Всего новостей: 2136304, выбрано 454 за 0.105 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fish.gov.ru, 23 июня 2017 > № 2220016

Илья Шестаков: ожидаем, что весь объем инвестквот будет востребован

Росрыболовство начало сбор заявок на участие в распределении квот на строительство судов и рыбоперерабатывающих береговых фабрик

О старте заявочной кампании, требованиях к инвесторам и порядке отбора инвестиционных проектов в области судостроения и рыбопереработки рассказал заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации – руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков на встрече с журналистами в международном мультимедийном пресс-центре МИА «Россия сегодня» 23 июня.

«К лету этого года мы завершили очередной важный этап работы по качественному обновлению рыбохозяйственного комплекса России, который начали в 2015 году. На прошлой нашей встрече в декабре 2016 года я говорил об одной из приоритетных задач на 2017 год – это принятие пакета по инвестквотам, проведение заявочной кампании и отбор инвестиционных проектов. Первая часть выполнена, к реализации второй мы уже приступили», – отметил Илья Шестаков.

Инвестиционные квоты – новая мера государственной поддержки, направленная на модернизацию рыбопромыслового флота и развитие переработки рыбной продукции. Она предусматривает выделение квот специально под инвестиционные цели, а именно на проекты по строительству современных рыбопромысловых судов на отечественных верфях и береговых перерабатывающих фабрик. Этот инструмент вошел в пакет поправок закон о рыболовстве, подписанный Президентом России 3 июля 2016 года. Обновленный закон во многом определил дальнейшее развитие рыбохозяйственной отрасли в Российской Федерации.

Глава Росрыболовства подчеркнул, что с момента принятия закона шла планомерная работа над механизмом распределения инвестквот. К 1 июня Правительством России утверждены все необходимые подзаконные акты и стартовала заявочная кампания по участию в распределении инвестквот. Сбор заявок продлится полгода. В декабре специальная комиссия, которая будет создана при Росрыболовстве, определит перечень проектов, прошедших отбор.

«Впервые не только в российской, но и в мировой практике, внедряется механизм, который позволит с помощью нематериальных активов привлечь значительные денежные средства. Без дополнительных бюджетных расходов инвестквоты способны привлечь свыше 200 млрд рублей инвестиций в строительство флота и береговых заводов в течение 5-7 лет. В результате могут быть построены свыше 100 судов и 10 крупных береговых заводов, что позволит увеличить годовой вклад отрасли в ВВП более чем на 50 млрд рублей», – отметил руководитель Росрыболовства.

После заявочной кампании комиссия проведет отбор проектов. Планируем, что список претендентов на инвестквоты будет готов в декабре 2017 года.

Говоря, о том, какие требования предъявляются к соискателям, Илья Шестаков подчеркнул, что за господдержкой могут обратиться юридические лица и индивидуальные предприниматели. Для участия в процедуре отбора заявитель должен внести финансовое обеспечение в размере 5% стоимости объекта инвестиций, это могут быть денежные средства или банковская гарантия, направить сведения о виде и типе объекта инвестиций – судна или берегового завода, приложить инвестиционный проект, копию договора на строительство, предоставить гарантию соблюдения требований к локализации при постройке судна, требований к вылову или к производству продукции.

Если совокупное количество долей квоты на инвестиционные цели по отобранным проектам превысит 100%, между заявителями будет проведен аукцион на понижение размера инвестквоты. Актировать закрепление квот будет Росрыболовство. Нераспределенные объемы перейдут на следующий год. При этом осваивать ресурс можно будет только после ввода объекта инвестиций в эксплуатацию.

Илья Шестаков подчеркнул интерес бизнеса к механизму. По данным Объединенной судостроительной корпорации, уже заключены контракты на строительство 9 судов, подписаны опционные соглашения на строительство до 10 судов, контракты на строительство от 6 до 8 судов находятся в финальной стадии согласования. На верфях, не входящих в АО «ОСК», рыбопромышленники разместили заказы на строительство 4-х судов, планируется к подписанию в ближайшее время и контракт на строительство еще 2 судов. «В итоге суммарно в работе на разных стадиях мы имеем более 30 заявок на постройку новых рыбопромысловых судов. С момента подписания постановлений прошло не более месяца, а всего в рамках инвестиционной квоты запланировано построить около 100 единиц флота. Не менее активный спрос прогнозируем и по объектам переработки. Пока намерения и планы отдельных предпринимателей озвучены устно, но ожидаем, что вся инвестквота будет востребована, особенно на Северном бассейне», – отметил глава Росрыболовства.

Далее в ходе пресс-конференции, отвечая на вопросы журналистов, Илья Шестаков рассказал о реализации стратегии по развитию морских портовых терминалов, о рыбоохранных мероприятиях и результатах борьбы с незаконным промыслом, в том числе нелегальным экспортом крабов и лососевых, о планах по развитию товарной аквакультуры и других актуальных направлениях деятельности Агентства.

Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fish.gov.ru, 23 июня 2017 > № 2220016


Россия. ЦФО > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 22 июня 2017 > № 2222414 Сергей Мазохин

«Вымпел» готов к кампании по инвестквотам.

В конце апреля в Рыбинске на встрече с представителями деловых кругов президент Владимир Путин поинтересовался у генерального директора судостроительного завода «Вымпел» Олега Белкова, заработали ли квоты на инвестиционные цели. Положительный ответ глава государства оценил как подтверждение правильности принятого решения. По словам руководителя предприятия, новый вид квот позволил, наконец-то, сдвинуть эту тему с мертвой точки, разработать современные проекты траулеров и начать переговоры по их постройке с рядом мурманских компаний. Какие суда с прицелом на инвестквоты «Вымпел» может предложить рыбопромышленникам, нужна ли отрасли серийность и кому будет полезен судовой утилизационный грант, в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал начальник управления гражданского судостроения завода Сергей Мазохин.

– Сергей Владимирович, завод «Вымпел» еще в прошлом году озвучил планы по сотрудничеству с рыбаками для строительства современных рыбопромысловых судов. Как продвигается работа в этом направлении?

– Мы ведем достаточно плотную работу с рыбаками Северного бассейна – они проявляют активный интерес к теме обновления флота. В том числе взаимодействуем с членами Ассоциации прибрежных рыбопромышленников и фермерских хозяйств Мурмана, с которой у нас подписано соглашение о сотрудничестве. Сейчас проходят переговоры с несколькими компаниями о строительстве малых траулеров-свежьевиков длиной от 30 метров для прибрежного рыболовства. Идет предконтрактная работа, мы выверяем последние штрихи в проектах.

Что касается строительства судов для Дальнего Востока, то здесь есть один важный аспект – это большое расстояние по морю. Перегон судна с нашей строительной площадки во Владивосток или Петропавловск-Камчатский потребует определенного времени и станет дополнительной финансовой нагрузкой для рыбопромысловой компании. Но в случае, если будет заинтересованность со стороны дальневосточников, мы готовы рассмотреть все возможные варианты сотрудничества по строительству судов.

– В каких судах заинтересованы заказчики и какие основные пожелания они выдвигают?

– Основные пожелания рыбопромышленников сводятся к тому, чтобы судно было надежным и эффективным на промысле. Под эффективностью я подразумеваю правильные размерения судна, которые обуславливают его мореходные качества, грамотное расположение помещений и промыслового оборудования, чтобы была возможность поднимать тяжелые тралы, размещать и обрабатывать рыбу, выгружать ее на берег. Это главные требования.

Хочу сказать, что рыбакам не нужны чересчур сложные суда, флот должен быть простым в эксплуатации. Еще одно немаловажное требование – суда должны быть ремонтопригодными в условиях той производственной базы, которая существует на Северном бассейне. Чтобы не получилось так, что рыбак приобретет уникальное судно, которое невозможно отремонтировать в месте базирования и при необходимости ремонта его нужно перегонять на специализированные ремонтные площадки и нести при этом дополнительные затраты и убытки, связанные с длительным перерывом промысла.

В принципе, концепция судов абсолютно стандартная, ничего ультрасложного рыбаки не требуют: один главный двигатель, поворотная либо стационарная насадка, современное радиооборудование, удобное для осуществления производственной деятельности расположение помещений. Оборудование должно быть простым и безотказным. Рыбакам не нужны дорогие интерьеры, это не круизный лайнер, нужна надежная рабочая лошадка с привычной обстановкой. Иногда высказываются пожелания по дизайну, но, как правило, они направлены на то, чтобы траулер выглядел более современно, чем те суда, которые сейчас находятся в эксплуатации.

– В Росрыболовстве ожидают, что обновление флота в ближайшие годы будет происходить в рамках реализации программы инвестиционных квот. При этом в подзаконных актах прописаны довольно жесткие сроки и условия строительства. Насколько интересно «Вымпелу» участие в этом проекте? И какие типы судов, вошедших в перечень, наиболее отвечают возможностям, техническому оснащению и компетенциям вашего завода?

– Программа инвестиционных квот нам очень интересна, об этом говорил генеральный директор завода Олег Белков на встрече с президентом. Жесткие сроки и условия нас не пугают. Мы готовы участвовать в подготовке документов для инвестпроектов совместно с нашими партнерами-рыбаками. Будем не только готовить документацию, связанную со строительством судов, но и помогать рыбакам при формировании всего комплекта документов для заявок и инвестпроектов по вопросам, относящимся к нашей компетенции. Соответственно, мы рассчитываем, что рыбопромысловые компании, строящие суда на нашей верфи, смогут получить инвестиционные квоты и осуществлять вылов рыбы в объеме, предусмотренном законом.

Если мы говорим о Северном рыбохозяйственном бассейне, то речь может идти о судах-свежьевиках длиной свыше 30 метров и средних траулерах-процессорах и ярусоловах длиной свыше 55 метров. Такие суда соответствуют как нашим производственным возможностям, так и требованиям к объектам инвестиций, указанным в постановлениях Правительства. Мы вполне можем производить эти суда в штатном режиме без каких-либо дополнительных затрат на переоборудование производственных мощностей.

В принципе, суда по своей конструкции примерно одинаковы – корпус, движители, пропульсивная установка, радионавигация, электрика. Промысловые суда, безусловно, имеют особенности, связанные со спецификой деятельности, – большой объем трюмов, наличие специального промыслового оборудования и другие. При проектировании мы учитываем эти особенности. Таким образом, ограничение в типах судов, строительство которых мы могли бы осуществлять, связано только с местом расположения нашей верфи, которое позволяет выводить по реке в море малотоннажные и среднетоннажные суда.

– Споры вокруг типов судов, вошедших в список для инвестиционных квот, еще раз показали, насколько индивидуальны и различны запросы рыбопромышленников. С другой стороны, российские судоверфи никогда не скрывали, что предпочитают иметь дело с серийным строительством. Как вам кажется, в таких условиях появление типовых проектов – это утопия или отрасль все-таки сможет договориться? И как отражается серийность на снижении стоимости и сроков изготовления судна?

– Сейчас многие рыбопромышленные компании уже разместили свои заказы на морских судостроительных заводах в России. Мы видим, что градация типов судов присутствует, какая-то небольшая серийность прослеживается, но, как правило, она охватывает не более четырех проектов. Серийность заключается в унификации технологии строительства судов. Унификация может быть выражена в единой проектной документации, технологических документах, технологической оснастке, а также отработанных кооперационных связях. Все это позволяет второе и последующие суда строить быстрее и с меньшей трудоемкостью, что, безусловно, сказывается на их цене.

Такое утверждение основано не только на опыте, но и на нормативных документах по расчету трудоемкости строительства рыбопромысловых судов, предусматривающих применение коэффициента 1,75 при строительстве головного судна и уменьшение этого коэффициента для каждого последующего судна серии. Таким образом, заказ серии судов позволяет снизить стоимость строительства за счет снижения трудоемкости, отсутствия необходимости платить за проектную документацию и технологическую оснастку. Кстати, стоимость услуг морского регистра тоже зависит от серийности – чем больше судов в серии, тем стоимость ниже.

Хотелось бы обратить внимание на то, что серийность не означает необходимости для рыбаков строить совершенно одинаковые суда. Одинаковыми должны быть только основные параметры судна и базового оборудования (двигательной установки, энергетики, радионавигации), что позволяло бы осуществлять строительство по одному проекту. В то же время промысловое и рыбообрабатывающее оборудование может быть различным и устанавливаться в соответствии с индивидуальными пожеланиями заказчиков.

Что касается влияния серийности на сроки строительства, то, конечно, строительство второго и последующих судов по отработанным технологиям осуществляется быстрее, чем строительство головного судна.

– Постановлением Правительства от 27 апреля 2017 года № 502 утверждены правила субсидирования судовладельцам части затрат на приобретение новых судов, взамен сданных на утилизацию. Смогут ли рыбаки воспользоваться этой преференцией для обновления промыслового флота и для каких предприятий и судов утилизационный грант может стать выгодным решением?

– Безусловно, принятие этого постановления – хорошая альтернатива для рыбаков, владеющих старыми изношенными судами, но по каким-либо причинам не планирующих обновление судов с использованием инвестиционного механизма.

По условиям постановления при утилизации старого судна его владелец может получить субсидию в размере до 10% стоимости строительства нового аналогичного судна, но не более 70 млн рублей. Из объема субсидируемых бюджетных средств уже понятно, что это судно не может быть крупным, потому что 700 млн рублей – это стоимость судна длиной порядка 40-45 метров. Стоимость строительства среднетоннажного рыбопромыслового судна длиной 50-58 метров начинается от 1,6-1,9 млрд рублей.

Мы не видим нормативных документов, из которых бы следовало, что предприятия будут заниматься утилизацией бесплатно, значит, заказчик должен утилизировать судно за собственные средства. При этом чем крупнее судно, тем дороже его утилизация. С моей точки зрения, утилизационный грант в большей степени интересен для компаний, которые владеют небольшими судами, поскольку их утилизация не будет дорогой, но при этом позволит компании получить субсидию в размере 10% стоимости нового судна.

Постановление допускает и возможность получения субсидии на строительство более крупного судна за счет утилизации нескольких мелких, поскольку расчет соответствия замены производится на основании размера водоизмещения нового и старых судов порожнем. Однако в любом случае размер субсидии не будет превышать 70 млн рублей, что для нового крупнотоннажного судна составит небольшой процент стоимости его строительства. Поэтому, мне кажется, владельцам крупнотоннажных судов интереснее обновлять флот с использование программы предоставления квот на инвестиционные цели, нежели утилизационного гранта.

– Требования к объектам инвестиций, под которые выделяются квоты, предусматривают определенный уровень локализации строящихся судов – не менее 30% до 2020 года и не менее 40% после этого срока. Причем на территории России должен быть изготовлен корпус судна, разработана конструкторская и технологическая документация, а с 2020 года – построен судовой главный двигатель. На ваш взгляд, насколько реально выполнить эти требования?

– Думаю, это вполне реально, если говорить о заявках, поданных до 2020 года. В 30% локализации мы уложимся, потому что судостроительная сталь и другие материалы, как и часть оборудования, будут российского производства. Другие требования – по производству корпуса и разработке технической документации, необходимой для строительства, – также выполнимы. Если добавить к этому работы, производимые на судоверфи, то требуемый уровень локализации достигается с запасом.

После 2020 года могут возникнуть проблемы в первую очередь по главному двигателю. Вопрос в том, будет ли в нашей стране компания, которая сможет производить надежные, эффективные и разнообразные силовые установки для рыбопромысловых судов. При строительстве судна выбор двигателя осуществляется в соответствии с его массогабаритными характеристиками, буксировочной мощностью, ресурсностью и другими параметрами. При этом двигатель подбирается для каждого конкретного типа судна. Но типов рыбопромысловых судов на сегодняшний день очень много, начиная от небольших траулеров для прибрежного лова и заканчивая крупнотоннажными судами.

Мировая промышленность дает возможность подобрать оптимальный вариант. Если мы не найдем подходящего двигателя в линейке одного производителя, то просто пойдем к другому. Насколько мне известно, аналогичной широкой линейки двигателей в России сейчас не выпускает ни один завод.

Более того, специфика работы рыбацких судов предъявляет особые требования к таким установкам. Поскольку двигатель один, он должен быть надежным, экономичным и иметь большой срок службы даже при круглогодичной эксплуатации в суровых условиях Северного или Дальневосточного бассейна. Двигатель должен быть среднеоборотный, с ресурсом порядка 60 тыс. мото-часов и соответствовать правилам регистра, международным экологическим и иным нормам. Мы надеемся, что российские производители смогут до 2020 года представить линейку двигателей, гарантированно отвечающих всем этим требованиям. При этих условиях есть вероятность, что рыбаки будут готовы заказывать строительство новых судов с российской энергетической установкой.

Анна ЛИМ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ЦФО > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 22 июня 2017 > № 2222414 Сергей Мазохин


Россия. ДФО > Рыба > forbes.ru, 20 июня 2017 > № 2215849 Илья Шестаков

Лови краба: глава Росрыболовства о квотах на вылов приморского краба и борьбе с браконьерством

Илья Шестаков

Заместитель Министра сельского хозяйства Российской Федерации — руководитель Федерального агентства по рыболовству

В мае 2017 года в Приморье распределили квоты на вылов краба. Почему сделать это не получалось семь лет и что корабли под флагами республики Того делают в Охотском море, рассказывает глава Росрыболовства Илья Шестаков

Приморский край, Находка. Пятого апреля, пограничники задержали граждан одной из стран Юго-Восточной Азии. Предприниматели организовали в нежилом здании цех по переработке незаконного добытого краба. Всего изъято более 1,6 тонн примерно на 1,5 млн рублей. Живой краб выпущен в естественную среду обитания. Но это, к сожалению, не единичный случай.

Краб — не селедка, то есть не народный продукт. Но об этом вряд ли подумаешь, зайдя на рынок во Владивостоке или другом городке Приморья. Предложение разнообразно: живой, мороженый, целиком и частями, чищенный и консервированный, камчатский, синий, стригун, равношипый. Цены ниже среднерыночных. Откуда товар? Из «прибрежки». Вот только промысел в прибрежный водах Приморья рыбопромышленные компании не ведут уже более семи лет. И запрета на вылов все это время не было. Однако в силу сложившихся обстоятельств прибрежные квоты до сих пор не были распределены. Очевидно, что весь краб — результат бытового браконьерства, явления широко распространенного среди местного населения. Как с этим бороться, до сих пор было непонятно, рейды на рынках — точечные меры, слухи о зачистке разносятся моментально. В результате любительский вылов краба скоро переплюнет по масштабам промышленный.

Почему не вели спецпромысел? История давняя.

Во Владивостоке в 2010 и 2012 годах квоты на вылов крабов в Приморье разыграли на аукционах. Победителем 2010 года стала одна компания. По всем 4 лотам. Этой же компании достаются 7 из 10 лотов на торгах 2012 года. В обоих случаях предложенная победителем цена незначительно отличалась от стартовой. В первый раз стоимость квот выросла с 35,8 млн до 37 млн рублей, по итогам второго аукциона — крабы подорожали с 365 млн до 371 млн рублей. Ситуацией заинтересовалась ФАС, которая усмотрела в действиях участников торгов нарушение закона о защите конкуренции. Был выявлен картельный сговор. Вырученная от продажи лотов скромная сумма чуть более 408 млн рублей так и не дошла до казны: договоры были расторгнуты в судебном порядке, а крабы остались в акватории Приморья.

В мае 2017 года «приморские» квоты все же ушли с молотка почти за 23 млрд рублей. Сумма в 56 раз превысила результат торгов 2010 и 2012 года. Организатором выступило Федеральное агентство по рыболовству, полномочия по проведению крабовых аукционов перешли в Москву только в феврале этого года соответствующим постановлением Правительства. Квоты наконец-то обрели владельцев, а госбюджет пополнился значительной суммой. Увидят ли этих крабов потребители? Надеемся, что да.

Не секрет, что крабы, которых добывают суда в российской экономзоне Дальнего Востока, а это удаленные от побережья акватории Охотского, Японского и Берингова морей, по большей части, отправляются на экспорт прямо из района промысла. На континент попадает около 10% и те сразу уходят в мегаполисы и крупные сети.

Сейчас на майских торгах мы распределили «прибрежные квоты». Согласно поправкам в отраслевой закон, принятым в июле 2016 года, весь улов в прибрежной зоне рыбаки обязаны доставлять на берег того региона, где эти квоты выделены. И теперь на внутреннем рынке начнется серьезная борьба легального и нелегального краба, если, конечно, у браконьеров останется экономический интерес продолжать мутное дело.

Системная работа по легализации рынка началась, но остается еще много темных мест — речь о промысле в море. В 2016 году краболовы добыли более 74 000 тонн, из них на Дальнем Востоке — около 57 000 тонн. Это один из самых высоких показателей освоения с 2007 года. Речь, конечно, о зарегистрированных уловах.

Крабов «без паспорта» считают наши коллеги из пограничной службы ФСБ. В конце мая прошлого года пограничники арестовали в Охотском море два судна под флагом Республики Того, перевозивших живого краба и крабовую продукцию без документов. Спустя несколько дней пограничники Сахалинской области задержали другое тоголезское судно с неопознанным крабом на борту. В центральной части Охотского моря только с привлечением авиации удалось поймать еще два краболова под флагами Республики Того. Причем первый из «подфлажников» уже проходил в криминальных сводках: судно задерживали в апреле 2015 года с тоннами нелегально добытого краба, тогда капитана приговорили к крупному штрафу и возмещению ущерба в 6 млн рублей. В январе этого года в Охотском море пограничным сторожевым кораблем обнаружен транспортный рефрижератор под флагом Танзании. Капитан попытался скрыться, во время преследования не обошлось без предупредительной стрельбы. На борту обнаружены 17 тонн краба без документов.

Конечно, жизнь браконьерам значительно усложнили соглашения по борьбе с нелегальным промыслом, подписанные Россией со всеми странами Азиатско-Тихоокеанского региона. В Китае, Корее, Японии, США сегодня нельзя выгрузить продукцию без выданного нашей страной сертификата легальности происхождения улова. По результатам 2016 года удалось проконтролировать законность вылова около 80% вывозимых из Российской Федерации крабов, в 2015 году этот показатель был на уровне 60%. Вместе с тем, не решена проблема в целом. Сегодня сложно препятствовать возвращению задержанных браконьерских судов на нелегальный промысел. И в случае, если нарушитель успел избавиться от незаконного улова и при задержании на борту не оказалось краба, судно вновь ворует валютоемкий национальный ресурс.

Мы уже работаем над федеральным законом по утилизации браконьерской продукции до судебных решений, очевидно, что аналогичные или другие действенные меры нужно принимать и в отношении судов нарушителей.

В этом году разрешенный объем вылова крабов на Дальнем Востоке и в Северном бассейне достиг рекордного показателя за всю историю отечественного крабового промысла — 83 600 тонн. И важно, чтобы и крабы, и деньги, пошли в нужное русло: в прибыль добросовестным рыбакам и государственную казну.

Россия. ДФО > Рыба > forbes.ru, 20 июня 2017 > № 2215849 Илья Шестаков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 15 июня 2017 > № 2216557 Роман Гранатов

Мы должны обеспечить разумный баланс между добычей и сохранением биоресурсов.

Роман ГРАНАТОВ, Заместитель председателя Законодательного собрания Камчатского края.

Использование жаберных сетей – острый вопрос в Камчатском крае. По теме высказываются рыбопромышленники, краевые депутаты и, конечно, ученые. Совсем недавно, в мае, тему рассмотрел ДВНПС: совет поставил перед отраслевыми институтами задачу подготовить предложения об ограничениях использования плавных и ставных сетей при добыче анадромных видов рыб на рыбопромысловых участках. Fishnews продолжает следить за ситуацией. На этот раз на нашей площадке свою позицию высказал заместитель председателя Законодательного собрания Камчатского края Роман Гранатов:

– Вопрос регулирования использования ставных, или, как их еще называют, жаберных, сетей с начала года неоднократно поднимался Законодательным собранием Камчатки на различных площадках.

Основанием послужили поступившие в наш адрес обращения ряда ассоциаций рыбопромышленников о запрете использования сетей. Дело в том, что в последние годы резко усилился промысловый пресс на морских рыбопромысловых участках именно по причине применения жаберных сетей.

Традиционным, щадящим орудием лова, которое позволяет регулировать проход лососей на нерест, являются ставные невода. Ответственные предприятия, заинтересованные в воспроизводстве лосося и сохранении его популяции, используют на промысле только их. Однако отдельные рыбопромышленники стали массово применять более дешевые жаберные сети. Чтобы вы понимали, такие сети представляют собой практически сплошное нейлоновое полотно, которое ничего через себя не пропускает. Как правило, они выставляются в линию или в шахматном порядке на всю протяженность морского участка на продолжительное время. При этом никто не контролирует ни параметры сетей, ни порядок их использования. В результате полностью перекрываются большие участки побережья, и лосось не может пройти в реки на нерест. Соответственно, встает угроза для воспроизводства популяции.

Кроме того, жаберные сети создают серьезную угрозу экологии акватории, а также безопасности мореплавания. Рыбопромышленники не особо дорожат такими орудиями лова из-за дешевизны, поэтому, когда сети отрываются и дрейфуют, их никто не собирает. Запутываясь в брошенных сетях, погибает значительное количество птицы и морского зверя, чем наносится непоправимый ущерб животному миру полуострова. Также неоднократно были зафиксированы случаи наматывания дрейфующих сетей на винты промысловых судов, а это уже чревато трагедиями.

Конечно, мы понимаем, что полностью запретить жаберные сети невозможно. В ряде рыбопромысловых районов, в особенности на севере западного побережья Камчатки, из-за особенностей рельефа морского дна, частых сильных штормов, мощнейших приливов и отливов использовать ставные невода просто нереально – там могут применяться только жаберные сети. Кроме того, их традиционно используют коренные малочисленные народы Севера, а также рыболовы-любители и рыболовы-спортсмены. Мы имеем возможность отрегулировать этот вопрос на региональном уровне, но для этого нам необходимо наделить краевую комиссию по регулированию добычи (вылова) анадромных видов рыб правом вводить частичный запрет на использование жаберных сетей исходя из промысловой обстановки. И это мнение уже поддержало все дальневосточное рыбацкое сообщество – в ноябре Дальневосточный научно-промысловый совет направил в Минсельхоз России рекомендации внести в приказ о порядке деятельности комиссии поправки, которые дают право устанавливать орудия и способ добычи лосося. Со своей стороны, Законодательное собрание Камчатского края в этом году направило обращение премьер-министру Дмитрию Медведеву с просьбой ускорить решение данного вопроса.

Мы все понимаем, что камчатское стадо дикого лосося – это национальный запас, который нужно беречь и очень рачительно использовать. Если мы хотим, чтобы будущие поколения россиян тоже знали вкус дикого лосося, необходимо обеспечить разумный баланс в рыбохозяйственном секторе между добычей и сохранением биоресурсов. Считаю, что это стратегический вопрос государственной важности.

Ксения ПИСАРЕВА

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 15 июня 2017 > № 2216557 Роман Гранатов


Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 14 июня 2017 > № 2210226 Юрий Алексеев

Юрий Алексеев: Некоторые положения по инвестквотам вызывают вопросы.

Критерий определения длины судна в требованиях к объектам инвестиций отличается от предварительно установленного и повлечет дополнительные затраты для компаний, отмечает председатель Совета Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота Юрий Алексеев.

В конце мая этого года принят пакет постановлений правительства, регулирующих выделение инвестиционных квот на вылов водных биоресурсов. «По нашему мнению, принятые решения в целом обеспечивают благоприятные условия для увеличения вложений в строительство современных рыбопромысловых судов и перерабатывающих мощностей и дадут мощный импульс инвестиционному процессу», – отметил председатель Совета Ассоциации судовладельцев рыбопромыслового флота Юрий Алексеев в интервью Fishnews. В то же время эксперт обратил внимание, что некоторые положения этих постановлений негативно повлияют на окупаемость вложений.

«В нарушение установленного порядка согласования и без учета мнения рыбацкого сообщества в постановлении от 25 мая 2017 года № 633 изменен по сравнению с внесенным в правительство вариантом этого документа один из основных критериев отнесения судов к типу инвестиций. Изменение повышает требования к объектам инвестиций и, соответственно, сумму необходимых вложений, – подчеркнул руководитель АСРФ. – В частности, ранее обсуждавшийся критерий «длина наибольшая» заменен на критерий «длина, определяемая по правилам обмера морских судов, установленным международными договорами Российской Федерации».

Юрий Алексеев рассказал, что при классификации судов Российским морским регистром судоходства используются несколько показателей длины судна, однако содержание и порядок исчисления каждого из этих критериев существенно различаются. Порядок исчисления основных размеров судов определен в ГОСТе 1062-80 «Размерения надводных кораблей и судов главные». Согласно этому ГОСТу, наибольшая длина судна определяется как «расстояние, измеренное в горизонтальной плоскости между крайними точками теоретической поверхности корпуса судна в носовой и кормовой оконечностях». В соответствии же с пунктом 8 статьи 2 Международной конвенции по обмеру судов 1969 года «длина судна означает длину, равную 96% полной длины, взятой по ватерлинии».

Глава ассоциации отметил, что выбор критерия размеров судов неоднократно обсуждался в Росрыболовстве с участием рыболовных компаний, в результате было принято решение использовать показатель «длина наибольшая». Соответственно, величина инвестиционных долей квот вылова была установлена для каждого типа объекта инвестиций применительно к этому показателю. Это решение нашло отражение в проекте постановления, который министр сельского хозяйства Александр Ткачев 29 декабря направил в правительство.

На основании выбранного критерия наибольшей длины судна была сформирована оптимальная структура рыбопромыслового флота для каждого направления рыболовства. Рыболовные компании при определении оптимальных для них типов добывающих судов и при заказе разработки соответствующих технических проектов также отталкивались от этого критерия. «Более того, ряд инвесторов, основываясь на согласованных на стадии рассмотрения нормативно-правовых актах, разместили заказы на российских верфях. Теперь же им необходимо в срочном порядке менять проекты, нести дополнительные затраты, повторяю, не обоснованные с точки зрения здравого смысла, заказывая траулеры худшей функциональности и окупаемости», – подчеркнул Юрий Алексеев.

По его словам, для одного и того же судна значения предполагавшегося и итогового критериев могут различаться на 15% и более.

«Влияние замены критерия на окупаемость велико. Представьте, что рыболовная компания, исходя из ранее согласованного критерия, намеревается построить траулер-процессор наибольшей длиной свыше 105 м, который относится к типу объектов инвестиций «А». Исходя из этого, с учетом причитающейся на выбранный объект доли инвестиционных квот вылова, компания рассчитала сумму инвестиций для строительства судна и окупаемость вложений. Постановление правительства изменило критерий, но значение осталось прежним. При длине судна, определенной согласно конвенции об обмере судов 1969 года, свыше 105 м, наибольшая длина составит уже около 120 м, а это совсем другое судно. Теперь чтобы получить установленную для объекта типа «А» инвестиционную долю квот вылова необходимо инвестировать в постройку более крупного и более дорогого судна. Поскольку более крупное судно стоит дороже, а масштабы господдержки инвестиций не меняются, то сроки окупаемости вложений увеличиваются», – привел пример руководитель ассоциации. Он подчеркнул, что в этих условиях риски инвестирования существенно возрастают.

Также Юрий Алексеев обратил внимание на другие проблемные вопросы. В частности, на отсутствие в стране условий для производства отечественных дизельных двигателей, которыми требуется укомплектовывать суда под инвестквоты, и на критерии производства рыбной продукции из «инвестиционных» уловов.

Россия > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 14 июня 2017 > № 2210226 Юрий Алексеев


Китай > Металлургия, горнодобыча. Экология. Рыба > russian.china.org.cn, 4 июня 2017 > № 2197219

Завершив на днях пять погружений в Марианской впадине, китайский батискаф "Цзяолун" в воскресенье начнет свое первое погружение в глубоководном желобе Яп в Тихом океане в рамках третьего этапа 38-й китайской океанологической экспедиции.

В желобе Яп "Цзяолун" также совершит пять погружений, глубина первого погружения достигнет 4100 м. Последнее погружение "Цзяолуна" в рамках данного этапа экспедиции намечено на 12 июня.

Ожидается, что во время первого погружения в Яп будет протестировано состояние работы батискафа, проведена всесторонняя проверка всех технических характеристик аппарата, придонное наблюдение, сбор образцов воды и, по возможности, -- макробентоса, донных отложений, горных пород и др.

С 2012 года "Цзяолун" совершил 20 погружений в Марианской впадине. На данный момент самое глубокое погружение батискаф "Цзяолун" совершил в июне 2012 года, когда опустился на глубину 7062 м.

38-я китайская океанологическая экспедиция стартовала 6 февраля 2017 года и проводится в три этапа. На первом этапе научные исследования были проведены в северо-западной части Индийского океана, на втором - в Южно-Китайском море, а на третьем они проходят в районе Марианской впадины и желоба Яп.

Китай > Металлургия, горнодобыча. Экология. Рыба > russian.china.org.cn, 4 июня 2017 > № 2197219


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 31 мая 2017 > № 2191728 Виктор Казимиров

На браконьерском фронте.

Прибрежные воды и реки Приморского края манят огромное количество нелегальных рыболовов. Чего стоит призвать браконьеров к ответственности и как удержать людей от серьезных преступлений, Fishnews рассказал госинспектор Приморского ТУ Росрыболовства Виктор Казимиров.

Жаркая пора у Приморского теруправления наступает осенью, когда на нерест идет лосось. Но обнаружить нарушителей – это еще полдела, зачастую люди искренне считают рыбалку без каких-либо разрешений своим естественным правом и решительно отказываются идти на контакт с представителями власти.

«Сейчас все Приморье рыбачит складными сетями китайского производства, в народе – «зонтики», или «хапуги». Если на водоеме или речке, скажем, тысяча человек, значит, у каждого обязательно есть от одной до трех «хапуг». Весной-летом браконьеры не особо активны, а осенью в крае начинается лососевая путина. И тогда на реки идут уже все», – отмечает государственный инспектор Владивостокского межрайонного отдела по контролю, надзору и охране водных биоресурсов.

Как бы то ни было, но в своей работе Виктор Николаевич всегда сначала старается «достучаться» до нарушителя словом. «Некоторые слушают внимательно, задают вопросы. Я отвечаю, показываю, какие нужны документы, выдержки из правил». Хотя порой и одного присутствия на берегу хватает, чтобы удержать людей от нарушения: «Если вижу, что людей много, я останавливаюсь и стою там. При мне-то не порыбачишь. Я говорю: «Не уеду, пока вы не разъедетесь!»

«Конечно, сейчас тяжело, – продолжает рыбинспектор, – часто приходится работать вместе с сотрудниками полиции, потому что когда один едешь, тебе вообще никаких документов не покажут. Это при том, что на наших машинах написано «Государственная рыбоохрана» и телефоны – московские и теруправления. Некоторые ругаются матом, кто-то орет: «Я тебе покажу «не надо ловить!» Так отвечают даже сотрудникам ГАИ: «Документы в порядке?» – «Что я тебе их буду показывать? Все, отвали!» – И посылают так же».

Полномочий, по словам, Виктора Казимирова, у инспекторов хватает, но нарушителей это зачастую не волнует. Конечно, когда на рейды рыбоохрана выходит большими группами, проблем возникает меньше.

И все-таки, отмечает в интервью Fishnews Виктор Николаевич, надо стараться найти подход ко всем: «Бывает, с самого утра попадется «такой» человек, я пытаюсь узнать у него имя-отчество, чтобы вежливо обратиться. «Что тебе имя? Отвали!» Пытаешься объяснить: «Вы работали?» – «Какое тебе дело?» – «Ну, скажите, пожалуйста». – «Да, работал». – «До пенсии доработали?» – «Да, на пенсии. Военный». – «Добросовестно исполняете свои обязанности?» – «Да». – «Сейчас водителем работаете? Сколько человек сбили?» – «Как сбил?! Я никого не сбивал!» – «Добросовестно отъездил?» – «Да». – «Вот и я хочу добросовестно отработать, как положено. Служба у меня такая, как говорят, кто на что учился».

Некоторые это понимают. «Вот года три тому назад на зимних каникулах было – лез в драку один человек и лез. Высокий был, наверное, метр восемьдесят-девяносто. Запомнил, что баранья папаха у него была, как у казака. Составили протокол. На следующий день опять он на том же месте. Там рыбачили, как я понял, какие-то силовики, много людей. Я не уезжаю – они рыбу не ловят. Потом мне рассказывали, что когда я наконец уехал, этого задиру побили, – вспоминает инспектор, добавляя с иронией, – ведь если бы не он, я бы давно переместился на другой участок».

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 31 мая 2017 > № 2191728 Виктор Казимиров


Китай. СФО. ДФО > Леспром. Рыба > chinalogist.ru, 16 мая 2017 > № 2179120

На форуме «Один пояс, один путь» стало известно, что в течение этого года будет введен в эксплуатацию первоочередный лесо-целлюлозно-бумажный проект Китая и России. Группа «Син Бан» пров. Цзянсу вложила 4,4 млрд юаней для разработки интегрированного лесо-целлюлозно-бумажного проекта в поселке Амазар Забайкальского края России.

Перспективы строительства целлюлозного комбината в Амурске с руководством китайской компании China Paper Corporation обсуждал в апреле полномочный представитель президента РФ в ДФО Юрий Трутнев. Представители China Paper утверждают, что готовы в ближайшее время направить в Амурск специалистов для проработки технических аспектов проекта и оценки лесных ресурсов.

В 2015 году власти Приморского края подписали с «Вэнь Лянь Аквакультура» и другими китайскими компаниями соглашения об инвестировании на сумму 85 миллиардов рублей. Предположительно, база по производству гребешков, морских огурцов и мидий будет запущена в мае 2017 года.

Китай. СФО. ДФО > Леспром. Рыба > chinalogist.ru, 16 мая 2017 > № 2179120


Марокко. Россия > Рыба > fish.gov.ru, 10 мая 2017 > № 2172244 Илья Шестаков

Глава Росрыболовства: Россия с лихвой обеспечивает себя рыбной продукцией

Заместитель министра сельского хозяйства РФ, руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков в эксклюзивном интервью ТАСС рассказал о том, какую роль играют российско-марокканские отношения в рыболовной сфере, а также о том, насколько должна вырасти доля российской рыбы на прилавках отечественных магазинов.

— Илья Васильевич, вы посещаете Марокко не впервые и на этот раз принимали участие в работе Второй сессии российско-марокканской смешанной комиссии по рыболовству. Расскажите о том, как прошло это мероприятие и к каким договоренностям пришли стороны?

— Мероприятие прошло, как обычно, в достаточно дружественной обстановке. И для нас очень важно, что на второй год действия Соглашения (Соглашение между правительством РФ и Марокко о сотрудничестве в области морского рыболовства подписано в марте 2016 года — прим. ТАСС) для наших рыболовецких компаний будет сохранен объем вылова, равный 140 тысячам тонн.

Также сохраняются условия с точки зрения ценовых параметров. Марокканская сторона обеспокоена некоторым снижением запасов в их исключительной экономической зоне, поэтому было озвучено предложение об ограничении ежемесячного вылова для российских судов в объеме 24 тысяч тонн.

Результаты научных исследований, которые проводились в 2016 году российским научно-исследовательским судном с участием марокканских и российских научных сотрудников, говорят о том, что запасы находятся на достаточно стабильном уровне. И только по отдельным видам рыб, как отмечают наши ученые, действительно в ближайшее время возможно снижение вылова. По другим видам позиция не такая критичная.

Мы договорились, что после исследований, которые дальше будут совместно проводить российские и марокканские специалисты в 2017 году, еще раз вернемся к этому вопросу. Возможно, что на следующий год будет некоторое сокращение разрешенных объемов добычи для российских судов, и это связано именно со снижением запасов рыб, о котором говорили наши марокканские коллеги.

— Были ли подписаны документы по итогам Второй сессии российско-марокканской смешанной комиссии по рыболовству?

— Да, мы традиционно подписываем итоговый протокол. В нем мы закрепили на второй год и объемы вылова, и ценовые условия. Там также прописали пожелания марокканской стороны о выделении 18 дополнительных стипендий для обучения марокканских специалистов в российских отраслевых вузах.

Сейчас в России обучаются около 40 студентов из Марокко. Еще мы договорились о том, что стороны проработают возможность прохождения практики марокканскими студентами на российских рыбопромысловых судах. Согласовали условия, связанные с экспортом марокканской продукции.

Мы получили документы от марокканской стороны по еще 10 предприятиям, которые хотели бы заниматься поставками рыбопродукции в Россию. После изучения этих материалов в течение месяца Россельхознадзор примет решение либо о доступе их продукции на наш рынок, либо о необходимости предоставления дополнительных документов.

— Какое место занимает Марокко в рыболовной стратегии России? Проявляет ли королевство заинтересованность к расширению сотрудничества с нашей страной?

— Могу сказать, что для России рыболовство в водах Западной Африки очень важно. Наши рыбопромышленники работают не только в зоне Марокко, но и в других западноафриканских странах.

И до введения контрмер мы полностью обеспечивали себя рыбой: объема, добываемого российскими рыбаками, достаточно для того, чтобы покрывать собственные потребности и поставлять продукцию на экспорт

С точки зрения договоренностей, настроя на работу, объема вылова Марокко, конечно, играет ключевую роль. Российские суда вылавливают здесь наибольший объем из всех экономических зон Западной Африки.

Важно отметить, что в предыдущем году не было ни одного нарушения российскими рыболовными судами правил Марокко. Марокканская сторона, в свою очередь, за первый год реализации Соглашения получила от российских рыбаков за возможность вылова более 23 млн долларов.

Кроме того, марокканская сторона очень заинтересована в подготовке профессиональных кадров. Речь идет о возможности реализации совместных программ по образованию. Осуществляется сотрудничество между отраслевым институтом, который готовит специалистов в Марокко, и нашим Калининградским государственным техническим университетом.

Важность для Марокко представляют также вопрос экспорта марокканской продукции и, конечно, совместные научные исследования, оценка рыбных запасов в экономической зоне Марокко. Это основные направления, развитие которых мы обсуждаем на регулярной основе. Поэтому я уверен, что у нас взаимовыгодное сотрудничество.

— Вы довольны тем, как осуществляется сотрудничество между Марокко и Россией в рыболовной сфере?

— Безусловно, мы довольны результатами работы и благодарны марокканской стороне за то, что она дает возможность российским судам осуществлять вылов в своей зоне.

Новое соглашение, подписанное в марте 2016 года во время визита короля Марокко Мухаммеда VI в Москву, в котором объем выделяемой ежегодно квоты для России увеличен со 100 тысяч тонн до 140 тысяч тонн, — большой прогресс и знак дружбы в отношениях между нашими странами.

— Как долго, на Ваш взгляд, должно сохраняться продэмбарго в отношении западных стран для поддержания продовольственной независимости России в рыбной отрасли?

— Надо сказать, что и до введения контрмер мы полностью обеспечивали себя рыбой: объема, добываемого российскими рыбаками, достаточно для того, чтобы покрывать собственные потребности и поставлять продукцию на экспорт.

Главный промысловый объект у нас — минтай, и с точки зрения объема вылова, и с точки зрения объемов экспортных поставок. Поэтому его переработка — один из основных возможных драйверов экономического роста

И очень важно то, что российские рыбопромышленные компании стали больше внимания уделять внутреннему рынку. За период контрсанкций доля отечественной рыбной продукции на прилавках увеличилась на 25%.

Теперь стоит очередная большая задача — изменить структуру производства. Если до сих пор российские предприятия в основном производили сырье и поставляли его на экспорт, то сейчас важно переориентироваться и сделать так, чтобы продукция более глубокой переработки была представлена на внутреннем рынке, а ее остатки уходили за рубеж, но уже с высокой добавленной стоимостью.

Главный промысловый объект у нас — минтай, и с точки зрения объема вылова, и с точки зрения объемов экспортных поставок. Поэтому его переработка — один из основных возможных драйверов экономического роста. Помимо минтая, важен вопрос развития переработки трески — главного объекта добычи для Северного бассейна, всех видов сельди, а также объектов промысла, которые вернулись в российские воды после 25-летнего перерыва: сардины иваси и скумбрии. Это тоже требует дополнительных усилий со стороны рыбаков.

— Доля российской рыбы на прилавках магазинов в 2016 году достигла 83% по коэффициенту самообеспеченности в рамках доктрины продовольственной безопасности. Как Вы считаете, этот показатель должен расти?

— С точки зрения представленности рыбной продукции, мне кажется, что эта цифра оптимальная. В доктрине прописано, что для обеспечения продовольственной безопасности достаточно, чтобы на внутреннем рынке доля российской продукции составляла 80%. Если говорить о присутствии иностранной продукции, то это необходимо только для расширения ассортимента, в этом я не вижу ничего плохого. Но еще раз повторю, Россия с лихвой обеспечивает себя рыбной продукцией.

— Почему, на ваш взгляд, в России продолжают расти потребительские цены на рыбу? И что может на практике предпринять государство для повышения качества рыбной продукции в магазинах, для предотвращения подмены одного вида продукции другими?

— Если говорить о стоимости, то мы регулярно обращаем внимание, что у рыбаков цена достаточно низкая. И при реализации в оптовом звене цены не растут такими темпами, как в сегменте потребительного рынка.

В этой ситуации государство, его соответствующие службы должны смотреть на всю цепочку ценообразования, проводить расследования, делать выводы и искать виновных в том, почему происходят скачкообразные изменения цены на том или ином этапе.

Когда рыбу по несколько раз размораживают и замораживают в магазине, ее качество, конечно, оставляет желать лучшего. Есть контролирующие органы, которые должны решать эти вопросы. Мне кажется, просто нужно, чтобы коллеги, которые этим занимаются, активнее работали

Если же говорить о повышении качества продукции, то здесь мы проводим работу, связанную, прежде всего, с выдерживанием температурного режима на протяжении всего пути рыбы от моря до потребителя.

Понятно, что соблюдение необходимых условий — большая проблема, и она по большому счету заключается в устаревшем оборудовании. И если судно может довезти рыбу в порт при необходимых -18 градусах, то после хранения в порту и особенно транспортировок в устаревших рефрижераторных вагонах мы видим, что зачастую рыба приходит с другими температурными показателями.

Поэтому важно менять способ поставок: транспортировать продукцию в более современных рефрижераторных контейнерах. Существует и другая проблема — хранение в точках продаж.

К сожалению, условия реализации зачастую не соответствует требованиям. Когда рыбу по несколько раз размораживают и замораживают в магазине, ее качество, конечно, оставляет желать лучшего. Есть контролирующие органы, наделенные соответствующими полномочиями, которые должны решать эти вопросы. Мне кажется, просто нужно, чтобы коллеги, которые этим занимаются, активнее работали.

— Кто должен на практике это реализовывать?

— Если говорить о вопросах ценообразования, то здесь большая роль отводится Федеральной антимонопольной службе (ФАС). За качеством продукции, условиями ее хранения и реализации в магазинах должен следить Роспотребнадзор.

— В марте Вы заявили, что через пять лет Россия может увеличить вылов рыбы до 5,7 млн тонн в год. На Ваш взгляд, какие меры необходимо принять, чтобы добиться этой цели?

— Вылов российскими рыбаками растет два года подряд, причем растет достаточно хорошими темпами. В 2015 году объем добычи увеличился на 5,5%, в 2016 году — на 6%. В прошлом году побит рекорд 20-летней давности по объемам вылова. Сейчас видим, что в российские воды заходят новые, перспективные для промысла объекты.

Мы предполагаем, что сможем обновить порядка 40% мощностей рыболовного флота. Реализация программы рассчитана, по нашим оценкам, на 5-6 лет

Как я уже отмечал, это скумбрия и сардина иваси на Дальнем Востоке. Наша задача — оптимально использовать возможность дополнительного объема, чтобы российские рыбаки смогли его освоить, переработать, поставить на внутренний рынок и на экспорт. В целом мы ожидаем, что эти объекты могут обеспечить прирост вылова на миллион тонн ежегодно.

При этом есть виды водных биоресурсов, которые рыбаки осваивают недостаточно в силу разных причин, и надо повышать уровень их вылова. Для этого необходимо, прежде всего, провести модернизацию рыболовецкого флота. У нас, к сожалению, большая часть судов морально и физически устарела.

Принятый закон о выделении квот на инвестиционные цели — строительство новых, высокоэффективных рыбопромысловых судов — даст нам возможность нарастить объемы вылова и, самое главное, изменить структуру производства. Поскольку будет предусмотрено, что новые суда должны быть оборудованы современным перерабатывающим производством.

— То есть речь идет о предстоящей реконструкции российского рыболовного флота?

— Мы предполагаем, что сможем обновить порядка 40% мощностей рыболовного флота. Реализация программы рассчитана, по нашим оценкам, на 5-6 лет.

— Черная икра из России всегда пользовалась популярностью у зарубежных потребителей. Как Вы считаете, возможно ли увлечение объемов отечественного производства этого деликатесного продукта для дальнейшего экспорта в другие страны? Заинтересовано ли наше правительство в том, чтобы черная икра оставалась всемирно узнаваемым российским брендом?

— К сожалению, сейчас мировой рынок черной икры ассоциируется с Россией только по наитию. Нам предстоит заново завоевывать зарубежные рынки, с первых шагов начинать пытаться на них присутствовать. Безусловно, у нас есть небольшой экспорт, но в целом российская черная икра уже не такой узнаваемый бренд на международной арене, как во времена СССР.

— Почему?

— С одной стороны, продолжительный период Россия не занималась продвижением черной икры. В то же время наши коллеги из других стран активно стали заниматься производством аквакультурной продукции.

По итогам работы за прошлый год крымчане добыли почти 60 тысяч тонн, увеличив вылов по сравнению с предыдущим годом на 13%, и более чем на 8% превзошли рекордный показатель за весь период украинской истории полуострова

Активно на рынке осетровой икры себя проявляют Иран, европейские страны. Большой рост производства идет в Китае. А объемы российского экспорта не так велики: около 6,7 тонны и в прошлом, и в 2015 году. Что касается производства в России, то его объем все же растет: по итогам 2016 года прирост составил 5%, российскими фермерами-осетроводами произведено более 44 тонн икры.

Мы не считаем данное направление одним из приоритетных, но это тот сегмент, который с точки зрения брендирования действительно интересен и должен таковым оставаться. Конечно, мы поддерживаем, в том числе субсидиями, аквакультурные предприятия, которые занимаются выращиванием осетровых рыб.

Другой вопрос заключается в том, что легальным производителям также надо помогать, ограничивая оборот нелегальной продукции: аквакультурная и браконьерская икра, по сути, конкурируют на рынке. Мы рассчитываем, что рост объема внутреннего производства продолжится, но говорить о том, что это будет каким-то драйвером для рыбной отрасли, не приходится.

— Как в настоящее время обстоят дела с рыболовной отраслью Крыма?

— Самое главное — нам удалось добиться того, что рыболовная отрасль Крыма не только не потеряла в объемах вылова, а, наоборот, их нарастила. По итогам работы за прошлый год крымчане добыли почти 60 тысяч тонн, увеличив вылов по сравнению с предыдущим годом на 13%, и более чем на 8% превзошли рекордный показатель за весь период украинской истории полуострова. Он был зафиксирован в 2013 году на уровне 55 тысяч тонн. При этом основная добыча велась в то время на Украине незаконным путем.

У нас большое разнообразие рыбы, разнообразие вкусов. Поэтому невозможно пресытиться. Такое национальное богатство — речная, озерная рыба, океаническая, морепродукты. И наша основная задача — это богатство рационально использовать и сохранить

Сейчас крымские рыбаки активно работают, в том числе и в абхазских территориальных водах. Очень важно и то, что период адаптации для рыболовной отрасли Крыма прошел без каких-либо потрясений. Могу сказать, что была масса проблем, и нам удалось все решить.

Сегодня сотрудничество с крымскими рыбаками развивается очень активно. Виды рыб, которые вылавливают крымские рыбаки в Черном море, достаточно малоценные, не такие рентабельные, как, например, на Дальнем Востоке.

И, конечно, состояние экономики Крыма не позволяет обновлять рыбопромысловые суда без поддержки государственных программ. Сейчас мы совместно с крымскими рыбаками приступили к обсуждению того, какие же меры может предпринять государство в среднесрочной перспективе для того, чтобы обновить крымский флот.

— Глава Росрыболовства Илья Шестаков ест рыбу?

— Ем. (Улыбается)

— И как? Не надоедает? Пресыщения нет?

— Нет, пресыщения нет. У нас большое разнообразие рыбы, разнообразие вкусов. Поэтому невозможно пресытиться. Такое национальное богатство — речная, озерная рыба, океаническая, морепродукты. И наша основная задача — это богатство рационально использовать и сохранить.

Марокко. Россия > Рыба > fish.gov.ru, 10 мая 2017 > № 2172244 Илья Шестаков


Россия. Весь мир. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 мая 2017 > № 2167643 Сергей Лелюхин

Сергей Лелюхин: Отрасль привыкает к биржевой торговле.

Плотная работа по направлениям публичных торгов рыбопродукцией на практике позволила выявить как недостатки, которые сдерживают полноценное использование, к примеру, инструментов рыбных аукционов для организации электронной торговли, так и явные преимущества, отмечает гендиректор АО «ДАРД» Сергей Лелюхин.

Для обсуждения на широких площадках вопросы электронной торговли рыбой поднимаются нечасто, но круг экспертов и специалистов-практиков именно в этом сегменте уже начал формироваться. Сами же дискуссии уверенно перешли к этапу обсуждения форм, принципов и технологий осуществления таких торов в действительности.

Одним из пионеров в организации и проведении аукционных торгов рыбопродукцией и пока единственным организатором биржевой рыбной торговли в России является «Дальневосточный аукционный рыбный дом». Три года работы в этом направлении для компании оказались непростыми, но интересными и результативными.

Как рассказал в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» генеральный директор АО «ДАРД» Сергей Лелюхин, за прошедшие годы было вложено немало усилий не только в организацию первых электронных торгов рыбой на аукционной и биржевой площадке, но и в формирование положительного отношения к этой сфере торговли в рыбацкой среде. «На сегодняшний день биржевая рыбная торговля именно в том виде, в каком она осуществляется на площадке Биржи «Санкт-Петербург», – это уникальный продукт. Подобного нет пока ни в России, ни в любой другой стране», – отмечает руководитель компании.

По словам собеседника Fishnews, на разных этапах ДАРД ставил перед собой разные задачи и сосредотачивал внимание то на аукционной, то на биржевой торговле. В первую очередь это зависело от ориентиров, которые формулировались в поручениях президента России в 2013 и 2015 гг.

Вместе с тем плотная работа по этим направлениям позволила на практике выявить те моменты, которые не дают в полной мере использовать, к примеру, инструмент рыбных аукционов для организации электронной торговли. Хотя сегодня торги в этом формате все же ведутся, и не только на площадке Биржи «Санкт-Петербург», поскольку имеют массу плюсов.

Так, по словам Сергея Лелюхина, одним из явных преимуществ такого формата публичных торгов является свободный доступ к выловленному в будущем ресурсу. «И не только потому, что покупателем может быть любой субъект, зарегистрировавшийся на аукционе: предприятие, индивидуальный предприниматель или частное лицо. За свою практику мы столкнулись даже с таким примером, когда на аукцион была выставлена продукция одной из дальневосточных компаний, и в качестве участника торгов в ДАРД обратился индивидуальный предприниматель – владелец мелких торговых точек, который был зарегистрирован в том же субъекте Федерации, что и продавец. На наш вопрос «а почему напрямую вы не купили продукцию у этого продавца?» получили ответ, что сделать это очень сложно, т.к. вся продукция уже расписана между «потенциальными покупателями» – а это не кто иные, как оптовые посредники, количество которых отражается на конечной цене товара, – привел пример из практики гендиректор «Дальневосточного аукционного рыбного дома». – Поэтому <…> мы пришли к выводу, что на самом деле такая форма торговли имеет право на существование и в некоторых случаях оказывается достаточно полезной и эффективной как для самого продавца, так и для потребителя».

2016 г. ДАРД посвятил отработке механизмов именно биржевой торговли рыбопродукцией. Причем не только на внутреннем рынке, но и при осуществлении экспортных сделок.

«Присутствие отечественной продукции на зарубежных рынках имеет большое значение для России, и рыбе принадлежит большой сегмент в структуре российского продовольственного экспорта. Но вместе с тем это направление, именно в плане проведения финансовых операций, до сих пор реализуется в достаточно хаотичном порядке, что не исключает возможности осуществления и непрозрачных схем с использованием оффшорных компаний, наличных средств и т.п. Между тем в ходе переговоров с руководством различных иностранных компаний, особенно из Японии, Южной Кореи, мы неоднократно слышали о том, что для них предпочтительнее были бы сделки именно в безналичном формате. И здесь биржевая торговля является на самом деле идеальным вариантом», – рассказал Сергей Лелюхин.

Россия. Весь мир. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 10 мая 2017 > № 2167643 Сергей Лелюхин


Россия. ДФО > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 5 мая 2017 > № 2164356 Георгий Мартынов

Георгий Мартынов: Подзоне Приморье необходимы ресурсные исследования.

В подзоне Приморье есть серьезный промысловый запас минтая, который надо только подтвердить, отмечает президент АРПП Георгий Мартынов. По его словам, рыбаки края уверены, что этот ресурс нужно выводить из «одуемых» в возможный вылов.

Минтай подзоны Приморье – весьма своеобразный для промысла объект, отметил президент региональной ассоциации Георгий Мартынов в беседе с корреспондентом Fishnews. По словам руководителя АРПП, это связано как с сезонностью, так и с особыми условиями добычи.

«В последние годы, к сожалению, в подзоне Приморье идет значительное сокращение ОДУ минтая. Так, в 2002 году общий допустимый улов установили в размере 62,81 тыс. тонн. Напомню, на тот момент еще не вышел федеральный закон о рыболовстве, а квоты распределялись не по «историческому принципу», а по заявкам: предприятие просит, а государство решает, удовлетворить просьбу или нет.

Спустя 10 лет, в 2012 году, ОДУ минтая подзоны Приморье составил уже 13,8 тыс. тонн, в 2014 – 10,28 тыс. тон, в 2015 – 4,58 тыс. тонн, в 2016 – 4,42 тыс. тонн и в 2017 – 5,55 тыс. тонн.

И если в 2002 году фактически было освоено 16,6 тыс. тонн, то в прошлом году реально выловили порядка 3,2 тыс. тонн», - рассказал глава объединения.

Президент ассоциации обратил внимание, что в районе уже давно не проводятся серьезные ресурсные исследования. Не имея подтвержденных данных, ученые из года в год снижают допустимый улов до самого минимума. «Ни в коем случае не обвиняю нашу науку, - подчеркнул Георгий Мартынов. - У них просто нет денег на эти работы».

У главы АРПП нет никаких сомнений, что в подзоне Приморье имеется серьезный промысловый запас. В пример он привел компанию «Акватехнологии», которая успешно добывает в этом районе минтай.

«Я считаю, что недостаточное финансирование науки в данном случае можно отнести к административным барьерам. Промысловый запас есть, его надо только подтвердить», - заявил собеседник Fishnews.

По словам Георгия Мартынова, в среде приморских рыбаков есть единое твердое понимание, что минтай в подзоне Приморье из ОДУ необходимо выводить в возможный вылов. Эту позицию поддерживают и компании, которые имеют значительную часть долей квот на добычу минтая, отметил руководитель ассоциации.

«Мы дважды рассматривали вопрос на Дальневосточном научно-промысловом совете, и оба раза он поддержал инициативу вывода из ОДУ. ТИНРО, наш отраслевой институт на Дальнем Востоке, тоже за. Однако в ходе последнего обсуждения представитель ВНИРО огласил вердикт института: для перевода минтая подзоны Приморье в объекты возможного вылова нет оснований», - рассказал Георгий Мартынов.

Он подчеркнул, что перевод минтая подзоны из ОДУ в ВВ откроет доступ к ресурсу большему числу компаний. «В настоящее время основная квота (42%) принадлежит предприятиям, входящим в группу компаний «Доброфлот», а все остальное разбито по достаточно небольшим долям. Если мы выведем минтай из ОДУ, то дадим возможность работать на нем всем желающим», - отметил глава ассоциации.

Это поможет поддержать и береговые рыбокомбинаты, и предприятия, которые вообще не имеют квот, добавил он.

«К тому же переход из ОДУ в возможный вылов – не навсегда, - обратил внимание президент АРПП. - Можно осуществить его на год-два и затем посмотреть на результаты. Всегда можно будет вернуться обратно. Но я полагаю, что этого не понадобится. Найдутся новые предприятия – стабильные пользователи, будет развиваться береговая переработка».

Россия. ДФО > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 5 мая 2017 > № 2164356 Георгий Мартынов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 мая 2017 > № 2164178 Максим Козлов

Максим Козлов: На первом плане – подготовка к путине.

Ассоциация «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области» готовится к лососевой путине. Рекомендации по мерам регулирования промысла руководитель объединения Максим Козлов предложил обсудить на рабочей группе в рамках ДВНПС.

В марте произошли изменения в руководстве Ассоциации «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области». Объединение возглавил Максим Козлов. Тогда же, на отчетно-выборном собрании, были определены приоритетные задачи для АСРКС. Среди актуальных вопросов – инвестиционные квоты, сайровая путина, добыча сардины-иваси и скумбрии, внедрение электронной ветсертификации.

На первом плане сейчас, конечно, подготовка к промыслу лосося. «Скромные объемы горбуши, которые рекомендованы к вылову, – около 20 тыс. тонн в основном промысловом районе, на Восточном Сахалине, – и предлагаемые меры регулирования напрямую затрагивают интересы наших пользователей. Поэтому обсуждение условий работы в путину – приоритет для нас», – рассказал председатель правления ассоциации в интервью Fishnews.

21 апреля подготовка к промыслу лосося рассматривалась на совещании, которое проводил с регионами замминистра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков. Максим Козлов тогда предложил организовать обсуждение мер регулирования для Сахалинской области на рабочей группе в рамках ДВНПС.

«Сахалинский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии уже озвучил предполагаемые меры регулирования промысла лососей», – отметил руководитель АСРКС. Речь идет о закрытии для добычи заливов Анива и Терпения, смещении сроков промысла примерно на две недели и введении проходных дней в режиме «трое суток промысла – трое суток пропуска».

«Эти рекомендации мы бы хотели рассмотреть на рабочей группе в рамках Дальневосточного научно-промыслового совета. В том числе предложить свое видение развития промысла. Рекомендованные меры регулирования достаточно жесткие, – рассказал Максим Козлов. – Понимая это, Илья Васильевич поинтересовался на совещании, обсуждались ли предлагаемые меры регулирования с рыбацкой общественностью. В связи с чем и родилось предложение создать рабочую группу при ДВНПС для привлечения большего числа специалистов к обсуждению рассматриваемого вопроса и выработке мер регулирования».

Руководитель ассоциации отметил, что и территориальное управление Росрыболовства, и рыбвод, и администрация области также видят необходимость рабочей встречи в рамках ДВНПС.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 мая 2017 > № 2164178 Максим Козлов


Россия. СФО > Рыба > fishnews.ru, 3 мая 2017 > № 2160798 Илья Шестаков

Промысел омуля запретят уже в середине года.

Запрет на промышленную добычу омуля в Байкале начнет действовать уже с середины года, сообщил глава Росрыболовства Илья Шестаков. Он также рассказал об усилиях по скорейшему восстановлению запасов этого вида.

На вопрос об ограничении добычи омуля в озере Байкал заместитель министра сельского хозяйства – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков ответил в интервью РИА «Новости». Глава федерального агентства отметил, что при запрете промышленного освоения вылов омуля останется разрешен для рыбаков-любителей и коренных малочисленных народов Севера. При этом для любителей будут ограничения по суточному вылову. «Обсуждение уже не идет, сейчас идет работа, связанная с внесением изменений в правила, которые закроют возможность промышленного вылова байкальского омуля уже начиная с середины этого года», - заявил Илья Шестаков.

Как сообщает корреспондент Fishnews, глава ФАР рассказал о мерах, предпринимаемых для борьбы с браконьерством и восстановления популяции байкальского омуля.

«Во-первых, еще в прошлом году мы провели усиление нашего территориального управления, как с точки зрения технической обеспеченности, так и с точки зрения координации с другими силовыми ведомствами на этой территории, - отметил Илья Шестаков. - Во-вторых, провели большую работу по спасению от банкротства тех заводов, которые должны заниматься разведением байкальского омуля, они теперь являются государственными. Мы установили дополнительное государственное задание по объему выпуска молоди и личинок байкальского омуля в целях воспроизводства популяции. Большую работу провели в этом году для того, чтобы в оптимальных условиях и объемах байкальский омуль пошел на нерест, и последние данные науки по скату малька в озеро Байкал достаточно оптимистичные. Я думаю, что, работая по всем этим направлениям, через два-три года мы вернемся к вопросу о снятии запрета на промышленный вылов».

Россия. СФО > Рыба > fishnews.ru, 3 мая 2017 > № 2160798 Илья Шестаков


Россия. ДФО > Рыба. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 28 апреля 2017 > № 2157784 Андрей Коваленко

Повестка обсуждений для бизнеса и власти насыщенная.

Андрей КОВАЛЕНКО, Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Сахалинской области.

Прокуратура Сахалинской области провела в апреле круглый стол по вопросам рыбохозяйственного комплекса: рыбопромышленники получили возможность обсудить с представителями контролирующих и правоохранительных органов самые актуальные для отрасли вопросы. И предложить меры по их решению. Выступил на круглом столе и региональный уполномоченный по защите прав предпринимателей Андрей Коваленко. В интервью Fishnews бизнес-омбудсмен рассказал, какие темы волнуют рыбаков и рыбоводов.

– Андрей Сергеевич, как вы оцениваете значение состоявшегося обсуждения? Список участников представительный – бизнес, наука, рыбвод, региональные власти. Тем более что круглый стол прошел в преддверии лососевой путины.

– Конечно, такие мероприятия – это очень важно, ведь рыбное хозяйство является одной из приоритетных отраслей развития Сахалинской области. Я непосредственно принимали участие в организации совещания, мы приглашали на него предпринимателей.

Представители бизнеса подняли очень много проблемных вопросов. Прежде всего предприниматели отмечали важность сохранения и воспроизводства водных биоресурсов, в том числе тихоокеанских лососей. Ни для кого не секрет, что лососевая путина в Сахалинской области уже не первый год очень слабая. Между тем в работе задействовано много рыбодобывающих предприятий. И конечно, люди обсуждали, что делать для сбережения ресурса. Рассматривались темы охраны естественных нерестилищ, развития лососеводства, вопросы ответственности за браконьерство.

– А какие вопросы вы подняли на круглом столе?

– В своем выступлении я остановился на проблемах, которые возникают у рыбопромышленных предприятий в связи с несовершенством федерального законодательства.

Это, например, освоение объектов промысла, для которых не устанавливается общий допустимый улов. Возможный вылов предусматривается в целом на промысловый район. Соответственно, осваивать его могут как прибрежные предприятия, так и пользователи с крупнотоннажным флотом. Крупные суда за несколько дней практически полностью выбирают объем, прибрежники остаются ни с чем. Каждый год такая ситуация наблюдается, допустим, при добыче тихоокеанской сельди.

– С другой стороны, здесь можно говорить о том, что работает конкуренция: кто успел выловить, тот и получает доход.

– Бесспорно, конкуренция есть. Но нельзя забывать о социальном аспекте. Береговые предприятия, которые для многих населенных пунктов являются градо- и поселкообразующими, рассчитывают на эти объемы вылова. При существующей системе прибрежникам даже непонятно, как готовиться к промыслу. Риски очень большие, а гарантий никаких нет.

– Насколько нам известно, предпринимательское сообщество серьезно обеспокоено и теми изменениями, которые внесены на федеральном уровне в правила формирования региональных комиссий по анадромным.

– Да, это важная тема. Комиссия по регулированию добычи анадромных видов рыб для того и создана, чтобы оперативно рассматривать вопросы, связанные с организацией рыболовства. Принимаемые решения напрямую влияют на ситуацию в отрасли. В последние годы состав областной комиссии был сбалансированным по представительству федеральных и региональных чиновников, бизнеса. Однако по непонятным причинам Министерство сельского хозяйства РФ приказом от 17 августа 2016 года № 357 увеличило долю федеральных госслужащих, сократив тем самым возможности области и предпринимателей отстаивать свои интересы. При этом состав комиссии раздули практически на треть за счет людей, далеких от рыбного промысла.

Очень важная проблема – нет регламента работы комиссии. В результате возникают противоречия в принятии решений и их трактовке.

– «Узкие» места в правовом регулировании аквакультуры – о каких из них вы говорили на круглом столе?

– Изменения, которые произошли в законодательстве, не сказались, в общем-то, на развитии аквакультуры Сахалинской области по двум причинам. Первое: практически вся прибрежная акватория в регионе поделена на рыбопромысловые участки. Но вопрос о многоцелевом использовании акватории до сих пор не решен, нет возможности перевести РПУ по желанию предпринимателя в рыбоводный участок.

Второй блок вопросов – в системе торгов по предоставлению РВУ. Проблема, которую мы пытаемся решить уже долгое время, создает риски для действующих лососевых рыбоводных заводов. Она известна: в условиях прежней законодательной базы предприятия работали в режиме искусственного воспроизводства и теперь не могут рассчитывать на получение рыбоводных участок без торгов. В то же время, согласно федеральному закону об аквакультуре, право собственности на объекты рыбоводства возникает только у хозяйств, заключивших договор пользования РВУ. Наши заводы так и не получили участки, в результате ежегодно разгораются скандалы при организации промысла кеты, имеющей на 90% заводское происхождение.

Не решена проблема, когда участник аукциона предлагает высокую цену, становится победителем, но в итоге не вносит доплату – договор пользования рыбоводным участком не заключается. При этом компания, у которой были серьезные намерения по строительству рыбоводного завода, видит завышенную цену и отказывается от дальнейшего участия в торгах. В результате участки не работают.

- И какой же выход из ситуации?

– Необходимо, на мой взгляд, более значительное обеспечение, чтобы в случае отказа от доплаты компания несла более серьезные финансовые потери.

Также хотелось бы отметить проблему размещения временных построек для рыболовства и аквакультуры. Большинство земельных участков в нашей области относится к землям лесного фонда, для которых установлен особый режим хозяйствования, не позволяющий использовать их для целей рыболовства и рыбоводства. В итоге предприятия ежегодно вынуждены нарушать законодательство. Тоже давно добиваемся решения этой проблемы, однако соответствующие поправки до сих пор не внесены.

В целом организация таких обсуждений продемонстрировала, что особую важность для предпринимательского сообщества имеет тема сохранения и воспроизводства ресурса.

Маргарита КРЮЧКОВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба. Приватизация, инвестиции > fishnews.ru, 28 апреля 2017 > № 2157784 Андрей Коваленко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 27 апреля 2017 > № 2155777 Виктор Ашарин

Виктор Ашарин: Росрыболовству удалось снять часть претензий рыбоводов.

Начальник управления аквакультуры Росрыболовства Виктор Ашарин рассказал Fishnews, как проходит работа по корректировке законодательства для рыбоводства.

Принятый в 2013 г. закон об аквакультуре стал для хозяйств фундаментом развития. Документ, который обсуждали и корректировали не один год, можно было бы назвать законодательным прорывом, устрой он все стороны. Однако предприниматели считают, что дискуссия еще не завершена и закон нуждается в корректировке. Ряд проблем, в частности, осветила в интервью Fishnews заместитель председателя Ассоциации развития аквакультуры Сахалинской области Галина Щукина.

В частности, предприятиям по-прежнему запрещено многоцелевое использование рыбопромысловых участков (как для рыболовства, так и для товарного выращивания объектов марикультуры).

«Данный вопрос в настоящее время актуален для ряда регионов, где большая часть акваторий занята под рыбопромысловые участки, особенно для Сахалина», - обратил внимание начальник управления аквакультуры Росрыболовства Виктор Ашарин.

Он отметил, что рыбоводные и рыбопромысловые участки – это абсолютно разные понятия с точки зрения закона. «Предоставление в пользование рыбоводных и рыбопромысловых участков регулируются разными нормативными правовыми актами. Деятельность может быть в чем-то и схожа, но к заявителям на РПУ и РВУ всегда были разные требования и обязательства по их использованию», - констатировал представитель ведомства.

Однако сейчас, по его словам, проблема решается. Минсельхоз и Росрыболовство синхронизируют эти направления, чтобы дать возможность заниматься аквакультурой на уже предоставленных РПУ. Подготовлен законопроект, который урегулирует вопрос, подчеркнул Виктор Ашарин.

Говоря о создании морских рыбоводных участков, он отметил, что до недавнего времени в некоторых регионах органы государственной власти к работе по формированию границ РВУ подходили формально: заявителю отказывали по причинам наложения предлагаемых границ на границы рыбопромысловых участков, особо охраняемых природных территорий и т.д.

«Вместе с тем органам государственной власти необходимо детально рассматривать поступающие предложения и при необходимости их корректировать. Это значительно упростит процедуру для самих претендентов. Сейчас такая работа Росрыболовством организована», - заявил глава управления.

В пример он привел Приморье: до вступления в силу закона об аквакультуре рыбоводство там осуществлялось на площади около 20 тыс. га. В 2016 г. и в конце марта нынешнего года в крае сформировано порядка 160 рыбоводных участков общей площадью более 38 тыс. га. То есть рыбоводный фонд увеличен почти в два раза.

Собеседник Fishnews подчеркнул, что наибольшую прозрачность распределения участков обеспечивает аукцион. «Это консолидированная позиция всех ведомств. Поэтому все новые участки идут на открытый аукцион. С момента вступления в силу закона об аквакультуре по аукционам предоставлено в пользование уже более 900 рыбоводных участков площадью свыше 50 тыс. га. В бюджет по результатам этих торгов поступило более 190 млн рублей», - рассказал Виктор Ашарин.

Он добавил, что участки, на которых люди ранее занимались аквакультурой, в том числе на основании лицензии на водопользование, предоставляются по конкурсу. «То есть сегодня работает механизм, при котором учитывается история рыбоводного хозяйства. Главное, чтобы пользователь был добросовестным и занимался выращиванием рыбы и других морепродуктов, - отметил представитель ведомства. - Такие рыбоводные хозяйства получат преимущество, чтобы не остаться «за бортом».

Кроме того, Виктор Ашарин побеседовал с Fishnews о принудительном расторжении договоров, передаче полномочий по формированию РВУ регионам, нормах производства продукции, праве собственности на высаженные объекты, предоставлении отчетности, внедрении научных разработок и пр.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 27 апреля 2017 > № 2155777 Виктор Ашарин


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 25 апреля 2017 > № 2152809 Виталий Целуйко

На промысле жизнь протекает интересно!

Виталий ЦЕЛУЙКО, Капитан-директор компании «Южно-Курильский рыбокомбинат».

Капитан-директор Виталий Целуйко работает в ООО ПКФ «Южно-Курильский рыбокомбинат» уже пять лет. До этого он прошел практически все ступени рыбацкой карьеры: от простого матроса до самого главного человека на судне. В интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» капитан рассказал о тяготах и радостях рыбного промысла, а также о том, почему люди идут в рыбаки, невзирая на все опасности этой профессии.

– Виталий Викторович, сколько лет вы в рыбной отрасли и как давно на капитанском мостике?

– Жизнь с морем я связал в 1988 году. Это получилось нецеленаправленно, просто возникла такая жизненная ситуация, что нужны были деньги. Ну и решил попробовать, друзья помогли мне попасть в Советскую Гавань, и в свой первый рейс я пошел матросом-обработчиком. Вот так и началась моя рыбацкая карьера. Никогда не думал, что так получится, но засосало, затянуло, и я ни о чем не жалею.

Работая на БМРТ «Мыс Ермак» матросом, я интересовался и другими судовыми профессиями. И вот в свободное от работы время с разрешения тогда еще старшего помощника капитана Анатолия Николаевича Пашкова я стал посещать штурманский мостик. И, видя эту нелегкую, но в то же время интересную работу, сделал для себя окончательный выбор. Закончил мореходку в Невельске и прошел трудный и тернистый путь от третьего помощника до капитана, первый раз погоны капитана надел в 1996 году. На Южно-Курильский рыбокомбинат я попал в 2012 году, когда компания пригласила меня перегнать из Норвегии пароход, а затем возглавить его для дальнейшей работы.

– За это время, наверно, успели поработать на всех типах судов рыбопромыслового флота?

– Начинал я ходить в море на большом морозильном рыболовном траулере (БМРТ) старой постройки, сейчас такие, по-моему, не сохранились даже в единичных «музейных» экземплярах. Потом – на больших автономных морозильных траулерах (БАТМ). После окончания мореходки я работал в сахалинском колхозе имени Котовского старшим помощником на небольшом буксире, мы обеспечивали бригады по добыче красной рыбы. Затем ходил штурманом на рыболовных сейнерах (РС), средних морозильных траулерах (СРТМ), в том числе типа «Стеркодер». Капитаном первый раз пошел на РСе.

Крайний раз я работал на СРТМ «Браттег». Это пароход норвежской постройки, довольно неплохой, он оснащен всем необходимым как для промысла, так и для быта. Например, в каждой каюте, не только у командного, но и у рядового состава, есть туалет и душ.

– На каких объектах работали суда под вашим управлением?

– В основном добывали минтай, треску, кальмара.

– А сардину-иваси не застали в 1980-х? Ведь сегодня эта рыба возвращается к нашим берегам, в отношении нее строятся большие планы…

– Нет, на иваси я не попал, не повезло. Сейчас – да, она подходит, уже второй-третий год наблюдаем, что в Южно-Курильской зоне этой рыбы становится больше. Соответственно, на иваси делают большие ставки в ближайшей перспективе, компании заинтересованы в этом объекте.

– Виталий Викторович, что, на ваш взгляд, ловить труднее всего?

– Любой вид по-своему тяжел для промысла. Каждый объект имеет свои особенности, свои нюансы в добыче. Нужно учитывать и определенное время лова, и температурный режим воды, и течения, и миграцию рыбы, и погодные условия, и промвооружение.

– Насколько сейчас изменился промысел по сравнению с советскими временами?

– Если сравнить то оборудование, которое было у нас в 1980-е – начале 1990-х и сегодня, – это небо и земля. Теперь суда оснащены таким количеством аппаратуры, добывающим и рыбообрабатывающим оборудованием, что нам и не снилось. Сейчас «Браттег», средний траулер, в сутки может изготавливать и замораживать до 70 тонн продукции – это только готовой продукции, а представьте, сколько вылавливаем! Большие траулеры могут вообще в сутки производить до 300 тонн продукции.

А раньше аппаратура была довольно примитивной, старожилы рассказывали, что работали, бывало, и по секундомеру: трал пошел – отсчет включили, определенное время выждали – «Вира!», поднимаем трал.

– А что скажете о современном отечественном промоборудовании? Тралы умеем вязать или их лучше закупать за рубежом?

– Тралы некоторые наши компании умеют производить довольно неплохие. В прошлом году, например, приезжали специалисты из Калининграда, на одном из пароходов Южно-Курильского рыбокомбината испытывали экспериментальный трал, капитан дал положительные отзывы. Знаю, что на Камчатке хорошо делают определенные виды тралов, например, под кальмар. Так что в принципе российский производитель может заполнить эту нишу.

– Технологии шагнули далеко вперед, а изменилось ли отношение к рыбакам? Насколько популярны сейчас рыбацкие профессии?

– К сожалению, здесь ситуация изменилась в худшую сторону, морские профессии сегодня не считаются престижными.

Я вспоминаю 90-е годы, когда только начинал ходить в море. Когда рыбаки возвращались к родным берегам из полугодичного рейса, выполнив, а то и перевыполнив план, весь город встречал суда, собираясь на причале с оркестром, транспарантами, это были очень радостные и теплые моменты!

А ведь были еще и льготы. Например, раньше улететь с Дальнего Востока в район Зауралья было проблемой, очереди в аэрокассах занимали за три-четыре дня по спискам. А морякам-рыбакам купить билет было гораздо проще. Проще нам было и с медицинским обслуживанием: комиссию проходили особым порядком, после каждого рейса предлагали съездить в санаторий, подлечиться.

С падением престижа морских профессий стало трудно найти толковых специалистов. Штурманский состав, «механическую» группу еще можно собрать, а вот таких кадров, как электромеханик-автоматчик, специалист по настройке рыборазделочного оборудования (механик ТО), радист (сейчас их называют «помощник капитана по радиоэлектронике»), – нет, молодежь не идет на флот, а старый костяк понемногу выходит на пенсию.

– Часто ли в рабочем процессе сталкиваетесь с проблемами, хотелось бы что-то улучшить?

– На флоте Южно-Курильского рыбокомбината все вопросы мы решаем в рабочем порядке, а после рейсов пишем отчеты со своими предложениями. Что касается компании в целом – она не стоит на месте, развивается, расширяет площади – в прошлом году, например, запустили модернизированный рыбный цех, соответственно, расширили штат – пригласили новых специалистов для обработки.

Кроме того, компания обновляет флот, начинает осваивать новые объекты: судно «Асбьорн» приобретено с расчетом на добычу скумбрии и сардины-иваси. Так что улучшения у нас идут полным ходом.

– Виталий Викторович, а были ли на вашей памяти какие-то особо сложные рейсы, экстремальные ситуации в море?

– Были. Не часто, правда, бог миловал, но были. В ноябре 2006 года добывали минтай в Беринговом море и попали в сильный шторм, высота волн достигала 9 метров, ветер дул со скоростью 30 метров в секунду и более, а мы не успели спрятаться в укрытие, уйти под берег. И вот в течение двух суток, удерживая судно в положении носом на волну, мы молились о том, чтобы не встал главный двигатель и нас не развернуло поперек волны. Летало на пароходе вообще все. Вот тогда я вспомнил всех святых! Но благодаря профессионализму и сплоченности экипажа справились, пережили ненастье. Сначала отсыпались сутки, потом навели порядок, все закрепили, убрали на свои места (в том числе и продукцию – ее тоже разметало по трюму) и продолжили работать.

Были, к сожалению, и смертельные случаи. Как-то у одного из членов экипажа схватило сердце. На борту был врач, который оказал всю необходимую первую помощь, но человека не успели довезти до порта.

Еще помню случай пожара на судне, когда я был старшим помощником. Как сейчас принято говорить, человеческий фактор, а по-русски – чистое раздолбайство. Но с очагом пожара вовремя справились благодаря профессионализму судовых специалистов.

Море не прощает ошибок. Поэтому перед каждым рейсом на судовом собрании я объясняю людям, куда и зачем мы идем, напоминаю, что у всех дома остались близкие и родственники, которые ждут своего кормильца живым и здоровым. Что экипаж – одна большая семья, которая должна быть дружной и в любую трудную минуту готовой проявить взаимовыручку. Растопыриваю пятерню, говорю: «Вот видите – пять пальцев; когда каждый из них сам по себе, его можно без особого усилия сломать. А если их сожмем в единый кулак, его повредить довольно трудно».

– А почему вы решили остаться именно на рыбацком флоте? Ведь можно пойти капитаном на торговое судно и ходить из точки А в точку Б, а не гоняться за рыбой в опасных условиях.

– Этот выбор я сделал еще в один из своих первых рейсов на БМРТ «Мыс Ермак», когда понял, что хочу стать штурманом именно промыслового флота. Хотя были в дальнейшем и моменты, когда я занимался перегоном судов, но для меня это как-то «постно».

Ведь добыча рыбы – это азарт, адреналин, необходимость постоянно быть в тонусе, в гуще событий. Порой на одном небольшом косяке собирается до десятка судов. И вот, действительно, где помогают приобретенные с годами работы опыт и выдержка: помимо того, что надо безопасно разойтись с соседними судами, нужно еще и взять хороший улов. Так что рыбный промысел – это не только тяжелый труд, но и особая, интересная жизнь.

Алексей СЕРЕДА, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 25 апреля 2017 > № 2152809 Виталий Целуйко


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 20 апреля 2017 > № 2152631 Сергей Барабанов

Для развития нужен ресурс.

Сергей БАРАБАНОВ, Председатель Ассоциации рыбопромышленных предприятий Озерновского региона.

Усть-Большерецкий район вносит весомый вклад в уловы Камчатки. Это территории с уникальными природными ресурсами, прежде всего – лососем, знаменитой озерновской неркой. Сохранять и рационально использовать рыбные запасы нелегко. О том, какие острые вопросы сегодня стоят в этой области, в интервью Fishnews рассказал председатель Ассоциации рыбопромышленных предприятий Озерновского региона Сергей Барабанов.

– Сергей Анатольевич, сейчас рыбацкий бизнес ждет выхода нормативных правовых актов по инвестиционным квотам – об этом руководители компаний говорят, когда обсуждаются перспективы вложений. На Камчатке – своя специфика, вас тема квот под инвестиции также волнует? Есть предприятия, желающие претендовать на эти лимиты?

– У нашего региона, конечно, свои особенности, но тема инвестиционных квот затрагивает всех. Камчатские предприятия также не могут остаться в стороне от происходящих в отрасли процессов.

Если говорить о квотах для тех, кто построил новые суда, – это очень сложная тема, даже не берусь ее комментировать. Остается вопрос, на каких верфях в России реализовывать эти проекты.

Что касается береговой переработки, если выйдут документы, предусматривающие дополнительные ресурсы для предприятий, которые вкладываются в развитие, то, естественно, будем стремиться к получению таких квот. Это логично и справедливо, что люди, инвестирующие средства, причем значительные, в береговую рыбопереработку на территории Российской Федерации, могут рассчитывать на сырьевое обеспечение. Тем более что речь идет о развитии производств в регионе с непростыми условиями. Нелегко сохранить в таких местах коллектив, привлечь и удержать специалистов. Это самое тяжелое. В отрасли в принципе стоит кадровый вопрос.

– А какие компании будут претендовать на инвестиционные квоты под постройку береговых заводов?

– Думаю, все предприятия, которые в последние годы, после 2008-го, вкладывали значительные финансовые средства в развитие береговой переработки и модернизацию уже существующих заводов. Они же до сих пор модернизируются. Мы не остановились на достигнутом, продолжаем вкладывать средства в развитие производств. В частности, сейчас руководством страны объявлен Год экологии, и я знаю, что многие предприятия будут в 2017-м строить очистные сооружения.

– Камчатский край позиционируется как регион, где реализуются крупные проекты в области береговой переработки водных биоресурсов. В последние годы построено 16 современных заводов. Будет ли, на ваш взгляд, на Камчатке продолжаться процесс модернизации береговых производств?

– Думаю, при наличии постоянного сырьевого обеспечения такое развитие будет происходить. Необходим гарантированный объем, позволяющий рассчитать экономические показатели для компаний. Если не будет ресурса, ничего происходить не будет. Зачем строить предприятие, если нечего перерабатывать?

Да, Камчатка – регион, богатый лососем, другими видами водных биоресурсов, которые осваиваются в «прибрежке». И это надо сберечь. Бороться с браконьерством. Любыми путями стремиться к тому, чтобы ресурс сохранить и преумножить. Способы разные. Некоторые предлагают построить в крае рыбоводные заводы, как в Сахалинской области, и за счет этого увеличить подходы лосося к побережью. Другие считают нужным основной акцент сделать на сохранении естественного воспроизводства. Я поддерживаю эту точку зрения, надо давать рыбе возможность отнереститься, чтобы восполнять запасы именно диким, не искусственно выращенным лососем. Ведь дикая рыба славится своим качеством.

– В плане борьбы с браконьерством – как у вас налажено взаимодействие с Северо-Восточным территориальным управлением Росрыболовства? Есть ли диалог?

– У рыбоохраны сейчас штат маленький. Им очень тяжело осуществлять свою деятельность на огромных подведомственных территориях. Поэтому рыбопромышленники также оказывают поддержку в работе по сохранению ресурса. Заключаем договоры, нанимаем специальные бригады, из других регионов, чтобы они занимались рыбоохраной. Единственное, о чем мы просим территориальное управление, направить одного – двух сотрудников, допустим, на 100 км побережья, чтобы по закону осуществлять задержания нарушителей.

В прошлом году бюджет ассоциации на рыбоохранные мероприятия составил порядка 10-15 млн рублей. Это на содержание сотрудников, заработную плату для них. Кроме того, мы приобрели технику, средства шли на ее эксплуатацию, на зарплату водителям. В рыбоохранных мероприятиях мы сотрудничаем с Кроноцким заповедником.

– В этом году уже обсуждали планы на путину: как будет организована рыбоохрана, какое участие примет ассоциация?

– Предварительные обсуждения наша организация уже проводила. Принципиально все поддерживают, что работа по охране ресурса должна продолжаться. Поэтому будем и дальше двигаться в этом направлении. Проведем заседание совместно со всеми заинтересованными структурами и тогда уже примем решение, каким конкретно будет финансирование, сколько людей будет задействовано в рыбоохране, на каких реках, кому что необходимо. Это рабочие моменты, которые нужно обсуждать.

– Тем более что столько сторон задействовано.

– Да, структур много, они разные. От частного бизнеса, до силовых структур, государственных ведомств.

– Но в принципе нехватка государственных инспекторов ощущается?

– Это самая основная проблема. Она зародилась в 90-е годы, и никак мы ее победить не можем. Все в стране разваливалось, государство не смогло больше слаженно защищать ресурс, активизировался бесконтрольный лов. И теперь население сложно отучить от такого подхода. Молодые люди не заинтересованы в легальной работе, взгляд на вещи простой: зачем трудиться по закону, если можно незаконно заготовить икру, а потом жить на полученные деньги до следующей путины?

– Вы сотрудничаете с рыбоохраной, а научному обеспечению рыбаки оказывают поддержку?

– Сотрудничаем мы с наукой и достаточно плотно. Ежегодно, на протяжении 15 лет, работают научные сотрудники на Озерновском РКЗ № 55. Взаимодействуем со специалистами, которые ведут учет захода лосося на Курильское озеро. Помогаем организовать облеты для оценки ситуации с подходами рыбы. Эта работа ведется в основном за счет рыбопромышленных предприятий. Мы, например, предоставляем вертолет, иногда я сам летаю. В этом году уже достигнуты договоренности с КамчатНИРО об авиаучете. Для нужд института ассоциация приобрела рыбоучетное заграждение – чтобы была возможность более точно оценивать ситуацию с подходами производителей.

- А что касается организации лососевой путины, работы региональной комиссии по анадромным. Обычно представители Камчатки докладывают на научно-промысловом совете, что система отлажена, глобальных вопросов не возникает. Действительно ли все так гладко?

– Думаю, сложности всегда были, есть и какие-то годы будут. Другое дело, что процесс пытаются отрегулировать цивилизованным способом. Краевые власти собирают рыбаков, проводят заседания, где обсуждаются объемы, подготовка к лососевой путине. Не обходится, конечно, без спорных моментов. Например, с жаберными сетями.

– Использование этих орудий лова стало одной из острых тем. Ваша ассоциация ранее также заявила, что нужно навести порядок в этом вопросе, иначе под угрозой оказывается важный для социально-экономического развития края ресурс.

– Да, действительно, наше объединение в прошлом году обратилось к руководству отрасли с просьбой поручить подведомственным научным организациям, чтобы они обеспечили проработку вопроса о внесении изменений в правила рыболовства для Дальневосточного бассейна – с целью запрещения использования жаберных сетей на морских РПУ Камчатского полуострова и северных Курильских островов.

В прошлом году в результате авиаучета выяснилось, что высокие показатели по заполнению на тех реках, где фактически работает по одному предприятию, не выставляющему жаберные сети на своих участках. Но, по предварительным данным, таких рек всего четыре на всем западном побережье Камчатки.

Еще один острый вопрос – точность прогнозов по подходам рыбы. К сожалению, финансирование отраслевой науки сокращается, в результате страдает научное обеспечение рыбохозяйственной деятельности. Как итог – предприятия готовятся к путине, вкладывают большие средства, а ожидаемого результата не получают.

В целом же для рыбаков важны стабильные условия работы. Самое главное произошло в 2008 году, когда за предприятиями закрепили на 20 лет рыбопромысловые участки. Не меняют правила – работать легче. Банки спокойны, что компания выплатит кредит, сотрудники – что они получат заработную плату. Все работают.

Маргарита КРЮЧКОВА, газета « Fishnews Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 20 апреля 2017 > № 2152631 Сергей Барабанов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 апреля 2017 > № 2152535 Кирилл Фирсов

Кирилл Фирсов: Хорошие уловы – не повод расслабляться.

Компенсировать ожидаемое снижение добычи лосося в этом году Хабаровский край будет за счет краба и малоосваиваемых объектов, в том числе сардины-иваси, отмечает председатель комитета рыбного хозяйства министерства природных ресурсов региона Кирилл Фирсов.

Для рыбаков Хабаровского края 2016 г. оказался самым удачным в череде последних и без того положительных по производственно-экономическим показателям лет: 375 тыс. тонн водных биоресурсов, около 300 тыс. тонн произведенной рыбопродукции и 1,3 млрд рублей налоговых поступлений в краевой бюджет. Такой результат стал очередным абсолютным максимумом за последние четверть века.

Однако текущий год для региона будет сложнее предыдущего, отметил председатель комитета рыбного хозяйства министерства природных ресурсов Хабаровского края Кирилл Фирсов в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства».

«По прогнозам науки, ресурсная база снижена на 31 тыс. тонн, что обусловлено цикличностью подходов тихоокеанских лососей. 2017 год является «неурожайным» в подзоне Приморье (Японское море) по горбуше, вылов которой в прошлом году у нас составил 10 тыс. тонн. А также прогнозируется снижение объемов добычи горбуши в бассейне реки Амур: в 2016 году ее вылов здесь составил 22,8 тыс. тонн, что в 12 раз больше, чем в 2015-м, - рассказал глава комитета. - Общий объем добычи по лососям в прошлом году у нас был порядка 87 тыс. тонн».

Кирилл Фирсов подчеркнул: хотя прогнозы науки порой заметно разнятся с реальным выловом, всем понятно, что в 2017 г. не стоит ожидать повторения рекордов. По крайней мере, по тихоокеанским лососям. По предварительной оценке, общий вылов всех видов ВБР для Хабаровского края в текущем году составит 349 тыс. тонн. По лососям возможный вылов прогнозируется на уровне 65-67 тыс. тонн.

«К сожалению, помимо природных факторов на результатах промысла, скорее всего, отразится и обновленное законодательство, а именно требование о перерегистрации компаний, осуществляющих прибрежный промысел, - обратил внимание собеседник Fishnews – Новости рыболовства». - По крайней мере одна крупная рыбопромышленная компания Хабаровского края по этой причине перешла в другой дальневосточный регион. Надеемся, что к 2018 году ситуация изменится».

Компенсировать ожидаемое снижение уловов красной рыбы предполагается, во-первых, за счет малоосваиваемых объектов. «Наши предприятия сейчас готовятся к такой работе в прибрежной зоне, в частности на иваси. Мы прорабатываем с ними возникающие вопросы, так как на таком виде промысла есть свои сложности – по технологии освоения, по орудиям лова и т.д. Но по прошлому году у нас были довольно удачные примеры работы на подобных объектах. Так, компания «Софко» взяла порядка 50 тонн сардины-иваси и около 500 тонн скумбрии – это хороший результат. В этом году постараемся привлечь больше предприятий на эти объекты, чтобы таким образом компенсировать снижение по лососю», - подчеркнул Кирилл Фирсов.

Также, по его словам, планируется увеличить объемы вылова краба (в этом году квота региона повышена практически на 2 тыс. тонн) и сельди в Охотском море.

«Так что будем прилагать все усилия совместно с нашими рыбаками, чтобы выйти на хорошие показатели вылова за счет других объектов промысла. Меры будут приняты – усилим промысел, где это возможно», - резюмировал глава комитета.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 18 апреля 2017 > № 2152535 Кирилл Фирсов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 6 апреля 2017 > № 2133474 Александр Поздняков

Александр Поздняков: Сохранить ресурс важно рыбакам.

Эффективность рыбоохранных мероприятий обеспечивает консолидация промышленности и власти, отмечает президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Амурского бассейна Александр Поздняков.

Рыбопромышленники Хабаровского края активно сотрудничают с госорганами в сфере рыбоохраны. В конце января состоялась очередная встреча, посвященная теме сохранения ресурса. «Решили в нынешнем году предложить Росрыболовству и управлению МВД расширенную модель сотрудничества: помогать, предоставляя не только людей и катера, но и машины, вездеходы, беспилотные летательные аппараты и т.д. Серьезно подходить к делу», - рассказал в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» президент Ассоциации рыбохозяйственных предприятий Амурского бассейна Александр Поздняков.

«Самое главное – все понимают, что совместная работа необходима. Есть крупные предприятия, есть мелкие, но участвовать в сохранении сырьевой базы должны все. При этом важно, чтобы сотрудничество власти и бизнеса соответствовало законодательству», - добавил руководитель объединения.

Он также отметил важность противодействия сбыту нелегальной продукции. «Территориальное управление Росрыболовства в этом году собирало представителей рыбной промышленности и как раз подчеркивало: для того чтобы предотвращать сбыт браконьерского товара, надо не допускать получения на него документов. Нельзя позволять, чтобы подтасовывались объемы, чтобы шла продажа документов. Чтобы незаконно добытая продукция реализовывалась под легальные квоты», - подчеркнул Александр Поздняков.

Собеседник «Fishnews – Новости рыболовства» обратил внимание на еще одну проблему – браконьерство под прикрытием спортивно-любительского и традиционного рыболовства КНМС. «На мой взгляд, уловы любительского рыболовства должны использоваться только для личного потребления. Как и объемы, добытые при промысле, который ведут коренные малочисленные народы Севера, - считает президент ассоциации. - Сейчас традиционное рыболовство – одна из проблемных сфер. Причем просто в валовом режиме формируются участки для этого вида промысла».

«В целом эффективность рыбоохранных мероприятий обеспечивает консолидация промышленности, власти и контролирующих структур. Есть единый механизм. Понятно, что у каждого участника процесса своя специфика, свой взгляд на те или иные вещи. Но общая ситуация улучшается, оттачивается взаимодействие. И мы со своей стороны готовы закрывать пробел по обеспечению рыбоохраны – по людям, транспорту, ГСМ и т.д. Потому что понимаем: сохранить ресурс прежде всего важно для самих рыбопромышленников. Сейчас у нас рекордные уловы лосося, но в это время как раз и важно задуматься о его сбережении», - резюмировал Александр Поздняков.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 6 апреля 2017 > № 2133474 Александр Поздняков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 апреля 2017 > № 2133154 Галина Щукина

Государство должно осознать, что оно хочет от аквакультуры.

Многие проблемы, возникающие при формировании правовой базы рыбоводства, связаны с отсутствием концепции его развития, отмечает зампредседателя Ассоциации развития аквакультуры Сахалинской области Галина Щукина.

За последний год в секторе аквакультуры на законодательном поле предлагалось многое: вносились точечные, но вместе с тем довольно важные изменения. Заместитель председателя Ассоциации развития аквакультуры Сахалинской области Галина Щукина проанализировала для газеты «Fishnews Дайджест», насколько «рабочими» оказались новации.

Так, она напомнила, что принятые поправки в отраслевой закон и ряд подзаконных актов позволили пользователям, традиционно занимавшимся марикультурой, переоформить действующие рыбопромысловые участки для товарного рыбоводства в рыбоводные участки без проведения торгов. Это коснулось и предприятий, добросовестно работавших в области прудового рыбоводства.

Положительным моментом Галина Щукина назвала и отмену ограничения по площади морской акватории, выделяемой для одного предприятия.

«Однако по-прежнему предприятиям-пользователям запрещено многоцелевое использование рыбопромысловых участков (как для рыболовства, так и для товарного выращивания объектов марикультуры). В связи с этим в Сахалинской области в вопросе развития марикультуры все стабильно: ее как не было, так и нет», – подчеркнула собеседница «Fishnews Дайджест».

По словам Галины Щукиной, опыт Приморского края показывает, что к механизму формирования морских рыбоводных участков имеется огромное количество нареканий. Так, законом предусматривается возможность инициативного формирования участка (по заявочному принципу). При этом сложнейший этап согласования его границ в различных инстанциях заявитель проходит самостоятельно. Затем РВУ выставляется на торги, по результатам которых определяется, кому государство предоставит право пользования. И далеко не факт, что это будет заявитель.

Саму идею аукционов представитель ассоциации назвала весьма спорной: во-первых, аквакультура – занятие дорогое, а тут еще из оборота предлагается изъять приличные суммы, которые могли бы использоваться в качестве инвестиций.

Во-вторых, участки, за право пользования которыми заплачены немалые деньги, практически невозможно изъять у предприятий-пользователей до окончания срока договора, даже в случае отсутствия на этих РВУ реальной деятельности. «Об этом свидетельствует ситуация, сложившаяся вокруг распределенных в свое время рыбопромысловых участков в Сахалинской области, часть из них сейчас из-за отсутствия подходов горбуши либо никак не используется, либо с их помощью легализовывают рыбу, пойманную в других районах», - привела пример зампредседателя ассоциации.

По мнению Галины Щукиной, альтернативой аукционам является конкурс, в основу которого положены экономические критерии – количество рабочих мест, объемы инвестиций и прочее. При распределении рыбоводных участков через процедуру конкурса расторгнуть договор пользования в случае невыполнения предприятием базовых обязательств (критерии, по которым оно признано победителем) юридически несложно.

«В-третьих, осталась неизменной ситуация, при которой инвесторы должны не только нести затраты на аукцион, но еще и платить за пользование участком, - обратила внимание представитель ассоциации. - Наличие подобного дополнительного обременения увеличивает и без того немалый (около 6 лет) период окупаемости инвестиций и выглядит абсолютно нелогично с точки зрения заявляемого на государственном уровне приоритета развития аквакультуры».

Она также напомнила, что ряд полномочий в сфере регулирования товарной аквакультуры так и не передан регионам.

Галина Щукина обратила внимание и на новую проблему, которую принесли методика определения объема и видового состава объектов аквакультуры и методика расчета объема подлежащих изъятию объектов аквакультуры при осуществлении пастбищной аквакультуры.

«Аквакультура не может эффективно функционировать и развиваться в условиях чрезмерной централизации управления и избыточности регулирования. Упомянутые документы широким шагом ведут нас именно к этому, устанавливая обязательные минимумы или максимумы производства продукции, а также регламентируя перечень объектов, которые позволяется культивировать в конкретном районе, а, следовательно, и на рыбоводном участке. Причем эти рекомендации даны, исходя из степени изученности вопроса отраслевыми институтами, они не учитывают ни мировой, ни отечественный опыт, если он приобретен вне рамок отраслевой науки, - подчеркнула зампредседателя ассоциации. - Что это, если не монополия на истину?»

По ее словам, в результате из числа объектов марикультуры были де-факто исключены многие виды, пригодные для разведения и перспективные с точки зрения экономики, но не указанные в перечне.

Также Галина Щукина отметила методику, содержащую принцип определения объема изъятия из водного объекта в границах рыбоводного участка. «Во-первых, данный подход никак не учитывает производственные (в том числе биологические) риски. Во-вторых, порядок возникновения права собственности в законодательной базе прописан в целом некорректно, что создает довольно странную коллизию, обратила внимание специалист. - Пока молодь гидробионтов находится в заводских условиях, она принадлежит предприятию. Но произведя отсадку молоди на морской участок, производитель теряет право собственности на нее вплоть до момента изъятия выращенной товарной продукции». Представитель ассоциации подчеркнула, что такая правовая коллизия дает возможность браконьерам свободно «работать» как на самих морских фермах, так и на смежных с ними участках.

Таким образом, за три года с момента принятия ФЗ № 148 «Об аквакультуре (рыбоводстве)…» прогресса в развитии марикультуры явно не наблюдается, делает вывод Галина Щукина.

«Многие проблемы, возникающие при формировании законодательно-правовой базы аквакультуры, связаны с отсутствием как концепции управления прибрежной зоной в целом, так и концепции развития аквакультуры в частности, - считает собеседница «Fishnews Дайджест». - Первая призвана решать конфликты хозяйствующих субъектов, вторая – определить степень значимости аквакультуры с точки зрения государства. Аквакультура по-прежнему противопоставляется прибрежному рыболовству, а в отдельных случаях – не только ему».

По мнению Галины Щукиной, как только государство осознает, что же оно хочет получить от аквакультуры и какое место эта отрасль должна занять в списке приоритетов, – станет более-менее понятно, что именно в действующей нормативно-правовой базе мешает реализации принятой концепции.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 4 апреля 2017 > № 2133154 Галина Щукина


Россия. ЦФО > Рыба > agronews.ru, 31 марта 2017 > № 2122190

Комментарий. Илья Шестаков обозначил приоритеты Росрыболовства на 2017 год.

30-31 марта 2017 года в Подмосковье проходит коллегия Росрыболовства, посвященная итогам деятельности Агентства в 2016 году и задачам на 2017 год. Актуализированная стратегия развития рыбохозяйственного комплекса России может быть принята до конца текущего года.

«В этом году необходимо завершить подготовку стратегии развития рыбохозяйственного комплекса (РХК) на период до 2030 года и создать организационные и финансовые условия для ее исполнения, – заявил на коллегии заместитель министра сельского хозяйства России – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков. – Для этого будет создан Cовет по стратегическому развитию РХК с участием представителей бизнес-сообщества как органа, осуществляющего мониторинг реализации стратегии и формирующего важнейшие инициативы для будущего отрасли».

Докладчик представил актуализированную долгосрочную стратегию развития рыбопромышленного комплекса. Важнейшие направления состоят из 10 пунктов. Вместе с созданием Совета, Илья Шестаков поручил совместно с Всероссийской ассоциацией рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров (ВАРПЭ) организовать проектный офис с целью осуществления поддержки или прямого управления основными стратегическими программами, включая создание отраслевого института развития рынков на базе проекта «Русская рыба». Здесь будет формироваться полноценный маркетинговый институт международного уровня.

Доля российской рыбы в магазинах выросла до 83%, и это выше порогового значения, определенного доктриной продовольственной безопасности. Глава ведомства рассказал, что в 2016 году вылов водных биоресурсов увеличился на 5,6% – до 4,67 млн тонн, что стало рекордом за последние 20 лет. Импорт рыбы и рыбной продукции снизился на 8,7% – до 511 тысяч тонн, а экспорт возрос на 6% – до 1,912 млн тонн. Происходит постепенное замещение импорта лосося, сельди, скумбрии, хотя риски для продовольственной независимости по-прежнему сохраняются, если отмена продуктовых контрсанкций произойдет в краткосрочной перспективе.

В 2016 году после почти 25-летнего перерыва рыбаки возобновили промысел иваси, ее вылов составил около 9 тыс. тонн. Тихоокеанской скумбрии, промысел которой тоже начался после длительного перерыва, выловлено 7,8 тыс. тонн. И.Шестаков также сообщил, что оборот отрасли в прошлом году составил 290 млрд рублей, что на 11% больше, чем в предыдущем году.

В то же время он отметил, что аквакультура пока занимает скромное место в структуре показателей рыбохозяйственного комплекса. «По оперативной информации Минсельхоза, по итогам 2016 года производство составило чуть более 200 тыс. тонн, при этом рост к 2015 году превысил 30%, — сказал он. — В средней долгосрочной перспективе аквакультура остаётся одной из точек роста отрасли, и Росрыболовство будет продолжать оказывать различного рода поддержку производственным предприятиям, а также работать над совершенствованием отраслевого законодательства».

Рассчитываем, что с реализацией инвестиционных проектов появятся в значительных объемах новые и традиционные продукты высокого качества для конечного потребления. Будут развиваться инфраструктура «холодной цепи» и новые форматы торговли, включая электронную коммерцию, заявил выступающий. Качественный маркетинг, качественный продукт и качественная логистика – эти три компонента Илья Шестаков назвал залогом развития потребления рыбы в стране.

Для обеспечения эффективной господдержки реализации стратегии-2030 также необходимо подготовить предложения по актуализации государственной программы «Развитие рыбохозяйственного комплекса».

«В 2017 году пройдет серия общественных обсуждений Стратегии, в том числе на площадке Международного рыбопромышленного форума, который состоится в сентябре в Санкт-Петербурге. Рассчитываем, что новая стратегия будет утверждена Правительством России до конца года», – сказал руководитель агентства.

Перечисляя основные задачи на 2017 год, Шестаков отметил, что большую работу нужно проделать по принятию всех нормативно-правовых актов для реализации нового закона о рыболовстве. «Нам предстоит не только провести отбор инвестиционных проектов, но и самое сложное – провести кампанию по перезаключению договоров по распределению квот на новый период. Надо готовиться уже сейчас, поэтому поручаю профильному управлению разработать перечень мероприятий для решения этой задачи», – подчеркнул докладчик.

Особое внимание при организации рыболовства будет уделено созданию условий для развития промысла перспективных объектов: необходимо подготовить планы мероприятий по развитию добычи сардины иваси и тихоокеанской скумбрии, черноморской хамсы, каспийской кильки и иных перспективных водных биоресурсов. Отдельная комплексная задача – развитие прибрежного рыболовства в Республике Крым. В регионе остро стоят вопросы совершенствования правил рыболовства, обновления малотоннажного флота и развития береговой инфраструктуры.

Уйти от сырьевой направленности

Перед индустрией стоят новые вызовы. Одним из главных рисков отечественного рыболовства в условиях современной, глобальной экономики, как заявил Илья Шестаков, остается сырьевая направленность. Уход от нее – важнейшая задача.

Среди тенденций глава ведомства назвал снижение цен на продукцию от производителей. «При этом специфика отечественного рыболовства состоит в крайне ограниченном потенциале роста объемов производства в ряде ключевых сегментов, который не может компенсировать снижение цен на сырьевые товары», – подчеркнул глава агентства. Он отметил относительно низкий уровень покупательской способности в стране.

«Точки роста» федеральное агентство видит в развитии глубокой переработки, прежде всего тресковых, увеличении добычи сардины и скумбрии на Дальнем Востоке, развитии морских биотехнологий. Шестаков назвал безусловным приоритетом стимулирование притока частных инвестиций и повышение инвестиционной привлекательности отрасли.

Он отметил, что в проекте стратегии заложены не только задачи, но и механизмы их реализации – «как нефинансовые, так и необходимость финансового субсидирования отрасли по ряду перспективных направлений».

Одной из самых важных тем глава ФАР назвал квоты в инвестиционных целях. Они вводятся как эффективный инструмент стимулирования инвестиций в тех сегментах, где существует серьезный потенциал роста. «Без дополнительных бюджетных расходов инвестквоты способны, по оценкам экспертов, привлечь свыше 200 млрд рублей инвестиций в строительство флота и береговых заводов в течение 5-7 лет. В результате могут быть построены свыше 100 судов и 10 крупных береговых заводов, что позволит увеличить годовой вклад отрасли в ВВП более чем на 50 млрд рублей. Это внушительный рост экономической отдачи от освоения биоресурсов: свыше 50% в среднем на тонну вылова. Так что речь здесь идет не о квотах под киль, а, если угодно, о квотах под добавленную стоимость», – подчеркнул Илья Шестаков. На нынешней неделе проекты будут направлены в Правительство РФ.

Руководитель Агентства также поднял вопрос оптимизации работы отраслевых НИИ. Для этого ВНИРО поручено подготовить план мероприятий по совершенствованию системы научных учреждений, включая организационную структуру, а также предусмотреть внедрение новых методов анализа данных и прогнозирования, развитие научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок. «Надо принимать решение по объединению дальневосточных научно-исследовательских судов, в этом году необходимо проработать вопрос о создании единого научного центра на Дальнем Востоке», – подчеркнул Шестаков.

2016 год для отраслевых институтов прошел непросто. «К сожалению, мы продолжаем сталкиваться с сокращением бюджетного финансирования. В 2016 году было выполнено около 1,3 тыс. экспедиций, что на 11% меньше 2015 года. Такое положение вещей позволяет науке выполнять лишь поддерживающую функцию, в то время как интересы отрасли требуют расширения объемов и спектра исследований», – заявил руководитель агентства.

Есть и положительные сдвиги. «Началось проектирование новых современных НИС, которое должно закончиться в 2018 г.». «В 2017 году, я думаю, мы сможем определиться и по источникам финансирования строительства этих судов», – отметил докладчик.

Руководитель Росрыболовства признал: «На определенные недостатки указали правоохранительные органы и Счетная палата Российской Федерации. За последнее время в системе управления научными учреждениями было принято несколько кадровых изменений». В январе управление науки и образования Росрыболовства возглавил Сергей Голованов, а директором ВНИРО теперь является Кирилл Колончин. Глава агентства пожелал новому руководству обратить внимание на необходимость «устранения недостатков, продолжения работы по оптимизации расходов и внедрению новых методов оценки запасов и сбора данных».

Административные барьеры рыбопромышленники называют одними из главных проблем отрасли и препятствий к развитию внутреннего рынка. Вопрос актуален и с точки зрения развития инфраструктуры морских рыбных терминалов. К снижению барьеров нужен системный подход, подчеркнул руководитель Росрыболовства. Он поручил всесторонне обсудить проблему административных барьеров с участием заинтересованных властей, Агентства стратегических инициатив (АСИ) и бизнес-объединений. Результатом должна стать комплексная «дорожная карта» по снижению таких препятствий.

Поможет электронный промысловый журнал

Предполагается, что снижению барьеров в отрасли поможет внедрение электронного промыслового журнала. Уже сейчас такой программно-технический комплекс установлен и функционирует примерно на 100 судах рыбопромыслового флота. «Хорошее начало положено. Необходимо продолжать информатизацию отрасли», – заявил выступающий.

Он отметил, что в 2016 г. продолжалась работа по повышению эффективности использования госимущества рыбных терминалов морских портов, находящегося в ведении ФГУП «Нацрыбресурс». Правительством утвержден план мероприятий по модернизации и развитию портовой и рыбохозяйственной инфраструктуры. Заключен ряд долгосрочных договоров аренды с обязательствами осуществлять инвестиции в развитие холодильной инфраструктуры. «Много раз нам вежливо пытались объяснить, что ничего у нас в этом направлении не получится и надо сдать причалы, несмотря на потерю специфики. Мы уверены, что результат принятого нами решения будет положительным, – порадовал Шестаков. – По сути, опять мы нефинансовыми активами сможем улучшить ситуацию в рыбохозяйственной инфраструктуре».

Шестаков подчеркнул, что соответствующие пункты плана мероприятий должны быть выполнены качественно и в установленные сроки. В первую очередь это разработка и утверждение стратегии развития рыбных терминалов. Кроме того, предусмотрена подготовка предложений о механизме реализации инвестпроектов в отношении гидротехнических сооружений, находящихся в федеральной собственности. «Дополнительно с учетом принятых правительством решений подведомственным учреждениям поручаю подготовить план по акционированию и приступить к его реализации, — информировал глава Росрыболовства. — Это касается наших ФГУП».

Греет душу забота о нас, покупателях. Глава агентства обратил внимание, что весьма остро стоит вопрос стоимости рыбопродукции. Покупателям часто по высоким ценам предлагают товар низкого качества, например, так называемую «охлажденную рыбу». «Несмотря на то, что регулирование торговых сетей не является компетенцией Росрыболовства, мы не можем занимать пассивную позицию, – заявил Илья Шестаков. – Для исправления ситуации поручаю ужесточить контроль за выдачей предприятиям технических условий в отношении охлажденной и размороженной рыбопродукции, а также во взаимодействии с Россельхознадзором и Роскачеством за соблюдением условий хранения и реализации рыбопродукции в целом».

Хорошо бы эти слова претворить в дела.

Итоги реализации национального плана по противодействию ННН-промыслу в 2016 году Шестаков назвал весьма позитивными: удалось проконтролировать законность добычи более 80% экспортируемых уловов (в 2015 г. – около 60%). Однако обстановка с соблюдением законодательства в сфере рыболовства на внутренних водоемах остается сложной: количество выявленных нарушений превысило 100 тысяч. Для пресечения организованного браконьерства планируется шире использовать командирование сотрудников теруправлений во время нереста, активно привлекать общественные организации. Также необходимо закончить работу по закреплению перекрестных полномочий между инспекторами Росрыболовства, Рослесхоза и охотнадзора, отметил глава Агентства. Он подчеркнул: «Необходимо выявлять и расставаться с сотрудниками, которые допускают нарушения действующего законодательства, поддерживать и поощрять сотрудников, которые ведут борьбу с правовым нигилизмом и браконьерством в нелегких условиях».

В структуре показателей рыбного хозяйства аквакультура пока занимает скромное место, однако в средне- и долгосрочной перспективе она остается одной из точек роста отрасли, особенно лососеводство и марикультура. «Пресноводная аквакультура, на которую сегодня приходится свыше 70% объемов производства, должна сохранить и преумножить свою роль как важного инструмента обеспечения продовольственной безопасности», – отметил глава агентства. Перспективы повышения эффективности воспроизводства связаны с завершением организационной реформы. В 2017 г. планируется закончить формирование Главрыбвода, присоединив к нему дальневосточные заводы.

Шестаков сообщил, что крупным резервом развития аквакультуры является формирование новых рыбоводных участков и предоставление их в пользование. Он посетовал, что до сих пор управлением аквакультуры совместно с институтами «разрабатывается стратегия проведения компенсационных мероприятий, определение приоритетных объектов для выпуска, определение потенциально возможных перспектив и для аквакультуры». «Год мы уже это все обсуждаем, решений пока нет. Надеюсь, к июню эта работа будет завершена», – заметил глава Росрыболовства.

Выступления участников были по делу. Так, депутат Госдумы Владимир Блоцкий сообщил: «В Госдуме рассматривают два законопроекта: о любительском рыболовстве, который принят в первом чтении, о внесении изменений в закон об аквакультуре. Здесь идет плотная работа на площадках ГД с рабочими группами. Я считаю, что в весеннюю сессию эти документы примут и они будут применяться в РФ».

Член Совета Федерации Людмила Талабаева предложила уделить особое внимание проведению ресурсных исследований, которое замедлилось из-за сокращения вдвое финансирования науки.

С большим интересом было выслушано сообщение президента Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий, предпринимателей и экспортеров Германа Зверева об экономических результатах работы РХК в 2016 году и основных факторах развития в 2017 году.

Много полезных предложений по совершенствованию работы отрасли предложили представители пограничной службы, службы экономической безопасности ФСБ, Генпрокуратуры…

Встреча с журналистами

Спецкор «Крестьянских ведомостей» задал вопрос И. Шестакову: улов рыбы растет, а как это скажется на ценах?

Руководитель Агентства ответил: в России цены на рыбу в 2017 году с учетом высокого уровня добычи и неплохих запасов могут быть стабильны или даже снизиться. При этом насколько могут снизиться цены на рыбную продукцию, он не сказал. По его словам, в 2016 году цены у рыбаков на основные виды водных биологических ресурсов выросли примерно на 7%, что в целом соответствует уровню инфляции.

Думаю, выражу мнение всех российских покупателей: цены на рыбу в розничной торговле кружат голову – они выше, чем на мясо! Здесь нужны кардинальные меры. Ведь рыба – продукт первой необходимости!

Отвечая на другой вопрос, И. Шестаков пояснил, что правительство отобрало ряд товаров, на которые предлагает ввести маркировку. В список попали черная и красная икра. Теперь необходимо провести согласование со странами ЕАЭС. При этом глава Агентства отметил, что маркировка черной и красной икры не повлияет на стоимость продукции.

Илья Шестаков информировал: «Если перспективно ставить задачу, наверное, к 2022–2023 году, когда у нас новые суда появятся, мы можем прирасти на миллион тонн — до 5,6–5,7 млн тонн (рост 20%)». Правда, заметив, что в производстве аквакультуры в текущем году не будет такого значительного роста, как в 2016-м — более 30%, но ожидается рост производства на уровне 3–5%.

Росрыболовство и Союз аквакультуры договорились

В присутствии СМИ руководитель Росрыболовства Илья Шестаков и президент Союза аквакультуры Юрий Киташин заключили соглашение о взаимодействии. Оно предполагает сотрудничество при разработке программ обучения и повышения квалификации персонала в области рыбоводства, совместное формирование тематик научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ и их дальнейшее внедрение в производство, а также подготовку рекомендаций и выработку управленческих решений, направленных на сокращение импортной зависимости.

По предварительным данным, объем производства аквакультурной товарной рыбы и морепродуктов в 2016 году увеличился на 14% по сравнению с 2015 годом – до 174 тыс. тонн, рыбопосадочного материала – почти на 26%, до 31,3 тыс. тонн. В целом, рыбоводными хозяйствами в прошлом году выращено 205,3 тыс. тонн водных биоресурсов против 178,1 тыс. тонн годом ранее. Согласно показателю отраслевой госпрограммы, к 2020 году объем производства товарной аквакультуры должен превысить 315 тыс. тонн.

С начала кампании по формированию новых рыбоводных участков (стартовала во второй половине 2015 года), под осуществление аквакультуры дополнительно выделено около 170 тыс. га акваторий, из которой уже предоставлено в пользование 50 тыс. га, остальные площади будут распределены на аукционах в ближайшее время. Ранее до вступления в силу Закона об аквакультуре рыбоводство в Российской Федерации осуществлялась на 320 тыс. га. Таким образом, рыбоводный фонд увеличился более чем на 50%.

Автор: Александр РЫБАКОВ, «Крестьянские ведомости»

Россия. ЦФО > Рыба > agronews.ru, 31 марта 2017 > № 2122190


Россия. ЦФО > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 29 марта 2017 > № 2122205 Сергей Мазохин

Построить флот и не разориться.

Сергей МАЗОХИН, Начальник управления гражданского судостроения АО «Судостроительный завод «Вымпел».

Задача по обновлению флота ставит судовладельца перед дилеммой: строить новые суда или приобрести подержанные за рубежом. При принятии решения на чашу весов обычно кладется цена проекта, но при беглом взгляде эти цифры могут создать ложное впечатление. Не лишним будет посмотреть, из чего складывается стоимость постройки судна в нашей стране, почему покупка техники «с пробегом» не всегда обходится дешевле и в каких случаях есть шанс получить реальную экономию.

Новое судно или б/у

Рыболовство как бизнес непосредственно зависит от состояния эксплуатируемого флота, его надежности и эффективности: устаревшая техника несовместима с развитием компании. Закупка подержанных иностранных судов решает вопрос лишь частично, а их конечная стоимость с учетом ряда факторов может оказаться не столь привлекательной по сравнению с новостроем.

Как правило, за рубежом приобретаются суда, устаревшие либо морально, либо технически, что влечет за собой соответствующие затраты на обслуживание. Другой статьей расходов, и порой весьма существенных, станет реклассификация, для которой потребуется выполнить все требования Российского морского регистра. Разумеется, любому судну иностранной постройки не избежать и таможенных платежей.

К тому же специфика работы зарубежных судов может сильно отличаться от российской. Например, на Северном бассейне наши рыбаки ведут промысел в открытом море, тогда как их норвежские коллеги ловят в основном прибрежной зоне, что вкупе с внутренним законодательством определяет особенности местного судостроения. Поэтому норвежские суда для «прибрежки» шире и с большой осадкой, что в свою очередь отражается на их мореходных качествах и не слишком подходит российским компаниям. Необходимость переобучения и адаптации команды к новым условиям может занять длительное время, соответственно снижая эффективность работы судна на начальном этапе.

Все эти риски нужно учитывать при приобретении за рубежом судов, бывших в эксплуатации. Издержки, в том числе и временные, в комплексе могут оказаться значительно больше, чем в случае строительства. При заказе нового судна можно заранее учесть специфику промысла, район плавания, требования по безопасности и экономичности, сделав его максимально эффективным для нужд конкретного предприятия. Главный минус тут, естественно, – цена.

Как не ошибиться с заводом

Экономика работы судостроительного предприятия – сложный механизм, который зависит от множества факторов. В их числе – объем заказанных судов, их стоимость, эффективность верфи, политика управляющей организации, уровень оснащенности завода, его энергоэффективность и прочее. Для крупнотоннажного флота в нашей стране вариантов площадки для строительства по-прежнему немного, но заказчики средних и мелких судов могут позволить себе подойти к выбору завода более вдумчиво.

Если говорить об опыте производства рыбопромысловых судов, то практически все предприятия находятся в равных условиях. Поэтому имеет смысл обращать внимание на то, как работает завод, сколько судов в год и какого типа он выпускает, какова численность работников, есть ли собственное конструкторско-технологическое бюро. Если предприятие расположено не у моря, стоит уточнить, если ли возможность вывода судна по внутренним водным путям. Самое главное, чтобы завод не был банкротом и не имел финансовых или юридических проблем.

Ввиду объективных различий верфей в России подход к ценообразованию у них тоже будет отличаться. Один из наиболее значимых критериев для формирования оптимальной цены – соответствие типа судна специфике предприятия. Например, завод, который специализируется на строительстве крупнотоннажных судов с длительным циклом производства и издержек, вряд ли сможет предложить оптимальную цену для малотоннажного судна.

Где можно сэкономить

Цена контракта на строительство нового судна складывается из себестоимости строительства, прибыли судостроительного завода и налога на добавленную стоимость (НДС). Чаще всего большинство вопросов связано именно с определением себестоимости, которая в свою очередь формируется из прямых и косвенных затрат.

К прямым затратам относятся расходы на материалы, оборудование и комплектующие изделия, основная заработная плата производственных рабочих и иные расходы, непосредственно связанные с выполнением строительных работ. Косвенные затраты включают расходы на содержание предприятия. Как правило, это фиксированная цифра, которая зависит от эффективности работы судоверфи и тоннажа судна. Таким образом, оптимизировать цену строительства можно только за счет уменьшения прямых затрат.

При определении себестоимости судна применяется два подхода – расходный и доходный. В первом случае заказчик выбирает проект, который его полностью устраивает, и исходя из этого выбора осуществляется расчет затрат завода на строительство. Второй подход подразумевает, что заказчик просчитывает экономику эксплуатации судна и выбирает оптимальный проект с учетом будущей окупаемости. В этом случае приоритетом является стоимость, которая должна укладываться в определенную сумму.

Снизить стоимость строительства возможно в обоих случаях, но целесообразно озаботиться этим еще на этапе проектирования. В противном случае добиться экономии будет очень сложно. Заказчику нужно тщательно проанализировать и понять, какие требования действительно важны для будущего проекта. Ведь чем сложнее, производительнее и тяжелее судно, тем оно дороже.

Для оптимизации стоимости строительства необходимо:

- подобрать требуемые характеристики судна с учетом условий его работы (размеры, объем трюма, мощность силовой установки и прочее);

- выбрать необходимый набор функций и основное оборудование;

- определить производителей основного оборудования.

Обычно затраты на оборудование и материалы – самая дорогостоящая часть, до 50-60% от стоимости нового судна. Еще около 10-15% приходится на оплату труда основных производственных рабочих и субподрядные работы. В целях экономии стоит снижать количество оборудования, его закупочную цену и уменьшать вес судна за счет изменения его размера и установки современной компактной техники.

Чем поможет государство

Снизить расходы при строительстве нового судна заказчик может, прибегнув к помощи государства. Законодательством предусмотрен ряд льгот, которые целесообразно использовать и для строительства рыбопромыслового флота. Одной из них является применение нулевой ставки НДС для судов, построенных на российских верфях, при условии их регистрации в Российском международном реестре судов. Рыболовное судно также может претендовать на включение в этот реестр, если его валовая вместимость составляет более 80 регистровых тонн.

Кроме того, на рыбаков распространяются стимулы, предусмотренные подпрограммой «Государственная поддержка» государственной программы «Развитие судостроения и техники для освоения шельфовых месторождений на 2013 – 2030 годы». В рамках этой подпрограммы есть возможность получить субсидии на возмещение части затрат на уплату процентов по кредитам и лизинговым платежам в размере 2/3 ключевой ставки. Порядок предоставления таких субсидий предусмотрен постановлением правительства № 383 от 22 мая 2008 г. Планируется продление срока действия постановления, после чего эта мера может применяться и при строительстве рыбопромысловых судов за счет кредитных средств или лизинга.

Ожидается, что в этом году правительство примет и другое постановление, позволяющее субсидировать часть затрат на приобретение (строительство) новых гражданских судов взамен сданных на утилизацию судов старше 30 лет, которые не менее пяти лет находились в собственности судовладельца. Размер так называемого судового утилизационного гранта может покрыть 10% стоимости нового судна, но не более установленного предела.

Отдельного внимания заслуживает вопрос финансирования строительства флота. В силу специфики судостроения (высокая стоимость судов, длительный срок окупаемости) и эксплуатации флота немногие структуры готовы выделять средства под такие проекты.

В настоящее время в нашей стране действует несколько лизинговых компаний, в задачи которых входит финансирование гражданского судостроения. Имея определенный опыт реализации судостроительных проектов и применения мер господдержки, они могут предложить более выгодные условия по предоставлению лизинга рыбопромышленникам. Напротив, организации, у которых отсутствует опыт работы в этой сфере, зачастую склонны отказываться от сделки или выдвигать заведомо невыгодные для клиента условия. При высоком проценте привлеченных возвратных средств окупаемость судна может быть более длительной или отсутствовать вовсе.

Таким образом, при работе с российскими верфями у рыбаков есть ряд возможностей регулировать стоимость строительства новых судов. Их грамотное применение может сделать обновление флота экономически более эффективным.

Россия. ЦФО > Рыба. Судостроение, машиностроение > fishnews.ru, 29 марта 2017 > № 2122205 Сергей Мазохин


Россия > Рыба > fish.gov.ru, 29 марта 2017 > № 2119722

Госкомиссия поддержала внедрение системы маркировки ценной и особо ценной рыбной продукции

Меры противодействия нелегальному обороту рыбной продукции озвучил руководитель Росрыболовства Илья Шестаков

Инициатива Росрыболовства по внедрению маркировки ценных и особо ценных видов водных биоресурсов поддержана на заседании Государственной комиссии по противодействию незаконному обороту промышленной продукции. Мероприятие состоялось в Национальном центре управления обороной Российской Федерации под председательством Министра промышленности и торговли Российской Федерации Дениса Мантурова 29 марта 2017 года.

О результатах международного сотрудничества в вопросах противодействия нелегальной добычи водных биоресурсов, а также о мерах, предпринимаемых Росрыболовством по пресечению оборота браконьерской продукции, рассказал заместитель министра сельского хозяйства России – руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

Так, по экспертным оценкам, в 2000-х годах стоимость вывозимой за границу браконьерской продукции достигала 3 млрд долларов в год. «В таких условиях важнейшей задачей было создать систему контроля за ввозом рыбной продукции на территорию сопредельных стран. На международном уровне борьба с оборотом контрафактной рыбной продукции ведется в рамках соответствующих международных договоров: это схемы государственного портового контроля иностранных судов в НАФО и НЕАФК, регламент Евросоюза», – сказал Илья Шестаков.

По словам руководителя Росрыболовства, результативность отмечается и в ходе реализации двусторонних соглашений по противодействию ННН-промыслу, которые Россия заключила с основными потребителями российской продукции – странами Азиатско-Тихоокеанского региона: Японией, Республикой Корея, КНДР, Китаем и США.

Договорами предусматривается, что отдельные виды рыбной продукции, произведенные в местах промысла и доставляемые в иностранные порты российским судами, поступают на экспорт только в сопровождении сертификатов, подтверждающих законность их добычи. Документы оформляют территориальные управления Росрыболовства. В 2016 году сертификатами подтверждено около 1,7 млн тонн рыбной продукции, что составляет около 82% всего легального экспорта. Остальной объем не проходит подтверждение, поскольку либо реализуется в другие страны, либо не попадает в перечень сертифицируемой продукции.

«Созданная система противодействия перемещению контрафактной продукции полностью ликвидировала браконьерский экспорт на Северном бассейне, что признают наши зарубежные партнеры, и существенно снизила объемы браконьерского экспорта в дальневосточном регионе. Хотя надо признать, что поставки браконьерской продукции еще осуществляются рядом наших азиатско-тихоокеанских партнеров, но в целом во многих странах созданы специальные службы по верификации данных сертификатов», – подчеркнул глава Росрыболовства.

В настоящее время Росрыболовство ведет переговоры по расширению перечня видов продукции, сопровождаемой сертификатами легальности происхождения. «Предлагаем провести анализ рыбного экспорта на предмет целесообразности заключения подобных международных соглашений с иными странами-импортерами», – сказал Илья Шестаков.

Кроме экспортных поставок обсуждены меры контроля за оборотом водных биоресурсов на внутреннем рынке. «Действующая внутригосударственная система госконтроля основывается на выдаваемых разрешениях на вылов. Зачастую недобросовестные рыбаки используют одни и те же разрешения многократно. При этом ветеринарно-сопроводительная документация на рыбопродукцию выдается без учета подтвержденных реальных объемов вылова. Таким образом у нас легализуется особенно икра лососевых», – констатировал Илья Шестаков.

Для решения проблемы Росрыболовство и Россельхознадзор организовали межведомственное взаимодействие: ведется работа по автоматизированной интеграции баз данных. Вместе с тем, основной проблемой остается организация подобного информационного обмена с ветеринарными службами субъектов Российской Федерации.

Еще одна важная задача – выявление поступившей в коммерческий оборот контрафактной продукции. Такая работа проводится правоохранительными органами самостоятельно и совместно с инспекторами рыбоохраны.

В 2016 году Росрыболовством и МВД России проведено 6 тыс. контрольно-проверочных мероприятий, выявлено 4 тыс. нарушений, изъято почти 400 тонн незаконно добытых водных биоресурсов. «Но в целом, оборот браконьерской продукции многократно больше пресекаемого в ходе контрольных мероприятий. Особенно остро проблема стоит в области торговли осетровых. По сути, если говорить об осетровых, мы сейчас задаемся вопросом, сохранится ли эта рыба в природе», – пояснил глава Росрыболовства.

Решением проблемы может стать система прослеживания оборота продукции из осетровых. С этой целью Росрыболовством подготовлен проект федерального закона в части создания системы учета и контроля оборота рыбной и иной продукции из уловов особо ценных и ценных водных биологических ресурсов.

«Этот инструмент позволит ускорить вытеснение нелегальной и контрафактной продукции с российского рынка и повысить конкурентоспособность официальных производителей данной продукции, в том числе из осетровых. Но поскольку проходил опыт по товарной позиции «Предметы одежды, принадлежности к одежде и прочие изделия, из натурального меха», разработка данного законопроекта была приостановлена. Так как этот эксперимент признан удачным, считаем целесообразным распространить его на продовольственные товары – в первую очередь на продукцию из осетровых видов рыб, а также на лососевую икру», – отметил Илья Шестаков.

По итогам заседания Госкомиссии инициатива Росрыболовства поддержана.

«Те предложения, которые сегодня поступили от Росрыболовства, включая маркировку особо ценных видов рыб, мы приняли за основу и сформулировали соответствующие поручения органам исполнительной власти», – прокомментировал журналистам итоги заседания Денис Мантуров.

Так, Росрыболовству совместно с Минсельхозом России, Минпромторгом России, Минфином России, ФНС России поручено проработать вопрос создания системы маркировки особо ценных и ценных видов водных биоресурсов контрольными (идентификационными) знаками с обоснованием введения маркировки, описанием конъюнктуры рынка подлежащих маркировке ресурсов и ключевых показателей эффективности внедрения механизма.

Россия > Рыба > fish.gov.ru, 29 марта 2017 > № 2119722


Россия. Весь мир. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 марта 2017 > № 2122165 Дмитрий Котляр

«БААДЕР». Легендарные машины.

Дмитрий КОТЛЯР, Генеральный директор ООО «Баадер-Восток-Сервис».

Почти сто лет назад, в 1919 году, молодой инженер Рудольф Баадер основал компанию «Нордишер Машиненбау Руд. Баадер». Он поставил цель – механизировать процесс рыбопереработки. В те времена рыбу разделывали вручную и идея Рудольфа Баадера выглядела революционно. Однако уже через 70 лет «революцией» немецких машин была охвачена не только Европа, но и Дальний Восток России – в 1992 году компания открыла сервисный центр на тихоокеанском побережье – во Владивостоке. В наши дни «Баадер» (BAADER) для добытчиков и переработчиков рыбы фактически имя нарицательное, смысл которого сводится к одному – качественная и высокотехнологичная рыбопереработка. О перспективах и целях, которые преследует «Баадер» сегодня, в беседе с корреспондентом журнала «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал генеральный директор ООО «Баадер-Восток-Сервис» Дмитрий Котляр.

– Расскажите, с чего началась история компании?

– Первым образцом в линейке «Баадер» стала машина для филетирования сельди. Рудольф Баадер смог запустить ее после 3 лет разработок. Постепенно ассортимент товаров расширялся. И каждый раз, запуская новое оборудование, компании удавалось представлять лучшие образцы в своем сегменте. В 1995 году, после внезапной кончины Рудольфа Баадера, семейный бизнес возглавила его дочь, Почетный Консул госпожа Петра Баадер. Под ее руководством группа продолжила расширяться.

С 2007 года датский производитель оборудования для обработки птицы LINCO Food Systems стал членом Группы «Баадер». Вместе эти две компании являются одними из сильнейших игроков на глобальном рынке переработки пищевых продуктов.

В 2012 году Группа «Баадер» приобрела 100% акций компании TRIO Food Processing Machinery AS в Норвегии вместе с ее дочерней компанией TRIO FTC Sweden AB. TRIO предлагает шкуросъемные машины, слайсеры, удалители пинбона. Сегодня «Баадер» и TRIO эффективно дополняют друг друга.

– За сто лет Группа «Баадер» стала ведущим производителем и поставщиком как отдельных машин, так и комплектных линий для промышленной переработки рыбы. На что направлена политика компании сегодня?

– На сегодняшний день «Баадер» – уверенная в себе, ориентированная на работу в команде независимая компания. Наша политика прежде всего направлена на достижение высочайшей эффективности и рентабельности с надежной продукцией и решениями для пищевой промышленности.

Высокая степень компетенции в рыбопереработке, технологиях сепарации, взвешивания, сортировки, а также в бизнес-решениях позволяет группе оставаться наиболее прогрессивным бизнес-партнером в глобальной индустрии переработки пищевых продуктов.

Мы фокусируемся на разработке решений для современной рыбопереработки. Причем для нас всегда было важно сохранить качество на всех стадиях процесса. Эффективным и надежным образом мы стремимся помочь нашим заказчикам по всему миру обеспечить безопасными продуктами питания всех потребителей.

– Вы когда-нибудь подсчитывали, сколько линий «Баадер» установлено было с момента создания филиала в России и как давно длится сотрудничество двух стран?

– Первые контакты еще с бывшим СССР компания «Нордишер Машиненбау Руд. Баадер ГмбХ и Ко.КГ» установила в 30-х годах прошлого столетия и с тех пор поддерживает плодотворное и взаимовыгодное сотрудничество со многими клиентами из России, Украины, Беларуси, Казахстана, стран Балтии, Закавказья и Средней Азии. В течение десятилетий реализованы многочисленные проекты и поставки технологического оборудования для переработки рыбы, мяса и птицы.

В 1992 году, чтобы улучшить обслуживание клиентов, находящихся в стратегически важном регионе Тихоокеанского побережья России, а также обеспечить должное техническое обслуживание и ремонт машин фирмы «Баадер», было создано совместное российско-германское предприятие ООО «Баадер-Восток-Сервис». Первым директором, вдохновителем и организатором предприятия до последнего дня своей жизни был Виктор Авраменко.

Двумя годами позже, в 1994 году, было открыто аккредитованное представительство в Москве и во Владивостоке. В задачи представительств входит в первую очередь реализация маркетинговой политики компании, поддержка продаж и координация проектов. Также через представительства осуществляется взаимодействие с клиентами по вопросам запасных частей и сервисных работ в отношении собственных продуктов и продуктов других компаний Группы «Баадер» в России, СНГ и странах Балтии.

Если говорить о покрытии «Баадером» различных промыслов и производств, то на Дальнем Востоке все, кто работает на филе минтая и сельди, оснащены нашими машинами. В северо-западной части России – это производители трески, пикши, сайды.

– Какие планы вы ставите перед собой сегодня?

– В планах ООО «Баадер-Восток-Сервис» стоит в первую очередь расширение и усиление сервисной службы. Оборудование, которое выпускает наша компания, очень надежное. Машины работают по 30, 40, 50 и более лет. «Баадер» обеспечивает их запасными частями. Поэтому сейчас нашей основной задачей является поддержка этого оборудования.

Мы с оптимизмом смотрим в будущее и надеемся, что наше предприятие будет и впредь развиваться и сможет оказывать еще более квалифицированную помощь новым заказчикам-владельцам оборудования фирмы «Баадер», число которых увеличивается с каждым годом. Хочу отметить, что сервисные инженеры ООО «Баадер-Восток-Сервис» прошли обучение в Германии и являются высококлассными специалистами по шеф-монтажу, ремонту, модификации и обслуживанию оборудования фирмы «Баадер». Наша цель – обеспечить бесперебойную работу оборудования, которое должно производить высококачественную продукцию международного стандарта с высоким коэффициентом выхода. Наши инженеры ведут работу как на берегу, так и в условиях морского промысла.

В перспективе мы хотим организовать в Приморье учебный центр и внедрить специальные обучающие программы, где флотские специалисты, персонал компаний-заказчиков смогли бы проходить курсы обучения работе на нашем оборудовании. Очевидно, что нас не хватит на все машины и на все суда, поэтому логично было бы обучить специалистов на местах. За собой мы планируем оставить глобальные работы по ремонту и модернизации оборудования.

Тем не менее мы всегда готовы прийти на помощь нашим заказчикам. За 25 лет существования предприятие зарекомендовало себя с лучшей стороны. У заказчиков никогда нет претензий к работе наших специалистов. Мы выполняем свою работу профессионально, ответственно и с удовольствием.

Россия. Весь мир. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 марта 2017 > № 2122165 Дмитрий Котляр


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 24 марта 2017 > № 2121529 Андрей Тетеркин

Ждать принятия подзаконных актов мы не можем.

Андрей ТЕТЕРКИН, Генеральный директор «Русской рыбопромышленной компании».

«Русская рыбопромышленная компания», объединившая за последние несколько лет активы крупных дальневосточных рыбодобывающих предприятий, по итогам прошлого года оказалась по ряду позиций в лидерах российского промышленного рыболовства. Однако стратегическая цель компании – достичь показателя в 500 тыс. тонн квоты белой рыбы и выйти на первое место в мире в этом сегменте, отмечает генеральный директор РРПК Андрей Тетеркин. В интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» он рассказал о планах по дальнейшему развитию производства, обновлению флота и об ожиданиях от участия в программе инвестиционных квот.

– Андрей Анатольевич, новый год суда «Русской рыбопромышленной компании» начали в Охотском море на промысле минтая. По информации Росрыболовства, ледовая обстановка в этом сезоне не самая простая, а освоить надо довольно большие объемы. Как проходит минтаевая путина у вашей компании?

– Начнем с того, что «Русская рыбопромышленная компания» успешно завершила прошлый год, освоив 280,2 тыс. тонн водных биоресурсов, что на 22% больше показателя 2015 года. При этом вылов по основным позициям у нас составил 222,5 тыс. тонн минтая и 44,7 тыс. тонн сельди. Средний годовой объем освоения квоты достиг 97%, что на 15% больше соответствующего показателя за предыдущий период.

По этому году, по оперативным данным Росрыболовства, к середине марта улов у российских рыбаков в целом был меньше прошлогоднего на 2-4% по разным видам водных биоресурсов, хотя и превысил миллион тонн. Причина отставания – сложные погодные условия. Наши суда не исключение. Мы добыли уже более 90 тыс. тонн минтая, но работать флоту пришлось в непростых условиях, поэтому немного отстаем от своих прошлогодних уловов – меньше чем на 3%.

– Изменения в закон о рыболовстве, вводящие новый вид квот, были приняты еще в июле прошлого года, однако подзаконные акты до сих пор рассматриваются в правительстве. Как отражается эта задержка на планах компании?

– Мы были первой компанией, поддержавшей инициативу Росрыболовства по инвестиционным квотам, и последовательно отстаивали позиции рыбаков в отношениях с государством по этому вопросу, хорошо понимая, что работа будет долгой. Фактически речь идет о введении в законодательство нового понятия – «инвестиционной квоты» – и полного досконального прописывания всех процедур и механизмов, касающихся работы с ним.

Параллельно мы разрабатывали новый проект траулера – современного, с достаточным ледовым классом и оснащенного высокоэффективным оборудованием. Сейчас финализируем переговоры с верфями по строительству. Ждать принятия всех подзаконных актов мы не можем – флот Дальнему Востоку нужен даже не сегодня, а еще вчера. Он стареет, стремительно подходит к порогу массового выбытия, да и по показателям производственной эффективности мы заметно отстаем от ведущих рыболовных стран.

Для себя мы уже приняли решение: будем начинать строить головное судно до окончательного формирования законодательной базы.

– РРПК одной из первых объявила о решении строить серию крупнотоннажных судов под инвестиционные квоты и еще в 2015 году подписала предварительное соглашение с ОСК. Ранее вы говорили о целесообразности постройки головного судна на зарубежной верфи, даже если оно лишится возможности претендовать на дополнительные ресурсы. Ваша позиция осталась прежней? И каким образом в этом случае будет происходить передача опыта и компетенций российским судостроителями?

– Для нужд РРПК мы планируем построить восемь крупнотоннажных траулеров. За счет своей высокой производительности они смогут обеспечить освоение квоты даже с учетом потенциального выбытия из нашего флота старых судов. Это серьезный инвестиционный проект, и он будет реализован.

Как я уже сказал, у нас нет времени ждать, пока полностью сформируется законодательная база. В правительстве до сих пор обсуждаются проекты подзаконных актов, описывающих механизм наделения квотами под инвестиции, в них есть спорные вопросы, и это откладывает начало строительства судов по этой схеме на неопределенный срок.

Если будут приняты все необходимые решения и законодательство заработает – мы будем рассматривать вариант строительства всех восьми судов на российских верфях с учетом требований по локализации производства в России, если нет – схема «1+7» кажется нам достаточно эффективной. В этом случае в строительстве первого судна на иностранной верфи будет участвовать сформированная на нашей стороне проектная команда, состоящая в том числе и из представителей российской судостроительной отрасли. При оценочной стоимости одного траулера в 70-80 млн долларов мы должны быть уверены, что специалисты, которые возьмутся за постройку наших судов, будут иметь достаточную квалификацию.

– На ваш взгляд, требования к инвестпроектам – объектам береговой переработки, прописанные в проектах постановлений правительства, делают их достаточно привлекательными для участия в них РРПК или стимулов пока недостаточно?

– Я считаю, что в этих документах есть еще над чем поработать, но и уже прописанные условия делают инвестиции в береговую переработку вполне привлекательными. Внутри компании мы прорабатываем различные варианты дальнейшего развития бизнеса, и переработка могла бы стать логичным шагом к диверсификации деятельности «Русской рыбопромышленной компании». Возможно, подобный интерес к переработке со стороны частных инвесторов подтолкнет и государство активней развивать рыбные кластеры на Дальнем Востоке.

– РРПК заявляет о серьезных планах развития компании и инвестициях в развитие производства и обновление флота. Как планируется финансировать эти проекты?

– Мы будем использовать различные источники финансирования, в том числе готовы обсуждать и заемные средства, например, китайских банков.

– Благодаря приобретению ряда дальневосточных предприятий РРПК сосредоточила в своих руках одни из крупнейших объемов квот на вылов минтая и тихоокеанской сельди. Планирует ли компания в ближайшее время нарастить свою долю в минтае?

– Да, с момента приобретения наших первых активов в 2013 году мы динамично растем. Процесс консолидации рыбной отрасли закономерен и обоснован: крупным компаниям легче обновлять или строить флот, работать с береговой рыбопереработкой, обеспечивать рост доли продукции с высокой степенью переработки, качество продукции и безопасность труда персонала.

Для себя стратегическим показателем мы обозначили достижение 500 тыс. тонн квоты белой рыбы, что позволит нам стать крупнейшей мировой компанией в этом сегменте. РРПК уверенно движется к этой цели, думаю, что в этом году нам удастся еще расширить периметр компании.

– В прошлом году вы активно участвовали в программе Росрыболовства по продвижению российской рыбы. Какие у вас планы на этот год? Можно ли ожидать присутствия РРПК на международных и внутренних выставках и какие результаты приносит участие в таких мероприятиях?

– Профильные выставки, как посвященные пищевой промышленности в целом, так и узкоспециализированные рыбные, в Брюсселе, Москве и Циндао мы используем и для поиска новых клиентов для компании, и для демонстрации нашим сегодняшних партнерам новой продукции, производимой на судах РРПК. Компания участвует в выставках много лет подряд, это важные для нас мероприятия, особенно с учетом наших планов по развитию новых направлений бизнеса, выхода с нашей продукцией на новые рынки.

В последние годы участие в выставках Росрыболовства с единым стендом, представляющим российскую рыбную отрасль, сделало такие мероприятия интереснее и ярче, заметно усилило эффект от присутствия на выставке. Хотя всегда есть возможности для совершенствования.

Александр ИВАНОВ, журнал «Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 24 марта 2017 > № 2121529 Андрей Тетеркин


Россия. ДФО > Рыба. Армия, полиция > fishnews.ru, 21 марта 2017 > № 2121493 Сергей Кудряшов

Стараемся предметно работать с рыбаками.

Сергей КУДРЯШОВ, Начальник Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области.

Пограничники и рыбаки – это союзники в деле охраны водных биоресурсов, заявил начальник Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области, генерал-лейтенант Сергей Кудряшов на декабрьском совещании с представителями отрасли. Каким образом выстраивается работа с рыбопромышленниками для соблюдения закона, руководитель погрануправления рассказал в интервью «Fishnews Дайджест».

– Сергей Васильевич, Пограничное управление ФСБ России по Сахалинской области осуществляет свою деятельность в регионе, богатом водными биоресурсами. Какие объекты промысла сегодня пользуются повышенным вниманием со стороны браконьеров? На какие требования законодательства хотелось бы обратить внимание легальных компаний?

– Как вы уже заметили, Сахалинская область – богатейший кладезь биоресурсов нашей страны, основными объектами промысла здесь являются краб, тихоокеанский лосось, морской еж, минтай, сельдь, треска и многие другие.

Расхищение ценных видов водных биологических ресурсов на сегодняшний день остается актуальной проблемой региона, которая препятствует развитию официального промысла и подрывает численность популяций. Наиболее сильное негативное воздействие оказывает нелегальный промысел краба. Поэтому одной из основных задач Пограничного управления ФСБ России по Сахалинской области является пресечение любой противоправной деятельности в сфере оборота ВБР и формирование благоприятных условий для развития экономики РФ.

Отвечая на вопрос о требованиях законодательства, хотелось бы обратить внимание участников процесса на строгое соблюдение условий выданных разрешений на добычу ВБР, а именно на соответствие видов разрешенных орудий лова, мест (районов) их установки и использования, сроков и объемов добычи. Бесспорно, очень важен своевременный и достоверный учет уловов ВБР, своевременное заполнение и ведение промысловой документации. Не менее существенным является соблюдение требований по доставке уловов, добытых при осуществлении прибрежного рыболовства, для производства продукции на территории прибрежного субъекта.

Зачастую рыбопромышленники сетуют на незначительность совершенных ими правонарушений и требуют снисходительности. Конечно, мы стараемся максимально гибко реагировать на все изменения, которые происходят как в экономике, так и в отраслевом законодательстве, однако наравне с рыбаками выступаем в качестве исполнителей этих требований, а потому выполняем каждую установку закона.

– Уже много лет стоит проблема: что делать с иностранным промысловым флотом, конфискованным за нарушения законодательства. Актуален ли этот вопрос для Сахалинского региона и в чем вы видите его решение?

– Конфискация браконьерских судов, конечно же, является действенной мерой в борьбе с ННН-промыслом, однако их хранение и содержание породило другую проблему, наносящую экономический ущерб безопасности России.

Здесь речь идет, скорее, о несовершенстве правовой базы в сфере хранения и содержания конфискованных судов, которое осуществляется за счет федерального бюджета. В условиях действующего законодательства мы вынуждены хранить на причалах, предназначенных для базирования корабельного состава, более десятка морских судов, зарегистрированных под флагом иностранных государств и использовавшихся ранее в незаконной добыче краба. Мы неоднократно заявляли о проблемных вопросах и возможных путях их решения заинтересованным органам исполнительной и законодательной власти.

В связи с чем целесообразно на законодательном уровне определить порядок безвозмездного хранения судов и максимально упростить процедуру их реализации или уничтожения.

– Росрыболовство ранее объявило о создании рабочей группы для подготовки методики по определению на судне веса живого краба – чтобы можно было без проблем для хозяйствующих субъектов контролировать объемы вылова и экспорта ценного биоресурса. Представило ли свои предложения по этому вопросу пограничное управление по Сахалинской области? В чем они заключаются?

– Методик для определения достоверных объемов живых крабов, находящихся в водоналивных чанах, без применения прямого взвешивания до настоящего времени не разработано. Вместе с тем, в качестве меры по исключению фактов незаконной добычи и утомительных пересчетов данного вида биоресурсов на борту судна, пограничное управление прорабатывает возможность проведения эксперимента по размещению инспекторского состава на таких судах в период добычи. В этой связи хотелось бы обратить внимание пользователей, осуществляющих добычу краба, на оказание содействия при проведении контрольных мероприятий, так как на них законодатель возложил обеспечение оптимальных условий для работы должностных лиц контрольных органов. Во-первых, это позволит снизить временные параметры осмотра судна с крабом, во-вторых, разрешит пользователям поддерживать оптимальные условия хранения этого ценного биоресурса без снижения потребительских качеств.

– В прошлом году в Сахалинской области по инициативе руководства региона ввели особые правила добычи водных биоресурсов в 6-мильной зоне. Как вы оцениваете работу пограничного управления в новых условиях? Осуществляется ли взаимодействие с областными властями?

– Пограничное управление осуществляет тесное взаимодействие с правительством Сахалинской области по вопросам организации и контроля прибрежного рыболовства. На постоянной основе проводятся совместные совещания, рабочие встречи и заседания комиссий по регулированию добычи в рамках действующего законодательства.

Контроль промысла в 6-мильной прибрежной зоне осуществляется нами на общих основаниях. Значительных нарушений на данном виде промысла до настоящего момента не выявлено.

Обращаем внимание пользователей, осуществляющих рыболовство в 6-мильной зоне, на соблюдение порядка уведомления подразделений пограничного органа о ведении промысловой деятельности в территориальном море Российской Федерации.

– По итогам декабрьской встречи рыбопромышленники отмечали, что вы дали «четкие и в какой-то мере прогрессивные ответы». Планируется ли проводить такие совещания с представителями рыбацкого сообщества на регулярной основе?

– Уверяю, что подобные рабочие встречи не являются разовой акцией. Как правило, в них возникает необходимость в период подготовки к сезонным путинам по добыче тихоокеанского лосося, наваги, сайры, а также когда нужно довести и разъяснить нововведения в сфере рыболовства, в том числе по инициативе пользователей. В этом направлении мы стараемся работать предметно по конкретным вопросам с заинтересованным кругом пользователей и ассоциациями рыбопромышленников Сахалинской области.

Альбина ШУМКИНА, газета « Fishnews Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба. Армия, полиция > fishnews.ru, 21 марта 2017 > № 2121493 Сергей Кудряшов


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 17 марта 2017 > № 2121464 Вячеслав Шпорт

Рыбная отрасль – драйвер роста экономики региона.

Вячеслав ШПОРТ, Губернатор Хабаровского края.

По итогам 2016 года хабаровские рыбаки вновь отчитались о рекордных уловах. Уверенный рост демонстрируют и другие отраслевые показатели. Эти успехи закономерны, ведь региональным властям удалось вывести правильную формулу взаимодействия с рыбопромышленниками, считает губернатор Хабаровского края Вячеслав Шпорт. Каким курсом будет развиваться рыбное хозяйство края, какие направления наиболее привлекательны для инвесторов и какие новые возможности отрасли обещают механизмы ТОСЭР – об этом он рассказал в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства».

– Вячеслав Иванович, по вылову водных биоресурсов в прошлом году Хабаровский край вышел на пятое место в России. При этом выросли объемы и производства рыбопродукции, и поставок на внутренний рынок. В чем вы видите резервы для дальнейшего развития отрасли в регионе?

– Действительно, последние годы рыбохозяйственный комплекс Хабаровского края стабильно развивается. Не стал исключением и 2016 год. Предприятия края выловили 375 тыс. тонн водных биоресурсов. Это абсолютный максимум за последние 25 лет! По сравнению с предыдущим годом объем добычи вырос на 60 тыс. тонн (19%), за счет этого мы почти на 37 тыс. тонн (14%) увеличили выпуск рыбной продукции – сейчас это более 299 тыс. тонн.

Порядка 155 тыс. тонн рыбы поступило на внутренний рынок – это на четверть больше, чем в 2015 году. Остальное отгружено на экспорт. Но хочу отметить, что в основном мы поставляем за рубеж те виды рыб, которые не пользуются высоким потребительским спросом внутри страны: минтай, прибрежную сельдь.

В целом роль рыбного хозяйства в экономике края стала более заметной. Сегодня, можно сказать, это один из драйверов роста, порой позволяющий даже компенсировать падение в других отраслях. Я говорю не только о росте объемов вылова и производства продукции, но и о строительстве новых предприятий (а это инвестиции), внедрении современных технологий, создании дополнительных рабочих мест c достаточно высокой оплатой труда работников, причем квалифицированных. В результате регион, с одной стороны, получает налоговую отдачу – только за прошлый год она выросла на полмиллиарда рублей, а с другой стороны, решается проблема с закреплением людей, которые остаются здесь жить, создают семьи.

Рыбный бизнес со временем тоже меняется, становится более ответственным. У нас хорошие рабочие взаимоотношения с рыбаками. Они понимают, что надо не просто вылавливать рыбу, но и перерабатывать ее непосредственно в крае. Многие предприятия несут значительную социальную нагрузку, особенно в сельской местности. И мы стараемся им помогать сегодня, решать некоторые бюрократические вопросы, хотя иногда надо даже не решать, а просто не мешать работать.

Разумеется, у нашего рыбохозяйственного комплекса есть резервы и для дальнейшего развития. Надо в большей степени осваивать выделяемые краю квоты. Необходимо увеличивать добычу тех ресурсов, общий допустимый улов которых не устанавливается, и, конечно, вовлекать в промысел новые виды. Наша задача – сделать все для того, чтобы эта отрасль крепла, росла и развивалась. Знаете, когда власть уделяет достаточно внимания бизнесу и реагирует на его запросы, то и бизнес откликается положительно. Вот такая формула успеха, и мы в Хабаровском крае стараемся ее использовать. Пока получается хорошо.

– Какие результаты, на ваш взгляд, край может получить за счет запуска механизма инвестиционных квот?

– Мы рассчитываем, что внедрение инвестиционных квот поможет нам обеспечить дальнейший рост показателей. Инвестквоты станут стимулом к обновлению рыбопромыслового флота, соответственно, повысится и эффективность промысла. Этот момент нас особо волнует, потому что сегодня предприятия края используют около 70 промысловых судов различного типа, из которых более 80% имеет предельные или сверхнормативные сроки эксплуатации.

До недавнего времени рыбаки обновляли флот в основном за счет покупки построенных за рубежом и уже бывших в эксплуатации судов. После принятия закона, вводящего новый вид инвестиционных квот, девять предприятий Хабаровского края подали заявки в Росрыболовство на строительство 16 рыбопромысловых судов. Мы передали в Минсельхоз и в Минвостокразвития предложения наших компаний по расширению номенклатуры видов водных биоресурсов, которые могут привлечь финансовые средства в развитие отрасли.

Кроме того, мы приложили все усилия, чтобы в программу обновления флота за счет инвестиционных квот были включены наши региональные судостроительные предприятия. Провели рабочие встречи в Минпромторге, Росрыболовстве и АО «ОСК». В результате Хабаровский и Амурский судостроительные заводы вошли в общероссийский перечень для размещения заказов на строительство промысловых судов. Теперь нужно создать условия, чтобы рыбаки были заинтересованы в сотрудничестве с заводами как по направлению судостроения, так и по судоремонту.

– Какая роль, на ваш взгляд, принадлежит в рыбном хозяйстве Хабаровского края прибрежному комплексу? Какие стимулы вы считаете важными для береговой переработки водных биоресурсов?

– Прибрежный комплекс сохраняет большое значение для края. В режиме прибрежного рыболовства добывается 26 видов водных биоресурсов. В 2016 году их суммарный вылов составил более 125 тыс. тонн – треть общего объема добычи. Прибрежный лов ведут порядка 80 предприятий. Во время промысла тихоокеанских лососей они обеспечивают работой около 6 тыс. человек, в основном в отдаленных районах Хабаровского края, а также обеспечивают наличие на прилавках качественной и доступной рыбопродукции.

Хорошим стимулом для развития этого направления стало законодательное закрепление в 2008 году права пользования рыбопромысловыми участками на срок до 25 лет. Предприятия начали активно наращивать производственные мощности. Ежегодно у нас в крае на эти цели направляется более полумиллиарда рублей. Недавно введены в строй два новых завода по переработке лососевых, в том числе с российским оборудованием, – и все это частные инвестиции. На запуск одного из них по нашему приглашению приезжал руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков. Он участвовал в церемонии открытия и убедился, насколько это современное производство.

Сегодня производственный потенциал береговой переработки – это морозильные мощности более чем на 8,9 тыс. тонн заморозки в сутки и холодильники на 49 тыс. тонн единовременного хранения. Почти все они находятся в местах лова и более половины в малонаселенных отдаленных и северных районах края, что позволяет полностью переработать все, что добывается в прибрежной зоне.

А вот создавать в таких районах мощности по выпуску продукции высокой степени переработки экономически нецелесообразно. Во-первых, из-за высоких энерготарифов. Во-вторых, у такой продукции, как правило, ограниченные сроки хранения. Поэтому производить ее надо в местах потребления.

– Впереди у Дальнего Востока – возможность оценить, насколько действенными окажутся механизмы поддержки в рамках свободного порта, территорий опережающего социально-экономического развития. В Хабаровском крае помочь в реализации инвестиционного потенциала должна ТОСЭР «Николаевск». Расскажите, какие возможности она открывает для рыбной отрасли региона?

– Создание ТОСЭР «Николаевск» значительно расширит возможности рыбохозяйственного комплекса. Дело в том, что линии электропередачи в Николаевском районе не удовлетворяют растущую потребность предприятий рыбопереработки в электроэнергии. Существующие сети обеспечивают максимальную мощность электроэнергии 650 киловатт. А потребность современного оборудования цехов – два с половиной мегаватта. Использование же дизель-генераторов сильно увеличивает себестоимость продукции.

В ТОСЭР за счет средств бюджетов Российской Федерации и Хабаровского края (75% и 25% соответственно) мы планируем построить ЛЭП в селах Оремиф и Иннокентьевка и в поселке Чныррах. Объем финансирования – порядка 1,4 млрд рублей. Построим ЛЭП – и рыбодобывающие компании получат возможность установить качественно новое оборудование, а значит, повысят конкурентоспособность своей продукции.

Уже сейчас предприятия подали заявки на реализацию в ТОСЭР девяти инвестиционных проектов по строительству и реконструкции рыбоперерабатывающих комплексов, а также созданию базы по ремонту морских и речных судов. Общий объем планируемых частных инвестиций – 4,4 млрд рублей.

Когда это все заработает, мы вдвое увеличим мощности рыбопереработки Николаевского района. На них можно будет производить более 30 тыс. тонн продукции в год. Появятся новые цеха по выпуску рыбных консервов, производству рыбной муки и рыбьего жира. Кроме того, будет создано две с половиной тысячи новых рабочих мест.

– Ранее вы давали поручение рассмотреть возможность создания рыбного порта в ТОСЭР «Комсомольск». Каковы результаты оценки?

– Такое поручение было дано в апреле прошлого года. Однако выяснилось, что первоначально выбранный участок имеет обременения и предоставить его для реализации этого проекта невозможно. Был подобран другой земельный участок, и получено официальное подтверждение от инвесторов о возможности его использования для реализации инвестиционного проекта. Могу сказать, что вопрос прорабатывается и находится на постоянном контроле в министерствах края.

– Недавно, комментируя тему распределения рыбоводных участков, вы отметили, что аквакультура для Хабаровского края – новое направление, но интерес к нему постепенно растет. Какие меры принимаются властями региона для того, чтобы содействовать развитию этой сферы рыбного хозяйства?

– В 2015 году после создания всей необходимой нормативной базы в крае была начата работа по формированию рыбоводных участков. Мы сформировали 45 участков для аквакультуры, часть из них была выставлена на аукцион в прошлом году, а еще 18 Росрыболовство выставит на аукцион в ближайшее время.

Аквакультура и правда является для Хабаровского края новым направлением, если говорить о расширении перспектив развития, использовании новых технологий, о марикультуре, наконец. Но сама по себе история рыбоводства на Амуре насчитывает почти 90 лет. Лососевый рыбоводный завод Теплоозерский выпустил первых мальков в Амур еще в 1928 году.

Сегодня на территории края действует один экспериментальный цех и семь рыбоводных заводов (шесть лососевых и один осетровый – Анюйский). В прошлом году лососевые заводы выпустили 62,7 млн штук молоди. Мы планируем, что к 2020 году предприятия выйдут на полную мощность – 90 млн штук. Также рассматривается возможность передачи государственных ЛРЗ в управление бизнесу. Пока мы не нашли золотой середины в этом вопросе, но будем решать его в спокойном режиме.

Очень перспективное направление для нашего региона – строительство полносистемных осетровых рыбоводных хозяйств индустриального типа. Такие предприятия смогут поставлять на рынок и рыбу, и черную икру. Полученную экологически чистую продукцию можно будет не только продавать внутри страны, но и отправлять за рубеж. В крае уже появились инвесторы, которые готовы в статусе резидента ТОСЭР «Хабаровск» реализовать проекты строительства лососевого и осетрового заводов по принципу индустриальной аквакультуры.

Действует у нас и пока единственное предприятие марикультуры. С 2015 года оно приступило к товарному выращиванию в Советско-Гаванском районе приморского гребешка, трепанга и устриц. Первый урожай морских деликатесов с плантации планируется собрать уже в этом году.

На самом деле гребешок в крае можно разводить во всей северо-западной части Татарского пролива. Однако в большинстве акваторий с наиболее благоприятными природно-климатическими условиями для выращивания гидробионтов уже сформированы рыбопромысловые участки. И на них действующее законодательство не разрешает заниматься аквакультурой. Поэтому правительство Хабаровского края подготовило предложения по использованию рыбопромысловых участков, а также и для марикультуры. Некоторые инициативы по внесению изменений в законодательство об аквакультуре, которые мы направляли в федеральные органы, уже нашли свое отражение в проектах нормативных актов и в поручениях председателя Правительства РФ.

К объективным причинам, затрудняющим развитие аквакультуры в крае, можно отнести труднодоступность районов, в которых расположены рыбоводные участки, сложности с оформлением земельных участков, так как в большинстве случаев рыбоводные участки примыкают к землям лесного фонда.

– Несколько лет назад в Николаевском районе было начато строительство осетрового рыбоводного завода. Какова ситуация с ним в настоящее время?

– Строительство осетрового рыбоводного завода на Амуре в Николаевском районе велось с 2011 года в рамках ФЦП «Повышение эффективности использования и развитие ресурсного потенциала рыбохозяйственного комплекса в 2009-2012 годах» и было приостановлено в связи с окончанием действия программы. Завод нам, конечно, очень нужен. Искусственное воспроизводство осетровых должно помочь восстановлению популяции этих ценных видов рыб.

Современное состояние запасов осетровых в бассейне Амура специалисты оценивают как депрессивное. По заключению ученых, для восстановления популяции амурских осетровых необходим ежегодный выпуск молоди в объеме не менее 15 млн штук. А сегодня в бассейне Амура действуют только два осетровых рыбоводных завода – Анюйский в Хабаровском крае и Владимировский в ЕАО – общей мощностью 1,5 млн штук молоди в год!

Конечно, этого недостаточно для восстановления популяции. Мы уверены в необходимости продолжения строительства Николаевского осетрового рыбоводного завода. И перспектива этого уже видна. Строительство завода включено в госпрограмму «Развитие рыбохозяйственного комплекса». Планируется, что финансирование строительства возобновится в 2018-2020 годах. Мы надеемся, что этот проект будет реализован.

– Продолжается дискуссия о том, какие полномочия в сфере рыбного хозяйства разумно было бы передать на региональный уровень. Какова позиция в этом вопросе властей Хабаровского края?

– В основном обсуждение сосредоточено вокруг нескольких тем. Важнейшая из них, на наш взгляд, – это сохранение рыбных ресурсов. Этот вопрос в соответствии с законодательством находится в компетенции территориальных органов Росрыболовства. Однако протяженность водных объектов рыбохозяйственного значения в крае несоизмерима с численностью работников рыбоохраны. Поэтому обеспечить сохранность водных биоресурсов в полном объеме не удается, и браконьерство остается одной из острейших проблем.

В то же время в крае есть Служба по охране животного мира и особо охраняемых природных территорий. Это тоже государственное учреждение, сотрудники которого проводят рейды и выявляют тех, кто занимается незаконной ловлей рыбы. Но составлять протокол о нарушении и привлекать браконьеров к административной ответственности работники службы не имеют права. Так что передача части полномочий по государственному надзору в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов на уровень субъекта может серьезно усилить наши позиции в борьбе с браконьерством.

Не менее важны вопросы регулирования добычи рыбы коренными малочисленными народами. Их в Хабаровском крае проживает более 22,8 тыс. человек, для большинства из которых рыболовство – единственный способ жизнеобеспечения семей.

Ежегодно КМНС подают более 20 тыс. заявок на добычу лососевых и до 7 тыс. заявок по другим видам рыб. Около 5% этих заявок не удовлетворяется просто по той причине, что они неправильно заполнены, а кто-то и не успевает подать заявку в установленный срок. Мы полагаем, что отмена заявительного принципа предоставления водных биоресурсов для КМНС и наделение органов исполнительной власти субъектов полномочиями по определению порядка этого предоставления обеспечит соблюдение прав коренных малочисленных народов и снизит социальную напряженность.

Еще одна тема, вокруг которой ведутся дискуссии, – это прибрежное рыболовство. Считаю, здесь целесообразно сохранить действующую систему, когда квоты для «прибрежки» в зависимости от вида ресурса совместно распределяют органы государственной власти федерации и субъектов. Это будет способствовать развитию рыбохозяйственного комплекса в регионах, а также укреплению и развитию федерализма в стране.

– Вы упомянули, что проблема браконьерства остается одной из наиболее острых, в том числе по причине нехватки инспекторов рыбоохраны непосредственно на воде. Ведется ли работа по направлению в Хабаровский край в период рыбоохранных мероприятий сотрудников Росрыболовства из других регионов?

– Сегодня на огромной территории края работают всего 105 инспекторов рыбоохраны Амурского территориального управления Росрыболовства! Более того, эта проблема очень волнует самих рыбаков. Они обращаются к нам с просьбой усилить охрану на реках, чтобы законопослушные предприятия могли спокойно ловить рыбу, а ресурсы не исчезали в браконьерских сетях.

Поэтому мы ежегодно привлекаем дополнительные силы рыбоохраны из других регионов. В прошлом году на охотское побережье было командировано четверо инспекторов из Магаданской области, а летом – еще десяток их коллег из различных теруправлений европейской части страны. Не первый год хабаровским рыбинспекторам помогают и бойцы отряда «Пиранья» из Москвы.

Совсем недавно вопросы охраны водных биоресурсов мы обсудили на рабочей встрече с руководителем Росрыболовства. Договорились, что в федеральном агентстве подумают, как нас тут поддержать и совместными усилиями усилить рыбоохрану на такой большой реке, как Амур, и тысячах его притоках, где идет нерест лососевых.

– В прошлом году в Хабаровском крае продолжилась реализация программы по повышению доступности рыбных товаров. Как вы оцениваете ее результаты? Будет ли такая работа вестись в дальнейшем?

– Это как раз пример партнерских отношений, которые мы выстраиваем с бизнесом. Мы просто обратились к рыбакам с таким предложением, потому что это неправильно, когда идут рекордные объемы красной рыбы, а цена на нее высокая; помогли договориться с торговыми сетями, и дело пошло. Этой работой мы занимаемся уже два года. В рамках проекта «Доступная рыба» в розничную сеть поставлено более 2,5 тыс. тонн рыбопродукции – в первую очередь мороженой кеты и горбуши.

В проекте участвуют более 50 компаний-производителей и более 150 предприятий розничной торговли. Так как поставки в торговые сети идут напрямую от производителей, наценки многочисленных посредников исключаются. В результате розничная цена снижена до 110-120 рублей за килограмм.

Конечно, жители края, особенно ветераны, пенсионеры и другие слабозащищенные в социальном плане категории населения, восприняли эту программу очень позитивно. И мы будем ее продолжать. Более того, планируем расширить ассортимент продукции, после проведения путин будем поставлять в розницу навагу и мойву.

Анна ЛИМ, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 17 марта 2017 > № 2121464 Вячеслав Шпорт


Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 15 марта 2017 > № 2121382 Петр Савчук

На рыбных прилавках пора навести порядок.

Петр САВЧУК, Заместитель руководителя Федерального агентства по рыболовству.

В прошлом году Росрыболовство приступило к реализации масштабного проекта по продвижению российской рыбы как на внутреннем рынке, так и за рубежом. Однако план ведомства не сводится только к участию в профильных выставках, фестивалях и деловых мероприятиях – он является частью общей политики, нацеленной на изменение структуры производства и увеличение доли переработанной продукции. По какой причине филе белой рыбы для потребителя выгоднее неразделанной тушки, какие качества российских морепродуктов ценят за пределами страны и почему рыбакам нельзя терять контроль над полной цепочкой производства и логистики рыбной продукции, в интервью журналу «Fishnews – Новости рыболовства» рассказал заместитель руководителя Федерального агентства по рыболовству Петр Савчук.

– Петр Степанович, как заместитель руководителя Росрыболовства вы непосредственно курируете проект по продвижению российской рыбы. Какова цель этой программы и что уже удалось сделать?

– Мы инициировали проект по продвижению российской рыбы в прошлом году. На это решение сильно повлияли современные тенденции сбыта и потребления рыбы на глобальных рынках, усиливающаяся конкуренция и волатильность цен на рыбное сырье, а также неоднозначная ситуация со среднедушевым потреблением рыбной продукции в России.

Основными целями проекта мы видим кратный рост потребления отечественной рыбной продукции в России, изменение сырьевой направленности рыбного экспорта, формирование и внедрение качественно новых стандартов хранения, транспортировки и реализации рыбной продукции. Все эти цели так или иначе подчинены единой логике, или, иными словами, миссии проекта – открыть, сохранить и защитить истинную ценность российской рыбы и донести ее до потребителя.

Примеров того, как мы можем это делать, много. Вот один из самых показательных. Сейчас мы производим много столовой рыбы, например минтая. Как правило, на российских прилавках он представлен в потрошеном мороженом виде, зачастую не самом привлекательном. А нужен конечный продукт, например, филе, потребительские свойства которого гораздо выше. Но большинство наших потребителей не готово к быстрым переменам, к новому продукту. Как раз здесь необходима кропотливая работа по разъяснению и просвещению.

У нашего потребителя сформировалось мнение, что филе стоит намного дороже целой рыбы. На самом деле, даже если не принимать в расчет очевидную экономию времени и усилий при чистке и потрошении рыбы, а подсчитать только потери в весе, потребитель, очевидно, заметит чистую экономию не менее 10-15% при покупке уже готового филе.

Другой важный аспект – полезные качества отечественной рыбы. Не многие потребители догадываются о содержании в ней важнейших для здоровья человека веществ и микроэлементов, таких как полиненасыщенные жирные кислоты, более известные как омега-3.

И наконец, нужно предложить рынку удобный, экологически чистый, красивый и вкусный продукт, на приготовление которого будет уходить минимум времени. В современных реалиях это более чем актуально. Именно такой смысл мы вкладываем в понятие «открыть».

– Получается, на этом этапе работа идет сразу по двум направлениям: непосредственно создать продукт, что в компетенции рыбака или переработчика, и сделать этот продукт привлекательным в глазах потребителя?

– Совершенно верно. Как раз в этом состоит первая задача. Вторая наша задача – «сохранить». Это значит, что рыба должна быть соответствующим образом обработана, с использованием современных технологий шоковой заморозки или охлаждения, которые позволяют значительно увеличить сроки хранения продукции без потери качества.

Но это еще не все. Важно, чтобы условия хранения, в первую очередь температурные, соблюдались по всей цепочке «от моря до стола». Должны соблюдаться принципы прозрачности и прослеживаемости. К примеру, потребитель, покупая филе трески, может получить информацию о районе и времени вылова, судне, осуществлявшем промысел, а также о температурном режиме в вагоне, в котором рыбу доставили до его города.

Мы уже начали использовать, правда пока в добровольном порядке, спутниковые температурные датчики, которые установлены на транспортных маршрутах, например, на железнодорожных составах, рефконтейнерах. Они позволяют отслеживать температурный режим полностью до поступления рыбной продукции на склад. Идея заключается в том, что любой товар должен сопровождаться информацией обо всех этапах производства: «выловлено, переработано, доставлено, хранилось в таких-то условиях», и везде должен быть указан температурный режим.

Сейчас такая схема действует выборочно, поэтому я не могу сказать, что мы достигли результата. В перспективе контроль будет осуществляться уже не в добровольном, а в обязательном порядке, когда повсеместно заработает система «Меркурий» и появятся условия для выполнения этих требований при добыче, на транспорте, причем без разницы на каком – морском, железнодорожном или автомобильном, на складах и в магазине.

– Хорошо, но от чего или от кого нашу рыбу понадобилось защищать?

– В первую очередь от неправильного обращения. Люди должны понимать, что рыба – это достаточно капризный, деликатный продукт, который требует соблюдения определенных правил хранения, упаковки и обработки. Простой пример: мы провели выборочную инспекцию в торговых сетях и столкнулись с достаточно грустной картиной. Рыба в охлажденном виде представлена на прилавках без соблюдения требований к хранению подобной продукции – нарушены нормативы по температуре воздуха в помещении, рыба не пересыпана льдом. Измерения температуры показали в отдельных случаях плюс семь градусов, что просто недопустимо. Как это оценивает потребитель? Отрицательно! Непривлекательный запах и совершенно нетоварный вид продукции. А хуже всего то, что такой продукцией можно просто отравиться.

В некоторых случаях размороженная рыба, тот же минтай, преподносится как охлажденная, только по цене в два с половиной раза выше мороженой. Такого быть не должно. Причем покупатели об этом не догадываются и не осознают разницы. Да, эта практика дефростации в условиях магазина началась еще с атлантического лосося, но белая рыба такого обращения не терпит.

Или другой пример. Возьмем мороженую креветку, которую нужно хранить при температуре не ниже минус 25 градусов. К сожалению, такие холодильники-то не везде есть, а про витрины и говорить нечего. Местами магазины даже умудряются выложить креветку рядом с мясом, что в принципе недопустимо: качество продукта сразу совершенно не то – он очень быстро впитывает любые посторонние запахи. А потом некоторые удивляются, почему у морепродуктов странный запах или привкус.

Конечно, у нас есть и положительные примеры отдельных магазинов и торговых сетей, где стандарты хранения строго соблюдаются и потребитель получает качественный рыбный продукт. Но на рынке все еще присутствует значительное число торговых предприятий, искажающих и извращающих торговлю рыбопродукцией, переводящих рыбу в категорию сомнительных товаров.

От подобной недобросовестной практики перевозок без соблюдения температурного режима, продажи продукции ненадлежащего качества и т.п. нашу рыбу, конечно, надо защитить. К этой работе мы уже подключили все наши научно-исследовательские и учебные институты. Будем работать вместе с Россельхознадзором, с Роспотребнадзором, с Минпромторгом, чтобы навести порядок и привести в соответствие все отраслевые стандарты и нормы. Слишком много в свое время предоставили допусков и послаблений. Надеемся, положительную роль здесь сыграет и техрегламент ЕАЭС.

Важно, чтобы и бизнес не оставался безучастным наблюдателем. Некоторые компании уже не продают свою продукцию кому угодно, а интересуются, какой температурный режим, какие будут условия хранения и транспортировки. Они хотят контролировать процесс продвижения товара до потребителя, потому что понимают всю специфику этой деятельности. И чем раньше рыбаки отойдут от позиции «выгрузил и забыл», тем быстрее рыбный рынок войдет в цивилизованные рамки. Если мы хотим, чтобы росло потребление, чтобы люди ели рыбу, нужно предложить им качественный продукт, достойный доверия. Тогда выиграют все – от рыбака до потребителя.

– Вы сказали, что далеко не все покупатели способны определить качественную рыбу. Как им можно в этом помочь? И какие еще меры предпринимает Росрыболовство для стимулирования внутреннего спроса на продукцию отечественных производителей?

– С точки зрения продвижения российской рыбопродукции на внутреннем рынке сделано уже очень много. Мы положили начало регулярным рыбным фестивалям и рады, что некоторые города, например, Москва, уже перехватили у нас эту инициативу. В прошлом году фестиваль трески провел Архангельск. Сейчас готовится подключиться Татарстан, и мы его в этом поддерживаем. Нужно дать импульс, чтобы дальше регион самостоятельно использовал эти возможности.

Такие мероприятия позволяют не просто продемонстрировать качественный продукт, но и рассказать местным жителям, как его лучше всего приготовить. Проводится много мастер-классов, в которых участвуют опытные повара. Причем люди активно интересуются, смотрят и записывают все.

Конечно, одних фестивалей недостаточно. Нужно больше задействовать возможности телевидения, кулинарных и популярных шоу, где можно наглядно показать качество продукции, как ее хранить и разделывать. Ведь многие даже не знают, как правильно дефростировать рыбу. Кто-то разогревает в микроволновой печи, кто-то заливает горячей водой и т.д., а это в итоге портит продукт. Чтобы в полной мере раскрыть полезные свойства рыбы или морепродуктов, их нужно правильно подготовить и приготовить.

Это базовые, но важные вещи, которым людей нужно обучать, потому что это тоже часть продвижения. На самом деле рынок у нас большой, но рыба для населения во многом продукт-загадка. Значит надо ее раскрывать, приближать к покупателю, а там и потребление увеличится. Понятно, что популяризация российской рыбы – не сиюминутная задача, но мы считаем эту программу одной из приоритетных.

– Рыбаки согласны, что нужно просвещать потребителя и продвигать российскую рыбу и морепродукты, в том числе на телевидении, но считают, что расходы на рекламу могут оказаться неподъемными. Может ли государство помочь в этом отношении бизнесу?

– Думаю, что государство со своей стороны должно обеспечить определенные стандарты качества, позволяющие выпускать достойный продукт, а вот рассказывать народу о его преимуществах должны прежде всего сами рыбаки. Давайте говорить откровенно: на совещаниях, которые мы проводили с участием представителей торговых сетей, в адрес рыбаков тоже звучало немало претензий. Самая очевидная – посмотрите, что делают с курицей, она сегодня на всех полках и в охлажденном виде, и целиком, и разделанная вплоть до потрохов. А рыбаки как поставляли обезглавленный минтай, так и продолжают поставлять.

Сети-то тоже намекают: поменяйтесь немножко, измените структуру так, чтобы это было удобно для всех. Мне кажется, здесь каждая сторона должна услышать друг друга. Ведь цели-то у них общие, и есть понимание, что рыбу нужно и можно продвигать.

Если говорить о продвижении в средствах массовой информации, то мы как государственная структура можем помочь с организацией определенных программ. Но финансирование таких проектов должно все-таки исходить от рыбаков, поскольку это в интересах бизнеса. Другой вопрос, в какой форме оно может происходить. Возможно, стоит привлечь к этому делу отраслевые ассоциации либо создать некоммерческую организацию, которая занялась бы и работой со СМИ, и проведением фестивалей, например, под брендом «Русская рыба». Нужна системная работа по продвижению нашего продукта, тогда со временем мы увидим и результаты.

– Если говорить об опыте участия в зарубежных выставках, то в прошлом году Брюссель и Циндао стали своеобразным экспериментом для российских рыбаков. Как бы вы оценили его итоги?

– На мой взгляд, хорошей идеей стало выступление отечественных рыбаков под единым национальным флагом. Во-первых, это сразу привлекло внимание к нашему стенду (гораздо больше людей подходит и интересуется, соответственно больше получается и контрактов). А это главный результат – мы весь минтай не съедим даже при всем желании, но пробиваться на рынок, где нас давно не ждали, тоже непросто. За рынки, тем более европейские, нужно биться, и наша продукция получила такую возможность.

Во-вторых, мы смогли показать, что наша рыба – это не только минтай и треска. В выставках участвовали наши добытчики лосося, которые тоже хорошо ощутили разницу, когда, к примеру, продаешь кету в Китай по 2,5 доллара за килограмм или в Европу, но в виде стейков, уже за 8 евро. Для них это тоже стимул к развитию переработки.

Не сомневаюсь, что на следующей выставке мы увидим еще больше российских участников. Это хорошо с точки зрения продвижения нашей рыбы. У нас есть большое преимущество – наша рыба действительно дикая и экологически чистая. Осталось создать продукт, который будет востребован рынком. Не отдавать кому-то на переработку, а создавать самим.

Почему я говорю не отдавать? Потому что в этом случае мы утрачиваем контроль над процессом, что хорошо заметно на примере того, что Китай сделал с нашим минтаем. Они добавляют в продукт полифосфаты, увеличивают вес за счет воды, а в результате страдает качество и репутация продукции. Даже на внутреннем рынке у покупателя нет к ней доверия. Я вам больше скажу: цены на тилапию и пангасиус в Европе примерно такие же, как и на минтай. Представляете, до чего мы довели дикую рыбу! Мы не должны создавать условий, в которых бы наш продукт подменялся другим, спорным. Если мы сможем гарантировать качество и представим этот продукт в надлежащем виде, думаю, он будет востребован.

– На ваш взгляд, готовы ли основные зарубежные партнеры наших рыбаков покупать не сырье, а продукцию глубокой переработки?

– Знаете, выставка в Циндао показала, что рынок Китая в этом плане сам по себе становится очень интересным. Это уже не рынок чистого переработчика, это уже рынок потребления. И мы видим здесь большие возможности.

На нашем национальном стенде мы много общались с представителями JD.com и AliBaba – это интернет-торговля. Кстати, в перспективе электронные торговые площадки в какой-то степени могут стать альтернативой розничным сетям. В Китае эта инфраструктура – логистика, хранение, доставка – уже выстроена, и интернет-торговля перебивает сетевые накрутки. Китайские предприятия, которые занимаются интернет-торговлей, заинтересованы как раз в конечном продукте и ритмичности поставок. Поэтому рынок там есть, они готовы к сотрудничеству.

Другой вопрос, что нам пока не хватает контактов с этими конечными потребителями, понимания, какой именно продукт им нужен, и в этом направлении тоже надо работать. Например, на выставке одна из наших компаний провела дегустацию икры минтая, что необычно для Китая. И это правильный шаг. Нужно учитывать, что это не Европа, у них своя культура потребления. Значит, мы должны выработать новые продукты, которые смогут заинтересовать эту огромную аудиторию.

– Росрыболовство анонсировало планы по организации в сентябре международного рыбного форума и выставки в Санкт-Петербурге. Какие ожидания связны с этими мероприятиями, и кого вы рассчитываете видеть среди участников?

– У нас большие планы по новому проекту, который будет организован в сентябре в Санкт-Петербурге. Кстати, интересный факт. Мы выяснили, что 115 лет назад – в 1902 году – в Санкт-Петербурге как раз состоялась международная рыбная выставка-ярмарка. Получается, что мы в некотором роде продолжим традицию, если приложим все усилия, чтобы Russian Seafood Expo прошла на достойном уровне.

На выставке будет представлен мощный блок по судостроению – конструкторские и судостроительные компании, ведущие мировые производители оборудования. К этому времени уже выйдут нормативно-правовые акты по инвестиционным квотам и промышленность будет готова к тому, чтобы входить в процесс судостроения. Другой традиционный сектор – рыбопереработка. И, разумеется, аквакультура, где мы видим большой потенциал роста.

Сейчас мы занимаемся разработкой деловой программы, к участию в которой будут приглашены международные организации. Как ни парадоксально, в рыбной отрасли существует очень мало мероприятий не коммерческого плана, а таких, где можно обсудить глобальные проблемы рыболовства и тенденции рыбного рынка. Поэтому интерес к ним весьма высокий.

Мы обязательно пригласим к диалогу крупных зарубежных переработчиков и ретейл. Ведь российские возможности уникальны: мы производим продукт и для Азии, и для Европы, и для Америки, и для Африки, поэтому нам есть, что предложить. С другой стороны, мы активно развиваем сотрудничество с теми же странами Южной Америки, продукция которых может оказаться интересной и для нашего внутреннего рынка. В этом плане выставка и форум станут хорошей площадкой для двусторонних консультаций.

На форуме будут также обсуждаться разные вопросы, волнующие наших рыбаков. Ожидается, что руководителем Росрыболовства будут поставлены стратегические задачи до 2030 года. Для отрасли очень важно максимально широкое обсуждение всех стратегических моментов, и формат форума в этом плане подходит как нельзя лучше.

Анна ЛИМ, журнал « Fishnews – Новости рыболовства»

Россия. Весь мир > Рыба > fishnews.ru, 15 марта 2017 > № 2121382 Петр Савчук


Россия. Весь мир. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 марта 2017 > № 2121376 Илья Раковский

Два подхода к оценке эффективности инвестквот.

Илья РАКОВСКИЙ, Председатель Союза рыбопромышленников Карелии.

В марте Минсельхоз представил бизнес-сообществу практически финальную редакцию проектов нормативно-правовых актов, регламентирующих распределение квот на инвестиционные цели. Заявительная кампания несколько задерживается, хотя потенциальные участники процесса уже провели предварительные переговоры с верфями, рыбопромышленники определились с желаемыми типами судов, и очевидно, что главная идея Росрыболовства – запустить процесс обновления рыбопромыслового флота – себя оправдала.

На этом фоне вызывает беспокойство, что даже на завершающем этапе обсуждения нет согласия по самым главным вопросам, которые касаются типов инвестиционных объектов и объемов их государственной поддержки в форме квот. Еще на первом совещании рабочей группы по развитию российского рыбопромыслового судостроения в Росрыболовстве было указано, что государством ставится задача постройки эффективного флота. В процессе отраслевой дискуссии, порой слишком бурной и даже несдержанной в аргументах, выяснилось, что под эффективностью флота каждый понимает свое.

Регулятор (Минсельхоз и Росрыболовство) и правительство, в лице курирующих проект вице-премьеров Юрия Трутнева и Аркадия Дворковича, глядя на всю ситуацию сверху, под эффективностью использования инвестквот понимают одно. В то же время рыбопромышленники под углом производственного взгляда видят совсем другое. Как ни парадоксально, обе точки зрения верны.

Эффективность с точки зрения рыбопромышленника

Наиболее обсуждаемый в настоящее время критерий определения типа объекта инвестиций – по длине судна и связанной с ней долей господдержки – говорит об эффективности производственной. Тезис, что чем больше длина судна, тем больше ему требуется квотная поддержка государства, поддерживается той группой экспертов, которая защищает предпринимательский интерес рыбопромышленника.

Закономерно, что в такой ценностной парадигме просматривается, прежде всего, выгода для самого крупного бизнеса в отрасли – предприятий, которые наиболее готовы к заявительной кампании, имеют значительный финансовый ресурс и, прямо скажем, заберут львиную долю объема вновь появившихся квот господдержки по всем породам. Для примера, по нынешним расчетным показателям на 10 супертраулеров потребуется около 52 тыс. тонн тресковой квоты. На все прочие типы судов придется как-то делить оставшиеся около 20 тыс. тонн трески.

Эффективность в оценке правительства и регулятора

Важным критерием эффективности системы квотной поддержки является результат для государства – регионов и бюджетов. Поручения президента от 19 декабря 2016 года по поддержке малого и среднего бизнеса в отрасли были учтены при обсуждении на совещании у двух вице-премьеров. В следующей редакции проектов нормативно-правовых актов появился тип судна «свежьевик». И я не соглашусь с прозвучавшей оценкой, что, поддерживая ярусники или свежьевики, государство применяет подход, ведущий к деградации отрасли.

На профессиональной площадке можно бесконечно спорить о параметрах производственной и мореходной эффективности рассматриваемых типов судов. Но если говорить о государственной эффективности, то возникает парадокс, ведь для региональных экономик как раз выгодно поддерживать строительство судов меньшей длины.

Государственный подход или бизнес-интерес

Каковы основные характеристики супертраулера? Минимум судозаходов в порт, обслуживание и ремонты – в иностранных портах, полностью экспортная продукция, валютная выручка и отсутствие эффекта для продовольственного рынка страны. Если учитывать такие факторы, как влияние квот господдержки на улучшение экономической жизни регионов, рыбных портов, то эффективный, с точки зрения собственника, супертраулер выглядит уже не так бесспорно. И оценивая типы судов по мере эффективности для регионов, мы можем смело утверждать, что на первом месте будет такой тип инвестиционного объекта, как «свежьевик длиной свыше 30 метров».

Как ни странно, по размеру налоговых платежей с заработной платы эти типы судов будут сопоставимы. Любой МРТК типа «Балтика» что раньше, что сейчас требует 12 человек экипажа, в то время как автоматизация труда на супертраулерах все последние годы вела к сокращению количества персонала на борту.

Стандартная регулярность судозаходов в родной порт у свежьевика – раз в неделю. Это еженедельные инвестиции в пополнение оборота береговых предприятий – от портовых причальных служб до агентов по снабжению. Важно, что регулятором определен и минимальный размер такого судна, что позволяет совместить «береговой эффект» с применением современных технологий. У свежьевика длиной более 30 метров появляется автономность, возможность размещения агрегатов, сохраняющих рыбу, например установок для применения жидкого льда.

По предлагаемой в проекте постановления схеме за объем трески, выделяемой на один супертраулер, можно построить пять свежьевиков. При этом эффективность для субъекта от количества судозаходов такого флота будет гораздо выше.

На второе место по критерию государственной эффективности на Северном бассейне выходит ярусолов. В российской экономической зоне, где не ограничен прилов, такое судно может увеличить объем вылова за счет добычи зубатки и камбал. Современный проект ярусного судна предполагает большой экипаж – 38 человек (с такой штатной численностью проектирует ярусолов архангельский Рыболовецкий колхоз им. М. И. Калинина). Это существенный объем НДФЛ для бюджета поселения, в котором зарегистрировано предприятие.

Говоря о налоговой эффективности, любая местная власть выскажется за малые и средние предприятия, так как получаемый от них объем ЕСХН – второй после НДФЛ источник доходов для многих прибрежных районов. Неудивительно, что во всех регионах сегодня проводятся совещания, на которых местные руководители интересуются, к какой же налоговой отдаче приведет появление нового вида квот.

С учетом особенностей уловов все судозаходы ярусного флота осуществляются в российские порты, вся рыба идет на внутренний рынок. Эффективность для портовой береговой инфраструктуры практически такая же, как у свежьевиков. Увеличение количества судов этих двух типов действительно повлияет на все составные части береговой инфраструктуры вплоть до системы специального профессионального образования.

Средний траулер-морозильщик длиной более 55 метров по критерию «пользы для государства» можно расположить на третьем месте. Если сравнивать две интерпретации эффективности, именно этот тип судна представляет собой золотую середину.

Таким образом, при обсуждении сегодня предлагаемых типов объектов инвестиций важно разделять критерии их оценки по видам эффективности. Первый вариант – производственная эффективность для бизнеса, второй вариант – эффективность для государства и регионов. Рыбопромышленники ждут, куда сместится вектор господдержки судостроения – в сторону интересов крупных компаний или в сторону эффективности для малого и среднего предпринимательства и регионов.

Россия. Весь мир. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 марта 2017 > № 2121376 Илья Раковский


Россия > Рыба > agronews.ru, 10 марта 2017 > № 2120761 Илья Шестаков

Система рыболовства в России — одна из лучших.

О состоянии рыбной отрасли, происходящих изменениях и ожидаемых перспективах заместитель министра сельского хозяйства России — руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков рассказал в программе Владимира Соловьева «Полный контакт» на Вести FM.

СОЛОВЬЁВ: Илья Васильевич, рыба есть?

ШЕСТАКОВ: Рыба есть.

ШАФРАН: Много?

ШЕСТАКОВ: Рыбы у нас навалом, и мы действительно вылавливаем объёмы гораздо больше, чем потребляем сами. То есть вылов в этом году у нас рекордный за последние 16 лет и составил порядка 4 миллионов 700 тысяч тонн. По сути дела, потребление где-то равняется около 3 миллионов, остальное мы экспортируем.

СОЛОВЬЁВ: Хорошую рыбу?

ШЕСТАКОВ: В целом экспортируем хорошую рыбу, и сюда поставляем тоже неплохую отечественную, качественную, но что для нас очень важно — изменить именно структуру экспорта, и это было основной задачей, которую я перед собой поставил, когда пришёл. Потому что в основном и сейчас, хоть динамика и идёт на улучшение, мы поставляем в основном сырьё для переработки в Китае, в Японии, в Корее. Для нас важно изменить эту динамику, в рамках этого как раз в прошлом году мы приняли федеральный закон — изменение в закон о рыболовстве, который позволит нам сейчас строить новые суда и перерабатывающие фабрики на территории прибрежных субъектов, которые смогут изменить вот эту структуру производства.

СОЛОВЬЁВ: Я помню, когда вы пришли на должность, это же была, вежливо говоря, клоака. То есть ваших предшественников обычно отправляли сразу сидеть. То есть говорили, что ужас-ужас, бандитизм, поубивают, и говорили: «Куда ты идёшь?! Это же просто опасно!» Насколько этот образ соответствует реалиям, и насколько было сложно?

ШЕСТАКОВ: Могу сказать, что с точки зрения вопросов, связанных с наделениями квот, в 90-е годы — в начале 2000-х была плохая динамика. И сами квоты распределялись в Федеральном агентстве по рыболовству либо в субъектах Российской Федерации. Понятно, что распределялись совершенно по непрозрачным принципам, и действительно там возникала вся эта криминальная ситуация. То, что произошло уже 2004 году, а потом закрепилось в 2009 году, когда все квоты, может быть, не совсем прозрачно, но всё-таки были закреплены по историческому принципу, и были определены круг лиц, круг компаний, которые владеют этими квотами, которые смогли строить уже долгосрочные планы. В этой части, я считаю, было сделано всё очень правильно. И этот период был закреплён до 2019 года. Мы в рамках своего законодательства его продлили на 15 лет, поскольку это даёт стабильность компаниям, которые работают. Да, иногда говорят, что это может быть не совсем справедливо, но при этом в рыбной отрасли, к сожалению, в настоящий переходный период сделать что-либо по-другому сложно.

Могу сказать, что в целом квоты по историческому принципу – это не какое-то ноу-хау Российской Федерации. В целом во многих рыболовных державах квоты закреплены именно по истории. Где-то под конкретную компанию, где-то под конкретное судно, везде разные подходы, но в целом это так. Наше ноу-хау в новом законодательстве – это то, что мы часть квот будем выделять тем компаниям, которые будут строить рыбопромысловые суда на отечественных верфях. И это на самом деле очень важно. Мы планируем, что за следующие 5 лет мы сможем обновить порядка 40-50% нашего рыбопромыслового флота по мощности.

Россия > Рыба > agronews.ru, 10 марта 2017 > № 2120761 Илья Шестаков


Россия > Рыба > fish.gov.ru, 9 марта 2017 > № 2101881 Илья Шестаков

Интервью Главы Росрыболовства Ильи Шестакова ИА RNS

Руководитель Росрыболовства Илья Шестаков рассказал в интервью RNS о том, как российские рыбаки заместили импортную рыбу, как бороться с браконьерством в «промышленных масштабах», о возможностях возобновления вылова осетровых, увеличении производства черной икры и введении запрета на вылов байкальского омуля в 2017 году.

Как вы оцениваете развитие российской рыбной отрасли в условиях импортозамещения? Каково сейчас соотношение отечественной и импортной продукции в магазинах, насколько еще можем снизить зависимость от импорта?

Оцениваю положительно, это касается не только объемов вылова, но и производства аквакультурной продукции. Показатели за 2016 год у нас хорошие: прирост вылова 5,8% к рекордному 2015 году — до 4,76 млн тонн, объем производства продукции аквакультуры, по предварительным данным, увеличился на 15%, превысив 200 тыс. тонн.

Кроме того, доля отечественной рыбной продукции на прилавках, в структуре личного потребления составила практически 75% против 50% в 2014 году. Это существенный рост. Важные изменения происходят в структуре производства и экспорта: растет объем переработки, в том числе растет объем поставок рыбного филе как на внутренний, так и на внешний рынки.

Но не стоит задачи полностью отказаться от поставок рыбной продукции из-за рубежа, импортные поставки нужны в первую очередь для разнообразия ассортимента.

Какую рыбу и морепродукты труднее всего заместить?

Это, прежде всего, импортная аквакультурная продукция, поставки которой были прекращены в рамках контрсанкций. Но мы не видим в этом какой-то проблемы. Импортную аквакультурную заменила отечественная дикая рыба. Ту же семгу довольно успешно заместили лососевые с Дальнего Востока России.

Вице-премьер Игорь Шувалов недавно говорил, что в случае потепления отношений санкции могут снять к концу года. Не помешает ли это тому росту отрасли, который сейчас наметился?

Безусловно, в этом случае усилится конкуренция для наших рыбаков на внутреннем рынке. Но к этой ситуации и рыбаки, и мы готовы. Чтобы использовать время правильно, мы с рыбаками провели большую работу, связанную с обеспечением внутреннего рынка. Много рыбаков стали напрямую работать с ритейлом. То есть какие-то колебания возможны, но я думаю, что импортной рыбной продукции будет достаточно тяжело вытеснять отечественную.

Ожидается ли, что в 2017 году сохранится хорошая динамика по вылову?

Ожидаем, что динамика будет позитивная. Конечно, многое зависит от погодных условий, но общий допустимый улов на 2017 год увеличен. Объекты, которые вернулись к российским берегам на Дальнем Востоке, становятся все более востребованными. Ожидаем, что на сардину иваси и скумбрию будет больше флота выставлено в этом году.

Сейчас наблюдается небольшое отставание из-за сложной ледовой обстановки, штормов. Но сезон «А» минтаевой путины длится до апреля, и мы считаем, что все те объемы, которые рыбакам выделены, будут освоены.

После введения продэмбарго потребление рыбы в России заметно снизилось. Как исправить эту ситуацию? Поможет ли снятие эмбарго сделать рыбу более доступной населению?

Действительно, произошло некоторое снижение объемов личного потребления. Если в 2014 году объем потребления равнялся приблизительно 22 кг, то за 2016 год мы оцениваем эту цифру как 19–20 кг. В большей степени это связано не с уменьшением количества рыбы и ответными мерами, введенными РФ, а с курсом валют. Рыба — это товар, в том числе ориентированный на экспорт, поэтому из-за роста курса доллара произошло достаточно существенное повышение (цен. — RNS) и на внутреннем рынке.

Но мировые цены начали снижаться, в том числе за счет сокращения объемов спроса со стороны Азиатско-Тихоокеанского региона, в частности, Китая. Это касается, прежде всего, минтая — нашей основной промысловой рыбы, но отражается на всем рынке. Поэтому ситуация будет довольно стабильной.

Важно отметить, что доля рыбака в розничной цене составляет 30%. И здесь, конечно, недостаточно только снижения оптовой цены. Необходимы соответствующие шаги в сфере розничной торговли.

Какова доля транспортной составляющей в цене рыбы, когда ее доставляют по железной дороге с Дальнего Востока? Корректировались ли тарифы? На сколько выросла стоимость перевозки за прошлый год?

С точки зрения потребительских цен логистическая составляющая не такая уж большая — до 15%. А тарифы у нас периодически растут исходя из сезонных колебаний. Но в целом серьезной повышающейся динамики по тарифам и затратам на логистику и доставку рыбы нет.

Обсуждается ли с РЖД вопрос снижения тарифов?

Был ряд поручений, связанных с возможностью снижения тарифов на поставку рыбной продукции, но ни РЖД, ни ФСТ, ни ФАС они поддержаны не были, поэтому в настоящее время таких обсуждений нет.

Недавно Bloomberg включил в список миллиардеров владельца рыбного холдинга «Норебо» Виталия Орлова. Располагает ли ситуация к появлению новых миллиардеров в российской рыбной отрасли?

Финансовые показатели отрасли растут наряду с рекордными выловами и повышением цен. Поэтому, конечно, на рынке появляются игроки, которые могут позволить себе претендовать на место в каких-то списках. Но для нас важнее, что эта формирующаяся финансовая «подушка» будет использована для обновления рыбопромыслового флота — эту программу мы планируем запустить уже в 2017 году. Флот у нас устаревший, ему в среднем 30 лет, а новые суда достаточно дорогие — от $50 млн до $100 млн за крупнотоннажное судно. Поэтому эти финансовые результаты вместе с инвестиционными квотами дадут компаниям возможность для инвестирования.

Владелец «Норебо» стал миллиардером, в том числе, из-за продэмбарго. Может все-таки подождать с его отменой, чтобы поддержать российскую рыбную отрасль?

Мне кажется, что не совсем правильно так поддерживать отрасль. Надо исходить из тех реалий, в которых мы находимся. И заодно надо посмотреть, насколько эти оценки соответствуют действительности и что за методики для рейтингов применяются.

Как вы оцениваете перспективы производства мидий и устриц в Крыму?

По объемам производства у Крыма достаточно хорошие показатели. По нашим оперативным данным, объем выращенных мидий увеличился практически в 2,7 раза, и объем устриц тоже увеличился почти с нуля до 29 тонн. Азово-Черноморский бассейн, прежде всего Крым и Краснодарский край, и Дальний Восток, в большей степени Приморский край, — это два основных бассейна для формирования марикультуры. Частично возможно использование отдельных участков в Северном бассейне, но с очень хорошей научной проработкой.

По мнению ученых и бизнеса, для Приморского края объем водной глади, которая может использоваться, составляет 90 тыс. га, с учетом уже представленных в пользование примерно 25 тыс. га. Мы провели аукционы и дополнительно ввели еще 20 тыс. га. До конца 2017 года планируем провести аукционы на использование остальных акваторий.

Позволит ли развитие производства отечественных морепродуктов снизить на них цены?

Уже сейчас поставки из Краснодарского края, Крыма, Дальнего Востока немного ниже по стоимости, чем поставки из-за рубежа.

До санкций в магазинах было представлено много рыбы из Норвегии. Рыба, которая сейчас продается в магазинах, очень сильно отличается по вкусу от той, которая была до введения санкций.

Да, сейчас на прилавках стало больше дикой, а не аквакультурной импортной рыбы.

Нужно ли ее разрешать снова? Видите ли вы тот критический порог, когда биотехнологии в развитии кормовой базы начинают приносить потребителю больше вреда, чем пользы?

Россельхознадзор при проверке норвежских предприятий не раз выявлял достаточно серьезные нарушения нашего ветеринарного законодательства и вводил ограничения на поставки. Поэтому, конечно, при развитии аквакультуры необходимо тщательно следить за соблюдением ветеринарных норм и отвественно подходить к применению биотехнологий.

Какая рыба лучше, норвежская или наша?

Конечно, вы понимаете, я ничего другого не отвечу: самая лучшая рыба — это наша отечественная. Тем более, что так оно и есть. Главное, чтобы рыба доставлялась от рыбака до магазина и реализовывалась с соблюдением необходимых технологий, в первую очередь температурного режима.

К тому же нас беспокоит ситуация, связанная с дефростацией в магазинах, когда рыба размораживается по два-три раза... Эту ситуацию контролирующим органам надо держать на особом контроле.

Росрыболовство рассчитывает за пять лет привлечь в развитие рыбопромышленного комплекса 200 млрд рублей. За счет чего планирует повышать инвестиционную привлекательность отрасли? Вообще рыболовство сейчас — высокорентабельная отрасль? Отрасль – высокорентабельная, и возможности для инвестирования есть. Но для запуска этого процесса надо было определить правильные стимулы. Это как раз инвестиционные квоты. Они начнут выделяться тем компаниям, которые будут строить современные суда на отечественных верфях и рыбоперерабатывающие заводы в прибрежных регионах. По нашим расчетам, реализация планов, связанных с инвестиционными квотами, приведет к тому, что в отрасль будет инвестировано около 200 млрд рублей в течение ближайших пяти-семи лет.

Планировалось, что программа строительства судов по инвестквотам должны заработать уже в этом году. Начался уже отбор инвестпроектов?

Сейчас готовятся к принятию необходимые для запуска механизма нормативно-правовые акты. С учетом сжатых сроков в рамках поручения президента, стоит задача, чтобы они уже в марте-апреле начали работать. И отбор заявок мы начнем уже в 2017 году.

Рыбопромышленные компании сейчас готовятся к подаче заявок. Некоторые, кстати, уже заключили соглашения с верфями о строительстве. Этим компаниям мы даем возможность участвовать в отборе проектов для получения инвестквот.

Сколько всего судов планируется построить в рамках программы?

Всего мы планируем, что на Дальнем Востоке будет построено порядка 15 крупнотоннажных и 20-30 среднетоннажных судов, еще 15-20 среднетоннажных судов – для Северного бассейна. Плюс еще малотоннажные суда.

Помимо этого запланировано строительство рыбоперерабатывающих фабрик. Мы ориентируемся, что в рамках этой инвестиционной квоты в прибрежных субъектах будет построено 2-3 крупных рыбоперерабатывающих фабрики с объемом переработки от 30 до 50-60 тыс. тонн в год.

В каких регионах?

У инвесторов есть желание строить в рамках этих квот в Камчатском крае, в Мурманской области и в Приморском крае.

Это рассчитано в основном на российских инвесторов или иностранцы тоже будут вовлекаться?

Будут в основном российские инвесторы.

В чем причина? Иностранцы не интересуются?

Рыболовная отрасль отнесена к разряду стратегических. Участие иностранцев строго ограничено в рамках законодательства и может осуществляться только по решению правительственной комиссии по иностранным инвестициям. То есть для иностранцев этот путь более сложный. Тем более, планируется, что инвестиционные квоты под рыбоперерабатывающие заводы должны осваивать те же предприятия, которые будут строить заводы. Но инвесторов достаточно и среди российских компаний.

Председатель комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая заявила, что предложенный Росрыболовством механизм распределения инвестиционных квот приведет к монополии крупных компаний. Как вы это прокомментируете?

В дополнение к механизму инвестиционных квот мы в законе заложили стимул для развития прибрежного рыболовства. Мы дали возможность тем компаниям, которые хотят заниматься малым бизнесом, развивать прибрежное рыболовство, и предусмотрели для них повышающий коэффициент. Они получают 20% к квоте в том случае, если будут доставлять уловы на берег в свежем или охлажденном виде. И я знаю, что многие малые компании планируют сконцентрироваться именно на таком виде деятельности. Кроме того, в рамках инвестиционных квот выделяем им объемы на строительство судов маломерного флота.

Ведь надо учитывать, что океаническое, промышленное рыболовство – процесс сложный и сопряжен с рядом условий. Для малых компаний с небольшой квотой, которая не позволяет им загрузить крупное судно, рентабельность такого вида рыболовства падает, и они начинают экономить на всем, в том числе на безопасности, на условиях охраны труда, на зарплатах. Зачастую нанимают не обученный российский персонал, а уже в море – граждан других государств, в основном, Юго-Восточной Азии. Поэтому для нормальной работы, для эффективного промышленного рыболовства у компании должно быть минимум 40-50 тыс. тонн вылова и два-три крупных судна.

Как решается вопрос с выделением квот на вылов рыбы в российских водах иностранными рыбаками? Планируется ли дальнейшее сокращение квот для Японии и Южной Кореи?

С Японией у нас в этой части идет тесное сотрудничество, еще со времен СССР выделяется определенный объем квот. В основном это те виды, которые недоосваиваются российскими рыбаками. За это наши японские коллеги выплачивают в бюджет РФ достаточно большие взносы, что является положительным примером. Поэтому квоты пока сокращать не планируем.

Что касается наших южнокорейских коллег, за последний год мы действительно сократили их квоту по основному объекту – минтаю, которую они могли бы добывать в нашей экономической зоне, в два раза. Это связано с тем, что они не выполняют взятых на себя обязательств по реализации инвестиционных проектов по строительству объектов рыбохозяйственной инфраструктуры на Дальнем Востоке. Но если будет движение в рамках инвестиционного сотрудничества, то будет рассмотрен вопрос увеличения квоты.

А как идет работа с иностранными коллегами по пресечению нелегального промысла?

У нас подписаны соглашения с Японией, Китаем, КНДР, Южной Кореей, США, в рамках которых введен в оборот сертификат происхождения продукции. Его выдают наши территориальные органы, подтверждая законность вылова. Потом сравниваются объемы: сколько рыбы было выловлено и сколько было вывезено на экспорт по этим сертификатам.

Кстати, поддерживаете ли предложение Ирины Яровой передавать рыбакам рыбу, выловленную браконьерами?

Насколько я понимаю, ее предложением касается конфиската. Работа с ним очень сложная. После ареста груз необходимо разместить на ответственное хранении до принятия соответствующих судебных решений, и до тех пор он не может быть реализован. Мы понимаем, что срок хранения рыбы без потери качества — 3-4 месяца. Судебные тяжбы у нас идут порой до 1,5 лет. Во-первых, теряется качество продукции. Во-вторых, органы, изъявшие продукцию, должны ее хранить, нести затраты, что не предусмотрено ни в бюджете Росрыболовства, ни МВД, ни Пограничной службы.

Насколько я понимаю, идея Ирины Анатольевны заключалась в том, чтобы дать возможность реализовывать эту рыбу в рамках выявленных нарушений до принятия соответствующего судебного нарушения. Такую идею мы поддерживаем, потому что, как и правоохранительные органы, сталкиваемся с проблемой хранения.

А с конфискованными судами что делать? Тоже продавать?

Да, безусловно. Суда порой стоят и гниют у причалов. По сути это выбывающий флот, который мог бы использоваться другими, добросовестными игроками рынка.

Планируется ли ужесточать требования к любительской рыбалке? Например, ограничивать улов или вводить платную рыбалку, например, в водоемах Москвы?

Никакой платной рыбалки или каких-то ужесточений мы не планируем вводить. Наоборот, в законопроекте, который сейчас обсуждается в Госдуме, четко прописано, что любительская рыбалка должна быть бесплатной.

Законом о рыболовстве уже предусмотрено введение суточной нормы вылова, которая устанавливается в правилах рыболовства на одного человека. Сейчас наука совместно с общественностью обсуждает, какой должна быть норма на разные виды рыб. Она нужна в том числе для того, чтобы можно было отличить рыбаков-любителей от тех, кто под видом "любителя" вылавливает рыбу чуть ли не в промышленных масштабах.

Это действенный механизм контроля?

Да, действенный. Главное, чтобы у нашей рыбоохраны были возможности для контроля. На одного инспектора сейчас приходится 1900 км реки и 16 тыс. га озер и водохранилищ. С точки зрения технического обеспечения, наличия автомобилей, лодок, нормативы в целом выдерживаются, но с точки зрения обеспечения горюче-смазочными материалами норматив составляет от 30 до 40%. Поэтому приоритет отдаем борьбе с браконьерством, которое носит промышленные масштабы.

Промышленное — это за пределами того, что может унести один браконьер. Речь идет прежде всего об усилении рыбоохраны во время лососевой путины на Дальнем Востоке, об охране осетровых Амура и Каспия. И конечно, сейчас остро встал вопрос с байкальским омулем, там мы тоже вынуждены выставлять дополнительные силы, чтобы сохранить запасы омуля.

Конечно, сил и средств для повсеместного контроля недостаточно. Мы специально проводим реорганизацию наших территориальных управлений и сокращаем административный штат с тем, чтобы оставить больше инспекторов, сотрудников рыбоохраны, но к сожалению, их все равно недостаточно.

Как вы оцениваете экологическую ситуацию в российских акваториях?

В целом у нас экологическая ситуация стабильная, спокойная. Что касается состояния ресурса, то увеличиваются запасы многих видов водных биоресурсов, которые наука разрешает к вылову. Конечно, есть сезонные колебания, где-то происходит снижение объемов биомассы, но в этом нет ничего страшного, если своевременно принимать меры.

Так, с прошлого года временно не выставляем квоты на вылов мойвы в Баренцевом море – такое решение приняли на уровне двусторонней комиссии с Норвегией, поскольку у нас совместный запас. Объем биомассы мойвы сейчас ниже того уровня, когда можно без вреда для природы его осваивать. Или еще один пример: планируем в этом году вводить временные ограничения на вылов байкальского омуля, так как его запасы снижаются.

Запрет на вылов байкальского омуля планируется вводить в этом году?

Да, в 2017 году. Сейчас обсуждаем, вводить тотальный запрет или только запрет на промышленный вылов, оставив возможность для вылова рыбакам-любителям и коренным малочисленным народам.

Какова ситуация с восстановлением популяции осетровых? Не устарел ли запрет на их промышленный вылов в Каспии?

Конечно, запрет необходим. Ситуация с состоянием запаса тяжелая. Понадобится точно еще 8-10 лет, прежде чем можно будет обсуждать вопрос о снятии запрета.

Видите ли вы потенциал по увеличению аквакультурного производства осетра и черной икры? - Да, перспективы видим. Но надо учитывать, что этот вид аквакультуры требует значительных затрат инвестора. Возможность получения икры от осетров наступает на 7-8 год. Все эти годы рыбу надо кормить, поддерживать температурный режим, поэтому по затратам черная икра сама по себе не может быть дешевой.

Кроме того, рынок конкурентный. Активно растет производство в других странах. Что касается России, то, ориентировочно, мы можем нарастить производство к текущему уровню в 1,5-2 раза к 2030 году с тем, чтобы эта продукция была востребована. Задача есть, все необходимое есть, и интерес у инвесторов.

А какой сейчас объем производства черной икры в России?

По предварительным данным, за прошлый год он увеличился на 3,5% – до 44 тонн.

Позволит ли увеличение производства снизить цены?

Вопрос связан скорее не с объемами, а с внедрением новых технологий, которые позволяют получать икру раньше, чем через 7-8 лет, и соответственно, сокращать затраты производителя. Такие работы ведутся отраслевыми учеными и у нас, и в других странах.

Крупный отечественный производитель «Русский икорный дом» уже начал поставки черной икры» в Китай?

Насколько я знаю, они осуществили тестовые поставки. Но есть ряд определенных трудностей, ведь Китай сейчас сам активно занимается производством черной икры. Хотя могу сказать, что качество черной икры, которая произведена в России, гораздо выше.

Какие меры предусмотрены для поддержки экспорта отечественной рыбной продукции в целом? В прошлом году Минсельхоза представил в правительство программу поддержки экспорта продукции АПК. Входит ли в нее поддержка рыбной отрасли с точки зрения экспорта, в каком объеме?

Пока ничего специализированного не предусмотрено, но большинство мероприятий, которые там заложены, относятся ко всему ассортименту пищевой продукции, включая рыбную. Это, в том числе, модернизация лабораторной базы Россельхознадзора и предоставление возможности осуществления проверок наших предприятий иностранными ветеринарными и фитосанитарными службами; проведение зарубежных ярмарок и это создание так называемых региональных брендов.

Но для нас вопрос экспорта двоякий, ведь мы и так экспорт рыбы наращиваем, в последние годы за рубеж уходит примерно 40% вылова. Важно, чтобы не произошел перекос, когда большая часть продукции будет уходить на экспорт, а меньшая часть оставаться на территории России. Поэтому для нас важнее не наращивать объемы экспорта, а менять его структуру — переходить к поставке готовой продукции, а не сырья. Такая тенденция уже наметилась, но пока темпы небольшие. При этом очень важно говорить о том, чтобы у нас была диверсификация рынков. Сейчас, к сожалению, с точки зрения экспорта по некоторым направлениям мы зависим от ряда стран. По минтаю — от Китая, по ряду лососевых видов рыб — от Японии. А вот с основным потребителем — Европой, мы в меньшей степени работаем, и это неправильно. Нам нужно произвести диверсификацию рынков. Причем не только расширять поставки на Европейский рынок, но и развивать поставки в Латинскую Америку.

С Европой мы можем плотно работать, если будем производить уже не сырье, а конкурентоспособную продукцию высокой степени переработки. Такая возможность появится после запланированной и которая модернизации флота и рыбоперерабатывающих предприятий.

Вы говорили о создании суббрендов. А бренд "Русская рыба" сейчас за рубежом котируется, или его еще нужно создавать?

Бренд “Русская рыба” нужно еще дополнительно развивать. Хотя сейчас уже все отраслевые мероприятия, все международные выставки в рамках объединенных стендов рыбаков проходят именно под брендом “Русская рыба”, но мы планируем дополнительные меры его продвижения.

Помогают ли интернет-площадки в развитии экспорта? Например, в Китай.

В рамках выставок, которые сейчас проходят, активно обсуждается возможность реализации нашими рыбаками продукции через интернет-площадки, уже прорабатываются соответствующие согласования. Возможно, в ближайшее время такие идеи будут реализованы. Китайские компании, которые занимаются интернет-торговлей, заинтересованы в работе с российскими рыбаками.

А какие-то отраслевые мероприятия, в том числе направленные на поддержку экспорта, запланированы на 2017 год?

Мы запланировали достаточно много мероприятий. Это и участие Росрыболовства и рыбаков в Петербургском и Восточном экономических форумах, в крупнейших международных отраслевых выставках - в Брюсселе и в Китае. За рубежом будем выступать с большой национальной отраслевой экспозицией - этот формат в прошлом году себя очень хорошо зарекомендовал. Кроме того, есть идея проведения в этом году отраслевой выставки рыбохозяйственного комплекса, причем международной, в Санкт-Петербурге. В рамках нее состоится первый Международный рыбопромышленный форум. Планируем обсуждать тренды не только мировой рыбной отрасли, но и сопутствующих отраслей, в том числе судостроения.

Какой у вас прогноз по экспорту рыбы на 2017 год? Все будет зависеть и от ценовой конъюнктуры и уровня потребления на мировом рынке. Поэтому какой-то прогноз строить неправильно, еще только месяц прошел. Но предпосылок для существенного роста экспорта нет.

Россия > Рыба > fish.gov.ru, 9 марта 2017 > № 2101881 Илья Шестаков


Россия. ЦФО > Рыба > fishnews.ru, 3 марта 2017 > № 2095940

Крабовые торги перейдут в столицу.

В правила проведения аукционов по продаже долей квот внесены изменения. Организатором торгов по крабовым лотам сможет выступать только Росрыболовство, но не его территориальные управления.

Аукционы пополнили казну

На заседании Общественного совета при Росрыболовстве начальник управления экономики и инвестиций Михаил Медведев отчитался о доходах, полученных федеральным бюджетом от деятельности ведомства в 2016 г. Основной объем средств поступил от продажи на торгах прав на заключение договоров о закреплении долей квот – 8,587 млрд рублей. Как сообщает корреспондент Fishnews, эту сумму удалось выручить по итогам всего пяти аукционов.

В текущем году в федеральном агентстве также рассчитывают прилично пополнить бюджет за счет реализации прав на добычу. «Активность рыбаков поразительная, большое количество желающих участвовать и биться за заключение договоров», – отметил руководитель управления. По его словам, уже сформированы первые пять аукционов, ближайший из которых запланирован на 16-17 марта.

Крабы ушли из теруправлений

Отвечая на вопрос о печально известных крабовых аукционах в Приморском крае, Михаил Медведев рассказал, что уже подготовлены изменения в постановление правительства от 12 августа 2008 г. № 602 «Об утверждении Правил проведения аукционов по продаже права на заключение договора о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов и (или) договора пользования водными биологическими ресурсами».

Согласно новым правилам организовывать аукционы по реализации долей квот на вылов краба будет Федеральное агентство по рыболовству, а не теруправления. Постановление будет опубликовано уже в ближайшие дни, заверил докладчик членов Общественного совета.

Квоты в ЮВТО подешевели

Михаил Медведев также озвучил информацию об изменениях методики для определения стартовой цены на доли квот для промысла в зонах действия международных договоров. Глава управления напомнил о провале последних трех аукционов по продаже российских квот в ЮВТО, где стартовая цена за лот составляла 334 млн рублей. В результате все лоты остались невостребованными, рыбопромышленники даже не стали подавать заявки на этот ресурс.

«На прошлой неделе мы закончили переработку методики расчета начальной цены, где учли пожелания и общественных организаций, и рыбаков, и ассоциаций», – уведомил Михаил Медведев. Он уточнил, что при оценке лота теперь применяется ряд коэффициентов.

«Если мы используем коэффициент удаленности района промысла, то против 334 млн рублей получаем 94 млн рублей. Далее при применении средневзвешенного коэффициента рентабельности мы получаем начальную стоимость лота 54 млн рублей. По оценке рыбаков, это нормальная рыночная цена», – привел пример представитель Росрыболовства.

Россия. ЦФО > Рыба > fishnews.ru, 3 марта 2017 > № 2095940


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 1 марта 2017 > № 2092062 Сергей Михеев

Одними запретами браконьерство не искоренить.

Сергей МИХЕЕВ, Руководитель Амурского теруправления Росрыболовства.

Вопросам рыбоохраны в последние годы уделяется большое внимание. Основные меры, которые принимаются на федеральном уровне и на местах, в самих регионах, направлены на усиление армии инспекторов, ее оснащение и пополнение. Но в то же время все чаще на браконьерство стали смотреть как на комплекс проблем, в котором без решения каких-то фундаментальных вопросов прогресса не достичь.

О том, как над задачей охраны водных биоресурсов работают в Хабаровском крае и какие сопутствующие аспекты при этом выходят на первый план, Fishnews рассказал руководитель Амурского теруправления Росрыболовства Сергей Михеев.

– Сергей Владимирович, Хабаровский край сегодня показывает высокую статистику по выловам, наука также подтверждает, что ресурсы Амура достаточно стабильны. Но очевидно, что все это – лишь дополнительный повод для усиления работы по сохранению такого положения дел. Как вы можете охарактеризовать текущую ситуацию с браконьерством на Амуре, с кем инспекторам рыбоохраны главным образом приходится работать?

– Дальний Восток – это рыбный регион, и Хабаровский край не является исключением, но наша уникальность заключается в том, что активный рыбный промысел в крае ведется не только в море, но и на Амуре.

Естественно, что при работе на воде инспекторы рыбоохраны Росрыболовства сталкиваются с различного рода правонарушениями, которые отличаются не только по характеру и размерам причиняемого ущерба, но и по социальной подоплеке. Мы делим их на три специфичные группы.

К первой можно отнести так называемое бытовое браконьерство. Это нарушения, которые отдельно взятый человек совершает либо по незнанию, либо потому что действительно нуждается в пропитании. Они не наносят государству такого урона, как другие виды браконьерства, тем не менее с точки зрения закона тоже являются правонарушениями.

Вторая группа – это браконьерство, которое совершается в ходе промышленного, прибрежного рыболовства, спортивно-любительского или традиционного, т.е. в рамках прописанных законом способов добычи ВБР. В этом случае у человека могут быть документы на ведение законного промысла, но под них осуществляется какая-то незаконная деятельность.

И, наконец, третья группа – это организованные, хорошо подготовленные преступные группы, которые целенаправленно занимаются нелегальным, запрещенным промыслом в больших масштабах. Конечно, первыми двумя группами нарушений нельзя пренебрегать, но деятельность ОПГ для рыбных запасов Амура является одним из наиболее угрожающих факторов. Тем более что такие браконьеры – это еще и настоящие профессионалы, поскольку работают они даже в экстремальных условиях, пренебрегая всеми правилами судоходства и безопасности. Они используют мощную технику для передвижения, новейшие спутниковые технологии, вплоть до GPS-маячков для маскировки орудий лова подо льдом и на открытой воде. Они даже расставляют свои «посты» на дорогах, так называемых «кукушек», – это люди, которые сигнализируют о передвижениях правоохранителей.

Свои незаконные действия браконьерские ОПГ осуществляют в местах концентрации ценных видов рыб: на осетровых тонях, лососевых нерестилищах, особенно на удаленных территориях, как правило, в труднодоступных районах края.

– С учетом такой картины, какие механизмы противодействия были выработаны в Хабаровском крае?

– В позапрошлом году мы начали усиливать межведомственное взаимодействие, достигли взаимопонимания с рыбопромышленниками, которые в первую очередь заинтересованы в сохранении водных биоресурсов Амура; начали привлекать активных граждан в качестве общественных инспекторов. В прошлом году приступили к активной реализации разработанных схем противодействия нарушителям.

Совместными усилиями нам удалось охватить весь Амур в части охраны осетровых и практически весь Хабаровский край – по лососям. Для этого привлекались силы и средства из других регионов, наши сотрудники из соседней Амурской области и Еврейской АО, бойцы из отряда «Пиранья». Осуществлялась переброска внутренних сил из одного района в другой, в том числе в профилактических целях, для исключения коррупционных проявлений на местах. Продолжился эксперимент по выставлению постов рыбоохраны прямо на воде, в местах концентрации браконьерства.

РЫБОЛОВСТВО КМНС – ОТДЕЛЬНЫЙ ВОПРОС

– Традиционное рыболовство сегодня остается достаточно непростым вопросом для всех регионов Дальнего Востока. Как в этой части обстоит ситуация в Хабаровском крае?

– Ежегодно в Амурское теруправление Росрыболовства поступает порядка 22 тыс. заявок от представителей КМНС. Так что можно сказать, что по количеству занятых в традиционном рыболовстве Хабаровский край находится на одном из первых мест по Дальнему Востоку.

К сожалению, из-за несовершенства существующего законодательства особыми условиями, предусмотренными для КМНС, нередко пользуются те, кто на самом деле не имеет никакого отношения к малочисленным народам Севера. В результате возникают злоупотребления.

Но еще чаще нам приходится сталкиваться с тем, что часть представителей КМНС, которые подали заявки на традиционное рыболовство, не способны самостоятельно воспользоваться этой возможностью. Вместо них на промысел охотно выходят третьи лица. Но когда выясняется, что такие «помощники», хорошо укомплектованные мощными лодками и профессиональными снастями, предлагают свои услуги еще и «безвозмездно», мы понимаем, что за этим, скорее всего, кроется браконьерство. Раз они ничего не берут за свою работу у людей, значит, они берут у государства.

К сожалению, нашим инспекторам действительно очень часто приходится сталкиваться с этими «рыбными волонтерами»: чужие права они используют как пропуск на реку для рыбалки уже в совсем других масштабах.

– В рамках закона существуют варианты решения таких вопросов?

– Для того чтобы не просто пресекать нарушения, но способствовать кардинальному изменению ситуации, Амурское теруправление старается нацеливать таких представителей КМНС обращаться в общины и уже через них реализовывать свои права. Таким образом объемы, предусмотренные государством для традиционного рыболовства, получаются на общину, где есть организованные промысловые бригады, переработка, в случае необходимости улов привозят прямо на дом.

Такая практика в Хабаровском крае существует уже три года, есть некоторые общины, поселки, которые к нам прислушались и увидели для себя плюсы от такого взаимодействия. Например, община КМНС «Калм» в Ульчском районе. Они привлекают националов из районов, помимо рыбы заготавливают лес, оказывают помощь членам своей общины, по факту даже выполняют градообразующие функции – одним словом, очень правильно и организованно ведут свою хозяйственную деятельность. Вот такой принцип для нас ясен с точки зрения закона, и мы пытаемся направить по тому же пути и других людей.

К сожалению, порой наши действия трактуются неверно и говорят, что рыбоохрана нацелена на пресечение именно национального лова. На такие обвинения мы отвечаем просто: не существует каких-либо критериев по национальности, которые усиливали бы ответственность за браконьерство, – перед законом все равны. Любой гражданин, если он попался на незаконных действиях, будет привлечен к ответственности.

– Формирование реестра информации о коренных малочисленных народах, на ваш взгляд, способно улучшить ситуацию?

– Мы следим за этим вопросом, обсуждали его и с краевыми депутатами, высказывали свою позицию, каким бы мы видели предлагаемый реестр. Могу сказать, что Амурское ТУ всегда выступало за то, чтобы все подобные правила обязательно разрабатывались и принимались при непосредственном участии самих коренных народов Севера. Существуют ассоциации коренных народов, есть активные общины – очень важно привлекать их к законотворческой деятельности. Только в том случае, когда окончательное решение будет исходить от самих КМНС, когда будет ими осмыслено и согласовано, оно принесет практическую пользу и не вызовет недовольства.

Кроме того, согласен с тем, что составлением и утверждением такого реестра КМНС должен заниматься сам субъект Федерации. Он же должен иметь возможность корректировать перечень в определенных позициях по мере необходимости. Параллельно с реестром должны быть прописаны и простые, понятные правила предоставления ресурса. На мой взгляд, автоматически выделять каждому представителю КМНС по 50 кг рыбы неверно, ведь кому-то они и не нужны, я знаю такие примеры. Т.е. человек должен иметь возможность выразить свою волю.

Хотелось бы также уйти от подачи заявок на выделение ВБР для традиционного рыболовства, т.к. на практике с этим всегда связана масса проблем, ошибок. Что предложить взамен? Опять же надо спросить у самих коренных.

Еще один вопрос, который требует урегулирования, – как именно должно осуществляться традиционное рыболовство. Как я уже говорил, сегодня по закону человек, не входящий в общину, но имеющий право на добычу рыбы на правах КМНС, должен ловить ее сам. Единственное исключение – дети, за них это право реализуют родители. На практике же мы сталкиваемся и со смешанными или неполными семьями, и с незарегистрированными браками, и прочими частными моментами. Поэтому просто говорить, что передача права третьему лицу – это нарушение, неправильно, нужно корректировать нормы.

ДОСТУПНОСТЬ РЫБЫ СНИМЕТ НАПРЯЖЕНИЕ

– А как быть с другими группами населения, у которых нет предусмотренных государством 50 кг рыбы и возможности обратиться в общину, но есть потребность в доступном пропитании?

– Я уверен в том, что рыбоохрана не ограничивается инспектором на катере, и говорю об этом на всех трибунах: рыбоохранные мероприятия – это комплекс мер. Если вернуться к сути проблемы браконьерства: что толкает людей на нарушения, то важно искать решение социальных проблем, как правило именно они лежат в основе.

В Хабаровском крае не первый год реализуется программа «Доступная рыба». Но, к сожалению, пока она не способна охватить весь край целиком, со всеми его труднодоступными районами, окраинными поселками. А приезжаешь туда – и действительно видишь, что рыба там не продается, и местный житель вынужден покупать ее у нелегальных промысловиков, на стихийных рынках либо становиться браконьером.

В прошлом году мы обратились к рыбопромышленникам с просьбой по возможности реализовывать населению какую-то часть своих уловов прямо с воды, без сложной обработки и дополнительных вложений, по максимально низкой цене, буквально по себестоимости. В первую очередь ветеранам, незащищенным слоям населения и т.д. И некоторые пользователи пошли нам навстречу.

Например, один из рыбопромышленников в Нанайском районе, просчитав экономику, затраты, пришел к выводу, что по 45 рублей за килограмм он вполне может без убытков для себя реализовать часть рыбы, добытой в лососевую путину. В масштабах общего вылова, который уйдет на рынок по обычной цене, для компании это даже неощутимо, но для местного населения эта легальная, свежая и вполне доступная рыба – существенная поддержка.

– Есть же еще вариант со спортивно-любительским рыболовством – какова сейчас стоимость путевки?

– Да, в спортивно-любительском рыболовстве ситуация достаточно прозрачная и понятная: приходишь в организацию, которая обладает соответствующим правом, покупаешь у нее путевку и сетями или спиннингом (в зависимости от района) отлавливаешь рыбу. Но здесь ты приобретаешь путевку из расчета примерно 35 рублей за килограмм, а потом тратишься на бензин либо нанимаешь лодку, плюс снаряжение, еда, отсутствие на рабочем месте – в результате эта кетина обходится тебе в гораздо большую сумму. Кроме того, это еще и существенный прессинг на водные биоресурсы: т.к. основная часть любителей может выйти на рыбалку только в выходной день, на реке возникает настоящее столпотворение.

Поэтому 45 рублей – на мой взгляд, вполне доступная для поселка цена, а заодно и возможность снизить нагрузку на ВБР. Кроме того, чем больше пользователей присоединится к такой кампании, тем меньше возможностей останется на рынке у нелегальных добытчиков и продавцов рыбы.

Но, как я отмечал в начале беседы, бывает, что на нарушения и различные ухищрения, выходящие за рамки закона, идут и сами рыбопромышленники. Подобные факты отслеживаются столь же бдительно, что и все остальные случаи, и пресекаются, в том числе совместно с погранслужбой и МВД. Все подобные факты анализируются в Амурском ТУ и на комиссии по регулированию добычи анадромных видов рыб.

РЕЗУЛЬТАТ ОЦЕНЯТ ПО МОЛОДИ

– Удается распределять силы и средства на все направления?

– В прошлом году мы вынуждены были сосредоточить основные усилия на охране нерестилищ, но в результате добились большего эффекта, чем если бы стояли над душой у законопослушного рыбака. Повторюсь, что, как только у нас появляются подозрения либо любые сведения о нарушениях у рыбаков, мы всегда оперативно реагируем, перемещаем наши силы в этом направлении и пресекаем все подобные факты. И порой, кстати, нарушения бывают весьма существенные, с большими штрафами.

Хотя я считаю, что результаты работы по охране ВБР все-таки должны измеряться не размерами штрафов и количеством задержаний.

– Какой результат на ваш взгляд был бы более показательным?

– Итогом нашей работы, конечно, хотелось бы видеть заполнение нерестилищ и стабильное состояние не только лососевых. По итогам путины в прошлом году совместно с рыбаками мы совершили облет районов, где, по нашему мнению, должна восстановиться ситуация с нерестом кеты. Этому способствовала проводимая рыбоохранная работа. Так вот там, более чем в 1000 км от устья Амура, мы обнаружили брошенный стан, где в сетях была рыба. Более того, лосось впервые за многие годы вернулся на рыбоводные заводы Еврейской АО, откуда был выпущен, а это означает, что кета благополучно преодолела по Амуру около 1500 км!

Кстати, в этом году планируется организовать совместную работу с нашей наукой по учету ската. Конечно, напрямую рыбоохрана не регулирует численность ВБР, к сожалению, помимо браконьерского прессинга есть и природные факторы. Но в целом мы понимаем, что если рыба пришла на нерестилища, то и скат молоди должен быть высоким. А если вдруг возникает ситуация, когда инспектор показывает активную работу по отчетам, а результата на реке мы не видим, то с такой ситуацией мы должны разбираться. Т.е. учет молоди нам важен еще и для оценки эффективности собственной работы: как она выполнялась, как была построена, где нужно усиление рыбоохраны и что можно оптимизировать.

В целом на сегодня состояние популяции лососевых на Амуре достаточно стабильное. Очень важно, что изменилось сознание самих пользователей, отношение к ресурсу. Рыбопромышленники принимают активное участие в работе по охране водных биоресурсов, разработке планов, предлагают свои решения.

Но в некоторых случаях все же не обойтись без ограничений и полных запретов на промысел, чтобы не усугубить сложную ситуацию с состоянием ВБР. Порой это очень сложные решения, но их приходится принимать, чтобы не выйти за «точку невозврата». Например, река Амгунь по летнему лососю закрывается уже второй год подряд. Если сейчас не принимать таких кардинальных шагов и не усиливать на этом участке охрану, то потом придется десятилетиями восстанавливать утраченные популяции лосося.

– Чем готовитесь встретить браконьеров в этом году?

– Понятно, что заранее мы не можем раскрывать все секреты. Но могу сказать, что в этом году будет продолжено активное взаимодействие межведомственное и с представителями отраслевого бизнеса. Будем направлять наши силы на изучение перемещения плавсредств, будем охватывать дороги. В этом году планируем уделить внимание и сфере торговли рыбой, главным образом на стихийных рынках.

Обязательно продолжим практику размещения постов на воде при поддержке рыбопромышленников, будем расширять штат общественных инспекторов, плотно работать с нашими коллегами из других регионов. Продолжаем вести переговоры по сотрудничеству с Росгвардией.

Планируем в этом году вновь использовать беспилотники. В прошлый раз помощь в этом нам оказали в управлении лесами минприроды Хабаровского края, в этом году мы обратились к нашим коллегам из Сахалинской области – попробуем использовать их технические возможности на охране осетровых, до начала основной лососевой путины в островном регионе.

Все эти планы мы обсуждаем на межведомственных совещаниях с участием представителей рыбацкой общественности – работа ведется круглый год и не завершается с окончанием путин.

Наталья СЫЧЕВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 1 марта 2017 > № 2092062 Сергей Михеев


Россия. ЮФО > Рыба > fishnews.ru, 16 февраля 2017 > № 2080011 Александр Ершов

Александр Ершов: Гибрид гибриду рознь.

Переход от беспородного карпа к выращиванию высокопродуктивных гибридов позволит за короткий срок нарастить объемы производства при прежних затратах, отмечает управляющий Ассоциации «Большая рыба» Александр Ершов.

В условиях постоянного роста цен найти ответ на вопрос, как снизить или хотя бы обуздать себестоимость, удержав ее на приемлемом уровне, совсем не просто. Один из путей решения – это совершенствование технологии аквакультуры, отмечает в статье для Fishnews управляющий Ассоциации «Большая рыба», руководитель рабочей группы по селекционно-племенной работе Ассоциации «ГКО Росрыбхоз» Александр Ершов.

По его словам, сегодня аквакультура в России на 80% представлена прудовым рыбоводством, а если точнее – карповодством с использованием поликультуры «карп – растительноядные рыбы». Из 170 тыс. тонн рыбы, выращиваемой в нашей стране, порядка 100 тыс. тонн – это карп. «Так что именно карп – наше национальное достояние, а вовсе не осетры, семга, клариевый сом и прочие. Как следствие, наибольшего эффекта в плане увеличения объемов производства можно достигнуть именно за счет карповодства. Повышение продуктивности по карпу всего на 10% – это солидный прирост в реальной рыбе на столах россиян», - подчеркивает Александр Ершов.

С нынешнего года предприятия, входящие в состав Ассоциации «ГКО Росрыбхоз», активно привлекаются к участию в программе по широкомасштабному внедрению в товарное рыбоводство России высокопродуктивных гибридов карпа (сокращенное название «карп-F1»). «Суть ее проста: с давних времен было известно, а в дальнейшем подтверждено генетиками и животноводами, что межпородные гибриды имеют значительные преимущества в выживаемости, темпе роста, резистентности к болезням по сравнению с родительскими формами», - рассказал управляющий «Большой рыбы».

Он отметил, что в России этот фактор используется осознанно только в продвинутых рыбоводных хозяйствах. «Однако далеко не все рыбоводы знают, что венгерский карп, голый, чешуйчатый – это еще не породы, это породные группы, объединенные общими признаками, – обращает внимание эксперт. – Пород карпа достаточно много и они отличаются друг от друга не меньше, чем породы крупного рогатого скота или свиней».

По его словам, по рыбоводным производственным показателям межпородные карпы как минимум на 15-20% превосходят даже хорошие породы, не говоря уже о беспородном карпе, широко используемом в рыбоводстве, особенно в фермерских хозяйствах. «В пересчете на объемы выращивания карпа в России – это десятки тысяч тонн прироста исключительно за счет совершенствования технологии прудового рыбоводства – и, что немаловажно, при минимальных затратах, - заявил Александр Ершов. - Пока задачей отечественной аквакультуры остается наращивание объемов производства до насыщения рынка и полного импортозамещения, этот инструмент очень эффективен».

Росрыбхоз ставит задачу уже весной текущего года на базе наиболее подготовленных племенных рыбоводных хозяйств и племрепродукторов значительно увеличить долю гибридов карпа первого поколения в товарном рыбоводстве. «Возможности для этого существуют, но важно наглядно на практике продемонстрировать преимущество гибридов и добиться того, чтобы рыбоводы массово переходили на их использование», - подчеркивает управляющий ассоциации.

Причем эта программа должна опираться на научный подход в части генетики: «Гибрид гибриду рознь. В разных зонах рыбоводства нужны разные гетерозисные гибриды. И здесь свое слово должны сказать рыбохозяйственные научные учреждения, выступающие не на общественных началах и благих пожеланиях, а на базе работ, включенных в план научных исследований по госзаданию», - делает вывод Александр Ершов.

Россия. ЮФО > Рыба > fishnews.ru, 16 февраля 2017 > № 2080011 Александр Ершов


Россия. ДФО > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 7 февраля 2017 > № 2069894 Игорь Мельников

Вывод из ОДУ – вопрос без универсального решения.

Вопрос перевода объектов промысла из «неодуемых» в ОДУ и обратно до сих пор не имеет регламентированного решения. Позиция науки – в каждом случае подход должен быть индивидуальным, для долгой и безопасной эксплуатации ВБР, отмечает замдиректора ТИНРО-Центра Игорь Мельников.

«Одуемые» объекты разделены по долям, жестко закрепленным за предприятиями в виде процента от общего допустимого улова, который ежегодно определяется на основании результатов исследований отраслевых НИИ. Перевод промыслового объекта в другой режим эксплуатации – в возможный вылов (ВВ) – позволяет предприятиям, которые не имели квот на данный объект в данном районе промысла, приступить к его полноценному вылову. В результате, как правило, если такой объект достаточно ценный с промысловой точки зрения, то в режиме ВВ его освоение увеличивается.

Вместе с тем с повышением интереса к объекту растет и опасность перелова.

«Тут мы действительно попадаем в вилку. Такая ситуация, например, получилась с гижигинско-камчатской сельдью в Охотском море, - рассказал в интервью Fishnews заместитель генерального директора ТИНРО-Центра Игорь Мельников. - Пока этот объект был в ОДУ, предприятия, имеющие доли квот, практически его не ловили. Но уже через год после того, как мы ввели эту сельдь в ВВ, ее начали перелавливать: сказалось подключение к промыслу новых пользователей и резко возросший интерес к объекту».

Ученые приняли решение не возвращать сельдь в ОДУ, чтобы не допустить повторения предыдущей ситуации, а нашли индивидуальное для этого промыслового объекта решение. «В данном случае мы поступили иначе: не стали трогать сельдь, а пошли через изменение правил рыболовства, а именно сроков промысла. В результате последние пару лет с этим запасом уже не возникает серьезных проблем, и гижигинско-камчатская сельдь в Охотском море спокойно осваивается в рамках ВВ». Это, по словам Игоря Мельникова, один из примеров, подтверждающих тот факт, что выделить набор каких-то четких критериев для отнесения вида к ОДУ или ВВ на данный момент практически невозможно.

Однако в последние годы велась разработка концепции методики перевода объектов из «одируемых» в «неодируемые». Но в ходе работы стало понятно, что появиться подобному документу будет очень сложно: «Слишком у нас много разных объектов промысла, - отмечает Игорь Мельников. – В том числе есть и такие, которые осваиваются меньше чем наполовину, но их просто нельзя переводить в ОДУ».

«Поэтому позиция науки в этом вопросе проста: подход должен быть индивидуальным, - отмечает представитель ТИНРО-Центра. - По каждому объекту в случае перевода из ОДУ в возможный вылов мы должны принимать отдельное решение, сопровождая его соответствующими изменениями в правила рыболовства, которые будут исключать перелов. В этом случае любой объект можно довольно долго и безопасно эксплуатировать в рамках ВВ. Положительный пример с гижигинско-камчатской сельдью это подтверждает.

Часто в последние годы поднимается и вопрос выведения минтая подзоны Приморье из списка объектов, для которых определяется общий допустимый улов. Приводятся доводы за и против, но окончательного решения до сих пор не принято. В данном случае, по мнению ученого, на принятие решения влияют как особенности самого объекта, так и его эксплуатации в регионе.

В целом, по словам Игоря Мельникова, изучение данного вопроса в комплексе позволяет ученым заключить, что при выведении из ОДУ минтаю подзоны Приморье в принципе не может быть нанесен ущерб. «Во-первых, просто некому наносить – очень мало подходящего флота, и, во-вторых, специфика этого объекта показывает, что мы вполне можем регулировать его промысел и в рамках ВВ», - полагает замдиректора ТИНРО-Центра.

Россия. ДФО > Рыба. Образование, наука > fishnews.ru, 7 февраля 2017 > № 2069894 Игорь Мельников


Россия. ЮФО > Экология. Рыба > agronews.ru, 1 февраля 2017 > № 2062323

План восстановления лиманов Азовского моря должен быть готов к началу февраля.

Разработка плана восстановления прибрежных водоемов Азовского моря должна быть завершена до первого февраля. Работы по регенерации водоемов курирует особая комиссия, в состав которой вошли представители различных ведомств и ученые.

Как заявил в ходе очередного совещания член комиссии, глава департамента развития рыбохозяйственной отрасли краевого Минсельхоза А. Шевченко, в последние годы тенденция уменьшения объема вылова морепродуктов в лиманах Азовского моря становится все более заметной.

«На протяжении прошлого года наши рыбаки выловили лишь триста пять тонн рыбы, преимущественно, карася, что на девять тонн меньше, чем годом ранее. Между тем, рекомендуемый уровень добычи рыбы в лиманах превышает полторы тысячи тонн», — отметил эксперт.

Также он рассказал о результатах проведенных работ по расчистке водоемов. Так, в 2016 году от завалов было расчищено около семидесяти гектаров водотоков, на площади около пяти тысяч гектаров выкорчевана вся зелень. За счет компенсационных выплат были закуплены и выпущены в водоемы свыше двух с половиной миллионов мальков рыб.

При этом участники совещания отметили, что невзирая на большой объем выполненных работ, предстоит еще сделать очень многое, так как общая площадь лиманной зоны составляет 190 000 гектаров. Для повышения эффективности работ по очищению лиманов члены комиссии выделили несколько основных направлений, на основе которых планируется разработать план работ.

В частности, предполагается начать выпуск в лиманы мальков белого амура, являющегося естественным мелиоратором водных глубин. В ближайшее время ученые планируют произвести расчеты, и определить места выпуска мальков, а также рассчитать их количество, а эксперты Минсельхоза – обсудить с рыбоводческими предприятиями возможность воспроизводства нужных объемов молоди. Кроме этого, планируется провести мелиоративные работы в водоемах рыбоводческих хозяйств.

По результатам совещания было решено завершить до первого февраля разработку плана по восстановлению водоемов.

Россия. ЮФО > Экология. Рыба > agronews.ru, 1 февраля 2017 > № 2062323


Россия. СЗФО > Рыба > inopressa.ru, 24 января 2017 > № 2048666

Как торговля и санкции сделали этого российского рыболова миллиардером

Александр Сазонов | Bloomberg

Глядя из окна кабинета, выходящего на Кольский залив, Виталий Орлов пытается разглядеть в сумерках за полосой воды новый завод, который он только что выстроил, повествует корреспондент Bloomberg Александр Сазонов.

"Это сооружение за 30 млн долларов - самый ценный актив холдинга Орлова "Норебо", который базируется в Мурманске", - пишет издание. Завод построен, чтобы обслуживать рыболовецкую флотилию "Норебо", которая в 2016 году выловила почти 11% от общего объема добычи рыбы в России (4,75 млн метрических тонн, по данным Федерального агентства РФ по рыболовству).

Bloomberg Billionaires Index оценивает состояние Орлова в 1 млрд долларов. "Он извлек выгоду из конфликтующих сил - глобальной торговли и санкций, которые сегодня предопределяют облик путинской России. Хотя холдинг Орлова получает до 60% выручки от продаж за пределами России, наблюдается также рост внутреннего потребления, поскольку санкции привели к ограничению импорта продовольствия", - пишет издание.

"У него абсолютно стабильный бизнес с хорошими маржами, - говорит Эдуард Климов (Fishnews, Владивосток). - Рыба - это возобновляемый ресурс, люди всегда будут питаться рыбой".

Корреспондент напоминает: "Когда три года назад Путин накинулся на Запад в ответ на санкции, введенные из-за аннексии Крыма у Украины, он запретил импорт продовольствия из стран, сплотившихся против него".

Западные санкции не затронули экспорт компании Орлова. "А контрмеры Путина повлекли за собой рост продаж выловленных "Норебо" мойвы, макрели и сельди на российском рынке", - говорится в статье.

Дополнительное подспорье для бизнеса "Норебо" - растущий спрос на рыбу в ситуации, когда покупатели хотят обогатить свой рацион "здоровой белковой пищей", пишет автор.

Издание описывает биографию Орлова. В 1993 году Магнус Рот взял его работать в норвежскую компанию, которая торговала дешевой российской рыбой. Спустя четыре года Рот и Орлов открыли в Норвегии фирму Ocean Trawlers, которая сдавала российским рыбакам норвежские суда в аренду.

В 1998 году к ним присоединился знакомый Орлова Александр Тугушев, который стал заместителем главы ведомства, надзиравшего за рыболовецкой промышленностью. "Мы помешались на идее создать крупнейшую в мире рыболовецкую компанию", - сказал Тугушев в интервью в ноябре.

"По словам Орлова, три года назад Тугушев был уволен, потому что "осложнял" рост компании. Тугушев подтвердил свое "неожиданное" увольнение и сказал в интервью, что был равным партнером в бизнесе. Орлов, который в августе подал в полицию заявление с жалобой, что "неустановленные лица" вымогали 33% "Норебо", сказал, что претензии Тугушева на право собственности ограничиваются одной из компаний, которые были приобретены во время расширения "Норебо", - говорится в статье.

"В прошлом месяце бывший чиновник рыболовного ведомства, который в 2009 году, отсидев в тюрьме за взятки, вернулся в "Норебо", был помещен под домашний арест и обвинен в вымогательстве в связи с его претензиями на право собственности", - утверждает издание, ссылаясь на сообщение ТАСС.

Рот "в мае прошлого года продал свои 33% "Норебо" Орлову, за какую сумму, не разглашалось", - говорится в статье.

"Орлов сказал, что за последние 10 лет "Норебо" потратил около 600 млн долларов на расширение своей флотилии и ее охвата. Он добавил, что, на его взгляд, истинная стоимость холдинга "намного скромнее", чем 1 млрд долларов. В качестве причины он упоминает о "рисках, связанных со страной", особенно о неясностях вокруг новой системы квот, которую готовит правительство, чтобы предоставлять преференции компаниям, заказывающим траулеры на российских верфях", - говорится в статье.

"Теперь мы хотим прийти туда, где находятся конечные потребители: в розничные сети, в продовольственные услуги. Тут мы видим потенциал", - сказал Орлов.

Россия. СЗФО > Рыба > inopressa.ru, 24 января 2017 > № 2048666


Россия. СЗФО > Рыба > kremlin.ru, 7 января 2017 > № 2030258

Встреча с рыбаками.

В ходе поездки в Великий Новгород Владимир Путин встретился с рыбаками, с которыми познакомился во время прогулки по озеру Ильмень в 2016 году.

Перед началом встречи глава государства посетил рождественское богослужение в Свято-Юрьевом монастыре.

* * *

В.Путин: Здравствуйте!

С того времени, как мы не виделись, что произошло? Из того, о чём мы договаривались, что-то двигается? Я помню, мы говорили по маломерным судам.

Реплика: По малым судам всё решено. Спасибо большое! Очень переживали за это, но всё сдвинулось, всё отлично.

Л.Сергухина: Вопрос решился ещё в октябре, даже в сентябре. После Вашего отъезда на следующей неделе пошли активные действия со стороны Речного регистра. И когда мы на сайте Кремля увидели поручение, к этому времени оно уже было исполнено.

Реплика: Сработали оперативно.

В.Путин: Такое тоже бывает.

Реплика: Бывает.

Реплика: Хорошо порыбачили!

Л.Сергухина: Из Речного регистра даже приехали к нам, в Новгород, и нам не потребовалось ехать. Большое Вам спасибо.

В.Путин: Второй вопрос у нас был – рыбоохрана, да? Прибавили количество инспекций?

Л.Сергухина: Прибавили. Уже два человека работают, третий будет в январе.

Реплика: Конкурс прошёл. Тот человек, который должен прийти, сейчас увольняется со своей работы и в январе придёт.

В.Путин: И вопрос более сложный – по науке и мелиорации, серьёзный вопрос. Знаю тоже, что он прорабатывался. Это требует, конечно, финансирования.

Реплика: Мы встречались с Министром [сельского хозяйства Александром] Ткачёвым, он с пониманием отнёсся. В январе они необходимые документы переиздадут, и, думаю, в апреле-мае мы получим первые деньги, тогда можно будет начинать работать.

В.Путин: Как у вас результат по году? Довольны вы?

Л.Сергухина: К сожалению, озеро стало рано, не смогли ловить в ноябре, поэтому результаты чуть меньше, чем мы планировали. Но всё равно мы довольны.

В.Путин: Из-за погоды, да?

Л.Сергухина: Да.

В.Путин: А за тот период, когда работали?

Л.Сергухина: Хорошо. Мы недобрали именно в ноябре.

В.Путин: Быстро морозы ударили?

Л.Сергухина: Да.

Реплика: Начало замерзать, ледок пошёл.

В.Путин: Понятно.

Какие планы у вас теперь?

Реплика: Хотим Вас пригласить весной. Теперь на мерёжный лов приезжайте, это интересно.

В.Путин: Мерёжный лов – это что?

Реплика: Это интересно, древний лов, много рыбы живой.

В.Путин: Расскажите мне, как это выглядит.

Реплика: Самые большие мерёжи можно поставить на реке, а средние – на заливных лугах. Весной озеро разливается, рыба заходит на заливные луга, и там её отлавливают. У нас озеро не очень глубокое, и когда весна наступает, оно разливается, на 2–3 метра поднимается. Рыба заходит, и рыбаки ловят мерёжами. Очень интересный вид.

В.Путин: А мерёжа – это что такое?

Реплика: Такой вид снастей.

Реплика: Сачок, в который заходит рыба, и ей оттуда уже не выйти.

В.Путин: А когда начинается этот лов?

Реплика: Середина – конец апреля примерно, как природа решит.

В.Путин: На разливе, да?

Реплика: Да. Ставятся снасти, рыба в них заходит. Есть возможность рыбу даже выпустить. Она в садке просто сидит. Если она в сеть попала, то она запуталась и умирает, а здесь она живая, 99 процентов живой рыбы. Очень интересно.

В.Путин: И уху сварим, как в прошлый раз. Уха была хорошая.

У нас ещё один был вопрос – восстановление церкви. Посчитали, это стоит примерно 90 миллионов.

Л.Сергухина: Дадите?

В.Путин: Поищем.

Л.Сергухина: Спасибо.

В.Путин: Думаю, что найдём.

Л.Сергухина: А рядом с церковью Николы на Липне есть закольное озёрко Никольское.

В.Путин: А что это?

Л.Сергухина: У озера есть устье, вороток. Он закалывается, то есть ставится сеть, и когда вода уходит, рыбу можно поймать. Мы на день рыбака были на рыбалке на этом закольном озёрке. Вы не представляете, какие впечатления. Мы видели, как вынимается сеть, как поднимается мерёжа. Впечатления неописуемые. Надо обязательно приехать. Тем более Вы говорили про церковь, а это озёрко совсем рядом.

В.Путин: Хорошо.

Как вы Новый год встретили?

Л.Сергухина: Мы были вместе с семьями.

Реплика: Новый год – семейный праздник. Постарались быть с семьями, друг друга поздравляли.

В.Путин: Правильно. Хорошая традиция.

Ну а теперь будем готовиться к весенней рыбалке.

Реплика: К посевной. Рыбу ловить – хорошо, но надо ещё и посеять, вырастить. Вы ведь задачи ставите серьёзные, надо выполнять. Посевная – дело великое.

В.Путин: Когда у вас начинается?

Реплика: Картошку сажаем 25–27 апреля. У нас хорошо совмещаются и рыбалка, и картошка, и овощи. Когда всё в комплекте – и результат больше, надёжнее. Погода бывает такая, сякая… Поэтому где–то убавится, где–то прибавится. Посевную проводим активно, и где–то к середине мая уже заканчиваем основные посадки. Малый бизнес, малые формы собственности – это наша опора. Мы здорово живём.

В.Путин: Вижу, настроение хорошее у вас. Это здорово, очень хорошо.

Я вас поздравляю с наступившим Новым годом, с сегодняшним праздником. Хочу пожелать и урожая хорошего, и улова.

Реплика: Спасибо. Надежда есть, и она всегда с нами.

В.Путин: Всё у нас стабильно, надёжно. Уверен, в наступившем году будет лучше, чем в том, который прошёл.

Реплика: Фундамент хороший, и есть к чему стремиться.

В.Путин: Вы правы.

Реплика: Вы такие вещи делаете – здорово.

В.Путин: Благодаря вам, вашей поддержке. Говорю абсолютно без всякой иронии: без вашей поддержки не может быть никаких успехов ни внутри страны, ни вовне. Это правда.

Реплика: Вы же опираетесь на людей.

В.Путин: Абсолютно верно. И не просто опираюсь, а стараюсь сделать то, что нужно людям, чтобы страна была крепче.

Россия. СЗФО > Рыба > kremlin.ru, 7 января 2017 > № 2030258


Россия > Рыба > agronews.ru, 30 декабря 2016 > № 2021636 Илья Шестаков

Рыбаки могут готовить заявки.

Високосный 2016 год для рыбной отрасли оказался весьма неспокойным. Резонансные поправки в закон о рыболовстве чуть было не вылились в открытое противостояние рыбацкого сообщества и регулятора. Закон в итоге был принят, но ожесточенная дискуссия вокруг проектов актов правительства вновь показала, что применение новых норм на практике вряд ли пройдет гладко. Прорыва ждали в этом году и от аквакультуры, но результаты оказались куда скромнее громких заявлений чиновников, а обещанные аукционы по распределению участков, часть из которых отменила антимонопольная служба, пока никак не сказались на объемах товарной рыбы.

Когда рыбаки увидят финальный вариант постановлений по инвестиционным квотам, зачем понадобилось реформировать систему рыбохозяйственной науки, стоит ли рыбоводам всерьез рассчитывать на расширение поддержки со стороны государства и так ли уж нужна отрасли новая специализированная выставка? Итоги года в интервью Fishnews подвел руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков.

– Илья Васильевич, с момента принятия поправок в закон о рыболовстве прошло уже полгода, а подзаконные акты, определяющие механизм распределения инвестиционных квот, все еще находятся в разработке. В новых поручениях президента крайним сроком для правительства указано 1 марта 2017 года. С учетом того, что Росрыболовство планировало приступить к отбору инвестпроектов уже со следующего года, не получится, что бизнесу опять придется действовать в крайней спешке? Или период заявочной кампании будет продлен?

– В целом финальные проекты постановлений уже готовы. До конца года мы планируем внести их в правительство с учетом тех поручений, которые были даны на совещании вице-премьеров Аркадия Дворковича и Юрия Трутнева. Конечно, документы могут быть доработаны на площадке аппарата правительства, но базовые вещи уже определены, и по большому счету кардинальных изменений быть не должно.

Поэтому подготовку к участию в распределении инвестиционных квот рыбопромышленники могут начинать заранее. Все основные требования установлены. Возможно, остались какие-то процедурные моменты, которые не так важны с точки зрения бизнеса именно в части подготовки документов. В связи с этим я не вижу проблем, если постановления будут приняты правительством к 1 марта, и не думаю, что потребуется изменять сроки подачи заявок.

– Одним из наиболее дискуссионных вопросов были требования к береговым рыбоперерабатывающим предприятиям, претендующим на инвестквоты. Замечания поступали и от отраслевых ассоциаций, и от приморских регионов. Одно из них – о привязке заводов к прибрежным территориям – также нашло отражение в поручениях главы государства. На каких критериях все-таки решено остановиться?

– На самом деле в проектах остались все те же критерии, которые обсуждались с общественностью. Самое важное для нас – чтобы после строительства перерабатывающего завода мы могли быть уверенными, что он соответствует всем параметрам, которые прописаны в постановлении, например, по объему переработки. К месторасположению объекта – есть поручение, чтобы он находился в прибрежных субъектах Федерации, – мы относимся достаточно спокойно. Это логично с точки зрения государственных задач и эффективности. И в целом эта норма соответствует той парадигме закона, которую мы и закладывали.

Россия > Рыба > agronews.ru, 30 декабря 2016 > № 2021636 Илья Шестаков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 29 декабря 2016 > № 2027725 Сергей Сенько

Сергей Сенько: Для успешного промысла сайры нужны управленческие решения

Для того чтобы добиться роста уловов сайры – популярной у россиян рыбы, нужно решить целый ряд вопросов, считают в рыбацком сообществе. Для успешного промысла необходимо совершенствование нормативно-правовой базы и принятие реальных управленческих решений, отметил руководитель АСРКС Сергей Сенько.

В этом году сайровая путина на Дальнем Востоке прошла для России со скромным результатом: добыто около 14 тыс. тонн. Специалисты уже неоднократно высказывались по поводу причин, повлиявших на уловы этой любимой отечественным потребителем рыбы.

«Сайровый вопрос» специфичен, на успехе промысла сказывается много факторов, комментирует председатель правления Ассоциации «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области» Сергей Сенько. «Во-первых, необходимы специализированные суда, оснащенные промысловым и поисковым оборудованием. Этот флот должен работать в режиме добычи и качественной обработки рыбы-сырца – начинать с открытой части Мирового океана, затем переходить в исключительную экономзону России и заканчивать в ИЭЗ Японии», – рассказал руководитель объединения в интервью Fishnews.

Для успешного промысла необходимо совершенствование нормативно-правовой базы и принятие реальных управленческих решений, позволяющих формировать более мощные экспедиции, обеспечивать оперативное научное сопровождение, беспрепятственный вход судов в экономзону и выход из нее, промысел в экономзоне Японии и т.д., уверен Сергей Сенько. «Нерешенность всех этих вопросов и отразилась негативно на уловах сайры в 2016 году. К примеру, выход сахалинских судов на сайровый промысел в этом году задержался по чисто формальным причинам – этого можно было избежать. Задержка оказалась достаточно продолжительной. Полагаю, необходимо работать в этом направлении», – заявил председатель правления АСРКС.

Ассоциация выступает с предложениями по решению вопросов организации промысла сайры на различных площадках. Здесь необходим комплексный подход, считают в рыбацком сообществе.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 29 декабря 2016 > № 2027725 Сергей Сенько


Россия > Рыба > fishnews.ru, 29 декабря 2016 > № 2027723 Илья Шестаков

Илья Шестаков: Рыбаки могут готовить заявки

Финальные проекты постановлений по инвестиционным квотам уже разработаны, поэтому подготовку к участию в распределении этих лимитов рыбопромышленники могут начинать заранее, отметил руководитель Росрыболовства Илья Шестаков.

С момента принятия резонансных поправок в закон о рыболовстве прошло уже полгода, но подзаконные акты, определяющие механизм распределения инвестиционных квот, еще находятся в разработке. В новых поручениях президента крайним сроком для правительства указано 1 марта 2017 г.

«В целом финальные проекты постановлений уже готовы, – сообщил в интервью Fishnews руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков. – До конца года мы планируем внести их в правительство с учетом тех поручений, которые были даны на совещании вице-премьеров Аркадия Дворковича и Юрия Трутнева. Конечно, документы могут быть доработаны на площадке аппарата правительства, но базовые вещи уже определены, и по большому счету кардинальных изменений быть не должно».

Поэтому подготовку к участию в распределении инвестиционных квот рыбопромышленники могут начинать заранее, отметил глава Росрыболовства. По его словам, все основные требования установлены. «Возможно, остались какие-то процедурные моменты, которые не так важны с точки зрения бизнеса именно в части подготовки документов, - добавил Илья Шестаков. - В связи с этим я не вижу проблем, если постановления будут приняты правительством к 1 марта, и не думаю, что потребуется изменять сроки подачи заявок».

Говоря о требованиях к береговым рыбоперерабатывающим предприятиям под инвестквоты, руководитель ФАР заявил, что в проектах остались те же критерии, которые обсуждались с общественностью. «Самое важное для нас – чтобы после строительства перерабатывающего завода мы могли быть уверенными, что он соответствует всем параметрам, которые прописаны в постановлении, например, по объему переработки, – подчеркнул собеседник Fishnews. – К месторасположению объекта – есть поручение, чтобы он находился в прибрежных субъектах Федерации, – мы относимся достаточно спокойно. Это логично с точки зрения государственных задач и эффективности. И в целом эта норма соответствует той парадигме закона, которую мы и закладывали».

Россия > Рыба > fishnews.ru, 29 декабря 2016 > № 2027723 Илья Шестаков


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 декабря 2016 > № 2030402 Сергей Сенько

Вопросов пока больше, чем ответов

Сергей СЕНЬКО, Председатель правления Ассоциации «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области»

Рыбацкое сообщество Сахалинской области продолжает участвовать в обсуждении острых для отрасли проблем и предлагать свои варианты их решения. Какие вопросы вызывает разработка подзаконной базы по инвестиционным квотам? Как бизнес оценивает возможные налоговые изменения? Что беспокоит в организации промысла лосося? Об этом в интервью Fishnews рассказал председатель правления Ассоциации «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области» Сергей Сенько.

– Декабрь – время подводить итоги. Самым резонансным событием этого года, наверное, стало внесение изменений в федеральный закон о рыболовстве. Сейчас идет разработка подзаконной базы – было предложено уже несколько вариантов правовых актов по распределению инвестиционных квот. Каково ваше мнение о процессе подготовки постановлений?

- Да, действительно, инвестиционные квоты – основной вопрос, который сегодня достаточно широко обсуждается на всех уровнях: и в Правительстве, и в законодательных органах, и в рыбацком сообществе. Изменения, предусмотренные в федеральном законе от 3 июля 2016 года № 349 в части регулировании прибрежного рыболовства, статуса рыбопромысловых участков, процента обязательного освоения лимитов, вступают в силу в 2019 году, поэтому они как бы ушли «в тень» и на сегодняшний день практически не рассматриваются. А вот инвестиционные квоты – сейчас самая обсуждаемая тема, думаю, потому, что речь идет о распределении или, вернее сказать, перераспределении водного биоресурса.

Сразу хочу сказать, что большинство рыбаков не одобряли, да, наверное, и не одобряют, тот подход, который в итоге предусмотрели в законе в отношении инвестиционных квот. Рыбопромышленники неоднократно говорили, что для развития отечественного рыбопромыслового судостроения необходимы иные механизмы, например налоговые льготы для верфей, решения вопросов по ввозным пошлинам и др. Большой вопрос вызывают и «боеспособность и боеготовность» самих российских судостроительных предприятий. Тем не менее закон принят в том виде, в каком принят – необходимо как-то реагировать.

Что касается предлагаемых вариантов подзаконных актов – на сегодняшний день их уже столько, что, похоже, сами разработчики путаются в них. К процессу подготовки подключились два вице-премьера, различные министерства, субъекты Федерации и рыбацкое сообщество. Кроме того, президент Российской Федерации постоянно дополняет критерии отбора инвестиционных проектов. Но даже сейчас не совсем ясно, куда же мы идем, что хотим получить в итоге. Честно говоря, с моей точки зрения, первый вариант подзаконных актов, разработанный Росрыболовством, был наиболее понятен, во всяком случае, был виден итог, чего мы хотим. В частности, в отношении Дальнего Востока речь шла о строительстве судов для промысла минтая и сельди. Еще раз подчеркну, что, не принимая в целом сам подход инвестиционных квот, этот вариант хотя бы отвечал на вопрос: что предлагается рыбакам. Теперь же, в результате многочисленных обсуждений и высказывания различных мнений, добавились сначала новые объекты промысла, затем расширился перечень типов судов и районов промысла. И как мне кажется, на сегодняшний день вообще непонятна «точка приложения» тех денежных средств и ресурсов рыбаков, которая бы отвечала запросам государства в целом.

На мой взгляд, необходимо достаточно четко определить, каких целей планируется достичь в итоге, и, исходя из этого, уже готовить проекты правовых актов. Думаю, что в данном случае торопиться не надо.

- Ваши коллеги из Приморского края также отмечали: прежде чем вырабатывать механизмы распределения инвестиционных квот, нужно определиться со стратегией развития отрасли. То есть вы это поддерживаете?

- Думаю, что да. Потому что в противном случае мы получим просто передел квот. Но строительство рыбопромыслового флота – это только один аспект и, с учетом высказанных замечаний, все более-менее ясно. Однако в качестве объектов инвестиций в законе также предусмотрено строительство береговых предприятий по производству продукции из водных биоресурсов. Вот здесь, честно говоря, мне совершенно не понятен смысл такого стимулирования. В недавнем интервью заместитель председателя правительства нашей области Игорь Быстров отмечал, что островные береговые мощности могут принять на обработку более 1 млн. тонн ВБР. Думаю, примерно такой же потенциал на Камчатке, в Приморье, а есть еще Хабаровский край, Магаданская область. На самом деле береговая переработка существует и она немалая, встает вопрос: что делать с уже действующими предприятиями? Это одно.

Второе: что обрабатывать на новых мощностях? Минтай? Но он хорошо обрабатывается в море. Другие, не такие массовые, объекты промысла обрабатываются на имеющихся береговых мощностях. Третье: на каком сырье будет работать это предприятие – на мороженом или это должен быть сырец? Сразу возникают вопросы доставки. Еще один вопрос: где будут строиться новые заводы? Если в прибрежных регионах, это одна себестоимость продукции, если в центральной части страны – другая. И не создадим ли мы таким образом почву для появления новых «квотных рантье»?

В конечном итоге, если под строительство флота еще можно подвести какую-то базу, то со строительством береговых предприятий совершенно ничего не понятно. Полагаю, что все-таки это неверное направление. Необходимо ясное понимание конечных целей.

- Еще одна резонансная тема, о которой, правда, в последнее время не так часто говорят в публичном пространстве, – это подготовка изменений Налогового кодекса. Поменять предложено систему расчета сбора за пользование водными биоресурсами и применение ЕСХН. Как бы вы прокомментировали эти поправки?

- Что здесь говорить? Думаю, все уже в какой-то мере смирились с предполагаемыми изменениями. Государство нам дает понять, что отрасль мало платит за возможность добывать и обрабатывать рыбу. Хочется напомнить, что когда Россия вступила в ВТО, неоднократно поднимался вопрос о том, чтобы сделать 15-процентную ставку сбора действующей без каких-либо льгот. Однако это так и не было реализовано.

Законопроект предусматривает, что 15% ставки сбора за пользование водными биоресурсами останется только для градо- и поселкообразующих российских рыбохозяйственных организаций и рыболовецких колхозов (артелей). Это те предприятия, которые смогут сохранить льготу. С учетом того, что рыболовецкие колхозы – это достаточно специфическая организационно-правовая форма, предусматривающая для своих членов определенные гарантии и обязательства со стороны самого колхоза, мы поддерживаем данные преференции и просим рыбаков и рыбопромышленников отнестись к этому с пониманием. Рыболовецкие колхозы - одни из немногих предприятий советского времени, которые сумели сохранить свои производственные, людские и финансовые ресурсы. Сейчас таких организаций осталось не так много – на Дальнем Востоке можно по пальцам пересчитать. На Сахалине рыболовецких колхозов всего два.

Согласно предложенным поправкам, для того чтобы иметь доступ к льготе, рыболовецкий колхоз должен быть зарегистрирован до 1 января 2016 года. На наш взгляд, ничего страшного не произойдет, если преференции для колхозов останутся.

По градо- и поселкообразующим предприятиям есть требование к численности работников и проживающих с ними членов семей. На наш взгляд, это условие просто необходимо смягчить: крайне мало таких организаций, поселков, которые бы ему отвечали.

Ну и конечно, есть вопросы по соглашению, которое организации должны будут заключать с региональными властями. Что за условия там будут выставлены, пока тоже непонятно. Хотя, с другой стороны, колхозы – достаточно крупные предприятия, думаю, они смогут найти с регионами взаимоприемлемые условия.

Что же касается применения ЕСХН, будем работать в более жестких налоговых условиях. На всех уровнях говорится о том, что налоги не поднимают, но, получается, скрытое повышение налогового бремени есть.

- В недавнем послании Федеральному Собранию президент вновь говорил о необходимости создания комфортной среды для бизнеса. К сожалению, тема административных барьеров по-прежнему неисчерпаема. В этом году ощущаются позитивные перемены?

- К сожалению, пока только обещания. В плане борьбы с административными препонами еще очень много работы. В обращениях руководства страны говорится о том, что пресс на предпринимателей нужно снижать, но на сегодняшний день все это достаточно сложно осуществляется. Много барьеров остается в сфере пограничного контроля. Казалось бы, создана рабочая группа из представителей Росрыболовства, погранслужбы и общественности, озвучены проблемы, сформулированы предложения и получены обещания по их решению. Тем не менее все эти проблемные вопросы остаются – прохождение Первым Курильским проливом, контрольные пункты (точки), подача ССД, промысел в темное время суток, раздельный учет улова и другие. На местном уровне удается решать определенные вопросы, но все-таки они до конца не урегулированы, решения не охватывают всего.

- Также хотелось бы поговорить о самом важном для рыбаков – о результатах промысла тихоокеанских лососей. Какой стала в этом году лососевая путина?

- Это, наверное, самый «горячий» вопрос, на сегодняшний день он, к сожалению, не поддается какому-то осмыслению и прогнозированию. Судите сами, в количественном выражении прогноз по подходам тихоокеанских лососей вроде бы оправдался, в некоторых промысловых районах даже рассматривался вопрос об увеличении возможного вылова. Но в целом рыба не пришла туда, где ее ждали. Вот уже который год горбуша на юг Сахалина приходит достаточно слабо. И наука не может точно сказать, почему это происходит. Вопрос рассматривался и на заседании ДВНПС, задавали мы его и ученым нашего региона. Все говорят об общем тренде снижения численности горбуши, но в то же время наблюдаются неожиданно высокие подходы на Камчатке, в Хабаровском крае, Магаданской области. Ситуация совершенно непонятная, открытым остается вопрос с путиной 2017 года. Неясно, удастся ли специалистам провести весенне-летнюю траловую съемку для уточнения объемов подхода горбуши и кеты.

Что касается кеты, больше 90% которой заводского происхождения, то и она тоже не пришла в ожидавшихся объемах. И это тоже большой вопрос и к отраслевым институтам, и к бассейновым управления, почему так происходит? Почему, например, объемы закладки икры на государственных рыборазводных заводах снижаются год от года?

Остаются и местные вопросы – с организацией добычи этого биоресурса. Даже те объемы кеты, которые подходят к своим рекам, не всегда возможно эффективно изъять. Неоднозначное трактование пункта правил рыболовства в отношении рыбоучетных заграждений, так необходимых при осуществлении добычи кеты заводского происхождения, приводит к тому, что орудия лова или выставляются с явным опозданием, или вообще не выставляются.

Лосось, который не может быть выловлен легально, охотно изымается браконьерами. Несмотря на многочисленные рапорты контролирующих органов, браконьерство остается, более того, оно растет и «наглеет». Впору говорить о том, чтобы устанавливать особый режим допуска населения на водные объекты в период нереста лососевых. Если мы хотим сохранить ресурс, это необходимо.

- В вашу ассоциацию также входят добытчики сайры. В этом году промысел результатами не порадовал – в чем вы видите причины?

- «Сайровый вопрос» специфичен. На успехе промысла сказывается много факторов. Во-первых, необходимы специализированные суда, оснащенные промысловым и поисковым оборудованием. Этот флот должен работать в режиме добычи и качественной обработки рыбы-сырца – начинать с открытой части Мирового океана, затем переходить в исключительную экономзону России и заканчивать в ИЭЗ Японии.

Безусловно, для успешного промысла необходимо совершенствование нормативно-правовой базы и принятие реальных управленческих решений, позволяющих формировать более мощные экспедиции, обеспечивать оперативное научное сопровождение, беспрепятственный вход судов в экономзону и выход из нее, промысел в экономзоне Японии и т.д. Нерешенность всех этих вопросов и отразилась негативно на уловах сайры в 2016 году. К примеру, выход сахалинских судов на сайровый промысел в этом году задержался по чисто формальным причинам – этого можно было избежать. Задержка оказалась достаточно продолжительной. Полагаю, необходимо работать в этом направлении.

В целом хочется отметить, что российские рыбаки, несмотря на все сложности, продолжают свой нелегкий труд, обеспечивая вкусным и полезным продуктом в том числе и внутренний рынок. Хотелось бы в новом году пожелать труженикам отрасли, их родным и близким здоровья, счастья и успехов. Пусть в делах вам сопутствует удача!

Маргарита КРЮЧКОВА, Fishnews

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 28 декабря 2016 > № 2030402 Сергей Сенько


Россия > Рыба > fish.gov.ru, 28 декабря 2016 > № 2021163 Илья Шестаков

Интервью руководителя Росрыболовства Ильи Шестакова отраслевому изданию Fishnews

Рыбаки могут готовить заявки

Високосный 2016 год для рыбной отрасли оказался весьма неспокойным. Резонансные поправки в закон о рыболовстве чуть было не вылились в открытое противостояние рыбацкого сообщества и регулятора. Закон в итоге был принят, но ожесточенная дискуссия вокруг проектов актов правительства вновь показала, что применение новых норм на практике вряд ли пройдет гладко. Прорыва ждали в этом году и от аквакультуры, но результаты оказались куда скромнее громких заявлений чиновников, а обещанные аукционы по распределению участков, часть из которых отменила антимонопольная служба, пока никак не сказались на объемах товарной рыбы.

Когда рыбаки увидят финальный вариант постановлений по инвестиционным квотам, зачем понадобилось реформировать систему рыбохозяйственной науки, стоит ли рыбоводам всерьез рассчитывать на расширение поддержки со стороны государства и так ли уж нужна отрасли новая специализированная выставка? Итоги года в интервью Fishnews подвел руководитель Федерального агентства по рыболовству Илья Шестаков.

– Илья Васильевич, с момента принятия поправок в закон о рыболовстве прошло уже полгода, а подзаконные акты, определяющие механизм распределения инвестиционных квот, все еще находятся в разработке. В новых поручениях президента крайним сроком для правительства указано 1 марта 2017 года. С учетом того, что Росрыболовство планировало приступить к отбору инвестпроектов уже со следующего года, не получится, что бизнесу опять придется действовать в крайней спешке? Или период заявочной кампании будет продлен?

– В целом финальные проекты постановлений уже готовы. До конца года мы планируем внести их в правительство с учетом тех поручений, которые были даны на совещании вице-премьеров Аркадия Дворковича и Юрия Трутнева. Конечно, документы могут быть доработаны на площадке аппарата правительства, но базовые вещи уже определены, и по большому счету кардинальных изменений быть не должно.

Поэтому подготовку к участию в распределении инвестиционных квот рыбопромышленники могут начинать заранее. Все основные требования установлены. Возможно, остались какие-то процедурные моменты, которые не так важны с точки зрения бизнеса именно в части подготовки документов. В связи с этим я не вижу проблем, если постановления будут приняты правительством к 1 марта, и не думаю, что потребуется изменять сроки подачи заявок.

– Одним из наиболее дискуссионных вопросов были требования к береговым рыбоперерабатывающим предприятиям, претендующим на инвестквоты. Замечания поступали и от отраслевых ассоциаций, и от приморских регионов. Одно из них – о привязке заводов к прибрежным территориям – также нашло отражение в поручениях главы государства. На каких критериях все-таки решено остановиться?

– На самом деле в проектах остались все те же критерии, которые обсуждались с общественностью. Самое важное для нас – чтобы после строительства перерабатывающего завода мы могли быть уверенными, что он соответствует всем параметрам, которые прописаны в постановлении, например, по объему переработки. К месторасположению объекта – есть поручение, чтобы он находился в прибрежных субъектах Федерации, – мы относимся достаточно спокойно. Это логично с точки зрения государственных задач и эффективности. И в целом эта норма соответствует той парадигме закона, которую мы и закладывали.

– А как насчет предложения обязать эти заводы работать на охлажденном сырье?

– С таким предложением мы как раз не можем согласиться, поскольку это по сути ограничение. И если мы прибрежное рыболовство стимулируем работать на свежем и охлажденном сырье, проводя четкое разграничение между прибрежным и промышленным рыболовством, то, мне кажется, нет смысла ограничивать в этом будущие заводы. Крупные перерабатывающие комплексы, которые, как мы планируем, будут построены в прибрежных регионах под инвестиционные квоты, могут просто столкнуться с нехваткой сырья.

– Программа инвестиционных квот в части Дальнего Востока опирается преимущественно на минтай, запас которого держится на высоком уровне. Но если на этом 15-летнем отрезке ОДУ минтая резко пойдет вниз, инвесторы могут столкнуться с очень неприятными последствиями. Какова в этом свете стратегия федерального агентства?

– Пока нет прогнозов, что ОДУ минтая сократится до такого уровня. Во-первых, сейчас мы видим только рост – и по запасам, и по установленному общему допустимому улову. Понятно, что 15-летняя перспектива достаточно сложная, но наука нам не дает сигналов, что будут какие-то резкие колебания.

Во-вторых, наша политика настроена на сохранение запаса минтая, мы управляем ресурсом очень рационально и осторожно. Поэтому если какие-то колебания и будут, то часть флота, устаревшая и менее эффективная, может перейти на объекты, которые сейчас недоиспользуются. На Дальнем Востоке это как минимум миллион тонн. Но мы такого риска не видим.

– Важной частью процесса по устранению избыточных административных барьеров в рыбной отрасли остается взаимодействие рыбаков и представителей Пограничной службы ФСБ России на площадке рабочей группы при Росрыболовстве. Намерены ли вы продолжать эту работу, и каких результатов удалось добиться в этом году?

– Наверное, рыбаки лучше могут рассказать, что они считают практическими результатами в этой части. Мы же выступаем скорее в роли медиатора. Основная работа направлена на то, чтобы в рамках межведомственной рабочей группы урегулировать проблемы, которые возникают между рыбаками и пограничниками. Прежде всего, это вопросы работы в ночное время суток, вопросы, связанные с контрольными точками.

В основном проблемы касаются упрощения работы рыбаков там, где они сталкиваются с чрезмерными требованиями со стороны контролирующего органа. Это нюансы, решение которых позволит рыбакам работать более эффективно. Мы проводили заседание по итогам 2016 годы, смотрели на результаты деятельности группы, и все рыбаки единогласно высказались за то, чтобы продолжить работу в этом направлении.

Могу сказать, что с Пограничной службой мы сейчас сотрудничаем очень активно. Одним из наглядных результатов нашей совместной работы стало задержание судов, осуществлявших дрифтерный промысел, несмотря на запрет. Отмечу также охранные мероприятия в рамках лососевой путины.

– Как обстоят дела с финансированием отраслевой науки? Рыбохозяйственные НИИ говорят о сокращении количества экспедиционных рейсов, что может отразиться на качестве прогнозов. Какие возможности вы видите по привлечению дополнительных средств для институтов?

– На 2017 год мы запланировали выделить на ресурсные исследования даже больше денег, чем в текущем году, если брать абсолютный объем финансирования. На самом деле сейчас происходит оптимизация расходов, которые, к сожалению, наша отраслевая наука привыкла только раздувать. Речь идет в первую очередь о сокращении непрофильного персонала. Мы видим, что зачастую задачи, стоящие перед нашей наукой, можно выполнять гораздо меньшими силами.

Росрыболовство проводит большую работу по сокращению ненужных производственных фондов. Какой смысл содержать в таком количестве устаревшие научно-исследовательские суда, которые стоят у причалов и расходуют больше средств, чем если бы они занимались непосредственно ресурсными исследованиями? В рамках этой работы мы даже поднимали вопрос о создании на базе БИФ ТИНРО единой структуры, которая занималась бы всем научно-исследовательским флотом Дальнего Востока, но пока еще дальневосточные институты не смогли полностью его проработать.

Проблема в том, что зачастую перекрестные ресурсные исследования проводятся где-то в рамках госзадания, где-то за счет собственных средств, а где-то вообще на коммерческих судах. Начиная с прошлого года, мы пытаемся навести в этом порядок и в 2016 году все-таки рассматривали единый бюджет научно-исследовательских институтов. К сожалению, руководство институтов часто занимается шантажом: если вы нам не дадите госзадание в таком объеме, мы вам вот это не сделаем. Но когда мы посмотрели затраты внутри этих исследований, то, честно говоря, ужаснулись. Потому что либо стоимость требуемых материально-технических активов завышена, либо, как я уже сказал, половину средств мы тратим на отстой у причалов научных судов, которые, понятно, в ближайшие десятилетия использоваться не будут.

Эту работу мы обязательно продолжим. Думаю, что качество прогнозов от этого не пострадает. Все ресурсные исследования, которые необходимы для нормального определения ОДУ, будут проведены. Конечно, хотелось бы иметь больше средств. Сейчас мы выполняем исследования по основным объектам, хотя нужно финансировать и промразведку по перспективным объектам промысла – по сардине-иваси, по сайре. Но не считаю, что ситуация критическая, поскольку объем средств мы все-таки увеличили.

Очень важно, что в условиях экономии мы стали по-другому смотреть на эффективность работы институтов. Такое ощущение, что у них четкое разделение финансов: половина по госзаданию, а половина – те средства, которые они сами зарабатывают. При этом получается, что, если мы даем институтам новое поручение, они не тратят на него свой бюджет, а требуют увеличить финансирование в рамках госзадания. У меня всегда возникал вопрос: а если мы даем поручение управлению науки или рыбоохраны, мы тоже должны им предусмотреть дополнительную зарплату? По большому счету бюджет 2017 года рассматривался под совершенно иным углом, по-другому принимались решения, и я думаю, что это даст положительный импульс.

Чего нам не удалось добиться в текущем году, и я надеюсь, что 2017 год в этом плане станет переломным, – это повысить роль ВНИРО, который должен стать координатором всей научной деятельности в рыбохозяйственном комплексе. Я считаю, что это вполне реально, даже при том, что мы не планируем производить объединение институтов. Мы хотим, чтобы ВНИРО стал по-настоящему головным институтом.

– А когда начнется обещанное обновление научно-исследовательского флота?

– Уже вышли все необходимые поручения. И я надеюсь, до конца года мы сможем подписать контракт и авансировать начало проектно-изыскательских работ.

– Не первый год Росрыболовство говорит о необходимости практической направленности научно-исследовательской работы, в частности, в области аквакультуры, в отраслевых институтах и постановки задач бизнесом. Есть ли уже конкретные результаты сотрудничества науки и производства?

– В этом году мы все еще финансировали науку по прежнему принципу, исходя из того, что были созданы межинститутские рабочие группы в разных НИИ, подведомственных Росрыболовству. На 2017 год уже составлен план научно-исследовательских работ, за каждым пунктом которого стоит либо ассоциация, либо конкретная бизнес-структура. Мы провели отбор, точнее мы запросили с рыбаков заявки, посмотрели, насколько они действительно перспективны, и внесли их в план. Поэтому все работы носят прикладной характер и будут выполняться при участии заявителей – ассоциаций либо предприятий.

Более того, результаты этих научно-исследовательских работ в 2017 году будут приниматься непосредственно с участием заявителя, чтобы не было так, что рыбаки подали заявку, мы что-то сделали, а им это не понравилось или нужно было совершенно другое. Средства-то все равно потрачены. Поэтому приемка результатов будет проводиться при участии бизнеса.

Другой вопрос, что мы будем делать, если эти работы вдруг не будут приняты. На мой взгляд, либо потребуется дальнейшая доработка, но уже без бюджетного финансирования – институт сам должен будет изыскивать дополнительные средства. Либо мы просто этому институту будем сокращать бюджетное финансирование на такие исследования.

– По итогам года в секторе аквакультуры ожидается заметный рост, но пока очевидно, что государственная и отраслевая программы успешно реализуются только в части прудового рыбоводства. Есть ли шансы подтянуть до 2020 года индустриальное и пастбищное направления? Или Росрыболовство делает ставку только на экстенсивный рост за счет передачи в пользование новых рыбоводных участков?

– Мы ориентируемся в рамках госпрограммы на показатель 315 тыс. тонн, и для нас по большому счету не принципиально, какого типа это будет аквакультура. Первоочередная задача была, и она же остается на 2017 год, вовлечь в использование под цели рыбоводства как можно большее количество участков. Это важно, поскольку с учетом обязательств, которые принимает на себя инвестор, по развитию бизнеса – по минимальному объему выращивания объектов аквакультуры – мы стимулируем более или менее рациональное использование акваторий.

Финансирования не хватает, но даже те деньги, которые сейчас выделены на аквакультуру, пока регионами не востребованы так, как бы нам того хотелось. Работа в субъектах по развитию аквакультуры по-прежнему остается на очень низком уровне. Региональные власти не видят этот показатель в числе ориентиров для оценки их деятельности. По итогам 2016 года мы даже были вынуждены часть средств вернуть в бюджет, а часть регионов отказалась от субсидий уже после того, как было подписано соответствующее распоряжение.

Именно работу регионов, несмотря на все усилия наших теруправлений и регулярные совещания, с точки зрения субсидирования эффективной признать сложно. Надеемся, что все-таки это связано с тем, что сама форма поддержки достаточно молодая – ей всего два года. Понятно, что если по другим направлениям сельского хозяйства все идет по накатанной, и бизнес уже знает, какие меры поддержки существуют, то в части аквакультуры нам еще предстоит раскручивать это направление – по субсидированию инвестиционных проектов – среди более широкого круга заинтересованных инвесторов.

– На недавнем заседании правкомиссии, которую провел глава правительства Дмитрий Медведев, рассматривалась возможность увеличения в 2017 году бюджетных ассигнований на поддержку аквакультуры. Планируете ли вы развивать и другие формы господдержки рыбоводов помимо субсидирования инвестпроектов?

– На самом деле эта поддержка сохраняется, она всегда присутствовала в госпрограмме развития сельского хозяйства. Это касается и племенного дела, и проведения противоэпизоотических мероприятий. Но эта мера позволяет скорее поддержать хозяйства, нежели резко нарастить объем инвестиций.

Для нас важно увеличить объем производства продукции аквакультуры, простимулировать создание новых мощностей. Конечно, тут тоже есть выбор – можно перейти от субсидирования процентной ставки к субсидированию капитальных затрат, но это уже вопрос следующего года. Еще раз скажу, что внедрение этих мер поддержки идет достаточно сложно.

– Добавить рыбоводам проблем может и законопроект о любительском рыболовстве, где налицо столкновение интересов предприятий аквакультуры и любителей порыбачить. Как планируется решать эти коллизии?

– Планируем решать совместно с депутатами Государственной думы. В целом считаю, что если объекты, которые выращиваются в данном водоеме, не являются аборигенными, то, конечно же, их вылов в рамках любительского рыболовства надо полностью запретить. Если они являются аборигенными, то здесь, к сожалению, вопрос доступа рыбаков-любителей становится открытым.

Возможно, надо будет предлагать очень сложный механизм, но мы его еще с депутатами не проговаривали. Как вариант, можно через науку определять объем, разрешенный для любительского лова, и возлагать обязательства по контролю за собственником этого рыбоводного участка. Конфликт интересов действительно может возникнуть, и очень важно продумать, как его не допустить.

– В декабре вы анонсировали проведение в 2017 году международной выставки «Рыбная индустрия» и «Русского рыбного форума» в Санкт-Петербурге. Зачем отрасли понадобились такие крупные мероприятия, и какой отдачи от них вы ожидаете?

– Если бы мы не видели заинтересованности бизнеса, то таких проектов бы не предлагали. В 2016 году, как мне кажется, было очень много разных мероприятий, и в принципе можно было бы сосредоточиться только на них. Но у отраслевого сообщества есть желание провести свою собственную международную выставку.

Я считаю, что это очень правильное направление движения. В 2017 году с учетом принятия поправок в закон у нас уже будет, что показать. Может быть, еще не построенного, но, как минимум, на стадии проектов. Нам нужно больше работать с зарубежными производителями оборудования и технологий, с тем, чтобы они тоже выставлялись здесь для наших предприятий. Считаю, что в целом такая выставка будет востребована.

Что касается проведения рыбного форума: и мы и рыбаки давно говорили о том, что конгресс, который проводится во Владивостоке, все-таки должен менять свои границы и развиваться. Пока не знаю, какая позиция будет у Приморского края, но мы считаем, что этот форум может стать более значимым и масштабным мероприятием. Мы хотим видеть там представителей всех наших рыбохозяйственных бассейнов, совместить там и вопросы аквакультуры, пригласить иностранных инвесторов и специалистов мирового уровня. Посмотрим, что получится, и, исходя из этого, скажем, будем ли мы дальше продолжать эту практику.

– Каким образом в заявленную программу укладывается недавнее предложение Росрыболовства провести на этой площадке IV Всероссийский съезд работников рыбного хозяйства, ведь это совсем другой формат?

– На самом деле без разницы, какой формат. Можно на одной площадке проводить много мероприятий, не обязательно ограничиваться одним. Но вопрос съезда все еще остается открытым, потому что съезд – дело непростое, и не Федеральным агентством по рыболовству принимается решение о его проведении. Поэтому форум – да, а съезд… Я бы, честно говоря, поставил под сомнение, что он будет проведен в следующем году, в том числе в рамках мероприятия в Санкт-Петербурге.

Инициативы такие в свое время от рыбаков звучали, и в принципе с учетом того, что сейчас накопилось много вопросов для обсуждения, съезд может получиться знаковым. Чтобы действительно поговорить о том, как в новых условиях развивать отрасль, как работать над повышением социальной ответственности бизнеса. До сих пор у нас не заключены трехсторонние соглашения между профсоюзом, ассоциацией работодателей и федеральным агентством. Хотелось бы, чтобы получился действительно съезд работников рыбного хозяйства, а не съезд собственников бизнеса, направленный на защиту их интересов и против изменений в законе.

Fishnews, Анна Лим

Россия > Рыба > fish.gov.ru, 28 декабря 2016 > № 2021163 Илья Шестаков


Россия. СЗФО > Рыба > agronews.ru, 24 декабря 2016 > № 2016085 Антон Курицын

Чудо-кормушка карельских инноваторов.

В последние годы карельские инноваторы широко заявили о себе. Безусловным лидером среди молодых ученых, создающих современные разработки для рыбоводства является компания ООО «Рыбные ресурсы» инновационно-технологического центра садкового рыбоводства ПетрГУ, которая за последние четыре года участия в престижных выставках постоянно завоевывает награды разных достоинств, сообщает karelinform.ru

В марте этого года на международной выставке в Санкт-Петербурге «Высокие технологии. Инновации. Инвестиции» компания стала обладателем золотых медалей в номинации «Лучшая инновация в импортозамещении». Ей также вручена серебряная медаль Московского международного Салона изобретений и инновационных технологий «Архимед-2016» в номинации «Импортозамещение». О том, как это удается, что дают изобретения ученых рыбоводам Карелии и ближайших планах компании мы беседуем с директором ООО «Рыбные ресурсы» Антоном Курицыным.

— На обеих выставках мы представляли проект «Автоматическая кормушка для раздачи экструдированных и гранулированных кормов «АРК-5», — рассказывает он. – Наша кормушка на базе метода физических измерений полностью контролирует находящуюся в ней массу. Мы объединили все устройства в единую сеть и вывели на место оператора. Заказчик может задать время и массу кормления. Включить чудо-кормушку и забыть о ней. С места оператора можно запустить 100 кормушек по единой схеме.

— Вы сказали включить и забыть, то есть кормушка настолько умная, что берет на себя различные функции и делает это в тестовом режиме?

— Да, она сама с периодичностью примерно 1 раз в 15 секунд себя тестирует. Выявляет, сколько в ней находится корма, не сбились ли какие-то показатели, ведь колебания, вибрации, влажность кормов могут изменять параметры. В соответствии с заданием на сутки или другой временной интервал она может проверять: докормила или нет, самостоятельно менять частоту кормления.

— Как это выглядит на практике?

— К примеру, если задано скормить 300 грамм корма и вдруг произошел технический сбой, скажем, отключение электроэнергии, кормушка видит, что не докормила 50 грамм, и за оставшееся время программа пересчитает режим и будет выдавать корм в увеличенном режиме, чтобы выполнить норму.

— Изобретательская идея и практические реалии рыбных хозяйств, как это удается совместить?

— При реализации проекта мы постарались максимально использовать доступные материалы, удобные в обслуживании. Учли все замечания специалистов, которые работают с кормушками и сделали их разборными, обслуживаемыми, легко заменяемыми. Аппаратно кормушка состоит из трех частей. Если произошла неполадка в одном из модулей, его можно легко заменить, поскольку мы используем влагозащищенные разъемы и соединения.

Россия. СЗФО > Рыба > agronews.ru, 24 декабря 2016 > № 2016085 Антон Курицын


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2025275 Александр Кан

Рыбаки решают социальные вопросы

Александр КАН, Президент регионального фонда «Родные острова»

Рыбацкий бизнес не только поставляет продукцию на внутренний рынок и за рубеж, обеспечивает рабочие места и налоговые платежи, но и готов системно участвовать в решении социальных вопросов. Об этом заявили рыбопромышленные компании Сахалинской области, создав в нынешнем году региональный фонд «Родные острова». Организация содействует развитию спорта в регионе, помогает молодым талантам, занимается благотворительностью. К фонду присоединяются новые участники. Что подтолкнуло рыбаков вести социальную работу? Как это отражает развитие бизнеса? На эти и другие вопросы Fishnews ответил президент фонда «Родные острова» Александр Кан.

– Александр, то, чем занимается фонд «Родные острова», – важная и нужная работа, которая дает реальный результат для области и людей. Как родилась идея заняться социальной деятельностью?

– За помощью к компаниям, которые впоследствии создали «Родные острова», люди обращались и раньше. Но на определенном этапе, достигнув определенных целей в бизнесе, мы поняли, что можем вести социальную работу на системной основе. Таким образом фонд принимает участие в социальном развитии нашей области. У организации семь учредителей – это рыбопромышленные компании. На сегодняшний день фонд пополнился участниками – это также семь компаний. То есть наше дело набирает обороты.

– А каким образом участники приходят в «Родные острова?

– Когда была презентация фонда, все ожидали, что будут звучать призывы вступить в нашу организацию, но мы изначально рассчитывали именно на свои силы и возможности. Однако сейчас много людей, компаний, которые достигли того уровня, когда они готовы проявлять социальную активность. Вопрос: как это сделать? Как оказывать помощь тем, кто в ней действительно нуждается? Наш фонд позволяет это делать безопасно. Можно внести взнос и стать участником. За счет общего бюджета мы и ведем свою работу.

– Кто принимает решения в фонде?

– У нас есть попечительский совет – каждое решение выносится на его рассмотрение. «Родные острова» официально начали работу в марте, с того времени на реализацию нашей деятельности уже направлено более 60 млн рублей. Но еще до того как фонд заработал с юридической точки зрения, рыбаки участвовали в социальных проектах. Это создание крупного спортивного комплекса на базе бывшего летнего оздоровительного лагеря «Восток».

Сейчас в Сахалинской области активно развивается профессиональный спорт – баскетбол, волейбол, хоккей, футбол. Но закономерно вставал вопрос: где разместить приезжих спортсменов? И в целом – где подрастающему поколению на Сахалине развивать свои спортивные таланты и оттачивать мастерство? Мы решили взять на себя роль инвестора в этом большом некоммерческом проекте. Спортивный комплекс создается полностью за счет средств бизнеса учредителей фонда. Работу мы ведем в контакте с правительством региона – выдвигаем свои идеи, узнаем о пожеланиях. Возможно, наш объект войдет в территорию опережающего социально-экономического развития (ТОР) «Горный воздух».

Предполагается, что в спорткомплексе круглый год можно будет заниматься волейболом, баскетболом, боксом, хоккеем, совершенствовать общую физическую подготовку. Будут и открытые площадки. Использовать решено самое современное оборудование. Жилые корпуса мы уже отреставрировали, там живут спортсмены. В порядок пришлось приводить абсолютно все. К примеру, реконструировать столовую на 300 человек. Ее открыли в ноябре. Усилены несущие конструкции, проведен весь комплекс отделочных работ, заменены системы водоотведения и вентиляции, установлено современное оборудование от компании Electrolux. Меню для каждой команды будет составляться с учетом рекомендаций врачей, под контролем опытного повара. Спортивный комплекс планируем запустить в эксплуатацию до конца 2017 года. Возможно, на базе «Востока» будет создано нечто вроде пансионата, где дети смогут жить и тренироваться. То есть можно будет развивать местные таланты.

– Многие известные люди вкладываются в зарубежный спорт.

– Это уже своего рода бизнес. Мы такую цель не преследуем. Спортивный комплекс, создаваемый нами, – социальный объект. Некоммерческий, мы не планируем на нем зарабатывать. Это проект, который необходим области, он не имеет аналогов на Дальнем Востоке. В Хабаровском крае предполагается в следующем году начать строительство спортивного комплекса, но там речь идет о средствах федерального бюджета. Здесь используются частные инвестиции. Для создания объекта, где смогут тренироваться профессиональные спортсмены, дети, да и просто, в конце концов, население.

– То есть речь идет не только о развитии профессионального спорта, но и о детских школах.

– Однозначно. Дети – будущее нашей области и России в целом. Они должны быть здоровыми, здесь на помощь как раз приходит спорт.

– Профессиональный спорт – это своего рода витрина.

– В любом случае подрастающему поколению нужно на кого-то равняться, к чему-то стремиться. Профессиональный спорт как раз и задает такие ориентиры. Получается очень хороший стимул.

Помимо создания спортивного комплекса на базе лагеря «Восток» мы также участвуем в спортивной жизни Сахалинской области, сотрудничая с региональной федерацией бокса. Удалось организовать впервые на Сахалине Дальневосточное первенство по боксу среди юношей до 16 лет. Помогаем секциям с инвентарем, растим будущих чемпионов!

– Fishnews также внимательно следит за проектом по возрождению отделения парусного спорта в Невельске. На каком этапе сейчас работа?

– Основную стройку удалось закончить до холодов, в зимнее время необходимо решить все «бумажные» вопросы. Это оформление самого здания и получение лицензии на ведение образовательной деятельности. Занятия начнутся уже в этом учебном году. Сначала – теория, а в море первые яхты выйдут в мае. Инвентарь поступил полностью.

– Какое значение вы вкладываете в развитие парусного спорта?

– Фонд основали рыбаки. Для нас сейчас остро стоит вопрос повышения престижа профессии моряка. И мы надеемся, что возрождение отделения парусного спорта нам в этом поможет. В свое время, когда парусный спорт в Невельске развивали тренеры-общественники, их воспитанники становились капитанами, радиоспециалистами, тралмастерами. Ребятам с детства прививали любовь к морю и морскому делу. Конечно, нам это важно. Уверен, будущие кадры как раз начнем присматривать уже на первых соревнованиях по парусному спорту.

– Приоритеты работы фонда – не только содействие спорту, но и поддержка одаренных детей, талантливой молодежи.

– Да, это одно из основных направлений нашей деятельности. Так, мы поддержали арт-фестиваль «Заяви о себе», позволяющий молодым людям продемонстрировать свои таланты. Название проекта, его цели и задачи перекликаются с миссией нашего фонда – развивать потенциал островной молодежи, помогать талантливым и активным молодым людям, которые не бояться испытать себя.

Также мы помогли талантливом сахалинцу Даниле Соловцову попробовать свои силы на кастинге шоу «Голос. Дети».

– Вы работаете на Сахалине и основное время проводите здесь.

– Да.

– И уходить из области не планируете?

– Нет однозначно.

– То есть ваш проект направлен не только на решение задач в сфере благотворительность, но и в результате на развитие Сахалинской области.

– Да, через свои социальные проекты бизнес участвует в социальном развитии региона. Никаких корыстных целей мы при этом не преследуем. Хотя так как наша жизнь связана с Сахалином, в конечном итоге эта работа важна и для нас самих, и для наших семей.

– А потраченных денежных средств не жалко?

– Заработанные деньги нужно вкладывать. Куда? В очередной бизнес? Мы работали над развитием своего дела, теперь вышли на определенный этап, когда готовы к социальной активности.

Мы ведь занимаемся рыбным промыслом – пользуемся государственным ресурсом. Льготная налоговая база, единый сельхозналог, – тоже сейчас приемлемы для рыбаков.

Поэтому решили: так как мы живем на Сахалине, никуда отсюда не планируем уходить, есть перспективы развития нашего бизнеса, будем участвовать в развитии региона. Зарабатывая, вкладываем, развиваем.

– Можно ли говорить, что рыбная отрасль достигла такого состояния – стабильности, устойчивости, – что появилась возможность вкладывать средства в социальные вопросы?

– Мы в любом случае следим за развитием событий. И видим перспективу. В 2018 году будет перераспределение долей квот на 15 лет. Это очень длительный срок, работы будет много.

–В общем, будущее вас не пугает?

– В любом случае «исторический принцип» принят. Отнимут часть ресурса на инвестиционные квоты. Но флот обновлять нужно. Мы планируем строить суда.

– На каких предприятиях?

– Где – пока не решено. Стоит вопрос локализации: какой объем работ должен быть выполнен в России. Но суда надо обновлять. Какие цели преследует отрасль? Омоложение флота, глубокая переработка водных биоресурсов, повышение качества продукции. Мы стремимся к этому. Уже в сентябре следующего года планируем запустить завод по производству крабовой продукции в Невельске, с современным высокотехнологичным оборудованием. Есть много разных идей – помимо крабовой будем выпускать продукцию и из других морепродуктов.

–Среди учредителей и участников фонда сейчас рыбопромышленные компании?

– Да, организовали фонд рыбопромышленники. Среди участников – те, кто занимается лососевым бизнесом, креветколовы. Но сейчас у нас могут участвовать не только рыбопромышленные компании. К примеру, участником фонда стала угледобывающая компания «Горняк – 1».

Вообще неважно, сколько средств ты тратишь, главное, что ты хочешь принимать участие в решении социальных вопросов. Помогать можно не только деньгами, но и, например, продукцией. Или еще чем-то. Вариантов много, самое важное – это желание.

Справка: Региональный фонд «Родные острова» основан 11 марта 2016 года. Учредителями организации выступили компании «ПРК», «КУК», «Монерон», «Аквамарин», «Севрыбфлот», «СТК», «Пристань». Затем присоединиться к ним решили и другие компании – сегодня они являются участниками фонда: ООО «Каниф», ООО «ДВ-Флот», ООО «Горняк – 1», ООО «Далькреветка», ООО «Оплот Мира», ООО «Алаид», ООО «Заря».

Основными направлениями деятельности «Родных островов» стала поддержка начинающих и профессиональных спортсменов, помощь детям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации, и развитие талантов одаренных детей. Фонд участвует в организации спортивных соревнований, помогает нуждающимся семьям собрать детей в школу, поддерживает детишек с ограниченными возможностями, содействовал созданию женского кризисного центра, участвует в экологических проектах, возрождает отделение детского парусного спорта. Один из приоритетов – строительство спортивного комплекса на базе бывшего лагеря «Восток».

Как подчеркивают в фонде, работа «Родных островов» – это не разовые благотворительные акции, помощь и поддержка оказываются на системной основе.

По итогам 2016 года региональный фонд «Родные Острова» признан благотворителем Южно-Сахалинска. Это почетное звание получено всего после полугода работы в островном регионе. «Родные Острова» были отмечены в самой народной номинации «Общественное признание», победитель которой выбирался открытым голосованием. За благотворителей проголосовали более тысячи человек.

Маргарита КРЮЧКОВА, газета « Fishnews Дайджест»

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2025275 Александр Кан


Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2025273 Сергей Тимошенко

Поручения должны «настраивать» закон

Председатель Союза рыбопромышленников и предпринимателей Камчатки Сергей Тимошенко считает, что текущие успехи рыбохозяйственного комплекса объясняются тем, что отрасль работает по «старым» законам.

Комментируя новый блок поручений президента по вопросам развития рыбного хозяйства, глава СПРК отметил, что поручения – это исключительный инструмент поправок в «Конституцию». А такой базовый документ не следует менять слишком часто. Он меняется только через опыт – поправки вносятся тогда, когда документ начал работать и пробелы стали очевидны. Тогда зреет понимание, что и где надо подрегулировать, сделать удобней и лучше для промышленников, для населения. «В нашем же случае поправки, поручения выходят почти после каждого очередного заседания комиссии, группы и т.п. Напрашивается вывод, что рыбной «Конституции» нет, а формируется она исключительно поручениями президента», – считает Сергей Тимошенко.

Руководитель союза выразил опасения, что отрасль «наступает на одни и те же грабли». «Мы повторяем ситуацию, сложившуюся перед президиумом Госсовета в прошлом году. Ведь к моменту проведения президиума Госсовета две трети поручений президента по развитию рыбопромышленного комплекса страны не были выполнены. А жаль, ведь направлены они были на «тонкую настройку» законодательной базы, сформированной после Госсовета 2007 года», – отметил собеседник Fishnews.

Он напомнил, что по итогам президиума Госсовета прежние поручения были сняты с контроля. Затем был сформирован новый перечень поручений, который и сейчас постоянно пополняется, но пока не в полной мере исполняется. «Хочу напомнить, что до 2019 года мы работаем по старому закону, который появился после Госсовета 2007 года. Все наши сегодняшние успехи, наш рост вылова, переработки, вложений в инфраструктуру и прочее, определены теми правилами и законами, а не бесконечно вносимыми поправками и предложениями», – заключил Сергей Тимошенко.

Россия. ДФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2025273 Сергей Тимошенко


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2024931 Игорь Зубарев

Игорь Зубарев: В Карелии накоплен уникальный опыт по развитию рыбоводства

Успешная реализация властями Карелии поручения президента – по производству собственных мальков и кормов – даст значительный импульс для развития товарной аквакультуры во всей стране, считает член Совета Федерации Игорь Зубарев.

О развитии рыбоводства в Республике Карелия рассказал в Совете Федерации представитель региона, член Комитета СФ по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Игорь Зубарев.

Сенатор напомнил, что 19 декабря президент Владимир Путин утвердил перечень поручений по вопросам развития рыбного хозяйства. «Он включает в себя широкий спектр вопросов государственного регулирования – от механизма распределения квот на вылов рыбы в инвестиционных целях в привязке к строительству предприятий по производству рыбной продукции в прибрежных регионах до запрета жаберных сетей для любительского рыболовства», – отметил Игорь Зубарев.

Он обратил внимание, что Карелии посвящен отдельный пункт в документе. Правительству РФ совместно с властями региона поручено рассмотреть вопрос о целесообразности господдержки создания в республике заводов по производству высококачественных комбикормов и мальков. Цель – дальнейшее стимулирование развития аквакультуры и снижение зависимости от иностранных поставщиков. До 1 марта следующего года премьер-министр Дмитрий Медведев и глава Карелии Александр Худилайнен должны представить президенту отчетный доклад.

Как сообщили Fishnews в пресс-службе Совфеда, Игорь Зубарев подчеркнул, что в республике накоплен уникальный научный и экспертный опыт по развитию рыбоводства. Так, проект строительства селекционно-племенного центра на базе государственного Выгского рыбозавода, разработанный Петрозаводским университетом, полностью поддержан профессиональным сообществом. «Его реализация обсуждалась недавно в Совете Федерации при проведении «правительственного часа» с участием министра сельского хозяйства РФ Александра Ткачева», – отметил парламентарий.

По его мнению, совершенно неслучайно, что перед карельским правительством ставится важная и ответственная задача — снижение зависимости отечественного рыбоводства от иностранных поставщиков. «Уверен, что успешная реализация этого поручения даст значительный импульс для развития товарного рыбоводства во всей стране», – заявил Игорь Зубарев.

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 23 декабря 2016 > № 2024931 Игорь Зубарев


Россия. ДФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 19 декабря 2016 > № 2023939 Евгений Марчук

Интересы рыбаков – в приоритете

Евгений МАРЧУК, И.о. генерального директора ФГУП «Нацрыбресурс»

Оценивая итоги работы рыбохозяйственного комплекса в 2016 году, руководитель Росрыболовства Илья Шестаков отметил успешную работу подведомственного ФГУП «Нацрыбресурс» по выстраиванию с рядом рыбных портов на Дальнем Востоке взаимовыгодных отношений в рамках интересов рыбохозяйственной отрасли. Причем согласованные сторонами условия сохраняют специализацию причалов на обработке рыбных грузов. На каких принципах выстраиваются договорные отношения с пользователями ГТС и каким образом можно привлечь инвесторов к решению задачи по обновлению портовой инфраструктуры, в интервью Fishnews рассказал и.о. генерального директора «Нацрыбресурса» Евгений Марчук.

– Евгений Георгиевич, в прошлом году остро стоял вопрос о передаче причалов, находящихся в управлении «Нацрыбресурса», в аренду. Как изменилась ситуация сейчас? Есть ли прогресс по этому направлению и как развиваются отношения с портовыми операторами?

– Уходящий год можно охарактеризовать как продуктивный в наших взаимоотношениях с владельцами портовой инфраструктуры и портовыми операторами. Самое главное, нам удалось достичь взаимопонимания с большинством наших партнеров о принципах, которых следует придерживаться арендаторам причалов, закрепленных за «Нацрыбресурсом». Их всего три: это первоочередность оказания услуг рыбакам на арендуемых объектах, своевременный ремонт и модернизация причалов и инвестиции в создание или развитие портовой инфраструктуры, необходимой для обработки рыбных грузов и обслуживания рыбопромысловых судов.

Исходя из этих принципов, «Нацрыбресурс» предлагает заключать договоры аренды ГТС на срок до 49 лет. В договорах фиксируются согласованные с Росрыболовством и Росимуществом условия, которые обеспечивают защиту интересов инвесторов в части стабильности и прогнозируемости их деятельности на причалах, что позволяет окупить понесенные расходы. Таким образом удается достигнуть баланса интересов государства и частных инвесторов.

В течение 2016 года продолжалось оформление 12 договоров аренды причалов общей протяженностью более 6,5 км. В результате три договора уже подписаны сторонами, еще столько же находятся на финальной стадии согласования в Росимуществе – этот этап, как показывает практика, является самым долгим и трудным.

Стоит отметить успешный опыт проведения аукционов для заключения договоров аренды. Торги организуются при отсутствии неразрывной связи причалов и инфраструктуры портовых операторов либо при наличии нескольких претендентов. Мы провели два аукциона по причалам во Владивостоке и в Магадане, победители которых также приняли обязательства по сохранению инфраструктуры для рыбаков. Эти аукционы продемонстрировали реальный уровень арендной платы, который могут приносить причалы, – он выше, чем в действующих договорах.

Появляются перспективные проекты развития портовой инфраструктуры. В качестве положительного примера сотрудничества с арендаторами можно назвать подписанное «Нацрыбресурсом» соглашение с арендаторами причалов в Невельске – как действующими, так и потенциальными. Оно предусматривает создание рыбного кластера на базе имущества бывшего морского рыбного порта Невельск, который будет обеспечивать единовременное хранение не менее 2 тыс. тонн рыбы и морепродуктов, переработку, судоремонт и другие услуги. Аналогичные проекты мы планируем осуществлять и в других портах, где работает «Нацрыбресурс».

– Если все так хорошо, с чем связаны регулярно возникающие предложения портовиков о приватизации причалов? И можно ли это сделать в рамках действующего законодательства?

– Важно понимать историю этого вопроса. А начало его лежит в плоскости конфликта интересов государства и частного бизнеса. Для государства важна не только коммерческая составляющая, когда бизнес, используя госимущество, извлекает коммерческую выгоду и, соответственно, платит рыночную арендную плату, налоги и обеспечивает создание рабочих мест. Необходимо выполнять и другие социально-экономические задачи, в том числе связанные с грузовой обработкой рыбной продукции, в которой нуждается население страны.

Если причалы будут полностью частными, портовые операторы будут свободны в выборе грузов, которые они могут переваливать, и, соответственно, повысят свои доходы, но государство не получит гарантий поступления на рынок продукции, имеющей большое значение для продовольственной безопасности.

Для бизнеса государственный подход значительно снижает коммерческую выгоду, в результате возникает конфликт интересов. Поэтому операторы стремятся к приобретению или приватизации этих активов. Нужно учитывать и тот факт, что стоимость приватизации причалов будет значительно ниже, чем их строительства.

Что же до правомерности приватизации причалов, то закон о морских портах однозначно устанавливает, что объекты инфраструктуры морского порта – причалы, пирсы, берегозащитные сооружения – отчуждению в частную собственность не подлежат. Это связано с тем, что береговая линия не позволяет бесконечно расширять портовые мощности, количество пригодных для этого мест ограничено. Мировая и отечественная практика эксплуатации причалов на основе аренды показывает, что это экономически оправданная форма взаимоотношений бизнеса и государства.

– Каким образом можно обеспечить защиту интересов рыбаков при передаче причалов в аренду на 49 лет? Это очень долгий срок.

– Как я уже сказал, одним из существенных условий договора аренды является обязательство арендатора в первоочередном порядке оказывать услуги судам рыбопромыслового флота на арендуемых объектах. Тем самым предполагается обеспечить сохранение и модернизацию береговой инфраструктуры для обслуживания рыбопромысловых организаций, которая создавалась в течение десятилетий.

Альтернативных вариантов бизнес пока не предлагает. Но это и не означает возврата к ранее существовавшим исключительно рыбным портам. Главное, чтобы работа с другими грузами в портах не привела к вытеснению рыбы и рыбаков.

Невыполнение обязательств по обслуживанию рыбопромыслового флота дает основание «Нацрыбресурсу» инициировать разрыв договора аренды. Таким образом, для рыбаков на наших причалах создаются преференции, каких нет в других портах.

– Что со своей стороны делает «Нацрыбресурс» для развития портовой инфраструктуры? Какие проекты у вас есть в этой сфере? Каким образом вы собираетесь поддерживать причалы в работоспособном состоянии?

– Помимо такой формы взаимодействия с владельцами портовой инфраструктуры как аренда «Нацрыбресурс» самостоятельно эксплуатирует причалы и оказывает портовые услуги рыбопромысловым судам и судам иного назначения, а также выстраивает взаимовыгодные отношение с региональными властями. Мы уже рассказывали об участии в проекте по модернизации инфраструктуры по обслуживанию судов и обработке рыбных грузов в бухте Моховая порта Петропавловск-Камчатский, где «Нацрыбресурс» отвечает за реконструкцию причалов № 10-12.

На Сахалине продолжается проект по созданию Корсаковского рыбного логистическо-перерабатывающего центра, предусматривающего строительство нового холодильника и цехов по глубокой переработке рыбы и морепродуктов. Там же в Корсакове совместно с правительством Сахалинской области на базе причальных сооружений Южного ковша и прилегающей к ним инфраструктуры организована работа по приему рыбопродукции, вылавливаемой в шестимильной зоне в объеме от одной до трех тонн в сутки. В дальнейшем эта рыба поступает в торговую сеть или на переработку. А мы создаем условия для рыбопромысловых судов – это снабжение, стоянка, утилизация и обезвреживание опасных отходов с судов, очистка нефтесодержащих (льяльных) вод и т.п.

В соответствии с запросами рыбаков мы можем заниматься и другими видами портовых услуг. Так, «Нацрыбресурс» проводит ремонт причала в удаленном морском терминале «Пионерский» порта Калининград, где планируется создание объектов для перегрузки рыбы, хранения промвооружения, тары и другого имущества рыбопромысловых организаций.

– Сейчас много говорят о дефиците холодильных мощностей в портах. Насколько актуальна эта проблема? И как вы оцениваете перспективы инвестиционных проектов по строительству новых портовых холодильников?

– Обеспеченность складскими мощностями зависит от грузопотока и логистики в порту. Например, сегодня объемы поставок рыбы с Дальнего Востока в центральные регионы в три раза меньше по сравнению с тем, что было 25 лет назад. Даже с учетом выбытия холодильных мощностей их вместимость сейчас позволяет обрабатывать тот объем рыбы, который поступает на российский берег. Нельзя забывать и о тенденции к развитию контейнерных перевозок рыбной продукции, которая снижает потребность в портовых холодильниках.

В то же время, как и вся остальная инфраструктура, холодильные склады физически и морально устаревают. Часть из них выводится из эксплуатации, например, во Владивостокском рыбном порту уже десять лет не работает один из двух холодильников. Не забывайте и про сезонные пики поставок рыбы на берег, когда все холодильники заполнены. Поэтому модернизация необходима, и инвестиции в эти проекты будут направляться. Напомню, Нацрыбресурс в договорах аренды с портовыми операторами фиксирует обязательства по модернизации портовой инфраструктуры. Тем самым мы хотим ускорить запуск инвестиционного процесса.

– Какие еще видами деятельности кроме портовой инфраструктуры Нацрыбресурс занимался в этом году и насколько успешны эти направления?

– Помимо эксплуатации портовых сооружений Нацрыбресурс оказывает услуги портофлота, а также занимается промышленным рыболовством в рамках имеющейся квоты. Эти виды деятельности являются эффективными и приносят прибыль. Они также позволяют нам ориентироваться в различных вопросах, связанных с рыбным промыслом, и предлагать такие условия работы на портовых объектах, которые в наибольшей степени отвечают интересам рыбаков. Кроме того, Росрыболовство ставит задачу по освоению неквотируемых водных биоресурсов, и мы будем прорабатывать это направление

– Какие еще приоритетные задачи поставлены перед «Нацрыбресурсом» на ближайший год?

– Среди приоритетов, безусловно, оформление арендных отношений по тем объектам, где договоры еще не заключены, в том числе по Владивостокскому морскому рыбному порту. Это позволит снять вопросы по условиям эксплуатации причалов, а также стимулирует инвестиционный процесс в отрасли.

Не менее важным мы считаем поддержание работоспособности тех причалов, на которых Нацрыбресурс самостоятельно оказывает портовые услуги, и расширение перечня таких услуг. На причалах необходимо проводить ремонт, приобретать оборудование, а также выполнять требования транспортной безопасности. Мы запланировали финансирование всех этих мероприятий за счет собственных средств.

Кроме того, в соответствии с поручением президента мы прорабатываем возможность передачи одного из объектов в концессию. В феврале 2017 года будут представлены конкретные предложения.

Россия. ДФО > Рыба. Транспорт > fishnews.ru, 19 декабря 2016 > № 2023939 Евгений Марчук


Россия > Рыба > fishnews.ru, 16 декабря 2016 > № 2023909 Алексей Буглак

К чему может привести «допинговый скандал» в рыболовстве?

При обсуждении объемов инвестквот для двух типов судов некоторые защитники ярусоловов начинают дискредитировать траловый промысел в целом, отмечает исполнительный директор Ассоциации добытчиков минтая Алексей Буглак.

В статье для Fishnews он проводит аналогии между антироссийским допинговым скандалом и заявлениями об экологической опасности тралового промысла.

Алексей Буглак напомнил, что 9 ноября 2015 г. комиссия Всемирного антидопингового агентства (WADA) обвинила российское антидопинговое агентство (РУСАДА) в массированных и систематических сокрытиях применения допинга российскими легкоатлетами. 17 июня 2016 г. на основании выводов WADA совет Международной легкоатлетической федерации (IAAF) дисквалифицировал Всероссийскую федерацию легкой атлетики (ВФЛА). Впоследствии российские легкоатлеты не были допущены к участию в летних Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро.

Инициатором скандала стала бывшая российская спортсменка Юлия Степанова (Русанова), дисквалифицированная в 2013 г. за применение допинга. Интервью Юлии Степановой и ее мужа Виталия Степанова телеканалу Das Erste (ФРГ) легло в основу документального фильма «Топ-секреты допинга: как Россия производит своих победителей». Документальный фильм был показан два года назад и стал «спусковым крючком» для комиссии WADA, комментирует исполнительный директор Ассоциации добытчиков минтая.

«Похожая ситуация может развернуться и вокруг российского рыболовства. И снова источниками «дезы» являются, как говорится, «наши» люди», - заявил Алексей Буглак.

Он обратил внимание, что одной из конфликтных точек при обсуждении проектов постановлений правительства о порядке распределения инвестиционных квот стала пропорция наделения ресурсами двух типов судов для Северного рыбохозяйственного бассейна: ярусоловов и траулеров.

«По мнению одних, предоставляемый для ярусолова объем ресурсов чрезмерен. По оценке других – в самый раз. Нет ничего драматичного в этой дискуссии, если бы не одно обстоятельство. Кое-кто из защитников ярусоловов все чаще пускает в ход запрещенный прием. Доказывая необходимость выделения на ярусолов значительного объема ресурсов, эти лоббисты начинают дискредитировать российский траловый промысел в целом», - подчеркнул представитель АДМ.

Он отметил, что уже зазвучали «доводы» об экологической опасности тралового промысла. «На одном из совещаний договорились даже до того, что сообщили заведомую ложь: дескать, все «прогрессивные» рыболовные державы отказываются от тралового промысла и стройными колоннами переходят на ярусный промысел (а вот о влиянии ярусного промысла на экосистему, прилове нецелевых видов рыб и птиц, естественно, умолчали)», - рассказал исполнительный директор ассоциации.

Конечно, такие утверждения о траловом промысле не соответствуют действительности, заявил Алексей Буглак. В пример он привел крупнейшего игрока на мировом рыбном рынке – американскую At-sea Processors Association, которая не собирается списывать свои эффективные траулеры-процессоры.

«Авторитетная программа на мировом рынке экологической сертификации – MSC – подтверждает экологическую правоспособность тралового промысла не только в нашей стране (и в Баренцевом, и в Охотском морях), но и по всему миру (минтай на Аляске, хек в Южной Африке, хоки и путассу в Новой Зеландии), - отметил представитель АДМ.

По его мнению, некоторые лоббисты ярусоловов, что называется, заигрались, они своим заявлениями начинают дискредитировать все российское рыболовство в целом. Их заявления – очень удобное и очень своевременное оружие в руках тех, кого Владимир Путин назвал 1 декабря в Послании Федеральному Собранию «нашими западными так называемыми партнерами», считает Алексей Буглак.

Российская рыбная индустрия работает на очень конкурентом и жестком мировом рынке. «Любые недостоверные заявления, подрывающие репутацию российского рыболовства, приносят прибыль нашим конкурентам. Это факт. При этом вопиющие факты нарушений, которые совершают крупнейшие иностранные рыбопромысловые компании, стараются замалчивать. Напомню хотя бы историю про американскую компанию American Seafood.

Надеюсь, что нормальная внутриотраслевая дискуссия о сопоставлении производственных параметров двух типов рыбопромысловых судов не перерастет в «мочилово» тралового промысла в нашей стране, - резюмировал исполнительный директор АДМ.

Россия > Рыба > fishnews.ru, 16 декабря 2016 > № 2023909 Алексей Буглак


Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 декабря 2016 > № 2023943 Сергей Сенников

Рыбаки Севера хотят сделать промысел экологичнее

Для минимизации возможного ущерба экосистеме Баренцева моря от донного промысла трески и пикши разрабатываются единая система учета нецелевого прилова и более щадящий трал, рассказал представитель группы компаний «Норебо» Сергей Сенников.

Семинар-практикум «Траловый промысел трески и пикши и сохранение донных сообществ Баренцева моря: теория и практика», организованный НО «Союз Рыбопромышленников Севера» совместно со Всемирным фондом дикой природы (WWF) прошел в Мурманске 8 декабря. В семинаре также приняли участие представители Полярного НИИ морского рыбного хозяйства и океанографии, консультант Морского попечительского совета (MSC) в России и представители рыбодобывающего сектора – «Норебо», группа компаний «ФЭСТ» и АО «Архангельский траловый флот». Главными темами стали влияние добычи трески и пикши на уязвимые морские экосистемы и работа по модернизации промысла – как методики, так и орудий лова, сообщил Fishnews представитель «Норебо» Сергей Сенников.

Он отметил, что была очень живая, интересная дискуссия - отчасти потому, что присутствовали люди, отработавшие в море не один десяток лет. В частности, обсуждали инициативу по созданию системы учета приловов нецелевых видов при промысле трески и пикши. Планируется, что отраслевая наука будет обрабатывать эту информацию, анализировать ее и давать определенные рекомендации. Проект, который реализуется при участии «Норебо» и других компаний, предполагает разработку программы, позволяющей с минимальными временными затратами сообщать с борта данные о прилове в электронном виде.

«Разрабатываемое программное обеспечение будет предусматривать и отдельный справочник с фотографиями видов, которые могут встречаться в прилове. Мы считаем, что регистрация такого нецелевого, а зачастую не имеющего коммерческой ценности, прилова должна занимать не более пяти-десяти минут, времени на промысле на дополнительную работу просто нет, - подчеркнул Сергей Сенников. - Аналог такого программного обеспечения уже опробован, и мы думаем, что в следующем году оно будет доработано и внедрено на рыбопромысловых судах. Однако до использования такой системы сбора данных мы хотим, чтобы эта программа прошла обсуждение и анализ в рыбохозяйственных институтах, в частности ПИНРО, потому что обработкой первичных данных будут заниматься российские научные сотрудники».

Другой важный вопрос – модернизация донного трала. Работа, которая ведется уже не первый год, была инициирована «Норебо» (ранее – рыбопромышленный холдинг «КАРАТ»), впоследствии к ней подключились и другие рыбопромышленные компании, а также WWF России. Проект реализуют специалисты ПИНРО, занимающиеся промысловым вооружением. Предполагается, что модернизация существенно уменьшит воздействие трала на дно и донные организмы, а также снизит сопротивляемость орудия лова при его использовании, что позволит экономить топливо на промысле.

«Предусматривается использование траловых досок в придонном положении, это требует внесения определенных изменений в конструкцию и оснастку трала. Он будет в меньшей степени влиять на дно, площадь соприкосновения станет меньше, соответственно, уменьшится и негативное воздействие. Но при этом мы хотим сохранить и хорошую уловистость такого орудия», – рассказал Сергей Сенников.

Он обратил внимание, что у «Норебо» уже есть некоторый опыт использования траловых досок в придонном положении на добыче трески и пикши – результаты оказались довольно неплохими. «Но сейчас речь идет о разработке стандартного орудия лова, которое в случае успешного прохождения испытаний получит спецификации и будет рекомендовано для промысла в районах, где угроза нанесения вреда уязвимым морским экосистемам подтверждается научными данными», - подчеркнул представитель группы компаний.

Он отметил, что семинар был важен как для рыбаков, так и для экологов. «Мы узнали, что предлагают природоохранные организации; WWF России, в свою очередь, узнал, какие идеи могут быть реализованы в нынешних условиях. Такая дискуссия с привлечением разных сторон позволяет всем понять, насколько промысел сегодня экологически устойчив и каковы реальные возможности его улучшения», - резюмировал Сергей Сенников.

Россия. СЗФО > Рыба > fishnews.ru, 15 декабря 2016 > № 2023943 Сергей Сенников


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter