цены на бытовую технику и портативную электронику в российских магазинах могут вырасти на 10-15%, рассказал Forbes президент Ассоциации компаний интернет-торговли (АКИТ) Алексей Федоров. «Во всех штаб-квартирах российских представительств западных компаний, которые торгуют электроникой и бытовой техникой, сейчас проходят стратегические совещания по поводу того, когда именно поднимать цены», — утверждает Федоров.

Стоимость холодильников, пылесосов, телевизоров, ноутбуков, смартфонов и других товаров увеличится из-за падения курса рубля к доллару и евро. Значительная часть такой техники производится за границей, а для расчетов с российским контрагентами используется валюта. Даже при условии локализованного производства на территории России компании-изготовители зависят от зарубежных поставщиков, которые снабжают их деталями.

Что говорят продавцы

«Европейские производители сообщили ретейлерам о планах по увеличению закупочных цен на 5-10%, — признались в компании «М.Видео» в ответ на вопрос Forbes о возможности роста розничных расценок. — Мы ведем с ними переговоры и делаем все возможное, чтобы удержать цены. Как показал опыт 2014-2015 года, цены в рознице реагируют на ослабление рубля с замедлением и в меньшем объеме. «М.Видео» продолжает реализовывать все акции, распродажи, предложения по рассрочке в обычном режиме».

«Несомненно, ретейл обладает товарными запасами, что может сгладить пики и резкий скачок цен, но не забывайте, что экспорт будет выглядеть гораздо привлекательнее российского рынка, а дефицит продукции будет толкать цены вверх в любом случае, даже при высоком уровне локализации производства», — написал на своей странице в Facebook генеральный директор Candy Hoover Group Россия Глеб Мишин. Эта компания производит духовые шкафы, стиральные машины и другую бытовую технику.

«На сегодняшний день у нас нет информации ни от одного нашего поставщика о том, что изменяются закупочные цены в связи с изменением курса рубля. Мы следим за рынком и конкурентами и готовы оперативно реагировать на изменения цен на полке, но пока предпосылок к изменению цен нет. Если смотреть на опыт 2014 года, процесс не происходит одномоментно», — сообщили Forbes в Inventive Retail Group, которая объединяет сети магазинов re:Store, Samsung, Sony и другие.

Повышение цен действительно не будет сиюминутным, подтвердили в АКИТ. «У больших компаний, таких как «Ситилинк», «Эльдорадо», «М.Видео», «Медиамаркт» и в какой-то степени «Юлмарт», прописаны правила работы с поставщиками. С того момента, когда поставщик предупреждает такую торговую сеть о повышении цен, до реального изменения [закупочных] цен поставщики обязаны выдержать время не менее трех месяцев», — объяснил Алексей Федоров.

В то же время, фактическое повышение закупочных цен через три месяца не означает, что розничные цены отреагируют через такой же промежуток времени. «У крупных сетей есть большие товарные запасы. В зависимости от их оборота эти запасы составляют не менее одного месяца товарного остатка, — указал Федоров. — Тогда мы можем предположить, что сетевые продавцы смогут держать цены такими же, какими они были, в течение двух месяцев минимум».

«Конечная цена зависит от отпускных цен производителей. Пока что они сохранятся на определенном уровне», — констатировали в пресс-службе «Вымпелкома» (бренд «Билайн»). В «Мегафоне» отказались от комментариев. «Уровень цен однозначно изменится, на сколько — пока трудно спрогнозировать. Я рекомендую всем покупателям не откладывать покупки на потом», — резюмировал Глеб Мишин.

Шанс на передел рынка

Для новых крупных игроков на рынке портативной электроники и бытовой техники грядущее повышение цен может оказаться отличной возможностью переманить к себе клиентов. Вышедший на российский рынок в конце прошлого года китайский интернет-ретейлер Tmall (подразделение AliExpress) объявил о том, что не будет повышать цены на товары в сегменте электроники. При этом онлайн-сервис пообещал своим клиентам возможность проконтролировать динамику цен в своем магазине.

«Компания запускает «Программу проверенных цен», в которую попадают все крупнейшие сети, которые вчера объявили о возможном будущем пересмотре цен на свой ассортимент», — сообщил представитель Tmall. За счет этой программы в компании рассчитывают нарастить средний чек, в настоящий момент равный 6 000 рублей.

«Многие мелкие интернет-игроки обанкротятся, — спрогнозировал президент АКИТ. — У них нет товарных запасов на складах, и они не имеют длинных договоров с поставщиками. Если они будут играть по старым правилам, не поднимая цены, а закупка у них будет по новым ценам, то они будут торговать в минус. А если они повысят цены первыми, то у них никто не будет покупать товар. Когда есть выбор между большим игроком с ценой 100 рублей за штуку и маленьким игроком с ценой в те же 100 рублей за штуку, потребитель предпочтет большого игрока».

Еще одним последствием скорого повышения цен на технику и электронику может стать смещение спроса от одних марок к другим. Определяющим здесь будет фактор стоимости. «Кто-то из больших игроков непременно захочет воспользоваться ситуацией и начнет работать в минус либо с минимальной маржинальностью, чтобы захватить большую долю рынка, — рассказал Forbes Алексей Федоров. — В 2014 году так работала компания Robert Bosch в сегменте электроинструментов. Они отыграли 3% рынка, так как в отличие от конкурентов не повышали цены несколько месяцев». Быстрее всего подорожают смартфоны, планшеты и другая электроника экзотических марок: по сведениям АКИТ, у ретейлеров просто нет большого запаса товаров редких брендов, а значит, такие гаджеты закончатся раньше прочих.

Обвал 2.0

В последний раз курс рубля отправлялся в свободное падение в декабре 2014 года. На пиковых значениях стоимость евро приближалась к 100 рублям, а доллар оценивался на уровне 75-80 рублей. Во время тех колебаний в магазинах электроники и бытовой техники наблюдался наплыв посетителей, которые спешили купить товары до подорожания. К январю 2015 года бытовая техника действительно выросла в цене на 8-15% по сравнению с декабрем 2014 года.

Нынешнее падение курса рубля относительно бивалютной корзины началось на этой неделе. Ослабление национальной валюты произошло после того, как США ввели экономические санкции против крупных российских олигархов и компаний, среди которых оказались, в частности, «РУСАЛ», «Базэл» и En+ Олега Дерипаски, а также «Ренова» Виктора Вексельберга. На момент написания заметки сайты этих компаний недоступны.

Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 12 апреля 2018 > № 2566409 Антон Погорельский


Казахстан > СМИ, ИТ. Транспорт. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 12 апреля 2018 > № 2565900 Алибек Наримбай, Али Шайхислам

Почему предприниматели в Казахстане должны быть «стенобоями»

Mail.ru оценила проект OKauto.kz в 100-300 млн рублей

На днях один из основателей стартапа OKauto (проверка и уведомление о штрафах за нарушение ПДД через мобильное приложение) Алибек Наримбай заявил, что в mail.ru его компанию оценили в 100−300 млн рублей.

За год существования проект вышел на ежемесячные обороты в 150-200 тыс. активных пользователей (в денежном выражении – 10 млн тенге). Приложение обошло альтернативные сервисы в лице e-gov и интернет-банкингов, так как позволяет легко проверить и удалить (за 5 минут) штраф из базы при оплате. Впрочем, монетизировать приложение основатели планируют не за счет комиссий за погашение штрафов, а продавая страховые полисы ОГПО, автозапчасти, реализуя дополнительные сервисы (помощник на дороге, эвакуатор, автоюрист и т.д.), выдавая рассрочку для оплаты штрафов в течение первых семи дней и внедряя бонусные системы на услуги АЗС.

Идейные вдохновители и сооснователи проекта Алибек Наримбай и Али Шайхислам рассказали «Капитал.kz», какие инвестиции потребовались для запуска, какую прибыль они ожидают и почему предприниматели в Казахстане должны быть «стенобоями».

О самом начале и интернете вещей

Алибек Наримбай: В 2009 мы с партнерами открыли компьютерный клуб Mouse Club и шесть лет зарабатывали на этом. В то время мы разработали систему управления электрическим током. Это было нужно, чтобы включать-выключать игровые консоли и телевизоры, когда время у игроков заканчивалось. Это то, что сейчас называется IoT-технологиями, на этом построена технология «умный дом». А мы это еще в 2009 году сделали и несколько лет пользовались. Уже потом я по телевизору увидел, что парень включил лампочку через приложение и получил грант в 10 млн тенге. Я тогда понял, что занимаюсь не тем (смеется).

Продать эту технологию мы пробовали, но наш опыт продаж тогда был очень маленьким. Хотя могли сделать «умный дом», всеми лампочками управлять, утюгами. Мы делали презентацию в «Казахтелекоме», «Казпочте». Нам сказали: «Мы подумаем». Это были какие-то менеджеры среднего звена, которые выглядели очень важными.

Али Шайхислам: Мы уже на втором курсе начали принимать заказы на разработку сайтов. В основном клиентами были малый и средний бизнес. Я следил за тем, что происходит на Западе и в России. И уже тогда я понял, что все идет в сторону мобильных приложений. Перед OKauto у меня был отрицательный опыт разработки и проектирования мобильных приложений – покупки жд/авиабилетов, заказа такси. Но, несмотря на это, я рад полученному опыту.

Сколько нужно времени и денег

А.Н.: В марте 2017-го возник OKauto. Но инвестиции мы привлекли еще на стадии идеи. У нас был бизнес-план всего на один лист. Мы стали искать инвестора, который бы нам поверил, и нашли. Первый раунд инвестиций составил $260 тыс. Из них к настоящему моменту освоена половина. Мажоритарная доля в компании принадлежит нам с Али. После регистрации компании проект запустился ровно через год. Большую часть времени подготовки заняли изучение законодательной базы, получение доступа и интеграция к источнику базы данных.

Governmentrelations как коммерческая тайна

А.Н.: Взаимодействие с государственными сервисами – самая сложная часть пути. Как удалось получить доступ к республиканской базе МВД? Мы с Али называли друг друга «стенобоями». Мы решили не останавливаться ни перед чем и идти до конца. Не бывает нерешаемых проблем. А Али вообще обладает упертым характером.

А.Ш.: Тут важен опыт продаж. Для предпринимателя этот навык – must have. Мы не решали эти вопросы посредством агашек. Конечно, удача сыграла свою роль, но, кроме этого, надо изучить текущую законодательную базу. Что под капотом погашения штрафа? Есть банк, комитет казначейства, куда поступают в конечном счете деньги, есть МВД, платежный шлюз электронного правительства и есть пользователь. Нам с партнерами удалось объединить всех этих участников. В основном многие банки не подключаются к этой базе, потому что не позволяет технический потенциал и ответственные стороны за интеграцию не справляются с этой задачей.

А.Н.: Потом было сложновато, когда у нас начался рост в первые месяцы, мы не ожидали такого количества скачиваний и «боролись» с отказоустойчивостью. Наши серверы даже на 20% не загружались, а государственные уже падали. Падали серверы МВД, банков. Особенно плохо было, когда это случалось в пятницу вечером. Тогда все: до понедельника никто не работает. После наблюдений всех подводных камней мы разработали систему приоритетов и очередей.

А.Ш.: Максимальное время ожидания запроса – до 30 секунд, а в зависимости от загруженности очереди – 2 минуты, в среднем – до 7 секунд. Но по нынешним меркам это долго.

Сколько уникальных пользователей сейчас?

А.Ш.: Сейчас у нас 150-200 тыс. активных пользователей ежемесячно.

А.Н.: Вообще, мы всегда говорим о числе скачиваний. Сейчас их у нас более 400 тыс.Но, как правило, это не один автомобиль и не один пользователь. Вы можете проверять свою семью, жену и т.д. На самом деле количество авто и водителей уже более 900 тыс. Скоро будет миллион.

А.Ш.: С точки зрения динамики роста активных пользователей мы выросли на 100% за последние полгода.

Конкуренты и монетизация

А.Н.: Какая у нас доля рынка? Если смотреть по скачиваниям, то это уже каждый десятый автомобиль (всего в РК зарегистрировано около 4 млн авто). Если оценивать по уникальным пользователям, то уже больше 20%. Мы не считаем Egov и банки нашими конкурентами. У них масса других услуг, как они будут конкурировать со специализированным приложением? Мы почти не зарабатываем на комиссиях и будем даже рады, если человек узнает о штрафе у нас, а оплатит его через удобный ему способ.

А.Ш.: Мы – в первую очередь контент-провайдеры и позиционируем себя как сервис проверки и уведомления о штрафах. Я сомневаюсь, что банки смогут, например, предоставить фото предписания.

А.Н.: Из тех пяти направлений монетизации, о которых мы заявляем, только одно в активной стадии реализации, а другие – на уровне изучения подводных камней и поиска партнеров. Для этого предусмотрен второй раунд инвестиций в размере не менее $1 млн, в результате которого мы планируем стать большой IT-компанией. Запуск начинаем со страховки.

А.Ш.: В публичном питче мы рассказали, что затраты у нас сейчас 2 млн тенге в месяц, а обороты – 10 млн тенге, но это не значит, что наша рентабельность – 80%. На текущий момент чем больше сумма общих платежей по штрафам, тем больше нам приходится замораживать оборотные средства.

А.Н.: Рабочей модели монетизации пока нет. Но каждый из пяти планируемых пунктов при его реализации в десять раз покроет все затраты.По нашим расчетам, самыми прибыльными будут дополнительные сервисы.

Мы считаем, что оборот компании может достигнуть в течение полутора лет десятков миллионов долларов. А в штате будет максимум 25-30 человек. Окупаемость наступит через несколько месяцев после запуска сервисов монетизации.

Что значит оценка mail.ru для компании?

А.Н.: Оценка компании во многом зависит от веры инвесторов. В зависимости от этого ее можно оценить и в 100 млн, и в 500 млн рублей.

А.Ш.: Оценка стартапа – это своеобразная философия, там нет четкой формулы. На местном уровне обычно применяется олдскульный подход, основанный на расчетах доли рынка, выручки, умноженной на количество месяцев или лет. В случае со стартапом это не разовая покупка или продажа. Речь идет о траншах от общей суммы привлеченных инвестиций на развитие проекта при выполнении промежуточных показателей.

А.Н.: Кстати, если мы «по-олдскульному» будем считать, то компания станет еще дороже.

А.Ш.: А вообще, в истории Казнета до этого не было примеров, чтобы российские эксперты или mail.ru оценивали казахстанские стартапы.

К экспансии готовы

А.Н.: У нас готовы все необходимые разработки, и как только другая страна будет готова открыть доступ к базам данных по штрафам, мы можем зайти на эти рынки. Например, Украина готовится к этому еще с 2013 года, но известные события все затормозили. Года через два у нас будет возможность зайти с готовой моделью. Рынок Узбекистана тоже интересен, его мы бы смогли уже сейчас «забрать» за парочку месяцев и стать там лидерами. Но для этого нам нужны второй раунд инвестиций и укрупнение компании.

А.Ш.: Зарубежные рынки – это вопрос опыта и готовой модели. В перспективе возможна и Юго-Восточная Азия. В этом году в феврале я посетил Сингапур и Малайзию, но, как мне показалось на первый взгляд, сервис проверки и уведомления штрафов не будет сильно востребован – местные сервисы неплохо справляются, но, с другой стороны, есть и свои законодательные нюансы.

Кадры привлекали опционами

А.Ш.: Местный кадровый потенциал оставляет желать лучшего (смеется). Нехватка чувствуется из-за отсутствия критической массы. А даже если найти тех немногих, кто со светлой головой, то, как правило, их очень сложно заинтересовать, поскольку есть альтернатива зарабатывать в долларах или работать за границей.

А.Н.: Но все же команду мы нашли в Казахстане. Поиск программистов занимает много времени, мы постоянно в поиске. Предлагаем сотрудникам опционную программу. И уже есть люди, у которых есть доля в нашем проекте. Они стоят у истоков продукта, и мне кажется, ребята точно не прогадали.

Три совета начинающим стартаперам

А.Н.: История успеха у всех уникальная, а ошибки у всех одинаковые. «Дядюшка Маргулан» (Маргулан Сейсенбаев, – ред.) так говорит, и мы с ним согласимся. Надо изучать «фэйлы» других компаний.

А.Ш.: У меня до этого проекта были три «фэйла». Первый совет: тестируйте проект на этапе зарождения идеи. И если «пошло», не останавливайтесь ни за что. До того, как появилась возможность проверить или оплатить штраф в приложении, мы провели тесты. Например, сделали кнопку «оплатить» и замеряли, сколько пользователей на нее нажимали.

А.Н.: Вообще, предпринимателю, чтобы сделать великий проект, надо 6-7 лет работать, обжигаться. OKauto – успешный, но далеко не первый мой проект. Так вот второй совет: если тестирование проекта прошло успешно, становитесь «стенобоями». Стен очень много в Казахстане. Если у вас нет суперагашки, нужно уметь их пробивать. Это уже вопрос, наверное, характера, темперамента.

А.Н.: А третий совет – на тему «как искать инвестора». Многие приходят ко мне и говорят: не могу найти инвестора, нет денег. Я привожу пример: вы хотите купить новый «Лексус», который стоит 50 миллионов. Предлагаю купить его сегодня, если принесете вечером 5 миллионов. Вы точно найдете деньги, потому что будете уверены – завтра продадите его за 50. И инвестору нужно показать компанию, которая принесет ему 50 миллионов при вложениях в 5. В Казахстане деньги есть и всегда были. Или идея плохая, или донести ее не могут.

А.Ш.: Но есть и проблема неопытности инвесторов, особенно когда речь идет о стартапах. Мы искали такого бизнес-ангела, у которого есть понимание инвестиций в IT. Человека из офлайна, с видением из постсоветского пространства не советуем, потому что высока вероятность возникновения непонимания на определенном этапе.

Казахстан > СМИ, ИТ. Транспорт. Приватизация, инвестиции > kapital.kz, 12 апреля 2018 > № 2565900 Алибек Наримбай, Али Шайхислам


Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 10 апреля 2018 > № 2566013 Савва Шипов

Савва Шипов: Национальная система управления данными позволит оптимизировать издержки на сбор, хранение и обработку информации

О проекте «Национальная система управления данными» рассказал заместитель министра экономического развития РФ Савва Шипов на пленарном заседании XIX Апрельской международной научной конференции по проблемам развития экономики и общества.

Концепция национальной системы предполагает полную цифровизацию процессов по сбору, обработке, формированию, предоставлению и анализу данных. По словам Саввы Шипова, основная идея проекта - создание единого информационного пространства данных в России.

«Система должна в первую очередь обеспечить качественно новый уровень работы самого Росстата. Все данные должны будут собираться и обрабатываться в автоматизированном режиме, с использованием четких алгоритмов, которые полностью исключают субъективный фактор при анализе. За счет автоматизации систему сбора и обработки данных можно будет быстро настраивать под новые задачи и формировать отчеты в режиме онлайн без временных задержек», - сообщил Савва Шипов.

Второй задачей национальной системы он назвал создание единого процесса сбора, сопоставления, проверки качества данных, которые позволят власти, бизнесу и населению иметь доступ к качественной, непротиворечивой информации.

«Третья задача – кардинальное сокращение нагрузки на бизнес по предоставлению отчетности с одновременным повышением достоверности и широты охвата собираемой информации. Сокращение отчетности должно происходить как за счет более качественного использования собираемых данных, так и за счет использования других источников информации», - подчеркнул замглавы Минэкономразвития. «Целевой моделью является переход на «единое окно» подачи отчетности и использование ее контролерами в порядке межведомственного взаимодействия».

Заместитель министра выделил основные блоки мероприятий, необходимых для создания национальной системы. Прежде всего, это организационно-технические мероприятия и мероприятия по методологическому обеспечению. Будет проводиться комплексный аудит существующей ситуации с данными в России, их формированием, хранением, обработкой и информационным обменом. Результаты аудита лягут в основу необходимых организационных преобразований в Росстате и концептуальной проработки создаваемых систем и инфраструктурных решений. Кроме того, будет проводиться систематическая работа по улучшению качества данных, их гармонизации и нормализации, в том числе с учетом данных, формируемых внешними (по отношению к сектору госуправления) поставщиками. «Внедрение этой системы позволит учитывать результаты экономической деятельности по месту ее осуществления, отобразит реальное положение на местах и будет способствовать более эффективному распределению ресурсов», - добавил он.

Второй этап - это разработка аналитических продуктов по освоению технологий «больших данных» для формирования статистики и обеспечения принятия решений, а также реализация механизмов, способных кардинально снизить отчетную нагрузку на бизнес.

Савва Шипов сообщил, что национальная система управления данными - это глобальный проект, рассчитанный на долгосрочную перспективу. Пока горизонт планирования - шесть лет. Система позволит не только выстроить единое информационное пространство, но и в целом модернизировать государственное управление, изменить отношения государства и общества. «Качественная работа с данными позволит нам достигнуть иной степени доверия между государством и обществом», - отметил заместитель министра.

Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 10 апреля 2018 > № 2566013 Савва Шипов


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564058 Энн Эпплбаум

Это уже не только Россия

Энн Эпплбаум | The Washington Post

"Меня тревожит запоздалое рвение при разоблачении российских манипуляций, так как оно преуменьшает масштаб проблемы, которая вовсе не исчерпывается действиями русских", - пишет обозреватель The Washington Post Энн Эпплбаум.

Она описывает "онлайн-тактики россиян": использование подложных сайтов "для повышения доверия к экстремистским взглядам", выдумывание или искажение историй "с целью спровоцировать страх и усугубить социальные раздоры".

"Но все эти тактики, в большом масштабе впервые примененные россиянами, есть и в распоряжении других - и не только других авторитарных правителей. Они открыто и законно применяются и в западных демократиях", - пишет автор. По ее словам, правящая партия Венгрии в ходе недавней избирательной кампании "использовала ряд платформ для распространения целой серии видеозаписей, которые были фальсифицированы, вырваны из контекста или подправлены техническими способами".

"Ровно таким же образом действуют Fox News и те СМИ, которые дружественно относятся к Трампу. Как я уже писала, во время своей избирательной кампании 2016 года Дональд Трамп открыто пользовался российскими слоганами и версиями", - продолжает автор.

"Но в данный момент у него уже нет необходимости что-то у них заимствовать. Недавно The New York Times, проанализировав, как президент зациклился на "караване нелегальных мигрантов", перечислила, как первоначальный сюжет был намеренно приукрашен и искажен СМИ, которые мы в другой стране назвали бы "прорежимными", - говорится в статье. (Подразумевается история с "караваном", организованным, чтобы привлечь внимание к бедственному положению мигрантов и беженцев. Трамп в ответ направил Национальную гвардию для охраны границы США с Мексикой. - Прим. ред.).

Эпплбаум заключает, что "против дезинформационных кампаний недостаточно применять решения, сфокусированные исключительно на России".

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inopressa.ru, 9 апреля 2018 > № 2564058 Энн Эпплбаум


Корея. Германия. США. РФ > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 9 апреля 2018 > № 2563954 Анна Устинова

Samsung готовит IoT-кадры

Анна Устинова

Компания Samsung Electronics расширяет образовательный проект "IoT Академия Samsung". С сентября 2018 г. 10 высших учебных заведений России будут готовить специалистов в сфере промышленного Интернета вещей (IIoT) при поддержке Samsung. Студенты технических специальностей получат возможность пройти годовое очное бесплатное обучение по этому направлению.

IoT Академия Samsung с нового учебного года (с сентября 2018 г.) запустится в Уральском федеральном университете (УрФУ), Национальном исследовательском университете "Высшая школа экономики" (НИУ ВШЭ), Томском государственном университете систем управления и радиоэлектроники (ТУСУР), Южно-Уральском государственном университете (ЮУрГУ), Новосибирском государственном техническом университете (НГТУ), Казанском федеральном университете (КФУ), Санкт-Петербургском государственном университете (СПбГУ) и Северо-Восточном федеральном университете (СВФУ).

Помимо перечисленных восьми вузов, образовательный проект продолжит свою работу еще в двух. Напомним, что в сентябре 2017 г. в Московском физико-техническом институте (МФТИ) и Московском институте радиотехники, электроники и автоматики (МИРЭА) уже запустилась аналогичная программа. Обучение проходят около 50 студентов, а в июне им предстоит защита проектов.

Годовое обучение будет строиться на изучении реальных индустриальных кейсов по внедрению технологий Интернета вещей в первом семестре и создании прототипов IoT-устройств - во втором. При этом, как ожидают в Samsung, в перспективе вузы смогут сами дополнять курс в соответствии с их спецификой и особенностями учебного плана.

Например, в МФТИ и МИРЭА по инициативе студентов и преподавателей в дополнение к основному курсу IoT Академии организовали занятия по программированию микроконтроллеров. Таким образом, по словам создателей программы, они не просто предлагают готовый курс обучения, а стимулируют вузы к развитию настоящих центров экспертизы в области Интернета вещей на базе учебных заведений.

Целевой аудиторией будут студенты третьих-четвертых курсов и магистранты технических специальностей. Создатели проекта ожидают, что с сентября 2018 г. наберут не менее 600 студентов.

По окончании обучения студент получит сертификат от Samsung. Выпускной работой станет проект собственного прототипа IoT-устройства. Студент сможет показать его на межуниверситетском конкурсе проектов, куда Samsung пригласит экспертов из индустрии и инвесторов. Лучшим выпускникам, которых определят по итогам конкурса проектов, компания может предложить стажировку в Московском исследовательском центре Samsung.

Как рассказали в компании, Samsung обеспечит вузы современным оборудованием для учебно-научных IoT-лабораторий, окажет методическую поддержку и поможет преподавателям в работе с оборудованием и доступом к электронной системе обучения. Эксперты Samsung будут проводить мастер-классы и дополнительные лекции.

"Обучение молодых ИТ-специалистов, знакомых с последними технологическими трендами, в частности с Интернетом вещей, - одно из важнейших направлений нашей деятельности. Подключенные устройства имеют ключевое значение в самых различных сферах, от транспорта до здравоохранения. Наша задача - подготовить специалистов, которые смогут развивать эти сферы и вместе с Samsung двигаться в цифровое будущее", - отметил директор департамента по корпоративным проектам и взаимодействию с органами государственной власти Samsung Electronics Сергей Певнев.

Samsung, развивая данный проект, преследует социальные цели. Как объяснили в компании, они стремятся внести вклад в развитие высокотехнологичных направлений и подготовить будущих специалистов в рамках национальных приоритетов по развитию Цифровой экономики. Напомним, что с 2014 г. специалисты компании учат школьников основам ИТ и программирования в ИТ-школе Samsung.

Другие крупные ИТ-компании также развивают свои образовательные программы в области IoT.

Например, курс "Интернет вещей" входит в программу Сетевой академии Cisco. Как рассказали в пресс-службе, академии Cisco предлагают различные учебные курсы в зависимости от квалификации слушателя. При этом учебный план выстроен таким образом, чтобы каждый следующий курс был логическим продолжением предыдущего и позволял постоянно повышать профессиональный уровень. Слушатели могут выбирать направление, в котором планируют развиваться: в новейшем учебном плане большое внимание уделяется таким сферам, как сетевые технологии, информационная безопасность и IoT.

Как добавили в пресс-службе, в данный момент в России 400 академий Cisco, в которых преподает более 650 сертифицированных инструкторов, а общее число выпускников превысило 75 тыс. человек. В 2017-2018 учебном году там учится около 25 тыс. россиян.

Компания ZTE сотрудничает с Московским государственным техническим университетом имени Н.Э. Баумана (МГТУ им. Н.Э. Баумана) и Московским техническим университетом связи и информатики (МТУСИ). "Данные вузы выпускают специалистов в области информационных технологий, радиотехники, телекоммуникаций и электроники, поэтому мы стараемся привлекать студентов этих университетов для прохождения практики с целью знакомства со всей линейкой продуктов и решений ZTE - проводной и беспроводной связью, информационными и облачными технологиями", - отметила представитель компании.

Компания SAP реализует программу SAP Next-Gen. Компания взаимодействует с более 70 вузами России. Для всех учебных заведений, с которыми сотрудничает SAP, доступна обширная библиотека учебных материалов, включая тему Интернета вещей, концепцию Индустрии 4.0. Преподаватели могут использовать при обучении облачную платформу SAP Cloud Platform (бесплатно в режиме прототипирования), а также "классические решения" - SAP S/4HANA, SAP IBP, SAP HANA. Компания регулярно проводит сессии для обучения преподавателей работе с новыми технологиями. SAP также открыло 6 лабораторий SAP Next-Gen Lab в Университете ИТМО, МИРЭА, НИУ ВШЭ, Российском экономическом университете (РЭУ) им.Плеханова, Российском государственном университете (РГУ) нефти и газа им. И.М. Губкина и Санкт-Петербургским Политехническим Университетом (СПбПУ) им. Петра Великого. А с 2018 г. эксперты SAP будут курировать курсовые и дипломные работы студентов в некоторых вузах.

"У SAP есть свой взгляд на сферу Интернета вещей, потому что мы сконцентрированы на отраслевых бизнес-сценариях в этой сфере для широкого набора индустрий – от нефтегазовой отрасли до ритейла и транспортной промышленности, с использованием наших платформ и технологий для Big Data, предиктивной аналитики, машинного обучения. Поэтому мы видим, что существует недостаток специалистов в разных индустриях. Для этого мы инвестируем в образовательные программы, в программы обучения педагогов вузов, в организацию хакатонов и мастер-классов для студентов, а также поддержку студенческих кейс-чемпионатов по релевантным тематикам", - сказал исполнительный директор SAP CIS Дмитрий Красюков.

В подтверждение своих слов Дмитрий Красюков рассказал, что в ближайшее время SAP закончит подготовку учебного пособия вместе с МГТУ им. Н.Э. Баумана по промышленному Интернету вещей на основе совместного научно-прикладного проекта по созданию облачной платформы для управления гибким распределенным производством. Также SAP работает с СПбПУ им. Петра Великого над сценариями в области Интернета вещей для управления производством будущего.

В одном из центров инноваций, в SAP Next-Gen Lab в Университете ИТМО, студенты по итогам хакатона по теме FashionTech (WEARable Future) придумали проект умного ботинка для людей с ограниченными физическими возможностями. Проект подразумевает использование датчиков и голосового управления, пояснил Дмитрий Красюков.

Представитель SAP CIS поделился результатами работы SAP Next-Gen Lab. В 2017 г. студенты создали более 10 проектов, которые оказались востребованы клиентами и партнёрами SAP. Всего в учебных курсах и программах SAP принимают участие несколько тысяч человек ежегодно.

Эксперты и представители вузов, опрошенные корреспондентом ComNews, сошлись во мнении, что на рынке существует недостаток в хороших специалистах в области IoT.

"Недостаток специалистов на рынке IoT существует, и IoT-специалисты будут востребованы дальше потому, что эта тема постоянно развивается, вбирая в себя новые отрасли, новые услуги, новые технологии. Поэтому определенный недостаток специалистов и востребованность профильного высшего и среднего профессионального образования будут иметь место", - сказала представитель МТУСИ.

Заведующий кафедрой информатики и прикладной математики Университета ИТМО Дмитрий Муромцев также отметил недостаток готовых специалистов в этом направлении.

В свою очередь, как МТУСИ, так и ИТМО готовы к сотрудничеству с Samsung и другими компаниями в направлении IoT и открыты к предложениям.

Как рассказали в МТУСИ, в вузе на ИТ-факультете преподают дисциплины, имеющие прямое отношение к IoT, однако пока отдельных курсов по обучению в направлении Интернета вещей нет.

Дмитрий Муромцев сообщил, что в данный момент ИТМО готовит новый блок курсов (содержательная часть) и инфраструктуру (подготовка помещений, закупка оборудования - для создания центра по обучению IoT). Вуз также ищет партнеров, заинтересованных в сотрудничестве.

Директор по развитию Национального центра Интернета вещей (НЦИВ) Валерий Геленава положительно оценил появление подобных образовательных проектов в вузах. По его словам, подобного рода активности от других партнеров уже несколько лет работают в Санкт-Петербургском государственном электротехническом университете (СПбГЭТУ "ЛЭТИ") и ИТМО. Образовательные и научные программы в области Интернета вещей также существуют в НИУ ВШЭ. "У нас есть некоторая практика сотрудничества с вузами, но в основном в части применения их научных наработок и совместных разработок", - добавил он.

Руководитель отдела маркетинговых коммуникаций Orange Business Services в России и СНГ Дарья Абрамова обратила внимание не только на дефицит кадров на рынке IoT, но и на нехватку хороших специалистов в смежных с Интернетом вещей областях.

Согласно исследованию Orange Business Services и iKS-Consulting, на данный момент объем рынка корпоративного IoT в России составляет 20,8 млрд руб. Эксперты прогнозируют, что к 2020 г. он увеличится до 30 млрд руб. при среднегодовом темпе роста около 12% в год. "Число профессионалов в индустрии растет медленнее, поэтому необходимо проводить работу по обучению молодежи и переквалификации уже занятых ИТ-специалистов", - отметила Дарья Абрамова.

Корея. Германия. США. РФ > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 9 апреля 2018 > № 2563954 Анна Устинова


Казахстан > СМИ, ИТ > camonitor.com, 9 апреля 2018 > № 2562870 Ерлан Акчалов

«Мыльная опера»: сделано в Казахстане

На излете 1990-х мне довелось быть у истоков отечественных сериалов. Многосерийный фильм назывался «Перекресток». Отчего-то именно так решили помочь молодому суверенному Казахстану наши британские «партнеры», им захотелось научить киношников «Казахфильма» снимать «мыльные оперы», это непрезентабельное, бесхитростное теледейство, в котором отображалось бы все многообразие окружающей нас действительности.

В «Перекрестке» снимались знаменитые актеры – Бикен Римова, Саги Ашимов, Касым Жакибаев… Руководил всем съемочным процессом многоопытный Ермек Шинарбаев. Мне довелось быть редактором первых двадцати пяти серий, а всего их потом появилось более четырехсот.

Не нужен нам берег турецкий

То было начало начал сериальной эпохи на казахстанском ТВ. До этого наш неизбалованный зритель вечерами приникал к телеэкрану, погружаясь в роковые страсти бразильских, мексиканских и американских персонажей, они стали неотъемлемой частью жизни в те для кого-то «святые», а для кого-то лихие годы. «Богатые тоже плачут», «Рабыня Изаура», «Дикая роза», «Санта-Барбара»... И вдруг – наш «Перекресток»! Родные, узнаваемые лица, реалии нашего повседневного бытия.

Мы тогда еще не представляли себе, что находимся у истоков мощной реки, пробивающей себе дорогу в телепространство новейшей эпохи. Там были и радости побед, и горечь поражений, и жесточайшая конкуренция, потому как телевизионщики Южной Кореи и Турции раньше нас угадали мейнстрим и преуспели в съемках «мыльных опер». На какое-то время (на несколько долгих лет!) наши телесериалы ушли в тень, как бы канули в небытие, пока не раздался оклик сверху. Сам Елбасы возмутился и от имени телезрителей поставил, что называется, вопрос ребром: сколько можно смотреть зарубежную сериальную продукцию? Где наши сериалы? Нам нужны на телеэкране наши герои, нам нужны реалии нашей казахстанской жизни. Наверное, и у нас «богатые тоже плачут»? У нас что – нет своих «рабынь изаур»? И неужели свет клином сошелся на «Сулеймане Великолепном»? Было это лет пять назад. Пришло наконец-то ясное осознание того, насколько мы проигрываем в идеологическом, культурологическом и психологическом аспектах, не выпуская собственные сериалы.

Мы пытаемся разобраться в сложностях сериальной жизни Казахстана с телекритиком Ерланом Акчаловым, доцентом факультета «Кино и ТВ» Академии искусств имени Жургенова.

– Сериалы стали частью нашего повседневного бытия, – говорит он. – Казахстанский зритель довольно долго довольствовался турецкими и южнокорейскими. Но потом, когда появился шестисерийный фильм «Братья» Акана Сатая, мы как бы очнулись. Фильм имел бешеный успех. Люди поняли: они хотят смотреть сериалы о себе. Чем сериал отличается от большого игрового кино? Это, в сущности, слепок с нашей каждодневной жизни. Это те ситуации, в которые мы попадаем сиюминутно. Это то, что человек испытывает, выходя из собственной квартиры, а, может быть, и не выходя. Все происходящее в сериале человеку понятно и близко. Это именно то, что он хочет видеть на телеэкране.

И тут я полностью согласен с моим коллегой Актаном Арым-Кубатом, автором знаменитых лент «Рай для мамы», «Жиде. Нежданная любовь» и сериала «Возвращение». Сериалы, считает он, – это особый взгляд на мир. Я не уверен, говорит он, что через большой экран мы можем влиять на аудиторию. А вот посредством ТВ это возможно. В кино человек выбирается редко, а телевидение он смотрит каждый день, и тут есть возможность прививать человеку вкус, привлекать его внимание к важным проблемам.

– То есть, в конеч­ном счете, это мощное идеологическое ору­жие?

– Вот именно! Есть такое понятие, как информационная безопасность. Если мы изо дня в день будем смотреть чужие сериалы, то мы поневоле начнем жить чужой жизнью. Жизнью другой страны, чужими обычаями, традициями.

– Выходит, нашего телезрителя надо было вернуть домой, к на­шим темам?

– Да. Мы тоже хотим гордиться собственной страной. Это тем более важно, раз мы говорим о «Рухани жангыру», о самоидентичности нации. Мне как рядовому зрителю хочется увидеть в сериале, что наши дети учатся не где-то там в Оксфорде или в Кембридже, а в «Назарбаев-университете». Или в Евразийском. Да элементарно – мы хотим видеть, как они учатся в нашей казахстанской школе. Все так просто, но именно в этом сила и мощь нашего, родного, отечественного сериала. И потом, обратите внимание: когда показывают быт наших людей, мы видим комфортные квартиры после добротного ремонта. Да-да, после евроремонта, как мы любим подчеркивать, хотя арки в квартирах вполне восточные. Мы видим хорошую мебель, приличную бытовую технику. Казалось бы, все это не столь важно, однако это очень даже повышает статус нашей страны. Во всем этом как раз и заключается заслуга наших сериалов.

Например, ток-шоу, как бы этот тележанр ни был популярен и востребован, – всего-навсего разговор, а сериал – глубокое погружение в жизнь. Может быть, порою это сказка, но сказка, основанная на наших реалиях, которые нам близки и знакомы. Потому-то сериалы пользуются – и вполне заслуженно! – очень большой популярностью.

Когда финансы поют романсы

– Значит, так или иначе, но телепро­странство сериалов мы сумели обжить, сде­лать своим?

– Я не говорю о количестве сериалов, их явно недостаточно, но они есть, они производят в сознании наших семнадцати миллионов телезрителей необходимую созидательную работу. Причем улучшилось их качество, они в большинстве своем сделаны на приличном уровне. И что немаловажно, заказ на сериалы сегодня могут позволить себе местные управления культуры. Знаю, что в конце прошлого года был снят фильм по заказу Атырауского акимата – шестисерийный детектив вполне приличного качества. Режиссер фильма Аскар Дуйсебаев.

– Но как нам оп­тимизировать процесс производства этого телепродукта? Чего нам не хватает?

– Как всегда – денег. Их выделяют крайне мало. С одной стороны, тот факт, что зачастую удается почти за бесплатно снять сериал, – это признание мастерства наших режиссеров. Они и вправду за малые деньги могут сделать высококачественное кино. С другой стороны, с такими деньгами не то что «Игру престолов» – «Санта-Барбару» снять трудно.

На совершенно маленькие деньги худо-бедно удается снимать малобюджетные формы, такие как семейные драмы, и сооружать немудреные детективы, но в силу крайне скудного финансирования режиссер не может толком развернуться, чтобы сделать по-настоящему качественное кино. Кстати, об «Игре престолов». Британские телекритики в преддверии съемок телесериала «Алмазный меч. Казахское ханство» вдруг объявили о том, что казахские кинематографисты собираются сделать свой вариант «Игры престолов». Не знаю, что они там курили, какой головой думали, но сравнивать реальное историческое полотно с киношкой в жанре фэнтэзи – это нечто вроде очередного «Бората».

– Вы ведь тоже принимаете непосред­ственное участие в кинопроизводстве, не так ли?

– Да. Сейчас у меня начинается новый проект под названием «Цивилизации Средней Азии» – это документально-игровой сериал. Мы съездили в Таджикистан и Узбекистан, сняли огромное количество материала. Я воспользовался случаем отсмотреть на телевидении тамошние сериалы. Знаете, я воочию убедился в том, что и в Таджикистане, и в Узбекистане очень любят собственные картины и смотрят по преимуществу их. О своих сериалах там говорят – да с каким увлечением! – на уровне таксистов, а это глас народа.

– На каком теле­канале можно будет увидеть ваш сериал?

– На канале Qazaq TV, это вотчина «Хабара». Параллельно мы запустили в производство еще один такой же документально-игровой сериал «Мудрость веков» – о восточных философах. Аль-Фараби, Баласагуни, Кашгари и вся остальная когорта. С них начался великий восточный ренессанс.

– И вы в этих телепроектах высту­паете в качестве…

– …автора сценария. Пока что запланировано 14 серий, первые три мы уже сделали, они будут показаны по телеканалу «Ел Арна» (он, кстати, тоже входит в структуру «Хабара»). В то время как на Западе был разгул мракобесия и труды мыслителей Древней Греции, Рима летели в костры инквизиции, философы арабского Востока старательно фиксировали бессмертное наследие древних веков. Благодаря им уже в переводе с арабского до нас дошло наследие того же Аристотеля.

– Кто финансиро­вал эти проекты?

– «Хабар». Мы выиграли тендер.

– Но это доку­ментальное кино, а у зрителей в фаворе все же художественные, игровые ленты. Може­те назвать наиболее удачные сериалы по­следних лет и их созда­телей?

– С удовольствием. Своим студентам я настоятельно рекомендую не пропустить в эфире и посмотреть «Аяулы арман» Анны Дранниковой и Камбара Есмуханова, «Патруль» Армана Матжанова, «Игры на вылет» – это режиссерский опыт прекрасного актера Азиза Бейшеналиева. Да, и еще сериал «Адалиты» Ашота Кещана. Ну и, разумеется, «Казахское ханство» Рустема Абдрашева. Так что можно с полным правом сказать, что у нас на ТВ представлены все разновидности телесериалов. Наших, отечественных, что представляется мне крайне позитивным.

Автор: Адольф Арцишевский

Казахстан > СМИ, ИТ > camonitor.com, 9 апреля 2018 > № 2562870 Ерлан Акчалов


Казахстан. Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 9 апреля 2018 > № 2561458 Тамирлан Шапиев

Когда беспилотники Яндекс. Такси появятся в Казахстане?

О громкой новинке компании Kapital.kz рассказал глава представительства Яндекс.Такси в Казахстане Тамирлан Шапиев

Почти 7 лет назад российская компания «Яндекс» запустила смелый экспериментальный проект — технологичный сервис онлайн-заказа такси. Главным аргументом в его пользу был тот факт, что сервис органично сочетался с ее миссией — помогать людям в решении повседневных задач. Проект успешно развивался и в 2014 году выделился в отдельную компанию. «Мы все еще похожи на большой стартап и до сих пор остаемся самым быстрорастущим сервисом Яндекса», — заметил в интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz Тамирлан Шапиев. Он рассказал, как работает бизнес Яндекс. Такси.

— Расскажите, какие технологические фишки использует Яндекс. Такси в своей работе?

— Яндекс. Такси по своей сути и есть набор технологий — в конце концов, в Яндексе больше трех тысяч разработчиков. Это в первую очередь «умная» система распределения заказов. Заказ автоматически достается не ближайшему водителю, а тому, который с учетом текущей дорожной ситуации может доехать до пассажира быстрее всего. Учитывается и рейтинг водителей. Тот, у кого он выше, получает заказы в первую очередь. Если же рейтинг водителя опустится ниже порогового значения, его автоматически заблокируют. Более того, как только водитель выехал с пассажиром, система прогнозирует, за какое время с учетом пробок и дорожных работ он доберется до заданной точки, и подбирает новые заказы на это время в нужном районе, чтобы водителю пришлось поменьше ждать. Наши технологии навигации помогают построить и по ходу движения перестраивать самый быстрый маршрут с учетом пробок. Таким образом, pay time у водителей, работающих с Яндекс. Такси, то есть время, которое водитель проводит за выполнением заказов, больше 50% от общего рабочего времени. Это в несколько раз выше, чем у традиционных диспетчерских или уличного извоза.

Есть и много других полезных фишек. Например, способность системы в момент заказа такси точно рассчитать стоимость поездки, которая не изменится, каким бы образом потом ни поехал водитель (это не просто так, это тоже сложная технологическая история). Или альтернативные точки посадки — когда система подсказывает пассажиру, что можно обойти дом не с одного угла, а с другого, и машина приедет туда быстрее, а добираться оттуда будет намного дешевле. Или онлайновая служба поддержки вместо телефонной. Именно благодаря нашим технологиям снижается главная составляющая себестоимости поездки — время простоя и холостого пробега водителя, исчезают затраты на содержание диспетчерской и др. Таким образом, мы можем сделать поездки доступнее для пользователей, при этом водители имеют возможность достойно и легально зарабатывать.

— Компания как-то контролирует качество работы водителей?

— Мы сотрудничаем не с отдельными водителями, а с таксопарками, поэтому работа с водителями лежит на наших партнерах. Но у нас есть и собственные технологии контроля качества.

Во-первых, это мобильный контроль — аналог «тайного покупателя». Мы вызываем водителя, но он не знает, что едет на вызов именно к нам. Когда водитель приехал, к нему подходит асессор, осматривает автомобиль, салон, делает снимки и после этого выносит вердикт, пропускаем мы эту машину на линию или же отключаем от сервиса, пока водитель не устранит недочеты. Асессоры уже работают в Алматы и Астане. Скоро они появятся и в других городах, где присутствует Яндекс.Такси.

Во-вторых, это ДКК — дистанционный контроль качества. Каждые несколько дней водитель делает снимки машины снаружи и внутри в нескольких ракурсах, и система автоматически анализирует фото на предмет повреждений и отправляет асессорам на анализ только спорные случаи.

Наконец, главный помощник в управлении качеством — сами пользователи, которые ставят водителям оценки в приложении и отправляют нам отзывы. Чем чаще вы будете это делать, тем больше в сервисе будет хороших, вежливых водителей на чистых машинах, и тем меньше будет плохих.

— Над какими новинками компания работает в данный момент и насколько это дорого?

— Мы не очень любим делиться планами. Но приведу пару примеров. Яндекс. Такси начал тестировать авторизацию водителей по голосу и чертам лица. Это нужно, чтобы исключить случаи, когда за рулем машины к пассажиру приезжает не тот водитель, который зарегистрирован в системе. Такие ситуации, к счастью, бывают редко, но случались они и в Казахстане. Новая система основана на собственных технологиях Яндекса — компьютерного зрения и распознавания речи.

В конце прошлого года Яндекс. Такси запустил в России собственное бесплатное страхование водителей и пассажиров. Сейчас мы готовимся к запуску аналогичной программы в Казахстане, так что если страховая компания хочет стать нашим партнером, обращайтесь — обсудим сотрудничество.

Ну и самая громкая наша новинка — знаменитый беспилотный автомобиль Яндекса, над которым работают как раз в Яндекс.Такси. На самом деле мы разрабатываем не столько автомобиль, сколько аппаратно-программную платформу, которую можно будет установить на любой серийный автомобиль, чтобы превратить его в беспилотник. Испытания прототипов пока проходят на закрытом полигоне, но мы уже несколько раз выпускали их на улицы Москвы.

— Это такая неоднозначная разработка…

— Да, вопросов еще много, и это проблема не Яндекс. Такси и не конкретной страны, а всего мира. Но очевидно, что, когда они будут решены, ездить на беспилотнике будет дешевле и безопаснее, чем на обычном такси с водителем. Беспилотник не устает и не хочет спать, исправно соблюдает ПДД, его датчики реагируют на дорожные события быстрее, чем человеческие органы чувств. А накопленный опыт, на котором постоянно обучается беспилотный автомобиль, в миллионы раз больше, чем один водитель способен набрать за всю жизнь.

— Когда такси-роботы могут появиться в Астане и Алматы?

— Мы считаем, что в течение пяти лет беспилотные автомобили начнут массово появляться на улицах городов. Законодателям во всем мире нужно время, чтобы продумать регулирование, внести необходимые изменения в законы соответствующих стран. Например, как определять, кто будет нести ответственность в случае ДТП?

Вы еще спросили, дорого ли делать беспилотник. Теперешние затраты не показательны. Главное для нас сейчас — получить работающую технологию, и только потом мы будем ее оптимизировать. Наша конечная цель — сделать такую платформу, чтобы она не сильно удорожала стоимость обычного серийного автомобиля.

— Как компании удается оставаться прибыльной, если она инвестирует в разработки и при этом стремится снижать стоимость своих услуг, чтобы сделать свое такси доступнее для широких масс?

— Очень правильный вопрос. Мы — технологическая компания и имеем возможность обеспечивать доступные цены на поездки именно благодаря своим технологиям. Я уже говорил, что они позволяют сильно уменьшить основной фактор, влияющий на себестоимость поездки — время простоя и холостого пробега водителя без пассажиров. Таким образом, поездки становятся дешевле для пассажиров, при этом и водители могут заработать больше, и затраты на разработку окупают себя.

— И немного про сделку по слиянию Яндекс. Такси и Uber. Уже ощущается эффект от нее? Какого КПД сделки компания ожидает за отчетный период?

— Сделка была завершена два месяца назад, поэтому никаких изменений еще не произошло. В будущем водители Яндекс. Такси и Uber перейдут на единую технологическую платформу на базе нашего Таксометра и смогут принимать заказы от пользователей обоих сервисов. Мы ожидаем, что это благотворно повлияет на качество и безопасность оказываемых услуг. Но для пользователей по-прежнему останутся два бренда, два отдельных приложения со своими особенностями. Люди смогут и дальше пользоваться тем из них, которое им по душе.

— Немного о Казахстане. Какова сейчас доля Яндекс. Такси на рынке онлайн-такси в Казахстане?

— Мы, к сожалению, не можем раскрывать данные о числе поездок в отдельной стране — только по компании в целом. Но Казахстан — одна из самых важных стран для бизнеса Яндекс.Такси.

— Намерен ли Яндекс. Такси расширить свое присутствие в РК?

— Мы уже сильно расширились. Когда в прошлом году я пришел в компанию, Яндекс. Такси работало в двух городах РК. С тех пор их стало 20. Если увидим спрос и желание партнеров запустить сервис еще в каких-то городах, то почему бы и нет?

Казахстан. Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > kapital.kz, 9 апреля 2018 > № 2561458 Тамирлан Шапиев


Швейцария. США. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 9 апреля 2018 > № 2560937 Кирсан Илюмжинов

Илюмжинов: «Не собираюсь покидать пост президента ФИДЕ»

Президент Международной шахматной федерации заявил в интервью Business FM, что в сентябре снова будет баллотироваться. Досрочной отставки из-за санкций США потребовал президентский совет ФИДЕ

Кирсан Илюмжинов не только не уйдет в отставку с должности президента Международной шахматной федерации (ФИДЕ), но и будет вновь баллотироваться на этот пост. Об этом он заявил в интервью Business FM.

Президентский совет ФИДЕ 8 апреля в очередной раз потребовал от Илюмжинова уйти в отставку, ссылаясь на финансовые проблемы из-за того, что он больше двух лет находится под американскими санкциями. Финансовый директор организации Адриан Сигель предупредил, что 30 апреля имеющиеся счета федерации будут закрыты, а банки в Швейцарии и за ее пределами отказываются сотрудничать с ФИДЕ, пока она не сменит своего главу. «Трудности при исполнении финансовых обязательств плохо отражаются на нашей репутации и подрывают доверие», — говорится в обращении к Илюмжинову от имени членов совета ФИДЕ.

В середине февраля появились сообщения, согласно которым швейцарский UBS — расчетный банк Международной шахматной федерации — может разорвать отношения с ФИДЕ.

На заседании президентского совета, которое прошло 7-8 апреля, за досрочную отставку Илюмжинова проголосовали 14 человек, один — против, воздержавшихся не было. Там также постановили в кратчайшие сроки закрыть московский офис ФИДЕ. Ситуацию Business FM прокомментировал сам Кирсан Илюмжинов:

Кирсан Илюмжинов: Никаких трудностей нет, шахматная деятельность везде проходит, все турниры, соревнования, я по миру езжу. Недавно завершился кандидатский турнир в Берлине. Два месяца назад казначей ФИДЕ сказал, что якобы закрыли счета UBS. Я сказал, что никаких счетов не закрыли, все работают. Все нормально прошло, со счета ФИДЕ все оплачивали, и кандидатский турнир в Берлине прошел, там играл Сергей Карякин, Владимир Крамник, все они получили призовые. На сегодняшний день счета работают. Я никаких бумаг от UBS не получал. В той бумаге, которая пришла в ФИДЕ, не сказано, из-за чего они хотят закрыть или закрыли. На самом деле они не закрыли. Они вынуждают, хотят, чтобы я подал в отставку из-за санкций. Я не собираюсь покидать пост президента ФИДЕ. В сентябре в Грузии, в Батуми состоится Генеральная ассамблея ФИДЕ, где я буду баллотироваться на пост президента ФИДЕ. В ФИДЕ входят 188 стран мира, но Америка, наверное, довлеет над всеми, и поэтому некоторые члены ФИДЕ боятся каких-то действий со стороны США. Я езжу, пропагандирую шахматы, развиваю. Им не нравится, что я не боюсь. Кстати, мне до сих пор не прислали, почему я оказался в санкционном списке. Пишут, из-за связи с руководством Сирии. Они законно избранные люди, я как президент международной организации езжу, встречаюсь со всеми.

У них нет таких рычагов, чтобы вас без вашей воли снять?

Кирсан Илюмжинов: По уставу ФИДЕ президент избирается на четыре года делегатами Генеральной ассамблеи. Меня избрали 11 августа 2014 года в Норвегии, тогда я победил Гарри Каспарова. 110 стран проголосовали за меня, 61 страна — за Каспарова. Для победы достаточно 94 страны. Следующие выборы состоятся в Грузии. Или я подаю в отставку, или выборы на Генеральной ассамблее, или не могу исполнять свои функции в случае болезни.

Что думаете по поводу того, что ФИДЕ решила закрыть московский офис?

Кирсан Илюмжинов: Это однозначно удар, закрыли ни за что, сократили Берика Балгабаева, директора представительства ФИДЕ по России и странам СНГ. Я думаю, они выполняют инструкции. Дипломатов же отозвали, посла. Под копирку работают, что ли.

Кирсан Илюмжинов возглавляет ФИДЕ уже 22 года. Исполком организации не впервые пытается сместить его с этого поста. По словам поддерживающих Илюмжинова, выступающие против него недовольны предстоящими реформами федерации, которые он планирует провести. Как заявлял действующий глава федерации в конце марта в интервью порталу «Р-Спорт», он готов уйти в отставку, если кто-то докажет, что он является препятствием для организации из-за санкций США.

Швейцария. США. Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > bfm.ru, 9 апреля 2018 > № 2560937 Кирсан Илюмжинов


Эстония > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 апреля 2018 > № 2560914 Керсти Кальюлайд

Искусственный интеллект, Россия и многое другое: как эстонский президент готовится к будущему

Эрик Ниилер (Eric Niiler), Wired Magazine, США

В свои 48 лет Керсти Кальюлайд является самым молодым президентом Эстонии и первым президентом-женщиной в этой стране. Эта любительница бега на марафонские дистанции имеет диплом генетика и степень магистра делового администрирования. Большую часть своей карьеры она провела на незаметных должностях, работая в основном аудитором в ЕС. В 2016 году эстонский парламент избрал ее на пост президента. Прошло два года, и она продолжает курс Эстонии на глобальную цифровую безопасность, одновременно отражая военные и кибернетические угрозы со стороны России, которая оккупировала эту страну на протяжении 50 лет вплоть до ее освобождения в 1991 году.

Эстония славится своим цифровым правительством, налоговой и медицинской системой. И эта страна планирует свое будущее. Программа «Электронный резидент», позволяющая гражданам других стран получать от государства удостоверение личности и удаленно создавать в Эстонии свои компании, с 2014 года привлекла 35 тысяч человек. Теперь правительство обсуждает предложение о предоставлении некоторых прав системам с искусственным интеллектом. Закон может облегчить процесс принятия решений автономными системами, роботами и автомашинами без водителей.

На этой неделе Кальюлайд посетила Белый дом вместе с руководителями Латвии и Литвы, где президент Дональд Трамп обсудил с ними ряд вопросов, включая тему безопасности на границе с Россией. Этот визит совпал с 100-й годовщиной независимости прибалтийских стран, которые получили ее после Первой мировой войны, и Трамп воспользовался этой возможностью, чтобы подтвердить решимость США защищать прибалтийские государства в соответствии с Североатлантическим договором. После американо-балтийского торгового саммита и возложения венков на Арлингтонском кладбище Кальюлайд дала интервью Эрику Ниилеру из издания «Вайред» (WIRED) в эстонском посольстве в Вашингтоне.

Эрик Ниилер: После многочисленных усилий, предпринятых в прошлом десятилетии, Эстония во многих отношениях превращается из традиционного государства в цифровое общество. Продолжаете ли вы эти усилия, и чего надеетесь достичь в предстоящие годы на посту президента?

Керсти Кальюлайд: Цифровое общество рождается тогда, когда люди отказываются пользоваться бумагой. Мы знаем, что в нашей стране люди отказываются пользоваться бумагой. Когда страна доходит до такого уровня в своем развитии, ей приходится постоянно обеспечивать безопасность цифрового государства. Если что-то идет не так, необходимо иметь несколько альтернатив. О безопасности нужно думать все время; это не очень-то отличается от бумажных архивов.

Наше общество уже испытало на себе цифровые сбои. Мы также видим, как меняется отношение людей к технологиям и к работе, и какие возможности может дать интернет карьерам нового типа. Например, людям для работы не нужны предприятия, поскольку они могут продавать свои навыки в онлайне самостоятельно.

В нашем случае правительство тоже находится в цифровой сфере. Мы понимаем, что надо думать о налоговой системе, когда люди одновременно работают в пяти разных компаниях из пяти разных стран. С этим надо разбираться. Одни мы с этим не справимся, проблему нужно решать глобально.

— Похоже, граждане Эстонии доверяют своему правительству, когда встает вопрос о предоставлении цифровой информации. Здесь, в США, мы до определенной степени доверяем «Фейсбуку» и «Амазону», но с правительством все наоборот. Как вы этого добились?

— Мы завоевали доверие, потому что наши люди в интернете не анонимны. Они всегда были защищены. Если человек пытается совершить с кем-то сделку или операцию в онлайне, через электронную почту он это делать не станет, да и расплачиваться кредитной картой тоже. Вместо этого он создает зашифрованный канал и подписывает контракт с проставлением даты. Эстонцы больше привыкли к интернет-банкингу, чем к онлайновым кредитным картам. Вы можете создать доверие, но вам придется создать инструменты и правовое пространство, которое обеспечит безопасность этих инструментов. Государство вынуждено обещать людям, что оно обеспечит им безопасность в интернете. Меня поражает то, что компании в глобальном масштабе работают в интернете. За ними успевают очень немногие правительства.

— А как насчет внешних угроз? Какие другие шаги могут понадобиться для предотвращения российской агрессии в таких местах как Украина, или для недопущения кибератак и хакерских взломов типа тех, что имели место в 2016 году на президентских выборах?

— Что касается обычной агрессии, то поскольку мы применили санкции, Россия в других регионах больше не осуществляет свои агрессивные акции. В киберпространстве мы не должны узко зацикливаться на одной только России. Кибератаки сыплются на нас дождем из многих мест. Необходимо обеспечить безопасность нашим системам, и научить людей такому понятию как кибергигиена. Если можно определить источник атак, надо открыто заявить об этом, как поступили Соединенные Штаты. Нам необходимо глобальное понимание того, как должны действовать международные правила в сфере интернета. Сейчас такое представление полностью отсутствует.

— Что вы имеете в виду под международными правилами?

— На эту тему есть немало научных работ, скажем «Таллинское руководство», первая и вторая часть. Например, мы не посягаем на суверенитет друг друга. Можно ли считать атакой нападение на какие-нибудь очень важные электронные системы? Какими правами обладает в таком случае обороняющаяся сторона? Какие у вас есть права, если вы подвергаетесь атаке со стороны страны, которую можете идентифицировать, но не со стороны ее правительства? И какие у вас права в том случае, если это правительство в силу своей слабости не может наказать атакующего?

— Коль речь зашла о правах, Эстония может стать, пожалуй, первой страной, которая предоставит законные права системам с искусственным интеллектом, скажем, полностью автономным роботам или транспортным средствам. Как это отразится на простых эстонцах?

— Здесь дискуссия сосредоточена на том, нужно ли создавать специальное юридическое лицо для таких автономных систем. Если вводить нормы и регулирующие правила для искусственного интеллекта, то их нужно вводить и для машинного обучения, и для самоуправляемых автономных систем. Мы хотим, чтобы наше государство в упреждающем порядке предлагало услуги населению. И надо внимательно подумать о том, как сделать это предложение безопасным для наших людей и для их персональных данных. Мы хотим безопасно развивать искусственный интеллект в Эстонии.

— К этому вас подтолкнуло изобретение самоуправляемых автомобилей без водителей?

— Нет, к этому нас подтолкнул эстонский народ и его требование к государству в упреждающем порядке предоставлять услуги. Например, если у пары есть ребенок, она имеет право на пособие на ребенка. Эстонцы считают, что они не должны в этом случае писать какие-то заявления, куда-то обращаться. Они говорят: «Мы родили ребенка, платите нам». Это называется упреждающим действием. Люди требуют эффективности от автоматизированной системы, которая принимает решения. А мы должны это регулировать. Когда ты оказался в киберпространстве, люди всегда будут подталкивать тебя к тому, чтобы ты совершенствовал работу по оказанию услуг.

— Недавно вы запустили новую программу генетического тестирования для 100 тысяч эстонских граждан. Это в дополнение к тем 52 тысячам, что уже протестированы. Как будет использоваться эта информация в интересах улучшения здоровья людей? И какие меры защиты будут приниматься во избежание возможной генетической дискриминации со стороны, скажем, работодателей?

— Эта информация принадлежит людям, чей геном был проанализирован. Эта информация не принадлежит геномному банку Эстонии или государству, и она не передается другим людям. Генетические данные человека существуют в анонимной форме. Цель этой программы состоит в том, чтобы люди знали, насколько велик у них риск заболевания диабетом, риск инфаркта. Они могут поделиться этой информацией со своим семейным врачом, но они не обязаны это делать. Они могут хранить ее для себя, но большинство наверняка поделятся ею со своим врачом.

— Есть ли на эстонском горизонте еще какие-то важные дела и события, которых нам следует ждать?

— Я бы вам не сказала, даже если бы знала. Геномный банк и цифровое общество — это те проекты, которые оказались очень успешными. Я уверена, есть другие проекты, у которых успехов меньше. Наш народ готов сотрудничать с государством в сфере новых технологий. Это уже превратилось в привычку: каждый эстонец видит в этом составную часть наших национальных особенностей. Мы понимаем, что это позволяет нам оказывать услуги людям лучше, чем это могли бы сделать деньги.

Эстония > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 8 апреля 2018 > № 2560914 Керсти Кальюлайд


Россия. Весь мир > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 6 апреля 2018 > № 2573448 Иван Фетисов

Новый подход к участию в выставках – это игра на опережение.

Весенние месяцы зададут отсчет годового цикла отраслевых профессиональных выставок. Для российских рыбаков ближайшим крупным смотром, где можно почувствовать основные тренды и понять настроения глобального рынка, будет брюссельская Seafood Expo Global / Seafood Processing Global. Центральным событием внутри страны, как и год назад, обещает стать выставка рыбной индустрии, морепродуктов и технологий в Санкт-Петербурге. Как строится работа по продвижению продукции отечественных компаний на международных площадках и каких сюрпризов стоит ждать в сентябре, в интервью журналу рассказал генеральный директор отраслевого выставочного оператора Expo Solutions Group Иван Фетисов.

– Expo Solutions Group занимает очень интересную позицию – как отраслевой оператор вы находитесь и внутри процессов, происходящих в рыбохозяйственном комплексе, и в то же время чуть-чуть в стороне. С этой точки зрения, как изменилось положение компаний, с которыми вы работаете, в этом году? Как повлияла на ситуацию возможность изменений в законодательстве? Не снизился ли у рыбаков интерес к участию в выставках в России и за рубежом?

– Мне кажется, интерес к выставкам скорее возрос, это касается и зарубежных площадок, и в особенности российской. Конечно, мы не можем игнорировать различные инициативы и реакцию на них рыбацкого сообщества, но вы правильно сказали, что, хотя мы находимся в отрасли и погружены в нее, мы находимся вне политики. Очевидно, сейчас отрасль готовится к изменениям – вот-вот стартует процесс перезакрепления квот, идет оценка инвестпроектов, обсуждаются различные законодательные инициативы. Но все это отраслевые вопросы, а не вопросы участия компаний в выставках.

– Но это сказывается на выставочной активности рыбопромышленников?

– Не совсем так. Крупные компании, конечно, в первую очередь, сосредоточены на вопросах инвестквот. Для них именно это история первостепенной важности, а вовсе не выставки. Но, с другой стороны, предприятия по-прежнему ловят рыбу и другие виды водных биоресурсов, перерабатывают их и продают. И это направление нельзя забрасывать. Конечно, мы волнуемся за наших клиентов, но в любом случае мы стараемся с ними работать с точки зрения бизнеса, организации продаж и т.д.

Кроме того, есть немало компаний, которые не участвуют ни в строительстве судов, ни в распределении инвестиционных квот. У них есть свои квоты, они их осваивают и выпускают различную продукцию, в том числе глубокой переработки.

Возьмем, к примеру, Брюссель – на сегодняшний день российский стенд полностью собран. Да, состав участников несколько обновился, некоторые компании в этом году не участвуют, в том числе в силу занятости, но на их место пришли новые участники. Или выставка в Санкт-Петербурге, до которой еще целых полгода, – собрана уже наполовину.

Мы понимаем, заявочная кампания по инвестквотам, взаимодействие с верфями, кампания по перезаключению договоров на 15 лет – это все, естественно, отнимает большое количество времени, денег и сил. Тем более, как я уже говорил, зачастую в штате рыбопромышленных компаний очень мало маркетинговых единиц. Обычно, когда решаются «серьезные» вопросы, маркетинг отходит на второй план, кстати, поэтому мы частично берем на себя эти функции.

В целом могу сказать, у нас нет сокращения площадок – ни в Брюсселе, ни в Санкт-Петербурге, а по Китаю сейчас зарезервировано даже чуть больше, чем в прошлом году. Это заслуга в том числе нового подхода и расширенного пакета услуг, который мы предлагаем нашим клиентам.

– Расскажите подробнее, что это за подход, чем он привлекателен для рыбаков и какие дополнительные услуги вы ввели в этом году?

– Прежде всего, мы начали совершенно по-другому работать с зарубежными выставками. Присутствие в Брюсселе или Циндао – само по себе стоит больших денег и довольно тяжело для экспонентов в организационном плане. Поэтому мы стали отталкиваться от продукта, от сырья, от рынков сбыта. Когда к нам приходит компания, которой интересно выставляться на этих площадках, мы сначала делаем анализ, полноценное исследование рынка и продукции, которую выпускает это предприятие. Соответственно, приглашаем привезти на выставку уже конкретный продукт, у которого есть шансы выстрелить, быть замеченным.

Честно говоря, нас самих удивило, как отреагировали рыбопромышленники на предложение консалтинговых услуг. Им это крайне интересно. Выставка в этом случае становится уже вторичным инструментом продвижения. При подготовке компании к участию в выставочных мероприятиях мы предоставляем подробную аналитическую раскладку, на основе которой наши заказчики решают, куда они поедут.

Таким образом Expo Solutions Group постепенно отходит от практики простой продажи выставочных площадей, смещаясь в сторону комплексного маркетингового обслуживания. Углубленное изучение спроса позволяет нам рекомендовать производителям тот или иной сегмент азиатского, американского или европейского рынка. Мы планируем расширять этот отдел и в дальнейшем, на мой взгляд, это будет правильно.

Например, в ходе нашего исследования выяснилось, что в Европе популярностью пользуется копченый палтус. А одним из участников российского стенда в Брюсселе будет рыболовецкая артель «Иня». Их основная позиция – это сельдь, но они выпускают и копченый палтус, и икру в разном виде. Поэтому попробуем привезти и такую продукцию, будем изучать, как она себя ведет на европейском рынке, какие цены за нее предлагают, в общем будем развивать новый продукт.

Самое интересное, что при таком подходе естественным образом увеличивается представленность продукции глубокой переработки, то есть уже готовой для потребления. Если в позапрошлом году у нас сырьевая направленность была где-то на 85%, то из года в год эта доля снижается, и мы намерены усиливать это направление. Во-первых, этот тренд совпадает с задачами, которые декларирует государство. Во-вторых, маржинальность такой продукции гораздо выше, поэтому компаниям это выгоднее, чем опять привезти сырье. Пусть даже речь идет о меньших объемах.

Чем больше мы будем продвигать продукцию глубокой переработки и открывать доступ на рынок большему количеству компаний, тем ниже будет денежная нагрузка, которую они несут в связи с участием в выставках. Это веский стимул для тех, у кого есть флот, развивать переработку до конечного продукта. Многие ведь замыкаются внутри своего региона и не знают, что ту рыбу и морепродукты, которые они ловят и производят, можно продавать дороже. Мы даже можем посоветовать, как переделать производство под тот продукт, который, к примеру, будет по хорошей цене продаваться в Японии, или снизить издержки при поставках в центральную часть России.

Следующим этапом после анализа рынка мы видим уже точечное приглашение клиентов на стенд компании. Мы будем искать выход на европейские сети и попробуем построить деловую программу в Брюсселе с акцентом именно на точечные контакты с местными покупателями.

– Если вернуться в Россию, какие планы у вас по выставке в Санкт-Петербурге? Вы собираетесь сохранить концепцию этого мероприятия или стоит ждать изменений?

– Основную концепцию мы трогать не будем, но ряд новшеств вы увидите. Прежде всего, это касается национальных стендов. Во-первых, мы намерены увеличить представительство зарубежных участников. Для этого совместно с Федеральным агентством по рыболовству, с нашими торгпредствами и посольствами мы проводим серию презентаций питерской выставки в тех странах, которым интересен российский рынок. Например, в марте наша делегация отправилась в Марокко.

– Даже в условиях санкций?

– А никакие санкции этому не помеха. Саму площадку для международного диалога, для внутри- и межотраслевого общения никто не отменяет. В прошлом году у нас были и норвежцы, и исландцы, и датчане. Ведь, помимо рыбы, есть еще очень многое, что можно предлагать друг другу. Это и консалтинговые услуги, и оборудование, и технологии, и научный обмен.

Во-вторых, мы проанализировали использование страновых стендов на продовольственных выставках широкого профиля, вроде World Food Moscow, «Продэкспо» или «Золотая осень», и пришли к выводу, что такой формат нам вряд ли подходит. Зачастую то, что ловят иностранные государства, вполне успешно добывают наши рыбаки. Везти на выставку в Санкт-Петербург скумбрию из Мавритании – ну какой смысл? Зато в Марокко и Мавритании есть любопытные прибрежные объекты, которых у нас на рынке нет. Вот с этим можно ехать. Но это не громадные стенды, это нишевые продукты. Поэтому иностранным компаниям мы хотим предложить обратить внимание именно на те позиции, которые пока пустуют.

В этом плане поучительным для нас вышел визит в Армению. Выяснилось, что главные экспортные объекты в стране – это форель, раки и осетровые. Вполне интересные продукты, но экспорт из Армении в Россию с 2014 года сократился в разы, при том что никаких санкций нет. В то же время в ассортименте местных сетей морская рыба в принципе отсутствует. Мы были в четырех магазинах в Ереване – вообще ничего: ни минтая, ни трески, лежит только селедка в баночках. Почему так, ответа нет.

Поэтому мы порекомендовали им приехать со своей продукцией на выставку в Питер, где армянские бизнесмены могут познакомиться с нашими торговыми сетями, обсудить возможные объемы поставок и условия захода на наш рынок. В то же время мы поняли, что переработчиков и ретейлеров из Армении надо везти к нам, чтобы устроить встречу с нашими трейдерами и рыбопромысловыми компаниями по поводу морской рыбы. Кроме того, может сыграть тема с воспроизводством форели, где Армения добилась больших успехов. Сейчас выясняем у федерального агентства, насколько это может быть интересно. Все это расширяет возможности выставки как пространства для межстрановых контактов.

– Нет ощущения, что мероприятий, особенно в рамках форума, в прошлом году получилось слишком много – панельные сессии, круглые столы и т.д., в том числе в ущерб бизнес-встречам?

– Форум обязательно должен быть как единица обсуждения глобальных вопросов, потому что они возникают каждый год, и нам нельзя оставаться в стороне от дискуссии. А вот выставка в идеале будет сопровождаться небольшими, но емкими бизнес-мероприятиями, семинарами, мини-сессиями, презентациями.

Про стенд Армении я уже сказал, та же история с Марокко. Или возьмем Норвегию. Весь стенд норвежцев состоит из оборудования, поэтому логично сделать семинар для тех, кто его использует или интересуется им, может быть, стоит показать какие-то новые разработки. Ведь вся эта техника применяется на наших судах и предприятиях. Чем больше в расписании выставки таких узконаправленных мероприятий, тем лучше.

В этом случае компаниям имеет смысл, кроме менеджеров по продажам, отправлять на выставку разных специалистов – технологов, капитанов, тралмастеров, которым интересны конкретные темы, потому что им будет на что посмотреть. Вот это и называется профессиональной выставкой.

Что касается сюрпризов, то в этом году мы вновь будем экспериментировать с фудкортом. Попробуем кое-что новенькое, пока без подробностей, но это будет бомба. Многие пытаются у нас в стране сделать рыбный фастфуд, но, по большому счету, внятной истории ни у кого не получилось. Инерцию мышления обычных людей, у которых этот жанр прочно ассоциируется с «Макдоналдсом» и KFC, так просто не переломить. Рыбных магазинов и ресторанов достаточно, но мы предложим совсем другой концепт, он будет ультрасмешанным.

Анна ЛИМ, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. Весь мир > Рыба. СМИ, ИТ > fishnews.ru, 6 апреля 2018 > № 2573448 Иван Фетисов


Россия. ЦФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 5 апреля 2018 > № 2570502 Леонид Ерин

Он был строгим, но заботливым отцом.

Министр внутренних дел Российской Федерации (1992-1995 гг.) генерал армии Виктор Ерин, безусловно, выдающийся российский государственный деятель. Именно он принял непосредственное участие в становлении новой российской милиции. О той непростой эпохе написано множество научно-исторических трудов. Да и о деятельности Виктора Фёдоровича в бытность министром внутренних дел известно немало. Но то, каким он был человеком в жизни, что чувствовал, чем увлекался, какие черты характера были присущи Ерину, часто оставалось за кадром. Об этом знают лишь родные, друзья и сослуживцы, те, кто долгое время находился с ним рядом.

Сегодня попытаемся восполнить пробел и приоткроем занавес, скрывающий характер воистину исторической личности.

Наш корреспондент побеседовал с сыном Виктора Фёдоровича - Леонидом Ериным.

- Леонид Викторович, расскажите, пожалуйста, о ваших первых осознанных детских воспоминаниях, связанных с отцом?

- Будучи дошкольником, в семейном кругу постоянно слышал слово «работа». Но я уже осознавал, где он трудился, и прекрасно понимал ситуацию. Несмотря на катастрофическую занятость по службе, папа старался как можно больше времени уделять семье. Отлично помню, как он выкраивал минутку-другую, чтобы поиграть со мной.

Когда пошёл в школу, отец уделял особое внимание моей учёбе. Помню, как приходил с работы сильно уставшим, но, несмотря на это, помогал делать уроки. Заботливым отцом был, никогда не кричал, доходчиво всё объяснял.

- У Виктора Фёдоровича были увлечения? Став постарше, как вместе проводили время?

- Конечно, были. И главное хобби - альпинизм. Занимался отец им профессионально. Имел спортивное звание мастер спорта по горному туризму. Папа приобщал и меня к нему: только исполнилось 10 лет - вперёд к вершинам. Ещё отец безумно любил рыбалку, чуть позже увлёкся охотой. И куда ж я без него?! Вновь ездили вместе...

- У рыбаков и охотников - свой мир, отдельный социум. Каким был в нём отец? Что запомнилось?

- Открытый человек, был душой компании. Поговорить «за жизнь» - всегда пожалуйста. Поражало, что папа буквально всё запоминал до мелочей. У него феноменальная память. Однажды на охоте встретил человека, которого не видел много лет. Вспомнил не только как его зовут - имя, отчество, фамилию, но по прошествии такого периода времени рассказал о нём всё, что когда-то знал.

Человек тот был в шоке. Вот и я поражался, как ухитрялся держать в голове столько фактов, которые не стирались у него со временем. Но потом понял, что эта способность передалась и мне по наследству. На память не жалуюсь, по сей день выручает меня и в жизни, и по службе.

- Вернёмся к вопросу о воспитании. Виктор Фёдорович был строгим отцом? И что из себя представлял назидательный процесс?

- Скажу так: относился ко мне с особой теплотой. Но в воспитании - довольно строг. Выражалось это прежде всего в тех основных принципах, на которых он выстроил личное отношение к жизни. Постоянно требовал от меня того же, чего и сам от себя. С детства приучал следовать чётким правилам и канонам: не давать себе послаблений ни в чём, быть честным и трудолюбивым, не бояться трудностей, а упорно преодолевать их. Закладывалось это ещё в раннем детском возрасте.

Конечно, мне - тогдашнему ребёнку - чего греха таить, чуток сложновато было. Я же сравнивал со своими сверстниками, которым в семье давались разного рода послабления. Но потом, несомненно, в дальнейшей жизни всё это пригодилось. Папа внушал мне, что собранность, дисциплинированность и ответственность - важнейшие качества в человеке, которые надо в себе постоянно взращивать и шлифовать. Таким он был в быту и, как оказалось, на службе: прежде чем что-либо с кого-то спрашивать, предъявлял высокие требования к себе. Этот постулат у него - на первом месте.

- Его главное кредо в жизни? И какое качество в отце больше всего ценили?

- Работа. Он всю жизнь работал. Делал всё на благо Родины. И это не высокие слова! Его основное непреложное правило: трудиться и быть полезным людям. И, конечно же, семья. Хоть и тяжело эти две «позиции» совмещать, но он умудрялся.

Что касается второй части вопроса, несомненно - высочайшая преданность делу, друзьям, семье, в целом - забота о близких.

- Когда Виктор Фёдорович стал министром, что конкретно изменилось для вас? Как прочувствовала семья назначение на новую высокую должность её главы?

- Да практически ничего не изменилось. Он был настолько скромным человеком, что семья дней десять даже не ведала о его назначении министром внутренних дел. Потом уже не без иронии вспоминали, что в день, когда это случилось, он, как и во все предыдущие будни (мы жили тогда в Новогиреево), оделся, вышел из дома и направился к метро.

Как узнали о назначении? Ну с этим даже небольшой казус случился. Нам на домашний телефон стали часто звонить, и голос представлялся «приёмной» министра внутренних дел. Однажды мама не выдержала и поинтересовалась, что это значит. На том конце провода диву дались: «А вы что, не знаете, что он назначен министром внутренних дел?!»

- В семейном кругу о службе он говорил? Делился своими впечатлениями о работе в качестве министра? Может, хотел какого-то совета или сочувствия от домочадцев? Ведь и времена были те ещё - лихие 90-е!

- Больше в себе носил, переживал внутри... Сам никогда ничего не рассказывал, если только напрямую не спросить... И то о некоторых вещах говорил или неохотно, либо вовсе отмалчивался. Да мы особо и не лезли с расспросами. Понимали, что ему и так тяжело. Когда в дом приходили коллеги, друзья, то да, порой шли разговоры о службе, обсуждали какие-то рабочие моменты. Но семья в них старалась не вникать. Да и ни к чему это было.

- Леонид Викторович, а какими, на ваш взгляд, были самые тяжёлые времена для семьи? Та самая эпоха перемен в стране?

- Отнюдь не только те, безусловно, нелёгкие годы. Да, сложно проходило становление как таковой новой государственности, по сути - совершенно обновлённой России. Что касается семьи, для неё беспокойные времена - это ещё и назначение отца в Армению на должность первого заместителя республиканского министра внутренних дел, когда в Спитаке произошло землетрясение. Работал он там в поле, в палатке. Дома за него очень волновались. Тем более разгорался армяно-азербайджанский конфликт. А папа и виду не подавал, что ему трудно. И, естественно, переживали, когда отца направили служить в Афганистан. Я тогда ещё совсем маленьким был. Об этом, кстати, дома тоже узнали не сразу - понятия не имели, куда он уехал. Служебная командировка - и всё тут! Больше ничего не объяснял.

Наверное, повторюсь, но всё же скажу. Что касалось служебных дел - он не то чтобы не афишировал в семье, просто старался оставлять все рабочие моменты за порогом дома. И это было ещё одним его кредо в жизни.

Сергей БАШКАТОВ

Визитная карточка

Леонид Ерин родился в 1971 году в г. Москве. После окончания средней школы призвался на срочную службу. Сразу после её прохождения был принят в 9-е Управление КГБ СССР. В течение первых лет работы поступил в Московский юридический институт МВД и через пять лет заочно окончил его. Ныне - офицер ФСО России.

Россия. ЦФО > Армия, полиция. СМИ, ИТ > mvd.ru, 5 апреля 2018 > № 2570502 Леонид Ерин


США > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 3 апреля 2018 > № 2559445 Дмитрий Смирнов

Виртуальная полиция: разрешат ли Twitter и Google рекламу криптовалют

Дмитрий Смирнов

Управляющий активами Aurora blockchain capital

Как изменится мир с началом регулирования цифровых денег государствами, и смогут ли когда-нибудь крупнейшие игроки рекламного рынка простить криптовалютам волатильность

Март стал одним из самых тяжелых месяцев для рынка крипто-активов. Общая капитализация криптовалют сократилась на 43%, потеряв более $200 млрд.

Негативный тренд наблюдался и в новых размещениях. По данным Digrate на ICO за последний месяц привлекли криптовалюты на $855 млн. Это на 53% меньше, чем в феврале и является минимальным уровнем с августа прошлого года. Из 128 проектов 81 не смог собрать планируемые средства.

При столь слабом рынке новых размещений основной удар в ценах токенов пришелся на блокчейн-платформы для смарт-контрактов, такие как потерявший за месяц 55% капитализации Ethereum. В условиях спада биткоин пользовался относительно большим спросом, поэтому его доля в общей капитализации криптовалют выросла c 40% до 46%.

Основные события

Основой негативного новостного фона стал запрет рекламы любых криптовалют и ICO на Google, Snapchat и Twitter. Ранее аналогичное решение принял и Facebook. Вместе эти игроки составляют более 90% рынка интернет-рекламы в западных странах, поэтому их решение о приостановке продвижения криптовалют крайне негативно для рынка.

Но здесь стоит обратить внимание, что криптовалюты и ICO попали в один список с бинарными опционами и другими сомнительными, а иногда и откровенно мошенническими финансовыми продуктами. И если в отношении некоторых ICO такой запрет более чем оправдан, то запрет промоушена биткоина выглядит несколько странным и говорит больше о нежелании разбираться в каждом отдельном случае. Поскольку крупнейшие криптовалюты и без рекламы получают сейчас достаточное покрытие в основных СМИ, запрет интернет-рекламы прежде всего ударит по рынку новых размещений и криптовалютам второго эшелона.

С высокой вероятностью, по мере выработки стандартов регулирования отрасли реклама выборочно будет вновь разрешена. В этой связи надо отметить проходившее обсуждение криптовалют на встрече финансовых глав G20 и продолжающуюся работу в Сенате США. Этим летом мы можем ожидать первых шагов и решений на уровне государств, которые способны открыть эру широкого внедрения блокчейн-технологий в нашу жизнь.

Фундаментальная оценка Bitcoin

Мы наблюдаем снижение не только капитализации рынка, но и падения активности пользователей основных криптоактивов. Так, например, среднее число дневных транзакций в блокчейне Bitcoin упало до уровня 2016 года (около 182 000 в день). Также в марте упал средний размер блока Bitcoin (почти вдвое, с 950 до примерно 530 килобайт) и стоимость транзакций.

Поскольку фундаментальная оценка блокчейна напрямую связана с числом активных участников и объемом реальных (не спекулятивных транзакций), то перспектив роста у биткоин за счет этих показателей пока не просматривается.

Со стороны спекулятивного спроса все тоже не очень хорошо. Дневной объем биржевых торгов основной криптовалютой сократился за месяц с $6,7 млрд. до $4,5 млрд, что намного ниже оборота в $10-20 млрд, который мы наблюдали в декабре и январе. Основной причиной падения объемов стало падение волатильности.

Более низкая волатильность ведет к низким оборотам, что ведет к падению ликвидности и снижает желание активно торговать, что в свою очередь опять снижает обороты и волатильность.

Неликвидный, падающий рынок вызывает желание избавляться от актива, что в свою очередь далее снижает цены. Такой самоусиливающийся падающий рынок остановить может лишь внешняя сила. Таким фактором может стать изменение регулирования и следующий за ним приток свежих денег. Пока о каких-либо послаблениях не слышно, решения о биткоине принимают лишь страны, незначительно влияющие на общую ситуацию (например, Казахстан, планирует запретить майнинг и обмен цифровых валют на национальную). Возможно ситуация начнет исправляться летом. Создание стандартов регулирования, контроля и налогообложения криптовалют должно будет стать отправной точкой для следующей волны адаптации технологии и роста капитализации рынка.

США > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 3 апреля 2018 > № 2559445 Дмитрий Смирнов


Россия. УФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > tpprf.ru, 3 апреля 2018 > № 2559010 Владимир Зяблицев

Оглядываясь на Всемирный день защиты прав потребителей.

15 марта в календаре отмечен как «Всемирный день защиты прав потребителей». От чего сегодня необходимо защищать потребителя, как себя правильно вести при совершении сделки в онлайн-формате, - об этом вдогонку ушедшей дате рассказал партнер Палаты – Председатель Объединения защиты прав потребителей г. Магнитогорска Владимир Зяблицев.

- Владимир Иванович, каковы на сегодня приоритеты в работы организаций, защищающих права потребителей? Есть ли какая-то особенно острая тема в этой сфере?

- Ежегодно Всемирная организация потребителей (CI – Consumers International – прим. редакции), в которую входит Международная конфедерация обществ потребителей (КонфОП) и, соответственно -, наше Объединение защиты прав потребителей, разрабатывает слоган - цель, которой в течение года будут подчинены все правозащитные мероприятия. Слоган формулируется с учетом наибольшей актуальности и самых высоких рисков.

В этом году слоган звучит так: «Сделать цифровые рынки справедливыми и честными!». Эти слова основаны на проведенных в двадцати четырех странах исследованиях. Их результаты показали, что объем сделок, совершенных в онлайн-режиме, стремительно растет одновременно с уровнем мошенничества. При этом 22 % населения вообще не совершают сделки в онлайн-режиме из-за боязни быть обманутыми.

- Почему наблюдается такой дисбаланс: одни все чаще совершают покупки в Интернете, другие совсем не используют эту возможность?

- Действительно, только на территории России за последние пять лет количество сделок в Интернете увеличилось в два с половиной раза. Широкий выбор, мгновенное подтверждение заказа, удобная доставка, - все эти атрибуты делают онлайн-покупки привлекательными и популярными. Однако здесь часто встречаются обман и мошенничество. Самые стандартные способы обмана потребителей: выяснение информации о PIN-коде банковской карты при оформлении заказа, фиктивные отзывы о несуществующей фирме, создание фирм-дублеров.... Или, например, такая ситуация: вы заказали товар, а получили другой, или в полученном товаре обнаружили дефект. Компанию, которой можно предъявить претензию, отыскать невозможно, претензию направить затруднительно. Дело в том, что для оформления заказа в Интернете люди используют площадки, предлагающие информацию об определенных товарах и услугах. Взаимодействуя с такой площадкой, потребитель попадает в ситуацию, когда де-юре он защищен, де-факто - беззащитен. В итоге вы остались с некачественным товаром и потерянными деньгами. Ситуация плачевная и сегодня, к сожалению, не редкая.

- Что необходимо, на Ваш взгляд, сделать для преодоления такой ситуации?

- Призыв «Сделать цифровые рынки справедливыми и честными!» сегодня обращен к государству и бизнесу. Со стороны государства права потребителя должны быть защищены законодательством, нормативно-правовыми актами. В свою очередь, бизнес должен гарантировать открытость и прозрачность работы с потребителем на всех этапах совершения сделки – от выбора до покупки и гарантийного обслуживания.

- Как эти задачи пытается решить Объединение защиты прав потребителей конкретно в Магнитогорске?

- Самое первое и необходимое действие – информирование, привлечение внимания общества, его самых разных сегментов, к проблеме. Мы проводим пресс-конференции, встречи со студентами, с гражданами. Основными направлениями деятельности ОЗПП Магнитогорска сегодня являются: информационно-консультационная работа с населением, взаимодействие с бизнесом через договоры о некоммерческом взаимодействии, сотрудничество с Магнитогорской торгово-промышленной палатой: а именно - проведение «открытых» уроков в школах по вопросам противодействия распространению контрафактной продукции и заседаний Общественного координационного совета по защите интеллектуальной собственности; взаимодействие с городской администрацией в рамках проекта «Школа грамотного потребителя» и конкурса «Основы потребительских знаний». Но этого мало.

Количество исков увеличивается: по сравнению с 2016 годом, в 2017 году было подано в два раза больше исков, а на одного специалиста ОЗПП в год приходится до сотни исков, - это неутешительные цифры.

- Получается, что динамика негативная. Какой выход Вы предлагаете?

- Система государственного надзора и контроля не может обеспечить должной защиты, недобросовестные предприниматели подрывают доверие к бизнесу, в целом. Поэтому необходимо привлечь внимание к проблеме защиты прав потребителей и решать ее с разных сторон - со стороны власти, бизнеса и самого потребителя.

Хочу подчеркнуть: Всемирный день защиты прав потребителей – это не праздник, а напоминание всем нам о том, что у нас есть права. Для того, чтобы их реализовывать на должном уровне, от всех нас требуются усилия в самообразовании и самозащите.

Беседовала Екатерина Драгомирова, Магнитогорская ТПП

Россия. УФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > tpprf.ru, 3 апреля 2018 > № 2559010 Владимир Зяблицев


Россия > Электроэнергетика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 апреля 2018 > № 2559411 Александр Григорьев

Заряд инвестиций. Как начать цифровизацию электроэнергетики и не вызвать рост тарифов

Александр Григорьев

заместитель генерального директора, руководитель Департамента исследований ТЭК Института проблем естественных монополий (ИПЕМ)

Без соблюдения ряда важных условий внедрение цифровых технологий в инфраструктурные отрасли может стать препятствием для роста экономики и даже повысить ее уязвимость перед внешними угрозами

На заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам 5 июля 2017 года Президент России Владимир Путин заявил, что «формирование цифровой экономики является вопросом национальной безопасности», а также сравнил ее по значению с проектами развития железных дорог в XIX веке и электрификации в XX веке. Инфраструктурные компании уже взяли мысль главы государства на вооружение: ПАО «Россети» планирует до 2030 года потратить на цифровизацию 1,3 трлн рублей. При всех плюсах программы и ее важности для технологического развития следует также учитывать риски дополнительного повышения тарифов для потребителей, проблему слабого стимула к инвестициям, угроз кибертерроризма и фактора геополитической конкуренции.

Еще в 2016—2017 годах был анонсирован ряд проектов по внедрению цифровых технологий в электросетевом комплексе России. В июне прошлого года Совет директоров «Россетей» принял решение о тиражировании опыта внедрения цифрового района электросетей на территории Калининградской области. До этого цифровая модель энергосистемы была реализована в Мамоновском и Багратионовском районах. По заявлениям компании, после внедрения новых технологий стало возможным ликвидировать аварии в течение минуты, снизилась потребность в трансформаторных подстанциях, восстановление энергоснабжения проводится менее чем за час. К проектам цифровизации энергетики присматриваются и в Новгородской области, а правительство Севастополя совместно с ПАО «Россети» утвердило план работы по реализации проекта цифровой распределительной электросети EnergyNet.

Подобные проекты — дорогостоящие мероприятия с длинным сроком окупаемости. Объем капиталовложений для двух муниципальных районов оценивается генеральным директором АО «Янтарьэнерго» Игорем Маковским примерно в 290 млн рублей, при этом срок окупаемости ожидается на уровне 8—9 лет. Для целого региона эти вложения могут составить миллиарды рублей, а затраты на переход всей страны на цифровые технологии в электросетях были оценены главой Минэнерго России Александром Новаком в 4 трлн рублей с перспективой последующего экспорта технологий на мировой рынок и возможной долей от мирового рынка в 10-12%. По оценке главы «Россетей» Павла Ливинского, для цифровизации требуется 1,3 трлн рублей.

Реализация проекта перехода электросетей страны на цифровые технологии потребует существенных инвестиций. Вечный вопрос — где их найти, если рост тарифов надо ограничивать? Сетям необходимо искать внутренние резервы повышения эффективности, и за счет получаемой в результате экономии (или создания реальной перспективы такой экономии в будущем) финансировать инновационные мероприятия как самостоятельно, так и с привлечением внешних источников.

К сожалению, текущая практика тарифного регулирования не способствует внедрению цифровых технологий в электросетях. Долгосрочное регулирование электросетевых компаний в России представлено моделями доходности инвестированного капитала (RAB) и долгосрочного регулирования необходимой валовой выручки. Обе модели предполагают расчет параметров регулирования на пятилетний период, что определенно меньше срока окупаемости проектов по внедрению цифровых технологий.

Получается, что если компания внедряет современные технологии, то она получает определенную экономию, но по истечении пятилетнего периода новые параметры регулирования будут установлены на более низком уровне, и компания достигнутую экономию потеряет. Кроме того, нередки случаи, когда «долгосрочные» параметры регулирования подвергаются корректировке и во время самого пятилетнего периода. Таким образом, реальной экономической заинтересованности у сетевиков цифровизация не вызывает, так как окупаемость таких проектов остается всегда под вопросом.

Также необходимо выработать такие правила, которые бы стимулировали регулируемые компании к более эффективной работе. В качестве такого подхода могло бы быть принято разрешение сохранять регулируемым компаниям часть средств, сэкономленных, например, в результате проведения модернизации. Прибыль, которая таким образом сформируется у эффективной компании, может пойти на дополнительные инвестиции, которые повысят качество оказываемых ею услуг.

Для решения обозначенных проблем нужно создать условия для долгосрочных инвестиций в электросетевом комплексе. В первом приближении эти решения уже разработаны и ожидают утверждения федеральными органами власти. Например, ФАС России предлагает принять единый федеральный закон о государственном регулировании цен, в котором будет присутствовать механизм регуляторных контрактов, позволяющих утверждать тариф на перспективу более пяти лет. Рассматривается вариант регулирования с применением нормирования и эталонных затрат, что позволит компаниям сохранять определенную долю прибыли, образованной в результате повышения эффективности работы.

Помимо внимания к вопросам стабильности работы системы, возврата инвестиций и тарифообразования, следует также учитывать проблему противодействия кибертерроризму и риски недобросовестной геополитической конкуренции, когда цифровая «начинка» современного оборудования может быть использована для шпионажа или удаленного манипулирования режимами его работы.

Например, вследствие более 45 000 атак вируса WannaCry (шифрует файлы на компьютере и требует выкуп за расшифровку) 12 мая 2017 года было заражено более 300 000 компьютеров по всему миру. В большей степени от данной атаки пострадали Россия, Украина, Индия и Тайвань. А если атака будет направлена на цифровую систему управления электросетями в зимний период? Выдержит ли она? Опять же, если подобная атака возможна со стороны злоумышленников, то для спецслужб ведущих государств не составляет большого труда организовать наблюдение и атаку, а в теории существует возможность получения контроля над цифровой системой управления электросетями, в том числе через вшитые в элементную базу эксплойты. Чтобы снизить зависимость от импорта и исключить вышеописанные риски необходимо развивать собственную элементную базу и собственный софт, а для этого придется проработать вопрос стимулирования их развития со стороны государства.

Цифровизация — это уже даже не про завтрашний день, а реальность дня сегодняшнего. Активное внедрение цифровых технологий в инфраструктурные отрасли — шаг необходимый, но без четкого регуляторного контроля и стимулирования эффективного течения процесса цифровизации, использования отечественных технологий и элементной базы, без ограничения нагрузки на потребителя благое дело может стать препятствием для роста экономики и даже повысить ее уязвимость перед внешними угрозами.

Россия > Электроэнергетика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 2 апреля 2018 > № 2559411 Александр Григорьев


Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ. Медицина > bfm.ru, 29 марта 2018 > № 2560981 Анатолий Чубайс

«Роснано» планирует направить на дивиденды 50% чистой прибыли

В 2017 году налоговые отчисления проектных предприятий «Роснано» превысили вклад государства в создание корпорации. Об этом Business FM рассказал глава компании Анатолий Чубайс

«Роснано» по итогам 2017 года планирует направить на дивиденды государству 50% чистой прибыли. Об этом в интервью Business FM заявил председатель правления УК «Роснано» Анатолий Чубайс. Кроме того, он рассказал, что в прошлом году налоговые отчисления проектных компаний «Роснано» превысили объем инвестиций государства в создание самой компании. С Чубайсом беседовала Елена Марчукова.

Возможна ли выплата дивидендов компании по итогам 2017 года в пользу государства? Если да, то какую часть прибыли вы можете направить на дивиденды?

Анатолий Чубайс: У нас картина такая: ответ на этот вопрос определяется наличием или отсутствием прибыли. Причем по действовавшему до недавнего времени порядку нужна была прибыль либо по РСБУ, либо по МСФО. Если она есть, то большая из этих двух цифр является основанием для расчета прибыли. Сейчас в соответствии с законом отчитались о прибыли по РСБУ. Она у нас составила 1 млрд 57 млн рублей. Это означает, что у нас появляется основание или, наоборот, необходимость выплаты дивидендов. Мы с этим согласны. Дивиденды рассчитываются по действовавшей методике в размере 50% от этой суммы. Для нас это означает чуть больше 500 млн рублей. Соответственно, мы готовы к такой выплате. Надо, правда, уточнить, что порядок пока еще окончательно не утвержден Минфином по итогам 2017 года, но я думаю, что он останется прежним, тем более что недавно Минфин публично об этом заявлял. Это означает, что 50% от прибыли для нас — полмиллиарда, что для нас впервые в нашей истории за десять лет существования компании произойдет. Как вы понимаете, дивиденды — это не просто какие-то бумажные отчеты, это реальные перечисления реальных живых средств из «Роснано» государству.

Как вы планируете оценивать развитие инноваций? Как это измерять, какие новые показатели появились в долгосрочной стратегии «Роснано»?

Анатолий Чубайс: В долгосрочной стратегии «Роснано», прежде всего, сохранилась преемственность. Она переутверждена, и теперь уже она действует не до 2020-го, а до 2023 года. Все базовые задачи, в том числе главная задача — создание в России наноиндустрии, остались без изменения. Это очень важно. В то же время есть некоторые уточнения, в том числе показателей, о которых вы спрашиваете. Что конкретно там сделано? Самое главное состоит в том, что смещен приоритет с чисто количественных показателей на показатели качественные, показатели эффективности и показатели экспорта. Конкретно — у нас впервые появился показатель по экспорту нанопродукции. Суть его состоит в том, что рост этого экспорта должен быть выше, чем рост ненефтегазового экспорта в стране в целом. По сути дела, это означает не просто рост доли инновационной экономики в ВВП России, но еще и внутри инновационной экономики нанотехнологическая часть как наиболее продвинутая должна расти еще быстрее. Еще одно важное изменение для нас — это новая задача по привлечению инвестиций, что, как вы понимаете, в нынешней геополитической ситуации непросто, тем не менее нам не просто подтверждены старые цифры: 2020 год — 150 млрд рублей объемы привлечения, но еще дан второй сценарий, в котором объемы привлекаемых внешних инвестиций в нанотехнологии в России должен быть еще больше. Это новый для нас вызов, над которым нам придется серьезно работать.

Эта цифра в 150 млрд рублей, которую вы упомянули, касается именно внешних инвестиций или совокупно?

Анатолий Чубайс: 150 млрд рублей — это цифра объема внешних инвестиций, которые мы должны привлечь в 2020 году, притом что 150 млрд — это минимальная цифра на этот год, а максимальная цифра — 175 млрд рублей, если я правильно помню.

Какой социально-экономический эффект для государства от инвестиций «Роснано», что государство получает в итоге?

Анатолий Чубайс: Это довольно значимые вещи, как нам представляется. Прежде всего, это новые рабочие места. На сегодня их создано уже 38 тысяч. Не менее важная вещь — это финансирование сферы научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Хочу подчеркнуть, что речь идет не о том, что «Роснано» взяла из бюджета деньги и перечислила на НИОКР, а речь идет о том, что «Роснано» построила заводы, которые, в свою очередь, для своего развития будут финансировать, да, собственно, уже полноценно финансируют НИОКР. Только за последние четыре года построенные нами заводы профинансировали НИОКР на 38 млрд рублей. За это же время Академия наук России профинансировала их всего на 12,6 млрд рублей. Это, как нам кажется, очень важный эффект еще и с учетом того, что такие наукоемкие производства очень хорошо понимают, что им нужно заказывать. Их качество как заказчика очень высокое. Еще одна символическая для нас вещь — мы в прошедшем, 2017 году по совокупному объему налоговых отчислений построенных нами предприятий впервые превысили объем инвестиций государства в создание «Роснано» на старте. Государство внесло в наш уставный капитал 101 млрд рублей, а по итогам прошлого года у нас совокупный объем налоговых платежей наших проектных компаний больше, чем 101 млрд.

Могли бы вы назвать отрасли, в которых построены эти заводы?

Анатолий Чубайс: Давайте попробуем. Из отраслей, которые мы считаем, большая часть которых появилась заново, наиболее значимы для нас следующие: во-первых, это ядерная медицина. Отрасль, которая в крайне ограниченном виде существовала, а сегодня в десяти регионах страны функционируют диагностические центры, построенные нами. Во-вторых, это электроника и фотоника. Это целый ряд предприятий, в том числе, что очень важно, это и флагман российской индустрии в этой сфере — компания «Микрон». Дальше, это больше полутора десятков предприятий в сфере новых современных материалов. Тут спектр от теплоизоляционных материалов до углепластика, в том числе для современной боевой авиации, да теперь уже и гражданской: «Черное крыло» МС-21 — это тоже углепластик. Важное направление — это покрытие и модификация поверхности. Здесь у нас тоже полтора-два десятка новых предприятий, которые построены, которых не существовало в стране. Очень важно, что мы вместе с правительством, наконец, запустили в России большой проект по солнечной энергетике, притом что речь идет не просто о солнечных станциях, а речь идет еще и о построенных заводах, которые производят в России российскую продукцию для солнечных станций. Добавлю к этому то, что чуть больше двух недель назад в России запущена первая ветростанция. Это еще одна большая индустрия, под которую мы сейчас разворачиваем строительство заводов по производству оборудования для российской ветроэнергетики.

Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ. Медицина > bfm.ru, 29 марта 2018 > № 2560981 Анатолий Чубайс


Россия. ЦФО > Агропром. СМИ, ИТ > agronews.ru, 27 марта 2018 > № 2546429 Шамун Кагерманов

Комментарий. «Сельской жизни» – 100 лет!

27 марта 2018 года исполняется 100 лет «Сельской жизни» – одной из старейших и авторитетных газет СССР и РФ. По случаю юбилея «Крестьянские ведомости» взяли интервью у главного редактора Шамуна КАГЕРМАНОВА.

Спасем село – спасемся все

– Шамун Мусаевич, я родом из вятской деревни, и прекрасно помню, как в «застойные годы» зачитывались газетой колхозники на полевых станах, как трактористы промасленными руками перелистывали полосы, ища сообщения о жатве в других регионах. В каждой крестьянской семье обычно выписывали три издания: свою районку, областную газету и «Сельскую жизнь». В чем была причина такой популярности «Сельчанки», откуда корни растут?

– Да, правду жизни писали и пишем, без прикрас, простым языком, без оглядки на «верха». Когда кругом кричат о политике, мы говорим о производстве, о доярках, трактористах, сельских учителях, врачах, библиотекарях, рассказываем об обыденных заботах крестьян. Спасем село – спасемся все!

Сам я крестьянского роду из села Чечен-Аул Грозненского сельского района Чечено-Ингушской АССР и прекрасно знаю чаяния и проблемы селян. Имею два высших образования – полиграфическое и журналистское (МГИМО). Стал десятым по счету редактором газеты, приняв эстафету от блестящего журналиста Михаила Васильевича Шарова.

К слову, первым редактором «Сельской жизни» был В.И. Поляков (ранее работал редактором сельхозотдела «Правды»). Это он предложил на базе газеты «Сельское хозяйство», органа министерства, создать газету ЦК КПСС и назвать её «Сельской жизнью». Это позволило вырвать газету из ведомственных тисков, критиковать министерства, ведомства, местные органы за недостатки в работе.

«Крестьянский» барометр»

– Каковы истоки газеты?

– «Сельская жизнь» – еженедельная федеральная газета – берет свое начало от широко популярной в 20-е годы газеты «Беднота», в 30-е годы влившейся в «Социалистическое земледелие», переименованное в 1953 г. в «Сельское хозяйство». Настоящее название газета носит с 1960 г.

«Беднота» была ежедневной, массовой крестьянско-солдатской газетой (орган ЦК РКП (б). Начала выходить в Москве 27 марта 1918 г. после переезда Советского правительства из Петрограда в Москву вместо выходивших в Петрограде и Москве трех газет: «Деревенская беднота», «Деревенская правда» и «Солдатская правда».

«Беднота» своей задачей ставила сплочение деревенского актива и передовых людей из среды бедняцко-середняцкого крестьянства вокруг лозунгов социалистического переустройства деревни. Особое внимание газета уделяла повышению урожайности в индивидуальных бедняцко-середняцких хозяйствах.

Газета пользовалась популярностью и в казармах Красной Армии. За один 1919 г. редакция получила около 25 тысяч писем красноармейцев, а из деревни во много раз больше. В. И. Ленин подробно знакомился с ними и называл газету «крестьянским барометром». В ноябре 1918 г. в Москве проходило совещание делегатов комитетов бедноты центральных губерний, созванное по инициативе редакции газеты.

«Газета должна быть духовником»

В номере от 26 марта 1922 г. М. И. Калинин подчеркивал: «Агрономы, опытники сельского хозяйства, химики, инженеры, самоучки — все находят место своим мыслям в «Бедноте». Эта газета должна быть энциклопедией крестьянства, его телефоном, телеграфом, почтой, наставником, духовником». В «Бедноте» публиковались М. С. Ольминский, В. А. Карпинский, Ем. Ярославский, известные ученые К. А. Тимирязев, Д. Н. Прянишников, И. B. Мичурин, Н. И. Вавилов, писатели и поэты М. Горький, В. Маяковский, Демьян Бедный и многие другие.

На страницах газеты видное место занимал Уголок неграмотного, в котором текст для начинающих печатался крупным типографским шрифтом с подтекстом «Товарищи грамотные! Помогите неграмотному. Прочтите вслух и заставьте повторить». Прибавляло доверия к газете и то, что наряду с официальной редакционной коллегией существовала и общественная, состоящая из крестьян. Они принимали ходоков из деревни, рассматривали их жалобы, читали письма из деревни. Все пятеро членов крестьянской редколлегии являлись членами ВЦИК.

С января 1920 г. тираж возрос до 750 тыс. экз. Оформление и содержание материалов существенно отличалось от других центральных газет: пространные статьи сокращались до 50-60 газетных строк. Заголовки были краткими, доходчивыми, похожими на пословицы, поговорки, лозунги.

Пропаганда азбучных агрономических знаний стала часто появляться в виде агитплакатов в прозе и стихах с пояснительными таблицами и рисунками на темы: «Береги семена», «Береги скот от заразы», «Как удвоить корм», «Развитие бурака», «Как устроить соломорезку» и др.

«Беднота» практиковала также систематический выпуск приложений и специальных страниц: «Новое земледелие», «Женщина-работница», «Красная молодежь». Приложение за 14 апреля 1918 года «Трудовая коммуна» было посвящено обобщению опыта деятельности первых советских коммун. Женские странички готовились женотделом ЦК РКП (б), их активными авторами были выдающиеся революционерки И. Арманд (Е. Блонина), А. Коллонтай, писатель Ал. Алтаев (М. Ямщикова) и др.20180227_170339

Большой известностью пользовались сельскохозяйственные лаборатории «Бедноты», занимавшиеся изучением и распространением передового опыта методами агротехники. Лаборатории были созданы по инициативе К. А. Тимирязева, по мнению которого наука «должна идти на дом к земледельцу, разыскивать его в деревне». О популярности лабораторий можно судить по тому, что к 1928 г. в них насчитывалось около 12 тысяч участников.

Если в 1925 г. насчитывалось около полутора тысяч активных сельских корреспондентов, то в 1928 г. их было свыше 17 тыс. Писали крестьяне, батраки, красноармейцы, сельские учителя, агрономы, крестьянские писатели. Газета деятельно боролась за переход на многополье, рост технических культур ранних паров, за коллективизацию сельского хозяйства.

На страницах «Бедноты» публиковались и письма тех, кого обвиняли в кулачестве, острый спор велся о том, кого считать зажиточным, а кого мироедом. Приводились и яркие факты бесхозяйственности в коммунах. Уже в первые годы в стране появились и кооперативы, и колхозы, и совхозы, и началась дискуссия о том, что мы сейчас называем многоукладностью сельской экономики.Политика, увы, не позволяла журналистам сохранить долго многоголосие мнений. И тогда в ход шел эзопов язык, сухой язык фактов, который подчас сильнее острой критики. Удивительно ли, что в довоенные годы часть редакторов газеты подверглась репрессиям.

С 1 февраля 1931 г. «Беднота» слилась с газетой «Социалистическое земледелие» в одну объединенную газету. Газета из партийной становилась органом Наркомзема, потом Минсельхоза, сменила название: сначала на «Социалистическое земледелие», затем на «Сельское хозяйство».

Тираж «Сельской жизни» достиг 10 млн экземпляров

– А когда газета получила название «Сельская жизнь»?

– Свое нынешнее имя «Сельская жизнь» получила в апреле 1960 года. Все возможности оттепели и периодического внимания власти к нуждам села журналистский коллектив использовал для «раскрутки» издания. На страницах газеты вновь появились живые люди деревни с их делами, достижениями и нуждами. Редакцию просто захлестнул поток писем — по тысяче и более в день. И власть, особенно местная, была вынуждена реагировать на обращения газеты.

Отмечу: сотрудники редакции были в основном из бедных крестьянских семей. «Отец из крестьян-бедняков, работал директором леспромхоза, мать – из крестьян». Юрий Дашков, зарубежный собкор газеты (1960-1973).

А еще газета сумела стать изданием для целой семьи. До сих пор у многих подписчиков «Селяночки» хранятся вырезки с советами по овощеводству и садоводству, вязанию и шитью, рыбалке и охоте, кулинарии и решению шахматных задач.

Удивительно ли, что «в нагрузку» к «Сельской жизни» сельчанам приходилось подписываться на другие непопулярные издания. Общий тираж газеты постоянно рос и превысил однажды 10 млн экземпляров, после чего был искусственно ограничен.

В 90-е гг. «Селяночка» снова оказалась на острие аграрных преобразований. К примеру, в декабре 1993 года «Сельская жизнь» устами авторитетных ученых вновь предупреждает руководство страны о губительности проводимого курса реформ. Вот мнение директора Аграрного института А.А. Никонова: «Село в очередной раз стало заложником политики. Включая общеэкономическую с «шоковой терапией», инфляцией и прочими реалиями последних лет. И дай Бог быстрее консолидироваться, образумиться, сосредоточиться на конкретных делах. Прежде всего программа должна ставить задачу самообеспечения России продовольствием…Надо создавать цивилизованный рынок. Причем без рыночного романтизма.

«Рынок надо регулировать»

Увы, к голосу видного ученого не прислушались. Ельцинское правительство наломало много дров.

На страницах «Сельской жизни»» шел правдивый, заинтересованный и квалифицированный разговор о многообразии форм хозяйствования на земле, недопустимости диспаритета цен на продукцию города и села, защите отечественного товаропроизводителя от недобросовестного импорта продовольствия.

Примечательно, что во время известных августовских событий 1991 года новый министр печати отверг предложения о закрытии газеты. А уж сам коллектив отверг указание властей об освобождении от занимаемого поста долголетнего главного редактора А.П.Харламова. И Александр Павлович потом еще 6 лет возглавлял коллектив.

Ныне «Сельская жизнь» живет трудно. Так же, впрочем, как и большинство ее подписчиков-сельчан. И по-прежнему редакционный коллектив старается быть верным традициям своих предшественников — служить интересам российского крестьянства.

Под крылом партии

– Интересно, а какова была эффективность выступлений «Сельской жизни» под крылом ЦК КПСС?

– В те годы критических статей газеты боялись – реакция сверху была резкой. Приведу копию (рассекречено) документа: «Постановление секретариата ЦК Коммунистической Партии Советского Союза «О статье «И за борт корма бросают», опубликованной в газете «Сельская жизнь». Учитывая большое народнохозяйственное значение вопроса, поднятого в статье газеты «Сельская жизнь» (21.12.1971 г.), поручить Госплану СССР (т. Байбаков Н.К.), Министерству рыбного хозяйства СССР (т. Ишков А.А.), Министерству сельского хозяйства СССР (т. Мацкевич В.В.), Министерству финансов СССР (т. Гарбузов В.Ф.) в трехмесячный срок разработать меры по расширению переработки и рациональному использованию рыбных отходов и доложить ЦК КПСС».

Хотели показательно наказать, но…

– Да, в те времена к выступлениям СМИ прислушивались, они были под надежной защитой Партии. После перестройки все изменилось. Я помню, какая была реакция на мою статью «Черный беспредел» (СЖ, №13,3-9.04.2014 г.) – в защиту племзавода в Ленобласти, на земли которого покусились именитые рейдеры, потребовавшие впоследствии через суд «показательно» наказать миллионными штрафами принципиального журналиста и главного редактора «Сельской жизни».

– Да, но правда восторжествовала. Во многом благодаря тому, что статью поддержали наши читатели, известные стране люди. Против рейдерского захвата земель племзавода в Ленобласти и ряде регионов твердо выступили в газете с Открытым письмом Президенту РФ 16 академиков РАН и 11 член-корров Россельхозакадемии (тогда еще существовала). Свою роль сыграло и Открытое письмо Союза животноводов России, ряда депутатов Госдумы, а также прямое обращение в суд сенатора, президента АККОР В. Плотникова и председателя АПР О. Башмачниковой. О случившемся был в курсе председатель аграрного комитета Совета Федерации Г. Горбунов, который обещал поддержку редакции.

Так что и теперь «Сельская жизнь» находит опору и поддержку.

Правда, в 2007-2008 годах был период, когда редакцию бессовестно унижали и позже вытурили из здания, которое строилось, в сущности, на наши деньги, или, точнее деньги наших читателей – газета тогда была сверхдоходной. Сколько субботников и воскресников отработали мы на той стройке. Иногда даже думается, что нам припомнили, как мы не соглашались с разгоном колхозов, припомнили, что были газетой ЦК КПСС. Кстати, понимание наших проблем мы находили у министра с/х А. Гордеева, он даже приезжал к нам. Но…А последующие аграрные министры совсем глухи к проблемам аграрного издания.

«Хлеб не от гайки откусывается»

В №1-2 15-21 января 2009 года газета опубликовала Обращение к Президенту РФ Д. Медведеву известных российских писателей-деревенщиков Валентина Распутина, Василия Белова, Владимира Крупина: «Над народной газетой нависла угроза банкротства из-за невозможности расплатиться за непомерно вздутую (в 2007 году в 20 раз! – Авт.) ФГУП «Пресса» Управделами Президента РФ арендную плату за помещения. А ведь когда-то издание ЦК КПССС наряду со многими центральными изданиями финансировало строительство нового корпуса на ул. Правды.

У «Сельской жизни» нет спонсора. Учредителями акционерами являются журналисты и ветераны редакции. Газета никогда не была политиканствующим печатным органом, даже в самые черные дни 90-х писала о работе и жизни крестьянских и фермерских хозяйств, сельскохозяйственных производственных кооперативов, потребительских обществ, которые кормят и работягу, и интеллигента, депутата и министра. Ведь хлеб не от гайки откусывается…Возрождение России пойдет с провинции, с глубинки, где еще крепки нравственные ценности семьи, жива высокая духовность. Крестьянство – главная опора страны. Уход из информационного поля «Сельской жизни» станет победой тех, кто желает гибели России. Негоже лишать людей от земли своего голоса. Нужно оказать газете поддержку» …

Сегодня этот призыв остается в силе.

– Шамун Мусаевич, тем не менее, в российской глубинке помнят и добром вспоминают «Сельскую жизнь». Я в «Селянке» печатался и работал спецкором с 2008 по 2015 годы. Помню в один рязанский колхоз (они еще не все уничтожены) приехал министр Гордеев. Свита 100 человек. Шум-гам. К главе хозяйства за интервью обратились корреспонденты «Сельской жизни» и одного очень известного столичного издания. Только услышав слова «Сельская жизнь», председатель отвела в сторону спецкора «СЖ» и выложила ему всю правду о делах хозяйства и всей отрасли.

Другой случай также глубоко тронул. Как-то, сидя в метро, развернул «Сельскую жизнь». Соседи, читавшие «Московский комсомолец», с удивлением уставились на название, а одна старушка чуть ли не расплакалась и воскликнула: «Неужели еще жива, родная, ведь мы по этой газете узнавали, как трудятся хлеборобы страны, как достается хлеб, а сейчас в киосках продают один гламур, журнал «Крестьянку» превратили в издание для светских львиц» …

Мы сильны поддержкой читателей

– Жива «Сельская жизнь» и не собирается сдаваться. Нам очень важна обратная реакция читателей. И нам пишут о своих делах, заботах из многих регионов России. Мы сильны селькоровской сетью, поддержкой читателей.20180227_161552

Кровь от крови деревни газета была с ней и остается, с верой в лучшую жизнь.

P.S. Редакция «Крестьянских ведомостей» поздравляет своих коллег по перу с юбилеем «Сельской жизни», газеты поистине народной, объективно и правдиво отражающей достижения и проблемы малых, средних и крупных хозяйств, переработчиков, личных подворий. Мы желаем творческих успехов в освещении непростого труда кормильцев Отечества, обеспечивающих продовольственную безопасность России. Сильное крестьянство – основа стабильности государства!

На снимках: главный редактор «СЖ» Ш. Кагерманов (в центре) с учеными; писатели-деревенщики, написавшие в трудный период «Сельской жизни» Обращение президенту РФ – Василий Белов, Валентин Распутин, Владимир Крупин»; «Сельскую жизнь» читают перед заседанием аграрного комитета Совета Федерации; «Сельская жизнь» на племзаводе «Ручьи» Ленобласти; иллюстрации из «Бедноты»

Автор: Александр РЫБАКОВ, спецкор «Крестьянских ведомостей», член редколлегии «Сельской жизни»

Россия. ЦФО > Агропром. СМИ, ИТ > agronews.ru, 27 марта 2018 > № 2546429 Шамун Кагерманов


Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 марта 2018 > № 2544792 Тарас Коваль

Лишнее звено. Как «цифровая экспедиция» изменит рынок грузоперевозок

Тарас Коваль

эксперт в области транспорта и логистики

Почему бизнес-модели крупнейших перевозчиков до сих пор больше похожи на финансовые пирамиды, нежели на транспортные проекты

Летом прошлого года один из крупнейших коммерческих перевозчиков Европы венгерский Waberer’s провел IPO на Будапештской бирже. В конце года российский Глобалтрак — IPO на Московской бирже. Традиционно закрытые грузовые автоперевозки вышли в публичное пространство. Сможет ли новый для перевозчиков формат финансирования и несвойственная публичность повлиять на изменение и даже передел рынка?

Недавно СЕО Waberer’s — Ференц Лайко (Ferenc Lajkó) рассказал немецкому изданию Trans aktuell о развитии компании. Глава «Глобалтрак Менеджмент» Александр Елисеев отмечает, что публичность предполагает высокие стандарты в операционной деятельности и отчетности, а также в открытости бизнеса компании для инвестиционного сообщества.

Бизнес-модели венгерской и российской компаний похожи. На их основе можно сделать прогноз на ближайшее время.

Бизнес-модель

Корпорациям-грузовладельцам нужны в качестве поставщиков услуг крупные компании. Европейский, в том числе российский, транспортный рынок чрезвычайно фрагментирован. 85% компаний имеют менее десяти грузовиков. Мировые корпорации не хотят вести переговоры с сотнями поставщиков транспортных и логистических услуг.

Проще и эффективнее иметь дела с крупными транспортно-экспедиторскими компаниями. Для этого транспортникам необходимо расширять охват обслуживаемой территории и плотность присутствия на ней. Получая минимальные цены на подвижной состав, сервисные услуги, страхование, запасные части и колеса, крупнейшие компании оказываются в доминирующем положении.

Исключение из цепочки посредника

Сильные известные логистические концерны: DB Schenker, DHL, DSV, Kühne+Nagel и другие говорят о сложности конкуренции по цене с крупнейшими транспортными компаниями. У них практически нет собственного подвижного состава, поэтому они выступают посредниками между грузовладельцем и исполнителем перевозки. Для заработка на организации перевозки необходимо увеличивать стоимость фрахта на 10-15 % выше оплаты непосредственным перевозчикам. Имея собственный автопарк, автотранспортники обладают неоспоримым преимуществом.

Доступ к рынку капитала

IPO венгерской компании было крупнейшим на Будапештской фондовой бирже за последние 20 лет. По мнению руководителя Waberer’s, только они и Eddie Stobart, работающий на рынке Великобритании и Ирландии, являются публичными транспортными компаниями в границах ЕС. Другие на бирже: Deutsche Post DHL или Kühne+Nagel, представляют сектор логистических компаний.

Единственное транспортное предприятие, которое провело IPO на постсоветском пространстве — Глобалтрак.

Доступ к ресурсам

Обе компании используют средства, полученные от размещения на бирже, для расширения влияния через приобретение подвижного состава и поглощения других автотранспортных компаний. Но инструменты несколько отличаются.

«Глобалтрак» в 2012-2015 годах приобрел Лорри, Магна, Лонгрун, российское подразделение австрийской Quehenberger и Транссибурал. Объем инвестпрограммы на 2018 г. составит около 4 млрд руб. Эти средства в основном пойдут на приобретение автопарка. В марте-июле 2018 года планируется закупка 413 автомобилей. На начало 2018 года парк Глобалтрак составлял 1167 автомобилей.

У Waberer’s более сложная задача. Необходимо соблюдать национальные законодательства стран ЕС. Кроме расширения парка за счет приобретения подвижного состава в 2017 году за 32 миллиона Евро была поглощена польская транспортная компания Link с 430 грузовиками и 950 сотрудниками. К началу 2018 года парк Waberer’s достиг 4300 автомобилей.

Для Польши с общим парком в 300 тысяч грузовых автомобилей флот из 400 или 500 автомобилей — «капля в море». Waberer’s планирует за пять лет довести его до 2000-3000 грузовиков. Если парк в Венгрии будет расти «только» на 15 % в год, то к 2023 году — в Венгрии и Польше он преодолеет цифру в 10000 собственных грузовиков.

Кроме Польши планируются еще приобретения автопредприятий в соседних с Венгрией Чехии и Словакии.

Эффективность через максимальный пробег

Ни один клиент не платит за порожние километры, поэтому все современные компании используют программное обеспечение для сокращения холостого пробега за счет оптимизации мест погрузки и локации свободных грузовиков. Внедрение элементов цифровизации позволило увеличить коэффициент полезного использования транспортных средств с 87% до 92 %. В результате экономятся миллионы литров дизельного топлива.

«Глобалтрак» декларирует 16 тысяч километров месячного пробега при коэффициенте полезного использования 92,5%. В России у многих перевозчиков этот показатель по-прежнему находится в пределах 70-80%.

Чтобы добиться высоких показателей месячного и полезного пробега, необходимо снижение времени простоя, которое связано с погрузочно-разгрузочным процессом. Проще всего это сделать, используя длинное плечо. Машины венгерского перевозчика работают на среднем на плече 1250 километров. У «Глобалтрака» основные маршруты Москва-Казань-Екатеринбург-Омск-Новосибирск. Среднее плечо еще длиннее.

Предел ресурса эффективности

Такая бизнес-модель имеет потолок эффективности. Большинство специалистов сходится во мнении, что предельный показатель коэффициента полезного использования около 95 %.

Еще примерно 20% скрывается в потенциале развития современных технологий оцифровки и автоматизации процессов.

Дефицит водителей

Одна из главных проблем, с которой сталкиваются крупнейшие перевозчики – это дефицит водителей. В Венгрии рынок труда в 10 миллионов жителей. Польша с 40 миллионами жителей более привлекательна. Не забывает венгерский концерн и про Румынию с 20 миллионами, и Украину.

В России водители не так охотно предпочитают работать вдали от основного местожительства, поэтому Глобалтрак также испытывает проблемы с водительским персоналом. Одно из решений лежит в использовании водителей на маршрутах, привязанных к еженедельным местам отдыха в домашнем регионе.

Расходы на водителей

Преимущество перед Западной Европой за счет более низкой зарплаты в восточной части было ощутимым до расширения ЕС. Нехватка водителей привела к переманиванию западноевропейскими экспедиторами водителей из Восточной Европы с соответствующей оплатой. Восточной Европе тоже пришлось поднимать заработную плату. За последнее время венгерский концерн увеличил ее на 20%. Теперь зарплата водителя в Венгрии соответствует среднему уровню заработка венгерского водителя при работе в западноевропейских компаниях.

Конкуренция больше не может вестись за счет разницы в заработной плате водителей. Она происходит за счет улучшения производительности, эффективности, увеличения полезного пробега, уменьшения эксплуатационных расходов, стабильности работы и собственной системы обработки транспортных заказов.

Дополнением к этим доводам в красивом оформлении являются финансовые показатели и их проверка известными аудиторскими компаниями. Этого оказывается достаточно для принятия решения об инвестировании серьезными игроками в раскрученные бренды.

Предложенная бизнес-модель не является новой. Отличия — в использовании более дешевого капитала и применении цифровых технологий. Тем не менее инвесторы игнорируют историю автотранспорта, накопленный опыт и «набитые шишки» их коллег.

Говоря о публичности и высоких стандартах, невозможно обойти стороной иную точку зрения, популярную в среде автотранспортников.

Объем транспортной работы

Транспортной компании нужен стабильной объем работы по выгодным ставкам в любом направлении. Чем больше автопарк, тем сложнее задача. При существенном отличии ставки в противоположных направлениях в России и части восточной Европы, проблема для транспортных компаний становится существенной. Логистическим же компаниям для ведения эффективного бизнеса эти отличия не являются проблемой, как и простой автотранспорта по любой причине.

В автотранспорте исполнитель работает на удалении от руководства и имеет широкий диапазон принятия решений, влияющий на результат всей деятельности. При низкой маржинальности такая практика становится одной из главных проблем. Для снижения рисков используют разные формы контроля. Но при наличии 6-7 звеньев в вертикали управления крупного перевозчика задуманные руководством идеи доходят до исполнителей, как в игре «испорченный телефон». Это происходит как из-за низкой профессиональной подготовки персонала, так и из-за различий личных интересов исполнителей с интересами компании.

Добиться результативности работ нижних звеньев затруднительно еще и из-за принятых форм отчетности, при которых менеджер в первую очередь показывает свою значимость для предприятия, перемещая интересы компании на второй план. Положение могла бы исправить система тотального контроля. Но она дорогая и снижает оперативность принятия решений. Внедрение цифровых систем значительно улучшили ситуацию, но по-прежнему диапазон принятия решений и доля ошибок настолько высоки, что плодотворное масштабирование ограничено примерно 800-1000 единицами автопарка.

Описанное — одна из причин нежелания крупных логистических операторов иметь собственный автопарк. Они предпочитают работать через «посредника» — владельца подвижного состава, отдавая ему исполнение перевозки и оставляя за собой ее организацию.

Разница в расходах

Разница в брутто зарплате и иных расходах, связанных с деятельностью водителя, в Европе от 800 Евро в месяц. Это равносильно разнице в расходе топлива в 17-19%. Компенсировать такие расходы только за счет использования современных технологий — нереально. У венгерского перевозчика есть предложение о подработке водителем с окладом нетто в 15000 форинтов или €48 за день. Прибалтийские водители в Германии получают €60-65, немецкий водитель за такую же работу — около €80.

Шеф венгерской компании Дьёрдь Ваберер (György Wáberer), возглавлявший ее до 2016 года и именем которого она названа, разницу в заработной плате водителей ставил основным условием успешной работы концерна.

Чем больше людских ресурсов, тем проще искать водителей. Вопрос желания работать профессиональным водителем – открытый. Пример – крупнейшие города.

Экономика увеличения пробега

Время вождения автомобиля водителем законодательно ограничено. Работая по России на длинном плече в рамках закона, один водитель может проехать примерно 13000 км в месяц. При 16000 км от Глобалтрака необходимо использование второго водителя и сложные схемы его замены или перецепки тягачей. В отличии от железнодорожного или авиационного транспорта, у которых есть аэропорты и станции, создавать базы для контроля в автотранспорте с привлечением дополнительных людей на работу — дополнительные расходы. Обозначенная «Глобалтраком» средняя ставка в 32 руб/км, вызывает сомнения в окупаемости проекта. При наличии сложных схем и отсутствия доплаты за скорость доставки доводы о высокой утилизации подвижного состава выглядят неубедительными.

«Икары» грузовых автоперевозок

В истории автотранспорта было немало попыток создания огромных автопарков коммерческих перевозчиков. В фазе увеличения флота и расширения финансирования огрехи в бизнес-схеме были незаметны. За счет огромных скидок на приобретение подвижного состава, топлива, сервиса, запасных частей крупнейшие перевозчики снижали стоимость транспортировки, обеспечивая себя объемом работы и увеличивая долю рынка. С приостановкой финансирования предприятия рушились, как карточный домик.

В начале марта исполнилось 10 лет с момента банкротства немецко-польской компании RiCö. Монстр с 2200 автомобилями и долгосрочными контрактами с концернами VW и LG оказался «колоссом на глиняных ногах», зарабатывающим в основном не на транспортировке, а на перепродаже с махинациями подвижного состава и уходом от налогов.

Канули в небытие австрийские Augustin Network и Stadler, немецкие Willi Betz и Fiximer, французский Norbert Dentressangle, выкуплен в 2015 году американским XPO Logistics с чистым долгом более €1 млрд.

Некоторым компаниям удавалось диверсифицировать бизнес уходом в интеллектуальную логистику с более высокой маржинальностью. Но даже она не гарантирует эффективность. Немецкий DB Schenсker после убытков концерна в €1 млрд в 2015 году и общим долгом более €20 млрд был на грани продажи. После государственной субсидии на €2 млрд продажа пока заморожена Федеральным правительством Германии.

Доступ к дешевым деньгам через IPO и внедрение цифровых технологий прибавили в возможности масштабирования АТП, но не решили главных проблем, связанных с человеческим фактором и эффективным контролем. По-прежнему бизнес-модели крупнейших перевозчиков больше похожи на финансовые пирамиды, нежели на транспортные проекты.

Лишнее звено

С приходом цифровизации в автотранспорт «организация перевозок», которой занимаются классические логистические компании, трансформируется в «эффективную организацию движения автотранспорта». Стимулируют это тенденцию агрегаторы. Как только уровень их развития перейдет в «цифровую экспедицию» и достигнет минимального полезного стабильного порога, позволяющего использовать современный привлеченный автотранспорт, функции оперативного владения подвижным составом, управления водительским персоналом и транспортировки грузов через аренду с водителем возьмут на себя подразделения автопроизводителей. Такое развитие событий прослеживается в работе над системами автономного вождения, где решается проблема человеческого фактора на уровне водителя. Классическая модель АТП останется видимо только в специальных перевозках.

Работа с крупнейшими перевозчиками интересна, пожалуй, только VIP-менеджерам автопроизводителей и их PR-службам. Первые получают бонусы за продажу и увеличение доли рынка марки, вторые — инструмент для гордости и стратегию продаж мелким и средним перевозчикам «делай как крупный и известный». Для остальных титаны неинтересны, потому что на них сложно заработать. Противоречия подталкивают к изменению рынка.

«Генералы всегда готовятся к прошлой войне». Удивительно, но инвесторы в автотранспорте поступают аналогично. Возможно причина этого кроется в схемах, где главное — движение денежных средств, а не извлечение дохода из этого движения.

Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > forbes.ru, 26 марта 2018 > № 2544792 Тарас Коваль


США > СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 25 марта 2018 > № 2544784 Светлана Рагимова

Ставка на будущее: какие технологии изменят мир к лучшему

Светлана Рагимова

Forbes Contributor

На конференции Think-2018 компания IBM спрогнозировала, какие пять технологий ждут нас в ближайшие пять лет. Как нашу жизнь изменят блокчейн, квантовые компьютеры и микроскопы

В первый день конференции Think 2018 в Лас-Вегасе исследовательское подразделение американского гиганта IBM Research по ежегодной традиции анонсировало прогноз «5 in 5» — пять технологий, которые кардинально изменят мир в ближайшие пять лет. Три тысячи ученых, которые приняли участие в составлении этих предсказаний, но некоторые прогнозы выглядят маловероятными. И это к лучшему.

IBM Research публикует такие прогнозы уже несколько лет подряд. В 2011 году компания заявляла, что неравенство в мире цифровых технологий исчезнет, пароли станут не нужны, а спам будет настолько хорошо учитывать личные предпочтения, что станет самой полезной почтой. Сегодня эти предсказания кажутся чрезмерно оптимистичными. Да, мы используем отпечатки пальцев для подтверждения платежей в Apple Pay, но все еще мучаемся с десятками паролей для разных сервисов.

Да, таргетинг (ориентация на предпочтения пользователя) стал более совершенным, но спам как был проблемой, так и остался. И до цифрового равенства объективно миру пока далеко. Проникновение интернета в среднем по миру 54,4% по данным World Internet Stats на 31 декабря 2017 года. В Африке эта цифра — 35,2%.

И к предсказаниям этого года стоит относиться с долей скептицизма, замешанного на здоровом сдержанном оптимизме. Эти технологии действительно могут что-то изменить, но далеко не все и не так быстро.

Роботы-микроскопы

По ожиданиям компании, к 2025 году больше половины населения планеты будет жить на территориях с ограниченным доступом к чистой воде. Поэтому критически важно для начала хотя бы понять, что происходит с водными ресурсами Земли. С этим есть трудности — ученые используют сенсоры, реагирующие на наличие определенных химических веществ и изменения показателей воды. Но такие устройства не способны выявлять заранее не спрогнозированные ситуации — нетипичные загрязнения или появление в водоеме новых обитателей.

Потенциально решат вопрос миниатюрные 3D-микроскопы, которые разрабатывает в том числе и «голубой гигант». Множество таких устройств, объединенных беспроводной сетью и каждый оснащенные LED-лампочкой и ИИ-микросхемой, будут наблюдать за передвижениями самых маленьких жителей океанов, рек и озер, которые стоят на самой низкой ступени пищевой цепочки — планктоном. Анализ тени существ, определит местоположение микроорганизма в трех измерениях, отследит передвижение, распознает его разновидность и сохранит «цифровой отпечаток».

Хотя планктон не видим человеческому глазу, эти существа мгновенно реагируют на любые изменения среды обитания. Если ученые будут понимать их поведение и реакции, то смогут понимать и то, что происходит с водными пространствами. Сейчас образцы привозят в лаборатории, предварительно добавив в них консерванты. Фактически ученые изучают трупы этих микроорганизмов. «Это равносильно тому, чтобы изучать футбол, наблюдая, как футболисты спят в автобусе после матча», — говорит руководитель этого проекта, главный изобретатель (Master Inventor) IBM Research, Том Зимерман.

Блокчейн против контрафакта

Когда вы сдаете автомобиль в ремонт, нет гарантии, что вам установят оригинальные запчасти. По словам Андреаса Кайнда (Andreas Kind), главы направления «Индустриальная платформа и блокчейн» исследовательской группы IBM Research в Цюрихе, 40% всех автомобильных компонентов, которые есть на рынке — подделка. В здравоохранении эта проблема не менее остра: в некоторых странах 70% лекарств в лучшем случае вам не помогут, в худшем могут привести к летальному исходу. Каждый год оборот контрафактных товаров наносит глобальной экономике ущерб в $600 млрд.

Чтобы помочь миру справиться с этой проблемой, компания разработала новую технологию для криптомаркировки любых предметов с помощью нескольких капель разноцветных чернил или маленьких криптометок размером с гранулу соли. Объединенная с блокчейном, эта технология поможет отслеживать передвижения любых товаров, и на любом этапе транспортировки определять, был ли конкретный объект в действительности выпущен доверенным производителем.

Метод работает также, как, например, голограмма на коробке, которую сложно и дорого напечатать. Или как код лицензии для программного продукта, сгенерированный производителем по определенному математическому принципу. Допустим, злоумышленникам удастся взломать шифр и создать генератор криптокодов, напечатать криптометку и установить на товар. Но чтобы товар выдать за оригинальный, придется хакнуть 50% + 1 компьютер, участвующих в блокчейне. На это потребуется время и огромное количество ресурсов (в том числе финансовых). В общем, мало какой товар оправдывает такие усилия. Хотя, возможно, квантовые компьютеры сделают эту задачу менее сложной.

Квантовые компьютеры

Далеко не новая технология. О ней различные компании говорят последние несколько лет. Чуть больше года назад IBM открыла для публичного использования свой первый такой компьютер, и теперь заявляет, что такие машины вскоре будут доступны студентам вузов и даже обычным школьникам. Они помогут найти решения самых сложных научных проблем, создать самые совершенные нейронные сети из существующих и вообще сильно пригодятся во всех сферах, где требуются серьезные вычислительные ресурсы.

Но, чтобы это стало возможным, требуются специалисты, которые понимают, как такими машинами пользоваться. Талия Гершон (Talia Gershon), руководитель направления AI Challenges and Quantum Experiences в IBM говорит, что обычная линейная логика не подходит для разработки программ для квантовых компьютеров. Поэтому компания развернула бурную деятельность по обучению будущих специалистов для работы с такими машинами. В образовательной инициативе IBM Q experience зарегистрировалось уже 1500 вузов. Это сайт, предоставляющий облачный доступ к прототипу квантового компьютера любому желающему, причем бесплатно.

Еще две технологии, выбранные учеными, в качестве самых актуальных в ближайшее время — в следующем материале.

США > СМИ, ИТ. Образование, наука > forbes.ru, 25 марта 2018 > № 2544784 Светлана Рагимова


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 марта 2018 > № 2544765 Евгений Черешнев

Выстрел в ногу: почему запрет Telegram бесполезен для ФСБ

Евгений Черешнев

Президент и основатель Biolink.Tech

Спецслужбы всего мира тратят на слежку за своими и чужими гражданами примерно в $150 млрд в год. И совершенно напрасно

На заседании 20 марта суд отклонил апелляцию Telegram к ФСБ: спецслужба выиграла, если Telegram в 15-дневный срок не выполнит предписание суда, мессенджер может быть запрещен на территории России. Развязка конфликта имеет колоссальную важность для каждого из нас, страны в целом, и, как ни странно, для самих органов ФСБ.

Универсальные ключи как катастрофа

Не существует золотого ключика, который откроет любой секретный чатик Telegram. Когда абоненты общаются, их послания шифруются временными ключами, которые, во-первых, уникальны только для конкретных абонентов (то есть, ключом Васи и Маши нельзя расшифровать и прочитать чат Джорджа и Усамы). Во-вторых, ключи «протухают» очень быстро (каждые 100 сообщений, но не реже раза в неделю). В-третьих, известны только участникам переписки — у разработчиков Telegram их нет, потому что ключи генерируются непосредственно абонентами.

И есть причина, почему эта технология сделана настолько параноидально. Дело в том, что последние 30 лет интернет-сервисы и приложения взламывались огромное количество раз, в том числе, хакерам неоднократно удавалось находить правительственные бэкдоры и использовать их в своих целях — для воровства денег и информации, взломов, шантажа и так далее. («Бэкдоры» — это так называемые «черные ходы» или, попросту, дыры в защите ПО, сделанные разработчиками специально для спецслужб и военных, чтобы дать им неограниченный доступ к информации). На эти грабли Интернет наступил не поддающееся подсчету количество раз — ломали всех и каждого, даже крупные компании уровня Sony и Equifax (банковский сервис).

В результате, IT-сообщество осознало и приняло простую истину — все тайное рано или поздно становится явным. Уязвимость, известная хорошим парням, однозначно будет обнаружена плохими — хакерами или спецслужбами потенциального противника.

После катастрофических инцидентов вроде heartbleed (когда внезапно выяснилось, что зашифрованный трафик протокола https, используемый на миллионах сайтов, можно было читать), многие сервисы и крупные компании раз и навсегда отказались от практики «закладок» в своих продуктах.

АНБ тоже требовала от Apple ключи для дешифровки всех айфонов. Процесс шел долго и публично, а СМИ активно освещали его. В итоге Apple удалось убедить АНБ и Сенат США в том, что, если такие мастер-ключи будут созданы Apple для АНБ, они неизбежно (сюрприз — хакеры умеют находить дыры!) попадут в плохие руки и вред от этого перекрывает все потенциальные плюсы. Гендиректор Apple Тим Кук лично давал публичные показания на эту тему.

Отказ России учиться на чужих ошибках выглядит крайне тревожно. Если Дуров вдруг согласится сделать для ФСБ бэкдор в своем продукте (а его просят именно об этом, но никаких мастер-ключей попросту не существует), это будет означать, что уязвимостью в защите продукта дырке неизбежно и довольно быстро начнут пользоваться профессиональные международные хакеры, спецслужбы других стран, в том числе тех, которых ФСБ считает потенциальным противником. А пользователи просто начнут уходить на другие платформы.

Об опасности создания бэкдоров ввиду их неизбежной компрометации неоднократно предупреждали и Эдвард Сноуден, и Брюс Шнаер (один из ведущих мировых экспертов по безопасноти), и многие другие ведущие эксперты по кибер-безопасности. Об этом говорит и опыт автора.

Инструмент террористов?

В математике есть чудесный метод доказательства — «от противного». Он крайне эффективен и прост. Давайте на секунду представим, что вы террорист и мысли ваши нечисты. Далее представьте, что Telegram — запрещен и вы не можете им пользоваться. Вы перестанете общаться со своими сообщниками? Нет. У вас сохранится возможность общаться с ними через другие средства? Да. То есть, инициатива запрета не решает обозначенную проблему. Что и следовало доказать.

Профессиональные террористы, с которыми сейчас борется весь мир, в том числе Россия, всегда имеют источники финансирования — и именно борьба с ними может нанести им максимальный вред. И пока у них есть деньги, они смогут нанять на рынке хакера, который лишен морали и работает исключительно за деньги. Он обеспечит покупку за наличные или на украденные кредитные карты одноразовых телефонов и сим-карт, а затем за считанные минуты соберет одноразовый зашифрованный месенджер уровня Telegram из доступных в публичном доступе кодов.

Пример: любой желающий может зайти на сайт — здесь лежат исходные коды (то есть готовый к сборке конструктор) мессенджера Signal на языке программирования С++. Это мессенджер уровня Facebook Messenger, Whatsapp, Telegram, а в чем-то и превосходит их. И таких исходных кодов, готовых к применению — в Сети много. Публичная проверка кодов и алгоритмов шифрования на прочность интернет-сообществом — общемировая практика. Она делает продукты надежными, но она же сводит на нет все запрещающие инициативы: тот, кому запретили инструмент А, всегда сможет выбрать одну из многочисленных альтернатив B.

Против демократии

В чем суть оперативно-розыскной деятельности, следствия и честного суда в любом демократическом государстве? Когда человек дает повод(!) подозревать его в противоправной деятельности (есть свидетели преступления или физические доказательства), запускается очень четкий и проверенный веками механизм. Следственные органы заводят дело и начинают собирать факты. Это отличает тоталитарную страну от свободной: оперативник не следит за всеми гражданами, чтобы поймать только Васю. То, что происходит сегодня в России, переворачивает все с ног на голову: для того, чтобы поймать 12 000 убийц в год, государство следит за 150 млн человек.

Если этические вопросы от вас далеки, давайте перейдем к цифрам. Самые передовые технологии сбора данных о людях и их классификации разрабатываются лидерами индустрии контекстной рекламы — в первую очередь, это, безусловно, Google и Facebook.

Проблема в том, что сейчас многие спецслужбы практикуют аналогичный технологический подход — собирают о людях максимум информации и учат искусственный интеллект (то есть, создают алгоритмы машинного обучения) в этом огромном океане фактов искать нужные закономерности и, в том числе, автоматически выявлять потенциальных преступников и места преступлений.

В чем тут главная проблема? Вы не поверите, но снова в математике: спецслужбы и правоохранительные органы мира (не только России) захлебываются в сигналах об опасностях. Искусственный интеллект не ест и не спит, в отпуск не ходит — подозрения появляются постоянно, огромными пачками. Органы поручают отработку версий обычным живым людям, оперативным сотрудникам, которых очень мало, чье обучение стоит очень дорого и длится годами. В итоге эти сотрудники огромную часть своего времени тратят на отработку ложных следов, потому что, условно, из миллиона красных флажков, 400 000 — ерунда уровня сообщений «давай завтра взорвем танцпол!», а еще 300 000 — мягко говоря, второстепенны по сравнению с действительно важными делами стратегического масштаба. А настоящие угрозы отлеживаются старыми методами — в основном, агентурной работой.

Главный побочный эффект — колоссальное количество денег сжигается в промышленных масштабах. По информации Сноудена, совокупный бюджет АНБ — белый и неофициальный, составляет около $75 млрд в год. От него же мы знаем, что эта сумма больше той, что тратят на слежку все остальные страны вместе взятые. Поэтому мировой бюджет на слежку за своими и чужими гражданами можно оценить примерно в $150 млрд в год. Для сравнения, величайшее технологическое достижение Лунная программа стоила США 100 млрд, отправка марсохода Curiosity — 1 млрд.

Международные отношения

Благодаря интернету, мы живем в глобальном мире и по-настоящему международном сообществе. Не бывает приложений и сервисов с на 100% однородным населением. Когда спецслужба конкретной страны просит сервис предоставить ключи полной дешифровки переписки, технически, она просит предоставить ей возможность перлюстрации корреспонденции иностранных граждан. И это уже не что иное, как разведка. Сообщения могут включать личную информацию и персональные данные. Вспомните, как сказалась на американо-германских отношениях слежка АНБ за телефоном Ангелы Меркель: в 2017 году она заявила, что Германия не может как прежде рассчитывать на союзников и не пожала руку Трампу на следующей встрече.

В Великобритании, Германии и Франции многократно обсуждались инициативы по запрету оконечного шифрования. Особенно сильно страсти бурлили в Великобритании, где Джеймс Камерон пытался на уровне первого лица провести соответствующий закон. Но, как и в США, эксперты смогли убедить власти, что идея с мастер-ключами навредит в итоге им самим. В этом году, оконечное шифрование и вовсе попадает под защиту GDPR (General Data Protection Act), — закона, вступающего в силу 25 мая. Пользователь в рамках GDPR получит право защищать свою информацию любыми доступными средствами, в том числе шифровать.

Россия, судя по кейсу с Telegram против ФСБ, скорее двигается по пути Китая, нежели Европы и США. Правильный это подход или нет — покажет время. Но тут хочется вспомнить фразу персонажа Костика из «Покровских ворот»: «Поверьте историку, — осчастливить против желания — нельзя».

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 24 марта 2018 > № 2544765 Евгений Черешнев


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > mvd.ru, 23 марта 2018 > № 2554124 Светлана Дружинина

Светлана ДРУЖИНИНА: «Нужно иметь талант жить».

В гостях у журнала "Полиция России" актриса и кинорежиссёр Светлана ДРУЖИНИНА.

– 1 января 1988 года на первом канале Центрального телевидения состоялась премьера четырёхсерийного телевизионного фильма «Гардемарины, вперёд!». За ним последовали «Виват, гардемарины!» (1991 год) и «Гардемарины–3» (1992 год). Светлана Сергеевна, вы работаете над продолжением этой саги. Какими предстанут перед зрителями полюбившиеся герои?

– Уже во время работы над третьими «Гардемаринами» мы подумывали о том, как всё-таки «спустить» наших героев на палубу, – чтобы они занялись своим прямым морским делом. И в новом фильме это наконец должно произойти. Старые персонажи, конечно, останутся, но на главных ролях будут их повзрослевшие дети. Если вы помните, то в «Виват, гардемарины!» есть эпизод, когда Софьюшка с младенцем на руках провожает Корсака в Пруссию. У Анастасии и Саши Белова рождается дочь Александра. Но девочка останется сиротой, потому что потеряет отца и мать. Александра и Шурка и будут молодыми героями, а исторической канвой их приключений станет вторая Крымская война, где гардемарины впервые были объединены с сухопутными войсками в битве при Кинбурне. Именно оттуда и ведёт начало наша морская пехота.

– Повесть Нины Соротокиной, которая легла в основу сценария фильма, называется «Трое из навигацкой школы». Почему вы изменили название?

– К этому «приложил руку» Вениамин Каверин. В начале 70-х я снимала фильм «Исполнение желаний» по одноименному роману писателя. Работа над сценарием проходила бурно и, когда «примиряющее» решение находилось, Каверин подводил итог любимой фразой из своего романа «Два капитана» – «Гардемарины, вперёд!». Название фильма – дань его памяти.

– Известно, что работа над продолжением саги остановлена...

– В 2015 году Фонд кино поддержал наш кинопроект, выделив средства на предподготовительный период, – обязательный этап в работе над сложнопостановочными картинами. И мы употребили их в дело, потратив на выбор натуры, подписали договоры о намерениях с актёрами Кристиной Орбакайте, Михаилом Боярским, Александром Домогаровым, Анной Семенович, Димой Биланом. Провели переговоры с Царским Селом и Петергофом о съёмках. Сшили более 30 дорогих комплектов костюмов. Провели переговоры с руководством Севастополя. Были уверены, что зрители увидят фильм в 2017 году. И настоящим ударом стало известие о том, что денег на сам фильм нам не видать. А как красиво было задумано! Премьеру планировали на октябрь 2017 года – в честь 230-летия победы Суворова над турками при Кинбурне и Манифеста Екатерины Великой о присоединении Крыма к России. Первый показ – в день престольного праздника Покрова Богородицы в Севастополе…

– Учитывая фантастическую популярность предыдущих «Гардемаринов», причина отказа выглядит надуманной – сомнения некоторых чиновников в кассовом успехе новой ленты.

– У нас, к сожалению, нет точных методик вычисления зрительского успеха. Фильм «28 панфиловцев» тоже ведь считался некассовым. Его также не финансировал фонд, и авторы обращались за поддержкой к народу. В результате картина собрала в СНГ 385 миллионов рублей и стала лучшим фильмом года в России по результатам опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения.

– У критиков и историков, однако, к этому фильму было немало претензий. Возможна ли гармония между историей и художественным произведением?

– Создание иллюстрации к учебнику истории не является задачей художника. А если некоторые «вольные» интерпретации исторических сюжетов в фильмах принимаются зрителями за реальные факты – значит, режиссёр достиг своей цели, создав цельное, убедительное произведение. Собственно, конкретные нюансы зрителям всё равно не известны, для них главное – увлекательный сюжет, современная подача, понятные персонажи. И, что чрезвычайно важно для исторического фильма, грамотно подобранный реквизит, который создаёт атмосферу фильма. Историческое кино – очень дорогое удовольствие: надо восстанавливать эпоху во всей её атрибутике, уметь «обжить» пространство и костюмы, найти актёров, которые и внешне, и внутренне схожи со своими героями.

– Организация съёмочного процесса требует от режиссёра безусловных лидерских качеств…

– Я – ребёнок военного времени, и мне приходилось выживать самостоятельно, без отца. Да и мама была много занята, жизнь заставляла не зависеть от обстоятельств. Поэтому, наверное, режиссура мне гораздо интереснее, чем актёрство. И точно знаю – это моё. Конечно, необходим крепкий характер. Но этого мало. Режиссёр – не просто профессия, а образ и способ жизни. Я не могу себе позволить на съёмочной площадке быть в «разобранном» состоянии, в плохом настроении. И, как Суворов, не требую для себя особых условий: обхожусь без «люксов», ем то же, что и все.

– Какие из последних фильмов произвели на вас впечатление?

– Смотрела «Викинга» – картина сделана талантливо. Видела «Матильду» – всё сделано на достойном профессиональном уровне, тонко, деликатно. И, что для меня особо значимо, с удивительным уважением к адскому труду балерины, за которым стоит и пот, и кровь. Я это хорошо знаю, ведь я по первой профессии балерина – заканчивала хореографическое училище при ГАБТе вместе с Марисом Лиепой.

– Исторические неточности в художественных фильмах – неизбежность?

– Конечно. Это же не документальное кино и не хроника. Я следую совету русского историка и философа Владимира Сергеевича Соловьёва, который говорил, что историю нужно внимательно изучать по документам. Потому что власть имущие во все времена имели обыкновение «подчищать» некоторые моменты, чтобы выглядеть в глазах потомков лучше. Но именно это «подчищенное место» и интересно художникам.

Все мои фильмы сделаны с уважительным отношением к историческим фактам. И наш последний сценарий основан на исторических документах. Мы не искажаем факты и не создаём альтернативную реальность. Но, надеюсь, понятно, что, рассуждая о соответствии художественных фильмов историческим фактам, можно лишь говорить об условной достоверности. Которая, кстати, иногда проявляется самым неожиданным образом. Мы снимали сцену с участием Бестужева (Евгений Евстигнеев) и Елизаветы Петровны (Наталья Гундарева). Они величаво шествовали по анфиладе, я их поторап­ливала. И не сразу поняла, что в костюмах весом с десяток килограммов и тяжёлых париках артистам идти современным шагом просто невозможно! А размеренному темпу под стать и неторопливая речь. Вот и шли Гундарева и Евстигнеев в ритме ХVIII века. В каких книгах об этом написано?!

Для великого Евстигнеева съёмки в нашем фильме в костюме канцлера Бестужева оказались последними. Это было за два дня до смерти актёра: съёмочный день случился накануне его отъезда в Лондон на операцию. Тогда никто и предположить не мог, что мы больше не увидим Евстигнеева...

Помню, в тот день он озвучивал две последние фразы Бестужева. Это была сцена, которую он играл вместе с Наташей Гундаревой. Оба были в прекрасном расположении духа, довольные, смешливые. Евгений Александрович произносил, обращаясь к Наташе: «Не пора ли, матушка?» Говорил это своим бархатистым голосом, от которого у меня всегда по спине пробегали мурашки. Она что-то отвечала ему, и Бестужев прятался за ширмой, где должен был подслушать разговор молодой принцессы, которую играла Кристина Орбакайте. Потом Евстигнеев выходил из-за ширмы и вопрошал: «А не раздавить ли нам эту гадину?..» Всё. Две фразы, ставшие последними в его актёрской судьбе.

– С Евгением Александровичем легко было работать?

– Совершенно. Хотя мы работали в разных весовых категориях. Евстигнеев бы мужчиной во всех смыслах. Это всегда меня обескураживало. Я пыталась быть таким, знаете ли, режиссёром в мужских штанах, а Евгений Александрович каждый раз не забывал мне напомнить, что я всё-таки дама. Только появится на площадке – и тут же: «Как ты прекрасно выглядишь!» или «Как ты хорошо придумала эту сцену, блестяще!» Тут же вся моя наносная строгость улетучивалась. При этом никогда не могла угадать, шутит Евгений Александрович или действительно свято верит в то, что говорит. Честно говоря, за всю свою киношную жизнь не встречала другого актёра, который бы так умело перевоплощался, как Евстигнеев. Он даже не перевоплощался, а проживал свои роли наяву.

– У вас снимались и другие великие актёры: Смоктуновский, Гурченко, Абдулов… Трудно работать со звёздами?

– С ними работать проще, чем с молодёжью. Они знают себе цену и уважают свою профессию. Сначала мне было страшно: такие люди! Со Смоктуновским, например, было работать невероятно легко. Я же была с ним знакома ещё с «Берегись автомобиля». Он у меня снялся в крошечном эпизодике в «Гардемаринах», а потом даже закадрово мне помогал, продублировал всего Фридриха. А Гурченко! Одна из самых потрясающих, трогательных актрис на съёмочной площадке. За Дрезденом, где мы снимали несколько эпизодов, стоит великолепный каменный замок ХVII века. Работали зимой, а он не отапливается. Нужно было встать в шесть утра, чтобы по автобану успеть доехать туда к девяти часам, затем там загримироваться и в этом мёрзлом жутком каменном мешке снимать. Однажды ко мне вышла гримёрша и сказала: «Я не могу Людмилу гримировать, она рыдает». Я захожу и вижу Люсю, перед зеркалом, трясущуюся от холода в лёгкой шубке. Нашли выход: поставили ей под ноги плошку с горячей водой – все тогда брали с собой кипятильники. Начали снимать, а Мукасей кричит: «Снимать не можем, из-под Люси идёт дым!».

– Даже если из ваших фильмов убрать исторический антураж, всё равно остаётся главное – подлинность чувств героев, понятных нашим современникам. Люди не меняются?

– Надеяться, творить, поддерживать друг друга, любить и быть любимыми… Это – лучшее в людях, и, надеюсь, это не изменится никогда.

– В последнее время по удачным кинематографическим проектам (видимо, надеясь повторить их успех) снимают ремейки. Славу «Гардемаринов» можно использовать в этом плане?

– Ремейк «Гардемаринов» не позволю сделать никому и никогда. «Гардемарины» – это моя сущность, мой эмоциональный накал.

Ищите и снимайте своё. Для настоящего художника главное – найти что-то новое, оригинальное, небывалое до него. Собственно, и успех-то повторить нельзя. Он – порыв, вершина, пик. Помните: «Лучше гор могут быть только горы, на которых ещё не бывал»?

– Вашей первой режиссёрской работой был фильм по роману Каверина – материал отнюдь не исторический. Современность вас не интересует?

– Нет, это не моё. Предлагали сценарий «Москва слезам не верит» – я отказалась. Зачем браться за то, к чему душа не лежит? Мне нравится снимать время. Это заставляет размышлять, прогнозировать события, проводить параллели.

– Почти все свои фильмы вы сняли с оператором-постановщиком Анатолием Мукасеем, с которым вас связывает не только общее дело, но и 60 лет счастливой семейной жизни. Как решаете проблему неизбежных в творческом союзе разногласий?

– Иногда дико скандалим, но без обид и личных выпадов.

– Работа, даже любимая, – ещё не вся жизнь. Что может хоть ненадолго отвлечь вас от неё?

– А мне не надо отвлекаться. Я люблю живопись – она присутствует и в режиссуре. Люблю путешествия – здесь и этого достаточно. Очень люблю музыку. А разве кино без музыки вообще возможно?! Люблю общение с интересными талантливыми людьми – этого у меня в достатке. Люблю читать. В моей работе – всё, что я хочу, люблю, знаю и хочу узнать.

– Вы – счастливый человек?

– Для меня счастье – это состояние души. Внутренний подъём, вдохновение. Оно не где-то в прошлом или будущем. Счастье, по мне, – это здесь и сейчас! Это – талант жить!

– Что бы вы пожелали читателям «Полиции России»?

– То, чего желаю всем и всегда, – здоровья, любви и удачи!

Беседу вела Нина СКУРАТОВА

Визитная карточка

Родилась 16 декабря 1935 года в Москве.

В 1946 году поступила в цирковое училище. Год успешно занималась в группе цирковых акробатов. Затем перешла в хореографическое училище при Московском академическом музыкальном театре имени К. С. Станиславского и Вл. И. Немировича-Данченко.

В 1955 году окончила хореографическое училище Государственного академического Большого театра, где её однокурсниками были будущие звёзды балета Марис Лиепа и Наталья Касаткина. Но из-за тяжёлой травмы балет пришлось оставить.

В 1955 году дебютировала в кинематографе как актриса в роли красавицы-продавщицы Сони Божко в фильме «За витриной универмага». С 1955 по 1965 год – актриса Центральной студии киноактёра и киностудии имени М. Горького.

В 1960 году окончила актёрский факультет ВГИКа. В 1969 году окончила режиссёрский факультет ВГИКа. В этом же году начала работать режиссёром на киностудии «Мосфильм». Была ведущей самых первых передач КВН на Центральном телевидении (совместно с Михаилом Державиным).

Лучшие актёрские работы – в фильмах «За витриной универмага» (1955), «Дело было в Пенькове» (1957), «Девчата» (1961), «На семи ветрах» (1962).

В списке режиссёрских работ – фильмы «Исполнение желаний» (1976), «Сватовство гусара» (1979), «Гардемарины, вперёд!» (1991), «Виват, гардемарины!» (1992), «Гардемарины–3» (2000), «Тайны дворцовых переворотов» (2000–2012).

Заслуженный деятель искусств РСФСР (1989); народная артистка Российской Федерации (2001).

Награждена орденами Почёта (2006) и Дружбы (2012).

Муж – Анатолий Мукасей, советский и российский кинооператор, народный артист Российской Федерации (2009), сын советских разведчиков-нелегалов Михаила и Елизаветы Мукасей.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > mvd.ru, 23 марта 2018 > № 2554124 Светлана Дружинина


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > mvd.ru, 22 марта 2018 > № 2554126 Сергей Галанин

Жить с Богом в душе.

Наш собеседник - рок-музыкант, поэт, композитор, основатель групп «Бригада С» и «СерьГа» Сергей ГАЛАНИН.

- Сергей, как получилось, что, изначально выбрав техническую профессию, поработав в Мосметрострое, вы вдруг свернули на творческий путь?

- Сначала с друзьями, как и многие в те годы, занимались музыкой ради удовольствия. В то чудесное время считалось, что главное в жизни - получить высшее образование. Вот и я планировал поступать в Московский автомобильно-дорожный или авиационный институты, поскольку эти вузы были ближайшими к району Тушино, где я жил. Да и практически все мои однокашники поступали туда. Но однажды мне позвонила мама и сообщила, что в Московском институте инженеров транспорта есть хороший Дом культуры, где можно позаниматься музыкой, фанатом которой я был с детства. Так я стал студентом МИИТа. Правда, за время учёбы в распрекрасном ДК так ни разу и не побывал. Еще? на первом курсе познакомился с будущим руководителем группы «Браво» Евгением Хавтаном, у которого была хорошая репетиционная база. Там мы и стали музицировать.

- Вы окончили московский институт и липецкое культпросветучилище. Как так получилось?

- В училище я поступил позже. После окончания МИИТа работал в Мосметрострое. Пришёл как-то к начальству и сказал, что хотел бы параллельно учиться в Липецком областном культпросветучилище, потому что имею тягу к музыкальному творчеству.

Руководство пошло мне навстречу и согласилось предоставлять оплачиваемые отпуска для заочного обучения даже в непрофильном учебном заведении. Вот насколько в то время ценилось культурное образование! Так я окончил училище по классу оркестрового дирижирования с красным дипломом.

Во время учёбы мы задумали с Гариком Сукаче?вым, который учился там же, но на театральном отделении, создать свою группу. В итоге появилась «Бригада С».

- Позже ваши пути с Сукачёвым разошлись, а в 2015-м «Бригада С» вновь воссоединилась в канун юбилея коллектива. Теперь это навсегда?

- До 1994 года мы записали несколько песен, ставших очень популярными в нашей стране. Затем Гарик позвал меня в свою новую группу «Неприкасаемые». К тому времени у меня уже была сольная пластинка, куда вошла композиция «А что нам надо». Она имела большой успех, поэтому Гарика я поблагодарил за всё и решил заниматься своим делом.

В последующем мы регулярно встречались, общались, делали совместные выступления. Ведь помимо концертной деятельности, нас объединяет крепкая, в том числе и семейная, дружба. Но основное время я, конечно, уделял своему детищу - группе «СерьГа».

В 2015 году Гарик предложил сделать юбилейный, памятный концерт, где выступят все участники «Бригады С» и «Неприкасаемых». Мы сыграли большинство наших известных хитов, успели исполнить и новые. Та концертная программа нравилась слушателям. С ней мы объехали всю Россию, страны СНГ, Прибалтику.

В ближайшем будущем планируем снова выступать вместе, поскольку это имеет успех у любителей нашей музыки.

- Вы рок-музыкант, поэт, ведущий фестивалей, актёр. В каком из этих направлений чувствуете себя наиболее комфортно?

- Начнём с того, что я не профессиональный актёр и поэт. Просто пишу тексты для своих песен. В последнее время что-то стало получаться.

Раньше в наших песнях было много «веселухи», свойственной тому времени. Теперь я другой, повзрослел, что ли, иначе стал смотреть на жизнь. Сегодня уже многие песни на концертах не играю. Тем более у группы «СерьГа» в репертуаре их больше ста.

Что касается актёрской работы, я могу в качестве эксперимента сыграть какую-то роль под чутким руководством режиссёра. Но не более того. Я люблю играть концерты, это моё. Настоящие живые рок-концерты. Причём количество зрителей не имеет значения, я рад всем, кто приходит.

- Ваше творчество ближе достаточно взрослой аудитории. Кто сегодня ваша основная публика?

- На концертах я каждый раз удивляюсь, что в первых рядах стоят совсем молодые парни и девушки от 16 лет и старше. И они подпевают, то есть знают наши песни и получают от них удовольствие. Значит, нас слушает уже не одно поколение.

У рок-музыки есть такое свойство: она снова и снова притягивает к себе новых слушателей и зрителей. Я часто наблюдаю, что нашу песню «А что нам надо» поют как люди старше меня, так и очень молодые ребята.

Некоторые приходят на концерты с детьми. И те тоже поют. Это очень приятно. А композиция, как говорят, стала нашей визитной карточкой.

- Известно, что вы заядлый футбольный болельщик, даже записали гимн московского «Торпедо». Как готовитесь к чемпионату мира? Будете болеть на стадионе или смотреть матчи по телевизору?

- На игры планирую слетать в Казань, где у меня много друзей. С удовольствием схожу на матчи в Москве.

Я люблю футбол. Для меня матч сродни рок-концерту, всё происходит здесь и сейчас и уже в этом качестве не повторится. Но настоящий эксперт по футболу в нашей семье мой младший сын Тимофей. У меня такое ощущение, что он знает об этом виде спорта все?, хотя сам играет только во дворе или в школе.

У Тимофея было желание записаться в футбольную секцию, но я отговорил: поздновато - ему было уже 15 лет. Сейчас он с удовольствием анализирует матчи, следит за игроками, их карьерой. Болеет за «Барселону», «Манчестер Сити» и наш ЦСКА. Иногда ему очень хорошо удаётся прогнозировать матчи.

- Сыновья пошли по вашим стопам или же у них в жизни иные интересы?

- Старший, Павел, стал художником. У него особый взгляд на мир, и это проявляется не только в картинах. Он занимается дизайном автомобилей и многими другими делами, связанными с рисованием.

Недавно Павел совершил один из главных поступков в жизни - подарил нам внучку Авдотью. Ей уже три месяца. Так что я теперь «рок-дед», и это очень приятно.

Младший, Тимофей, пока учится. Он участвовал в съёмках нашего клипа на песню «Детское сердце». В нём также снялись Иван Охлобыстин, Михаил Ефремов и Гарик Сукаче?в. С большим трудом удалось собрать всех троих. Кстати, их дети тоже снимались вместе с нами. Считаю, очень хороший клип получился.

- Творческие люди нечасто отличаются постоянством в семейной жизни, а ваш брак, напротив, длится с 1982 года. Как удае?тся столько лет быть вместе?

- Не соглашусь насчёт непостоянства творческих людей. У каждого своя история. А рок-музыканты-однолюбы встречаются на каждом шагу. Могу назвать Женю Маргулиса («Машина времени», «Воскресение»), Гарика Сукаче?ва, Володю Шахрина и Володю Бегунова («Чайф»), Сашу Скляра («Ва-Банк»), Ивана Охлобыстина, которые уже много лет вместе со своими боевыми подругами. А ведь когда-то те выходили замуж за простых парней и уже потом сделали нас «генералами»!

Совет, который могу дать: друг к другу нужно относиться с уважением, уметь прощать, признавать свои ошибки, находить в себе любимом силы извиниться. И еще? - хорошо бы жить с Богом в душе. Это помогает и спасает. Я не о том, что всем срочно в церковь. Сам хожу время от времени. Понимаю - у каждого своя дорога к Богу. Но всегда, когда возвращаюсь из храма, у меня на душе спокойно.

- Какие отношения складываются у вас с органами правопорядка? В сложные ситуации не доводилось попадать?

- Истории, конечно, случались, но, скорее, приятные. Памятный случай произошёл, когда моя жена рожала младшего. Была глубокая ночь, я приехал домой уставший после концерта. А тут начались схватки. Нужно срочно ехать в роддом, а мой автомобиль стоял в километре от дома.

Выбежал на улицу, и в этот момент мимо проезжала патрульная машина. Ребята из экипажа узнали меня, спросили, в чём дело, и предложили довезти до роддома. Но я попросил их добросить меня до стоянки, решил поехать сам, чтобы автомобиль был рядом на всякий случай.

В другой раз ваши коллеги опять пришли на помощь. Однажды я умудрился проколоть колесо. Остановился на обочине, стал его менять. Поставил хлипенький домкрат от «Таврии». Снял колесо. И тут машина падает и зажимает мне кисть руки. Боль была ужасная.

На мое? счастье, мимо проезжал автомобиль, а в нём муж и жена. Как потом выяснилось, оба работали в органах внутренних дел. Увидев и быстро оценив ситуацию, остановились, приподняли мою «ласточку» и спасли руку. Затем женщина обработала мне рану. Мы с супругой часто вспоминаем тот случай, я этой паре по сей день очень благодарен.

Беседу ве?л Олег МОРОЗОВ

Визитная карточка

Сергей ГАЛАНИН родился 16 ноября 1961 года в Москве.

Окончил факультет «Мосты и тоннели» Московского института инженеров железнодорожного транспорта и Липецкое областное культпросветучилище по курсу оркестрового дирижирования.

В составе группы «СерьГа» выпустил 11 альбомов. Снимался в фильмах «Шаг», «Кто я?», «Красная шапочка» и др. Неоднократно участвовал в благотворительных концертах.

Женат, двое сыновей.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > mvd.ru, 22 марта 2018 > № 2554126 Сергей Галанин


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 марта 2018 > № 2544733 Артем Васильев

Приятного просмотра: зачем брендам инвестировать в создание фильмов

Артем Васильев

Основатель студии Metrafilms, продюсер

Продвинутые компании все чаще отказываются от классической рекламы в пользу короткометражных фильмов, анимации, документального кино. Стоит ли так рисковать маркетинговым бюджетом?

Фильмы, анимация, документальное кино — такие форматы продолжают стремительно проникать на территорию, где обычно работает классическая реклама. Мировые бренды создают кинотеатры pop-up и крупные офлайн-события, сотрудничают с Netflix, Amazon, делают кинопремьеры на рейсах Virgin Airlines, открывают продакшен-студии и сами становятся медиа.

Несмотря на значительную долю риска в сравнении с классикой, компании, как, например, Qualcomm, Intel, Santander Bank, Olympus, Miu Miu, уже давно инвестируют свои маркетинговые бюджеты именно в создание фильмов. В России же данный рекламный подход носит все еще экспериментальный характер. Причин для этого достаточно. Поэтому постараемся разобраться, что представляет собой формат, для кого и каких целей подойдет, по каким законам он работает и возможно ли измерить его эффективность?

Что такое брендированное видео?

Пойдем от общего к частному. Брендированный контент — это имиджевый прием, создающий эмоциональную связь с брендом: не в ключе «увидел — купи», а в мотивирующей парадигме «почувствуй — сделай». Он выстраивает вокруг компании долгосрочную историю, которая отражает ценности и философию бренда, формирует нечто большее, чем сам бренд. Результатом его работы скорее являются не метрики и повышение продаж, а формирование у пользователей ассоциативного восприятия ценностей бренда.

Таким способом бизнес в потоке информационного шума стремится эмоционально привлечь аудиторию, и формат брендированного контента служит этой цели. Видов такого контента бесчисленное множество. Это может быть видео, блоги и журналы компаний, проекты в социальных сетях, игры и многое другое. Фильм — одна из оригинальных и коммерчески реализуемых форм, которая включает в себя еще около десятка жанров. Сюда относятся и документальные фильмы, и киноальманахи, и сериалы, и многое другое.

Бренд может появляться в кадре или присутствовать только в титрах, в любом случае это будет очень грамотная интеграция, гармонично вписанная в видеорассказ.

Кому подойдут брендированные фильмы?

Имиджевые фильмы помогут выстроить более глубокие отношения с потребителями и скорее подойдут для B2C или B2B компаний с длинными циклами продаж, которые нацелены на удержание клиентов или, наоборот, на привлечение кардинально новой для бренда аудитории. Размер компании здесь не имеет значение. В целом, брендированные проекты — это дело смелых людей и брендов, готовых пробовать новые форматы. Однако это далеко не авантюра, а взвешенный выбор тех, кто любит работать с атмосферой, эмоциями, сторителлингом, ориентирован на вирусный эффект кампаний.

Правила работы с брендированным видео

Традиционная реклама и имиджевое кино решают разные задачи, и они не могут и не должны замещать друг друга. В целом, брендированный контент стал одним из видов поиска новой рекламной формы, которая для потребителя позволила сместить акцент от навязчивости к свободному выбору.

Есть ключевое различие в принципах действия традиционной рекламы и брендированного формата. Работая по классике, бренду требуется встраиваться в уже существующую среду и взаимодействовать с ранее созданной историей. Яркий пример — product placement. В случае имиджевых фильмов это территория, где бренды сами создают историю и через персонажей и события рассказывают о продуктах, услугах и ценностях компании.

Сегментация аудитории и любимый медиамикс всегда придут на помощь. Существует множество рекламных средств и каналов, чтобы добраться до разных групп потребителей, и имиджевый фильм — это только одна из возможностей, но ни в коем случае не «таблетка от всех болезней».

Брендированный контент — это инвестиции для брендов, а для аудитории это инвестиции в свое время, внимание и эмоции. Компании прекрасно понимают, что не все ценности бренда нужно масштабировать, и поэтому смогут получить конкурентное преимущество от создания уникального контента для узких аудиторий.

Для попадания в цель нужны грамотная дистрибуция и поддержка другими средствами маркетинговых коммуникаций. Брендированные фильмы самостоятельно не станут заметными, это в 99% случаев часть большой маркетинговой кампании бренда.

Чему нас учит история?

В 2001 году BMW начал выпускать серию художественных короткометражных фильмов The Hire. Эта история стала первым шагом к изменению рекламной парадигмы в ее классическом формате. BMW создал имиджевый видеоконтент и вложился в его дистрибуцию самостоятельно. Учитывая, что YouTube в то время еще даже не существовал, в интернете фильмы посмотрели свыше 11 млн раз всего за четыре месяца. В первый год запуска проекта продажи автомобилей BMW выросли на 12%. Созданный поначалу в рекламных целях проект вырос в популярную франшизу с 15-летним стажем и вышел за пределы бренда.

Показателен и пример Red Bull — компания стала одним из первых брендов, который создал полноценный мультиплатформенный издательский дом. Идеология проста: бренд создает контент, формирующий комфортную среду, в которой услуги и товары корпорации становятся трендовыми и продаваемыми. По данным исследовательской компании IRI, продажи Red Bull в США увеличились на 7%, до $1,6 млрд, за шесть месяцев после трансляции прыжка из стратосферы Феликса Баумгартнера. Это была самая масштабная онлайн-трансляция, собравшая 52 млн просмотров, увидеть которую можно было на 280 специально построенных площадках.

Как измерить эффективность брендированного кино?

Единого подхода к измерению эффективности имиджевой рекламы не существует. Я поделюсь значимыми российскими и международными кейсами, результаты их медиакампаний доступны в открытых источниках. Хотя мы видим впечатляющие цифры и показатели эффективности кампаний, публикуемые брендами, при этом не забывайте, что каждый кейс уникален и имеет множество факторов, по-своему влияющих на результат. Это и локальный контекст, и разные периоды цикла жизни бренда, конъюнктура рынка, отношения с конкурентами и аудиторией.

Desire — хороший пример имиджевого фильма, снятого в поддержку автопремьеры F-TYPE, спорткара бренда Jaguar. Кампания включала работу с диджитал, ТВ и печатными форматами, онлайн- и офлайн-каналами, influence-маркетинг и другие инструменты. Задача — увеличение продаж Jaguar, изменение восприятия и полное оживление находящегося в стагнации бренда. Сочетание различных маркетинговых инструментов привело к повышению продаж более чем на 50% в Японии и на 15% на рынках Великобритании, США и Германии.

Marriott также смогла сыграть на брендированном формате, выпустив фильм French Kiss. Компания организовала дополнительную рекламную акцию: на специально созданном промосайте Marriott предлагала зрителям забронировать апартаменты в Париже по специальной цене. По данным компании, сеть отелей заработала $500 000 за 60 дней после премьеры фильма.

Интересен эксперимент корпорации NetScout — фильм режиссера Вернера Херцога «О, интернет! Грезы цифрового мира». Его общие сборы по всему миру составили почти $600 000. Документальное кино вышло за пределы бренда, зажило самостоятельной жизнью и стало своеобразным манифестом компании.

Примером успешного российского проекта стал эксперимент 5ive компании Wrigley. В 2011 году для запуска продукта в России Wrigley решила создать брендированный кинопроект, состоящий из пяти короткометражных фильмов, снятых известными российскими режиссерами (Андрей Звягинцев, Павел Лунгин, Алексей Попогребский, Игорь Волошин). Серию фильмов можно было увидеть в ряде российских кинотеатров, что обеспечило зрительское покрытие. Потом проект вышел в сеть. А внимание СМИ привлекло участие в проекте именитых персон.

А что дальше?

В то время как в России рынок брендированного видео находится пока еще в стадии формирования — бренды изучают формат, пробуют с ним работать, — безусловно, интерес к нему постепенно растет. В международной же практике зреет новая проблема: там это уже устоявшееся явление, и скоро брендам станет тесно в этом сегменте.

В некотором роде следующим шагом становится отказ от посредников. С развитием современных медиа, творческого рынка и технологий бренд самостоятельно без помощи рекламных агентств формулирует историю, создает и продвигает медийный месседж. Так возникает новая реальность, в которой бренд — и создатель, и продюсер, и дистрибьютор собственного контента.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 22 марта 2018 > № 2544733 Артем Васильев


Россия > СМИ, ИТ > mirnov.ru, 22 марта 2018 > № 2539911 Аркадий Дворкович

АДРЕСА ЭЛЕКТРОННОЙ ПОЧТЫ РОССИЯН МОГУТ ПОЛУЧИТЬ ЮРИДИЧЕСКИЙ СТАТУС

В России адресам электронной почты может быть присвоен юридический статус, сообщил вице-премьер Аркадий Дворкович.

Он рассказал о том, что правительство обсуждало этот вопрос на прошлой неделе по поручению Дмитрия Медведева. По словам Дворковича, на воплощение этой инициативы в жизнь может понадобиться какое-то время, так как для этого потребуется внести поправки в Гражданский кодекс.

Политик отметил, что в данный момент над реализацией этой идеи работают юристы.

Дворкович поднял эту тему на стартап-конференции «Открытые инновации» в «Сколково». Один из участников мероприятия пожаловался чиновнику на сложности, с которыми сталкиваются современные стартапы в рамках взаимодействия с налоговой службой. Помимо прочего он упомянул электронную почту как главный элемент бизнес-переписки.

Федор Карпов

Россия > СМИ, ИТ > mirnov.ru, 22 марта 2018 > № 2539911 Аркадий Дворкович


Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > mirnov.ru, 22 марта 2018 > № 2539910 Антон Дроздов

РАСЧЕТ ПЕНСИЙ РОССИЯН ДОВЕРЯТ ИСКУССТВЕННОМУ ИНТЕЛЛЕКТУ

В ближайшем будущем к расчету пенсий россиян будет привлечен искусственный интеллект. Об этом рассказал глава Пенсионного фонда России (ПФР) Антон Дроздов.

По его словам, новые технологии позволят усовершенствовать процесс расчета пенсий, исключив из него возможные риски, связанные с человеческим фактором. Дроздов сообщил, что соответствующая программа обработки данных уже была разработана и в ближайшие месяцы будет испытана в пилотном режиме.

Новая система получила название «База знаний». Она позволяет высчитывать размер пенсий с учетом всех значимых факторов. При этом такой расчет будет максимально прозрачным и непредвзятым.

Если испытания системы пройдут успешно, в ближайшем будущем она будет введена по всей стране.

Иннокентий Багров

Россия > Госбюджет, налоги, цены. СМИ, ИТ > mirnov.ru, 22 марта 2018 > № 2539910 Антон Дроздов


Россия. Венесуэла. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 21 марта 2018 > № 2541855 Саймон Шустер

Россия тайно помогла Венесуэле запустить криптовалюту, чтобы уклониться от санкций США

Саймон Шустер | Time

"Президент Дональд Трамп, возможно, не понял в понедельник, что его приказ перейдет дорогу России. Официально он относился к Венесуэле, а именно, к плану страны по созданию первой в мире поддерживаемой государством криптовалюты, петро, которая поступила в продажу во вторник", - пишет корреспондент Time Саймон Шустер.

Однако на самом деле петро - плод закулисного сотрудничества - полускрытого совместного предприятия венесуэльских и российских чиновников и бизнесменов, целью которых было уменьшить эффективность санкций США, как сообщили Time ознакомленные источники.

"Новая криптовалюта, вид электронных денег, якобы обеспеченных нефтяными запасами Венесуэлы, запущена в оборот 20 февраля, во время церемонии в президентском дворце в Каракасе", - говорится в статье. В первом ряду на этой церемонии сидели два российских советника президента Николаса Мадуро, Денис Дружков и Федор Богородский, которых тот поблагодарил за помощь в его борьбе с американским "империализмом", пишет издание.

"У них обоих есть связи с крупными российскими банками и близкими к Кремлю миллиардерами. Но не они были самыми высокопоставленными причастными к этому россиянами", - отмечает Шустер. Согласно руководящему лицу в одном из российских государственных банков, который имеет дело с криптовалютами, венесуэльский проект курировали высшие советники в Кремле, и президент Владимир Путин дал на него согласие в прошлом году. "Люди, близкие к Путину, сказали ему, что так можно уклоняться от санкций, - сообщил этот руководитель, говоривший на условиях анонимности. - Так все и началось".

"Хотя и не такое амбициозный, как попытка России повлиять на президентские выборы в США в 2016 году, проект Кремля с криптовалютами открывает еще одну грань его изобретательности в борьбе с тем, что советники Путина назвали "гегемонией" США в мировой политике. Использование криптовалют может - по крайней мере, теоретически - уменьшить возможности США контролировать исходящие и входящие потоки денег в подвергшиеся санкциям страны и таким образом нанести урон одному из самых мощных инструментов влияния США в мире", - говорится в статье.

По словам одного из ведущих экономических советников Путина, Игоря Шувалова, президент "загорелся" этой технологией, обсудив ее в июне с рядом экспертов и советников.

Одной из их самых амбициозных идей было создание цифровой версии рубля, которая бы имитировала основные элементы биткойна. Впрочем, ЦБ России воспротивился этой идее, потому что это могло дестабилизировать настоящую российскую валюту, говорит сотрудник российского банка.

Так что вместо того, чтобы подвергать риску рубль, Россия поддержала союзника в Латинской Америке в проведении собственного эксперимента, говорит банкир. "Венесуэле нечего терять. Для них это единственный шанс", - сказал он.

"Работа по организации этого эксперимента в деталях досталась двум российским предпринимателям, Дружкову и Богородскому, которые встретились с Мадуро 20 февраля, чтобы обсудить его подготовку", - пишет Шустер.

"Связь России с этим экспериментом стала еще более очевидной на следующий день, 21 февраля, когда Мадуро отправил своего министра финансов Симона Зерпу в Россию, чтобы проинформировать ее правительство о результатах", - говорится в статье.

"Пока неясно, извлекла ли Россия уроки из опыта Венесуэлы. Но в последние недели власти в Москве, похоже, охладели к идее официального крипторубля", - отмечает Шустер.

По крайней мере, некоторые из связанных с использованием криптовалют рисков имеют отношение к реакции администрации США, которая заняла по этому вопросу жесткую линию при президенте Трампе.

Дружков, младший из российских участников венесуэльского эксперимента, кажется относительным новичком в мире криптовалюты. Он основал свой стартап в этой области только осенью прошлого года - торговая онлайн-платформа под названием Zeus Exchange, отмечает автор. Его партнер в этом предприятии, богатый российский промышленник и коллекционер произведений искусства Сергей Литвин, также, похоже, не имеет опыта работы с криптовалютой. Но Литвин входит в совет директоров конгломерата "Стройтрансгаз", оказавшегося под американскими санкциями, который контролируется Геннадием Тимченко, также попавшим в санкционный список, говорится в статье.

По словам Литвина, Россия, как и другие страны, внимательно следит за венесуэльским экспериментом. "Нам интересно, как это будет развиваться. Мы хотим увидеть слабые места в таком проекте", - отметил он. Однако Литвин настаивает на том, что они с Дружковым исключительно проводили "технический анализ" петро и не участвовали в его создании.

Другой его российский партнер в этом проекте оказался более откровенным. Бывший руководитель нескольких крупных российских банков, Богородский переехал в Уругвай около 2009 года и стал неофициальным послом русской культуры в Латинской Америке, пишет Шустер.

"Россия уже какое-то время продвигается в этом направлении, пытаясь разработать законы, регулирующие криптовалюты", - сказал Богородский. Однако этот процесс увяз в бюрократических деталях, в то время как Венесуэла "хотела продвигаться быстрее". "Мы были готовы помочь", - сказал Богородский.

По его словам, его компания Aerotrading была "техническим партнером" Венесуэлы в этом проекте, но не имела отношения к официальным переговорам между российским и венесуэльским правительствами.

Россия. Венесуэла. США > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 21 марта 2018 > № 2541855 Саймон Шустер


США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 марта 2018 > № 2544675 Евгений Черешнев

Беззащитные данные: как Facebook оказалась в центре самого большого скандала в истории

Евгений Черешнев

Президент и основатель Biolink.Tech

Cambridge Analytica придумывала, как высасывать из пользователей Facebook максимальное количество информации: она делала всевозможные веселые приложения и тесты, а потом составляла профили, помогающие манипулировать людьми

Акции Facebook падают — со вчерашнего дня капитализация компании «провалилась» на $40 млрд. Причина — масштабный и нехорошо пахнущий скандал: бывший сотрудник компании Cambridge Analytica (далее CA) Крис Уайли (Chris Wylie) дал интервью The Guardian, в котором признался, что компания использовала данные пользователей Facebook без их ведома, для профилирования и «промывания мозгов».

А конкретно — для активной доставки контента, влияющего на решения людей, в том числе во время выборов президента США. Крис признался, что покровителем затеи был не кто иной, как Стив Бенон, доверенный советник Трампа, и именно он придумал проекту название «psychological-warfare [email protected] tool» ( если смягчить перевод — «инструмент для запудривания мозгов»). Об этой истории на данный момент написала практически вся западная пресса: The Guardian, NY Times, Observer, и маятник только начинает раскачиваться, ибо все вопросы, которые витали в воздухе относительно понятия «приватность» внезапно стали как никогда актуальными и наглядными. Оказалось, что как минимум одна коммерческая компания может влиять на то, кто будет президентом любой развитой страны.

Ситуация очень сложная с технической точки зрения, поэтому большинство спикеров не комментируют, что, собственно, произошло и почему это настолько важно, что инвесторы сбрасывают акции Facebook. Мне кажется, важно объяснить суть, а для этого вспомним порядок событий. Изложение сознательно упрощено, чтобы не уходить в технические дебри:

1) Компания Cambridge Analytica во главе с СЕО Александром Никсом (Alexander Nix) понимает, что данные о человеке можно использовать для манипуляции общественным мнением.

2) Компания поднимает инвестиции, нанимает инженеров, чтобы сделать программное обеспечение, способное анализировать поведенческие данные человека: что пользователь пишет в интернете, с кем общается, его лексикон, маршруты движения, предпочтения в литературе, фильмах и музыке и т. д. На основании этих данных делаются конкретные заключения: что надо сказать человеку и в каких выражениях/форме, чтобы он поверил и отреагировал предсказуемо — так, как надо заказчику.

3) Компания проводит тесты своего софта и понимает, что она не ошиблась: условно, если холерикам и сангвиникам, собирателям и революционерам давать разный контент и упаковывать одни идеи в разные сообщения — кому-то видео чиновника со скрытой камеры, кому-то скриншот почтового ящика Хилари Клинтон, кому-то подкаст никому не известного блогера, — люди реагируют с потрясающим уровнем конверсии (соотношение кликов к количеству показанной рекламы).

В CA понимают — это золотая жила, но для того, чтобы развернуться, им нужно еще больше данных о людях.

4) Cambridge Analytica придумывает ход конем, чтобы высасывать из пользователей Facebook максимальное количество информации: о них, их друзьях и знакомых, а главное — дополнительную личную информацию для составления психологического портрета пользователей. Они своими руками и руками внешних подрядчиков начинают делать всевозможные веселые приложения и онлайн-тесты, пройдя которые, можно узнать, условно, «кто ты во «Властелине колец» и «кто ты на самом деле по гороскопу», и поделиться смешным рейтингом с друзьями.

Затея срабатывает — люди не чуют подвоха, соглашаются на любые условия работы приложения и начинают отдавать кучу личной информации о себе и своих друзьях. Эти приложения по сути представляют собой психологическое анкетирование (до 2015 года это было возможно в космических масштабах и почти без ограничений, в 2015-м Facebook изменил свой API и запретил приложениям собирать большую часть информации о «друзьях друзей», но это драматично не повлияло на бизнес CA, ибо их главный конек был и остается в социальном инжиниринге).

5) Помимо FB компания Cambridge Analitica покупает данные у дата-брокеров (на рынке более 2000 компаний, в том или ином виде специализирующихся на перепродаже наших данных — истории покупок, истории поиска и веб-серфинга и т. д.). Сопоставляя данные профилей FB, покупную информацию и данные из «веселых» приложений и «даркнета», где публикуют, например, украденные хакерами базы данных, они получают возможность делать предсказания о конкретных людях с колоссальной точностью.

По исследованиям компании Biolink.Tech, всего можно выделить 14 типов данных. Например, чтобы вы понимали возможности: с высокой достоверностью даже по анонимным данным можно определить пол человека, расу, профессию, социальный статус и примерный уровень доходов. А также личные качества: гей или натурал, изменят жене/мужу или нет, за кого будет голосовать из списка кандидатов, шовинист или нет, расист или нет, правые или левые взгляды — список классификаций почти бесконечный.

Как писал Джордж Оруэлл, «кто контролирует прошлое, контролирует будущее». И тут это как нельзя точно описывает суть — если ты знаешь, что делал человек последние 10 лет, ты почти гарантированно сможешь сказать, что он будет делать завтра.

6) CA убедилась, что машинка по поиску целей работает. С каналами доставки мозговых бомб тоже все было понятно — социальные сети. Осталось решить простую проблему — контент. Они начали в прямом смысле планировать кампании по изменению общественного мнения через компромат, настоящий и выдуманный контент, компрометирующий или, наоборот, выставляющий в хорошем свете конкретного человека или фракцию. Гендиректор компании открыто признался в одном из своих интервью — «не важно, правдива новость или нет, если в нее поверят». Это в сути своей отражает бизнес-модель CA: собрать базу из 50 млн человек, разбить их по типам, понять цель заказчика и начать одним людям скармливать одно, другим — другое, третьим — третье, чтобы все начали ругаться друг с другом, но в сухом остатке была достигнута цель — победа кандидата Х на выборах или принятие решения на референдуме по выходу Англии из Евросоюза. Автор не утверждает, что в CA это сделали, лишь указывает, что у них могла быть такая возможность, компания открыто продавала свои услуги на рынке.

The Guardian упоминает о том, что они делали питч даже компании «Лукойл», которая не совсем поняла, как их возможности связаны с нефтяным бизнесом, и якобы на этом разговор и закончился. Зная косность и консервативность нефтянки и то, как «быстро» они принимают стратегические решения вне своей прямой экспертизы, полагаю, что «Лукойл» — ложный след. Это лишь пример разнообразия клиентской базы CA.

6) Facebook напряглись, что у них в пуле есть партнер, который высасывает из их абонентской базы столько данных. По заявлению вице-президента Facebook Пола Греваля (Paul Grewal), FB отрезал CA доступ к данным после изменения правил в 2015-м. Он четко обозначил позицию: мол, они нарушили наше лицензионное соглашение, и мы потребовали письменных доказательств, что данные, полученные о наших пользователях, уничтожены. Были ли они уничтожены на самом деле — неизвестно, но в этом сейчас будет разбираться экспертная группа, автор уверен, что власти UK и EU выдадут соответствующий ордер.

7) Отписавшись в Facebook, мол, все окей, не переживайте, Cambridge Analytica не просто не прекратила своей деятельности, она, наоборот, ее стала наращивать и применять новые инструменты сбора данных, часто противоречащие политике самой Facebook. Крис Уайли признался:

«Мы использовали несовершенство программного обеспечения Facebook для сбора миллионов пользовательских профилей и построения моделей, которые позволяли нам узнавать о людях и применять эти знания для активации их внутренних демонов».

Бесплатные соцсети. Дорого

В сухом остатке совершенно неважно, докажет расследование, что CA нарушили правила работы Facebook, или окажется, что Facebook, например, не просто не мешала, но и помогала их деятельности. Существует одна компания, которая сосредоточила в своих руках знания о поведении 2 млрд человек.

Эти знания компания, ее легальные партнеры и не ограниченные законом хакеры и преступные группировки могут использовать для изменения исхода любого голосования, отношения к совершенно любому тезису, человеку или компании.

Мы видим, что социальные сети совсем не бесплатные. Наши данные стоят денег, и немалых: Facebook зарабатывала на рекламе около $40 млрд в год, а сколько заработала CA на выборных кампаниях — страшно подумать (только на предвыборную компанию в интернете штаб Трампа затратил $58,6 млн).

Монополия Facebook на наши «цифровые ДНК» (следы, которые пользователь оставляет в интернете) стоит поперек горла всем. Бизнесы подсаживаются на рекламные ковровые бомбардировки, как на героин, люди устают смотреть рекламу вещей, которые им не нужны, государства в силу своей природы ищут баланса сил на уровне ООН, а FB очевидным образом придает больше силы США. И не все в США этому рады: в Америке живет и работает огромное количество блестящих специалистов и потрясающих, добрых, открытых людей, реально ставящих нужды планеты выше своих собственных. Не надо судить о США по поведению политиков, так же, как многие американцы не судят о России по передачам российского телевидения.

На данный момент Марк Цукерберг не дал ни одного комментария о ситуации, что выглядит крайне странно, особенно на фоне пикирующего курса акций. Как сообщил Marketwatch, оказывается, Марк в последние дни активно распродавал собственные акции, полагаю, он это делает осознанно, понимая будущую силу только начинающегося скандала.

Осенью 2016 года автор этого текста выступал на TEDx с темой важности «цифрового ДНК» и опасности управления с его помощью общественным мнением. По итогам в числе прочего пришлось выслушать массу критики в духе «не надо выдумывать проблему там, где ее нет. Не существует такой проблемы, как приватность, потому что данные — это собственность бизнесов».

Надеюсь, теперь многие увидят, как жестоко ошибались. Рад, что эта ситуация стала публичной и вопрос прав человека на владение своими данными неизбежно будет обсуждаться на уровне глав государств.

И о важном. Заявление, что данные применялись «без ведома пользователей», технически не соответствует действительности.

Пользовательское соглашение Facebook устроено таким образом, что единожды кликнув «я согласен», вы навсегда прощаетесь со всеми (!) правами на свои посты, фото, поведенческие данные, историю маршрутов и все косвенные заключения, которые можно сделать на основе этих данных.

Например, не удивляйтесь, если Facebook соберет из ваших данных бота с вашим лицом и начнет вашим друзьям продавать что-то. Это не будет нелегальным. Уверен, сложившаяся ситуация наконец всех отрезвит и подходы к данным в мире начнут меняться.

США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 20 марта 2018 > № 2544675 Евгений Черешнев


Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 20 марта 2018 > № 2536855 Сергей Калугин

Сергей Калугин: "У России особый путь цифровизации"

О том, как бизнесу взаимодействовать с государством, тестируя и внедряя передовые технологии, и какая роль в этом сотрудничестве отводится отраслевым консорциумам, рассказывает замглавы Минкомсвязи России и глава координационного комитета консорциумов «Умный город» и «Цифровое здравоохранение» Сергей Калугин.

Трансформация экономики в цифровую в рамках каждого национального государства имеет свою специфику и свои особенности. Осознание и практическая реализация региональных особенностей, сильных и слабых сторон, поиск и реализация конкретных механизмов может ускорить процесс, сделать его более дешёвым и безболезненным. Не претендуя на полноту анализа и изложения, хочется привести несколько аргументов в пользу создания отраслевых консорциумов.

Вначале несколько слов о вызовах, предполагающих данную форму как эффективный вариант решения задачи «цифровой трансформации». Одна из главных проблем отечественной экономики – стареющее население. Уже в ближайшем будущем очень многое будет зависеть от того, насколько эффективнее начнёт работать всё более малочисленная группа молодых россиян. Работать придётся лучше не только для экономического роста, но и для поддержания текущего уровня жизни. Для этого важно не только получить хорошее образование, но и дольше сохранять свою высокую работоспособность, быть здоровым и жить в комфортных условиях. Параллельно мы имеем негибкую централизованную экономику с очень невысоким уровнем разумного цифрового регулирования, нормативами и стандартами зачастую из прошлого века.

Отдельная история – отсутствие в нашей стране достаточного количества «технологических супегигантов» типа Siemens, Mitsubishi или Huawei, составляющих основу экономик – «цифровых» лидеров. В России на сегодняшний момент таких «супергигантов» нет. Но есть понимание, что в нескольких ключевых направлениях можно добиться быстрого и реального прогресса, правильно соединив уже существующие отдельные наработки отечественных компаний. Это вполне достижимо при условии, что игроки рынка будут взаимодействовать друг с другом, быстро внедрять новые технологические решения, а государство будет им помогать в продвижении этих решений и их мультипликации на территории страны – к примеру, через госзаказ. Отраслевыми нишами для работы первых консорциумов могут стать «Умные города» и «Цифровая медицина».

Формат консорциумов предполагает объединение очень сильных компаний или госкорпораций (типа «Росатома» и «Ростелекома»), средних компаний, которые успешно делают стандартные вещи, и новых технологических стартапов, у которых есть компетенции и ноу-хау. Задача на начальном этапе – выработка отраслевых стандартов, координация разработки новых цифровых продуктов, и тестирование предлагаемых технологий и архитектур в нескольких «пилотных» регионах РФ.

Наличие в составе консорциума «государственных гигантов» существенно повышает доверие к ним заказчиков – субъектов госуправления и территориальных органов. Крупные корпорации могут так же стать своеобразным зонтиком для других предприятий – определенным образом гарантировав финансовую стабильность и долгосрочные отношения с заказчиками. Им будет легче видеть реально происходящие изменения продуктов и услуг, а, в конечном счете, проще нащупать и обосновать направления собственной трансформации. И конечно, поучаствовать в развитии новых отраслей, продвигая в том числе и свои текущие услуги.

Для технологических и инженерных компаний упростится доступ к заказчикам, им легче будет договориться между собой, предложив клиентам комплексные решения. Проще будет сформулировать долгосрочные планы развития, лучше видя долгосрочные потребности клиентов. Наконец, проще будет решиться на инвестиции в собственное развитие. Для венчурных капиталистов это шанс получить заказ на свои инновационные разработки. Увидеть свои продукты в действии, развивать их в постоянном контакте с заказчиком. Способ сбалансировать свое развитие, уменьшить количество стрессов, сосредоточится на совершенствовании продукта. Легче получить финансирование от инвесторов, которым комфортнее вкладывать в компанию с прогнозируемым, долгосрочным и растущим спросом на ее продукт. Наконец реальное, живое дело займет больше светлых умов, потенциально снизит утечку как мозгов, так и капитала.

Мне хочется сделать оговорку: умный город – это не самый компьютеризированный город, это город в котором делается максимум для комфортной жизни людей. На мой взгляд, лучшее определение "Умного" города дал профессор Васильев, руководитель Национального исследовательского университета информационных технологий, механики и оптики (Университета ИТМО): «Умный» город – это система городского хозяйства, создающая наилучшие условия для жизни горожан, повышения качества городского управления, условий ведения бизнеса за счёт оптимального использования доступных ресурсов, в том числе за счет разумного использования передовых информационных технологий».

В каждом крупном российском городе уже сейчас существует больше сотни (иногда до 150!) разных и разрозненных информационных систем. Многие из них отчасти «интеллектуальны». Правильно объединить их – и будет очевидный эффект. В рамках национального консорциума «Умный город» мы хотим предложить территориям конкретную аппаратно-программную платформу. Она будет уметь эффективно управлять не одной, а всеми сферами городского жизнеобеспечения, и может быть масштабирована по всей стране. Эффективно – это когда каждый из модулей – «умный свет», «умные дороги», «умная вода», «умный дом» – становится более экономным и точным за счет использования и предиктивного анализа данных «соседних» модулей. Общая платформа позволит этого добиться.

Похожая ситуация в медицине. Конкурентоспособность экономики определяется качеством человеческого капитала. При этом скачок в развитии высокотехнологичной медицинской помощи, создание новых средств контроля физиологических параметров, средств дистанционного контроля а также имплантируемых медицинских изделий вместе со стремительным развитием ИТ позволяют кардинально улучшить качество медпомощи для каждого конкретного гражданина РФ. Цель консорциума «Цифровая медицина» – подготовить возможность перевода всей национальной медицины на модель «цифрового двойника» каждого человека, в каком бы отдаленном населенном пункте он ни находился.

Еще один важный вопрос – безопасность. В цифровом мире, где существуют цифровые двойники всего – всех систем городского хозяйства, предприятий, людей, а все системы живут в облаке – особо звучит тема цифрового суверенитета. Важно понимать, где хранятся данные, кто принимает решение о работе той или иной системы. И только использование продвинутых отечественных систем и платформ может обеспечить национальный суверенитет.

Мы видим, сколько труда, а в конечном итоге денег стоят подобные системы. Они создаются годами тысячами талантливых разработчиков и стоят миллиарды долларов. И миллиарды вкладываются в их развитие каждый год. Наверное, только объединение усилий десятков компаний могут обеспечить создание конкурентоспособных систем. Консорциумам проще не проиграть рыночной борьбе транснациональным компаниям. В конце концов, если консорциумы создадут глобально конкурентоспособные продукты – мы сможем выйти с ними на рынки других стран.

Консорциумы открыты для присоединения новых профильных участников, также как и для сотрудничества с региональными и муниципальными администрациями. «Пилотные» территории для тестирования решений определяются буквально сейчас, до конца полугодия мы планируем сформировать этот пул.

Современный мир глобален, выиграют те экономики – которые смогут создать наиболее конкурентные продукты. Городского хозяйства и новой медицины, как двух самых больших отраслей экономики, это касается в полной мере.

Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 20 марта 2018 > № 2536855 Сергей Калугин


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 20 марта 2018 > № 2536747 Сергей Глазьев

Глазьев: крипторубль поможет обойти санкции

Сергей Глазьев обосновал введедение в оборот национальной криптовалюты

Рустем Фаляхов

Минфин и Центробанк не могут определиться, что делать с криптовалютами. Запрещать их оборот бесполезно, а разрешать — большой риск. Советник президента России и академик РАН Сергей Глазьев выступает за то, чтобы ввести в оборот национальную криптовалюту. Он считает, что крипторубль поможет повысить прозрачность госзакупок и снизит зависимость российской экономики от западных санкций.

— Сергей Юрьевич, много непонятного в проблеме использования криптовалют. Каким должен быть их юридический статус? Какой может быть позиция властей? Вам приписывают инициативу об использовании криптовалют в денежном обращении. Вы действительно предлагали президенту ввести крипторубль?

— Я не могу комментировать вопросы нашего внутреннего документооборота. Но готов ответить по существу вашего вопроса, пояснить, о чем идет речь.

В денежном обращении сейчас происходящая настоящая цифровая революция! Появление нового типа денег случается крайне редко и знаменует собой новый этап в развитии не только денежного дела, но и экономики в целом. Эмиссия криптовалют осуществляется посредством компьютерного алгоритма, защищенного от копирования средствами криптографии. И здесь возникает вопрос, кто является эмитентом этих валют?

— И каков ваш ответ?

— Принципиальным отличием цифровых денег от используемых в настоящее время является не их безбумажная (электронная) форма, а отсутствие банков в качестве их эмитентов.

Можно говорить о появлении нового вида денег в обращении — к существующим наличному и безналичному обращению добавляется цифровой. При этом этот новый вид денег сочетает в себе свойства первых двух, так как, с одной стороны, не имеет физического носителя, а с другой, каждая цифровая денежная единица сохраняет свою уникальность и всегда идентифицируется компьютером на предмет своей принадлежности и истории операций.

— Вы имеете ввиду биткоин, эфириум и другие криптовалюты?

— Не только и даже не столько их.

Это экспериментальные модели, своего рода игрушки или тренажеры для первопроходцев. Они не обладают всеми функциями денег и не могут их заменить.

Работу с ними можно сравнить с кружком юных техников. Они мастерят модели самолетов, но летать на них не возможно. Сказывается наличие существенных ограничений как технического, так и экономического характера.

— Например?

— Все известные цифровые деньги, начиная с биткоина, эмитируются частными лицами. Одни участники рынка видят в этом преимущество свободы от государственного регулирования. Другие, наоборот, считают их инструментом раздувания финансовых пузырей и отмывания активов. Денежные власти всех стран относятся к криптовалютам настороженно, отказываются признавать их деньгами и, как правило, не разрешают их использование в качестве средств платежей и расчетов. Но эта ситуация продлится недолго. Все больше государств заявляют об эмиссии национальной цифровой валюты.

— Вы имеете в виду Венесуэлу? И ее El Petro? Но Венесуэла не самая благополучная страна. Может, они ввели в оборот национальную криптовалюту не от хорошей жизни и нам не стоит идти этим путем?

— Вы знаете, прорывные технологии и институты появляются, как правило, не у глобальных лидеров, которых обычно все устраивает и которые инстинктивно сопротивляются новым веяниям, а в периферийных странах. Там есть необходимые предпосылки для использования новых инструментов и технологий. Последние хотят стать первыми, поэтому хватаются за возможности вырваться из зависимого положения. Из частных инициатив на периферии мировой экономической системы вырастают новые отрасли и институты, захватывающие со временем мировое хозяйство.

При этом необходимо подчеркнуть, что в случае с венесуэльской El Petro сложно говорить о появлении нового вида денег и национальной цифровой валюты как таковой. Здесь, скорее, идет речь не о деньгах в полном смысле этого слова, а о цифровом долговом инструменте, что больше напоминает частные криптовалюты.

— И все-таки центральные банки разных стран настороженно смотрят на обращение частных криптовалют, указывают на риски. А вы, судя по всему, предлагаете создать собственную национальную цифровую валюту?

— Национальная цифровая валюта является своего рода ответом на вызовы частных криптовалют. Несмотря на все риски и проблемы, связанные с их обращением, эта идея привлекает и регуляторов и государства. Отличием цифровых денег от обычных является технология их учета и осуществления транзакций, основанная на принципе децентрализованных реестров блокчейн. Использование распределенных реестров позволяет достоверно контролировать потоки перемещаемых средств, исключает возможность вывода средств за контур целевого обмена.

Государственный контроль за эмиссией фиатных денег удается обеспечить денежным властям лишь в той мере, в которой они контролируют деятельность банковской системы. Денежные власти стараются управлять централизованной эмиссией фиатных денег национальными банками, направляя ее через государственный бюджет и формируя долгосрочные кредитные ресурсы под прирост государственных обязательств или рефинансируя государственные институты развития.

В отношении контроля за эмиссионной деятельностью частных банков все обстоит куда более сложно. Регулировать ее государство может только косвенным образом посредством нормативов резервирования и банковского контроля.

— Это в теории. Но на практике, какую пользу национальная цифровая валюта могла бы принести государству?

— Имеется несколько аргументов. Во-первых, это решение обозначенных проблем двухуровневой банковской системы и устранение рисков, связанных с денежным обращением в рамках нее.

Во-вторых, цифровые деньги способны значительно повысить эффективность расходования средств бюджета в такой области, как, например, госзакупки. За счет прозрачности, возможности использования смарт-контрактов и, как следствие, более точному контролю и аудиту госзакупок.

Следующим позитивным фактором внедрения цифровой валюты является создание высокотехнологичной и безопасной системы обмена межбанковской информацией, в том числе и для международного обращения. Особенно важным этот факт становится на санкционном фоне, создающим постоянные риски отключения России от соответствующих западных решений.

— То есть, с помощью национальной криптовалюты можно будет, например, обходить санкции?

— Этот вопрос настолько очевиден... Мы видим, что банки оказались очень уязвимыми от санкций, в том числе российские банки. Степень долларизации мировой экономики настолько высока, что американцы действительно с помощью своих санкций могут блокировать большие сегменты внешней торговли, и, естественно, это создает новый спрос на криптовалюты. Это объективно так, это касается не только России, но и всех стран, против которых американцы применяют санкции.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > gazeta.ru, 20 марта 2018 > № 2536747 Сергей Глазьев


Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > banki.ru, 19 марта 2018 > № 2539493 Ольга Кучерова

Карточные фокусы таксистов

Как не попасть на деньги при оплате такси банковским пластиком

Цифры на счетчике такси не всегда означают то, что вы думаете

Все больше людей передвигаются по городу на такси, все больше платят карточками и все чаще жалуются на странности с оплатой: то спишутся деньги за поездку, которой не было, то сумма в полтора раза больше заявленной. Банки.ру решил провести сеанс разоблачения «карточных фокусов» от операторов такси.

Забастовка за счет клиента

Адресованный коллегам вопрос, не было ли у них проблем с оплатой поездок на такси банковскими картами, вызвал шквал эмоций — на меня буквально посыпались истории о том, как обижают своих клиентов операторы такси. Рассказываю самые занимательные и самые типичные.

Александр К.: «Мы с коллегами собирались вечером в клуб, вызвали «Яндекс.Такси» через мобильное приложение. Все как всегда: появилась сумма, был найден водитель, мне написали его имя, контакты, номер машины. Стоим ждем. Видим приближающуюся «нашу» машину с логотипом «Яндекс.Такси». Она подъезжает, останавливается в 100 метрах от нас. Мы идем к машине, машем руками, мол, это мы, пассажиры. Но машина вдруг срывается с места и уезжает. Одновременно мне приходит СМС о списании 100 рублей. Звоню таксисту — не отвечает. Пришлось заказывать другую машину у другого оператора. В приложении между тем было отмечено, что я совершил поездку на расстояние 100 метров. Получается, что с меня взяли минимальную стоимость поездки. Возвращать эти деньги и доказывать, что мы никуда не ездили, я не стал».

Проведенное Банки.ру мини-расследование показало, что таким оригинальным способом таксисты протестовали против изменений в оплате их работы, которые внедрял оператор. И заодно зарабатывали по мелочи, так как подобные «поездки» им тоже оплачиваются. Сейчас подобные акции вроде бы прекратились. Но, если случится такое, рекомендуем все-таки писать оператору (это можно сделать через сайт или прямо в мобильном приложении) и требовать возврата денег. Обычно операторы сами знают, где нагрешили, и безропотно деньги возвращают.

Вне себя от возмущения, я начала искать контакты, куда можно позвонить и пожаловаться, но в мобильном приложении Uber такой функции нет.

Поездка, которой не было

Иногда подобные фальсификации заходят слишком далеко.

Рассказывает Анна П.: «Прогулка с друзьями по ночной Москве завершилась, и пришло время вызывать такси. Зарядка телефона была почти на нуле, но я подумала, что успею заказать машину. В приложении Uber указала нужные точки маршрута, нажала кнопку «вызвать», но практически сразу же экран погас. Даже увидеть, кто назначен водителем, я не успела.

До дома добралась на машине, заказанной друзьями. На следующий день заглянула в приложение, чтобы узнать, списались ли с карточки какие-нибудь деньги за «ложный вызов», и увидела, что, оказывается, я совершила поездку через несколько районов Москвы с конечной остановкой в Раменках. Это «путешествие» обошлось мне почти в тысячу рублей. Вне себя от возмущения, я начала искать контакты, куда можно позвонить и пожаловаться, но в мобильном приложении Uber такой функции нет. Все вопросы решаются через переписку в приложении. Я отправила несколько сообщений на тему того, что никогда не бывала в Раменках и даже не собиралась. Долгих переписок и выяснения обстоятельств инцидента не потребовалось. Через несколько дней мне вернули на карту незаконно списанные деньги».

Вне зоны доступа

Отключающийся или зависающий телефон, а также проблемы с мобильным Интернетом в месте вызова такси — серьезные риски при пользовании сервисом. Недавно я лично столкнулась сначала с невозможностью привязать карту и, соответственно, невозможностью оплатить поездку (наличных с собой не было). А в результате почему-то через час с моей «непривязанной» карты списалась половина стоимости предполагаемой, но не совершенной поездки.

Интересно, что в отказе приложение «Яндекс.Такси» сообщило мне, что «карта не может быть привязана, так как предыдущая поездка не была оплачена», хотя ничего подобного со мной просто не было и быть не могло. Естественно, я нажала кнопку «Отказаться от поездки» (на тот момент водитель выбран еще не был) и начала заказывать машину у другого оператора. Gett не подвел, хотя и предложил мне совершить поездку на 45 рублей дороже, чем «Яндекс». Его моя карта не смутила.

Я очень торопилась, поэтому проверять, чем закончилось дело с «Яндексом», не могла. Да и мысли не было, что после нажатия кнопки «Отменить» может еще что-то происходить. Тем более что приложение я закрыла. Справедливости ради отмечу, что в месте вызова такси и на протяжении всего пути было плоховато с Интернетом — он колебался между значками «E» и «H+». Зато, когда мы прибыли к месту назначения, Интернет вдруг заработал в полную силу, и мне пришли сразу же два СМС — о списании с карты средств за поездку с Gett и… за поездку с «Яндекс.Такси».

Очень хотелось спросить у «Яндекса», как я сумела одновременно ехать в двух машинах, но смутила вторая сумма — «Яндекс» списал лишь часть суммы, за которую обещал довезти меня на другой конец города. Зайдя в приложение, я с изумлением обнаружила, что, таки да, совершила поездку с Кутузовского проезда на Сколковское шоссе, но обошлась она мне почему-то в 126 рублей вместо 356 (заявленная изначально, до отмены поездки, сумма). Почитав внимательно правила на сайте, могу предположить, что, как и в истории Анны П., поездка из-за плохой связи не отменилась, оператор посчитал меня сбежавшей с места «преступления» и наказал, списав стоимость подачи машины плюс стоимость минимальной поездки. На мой запрос в «Яндекс» ответ был получен спустя три дня — деньги на карту мне не вернули, зато прислали извинения и промокод на бонус в 200 рублей на будущие поездки. Не ленитесь жаловаться в службу такси, и вам воздастся.

Очень хотелось спросить у «Яндекса», как я сумела одновременно ехать в двух машинах, но смутила вторая сумма — «Яндекс» списал лишь часть суммы, за которую обещал довезти меня на другой конец города.

Но после всего этого я все же «отписала» карту от приложения «Яндекса» и теперь всегда вожу с собой наличные в размере средней стоимости поездки по городу — на всякий случай, чтобы платить «налом». Большинство операторов такси в Москве, кроме Gett, наличные принимают охотно, а мне так спокойнее.

Двойные списания

Еще один типичный фокус операторов такси — двойные списания. Больше всего подобных историй случается с Uber: он любит снять фиксированную сумму с карты еще до начала поездки (известны случаи, когда деньги исчезали с карты даже до прибытия таксиста на место вызова), а затем еще раз — по ее окончании. Причем, несмотря на то что сумма вроде бы фиксированная, вторая сумма может оказаться на 30-35% больше. Изучение рубрики FAQ на сайте внесло некоторую ясность: первая сумма не списывается, а блокируется в качестве гарантии оплаты поездки и впоследствии возвращается клиенту. Возвращается, правда, нескоро — у меня, например, деньги «гуляли» где-то шесть дней. А вопрос с разницей в стоимости поездки так и остался открытым.

В правилах оплаты на сайте Uber написано очень расплывчато: «Стоимость поездки будет равна сумме, указанной перед оформлением заказа, или рассчитана по тарифам с учетом применимых сборов и корректировок: подача — 49 руб., минимальный тариф 99 рублей, + за минуту 6 р., за километр — 12 руб.». Кто и на основании чего выбирает вид оплаты — фиксированную или по тарифу — так и осталось загадкой.

Особенность Uber нужно иметь в виду, когда выбираете между ценами двух-трех операторов. С виду самый дешевый на деле иногда оказывается слишком дорогим. Справедливости ради нужно сказать, что ничего подобного не делает Gett, «Такси Престиж» и «Везет Москва» — у них «фикс» это «фикс», а «по счетчику» значит именно то, что написано. «Яндекс.Такси» обещает, что фиксированная стоимость не увеличится, даже если в пути возникнут новые пробки или водителю придется отклониться от построенного маршрута. Пересчет может произойти, только если вы превысили время бесплатного ожидания, изменили конечный пункт или попросили водителя сделать по дороге остановку.

Еще одно объяснение нежданного увеличения конечной стоимости поездки, которое приходит на ум, — это списание вместе с ее стоимостью еще и чаевых для водителя. В большинстве «продвинутых» мобильных приложений («Яндекс», Uber, Gett) в профиле клиента есть галочка «Чаевые», где можно выбрать размер дополнительного поощрения таксисту — от 0 до 30%. Естественно, они предустановлены на максимальные значения, при настройке аккаунта лучше заранее скорректировать эту величину.

Метеозависимость тарифа

Непрозрачное тарифообразование иногда доходит до абсурда.

Рассказывает Оксана М.: «Гостила у подруги, начала собираться домой, зашла в приложение «Яндекс.Такси», чтобы заказать машину. Цену этого оператора мне все хвалили, поэтому я очень удивилась, что получилось дороговато — 424 рубля за 20-минутную поездку по пустой ночной Москве. Привычный мне «Такси Престиж», несмотря на свое название, обходится обычно значительно дешевле — рублей в 320—330 за тот же маршрут. Возможно, потому что постоянный клиент, а за каждую поездку начисляет cash back в размере 7%.

На третьем телефоне нам предложили третью версию цены — 417 рублей, причем при переходе из одной комнаты в другую цена на моем телефоне тоже менялась — в пределах 10 рублей.

Пожаловалась подруге, она удивилась, мол, «Яндекс» и правда чаще всего дешевле остальных. Зашла в свое мобильное приложение — ей предложили ту же поездку за 367 рублей. Тут уже нам стало интересно, мы решили попробовать еще с одного телефона просчитать ту же самую поездку. Вышло весело: на третьем телефоне нам предложили третью версию цены — 417 рублей, причем при переходе из одной комнаты в другую цена на моем телефоне тоже менялась — в пределах 10 рублей. Видимо, с точки зрения таксиста менялось расстояние до цели. Почему столь существенная разница — 15% — оказалась в разных версиях мобильного приложения, мы так и не поняли. Из опробованных телефонов один был с сим-картой «Билайна», другой — «МегаФона», третий — МТС. Неужели это имеет значение? Или оператору важна марка мобильного? Ну так самая низкая цена оказалась на самом дорогом смартфоне! Единственное существенное различие, которое нам удалось обнаружить, — это установка на смартфоне с «льготным» тарифом приложений других операторов такси. Раньше я уже слышала, что операторы такси выставляют более низкую цену тому, у кого на телефоне есть приложения конкурентов».

«Яндекс.Такси» поясняет, что фиксированная стоимость поездки рассчитывается при оформлении заказа через сайт и через приложение для iOS (версия 3.50 и выше) и Android (версия 3.15 и выше). На других версиях мобильных операционных систем отображается приблизительная стоимость. Фиксированная стоимость поездки формируется с учетом категории поездки («Эконом», «Комфорт», «Комфорт+», «Бизнес», «Минивэн», «Детский» — с креслом), расстояния, времени в пути, данных о пробках и даже погодных условий. Расстояние между двумя точками может оказаться разным, если приложение выбирает разные маршруты (Android и iOS могут использовать разные алгоритмы прокладки маршрута). Не исключено, что и погода на этих разных маршрутах будет отличаться — в Москве так бывает, что в центре идет ливень, а в Ясенево ясно.

Ольга КУЧЕРОВА, Banki.ru

Россия > Транспорт. СМИ, ИТ > banki.ru, 19 марта 2018 > № 2539493 Ольга Кучерова


Украина. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 марта 2018 > № 2536523 Захар Прилепин

Знакомство с Захаром Прилепиным

Он — современный писатель-активист, «патриот». Он воевал в Чечне и поддерживает пророссийских сепаратистов на Украине, от имени которых написал «Письма с Донбасса». Сейчас он — гость на открывающемся 16 марта Парижском книжном салоне.

Николя Вейль (Nicolas Weill), Le Monde, Франция

Когда мы встречаем Захара Прилепина в Париже, возникает ощущение, что в его глазах мы воплощаем все то, что вызывает отторжение у этого «патриота», который в прошлом пошел добровольцем в Чечню, а сегодня поддерживает пророссийских сепаратистов из Донбасса, ведущих войну против Украины с 2014 года: западный и проевропейский либеральный конформизм, так как его представляет себе давняя традиция российской интеллигенции.

Поэтому нам нужно постараться прорваться через двойной слой стереотипов: наши собственные предрассудки о России и клише «нацболов» Эдуарда Лимонова, с которым некогда поддерживал близкие отношения Прилепин. Только так можно попытаться разгадать тайну этого необычного человека грубой внешности, который то ведет себя высокомерно, то проявляет теплоту. Он — плодотворный писатель и один из самых ярких литераторов современной России, каким он сам себя считает без ложной скромности.

Не любящий Москву провинциал

До 2015 года Захар Прилепин был известен в первую очередь как невероятно честный летописец России послеперестроечных лет, пишущий о молодежи, оставшейся за бортом («Санька», «Ботинки, полные горячей водки»). Сам он утверждает, что ничего не придумывал в своем повествовании. Кроме того, мы обязаны ему довольно резкими рассказами о его собственных кампаниях на Кавказе («Патологии», «Я пришел из России»). Как бы то ни было, с выходом 800-страничного исторического романа «Обитель» о Соловках, которые были настоящей лабораторией ГУЛАГа в 1920-х годах, он сменил жанр и, наверное, создал собственный шедевр.

Книга разошлась у него на родине тиражом в 150 000 экземпляров, хотя столетие октябрьской революции вызывало неловкость у кремлевской элиты. Роман возносит автора в созвездие великих российских писателей, на уровень Достоевского и Горького, который, как и Прилепин, родился в Нижнем Новгороде на Волге. В тени золотых куполов этого промышленного города Прилепин, не стремившийся в Москву провинциал, изучал лингвистику в местном университете и прожил почти всю жизнь с женой и четырьмя детьми.

Проза Прилепина представляет собой настоящую классику и стремится к трансформации самых страшных современных переживаний в путь духовного развития. «Можно установить связь не только между войной и насилием, но и войной и святостью», — говорит он. Недавно он сблизился с православной церковью, женившись по церковным обрядам в Спасо-Преображенском соборе Донецка. «Я не считаю себя примерным верующим, но Бог существует», — лаконично комментирует произошедшее Прилепин, не горя желанием говорить о своей личной жизни.

Хемингуэй для него образец

В этом человеке поражает контраст между пристрастием к забегам по лесам в военной форме и энциклопедической литературной культурой. Один из его французских издателей Мишель Парфенов (Michel Parfenov) говорит о любви Прилепина к тетралогии Томаса Манна (Thomas Mann) 1930-х годов «Иосиф и его братья». Кроме того, ему принадлежит непереведенная биография писателя Леонида Леонова (1899-1994). Как считает специалист по славянской культуре из Женевского университета Жорж Нива (Georges Nivat), Захар Прилепин относится ко все еще живой в России, но угасшей на Западе линии боевых писателей: «Разве Лев Толстой не стал летописцем Крымской войны с «Севастопольскими рассказами»?

Образец для Прилепина находится, скорее, в творчестве очень популярного в России Хемингуэя, в его романах «Прощай, оружие» и «По ком звонит колокол». Как бы то ни было, он охотно называет Аполлинера и Ромена Гари. «Я не призываю никого брать в руки оружие», — отвечает он, когда мы говорим о военном духе его фраз, которые зачастую коротки и точны, как выстрел. «До того, как стать писателей, я был солдатом, — оправдывается он. — Это моя профессия, моя работа. Чехов говорил, что если бы началась война, он пошел бы на нее врачом. Но я — не врач!»

Говоря о давнем суде над непонятой, по его мнению, Западом Россией, которую систематически обвиняют в агрессии, он заимствует небольшую историю у любимого британского романиста Джулиана Барнса (Julian Barnes): «Мужчина и женщина идут по улице в Англии. Проезжающая мимо машина обдает женщину грязью. «Fuck!» — восклицает она. Мужчина же считает ее реакцию избыточной: «Что бы ты сказала, если бы в Великобритании высадились русские?» Этот вопрос звучит просто абсурдно от англичанина, потому что русских там никогда не было и не будет. При этом сами англичане не раз высаживались на российской земле: Соловки, Мурманск, Камчатка и Крым…»

«Нет, я не националист»

В новой книге «Письма с Донбасса» Захар Прилепин придерживается стиля писателя-журналиста, сочетая повествование с интервью: этот жанр принес Светлане Алексиевич из Белоруссии Нобелевскую премию по литературе в 2015 году. «Не думаю, что такое сравнение пришлось бы по душе Алексиевич», — улыбается он. Востребованная на Западе автор «Конца красного человека» является настоящим идеологическим антиподом Прилепина, который вот уже полтора года как забросил писательство в угоду поддержки донбасских сепаратистов (там он получил звание заместителя командира батальона республиканских сил).

Ультралевый национализм, который, как считается, пронизывает его произведения, а также Донецкую народную республику с ее мужественным лидером Александром Захарченко, действительно формирует основу его взглядов? Почему он пытается размыть черту между большевиками и белыми в своих романах? В 2012 году он написал провокационное «Письмо товарищу Сталину»: «Ты сохранил жизнь нашему роду. Если бы не ты, наших дедов и прадедов передушили бы в газовых камерах, аккуратно расставленных от Бреста до Владивостока, и наш вопрос был бы окончательно решён. Ты положил в семь слоев русских людей, чтоб спасти жизнь нашему семени. (…) О, если б ты прожил ещё полвека — никто б не разменял великую космическую одиссею на айподы и компьютерные игры».

«Нет, я не националист, — отвечает Прилепин. — Это распространенное заблуждение в прессе, особенно западной. В моем восприятии мир гораздо сложнее детское игры, где все делятся на хороших и плохих. Что касается гражданской войны, провести отличие тут невозможно. Я пытаюсь описать эти сложности. В октябрьской революции были огромные подвижки, люди, чья жизнь стала лучше. С другой стороны, были бесчисленные жертвы и зверства со стороны каждого лагеря».

По мнению журналистки и писательницы Анн Нива (Anne Nivat), которая недавно выпустила книгу «Континент за Путиным», Захар Прилепин, чья семья несколько улучшила свое положение во времена СССР, является представителем поколения, которое пострадало после распада советского строя, тогда как молодежь куда меньше волнует период социализма. Хотя некоторые обозреватели вроде политолога Андрея Грачева считают, что его литературное творчество иссякает, Анн Нива уверена, что вскоре он вновь возьмется за перо. Он упорно ставит свой талант на службу делу, которое защищает, и, быть может, однажды подарит Донбассу нечто вроде того, чем стали «Двенадцать» Александра Блока или «Конармия» Исаака Бабеля для октябрьской революции и ее продолжения.

Донецкая рапсодия

Захар Прилепин решительно встал на сторону донбасских сепаратистов и представляет свой субъективный рассказ о несколько забытой, но все еще актуальной войне. С 2014 года пророссийские силы ДНР и ЛНР противостоят в ней украинским войскам. Писатель описывает ситуацию с точки зрения первых, и к представленным им фактам следует отнестись с осторожностью.

Как бы то ни было, интерес этой книги заключается не в предоставляемой ей информации, а в целой галерее написанных автором портретов протагонистов этой «грязной войны» в Донбассе. Он стремится отмыть этих бойцов, чью форму ему самому доводилось носить, от окружающих их подозрений и стереотипов (алкоголизм, коррупция, насилие, и т.д.).

Здесь мы видим интересные литературные наброски Арсения Павлова по прозвищу «Моторола» (убит 16 октября 2016 года), Михаила Толстых по прозвищу «Гиви» (убит 8 февраля 2017 года) и нынешнего главы ДНР Александра Захарченко, а также «женщин Донбасса», журналистов или даже поэтов, которые перешли в лагерь сепаратистов. Это касается в частности либерала и противника войны в Чечне Андрея Бабицкого, который перешел в антизападный национализм и решил поддержать борьбу с украинскими «фашистами».

Во всей этой рапсодии размышлений и бесед ощущается, что точкой отсчета для Прилепина становится война в Испании (1936-1938). Он хотел бы стать ее новым Хемингуэем, показать безразличное, по его мнению, отношение мира и даже российской молодежи к событиям на востоке Украины. Как бы то ни было, глядя скорее на политический, а не на романтический порыв этой книги, понимаешь, что она вряд ли станет его главным творением.

Украина. Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 марта 2018 > № 2536523 Захар Прилепин


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 марта 2018 > № 2532874 Арсений Поярков

Игра на выживание. Страхование ICO поможет избавиться от мошенников

Арсений Поярков

основатель агентства по оценке цифровых активов Digrate, член экспертного совета Государственной Думы РФ по цифровой экономике и блокчейн

У инвесторов в ICO нет никаких гарантий, что плохо влияет на репутацию этого инструмента финансирования и мешает его развитию. Ситуацию могло бы исправить страхование рисков, связанных с ICO-проектами. Как должна работать эта система?

Telegram обещает своим инвесторам вернуть деньги, если Telegram Open Network не будет запущен к октябрю 2019 года. Правда компания тут же уточняет — она не гарантирует, что им хватит средств хотя бы на один возврат. Таковы реалии крипторынка, где никто никому ничего не гарантирует.

Для страхования рисков на традиционных рынках инвестиций используются механизмы хеджирования. На волатильном рынке ICO такие механизмы были бы тем более востребованы. Но их появлению мешают два фундаментальных обстоятельства.

Первое — сегодня нельзя страховать токены ни в каком виде, поскольку токен по закону России и большинства других стран не является ни имуществом, ни деньгами. В разных странах на этот счет у регуляторов разные мнения. Например, в Израиле налоговое ведомство недавно заявило, что криптовалюта будет облагаться налогом на имущество.

В России над соответствующим законом трудятся несколько рабочих групп — скорее всего, он будет принят уже в 2018 году. Пока же материальная ценность токенов не может быть каким-то образом обозначена, поэтому и страховать нечего.

Второе препятствие — доверие сторон друг другу. На рынке должны быть компании с понятной и проверенной методикой оценки ICO. Эту нишу могли бы занять непосредственно страховые компании, но пока у них нет экспертизы на крипторынке. Возможно, в дальнейшем кто-то из них сможет открыть новые для себя направления и самостоятельно оценивать ICO-проекты.

Оценка от криптоагентства

Сейчас стандартом качества для крипторынка является получение рейтинга у одного из рейтинговых агентств, специализирующихся на анализе ICO. Однако эти агентства появились так же стихийно, как и многие ICO-проекты, и некоторые из них уже попали в скандальные ситуации, которые поставили под сомнение их экспертизу.

Например, проект Benebit проводил активную рекламную кампанию и даже получил высокую оценку от одного из рейтинговых агентств, собрал несколько миллионов долларов, а в итоге оказался «скамом».

Но даже после глубокого анализа остается много вопросов, особенно в части юридической и финансовой структур проекта. Таким отчетам пока еще далеко до уровня аудита на традиционных рынках — большинство рейтинговых агентств просто не располагают экспертизой, чтобы соответствовать высоким стандартам качества, и скорее являются поставщиками трафика.

Как только эти два препятствия — отсутствие закона и отсутствие экспертизы — будут преодолены, на рынке тут же появятся страховые продукты для ICO. Первыми станут те, кто успел подготовить методологию и нарастить экспертизу.

Как страховать ICO

В страховом продукте для инвесторов ICO может быть заключено два механизма. Первый — непосредственно страхование. Классическое страхование защищает нас от случайных событий, наступление которых носит вероятностный характер. Самым простым и понятным риском, который стоит застраховать при ICO, является возможное мошенничество.

Второй механизм — финансовый, который, на самом деле, больше всего и ожидают на рынке. Инвестор фактически сможет заключать фьючерсный контракт или опцион на право продать свои токены страховой компании в «час икс». Скорее всего сначала появятся страховые продукты, рассчитанные на относительно небольшие объемы инвестиций — до $20 млн на один проект. Но с развитием рынка, когда в игру смогут вступить в том числе гиганты страхового рынка, лимиты серьезно увеличатся.

По мере развития крипторынок придет к тому, что качественные проекты будут страховаться. Ведь страховка означает, что тебя оценили и готовы разделить с тобой возможные риски, а страховая компания в случае форс-мажора покроет убытки своими деньгами. Так что ICO-проектам придется стать более надежными и прозрачными, брать на себя ответственность, нести финансовые гарантии.

Прозрачность придется вывести на новый уровень, но разве не в этом смысл блокчейн-технологий? Зато действительно качественным и ответственным проектам больше не придется конкурировать со «скамом», который сегодня на равных борется за внимание пользователей и инвесторов в информационном поле.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 марта 2018 > № 2532874 Арсений Поярков


Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 марта 2018 > № 2536581 Дмитрий Орешкин

Путину мало не покажется

История с отравлением Скрипаля только начинается.

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

Отравление Скрипаля произошло с помощью очень сложного вещества, которое на кухне не сваришь и которым нужно уметь пользоваться. Полагаю, британские спецслужбы достаточно квалифицированы, чтобы определить химический состав и источник этого вещества.

Кроме того, британская политика, в том числе и внешняя, хорошо знает цену словам. В отличие от госпожи Захаровой и господина Лаврова. Еще есть такая вещь, как репутация. Не столько благодаря заслугам британцев, сколько благодаря усилиям Захаровой, Лаврова и Путина, в течение последних 2-3 лет репутация Великобритании остается на том же высоком уровне. Разрыв между дипломатиями двух стран так увеличился, что используя политику «слово против слова», слово Захаровой теперь весит в десять раз меньше, чем речь британских дипломатов.

Поэтому уверен, что история со Скрипалем только начинается. И мало Владимиру Владимировичу Путину и его команде не покажется.

Заявление Терезы Мэй о том, что она не приедет в Россию на Чемпионат мира по футболу 2018 повлияет на Путина. По советской традиции, он очень много вкладывает в спортивный пиар. Все неудачи на этом фронте — начиная от разоблачения Олимпиады в Сочи и заканчивая допинговым скандалом в Южной Корее — наносят серьезный ущерб Путину. Главным образом, в международном пространстве.

Но поскольку телевидение в России контролируется, значительная часть населения соглашается, что все эти спортивные скандалы — результат международного заговора. Тем не менее, нужно отметить, что все большая часть российских граждан начинают испытывать сомнения по этому поводу.

В контексте дипломатических правил и персонально для Путина, отказ Терезы Мэй — это серьезный ущерб. Но только в качестве персонального общения с зарубежными коллегами. Российская общественность может этого и не заметить. Есть Тереза Мэй, нет Терезы Мэй — для них это не так важно.

Вот если бы не приехала английская сборная — это стало бы очевидным ударом по престижу России. Но именно на это британские политики пойти не могут, поскольку они говорят, что спорт вне политики и стараются делать то, что говорят.

Так что сборная прилетит. Ну а то, что на трибуне не будет госпожи Мэй — это и не раз бывало. В РФ и на торжественные парады не приезжали, и Олимпиаду в 80-х игнорировали — ничего страшного, путинская вертикаль переживет. Хотя, безусловно, им будет неприятно.

Россия. Великобритания > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 марта 2018 > № 2536581 Дмитрий Орешкин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter