Всего новостей: 2190307, выбрано 99 за 0.139 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Казахстан. Турция. Китай > Легпром > kapital.kz, 14 августа 2017 > № 2275196

За полгода в Казахстан завезено одежды на $144,3 млн

Почти 79% импорта продается в Алматы

Казахстанцы начинают одевать отечественное: в 10 регионах местное производство одежды в разы превосходит импорт. Однако средний показатель по стране все еще уступает импорту в три раза. В Алматы объем импорта одежды в 18 раз превышает собственное производство, пишет Finprom.kz.

С января по июль текущего года в страну было завезено одежды на 144,3 млн долларов, что на 0,7% меньше аналогичного периода прошлого года. Из этого объема 78,5% (или 113,3 млн долларов) ушло в Алматы.

Импорт обуви увеличился в два раза и составил 108 млн долларов. Импорт женской одежды в стоимостном выражении на 26% превышает импорт мужской.

По итогам первого полугодия почти 80% всей импортной одежды было завезено из Турции, Китая, Бангладеш, Италии и Узбекистана.

Импорт турецкой одежды сократился на 28% и составил 37,2 млн долларов. Импорт одежды из Китая составил 33 млн долларов, увеличившись на 9%.

Импорт одежды из Бангладеша вырос на 45% и составил 22 млн долларов. Ввоз итальянской одежды вырос на 23%, до 10,8 млн долларов. Импорт одежды из Узбекистана сократился на 13%.

Женская одежда большей частью импортируется из Турции и Китая, тогда как мужская — из Бангладеш. Более 40% импорта детской одежды идет из Бангладеш, 10% - из Китая, 1 — из Италии.

Около 35% импортных пальто, курток и плащей привозится из Китая, 17% - из Бангладеш и 15% - из Италии. 30% импортных костюмов приходит из Турции, 16% - из Бангладеш, 11% - из Китая и 9% - из Италии. 30% импортных рубашек завозится из Турции, 28% - Бангладеш, 9% и 6% - производства Китая и Италии соответственно. Почти 50% маек и футболок завозится из Китая и 14% из Турции.

Отметим, что из Китая также идет 93% всех импортных перчаток и рукавиц, 84% платков и 73% носков.

Рынок импортной одежды в Казахстане превосходит собственное производство почти в 3 раза. Если за полгода было произведено одежды на сумму 16 млрд тенге, то импортировано было на 45,5 млрд тенге, из которых 35,7 млрд тенге приходится на Алматы.

Отметим, что в Алматы рынок импортной одежды превосходит собственное производство почти в 18 раз. На один квадратный метр торговой площади Алматы приходится 2,4 тысячи тенге одежды местного производства и 43 тысячи тенге импортной одежды. Для сравнения среднереспубликанский показатель составляет 2,3 тысячи тенге и 6,4 тысячи тенге соответственно. Цены на одежду в Алматы выше средних по республике на 36%.

Также объем импорта одежды преобладает над местным производством в Атырауской области в 5 раз, в Астане — в 2,5 раза, в Жамбылской области почти в 2 раза и в Южно-Казахстанской области на 36%, в Алматинской области на 4%.

Тем временем в 10 регионах РК наблюдается обратная ситуация — местное производство в разы превосходит импорт. В Северо-Казахстанской области объем собственного производства выше импорта более чем в 1000 раз. За полгода объем производства одежды в Северо-Казахстанской области составил 1 млрд тенге, в то время как импорт иностранной одежды составил лишь 971 тысячу тенге. На 1 квадратный метр торговой площади Северо-Казахстанской области приходится 5,3 тысячи тенге одежды местного производства и лишь 4,8 тенге импортной.

Также в Павлодарской области местное производство превосходит импорт более чем в 200 раз, в Кызылординской области почти в 80 раз, в Западно-Казахстанской области почти в 50 раз, в Акмолинской области почтив 30 раз и в Мангистауской в 20 раз.

Казахстан. Турция. Китай > Легпром > kapital.kz, 14 августа 2017 > № 2275196


Казахстан > Образование, наука. Легпром > inform.kz, 11 августа 2017 > № 2271886

Учащиеся Астаны отправятся в этом году в школу в форме по единым требованиям. МИА «Казинформ», опираясь на данные столичного Управления образования, подготовило обзор новых правил.

Цвет

Темно-синий.

Фасон

Классический стиль.

Ткани

Полушерстяные и хлопковые ткани с улучшенными свойствами, имеющими высокую износостойкость, обладающие антибактериальными, антимикробными и антистатическими свойствами. Рекомендуется 75-85% натуральных тканей (хлопок, шерсть и другие) и 15-25% синтетических примесей.

Нельзя

Включать элементы одежды религиозной принадлежности различных конфессий;

Носить одежду и аксессуары с травмирующей фурнитурой.

Можно

На верхней части одежды (пиджак, жилетка) размещать отличительные знаки (эмблемы, нашивки и прочее) школ.

Комплект для девочек

Пиджак, жилет, юбка, брюки, классическая блуза белого цвета, сарафан, в зимнее время: трикотажный жилет, белая водолазка. Брюки для девочек свободного кроя, и по длине закрывают щиколотки ног, длина юбки офисная, не выше 5 см от колена. Рекомендуемый минимум: сарафан и блузка; жилет, блузка и юбка; жилет, блузка и брюки.

Комплект для мальчиков

Пиджак, жилет, брюки, рубашка белого цвета, в зимнее время: трикотажный жилет, белая водолазка. Брюки для мальчиков свободного кроя, и по длине закрывают щиколотки ног. Рекомендуемый минимум: рубашка, жилет и брюки. Галстук мальчики могут носить по желанию.

Где купить?

Каждый родитель сам выбирает, где приобрести школьную форму своему ребенку: либо на рынке, либо в магазине, либо у поставщика школьной формы. Не будет единого поставщика школьной формы, ни одна из школ не будет выбирать отдельного поставщика.

Цена

Цена комплекта школьной формы зависит от места приобретения.

Что носить в школах, в которых уже давно введена своя форма?

Введение единой школьной формы будет проходить поэтапно. Форма темно-синего цвета обязательна в этом году только для учащихся первых классов. Для учащихся остальных классов темно-синяя форма приобретается после того, как будет изношена имеющаяся школьная форма.

Казахстан > Образование, наука. Легпром > inform.kz, 11 августа 2017 > № 2271886


Казахстан > Легпром > kapital.kz, 9 июня 2017 > № 2206934

Легкая промышленность для ответственного бизнеса

В столичном отеле Hilton Garden Inn проходит I-ая Международная конференция по развитию легкой промышленности, приуроченная ко Дню работников отрасли

В канун профессионального праздника Союз производителей продукции легкой промышленности Казахстана, который выступил организатором мероприятия, удивил маститых экспертов и производственников, в том числе и зарубежных, своими ноу-хау, идеями и, что бывает крайне редко, конкретными достижениями и такими же конкретными предложениями о том, куда же дальше двигаться легкой промышленности Казахстана.

Мероприятие такого формата проходит в Казахстане впервые. Здесь вообще слово «впервые» стало главным.

Союз производителей продукции легкой промышленности Казахстана презентовал разработанную впервые в истории нашей страны Дорожную карту развития отрасли на предстоящие 7 лет.

По мнению многочисленных экспертов, по конктенту, стратегическому охвату и предлагаемым практическим решениям разработанную Союзом в сотрудничестве с Национальной палатой предпринимателей «Атамекен» и Консорциумом отечественных производителей «Жасампаз» новую Дорожную карту можно смело рассматривать, как полноценную государственную программу.

Такой подход при подготовке стратегического плана развития отрасли тоже применен в нашей стране впервые. Как правило, аналогичные документы разрабатывают уполномоченные госорганы, а отраслевой бизнес только вносит свои предложения, которые редко входят в утвержденный вариант.

На этот раз порядка 100 компаний, работающих по полному циклу — от производства материалов до выпуска готовой продукции — объединились, чтобы разработать документ государственного масштаба, поскольку бизнес лучше знает все тонкости отрасли и как решать возникающие проблемы.

Возникает логичный вопрос — зачем им это надо? Как отметила исполнительный директор Союза Гульмира Уахитова, благодаря многочисленным государственным программам поддержки бизнеса, предприятия легкой промышленности смогли выжить и крепко встать на ноги в непростых экономических условиях, сегодня же настал черед бизнеса помогать государству развивать экономику через модернизацию производств, внедрение новых инновационных подходов и интеграцию.

Перспективы у отрасли огромные. В развитых и экономически успешных странах легкая промышленность является одной из ведущих отраслей, поскольку спрос на ее продукцию ежегодно неуклонно растет.

За последние 15 лет потребление тканей и одежды выросло в странах ЕС на 90,5%, в США — на 99,3%, в Японии — на 220%. В Китае, Турции и Индии легкая промышленность объявлена в качестве приоритетной для развития национальных экономик.

В большинстве из них разработаны программы поддержки отраслей легкой промышленности, включающие меры государственной поддержки производителей.

Остается надеяться, что государственные чины прислушаются к отраслевикам и наконец примут первую Дорожную карту по развитию лёгкой промышленности, разработанную бизнесом, и дадут ей старт как государственной программе.

В канун профессионального праздника Союз также впервые запустил акцию социальной ответственности и благотворительности «Абыройлы Жасампаз», которая направлена на оказание помощи нуждающимся и предусматривает выделение грантов на обучение перспективным работникам отрасли.

Казахстан > Легпром > kapital.kz, 9 июня 2017 > № 2206934


Казахстан > Легпром > kapital.kz, 8 июня 2017 > № 2206572 Марина Шишкина

Пришло время профессиональных игроков в ретейле

Одни уходят, другие становятся сильнее: как обрести уверенность казахстанскому ретейлу?

Директор департамента аренды Dostyk Plaza Марина Шишкина прокомментировала тенденции отечественного рынка розничной торговли и рассказала, что в текущих условиях стоит предпринимать торговым центрам и брендам.

— Марина, как вы оцениваете негативные тенденции, сложившиеся в казахстанском ретейле? В частности, уход с рынка второй по величине розничной сети в мире Carrefour.

— Не секрет, что на рынок сильно повлияла случившаяся в прошлом году девальвация. Как следствие снизилась покупательская способность, люди какое-то время просто боялись тратить деньги. Но, судя по цифрам, которые мы видим сейчас в Dostyk Plaza, рынок поднимается. Растут обороты у арендаторов, растет количество покупок, причем рост связан не только с увеличением трафика в торговом центре, но и с работой самих представителей брендов.

Сейчас время профессиональных игроков, поэтому тяжело приходится тем, у кого недостаточно бизнес-опыта, нет понимания в отношении будущего развития, нет точечной направленности и не в полной мере осуществляется работа с клиентом.

Что касается Carrefour, мы думаем, на его закрытие повлияло несколько факторов, одним из которых является не до конца изученный потенциальный потребитель, его интересы, привычки и так далее, а также выбранная для открытия локация в непосредственной близости от уже функционирующих гипермаркетов.

— Как в этот период времени чувствует себя Dostyk Plaza?

— Судите сами: к нам продолжают заходить бренды. В течение 2017 года мы подписываем договоры на 6500 м². Тенденция идет к стопроцентному и качественному заполнению площадей. Несмотря на существующий лист ожидания, часть помещений мы поставили на резерв для новых марок, соответствующих концепции ТРЦ.

В Dostyk Plaza товарооборот в 2016 году вырос по отношению к 2015 году на 46%, в этом году прирост составляет порядка 30%. Рост товарооборота продолжался даже в те месяцы, которые считаются для ритейла слабыми. Например, в этом году февраль и апрель показали отличные результаты. И мы видим эту тенденцию с конца прошлого года. Оборот якорных арендаторов (Galmart, ZARA, Sulpak, CINEMAX и др.) вырос за январь-май 2017 года более чем на 30% по отношению к аналогичному периоду прошлого года.

— С чем связываете этот рост?

— Помимо очевидной рыночной стабилизации, большая работа проводится самим торговым центром, а выбранная концепция помогает реализовать поставленные цели. В первую очередь это касается маркетинга ТРЦ и его наполнения. Мы активно работаем с арендаторами по их продвижению, а также взаимодействуем с посетителями — помимо регулярных акций лояльности, проводим серьезные исследования, чтобы понимать, кто наш клиент, что он хочет здесь видеть и покупать.

В соответствии с запросами посетителей мы формируем пул арендаторов. При этом важным является как предоставление полного перечня товаров и услуг, так и расположение их внутри торгового центра с точки зрения уровня брендов и предоставляемого ассортимента.

— На какой покупательский сегмент ориентирован Dostyk Plaza?

— В связи с расположением в центральной части города торговый центр имеет довольно определенную целевую аудиторию сегмента «средний» и «средний плюс». Соответственно подбор брендов осуществляется с учетом запросов наших клиентов. Правильность выбранного направления подтверждается тем, что именно эти марки показывают положительные результаты, увеличивая обороты от периода к периоду.

— При этом в Dostyk Plaza встречаются и более бюджетные масс-маркет-бренды.

— Да, мы завели некоторое количество масс-маркет-марок в качестве поддерживающего сегмента с точки зрения шопинга. Не секрет, что Dostyk Plaza является центром притяжения молодежи. Мы позаботились об этой категории, предлагая магазины таких брендов, как Pull&Bear и Stradivarius.

Но все же наш акцент — это категории марок «средний» и «средний плюс». Их концентрированное расположение в Dostyk Plaza создает своего рода синергию и дает расширенные возможности комфортного шопинга и досуга для посетителей. Наша задача — исключить необходимость перемещения покупателей из одного ТРЦ в другой и предоставить полный спектр товаров и услуг, соответствующих потребностям целевой аудитории.

В последние месяцы в Dostyk Plaza появились сразу несколько брендов, которые ранее не были представлены на казахстанском рынке. Это магазин одежды и аксессуаров Ferrari, Eterna — известный во всем мире немецкий производитель мужских рубашек и аксессуаров, Loriblu — культовая итальянская обувная марка. К открытию готовятся интерьерный салон Creative Co-op, магазин ведущего производителя беспилотников DJI и международный галерейный проект авторской фотографии — YellowKorner.

— Какие планы у ТРЦ на ближайшее время?

— Мы видим, что у проекта большой потенциал, и помимо упомянутых целей — повышать качество предложений для наших клиентов и заводить на казахстанский рынок новые узнаваемые и перспективные бренды — в данный момент мы активно работаем над заполнением нашей отдельно стоящей зоны — Плазы. Она будет отдана под рестобарную концепцию, согласно которой там будут расположены заведения различных форматов.

В ближайшее время мы планируем открытие летней террасы, которая станет дополнительным местом досуга как посетителей, желающих отдохнуть после шопинга в дневное время, так и молодежи, для которой вечером будет предложен формат preparty. В сентябре-октябре заработают остальные заведения, всего порядка пяти ресторанов.

— Формат ТРЦ — это один из ярких примеров B2B. Расскажите о принципах работы с вашими арендаторами.

— Любой профессиональный ретейлер, который заходит в Dostyk Plaza, понимает: не только торговый центр должен привлекать покупателей в свое здание, но и арендаторам необходимо предпринимать меры по привлечению трафика ТРЦ в свои магазины. Для этого следует проводить большую работу по повышению лояльности клиентов, работать над мерчандайзингом, качеством обслуживания, уделять большое внимание маркетингу.

Маркетинговые активности сейчас особенно важны, потому что люди перестали тратить деньги направо-налево, и потенциального покупателя необходимо сначала привлечь, а после удержать.

Говоря о B2B. Сейчас казахстанские игроки еще только учатся правильно взаимодействовать в этом формате — не просто быстро что-то купить-продать, но работать с ориентиром на долгосрочные перспективы и взаимовыгодные условия. Мы со своей стороны стараемся работать честно, прозрачно, профессионально, задаем тренды в ведении бизнеса и имеем четкую стратегию развития на ближайшие 5 лет.

Казахстан > Легпром > kapital.kz, 8 июня 2017 > № 2206572 Марина Шишкина


США > Легпром. СМИ, ИТ > nhk.or.jp, 6 мая 2017 > № 2164794

В музее Метрополитен пройдет выставка Рэи Кавакубо

Музей искусств Метрополитен в Нью-Йорке открыл выставку работ одного из наиболее влиятельных и неординарных дизайнеров мира.

Выставка "Art of the In-Between" открылась в четверг, представив публике около 140 образцов совершившего революцию в женской моде дизайна Рэи Кавакубо.

Кавакубо является основателем дома моды Comme des Garcons.

Она второй дизайнер, который при жизни удостоился персональной выставки в этом музее. Первым дизайнером был Ив Сен-Лоран в 1983 году.

Выставка продлится до четвертого сентября.

США > Легпром. СМИ, ИТ > nhk.or.jp, 6 мая 2017 > № 2164794


Россия > Образование, наука. Легпром > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165325

Век учись: как выглядит образования будущего

Анна Черных

Куратор ДПО «Дизайн одежды» Британской высшей школы дизайна, основатель «Проектных мастерских»

Современный мир невозможно представить без новых технологий. Они оказывают влияние на все сферы жизни и меняют нас самих. Так, одна из самых мобильных и быстро реагирующих на изменения — образовательная система — за последние пару лет пережила много экспериментов и обрела новые форматы. Какие подходы в дополнительном образовании наиболее эффективны, а какие бесполезны и даже вредны, рассказывает куратор «Британки».

Эффективные методы

Мультидисциплинарность

За время 15-летней практики я пришла к выводу — все учебные курсы должны показывать связь со смежными сферами и дисциплинами. Это дает понимание комплексных возможностей дизайна. Так, архитектура, урбанистика и промышленный дизайн могут показаться далекими друг от друга областями. Но эти дисциплины формируют комплекс, их невозможно рассматривать по отдельности: здание не может существовать вне пространства, человек – вне города, а город без людей.

Погружение в рабочую среду

Одна из основных проблем дополнительного образования — отстраненность от реальной индустрии и практического применения знаний и навыков. Изучение чего-либо всегда стоит начинать с погружения в рабочую среду и понимания спектра возможных результатов. Это формирует заинтересованность в предмете и может выступить мотивацией к самостоятельному изучению сложной теоретической части. В этом смысле показателен сюжет фильма «Город героев», где случайная экскурсия в проектную лабораторию представление маленького мальчика о науке и становится стимулом к дальнейшему развитию.

Учебное пространство crossover

Лично у меня с детства остался страх перед школьными коридорами и маленькими кабинетами. К счастью, новые технологии меняют систему организации рабочего и учебного пространства. Отличным примером может служить обновленный офис Сбербанка, где вместо отдельных статичных кабинетов или привычного open space пространство полностью мобильное и может использоваться и как переговорная, и как зона отдыха с мягкой мебелью. Таким образом, из обычного офиса сотрудники переносятся в комфортную среду с абсолютно другим типом инфраструктуры.

В центре «Проектные мастерские» мы оставили открытую центральную часть, которую можно использовать для лекций и презентаций, а функциональные помещения расположили по периметру, установили стеклянные перегородки, которые позволяют сделать весь рабочий процесс прозрачным и наглядным. Такая организация пространства помогает начинающим дизайнерам и архитекторам перенимать опыт старших коллег.

Мультиформатные группы студентов

Мы работаем с тремя возрастными группами: учениками средней школы, молодыми представителями творческих профессий и руководителями дизайн-студий. Практика показала, что занятия в группе, состоящей из участников разных возрастов и профилей, дают мощный синергетический эффект. На очередном воркшопе, посвященном созданию одежды для людей с инвалидностью участвовали студенты из разных университетов Германии и Австрии. Интеграция разных специализаций для решения одной очень сложной задачи позволила в короткие сроки получить прототипы изделий с обоснованием технологического, эргономического и экономического аспектов.

Неэффективные технологии в дополнительном образовании:

Edutainment

Термин появился из слияния двух понятий education (образование) и entertainment (развлечение), но стоит помнить: любая деятельность, в том числе творческих работников, — это не развлечение, а тяжелый труд. Игровой формат в образовательной системе зачастую не способен привить целеустремленность и упорство в решении поставленных задач, приучить к дисциплине и ответственности за результат. Подход «развлекая, обучай» привлекателен исключительно с коммерческой точки зрения, но не имеет никакого отношения к развитию индустрии и новых компетенций в целом.

Субъективная система оценок

Специфика каждого учебного и система «хорошо/плохо» формирует искаженное и субъективное восприятие результатов студента. В реальной жизни выпускники начинают делать одни и те же системные ошибки, показывая тем самым «почерк» своих вузов. Сюда же можно отнести отсутствие системы поощрений талантливых учеников. Хотя, поверьте, формирование группы с возможностью обеспечить хотя бы один грант принципиально меняет общие результаты, повышает мотивацию студентов.

Устаревшие направления

Вспомните свой первый мобильный телефон. Мой громоздкий аппарат не принимал вызовы, а мог только совершать звонки. А спустя 15 лет разработчики приложений для мобильных стали одними из самых востребованных специалистов в мире! Для многих профессии нового времени пока даже не существует названий, но они уже формируются и их присутствие возможно обнаружить в списках технологических трендов и прогнозах футурологов. Поэтому уровень осведомленности молодого специалиста о технологиях, знание когнитивных возможностей человека и языков программирования – это тот необходимый минимум, который нужен для формирования компетенций успешного и востребованного специалиста в будущем.

Россия > Образование, наука. Легпром > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165325


Россия > Легпром. СМИ, ИТ > forbes.ru, 30 апреля 2017 > № 2158615 Константин Карчмарский

Fashion Tech. Рождение новой индустрии или трансформация старой?

Константин Карчмарский

директор венчурного интегратора CLMI Ventures

Для того, чтобы индустрия моды сделала шаг вперед, необходима кросс-индустриальность. Кто-то должен собрать за одним столом деятелей легкой промышленности, математиков, программистов, ретейлеров и представителей телекоммуникаций

Новые технологии в сфере моды и правда удивляют. Умные ткани, меняющие цвет в зависимости от настроения, 3D печать обуви, роботы-швеи и виртуальные примерочные и т.д. Все говорят о том, что это произведёт революцию в мире моды и производства одежды. Однако чего-то не хватает.

Как отмечалось на недавно прошедшей в Москве конференции Fashion Futurum, инвестировать в молодых дизайнеров по-прежнему чрезвычайно рискованно, несмотря на наличие талантов. Единственный определённо положительный пример развития рынка за пределами империй быстрой моды типа Inditex, был приведён корейскими коллегами. Корейцы сначала создают образы в поп-музыке, затем развивают их в телесериалах и потом переносят наиболее удачные из них в мир одежды. Для ограниченного числа дизайнеров это, несомненно, путь. Но он не создаёт индустрию, а технологические новинки производства в данном случае лишь снижают издержки и оптимизируют логистику. При этом мы понимаем, что процесс покупки одежды в ближайшем будущем должен содержать всего несколько кликов после обозначения цели «одеться для» или «одеться примерно как вот тот человек» или «предложите мне что-то новое». Более того, эта одежда должна быть не просто доставлена, но и изготовлена лично для вас в течение нескольких дней. А дизайнер перед тем, как делать коллекцию должен иметь все необходимые данные о потенциальной аудитории с тем, чтобы риск остался только тот, который связан непосредственно с творчеством. И это уже действительно большая новая индустрия со множеством технологических игроков и огромным разнообразием.

Кто главные действующие лица в новой fashion-индустрии?

Для того, чтобы понять, каких элементов новой индустрии не хватает, вспомним о том, что все серьёзные инновации в конечном итоге делаются ради покупателя и создателя-дизайнера. В нынешнем же мире моды проблемы точно такие же, как и в медиаиндустрии. Главная из них — отсутствие прямой связи между многочисленными создателями и многочисленными группами потребителей. В существующей модели соревнуются не столько творческие умы, сколько рекламные бюджеты или физические каналы дистрибуции, которые в основном связаны с бюджетом на недвижимость. По сути fashion-бизнес и медиабизнес стали «финансовыми». С помощью очень больших денег вы целиком заполняете канал коммуникаций с потребителем — и никто из относительно маленьких брендов не имеет практически ни малейшего шанса быть услышанным или увиденным достаточным (для стабильного развития бизнеса) количеством людей, несмотря на отчаянные попытки потребителя найти что-то для себя лично, исходя из своих вкусов и потребностей. Другая проблема — «каталожный» подход больших интернет-магазинов, в которых выбрать то, что нужно, — ещё большая проблема, чем выбор в оффлайн-магазине. У потребителя не так много свободного времени, чтобы выбирать из сотен или тысяч якобы релевантных результатов поиска.

Видимый и невидимый Fashion Tech

Итак мы подошли к тому, чтобы обозначить недостающие элементы новой индустрии моды. С «железными» технологиями всё более-менее понятно, и они несомненно привлекательны. А всё остальное — то, что не видно потребителю, пока отсутствует. Всё это — информационные и коммуникационные технологии, которые должны решить следующие задачи: построение каналов коммуникаций между любыми дизайнерами и любыми аудиториями, защиту прав на интеллектуальную собственность, справедливое распределение доходов между всеми участниками цепочки ценностей, связь собственно с проектированием, производством, логистикой и ритейлом, в каком бы виде он не сохранился. Это подразумевает очень интенсивное использование искусственного интеллекта и машинного обучения, новых технологии сбора данных о товарах и пользователях и получения новых метрик, блокчейн-технологий и т.д.

Почему до сих пор новая индустрия моды не построена?

Несмотря на наличие потрясающих технологических достижений в области дизайна, проектирования и производства, «невидимая» технологическая часть до сих пор находится в зачаточном состоянии.

Причин тому несколько. Частный капитал не очень любит финансировать исследования, которых необходимо много, а государственный — существенно более инертен, но самое главное, его распорядителям кто-то должен сформулировать задачу. Например, новые способы взаимодействия пользователя с цифровым контентом или новые метрики не рождаются «в гаражах». Они могут родиться только в результате серьёзных исследований, данные которых положены в основу стартапов. Но для этого нужен прекрасный союз визионеров из бизнеса и университетов, которые встречаются не так часто Вторая причина — отсутствие кросс-индустриальности в построении новой модели. Кто-то должен собрать за одним столом не только деятелей легкой промышленности, математиков и программистов, но и прогрессивных представителей телекоммуникаций, банковской индустрии, ретейла, каждый из которых, как ни странно, является новым важным участником индустрии моды. Легпром не сможет решить задачи, связанные со сбором и анализом больших данных без телекомов или интернет-компаний.

А без решения этих задач не будет новой легкой промышленности. Только совместными усилиями представителей нескольких индустрий возможно сформулировать те бизнес-модели, которые имеют существенные шансы стать жизнеспособными. И третья, самая главная причина — технологические стартапы, решающие конкретную задачу, будучи не соединёнными с остальными участниками — подчас тоже стартапами — индустриальной цепочки, не имеют практически никаких шансов на успех, несмотря на гениальность. Виртуальные примерочные без встраивания в обновлённый e-commerce бесполезны. Новые метрики без подсоединения к новым digital-агентствам останутся достоянием учёных, поскольку не будут приняты существующими рекламными агентствами, которым не хочется усложнять себе жизнь. Стартапы в области дополненной реальности для моды не будут жизнеспособными без подключения производителей цифрового контента и самих дизайнеров к новым системам защиты прав и автоматического распределения дохода. Поэтому важнейший процесс — построение цельных бизнес-цепочек и осознанное инвестирование в каждый их элемент. Вне всякого сомнения это тоже искусство само по себе, но без него большинство прорывных технологий не найдут должного применения, потребитель продолжит жить в плоском мире «потребительской демократии», а о создании одного из крупнейших сегментов креативной экономики придётся забыть.

Что останется в результате от старой фэшн индустрии? Сказать сложно. Вероятно, ей придётся радикально трансформироваться для того, чтобы догнать новую, которую мы увидим в течение ближайших трех-пяти лет.

Россия > Легпром. СМИ, ИТ > forbes.ru, 30 апреля 2017 > № 2158615 Константин Карчмарский


Франция > Легпром. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153468

LVMH миллиардера Бернара Арно станет единоличным владельцем Christian Dior

Анастасия Ляликова

редактор новостей Forbes.ru

26% акций знаменитого дома моды обойдутся миллиардеру в €12 млрд, а 100% Christian Dior Couture — в €6,5 млрд

Владелец Moet Hennessy - Louis Vuitton (LVMH) Бернар Арно (богатейший человек Франции, состояние $41,5 млрд по оценке Forbes) консолидирует акции Christian Dior, сообщается на сайте холдинга.

LVMH выкупит 26% акций модного дома, которые им еще не принадлежат, за €12,1 млрд. Это означает, что холдинг заплатит €260 за акцию, что на 15% выше цены закрытия 24 апреля. Также компания приобретет Christian Dior Couture, эта сделка оценивается в €6,5 млрд.

Нынешний владельцы выкупаемой доли Dior могут выбрать оплату наличными или акциями Hermes International, которую LVMH приобрел в 2014 году. Советы директоров Christian Dior и LVMH единогласно поддержали сделки и назначили независимых экспертов, которым предстоит оценить их условия.

«Этот проект представляет собой важную веху для группы. Эти операции позволят упростить структуру компании, чего давно ждал рынок, и усилить Fashion & Leather Goods благодаря приобретению Christian Dior Couture, одного из самых известных мировых брендов», — заявил сам Бернар Арно.

После объявления о сделке, указывает Bloomberg, акции LVMH выросли на 3,2% в начале торгов в Париже, в то время как бумаги Dior подскочили на целых 13%.

Аналитики положительно отреагировали на сделку, добавляет The Financial Times. «Он добавляет сильный бренд в портфель LVMH по разумной цене и с перспективой роста», — говорит руководитель отдела предметов роскоши в Exane BNP Paribas Лука Сулька.

Семья Арно контролирует LVMH, который включает в себя около 70 брендов, в том числе Dom Perignon, Bulgari, Louis Vuitton, Sephora и Tag Heuer, а также контролирует около 3900 розничных магазинов. В 2016 году компания показала рекордные продажи в почти $40 млрд.

Франция > Легпром. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 25 апреля 2017 > № 2153468


США. Франция. РФ > Химпром. Легпром > forbes.ru, 18 апреля 2017 > № 2144221 Ангелина Кречетова

Мода на переработку: грибы, бактерии и еще 5 находок в fashion-индустрии

Ангелина Кречетова

Редактор Forbes.ru

Одежда из грибов, окраска микроорганизмами и новая бизнес-модель: что предложили победители модной программы акселератора Plug and Play

Известный американский бизнес-акселератор Plug and Play совместно с проектом Fashion for Good и французским конгломератом роскоши Kering, владеющим брендами Alexander McQueen, Balenciaga, Gucci, Saint Laurent, Sergio Rossi, Puma и другими, запустил программу акселерации «Plug and Play — Fashion for Good». Программа направлена на внедрение инноваций в индустрию одежды и роскоши. В рамках первого набора организаторы отобрали 12 проектов из более чем 250 претендентов. Акселератор Plug and Play «выращивает» стартапы уже 11 лет, его ставят в один ряд с американскими Y Combinator и 500 Startups. В галерее Forbes мы собрали самые любопытные проекты, приглянувшиеся моде и бизнесу.

Отобранные стартапы предлагают fashion-индустрии проекты, снижающие серьезное негативное воздействие модной промышленности на окружающую среду; альтернативные методы производства, увеличивающие долговечность тканей; новые способы безотходного производства или переработки одежды, и даже бизнес-модели.

«Все эти 12 инновационных проектов помогают нам понять, как мода проектируется, производится, носится и используется повторно», — говорит основатель Fashion for Good Лесли Джонстон. Он отмечает, что организаторы модного акселератора помогают новаторам развивать свой бизнес и в конечном итоге внедрять свои технологии в мировую индустрию одежды.

Pili-bio

Стартап Pili-bio предлагает модному рынку возобновляемые красители, которые производят... «микроскопические живые существа», говорится на сайте проекта. Новый способ окрашивания тканей микроорганизмами, по замыслу создателей проекта, заменит нефтехимические красители (невозобновляемые и токсичные) и растительные (дорогие, зависят от климата, сложно масштабируемые на мировой рынок). Уникальный способ окрашивания подойдет как для текстильной промышленности, так и для косметической, уверяют они.

«Новой эпохой будут управлять бактерии, микроскопические живые существа, которые можно культивировать для производства широкого спектра возобновляемых материалов в промышленных масштабах», — подчеркивается в сообщении.

На сайте Pili-bio отмечается, что микроорганизмы уже давно используются в пищевой промышленности: путем ферментации мы получаем пиво, хлеб, сыр, шоколад, уксус и другие продукты. Недавно их начали использовать и в сфере здравоохранения, например, при производстве инсулина. «Теперь же они поработают на благо умных и возобновляемых материалов», — радуются основатели стартапа.

Dropel

Команда Dropel создала биологически разлагаемый полимер, который вплетается в натуральные ткани и волокна. Благодаря новому составу, ткань отталкивает все водянистые или маслянистые вещества, увеличивая срок службы любого волокна. Водоотталкивающая ткань, как уверяют создатели проекта, сохраняет мягкость и воздухопроницаемость, что делает ее неотличимой от натуральных тканей.

MycoTex

MycoTex — необычный проект голландского дизайнера Аниелы Хоитинк. Она представила новый одноступенчатый способ производства одежды, который не требует использования нитей, да и шитья в принципе. Основатель стартапа предложила создавать одежду из грибного мицелия (грибницы). Мицелий спрессовывается в однотипные элементы на специальных пресс-формах, а затем «сращивается» в нужные модули. MycoTex не содержит химикатов и является 100%-ым биоразлагаемым материалом, который можно компостировать после использования.

Одежда из грибного мицелия легко утилизируется, становясь питательной средой для роста растений. Для выращивания материала требуется лишь немного воды. Благодаря модульной конструкции созданную из грибов одежду можно легко ремонтировать, удлинять или укорачивать в любой момент по желанию клиента. Можно даже добавить рукава или создать узоры, если захочется, и это никак не отразится на внешнем виде ткани.

Agraloop

Проект Agraloop разработал систему переработки отходов пищевой промышленности — носителей пищевых волокон, которые получаются при производстве пищевых продуктов. Речь идет о превращении в новые биоразлагаемые волокна отходов от производства продуктов питания из ананасов, бананов, льна и другой сельскохозяйственной продукции. Полученный материал создатели стартапа предлагают обрабатывать с использованием обычного машинного оборудования, которое предназначено для производства хлопчатобумажных тканей. Новые волокна могут использоваться в текстильной промышленности, становясь экологически чистой альтернативой часто используемым синтетическим волокнам.

RePack

RePack вместе с решением в области возобновляемой упаковки предлагает модной индустрии и новую бизнес-модель. Стартап ставит своей целью снижение на 80% «углеродного следа» от производства упаковочных материалов для рынка электронной коммерции. Идея проекта следующая: как только клиент получит заказанный на интернет-площадке товар, он тут же отправит упаковку обратно на склад ретейлера для последующего повторного использования или переработки. Таким образом, удастся полностью закрыть цикл этого производства, сделав его безотходным, надеются основатели RePack.

Sundar

Sundar показал акселератору цифровую платформу, которая свяжет производителей и поставщиков текстильных изделий, аксессуаров и одежды с брендами и розничными торговцами. Основатели стартапа уверены, что такая площадка позволит за считанные минуты проделать те шаги, которые раньше занимали недели и месяцы.

С проектом, призванным наладить контакт между участниками модной индустрии, вышла и команда MySource. Авторы стартапа представили интеллектуальную B2B онлайн-платформу или, как они сами называют проект, — «единое окно» для бизнеса. MySource планирует связать специалистов fashion-индустрии с теми ресурсами, которые им необходимы для создания и развития успешных и устойчивых предприятий. Проект помогает своим участникам, у каждого из которых есть свой рейтинг, создавать более эффективные, ориентированные на рынок продукты и услуги, а также наращивать клиентскую базу. Платформа сейчас доступна в 141 стране.

Tersus

Tersus предложил бизнесу заменить традиционные способы очистки загрязнений на тканях. Проект ориентируется на компании, которые занимаются химической чисткой вещей и промышленной стиркой белья. Им авторы проекта показали технологию, которая позволяет использовать в качестве растворителя сжиженный углекислый газ, который остается от промышленного производства. Стартап позволяет существенно экономить воду, которая обычно используется в этом качестве, а также позволяет избежать и сушки тканей.

«Текстильная промышленность является второй по величине отраслью-загрязнителем воды в мировой экономике. Производство и очистка одежды требуют значительных химических и энергетических затрат», — указывают авторы проекта. Разработанное Tersus программное обеспечение управляет режимами чистки для различных типов одежды: настраивает время цикла машины, механику, а также объем вещества, требуемого для чистки конкретного материала.

США. Франция. РФ > Химпром. Легпром > forbes.ru, 18 апреля 2017 > № 2144221 Ангелина Кречетова


Италия. Россия > Легпром > forbes.ru, 30 марта 2017 > № 2122367 Сергей Викулин

Сергей Викулин, Raschini: «Приятно, что мы ошиблись в оценке целевой аудитории»

Денис Сидоров

редактор Forbes Life

Владелец итальянской марки Raschini объясняет, почему нельзя хорошо одеть русского человека, не перекроив под него все производство.

С чего началась история Raschini в России?

Началось с того, что меня пригласили в качестве антикризисного управляющего оптимизировать бизнес по дистрибуции нескольких марок итальянской мужской одежды в России. Это были известные люксовые бренды, среди них был и Raschini.

Именно Raschini стал для нас самым важным брендом, потому что права на него принадлежали владельцу бизнеса, а это давало нам возможность адаптировать итальянское производство под запросы российского клиента. При том, что за три месяца мне удалось достичь операционной прибыли, на товарах остальных производителей мы практически на зарабатывали. В конечном итоге мы встали перед выбором: либо развивать уже имеющиеся бренды и навык дистрибуции, либо сконцентрироваться на одном бренде, что позволит нам максимально удовлетворять потребности покупателей. Это привело к тому, что буквально через год — в 2006 году — у нас не осталось и следа от других брендов. Мы сконцентрировались только на Raschini, выкупив права на использование товарного знака как на территории Российской Федерации, так и на территории Италии, и открыли монобрендовый магазин.

Как из управляющего вы превратились во владельца?

В какой-то момент первый владелец бренда прекратил исполнять финансовые обязательства, а потом он и вовсе вышел из бизнеса, прихватив с собой даже предоплату, которую клиенты оставили за пошив костюмов. Поэтому мне пришлось взять на себя ответственность за все долги, которые были у компании. Я же фактически являлся ее лицом.

У Raschini есть какое-то централизованное производство, или вы работаете с разными поставщиками?

У нас есть целая группа производителей в Италии, где на каждую товарную позицию существует минимума два производителя. Так мы можем соблюдать график поставок, выбирать лучшее предложение. Это позволяет нам при сохранении качества удерживать цену, которая на 10% — 30% ниже, чем у наших конкурентов. Мы продаем люкс, но за разумные деньги.

Как вам кажется, может ли имиджу компании навредить тот факт, что она управляется из России?

Конечно. Поэтому для нас очень важно подчеркивать свое итальянское происхождение. В первую очередь, по факту создания продукта.

Насколько активно вы работаете в этом направлении?

Открою вам тайну: у нас с маркетингом вообще очень большая проблема. У нас были попытки транслировать в эфир наши достижения, от описания продукта до рассказа о производстве. Но потом работа в этом направлении затихла. Сейчас, я так подозреваю, нужно снова инициировать эти процессы.

Мы хотим сконцентрироваться на рассказе о производстве. Например, сумки для нас долгое время производила итальянская пара — дедушка с бабушкой — официальный поставщик японского императорского двора. К сожалению, дедушка умер, а бабушке просто некому передавать свой опыт — молодые итальянцы неохотно идут в ремесленники. Это еще одна проблема: уходят настоящие мастера, а замены им нет. Поэтому важно, что у нас есть возможность выбирать разные мануфактуры и разных поставщиков.

В прошлом году открылся бутик Raschini в Монако. Как обстоят дела с ним?

Сейчас, слава богу, все хорошо. При том, что целый год у нас ушел на открытие операционного счета. Наша операционная деятельность фактически была заморожена в связи с проверкой источников средств, инициированной из-за того, что в составе учредителей компании был гражданин Российской Федерации. Но мы все эти сложности преодолели и начинаем пожинать плоды вложенных усилий, что не может не радовать.

Ваши покупатели в Монако — все те же русские?

Что приятно, мы ошиблись в оценке целевой аудитории. Мы открывали бутик в Монте-Карло в первую очередь для наших постоянных клиентов, которые в силу разных обстоятельств все реже бывали в Москве. Ведь, как это ни парадоксально, хорошо одеться на на Лазурном берегу негде. Но почти половину покупок в нашем бутике совершили европейцы. Если быть точным, то это чуть меньше 40%. Еще 30% — жители арабских государств, и 20% – наши соотечественники.

Вы планируете открывать новые магазины в Европе? Или, может быть, взаимодействовать с европейскими мультибрендами?

Основное развитие мы видим, в первую очередь, на европейском рынке. Но мы не работаем с мудьтибрендами, потому что Raschini не продает конкретно брюки, пиджак или рубашку — мы продаем total look.

Когда мы только начинали, в Москве было много людей, одетых в костюмы хороших итальянских марок. Они были одеты дорого, но при этом все — галстук, сорочка, костюм — никак между собой не сочеталось. К тому же без полного перекроя вы ни один костюм многих известных марок не продадите. Никто не меняет лекала под российского клиента, а нам ведь не подойдут ни короткие брюки на итальянцев, ни «скафандры» на американцев.

Получается, что одежду для российских бутиков вы производите по одним лекалам, а для Монако по другим?

Конечно. Чтобы было понятно: средняя длина пиджака при том же 50-м размере в России — 79 см, а в Монако — 77 см. Просто потому что европейцы ниже русских. У нас длина брюк определяется высотой каблука, а у них — высотой обуви. Существует много разных различий.

И бренд готов каждый раз менять производство под конкретный рынок?

Такая адаптивность уже заложена в ДНК бренда. Мы идем от клиента. Мы не претендуем на звание творческих гениев, наша задача — удовлетворять потребности покупателей. Наши клиенты это состоявшиеся, успешные люди из среднего класса. Это люди, которые осознанно совершают покупки. Они не будут покупать что-то ради известного имени на этикетке. Они рационально подходят к тратам и обращают внимание на качество.

При этом Raschini часто делает акцент на сложные техники производства и дорогие материалы. По-вашему, это то, что может привлечь средний класс?

Для нас средний класс определяется не уровнем дохода, а осознанностью совершаемых покупок. Нашим клиентом может быть человек, который получает и $100 000 в год, и $15 000. Raschini — это не настолько дорого, как может показаться на первый взгляд. Льняная сорочка в нашем бутике в Монако стоит €248. Это более чем адекватная цена за рубашки ручной работы такого качества.

Италия. Россия > Легпром > forbes.ru, 30 марта 2017 > № 2122367 Сергей Викулин


Узбекистан > Легпром. Агропром > gazeta.uz, 29 марта 2017 > № 2125880

Кардинальным улучшением отрасли шелководства в Узбекистане займется Ассоциация «Узбекипаксаноат». Постановление о ее создании 29 марта подписал Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев.

Как отмечается в комментарии к документу, существующие в стране тутовые плантации шелковицы используются недостаточно эффективно, а в зимний период урожайность тутовников существенно снижается. Из-за недостаточного производства коконного сырья производственные мощности шелкомотальных и шелкоткацких предприятий задействованы не полностью.

Сегодня более 80 миллионов линейных насаждений и 51 тысяча га плантаций шелковицы обеспечивают выкормку гусениц тутового шелкопряда в объеме 450 тысяч коробок и производство около 26 тысяч тонн коконов тутового шелкопряда. Для покрытия дефицита ежегодно импортируется 230−250 тысяч коробок грены тутового шелкопряда — до 50% от потребности предприятий отрасли.

Выкормка тутового шелкопряда до сих пор осуществляется в жилых помещениях. Отсутствие нужных условий и недостаточное материальное стимулирование коконоводов не позволяют достичь высокой урожайности и качества коконов. Районные и межрайонные предприятия «Пилла», осуществляющие приемку и первичную обработку коконов, оснащены морально изношенным оборудованием.

Реформирование и комплексное развитие шелковой отрасли предусматривает создание единой полноценной организационно-технологической цепочки, обеспечивающей интенсивное развитие кормовой базы, совершенствование процессов выкормки и заготовки коконов, внедрение эффективных методов производства и углубленной переработки коконов, шелка-сырца и шелковой пряжи, налаживание выпуска готовых изделий из шелка и увеличение экспортного потенциала.

Решить существующие проблемы призвана Ассоциация «Узбекипаксаноат». В ее состав войдут пять региональных обществ, создаваемых при участии банков, с закреплением за ними зон хозяйственной деятельности, и обеспечивающих координацию работы территориальных предприятий отрасли. Названия этих обществ:

«Жанубипаксаноат» (учредители — СП Bukhara Brilliant Silk и другие организации отрасли в Бухарской, Кашкадарьинской и Сурхандарьинской областях);

«Шимолипаксаноат» («Асакабанк» и организации в Каракалпакстане и Хорезмской области);

«Марказипаксаноат» («Агробанк» и организации в Самаркандской, Навоийской и Джизакской областях);

«Водийипаксаноат» (Национальный банк внешнеэкономической деятельности и организации в Ферганской, Андижанской и Наманганской областях);

«Тошкентипаксаноат» («Узпромстройбанк» и организации в Ташкентской и Сырдарьинской областях).

Запланировано создание территориальных и районных предприятий «Агропилла», в задачи которых войдут инкубация качественной грены и ее раздача надомникам и организациям, предоставление земельных участков для кормовой базы и оборудования, оказание консультативных услуг по выкормке и заготовке коконов, а также мониторинг за процессом выращивания, сбора и заготовки коконов.

В периоды, не задействованные под выкормку шелкопряда, на сельскохозяйственных угодьях и частях плантаций намечено ведение вторичной деятельности, в частности, овощеводства, животноводства, птицеводства и т. д.

Особое внимание в постановлении уделено производству грены и коконов, их заготовке и первичной переработке путем внедрения высокопродуктивных пород и гибридов тутового шелкопряда, модернизации действующих и создания новых мощностей по производству шелка-сырца, а также организации глубокой переработки коконов.

В 2017—2021 годах планируется реализация программных мер по развитию шелковой отрасли, проведению единой научно-технической, технологической, инвестиционной и экспортной политики, оказанию всемерной поддержки и совершенствованию нормативно-правовой базы. Для этого создана специальная рабочая группа.

Постановлением предусмотрено предоставление до 1 января 2023 года льгот по уплате единого налогового платежа и единого социального платежа организациям, производящим коконы тутового шелкопряда, а также таможенные льготы на ввозимые материально-технические ресурсы. Отрасль также освобождается от уплаты налога на доходы физических лиц-надомников, занятых выращиванием живых коконов тутового шелкопряда. В трудовой стаж работников шелководства и надомников будет включаться период сезонных работ, засчитываемых за год работы для назначения пенсии.

Расширение кормовой базы, создание комплексов по выращиванию коконов в непосредственной близости от тутовых плантаций, ввоз высокоурожайных (холодоустойчивых) тутовых саженцев, дающих в два раза больше урожая, позволят увеличить объемы заготовки коконов на 35 тысяч тонн (35%), а также обеспечить выпуск продукции, включая шелковую пряжу и готовые изделия, с высокой добавленной стоимостью.

Ожидается, что к 2021 году общая доля объемов переработки коконов тутового шелкопряда будет увеличена до 50%, с созданием новых рабочих мест и увеличением поступления валютных средств за счет экспорта продукции.

Узбекистан > Легпром. Агропром > gazeta.uz, 29 марта 2017 > № 2125880


Узбекистан. Китай > Транспорт. Легпром > uzdaily.uz, 27 февраля 2017 > № 2097886

Грузовые железнодорожные рейсы запущены между городом Сиань (провинция Шэньси, Китай) и Узбекистаном. Об этом сообщает агентство «Синьхуа».

Поезд из 41 вагона с грузом в 1000 тонн хлопковой пряжи прибыл в Сиань из Ташкента. Новый маршрут сократит время доставки грузов с одного месяца до 15-18 дней.

Агентство отмечает, что Узбекистан ежемесячно будет импортировать около 3 тыс. хлопковой пряжи в Китай через новый маршрут.

Рейсы грузовых железнодорожных составов из Сианя в Центральную Азию начали курсировать в 2013 году, а затем их маршрут протянулся до Европы.

К 23 февраля 290 составов доставили 454 тыс тонн грузов в различные города, включая Алматы, Гамбург и Москву, сообщает агентство.

Узбекистан. Китай > Транспорт. Легпром > uzdaily.uz, 27 февраля 2017 > № 2097886


Туркмения. Белоруссия > Легпром > turkmenistan.gov.tm, 26 февраля 2017 > № 2094848

Туркмено-Белорусский торговый дом в Минске завоевал популярность и доверие покупателей

Совместное общество с ограниченной ответственностью «Туркмено-Белорусский Торговый дом» было создано в 2010 году. Сегодня магазин с вывеской, где белорусский орнамент соседствует с туркменским, хорошо известен минчанам, которые по достоинству оценили качество нашего текстиля.

Об этом свидетельствует и динамика продаж, объём которых в 2016 году по сравнению с 2015 годом вырос на 5 процентов. Большим спросом здесь пользуются трикотажные, махровые изделия и красивое постельное белье, поставляемые в Беларусь предприятиями текстильной индустрии Туркменистана. На прилавках магазина в Минске можно увидеть продукцию с маркировкой Геоктепинской хлопкопрядильной фабрики, Ашхабадского текстильного комплекса, Кипчакской джинсовой фабрики и многих других.

Помимо товаров повседневного спроса, покупателей привлекают экзотические узоры великолепных туркменских ковров, которые могут стать украшением любого интерьера.

Один из покупателей поделился своим мнением:

- На мой взгляд, этот торговый дом - отличная возможность не только приобрести качественные товары туркменского производства, но и узнать туркменскую культуру ближе. Я занимаюсь коллекционированием ковров разных народов, и поэтому меня туркменский магазин в Минске – настоящая находка. А ещё я часто покупаю здесь для себя и своих родных футболки, джинсы, махровые полотенца: цены на текстиль невысокие, а качество просто прекрасное!

Светлана Давидович

Туркмения. Белоруссия > Легпром > turkmenistan.gov.tm, 26 февраля 2017 > № 2094848


Узбекистан > Легпром > podrobno.uz, 3 февраля 2017 > № 2142236

Если в 1991 году объем переработки хлопкового волокна в Узбекистане не превышал 7 процентов, то в 2016 году этот показатель достиг 40 процентов. Сегодня предприятия отрасли экспортируют текстильную продукцию более чем в 50 стран мира. В последние годы налажен экспорт в Бразилию, Чили, Хорватию, Нигерию и другие страны, сообщает Министерство экономики.

Постановление Президента Республики Узбекистан Шавката Мирзиёева “О Программе мер по дальнейшему развитию текстильной и швейно-трикотажной промышленности на 2017-2019 годы” от 21 декабря 2016 года открыло новые возможности для совершенствования отрасли.

- Программа предусматривает переход до 2020 года к полной переработке заготовленного в нашей стране хлопкового волокна, увеличение производства промышленной продукции более чем в 2,7 раза, поставку продукции на внутренний и внешний рынки, - говорит заместитель начальника управления акционерного общества “Узбекенгилсаноат” Санжар Тухтаев. - Это позволит создать конкурентоспособный имидж отечественной легкой промышленности и уверенно выходить на мировые торговые площадки.

Анализ показывает, что сегодня пряжа составляет почти 50 процентов экспорта. Приоритетная задача – увеличение экспорта продукции с высокой добавленной стоимостью за счет поэтапного снижения экспорта пряжи. В настоящее время доля готовой продукции в общем объеме производства составляет 47 процентов, в будущем намечено увеличить этот показатель до 65,5 процента, увеличить долю готовой продукции в структуре экспорта с 41 до 70 процентов.

В рамках программы в период 2017-2020 годов в отрасль будет привлечено более 2,2 миллиарда долларов инвестиций (почти половина – иностранные). Инвестиционные проекты позволят создать специальные текстильные комплексы, действующие на основе четырехэтапной системы, включающей все процессы от переработки до производства готовой продукции, а также более 27 тысяч новых рабочих мест. Также намечено организовать 120 новых и модернизировать более 10 предприятий.

 (www.UzReport.uz) -

Узбекистан > Легпром > podrobno.uz, 3 февраля 2017 > № 2142236


Узбекистан > Образование, наука. Легпром. Агропром > uzdaily.uz, 3 февраля 2017 > № 2097908

Правительство Узбекистана делает успехи в проведении реформ, направленных на устранение риска принудительного труда в хлопковом секторе страны. Об этом заявила Международная организация труда (МОТ).

МОТ выпустила отчет по итогам независимого мониторинга хлопкоуборочной кампании 2016 года МОТ делает выводы о том, что практика организованного детского труда была постепенно прекращена.

«Неприемлемость детского труда признается всеми слоями общества: властями, преподавателями, специалистами, фермерами, родителями и самими детьми. Узбекистан прекратил практику организованного детского труда», - говорится в отчете.

В отчете МОТ говорится, что Узбекистан продолжает реализацию планов действий по уменьшению рисков принудительного труда, которые влияют на условия ежегодной масштабной хлопкоуборочной кампании. В нем также указано, что общественность теперь лучше осведомлена о запрещенных практиках трудовых отношений, благодаря общенациональной информационной кампании, проведенной во время сбора урожая в сентябре-октябре 2016 года. В ходе кампании было использовано более 800 баннеров, 400 тысяч плакатов, 100 тысяч брошюр, были задействованы теле- и радио-каналы, рассылались текстовые сообщения.

«Улучшение практики трудовых отношений, а также реформирование и модернизация аграрного сектора, являются долгосрочным процессом, и мы готовы и впредь помогать Узбекистану трансформировать его аграрный сектор в важный источник экономического роста, более высоких доходов и качественных рабочих мест для людей», - сказала Лилия Бурунчук, Региональный директор Всемирного банка по региону Центральной Азии.

Государственные проекты в Узбекистане, осуществляемые при финансировании Всемирного банка, призваны помочь стране отойти от хлопководства и снизить риски принудительного труда путем улучшения практики трудовых отношений, повышения уровня механизации и диверсификации сельского хозяйства за счет более коммерчески выгодных и менее трудозатратных сельскохозяйственных культур.

МОТ провела мониторинг реализации обязательств государства и мер, направленных на борьбу с детским и принудительным трудом в Узбекистане, и доложила, что «в рамках поддерживаемых Всемирным банком проектов в аграрном и водном секторе, а также в секторе образования, не было обнаружено случаев детского и принудительного труда».

В отчете МОТ напоминается о том, что для некоторых категорий людей, включая студентов, сотрудников образовательных и здравоохранительных учреждений и государственных служащих, риск принудительного труда все-таки остается. В отчете о мониторинге, помимо прочего, было сделано заключение о том, что требуется предпринять дальнейшие шаги для устранения риска принудительного труда взрослых людей, и отмечено, что Правительство Республики Узбекистан признает существование подобных рисков. Правительство продолжает улучшать меры политики, направленные на снижение рисков нежелательной практики трудовых отношений.

Несмотря на то, что практика организованного детского труда была постепенно устранена, как Всемирный банк, так и МОТ рекомендуют продолжать бдительно следить за тем, чтобы меры, направленные на недопущение детского труда в стране, в особенности в отношении учащихся 16-17 лет, сохраняли свою эффективность.

МОТ также отметила улучшение в работе национальных механизмов обратной связи, созданных и Федерацией профсоюзов, и Министерством труда. Эти механизмы включают колл-центры (телефоны доверия), дающие гражданам возможность сообщить о беспокоящей их практике трудовых отношений в стране. Положительные изменения включают в себя процесс подачи и рассмотрения жалоб, которым могут пользоваться граждане, звонящие по телефонам доверия.

«Реформы, осуществленные с прошлого года, позволили внедрить в эти механизмы ряд принципов передовой международной практики. Для эффективной работы данных механизмов необходимо, чтобы общественность им доверяла и хорошо понимала их задачи и цели», - говорится в отчете.

По итогам последней хлопкоуборочной кампании МОТ и Всемирный банк договорились о том, чтобы продлить свое сотрудничество в Узбекистане еще на два года.

Узбекистан > Образование, наука. Легпром. Агропром > uzdaily.uz, 3 февраля 2017 > № 2097908


Узбекистан > Легпром. Образование, наука. Агропром > gazeta.uz, 3 февраля 2017 > № 2072582

В Узбекистане достигнуто прекращение практики организованного детского труда при сборе хлопка, заявила Международная организация труда (МОТ). В выпущенном 1 февраля отчете МОТ отмечает усилия правительства в проведении реформ, направленных на устранение риска принудительного труда в хлопковом секторе.

«Неприемлемость детского труда признается всеми слоями общества: властями, преподавателями, специалистами, фермерами, родителями и самими детьми. Узбекистан прекратил практику организованного детского труда», — говорится в отчете МОТ по итогам независимого мониторинга хлопкоуборочной кампании 2016 года.

В документе отмечается, что благодаря общенациональной информационной кампании, проведенной во время сбора урожая в сентябре-октябре 2016 года, общественность страны лучше осведомлена о запрещенных практиках трудовых отношений. В ходе кампании было использовано более 800 баннеров, 400 тысяч плакатов, 100 тысяч брошюр, были задействованы теле- и радиоканалы, рассылались текстовые сообщения.

МОТ провела мониторинг реализации обязательств государства и мер, направленных на борьбу с детским и принудительным трудом в Узбекистане, и доложила, что «в рамках поддерживаемых Всемирным банком проектов в аграрном и водном секторе, а также в секторе образования не было обнаружено случаев детского и принудительного труда».

В то же время МОТ напоминает о том, что для некоторых категорий граждан, включая студентов, сотрудников образовательных и здравоохранительных учреждений и государственных служащих, риск принудительного труда все-таки остается.

В отчете приводится заключение о том, что требуется предпринять дальнейшие шаги для устранения риска принудительного труда взрослых людей. При этом отмечено, что правительство Узбекистана признает существование подобных рисков и продолжает улучшать меры политики, направленные на снижение рисков нежелательной практики трудовых отношений.

Несмотря на то, что практика организованного детского труда была постепенно устранена, и Всемирный банк, и МОТ рекомендуют продолжать бдительно следить за тем, чтобы меры, направленные на недопущение детского труда в стране, в особенности в отношении учащихся 16−17 лет, сохраняли свою эффективность.

МОТ также отметила улучшение в работе национальных механизмов обратной связи, созданных Федерацией профсоюзов и Министерством труда. Положительные изменения включают в себя процесс подачи и рассмотрения жалоб, которым могут пользоваться граждане, звонящие по телефонам доверия.

«Реформы, осуществленные с прошлого года, позволили внедрить в эти механизмы ряд принципов передовой международной практики. Для эффективной работы данных механизмов необходимо, чтобы общественность им доверяла и хорошо понимала их задачи и цели», — подчеркивается в отчете.

По итогам последней хлопкоуборочной кампании МОТ и Всемирный банк договорились о том, чтобы продлить свое сотрудничество в Узбекистане еще на два года.

В сообщении МОТ подчеркивается, что государственные проекты в Узбекистане, осуществляемые при финансировании Всемирного банка, призваны помочь стране отойти от хлопководства и снизить риски принудительного труда путем улучшения практики трудовых отношений, повышения уровня механизации и диверсификации сельского хозяйства за счет более коммерчески выгодных и менее трудозатратных сельскохозяйственных культур.

Узбекистан > Легпром. Образование, наука. Агропром > gazeta.uz, 3 февраля 2017 > № 2072582


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 24 января 2017 > № 2052131 Денис Мантуров

Министр Денис Мантуров — о том, почему сохранение и поддержка народных промыслов являются важнейшей государственной задачей.

Уникальные отечественные народные промыслы знакомы каждому с детства: редко встретишь дом, где бы они не украшали стены, не стояли бы в гостиных шкафах. Хохломская и городецкая роспись по дереву, гжельский и кисловодский фарфор, вологодское и елецкое кружева, жостовские и нижнетагильские расписные подносы, торжокское золотое шитье — это только одни из немногих знаменитых отечественных народно-художественных промыслов.

Но, к сожалению, современная молодежь скорее вспомнит графическое изображение известной марки производителя мобильных телефонов, чем особенности жостовской росписи. А ведь знание исконно-русских видов творчества — немаловажная составляющая, в том числе патриотического воспитания.

За рубежом наше традиционное искусство всегда ценилось по достоинству и до сих пор скупается за баснословные деньги, в то время как мы, преклоняясь эмблемам всемирно разрекламированных марок, забываем о своих национальных шедеврах. Долгое время россияне не рассматривали изделия декоративно-прикладного народного творчества как желаемые для частого приобретения и для использования в быту. Их покупка в лучшем случае связана с подарком или туристическим памятным сувениром.

Сейчас ситуация меняется. Мы наблюдаем возрождение интереса россиян к народному творчеству, в том числе к народным художественным промыслам.

Пришло понимание, что продукция народных промыслов — не просто предметы декора или домашнего обихода, а своего рода национальные символы, представляющие своеобразие нашей страны, ее индивидуальность. Это, без преувеличения, основа отечественной культуры и один из лучших способов изучения богатейших традиций нашего государства. Именно поэтому сохранение и поддержка народных промыслов — одна из важнейших государственных задач.

По данным Министерства промышленности и торговли РФ, сегодня сфера НХП включает около 250 предприятий из 64 регионов России, выпускающих продукцию, относящуюся к 15 видам производств. Численность занятых в этой отрасли — более 30 тыс. человек. Во многих субъектах РФ приняты и действуют долгосрочные целевые программы по сохранению и развитию народных промыслов.

На сегодня в рамках программы «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» на поддержку производства и реализации изделий государством предусмотрено предоставление субсидий порядка 80 организациям народно-художественных промыслов из 34 субъектов России. Они включены в Перечень организаций, которым оказывается поддержка за счет средств федерального бюджета.

Эти субсидии позволят им не только возместить часть понесенных затрат на энергоресурсы, сырье и материалы, железнодорожные перевозки, уплату процентов по кредитам для закупки сырья, материалов, технологического оборудования и запасных частей к нему, но и организовать работы по продвижению товаров на рынок, получению охранных документов на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации.

Что же касается государственного финансирования отрасли народно-художественных промыслов в целом, то в текущем году планируется выделить 450 млн рублей, а в 2018 году — 615 млн.

Сейчас Минпромторг России намерен предпринять еще ряд последовательных действий, направленных на сохранение самобытного творчества.

Изделия народного художественного промысла, как настоящие произведения искусства, хранятся в коллекциях лучших музеев России: Государственного Эрмитажа, Государственного музея А.С. Пушкина, Государственного Русского музея, Государственного музея Востока и во многих других. Для нас важно сберечь не только выдающиеся экземпляры, но и сам промысел: поддержать передачу традиционных технологий от мастеров к ученикам, предоставить все необходимое для производства изделий и контролировать высокое качество продукции. Именно поэтому мы расширили возмещаемые расходы на страховые отчисления во внебюджетные фонды в части сотрудников, непосредственно занятых в производственном процессе изготовления изделий народных промыслов.

Кроме того, сегодня мы предоставляем преференции производителям товаров народно-художественных промыслов. Например, льготы по налогу на добавленную стоимость для изделий признанного художественного достоинства. Эта льгота распространяется как на признаваемые организации народно-художественных промыслов, так и на не имеющие этого статуса, но производящие и реализующие такую продукцию.

Еще один важный аспект поддержки народных промыслов — организация продаж изделий. Здесь, думаю, можно создать специализированные туристические комплексы в местах традиционного бытования народных промыслов, чтобы и наши соотечественники, и гости из-за рубежа имели возможность купить подлинные изделия.

Кстати, о подлинности. В настоящее время многие известные промыслы (хохлома и гжель) страдают от контрафактных изделий, как изготовленных на территории России недобросовестными «умельцами», так и ввозимых из-за рубежа, преимущественно из Китая. Потому начавшаяся популяризация российских промыслов на телевидении, представление предприятиями и мастерами своих изделий на различных выставках-ярмарках позволят сориентировать покупателя на подлинную продукцию НХП, а не на подделки.

Конечно же для нас важно, чтобы дети с раннего возраста знакомились с уникальными отечественными ремеслами. Для этого Минпромторгом России сейчас разработана образовательная программа для детей дошкольного возраста — набор учителя «Достояние России. Народные художественные промыслы». Она включает в себя методические рекомендации и поурочный план, видеопрезентации 36 занятий, где наглядными пособиями являются подлинные изделия промыслов. Основная цель — приобщить детей к ценностям народной культуры, дать им понимание высокого художественного вкуса мастеров, создателей произведений.

В заключение скажу: сегодня Россия относится к числу немногих стран, сохранивших свои народные художественные промыслы. Можно сказать, что это результат совокупности принимаемых мер. Я думаю, что это весомый вклад в повышение престижа нашего государства, укрепление этнокультурной самоидентификации, а также ресурс для развития современной российской культуры и активизации творческого потенциала народов нашей страны.

Автор — глава Министерства промышленности и торговли России

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 24 января 2017 > № 2052131 Денис Мантуров


Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 ноября 2016 > № 1998387 Денис Мантуров

Сделано в России.

Глава Минпромторга России Денис Мантуров — о том, с чем связан разворот покупателей в сторону отечественных товаров.

Сегодня среди всех отраслей легкая промышленность — одна из немногих, которая демонстрирует рост. В общей сложности на поддержку легпрома в этом году было выделено 2,2 млрд рублей. Эти средства позволили оказать значимое содействие целому ряду подотраслей, и мы ожидаем, что самые эффективные инструменты продолжат действовать и в следующем году.

Уже сегодня мы можем сказать, что по результатам девяти месяцев текущего года легкая промышленность демонстрирует рост: кожевенно-обувное производство выросло на 6,4%, а текстильное и швейное производство — в целом на 4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Особенно заметен рост в производстве хлопчатобумажных и льняных тканей, нетканых материалов, трикотажных и чулочно-носочных изделий, спецодежды и прочих секторах.

Подъем отрасли стал возможным во многом в результате антикризисных мер, принятых в прошлом году, и прежде всего благодаря субсидированию процентов по кредитам, привлеченным на пополнение оборотных средств. Это очень востребованный инструмент поддержки, к которому обратились 42 предприятия, а объем субсидий превысил 650 млн рублей.

Сегодня производить вещи в России стало не только патриотично, но и экономически выгодно. К тому же у нас есть все ресурсы — и природные, и человеческие — для того, чтобы быстрыми темпами возродить легкую промышленность и выйти на мировой рынок.

К тому же мы видим движение покупательской активности в сторону российских товаров. Для каждого второго россиянина (52%) знание, что товар произведен в России, положительно влияет на покупку. А в категории «спортивная одежда» знание о том, что изделие сделано в России, стимулирует к покупке каждого третьего москвича.

Мы считаем, что разворот покупателей в сторону отечественных товаров — это в значительной мере эмоциональное проявление потребительского патриотизма. Наша задача — сделать этот тренд более управляемым и более стабильным. Для решения этой задачи Минпромторгом России был инициирован проект «Сделано в России».

На потребительском рынке ситуация достаточно неоднородна. Мы видим высокий потенциал многих российских товаров.

Например, за последние два года в России появилось качественное предложение и по пошиву, и по современным высокотехнологичным тканям — начали работу несколько крупных заводов в нескольких регионах страны. Это дает возможность ритейл-брендам, у которых есть собственные марки, не только отшивать в России, но и заказывать ткани для пошива изделий.

Часто в число высококачественных продуктов попадают не самые «раскрученные» региональные бренды или собственные марки торговых сетей. Это опровергает распространенное мнение о том, что качественные товары обязательно должны стоить дорого. Высококачественные товары, произведенные в регионах, выходят на федеральный уровень. Так произошло с красной икрой, детской одеждой и т.д.

Для Минпромторга «Сделано в России» представляет собой долгосрочный межведомственный проект, задачей которого является усиление эффекта страны происхождения и на внутреннем, и на внешних рынках. В рамках этого проекта Роскачеством был утвержден российский «Знак качества».

Система его присвоения основана в первую очередь на объективных лабораторных испытаниях самого товара, который закупается непосредственно в местах продажи. Существенным отличием от советской системы стало присвоение знака конкретному качественному товару, а не производителю, предприятию или торговой марке.

Форуму легкой промышленности, который прошел 24–25 ноября, предшествовало другое важное мероприятие — форум «Антиконтрафакт-2016». В рамках мероприятия нам удалось договориться с коллегами из ЕАЭС о совместных мерах борьбы с контрафактом.

В нашей стране задача курировать эту работу в комплексе возложена президентом на Государственную комиссию, координирующую деятельность заинтересованных ведомств, регулирующих, надзорных и правоохранительных органов по противодействию незаконному обороту товаров. Комиссия осуществляет свои полномочия и на общефедеральном уровне и имеет свои региональные подразделения, возглавляемые непосредственно губернаторами.

Всего за год работы Госкомиссии был подготовлен ряд соответствующих законодательных инициатив. Положительный опыт ее деятельности уже оценили наши партнеры по Евразийскому союзу. В Казахстане уже создана межведомственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Белоруссия сейчас решает вопрос о создании такой же структуры, и мы уже приняли совместное заявление о взаимодействии в сфере противодействия незаконному обороту промышленной продукции.

Аналогичный документ на полях этого форума мы подписали с Суреном Гамлетовичем Караяном — Министром экономического развития и инвестиций Армении. Таким образом, фактически уже определены национальные структуры, которые будут играть определяющую роль в совместном решении данной проблемы.

Важным направлением работы Госкомиссии стала реализация пилотного проекта по маркировке меховых изделий. В результате мы обеспечили своевременный старт программы и относительно комфортную адаптацию бизнеса к новым правилам.

Напомню, что с 1 апреля в России был запущен добровольный эксперимент по маркировке меховых изделий. Он полностью дублировал пилотный проект и предоставил всем желающим возможность разобраться в системе, приобрести необходимое количество контрольных знаков, настроить свои бизнес-процессы. Уже с начала эксперимента, в котором приняли участие почти 1,5 тыс. участников мехового рынка, мы увидели положительный эффект.

А цифры по рынку, которые мы получили с начала реализации пилотного проекта, превышают самые смелые экспертные прогнозы. До ноября текущего года в России в пилотном проекте было зарегистрировано почти 7 тыс. участников.

Благодаря этому проекту мы смогли увидеть реальные масштабы рынка, его структуру, особенности бизнес-процессов. Это все позволяет обеспечить эффективный контроль и собираемость обязательных платежей. Кроме того, мы получили уникальный аналитический инструмент, который позволит принимать более эффективные решения по развитию отрасли.

Мы видим, что оказываемая поддержка легкой промышленности дает ощутимые результаты. И это только первые шаги. У российской легкой промышленности сегодня есть уникальная возможность встроиться в мировую систему разделения труда, используя естественные конкурентные преимущества. А наше население должно знать и ориентироваться в том, что оно приобретает качественную продукцию высоких стандартов по доступным ценам.

Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 ноября 2016 > № 1998387 Денис Мантуров


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 ноября 2016 > № 1998381 Денис Мантуров

Денис Мантуров: Легкая промышленность – база для новых технологий.

На прошлой неделе в Москве прошел третий всероссийский Форум легкой промышленности, организованный Министерством промышленности и торговли России. Об итогах работы отрасли за последние годы Министр промышленности и торговли Денис Мантуров рассказал в интервью «КП».

– Денис Валентинович, для меня как обычного потребителя самым сильным ходом Минпромторга в этом году была публикация исследования о качестве школьных брюк и детских рубашек. В августе, когда большинство родителей покупают школьную форму, вдруг появилась информация Роскачества о том, что множество компаний продают некачественную одежду, что врут даже когда пишут на бирочке состав ткани. Я тогда подумал: большинство проштрафившихся – российские предприятия. И министерство, если исходить из цеховой солидарности, должно бы их покрывать. А вы вот так – прилюдно… Кстати, как наказали врунов и фальсификаторов?

– Как наказаны предприятия, которые выпускают некачественную одежду для детей, надо спросить у ведомств, которые исполняют контрольные полномочия, например Роспотребнадзора. Задача нашего министерства и задача созданной нами системы качества – Роскачества – другая. Мы хотим дать информацию потребителю, обществу о том, что надо внимательнее подходить к выбору товара, который вы покупаете.

У Роскачества хороший сайт, удобный навигатор. Здесь можно получить полностью всю информацию о тех, кто действительно представляет и продает некачественную одежду для обучающихся, а кто предлагает нормальный функциональный продукт. Для нас важно, чтобы предприятия, которых Роскачество уличило во вранье, получили урок и стали внимательнее относиться к своей продукции. И это уже заметно.

А еще для меня главный результат – никто не пошел и не оспорил выводы Роскачества.

– Удивительно!

– Значит, проблема есть. О ней знают. Но, видимо, думали, что все сойдет с рук. Не сошло. Такие исследования заставляют производителей тщательнее выбирать поставщиков тканей, материалов, фурнитуры для пошива одежды для обучающихся. А торговые сети теперь более разборчиво выбирают себе партнеров и поставщиков.

Важно, что мы не только грозим пальцем производителям, но и помогаем им решить проблемы. Параллельно мы ввели меры поддержки отечественных производителей камвольных тканей – а это как раз те ткани, которые используются в том числе для пошива одежды для детей. В результате увеличился выпуск отечественных тканей. Швейники уже не могут жаловаться – нет качественных отечественных тканей, поэтому мы закупаем неизвестно что за рубежом.

– Я знаю, что «Чайковский текстиль» сейчас готовится выпускать современные ткани для школьной формы....

– Да. Прошли техническое перевооружение камвольные комбинаты – Брянский, Свердловский и Павлово-Посадский. Объем выпуска тканей увеличился в два раза.

Но можно шить и из иностранных. Мы же не закрываем границы. Пожалуйста. Но при этом всем будет понятно, какие производители нарушают требования действующего российского законодательства по безопасности продукции. И выводы в отношении них, думаю, будут сделаны.

«Котофей» и другие

– Скажите честно, у меня слишком оптимистичный взгляд или действительно происходят реальные сдвиги? Я вижу магазины, где все больше российских модельеров продают товары. И их раскупают. А платки и палантины? Раньше, помню, пугались: обувь пошита в России? Нет, не берем! Сейчас надпись на ярлыке «Россия» не пугает – красивая, стильная, современная обувь. Экстремалы предпочитают отечественные куртки, штаны, защиту. Так есть перелом?

– Думаю, да. Конечно, нельзя говорить обо всех. Есть кожевенная подотрасль, есть текстильщики, есть оутдор, есть производители спецодежды и спецобуви, есть домашний текстиль. И проблем у всех хватает. Кто-то уже хорошо представлен на рынке. Кто-то только еще занимает свои ниши. Многие успешно воспользовались окнами возможностей, которые появились в связи с девальвацией рубля и с тем, что просел импорт.

Например, наши компании практически полностью завоевали рынок специальной одежды. Иностранцам с ними невозможно конкурировать. Ткани используются современнейшие – сложные, умные. Компания «Энергоконтракт» придумала даже костюм, который оберегает от пореза цепной пилы, от удара электрической дуги, от перепада температур.

Обувь стала достойная. Взять челябинский «Юнчел». Они уже сами подошву для мужской обуви делают – полный цикл производства. У них уже под четыре сотни магазинов по всей России!

Или «Котофей», который детскую обувь выпускает. Прекрасные туфельки, сапожки. И все из отечественного сырья.

Это стало возможно благодаря тому, что мы поддержали развитие глубокой переработки кожи на наших предприятиях. Раньше полуфабрикат с малой добавленной стоимостью, фактически сырая шкура необработанная, уходил в Западную Европу. А мы потом получали обувь из нашего же сырья. Мы этот вывоз запретили. Стали кожу перерабатывать сами. И сразу рост кожевенной промышленности – 15% в прошлом году, уже 13,6% за девять месяцев этого.

Эти же предприятия поставляют кожу для производителей автомобилей. Сначала крупные наши автомобильные концерны, которые локализованы в России, говорили: нет, ну какого качества эта ваша русская кожа. А сейчас берут с удовольствием. Недавно с авиацией начали работать.

Подчеркну: сегодняшняя легкая промышленность – это уже не только отрасль, которая обеспечивает потребителя одеждой, обувью, кожгалантереей. Легпром – умная отрасль. Она удовлетворяет запросы многих других отраслей. Сельское хозяйство – специальные защитные сетки, которые предотвращают эрозию грунта, увеличивают плодородность. В дорожном строительстве – геотекстиль, технический текстиль, сетка. Утеплители в домах при строительстве используются. В медицине – защитные и перевязочные материалы.

Мы не так давно видели текстильные станки в Германии, на которых в ближайшие годы будут ткать автомобили! Придавать им форму! Будут такие и у нас.

Легпром как высокотехнологичная отрасль развивается бешеными темпами. И мы стараемся не отстать. У нас ведь есть все для легкой промышленности! Нефть и газ – это сырье для тканей нового поколения.

Мы крупнейшая лесная держава в мире. А лес – основа для вискозной целлюлозы. Это хит последних десяти лет! Спрос на вискозу будет расти. Она будет потихоньку вытеснять хлопок. В Китае даже свои земли под выращивание хлопка начинают сокращать. 30% вискозы Китай производит из нашего сырья. А мы должны это делать у себя!

У нас есть шкуры крупного рогатого скота. И вот завод на Алтае строится, который будет их перерабатывать. В Новосибирске вообще появится крупный обувной кластер!

И лен у нас свой. А лен – это 1% всех волокон в мире.

Поддерживаем своих

– Ощущение, что вы работаете вместе с производителями одной командой…

– Минпромторг не может по-другому работать. Да и отрасль становится интересной. Когда Президент Российской Федерации о легкой промышленности неоднократно в своих выступлениях отдельно говорит как о важной отрасли, он не случайно это делает. Легпром – это уже не та отрасль, которая находится на обочине. Она становится базовой для многих других новых технологий. При этом это отрасль, где нет ни одного государственного предприятия. Где за тебя никто ничего не сделает. Это отрасль, в которую государство сегодня для поддержки вкладывает не так много – 2–2,5 млрд рублей. Но все они эффективно осваиваются. Остальное – регуляторные меры.

Мы не можем заставить сегодня государственные компании закупать предметы легкой промышленности только отечественного производства, как мы сделали это для федеральных нужд и региональных. Запрещают нам это наши международные договора и условия присоединения к ВТО. Но мы убеждаем, показываем товар лицом. И переламываем ситуацию.

Были проблемы, когда кредитные ставки выросли, банки стали совсем плохо смотреть в сторону легкой промышленности. Мы обошли банки – ВТБ, Сбербанк, «Росагролизинг» и другие, отстаивали их проекты. И банки повернулись лицом. Стали поддерживать отрасль.

– Ну и Фонд...

– Фонд развития промышленности уже показал себя как эффективный механизм. Десять предприятий Легпрома уже получили поддержку. У них хорошие современные проекты.

Минфин максимально нас поддерживает.

Про метки и меха

– Насколько эффективной вы считаете борьбу с контрафактом?

– Контрафакт в данном случае – в широком его понимании, не имитация под известные бренды, нарушение авторских прав, а нелегальный ввоз продукции, нелегальное производство – очень тормозит развитие отрасли.

Предприниматели говорят, что 30–35% рынка – это нелегальный оборот. Мы по меху провели эксперимент. Ввели маркировку меховых изделий, ответственность за их производство и продажу. И вскрыли такую нелегальщину, что дальше ехать некуда. И у нас обеление рынка на 500% произошло! Количество заказанных и подтвержденных уже по остаткам на складах невероятное. Сейчас Федеральная налоговая служба выясняет, откуда там все это взялось.

С введением маркировки становится понятен весь жизненный цикл товара: где произведен, как произведен, откуда пришел. Российские или не российские меха использованы. Теперь любой потребитель может получить полную информацию. А нет метки – звони в Роспотребнадзор, товар изымается, штраф…

Эту практику нужно дальше распространять.

– На школьную форму, например...

– На школьную форму – обязательно. На обувь, на верхнюю одежду. Понятно, что на носки не будем. Потому что недорогой товар, а метка имеет стоимость. Пока она достаточно дорогая – 18 рублей стоит метка на меховые изделия. Но думаю, что себестоимость метки можно довести до 3–5 рублей. Может быть, не везде это будет радиочастотная метка, где-то попроще – QR-код. Во всяком случае, это реальное решение.

С 1 января следующего года будет запущен эксперимент по маркировке некоторых видов лекарственных средств. Прорабатывается введение маркировки на авиакомпоненты, ценные породы древесины.

– Денис Валентинович, каковы перспективы Легпрома?

– У нас есть рост. И он последние годы достаточно стабильный. Об этом говорят все участники рынка. Но ситуация сложная. Потому что это бизнес, это риски, это конкуренция. Эффект девальвации так или иначе в какой-то момент уйдет. И производителям придется думать, как снижать себестоимость, чтобы конкурировать.

Мы же будем продолжать использовать все меры поддержки Легпрома, которые у нас есть. Надеемся, что в следующем году рост сохранится примерно в масштабах последних двух лет.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 ноября 2016 > № 1998381 Денис Мантуров


Франция > Легпром > forbes.ru, 29 ноября 2016 > № 1986640 Яна Жиляева

Коза nostra: на чем основан пиетет модных домов к кашемиру

Яна Жиляева

редактор Forbes Life

Шестнадцатого сентября 2016 года на мануфактуре во французском городе Верна в регионе Овернь — Рона — Альпы была торжественно запущена старинная чесальная машина для кашемира. Поиски и установка 15-метрового агрегата для обезволошивания (так называется процесс отделения пуха от шерсти) стали важным этапом амбициозного плана французов. Стараниями Ассоциации французских производителей кашемира и фонда Hermès Франция, кажется, всерьез надеется возродить наследие лионских ткачей и свою славу великой кашемировой державы.

Европа носит кашемир всего 200 лет, и с годами эта любовь только крепчает. Называемый невидимой роскошью материал, который в восемь раз легче шерсти и в восемь раз ее теплее, кашемир принимает разные формы от яркой узорчатой шали на плечах императрицы Жозефины до кашемировых носков Bresciani, пуловера и шарфа Hermès, свитера Malo, пальто Chanel, капа Agnona, кардигана Brunello Cucinelli. И это не просто вещи, привычные богатым и родовитым, это огромное удовольствие. Всем, кто надевает кашемир, знакома радость его прикосновения (в отличие от шерсти кашемир не вызывает аллергии), его нежная и верная служба (при всей своей деликатности правильный кашемир хорошо держит форму), его безотказность и универсальность — и в самом строгом, пуристском кардигане из кашемира можно чувствовать себя достойно даже в компании английской королевы. Как в бриллиантах прежде всего важны чистота и цвет камня, так в кашемире все зависит от исходного сырья — пуха горной козы Capra hircus laniger.

Щипать или стричь?

Рассуждая об успехах своего бренда, Джакомо Канесса, основавший в 1972 году во Флоренции компанию Malo, замечает: «В первую очередь все наши материалы имеют животное и органическое происхождение. Они чисты, натуральны и не смешаны. Все сырье для наших изделий, включая кашемир, я не только отбираю лично, за мной также остаются решения, касающиеся номера пряжи».

Для кашемира имеет значение экология региона, возраст и самочувствие козы.

А также метод сбора пуха, сортировка, мытье, обезволошивание, смешивание, прочесывание, прядение, проветривание пряжи, и только потом речь идет о краске, производстве и дизайне изделия.

Природный ареал обитания кашемировых коз — Гималаи. В резко континентальном климате к наступлению суровой зимы животные отращивают густой подшерсток, который не дает им замерзнуть в самые сильные холода. Весной перед наступлением жаркого лета козы линяют, сбрасывая свой зимний пух. В высокогорных районах Индии и Непала коз весной по традиции выщипывают.

Название изделиям из козьего пуха дал индийский штат Кашмир. Лучшая пряжа получается из пуха, собранного с груди и шеи козы. Чем старательнее выщипывают пух, тем длиннее волокна, тем лучше пряжа. Одна коза в год дает 150 г пуха.

Когда покоренной кашемиром Европе в начале XIX века потребовалось много пашмин, коз, вместо того чтобы выщипывать, стали попросту стричь и попытались разводить их всюду, где есть горы. Козы оказались прихотливыми и прижились в основном на высокогорных плато в Монголии и в Китае. Известно, что в 1818 году 1500 гималайских горных коз были отправлены во Францию, но живыми добрались только 256 из них. Тем не менее попытки разводить кашемировых коз в Альпах французы не оставили до сих пор.

Щипковые инструменты — главные орудия сборщиков козьего пуха

Придворные спутники

В современной Европе французскому кашемиру досталось ничтожно мало места. Почти все поделили между собой итальянцы и шотландцы. Первые были сильны в моде и дизайне, вторые — в добротности и надежности тканей. Тем не менее именно французы были пионерами европейского кашемира.

Седьмого августа 1803 года Наполеон с Жозефиной заглянули на мануфактуру к Гийому Луи Терно, создателю французского кашемира, производителю пашмин, известных как chales de Ternaux. При появлении первого консула Французской республики рабочие принялись кричать: «Долой механику!» Наполеон счел должным остановиться и пояснить, что только с помощью новейшей техники французское производство сможет наконец-то вырваться из пут английских промышленников. При упоминании политической важности момента рабочие затихли.

Наполеон, как и все его окружение, был страстным поклонником кашемира. Привезенный в Европу во время Египетского похода в конце XVIII века, когда некий французский генерал послал ко двору тончайшую шаль, кашемир мгновенно покорил модников и наряду с шелком и мохером составил аристократический триумвират материалов высшего класса.

По пиар-традициям своего времени в завершение визита высоких персон Гийом Луи Терно преподнес первой даме Франции пашмину, «шаль Терно». Восхищенная яркостью красок, богатством узора, нежностью и тонкостью ткани, Жозефина тут же пожаловала Терно титул придворного поставщика. Терно проявил себя ловким царедворцем. На его шалях появился брендинг «Il est français» («Это французское») — и товарный знак, и актуальный политический девиз. А в 1807 году, в разгар континентальной блокады, он вышил на своих шалях «Я тоже воюю с Англией».

Когда в 1810 году на кашемировую мануфактуру в Лувьере приехал Наполеон с императрицей Марией-Луизой, он приветствовал Терно как старого знакомого: «Терно, вы решительно повсюду!» — и, отцепив свой личный орден Почетного легиона, который император носил на изнанке куртки, наградил любимого поставщика.

Не исключено, что машина, которую стараниями Фонда Hermès только что торжественно запустили в Верна, и была тем агрегатом, который так перепугал рабочих на мануфактуре Терно.

С миру по нитке

Сегодня около 60% сырья на мировой рынок кашемира поставляет Китай, из провинции Внутренняя Монголия; еще 25% приходится на долю Монголии; Иран и Афганистан производят 10%; а Новая Зеландия, Непал, Австралия, Пакистан, Шотландия и Турция все вместе — 5% мирового кашемирового сырья.

В Монголии, например, обрабатывается только 10% собранного кашемира, почти все сырье сразу же вывозится из страны. А монгольская компания Goyo — поставщик английских, итальянских и японских модных домов. В тройке лидеров монгольского экспорта кашемира две китайские частные компании и итальянская Loro Piana Mongolia LLC. Таким образом, специалисты Loro Piana могут уверенно заявлять, что если они и не лично стригли каждую козу, то скрупулезно контролировали весь процесс производства.

Мода на пух

Большие модные дома, как правило, предпочитают напрямую с производством кашемира не связываться, делегируя этот процесс брендам и мануфактурам, узко специализирующимся на кашемире.

Например, доверяют производство годами проверенным специалистам, таким как семейная мануфактура из Италии Il Lanificio Luigi Colombo. Предприятие, работающее с тибетским и монгольским кашемиром, создает не только собственные мужские и женские коллекции, но и выполняет заказы таких домов, как Hermès, Dior, Gucci, Prada, Maх Mara.

С трикотажным и кашемировым королем Паскуале Челли, создателем бренда Avon Celli, изобретателем ультралегкого трикотажа, экспериментировавшим со смесовыми тканями, в 1955 году заключил контракт Сhristian Dior, а через два года его сменил Yves Saint Laurent. Дружба обогатила обоих: Saint Laurent получил превосходные трикотажные платья и кашемировые жакеты, а Avon Celli на волне высокой моды стал брендом звезд и президентов: в свитерах в широкую вязку Avon Celli ходили Фрэнк Синатра, Рональд Рейган, Софи Лорен и Грейс Келли, и не было такого американского студента или студентки, кто не мечтал бы о заветном пуловере.

Дом Сhanel держит себя строже, предпочитая выкупать фабрики в собственность, как, например, поступил в 2012 году с шотландской мануфактурой Barrier Knitwear, работающей на монгольском сырье по технологиям, включающим до 40 операций, многие из которых выполняются вручную. Как заметил тогда на церемонии заключения сделки Бруно Павловски, президент Chanel’s Fashion, союз Barrie Knitwear и Chanel — логичное, естественное продолжение сотрудничества, которое длится больше 25 лет. Именно в Barrie Knitwear создается кашемир Chanel и знаковые двухцветные кашемировые кардиганы.

По такой же схеме французский концерн LVMH приобрел мануфактуру Loro Piana. Уже шестое поколение итальянской семьи Лоро Пьяна продолжает создавать ее историю, а за бизнес-решения отвечает LVMH.

Дома, которые не могут похвастаться серьезным мануфактурным бэкграундом, творят историю сами. Например, итальянский дизайнер и философ Брунелло Кучинелли в основу бренда положил легенду: выкупив крепость и античную виллу Антинори на холме в покинутой деревне Соломеo в Умбрии, он перенес туда штаб-квартиру своего бренда Brunello Cucinelli и создал своего рода рабочую коммуну, где объединены ткацкая мастерская, швейное производство и дизайн-бюро, а рабочие живут в старинных отреставрированных домиках по соседству. Красивая историческая декорация на земле этрусков среди фресок Джотто и кипарисовых рощ придает весомости смелым экспериментам команды Brunello Cucinelli. Работая в такой консервативной области, как кашемир, где обычно с красками обращаются невероятно осторожно, предпочитая всем цветам естественный, в Brunello Cucinelli не стесняются вплетать в волокна металлизированные нити, сочетать кашемир с кожей и грубым сукном, красить его во все цвета радуги.

Умбрийский сосед Brunello Cucinelli бренд Fabianа Filippi делает акцент на экологической чистоте не только сырья, но и процесса производства, оберегая от загрязнения окружающую среду. Философия Fabiana Filippi предполагает, что для кашемира нет неуместных ситуаций, нужно только выбрать правильный наряд. Эту философию поддерживает другой итальянский специалист по кашемиру — Джакомо Канесса, основатель Malo, считающий, что в гардеробе каждой женщины для счастья должны быть жакет из 100% кашемира, объемный свитер грубой вязки, свитер из кашемира тонкой вязки, спортивный костюм из кашемира и невесомый палантин из кашемира. И вот так можно отправляться хоть на пир к Платону.

Франция > Легпром > forbes.ru, 29 ноября 2016 > № 1986640 Яна Жиляева


Россия. ЦФО > Агропром. Легпром. СМИ, ИТ > vestikavkaza.ru, 28 ноября 2016 > № 1985601 Алексей Кондратьев

Алексей Кондратьев: "Покровская ярмарка может стать аналогом Oktoberfest"

Беседовала Мария Сидельникова

Одним из самых ярких и красочных праздников в России считается Покровская ярмарка, возрождающая исторические, трудовые, культурные традиций и промыслы Тамбовской области. Об истории ярмарки "Вестнику Кавказа" рассказал сенатор от Тамбовской области Алексей Кондратьев.

- Алексей Владимирович, в верхней палате парламента вы представляете свой родной край, Тамбовскую область. Расскажите об истории Покровской ярмарки.

- Ярмарка зародилась как одна из форм торговых отношений - по образу праздника урожая. Есть такие примеры во многих регионах как нашей страны, так и за рубежом, тот же Oktoberfest. Ярмарка проводилась в течение достаточно долгого времени до 1917 году, после чего была забыта почти на 90 лет.

Шесть лет назад, я тогда был главой города Тамбова, вместе с главой администрации города Александром Филипповичем Бобровым, губернатором тогда Тамбовской области Олегом Ивановичем Бельтманом было принято решение возродить эту ярмарку. В 2011 году это решение реализовано. Тогда на городской набережной, прежде всего, силами Комитета по потребительскому рынку и предпринимателей города Тамбова и Тамбовской области была организована в новом формате Покровская ярмарка. Через три года мы зарегистрировали в Агентстве по интеллектуальной собственности товарный знак, отмечающий товары, продаваемые на этой ярмарке. С самого первого дня в этом процессе участвовали наши зарубежные партнеры как из ближнего зарубежья, так и из дальнего зарубежья, в том числе из Болгарии, Франции, Абхазии.

В этом году прошла юбилейная ярмарка. В ней участвовало более 900 предпринимательских коллективов, был достаточно большой товарооборот, огромную выручку получили. Стало понятно, что нужно уходить от формата работы на набережной в рамках торгово-развлекательных объектов, потому что ярмарка – это не просто торговля, это еще и праздник, это работа всевозможных площадок с творческими коллективами, фольклорными, развлекательными группами, спортивно-состязательными мероприятиями. Такая зрелищная составляющая дает достаточно интересный фон.

В царской России Тамбовская губерния была в 5 раз больше, чем сегодня. Было более 5 млн населения, и, фактически, Тамбовская область на тот момент была ведущей областью по производству зерна. Сегодня, оставаясь одной из ведущих областей по производству зерна, и вообще товаров сельхозназначения, Тамбовская область способна стать ключевым игроком в товарно-ярмарочных отношениях. Ярмарка же должна стать аналогом Oktoberfest с таким расчетом, чтобы она ежегодно собирала представителей не только Тамбовщины, но и всех наших 85 регионов и, естественно, всех наших друзей, всех наших партнеров из ближнего и дальнего зарубежья. Это даст возможность обмениваться и товарами, продавая их друг другу, и технологиями производства, и переработки товаров сельхозназначения, машиностроения сельхозназначения.

Очень важно сегодня понимать, что в условиях проблемы семенного фонда в сельском хозяйстве, как в собственно зерноводстве, так и в плодоовощном производстве, эта ярмарка способна нести и научный потенциал, и творческий потенциал. Мы можем на базе этой ярмарки в том числе и научные конференции, симпозиумы, форумы. Это важно для развития сельхозсоставляющей и торговой составляющей в экономике страны. Поэтому я думаю, что у ярмарки достаточно широкие перспективы. Наша задача – работать над созданием условий реализации этих задач для всех регионов нашей РФ.

- Как население Тамбова поддерживает эту инициативу?

- Для нашей молодежи это праздник. Это, наверное, исконно российское – прийти поглазеть, поучаствовать, потереться в толпе, потусоваться, показать свою удаль, поучаствовать в конкурсах, в составе творческих коллективов, спортивных коллективов, в разных показательных выступлениях, в выставках народных промыслов. Это всегда было достойным самовыражением. Поэтому люди всегда в Тамбове и Тамбовской области очень охотно и активно идут на эту ярмарку. Тем более для муниципальных образований Тамбовской области – их у нас 30 (7 городов и 23 сельских района) – выделяются свои площадки со своими павильонами, представляющими именно их территории, их районы, их города.

Это негласное соревнование среди муниципальных образований – показать с самой выгодной стороны свою экономику, выраженную в натуральном продукте, либо в каких-то предметах народных промыслов. Это соревновательный дух, праздничное настроение, особенно когда потом все оценено народным жюри, подведены итоги, вручены медали, дипломы. Это все показывает завершение производственного цикла в течение целого года.

Вслед за этим праздником следуют полевые работы по подготовке к зиме, в течение зимы проходят соответствующие мероприятия, потом весенние полевые работы и опять сбор урожая.

Эта ярмарка имеет несколько этапов и проводится не только в самом Тамбове. Есть и подготовительные мероприятия на территории Мичуринска, это наш наукоград, происходят демонстрации, особенно в день садовода, накануне, практически за месяц до этого, все достижения в полеводстве, в растениеводстве, в плодоовощеводстве демонстрируются непосредственно на территории города Мичуринска. Новые формы глубокой переработки – это очень интересно, на самом деле.

Россия. ЦФО > Агропром. Легпром. СМИ, ИТ > vestikavkaza.ru, 28 ноября 2016 > № 1985601 Алексей Кондратьев


Россия > Легпром > mirnov.ru, 24 ноября 2016 > № 1979458 Виктор Евтухов

Легпром: ставка на инновации

Россия обязана сделать рывок к несырьевым секторам экономики.

В легкой промышленности России идет серьезное оживление. Растет производство одежды, обуви, геотекстиля и инновационной продукции, на возрождение промышленности тратятся миллиарды рублей.

Сегодня правительство ставит перед собой амбициозные задачи - встроить легкую промышленность в мировые тенденции, подготовить предложение на запрос глобального рынка, поддержать наших производителей и не просто нагнать упущенное, а двигаться вперед и больше не отставать. О том, как идет процесс возрождения отрасли, и о некоторых положительных результатах, которых уже удалось добиться, рассказал статс-секретарь, заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор ЕВТУХОВ.

- Виктор Леонидович, первый вопрос, который оказывается на поверхности, когда мы говорим о возрождении легкой промышленности, - найдет ли российская продукция своего покупателя здесь?

- Я уверен, выбор в пользу отечественного производителя будет сделан в любом случае. Россия обязана сделать рывок к несырьевым секторам экономики, и у нее сегодня есть уникальная возможность сделать большой шаг именно в легкой промышленности, встроиться в мировую систему разделения труда и начать удовлетворять глобальный мировой спрос на инновационную продукцию.

Мы видим, что в России и в мире увеличивается роль высокотехнологичных материалов в авиастроении, строительстве, медицине, сельском хозяйстве и во всем, что касается спорта и военной тематики.

По нашим оценкам, к 2025 году (это заложено в стратегии развития легкой промышленности) более 60% продукции легпрома, которая основана на производстве тканей из химических нитей и волокон, будет как раз приходиться на смежные отрасли. Нужно понимать, что легкая промышленность - это не только одежда и обувь, кожгалантерея и постельное белье, как считает обыватель. Легкая промышленность - это стратегическая отрасль, и в ней сегодня огромное внимание приковано к созданию высокотехнологичных умных тканей.

Наши нефть и развитая нефтехимия - основы для химических волокон и нитей, а лес и развитый лесопромышленный комплекс - это вискозная целлюлоза, которая сегодня пользуется в мире большим спросом.

- Но рядовой потребитель пока не готов полностью отказаться и от натуральных материалов. С ними как обстоят дела?

- У нас много предприятий, которые делают великолепные изделия из хлопка. Плюс у нас сырые шкуры крупного рогатого скота, из которых мы делаем полуфабрикат, вывоз которого запрещаем уже не первый раз, что дало очень сильный толчок развитию у нас кожевенной отрасли (16% роста).

Мы выпускаем новые виды высокотехнологичных кож, в том числе с очень хорошими потребительскими свойствами для автопрома и авиации. А разве потребителю не интересно, что мебель или салон автомобиля, который он купит, будет обит прекрасно выделанной на российском предприятии кожей?

У нас есть прекрасный домашний текстиль, постельное белье, где мы занимаем очень неплохие позиции. По сравнению с аналогичным периодом 2015 года текстильное и швейное производство в целом выросло на 4%.

Положительный темп выпуска продукции достигнут в производстве хлопчатобумажных, льняных тканей, нетканых материалов, трикотажных и чулочно-носочных изделий, в выпуске пиджаков, мужских блейзеров, пальто и спецодежды.

Мне отрадно констатировать, что среди всех отраслей экономики страны легкая промышленность - одна из немногих, которая демонстрирует рост.

- Наверняка какие-то и внешние факторы дали такой толчок развитию отрасли?

- Ввиду девальвации рубля наш легпром получил дополнительные конкурентные преимущества, так как стоимость производства в России стала привлекательной не только для крупных российских брендов, как, например, «Спортмастер», но и для мировых, как «Икеа», «Декатлон», «Зара Хоум» и др. Особенно заметен этот эффект в сегменте поставщиков, работающих с госзаказом, - они резко сократили импорт и переориентировались на российский рынок.

Во-вторых, импортозамещение сыграло отложенный эффект - падение импорта открыло большие возможности развития российским производителям, которые успешно заполняют нишу. Сегодня практически во всех крупных торговых сетях представлены товары российских производителей домашнего текстиля, одежды и обуви.

Но все же повторюсь: перспектива легкой промышленности в высокотехнологичных материалах, которые будут востребованы во всем мире.

- Без поддержки государства здесь никак не обойтись...

- Совокупно в этом году на поддержку легпрома было выделено 2,2 млрд рублей. Эти средства позволили оказать значимую поддержку целому ряду подотраслей. Планом мероприятий по поддержке легкой промышленности в 2016 году предусмотрено 1,4 млрд рублей только из антикризисного фонда.

В 2015 году были приняты антикризисные меры в виде субсидирования процентов по кредитам, привлеченным на пополнение оборотных средств. К этому очень востребованному инструменту поддержки обратились 42 предприятия, а объем субсидий превысил 650 млн рублей.

Кроме того, в течение этого года по вопросу закупки продукции легкой промышленности отечественного производства Минпромторг провел ряд встреч более чем с двадцатью компаниями c государственным участием. Эта работа продолжится и дальше.

А на днях премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал постановление, снижающее в четыре раза требования к уставному капиталу претендующих на субсидии лизинговых компаний, которые обеспечивают оборудованием предприятия легкой промышленности. Теперь субсидии могут получить компании с уставным капиталом 250 млн рублей за последний отчетный год, а не 1 млрд рублей, как раньше. На программу льготного лизинга выделено 500 млн рублей. Принятая мера способна ускорить реализацию технической и технологической модернизации предприятий легкой промышленности, что как никогда актуально.

- Сейчас часто прикидывают по цифрам, сколько у нас будет в структуре внешней торговли занимать несырьевой экспорт. А если говорить о производстве легкой промышленности, есть ли данные о том, какова ее доля в ВВП сейчас?

- Пока она не очень большая. Хотя как судить. Только по одним высокотехнологичным синтетическим материалам и по синтетическому текстилю мы видим, что можно прирастить ВВП на 0,12%. Это, кстати, большой рост. Кому-то кажется, что такое 0,12%? Но это много. И столько мы теряем от импорта, и особенно от «серого» импорта. Это две проблемы нашей отрасли, о которых говорят предприниматели.

Сейчас идет реализуемый Минпромторгом проект по маркировке чипами изделий из меха. Первый вице-премьер Игорь Шувалов, курирующий от России этот вопрос на уровне Евразийской экономической комиссии, сказал, что мы в следующем году будем развивать и расширять линейку продуктов, которые будут маркироваться.

Борьба с нелегальным производством и нелегальным импортом - одна из наших основных и главных задач на перспективу, и здесь у нас есть очень хорошая возможность показать результат с точки зрения увеличения вклада легкой промышленности в ВВП.

Елена Казанцева

Россия > Легпром > mirnov.ru, 24 ноября 2016 > № 1979458 Виктор Евтухов


Казахстан > Легпром. Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 27 октября 2016 > № 1953819

Более 50 казахстанских производителей легкой промышленности представили продукцию в павильоне «Сделано в Казахстане - Халық Маркасы», который работает в столичном ТД «Самғау», пишет «Казправда».

Как показывает мировой опыт, подобные постоянно действующие выставочные павильоны повышают узнаваемость компании и бренда на 45%, объемы продаж - на 57%, а экспортный потенциал расширяют на 28%. Руководствуясь этими данными и стремлением поддержать региональных производителей в Астане, и был открыт первый торгово-выставочный павильон «Сделано в Казахстане - Халық Маркасы».

Сначала в торговом доме «Самғау» разместились торговые ряды с продовольственными товарами отечественного производства, а теперь и представители легкой промышленности разнообразили ассортимент.

Участникам проекта на год предоставляется место в павильоне, выдается сертификат и знак «Халық Маркасы», который производитель сможет использовать в течение двух лет в рекламных целях. Кроме того, отечественные производители могут воспользоваться бесплатными услугами специально обученных продавцов-консультантов.

Сегодня в проекте участвует уже более 100 компаний со всего Казахстана. Всего на площадку ТД «Самғау» планируется привлечь свыше 500 отечественных брендов. А потом павильон «Сделано в Казахстане - Халық Маркасы» войдет в туристическую карту главного города страны, что позволит повысить посещаемость торгового центра.

Казахстан > Легпром. Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 27 октября 2016 > № 1953819


Украина > Легпром > ukragroconsult.com, 18 июля 2016 > № 1829732 Николай Шкурко

Улучшения ситуации в льноводстве можно ожидать через 5-10 лет - Николай Шкурко

Лен и льняное масло остаются трендом во многих странах мира благодаря своим уникальным целебным свойствам. В то же время, в Украине лен — нишевая, малораспространенная культура, площади под которой в последние годы не превышали 60 тыс. га.

AgroPortal.ua пообщался с генеральным директором ООО «Просвестительно-производственно-коммерческая фирма «Сяйво» Николаем Шкурко и попытался разобраться, почему так мало льна выращивается в Украине, есть ли потенциал расширения производства и что это даст отечественным производителям.

По сравнению с мировым применением льна и продуктов его переработки, как Вы можете охарактеризовать этот рынок в Украине?

Николай Шкурко: Хотя популярность льна в мире растет, в Украине культура остается нишевой (0,2% всех посевов) и занимает незначительный сегмент рынка масличного сырья (0,8% посевов масличных). Это связано с ограниченностью в Украине сбыта как семена льна, так и продуктов его переработки.

В Канаде семена льна — это уже не отдельная пищевая составляющая, а полноценный продукт питания: специальная Национальная программа рекомендует включать до 12% семян льна в хлебобулочные изделия. В Германии в хлебопекарной отрасли применяют около 60 тыс. т семян льна в год (это почти 1 кг на человека). А в США рекомендуется потреблять не менее трех порций цельного зерна в день, что соответствует трем столовым ложкам. Например, в виде сытных хлебцев или в размолотом виде как присыпку.

У нас же внутреннее потребление и его переработка на промышленных предприятиях незначительны. Не популяризируется здоровое питание, обязательным элементом которого является лен.

Масложировые комбинаты также не занимаются переработкой семян льна. Для осуществления переработки таких семян нужно сформировать соответствующие запасы сырья для обеспечения непрерывной работы технологической линии и производства масла в достаточном объеме для формирования товарной партии.

Несмотря на достаточно широкий спектр применения льна и продуктов его переработки, в Украине лен масличный относится к экспортным культурам. И хотя как раз экспорт семян льна является перспективным в свете роста его популярности в мире, в Украине и выращивание, и экспорт приостановили свое развитие на отметке 50-60 и 25-30 тыс. т в год соответственно, что в 10 раз меньше, чем в России или Казахстане и в 20 раз меньше, чем в Канаде.

Почему в Украине темпы наращивания производства льна низкие? Возможно ли, что это связано с низким спросом на него со стороны переработчиков?

Николай Шкурко: На самом деле на внутреннем рынке нет конкуренции между экспортерами и крупными переработчиками, объединенными в ассоциации «Укролияпром», поскольку для них имеющиеся объемы льна мизерные. Они инициировали введение вывозной (экспортной) пошлины на лен и рыжей, что действует с 1999 г до этого дня. И наступили на грабли — льна сеют мало, а рыжей вообще перестали выращивать.

И хотя как раз экспорт семян льна является перспективным, он также приостановил свое развитие. Эксперты считают, что рост выращивания семян льна и его экспорта существенно тормозит пошлина в 10%. Вывозная пошлина на лен уменьшает внутреннюю цену реализации и не дает возможности сельхозпроизводителям продать товар по выгодным ценам. Для экспортера льняное семя становится нерентабельным, потому что пошлина увеличивает его себестоимость и делает его неконкурентным на мировом рынке.

Операторы рынка уверены, что после отмены пошлины возрастет спрос, а следовательно и предложение. Сейчас Украине крайне важно сохранить статус экспортера льна. У нас под боком огромный европейский рынок сбыта льна, а первенство занимают Канада, Россия, Казахстан. У Украины есть огромное преимущество — возможность оперативно поставлять небольшие партии, ведь из Канады, например, нужно заказывать целое судно, требующее много оборотных средств. Это делает нас привлекательным партнером, а также решает проблему хранения сырья. Украина имеет не только перспективы, но и преимущества, поэтому может отвоевать значительную часть дорогого рынка Европы.

Вы считаете, что именно наличие экспортной пошлины сдерживает рост производства льна и делает его вместе с рыжеем нишевой культурой?

Николай Шкурко: Это первоочередная проблема. И решение ее несложное. В Верховной Раде Украины сейчас находится на рассмотрении законопроект № 4737 «О внесении изменений в Закон Украины «О ставках вывозной (экспортной) пошлины на семена некоторых видов масличных культур» в части отмены вывозной (экспортной) пошлины на семена льна, измельченных или не измельченных, и рыжея».

От генерального директора ассоциации «Укролияпром» Степана Капшука поступило письмо в Комитет по вопросам налоговой и таможенной политики Верховной Рады Украины «с просьбой не допустить внесения изменений». Изложенное в данном письме не содержит аргументации, искажает действительность, вводит в заблуждение государственные органы и общественность.

Так, тезис, что «наличие вывозной (экспортной) пошлины не является тем фактором, который сдерживает производство и экспорт некоторых видов масличных культур» не имеет экономического основания, ибо, как известно, пошлина существенно увеличивает себестоимость реализации на экспорт. Экспортер вынужден понижать цену закупки у производителя, чтобы выдержать конкуренцию.

Аргументы в пользу отмены пошлины как преграды для роста льняного производства было приведено еще в 2014 г в научно-исследовательской работе Института масличных культур Национальной академии аграрных наук Украины под названием «Подготовка предложений по повышению конкурентоспособности льна масличного и рыжея на отечественном аграрном рынке, обоснования отмены экспортной пошлины на семена льна масличного и рыжея в Украине на основе анализа рынка масличных культур Украины». Убедительный солидный документ, с которым стоит ознакомиться депутатам для принятия решения.

Другой тезис господина Капшука в том, что «экспортная пошлина на семена льна и рыжея не запрещает их экспорт, а лишь выравнивает условия как для внутренней переработки, так и для поставки на экспорт» также не соответствует действительности.

Вывозная пошлина вводилось в 1999 г с подачи ассоциации «Укролияпром» в интересах своих членов с целью создания преимуществ для переработчиков подсолнечника и одного переработчика льна и рыжея, что стало мотивацией для привлечения инвестиций для увеличения исключительно переработки подсолнечника. Эти мощности сейчас вдвое превышают валовой сбор подсолнечника, посевные площади которого достигли критического предела и составляют угрозу экологическому балансу в результате нарушения севооборотов.

Данные бюллетеня Украинского научно-исследовательского института масел и жиров Национальной академии аграрных наук Украины «масложировая отрасль Украины» свидетельствуют, что отсутствие вывозной таможенной пошлины на семена рапса и сои не является преградой для стремительного наращивания их переработки. В то же время при наличии такой пошлины на лен и рыжей, их переработку на предприятиях «Укролияпрому» будет уменьшено до минимума на лен, а производство рыжея вообще остановится.

Казалось бы, такой «железный» аргумент «Укролияпрому» как то, что «торговать маслом» выгоднее, потому что «чем больше добавленная стоимость формируется у государства, тем больше поступлений в бюджет» на поверку не соответствует государственным статистическим данным.

Эти данные относительно крупных перерабатывающих предприятий, членов ассоциации «Укролияпром», показывают, что они применяют на 100% давальческую схему переработки и демонстрируют низкоприбыльную, а то и убыточную деятельность. Если бы переделанный подсолнечник было экспортировано, то бюджет получил бы только за последние два года в 42 раза больше поступлений!

Опыт зарубежных стран свидетельствует, что обеспечением поступлений в бюджет от переработки масличных является введение вывозной пошлины на необработанные продукты переработки. Так, например, в Аргентинской Республике введена вывозная пошлина на ведущую масличную культуру — сою и продукты ее переработки в размере: соевые бобы — 30%, нерафинированное соевое масло — 27%, соевый шрот — 27% от таможенной стоимости. За рубежом стимулируют экспорт конечных продуктов с высокой добавленной стоимостью переработки. Предприятия ассоциации «Укролияпром» наоборот демонстрируют снижение выпуска готовой продукции — фасованного рафинированного дезодорированного масла, майонеза, маргарина на внутреннем рынке и почти полное отсутствие их экспорта. Такие данные представлены в информационно-аналитических бюллетенях Украинского научно-исследовательского института масел и жиров Национальной академии аграрных наук Украины «масложировая отрасль Украины».

В упоминавшемся письме «Укролияпрома» перекручено информацию о потерях бюджета в случае отмены пошлины на лен.

На самом же деле при условии отмены пошлины на лен имеющиеся потери бюджета будет компенсировано за счет роста объемов выращивания льна и, соответственно, уплаты налогов сельхозпроизводителями и экспортерами.

Таким образом, настаивание на сохранении вывозной (экспортной) пошлины на семена льна и рыжея является ничем иным как прикрытием для сохранения такой пошлины на семена подсолнечника, что не дает адекватного эффекта для госбюджета. Пока не преодолеем это сопротивление, нечего надеяться на рост выращивания и экспорта семян льна, а что такое рыжей — забудем вообще.

Допустим, экспортную пошлину отменили, сможет ли украинский лен конкурировать с мировыми производителями? Какие направления экспорта Вы считаете перспективными для украинского льна?

Николай Шкурко: Основные страны-производители масличного льна в мире — это Канада, США, Россия, Казахстан. Доля Канады составляет около 40%. Но наибольшую конкуренцию на рынке Европы составляет лен из России и Казахстана, где нет пошлины, а наоборот — режим наибольшего благоприятствования. Тамошние производители семян льна находятся в более выигрышной ситуации, чем украинские. Во-первых, существует программа государственной поддержки выращивания льна. Аграриям выплачивают дотации. Кроме того, они имеют собственные энергетические ресурсы, поэтому цены на горючее, минеральные удобрения и горюче-смазочные материалы ниже украинских, что, соответственно, также уменьшает себестоимость выращенной продукции. Но, прежде всего, в них нет вывозной пошлины на семена льна.

Поэтому главное направление экспорта украинского льна — Юго-Восточная Азия. На втором месте — Ближний Восток и только потом Европейский Союз. Хотя экспорт семян льна из Украины на европейский рынок является выгодным, поскольку, по данным таможенной статистики, в 2015 г цена 1 т достигала 485 €, тогда как на азиатском направлении — 370 €, за счет качественных параметров.

Стоит также отдельно отметить, что в странах Европы ежегодно спрос на семена льна достигает около 600-700 тыс. т, из которых основную часть занимает продукция из Канады и России. Учитывая географическое расстояние выгодным является именно экспорт украинского льна, ведь он имеет больше конкурентных преимуществ. Поэтому этот традиционный рынок является перспективным для отечественных экспортеров.

Однако, кое-кто в Украине не хочет свободной торговли с ЕС. Такой вывод следует из Соглашения об ассоциации между Украиной и Европейским Союзом в части сохранившихся вывозных (экспортных) пошлин.

Так, Приложение Соглашения предусматривает постепенное снижение ставки вывозной таможенной пошлины на лен с 10 до 0%, начиная с этого года в течение следующих 10 (!) лет (на 0,9% ежегодно). Следовательно, улучшение ситуации в производстве льна следует ожидать через 5-10 лет. А переработчики льна и дальше гарантированно будут обеспечены дополнительной доходностью, правда, не реализованной, а экспорт льна не будет выдерживать конкуренции. Экономических обоснований таких односторонних преимуществ Министерство экономического развития и торговли не предоставляет. Подсчеты, проведенные нашей компанией, доказывают, что эффект от пошлины перекрывается ростом производства семян льна в 1,5-2 раза, то есть на уровне 100-150 тыс. т.

К сожалению, ни Минагропрод, ни Минэкономразвития, ни Министерство иностранных дел не предоставляют субъектам хозяйствования компетентной информации, в частности относительно рынков льна.

По данным Совета по вопросам льна Канады, семя льна используется в трех основных направлениях — для питания, производства кормов и промышленной переработки. Следовательно, направления реализации есть на трех ключевых рынках: Северной Америки, Европы, Китая. В США предполагается рост потребления во всех трех сегментах. Европейские страны сконцентрированы преимущественно на промышленной переработке семян льна, наращивая, однако, потенциал для использования семян льна в качестве пищевой продукции. Неисчерпаемым потенциалом для наращивания объемов импорта семян льна обладает Китай, который использует этот продукт также во всех трех отраслях. В ближайшие годы увеличить уровень импорта семян льна может Индия, население которой скоро превзойдет китайское. Очевидно, что и украинские экспортеры имеют хорошие перспективы на этих рынках.

Какие факторы сдерживают наращивание экспорта льна, не считая пошлины?

Николай Шкурко: К рыночным факторам, которые сдерживают наращивание экспорта, относятся: непрогнозируемость и отсутствие стратегии развития внутреннего рынка льна; отсутствие ассоциации, что должна продвигать конкретные интересы субъектов рынка в цепочке «владелец сорта/оригинатор — производитель семян — производитель товарного семян — экспортер».

Еще одной причиной, сдерживающей наращивание экспорта, является высокая себестоимость льна из-за производственных факторов: низкий уровень урожайности — 7-12 ц/га; высокая норма высева растений на 1 га — 35-45 кг (в сравнении с другими масляными); нестабильность производственных показателей, что отражается в колебании посевных площадей и объемов валового сбора культуры; отсутствие интегрированных предприятий, кластеров, ассоциаций — замкнутых циклов по производству и экспорту льна.

Николай Пантелеевич, как Вы считаете, какие факторы формируют спрос и ценообразование на рынке льна?

Николай Шкурко: Лен является альтернативной культурой ярового рапса по размещению в севооборотах, а по потреблению может отвоевать площади у более распространенного подсолнечника. Основная перспектива льна — альтернатива подсолнечника. Придет время, когда настоящие хозяева своей земли будут заниматься ее плодородием, обогащением для будущего.

Лен можно выращивать в разных регионах Украины, он является значительно лучшим предшественником. К тому же, лен имеет простую технологию выращивания, не требует применения инсектицидов. Это является основанием для того, чтобы он нашел достойное место в здоровом питании.

В основе эффективности производства продукции лежит ее себестоимость и цена реализации. В 2015/16 гг цены на семена льна довольно сильно колебались. Если в начале сезона такие семена закупали по 7,5 тыс. грн/т, то в начале февраля его стоимость повысилась до 10 тыс. грн. На это повлиял спрос. Вместе с тем, такие цены не превышают стоимость других масличных семян: подсолнечника и сои. В целом ценовая ситуация на внутреннем рынке устраивает производителей, потому что выращивание льна требует меньше вложений на га и вынос питательных веществ меньше. Выращивание льна обходится в полтора раза дешевле, чем производство подсолнечника.

Таким образом, в текущем сезоне цена на товарные семена держится в среднем на уровне 8 тыс. грн/т, общих затрат при выращивании этой культуры в 6 тыс. грн/га, учитывая урожайность 15 ц/га, прибыль от хозяйствования составляет 3 тыс. грн/га, а рентабельность может достигать 50 %, но в действительности далека от этих показателей.

В силу неорганизованности покупателей иногда возникает необоснованный ажиотажный спрос на семена льна, вызванный малым предложением и большим желанием выйти на международный рынок. Чаще всего это случается среди «новичков» или неквалифицированных операторов рынка.

Это влечет за собой подъем цены, которая становится неконкурентной, непроходимой на внешнем рынке. Данная проблема могла бы быть предупреждена и устранена отраслевой ассоциацией, которой, к сожалению, до сих пор нет.

На фоне стремительного роста производства льна в Канаде, России, Казахстане, где ниже себестоимость и нет вывозной пошлины, ценовые ножницы, а именно падение мировой цены на лен на 30%, делают проблематичным присутствие Украины на рынке льна.

Какие перспективы у украинских нишевых культур, в частности льна, на Ваш взгляд?

Николай Шкурко: В настоящее время Украина находится лишь на начальной стадии экономического развития с низким уровнем общественного производства, а проблема ее экономического развития заключается, в основном, в отсутствии целенаправленной долгосрочной стратегии, которая бы базировалась на взвешенной концепции защиты, становлении и развитии отечественного рынка товаров, в том числе семян льна. Обнадеживающий план реформ «3+5» в аграрной отрасли предложил министр аграрной политики и продовольствия Украины Тарас Кутовой. Речь идет о трех приоритетах и пяти направлениях, среди которых «Органическое земледелие и нишевые культуры».

Но сейчас для экспортера льняное семя становится нерентабельным, потому что пошлина в 10% и невозмещение НДС экспортерам делает его неконкурентным на мировом рынке.

Также расширение рынка льна в Украине тормозится деструктуризацией субъектов рынка и отсутствием государственных программ, направленных на развитие отрасли.

В этом вопросе чрезвычайно полезным может быть опыт Канады. Создание ассоциаций, подобных канадским, правительственные программы, направленные на популяризацию льна и поддержку производителей, систематическая исследовательская и аналитическая работа в целях улучшения качества и прогнозирования рынка в совокупности с отменой вывозной пошлины создадут предпосылки для мощного выхода на международную арену такого украинского товара, как семена льна.

Напоследок, что Вы могли бы пожелать участникам рынка?

Николай Шкурко: В связи с рассмотрением в Верховной Раде упоминаемого законопроекта об отмене вывозной пошлины на семена льна и рыжея, появилась возможность сдвинуть с места дело объединения операторов рынка льна и вместе достичь этой цели. Сейчас формируется инициативная группа, хочу пожелать ей успеха и приглашаю присоединяться к ней.

Как человек, который начинает свой день с ложки семян льна, размолотых перед добавлением в различные блюда, считаю, что он имеет большие перспективы. Поэтому время принятия в нашем государстве Национальной программы здорового питания, которая будет включать лен. Пожелаем украинцам и в этом успеха!

Украина > Легпром > ukragroconsult.com, 18 июля 2016 > № 1829732 Николай Шкурко


Казахстан > Легпром > kapital.kz, 18 апреля 2016 > № 1727803 Айгуль Жансерикова

В Наурыз ремесленников просто раздирают. Увы, мы нужны только в праздники

Айгуль Жансерикова о ситуации в отрасли и о том, как делать бизнес на народном ремесле

Любят у нас, в Казахстане, со страниц социальных сетей и экранов телевизоров говорить пламенные речи о том, насколько важно сохранять наследие предков и гордиться национальным достоянием. Все мы одобрительно соглашаемся, лишь поверхностно представляя при этом, какой ценой удается нести самобытность казахского народа из поколения в поколение тем, кто делает это ежедневно. Айгуль Жансерикова стоит у истоков становления войлоковаляния в Казахстане как отрасли. Одна из первых осмелилась на серьезный шаг – создала компанию Aigul line. И сегодня она – одна из немногих, кто еще не устал говорить с высоких трибун о нуждах и проблемах ее коллег-ремесленников. Интервью с корреспондентом центра деловой информации Kapital.kz практически совпало с приездом Айгуль из Узбекистана и потому вышло особенно эмоциональным на фоне совсем невыигрышного положения отечественных умельцев перед узбекскими соседями.

- Айгуль, хочу поделиться с Вами своими наблюдениями, возможно, неверными, тем не менее, на мой взгляд, спрос на продукцию ремесленников в последние годы в Казахстане стремительно растет. Так ли это?

- Да, сейчас в век глобализации, когда стираются границы, развиваются новые технологии, строятся различные заводы и фабрики, когда идет активное смешение культур, когда мир все больше нуждается в идентичности каждой народности, это становится актуальным. Чем мы можем выразить самобытность любого народа? Здесь, конечно, нужны не только музыка, живопись, но и ремесла. Вообще, я считаю, что ремесленники – это послы мира, послы своего народа. Часто мы ездим на различные международные выставки и представляем культуру своего народа. Поэтому да, я хочу подтвердить, интерес на продукцию ремесленников есть. И в глобальном масштабе, в рамках Казахстана, он стал появляться в последние годы. Наверное, дизайнеры, художники уже успели все перепробовать, все новые технологии, которые предлагает мир, и теперь ищут что-то новое, чем они могут отличиться. А что может быть лучше хорошо забытого старого? Все мы рано или поздно возвращаемся к своим культурным истокам, ищем этнические моменты. Я вам скажу, как один из ремесленников, кто стоит у истоков возрождения войлоковаляния: когда мы выходили на ремесленнические выставки, скажем, в 2000 году – тогда нас были единицы. Большой отпечаток все-таки оставил период советского строя, когда мы забыли свои ремесла, увлеклись больше фабричными изделиями. Но сейчас, по истечении 16 лет мы видим - уровень мастерства растет, количество ремесленников растет, да и народ смотрит на это уже с уважением.

- Что сегодня является визитной карточкой казахстанского рынка ремесленников, в чем наша, как говорится, «фишка»?

- Когда тот же иностранец собирается приехать в Казахстан, он тоже предварительно изучает - что из национального он может здесь приобрести. Так вот, вся наша история связана с кочевым образом жизни, быт в юртах и так далее и потому начинается все с войлока. Далее я бы отметила вышивку. Ручная вышивка сейчас подзабыта, и мы только-только возрождаем этот вид ремесла. Хотя во времена наших предков, ни одна невеста без «тус кииза» (узорчатый войлочный ковер. – Ред.), который ткали в течение года или даже двух, не выходила замуж. То есть приданное без «тус кииза» - это было плохое приданное. Затем - керамика, кожа. Вы знаете, что наши торсыки (классический казахский сосуд из кожи, предназначенный для хранения жидкостей – Ред.), или другая кожаная посуда тоже были непременным атрибутом наших предков. Деревообработка. Конечно, кочевой образ жизни, начиная от кереге (деревянная решетка, составная часть юрты – Ред.) и луков – все из дерева. Видите, какие экологически чистые продукты применяли исторические казахи. Конечно, это ювелирные украшения. Казашка, которая не имела ювелирных украшений – большая редкость. Здесь нужно подчеркнуть, что если мы уступаем по другим ремеслам нашим соседним странам, то в «ювелирке» мы на первом месте. Мы смогли передать и сохранить мастерство, технику изготовления ювелирных украшений. Нельзя забывать ткачество. Каждая семья, каждая женщина умела ткать ковры. Мы делали и ворсовые, и безворсовые ковры и многое другое.

- Да, наследие у нас богатое. Так как получается его правильно доносить до потребителя? Сложно ли делать бизнес в этом направлении?

- У нас много талантливых людей, но, к сожалению, не все могут вынести на рынок свои возможности, свои навыки. Рынок - это конкуренция, и не только внутренняя. Алматы в данном случае – рынок, наверное, для всей Центральной Азии. И выжить здесь очень нелегко. Для этого нужно иметь устойчивый бизнес, в первую очередь нужны условия работы - собственное помещение, или в аренду. Затем его нужно оснастись, создать полноценную мастерскую. А это не только мебель, это в первую очередь необходимое оборудование. У каждого ремесленника свои машины. Если в войлоке, это хорошие, надежные столы, то у зергера (ювелир, мастер высокого уровня – Ред.) – это дополнительные станки. Далее, материалы. Это отдельная тема. Достать сырье – большая проблема. Обрабатывать сырье самому – значит потерять кучу времени. А у нас клиенты ждать не могут и всем все нужно очень срочно. Например, мы - производители войлочных изделий, готовы работать от зари до зари, начиная с момента стрижки овец. Но нужно понимать, что сначала надо правильно состричь, взять шерсть с определенных частей туши, потом правильно вымыть, вычистить от всяких сорняков, прочесать и только потом готовить продукт. Клиент, повторюсь, не может ждать, и поэтому мы ищем готовое сырье.

- Как сильно все это в конечном итоге сказывается на цене товара, произведенного ремесленником?

- Очень сильно. Человек тратит время на заготовку сырья. Если он его закупил, как в нашем случае, у фабрики, на которой работает недешевое итальянское оборудование, стоимость этого сырья за килограмм получается весьма высокой. А как иначе? Ведь это качественно обработанная машиной шерсть. Часто клиенты, которые этого не понимают, задают вопрос – почему так дорого? Да, можно делать все быстро и как попало и получить некачественный продукт. Или работать с прекрасно переработанной шерстью, из которой можно сделать все, что угодно. Отсюда и рождаются шедевры. Соответственно, цена не может быть низкой.

- Вам наверняка знаком опыт Ваших коллег из других стран. Как там возрождают и развивают ремесленничество? Например, в Туркменистане, насколько я знаю, работает целое министерство по коврам…

- Совсем недавно я была в Узбекистане, у своих коллег, по одному проекту. И вы знаете, в очередной раз была в восторге от того, какие же условия государство создало для их ремесленников. Во-первых, это целый центр - двухэтажное кольцевое здание, построенное также в этническом стиле, с элементами дерева, в котором сидят ремесленники и платят символические суммы за аренду ежегодно. Это же прекрасно! Это мечта для казахстанского ремесленника! Во-вторых, целая улица, как наш Арбат, вдоль которой опять-таки государство построило здания, предоставило земли и помогло ремесленникам адаптировать помещения под бутики. Уровень этих бутиков очень высок, некоторые из них соответствуют всем международным стандартам. Я белой завистью позавидовала. Существовал бы такой Арбат у нас! Потом - налоговые послабления. Мой пример: войлоковаляние – это ремесло, но чтобы получать государственные заказы, ты, как налогоплательщик, должен содержать соответствующий штат, это значит увеличиваются расходы на того же бухгалтера, менеджера, продавца и так далее. Кроме того, постоянно какие-то ошибки сотрудников оборачиваются в итоге большими штрафами. Нас все время проверяют, устанавливают какие-то запреты. В Узбекистане – наоборот. У них ремесленничество охвачено на уровне правительства. Я им так и сказала: вы просто в раю живете! Раз в год платят символические 10 долларов за помещение! Ну как тут не развиваться? Они не отвлекаются от своего творчества, от своего дела. У нас же, с утра до вечера мы бегаем по разным инстанциям, что-то кому-то объясняем. У меня малый, но успешный бизнес, и он мог бы развиваться, если бы вся энергия, все силы не уходили на административные барьеры. Сейчас акимат Алматы нам помог в индустриальной зоне получить землю, но все равно, вы знаете, риски большие.

- Айгуль, а как ваш и ваших коллег бизнес зависит от событий, которые происходят в масштабах города? Ведь часто мы видим, как международного масштаба мероприятия оформлены и всячески сопровождаются национальной тематикой?

- Всплеск спроса, интереса к ремесленной продукции возникает как раз тогда, когда проходят международные события в стране, или за рубежом. Все вдруг срочно начинают искать ремесленников. Нас быстро рассаживают, мы должны вдруг показывать какие-то мастер-классы, создавать образ самобытной страны. Да, наверное, это издержки развития, мы - молодая страна. Но нужно устойчиво развиваться, равномерно. Во время Наурыза нас просто раздирают, ни один ремесленник не сидит без работы. Обидно, когда мы нужны только в такие моменты. А ведь нам нужна соответствующая подготовка к любому мероприятию, нужно время, чтобы изготовить продукцию. Например, Универсиада – 2017. На одной встрече с акимом Алматы Бауржаном Байбек я подняла вопрос - как мы собираемся встретить Универсиаду? Какое мероприятие подобного масштаба без сувениров? Вы знаете, очень порадовало, что аким поддержал меня. Хочу отметить, что сейчас в администрации города много молодых, энергичных, отучившихся за границей менеджеров. Они современные люди и понимают все, о чем я говорю. Аким даже вместо меня начал рассказывать, как это все построено в других государствах. Я опять подняла вопрос создания ремесленнического центра в Алматы. И мы, не в своих однокомнатных квартирах, на кухонных столах, а в одном уютном помещении выставили бы всю нашу красоту, колористику, этнику. Мы бы постоянно работали, обменивались бы опытом, информацией, приглашали бы наших зарубежных коллег. Это была бы кипящая точка, которая как мед, привлекала бы к себе туристов. Так хочется верить в это.

- Спасибо Вам за интересную беседу, Айгуль, и успехов в достижении поставленных целей!

Казахстан > Легпром > kapital.kz, 18 апреля 2016 > № 1727803 Айгуль Жансерикова


Казахстан. Корея > Легпром > camonitor.com, 15 апреля 2016 > № 1723329

В ЮКО создают чулочно-носочное изобилие для казахстанцев

Автор: Рамзия Юнусова

"Носки производить - дело нехитрое", - заметил как-то знакомый чиновник. И кто бы с ним спорил. Однако, согласитесь, без этого немудреного, но чрезвычайно нужного атрибута женского и особенно мужского гардероба, как говорится, никуда. Поэтому чиновника стоило бы поправить: может, и нехитрый этот бизнес, но однозначно беспроигрышный. Если, конечно, товар выпускать качественный.

К примеру, лично я долгое время предпочитала покупать для своих мужчин, мужа и сына, носки из Белоруссии - экологически безопасные и очень прочные. Чего не скажешь о таком же товаре из соседнего Узбекистана: да, недорогой, однако практически одноразовый.

В ЮКО уже давно сложились свои чулочно-носочные традиции. Наверное, с тех самых пор, как в годы Великой Отечественной в Чимкент эвакуировали оборудование по производству носков из Харькова, который вот-вот должен был оказаться под немецкой оккупацией. Так появилась знаменитая фабрика "Эластик", чья продукция экспортировалась во многие заграничные страны.

В этой связи вспоминается курьезный случай. Как-то отец моей однокурсницы, всю жизнь проработавший наладчиком производственного оборудования на "Эластике", поехал с группой советских туристов в зарубежное турне. На рынке в Праге пристроился в очередь за дефицитом. А когда пошел к прилавку узнавать, что "выбросили", был несказанно удивлен: носки с его родного предприятия. Вот такой популярный товар выпускался в Чимкенте.

Похоже, местные предприниматели решили возродить былую славу южноказахстанских мастеров. В конце прошлого года в Шымкенте открыли чулочно-носочную фабрику, учредителем которой выступило ТОО "Алем БТ". К слову, линия была запущена в числе 18 новых производств по стране, открытие которых состоялось в ходе обще­нацио­нального телемоста с участием главы государства. От имени южноказахстанцев президента страны приветствовали аким области Бейбут Атамкулов и руководитель ТОО "Алем БТ" Кайрат Балабиев. Новое производство, в создание которого было привлечено около двух млрд тенге инвестиций, введено в эксплуатацию в рамках Карты индустриализации. Фабрика способна выпускать до 16 млн пар изделий в год. Причем не уступающих по качеству самым известным брендам.

Первые шаги на этом поприще стали хорошей школой для бизнесменов, научили их тому, как нужно двигаться на рынке, на что обращать внимание, как строить маркетинговую политику. Они поняли главное: чтобы завоевать рынок, нужно работать масштабно.

Учредителям фабрики Kore пришлось съездить в Южную Корею, чтобы изучить опыт подобных производств, закупить оборудование, заключить договора на поставку сырья, пригласить лучших инженеров и технологов для монтажа, обслуживания техники и обучения местного персонала. Электроника, кабели и даже шурупы на предприятии - корейские. Потому что в Казахстане, к сожалению, не выпускают ничего подобного для текстильного производства.

Сегодня на предприятии трудятся 150 человек. После выхода на полную мощность их количество планируют увеличить до четырехсот. Помимо основного производства открыт красильный цех, закуплено крутильное оборудование. Теперь при заказе сырья предприятие не зависит от колера пряжи, а также самостоятельно может скручивать натуральные и синтетические нити, что в разы удешевляет конечный продукт. Кстати, если синтетическую нить и красители пока закупают в Южной Корее, то хлопковую планируется приобретать у южноказахстан­ских предприятий "Меланж" и Oxi Textile.

Опыт работы носочно-чулочной фабрики Kore - наглядный пример того, о чем не раз в своих выступлениях говорил Нурсултан Назарбаев: не надо изобретать велосипед, и если где-то уже разработаны технологии, то достаточно привезти их в нашу страну и применить на практике.

Не забыли в ЮКО, конечно, и о женщинах. Ведь если для мужчин настоящей катастрофой может обернуться отсутствие в их шкафу пары-другой носков, то у прекрасной половины человечества подобную панику вызывают появившиеся вдруг предательские стрелки на колготках. Поэтому в Шымкенте открыли филиал единственной в Казахстане фабрики по производству капроновых колготок - алматинского ТОО "Пэри".

Здесь работают 22 вязальные машины, их обслуживает один оператор, который следит за тем, чтобы нить не прерывалась, а программа не давала сбоев. На вязку одной трубы (так называют полуфабрикаты колготок) из почти невидимых глазу нитей полиамида, флэта, эластана уходит не больше двух минут. В следующем цеху на барабанной машине пришивают мысок и трубы сшиваются в целое. Готовые колготки отправляют на покраску. Затем их промывают, смягчают и отправляют на формовку, где обдают паром, сушат и гладят. Контроль за качеством осуществляется на каждом этапе производства. Делают это специально обученные работники предприятия.

"Объем производства в настоящее время варьируется от 50 до 100 тысяч изделий в месяц, - поясняет директор предприятия Серик Ахметов. - Я искренне благодарен президенту и правительству за объявленную в начале прошлого года акцию "Покупай казахстанское". Благодаря ей люди стали поворачиваться к отечественному продукту. По-другому стали смотреть на казахстанского производителя и руководители торговых сетей, с которыми раньше договориться было невозможно. Сейчас их двери для нас открыты".

Сегодня колготки "Пэри" начали завоевывать популярность на территории Казахстана. В планах выход на рынки Беларуси, Российской Федерации и Украины. Планируется осуществлять поставки и в Европу.

Казахстан. Корея > Легпром > camonitor.com, 15 апреля 2016 > № 1723329


Франция > Внешэкономсвязи, политика. Легпром > rfi.fr, 31 марта 2016 > № 1708335 Елена Серветтаз

Политики выступили против «исламского кутюра» во Франции

Французский шик, микро-бикини, глубокое декольте, прозрачные ткани и смелое мини могут скоро уйти в прошлое и выйти из моды. В Европе сразу несколько модных домов и марок начали выпуск т.н. «исламских линий» в своих коллекциях одежды. Японская марка Uniqlo, испанская Mango, британская Marks&Spencer, итальянская Dolce & Gabbana теперь соблазняют покупательниц хиджабами, «буркини» (бурка+бикини) купальниками, полностью закрывающими тело, юбками в пол, широкими халатами и даже капсульными коллекциями «Рамадан special».

Однако не все во Франции готовы поддерживать исламский кутюр. Так, например, сооснователь модного дома Yves Saint Laurent Пьер Берже обвинил марки, создающие исламские коллекции в том, что они продвигают образ жизни, который противоречит свободе.

В эфире радиостанции Europe 1 Пьер Берже, бывший спутник жизни Ив-Сена Лорана, который в 60-е годы создал образ «современной женщины», используя элементы мужского костюма, пришел в ужас от идеи спрятать женщину в хиджаб.

Пьер Берже: «Мне действительно кажется, что большим модным домам в этой области (создание хиджабов) делать нечего. Я возмущен! На протяжении 40 лет я был вместе с Ив-Сеном Лораном, и я всегда считал, что модный дизайнер нужен для того, чтобы украшать женщину, чтобы освобождать ее. А не для того, чтобы быть соучастником этой навязанной диктатуры. Это отвратительно, что мы прячем женщин; они живут скрываясь, и все это ничего общего не может иметь с созданием моды. По крайней мере, в той мере, как я ее понимаю».

Пьер Берже объяснил, откуда у современных марок такая внезапная любовь к исламской культуре.

Пьер Берже: «Они действительно соучастники, в какой-то мере. И все это просто ради того, чтобы делать бабло. Простите меня, конечно, но мне кажется, что убеждения дороже денег».

Ожидается, что к 2019 году на мусульманскую моду в мире из кошельков тех, кто следует традициям, будет потрачено более 400 млрд евро. Модные дома держат нос по ветру и на любую критику отвечают: «Если есть спрос, значит должно быть предложение».

Пьер Берже: «Они могут говорить что угодно. Но я думаю совершенно обратное — в жизни надо становиться по сторону свободы. А они этого не делают! Конечно, они не должны быть заинтересованы в этих клиентах! Женщин заставляют так одеваться их мужья, их семья, ее окружение, но это не значит, что мы должны следовать этому. Нужно наоборот — научить их освобождаться от этой одежды! Научить их сопротивляться этому! Научить их жить так, как живут сегодня женщины во всем мире! А так кажется, что мы находимся не в той стране, которая изобрела понятие прав человека!»

Пьер Берже будет сражаться с исламской модой не в гордом одиночестве. Министр по правам женщин во Франции Лоранс Росиньель осудила марки прет-а-порте, которые запустили «исламскую моду».

«Нельзя считать банальностью тот факт, что крупные бренды вкладывают в этот рынок и обязывают мусульманских женщин носить это. Это безответственно со стороны модных марок», — заявила министр.

Лоранс Россиньель напомнила, что между одеждой и социальным статусом женщины прямая связь существовала всегда: в 60-ые, когда женщины открывали счета в банке, начинали пользоваться противозачаточными средствами, их юбки укорачивались или вообще заменялись на брюки. «Задача как раз в том и состоит, чтобы получить социальный контроль над телом женщины. И когда бренды инвестируют в это рынок мусульманской одежды в Европе (а они именно в Европе предлагают это носить, а не на Ближнем Востоке), то они уходят от этой социальной ответственности и продвигают идею того, что тело женщины должно находиться взаперти», — заявила министр в эфире RMC.

Однако мусульманки Франции не хотят слушать министра Россиньель, которая, по их мнению, вообще занимается не теми делами. Медсестра Самира в эфире RMC заявила, что у Франции просто одна задача — «осуждать мусульман».

Самира: «Я не согласна с тем, что говорит министр, потому что мы вообще-то в свободной стране. У нас есть право одеваться так, как нам хочется. Я не понимаю, почему в очередной раз все снова показывают пальцем на мусульманскую общину. Просто, наверное, в этой стране больше нет других проблем! Нет проблем с безработицей, нет проблем с равенством, вообще ничего такого нет? Просто нужно снова осудить мусульман. Мы можем одеваться, как нам хочется! Почему сегодня, например, есть готы, они вот одеваются как им хочется — в готическом стиле. А мы хотим спрятать свои пышные формы, почему это так беспокоит министра? Пусть она лучше проблемой проституции займется, потому что во Франции сегодня можно продавать свое тело. Вы вот пойдите в Булонский лес или куда угодно, вы эти услуги получите в свободной-то стране. Так что министр не занимается правами женщины. Для меня проституция — самое худшее, что может быть вообще. Но с этим вот проблем у них нет! А когда мы просто хотим спрятать свои формы; мы хотим на пляж ходить в буркини, следуя этой новой моде, ан нет, здесь вот проблема теперь! Нужно сразу все запретить и свое вето наложить. Вот, что я хочу сказать по этому вопросу!».

Примечательно, что в вопросе хиджабов некоторые правые и левые женщины-политики думают одинаково: министра социалиста Россиньель поддержала Натали Костюшко-Моризе, экс-министр Николя Саркози.

«Исламский платок стирает тело женщины, затирает часть ее индивидуальности и оригинальности. Все это к моде отношения никакого не имеет», — заявила Костюшко-Моризе.

Елена Серветтаз

Франция > Внешэкономсвязи, политика. Легпром > rfi.fr, 31 марта 2016 > № 1708335 Елена Серветтаз


Казахстан > Легпром > kapital.kz, 18 февраля 2016 > № 1655759

В Акмолинской области начали производить геотекстиль

Выпуск нового вида продукции освоил завод двойного назначения

В настоящее время завод «Тыныс», производящий продукцию двойного назначения, который входит в состав АО «НК «Казахстан инжиниринг», освоил производство нового вида продукции – нетканых материалов (геотекстиль). Именно такой синтетический утеплитель уже применяется на предприятии при пошиве спецодежды для своих работников. Об этом центру деловой информации Kapital.kz сообщили в пресс-службе Министерства обороны РК.

Геотекстиль – это нетканый материал, который сделан из полиэфирных волокон. Он используется при возведении взлетно-посадочных полос, вертолетных площадок военных аэродромов, гидротехнических сооружений, в строительстве и ремонте автомобильных дорог и сооружений, железнодорожных магистралей, балластировке газопроводов и нефтепроводов, а также в швейной и мебельной промышленности (в качестве подбивки мебели).

Отметим, что геотекстильные полотна завода производятся на современном высокотехнологичном оборудовании и соответствуют всем стандартам качества. Здесь имеется свой испытательный аккредитованный центр, на котором вся продукция тщательно тестируется.

АО «Тыныс» – крупное машиностроительное предприятие Акмолинской области, основным направлением деятельности завода является выпуск узлов и агрегатов авиационной техники. Оно разрабатывает новые виды материалов для инфраструктурных проектов.

Казахстан > Легпром > kapital.kz, 18 февраля 2016 > № 1655759


Казахстан. Евросоюз > Легпром > dknews.kz, 4 февраля 2016 > № 1638660 Барри Тевани

Барри Тевани: «Одежда, которую мы носим, – это отражение нашей индивидуальности»

На протяжении многих лет среди некоторых представителей сильного пола бытовало мнение, что интерес к одежде, обуви и аксессуарам – исключительно женская прерогатива. Внимание к модным тенденциям считалось недостойным настоящих мужчин, и неудивительно, что мужской гардероб, как правило, ограничивался джинсами, свитерами да парой унылых костюмов, которые либо носили на работу, либо извлекали из шкафа по особо торжественным случаям. Но времена изменились, и современным мужчинам становится понятно, что от внешнего вида человека зависит очень многое: тщательно и со вкусом подобранная одежда является своего рода «визитной карточкой» владельца, особенно если род занятий мужчины предполагает работу в серьезном бизнесе и общение с деловыми людьми.

Беседовала Анна ШАТЕРНИКОВА

В Алматы и Астане на протяжении многих лет успешно работает первое в республике европейское ателье по индивидуальному пошиву мужской одежды «Императорский портной». О том, как компании удается держать марку, каковы преимущества одежды, сшитой на заказ, какие модели мужских костюмов будут в моде в нынешнем году, мы беседуем с директором «Императорского портного» в Алматы Барри Тевани.

– Господин Тевани, столь громкое название компании ко многому обязывает. Не было опасений, что в процессе работы не удастся удержать высокую планку?

– Мы изначально позиционировали себя как производитель одежды европейского качества и ориентировались на ценителей стиля, людей, понимающих, что одежда, которую они носят, – это отражение их индивидуальности. На сегодняшний день «Императорский портной» является одной из самых известных в Восточной Европе и странах СНГ марок, занимающихся пошивом элитной мужской одежды. Компания входит в общемировой рейтинг 10 ведущих ателье индивидуального пошива. В структуре «Императорского портного» работает 12 салонов VIP-класса в шести странах мира. В наших салонах клиентам доступен весь спектр мужской деловой одежды: это и сорочки, и брюки, и пиджаки, и, конечно, костюмы, смокинги, фраки, пальто. Кроме того, наши клиенты могут выбрать и классическую мужскую итальянскую обувь от Doucal’s, Dimella. Словом, мы можем не просто выполнить индивидуальный заказ клиента, но помочь ему создать целостный имидж, начиная от костюма и заканчивая стильными аксессуарами – галстуками, запонками, ремнями.

– Своеобразной «изюминкой» вашей компании является европейский пошив – в Казахстане снимаются мерки, а над созданием заказов работают уже европейские мастера. В связи с чем вы решили пойти таким нестандартным путем?

– Свою роль в принятии такого решения сыграл известный профессионализм европейских мастеров. Кроме того, во всем мире эталоном классического делового стиля, своего рода брендом, считается английский костюм, и «Императорский портной» изначально поставил цель выдержать английский стиль во всем, в том числе и в пошиве. Многие деловые люди, руководители крупного бизнеса покупают одежду премиальных европейских брендов во время зарубежных поездок. Мы же создали для наших клиентов уголок Англии в Казахстане. В нашем офисе клиенты могут выбрать фасон в зависимости от того, какой костюм им нужен, а также подобрать идеально подходящую для будущего костюма ткань. После того, как сделан выбор ткани и с клиента сняты мерки, мы отправляем данные в Англию, где кутюрье создают костюм.

В индивидуальном пошиве много преимуществ, и одно из главных – это многообразие тканей, ведь качественная ткань – важнейшая составляющая премиальной деловой одежды. В магазине готовой одежды, каким бы представительным он ни был, по определению трудно рассчитывать на широкий выбор тканей. Мы же предлагаем своим клиентам возможность выбора из 10 тыс. образцов натуральной костюмной ткани на любой вкус и случай. В нашем портфолио представлены ткани таких ведущих мировых производителей, как Scabal, Loro Piana, Dormeuil, Holland & Sherry, Ermenegildo Zegna, Charles Clayton.

– Есть ли среди казахстанцев понимание преимуществ одежды, пошитой на заказ, перед купленной в магазине, или приверженность гото­вой продукции всемирно известных домов моды преобладает?

– В 2001 году, когда мы только открывали ателье в Казахстане, было трудно объяснить заказчикам, что сшитая на заказ одежда намного лучше брендовой. В наши дни люди понимают ценность индивидуального подхода. Последний заключается и в том, чтобы учитывать личные предложения и пожелания клиента, в том числе и относительно таких, казалось бы, незначительных деталей, как цвет подкладки, дизайн пуговиц или цвет ниток, которыми будут вышиты на готовом изделии инициалы или имя заказчика в знак того, что костюм изготовлен в единственном экземпляре для конкретного клиента, с учетом его вкуса, запросов и особенностей фигуры.

Телосложение каждого человека индивидуально, и хороший портной может выступить в роли волшебника, подчеркнув достоинства фигуры и скрыв недостатки. К нам часто обращаются клиенты, купившие дорогой брендовый костюм, с просьбой что-то подкорректировать. Например, часто бывает, что людей не устраивает стандартная длина рукава готового пиджака. Кроме того, мы, берясь за выполнение заказа, всегда учитываем, что фигура может измениться, возможно, спустя некоторое время человек поправится или похудеет. В этом случае клиент обращается к нам, и мастера перешьют костюм по фигуре, причем сделают это бесплатно.

– При таком подходе вы, наверное, можете гордиться большой клиентской базой? Можно ли говорить о каких-либо предпочтениях, характерных для казахстанских клиентов вашей компании?

– Действительно, у нас много клиентов, ценящих по-настоящему классический стиль и безупречное качество. Хотелось бы сказать, что самой лучшей рекламой нашей компании являются рекомендации тех заказчиков, которые обращались к нам, своим друзьям, родственникам, коллегам. Что касается общих предпочтений, то говорить о них сложно, все-таки у людей разные вкусы. Порой бывает, что люди обращаются к нам, не имея четкого представления, какой именно костюм хотели бы получить, и в этом случае задача консультантов и имиджмейкеров заключается в том, чтобы помочь сделать правильный выбор, учитывая род деятельности клиента, особенности фигуры, модные тренды. Все эти детали мы уточняем в процессе беседы.

– К слову, о трендах. Существует мнение, что классическая мужская мода достаточно консервативна. Какие нюансы все-таки определяют моду, что будет в моде в нынешнем сезоне и какие вещи должны быть в гардеробе современного мужчины при любых модных веяниях?

– В общем в целом деловая мода действительно консервативна, изменения касаются прежде всего цветовой гаммы и нюансов в моделях костюмов. В этом году в моде однобортные костюмы с двумя пуговицами, если говорить о парадном варианте, то актуальны двубортные костюмы. Что касается гардероба современного стильного мужчины, то в нем в обязательном порядке должны присутствовать пять костюмов, два пиджака, брюки, парадный костюм, смокинг, два пальто и десять рубашек.

– В кризисные периоды, подобные нынешнему, для многих людей одежда становится одной из основных статей экономии. Наблюдаете ли вы такой тренд сегодня, или в премиальном сегменте он не прослеживается? На ваш взгляд, оправдывает ли себя вложение денег в эксклюзивные вещи?

– В мире бизнеса изначально очень важно уметь преподнести себя, не случайно пословица утверждает, что встречают по одежке. Это справедливо по отношению и к человеку, и к компании, поэтому деловой человек должен выглядеть респектабельно, этим он дает понять, что уважает и себя, и людей, с которыми имеет дело. Наши клиенты понимают, что умение преподнести себя важно, особенно если человек занимает высокую должность, и не экономят на одежде, справедливо считая ее важной составляющей бизнеса, инвестиции в которую окупят себя в любом случае.

Казахстан. Евросоюз > Легпром > dknews.kz, 4 февраля 2016 > № 1638660 Барри Тевани


Германия > Легпром > dw.de, 30 декабря 2015 > № 1599099

Согласно исследованиям, 80 процентов информации о человеке мы воспринимаем еще до того, как вступили с ним в диалог. Наши движения, взгляд, жесты и позы скажут о нас гораздо больше, чем мы сами. Даже внешний вид говорит о многом: неудивительно, что правильно подобранный по цвету деловой гардероб способен направить карьеру в нужное русло.

По словам немецкого стилиста Каролы Нансен (Carola Nahnsen), при выборе цветовой палитры гардероба в первую очередь стоит опираться на то, где вы работаете. Если место работы - в строгом корпоративном секторе, Нансен рекомендует не рисковать: выбирайте классические серый, черный, темно-синий цвета.

"Стандартный формальный деловой костюм - это как минимум то, чего ожидают от вас остальные, например, клиенты", - говорит стилист. По ее словам, собираясь на собеседование, остановитесь на "безопасных" приглушенных оттенках. Может это звучит скучновато, но уж точно безошибочно - важно, чтобы работодатель смог в первую очередь разглядеть вас, а не ваш яркий наряд.

Опасный красный

Красный, наоборот, - худший цвет для собеседования. "Это цвет опасности, недаром все предупреждающие или запрещающие знаки - красного цвета", - говорит Нансен. Если надеть его на деловую встречу, это может дать неправильный посыл потенциальному работодателю. Также стилист рекомендует избегать желтого цвета, так как он идет далеко не всем типам кожи, и осторожно вести себя с черным. Следует помнить, что если вы выглядите (или чувствуете себя) уставшим, то надевать черное - не лучшая идея. "Он только проявит то, что вы хотели бы скрыть. При этом, черный - сильный цвет, который указывает на лидерство. Например, его чаще остальных выбирает для своего гардероба директор-распорядитель Международного валютного фонда Кристин Лагард", - говорит Нансен.

Голубой цвет говорит о том, что человеку можно доверять. Он хорошо смотрится практически на всех, ассоциируется со стабильностью и отлично подходит для деловых встреч. Считается, что люди, которые его выбирают, быстрее достигают успехов в карьере.

Пятьдесят оттенков серого

"Когда ко мне приходит клиентка, я в первую очередь смотрю на цвет ее кожи, волос и глаз. Например, голубоглазым блондинкам, таким, как Клаудиа Шиффер (Claudia Schiffer) противопоказаны теплые цвета вроде коричневого или оранжевого", - рассказывает Нансен. Они могут придавать скорее больной вид, чем создавать впечатление человека, пышущего здоровьем. Чтобы исправить ситуацию, стоит перейти на более холодные оттенки: синий, фиолетовый, розовый.

Несмотря на то, что серый цвет подходит всем типам кожи, с ним важно правильно соблюдать баланс. Выглядеть серьезным и сдержанным, но при этом не скучным и безынициативным, помогут правильные цветовые акценты.

Активные цвета

В этом случае стиль Ангелы Меркель (Angela Merkel), над которым в свое время подшучивал даже дизайнер Карл Лагерфельд (KarlLagerfeld), нынче стал готовым хрестоматийным примером: однотонный темный низ и однобортные пиджаки на трех пуговицах всевозможных цветов от гамбургского дизайнера Беттины Шенбах (Bettina Schoenbach) могут войти в учебники по деловому этикету. Существует даже такое понятие, как "пантон Меркель"- коллаж, созданный голландским дизайнером Нортье ван Экелен (Noortje van Eekelen), в котором образы канцлера Германии разложены "по теплоте цвета" словно в полиграфическом веере красок Pantone.

Выбор в сторону ярких цветов демонстрирует также одна из самых влиятельных женщин планеты и первая леди США Мишель Обама. При этом, ее "конек" - пестрые платья с разнообразными принтами. В Музее изображения (MOTI) в Бреде даже демонстрировалось специальное видео Нортье ван Экелен о нарядах первой леди - "Узоры власти" (Patterns of Power). 10-минутный ролик выполнен в виде калейдоскопа из лоскутков нарядов Мишель Обамы, и от него в буквальном смысле рябит в глазах.

Создать впечатление

По словам психолога и международного тренера Марины Земской, люди, которые используют непривычные цвета в одежде, привлекают больше внимания и говорят о той внутренней сущности, которая стремится проявиться. Встречаясь с деловыми партнерами либо же планируя визит к желаемому работодателю, тщательно продумайте выбор цвета одежды, советует психолог. "С одной стороны это показывает, как вы воспринимаете ситуацию собеседования или переговоров. Возможно даже - какую позицию вы планируете занять: строгую, сдержанную, мягкую, готовую к компромиссам, или же наоборот, считаете это фарсом", - говорит Земская. Используете ли вы цвета сознательно, зная, какое впечатление хотите произвести, или же по наитию, собеседник воспримет "цветовую" информацию о вас.

При этом, по словам тренера, общество накладывает определенный отпечаток на то, как цвета воспринимаются. Белый, красный, зеленый вызывают в памяти определенные ассоциации, которые достаточно постоянны для людей одной культуры. А вот собираясь на встречу с международными партнерами стоит учесть небольшие нюансы: если в России красный цвет символизирует агрессию, то в Индии - жизнь, в Китае - доброту, а в Америке - любовь. Желтый для славян - цвет солнца или разлуки, а в Сирии - траура и смерти. Белый и голубой - траурные для китайцев, а вот черный цвет там символизирует честность. Фиолетовый для Индии и Бразилии - цвет печали, а зеленый - практически для всех - мира, надежды и хорошей жизни.

Германия > Легпром > dw.de, 30 декабря 2015 > № 1599099


Россия > Легпром. Химпром > legport.ru, 22 декабря 2015 > № 1591154

Перспективы российских производителей на рынке ненатуральных тканей

Две трети производства волокон в легкой промышленности приходится на синтетические ткани.

В нефтедобывающей России это производство выглядит особенно перспективным, и оно растет — хоть пока наша страна и покрывает лишь треть потребностей в технических волокнах.

«Основные конкурентные преимущества Российской Федерации – является открытый собственный рынок, где мы должны заместить импорт. Во-вторых, наличие нефтяной и химической промышленности и наличие отраслей-потребителей промышленной текстильной продукции. На фоне постоянно возрастающей роли химических материалов в легкой промышленности, Россия имеет существенный потенциал для развития. Это подтверждается и опытом других стран», – сказал заместитель Министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

Для выпуска инновационной синтетики в стране достаточно сырья, и есть мощная научная база. А за перспективный кусок «синтетического» пирога стоимостью в $600 млн. уже готовы бороться ростовские мастера высокотехнологичного текстиля, подмосковные производители арамидных волокон и столичные разработчики хорошо известного в мире материала холлофайбер.

Зависимость от импорта в отрасли легкой промышленности в России до недавнего времени была порядка 80-90%. Однако экономическая ситуация в стране внесла коррективы, рынок покинули множество иностранных сетевых брендов, а из-за разницы курсов валют производить вещи в России стало зачастую не дороже, чем в Китае. Независимые эксперты заговорили о неплохих перспективах для российской текстильной промышленности, обусловленных «низким стартом». Одним из перспективных направлений легпрома может стать производство высокотехнологичного текстиля из синтетических волокон.

«Синтетика проникает в нашу жизнь, и это повсеместная мировая тенденция – на смену натуральному сырью – приходят, так называемые, умные ткани. Нам с детства внушали, что лучше натуральных тканей ничего нет. А синтетика, мало того, что не греет и влагу не пропускает, нарушая естественный теплообмен, так ещё и токсична. 30–40 лет назад так оно и было. Но за эти годы производители синтетических тканей в разных странах мира совершили колоссальный прорыв. Сегодня магазинах качественной спортивной одежды ведущих фирм мира мы вряд ли найдём что-то из натуральной шерсти или хлопка.

Даже такой привычный спорт, как например, легкая атлетика становится высокотехнологичным. Сейчас никто не бегает в брезентовых куртках. Все хотят легкие куртки, которые будут вас защищать от воды и ветра. У нас страна относительно холодная, поэтому актуально стоит вопрос термобелья. Оно не должно быть хлопковым. Такого быть не может, это нонсенс. Хлопковое волокно очень быстро впитывает влагу и плохо ее испаряет. Соответственно, нужна синтетика. Для нас с нашими запасами углеводородов и возможностью развивать химическую промышленность горизонт открыт. То есть, мы можем за очень короткое время нарастить производство синтетики и сложной фурнитуры», – сказал замглавы ведомства Виктор Евтухов.

В Минпромторге приводят статистику, что на синтетику в мире приходится две трети производства всех волокон. Согласно Стратегии развития легкой промышленности, доля потребления натуральных волокон в мире упала с 65% в 1990 году до 30% в 2012 году и продолжает уменьшаться. За это время, например, производство натуральной шерсти на планете упало вдвое, а хлопка – росло лишь примерно на 1% в год. Тогда как, для сравнения, производство полиэстера (половина спроса на синтетические волокна) с 1990 по 2012 года выросло более чем впятеро и продолжает расти ежегодно в среднем на 7%.

Подобными же темпами растет в мире и производство вискозы. Столь высокий спрос на синтетический текстиль, чей годовой рынок оценивается в $142 млрд, объясняется расширяющейся сферой его применения: волокна используются не только в одежде, но также в спортивных товарах, авиастроении, автомобилестроении, медицине и сельском хозяйстве.

Растет производство синтетических волокон и в России. К примеру, в 2014 году на внутреннем рынке их было произведено 148 тыс. тонн. Синтетические ткани идут на изготовление одежды, спорттоваров, детских игрушек, обоев и мебели. Российские производители пока удовлетворяют внутренний спрос лишь на 30%, хотя все предпосылки для рывка в этом сегменте индустрии есть.

По словам вице-президента Российского Союза химиков Сергея Голубкова, пока химическая промышленность в российском ВВП занимает 1,8%, тогда как в развитых странах этот показатель составляет 10-14%. При этом, отмечают в Минпромторге, в России достаточно нефти, леса и прочего сырья для производства синтетики, а также имеется мощная научная база.

В частности в Стратегии развития легкой промышленности поясняется, что некоторые нефтедобывающие страны, например ОАЭ, смогли с нуля сформировать экспортный рынок для синтетических волокон, доведя за десять лет объем их поставок на мировой рынок до $1,3 млрд. Кроме того, исследователи отмечают низкие пошлины и таможенные сборы, близость России как к европейских, так и азиатских рынкам сбыта, а также нынешний уровень оплаты труда техперсонала как конкурентное преимущество нашей страны. В частности, в многие эксперты отмечают, что зарплата работника китайской текстильной фабрики за десятилетие выросла втрое и сейчас составляет $700 –- сравнимо с доходом работником российских предприятий отрасли.

Объем импорта синтетических волокон в Россию в Минпромторге оценивают в $600 млн. При этом в нашей стране есть как минимум несколько предприятий, готовые бороться за кусок этого перспективного пирога уже сейчас. Упомянутая «БТК Групп» построила за 2,5 млрд руб. под Ростовым-на-Дону завод по производству высокотехнологичных тканей проектной мощностью 12 млн метров в год, а группа компаний «Энергоконтракт» возвела в Подмосковье предприятие по выпуску арамидных тканей за 480 млн руб. А продукция московского завода «Термопол» пользуется популярностью не только в армии и других российских структурах, но и неплохо известна за пределами РФ.

Речь о материале холлофайбер, синтетическом утеплителе для верхней одежды, который настолько хорошо себя зарекомендовал, что используется в качестве утеплителя и при строительстве жилья. В октябре 2015 года этот синтетический материал стал призером V Всероссийского конкурса изделий текстильной и легкой промышленности «Сделано в России», а еще раньше был признан «лучшим продуктом для армии» и «тканью года» на других международных выставках.

По словам технического директора «Термопола» Сергея Махова, при разработке последней модификации утеплителя были учтены пожелания сотрудников спецслужб, постоянно тестирующих продукцию завода «на ветру, в холоде и в условиях повышенной влажности»: «Получился сбалансированный рецепт, позволяющий применять наш материал при минимально низких температурах и максимальных физических нагрузках».

Строительство высокотехнологичных предприятий требует серьезных инвестиций. Специально для поддержки подобных производств в 2014 году по инициативе Минпромторга был создан Фонд развития промышленности. Уже в мае 2015 года экспертный совет Фонда отобрал первые десять проектов в области импортозамещения и выразил готовность выделить на их реализацию льготные займы в 3,2 млрд. руб. под 5% годовых сроком на семь лет. А к настоящему времени одобрены займы 35 предприятиям на общую сумму почти в 65 млрд руб.

Таким образом в министерстве планируют решить проблему нехватки длинных денег, остро стоящую перед производителями в последние полтора года.

Примечательно, что одним из ключевых регионов для Фонда стала Ивановская область, где ведется создание кластера по производству полиэфирного волокна. Ранее одним из первых клиентов Фонда стала местная компания «Протекс», которой одобрили льготный займ в 300 млн. руб. на производство флисового волокна.

А всего в рассмотрении Фонда находится 11 заявок от ивановских компаний на общую сумму кредитов в 3,5 млрд. рублей. Губернатор Ивановской области Павел Коньков и руководство Фонда развития промышленности накануне подписали соглашение о сотрудничестве сроком до 2020 года. Что касается комбината синтетического волокна, то в настоящее время детали его строительства согласуются с кредиторами из Внешэкономбанка.

Исследователи из «БТК Групп» считают, что для скачка на рынке синтетических волокон у России есть все предпосылки. Так, наша страна занимает более 13% мирового рынка нефтедобычи, а экспортирует искусственных текстильных материалов в восемь раз меньше ОАЭ — при четырехкратно большем сырьевом потенциале. По оценкам исследователей, при Россия способна за три-пять лет резко нарастить производство синтетического текстиля, доведя к 2025 году его долю в стране до 80%.

Россия > Легпром. Химпром > legport.ru, 22 декабря 2015 > № 1591154


Россия > Легпром > ria.ru, 22 декабря 2015 > № 1590935 Андрей Разбродин

Политика импортозамещения и снижение импорта изделий легкой промышленности даёт российским производителям шанс заполнить образовавшуюся на рынке нишу. О том, какие проблемы российский легпром должен решить на этом пути, о разработке и внедрении мер поддержки отрасли в интервью РИА Новости рассказал президент Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности (Союзлегпром) Андрей Разбродин.

— Андрей Валентинович, с какими ключевыми проблемами сталкивается отрасль сегодня?

— Одна из существенных проблем — это нехватка инструментов финансирования и кредитования. К великому сожалению, на сегодняшний день возможностей получения оборотных средств существенно меньше. Доля импорта упала на 40-45%, при этом за то же самое время потребление по ряду групп продукции упало на 20%. На деле это означает, что образовалось 20-процентное, а иногда и больше, "окно" для российских производителей. И хотя возможность вырастить рынок на эти 20% есть, но сделать это быстро и эффективно без дополнительных заимствований невозможно.

Сегодня многие предприятия, особенно те, которые серьёзно работают с ритейлом, сталкиваются с ситуацией, когда сети повышают объемы заказов для отечественных компаний, но производитель, имея мощности, не может с этим заказом справиться, потому что не имеет средств, чтобы их загрузить. Получается парадоксальная ситуация, при которой можно провести существенное импортозамещение и существенно изменить структуру сбыта для ряда предприятий, но они пока не в состоянии воспользоваться этими преимуществами.

— Какие меры поддержки производителей сейчас разрабатываются?

— За последний год принят ряд мер поддержки отрасли. Однако, для эффективного результата нам необходимо внедрить комплексный механизм поддержки, охватывающий все проблемные стороны вопроса. Именно такой комплекс в этом году мы очень активно проработали с коллегами из Минпромторга. Сейчас там проходит процедура рассмотрения и согласования мер, которые должны быть приняты на следующий год и последующие периоды. Речь идёт, в частности, о механизме создания специализированного банка по примеру Россельхозбанка, который работает для агропромышленного сектора. Коллеги из министерства с предложением ознакомились, доработали его и внесли на рассмотрение в правительство.

Необходимо также предпринимать определённые шаги и в рамках самого сообщества. Я имею в виду меры объединительного характера, выстраивание внутренних логистических цепочек и так далее. Предпосылки к такой работе уже есть. Конечно, поддержка государства — это немало, но и самостоятельное создание совместных условий для снижения издержек, для обеспечения совместной логистики, тоже может приносить значительные результаты.

— Какую роль в развитии отрасли вы отводите конгрессно-выставочным мероприятиям?

— Как ни странно, у нас сложилась ситуация, при которой реакцией на снижение объёмов выпуска в текстильной и лёгкой промышленности стало увеличение числа выставок. Однако выставки эти "обмельчали", зачастую в них не видят реального инструмента и проводника интересов профессионального сообщества, когда выставочный бизнес грамотно совмещён с производственной системой и однозначно полезен для всех сторон.

Поэтому у нас и возникла идея создания нового конгрессно-выставочного проекта — Российской недели текстильной и лёгкой промышленности. Этот проект и призван стать таким инструментом. Первая Неделя пройдет в феврале 2016 года на территории московского "Экспоцентра" на Красной Пресне и объединит на одной площадке четыре значимых отраслевых выставки — "Инлегмаш", "CJF- Детская мода", "Интерткань" и Techtextil.Кроме того в рамках Недели пройдёт Третий международный форум лёгкой промышленности "Легпромфорум".

Это достаточно профессиональное конгрессное мероприятие. Оно будет включать в себя как обсуждение политико-экономических вопросов в рамках деловой программы, так и серьёзную работу профессионалов отрасли на выставочной площадке — представление и обсуждение новейших технологий, живое общение поставщиков оборудования и потенциальных заказчиков, заключение договоров. Это отличный способ сделать ещё один совместный шаг для решения отраслевых проблем.

Россия > Легпром > ria.ru, 22 декабря 2015 > № 1590935 Андрей Разбродин


Казахстан. Франция > Легпром > kapital.kz, 22 декабря 2015 > № 1589927 Мадина Ахаева

Французский успех с казахстанским оттенком

Мадина Ахаева открыла в Париже магазин собственной марки одежды

Возможно ли преуспеть во Франции, будучи иностранцем, существуют ли здесь удивительные истории или в Европе у иностранца нет шанса на успех? Мне хочется рассказать историю одной казахстанской девушки, которая родилась и выросла в маленьком селе.

Мадина Ахаева живет в Париже с 2000 года. Девушка смогла создать во Франции собственную марку одежды, открыть магазин и продавать свои наряды клиентам со всего мира. А все начиналось в Жамбылской области, в селе Кулан, где родилась и училась Мадина. Она окончила технологический университет по специальности "конструктор моделирования". Но с детства мечтала о том, что будет создавать одежду. Это было время на разломе эпох. Развал Советского Союза, становление независимого Казахстана.

– В то время женщины ходили дома в халатах, а на выход одевались как на праздник. Но у представительниц прекрасного пола не было какого-то своего собственного стиля. Если кто-то одевал ангорковый свитер, то и все ходили в таких же свитерах. Моя мама заказывала свои наряды у местной портнихи, и меня очень впечатляли ее работы с необычными аппликациями, вышивками. Я рисовала с детства, а когда на телевидении появились первые модные дефиле Fashion Week, я была просто под впечатлением. Так я выбрала свою будущую профессию.

– Вы получили диплом модельера-конструктора, но как вы оказались в Париже?

– Все сделала судьба. После окончания обучения было ощущение, что у меня вообще нет никаких знаний. Нас учили по старым советским учебникам, вся программа была какой-то общей. Так что вышла я с дипломом, но, по сути, без профессии. Потом я стажировалась в швейном ателье, но, конечно, в нашем селе было не развернуться, среды для моего творчества не существовало. А потом произошло то, что изменило всю мою судьбу. Мой папа в то время работал в агрикультурной компании, и к ним с визитом приехал партнер из Франции. Папа очень с ним подружился и нередко приглашал к нам в гости. Для меня это была возможность практиковать мой английский язык. Случайно он увидел мои рисунки с одеждой. Они ему очень понравились, он сказал, что у меня есть талант и что я обязательно должна поехать в Париж, в столицу моды, где смогла бы найти применение своему творчеству. Тогда мне было очень смешно его слушать. Мне казалось, что у меня никакого таланта нет. Но слова его запали в душу, он неоднократно поднимал разговор об обучении, пока в конце концов я не поверила в то, что моя парижская карьера может стать реальностью. По-французски я, конечно же, не говорила. Денег на обучение у меня не было. Этот француз был очень необычным человеком, с большим жизненным опытом, он много путешествовал и помогал людям в разных концах планеты, много занимался благотворительностью и решил оплатить мое обучение. Он был уверен в моем успехе. Так он помог мне подготовить документы, и я поступила в парижскую школу моды.

– И вот вы в столице… Наверное, было ужасно тяжело, ведь вы не владели французским языком и были совершенно одна в чужой стране…

– Я приехала за несколько месяцев до начала обучения, чтобы получить базу по французскому, затем я записалась во французский альянс и продолжала учить язык. Учиться было сложно, но по-настоящему здорово! Я была в какой-то эйфории, могу честно сказать, что это были одни из лучших лет моей жизни. Группа была интернациональная, знаете, в моде вообще неважно, какой ты национальности, тебя судят по твоим творениям, а не по цвету кожи или акценту. Я жила модой, общалась с интересными людьми, это было прекрасное время. К тому же у нас была полная свобода для творчества, нам разрешали пробовать, ошибаться, снова создавать. Мне это очень нравилось.

– Что было после того, как два года учебы закончились?

– Сначала стажировка в одной из компаний, которая занимается продажами престижных тканей, а затем я начала искать работу. Но когда у тебя нет опыта, нет соответствующих документов, компании тебя не хотят нанимать. Так что я очень быстро поняла, что только потрачу время на поиски. К тому же я чувствовала, что мне явно не хватало баз, которые я недополучила во время обучения на родине. И я снова оказалась на студенческой скамье, но теперь уже в парижском университете Сорбонны на факультете истории искусств. Это заняло еще два года моей жизни. Я как губка впитывала информацию, казалось, пазлы сложились в моей голове и превратились в единую картину. Я много работала. Это и выходные в библиотеке, и бессонные ночи. Тем более в университете нужен был довольно высокий уровень французского языка – здесь было много теории, тогда как в школе больше практики. Через два года я была готова к тому, чтобы начать настоящую профессиональную деятельность.

– И вы решили не мелочиться и сразу создать свою марку!

– Это звучит очень амбициозно, но на деле мне не казалось таким уж амбициозным. Просто я понимала, чего я хочу, и верила в свои силы. Эта идея появилась постепенно. Когда я посещала выставки моды в Париже, увидела, что существуют другие мастера, которые создали собственные марки одежды, они участвуют в выставках, получают заказы. Мне подумалось: а почему бы мне не сделать то же самое? Так появилась первая коллекция одежды от марки MadEva. Отшивала я ее в Марокко. Тогда же и столкнулась с первыми сложностями. Например, узнала, что прототип может очень сильно отличаться от конечной версии. Некоторые вещи были пошиты совсем не так, как бы мне этого хотелось. После этого я шила только во Франции. Сегодня моя марка это действительно made in France.

– А в чем ваш особый почерк?

– В своей первой коллекции я хотела показать вдохновение Средней Азии, при этом вещи были интерпретированы в европейском стиле. Это были пиджаки, блузки, юбки, пальто. Сегодня я создаю также в классическом стиле, но каждый раз придумываю что-то новое. Я бы назвала это новой интерпретацией классики.

– Никогда не хотелось работать для больших марок?

– Бывали такие мысли, но я люблю мой ритм жизни, мой бизнес, моих клиентов. Я горжусь, что мою одежду сегодня носят в разных уголках планеты. У меня заказывали магазины из Японии, США. А теперь у меня есть магазин в центре Парижа, так что у меня бывает довольно много туристов.

– Вы уже пятнадцать лет проживаете во Франции, кем вы себя ощущаете - француженкой или казахстанкой?

– Это такое сложное чувство. Я люблю обе страны и чувствую себя космополитом. Бывают моменты, когда хочется все бросить, поехать в Казахстан, создавать что-то там. Но бросить в то же время не могу. Я так люблю Париж! Этот город – любовь всей моей жизни.

– Не тяжело было вливаться во французскую среду?

– Нет, ведь я оказалась в столице. А здесь столько национальностей, туристов со всего мира. Тем более я сразу была с иностранными студентами. Так что все прошло как-то само собой.

– Какие у вас планы на будущее?

– Развивать интернет-продажи. Сегодня у меня уже есть онлайн-магазин, нужно наращивать мускулы.

– Что вы можете сказать тем, у кого есть мечта?

– Успех – это способность встать после падения. В какой-то момент нужно перестать думать и начинать делать. Нам все время преподносят красивые истории успеха, как будто успех пришел в одночасье. Нет, это очень много работы. Мечтайте, но не забывайте трудиться. И успех придет. По-другому не бывает.

Автор: Веролина Кинтоп, Париж, Франция

Казахстан. Франция > Легпром > kapital.kz, 22 декабря 2015 > № 1589927 Мадина Ахаева


Франция. СЗФО > Легпром > snob.ru, 14 декабря 2015 > № 1612909 Жак фон Полье

Владелец «Ракеты» Жак фон Полье: Принимать санкции против Запада было очень весело

Ксения Собчак побеседовала с владельцами часового бренда «Ракета» Жаком фон Полье и Дэвидом Хендерсоном-Стюартом о конкуренции с Rolex, о санкциях против ЕС и о том, откуда деньги берутся

«Деньги любят тишину» – гласит пословица, а потому совсем не просто найти бизнесмена, сочетающего успехи в бизнесе с яркой публичностью и видной ролью в суетной жизни света. Но граф Жак фон Полье, гражданин Франции и владелец часового завода «Ракета», что в Петродворце, именно таков. Фигура его прямо-таки слепит своим блеском. Не так уж много в нашей предпринимательской тусовке самых настоящих французских аристократов! Графский титул особенно часто всплывал при первых появлениях Жака фон Полье на людях в конце нулевых, затем немного затерся (видимо, его полезность для деловой репутации оказалась неочевидной). Зато историю о том, как французский гражданин купил российский часовой бренд, якобы основанный Петром Первым, и намерен возродить его славу, слышно на всех перекрестках. Часы «Ракета» стремительно взлетели в цене и продаются в главных магазинах страны; видели в них и самого Путина.

Далеко распространились и слухи о блестящем образе жизни Жака: серьезная заграничная газета Financial Times даже опубликовала статью «Французский граф фон Полье и его дикие ночи в Москве». В московской квартире бизнесмена на вечеринках с цыганами были замечены такие персонажи, как Катя Пескова и Наталья Водянова, а эти дамы к кому попало в гости не ходят.

Но параллельно, как это у нас водится, бытует и альтернативная версия фигуры графа. Злословят, будто приехал он в Россию в девяностых в поисках дешевых экспатских приключений среди русских наташ и берез, ничему толком не учился, да и денег никаких не заработал. Сплетничают враги нашего графа, что, отчаявшись добиться успеха, отправился он путешествовать по Азии с приятелем, а вернувшись, примазался к его бизнесу по продаже силиконовых имплантатов (благо приятель понимал что-то в медицинской технике). Говорят также клеветники, что так бы и сидеть нашему герою на трехкопеечной прибыли с искусственных титек, если бы не подружился он с людьми влиятельными, пекущимися о судьбах России и ее исторической самобытности. Люди эти и дали денег на часовой заводик, дабы славу России крепить и множить. Наконец, совсем уж шепотом говорят завистники, что часы, выпускаемые графом на заводе «Ракета», плохие и некрасивые. Ну уж эту-то клевету ничего не стоит разоблачить: лежат те часы на четвертом этаже ЦУМа, каждый может подойти и убедиться, что они, напротив, очень нарядные, красивые и блестящие.

Чтобы разобраться во всех этих противоречиях, я отправилась к Жаку на интервью. В нашей беседе очень кстати вызвался участвовать и Дэвид Хендерсон-Стюарт, партнер Жака, о котором тоже мне рассказывали разное (забегая вперед, скажу, что на прямой вопрос об этом «разном» я решилась только к концу интервью). Многие мои сомнения Жак и Дэвид развеяли, но окончательные выводы из нашей беседы я делать поостерегусь. Предоставим читателю самому найти ответ на вопрос: Qui est le comte Jacques von Polier? – или выбрать ту версию, которая покажется ему правдоподобнее.

Икра и Rolex

Сноб: Почему вы решили заняться производством часов?

Полье: Моя мама в семидесятых годах работала в Hermès, я хорошо понимаю, что такое бренды. Мне всегда было жалко, что в России мало брендов. У России очень высокая культура – и литература, и музыка, и история, и архитектура, – но нет брендов, и это очень странно. Я не говорю про калашников и МиГ.

Сноб: И как вы начинали?

Полье: Я давно дружу с Дэвидом, с его семьей. Где-то пять лет назад Дэвид изучал бизнес российских часовых заводов. Он был потрясен, когда узнал, что они все закрыты: «Полет» закрыт, «Слава» закрыта – эти великолепные заводы уже никого не интересуют. И вот он мне позвонил и сказал, что есть еще один действующий часовой завод под Петербургом и мы могли бы вместе поработать, чтобы его спасти. Меня это заинтересовало.

Сноб: То есть вы не выбирали, а просто купили единственный действовавший на тот момент завод?

Полье: У Петродворцового часового завода есть несколько важных плюсов, которые ни за какие деньги не купить, даже если вы Абрамович. Во-первых, это история. Более шестисот часов, выпущенных заводом, находятся в Государственном Эрмитаже. Во-вторых, это уникальное ноу-хау – производить часовые механизмы от «А» до «Я». Всего четыре завода по всему миру это делают, остальные покупают механизмы, которые изготовляют партнеры. Но самое главное – это известный бренд, который знают как минимум во всех странах бывшего Советского Союза, а также в странах соцблока.

Сноб: Вы покупали завод «Ракета» у структур Уральской горно-металлургической компании (УГМК) миллиардеров Искандера Махмудова и Андрея Бокарева. Сколько вы за него заплатили?

Полье: Давайте я вам сразу скажу: на вопросы про цифры мы отвечать не любим. Потому что сейчас мы ищем инвестора, и нам не хотелось бы, чтобы показатели бизнеса стали достоянием широкой общественности. У нас есть очень большой минус – нелегко с финансами. Мы все-таки не Louis Vuitton, у нас нет доступа к дешевым кредитам.

Сноб: Я навела справки по поводу завода. Насколько я понимаю, сейчас он занимает всего один маленький цех. Все остальное отдано под торговый центр и прочее. Здание ваше?

Полье: Нет, не наше. Мы арендуем то здание, где сейчас находится производство. В семидесятых годах этот завод был просто гигантский, самый большой часовой завод в мире. Там работало около восьми тысяч сотрудников, они производили пять миллионов часов в год. Конечно, это было возможно только в советских условиях: часы производили для всех стран, с которыми дружил СССР. Сего­дня уже нет цели производить пять миллионов часов в год. Наша цель – сохранить уникальное ноу-хау, которое, слава Богу, сохранилось.

Сноб: Сколько часов вы производите сейчас?

Полье: Можно сказать, что, когда мы купили завод, производство было почти на нулевом уровне. В этом году мы выпустим где-то шестьдесят тысяч часов.

Сноб: Средняя стоимость часов «Ракета», насколько я знаю, триста-четыреста евро. Это ведь дорого для такого патри­отического бренда? В принципе за триста-четыреста евро можно уже купить, условно, Longines.

Полье: Наши конкуренты – не Longines.

Сноб: А кто ваш конкурент?

Полье: Черная икра. Это то, что производила Россия, чем можно гордиться.

Сноб: Черная икра – это суперэксклюзивный продукт, который ценится в любой точке мира и всегда стоит дорого. А у рынка часов все-таки есть разные сегменты. Есть Swatch, который продает часы по тридцать-пятьдесят евро…

Полье: Да, в этом сегменте работает наша новая марка часов – «Победа». А на «Ракету» мы достаточно быстро поднимаем цену. Сейчас она стоит от пятидесяти до ста пятидесяти тысяч рублей в зависимости от модели.

Сноб: Мне кажется, я понимаю, в чем проблема русских дизайнеров. Человек год назад создал фирму, он, возможно, производит неплохую одежду, но эта одежда уже стоит как Christian Dior. Потребитель понимает, почему бренд Christian Dior со столетней историей стоит таких денег, но он не понимает, почему бренд «Иван Пупкин» стоит практически столько же. И я хочу спросить: когда есть Breguet и Rolex, почему люди должны покупать «Ракету»?

Полье: У Dior, Chanel, Louis Vuitton, Rolex есть три общие вещи, которые не купить ни за какие деньги: история, ноу-хау и бренд-нейм. У нас история не меньше, чем у Rolex. У вашего Ивана Пупкина есть свои предметы в Эрмитаже? У нас шестьсот штук. У него есть звезды на башне Кремля? Звезды, которые на башнях Кремля, были сделаны на нашем заводе. С Красной площади даже чемодан Louis Vuitton выгонят, а нас не выгонят. Мы там стоим с 1935 года.

Хендерсон-Стюарт: Большинство людей уже не покупает часы ради того, чтобы узнавать время. Они их покупают ради ценностей, которые несут эти часы. А ценности, которые мы несем, – это триста лет русской истории.

Сноб: Но «Ракета» – это все-таки советская история. Как вы считаете, сейчас такое время, когда люди в России хотят ассоциировать себя с советскими ценностями?

Полье: У людей на Западе и в России взгляды на советское время разные. Для многих русских «Ракета» – это не совсем Советский Союз Сталина. Это больше их детство и их молодость. Это для россиян. А у западных людей такой дефицит русских брендов, что им выбирать не приходится. Хотя мы пока экспортом серьезно не занимаемся.

Сноб: Насколько я знаю, Петродворцовый часовой завод – одно из пяти в мире предприятий, которое производит одну из важнейших деталей часов – баланс-спираль. 75% рынка баланс-спиралей монополизировано швейцарской компанией, и у Swatch Group даже были какие-то антимонопольные разбирательства. Петродворцовый завод «Ракета», как я понимаю, заинтересовал вас именно потому, что там было производство баланс-спиралей и большие запасы материала, из которого их производят, – редчайшего сплава под названием «элинвар». Это так?

Хендерсон-Стюарт: Да, это так.

Сноб: Сколько стоит грамм этого сплава?

Хендерсон-Стюарт: Очень дорого! Очень дорого! Он фактически не имеет рыночной стоимости. Основная проблема, что вы его не можете нигде купить просто так. Это бы нарушило монополию Swatch Group и нескольких компаний, среди которых оказались мы.

Сноб: Вы сейчас единственный конкурент Swatch Group на рынке часовых баланс-спиралей?

Хендерсон-Стюарт: Нет, есть пара других компаний, которые пытаются это делать. Мы еще супермаленькие, но потенциально мы довольно сильные конкуренты. Наши клиенты из Швейцарии просят, чтобы мы никогда не рассказывали, что они покупают детали в России, потому что для них это может закончиться плохо.

Полье: Все независимые бренды покупают эти детали у нескольких производителей в мире. LVMH не имеет собственного производства баланс-спиралей, Patek Philippe не имеет, они все покупают у Swatch. Это огромный бизнес, это огромные фирмы, но они в большой опасности, потому что зависят от капризов Swatch Group. Почти все эти фирмы, которые не умеют делать спираль, связывались с нами. Существуют швейцарские марки – и вы их знаете, – которые у нас покупают значительную часть своих механизмов.

Сноб: Это и есть ваш основной заработок сейчас?

Хендерсон-Стюарт: Нет. Потенциально мы можем охватить немалую часть швейцарского рынка в производстве часовых деталей. Но наши доходы сегодня от продажи часов и лишь отчасти от внешних заказов часовых деталей. Надо понять, что когда мы вышли на этот рынок, то вообще еле понимали, как работают часы. То есть элинвар – это был китайский язык для нас.

Сноб: Да ладно вам, это же главное конкурентное преимущество!

Хендерсон-Стюарт: Мы не знали, мы не знали.

Полье: Нам показали завод, там была куча станков, мы даже не поняли, работают они или нет.

Сноб: Вы, условно, купили участок земли, а потом обнаружили, что там нефть.

Полье: Вроде того. Мы понимали, что есть известный бренд и есть триста лет истории, – это жемчуг, а в технические вопросы мы не вникали.

Лица и жесты

Сноб: Кстати, о мировом рынке: вы ведь, кажется, объявили, что в ответ на западные санкции не будете продавать свою продукцию за границу?

Полье: Да, это был очень хороший пиар. Мы все равно почти не продавали часы в Европе и Америке, поэтому принимать санкции против Запада было очень весело.

Сноб: Вы уверены, что это хороший пиар? Это чуть-чуть Неуловимый Джо: никто его не поймал, потому что он никому и не нужен.

Полье: Зато благодаря этой шутке про нас рассказали почти во всех новостях западных каналов.

Сноб: Вы придумали этот PR-ход?

Полье: Эти штуки – это я. Дэвид более серьезный человек.

Сноб: У вашей компании есть такая особенность: в «Ракете» работает много знаменитых людей. Член совета директоров – бронзовый призер Олимпиады в Сочи Алена Заварзина. Ее супруг, двукратный чемпион Олимпиады Вик Уайлд, работает директором по стратегии. Чем именно они занимаются? Вы не платите им деньги?

Полье: Никаких денег.

Сноб: Объясните мне, зачем олимпийской чемпионке Алене Заварзиной помогать часам, которые вы продаете за две тысячи евро?

Хендерсон-Стюарт: Потому что все эти люди понимают, что проект очень полезный для России. И это не бизнес. Вот смотрите: люди, которые приходят в Большой театр, покупают билеты. Тем, кто там танцует, вы тоже будете говорить: «Вы бизнесом занимаетесь»? У нас больше общего с Большим театром, чем с бизнесом. Почему компании дают спонсорские деньги Большому? Им просто интересно поддерживать культурно полезный проект. Это очень существенная часть нашей работы и нашей мотивации.

Сноб: Я знаю, что вам помогает Наталья Водянова. А она не сделает ничего бесплатно, если не перевести какие-то деньги на благотворительный фонд, что правильно.

Полье: Когда я только рассказал Наталье об этом заводе, она сразу сказала: «Как я могу помочь?» Мы сидели в офисе, изучали дизайны часов. Она выбрала вариант, и его перерисовали. Потом она сказала: «Это круто, держите меня в курсе». Она действительно, как и Вик Уайлд, и абсолютно все, кто нас поддерживает, делает это просто потому, что считает важным для России.

Сноб: Вы уникальные люди, если можете так уговаривать.

Полье: Я и вас хочу уговорить.

Сноб: Я все-таки бизнес-ориентированный человек. Я бизнесу не помогаю бесплатно.

Полье: Разве вы не считаете важным, что Россия будет спасать свои исторические заводы, которые пережили революцию 1917 года, а теперь закрыты?

Сноб: О заводах мы тоже поговорим. Давайте закончим с известными людьми. Хотела спросить о первой жене пресс-секретаря президента Путина Пескова – Екатерине Песковой, которая тоже работает в «Ракете». Когда вы познакомились и как вы ее уговорили?

Полье: Мы дома часто организуем цыганские вечера с живой музыкой, и Катю привел в гости один мой друг. Она тоже решила поддержать завод. Как и все.

Сноб: Я знаю, что Путину несколько раз дарили часы «Ракета». Почему он их не носит?

Полье: Он их носит иногда, но надо, чтобы носил чаще. Единственное его фото, на котором более или менее видно «Ракету», было сделано где-то полгода назад, во время его поездки в Самару. Еще мы смогли найти фотографию премьер-министра Медведева с «Ракетой», хотя он их тоже редко носит, потому что любит электронные часы.

Донбасс и Крым

Сноб: Хочу спросить еще об одной вашей пиар-акции. Вскоре после теракта в редакции журнала Charlie Hebdo вы выпустили футболки с лозунгом «Je suis Россия». Этим проектом, кстати, тоже занималась Катя Пескова. Что вы хотели этим сказать?

Полье: Charlie Hebdo – это политический вопрос, огромный пиар. Мне очень жаль журналистов, которые там погибли, я на сто процентов против терроризма. Но Франция, как и другие страны НАТО, использовала этот случай, чтобы сделать свой пиар. Я решил, что, если они используют эту ситуацию для пиара, я тоже буду. Тогда серьезно бомбили Донецк, у меня там были друзья, которые мне сказали: «Странно, что весь мир говорит о расстреле нескольких журналистов, когда здесь бомбят мирное население, а Запад молчит». Поэтому мы выпустили футболки «Je suis Россия», которые, несмотря на небольшой тираж, тоже наделали много шума, как и футболки Je suis Charlie.

Сноб: А в чем, на ваш взгляд, аналогия с Charlie Hebdo?

Хендерсон-Стюарт: На Charlie Hebdo напали очень жестким образом, на Россию постоянно нападают, уже несколько лет, очень жестко.

Сноб: Вы считаете, что в том, что происходит в Донецке, нет российской вины?

Полье: Нет, я не говорю о том, кто виноват. Я понимаю, что это полностью манипуляция, и с Запада, и из России, но есть факты бомбардировок. И это грустно. Я могу вам сказать, если вы поедете во Францию и спросите у людей, они даже не знают, что происходит в Донецке. Они действительно думают, что бомбы, которые сбросили на Донецк, это русские бомбы.

Хендерсон-Стюарт: Мы политикой вообще не занимаемся. «Je suis Россия» – это в том смысле, что мы гордимся тем, что мы исторически русский бренд.

Сноб: Я поняла, но Жак сказал другую вещь: что «Je suis Россия» была акцией именно в поддержку Донецка.

Полье: Нет, я сказал, что это пришлось на то время, когда Донецк серьезно бомбили, а на Западе об этом ничего не говорили.

Хендерсон-Стюарт: У меня лично, да и у Жака, очень много друзей, которых просто тошнит от международной ситуации. И когда одна страна сопротивляется, немножко критикует эту ситуацию, они автоматически смотрят на нее с симпатией. Многие смотрят на Россию с интересом. Но мы не то чтобы поддерживаем Путина. Мы не совсем в этой сфере работаем.

Сноб: Вы говорите, что вы не в политике, но ваш бренд «Ракета» постоянно всплывает в каких-то политических коллизиях. Есть информация, что «Ракета» пыталась получить заказ на производство часов для главы ДНР Александра Захарченко, но там что-то не сложилось.

Полье: ДНР – это Донецкая республика? Они нам звонили, мы не знаем кто, хотели у нас заказать часы. Мы назвали цену, они сказали, что слишком дорого.

Сноб: А вам не показалось это странным – как человеку, который поддерживал Донецк футболками, – что у людей война, а они думают, какие часы себе заказать?

Полье: Они думали, что будет дешево. Они не ожидали такой цены. Они искали, я думаю, просто современную продукцию, как футболки, на которых будет написано ДНР, или что-то такое.

Сноб: Еще кое-что про невмешательство в политику. Вы возродили марку часов «Победа», выпустив специальную лимитированную серию весной прошлого года, как бы в честь освобождения Крыма от фашистов. Но всем было очевидно, что это совпало совсем с другим событием. Вы специально так продумали, чтобы одновременно убить двух зайцев?

Полье: Случайно получилось. Для меня Крым особенное место, у меня бабушка из Крыма.

Сноб: Для вас Крым – это Россия?

Полье: Моя бабушка – это Россия. По культуре Крым – это Россия, бесспорно.

Хендерсон-Стюарт: Мои предки тоже уехали из России через Севастополь. Русский Крым или не русский, все равно это очень важная часть нашей личной истории.

Сноб: Вы поддерживаете присоединение Крыма к России?

Полье: Я поддерживаю, что там никто никого не бомбил и не убил.

Хендерсон-Стюарт: Да, мы поддерживаем.

Сноб: Крым должен принадлежать России?

Полье: Крым должен быть в мирной ситуации, и он сегодня в мирной ситуации.

Сноб: Вы можете просто мне сказать: Крым российский или нет?

Хендерсон-Стюарт: Я никогда не думал про это, но теперь объективно это уже Россия. Думаю, что все это поняли.

Россия и Европа

Сноб: Вы, конечно, меня удивляете, Жак. Вы все-таки принадлежите европейской культуре больше, чем российской. Согласитесь? Вы – француз.

Хендерсон-Стюарт: Мы с Жаком себя считаем русскими. Хотя у меня английский паспорт, мой отец – англичанин…

Сноб: Вы в каком возрасте приехали в Россию?

Хендерсон-Стюарт: Мы очень давно в России. Я первый раз приехал в Россию в 1977 году.

Сноб: Жак, вы себя русским ощущаете больше, чем французом?

Полье: Нет, у меня и то и то. У Дэвида даже больше, он говорил по-русски и дома, и в школе. А у меня чуть меньше, я с бабушкой.

Сноб: Все-таки европейская цивилизация, прежде всего французская, по независящим ни от кого причинам исторически находится на более высоком этапе развития, чем русская. Так получилось, что вы принадлежите к более развитой культуре, чем, например, я. Поэтому у меня вопрос: как вы, представитель культуры, которая настолько опередила нашу, можете поддерживать культуру, которая явно находится на другом уровне развития? Ведь у нас гражданское общество, права человека, толерантность, равноправие находятся на той стадии, которая была во Франции пройдена лет пятьдесят назад как минимум.

Полье: Для каждой страны есть другая страна, которая чуть впереди культурно. Когда-то это были персы, которые были впереди абсолютно всех. Если посмотрим на Европу, то культура пришла из Греции в Италию, потом во Францию. Во Франции в XV веке строили так, как в Италии уже в XIII веке. Потом все пришло в Германию, где тоже опоздание на двести лет. В современном мире все идет намного, намного быстрее. Если сравнивать культуру ХХ века, Россия экстремально богата. Она, я бы сказал, почти богаче, чем Франция, по литературе, по музыке.

Сноб: Я говорю о гражданском обществе, о свободах.

Полье: Вы хотите говорить о правах, да? Права – да. В России была своя особенность. Советский Союз очень серьезно тормозил все, что связано с правами. Слава богу, Советский Союз закончился в 1991 году. За двадцать пять лет путь, который проделала Россия, намного больше, чем тот, что Франция прошла за двести лет. А мы закончили Советский Союз двадцать пять лет назад, и вы хотите, чтобы у нас уже было, как во Франции?

Сноб: Я понимаю, это невозможно. Но почему вам здесь больше нравится?

Полье: Я могу сказать, что по многим пунктам я чувствую намного больше свободы здесь, чем во Франции. У меня три брата, они все создали во Франции свои фирмы. Там такие сложности с управлением, с налогами, почти нереально взять кого-то на работу или расстаться с кем-то. Они себя не чувствуют свободными. Это не связано с законами, которые у вас, может быть, чуть строже, чем в Европе. Но я чувствую намного больше свободы здесь.

Сноб: Бизнесом легче заниматься. А в чем еще?

Полье: Думать легче. Свободно думать. Когда вы приезжаете во Францию из России, все говорят, что вы пришли из ада. Рассказать что-нибудь о России очень сложно. Конечно, здесь есть своя пропаганда, но вы думаете, что во Франции не так? Кому принадлежат каналы во Франции? Тоже государству. А кому принадлежит радио во Франции? Тоже государству. Bouygues. Это те, кто строит все дороги у нас. Это наш «Газпром».

Хендерсон-Стюарт: Нам нравится жить в России, и это не связано с политикой. У меня двоюродный брат живет в Китае. В Китае все плохо в этом смысле, но он обожает Китай, он обожает культуру, он обожает ночную жизнь. У нас то же самое.

Сноб: Жак, ваша биография все же довольно необычна. В девяностых, когда русские при первой возможности ехали получать бизнес-образование в Европу и США, вы, на­оборот, приехали получать высшее образование в Плехановской академии. Почему?

Полье: Были разные причины. Первая – я учил китайский язык и хотел учиться в Китае, но китайцы по каким-то странным причинам в последнюю минуту мне отказали в студенческой визе. Университетский обмен с Германией или с Лондоном из Парижа – это не очень круто. Я хотел поехать куда-то, где все совсем по-другому. И когда появились какие-то связи с Плехановским университетом, я сказал: «О, это здорово! Я поеду».

Сноб: Вам не казалось, что образование, которое вы получите, будет гораздо хуже?

Полье: Я образование не закончил, и мне это не очень интересно. Образование у меня такое: я говорю на куче языков, я изучаю жизнь каждый день. Кто-то едет в США, а кто-то – в Тибет.

Сноб: Каким бизнесом вы занимались до «Ракеты»?

Полье: Я делал очень много разных дел: был журналистом, был писателем, был фотографом, был путешественником, был банкиром, фондовым трейдером.

Сноб: А в чем вы максимально преуспели? Есть что-то одно, в чем вы были максимально успешны?

Полье: Наверное, «Ракета» – это самое успешное из всего. Не по деньгам, а по душам.

Сноб: Вы говорили в одном интервью, что работали в инвесткомпаниях «Кольчуга» и Profus Investment. Я выяснила, что в России компания с названием Profus Investment была только одна, но она занималась продажей средств для пластической хирургии.

Полье: Да, мы инвестировали в средства для пластической хирургии. Это была public equity, я не знаю, как это по-русски. Мы занимались развитием сети продаж косметики, ботокса, гиалуроновой кислоты, имплантатов – всего, что нужно для пластической хирургии. Мы в это вкладывали как инвестиционная компания.

Сноб: Продажа силиконовых имплантатов в Москве начала двухтысячных – это все же не слишком масштабный инвестиционный проект. Насколько я поняла, в этот же период продажами средств для пластической хирургии в Москве занимался ваш коллега по путешествиям в Центральную Азию, соавтор книги «Давай» Жульен Делпеш. Он-то как раз профессионал в области медицинской косметологии. Вы вместе работали?

Полье: Да. Нам дали кредит, потому что он специалист по медицинской индустрии. Это был совсем новый для России бизнес, и это было модно. Это был серьезный бизнес.

Пятьдесят грамм и взаимное доверие

Сноб: Знаете, Дэвид, а ведь у нас с вами есть нечто общее. Ваш предок Петр Пален в 1798–1801 годах был губернатором Санкт-Петербурга, как и мой отец. По данным налоговой службы, 75% завода «Ракета» сейчас принадлежат вашему дяде Сергею Палену, а 25% – швейцарской компании Duraine SA, которую связывают с другим крупным российским бизнесом. То есть по бумагам получается, что это не ваше предприятие, а дяди?

Хендерсон-Стюарт: Это ничего не значит.

Полье: Ну хорошо, это действительно так.

Сноб: А почему так? Почему вы не на себя оформили?

Хендерсон-Стюарт: Очень просто. Есть инвесторы, которые нам дают деньги. Поскольку заниматься часами в России и конкурировать со Швейцарией – это безумно рискованно, они хотят каких-то гарантий. Гарантии, которых инвестор конкретно от нас захотел, – это чтобы он мог быть держателем акций. Это временная ситуация.

Сноб: Но получается, что у вас-то вообще никаких гарантий нет. Идея принадлежит вам, а вы там не фигурируете даже номинально.

Хендерсон-Стюарт: У нас контракты, там прописано все.

Сноб: А как вы делите эти 75% доли, если она вся записана на вашего дядю?

Полье: Пьем пятьдесят грамм водки и решаем, кому что принадлежит.

Сноб: Вы же француз! Это русские так еще могут решать...

Хендерсон-Стюарт: Жак – русский! Он думает, как русский. Он доверяет.

Сноб: Какая доля у Жака?

Полье: Сколько кажется правильным, столько у меня и есть.

Хендерсон-Стюарт: Когда банк вам одалживает деньги, чтобы купить дом, он берет дом в залог. Получается, что он фактически собственник, пока вы ему деньги не отдали.

Сноб: То есть все деньги – это деньги Палена? Вы вложили свои деньги?

Хендерсон-Стюарт: Конечно. Но так как он внешний инвестор, он требует больше гарантий.

Полье: Мы доверяем друг другу.

Сноб: Ну, ребята, это не разговор! Бизнесмены же читают наше интервью, ну как так: «Мы доверяем»?

Хендерсон-Стюарт: Это русская черта Жака и моя русская черта. Мы доверяем друг другу, мы не иностранцы в этом смысле.

Сноб: То есть с Сергеем Паленом вы близко общаетесь, полностью ему доверяете и не считаете, что он может вас кинуть?

Хендерсон-Стюарт: Да.

Сноб: Сергей Пален – один из пяти членов попечительского совета Фонда Василия Великого, который создан Константином Малофеевым. Пален, насколько я знаю, инициировал письмо потомков русских белоэмигрантов, где они поддерживают политику Путина в Донбассе.

Хендерсон-Стюарт: Это его личное мнение, я в политике не участвую.

Не боитесь, что активная позиция по Донбассу, которую занимает Пален, может повредить вашему бизнесу?

Полье: А, ну я даже не в курсе. Вы уверены в этом, это не манипуляция?

Хендерсон-Стюарт: Я знал, что многие подписали, но я не знал, что он инициировал. Может быть, это неправда.

Сноб: Его французское издательство переводит и издает в Европе книги Тихона Шевкунова.

Полье: Он издатель, у него издательский дом, он публикует разных авторов, разные мнения.

Сноб: А с Тихоном Шевкуновым вы знакомы? Его последнюю книгу не читали?

Хендерсон-Стюарт: Лично – нет, и книгу не читал.

Полье: Сейчас читаю очень интересную книгу о жизни короля Луи XIV. А книгу отца Тихона еще не читал.

Хендерсон-Стюарт: Ах, это вы про отца Тихона спрашиваете? Ну конечно, мы хорошо его знаем. Мне очень понравилась его книга.

Сноб: Я знаю, что у Сергея Палена есть еще более выгодный бизнес в России, он совладелец девелоперской компании Eastern Property Holdings, которая владеет крупными бизнес-центрами в Москве и Петербурге.

Хендерсон-Стюарт: Мы очень мало знаем про это. Мы знаем просто, что он честный человек, который никогда не обманывал, и все, что он делает, довольно успешно. Про этот бизнес я лично не могу много рассказать, потому что я не знаю никаких цифр.

Сноб: Просто вас очень многое объединяет, я вот к чему веду. Я знаю, что Сергей Пален был долгое время членом совета директоров Межпромбанка Сергея Пугачева. Вы, Дэвид, тоже там работали. Как известно, Межпромбанк принадлежал новозеландскому трасту OPK Trust Company Limited…

Хендерсон-Стюарт: Хорошо поговорили...

Сноб: ...Единственным акционером и директором которого являлся Дэвид Хендерсон-Стюарт, то есть вы. Расскажите про это, потому что дико интересно, как вам удалось выпутаться из этой страннейшей истории с Межпромбанком.

Полье: Я его не люблю, честно. Лично. Я не люблю людей, которые врут постоянно, которые нечестны. Я вот смотрел ваше с ним интервью, и мне до сих пор непонятно: как же так, он вам столько врал в глаза, а вы сидите и никак не реагируете?

Сноб: Ну, я же интервьюер. Вы мне тоже про ДНР рассказывали, как там русских поддерживают, как украинцы бомбят бедный Донбасс. Я сижу, молчу. Я принимаю любую информацию. Но скажите, Дэвид, как же вы выпутались из истории с новозеландским трастом?

Хендерсон-Стюарт: Просто группа развалилась – и я ушел.

Сноб: Как вы не остались крайним в этой ситуации, ведь вся сделка по банку в итоге заканчивалась на трасте, который был полностью под вами?

Хендерсон-Стюарт: Вы знаете, во-первых, мне не очень удобно комментировать такие вещи, когда процедуры еще идут. Я не связан с этим, мне просто не очень удобно. Во-вторых, наверное, я туда не попал потому, что траст ничего плохого не делал, это просто активная структура.

Сноб: То есть никаких уголовных преследований вы не боитесь?

Хендерсон-Стюарт: Нет.

Сноб: А вы поддерживаете общение с Сергеем Пугачевым?

Хендерсон-Стюарт: Нет. С тех пор как он уехал, я остался в России, на Запад очень редко езжу.

Сноб: Вы были главой компании Пугачева Luxadvor и управляли его люксовыми брендами. Насколько я знаю, в том числе вы организовали сделку по покупке сыном Пугачева Александром часового завода известной советской марки «Полет». Сейчас «Полет» до сих пор принадлежит Александру Пугачеву.

Хендерсон-Стюарт: Я в этом особенно не участвовал, честно говоря. Я был в курсе, но не участвовал.

Полье: «Полета» уже нет, к великому сожалению. Единственное, что ты сделал хорошо, – после этого подал идею купить «Ракету».

Сноб: Вот я поэтому и спрашиваю.

Полье: Пугачев купил этот завод, где еще работали старые мастера, и когда через шесть месяцев все закрыли, я сказал Дэвиду: «Как жалко, что он купит – все закрывается! И если есть еще такой завод – не говори начальнику, а скажи мне, и мы купим». Мне было очень жалко, что такой человек с огромными деньгами просто покупает и закрывает, покупает и закрывает. Он во Франции так же сделал: купил Hediard и сделал его банкротом, купил газеты наши исторические, и тоже…

Сноб: Я, грешным делом, подумала, что если вы были так тесно интегрированы со структурами Пугачева, то и идея купить «Ракету» исходила оттуда же.

Полье: Нет, у нас была идея искать исторические русские бренды. И мы поняли, что это часовая индустрия. Она достаточно мощная и известная.

Хендерсон-Стюарт: Мы хотели поднять русский бренд, мы хотели заниматься производством, а не экспортировать из Китая. И вдруг пришла эта тема о часах, у «Ракеты» завод остался – отлично!

Блиц

Сноб: Назовите трех, на ваш взгляд, самых успешных русских бизнесменов.

Хендерсон-Стюарт: «О’кей», «Моспиво» – они очень успешные и профессиональные.

Полье: Мне очень нравится «Яндекс», эта фирма достаточно интересно работает. Россия – единственная страна, кроме Китая, наверное, где есть альтернатива Google, что достаточно говорит о свободе. Во Франции мой брат попал в black­list от Google, и его фирма близка к закрытию, потому что у Google нет конкурентов, а в России у него были бы надежды. «Яндекс» – интересная тема. Тиньков тоже очень интересный человек.

Сноб: Если бы вы могли сделать так, чтобы какой-нибудь один бренд-конкурент исчез бесследно, что бы это был за бренд?

Хендерсон-Стюарт: К сожалению, в России конкурентов у нас нет. А было бы хорошо, если бы они были.

Сноб: Когда я брала интервью у Chopard, они сразу, ни секунды не колеблясь, сказали: конечно, Cartier. А для вас кто? Кто главный конкурент «Ракеты» в мире?

Полье: Rolex. Rolex – наш главный конкурент. Кто еще производит свои механизмы от «А» до «Я»? Breguet этого не делает. Patek Philippe не умеет делать то, что мы делаем.

Сноб:  Последний вопрос: что будет через десять лет с брендом «Ракета»?

Полье: Через десять лет мы будем для России и для мира таким же брендом, как Hermès, Chanel и Louis Vuitton для Франции. Это бесспорно. У нас будут свои магазины на Елисейских Полях, Пятой авеню и Бонд-стрит, и вся Россия будет гордиться, что есть исторический завод, который имеет трехсотлетнюю историю. С

Франция. СЗФО > Легпром > snob.ru, 14 декабря 2015 > № 1612909 Жак фон Полье


Казахстан > Легпром > dknews.kz, 24 ноября 2015 > № 1559916

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев в ходе рабочей поездки в Алматы посетил ТОО «Казлегпром-Алматы», сообщила КазТАГ со ссылкой на пресс-службу главы государства.

Как отмечается в сообщении, опубликованном на сайте Акорды во вторник, во время посещения глава государства ознакомился с деятельностью предприятия, а также осмотрел один из производственных цехов. Кроме того, президент Казахстана ознакомился с выставкой продукции крупных и средних предприятий легкой промышленности города.

В ходе беседы с коллективом предприятия Н.Назарбаев отметил важность поддержки населением отечественных производителей.

«Хочу сказать всем казахстанцам: надо покупать наши отечественные товары, в том числе обувь и костюмы «мade in Kazakhstan». Если легкая промышленность начнет «дышать», то люди, работающие на предприятиях отрасли, будут получать зарплату, платить налоги государству. Это выгодно всем – идут поступления в бюджет, в стране появляются товары собственного производства. При этом качество продукции необходимо постоянно совершенствовать», – подчеркнул президент Казахстана.

Как отмечает пресс-служба президета, ТОО «Казлегпром-Алматы» является крупным промышленным предприятием, производящим обувь и одежду, в том числе обмундирование для военных и силовых структур. С момента открытия фабрики в 2011 году численность работников увеличилась в 15 раз.

В настоящее время производственная мощность предприятия превышает 1,5 млн швейных изделий и 400 тыс. пар обуви в год. Весь ассортимент выпускаемой продукции имеет сертификаты СТ-KZ, где показатели доли казахстанского содержания составляют 50-75%. За два последних года объем производства увеличился в 6,8 раз с Т393 млн до Т2,7 млрд

Также Н.Назарбаев посетил алматинский детский сад №125. Президент осмотрел новое здание и ознакомился с деятельностью учреждения, построенного в рамках программы по развитию государственно-частного партнерства. Детсад общей площадью 3,5 тыс. кв. м рассчитан на 216 воспитанников.

Также главе государства представили информацию о ходе строительства объектов социального, культурного и бытового назначения города.

Казахстан > Легпром > dknews.kz, 24 ноября 2015 > № 1559916


Узбекистан > Легпром > podrobno.uz, 23 ноября 2015 > № 1567250

Всемирный банк опубликовал результаты независимого мониторинга использования детского и принудительного труда во время уборки хлопка в 2015 году в Узбекистане.

Особое внимание уделялось районам, где осуществляются конкретные проекты при поддержке Всемирного банка. В ходе мониторинга, который проводили специалисты Международной организации труда (МОТ), не было выявлено однозначных свидетельств тому, что бенефициары проектов, которые поддерживает Всемирный банк, во время сезона уборки хлопка 2015 года использовали детский или принудительный труд.

Как и в 2013 году, систематического использования детского труда по всей стране, в том числе – в районах, где идут проекты при поддержке Всемирного банка, обнаружено не было. Вместе с тем, и Всемирный банк, и МОТ серьёзно обеспокоены риском использования принудительного труда, связанного с организованным привлечением взрослых для уборки хлопка. Одним из выводов по итогам мониторинга МОТ стала необходимость дальнейших активных действий для устранения риска использования принудительного труда; также было отмечено, что наличие таких рисков признаётся партнёрами в Узбекистане.

«В 2015 году впервые стало возможным провести мониторинг использования принудительного труда взрослых в хлопководческой отрасли Узбекистана», – заявил Сародж Кумар Джа, региональный директор Всемирного банка по Центральной Азии.

«Это служит свидетельством значительного прогресса в наших долгосрочных стратегических отношениях с властями Узбекистана. Конечная цель этих отношений - помочь Узбекистану в реформировании практики использования трудовых ресурсов в хлопководстве, и поддержать диверсификацию и модернизацию сельского хозяйства страны в более широком смысле», – сказал он.

В то же время, по его словам, ВБ озабочен значительными рисками применения принудительного труда, которые были вскрыты во время мониторинга уборки хлопка. «Мы продолжим совместную работу с правительством и партнёрами, чтобы принять действенные меры по снижению таких рисков. Необходимо сделать ещё очень много, но мы движемся в верном направлении», – отметил Кумар Джа.

Макс Тихонов

Узбекистан > Легпром > podrobno.uz, 23 ноября 2015 > № 1567250


Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 12 ноября 2015 > № 1550180 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: мы имеем основания занять нишу между дорогим европейским сегментом и азиатским ширпотребом.

Статс-секретарь — заместитель министра промышленности и торговли РФ Виктор Евтухов в интервью изданию Коммерсант.ru рассказал об отечественных костюмах и одежде для экстремалов, ставке на синтетику и иммунитете легкой промышленности от кризисов.

— Вы сами пользуетесь продукцией российского легпрома? Если да — какой именно?

— Я пользуюсь! У меня никаких предрассудков по поводу бренда «Сделано в России» нет. В костюмах, например, российских марок «Сударь» и «Трувор» ходят многие мои коллеги. Они есть и в моем гардеробе. Другое дело, в силу высокого роста периодически вынужден заказывать себе индивидуальный пошив. С ним, кстати, вполне успешно справляются наши отечественные фабрики.

Но не только в офис или на совещание можно надеть российские марки. В отечественном, как говорится, хоть на полюс, хоть на Эльбрус. У нас неплохо развито производство оборудования и одежды для туристов и экстремалов. Отечественные компании изобретают собственные образцы одежды и обуви в соавторстве со спортсменами, полярниками и альпинистами. Экипировка от российских фирм прошла огромное количество испытаний в самых сложных экспедициях. Сейчас наши компании осваивают такую нишу: производство горнолыжной, сноубордической, велосипедной экипировки.

Мы преуспели и в разработке и производстве домашнего текстиля, который даже экспортируется. За какие-то двадцать лет смогли реанимировать эту подотрасль. Например, в 90-е годы предприятие «Донецкая мануфактура» с огромными долговыми обязательствами было на грани банкротства. Высококвалифицированные специалисты могли оказаться на улице, оставшись без работы. Но нашлись люди, которые вложили не только финансы, но и душу и компетенцию в восстановление мануфактуры. Сегодня результат их усилий налицо. Производство занимает большую долю российского рынка и уже успешно конкурирует с ведущими мировыми компаниями. К слову, в сфере домашнего текстиля у нас вообще достаточно устойчивое положение — около 60% рынка занимают российские предприятия, которые давно уже завоевали любовь российского покупателя. «Камышинский текстиль» из Волгоградской области выпускает пряжу, ткани, постельное белье. Общий оборот — примерно 1,5 млрд рублей.

У нас очень серьезное производство детской обуви. Например, Егорьевская фабрика выпускает продукцию под маркой «Котофей». Показывает ежегодный рост, в год выпускает уже до 2,5 млн пар. В прошлом году в Московской области фабрика построила логистический центр, который призван обеспечить продукцией Москву и ближайшее Подмосковье.

В Вышнем Волочке началось производство флисовых полотен — это миксовка хлопка и синтетики, данная ткань используется для производства спортивной одежды. Компания закупила новое оборудование. С учетом наших климатических условий такой специфический материал для спортивной одежды переходит в повседневный сегмент.

Можно говорить о некоей обнаружившейся специализации на нашем рынке. Поскольку мы северная страна, мы достаточно требовательны к верхней одежде. Уже сейчас появляются компании, которые шьют пуховики, изготавливают «начинку» для них. Существуют компании, работающие как на премиум-класс, так и на масс-маркет. Так, компания «Баск» выпускает отечественные пуховики, которые уже способны составить конкуренцию известной во всем мире марке Canada Goose. Ксения Чилингарова — дочь известного исследователя Арктики — создала свой бренд Arctic Explorer. Она производит жилеты и пуховики. Так называемые невесомые куртки — их изготавливают из лебяжьего пуха.

А вот компания «Весь мир» Евгения Котова изготавливает синтетические утеплители. Шелтер - это инновационный утеплитель из ультратонких волокон. Он используется как в гражданских, так и в военных целях. Думаю, что в таких куртках точно наши граждане не замерзнут, поскольку утеплитель на основе этого материала используется даже для строительства жилья.

В нашей стране и в советское время существовали многолетние традиции в области швейного и текстильного дела, и сегодня мы имеем все основания занять нишу между достаточно дорогим европейским сегментом и азиатским ширпотребом. Это можно сделать, с одной стороны, через реализацию собственных проектов, поддерживая и развивая отрасль, а с другой — создавая условия для локализации иностранных производителей.

— При этом российские дизайнеры за рубежом — это иногда яркие, но практически никогда не прибыльные истории. А в России даже те марки, которые принято считать отечественными, всячески маскируют свои бренды под иностранное звучание. С трудом представляю, как у нас можно сделать аналог продвижения японского легпрома Cool Japan или испанского — «Инвестируй в Испанию», если люди просто стесняются российской одежды и обуви.

— Я бы здесь с вами не согласился. Минпромторг провел социологическое исследование. Оно показало, что у российских производителей на данный момент есть все возможности завоевать доверие целевой аудитории. Об этом свидетельствуют социологические опросы, которые показали, что более 65% опрошенных положительно оценивают ассортимент российских товаров легкой промышленности. По данным исследования, 30% реципиентов выбирают российское, руководствуясь доступной ценой на изделие. Для 22% опрошенных причиной покупки российской одежды служит «потребительский патриотизм».

— Политическая ситуация накладывается?

— Это уникальное явление. В условиях довольно жесткого международного обострения мы наблюдаем интересный эффект: покупатели принципиально останавливают свой выбор на российских товарах, в том числе, на мой взгляд, демонстрируя проявление национального самосознания. Мы наблюдаем интересную метаморфозу. Стереотип, который достаточно долго владел умами российских покупателей, что импорт более качественный, более модный товар, кажется, начинает меняться.

Результаты нашего исследования показывают, что у российских граждан уже нет предубеждения к отечественным товарам. Более того, особым интересом и спросом пользуются товары, на которых подчеркнута их принадлежность к нашей стране: либо триколором, либо надписью «Россия», либо Russia, кому как больше нравится. Приведу пример. Коллекция «Армия России», представленная на Неделе моды Mercedes-Benz Fashion Week Russia, произвела фурор.

Хотя, конечно, представления многих граждан о российской индустрии отчасти основаны на стереотипах, которые вы сейчас описываете. Действительно, многие марки не афишируют свое российское происхождение. Например, далеко не все знают, что такие достаточно известные бренды, как Ralf Ringer, Giotto и Gloria Jeans, созданы российскими компаниями и производятся на российских фабриках. Внутренняя установка, что у нас ужасное качество — лучше импортное покупать, действительно осталась с советских времен. Тогда модно было щеголять в иностранном. Очевидно, что нам и вам, журналистам, предстоит серьезная работа по продвижению российских марок и развенчанию сложившихся стереотипов. Но ситуация уже меняется.

В прошлом году Минпромторг, например, провел большой проект #OpenRussianFashion.

На мой взгляд, мы нашли удачное название «Открой российскую моду». Этот проект направлен на продвижение российских брендов за рубежом. Программа стала первым подобным опытом в истории российской моды. Основная цель проекта #OpenRussianFashion — помочь молодым талантам преодолеть границы российского рынка, демонстрируя высокий уровень качества и креативности российской моды, а также открыть российским производителям новые рынки сбыта.

Среди последних мер Минпрома — продвижение интернет-портала в качестве коммуникационной площадки участников отрасли и потребителей, где предусмотрен раздел виртуального шоу-рума производителей: www.rustekstile.ru.

Чтобы закрепить установку, что российское значит качественное и современное, в массовом сознании, в Минпромторге решили утвердить специальный «Знак качества». Им будут маркироваться все товары, прошедшие систему подтверждения качества. Для потребителей это станет сигналом для покупки, который будет означать, что они покупают качественную продукцию, поддерживают российского производителя и защищены от покупки контрафактных товаров.

Потребность в формировании новой системы уже давно назрела как среди потребителей, так и производителей. Идея ее создания поддержана крупнейшими объединениями отрасли. В этом году «Знак качества» будет присвоен детской обуви, трикотажному и нательному белью для новорожденных и детей ясельного возраста, махровым полотенцам и одеялам. В перспективе — это создание стандартов качества для одежды и обуви.

— Можно ли говорить о неких экспортных амбициях российской легкой промышленности?

— Внешний рынок более перспективен для высокотехнологичной продукции, такой как технический текстиль и нетканые материалы. Существует большой сегмент технической продукции для нужд медицины, автомобиле-, авиа- и судостроения. Сейчас на этот рынок приходится порядка 30% продаж отрасли. За последние пять лет объем производства нетканых материалов в нашей стране вырос в восемь раз. Как показывает опыт, на рынке ЕС, особенно Германии, технический текстиль в целом дает 50% роста отрасли.

Рынок легкой промышленности в России — второй после продовольственного, его объем — около 3 трлн рублей. Однако отечественной продукции на нем пока не больше трети. Как повлиял кризис на ситуацию в отрасли?

Экономический кризис привел к падению спроса на товары легкой промышленности как со стороны населения, так и в секторе b2b и, как следствие, вызвал снижение объемов производства предприятий текстильной и легкой промышленности. Отрицательная динамика пока сохраняется в секторах производства, которые напрямую ориентированы на потребительский рынок.

Приведу неприятную статистику. По данным торговых сетей, падение потребительского спроса только на легпром за первую половину 2015 года в натуральном выражении составило 30–35%. Во-вторых, наблюдается переориентирование спроса на продукты питания, в-третьих, падение спроса со стороны смежных отраслей, в-четвертых, есть системная проблема с привлечением кредитных ресурсов. В-пятых, высокая зависимость от импортного сырья и материалов, в-шестых, высокая доля незаконного оборота.

Хотелось бы отдельно остановиться на причинах, которые привели к подобному положению в отрасли.

Поставщики сырья и материалов перешли на 100% предоплаты. Это привело к кассовым разрывам и повлекло необходимость дополнительно привлекать кредитные ресурсы на пополнение оборотных средств. В ситуации, когда 90% приобретаемого оборудования — импортное, остро встал вопрос о доступности кредитных средств для технического перевооружения и модернизации производства.

Больше всего от кризиса пострадала швейная подотрасль — по итогам работы за девять месяцев падение производства к аналогичному периоду прошлого года по разным видам продукции составило от 10–20% (костюмы, пальто, плащи) до 50–70% (куртки, платья, комбинезоны).

Но давайте не будем посыпать голову пеплом. У нашей отрасли за последние десятилетия в целом сформировался иммунитет к любому кризису. Российский легпром переживал и не такие времена: у легкой промышленности отнюдь не легкая судьба. Вспомните, что еще десять лет назад о российском легпроме вообще не было и речи. Отрасль сильно пострадала от спада отечественной экономики в 80–90-х годах. Многие фабрики разорились, некоторым показалось выгоднее сдавать помещения под офисы в аренду, чем продолжать производство. С прилавков исчезла российская продукция, магазины оккупировал ширпотреб из Юго-Восточной Азии. С тех пор уже много воды утекло, а картина значительно изменилась: товары российского легпрома пользуются массовым спросом.

Кроме того, полагаю, что те меры поддержки, которые инициировал Минпром, смогут качественно изменить ситуацию в отрасли, а также реанимировать легпром во время этого кризиса.

Например, к концу третьего квартала этого года мы начали выходить из зоны турбулентности, и интенсивность падения производства ослабла. Текстильное и швейное производство, как и производство кожи и изделий из нее, просело на 14%, тогда как по итогам первой половины года снижение составляло более 17%.

Наши швейные фабрики, не имея собственных идей, часто вынуждены работать по «давальческой» схеме, упуская значительную часть маржи — как в свое время, скажем, алюминиевые заводы. Что нужно сделать, чтобы вырваться из этого порочного круга?

После распада СССР мы потеряли нашу сырьевую базу. Производство хлопка осталось в бывших советских республиках. Сегодня хлопчатобумажные ткани производятся из 100% импортного хлопка, доля импорта химических волокон и нитей и шерстяного сырья составляет более 60%, меньше всего импортируется льна (30%) и кожи (10,8%).

В России спрос на химические волокна в среднем выше производства на 70%. При этом мы импортируем тканей с содержанием полиэфирных волокон и нитей на общую сумму 631,9 млн долларов.

Для того чтобы в целом поменять ситуацию, мы запускаем ряд инновационных проектов по производству синтетического волокна.

Несмотря на то, что сейчас большинство видов синтетических тканей импортируется, сделан большой задел для создания собственного производства. В частности, речь идет о масштабном проекте по выпуску тканей из синтетических волокон в городе Шахты Ростовской области. По имеющейся у нас информации, комплекс высокотехнологичного производства готов на 90%.

Поскольку Россия является лидером в добыче углеводородов, мы имеем большие шансы добиться успеха по развитию производства химических волокон и нитей на территории нашей страны, в том числе за счет развития производственной цепочки в высоких переделах нефтехимического комплекса.

Несмотря на то, что производство химических волокон и текстильное производство идут рука об руку, примеров глубокой интеграции между производителями химических волокон и нитей, а также производителями тканей и трикотажа не так много. В России примером служит интеграция «Куйбышевазот — Курскхимволокно — Балтекс»: одни производят сырье, другие производят полиамидные волокна, а другие выпускают ткани из них. Такой вид объединений, помимо значительного снижения себестоимости продукции и повышения ее ценовой конкурентоспособности, облегчает обмен научно-технической информацией и способствует успешной разработке и внедрению новых технологий.

К сожалению, в России практически не выпускаются ткани для производства модной одежды. Этот сегмент наиболее рисковый и требующий постоянной смены ассортимента, при этом стабильности заказов здесь также ожидать не приходится, а следовательно, для текстильных комбинатов более выгодно работать с крупными заказчиками, производящими спецодежду или работающими в рамках госзаказа.

Чтобы производить востребованный модный ассортимент, необходимо иметь хорошее качественное сырье, современное оборудование и грамотных квалифицированных специалистов. Текстильные комбинаты — достаточно капиталоемкие производства, и средств для их переоснащения требуется намного больше, чем, например, для создания швейной фабрики. Поэтому процесс появления предприятий, производящих модные ткани, пока идет менее активно.

Если говорить о тенденциях, инновационная часть легкой промышленности — это синтетическое волокно и технический текстиль. Он востребован практически всеми предприятиями экономики страны. В целом же, возрождение текстильной и легкой промышленности возможно только через воссоздание собственной сырьевой базы на фоне постоянно дорожающего натурального сырья (хлопок, шерсть, лен).

— Многие страны поддерживают своих производителей. Делают это по-разному: от полного запрета на использование импортных материалов в Белоруссии до законодательного регулирования всех нюансов торговли в США. Какую поддержку государство оказывает и планирует оказывать российскому легпрому?

— Одной из таких мер поддержки является предоставление предприятиям отрасли субсидий по кредитам на закупку сырья и материалов.

Эта мера является наиболее важной для легкой промышленности. Доля кредитных средств, используемых на закупку сырья и материалов, в общем объеме кредитов колеблется от 50 до 85%. Кроме того, производство имеет резко выраженный сезонный характер. В низкий сезон складские запасы позволяют предприятиям выравнивать производственный поток, сохранять стабильный уровень числа рабочих и оплаты их труда. При фактическом отсутствии доступа к «дешевым» деньгам субсидии по кредитам на сырье позволяют предприятиям чувствовать себя более уверенно и реализовывать продукцию по конкурентоспособной цене.

Минпромторгом России сформирован перечень предприятий, оказывающих существенное влияние на развитие промышленности. Предприятиям, включенным в указанный перечень, предоставляются субсидии на выплату процентов по кредитам на оборотные средства на сумму до 70% ставки рефинансирования ЦБ. В настоящее время данную субсидию получили 24 предприятия легпрома.

В целях активизации инвестиционной деятельности все импортное оборудование для легкой промышленности освобождено от ввозных пошлин и НДС, осуществляется субсидирование процентных ставок по кредитам, взятым на реализацию проектов по техническому перевооружению и инвестиционным проектам.

В марте этого года приказом министра утвержден план по импортозамещению в легкой промышленности. План распространяется на сектор поставок по гособоронзаказу, сектор поставок для государственных и муниципальных нужд и сектор товаров повседневного спроса.

Пожалуй, самый действенный инструмент, который мы в ближайшее время сможем использовать для реализации инвестиционных проектов, — это Фонд развития промышленности. По нашей инициативе в рамках фонда разработана и принята специальная программа финансирования проектов, а именно: увеличена предельная величина суммы займа с 300 млн до 500 млн руб. Целевой объем продаж должен составлять не менее 50% суммы займа. До этого решения действовала минимальная фиксированная сумма — 500 млн рублей. Предельная доля допустимых расходов на технологическое оборудование, включая пусконаладку, увеличена с 50 до 80%.

В августе 2014 года подписано постановление правительства Российской Федерации № 791 «Об установлении запрета на допуск товаров легкой промышленности, происходящих из иностранных государств, для целей осуществления закупок для обеспечения федеральных нужд и дополнительного требования к участникам закупок таких товаров».

Постановление правительства устанавливает запрет на поставку товаров легкой промышленности, изготовленных из иностранных материалов и полуфабрикатов, в рамках осуществления госзакупок.

В рамках высокой капиталоемкости рынка легкой промышленности абсолютно логичными становятся приоритеты государства по развитию собственного производства, увеличению доли товаров, произведенных в Российской Федерации. Чтобы поддержать наших производителей, мы готовы гарантировать им определенную долю рынка. Речь идет о государственном заказе. На мой взгляд, государственные нужды должны обеспечиваться за счет российской промышленности. Рост спроса на российский легпром будет способствовать и росту производства, что повлечет увеличение налогооблагаемой базы, расширение производства и создание новых рабочих мест. При этом будет продолжена работа по внедрению новых научных разработок, позволяющих повысить качество продукции и продлить срок ее службы, что также приведет к экономии бюджета за счет сокращения количества закупок в долгосрочном периоде.

По информации экспертов, благодаря принятию постановлений правительства Российской Федерации № 269 и № 791 доля материалов стран — членов Таможенного союза, поставляемых для силовых ведомств страны, увеличилась с 30% в 2011 году до 83% в 2015 году. В 2015 году тенденция по увеличению доли материалов производства стран ЕАЭС, используемых для производства вещевого имущества, сохраняется и по прогнозам составит около 85–90%.

Безусловно, нынешние экономические реалии диктуют свои условия производителям. В жестких условиях кризиса именно повышение конкурентоспособности, модернизация производств и создание новых производственных мощностей будут способствовать завоеванию прочных рыночных позиций и станут залогом эффективного экономического развития в перспективе. А мы со стороны государства постараемся принять все возможные меры поддержки для интенсификации этого процесса.

Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 12 ноября 2015 > № 1550180 Виктор Евтухов


Иран > Легпром > iran.ru, 2 ноября 2015 > № 1542569

Иран ежегодно экспортирует до 2 млн. кв. м ковров ручной работы

Директор Иранского национального центра ковров Хамид Каргяр на совещании в шахрестане Чалдоран провинции Западный Азербайджан по проблемам, с которыми сталкиваются местные производители ковров ручной работы, сообщил, что Иран ежегодно экспортирует примерно в 80 стран мира до 2 млн. ковров ручной работы, что приносит валютные доходы в размере более 330 млн. долларов.

По словам Хамида Каргяра, всего в стране производится около 3 млн. кв. м ковров ручной работы в год разных расцветок и с прекрасными орнаментами, и в отрасли на данным момент занято более 700 тыс. человек.

Депутат меджлиса Исламского совета ИРИ от шахрестана Чалдоран Мохаммед Алипур на названном совещании подчеркнул, что ковроделы, занимающие производством ковров ручной работы, играют важную роль в деле развития в стране так называемой «экономики сопротивления» и есть надежда на то, что при поддержке со стороны меджлиса и правительства производство ковров ручной работы существенно увеличится.

Иран > Легпром > iran.ru, 2 ноября 2015 > № 1542569


Казахстан > Легпром > newskaz.ru, 29 октября 2015 > № 1536297

Государственные служащие и сотрудники национальных компаний решили последовать примеру президента Казахстана Нурсултана Назарбаева и начали активно покупать костюмы, сшитые на шымкентской швейной фабрике, следует из сообщения национального агентства по развитию местного содержания "NADLoC".

В сентябре во время одной из своих рабочих поездок по регионам глава государства заявлял, что он носит костюмы и обувь казахстанского производства. Первым последовал примеру президента аким Карагандинской области Нурмухамбет Абдибеков и купил себе костюм отечественного производства.

"Национальным Агентством по развитию местного содержания "NADLoC" (МИР РК) была проведена своеобразная акция в поддержку легкой промышленности. К мероприятию с удовольствием присоединились и работники комитетов, институтов развития министерства по инвестициям и развитию", — говорится в сообщении.

"Каждый в этот день приобрел себе костюм отечественного производства (стоимостью от 20 тысяч тенге), будь то мужской или женской линии. При необходимости была организована возможность сделать индивидуальный заказ", — отмечается в сообщении.

По данным нацкомпании, "Алтын Адам" является единственной в Казахстане швейной фабрикой с полным циклом по проектированию, моделированию, раскрою и пошиву мужской, женской и детской одежды на современном высокотехнологичном оборудовании мировых производителей. Продукция не поставляется за пределы республики, главная цель фабрики — обеспечить продукцией местных покупателей.

Казахстан > Легпром > newskaz.ru, 29 октября 2015 > № 1536297


Россия. ЦФО > Легпром > legport.ru, 27 октября 2015 > № 1532088

Легкая промышленность РФ: перезагрузка

Создание производства синтетических волокон в Иваново изменит парадигму легкой промышленности РФ и увеличит вклад отрасли в ВВП до 1,5 %.

Минпромторг РФ планирует увеличить вклад легкой промышленности в ВВП до 1,5%, в том числе, путем реализации на территории Ивановской области инновационного проекта по производству полиэтилентерефталата (ПЭТФ) текстильного назначения.

Об этом сообщили директор департамента развития внутренней торговли, лёгкой промышленности и потребительского рынка Минпромторга РФ Денис Пак и губернатор Ивановской области Павел Коньков.

В частности, представитель Минпромторга, рассказывая о проекте обновленной стратегии развития легпрома, отметил, что на сегодняшний день население России ежегодно тратит на товары легкой промышленности 2,8 трлн руб., из которых 700 млрд руб. – уходит зарубежным производителям. В результате Россия теряет на импорте около 1 % ВВП.

Значительную часть этого импорта составляют ткани из синтетических волокон: в Россию ввозится 80 % подобного материала. Все это происходит на фоне общемировой тенденции, четко демонстрирующей снижение использования в легкой промышленности натуральных материалов и увеличение доли синтетических волокон.

Создание в Ивановской области новой текстильной индустрии, по мнению губернатора региона Павла Конькова, поможет сохранить все достижения текстильной промышленности и открыть новые рынки. Кроме этого, подобная мера позволит поддержать занятость в отрасли путем создания новых рабочих мест.

Для этого имеются все конкурентные преимущества: Россия обладает собственным сырьем, развитой нефтехимией и также большим европейским рынком сбыта рядом (Германия, Франция, Великобритания импортирует до 90 % товаров легкой промышленности). Все это делает развитие технологической цепочки производства синтетических материалов очень перспективным.

По такому пути в начале 2000 годов пошли Канада, ОЭА, Саудовская Аравия. Сегодня, спустя 10 лет, ОАЭ экспортирует продукции на $1,3 млрд, Канада – на $1,4 млрд., Россия всего на $170 млн., что значительно меньше сопоставимых стран.

«Что может быть серьезнее, чем развитие той инновации, которая задумана в Ивановской области, - отметил вице-президент Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Василий Гущин, - все эти меры позволят изменить парадигму развития отрасли, изменить технологии, изменить сырьевое обеспечение, изменить продукты, выйти на новые рынки».

Как видно, новый проект по производству полиэтилентерефталата (ПЭТФ) текстильного назначения, реализуемый в Иваново, интересен не только в плане импортозамещения. Он также позволит России интегрироваться в мировую систему разделения труда с новой высокотехнологичной и конкурентоспособной продукцией.

Россия. ЦФО > Легпром > legport.ru, 27 октября 2015 > № 1532088


Россия. СЗФО > Легпром > legport.ru, 22 октября 2015 > № 1532089 Арина Слынко

Автоматная строчка

Зачем современной ткачихе знать английский

Легкая промышленность современного Петербурга представлена успешными островками ленинградского легпрома.

Некоторые из фабрик сохранили узкий профиль, оставшись прядильно-ниточными, текстильными или швейными. Другие нашли возможность расшириться до размеров крупных холдингов, разместивших свои производства не только в северной столице, но и далеко за ее пределами. О том, на какие шаги подталкивает рынок швейные фабрики, нашему корреспонденту Галине НАЗАРОВОЙ рассказала заместитель генерального директора «БТК холдинга» Арина СЛЫНКО.

– Арина Владимировна, что сегодня представляет собой легкая промышленность Петербурга?

– По данным городского комитета по промышленной политике и инновациям, ежегодно в северной столице производятся сотни килограммов хлопчатобумажной пряжи, синтетических нитей, развито производство спортивной одежды, аксессуаров и снаряжения (рюкзаков, тентов, палаток и пр.). Кроме того, в промышленных масштабах выпускается детская, женская и мужская одежда.

– Как она отличается от ленинградского легпрома?

– Многие современные производства до сих пор базируются в зданиях или на территориях фабрик, работавших еще в Ленинграде. Преемственность культурных эпох и сохранение производственных традиций вообще характерны для Петербурга, и наша отрасль не исключение. Основное отличие от предшественников заключается, конечно, в техническом оснащении. Например, наша фабрика на Пражской улице специализируется на пошиве защитной и форменной одежды, но мы считаем ее преемницей старых швейных традиций фабрики им. Володарского, в более позднем варианте – F.O.S.P.

В конце прошлого года мы отметили 95-летний юбилей фабрики. Сейчас она – важнейшая часть холдинга, на Пражской проходит стажировку и переобучение и производственный персонал из других предприятий холдинга, расположеных в Ростовской, Брянской, Белгородской, Тульской, Курской областях, Ульяновске, а также в Республике Кабардино-Балкария, Алтайском крае, Южной Осетии и Белоруссии. У нас, конечно, есть и промышленные площадки в Ленинградской области: «Подпорожская», «Бокситогорская» и «Всеволожская».

Головная петербургская фабрика оснащена новейшим оборудованием: около двух сотен единиц современных станков, включая раскройные комплексы Lectra, швейные машины Juki, машины для проклейки швов Macpi, и гордость предприятия – уникальная упаковочная машина, которую нечасто встретишь даже на европейских текстильных мануфактурах.

Кроме того, на производстве используется настоящая редкость – автомат нового поколения для пиджачных вытачек. Машина полностью автоматизирована, конфигурация вытачки свободно программируется. Это позволяет делать мужские и женские вытачки разной глубины и длины, в том числе на негладких материалах.

– Неужели экономически выгоден отказ от ручного труда?

– Такова общемировая тенденция. Максимальная автоматизация производства снижает затраты и расширяет спектр возможностей предприятия. На петербургской фабрике мы выстраиваем многоассортиментные потоки: в понедельник швеи работают с верхней одеждой, а во вторник приступают к мужским костюмам.

– Насколько легкая промышленность Петербурга обеспечена качественным оборудованием и сырьем?

– Это достаточно сложный вопрос, ведь с началом 1990-х мы потеряли среднеазиатскую сырьевую базу с ее дешевыми хлопком и шерстью. Производители вынуждены были закупать это сырье по мировым ценам, что неизбежно привело к росту себестоимости продукции и, как следствие, подорвало ее конкурентоспособность на рынке.

Ситуация не изменилась и сегодня. Сейчас основные мировые поставщики хлопка это Китай (22%) и Индия (20%). Но у России есть другая, собственная, сырьевая составляющая – лес и нефть для производства вискозы и высокотехнологичного текстиля из синтетических волокон для одежды и технических изделий. И в России, и в нашем регионе открываются предприятия по выпуску таких тканей.

Что касается оборудования, то основная его часть на современных предприятиях – импортная. Для текстильной промышленности требуется максимально «гибкая» техника, которая позволила бы организовывать многоассортиментные потоки и быстро подстраивать выпуск продукции под динамично меняющиеся потребности рынка. К сожалению, пока такого оборудования в промышленных масштабах в России не производят.

– Как повлияет на вашу отрасль спад покупательной способности населения?

– Придется сокращать объемы производства. По Петербургу уже отмечается снижение спроса примерно на 30%. Но могут быть и плюсы: например, конкурентная стоимость труда швей из-за девальвации рубля открывает для российских промышленников доступ к контрактному производству, в том числе к проектам с крупными западными компаниями.

– Какие новые технологии внедряются на предприятиях легпрома Петербурга?

– Все трудозатратные процессы отдаются на откуп современной автоматике. Например, раскрой теперь частично осуществляется машинами в настилочно-раскройных цехах. На основании полученных от конструкторов деталей кроя создают электронную раскладку, которая потом передается на настилочно-раскройный комплекс. Основной плюс автоматизации этого процесса заключается в почти полном отсутствии остатков ткани после раскройки, а значит, существенной экономии сырья.

Однако внедрению новых технологий мешает нехватка квалифицированного персонала. Например, для работы на современном ткацком оборудовании требуется знание передовых технологий и иностранных языков. Для решения кадровой проблемы крупные объединения обеспечивают сотрудников полным соцпакетом, внедряют программы повышения квалификации и создают комфортные условия труда. Ну и повышают зарплату, конечно: швеи на предприятиях нашего холдинга получают на 250% больше, чем в среднем по отрасли.

Россия. СЗФО > Легпром > legport.ru, 22 октября 2015 > № 1532089 Арина Слынко


Узбекистан. Весь мир > Легпром > legport.ru, 19 октября 2015 > № 1532074

Контракты на продажу 700 тысяч тонн хлопка заключены в Ташкенте

На 11-й Международной узбекской хлопковой и текстильной ярмарке в Ташкенте были заключены контракты на закупку 700 тысяч тонн узбекского хлопкового волокна. Это на 120 тысяч тонн больше, чем на предыдущей ярмарке.

На форуме были также подписаны контракты на поставку за рубеж текстильной продукции, произведенной в Узбекистане, на сумму более 800 млн долларов США (в прошлом году — более 1 млрд долларов), сообщает gazeta.uz.

В этом году в ярмарке, проводимой по инициативе Президента Ислама Каримова с 2005 года, приняли участие свыше 1000 представителей фирм из 40 государств.

Узбекистан занимает шестое место в мире по объемам производства хлопкового волокна и пятое — по его экспорту. Ежегодно в стране заготавливается более 3 миллионов тонн хлопка-сырца.

Объем переработки хлопкового волокна, составлявший в 1990-х годах 7% от общего объема, сегодня достиг более 40%. В ближайшей перспективе этот показатель планируется повысить до 60%.

В Узбекистане действует около 3000 предприятий легкой промышленности, 312 из которых входят в состав компании «Узбекенгилсаноат».

В рамках ярмарки прошли презентации инвестиционного потенциала регионов Узбекистана и новых проектов по развитию текстильной отрасли. Участники также посетили хлопкоперерабатывающий завод «Узбекистон», хлопковый терминал «Тошкент-тола» и текстильное предприятие «Узтекс-Чирчик» в Ташкентской области.

Узбекистан. Весь мир > Легпром > legport.ru, 19 октября 2015 > № 1532074


Киргизия. Казахстан. РФ > Легпром > kg.akipress.org, 12 октября 2015 > № 1516149 Фархад Тологонов

Интеграция в ЕАЭС в какой-то степени смягчила кризис в легкой промышленности, - «Легпром»

Кризис в легкой промышленности не связан с интеграцией в Евразийский экономический союз, наоборот, вхождение в какой-то степени смягчило кризис. Об этом в интервью Tazabek рассказал глава Ассоциации предприятий легкой промышленности Кыргызской Республики «Легпром» Фархад Тологонов.

- Каким образом интеграция в Евразийский экономический союз и изменения, которые за этим последовали, отразились на деятельности текстильной и швейной промышленности? Что изменилось?

- Сейчас очень тяжело дать какой-либо показатель, потому что мы только вошли в экономическое объединение. Есть проблема, касающаяся перевозчиков. Они могут устанавливать свои цены, ссылаясь на интеграцию в Таможенный союз. Повысились цены на сырье и фурнитуру. Но в то же время перед нами открылись хорошие перспективы. Во-первых, это новые рынки. Во-вторых, убрали таможенные посты на границе. Благодаря этому сократилось время поставок и мы не теряем время на таможенное оформление. Помимо этого наши перевозчики снизили цену на поставки в Россию и Казахстан. Если раньше мы платили по 60 рублей за килограмм, то на сегодняшний день стоимость их услуг составляет 30 рублей. На мой взгляд, это большие плюсы. В-третьих, мы надеемся, что после вступления в Евразийский экономический союз с модернизацией постов на границах проблема контрафактной продукции не будет такой актуальной. Снизятся объемы контрафактной продукции из Китая, поскольку модернизация подразумевает установку камер, нового оборудования по сканированию. В-четвертых, это большая заинтересованность со стороны казахских и российских оптовых покупателей в приобретении нашей продукции. Насколько я знаю, возрос интерес сотрудничества партнеров из России, есть информация, что сейчас ищут площадку для строительства швейных предприятий в нашей стране.

- Ранее говорилось, что в связи с мировым экономическим кризисом, непосредственно кризисом в России, российская сторона стала меньше импортировать нашей швейной продукции, снизился спрос на товары нашего производства. Так ли это?

- Кризис в сфере нашего производства связан с падением курса рубля, введением санкций против России. Более 90% экспорта нашей продукции направляется в Казахстан и Россию... Поэтому пока рубль будет держаться на данном курсе, то и кризис у нас тоже будет продолжаться. Многих предпринимателей сбили с толку колебания на валютном рынке. На сегодняшний день актуально пересмотреть контракты и работать по-новому. У нас государство создало все необходимые условия, мы работаем по патенту, у нас дешевле электроэнергия и рабочая сила. Это помогает нам конкурировать на рынке.

- Кто является нашими основными конкурентами? Чьи товары в условиях кризиса выгоднее покупать странам ЕАЭС, в том числе и России? В чем заключается преимущество?

- Как сказал наш президент на одном из выступлений: «Кыргызстан станет швейной машинкой стран ЕАЭС». На сегодняшний день мы стараемся быть этом машинкой. Безусловно, шьют и в Казахстане, и в России, и в Белоруссии. В Армении стараются поднять легкую промышленность. Кроме нас есть еще Китай, Индия, Бангладеш, Вьетнам. С ними очень тяжело конкурировать. Но, в то же время мы заняли свою нишу на российском рынке, у нас есть свои покупатели.

ЕАЭС — огромный рынок, где живет 200 миллионов населения. Сейчас главное — эти рынки удержать. Например, нам очень тяжело конкурировать с Белоруссией, так как там более 70% предприятий — государственные. В Кыргызстане же госпредприятий по легкой промышленности нет, все предприятия частные. В России и Казахстане кризис также сказывается на легкой промышленности.

- Не отходя от темы готовой одежды. Каким образом формируется стоимость той или иной швейной продукции. Например, сколько средств тратится на ткань, фурнитуру, работу?

- Это вопрос для действующих предприятий, они располагают расчетами и могут более конкретно ответить. Однако, могу сказать, что той маржи, которая была раньше, нет. Заказчики стали более требовательными. Они хотят за минимальную цену получить максимальное качество. Это говорит о том, что выживать будут те компании, которые будут предоставлять наиболее качественную продукцию по минимальной цене.

- Сейчас ведется программа по развитию торговли в Кыргызстане, рассчитанная на 2013-2016 годы. Данная программа позволит улучшить экспорт швейной и текстильной промышленности?

- В течение некоторого времени была разработана данная Стратегия развития экспорта. Затем наше государство интегрировало в ЕАЭС, теперь неминуемы изменения согласно условиям вхождения ТС и резонно возникает вопрос о необходимости данного документа.

- Есть ли другие причины снижения экспорта швейной продукции помимо мирового экономического кризиса и интеграции в ЕАЭС?

- В первую очередь, это нехватка квалифицированных кадров. Данная проблема ощущается почти на всех предприятиях. Во-вторых, проблема модернизации оборудования, необходимо выходить на новый уровень, обновлять и совершенствовать материально-техническую базу, обеспечить достойные условия труда для работников и т.д. Также необходимо подумать о кооперировании предприятий, «швейники» привыкли работать поодиночке. Нам необходимо отойти от данной практики и вместе двигаться к мировым стандартам. Сейчас очень много мелких предприятий, которым выгоднее работать вместе для реализации крупных и перспективных международных заказов.

- В данный момент есть ли швейные компании, которые являются тепловозом, вывозящим швейную продукцию на рынок стран ЕАЭС? Основные компании, которые играют весомую роль в экспорте швейной продукции?

- Сейчас трудно и некорректно выделить какую-либо компанию. Есть предприятия, которые раскрутили свою торговую марку, свой торговый знак и продвигают именно свою продукцию. Многие члены нашей ассоциации выходят на российские торговые сети и заключают с ними контракты, скоро в крупных торговых центрах наряду с мировыми брендами будут стоять бутики с маркой «Сделано в Кыргызстане».

- Не получается ли тогда, что такие компании скорее работают на свое имя и для своей выгоды нежели на развитие целой отрасли легкой промышленности?

- Рынок сам диктует, в каком направлении нужно двигаться. Если такие компании будут развиваться, то и легкая промышленность будет развиваться вместе с ними. Они служат эталоном успешного развития и стимулируют остальных.

- Какой основной пробел в текстильной и швейной промышленности, который не дает активно развиваться, улучшать экспорт, улучшать продукцию? Данная проблема также связана с нехваткой кадров?

- Во-первых, конечно, нехватка кадров. Во-вторых, ткань приходит с большим опозданием. Рынок «Мадина», конечно, большой, но хотелось бы, чтобы ассортимент был значительно шире и выбор больше. Также большой вопрос — вывод некоторых предприятий из тени. Государство пока не делает никаких шагов в этом направлении и вся нагрузка ложится на плечи тех предприятий, которые работают «по белому». В этом случае государству необходимо оставить в покое «белые» предприятия и серьезно заняться теми, которые работают в тени и не платят налогов за свою деятельность.

- Одна из проблем легкой промышленности заключает в том, что у нас есть сырье для производства ткани, но нет самой ткани. Материал в нашей стране не производится и нам приходится его завозить из других стран. Решается ли данный вопрос или пока нет вариантов развития этого направления?

- В Кыргызстан приезжают инвесторы, присматриваются, но пока нет никакой конкретики. Приезжали инвесторы из Китая, Кореи, Турции, проводили расчеты строительства текстильных компаний, но еще не было сделано значительных шагов в этом направлении. Вся переработка советских времен уже встала, не действует, поэтому очень тяжело все это реанимировать. Также сложность по восстановлению заключается в том, что мы расположены рядом с Китаем, соседом, который располагает огромным выбором. Китай может выдать продукцию огромным объемом, на любой вкус и по различным ценам. Поэтому рядом с таким соседом очень тяжело будет восстанавливать данное направление.

Необходимо хотя бы пересмотреть деятельность относительно переработки хлопка. В год мы имеем более 60 тыс. тонн хлопка и весь этот объем экспортируется в виде сырья. Также мы можем предложить инвесторам шелкопрядство. В советское время данный вид промышленности был очень развит и популярен.

- Насколько было бы выгоднее Кыргызстану производить ткань самому? В каких процентах, суммах это бы выражалось?

- Те компании, которые производят ткань, менее конкурентоспособны по сравнению с китайским рынком. Китайский рынок все поглотит. К примеру, мы построим одну фабрику и будем выпускать одно наименование ткани, в Китае таких будет 10-20 и по более низкой цене, так как в Поднебесной более дешевая рабочая сила.

- Вы говорили насчет того, что есть партнеры, инвесторы. Планируется ли привлечение новых партнеров и инвесторов для развития легкой промышленности?

- Наша ассоциация постоянно работает с Агентством по привлечению инвестиций в Министерстве экономики. Также хорошо сотрудничаем с «Центром единого окна в сфере внешней торговли» при Министерстве экономики. Данный центр помогает в отношении привлечения инвестиций, постоянно связывается с Россией и дает заказы для предприятий. Если бы были такие организации, то дело продвигалось бы намного проще. Однако, множество проблем начнется зимой. Начнут отключать свет на предприятиях. В этом отношении необходимо поставить мораторий — не выключать свет, не повышать тарифы на электроэнергию для производителей.

- В связи с повышением тарифов, ростом курса доллара выросли ли затраты на производство? Насколько?

- В цифрах я сказать не могу сейчас, но могу сказать, что изменение курса доллара связано с повышением цен на фурнитуру. Я заметил одну тенденцию — в основном хорошо работают те компании, которые шьют дешевую одежду. Те же, которые шьют более дорогую и качественную одежду, сталкиваются с рядом проблем.

- Получается, что такая ситуация связана именно с покупательской способностью?

- Видимо, сейчас в России спрос на дешевую одежду. В условиях кризиса, люди затягивают пояса потуже, им нужна более дешевая продукция.

- После интеграции Кыргызстана в ЕАЭС мы должны работать уже по другим стандартам и другим регламентам. Как быть с этим?

- До момента вхождения в Таможенный Союз наши предприятия уже работали по стандартам ЕАЭС.

- Значит ли это, что в отношении модернизации деятельности швейников и текстильщиков не предвидится никаких изменений относительно новых требований?

- Изменений нет. Единственное, хотелось бы чтобы наши лаборатории заработали в Кыргызстандарте, их модернизировали, получили новое оборудование и аккредитацию. Так как вопрос с лабораториями в данный момент представляет некоторую проблему. Нам приходится получать сертификаты в Казахстане, в России.

- Кыргызстан свои сертификаты не выдает?

- Лаборатории на данные момент не аккредитованы, их нет в списках. Есть специальный центр аккредитаций, который выдвигает определенные требования лабораториям. Если лаборатории этих требований придерживаются, то они заносятся в реестр. Следовательно сертификаты этих лабораторий признаются везде. По России и Казахстану таких лабораторий много, в Кыргызстане их пока нет. Есть государственная лаборатория, но она располагает слишком старым оборудованием. Какие-то виды испытаний у нас проводят, но этого недостаточно. Насколько я знаю, после вхождения в ЕАЭС были выделены определенные средства на модернизацию лаборатории. Поэтому мы сейчас ожидаем изменений.

- Все-таки, относительно сертификатов, много ли в наше стране предприятий, которые получают полноценные сертификаты? И что происходит с продукцией, которая не получила сертификат?

- Этого я сказать не могу. Такой информацией располагает Кыргызстандарт, а также торгово-промышленная палата, которая выдает данные сертификаты. В отношении утилизации несертифицированной продукции, установленных законодательством норм нет, поэтому решение данной проблемы ложится на плечи самих производителей.

- Какие прогнозы сейчас делаются в отношении развития легкой промышленности? Какие есть цели и задачи?

- Я думаю нам нужно сохранить патентную систему налогообложения, потому что мы сейчас — единственные, кто работает по патенту. В России и Казахстане не могут внедрить такую систему. Однако, патент стараются убрать, это значит, что мы опять уйдет в 90-е годы, все снова начнут работать в тени.

Также, я думаю, что ситуация изменится, когда будут отменены санкции против России. Тяжело было работать в начале года. Сейчас, когда курс рубля растет, наша промышленность «поднимается». Люди привыкают к новому курсу, заключают новые контракты, пересматривают старые. То есть мы начинаем работать на увеличение.

Киргизия. Казахстан. РФ > Легпром > kg.akipress.org, 12 октября 2015 > № 1516149 Фархад Тологонов


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1477880 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: Все больше ребят носят красивую и удобную форму российского пошива.

Год назад все ученики страны должны были надеть школьную форму. Этого требовала поправка, внесенная Госдумой в закон «Об образовании». И вот прошел год. В День знаний большинство учеников вышли на линейки в красивой, удобной, современной одежде. Во многом это заслуга Министерства промышленности и торговли, сделавшего немало для того, чтобы детский гардероб пополнили стильные, здоровые и недорогие вещи, пишет «Комсомольская правда Москва». Но немало предстоит и сделать. Об этом в интервью изданию рассказал статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

– Виктор Леонидович, как сейчас обстоят дела? Ведь действительно удалось одеть многих школьников!

– Удается. Может быть, не такими быстрыми темпами, как мы надеялись год назад. Оно и понятно – сложности в экономике. Но главное, что удалось сделать, – изменить мнение родителей. Еще пару лет назад введение школьной формы наталкивалось на сопротивление родителей. Они помнили советскую форму. И, видимо, не у всех от этого остались приятные ассоциации.

Сегодняшние модели и единообразную форму времен Советского Союза сравнивать не стоит. То, что предлагают наши предприятия, – это модно, стильно, молодежно, удобно, современно, безопасно. Это с одной стороны.

С другой – оказалось, форма – это помощь семье в период объективных трудностей, возникших в нашей экономике. Теперь ребенка стало проще готовить к школе. Во-первых, есть утвержденный школой фасон.

Во-вторых, родители знают, где можно купить комплект одежды.

В-третьих, покупка формы требует меньше затрат, чем приобретение перед 1 сентября разнообразного гардероба. Тем более форма, которую шьют отечественные производители, качественна и безопасна для здоровья.

РЕГИОНЫ ПОДДЕРЖИВАЮТ

– Но если так обстоят дела, почему все-таки многие школы вводят дресс-код, а не переходят на форму?

– Процесс идет. Вот смотрите: в Брянской области пошли на то, чтобы за счет местного бюджета первоклассникам малообеспеченных семей бесплатно выдавать школьную форму. Одно дело, когда подросток ни разу не надевал форму, и вдруг от него требуют: «Завтра в класс в пиджаке и классических брюках». Совсем другое, когда дети с первого класса привыкают ходить в удобной и красивой форме.

На Алтае, например, открыли большой оптовый склад, где собирается школьная форма от российских производителей. Сюда может прийти директор школы вместе с родителями, выбрать то, что понравилось, и договориться о закупке. Да и магазинам наличие таких центров значительно облегчает работу по поиску ассортимента...

В Тамбове уже три года подряд во время весенних каникул проводят выставки-ярмарки школьной формы и спортивной одежды. Участвуют в них не только местные производители, но и фабрики, например, из Липецка и Москвы. На такую ярмарку приходят тысячи родителей!

По нашим данным, около сорока регионов активно используют выставки-ярмарки школьной формы. И это дает результаты.

– Но все-таки кризис сказывается на швейниках?

– Ситуация непростая. Семьи вынуждены расходовать деньги осторожнее. Но говорить об общем кризисе в отрасли не стоит. Те предприятия, которые выпускают красивую и недорогую одежду для детей, и сегодня развиваются, демонстрируют конкурентоспособность. В этом году впервые основным каналом сбыта готовой продукции стали прямые поставки формы школам – они составили 38%. Школам и производителям удалось наладить взаимодействие. От этого выиграли все: у потребителей появилась возможность покупать форму без торговой наценки, а предприятия смогли заранее спланировать объем производства продукции на сезон. 60% производителей школьной формы вышли за пределы своих регионов и успешно продают продукцию в других областях и республиках.

Постепенно повышается доля использования отечественных тканей в производстве формы. По нашим данным, российские материалы при ее пошиве так или иначе используют 44% производителей. Отдельный пример – школьная форма предприятий текстильного холдинга «БТК-групп», которая шьется из тканей Брянского и Свердловского камвольных комбинатов. Причем ее изготавливают на новейшем инновационном оборудовании. За процессом следят компьютерные системы. Окончательная отделка изделий производится на оборудовании, выполненном специально по заказу «БТК-групп». Поэтому качество формы, которую здесь шьют, на уровне лучших европейских образцов.

СЕРЫЕ СХЕМЫ

– Виктор Леонидович, по данным Союза производителей школьной формы, у нас только 35 процентов учеников носят форму российского производства. Велика доля и серых поставок...

– Сегодня существует обилие незаконно ввезенной и произведенной продукции. Поэтому для нас основное направление поддержки отечественного производителя – борьба с незаконным производством и с незаконным оборотом продукции легкой промышленности. В соответствии с указом президента образована Государственная комиссия по противодействию незаконному обороту промышленной продукции, при которой действует рабочая группа по легкой промышленности. Мы координируем свои усилия с МВД, Роспотребнадзором, Федеральной таможенной службой, чтобы целенаправленно выявлять точки распространения контрафакта, вводить меры противодействия незаконному обороту.

– Например?

– Первое – введение системы маркировки. Будет введена система идентификации, которая позволит отследить товар – проверить, кто производит, какими путями он попадает на рынок, отсечь попадание незаконного товара в розницу, а также определить непосредственно изготовителя контрафакта.

Второе – усилить контроль Роспотребнадзора за соблюдением технического регламента производства.

– Я знаю, что швейникам не хватает оборотных средств...

– Чтобы наши предприятия могли свободно ориентироваться на рынке, у них должен быть достаточный запас финансовой прочности. Нужно успеть вовремя закупить сырье. Форма – это ведь сезонный товар. Ее начинают покупать в конце весны и летом. Осенью и зимой она не продается. Значит, нужно привлечь кредиты.

К сожалению, наша отрасль для банков пока непривлекательная. Она признана очень рисковой.

Поэтому мы со стороны государства субсидируем процентные ставки по кредитам на сезонные закупки сырья и материалов, организуем взаимодействие с банками.

Мы серьезно занимаемся повышением конкурентоспособности отечественной продукции. За счет чего этого можно достигнуть? За счет модернизации оборудования, проведения инвестиционных проектов. Уже создан и действует Фонд развития промышленности, который на льготных условиях предоставляет займы. При этом большая часть денег может пойти на закупку оборудования.

Реализуется программа по импортозамещению. Развиваются индустриальные парки. В одном из них – в Пикалево Ленинградской области – будут и швейные предприятия.

– Виктор Леонидович, если уж речь зашла о поддержке наших школьников, то ведь не только форма нужна им для успешной учебы...

– Конечно. Мы уделяем внимание и развитию сегмента школьно-письменных принадлежностей. Количество российских канцелярских товаров на прилавках медленно, но увеличивается. Примерно на 2% в год. Можно сказать, что российские производители тетрадей научились делать хорошую продукцию, которая ни в чем не уступает импортной. А по стоимости она намного дешевле. Мощности российских предприятий в состоянии обеспечить собственный рынок тетрадей.

С производством пишущих принадлежностей дела не так хороши. У нас выпуск ручек пока происходит в основном на уровне «отверточной сборки». Хотя и тут есть исключения.

А вот рынок товаров для творчества – гуаши, акварели, пластилина – наш. Лидеры на нем – отечественные ОАО «Гамма» и ПК «Луч». Их совокупная доля составляет около 70% рынка. Проект «Гаммы» в 2014 году выиграл на конкурсе приоритетных предприятий, проводимом Минпромторгом в соответствии со Стратегией развития индустрии детских товаров до 2020 года. Уже к концу года мы ждем серьезного расширения ассортимента товаров для детского творчества.

МОДЕЛИ ОТ РОССИЙСКИХ ДИЗАЙНЕРОВ

– Ну и популяризация формы...

– Безусловно. На Mercedes-Benz Fashion Week Russia в Москве прошел День школьных коллекций. Специально для него российские дизайнеры подготовили свои коллекции формы для детей.

Провели мы и Всероссийский открытый конкурс на лучшие образцы школьной формы. Победители – производители и дизайнеры страны – получили возможность продавать свою продукцию во флагманских магазинах сети «Детский мир».

Такие конкурсы, на которые съезжаются модельеры, дизайнеры, представители торговых сетей и производители, помогают наладить взаимодействие между торговлей и промышленностью, стимулируют закупать товары у отечественного производителя. Ну а кроме того, коллекции, которые показывают тут дизайнеры, «оживают» – запускаются в производство.

Стал популярным портал, созданный Минпромторгом: www.nashaforma.ru. Сейчас на нем представлено 180 производителей формы из разных регионов России. А моделей больше трех тысяч! Здесь можно подобрать нужный фасон, получить всю информацию о том, как приобрести одежду.

Этот портал – как раз пример того, как информационные технологии можно использовать в продвижении российских производителей, сделать доступными родителям и школьной администрации самые широкие возможности при выборе формы. Ситуация явно меняется. И это, думаю, уже заметили родители, которые покупали школьную форму к 1 сентября. Детских товаров отечественного производства стало больше, у них хорошее качество и при этом вполне демократичная цена.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1477880 Виктор Евтухов


Узбекистан > Легпром > ved.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1475945

28 августа 2015 года запущено новое производство хлопчатобумажных и трикотажных изделий мощностью 3 тыс. ед. в сутки. Производство, по данным ХК «Узвинсаноат-Холдинг», размещено на свободной производственной территории бывшего винокуренного цеха Янгиюльского филиала АО ИИ «Комбинат Ташкентвино» на площади 2 тыс. 592 кв.м. На созданном дочернем предприятии ООО «Toshkent Trikotaj Fabrikasi», учредителем которого 100% выступил АО ИИ «Комбинат Ташкентвино», за счет собственных валютных средств приобретено и внедрено современное технологическое оборудование и инвентарь из Японии, Германии, Италии, Китая и Турции на сумму $720 тыс. Общая стоимость проекта составила 1 млрд. 840 млн. сумов ($1-2595,52 сумов). На новом производстве создано 220 новых рабочих мест.

НИА «Туркистон-пресс», 29.08.2015 г.

Узбекистан > Легпром > ved.gov.ru, 2 сентября 2015 > № 1475945


Швеция > Легпром > ecoindustry.ru, 25 августа 2015 > № 1467946

В ШВЕЦИИ ПРИДУМЫВАЮТ ЛУЧШИЙ СПОСОБ УТИЛИЗАЦИИ СТАРОЙ ОДЕЖДЫ

Компания H&M объявила конкурс на разработку новых технологий переработки ношенных вещей. Пятеро победителей разделят между собой грант в €1 млн. Так H&M пытается решить проблему массового производства одежды с минимальным воздействием на экологию.

Проведение конкурса Global Change Award бренд объяснил заботой об экологии. Производители одежды сегмента масс-маркет каждый сезон обновляют коллекции и стараются наращивать производство, что увеличивает потребление природных ресурсов и количество вредных выбросов.

«Ни одна компания, будь то фаст-фэшн или любая другая, не может продолжать работать так же, как сейчас. Самый большой потенциал премии связан с поиском новых технологий, при помощи которых мы сможем перерабатывать одежду без ухудшения качества ткани», — заявил глава H&M Карл-Йохан Перссон агентству Reuters.

Существующие сейчас технологии переработки не позволяют получать ткань высокого качества. Именно поэтому для производства, допустим, новой пары джинсов используется лишь 20% переработанного хлопка, так как длина волокна в процессе измельчения сокращается. До сих пор нет эффективных способов перерабатывать и одежду из смешанных тканей. В итоге ее чаще всего просто выбрасывают.

Профессор экологии Стокгольмского университета Йохан Рокстром, входящий в состав жюри конкурса, считает, что индустрии моды придется искать новые бизнес-модели, которые будут работать в условиях, когда сырья становится меньше. «Это настоящий вызов для H&M, чье фирменное отличие — одежда по низким ценам. Но факт дешевизны увеличивает риск, что люди будут покупать и выбрасывать одежду или покупать слишком много», — считает Рокстром.

H&M — не единственный бренд, проводящий масштабные кампании по утилизации использованной одежды. К примеру, голландская марка Mudd Jeans сдает одежду своим потребителям во временное пользование на один год, а затем предлагает заменить ее. Стоимость покупки и лизинга не сильно разнится: к примеру, приобретая одну из моделей в собственность, клиент платит €98, в то время как аренда джинсов на 12 месяцев обойдется в €90. Вещи, бывшие в употреблении, компания чинит и перепродает либо отправляет на утилизацию. Покупателям, вернувшим старые джинсы на переработку, Mudd Jeans дает скидку €10 на следующее приобретение. Одежду на переработку принимают в некоторых магазинах британского бренда Marks&Spencer и итальянской марки Calzedonia.

H&M и ряд других брендов запускают и промоутируют линии одежды, сделанные из переработанных тканей. В сентябре этого года H&M представит джинсовую коллекцию, произведенную с использованием переработанного хлопка. А толстовки финской компании Pure Waste Textiles состоят из этого вида сырья на 100%.

Швеция > Легпром > ecoindustry.ru, 25 августа 2015 > № 1467946


Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 июля 2015 > № 1445567 Виктор Евтухов

Государство комплексно поддержит народные промыслы.

Золотая вышивка, лаковая роспись, дымковская игрушка – эти и сотни других видов ручного художественного труда будет комплексно поддерживать государство. В России впервые появилась отраслевая стратегия развития народных художественных промыслов до 2020 года.

Документ подписал министр промышленности и торговли Денис Мантуров. Народным умельцам, которых, по официальной статистике, в стране свыше 30 тыс., разрешат продавать свои высокохудожественные изделия без уплаты НДС, снизят страховые взносы, помогут федеральными и региональными субсидиями. Еще одна государственная задача – превращение мест традиционного «обитания» народных художественных промыслов в туристические комплексы национального и международного значения. В России, подсчитали в Минпромторге, таковых свыше 60 мест.

Новую отраслевую стратегию в интервью «Российской Бизнес-газете» прокомментировал статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли Виктор Евтухов.

– Виктор Леонидович, запланированы ли в бюджете средства на субсидии и дотации предприятиям народных художественных промыслов? Каковы размеры господдержки?

Виктор Евтухов: Субсидирование расходов этих предприятий остается важной мерой поддержки отрасли. В бюджете на 2014, 2015 и 2016 годы заложена сумма в 315 млн руб. Мы выступаем за увеличение объемов субсидирования. В этом году удалось получить дополнительно 50 млн руб. для покрытия расходов предприятий. В перспективе планируем изменить вектор поддержки отрасли народных художественных промыслов от предприятия к мастеру. Может быть, это будут гранты мастерам, имеющим учеников и тем самым обеспечивающим сохранение и воспроизводство исторически сложившихся народных ремесел.

– В стратегии указывается на региональный вектор господдержки. Какие, на ваш взгляд, появляются стимулы у регионов?

Виктор Евтухов: Предприятия, располагаясь на территориях, где исторически сложился и развивается тот или иной народный художественный промысел, есть инфраструктура, сырье, фактически являются градообразующими. В качестве первоочередных антикризисных мер по финансовой поддержке отрасли министерство предлагает правительству включить эти организации в перечень системообразующих предприятий, оказывающих существенное влияние на промышленность и торговлю. А это означает стабильную господдержку.

– Именно работа местных властей в перспективе позволит обеспечить развитие предприятий на бездотационной основе. Каким образом?

Виктор Евтухов: В нескольких регионах: в Рязанской области, в Карелии, Дагестане, других субъектах – созданы специализированные центры народных художественных промыслов. С помощью этих площадок участники рынка координируют формирование экспозиций, организацию торговых точек в областных музеях, библиотеках, клубах, в других культурно-досуговых учреждениях. Включение народных художественных промыслов в образовательные стандарты регионов тоже дает эффект.

– Согласен ли Минфин на понижающие тарифы соцстраха для таких организаций?

Виктор Евтухов: Пока нам не удалось согласовать подготовленный законопроект с Минфином. Тем не менее надеемся, что сможем убедить коллег. Кроме того, есть и другие варианты льготирования, например, введение субсидирования затрат предприятий на уплату страховых взносов.

– Когда в стране может появиться единая информационная система продвижения народных художественных промыслов?

Виктор Евтухов: Единый информационный портал – это следующий виток развития отрасли. Но не следует забывать, что большинство предприятий являются коммерческими организациями, заинтересованными в получении прибыли. И в первую очередь подобная инициатива должна исходить от них самих и их объединений.

– В документе говорится о ежегодных закупках высокохудожественных изделий современных мастеров-ремесленников для государственных нужд – в фонды государственных музеев, в подарочные фонды органов исполнительной власти, для госкорпораций и госкомпаний. Это будет на обязательной основе?

Виктор Евтухов: Министерство выступило с подобной инициативой. Сейчас обсуждаем механизм как на федеральном уровне, так и с органами исполнительной власти регионов.

– Есть ли прогнозные экономические значения по результатам исполнения стратегии? Сколько новых рабочих мест будет создано?

Виктор Евтухов: Рост или снижение рабочих мест не поддается точному прогнозу. Ведь эта сфера объединяет необычайно творческих людей. Тем не менее мы ожидаем увеличения совокупного объема выпуска изделий народных промыслов в денежном выражении, а также роста производства изделий признанного художественного достоинства. Кстати, в 2014 году в России произведено изделий народных промыслов на сумму более 5 млрд рублей.

Россия > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 29 июля 2015 > № 1445567 Виктор Евтухов


Германия. Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1433672 Виктор Евтухов

Виктор Евтухов: российское снаряжение для активного отдыха не уступает западным аналогам.

Статс-секретарь – заместитель министра промышленности и торговли России Виктор Евтухов принимает участие в международной выставке производителей продукции для активных видов отдыха «Outdoor 2015», которая проходит в Германии в городе Фридрихсхафене с 15 по 18 июля.

В преддверии выставки Виктор Евтухов дал интервью ее организаторам:

— Рынок outdoor-продукции в России начал активно развиваться гораздо позже, чем на Западе. Как отечественным производителям удалось совершить этот мощный технологический прорыв? Насколько наши предприятия сегодня конкурентоспособны на мировом рынке? В чем их сильные стороны?

— Действительно, изготавливать специализированную одежду для туризма и экстремальных видов спорта в России начали во второй половине 80-х – начале 90-х годов. В основном это были мелкие предприятия, которые работали исключительно на энтузиазме. Они сами методом проб и ошибок изобретали технологии. Но за два последних десятилетия отечественные производства претерпели очень мощную модернизацию. И сегодня продукт наших outdoor-компаний не уступает по качеству западным аналогам. А цены при этом немного ниже. На российском рынке сейчас работают порядка 150 outdoor-предприятий. Почти половина из них – дистрибьюторы, которые распространяют на территории страны горнолыжную, сноубордическую одежду, велосипедную экипировку, спортивную обувь, туристическое снаряжение популярных западных брендов. Более 30 предприятий занимаются непосредственно производством outdoor-продукции. И примерно 40 компаний обслуживают это производство, выпускают высокотехнологичные, инновационные ткани, специальную фурнитуру. Объем рынка в этом сегменте составляет десятки миллиардов рублей.

Одно из основных конкурентных преимуществ российских производителей – это многолетний опыт. Отечественные компании не копируют уже созданные кем-то образцы одежды и обуви. Они их буквально изобретают в соавторстве со спортсменами, полярниками и альпинистами. Поэтому экипировка, которую выпускают российские фирмы, прошла огромное количество испытаний в самых сложных экспедициях, подверглась научному анализу и была неоднократно модернизирована.

Кстати, не могу не упомянуть знаменитый на весь мир российский гусиный пух, который используют для изготовления сверхтеплой экипировки, рассчитанной на максимально низкие температуры. Российская так называемая пухо-перовая смесь считается лучшей. И этому есть логичное объяснение. Пух отечественной птицы очень крупный и упругий, поскольку она обитает в более суровом климате, нежели ее европейские и китайские сородичи. Его поэтому чаще всего называют «сибирским» и высоко ценят зарубежные производители.

— Спасибо, Виктор Леонидович, а почему outdoor-продукция считается важным рыночным сегментом в экономике любого государства? Это ведь, по большей части, специализированное снаряжение и экипировка, которые не очень нацелены на массового покупателя. В чем значимость этой продукции?

— В большинстве развитых стран активный отдых очень популярен. К тому же компании-производители одежды для экстремальных видов отдыха и туризма всегда считались полигоном для создания новых технологий. К примеру, сверхпрочные, облегченные, морозо- и износоустойчивые ткани появились во многом благодаря outdoor-сегменту. В создании экипировки для военных и снаряжения спасательных подразделений зачастую используются технологические решения, придуманные outdoor-производителями. Это мировая практика с тех пор, как появилась данная индустрия. Специалисты этой сферы, по сути, обладают уникальным опытом и знаниями. С ними нередко консультируются эксперты военной и космической отраслей. А предприятия outdoor-сегмента, в свою очередь, использовали многие технологии космической промышленности. В частности, мембранную ткань, новые сплавы алюминия, сверхсовременные утеплители. Создание подобных технологических решений требует огромных затрат. Окупить их как раз и помогает outdoor-направление. Выходит, что государство, развивая эту отрасль, получает высокотехнологичные производства.

— Один из основных приоритетов российской промышленности сегодня – курс на импортозамещение. Коснется ли это продукции для туризма и экстремальных видов отдыха?

— Естественно, выбранный государством путь коснется всех без исключения сфер экономики. В стороне не останутся и outdoor-компании. Они уже активно включились в процесс импортозамещения. Повторюсь, отечественная продукция для туризма и активного отдыха не уступает по качеству импортной, но более привлекательна по цене на внутреннем рынке. Проблема в том, что массовый потребитель, в отличие от профессиональных спортсменов, военных или спасателей, мало знает об отечественных outdoor-товарах. И мы возлагаем большие надежды на эту международную выставку. Она дает прекрасную возможность российским производителям громко заявить о себе, в том числе и на мировом уровне.

— Можно ли сказать, что организация российского коллективного стенда на выставке «Outdoor-2015» — одна из мер государственной поддержки для отечественных производителей?

— Конечно! Причем с полной уверенностью. Спросите у самих участников Russian Outdoor Village, насколько для них важна поездка. Некоторые компании попали на эту крупнейшую в мире специализированную выставку впервые. Российским производителям, по сути, представился уникальный шанс обменяться опытом с западными коллегами, найти партнеров по бизнесу, новые рынки сбыта, заключить взаимовыгодные контракты.

— Кого бы вы особо выделили из отечественных производителей outdoor-продукции? Можете ли назвать самых сильных игроков на рынке среди представителей этого сегмента?

— Выделять кого-то – дело неблагодарное. Не хочу обижать остальных. Если вы внимательно ознакомитесь с российскими стендами на выставке, вы убедитесь, что каждое из предприятий, приехавших в Германию, считается довольно сильным игроком на рынке. Просто их продукция очень разная. Одни специализируются на высококачественной одежде, другие – на альпинистском снаряжении. У нас в России есть компании, которые шьют одежду для полярников и экипировку для профессиональных экспедиций. Ее можно использовать в условиях максимально низких температур. Одно из отечественных предприятий изготавливает шнур для фри-дайвинга на Северном полюсе. Буквально пару лет назад этот завод, закупив сверхсовременное оборудование, начал производить уникальную по своим свойствам страховочно-спасательную веревку для альпинистов. Их продукция, кстати, сегодня пользуется большим спросом в Таиланде.

— Вы имеете в виду ОАО «Канат» из Коломны? А какие еще отечественные компании активно сотрудничают с западными партнерами? Насколько наши производители сильны как экспортеры?

— Да, это бывшая коломенская канатная фабрика. Старейшее подмосковное предприятие, лидер по поставкам продукции для рыбодобывающих и судоходных компаний во все регионы России и СНГ. 15% его продукции сегодня идет на экспорт. Очень надеюсь, что благодаря этой поездке в Германию доля экспорта на предприятии увеличится еще больше. Компания «Венто», которую мы знаем как официального технического партнера Федерации альпинизма России, тоже активно работает с зарубежными заказчиками. Европейские рынки осваивает и компания «Сивера». Она по праву считается одним из лучших в мире производителей экспедиционной экипировки. Компания «Ред Фокс» уже открыла свои фирменные магазины в трех частях света: Европе, Азии и Америке. Это единственный партнер Gore-Tex в производстве спортивной одежды на территории России. «БАСК» тоже активно торгует с Европой, Канадой и другими странами не только знаменитым гусиным пухом, но и своей качественной, стильной одеждой. Так что наших экспортеров на Западе уже достаточно хорошо знают. Но мы нацелены не только на экспорт.

Российский рынок также заинтересован в появлении новых торговых площадок крупных зарубежных сетей, таких как «Декатлон» и «Адидас». Они обеспечивают солидные налоговые отчисления в бюджет и новые рабочие места. Открытие одного магазина приносит многомиллионные инвестиции в экономику государства. Мы хотим убедить наших западных партнеров в том, что Россия не только отличный рынок для ведения торговли. Наша страна обладает очень мощной производственной базой, высокотехнологичным оборудованием, а также высококлассными специалистами и заинтересована в размещении заказов от крупнейших торговых марок, таких как «Адидас» и «Декатлон».

— Известно, что вы на профессиональном уровне занимались спортом. К тому же возглавляли региональные отделения крупнейших союзов в Санкт-Петербурге: Федерацию гребного спорта, Федерацию горнолыжного спорта и сноубординга, Федерацию хоккея Санкт-Петербурга. А сейчас входите в попечительский совет Федерации хоккея России. Говорят, что вы мастер спорта по академической гребле и, по слухам, имеете черный пояс по боевым искусствам. Если не секрет, лейблы каких производителей на вашей спортивной форме?

— Спорт в моей жизни появился с самого детства, за что благодарен своим родителям, которые отвели меня в первую спортивную секцию. Это было плавание и академическая гребля. После возвращения из армии пару лет играл в регби, занимался боевыми искусствами. Очень люблю сноуборд и горные лыжи. На лед встал, уже будучи зрелым человеком, в то самое время, когда для большинства учеба давно осталась позади. Конечно, я понимал, что высокого технического уровня в этом возрасте добиться невозможно, но к своим тренировкам всегда подходил очень ответственно. И результат не заставил себя долго ждать. Так, весной 2013 года меня выбрали капитаном команды «Невский легион», которая в этом году заняла первое место в Ночной хоккейной лиге. Сейчас регулярно выхожу на лед в хоккейном свитере «Армия России», пошитом, кстати, у нас.

Полагаю, что спорту, а уж тем более туризму все возрасты покорны.

Безусловно, у меня есть как импортная спортивная амуниция, так и отечественная. Ведь у любого итальянца, француза, японца гардероб состоит не только из национальных марок, разделение труда и кооперацию еще никто не отменял.

Кстати, Минпромторг не так давно проводил исследования: сейчас наши покупатели выбирают в пользу «made in Russia», в первую очередь, из-за оптимального соотношения цена – качество.

Германия. Россия. Весь мир > Легпром > minpromtorg.gov.ru, 16 июля 2015 > № 1433672 Виктор Евтухов


Таджикистан > Легпром > news.tj, 14 июля 2015 > № 1475140

Одно из крупнейших текстильных предприятий Таджикистана «Кабоол Точик Текстайлз», расположенное в Худжанде, возобновляет свою деятельность после семилетнего простоя.

Как сообщает пресс-служба мэрии Худжанда, предприятие, согласно поручению президента РТ Эмомали Рахмона, должно возобновить деятельность по переработке отечественного хлопка.

Ожидается, что восстановительные работы завершатся до конца текущего месяца, а с середины августа предприятие заработает. В восстановительных работах и замене оборудования предприятия участвуют свыше 70 специалистов. Данные работы ведутся под руководством специалистов германской компании «BIMAKO».

В сообщении отмечается, что сегодня на базе «Кабоол Точик Текстайлз» образовано ЗАО «Ресандаи Точикистон РБТ».

Предприятие «Кабоол Точик Текстайлз», которое занималось в течение нескольких лет переработкой хлопка и производством из него ткани, приостановило свою деятельность в 2008 году. На предприятии работало в трех сменах более 2,3 тыс. человек, которые получали хорошую по таджикским меркам заработную плату.

Таджикистан > Легпром > news.tj, 14 июля 2015 > № 1475140


Белоруссия > Легпром > belta.by, 2 июля 2015 > № 1421066

Изделия из натурального меха в Беларуси будут маркировать RFID-метками. Об этом сообщил сегодня журналистам председатель Государственного комитета по науке и технологиям Александр Шумилин, передает корреспондент БЕЛТА.

Меховые изделия будут промаркированы контрольными знаками - радиочастотными RFID-метками (от англ. Radio Frequency Identification - радиочастотная идентификация). Они позволят покупателю в считанные минуты узнать информацию о товаре в специальной автоматизированной системе, где содержатся описания товаров в формате, соответствующем международным стандартам электронной торговли. Зайти в банк со смартфона поможет специальная бесплатная программа. Производителям, логистическим провайдерам, объектам торговли и контролирующим органам узнать данные о товаре поможет специальный мобильный или стационарный RFID-считыватель.

Новая технология поможет бороться с контрафактной продукцией, она разрабатывалась для защиты внутреннего рынка. "Ее внедрение позволит контролировать легальность происхождения и перемещения товара. Что важно - сделать это сможет любой потребитель с помощью своего телефона", - отметил Александр Шумилин.

Сейчас система маркировки меховых изделий с применением RFID-технологий уже внедрена в фирменном магазине "Королевство меха" торгового унитарного предприятия "Белкоопвнешторг Белкоопсоюза". Как пояснил Александр Шумилин, стоимость RFID-метки составляет около Br15 тыс., поэтому существенно повлиять на стоимость мехового изделия маркировка не сможет. "При выпуске большей партии RFID-меток ее стоимость снизится еще больше", - уточнил он.

Председатель ГКНТ напомнил, что в будущем ЕАЭС запустит пилотный проект по маркировке меховых изделий для контроля легальности импорта. "В ЕАЭС это планируется сделать с 1 января 2016 года, думаю, в Беларуси мы систему запустим раньше", - добавил он.

Ранее в Беларуси RFID-технологии уже были внедрены в системе мониторинга бланков строгой отчетности и библиотечной системе. Помимо этого, RFID-метки начинают наносить на студенческие билеты.

Белоруссия > Легпром > belta.by, 2 июля 2015 > № 1421066


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter