Всего новостей: 2397701, выбрано 3685 за 0.149 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Россия. СЗФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 20 февраля 2018 > № 2502742 Антон Алиханов

Встреча Дмитрия Медведева с губернатором Калининградской области Антоном Алихановым.

Обсуждались вопросы социально-экономического развития области, в том числе ход реализации программ по строительству школ, яслей, благоустройству дворовых территорий.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Антон Андреевич, как область развивается, какие есть успехи, прежде всего по крупным социальным программам, которые мы ведём по всей стране? Я имею в виду строительство школ – очевидно, это и для Калининградской области является актуальной задачей – и целый ряд других важных программ, которые у нас реализуются, в том числе по приведению дворов в порядок. Расскажите, как обстоят дела, дайте короткий анализ того, как развивается экономика.

А.Алиханов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, по поводу социальных проектов. Действительно, мы в них активно участвуем. В прошлом году мы запустили новую школу по программе строительства новых школ на 1,5 тыс. мест в Гурьевске – это один из самых динамично развивающихся пригородов Калининграда. В прошлом году начали строить, а в этом планируем закончить строительство уникальной школы на 1,7 тыс. мест. Восточный микрорайон города Калининграда, в котором это строится, огромный, застраиваемый. Там будет бассейн, вся инфраструктура – такая фабрика для образования, это снимет много социальных проблем в данном конкретном микрорайоне, потому что, к сожалению, пока мест там не хватает.

На этом не планируем останавливаться. У нас разработана комплексная программа. Благодаря инициативам, о которых Вы сказали, мы планируем построить ещё семь школ до 2025 года – несколько в Калининграде и других наших муниципалитетах. Сейчас очень активно работаем по яслям для детей до трёх лет. В своё время мы очень активно как регион решали проблему с детскими садами от трёх до семи лет, построили 17 новых детских садов в целом по региону и смогли эту проблему решить. Сейчас перед нами поставлена новая задача, и мы с Правительством, с Ольгой Юрьевной Голодец, с нашими коллегами из Министерства образования отрабатываем проект, понимаем, как двигаться, и, надеюсь, в этом году уже первые результаты сможем показать.

Хочу Вас отдельно поблагодарить за то, что в прошлом году Вы дали возможность Калининградской агломерации войти в программу «Безопасные и качественные дороги». В прошлом году мы смогли отремонтировать 140 км, устранить несколько серьёзных мест концентрации ДТП. Если говорить о сокращении количества пострадавших в ДТП год к году, у нас минус 12% в январе – только за один год реализации этой программы. В этом году она стала более комплексной, мы ремонтируем не только дорожное полотно, но и бордюры, и тротуары, то есть люди видят комплексный эффект.

Что касается дворов, эта программа одна из тех, которые вызывают самый положительный отклик у наших жителей, у глав муниципальных администраций. Если в прошлом году мы отремонтировали 45 дворов, то в этом году их будет минимум 75, а может быть, и больше. Программа продолжает расти, существенно увеличено финансирование. В прошлом году мы только 4 муниципалитета акцентированно выделили, а в этом году все 22 муниципалитета Калининградской области в эту программу включили.

Д.Медведев: Эта программа хороша тем, что она вовлекает самих людей, которые живут на этой территории, в обсуждение того, что делать во дворе (что там менять, какие новые объекты малой архитектуры возводить), в участие в этом процессе, кто хочет – своим трудом, кто хочет – может быть, деньгами. Поэтому желательно, чтобы она развивалась именно в таком ключе, как была задумана, то есть на базе глубоких консультаций со всем населением, которое живёт на этой территории. Просил бы Вас таким образом эту работу и построить.

А.Алиханов: Мы с населением общаемся, начали программу 2018 года обсуждать ещё в конце прошлого года. И это одна из главных наших задач – общение с населением, вовлечение людей в эту деятельность.

Россия. СЗФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 20 февраля 2018 > № 2502742 Антон Алиханов


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 февраля 2018 > № 2502705 Сергей Левченко

Встреча с губернатором Иркутской области Сергеем Левченко.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Иркутской области Сергеем Левченко. Обсуждалось социально-экономическое положение в регионе.

В.Путин: Сергей Георгиевич, добрый день! Слушаю Вас, что у вас в регионе происходит, каких результатов добились?

С.Левченко: Если говорить об основных итогах, то у нас за последние два года рост индекса промышленного производства, и инвестиции растут – окончательные цифры по инвестициям за прошлый год ещё не подбиты, но рост будет обязательно.

По объёмам ВРП – за два года на 9,4 процента вырос валовой региональный продукт. Одновременно растёт и консолидированный бюджет: 164 миллиарда – рекордный бюджет за все годы; и в прошлом году тоже был рекордный.

Основные драйверы – это налог на прибыль, он у нас вырос почти на семь миллиардов рублей, и налог на доходы физических лиц. Заработная плата растёт по региону, поэтому неплохой результат.

Есть и менее важные вещи, но хотел бы отметить, что мы за два года почти в два раза увеличили отчисления в федеральный бюджет – было 90 миллиардов, сейчас 180, и, соответственно, этот коэффициент, когда на рубль поступивших федеральных средств у нас дополнительно 11 рублей мобилизовано.

Если говорить по объёму уже расходуемых средств, то мы за два года в 3,8 раза увеличили [средства] на строительство и ремонт социальных объектов: 208 объектов на селе за 2017 год построено и отремонтировано – это тоже примерно в 2,5 раза больше, чем за предыдущий.

Помогли в прошлом году достаточно серьёзно: почти девять миллиардов рублей выделили муниципальным бюджетам. Помогли в каком плане – увеличили их заинтересованность: налог по УСН [упрощённой системе налогообложения] – 30 процентов оставили [в бюджетах муниципалитетов], программы разные, необходимые для области. И, таким образом, муниципальные бюджеты у нас средства получили.

В.Путин: Отчего госдолг не меняется?

С.Левченко: А он у нас достаточно маленький. При 160 с лишним миллиардах рублей порядка 11 процентов – очень маленький.

В.Путин: Но он же не снизился?

С.Левченко: Снизился немного за прошлый год, но тут мы его держим для того, чтобы можно было варьировать.

В.Путин: Вы попали в программу поддержки регионального бюджета?

С.Левченко: Да, порядка 700 миллионов мы получаем за счёт того, что у нас снижается долг.

В.Путин: Понятно. Деньги получите?

С.Левченко: Да, конечно, не столько, сколько мы платим, тем не менее.

Лесной комплекс. Вы знаете, у нас он один из основных – у нас самая большая лесосека в России. Занимаем первое место по рубке древесины: свыше 34 миллионов кубических метров древесины в прошлом году мы срубили и обработали. И в два раза увеличили налоговые поступления по лесному комплексу: за два года с трёх до более пяти миллиардов рублей.

Про задолженность по заработной плате. Мы снизили в шесть раз – со 170 до 23 миллионов. При этом, конечно, мы по бюджету задолженностей не допускаем.

В.Путин: Это очень хорошо.

Как хоккей с мячом? Развивается?

С.Левченко: Мы регулярно в тройке призёров. У нас самая большая посещаемость из всех команд Российской Федерации.

В.Путин: Знаю.

С.Левченко: Конечно, выходить на первое место очень непросто, потому что летом, Вы знаете, особо не потренируешься, а зимой, особенно в этом году, три недели за 30, за 40 градусов, тоже особо…

В.Путин: …не побегаешь.

С.Левченко: Не побегаешь, да. Хотя болельщиков при любой погоде достаточно много, приходят. Поэтому мы немного рискнули, и в прошлом году я дал задание проектировщикам, чтобы они начали проектировать [крытый ледовый стадион].

Предпроектные проработки все сделали, организация – та, которая строит объекты в Красноярске. Они изготавливают из деревянных конструкций, изготавливают в Нижнем Новгороде; сама организация кемеровская, но она, наверное, практически единственная, которая у нас может так хорошо строить.

Мы запланировали вместе с международной федерацией в 2020 году провести чемпионат мира [по хоккею с мячом] у нас. Конечно, это «трудная» возможность, но, наверное, мы можем успеть, мы готовы софинансировать, если вы нам поможете.

В.Путин: Сколько?

С.Левченко: Шесть миллиардов.

В.Путин: Это должна быть федеральная часть или всего?

С.Левченко: Нет, это общая.

В.Путин: Поможем. Давайте это сделаем.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 19 февраля 2018 > № 2502705 Сергей Левченко


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 19 февраля 2018 > № 2502435 Андрей Мовчан

Куда приведут экономику России «20 шагов» Грудинина

Андрей Мовчан

Грудинин всерьез собрался восстановить в России СССР, но СССР 1990 года и без накопленных к 1990 году ресурсов. Страшный удар по стоимости рубля в сочетании с политикой изоляционизма, обвальный рост дефицита даже самых необходимых товаров, повсеместное формирование черных рынков, катастрофа покупательной способности населения не могут не привести к «восстанию» целого ряда регионов, новые лидеры которых будут не назначены, а избраны, а старые предпочтут действовать в интересах региона, не видя никакого централизованного выхода из кризиса

Пресса активно тиражирует костяк экономико-политической программы кандидата №2 на президентских выборах 18 марта – Павла Грудинина, так называемые «20 шагов». Документ этот составлен в лучших традициях экономического нонсенса и является смесью неправильно понятых идей вульгарного народничества второй половины XIX века, «сказаний о всеобщем счастье» из доктрин диктаторов Юго-Восточной Азии и популистских речей каудильос Латинской Америки.

Скорее всего, эти «20 шагов» всего лишь отписка номинального кандидата в президенты, чья задача – получить голоса ни в коем случае не более чем 5–10% общества, готовых поверить в кашу из терминов и популистских заявлений. Но возможно, «20 шагов» – это первый (пока неуклюжий) вариант левой программы для грядущего левого поворота российской внутренней политики и экономики (тогда программа Навального – это ее неуклюжий правый вариант).

Про левый поворот (то есть переход к эмиссионному стимулированию, завершению огосударствления экономики и введению масштабных экономических ограничений типа регулирования цен, блокирования движения капитала и внешней изоляции) как естественное следствие нынешнего режима «феодальной демократии» и завершающую фазу в процессе разрушения экономики и, скорее всего, государственности России я уже не раз писал – опасность такого поворота трудно переоценить, и потому придется мне описать наиболее вероятные последствия внедрения «20 шагов» в жизнь.

Для анализа я позволил себе изъять из текста «шагов» всю воду и лозунги, оставив только конкретику. Под каждым пунктом – комментарий со сценариями последствий, куда входят также результаты взаимного влияния всех указанных предложений.

1. Смена экономической стратегии. Проведем национализацию стратегически важных и системообразующих отраслей промышленности, электроэнергетики, железных дорог, систем связи, ведущих банков. Государство вернет себе монополию на производство и оптовую продажу этилового спирта.

Павел Грудинин опоздал – национализация уже активно идет. Тот факт, что в стране еще существует полторы сотни олигархов, номинально контролирующих те или иные отрасли, мало что значит – они полностью управляемы, а вся финансовая сфера и основная часть бизнеса уже принадлежат государству напрямую или через госкорпорации.

При этом государственные компании в России платят в бюджет в пересчете на рубль выручки меньше, чем частные – зря товарищ Грудинин надеется «вместо бюджета стагнации за счет национализации создать бюджет развития». Скорее наоборот – по общемировой статистике государственные предприятия имеют маржинальность почти на треть меньше частных, то есть завершение национализации унесет треть от 45% (доля прибыли в ВВП) от тех 30% ВВП, которые сегодня в России не имеют к государству отношения. Результатом будет сокращение ВВП примерно на 4,5%; сокращение доходов бюджета будет еще больше – около 10%.

Отдельный вопрос – как будет проведена национализация? Через конфискацию? Но как же тогда «справедливый суд» из следующих пунктов программы? Суд будет справедливым, но не для олигархов? А как быть с иностранными инвесторами, миноритарными акционерами, с владельцами более мелких национализируемых предприятий? Может быть, национализация будет проведена за деньги по рыночной стоимости? Тогда придется заплатить 6–8 годовых прибылей этих компаний – где взять эти средства и зачем, ведь в период президентства Грудинина такая покупка явно не окупится.

Более того, после национализации правительство встанет перед дилеммой – отбирать у госпредприятий больше, чтобы финансировать ползущий по швам бюджет, или, наоборот, давать им больше, чтобы стимулировать инвестиции и развитие. В Венесуэле решили больше отбирать, и спустя 12 лет добыча нефти упала в два раза, а общее производство в госсекторе – в три. В СССР решили больше давать и закончили тотальной архаизацией технологий и падением производительности (деньги вбухивались «ради плана»), перепроизводством ненужной, зато капиталоемкой продукции и тотальным дефицитом продукции, требующей конкурентоспособного качества и чувствительной к себестоимости.

Грудинин, судя по всему, предлагает делать и то и другое одновременно – в итоге с большой вероятностью мы получим недоинвестирование в развитие формирующих добавленную стоимость компаний (то есть снижение добычи нефти, газа, металлов, потерю конкурентности на рынке нефтехимии и прочее) на фоне бурного роста производства продукции, не имеющей естественного сбыта, потреблять которую российское общество придется заставлять, искусственно перекрывая каналы поставки более качественных и дешевых импортных товаров.

Мы вернемся в мир «Жигулей», телевизоров «Рекорд», холодильников «ЗиЛ» и джинсов «Рабочая одежда» – причем, поскольку инженерная, дизайнерская и научная школы даже в том жалком виде, в котором они были у нас 30 лет назад, сегодня прекратили свое существование, это будет именно мир «Жигулей», «Рекордов» и «Рабочей одежды» – без новых модификаций.

2. Восстановление экономического суверенитета России. Те триллионы рублей, что хранятся в банках и долговых обязательствах США, мы сделаем капиталовложениями в производство, науку и образование. Мы ограничим доступ иностранного спекулятивного капитала к российскому рынку. Откажемся от участия в ВТО, ведь за четыре года пребывания в этом экономическом карцере мы получили более триллиона рублей прямых убытков и пять триллионов – косвенных.

В этом пункте явно отсутствует понимание разницы между золотовалютными резервами (ЗВР) и деньгами в обращении, из-за чего возникает представление, что мы храним рубли в обязательствах США. ЗВР – это активы Банка России, под которые он выписывает свои внутренние обязательства, в частности так называемые рубли. Чтобы выписать столько рублей, сколько хочет Грудинин (и в 10 раз больше тоже), не надо трогать ЗВР.

Проблема будет не в объеме ЗВР, а в стоимости рублей после такой масштабной эмиссии. ЗВР начнут использоваться, когда ЦБ Грудинина (подконтрольный правительству, по его же плану) выпишет всем триллионы рублей, а «все», видя их обесценение, пойдут в ЦБ покупать доллары. Вот тогда ЗВР начнут стремительно сокращаться, а вместо них на счетах у компаний за границей и у граждан под подушками осядут доллары, да еще в страну приедет множество импортных стиральных машин – раз рублей много, что на них купить, кроме импорта?

Почему так будет? Потому что, очень грубо говоря, стоимость одного рубля равна отношению суммы всех имеющихся рублей к сумме всех имеющихся товаров, которые за них можно купить. Представьте себе, что напечатаны новые рубли и розданы людям и компаниям на рынке. Люди и компании понесли их в магазины. Магазины, увидев растущий спрос, подняли цены – количество товаров ведь не изменилось. Выросла инфляция, курс рубля пошел вниз, население пошло покупать доллары, магазины завезли импорт, который продается за эти лишние рубли.

Предположим, что за эти лишние рубли куплены доллары, на доллары – оборудование для производства очень важных товаров, на оборудовании будут производить эти товары, замещая импорт, – разве плохо? Плохо. На самом деле нехватка денег сегодня не мешает все это проделать – имеющихся рублей на счетах банков хватит на создание огромного масштаба производства.

Мешают этому счастью три важных фактора: 1) риски – все боятся это делать, национализация, эмиссия, суд «не для олигархов» и прочие «20 шагов» риски кардинально увеличивают; 2) отсутствие технологий и школы производства конкурентоспособного товара, эта проблема решается только масштабным приглашением иностранных бизнесов, но «20 шагов» предполагают иностранцев убрать; 3) проблемы себестоимости. У нас средние зарплаты выше, чем в Юго-Восточной Азии (и будут выше – трудовые ресурсы сокращаются, а бюрократия отъедает лучшие их части), бюрократические расходы больше, чем в большинстве стран мира, налоговая нагрузка тоже, география страны такая, что логистика стоит дорого, затраты энергии в силу отсталых коммунальных технологий выше, чем практически везде в мире.

Эти проблемы решаются стимулированием конкуренции, открытием рынка для иностранной рабочей силы, масштабным сокращением госперсонала, снижением налогов на труд и производство, логистическими проектами, которые идут вслед за бизнесом, а не за волей президента. Все эти идеи прямо противоречат «20 шагам».

Что будет в реальности? В реальности будет эпическая растрата ресурсов, которые уйдут жуликам, обещающим построить сказочные производства. В малом масштабе мы имеем это уже сегодня – от Олимпиады в пять раз дороже корейской и самых дорогих футбольных стадионов мира до мертворожденных бизнесов типа «Сибирского кремния» и прочих проектов ВЭБа, «Роснано» и компании. Выполним «20 шагов» – получим это в масштабе всей страны, на последние деньги.

Да, еще выход из ВТО. Комментарий к «триллиону убытков» я дать не могу, я даже не понимаю, как он рассчитан. При общем среднем уровне снижения таможенных пошлин на 10% от объема импорта потерять триллион означает ввезти в страну только этих товаров на 10 трлн рублей – это семь ВВП страны и 21 годовой объем импорта. Грудинин говорит о таких убытках за четыре года.

Вообще же выход из ВТО означал бы для нас две вещи: импортные товары дороже для граждан (значит, качество и объем потребления упадут), экспорт товаров затруднен (значит, приток валюты ниже). Да, государство, возможно, собирало бы таможенными пошлинами несколько больше (но не факт, что импорт сократился бы), но население точно стало бы беднее.

3. Кредитные ресурсы – на восстановление экономики. С этой целью снизим банковский процент. Пресечем дикий вывод капиталов за рубеж. Денежная система обеспечит предоставление долгосрочного дешевого кредита.

Конечно, государство может законодательно установить предел процентной ставки по кредитам. Напомню: в нормальной экономике есть конкуренция кредитных организаций, в результате которой ставка процента устанавливается на уровне, дающем этим организациям минимальную приемлемую маржу. В России конкуренция банков приняла экзотический характер – фактически конкурируют банки, принадлежащие одному хозяину, и потому процент может быть регулируемым. Но если он убыточен для банков, то кто будет покрывать убытки?

Грудинин, видимо, считает, что государство (тем, что у него останется после потерь на национализации и раздаче под горе-предприятия по предыдущим пунктам). Куда же пойдут эти дотации? В карманы посредникам. Дело в том, что предприятия-заемщики имеют свои уровни рентабельности, которые позволяют им взять кредит по ставке не выше определенной. При нерыночном снижении ставки кредита банки будут выдавать кредит по ставке ниже, чем готовы взять заемщики. Естественно, у банкиров и госчиновников появится желание забрать разницу себе – так уже происходит во всех сферах льготного финансирования в России.

Дотации уйдут на взятки за выдачу кредита. При этом не важно, сколько будет кредитных ресурсов: для банкира и чиновника любой выданный без взятки кредит будет потерянными деньгами, поэтому будут найдены сотни поводов для отказа. Изменит ли эта идея что-то в экономике? Да – увеличит уровень коррупции, еще истощит бюджет.

За рубеж у нас сегодня уходит немного – порядка 2% ВВП; вывозить капитал из страны при стабильном рубле и низких прибылях некому и незачем. Зато при выполнении предыдущих пунктов капитал рванется из страны – в основном через покупку долларов населением. Запретить вывоз – значит «запретить доллар»; часть населения будет обречена на потерю сбережений, часть – на участие в черном валютном рынке. Расстреливать валютчиков можно, но черный рынок от этого не исчезнет, а вывоз капитала только увеличится – будут покупать золото, вывозить физически за границу. Закрыть границу? Потеряем разово критическую массу образованных, талантливых и работоспособных людей, конечно, если граница закроется не за ночь.

4. Новая индустриализация, модернизация экономики и ее вывод на инновационные рельсы. Заняться активным развитием отраслей, которые обеспечивают технологический прогресс: микроэлектроники, биотехнологий, робототехники и станкостроения. Долю обрабатывающей промышленности мы доведем с нынешних 15–20% до 70–80%, как в передовых странах мира.

Непонятно, от чего отсчитывается доля «обрабатывающей промышленности». Если от ВВП, то в передовых странах она не выше 15%; 70–80% она не бывает нигде – даже в самых отсталых и безресурсных странах она не более 40%, там превалирует сельское хозяйство. Если же речь идет о доле в промышленности вообще, то возникает два вопроса: 1) на какие средства будет вестись это активное строительство (вспомните ситуацию с бюджетом) – неужели на эмиссионные рубли и кредиты за взятки? 2) что за продукцию мы будем производить, учитывая все вышеизложенные обстоятельства: риски, себестоимость, отсутствие конкурентного отбора, отсутствие школы разработки и прочее? Задумывался ли Грудинин, почему СССР, где все условия для такого развития были созданы как раз по его модели, отстал от Запада кардинально по всем параметрам и более всего – именно в указанных отраслях?

5. Обеспечение продовольственной безопасности России, преодоление ситуации, когда значительная часть продовольствия ввозится из-за рубежа. Программа устойчивого развития села. На эти цели мы направим не менее 10% бюджетных расходов. Мы вернем ГОСТы и введем уголовную ответственность за фальсификацию продуктов питания.

Россия является крупным производителем и экспортером продовольствия. Сельское хозяйство вносит крайне малый вклад в ВВП и становится прибыльным только в случае высочайшего уровня его эффективности, для достижения которого российскому сельскому хозяйству $20 млрд в год (10% бюджета сегодня на самом деле, благодаря предыдущим действиям бюджет сократится, так что правильнее сказать – $12–15 млрд) совершенно недостаточно.

Учитывая предлагаемую национализацию всего (в том числе земли), сложно ждать частных инвестиций в агрокомплекс, а государству просто не хватит средств. Это означает, что основная масса импортного продовольствия так и останется для нас более дешевой и качественной – в этих условиях производить более дорогой и менее качественный продукт будет безумием. Значит, будем жертвовать качеством, вернемся к ассортименту Советского Союза. Потеряв 10% бюджета страны, ее граждане снова будут выбирать между голландским и пошехонским, из пальмового масла, и то – к празднику или в заказе.

6. Наша историческая задача – обеспечить возрождение «провинциальной» России. Мы проведем выравнивание возможностей региональных бюджетов. Осуществим газификацию страны. Гарантируем поддержку малых городов, поселков и сельских поселений. Обеспечим возвращение в них школ, больниц и иной социальной инфраструктуры. Развернем бесплатное для граждан подведение газа, электричества, воды и канализации к частным домам в малых городах и селах.

Мы возвращаемся к вопросу: кто платит? За газификацию, судя по всему, «Газпром»? Значит, ему будет уготована судьба Венесуэльской нефтяной компании – убытки, потеря инвестиций, отказ от технологий и падение добычи. А за воду и канализацию?

Предлагается газифицировать жилища примерно 50 млн человек, 18 млн квартир и домов. Сегодня средняя стоимость газификации (очень условно) подходит к 100 тысячам рублей за квартиру. Это 1,8 трлн рублей, шесть годовых прибылей «Газпрома». И это только «последние мили», без магистральных газопроводов. Это 16% годового бюджета страны.

Предположим, что государство финансирует все три проекта – это значит, что в течение половины срока правления Грудинина бюджет сокращается еще на 16% (у нас, по приблизительным подсчетам, сокращение в эти годы и без этого перевалило за 20% впрямую и еще процентов десять – из-за вторичных причин, и это без капитальных затрат).

Но самое интересное не это. Самое интересное, что будут делать малые города, со всеми их больницами, школами (это, кстати, еще деньги, мы их не считали), водопроводами и газом? Чем зарабатывать? Частный бизнес мы убили национализацией и дотированием крупных игроков; госкомпании не делают мелкого бизнеса – они будут строить гигантов. Что, от двухсот моногородов мы перейдем к 10 тысячам, построив еще 9800 градообразующих предприятий по производству никому не нужной продукции? Создадим еще 9800 призраков, чью проблему придется решать следующему поколению? Не лучше ли дать частному бизнесу жить и наполнять города эффективными производствами и/или дотировать мобильность жителей умирающих городов, давая им возможность переселяться в более успешные районы?

7. Контроль над ценами на основные продукты и товары первой необходимости, на тарифы ЖКХ. Мы прекратим спекулятивный рост цен на жизненно необходимые товары и услуги. Снизим цены на лекарства и тарифы на все виды транспортных перевозок. Поборы за капитальный ремонт будут отменены. Тарифы ЖКХ не должны превышать 10% дохода семьи.

В этом предложении нет ничего удивительного – предыдущие пункты приведут к тотальному дефициту, высокой инфляции и разрушению системы снабжения. Придется начать регулировать цены. Качество отечественной продукции упадет в соответствии с ограничением цены; те товары, которые невозможно сделать дешевле и хуже, станут производить еще меньше, а разница между регулируемой ценой и рыночной пойдет в карман спекулянтам.

Импорт, цена на который будет тоже ограничена, будет завозиться только самим государством – в убыток; но на прилавках он не появится – спекулянты (и первыми будут чиновники) организуют массовый реэкспорт в страны с рыночным ценообразованием. Грудинин никогда не покупал женские сапоги в СССР и не читал про Венесуэлу?

8. Налоги – в интересах справедливости и развития. Подоходный налог на богачей вырастет, а для малоимущих будет отменен. Налоговая система станет стимулировать инвестиционную и инновационную деятельность предприятий. Будет ликвидирован налог на добавленную стоимость, удушающий нашу промышленность. Мы отменим транспортный налог и систему «Платон».

Проблема роста подоходного налога на богачей будет в отсутствии богачей. Новыми богатыми будут взяточники, налогов вовсе не платящие, и спекулянты, которые тоже не сдают деклараций. Так что можно считать, что бюджет потерял еще 20% своей консолидированной прибыли. Убираем НДС? Еще минус 22%. На этом фоне не жалко и транспортный налог – всего 1% бюджета. Вы спросите, как удалось из сокращенного уже примерно на 46% в реальном выражении бюджета убрать еще 43%? Я тоже хотел бы это спросить.

9. Восстановление гарантий на труд и восьмичасовой рабочий день, обеспечение людей работой и приличной зарплатой. Минимальная заработная плата составит 25–30 тысяч рублей. Выпускники государственных вузов получат гарантированное первое рабочее место. Будут запущены масштабные программы переобучения и повышения квалификации.

Про минимальную зарплату 25 тысяч рублей уже написаны тома. Но, кажется, Грудинину как раз не составит труда ее поднять до этого уровня – по итогам остальных его действий инфляция будет такой, что 25 тысяч рублей в реальном выражении будут ниже 10 тысяч сегодня. Что касается выпускников вузов, в России, по большому счету, нет проблемы их трудоустройства – 75–85% трудоустраивается и сегодня сразу после учебы, и можно предположить, что большинство из оставшихся либо не планировали трудоустраиваться, либо устроились в неформальный сектор.

10. Разрушение социальной сферы будет остановлено. Мы гарантируем бесплатность и качество среднего и высшего образования и медицинского обслуживания. Вернем ежегодную бесплатную диспансеризацию. Установим нормативы финансирования науки, образования и здравоохранения – не менее 7% ВВП для каждой отрасли. Государство возьмет на себя все расходы по лечению тяжелобольных людей, особенно детей. Физическая культура и спорт станут достоянием народа, важнейшим средством укрепления здоровья нации.

Сегодня высшее образование получают 22% выпускников школ (в США – 29%, Канаде – 21%). Более половины – платно. За деньги учатся около 2,7 млн студентов, в среднем уплачивая по $4000 в год. Это $10 млрд в год (600 млрд рублей, 2% бюджета страны, сумма, сравнимая со всем налогом на имущество организаций). Вы еще помните, что от бюджета осталось 29%? Так вот теперь их осталось 27%. Эти 27% пойдут на финансирование науки, образования и здравоохранения – при нашем бюджете примерно 35% ВВП 7% ВВП – это 20% бюджета, три раза по 7% ВВП – это 60% бюджета, и после выделения обещанных средств в бюджете остается минус 33%.

11. Материнство и детство получат всемерную поддержку. Мы восстановим систему дошкольного воспитания, гарантируем место для ребенка в детском саду и в группе продленного дня в школе. Реальностью станут развитие массового детского спорта, бесплатные кружки и творческие студии. Мы приравняем ежемесячное детское пособие к прожиточному минимуму ребенка. Выплата ежемесячного пособия увеличится с полутора до трех лет. Государство будет субсидировать производство детских товаров.

Но минус 33% – ерунда для настоящего коммуниста. Еще примерно 3% бюджета уйдет на предложения, указанные в этом пункте.

12. Гражданам – достойные пенсии. Мы незамедлительно примем закон о «детях войны». Сохраним нынешний возраст выхода на пенсию. Вернем индексацию пенсий работающим пенсионерам. Отменим понижающий коэффициент 0,54 для военных пенсионеров. Гарантируем среднюю пенсию по старости – не менее 50% средней зарплаты.

10% текущего бюджета составляют дотации Пенсионному фонду России (ПФР) от государства. С учетом национализации и прочих действий по сокращению доходов компаний можно предположить, что дотации составят без имплементации положений данного пункта примерно 12–13% «старого» консолидированного бюджета. Имплементация этих положений потребует увеличить расходы ПФР примерно на 40% или дотации на 80%, доведя их до 20% «старого» бюджета. Итог – дефицит бюджета уже 53% от «старой» величины, условно – 16 трлн рублей.

13. Мы защитим духовное здоровье нации. Возродим отечественную культуру. Окажем всестороннюю поддержку музеям, театрам, библиотекам.

Без комментариев – просто еще деньги.

14. Мы гарантируем массовое строительство качественного и доступного жилья. Введем обеспечение квартирами или домами молодых семей, ликвидацию ветхого и аварийного жилья. Развернем массовое строительство жилья по себестоимости и предоставление его семьям с детьми в рассрочку, без ростовщического процента. Ставки по ипотеке будут снижены до 3–4%. Многодетные и молодые семьи получат беспроцентный целевой заём на срок 30 лет. С уплотнительной застройкой будет покончено.

«Строительство по себестоимости» – это новый в экономике термин. А какое еще бывает строительство? Продажа по себестоимости – это другое дело. В реальности нет никакой проблемы в продаже по себестоимости – так же, как на сегодня нет большой разницы между себестоимостью строительства жилья в России и ценой продажи – рухнувший рынок оставляет девелоперам маржу на капитал меньше 10%, то есть, с учетом сроков строительства, в среднем около 3–4% годовых (при ставке по ОФЗ – 5–7%).

В стране на сегодня более 150 компаний-застройщиков находятся в стадии банкротства, а более 4 млн квадратных метров строящейся жилой площади заморожено или находится на грани замораживания – доходы строителей не дают им возможности работать дальше. Так что осталось национализировать всех застройщиков – и вот вам рынок по себестоимости (национализировать придется всех, потому что коммерческие застройщики хотят получать прибыль, а цены на рынке будут еще сбиты продажами по себестоимости). А вот доведение ставки по ипотеке до 3% (с нынешних 10,6%) требует от государства вложения 350 млрд рублей в год в субсидирование ставки дополнительно. Мелочь по сравнению с 16 трлн уже образовавшегося дефицита.

15. Обуздать жадность ростовщиков. Мы обеспечим долговую амнистию для жертв «микрофинансовых организаций». Поддержим валютных ипотечников. Будет введена уголовная ответственность за втягивание в кабальные сделки, запрет на коллекторскую деятельность и переуступку долговых обязательств граждан.

Вряд ли речь тут идет о компенсации государством микрофинансовым организациям их потерь от невозвратов кредитов. Скорее планируется просто освободить должников от обязанности платить. Разорить ростовщиков несложно; очевидно, после принятия обозначенных мер в стране больше не будет рынка потребительского кредитования.

Не будем вспоминать, что работу потеряют сотни тысяч сотрудников рынка, что обанкротятся банки, которые зарабатывали на кредитах и поддерживали другие операции за их счет. Но раз не будет рынка – не будет и потребления на кредиты. А это 2 трлн рублей в год, 2,5% ВВП. Потребление в 2017 году выросло на 0,5% только благодаря кредитному росту. Налоги составляют в цепочке потребления примерно 40% ВВП. Это значит, что мы еще теряем в налогах 1% ВВП, или 800 млрд рублей. Итого наш ежегодный дефицит бюджета уже 17 трлн рублей. С копейками.

16. Обеспечить защиту природы. Мы введем запрет как на приватизацию, так и на долгосрочную аренду лесных и водных угодий. Практика перевода лесов и парков в земли под строительство будет пресечена.

Интересно, что тогда будет переводиться под строительство – сельскохозяйственные земли, как это сделал сам Грудинин, отдав часть земель своего совхоза под строительство торговых гигантов? Но как тогда быть с продовольственной программой? Или будем строить на безлесных горах и в болотах? Но так или иначе, экономический эффект от этой идеи не слишком велик.

17. Гарантировать обороноспособность и безопасность страны, высокий научно-технический уровень оборонной промышленности. Существенно повысится боеготовность Вооруженных сил, престиж военной службы и правоохранительных органов.

Конкретика отсутствует, однако вряд ли попытка достичь указанных результатов потребует увеличения бюджета силовых структур меньше чем на 25% – это еще 1 трлн рублей плюс к бюджету; итого 18 трлн годового дефицита.

18. Справедливый суд будет на стороне закона, гражданина и общества, а не олигархата.

Жаль, что «олигархат» не состоит, видимо, из граждан страны и членов общества. К экономике отношения не имеет.

19. Восстановление системы народовластия и народного представительства.

Стоимость проведения более частых выборов и референдумов невелика – примерно 15–20 млрд рублей на раз; на экономику этот целиком состоящий из лозунгов пункт прямо не влияет.

20. Повышение качества государственного управления. Мы поднимем ответственность президента за формирование кабинета министров и ответственность правительства за свои действия. Утверждение состава правительства будет происходить в Государственной думе. Кандидатуры на все министерские посты будут публично обосновываться президентом. Центральный банк заработает как подконтрольный и подотчетный орган госвласти, мотивированный на промышленное развитие. Счетная палата станет высшим и подлинно независимым контрольным органом. Пресечение коррупции не на словах, а на деле даст и экономический, и морально-политический эффект.

Катастрофа, результатом которой будет 18 трлн рублей дефицита бюджета уже в первый год реализации «20 шагов» (это, напомню, 60% всего консолидированного бюджета на сегодня, сумма $330 млрд, то есть 70% ЗВР, три бюджета ПФР, 22% ВВП – размер, невиданный для стран, не находящихся в состоянии коллапса), будет дополнена катастрофой управления.

Зависимый ЦБ превратится из регулирующего органа в орган, печатающий деньги, а Россия с таким ЦБ – из Венесуэлы, построенной за счет предыдущих 19 пунктов, в Зимбабве. Поскольку экономическое выживание в России будет теперь напрямую зависеть от нахождения при и во власти, утверждение состава правительства в Думе превратится в битву государственных лоббистов за финансирование. Совершенно при этом непонятно, как Счетная палата станет независимым органом, если ее руководство и руководство правительства будут утверждаться одним порядком.

Но все это будет уже не важно. Грудинин всерьез собрался восстановить СССР в России – но СССР 1990 года и без накопленных к 1990 году ресурсов. Страшный удар по стоимости рубля в сочетании с политикой изоляционизма, обвальный рост дефицита даже самых необходимых товаров, повсеместное формирование черных рынков, катастрофа покупательной способности населения не могут не привести к «восстанию» целого ряда регионов, новые лидеры которых будут не назначены, а избраны, а старые предпочтут действовать в интересах региона, не видя никакого централизованного выхода из кризиса.

В 1990 году Россию от распада и крови удержали общий вектор обещанных преобразований, провозглашаемое властью будущее, соответствующее идее мирного развития и интеграции в гуманистический внешний мир, и болезненные рыночные реформы. В первый год правления Грудинина вектор будет ровно противоположным, а уровень агрессии, накопленный в обществе, и его настрой на силовое решение проблем, скорее всего, приведут к взрыву и распаду страны, возможно – к гражданской войне (на нескольких фронтах или глобально), голоду и малопредсказуемой ситуации на границах и в отношениях с соседями, Китаем и Западом, которые не смогут стоять в стороне от кризиса в ядерной державе.

Кто-то полагает, что ужасный конец лучше, чем ужас без конца – но применительно к вышеописанному, думаю, это не так.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 19 февраля 2018 > № 2502435 Андрей Мовчан


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 17 февраля 2018 > № 2500657 Сергей Катырин

«Несправедливо, когда все налоги стекаются в две столицы»

Интервью с главой Торгово-промышленной палаты Сергеем Катыриным

Наталия Еремина

От нового правительства бизнес ждет принятия решения о снижении фискальной нагрузки. Как рассказал в интервью «Газете.Ru» глава ТПП Сергей Катырин, на встрече с главой правительства во время инвестиционного форума в Сочи обсуждались вопросы налогообложения покупок в зарубежных интернет-магазинах, а также изменения валютного контроля.

— Сергей Николаевич, весной будут приняты новые налоговые новации. Однако, как выразился на одной из панелей на инвестиционном форуме в Сочи глава РСПП Александр Шохин, эта тема буквально «табуирована». Вас не смущает, что новации будут уже весной, а чиновники их открыто не обсуждают?

— Мне кажется, дискуссия пока что не в публичной плоскости по одной простой причине: скорее всего, все новации будут прорабатываться после выборов президента. И я полагаю, что это будет правильно, потому что будет формироваться новое правительство. И было бы справедливо, чтобы прорабатывало, конечно, эти новации новое правительство.

Считаю, что в любом случае без дискуссии с бизнесом это не обойдется, наверняка, все это будет вынесено в публичную плоскость. На предварительном этапе такая дискуссия была. Нашу точку зрения спрашивали, интересовались, чего мы хотим — увеличения или уменьшения НДС и налога на прибыль. Есть много разных вариаций. Каждое объединение предпринимателей высказало уже свою точку зрения. Сейчас дискуссия прекратилась.

— На чем настаивает ТПП?

— Самое главное не повышать фискальную нагрузку на бизнес. И в данном случае мы говорим не только о налогах. Мы говорим о неналоговых платежах, которые выросли неимоверно — и по количеству этих платежей, и по сумме этих платежей. По нашим оценкам, в прошлом году где-то порядка одного триллиона рублей бизнес заплатил по неналоговым платежам. И, если мы не наведем порядок в этом, то, конечно, это будет беда для бизнеса.

Также должен быть принят закон о неналоговых платежах. Именно закон, а не новая глава в Налоговом кодексе. Потому что, если это глава, то, значит, тогда все, что прописано, все репрессивные меры, которые есть в Налоговом кодексе, они перейдут и на неналоговые платежи. То есть это уголовные дела, арест счетов, пени, штрафы и так далее. И мы считаем, что это будет несправедливо, потому что неналоговые платежи — это все-таки не налоги. Не все платежи идут в государственную казну.

Закон уже практически полностью готов. Сейчас только одна развилка — это спор о том, будет это закон или глава в Налоговом кодексе.

В правительстве тоже мнения разные. Есть те, кто поддерживает, что это будет закон, а есть и те, кто считает, что надо прописать в Налоговом кодексе. Это дискуссия была и вчера в ходе встречи с председателем правительства Дмитрием Медведевым. Мне показалось, что председатель правительства понимает тему неналоговых платежей. Он однозначно согласен с тем, что ее надо отрегулировать, но как это сделать, еще не решили. По крайней мере, Дмитрий Медведев какую-то одну точку зрения вчера не занимал.

— А чем еще удалось поговорить бизнесу в ходе встречи с главой правительства в Сочи?

— Были предложения обнулить НДС для авиационных перевозок для того, чтобы стимулировать туристическую отрасль. Сошлись на том, что если и делать какие-то поблажки с точки зрения НДС для авиаперевозок, то все-таки дифференцированно, не по всем перевозкам по стране. Может быть, по разным направлениям.

Поднимался также вопрос «анахронизма» валютно-экспортного контроля, который надо менять. И с этим тоже согласно правительство. Минфин поддержал, что, действительно, сейчас используются устаревшие меры, которые мешают жить и работать.

Также мы говорили по поводу интернет-торговли.

Наши площадки интернет-торговли находятся в невыгодном положении в своей собственной стране по отношению к зарубежным, которые не платят ни НДС, ни сертификацией не занимаются, ни контрольно-кассовую технику не должны содержать, и много чего, что наш бизнес должен, а они нет.

Поэтому процентов на 30 у нас получается все дороже, и все утекает на зарубежные площадки. К 2020 году оборот интернет-торговли будет 3,2 триллиона рублей, а доля зарубежных площадок достигнет около 50%. То есть у нас триллион с лишним ничего не будет в казну приносить. Проблема еще и в том, что при прочих равных, если есть товар наш и товар зарубежный, то с нашей электронной площадки купят зарубежных товар, потому что он дешевле.

— Дискуссия эта давно тянется, до чего-то конкретного договорились?

— Мы договорились, что мы поработаем над темой взимания НДС. Уже сейчас, по словам главы правительства, в работу запустили тему согласования снижения стоимости этих покупок с нашими партнерами по единому евразийскому пространству. Сейчас не облагается налогом покупка на одну тысячу долларов весом до 31-го килограмма. При этом сегодня в интернет-продажах около 99% всех покупок совершается до одной тысячи рублей. Если изменить норму, то очевидно, что этот сегмент будет сокращаться.

— Сейчас обсуждаются различные инициативы по возврату капитала в Россию. Это второй этап налоговой амнистии и спецбонды Минфина и список опальных бизнесменов-возвращенцев. Как вы к ним относитесь? Много ли капитала бизнесмены вернут в Россию?

— Многие средства бизнесмены уже вернули в страну, это можно видеть по возросшим вкладам и счетам в российских банках. Однако тема эта немного закрытая, и я не могу судить о ее масштабах. Те бизнесмены, которые в списке бизнес-омбудсмена, видимо, решили позаботиться о своем капитале. Вряд ли будет возвращен большой объем средств и вряд ли это кардинально повлияет на экономику.

— Скажите, а система автоматического обмена данными между различными государствами, в которой будет участвовать с этого года и Россия, она поможет амнистии? Сейчас нам готовы предоставлять информацию только 73 юрисдикции, как вы считаете, будет ли расти их число? Например, за счет офшоров?

— Безусловно, эта новая амнистия сработает. Договариваться в рамках системы автоматического обмена данными мы будем с новыми юрисдикциями, и их число увеличиться, уверен. Не думаю, что в интересах каких-то юрисдикций прослыть такой «черной дырой», которая прячет информацию от всех. Ну, и вряд ли кто-то будет персонально России не давать информацию, а другим партнерам предоставлять ее.

Но надо понимать, что некоторым юрисдикциям, чтобы открыться, может быть, нужно время.

Скорее всего, им хотелось бы разойтись с клиентами так, чтобы сохранить нормальные партнерские отношения. Для этого, видимо, нужно время, чтобы и клиент, что называется, созрел и решил, как он будет действовать дальше, вот в этих условиях, когда информацию откроют.

— На форуме также обсуждался вопрос, как решать проблему с консолидированными группами налогоплательщиков (механизм КГН дает возможность компаниям объединять прибыли и убытки и платить налог с общего финансового результата, после чего он распределяется между регионами, в которых базируются компании). Счетная палата недавно опубликовала результаты анализа эффективности механизма КГН. Оказалось, что если в 2016 году КГН заплатили в консолидированный бюджет 298 млрд руб. налога на прибыль, что в два раза меньше, чем эти же компании перечислили в 2011 году. Что с ними делать, на ваш взгляд?

— Я полагаю, что, несомненно, надо будет думать над тем, как его правильно выстраивать. Вы понимаете, мне кажется, не очень справедливо, когда все налоги стекаются в две столицы. Региональные власти лечат, учат, перевозят и все остальное делают с населением, которое работает на этих предприятиях, а налоги концентрируются где-то в другом месте. Мне кажется, это не совсем правильный подход. И все-таки более справедливо было бы, чтобы часть этих налогов оставалась у тех, кто работает с этим населением, и где находится само предприятие.

— Другая обсуждаемая в Сочи инициатива — дать возможность регионам взимать туристический сбор. Как вы к этому относитесь?

— Если это будут «меченые деньги» то, в принципе, можно пойти на этот шаг. А если это будут обезличенные деньги, то я думаю, что это может больше негатива принести, чем позитива. «Меченые» — я имею в виду, что в отношении их будет уверенность, что они будут потрачены на туристский, так сказать, санитарно-санаторный кластер. Тогда, может быть, есть смысл эти деньги собирать. Чтобы каждый понимал, что сегодня рубль, пять, десять заплатил, а на следующий год приедем — тот же санаторий лучше станет и, может, новые услуги появятся. А если это вообще просто в доход субъекта, то какой смысл?

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 17 февраля 2018 > № 2500657 Сергей Катырин


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > akm.ru, 16 февраля 2018 > № 2499688

Объём инвестиций в Москву за последние семь лет в сопоставимых цифрах вырос на 70%, заявил мэр города Сергей Собянин в интервью телеканалу "Россия 24" на Российском инвестиционном форуме в Сочи.

"Было порядка 800 млрд руб., а сейчас почти 2 трлн. И это большой скачок. Именно это является драйвером московской экономики и делает нас уверенными, что мы идем по правильному пути и что за счёт этого мы выполняем и социальные обязательства, и наполняем бюджет, и видим перспективу", - отметил он.

Секрет роста инвестиций заключается в том, что город сам вкладывает деньги. "Мы вкладываем в МЦК, в метро, дороги, инженерную инфраструктуру".

Например, после открытия Московского центрального кольца инвесторы начали интересоваться территориями, расположенными поблизости. Там открываются технопарки, новые предприятия, строится жилье.

Ещё одним способом привлечения средств Мэр Москвы назвал благоустройство: "Создано уникальное пространство пешеходное, общественное пространство, в котором происходит активная городская жизнь, за счёт этого количество туристов выросло с 14 млн человек до 21 млн. И за счёт этой разницы мы окупили все инвестиции в благоустройство, ярмарки и так далее".

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > akm.ru, 16 февраля 2018 > № 2499688


Украина > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 16 февраля 2018 > № 2499654

МВФ в шоке: как забрать у Украины те деньги, которые она должна? Обзор

ИА REGNUM представляет обзор важнейших событий в экономике Украины с 9 по 16 февраля

Приватизация

Многострадальный закон о т.н. большой приватизации на Украине по состоянию на середину февраля остаётся не вступившим в силу. Последняя динамика — он был подписан спикером Верховной рады Украины Андреем Парубием, после чего был отправлен на подписание президенту Петру Порошенко.

Хотя действующего закона ещё нет, предприятия постепенно проходят предпродажную подготовку. Так, и.о. главы Фонда госимущества Украины Виталий Трубаров сообщил, что польский филиал компании Ernst & Young объявлен советником для подготовки к приватизации компании «Центрэнерго» (генерирующая компания, в управлении которой находится три угольных ТЭС установленной мощностью порядка 7600 МВт).

Также на продажу готовятся выставить ТЭЦ в Херсоне. Стоимость копеечная — 75,7 млн грн. (менее 3 млн долл.). Что, впрочем, может объясняться условиями приватизационного соглашения: ФГИ потребует от собственника провести модернизацию оборудования в течение пяти лет после покупки.

ТЭЦ. Украина

Руководитель миссии МВФ на Украине Рон ван Роден считает приватизацию важным инструментом для борьбы с коррупцией. Об этом он заявил во время встречи с руководством Верховной рады 15 февраля.

«Именно сейчас время начинать продавать государственные предприятия, что улучшит ситуацию с экономикой и с коррупцией», — заявил Роден.

Ранее Фонд оценил потери Украины от коррупции в 2% внутреннего валового продукта (ВВП).

Валюта

Гривна продолжает укрепляться так же стремительно, как до того падала. По состоянию на 15 февраля доллар стоил 26,65 грн. (-0,46 грн. с 8 февраля), евро — 32,91 грн. (-0,55 грн.). Российский рубль откатился до 0,462 грн. (-0,014).

Межбанковский курс пока не успел догнать курс НБУ: 26,79−26,83 грн./долл. (-0,4 грн.). А вот на чёрном рынке в такой сильный откат пока не верят и держат курс выше: 27,02−27,12 грн. (-0,28 грн.).

Начальник управления дилинговых операций «Райффайзен банка Аваль» Юрий Гриненко поясняет, почему доллар никак не прекратит дешеветь:

«[Импортёры] боятся переплатить. Те, у кого контракты терпят, как могут откладывают покупку валюты, чтобы взять ее максимально дёшево. Ведь курс падает не первый день, и понятно, что продолжит скатываться, когда экспортёры развернут продажи под бюджетные платежи».

Ещё одна причина — в конце этой недели бизнес платит квартальные налоги, для чего бизнесменам необходимы крупные объёмы гривны. Соответственно экспортёры активно распродают свои запасы валюты, импортёры также не конвертируют свободную наличность в валюту — всё уходит на бюджетные платежи.

Впрочем, Гриненко уверен, что ниже 26,5 грн./долл. курс опуститься на должен, ведь потребность в валюте никуда не девается:

«Отложенный спрос ждет своего курса. Думаю, максимальный объем покупок увидим ближе к отметке 26,5 грн./долл. Активнее всего на ней будут скупаться нефтетрейдеры и, возможно, автодилеры, которые могут захотеть завезти авто по более выгодным курсам и устраивать потом акции для водителей».

Как указывает экономист Виктор Скаршевский, в этом году кроме традиционных сезонных колебаний (мировые циклы колебаний цен на сырье, цикличность сельского хозяйства, отопительный сезон и т. п.) на курс гривны оказывают влияние дополнительные обстоятельства. Так, после резкого повышения учётной ставки НБУ до 16% нерезиденты начали активно сдавать валюту для покупки гривневых ОВГЗ.

Украинские гривны

Аналитик указывает, что Нацбанк, пытаясь сдержать высокой учётной ставкой инфляцию, создал почти идеальные условия для притока спекулятивного капитала. А намерение НБУ укреплять ставку и дальше только улучшит их. Ведь привязка ОВГЗ к валютному курсу позволяет покупателям облигаций рассчитывать на твёрдый и высокий доход — 16−22% годовых. Тогда как доходность в развитых странах не превышает 3%. Причём, пишет экономист, не следует обманываться укреплением курса сегодня, поскольку за него придётся заплатить в конце года. Ведь чем больше в рынок ОВГЗ вольется спекулятивного капитала, тем больше будет отток — когда спекулянты в едином порыве бросятся конвертировать полученный доход в доллары и евро и выводить прибыль.

Вторая группа рисков связана с глобальными рынками. Скаршевский прогнозирует, что на падение индекса Dow Jones власти США отреагируют повышением учётной ставки, т. е. бросятся укреплять доллар. А укрепление доллара обычно приводит к падению цен на сырьевые товары, составляющие основу украинского экспорта, — зерно и металл. Вернее, даже больше металл, поскольку в 2017 году цены на него и ЖРС были максимальными за последние 3−5 лет. А Всемирный банк ещё в начале года прогнозировал падение цен на сырьевые товары на 5−7% со второй половины 2018 года (ещё до паники на бирже). Учитывая, что сырьевые товары генерируют около 70% валютной выручки Украины, радоваться сегодняшнему укреплению гривны совершенно незачем.

Третий фактор отложенной девальвации — выплаты по внешнему и внутреннему государственному долгу (7,4 млрд долл, т. е. почти вдвое больше, чем в 2017-м).

МВФ

В последнее время МВФ настоятельно требует от Украины принять закон об антикоррупционном суде. Активно это требование начало звучать примерно весной прошлого года, до этого более актуальными были иные вопросы. И похоже, что с антикоррупционным судом повторится та же история, что и с другими законопроектами, которые принимали под диктовку МВФ: Украина соглашается, разрабатывает, голосует — оказывается, что не то.

По крайней мере представитель МВФ на Украине Йоста Люнгман в эфире телеканала «Громадське-TV» заявил, что понимание антикоррупционного суда, отражённое в президентском законопроекте, не соответствует видению МВФ:

«Что является действительно определяющим — это необходимость создать независимый антикоррупционный суд, набрать независимых судей с безупречной репутацией, запустить работу этого суда без задержек».

Старший научный сотрудник аналитического центра Atlantic Council Андерс Аслунд рассказывает о влиянии законопроекта на отношения Украины и МВФ несколько подробнее.

«Президент Порошенко потерял уважение западных коллег из-за законопроекта об антикоррупционном суде, поданного 22 декабря. Его содержание вряд ли предполагает создание суда независимого и компетентного, на что указала и Венецианская комиссия. Кроме того, подать его почти в канун католического Рождества тоже не очень честно — выглядит так, будто это сделано, чтобы законопроект не читали и не заметили», — пояснил он в интервью изданию «Новое время».

Кстати, во время вышеупомянутой встречи руководителя миссии МВФ Рона ван Родена с Андреем Парубием представитель Фонда напомнил, что создание Антикоррупционного суда желательно завершить до начала «большой приватизации», ведь активность потенциальных инвесторов от этого прямо зависит.

На запрос украинских журналистов в МВФ уточнили, что миссия Фонда, посетившая Украину 12−16 февраля, не являлась оценочной. Т. е. по итогам её визита Фонд не будет принимать решения о том, давать или не давать Украине новый транш. И когда на Украину пришлют именно оценочную миссию — в МВФ сказать не готовы. Что же касается сотрудников Фонда, посетивших Киев в середине февраля, то они приезжали для обсуждения ряда технических вопросов с украинской властью — в частности, касающихся всё того же антикоррупционного закона.

«Эксперты валютного фонда находятся в Украине для того, чтобы сделать аудит в экономике, но главное их задание — найти механизм, как забрать те деньги, которые мы им должны. Я думаю, что они будут над этим работать», — утверждает бывший премьер-министр Украины Валерий Пустовойтенко в эфире телеканала NewsOne.

Даже жаль, что адекватная оценка происходящего к украинским политикам приходит только в отставке.

Бывший генпрокурор Святослав Пискун в эфире того же канала и вовсе настроен поставить вопрос о… списании долгов Украины перед МВФ:

«Я очень хочу добиться от МВФ, чтобы они нам простили наши долги. Как они простили Греции, Болгарии, Испании, Польше. Почему они нам не прощают? Чем мы хуже других? Почему им все посписывали, дали возможность возродить экономику, и их люди нормально живут, а мы все время живем с этой удавкой? Они что, не понимают, что нам по двойной заплатить нечем? Понимают! Но все равно подписывают нам условия, от которых мы должны сдохнуть».

Правда, рецепт того, как добиться этого списания, экс-генпрокурор дал какой-то странный:

«Нужно прийти и сказать, что у нас заработала экономика, мы даем рост 6% [более чем в два раза меньше — Ред], у нас занятость населения повысится на 10%. Спишите нам 10 млрд, а мы дадим рост 15%».

В результате глава стратегической группы советников премьер-министра Владимира ГройсманаИван Миклош вынужден признать очевидное:

«Мы уже сегодня знаем, что Украина не получит все транши, которые планировались. В марте 2019 года программа заканчивается».

А поскольку перед выборами вряд ли стоит надеяться на получение новых траншей, текущая программа сотрудничества будет выполнена примерно наполовину от запланированного объёма финансирования.

Напомним, последний транш в размере 1 млрд долл. Украина получила от МВФ ещё в начале апреля 2017 года, к тому же тогда Фонд фактически дал Украине денег для того, чтобы Украина могла вернуть более ранний кредит. К тому же 2017 год стал первым с момента возобновления активного сотрудничества Украины с МВФ в 2014 году, когда Украина вернула Фонду больше, чем получила (1,2 и 1 млрд долл. соответственно), в этом же году Киев должен вернуть гораздо больше — 7−8 млрд долларов.

Топливо

Как мы и предполагали, укрепление гривны к середине февраля наконец-то докатилось до топливного рынка. По состоянию на 15 февраля за литр А-95 автомобилисты Украины платили в среднем 30,17 грн. (-0,2 грн. в сравнении с 7 февраля, +1,76 грн. с начала года), за литр А-92 — 29,43 грн. (+0,19 грн., +1,76 грн. с начала года). Дизтопливо — 27,99 грн./л (-0,22 грн., +1,78 грн. с начала года). А вот на СПБТ укрепление гривны пока не сказалось. Даже наоборот — пропан-бутановая смесь с прошлой недели подорожала на 0,02 грн., до 13,35 грн./л.

Директор консалтинговой группы «А-95» Сергей Куюн выразил мнение, что к концу второй декады декабря розничная стоимость нефтепродуктов может снизиться на 0,5−0,7 грн./л. Учитывая, что в среднем на 0,2 грн./л цены уже снизились, к следующей неделе можно ожидать коррекции цен ещё на 0,2−0,5 грн./л.

Снижению цен в рознице могло посодействовать и правительство. Так, премьер-министр Украины Владимир Гройсман, раздосадованный вопросами журналистов на тему «почему при росте курса доллара топливо сразу дорожает, а после укрепления гривны не дешевеет», пригрозил сетям АЗС карами:

«Если нужно, я буду встречаться со всеми игроками на рынке нефтепродуктов. Никто не говорит, что надо работать в убыток — они частные компании, но мы должны донести им чёткую позицию, что сверхприбыли в этой сфере быть не должно, что они должны, если есть условия для понижения цены, это сделать… Я поручил ГФС проанализировать каждый контракт, каждую декларацию на злоупотребления. Если найдем хоть одну гривну злоупотребления — будем наказывать беспощадно».

В январе 2018 года Украина импортировала 570,7 тыс. тонн нефтепродуктов на сумму 344 млн долл. 42,43% этого топлива (в стоимостном выражении) приходятся на поставки из Республики Белоруссия, 38,06% — из РФ, 10,76% — из Литвы и 8,74% — из других стран. Из-за увеличения стоимости нефти на импорт топлива пришлось потратить на 22% больше, чем в прошлом году.

Примерно 9% от импорта нефтепродуктов (52 из 570 тыс. тонн) прибыло на Украину морем, что на 16% больше, чем в январе 2017 года.

Разное

Госстат Украины сообщил, что в январе розничные цены на товары выросли сразу на 1,5%. Если Украина продолжит такими темпами, то назначенные Нацбанком 9% будут достигнуты уже к концу июня. К слову, в прогнозах НБУ наметилась некая двойственность. С одной стороны, его представители соглашаются с тем, что и в 2018 году инфляция на Украине будет оставаться высокой. С другой же — не спешат пересматривать прогноз.

«Фактическая инфляция [в январе] была несколько выше траектории прогноза, опубликованного в «Инфляционном отчете» за январь 2018 года, в связи с более быстрыми, по сравнению с ожиданиями, темпами роста цен на сырые продукты и топливо… Это стало результатом действия ряда факторов. Во-первых, дальнейшего роста заработных плат (в т.ч. из-за очередного увеличения минимальной зарплаты с начала 2018-го на 16,3%). Во-вторых, ослабления гривни в предыдущие несколько месяцев. В-третьих, значительных темпов роста потребительского спроса, о чем свидетельствовало стремительное увеличение розничного товарооборота в декабре 2017 года (на 16,1%). В-четвертых, из-за начала нового бюджетного года, что часто сопровождается пересмотром ценовой политики», — так объяснили в НБУ бурное начало года в экономике, а также то, что годовой прогноз остался без изменений.

Украина за год сумела улучшить своё положение в топ-10 самых несчастных государств мира, однако осталась его фигурантом, сообщает Bloomberg. В 2018 году Украина сумела подняться с 5-го на 7-ое место. Показатель «несчастья» — интегральный и рассчитывается исходя из данных об инфляции и безработице.

Важный для украинской экономики показатель — индекс борщевого набора — за год вырос втрое, сообщает «АПК-Информ: овощи и фрукты». В частности, морковь стоит в 2−2,2 раза дороже, чем в феврале 2017-го, свекла — в 3,7 раза дороже.

Госстат подсчитал, что экспорт Украины в ЕС в 2017 году достиг 17,5 млрд долл., т. е. превысил результат 2013 года (16,5 млрд долл). Также, по оперативной оценке Госстата, ВВП Украины в 2017 году вырос на 2,2%. Впрочем в Госстате признали, что в IV квартале рост экономики замедлился до 1,8%, против 2,1% в III.

Несмотря на обнадёживающие результаты торговли с ЕС, негативное сальдо внешней торговли (товары и услуги) выросло до 2,6 млрд долл. (2,08 млрд долл. в 2016-м).

По состоянию на 14 февраля Украина отправила на экспорт более 25 млн тонн зерновых (с начала 2017/2018 маркетингового года), из которых 12,6 млн тонн — пшеница, 8,5 млн тонн — кукуруза, 4 млн тонн — ячмень. В министерстве аграрной политики и продовольствия, чья пресс-служба оповестила прессу об этой статистике, не уточнили, на сколько этот результат больше или меньше, чем в 2016/2017 м. г. Однако отметили, что их прогноз по экспорту на год — 41 млн тонн, тогда как в 2016/2017 м. г. удалось экспортировать 43,9 млн тонн.

Экономисты Леандро Медина из африканского департамента МВФ и Фридрих Шнейдер из Университета Кеплера (Линц) в своём совместном докладе оценили размер теневого сектора украинской экономики в 44,8% ВВП. Стоит отметить, что в докладе проанализирована экономическая статистика лишь до 2015 года включительно, т. е. 44,8%, о которых говорится в докладе, — это оценка двухлетней давности. Напомним, год назад Ассоциация дипломированных сертифицированных бухгалтеров оценивала теневую экономику Украины в 45,16% ВВП.

Отметим также, что в министерстве экономического развития не соглашаются с такой оценкой МВФ, наставивая на собственной методике. Согласно исследованию МЭРТ (на сегодня есть данные только за январь — сентябрь 2017 года) теневой сектор экономики на Украине составляет 33%, что на 3% меньше, чем за аналогичный период 2016 года.

Андрей Стеценко

Украина > Госбюджет, налоги, цены > regnum.ru, 16 февраля 2018 > № 2499654


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева телеканалу «Россия 24».

Председатель Правительства ответил на вопросы телеведущей Марии Бондаревой.

Из стенограммы:

М.Бондарева: Дмитрий Анатольевич, приветствую Вас здесь, в нашей студии. Спасибо, что пришли.

Д.Медведев: Добрый день.

М.Бондарева: Первый вопрос, естественно, связан с Вашим только что закончившимся выступлением. Там получилась полемика между органами федеральной власти, региональной власти и бизнесом. На Ваш взгляд, в чём суть полемики?

Д.Медведев: Такие форумы и такая пленарная дискуссия, которая была, – я вижу их смысл именно в том, что различные слои нашего общества (это и бизнес, и эксперты, и представители власти) могут свободно обмениваться мнениями по самым актуальным вопросам. И поэтому инвестиционный форум, который проходит в Сочи, регулярно проходит, каждый год, с участием практически всех регионов нашей страны, – тоже затрагивает самые актуальные темы. Это было и сегодня. Там звучали разные предложения…

М.Бондарева: Очень жаркие иногда дискуссии.

Д.Медведев: Это нормально, иначе было бы скучно. Знаете, самое страшное, когда на таких мероприятиях хочется спать. А сегодня аудитория была достаточно активна, было подчас даже весело…

М.Бондарева: Чехова цитировали.

Д.Медведев: Чехова я цитировал, это мой любимый писатель. Есть целый ряд идей – и в этом, мне кажется, ценность форума, – которые, например, родились на прошлом форуме, а в этом году уже начали действовать как реально отработанные проекты. Я в своём выступлении сказал о том, что создана фабрика проектного финансирования, а идея впервые прозвучала год назад на этом же сочинском форуме. В результате подготовлена нормативная база, правила выдачи специальных субсидий, для того чтобы в дальнейшем направлять их на подобного рода крупные проекты. И сегодня же наши крупнейшие банки подписали соглашение о софинансировании, об участии в фабрике этих проектов. Соглашение подписали Внешэкономбанк, Газпромбанк, ВТБ и Сбербанк, а это наши крупнейшие финансовые институты. Это означает, что фабрика проектного финансирования состоялась. Деньги будут идти в развитие наиболее важных проектов в сфере промышленности, сельского хозяйства, которые будут проходить необходимый отбор и финансироваться на приемлемых условиях.

Если говорить о каких-то других – актуальных, но в то же время не до конца согласованных вопросах… Я только что заходил на круглый стол, там идёт жаркая дискуссия по поводу так называемой инфраструктурной ипотеки.

М.Бондарева: Мы с Антоном Германовичем Силуановым тоже затрагивали такой новый институт. Очень интересно было бы понять, что он собой представляет.

Д.Медведев: Инфраструктурная ипотека – это возможность получить деньги на разумных условиях, то есть по достаточно низкой ставке на продолжительный срок для развития инфраструктуры нашей страны.

Я, выступая там, сказал одну вещь, хочу её повторить. Вопрос инфраструктуры для России – это вопрос, по сути, сохранения единого государства. Какое-то маленькое государство в сердце Европы может особенно и не заниматься инфраструктурой: всё равно там всё само по себе будет развиваться. А мы должны вкладывать в инфраструктуру огромные деньги – миллиарды, триллионы, по сути, рублей – и в железную дорогу, и в автодороги, и, естественно, в развитие аэропортового хозяйства, и в закупку самолётов. Для всего этого необходимо создать инфраструктурную ипотеку.

Идут дискуссии. Скажу прямо, Минфин и Минэкономразвития дебатируют этот вопрос. Подводя итоги этого круглого стола, я им сказал, чтобы они в течение недели договорились.

М.Бондарева: Мне так показалось, что Вы результат озвучили, что всё-таки этому институту быть.

Д.Медведев: Да, конечно. Я им сказал, что в недельный срок они должны внести окончательные варианты постановления Правительства и других нормативных актов по этому вопросу.

М.Бондарева: Вы сами как сейчас оцениваете инфраструктуру в России?

Д.Медведев: Вопрос в точке отсчёта. Я уже достаточно давно наблюдаю за тем, как живёт наша инфраструктура. Я помню советскую инфраструктуру, раннюю постсоветскую инфраструктуру. Сейчас инфраструктура развивается. И это не фигура речи. У нас появляются новые аэропорты, новые взлётно-посадочные полосы – в том числе и в контексте крупных мероприятий типа футбольного чемпионата мира, – дороги. Ещё совсем недавно наши федеральные трассы были в ужасном состоянии. Сейчас приблизительно 75–80% федеральных трасс находятся в нормативном состоянии. То есть это весьма приличное состояние. К сожалению, с местными региональными дорогами ситуация гораздо хуже, там только 30% региональных трасс находятся в нормальном состоянии. В это направление будем вкладывать деньги, в том числе и этой инфраструктурной ипотеки, которая должна состояться.

Если говорить о железных дорогах, они тоже развиваются: новые поезда, новые направления. Но скажем прямо: Россия огромная страна, и нам ещё потребуются и значительные финансы, и достаточно немалое время для того, чтобы всё это вывести на мировой уровень. А мы обязаны это сделать, потому что наша страна обладает уникальными логистическими возможностями и с точки зрения транспортировки по России, и с точки зрения транспортировки морем, ну и пролёта, проезда по территории нашей страны.

М.Бондарева: Чтобы было понятно нашим зрителям: как в то, что Вы объясняете, вписывается слово «ипотека»?

Д.Медведев: Граждане нашей страны уже совершенно точно понимают, что означает «жилищная ипотека». Хотя ещё совсем недавно, десять лет назад не знал никто, что такое ипотека. И когда мы использовали этот термин, люди задавали вопрос: что это такое? Сейчас абсолютное большинство людей понимают, что это способ решения жилищной проблемы, когда ты получаешь кредит под залог приобретённой жилищной недвижимости. А потом его на каких-то условиях в течение какого-то времени с определённой процентной ставкой возвращаешь. То же самое и здесь.

М.Бондарева: Но только это не жильё.

Д.Медведев: Только это не жильё, это долгосрочное вложение в развитие инфраструктуры, когда есть кредитор, есть заёмщик, есть объект залога, есть некоторые другие обременения, которые используются, и в результате этого появляются новые дороги, новые железные дороги, новые объекты транспорта.

М.Бондарева: Очень многое в Вашей речи касалось так или иначе точек роста, дальнейшего роста экономики, будущих инвестиций. Где Вы видите это будущее?

Д.Медведев: Все точки роста, все будущие инвестиции, все стратегические направления инвестирования определены. Мы относительно недавно в силу разных причин, прежде всего внутренних, перешли к модели так называемого импортозамещения. Причём хочу ещё раз подчеркнуть, что это было сделано не потому, что в отношении нашей страны были объявлены какие-то санкции. Это был побудительный мотив, но главное – по другим причинам. Мы просто должны иметь нормальные производственные мощности в промышленности, транспорте, сельском хозяйстве, развивать цифровую экономику, развивать критически важные для нас направления: энергетику, фармацевтическую промышленность. Всё это, по сути, объекты импортозамещения, развития наших собственных возможностей. Этим занимаются все ведомства в Правительстве. Транспортом занимается Министерство транспорта. Если говорить о предприятиях различных отраслей, то это Министерство промышленности и торговли. Сельским хозяйством занимается Минсельхоз. Если говорить о цифровой экономике, о развитии телекоммуникаций – это Министерство связи. Все приоритеты определены, надо просто сконцентрироваться и работать. И у нас уже в этом смысле есть, я считаю, первые успехи, по целому ряду направлений мы существенным образом продвинулись вперёд.

Сегодня на пленарной дискуссии выступал руководитель «Биокада» Дмитрий Морозов, рассказывал, как развивается его предприятие, как они с конкурентами борются. И я специально подчеркнул: наша фармацевтическая промышленность растёт темпом 25% в год. Такого никогда не было. Что делали раньше? Просто брали валюту и закупали таблетки за рубежом. Естественно, на этом ещё и довольно большое количество посредников зарабатывало. А сейчас это вложения в нашу науку (она там очень сложная, вся фармакология сейчас – это высочайшая с точки зрения научного подхода область знаний, прикладных знаний), в производство, в упаковку и впоследствии в реализацию. И всё это работает. И мне очень отрадно, что таких отраслей у нас становится всё больше и больше.

У меня недавно был руководитель «Транснефти». Вы знаете, это крупнейшая компания, которая занимается транспортировкой нефти и нефтепродуктов по территории нашей страны. Она беспрецедентна по своему объёму работы, потому что работает в России. И вот что мне сказал руководитель компании Токарев. Он сказал: 93% закупаемого нами оборудования, в том числе самого сложного – управленческих комплексов, насосов, двигателей, турбин, самих труб, – российское. 93%! И это касается не только «Транснефти», это касается и «Роснефти», и «Газпрома». Все наши крупные компании, которые в настоящий момент испытывают давление из-за границы, где говорят: мы вас обложим со всех сторон, стараются перейти на внутренние, российские технологии, на внутренних, российских поставщиков. Я уверен, что это можно сделать.

М.Бондарева: Получается, что из-за, как Вы сказали, давления, расширяющегося в последнее время, нужно расширять и импортозамещение. Как Вы считаете, сейчас куда нам нужно нацелить все свои силы?

Д.Медведев: Как раз в эти самые стратегические, критически важные для нас отрасли, для того чтобы мы могли просто жить нормально, ни от кого не зависеть.

Ещё один пример приведу, он простой, но очень важный. Ещё совсем недавно мы с вами 50–60%, а то и 80% продуктов на своём столе видели только как импортные. Это касалось всего. В настоящий момент у нас есть Доктрина продовольственной безопасности. По очень важным направлениям мы достигли порога Доктрины продовольственной безопасности и даже превысили его. Это касается таких очень важных продуктов для жизни страны, как зерновые, пшеница – всё, что необходимо для производства хлеба и хлебобулочных изделий. Это касается сахара, целого ряда кормовых добавок, мяса птицы. Ещё совсем недавно мы закупали кур и другую живность за границей, сейчас это всё наше, российское. И стоит задача полностью решить эту продовольственную проблему по всем видам животноводческой продукции, по другому мясу и по молоку и маслу. Как только мы это сможем сделать, мы, по сути, будем кормить себя абсолютно сами – и реализовывать ещё и экспортный потенциал, а у нас он огромный. Мы и сейчас уже являемся крупнейшим нетто-экспортёром по зерновым и зернобобовым культурам. А в прошлом году собрали беспрецедентный по размеру урожай – 135 млн т, даже чуть больше. Это даёт нам возможность поставлять зерно на рынки крупнейших стран.

М.Бондарева: А что касается, если можно так сказать, финансового импортозамещения… Потому что сейчас, как мы видим, круг всё сужается и сужается…

Д.Медведев: Понимаете, сколько бы ни сужался круг, всё равно нас не смогут взять в кольцо, из которого нет выхода. Никогда этого не было в истории нашей страны.

М.Бондарева: Но сделать что-то нужно.

Д.Медведев: Во-первых, всякие санкции вредят обеим сторонам. Во-вторых, даже финансовые потребности мы в значительной степени покрываем за счёт наших внутренних возможностей – ищем новые финансовые рынки. Конечно, целый ряд проектов из-за финансовых санкций оказался под угрозой. Мы смогли найти иные финансовые ресурсы, мы мобилизовали наши внутренние возможности. Но, скажем прямо, лучше бы этих решений не существовало, потому что, ещё раз говорю, они вредят и иностранному бизнесу, и российскому. И всегда бьют по двум сторонам.

М.Бондарева: Естественно, одной пострадавшей стороны никогда не бывает.

Д.Медведев: Нет, бывает, но в данном случае эта мера бьёт именно по двум сторонам.

М.Бондарева: А если брать последние… даже санкциями их сложно назвать. Вот «кремлёвский доклад» – это, наверное, даже не санкции, а какой-то такой пугающий список. Что Вы можете о нём сказать? Он как-то тормозит развитие бизнеса?

Д.Медведев: Любые санкции, ещё раз подчеркну, конечно, работают в отношении всех, кто затрагивается этими решениями, – и тех, кто принимает эти решения, и тех, на кого они распространяются. Другое дело, какой они дают результат. Я всегда вспоминаю историю советского периода. В отношении Советского Союза санкции вводились около десятка раз. Ни одна из этих мер не привела ни на йоту к изменению позиции правительства Советского Союза. Это просто экскурс в историю.

Что касается нынешней темы, связанной с какими-то списками – опубликованными, неопубликованными... Во-первых, на мой взгляд, это в значительной степени внутриамериканская проблема. Это проблема борьбы американского истеблишмента с Президентом Трампом, это проблема сведения счётов между демократами и республиканцами, это проблема противоречий в республиканской части американской элиты. И вокруг этого крутится российская тема, при помощи которой значительная часть американского истеблишмента решает свои внутренние задачи.

Действительно, для бизнеса попадание в различного рода списки – это всегда настораживающий момент. И именно на это рассчитывают те, кто пытается давить на нашу страну. Причём это касается не только и, на мой взгляд, не столько российского бизнеса, сколько бизнеса, например, европейского. Когда списки формируются, они тем самым как бы говорят: вот посмотрите, такая-то компания попала в список, вы аккуратнее с ней, потому что мы её где-то там указали. Почему они это делают? По сугубо прагматическим причинам. Потому что они хотят продвинуть свои компании на европейский рынок (а скажем прямо, между Европой и Соединёнными Штатами Америки сейчас не лучший период отношений) и вытеснить наши компании, разорвать хозяйственные связи, которые сложились за десятилетия между Европейским союзом и Российской Федерацией, между компаниями из Евросоюза и России. И продвинуть свои проекты. Примеров полно, но я приведу, наверное, самый крупный. Американцы напрямую в своих законах борются с нашим «Северным потоком». Но не потому, что он не соответствует идеологии администрации Соединённых Штатов или Конгресса, а по вполне прозаическим, простым причинам: они хотят продвинуть свой сжиженный природный газ на европейский рынок и постараться нас вывести из игры.

М.Бондарева: Как это называется – геополитика? Как Вы считаете, будет ли новый виток санкций? Нас пугают, что есть какой-то ещё скрытый список, что могут ввести какие-то новые санкции. Ваше личное мнение, Ваши личные ожидания? Идут ли кулуарные обсуждения этой темы?

Д.Медведев: Мы ничего не ожидаем. Если кто чего захочет – может это сделать. Пусть у них голова болит. Мы готовы к любым решениям. Российская экономика за последние два года доказала, что способна справиться с очень серьёзными вызовами, в том числе с санкционными ограничениями – и по поставкам, и в области финансов. От того, что они какие-то очередные списки опубликуют или какие-то решения объявят, принципиально ничего не изменится. Это не значит, что мы не следим за ситуацией. Мы готовимся. Например, специальный банк недавно появился, который должен заниматься обслуживанием в том числе оборонной промышленности. Просто для того, чтобы нас, что называется, не застигли врасплох. Но в целом я никаких существенных угроз для нашей экономики, а тем более для граждан нашей страны не вижу.

М.Бондарева: Последний вопрос об отношениях России и Запада. Столько уже санкций, столько взаимных упрёков... И политические санкции, и экономические, и спортивные – чего только не было за это время! Нет ли такого ощущения у Вас лично, что какая-то черта невозврата пройдена?

Д.Медведев: Да нет никаких черт невозврата. Нет никаких красных линий. Есть история, которая всё расставляет на свои места. Много было разных эпизодов в российской истории с западными странами – и с Соединёнными Штатами, и с европейскими странами. В конечном счёте разум брал верх. Отношения стабилизировались, дурацкие решения отменялись, бизнес продолжался. Я уверен, что и в этот раз так будет. Хотя, прямо скажем, это время действительно в наших отношениях потрачено зря. Бизнес потерял деньги, рабочие места, никто от этого ничего не приобрёл.

М.Бондарева: Если говорить о правилах для бизнеса: сегодня на пленарной дискуссии шла речь, и недавно на РСПП тоже бизнес яро высказывал свою точку зрения по поводу того, что правила должны быть чёткими, стабильными, не меняться и так далее. Тем более ввиду обострённой геополитической ситуации. Должен ли бизнес опасаться повышения налоговой нагрузки?

Д.Медведев: Мы некоторое время назад (Президент об этом сказал, Правительство получило президентское поручение) договорились не менять условия игры. И я считаю, что мы (я имею в виду в широком смысле – власти) эту договорённость соблюдаем. Есть какие-то нюансы всегда, но мы сказали, что до 2018 года никак не трогаем налоговую систему, – мы её не трогаем. Бизнес иногда говорит: вы налоги не трогаете, но неналоговые платежи меняете. Да, в некоторых случаях это происходит, тот же нефтяной налоговый манёвр, некоторые другие решения. Но всё-таки это не кардинальные изменения налоговой системы. Давайте призадумаемся: например, подоходный налог в нашей стране уже не меняется 18 лет практически, ну чуть меньше, хотя в других странах он прыгает – то одна ставка, то другая…

Это означает, что мы всё-таки стараемся создать стабильные условия работы, условия жизни и для граждан, и для бизнеса. За последние годы мы не меняли, ещё раз говорю, налоговых правил. Это не означает, что налоговая система является абсолютно оптимальной. Какие-то изменения назрели, но их нужно обсудить, сделать это открыто и не создавать условий, которые кардинальным образом будут отличаться от тех, что есть.

В этом смысле, я считаю, бизнес может чувствовать себя спокойно.

М.Бондарева: А простым россиянам в этом плане есть чего опасаться?

Д.Медведев: Я же сказал, что мы в последние годы ничего практически не трогали в налоговой системе. И никаких опасений быть не может в том плане, что власть вдруг ни с того ни с сего решит каким-то непонятным образом ввести какие-то обременительные налоги, платежи новые, – ничего подобного мы делать не должны. Всякие изменения в налоговой системе должны быть сбалансированными и предварительно обсуждёнными и с экспертным сообществом, да и просто с людьми. Но ещё раз говорю: это не значит, что нужно стоять на месте. Нужно развиваться.

М.Бондарева: То есть всё-таки изменения какие-то будут?

Д.Медведев: Какие-то изменения всегда необходимы.

М.Бондарева: Последняя тема – цифровая экономика. Вы о ней уже говорили. Это, скажем, то, на что сейчас делает ставку наша страна – по планам Кремля, Правительства, это для нас драйвер роста. Вы поручили своей команде, Правительству, министрам изучить big data, блокчейн и так далее.

Д.Медведев: Понимаете, это, так сказать, не позиция, которую придумали где-то в высших инстанциях, в Кремле, в Правительстве. Это веление времени. Весь мир развивается сейчас как цифровой мир. И эти красивые выражения, которые ещё пять лет назад никто не слышал и не использовал в повседневной жизни, сейчас приобрели абсолютно конкретные измерения. Вот Вы сказали про блокчейн. Что такое блокчейн? Это система распределённых данных, которая позволяет верифицировать целый ряд операций, сделать их абсолютно доверенными, не подверженными мошенническим манипуляциям и тем самым укрепить доверие вообще к финансовой системе, к системе регистрации. У этой системы в целом огромное будущее, просто потому, что эту систему невозможно исказить, она сама себя поддерживает. Я уверен, что система распределённых данных будет применяться в самых разных областях.

М.Бондарева: Вы в это верите?

Д.Медведев: Я не просто в это верю. Уже сегодня – так. Хотя какие-то моменты могут и исчезнуть. Вот много про криптовалюты говорят…

М.Бондарева: Только хотела спросить: а в майнинг и биткойн верите?

Д.Медведев: Понимаете, все эти разговоры должны основываться на реальных потребностях. Судьба криптовалют нам непонятна. Именно с этим, кстати, связана высокая степень волатильности таких валют, то есть падения и роста курса этих валют. К ним нет доверия. Это бесконечный набор спекуляций.

М.Бондарева: Нет регулирования.

Д.Медведев: И нет регулирования, совершенно верно. Здесь регулирование необходимо и национальное, и наднациональное. Останутся они или исчезнут – на сей счёт есть очень разные мнения. Но возвращаясь к технологии распределённого реестра данных, или блокчейна: вне зависимости от судьбы этих криптовалют блокчейн и система верификации, которая основана на этой технологической идее, останутся точно. И это очень полезно для человечества и должно использоваться и в нашей стране. То, что связано с большими массивами данных (Вы упомянули уже big data), – тоже очень важное направление, которое позволяет обобщать результаты огромного массива данных, на основе этого устанавливать закономерности и принимать технологически, а впоследствии и экономически выверенные решения, в том числе о том, каким образом развивать ту или иную сферу экономики или социальную сферу, каковы реальные доходы. Всё это, безусловно, нуждается в государственной поддержке. Мы приняли программу цифровой экономики и обязательно будем воплощать её в жизнь.

М.Бондарева: Я так понимаю, вопрос, покупаете ли Вы биткойны, задавать нет смысла, потому что ответ будет «нет».

Д.Медведев: Я Вам могу прямо ответить: конечно, нет.

М.Бондарева: Получится через год нам с Вами здесь встретиться и записать интервью, как Вы считаете?

Д.Медведев: Если Вы меня пригласите дать интервью, я всегда к этому готов. Это не проблема. Был бы предмет для разговора. Но я уверен, что предмет для разговора будет, потому что наша экономика растёт, развивается. Такие форумы, как сочинский, очень популярны. И мои коллеги по Правительству вне зависимости от того, какова будет их судьба, я уверен, будут и дальше принимать участие в обсуждении ключевых вопросов. Сюда будет приезжать бизнес, эксперты. Потому что это прекрасное место и для того, чтобы обсудить сложные экономические и социальные вопросы, и просто для того, чтобы отдохнуть, скажем, покататься на лыжах.

М.Бондарева: Спасибо Вам большое за интервью. Желаю Вам, чтобы удачно прошёл этот форум.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев


Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 15 февраля 2018 > № 2500540 Юрий Чайка

Заседание коллегии Генпрокуратуры России.

Владимир Путин принял участие в расширенном заседании коллегии Генеральной прокуратуры Российской Федерации. Глава государства подвёл итоги работы контрольно-надзорного ведомства за 2017 год и обозначил приоритетные задачи на ближайшую перспективу.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги! Уважаемый Юрий Яковлевич [Чайка], уважаемые товарищи!

Сегодня в рамках расширенной коллегии Генеральной прокуратуры подведём итоги деятельности ведомства за 2017 год. Обсудим, что необходимо сделать, чтобы и органы прокуратуры, и вся правоохранительная система России более результативно решали задачи по обеспечению верховенства закона, эффективно боролись с криминалом, произволом, коррупцией, экстремизмом – со всем, что мешает устойчивому, динамичному развитию страны, ограничивает возможности для самореализации людей, несёт угрозу их свободам.

И конечно, в центре вашего внимания должна быть защита основополагающих прав граждан, прежде всего в таких чувствительных областях, как трудовые и социальные отношения. В рамках своих полномочий вы обязаны незамедлительно реагировать на любые нарушения закона и прав граждан в этих сферах, в том числе на задержки или невыплаты заработной платы.

Во взаимодействии с налоговыми органами, другими структурами нужно давать принципиальную оценку действиям руководителей, которые расходуют средства, предназначенные на выплаты работникам, на другие цели, часто не имеющие ничего общего с интересами коллектива.

Нужно, конечно, и дальше внимательно следить за тем, как решаются вопросы с льготными путёвками, бесплатными лекарствами. Надёжно обеспечивать права граждан в этих сферах.

Сегодня государство много делает для поддержки семьи, защиты прав детей. При этом всё более активно взаимодействуют со структурами гражданского общества все органы власти. Рассчитываю, что и прокуратура будет также заниматься этой работой. В рамках своих полномочий прошу вас также содействовать этой работе и по другим направлениям, помогать другим государственным структурам.

Как и раньше, на особом контроле должна находиться задача по защите прав несовершеннолетних. В 2017 году прокурорами выявлено на 11 процентов меньше нарушений закона в сфере обеспечения прав несовершеннолетних, чем в 2016-м. Сейчас важно усилить надзор за работой учреждений системы профилактики в субъектах Федерации.

В рамках ежегодных коллегий мы уже не раз поднимали проблему обеспечения жильём детей-сирот. Надо и дальше активно работать в этом направлении. Добиваться, чтобы органы местного самоуправления своевременно и в полном объёме исполняли требования закона.

Прошу принципиально реагировать на факты приобретения квартир для детей-сирот по завышенным ценам или на попытки отделаться от граждан, предоставляя им откровенно бросовое, никому не нужное помещение, не пригодное для жилья.

Ещё один ключевой вопрос – это ситуация на местах с ценообразованием на жилищно-коммунальные услуги, за которыми часто стоят откровенные мошеннические схемы или организации, называющие себя управляющими компаниями.

Если вы видите, что кто-то искусственно задирает тарифы, прошу принимать быстрые и соответствующие предусмотренные законом меры. Ведь от необоснованных скачков цен страдают прежде всего – и мы с вами это хорошо понимаем – уязвимые слои населения: это семьи с небольшими доходами, пенсионеры.

Необходимо также усилить надзор за соблюдением законодательства об охране окружающей среды. От благоприятной экологической обстановки прямо зависит качество жизни наших граждан.

Важнейшей задачей органов прокуратуры остаётся защита предпринимательских свобод, пресечение любых попыток давления на бизнес. В этой связи отмечу, что во многом благодаря принципиальным действиям прокуратуры, прокуроров снизилось количество необоснованных проверок. Добавлю, что уже в ближайшее время работа контрольных и надзорных органов перейдёт на риск-ориентированный подход, не обременительный для бизнеса и при этом эффективно защищающий права граждан, потребителей.

Добавлю, что нужно тщательно отслеживать любые факты необоснованного вмешательства правоохранительных органов в хозяйственную жизнь и бизнес-конфликты, в споры. Также должны проверяться ситуации с немотивированными, или, проще сказать, заказными уголовными преследованиями в отношении бизнеса, а виновные, безусловно, привлекаться к ответственности.

Послушайте, уважаемые коллеги! Вы не можете не видеть, не замечать на местах – это проблема сегодня, и её надо решать! Подчеркну: эффективная защита прав предпринимателей, предпринимательских свобод – это важнейшее условие успешного развития национальной экономики, всей страны.

Уважаемые участники коллегии! Общество ждёт от Генеральной прокуратуры более эффективной координации деятельности правоохранительной системы в борьбе с преступностью, в том числе улучшения ситуации с регистрацией преступлений.

Гражданин, обратившийся за защитой в правоохранительные органы, должен быть уверен, что ему помогут в сложной ситуации, восстановят нарушенные права, восстановят справедливость. Прошу существенно усилить надзор за следствием, причём на всех его уровнях.

Такого же последовательного, системного подхода требует ведение правовой статистики. Результативность этой работы во многом зависит от активного использования новейших информационных технологий.

Отмечу, что в 2018 году началась цифровая трансформация органов прокуратуры. Новые технологии должны позволить прокурорам не только эффективно выполнять свои задачи, но и создавать условия для удобного и прозрачного взаимодействия с гражданами. Прошу продолжить работу в этом направлении.

Значимой сферой вашей ответственности остаётся квалифицированное поддержание государственного обвинения в судах, участие в установлении истины. Конечно, это одно из важнейших, традиционных направлений вашей работы, никуда оно не делось.

Кроме того, нужно повысить уровень координации с правоохранительными и контрольно-надзорными органами, которые выявляют нарушения законодательства в банках и кредитных учреждениях. Прошу решительно бороться с отмыванием преступных доходов и вместе с тем надёжно защищать права вкладчиков и заёмщиков.

Хотел бы сегодня обратить ваше особое внимание на задачу по кардинальному усилению работы по такому направлению, как противодействие коррупции. Мы постоянно об этом говорим, но с повестки дня этот вопрос, к сожалению, пока не снят.

Прошу действовать здесь максимально решительно. В такой работе правоохранительные органы получат всю необходимую политическую поддержку и, уверен, смогут опереться на солидарную, консолидированную позицию граждан России.

Прошу также внимательно отслеживать целевое расходование бюджетных средств на всех уровнях, в том числе при выполнении новой программы вооружения, а также при реализации других ключевых госпрограмм и строительстве крупнейших инфраструктурных объектов. При этом прошу вас активно сотрудничать со Счётной палатой, другими контрольными органами.

Как и прежде, самое серьёзное внимание следует уделить противодействию экстремизму. В прошлом году число подобных преступлений выросло почти на пять процентов по сравнению с 2016 годом.

Отмечу, что четыре года назад Генеральная прокуратура получила полномочия по блокировке сайтов, содержащих информацию экстремистского характера. За эти годы по требованию прокуроров заблокировано свыше трёх тысяч интернет-страниц. С более чем 70 тысяч сайтов удалены прямые призывы к экстремистской деятельности.

Нужно продолжать такую системную работу по противодействию распространению радикальной идеологии, которая представляет серьёзную угрозу для нашего общества и страны.

И наконец, прошу вас в ходе подготовки и проведения предстоящих выборов Президента Российской Федерации в полной мере обеспечить конституционные права граждан России на свободное, демократическое волеизъявление. Честные выборы и строжайшее соблюдение закона во время их проведения – это основа легитимности государственной власти, залог доверия граждан.

И в завершение хочу поблагодарить вас и ваших коллег за добросовестное выполнение своих обязанностей, принципиальность в отстаивании интересов государства и общества, защите прав граждан России. Рассчитываю, что так же профессионально и настойчиво вы будете работать и впредь.

Благодарю вас за внимание.

Ю.Чайка: Глубокоуважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В прошедшем году в условиях глобальных экономических вызовов государством предприняты очень важные шаги для улучшения качества жизни россиян. Свой вклад в это внесли и прокуроры, обеспечивая превентивными и надзорными средствами исполнение законов в различных сферах жизнедеятельности общества.

Решению широкого спектра социально-экономических проблем способствовали масштабные надзорные мероприятия, проводимые органами прокуратуры, в том числе во исполнение поручений Президента России. Они касались значимых для страны и граждан вопросов, в первую очередь обеспечения законности в сфере оплаты труда.

Прокурорами осуществляется фактически ежедневный мониторинг рынка труда, принимаются меры, позволяющие погашать долги без длительных судебных процедур. Например, в 2017 году в Алтайском крае после объявления прокурором предостережения трём недобросовестным работодателям 850 гражданам возвращено 16 миллионов рублей.

При наличии оснований прокурор, разумеется, реагирует жёстче. За прошедший год по нашим материалам возбуждено свыше одной тысячи уголовных дел, около 50 тысяч виновных в задержках зарплаты привлечены к дисциплинарно-административной ответственности. В целом по результатам принятых мер за год более полумиллиону работников выплачено 26 миллиардов рублей.

Поручаю прокурорам и впредь своевременно отслеживать все негативные процессы, не допускать социальной напряжённости, нарушения гарантий сотрудников в связи с сокращением штатов.

В основе государственной политики нашей страны лежит фундаментальная задача охраны семьи, материнства и детства. За прошедшие годы произошли заметные изменения в вопросах материальной поддержки семей, сократилось число сирот, растёт количество усыновлённых российскими семьями, создаются комфортные условия для обеспечения детей с ограничениями по здоровью.

Считаю, что многие позитивные перемены происходят в том числе и благодаря нашей работе. А главный результат деятельности всех государственных органов в данной сфере вижу в кратном снижении подростковой преступности: со 139 тысяч в 2007 году до 45 тысяч – в 2017-м.

Вопросы обеспечения органами власти в полном объёме выплат пособий семьям с низким доходом, поддержки многодетных родителей, создания дополнительных мест в яслях и школах должны оставаться в центре внимания прокуроров. Ориентируя органы профилактики на своевременное выявление социальных сирот, надзорными средствами они должны пресекать случаи необоснованного изъятия ребёнка из семьи.

Не ослабляйте работу по защите несовершеннолетних от негативной информации, незамедлительно принимайте меры по блокировке сайтов, побуждающих к насилию и суициду. Недавние события в Перми и Улан-Удэ вновь возвращают нас к этой острой проблеме безопасности детей.

Поручаю прокурорам организовать проверки соблюдения законодательства, направленного на охрану жизни и здоровья несовершеннолетних во время учебного процесса, а в преддверии летних каникул обратить внимание на организацию детского отдыха.

С учётом особой важности вопросов защиты детей сегодня мной подписан приказ о создании в Генеральной прокуратуре Управления по надзору и соблюдению законов о несовершеннолетних с возложением на него задачи комплексного решения проблем в этой сфере. Аналогичные отделы будут образованы во всех прокуратурах субъектов Федерации.

Как и прежде, в числе наших приоритетов оставался надзор за соблюдением прав граждан в сфере здравоохранения. Государством уделяется значительное внимание доступности и качеству медицинской помощи. Это позволило улучшить ситуацию и, как следствие, состояние законности в данной сфере, чему способствовала активная позиция прокуроров. Во многом благодаря их вмешательству в регионах обеспечено приобретение лекарств в необходимых объёмах, пресечены попытки неэффективного расходования бюджетных средств.

По нашей инициативе Минпромторгом приняты меры по субсидированию производства востребованных населением недорогих и доступных отечественных препаратов. В целом положение ценообразования на жизненно необходимые лекарства удалось стабилизировать. Однако в связи с сокращением медицинских учреждений, нехваткой узких специалистов сохраняется проблема получения специализированной медицинской помощи жителями небольших городов и посёлков.

Прокурорам следует обращать внимание на финансирование региональных программ, оказание бесплатной медицинской помощи, поддержку сельских медицинских работников. Под надёжной защитой должны находиться и права граждан с ограниченными возможностями. В 2017 году на совместном заседании коллегии Генеральной прокуратуры и Министерства труда и социальной защиты мы выработали и сегодня реализуем комплекс мероприятий на данном направлении.

Предприняты конкретные шаги для улучшения ситуации с доступностью для инвалидов многих объектов [инфраструктуры] и с качеством предоставляемых им услуг. Для усиления прокурорского надзора в данной сфере месяц назад мною подписан приказ, содержащий полный перечень поручений прокурорам.

Ваша основная задача – добиваться своевременного и качественного исполнения всех обязательств перед этой категорией граждан. Всем известно, насколько жёсткий контроль установлен руководством страны за состоянием дел в коммунальной отрасли. В связи с системными упущениями в этом вопросе ряд высокопоставленных чиновников лишились своих должностей.

Однако результаты наших проверок свидетельствуют о сохранении существенных проблем в области ЖКХ, в том числе и в капитальном ремонте домов. В первую очередь они касаются деятельности специальных фондов, созданных органами власти субъектов. Именно они по закону являются ключевым звеном в вопросах планирования и реализации соответствующих мероприятий.

В их работе вскрыты факты хищения денежных средств, собираемых с населения, нарушения порядка начисления и учёта взносов, выполнения работ ненадлежащего качества. В 2017 году каждый пятый дом из числа запланированных оказался не отремонтированным. На начало текущего года остаток собранных с населения денежных средств составил почти 200 миллиардов рублей, из которых десятая часть размещена на счетах региональных операторов без начисления процентов. При этом только за последние пять лет из-за физического износа признаны аварийными 42 тысячи многоквартирных домов, в которых проживают 730 тысяч граждан.

В рамках исполнения Вашего поручения, глубокоуважаемый Владимир Владимирович, о наведении порядка в данной сфере мы предлагаем поручить Минстрою России совместно с Фондом содействия реформированию ЖКХ выработать механизм эффективного контроля за деятельностью региональных операторов при расходовании средств населения на капитальный ремонт.

Основное, что предстоит сделать прокурорам для своевременного выявления и реального устранения нарушений прав граждан в сфере ЖКХ, отражено также в моём приказе, подписанном в прошлом году. Поручаю осуществлять эту деятельность гласно, во взаимодействии с общественными организациями.

Ещё одна важная тема, связанная с жильём, – защита участников долевого строительства. В результате принятых мер за последний год введено в эксплуатацию 140 долгостроев, более шести тысяч семей получили долгожданные квартиры. По данным Минстроя, на начало текущего года на учёте остаётся 836 проблемных объектов, своего жилья ожидают свыше 30 тысяч человек в 69 регионах страны.

Поручаю моим заместителям в федеральных округах и прокурорам держать ситуацию на личном контроле. Под этим я понимаю постоянный мониторинг информации не только по проблемным домам, которые уже внесены в соответствующие реестры. Действуя на опережение, оценивать наличие необходимых финансовых, материальных ресурсов и договоры страхования у застройщиков, причины приостановления работ на объектах, строящихся на средства граждан. Реализация социальных гарантий населения невозможна без развития экономики, в связи с чем нами уделялось пристальное внимание соблюдению законности в этой сфере.

В 2017 году в целях противодействия правонарушениям при расходовании бюджетных средств, распоряжении государственной и муниципальной собственностью активно сотрудничали со Счётной палатой, Федеральным казначейством и Росфинмониторингом, проводили совместные проверки. В связи с выявленными нарушениями по нашим материалам возбуждено более трёх тысяч уголовных дел.

Прокурорами принимались меры по возвращению неправомерно отчуждённого государственного имущества, пресекались факты его незаконного использования. По заявлениям органов прокуратуры в Волгоградской и Саратовской областях судом возвращены незаконно изъятые объекты коммунального комплекса общей стоимостью почти 600 миллионов рублей. Работа по выявлению незаконных сделок, посредством которых выбывает госимущество, оспариванию их в суде, безусловно, будет продолжена.

Вместе с тем требует усиления надзор в финансовом секторе, затрагивающий интересы большинства населения страны. Прокурорам следует на постоянной основе анализировать результаты работы правоохранительных и контролирующих органов по предупреждению и пресечению преступлений, связанных с деятельностью банков, микрофинансовых организаций и иных кредиторов.

Проводимая государством политика в области стимулирования развития бизнеса обусловила нашу жёсткую позицию по отстаиванию прав предпринимателей. Одной из наиболее болезненных для них остаётся проблема погашения долгов по оплате выполненных государственных и муниципальных контрактов. Системный надзор органов прокуратуры в тесном контакте с главами регионов, бизнес-сообществом позволили за 2,5 последних года погасить более 86 миллиардов рублей долга. Об этой работе мы каждое полугодие докладываем Президенту страны в рамках исполнения данных им поручений. Совокупный объём долга по публичным контрактам только за последний квартал прошлого года сократился на три миллиарда, однако остаётся высоким – 24 миллиарда.

Поручаю прокурорам активизировать работу по формированию практики применения к виновным должностным лицам введённых в июле 2017 года мер административной ответственности и предъявления к ним регрессных исков.

В прошедшем году в сфере защиты бизнеса обеспечивалось надзорное сопровождение реализуемых государством мер по улучшению инвестиционного климата в стране. В июне 2017 года нами проведено совместно с Минвостокразвития заседание коллегии по данной теме. Для повышения уровня взаимодействия создана постоянно действующая рабочая группа.

Совместно с органами власти прокурорами приняты меры к приведению в соответствие с законодательством нормативной базы, снятию ограничения для участия бизнесменов в инвестиционной деятельности. Задача прокурора заключается в том, чтобы каждый предприниматель чувствовал себя защищённым, соблюдались гарантии обеспечения упрощённых административных процедур и налоговых льгот.

Этот вопрос будет предметно рассмотрен нами на совещании, которое мы 21 февраля проведём в Туле с участием руководителей заинтересованных ведомств, прокуроров, бизнес-омбудсменов и инвесторов.

Как и прежде, в данной сфере поручаю прокурорам обеспечить защиту предпринимателей от незаконного уголовного преследования и применения контролёрами риско-ориентированного подхода при проверках бизнеса.

Главой государства нам поставлена задача обеспечения законности при расходовании бюджетных ассигнований на выполнение оборонного заказа, техническое перевооружение предприятий, создание новых образцов военной техники и вооружений, импортозамещение. Для этого прокурорами установлено взаимодействие с Военно-промышленной комиссией, Министерством обороны, Федеральной службой безопасности, Росфинмониторингом, Федеральной антимонопольной службой, Налоговой службой и другими ведомствами. Обеспечено надзорное сопровождение более пяти тысяч контрактов в рамках гособоронзаказа, проверены фактически все предприятия ОПК и привлекаемые ими подрядные организации, а это свыше 40 тысяч юридических лиц.

Важное значение имел превентивный характер проводимых прокурорских проверок. Так, мерами прокурорского реагирования предотвращён срыв исполнения государственного оборонного заказа особой важности по оснащению и запуску космических аппаратов стоимостью более 18 миллиардов рублей.

Осуществлялась целенаправленная работа по выявлению, исключению из системы кооперации недобросовестных посредников. За последние два года выявлено более 3600 таких фирм, причинивших ущерб оборонным предприятиям на сумму почти 20 миллиардов рублей. Прокурорами принимались все необходимые меры для его возмещения.

Например, в октябре 2017 года по нашим материалам возбуждено уголовное дело по факту хищения с использованием 20 подставных организаций полутора миллиардов рублей бюджетных средств из четырёх миллиардов, выделенных в рамках госпрограммы уничтожения химического оружия.

Подобные факты подтверждают правильность внесённых в конце прошлого года изменений в уголовное законодательство, усиливающих ответственность виновных в злоупотреблениях при исполнении оборонного заказа. Теперь следственным органам важно на практике обеспечить принцип неотвратимости наказания, а прокурорам поручаю не снижать эффективность надзора за их деятельностью.

Следует также обеспечить защиту интересов государства на результаты интеллектуальной деятельности военного и специального назначения, полученные за счёт средств бюджета, активнее обращаться в суды об истребовании прав на них из незаконного владения. Необходимо надзорные мероприятия синхронизировать с работой контролирующих и правоохранительных органов. Это усилит наши позиции и снизит нагрузку на проверяемые предприятия.

Уважаемые коллеги! В прошедший Год экологии надзорными проверками были охвачены практически все уникальные природные территории страны. На особом контроле находилась проблема ликвидации накопленного вреда в Арктике, возмещения ущерба техногенного воздействия. На Дальнем Востоке совместно с Минвостокразвития реализовывался комплекс мероприятий по пресечению нарушений законодательства при реализации программ развития рыбопромысловой отрасли, урегулированию выдачи разрешений на вылов биоресурсов, в том числе для коренных народов.

По поручению главы государства прокурорами совместно с природоохранными ведомствами проверена деятельность предприятий и организаций, оказывающих негативное воздействие на природу озера Байкал. Контролируется устранение полутора тысяч выявленных правонарушений. По итогам доклада Президенту России о результатах нашей проверки Минприроды увеличен штат сотрудников Росприроднадзора в Байкальском регионе.

В целях усиления надзора за состоянием законности на байкальской территории, а также в бассейне реки Амур созданы природоохранные прокуратуры, действующие на правах субъекта, и они уже приступили к работе. В целом поручаю прокурорам требовать от уполномоченных органов принятия нормативных актов, регулирующих деятельность охраняемых территорий, а также отмены решений о возведении на них опасных производств.

Важнейшим направлением нашей работы остаётся надзор за исполнением законодательства по противодействию коррупции, охватывающей с каждым годом всё более широкий спектр правоотношений.

Среди значимых направлений выделю антикоррупционную экспертизу нормативно-правовых актов, их проектов и результаты работы по проверке соблюдения чиновниками обязанностей, запретов и ограничений, а также по контролю за соответствием их расходов доходам.

За год по актам прокурорского реагирования к дисциплинарной ответственности привлечено 30 тысяч должностных лиц, из них более одной тысячи уволены в связи с утратой доверия. Важно не ослаблять надзор за исполнением законов при заключении трудового договора с бывшими государственными и муниципальными служащими без согласия Комиссии по урегулированию конфликта интересов. В 2017 году прокурорами за такие правонарушения возбуждено около пяти тысяч административных дел. При решении вопроса о привлечении виновных к ответственности в дальнейшем следует учитывать руководящие указания пленума Верховного Суда Российской Федерации по данному вопросу.

В качестве приоритетных задач на текущий год остаётся выявление коррупционных правонарушений в сфере госзакупок, фактов коррупции в спорте, обеспечение возмещения ущерба, включая установление случаев вывода преступно нажитых активов за рубеж и их возврат в Российскую Федерацию.

В своём докладе я не затронул результаты противодействия коррупционной преступности. Они вполне ощутимы, и сегодня, что называется, у всех на слуху, и не только из-за широкого освещения в СМИ, а в первую очередь по причине целенаправленной работы всех правоохранительных органов в совместной реализации комплекса запланированных мероприятий.

В целом в вопросах борьбы с коррупцией мы сейчас находимся в принципиально другой реальности в сравнении с 2008 годом, когда был принят первый Национальный план противодействия коррупции. Сформирован значительный массив антикоррупционного законодательства, позволяющего эффективно бороться с указанными правонарушениями, наработана практика его применения.

Это, кстати, находит положительную оценку со стороны экспертов ГРЕКО. Главное, разрушен стереотип вседозволенности и безнаказанности, и, как показал организованный нами в прошлом году Всероссийский конкурс социальной рекламы на тему «Прокуратура против коррупции», молодое поколение воспринимает коррупцию как крайне негативное явление, препятствующее нормальному развитию государства и общества.

Оценивая состояние преступности в стране, следует отметить, что в 2017 году вновь зафиксировано её снижение почти на пять процентов, причём такая тенденция наблюдается последние пять лет. Убеждён, что это в том числе результаты продуманной координационной работы прокуроров, руководителей правоохранительных органов на основных стратегических направлениях. Однако необходимо усилить её влияние по отдельным категориям преступления: незаконный оборот наркотиков, оружия и так далее.

Вместе с тем опять приходится констатировать, что не произошло существенных изменений в деятельности органов расследования. На фоне сокращения числа направленных в суд дел количество допущенных нарушений закона выросло и составило 5,2 миллиона. И это при том, что почти 70 процентов уголовных дел рассматривают в судах в особом порядке, без исследования доказательств, а следователи и дознаватели по указанным делам, как известно, упрощают свою работу до предела.

При таких минимальных нагрузках и затраченных интеллектуальных ресурсах мы вправе требовать принципиально иного уровня законности. Тем более у наших следственных органов есть потенциал, что ярко продемонстрировано в ходе расследования злоупотреблений при строительстве космодрома Восточный. Созданный по поручению Президента и решению Совета Безопасности межведомственный штаб объединил усилия надзирающих прокуроров, следователей, оперативных служб и гособвинителей.

В результате в течение года в суд было направлено 49 уголовных дел, почти в три раза больше, чем за предшествующие три года (17 дел было всего направлено за три года). Таким образом, очень много зависит от организации нашего взаимодействия и качества надзора на всех стадиях. От прокуроров требую обеспечить чёткое исполнение данных установок, оперативно реагировать на факты, необоснованные отказы в осуществлении уголовного преследования, нарушения разумных сроков расследования, безосновательного применения мер процессуального принуждения.

Соблюдение конституционных прав граждан – зона личной ответственности прокуроров. Сегодня на досудебной стадии именно от прокурора зависит, чтобы обвинение основывалось на бесспорных доказательствах, а не являлось результатом лишь пристального внимания к событию средств массовой информации и общественности. Ведь не секрет, что порой именно резонанс определяет все последующие действия следствия.

Отдельное внимание сосредоточено на полноте возмещения ущерба, причинённого потерпевшим и государству. На контроле остаются и вопросы наведения порядка в сфере правовой статистики. Работа по противодействию экстремизму и терроризму строилась прокурорами с учётом решения Совета Безопасности, Национального антитеррористического комитета, мониторинга криминогенной ситуации в регионах.

Это способствовало устранению многих потенциальных угроз. Правоохранительными органами совместно с прокурором прекращено полторы тысячи экстремистских преступлений (рост пять процентов), в основном связанных с распространением в сети интернет призывов к нарушению территориальной целостности нашей страны, общественного порядка и безопасности, установлено 972 лица, их совершивших. На основе судебной экспертной практики нам предстоит совершенствовать взаимодействие правоохранительных органов по выявлению и расследованию таких деяний.

Жёсткого реагирования прокуроров требуют попытки иностранных структур, чья деятельность признана нежелательной, продолжать вмешиваться во внутренние дела нашей страны, а в период избирательной кампании по выборам Президента России их активность возросла. Действуют они через другие организации, порой безнаказанно, хотя за такое содействие установлено административное наказание.

Прокурорам следует своевременно пресекать подобные факты, привлекая всех виновных к ответственности. Обращайте особое внимание на несогласованные публичные акции. В 2017 году в сотрудничестве с Национальным антитеррористическим комитетом повышен уровень координации в борьбе с террористическими преступлениями. Уничтожение террористических группировок в Сирии привело к снижению числа граждан России, пытающихся примкнуть к рядам международных террористов, а также возвращающихся из зоны боевых действий.

Наряду с превентивными мерами это обусловило сокращение на 16 процентов количества террористических преступлений, предотвращено 24 теракта. Значительные усилия прокурорами направлялись на защищённость мест массового пребывания людей и уязвимой инфраструктуры. Выявлено 85 тысяч нарушений закона, установлен контроль за рассмотрением актов реагирования. Поручаю ещё раз провести их ревизию в целях реального выполнения внесённых требований, осуществления комплекса мер противодиверсионной устойчивости на всех объектах, задействованных в проведении чемпионата мира по футболу.

Крайне важно во взаимодействии с правоохранительными органами обеспечить защищённость избирательных участков, безопасность граждан в период голосования на выборах Президента страны, а также их законность, прозрачность и демократичность.

Внимание прокуроров сосредоточено и на проблемах безопасности на транспорте. Транспортные прокуроры добивались усиления досмотрового режима на тысячах объектов, подготовки аттестации более шести тысяч сотрудников охранных служб, приостановления эксплуатации воздушных судов, не отвечающих требованиям лётной годности.

Задачами на текущий год для них остаётся безопасность полётов, включая обучение лётного персонала, контроль за реализацией программ развития транспортной отрасли, соблюдение прав пассажиров, пресечение фактов ввоза в страну продукции, на которую установлены запреты и ограничения.

Уважаемые коллеги! Итоги работы в 2017 году органов Военной прокуратуры подтвердили их потенциал решать важные государственные задачи, в том числе по соблюдению правопорядка в воинских формированиях, защите социальных прав военнослужащих, лиц, уволенных со службы, и членов их семей. Значимыми для военных прокуроров стали мероприятия, проведённые во исполнение Федерального закона от 4 июня 2014 года № 145 и поручения Президента по переводу органов военной прокуратуры из Министерства обороны и иных ведомств в наш штат.

Совместно с Министерством обороны, Федеральной службой безопасности, Росгвардией определён порядок взаимодействия при выполнении задач в области обороны и безопасности, переработано более сотни нормативных актов. В результате реформы военным прокурорам и служащим сохранены все предусмотренные гарантии, и теперь наша структура продолжает функционировать в едином режиме.

Несмотря на определённые сложности во внешнеполитических отношениях, в 2017 году проделана разноплановая работа по развитию международно-правового сотрудничества. Проведены крупные многосторонние мероприятия по линии прокурорских служб стран СНГ, ШОС, БРИКС, членов Совета государств Балтийского моря, в рамках которых достигнуты договорённости по широкому кругу вопросов.

Укрепилось взаимное партнёрство в рамках Международной ассоциации прокуроров, объединяющей почти полмиллиона прокурорских работников из 172 стран. В конце прошлого года в Санкт-Петербурге открыто её первое региональное представительство, призванное стать полноценным центром сотрудничества прокуроров из стран СНГ и Восточной Европы.

Кроме того, обеспечено практическое взаимодействие с Интерполом, расширяется использование видео-конференц-связи при поддержании рабочих контактов с зарубежными коллегами, в частности из США и Израиля. В целях защиты прав граждан и борьбы с преступностью мы намерены наращивать взаимовыгодные отношения с компетентными органами иностранных государств.

Как и прежде, прокуроры участвуют при рассмотрении уголовных дел в судах, способствуя вынесению законных приговоров, реагируя одновременно и на неправосудные решения. В прошлом году по представлениям прокуроров отменены и изменены вышестоящими судами приговоры в отношении 21 тысячи осуждённых. До июня необходимо завершить все организационные мероприятия, связанные с началом рассмотрения в районных судах дел с участием присяжных заседателей.

Отмечу позитивные изменения в сфере исполнения уголовных наказаний. В результате гуманизации уголовного законодательства, установления упрощённых процедур по делам о нетяжких преступлениях, принятия ряда организационных мер за десять лет численность граждан, находящихся в изоляции от общества, сократилась на треть – с 887 тысяч до 602.

Как следствие, снизилось число нарушений закона, связанных с правилами содержания осуждённых и арестованных лиц, сократилась преступность среди них. При этом прокуроры занимали принципиальную позицию при решении вопроса об аресте граждан, добивались средствами надзора создания в следственных изоляторах условий, отвечающих общечеловеческим потребностям.

Поручаю держать на контроле вопросы выполнения мероприятий по развитию учреждений УИС, укомплектованию их медицинским персоналом, обеспечению современным оборудованием, препаратами, в первую очередь для лечения социально значимых заболеваний.

Прошедший год ознаменован повсеместным внедрением современных информационных технологий; мы тоже определили эту задачу в числе первоочередных. На особом контроле находятся выработанные на совещании Совета Безопасности мероприятия по развитию государственной автоматизированной системы правовой статистики.

Кроме того, совместно с Минкомсвязи, Ростелекомом и экспертным сообществом реализуется концепция цифровой трансформации органов прокуратуры. Основная цель при этом – максимально использовать уже имеющиеся информационные системы, оперативно внедрить новые разработки, с тем чтобы сама надзорная деятельность и её результаты стали более эффективными, прозрачными и доступными для людей. Поручаю прокурорам субъектов в установленные сроки доложить, как реализуются принятые в этой связи решения совещаний, проведённых нами в Екатеринбурге и Симферополе.

Одно из направлений, которых цифровизация коснулась уже сейчас, – это работа прокуроров по разрешению заявлений и жалоб граждан, юридических лиц. В истекшем году их поступило без малого пять миллионов, причём увеличилось число обращений, направленных посредством телекоммуникационных сетей. При их рассмотрении активно использовались возможности единого информационного ресурса органов государственной власти и местного самоуправления, позволяющего вести приём граждан в режиме видео-конференц-связи.

Доказали свою эффективность открытые форумы, на которых прокурорами разъяснялось законодательство, оказывалась правовая помощь. Для обеспечения прав граждан с ограниченными возможностями, лиц пожилого возраста организовывались выездные приёмные в социальных учреждениях, отдалённых населённых пунктах.

Всего в 2017 году прокурорами лично принято более одного миллиона человек. Необходимо расширять полезную практику выездных приёмов, обеспечивать коммуникацию с гражданами на объектах транспортной инфраструктуры, предприятиях.

В 2017 году продолжена работа по ротации кадров, повышению квалификации сотрудников, организации наставничества, формированию управленческого резерва. В то же время мы оперативно избавлялись от порочащих честь мундира сотрудников. Прошедший год ознаменован также значительным улучшением материального и социального положения прокурорских работников, за что хочу от всего нашего многотысячного коллектива поблагодарить руководство страны.

Уважаемые коллеги! В докладе отражены наиболее важные результаты работы ведомства, но и на других направлениях прокуроры принимали все зависящие от них меры для обеспечения законности и правопорядка. В этой работе мы действовали совместно с органами государственной власти и правоохранительными ведомствами. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех руководителей федеральных органов за конструктивное сотрудничество.

Отдельные слова признательности выражаю Вам, уважаемый Владимир Владимирович, за поддержку наших инициатив в решении значимых вопросов. Мы продолжим работу по защите интересов государства и прав граждан, не сбавляя набранных темпов.

Благодарю за внимание!

В.Путин: Хочу поблагодарить Юрия Яковлевича за обстоятельный доклад. Естественно, он, как всегда, основателен и глубок по всем направлениям деятельности. Не буду ничего здесь воспроизводить из того, что было сказано, но на что хотел бы обратить внимание, о чём бы хотелось попросить.

Вы упомянули о гуманизации законодательства. Мы эту работу будем продолжать. Это значит, что нужно будет подумать, и мне нужна ваша помощь, поддержка, нужен ваш профессиональный совет, какие составы конкретно из уголовного судопроизводства можно безболезненно, но с пользой для дела переводить в сферу арбитражного разбирательства.

И с этим ещё много других вопросов связано, но это существенный элемент в выстраивании наших отношений в экономике, с тем чтобы экономика дышала свободно. Конечно, без всяких сомнений, должны быть и жёсткие правила, которые должны соблюдаться, государство должно за этим следить в вашем лице. Но некоторые вещи, которые сейчас функционируют, у нас избыточны. Поэтому нужно внимательно проанализировать, и я бы вас просил представить соответствующие предложения.

В завершение скажу вещь общую, всем понятную, но всё-таки лишним не будет об этом ещё раз сказать вслух. На ваших плечах огромная ответственность, а в ваших руках огромная власть. Употребляйте её исключительно на пользу стране и государству и никогда – во вред гражданину Российской Федерации. И тогда, и только тогда, вы выполните свою высокую миссию.

Мы сейчас говорили об арбитражной системе. Здесь, в зале, находится человек, который много сделал для становления российской судебной системы в целом и арбитражной её части, выдающийся наш цивилист и, я бы сказал, государственный деятель, бывший Председатель Арбитражного Суда Вениамин Фёдорович Яковлев. Ему совсем недавно, 12-го числа, исполнилось 86 лет. Мы Вас поздравляем сердечно! (Аплодисменты.)

Его заслуги были отмечены не только в нашей стране (они ещё будут отмечаться в нашей стране), но даже нашими заокеанскими друзьями, которые внесли его на 86-м году жизни в известный «кремлёвский список». Это дорогого стоит, мы Вас с этим поздравляем. Судя по всему, Вы действительно многое сделали для страны.

Спасибо вам большое. Всего хорошего.

Россия. ЦФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 15 февраля 2018 > № 2500540 Юрий Чайка


Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497948

Разгром дагестанских кланов

господство в Дагестане тех, кого сегодня пачками этапируют в московские следственные изоляторы сделалось возможным из-за многолетней дисфункции российского государства

Игорь Бойков

Продолжающийся в Дагестане разгром местных властных группировок даёт нам весомые основания сделать один крайне важный в социально-политическом плане вывод. Пресловутые кавказские кланы, ещё недавно казавшиеся абсолютно неуязвимыми, при реальном столкновении с начавшей худо-бедно проворачиваться машиной российской государственности оказались слабыми и несостоятельными. За два десятилетия внушившие всем в республике ощущение безраздельности своего владычества и сами в это уверовавшие, они стремительно начали сыпаться, лишь только Москва стала наносить по ним прицельные удары. Столь длительное господство в Дагестане тех, кого сегодня пачками этапируют в московские следственные изоляторы, сделалось возможным из-за столь же продолжительной дисфункции российского государства. Именно оно на протяжении огромного срока попустительствовало творящейся в республике коррупционно-криминальной вакханалии, не имея политической воли её пресечь.

Дагестанская властная элита, сложившаяся в основе своей к середине – второй половине 90-х годов, выглядит сегодня во многих отношениях как реликтовая. Сформировавшийся тогда своеобразный пул из местных олигархов, коррумпированных чиновников и откровенных бандитов разделил республику на зоны влияния, словно апельсин на доли. Перераспределения долей происходили более-менее регулярно. Именно этим объясняется то странное на первый взгляд обстоятельство, что биографии арестованных деятелей просто пестрят названиями должностей из самых разнообразных, не связанных друг с другом, но неизменно денежных сфер. Но сам пул как целое оставался практически неизменным. Места убитых при “чёрных переделах” занимали их ближайшие родственники, члены семей. По наследству им зачастую переходили целые правительственные должности.

В остальных регионах России криминальные войны сошли на нет ещё лет пятнадцать назад, но в социально отсталом, архаизированном за постсоветский период Дагестане министры, мэры, главы районных администраций и депутаты отстреливали и взрывали друг друга вплоть до самых последних дней. Чтобы непосвящённый читатель мог себе лучше представить глубину поражения властных структур Дагестана криминалом, пусть на секунду вообразит, что печально известный “ночной губернатор” Петербурга Кумарин-Барсуков сделался реальным губернатором. И не просто сделался, а просидел в такой должности эдак полтора десятилетия. Арестовывая и предавая суду дагестанских власть предержащих, Кремль, по сути, ликвидирует один из последних в России заповедников прежней дикой эпохи.

Надо отдать федеральному центру должное: задачу ликвидации рассадника коррупции и бандитизма он решает последовательно. Начав ещё в 2013 г. вести “огонь по штабам” (арест в мае того года бессменного на протяжении 15 лет мэра Махачкалы Саида Амирова произвёл тогда в Дагестане шокирующий эффект), Москва силы и плотности огня не убавила. Последовавший в 2015 г. разгром кизлярской группировки бывшего начальника местного отделения Пенсионного фонда Сагида Муртазалиева вывел за скобки ещё одну команду тяжеловесов. Произведённые в январе-феврале аресты нового мэра Махачкалы Мусы Мусаева, исполняющего обязанности главы правительства республики и недавнего министра финансов Абдусамада Гамидова (его брат, тоже министр финансов Гамид Гамидов был убит ещё в 1996 г.), двух его заместителей и ряда других высокопоставленных чиновников – это логичное продолжение политики “разминирования” региона. Перепробовав по очереди все влиятельные местные кланы в роли опорных, Москва, очевидно, пришла к заключению о принципиальной порочности подобной линии. Практика показала, что делать ставку на сложившиеся в 90-е группировки нельзя: сущностно они неотличимы друг от друга.

Что характерно, производимая федеральной бригадой чистка не вызывает сколько-нибудь ощутимого недовольства у населения республики. Что в случае с арестом Саида Амирова, что в эти дни дагестанский люд на Интернет-форумах откровенно соревнуется в выражении злорадства. Масштаб дестабилизации, которой годами любили запугивать малосведущих в местной специфике кремлёвских чиновников и политических экспертов, на деле продемонстрировал прямую зависимость от степени могущества дагестанского мафиозного спрута. Каждая оторванная у него щупальца в реальности приводит отнюдь не к массовому возмущению или вооружённому мятежу (хотя именно этим годами стращали Москву местные мафиози и их журналистская обслуга). Напротив, она оборачивается несовершённым покушением, непрогремевшим взрывом, неукраденным из бюджета миллионом – и всё это население Дагестана в большинстве своём прекрасно осознаёт. Никакой серьёзной социальной опоры “в низах” предводители кланов не имеют – вот важнейший для России итог! За исключением крайне ограниченного круга кровных родственников и, быть может, некоторого количества лично обязанных им односельчан, никто всерьёз биться за левашинских, мекегинских, кизлярских и т.д. в Дагестане не станет. На поверку оказалось, что дагестанские кланы не превосходят по возможностям бандитские ОПГ, в своё время подминавшие под себя целые города, но рассыпавшиеся, как только правоохранители начинали с ними борьбу “без дураков”. Клановые предводители – это не народные вожди. Народ по отношению к ним отстранён и чужд. Проголосовать на выборах при полном отсутствии иных альтернатив ещё может. Бунтовать ради них – нет.

Разумеется, до подлинной нормализации социальных процессов в Дагестане ещё очень и очень далеко. Большинство сфер жизни в нём за прошедшие два десятилетия претерпели сильнейшую архаизацию, и скольжение по социальной спирали вниз ещё не остановлено. Из Дагестана происходила и продолжает происходить эмиграция в российские регионы – самая массовая и масштабная, если сравнивать с остальными регионами Кавказа. В республике выросло целое поколение, не видевшее и не знавшее жизни без мафии, религиозных фанатиков и хозяйственной разрухи. Это поколение уже во многом заполонило нижние и средние этажи власти. Пока Кремль бросает на ключевые в Дагестане посты варягов, но подготовка местного кадрового резерва уже сейчас видится как одна из первоочередных задач.

Будет ли она решена? Поживём - увидим. Но замечу, что несколько лет назад и посадки дагестанских мафиози представлялись чем-то, граничащим с фантастикой.

Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497948


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497947 Сергей Глазьев

Какая экономическая политика поднимет Россию?

причины стагнации российской экономики обусловлены денежно-кредитной политикой

Сергей Глазьев

Кризисное состояние нашей экономики вызвано длительным и последовательным проведением теоретически несостоятельной и практически разрушительной политики макроэкономического регулирования под методологическим руководством вашингтонских международных финансовых организаций в целях колонизации постсоветского пространства западным капиталом.

Естественным следствием проведения этой политики по правилам Вашингтонского консенсуса стали деградация, офшоризация и структурная перестройка российской экономики под потребности стран НАТО в сырьевых ресурсах и рынках сбыта конечной продукции, а также вывоз капитала и утечка умов, установление внешнего контроля над ключевыми механизмами воспроизводства экономики: денежной политикой, финансовым рынком, оценочной деятельностью, платёжными системами, инфраструктурой экспорта, правом собственности на большую часть структурообразующих предприятий.

До тех пор, пока властвующая элита стремилась к полной интеграции с Западом (вплоть до смены гражданства и перевода собственности в иностранные юрисдикции), нараставшая внешняя зависимость российской экономики не ощущалась как угроза безопасности и суверенитету государства. Господствовала наивная убеждённость в безграничных возможностях взаимовыгодного сотрудничества с западными странами. При этом игнорировались очевидная неравноправность и неэквивалентность такого «сотрудничества», в котором Россия ежегодно теряла свыше 100 млрд. долл. вывозимого капитала и десятки тысяч покидавших страну умов.

Однако, как только президентом России В.В.Путиным был взят курс на равноправное сотрудничество и евразийскую интеграцию на взаимовыгодной основе, США и их союзники по НАТО использовали своё влияние на воспроизводство экономики России, чтобы не допустить восстановления её национального суверенитета. Главным направлением удара были избраны наиболее уязвимые места: финансовый рынок, денежная политика, экспорт углеводородов. Перед этим по рекомендациям МВФ российские денежные власти полностью открыли эти сферы для внешнего удара путём перевода курса рубля в режим свободного плавания, приватизации Московской биржи в интересах финансовых спекулянтов, отказа Банка России от каких-либо валютных ограничений и эффективных мер по кредитованию экономики.

Одновременное введение финансового эмбарго со стороны западных кредиторов и резкое повышение ключевой ставки Банком России сбили российскую экономику с траектории роста в турбулентный режим функционирования с катастрофическими последствиями для производственной сферы, но с огромной выгодой для валютных спекулянтов. Усилиями Вашингтона и Банка России экономика была втянута в стагфляционную ловушку, выход из которой в рамках проводимой макроэкономической политики невозможен. Её следствием уже стали потери около 20 трлн.руб. непроизведённого ВВП, более 5 трлн. руб. несделанных инвестиций, до 10 трлн.руб. недополученных населением доходов, не считая потерь физических и юридических лиц вследствие банкротств многих тысяч предприятий и сотен банков.

Ухудшающееся положение производственной сферы имеет ощутимые социальные последствия в результате существенного падения доходов населения, роста безработицы, опускания значительной части трудоспособного населения на «социальное дно». Одновременный астрономический рост доходов, связанных с западными сетями валютных спекулянтов (по оценкам, до 50 млрд. долл. с 2014 года, полученных путём манипулирования курсом рубля), а также вывод более триллиона рублей средств Центрального Банка посредством денежной накачки финансовых пирамид «Открытия» и других приближённых к денежным властям олигархических групп указывают на бенефициаров этой политики.

Причины стагнации российской экономики обусловлены денежно-кредитной политикой. В ней почти отсутствует кредитование инвестиций в развитие производства. Подавляющую часть капиталовложений предприятия финансируют за счёт собственных средств, а доля производственных инвестиций в активах банковской системы составляет несколько процентов. Не работает трансмиссионный механизм банковской системы, обеспечивающий расширенное воспроизводство рыночной экономики посредством трансформации сбережений в инвестиции. Происходит это вследствие запретительно высоких для большинства производственных предприятий процентных ставок и чрезмерной для инвесторов волатильности курса рубля. И то, и другое находится в компетенции Центрального Банка.

Подняв в 2014 году ставку рефинансирования сверх средней рентабельности почти всех отраслей промышленности, ЦБ перевёл банковскую систему в холостой режим функционирования. Отпустив курс рубля в свободное плавание, он фактически передал курсообразование спекулянтам, манипуляции которых на валютном рынке породили гигантскую финансовую воронку. В результате этих действий третий год идёт переток денег из производственной сферы в спекулятивную. При этом ЦБ вместо того, чтобы создавать деньги для кредитования хозяйственной деятельности, изъял из экономики около 8 трлн. руб., усугубив отток 200 млрд. долл. зарубежных кредитов и инвестиций.

Очевидно, что развитие экономики требует инвестиций. Их прирост обеспечивается банковским кредитом. В успешно развивающихся странах рост производства сопровождается опережающим ростом инвестиций, которые финансируются за счёт соответствующего увеличения банковского кредита. Так, десятикратный рост ВВП в Китае с 1993 по 2016 год сопровождался ростом инвестиций в 28 раз, денежной массы и банковского кредита в производственной сфере – соответственно в 19 и 15 раз. На единицу прироста ВВП приходятся почти три единицы прироста инвестиций и около двух единиц прироста денежной массы и объёма кредита. Так действует механизмфинансирования экономического подъёма: увеличение экономической активности, измеряемое ВВП, обеспечивается опережающим ростом инвестиций, большая часть которого финансируется за счёт расширения кредита государственной банковской системы. Так поднимались все успешно развивавшиеся страны в течение последнихста лет, включая послевоенное восстановление Европы и Японии, взлёт новых индустриальных стран, современное экономическое чудо КНР, Индии, стран Индокитая. Данная закономерность подтверждает значение банковского кредита как финансового инструмента авансирования роста современной экономики. Его широкое применение стало возможным благодаря использованию фиатных денег, создаваемых государством посредством целевой денежной эмиссии, направляемой на финансирование дефицита бюджета и фондирование государственных банков и институтов развития.

В основе политики Банка России лежит устаревшее представление о природе современных денег, которое не учитывает их фиатный характер и связанные с ним функции. Следствием этого является систематическая дисфункция российской денежной системы, которая не обеспечивает нормальное воспроизводство экономики, обслуживает неэквивалентный внешнеэкономический обмен и вывоз капитала, не позволяет подняться инвестиционной и инновационной активности.

Проводимая политика таргетирования инфляции исходит из примитивного представления о деньгах как о товаре, цена которого определяется равновесием спроса и предложения. Руководствуясь этой логикой, ЦБ пытается снизить инфляцию (повысить покупательную способность) денег путём сокращения их предложения. Это автоматически влечёт сжатие кредита, падение инвестиционной и инновационной активности, вследствие чего снижается технический уровень и конкурентоспособность национальной экономики, что влечёт девальвацию рубля и новую волну инфляции. Этот порочный круг монетарной политики мы проходим уже в четвёртый раз с последовательной примитивизацией и нарастающим технологическим отставанием экономики.

Денежные власти не понимают, что современные деньги создаются под долговые обязательства в целях финансирования расширенного воспроизводства экономики. Главной целью денежной политики во всех успешно развивающихся странах является создание условий для максимизации инвестиционной и инновационной активности. В настоящее время в целях преодоления структурного кризиса и оживления экономики широкая денежная эмиссия применяется ФРС США и ЕЦБ, которые с момента начала мирового финансового кризиса в 2008 году увеличили денежную базу в 4,6 и 1,5 раза соответственно. Основным каналом этого прироста количества денег является финансирование дефицита государственного бюджета с целью обеспечения необходимых расходов на НИОКР, модернизацию инфраструктуры, стимулирование инвестиций в освоение нового технологического уклада. Китай, Индия, а также страны Индокитая эмитируют деньги под инвестиционные планы экономических агентов в соответствии с централизованно устанавливаемыми приоритетами.

Единственным фактором, ограничивающим эмиссию фиатных денег, является угроза инфляции. Нейтрализация этой угрозы требует связывания денежных потоков в производственной сфере и в трансмиссионном механизме банковской системы. В противном случае денежная эмиссия может создать питательную среду для образования финансовых пузырей и валютных спекуляций, чреватых дестабилизацией экономики. Именно к подобным последствиям привела денежная эмиссия в целях спасения банковской системы в 2008 и 2012 годах, когда банки использовали полученные от ЦБ кредиты для наращивания валютных активов вместо того, чтобы кредитовать производственную сферу.

Целевая эмиссия денег для кредитования инвестиций в успешно развивающихся странах не приводит к инфляции, так как её результатом является повышение эффективности производства и расширение объёмов выпуска товаров, благодаря чему снижаются издержки, растёт предложение товаров и повышается покупательная способность денег. По мере роста объёмов и повышения эффективности производства увеличиваются доходы и сбережения населения и частного бизнеса, благодаря чему расширяются частные источники финансирования инвестиций и значение денежной эмиссии снижается. Но как только частная инвестиционная активность падает, государство её компенсирует увеличением государственных инвестиций, в том числе за счёт эмиссионного финансирования дефицита бюджета и институтов развития. Именно это мы видим сегодня в политике количественного смягчения в США, ЕС и Японии и росте госинвестиций в КНР и Индии.

Принципиальный отказ от использования общепринятого в практике ведущих стран мира способа финансирования инвестиционных расходов за счёт целевой кредитной эмиссии обрекает российскую экономику на низкий уровень накопления, который остаётся вдвое ниже уровня 1990 года и в полтора раза ниже уровня, необходимого для её простого воспроизводства. Привязка денежной эмиссии к приросту валютных резервов подчиняет развитие экономики потребностям внешнего рынка, следствием чего становится её сырьевая специализация и хроническое недофинансирование внутренне ориентированных отраслей. Недостаток внутреннего кредита платежеспособные предприятия компенсируют внешними займами, следствием чего становится неэквивалентный внешнеэкономический обмен, офшоризация экономики, её уязвимость перед санкциями. Ещё одним следствием недостатка внутреннего кредита становится переход контроля над российской промышленностью к внешним кредиторам: более половины промышленных предприятий находятся под контролем нерезидентов.

Научно доказано, что для каждой макроэкономической системы в текущий момент времени существует оптимальный уровень монетизации, отклонение от которого в любую сторону влечёт повышение инфляции. И теоретически, и эмпирически показано, что монетаристская догма о прямо пропорциональной зависимости между количеством денег и инфляцией частично выполняется только при превышении этого оптимального уровня. Монетизация нашей экономики существенно ниже него, и дальнейшее её уменьшение не обеспечивает устойчивой макроэкономической стабильности, но автоматически влечёт падение производства, инвестиций, конкурентоспособности и технического уровня экономики.

Необходимые для вывода экономики России на траекторию опережающего развития меры давно предложены экономической наукой и подтверждены на практике в успешных странах. Они основываются на всемерном стимулировании инвестиционной активности в перспективных направлениях роста нового технологического уклада путём согласованного применения всех инструментов государственного регулирования экономики: стратегического и индикативного планирования, целевой денежной эмиссии, институтов развития, избирательного валютного регулирования, частно-государственного партнёрства, налогово-бюджетной системы, антимонопольного и технического регулирования, торговой и промышленной политики и др.

Предлагаемая научным сообществом программа опережающего развития российской экономики (далее – Программа) обеспечивает достижение поставленных главой государства целей на основе роста деловой и инвестиционной активности с темпом не менее 8% прироста ВВП и 20% прироста производственных инвестиций в год за счёт соответствующего увеличения банковского кредита. Загрузка простаивающих сегодня из-за отсутствия оборотных средств производственных мощностей, повышение производительности труда и ликвидация скрытой безработицы, активизация имеющегося научно-технического потенциала, углубление переработки сырьевых товаров позволяет рассчитывать на удвоение выпуска товаров при нынешнем состоянии факторов производства. Программа представляет собой сочетание государственного планирования и рыночной самоорганизации на основе частно-государственного партнёрства, включая совместную разработку индикативных планов и оформление взаимных обязательств специальными инвестиционными контрактами. Необходимые для их реализации инвестиции должны финансироваться за счёт предоставления Банком России целевых долгосрочных кредитов уполномоченным коммерческим банкам, которые обязаны контролировать их целевое использование и доводить до предприятий под процент, не превышающий рентабельность производства.

За счёт этих и других мер Программа предусматривает повышение нормы накопления до 35% ВВП на основе соответствующего увеличения его монетизации под реализацию стратегических и индикативных планов роста нового технологического уклада. Государственная банковская система должна работать в соответствии с этими планами, а чиновники и бизнесмены – нести ответственность за выполнение своих совместно разработанных и принятых обязательств.

Но прежде чем ориентировать банковскую систему на цели инвестиционной поддержки экономического роста и развития, необходимо вернуть Банк России к исполнению его конституционных обязанностей по «защите и обеспечению устойчивости рубля» и обязать принять необходимые для этого меры. В том числе:

- объявить среднесрочный интервал колебаний курса рубля в 1%-й окрестности целевого показателя;

- восстановить контроль Банка России над Московской биржей, устранив возможность использования инсайдерской информации финансовыми спекулянтами;

- использовать общепринятые в мировой практике методы пресечения попыток манипулирования валютно-финансовым рынком, включая введение предварительного декларирования трансграничных операций с капиталом, ограничение кредитного рычага, валютные интервенции и пр.;

- ввести налог на валютно-финансовые спекуляции (налог Тобина);

- при необходимости отражения спекулятивных атак фиксировать валютную позицию коммерческих банков и вводить полную или частичную продажу валютной выручки.

Важно также перейти от колониальной практики котировки валют метрополий на туземной бирже к общепринятой среди суверенных государств котировке единицы национальной валюты. Например, по состоянию на 30января 2018 г. котировка 100 рублей составляла 1,78 долл. и 1,44 евро.

По сочетанию объективных факторов курс рубля может быть стабилизирован (в среднесрочной перспективе) на любом разумном уровне в пределах ценовой конкурентоспособности отечественных товаров (от нынешних 60 до ранее наблюдавшихся 80 рублей за доллар). Соотношение рыночного курса к паритету покупательной способности свидетельствует о его относительной заниженности, соотношение денежной базы и валютных резервов – о его обеспеченности, баланс внешней торговли – о его надёжности. Рубль мог бы быть одной из самых устойчивых валют мира, если бы Банк России не отдал формирование его курса валютным спекулянтам. Введение перечисленных мер обеспечит стабилизацию курса рубля на среднесрочную перспективу, что является необходимым условием подъёма инвестиционной активности и вывода экономики на траекторию устойчивого роста.

В целом, необходим переход к целеориентированной многоцелевой денежно-кредитной политике, предусматривающий одновременное достижение целей экономического роста, инфляции и увеличения инвестиций, а также системное управление процентными ставками, обменным курсом, валютной позицией банков, объёмом денежной эмиссии по всем каналам и другими параметрами денежного обращения. Программа предусматривает комплекс взаимоувязанных и взаимосогласованных мер по стабилизации денежно-кредитной системы, цен и снижению зависимости от внешнего финансирования путём, в том числе, реформирования внутренних факторов развития, а также содействия повышению конкурентоспособности российских компаний. Рассмотрим ключевые из них.

Стабилизация денежно-кредитной системы:

- Развёртывание целевого кредитования производственных предприятий, сбыт продукции которых гарантирован экспортными контрактами, госзаказами, договорами с внутренними потребителями и торговыми сетями. Эти кредиты по ставке 2% должны рефинансироваться ЦБ под обязательства предприятий через подконтрольные государству банки с доведением до конечных заёмщиков по ставке не выше 4% на срок от 1 до 5 лет с жёстким контролем за целевым использованием денег исключительно на производственные нужды. Требуемый объём таких кредитов – не менее 5 трлн. руб.;

- Развёртывание целевого финансирования одобренных государством инвестиционных проектов за счёт кредитов ЦБ институтам развития по ставке 1% на 5-15 лет под облигации госкорпораций, правительства, субъектов федерации, муниципалитетов, международных организаций. Объём – не менее 2 трлн. руб.;

- Увеличение в три раза объёма льготных кредитных линий на поддержку малого бизнеса, жилищного строительства, сельского хозяйства, рефинансируемых ЦБ через специализированные институты развития федерального и регионального уровня не более чем под 2% годовых, включая ипотеку;

- Разработка и реализация государственной программыимпортозамещения в объёме не менее 3 трлн. руб. Предоставление ЦБ целевой кредитной линии на эти цели до 1 трлн. руб. Запретить импорт и лизинг за государственные средства (бюджета и средства госкомпаний) любой продукции, аналоги которой производятся в России, включая импорт самолётов, автомобилей, лекарственных препаратов, напитков, мебели и пр.

Долгосрочная стабилизация цен:

- Резкая активизация антимонопольной политики, в случае её неэффективности – временное замораживание цен на товары первой необходимости;

- Предоставление ФАС права при резком колебании цены сначала резко возвращать её на прежний уровень и только после этого расследовать обоснованность её изменения;

- Обеспечение российским товаропроизводителям беспрепятственного доступа на рынки городов, расчистка товаропроводящих сетей для свободной конкуренции;

- Недопущение повышения (среднесрочная фиксация) регулируемых тарифов, в том числе для конечных потребителей тепла и электроэнергии. Прекращение их ежегодной индексации. Пересмотр тарифов только на основании комплексного анализа эффективности ЖКХ, генерации и передачи электроэнергии. При необходимости – обратная консолидация энергосетей в руках государства, разработка и внедрение государственной программы развития энергосбытовой инфраструктуры. Обеспечение гражданам, малому и среднему бизнесу свободного доступа к товарам и услугам естественных монополий, минуя посредников.

Снижение зависимости от внешнего финансирования:

- Вывести активы государства (Резервный фонд, Фонд национального благосостояния, резервы Банка России) из обязательств стран, ведущих против России экономическую войну. Перевести их в политически-нейтральные инструменты, прежде всего – золото, обязательства стран БРИКС. Произвести преобразование Резервного фонда в Бюджет развития, средства которого должны тратиться на стимулирование инвестиций в перспективные направления роста экономики путём фондирования институтов развития, облигаций государственных корпораций, инфраструктурных облигаций;

- Деофшоризация российского бизнеса путём реализации комплексной системы мер (введение статуса национальной корпорации, прекращение взаимоотношений государства и госсектора с офшорными компаниями, введение ограничения их допуска в чувствительные сектора российского рынка);

- Законодательное включение в перечень целей государственной денежно-кредитной политики и деятельности Банка России создания условий для экономического роста, увеличения инвестиций и занятости;

- Переход на регулирование денежного предложения посредством установления ставки рефинансирования с проведением денежной эмиссии преимущественно для рефинансирования коммерческих банков (под залог кредитных требований к производственным предприятиям), облигаций государства и институтов развития.При этом ставка рефинансирования не должна превышать среднюю норму прибыли в инвестиционном комплексе, а сроки предоставления кредитов должны соответствовать типичной длительности научно-производственного цикла в обрабатывающей промышленности;

- Кардинальное расширение ломбардного списка Центрального банка, включение в него векселей и облигаций платёжеспособных предприятий, работающих в приоритетных направлениях, институтов развития, гарантий федерального правительства, субъектов федерации и муниципалитетов. При этом во избежание стимулирования вывоза капитала и валютных спекуляций приём иностранных ценных бумаг и иностранных активов российских банков в качестве обеспечения ломбардных и иных кредитов ЦБ следует прекратить;

- Многократно увеличить капитал институтов развития путём эмиссии их долгосрочных облигаций, выкупаемых Банком России и включаемых в его ломбардный список;

- Создать Государственный внебюджетный инвестиционно-кредитный фонд по образцу немецкого KFW с его рефинансированием за счёт Резервного фонда правительства и выкупа облигаций Банком России в соответствии с государственной инвестиционной программой;

- Открыть кредитную линию ЦБ на рефинансирование корпораций и банков, сталкивающихся с прекращением внешнего кредита по причине санкций на тех же условиях, что и замещаемые иностранные займы;

- Многократно увеличить финансирование институтов лизинга отечественной техники путём целевого рефинансирования ЦБ под 0,5% годовых;

- Ограничить заимствования контролируемых государством корпораций за рубежом; постепенно заместить инвалютные займы контролируемых государством компаний рублёвыми кредитами государственных коммерческих банков за счёт их целевого рефинансирования со стороны Центрального Банка под соответствующий процент;

- Ограничить предоставление гарантий по вкладам граждан в рамках системы страхования вкладов только рублёвыми вкладами с одновременным повышением нормативов обязательных резервов по вкладам в иностранной валюте;

- Создать государственное Перестраховочное общество с целью замещения зарубежных институтов перестрахования.

Содействие повышению конкурентоспособности российских компаний:

- Разработка и реализация целевой программы модернизации и опережающего развития экономики на основе нового технологического уклада;

- Одновременно с увеличением рефинансирования институтов развития введение планирования их деятельности, исходя из установленных приоритетов модернизации и развития экономики на основе опережающего роста нового технологического уклада;

- Выделение стратегически и социально значимых предприятий: в отношении первых не допускать перехода под контроль иностранного капитала или закрытия (например, ВПК), в отношении вторых – закрытия (например, градообразующие предприятия и системообразующие банки). В случае их банкротства предоставление возможности трудовым коллективам их обращения в народные предприятия с реструктуризацией обязательств;

- Проведение переписи предприятий в целях восполнения имеющихся пробелов в идентификации собственников, менеджмента, работников предприятий, но и восстановить соответствие между субъектами экономики и субъектами права. Требует расширения практика предоставления предприятиями т.н. интегрированной отчётности, позволяющей комплексно оценивать не только текущее состояние, но и перспективы функционирования предприятия в изменяющейся среде по широкому кругу показателей его деятельности.

Законодательное установление права трудового коллектива, специалистов и управляющих на создание своих коллегиальных органов (совет работников, научно-инженерный совет, совет управляющих) и избрание своих представителей в высший орган стратегического управления (совет директоров), обеспечивающий учёт интересов всех участников деятельности предприятия в сочетании с интересами развития самого предприятия как хозяйствующего субъекта.

В общем случае, если банкротство предприятия ведёт к его ликвидации и уничтожению рабочих мест, трудовой коллектив должен иметь право установления контроля над ним, в том числе в форме реорганизации его в народное предприятие.

Создание системы управления развитием экономики

Для придания системности работе по повышению устойчивости российской экономики необходимо централизовать управленческие и хозяйственные ресурсы во вновь создаваемых государственных комитетах по стратегическому планированию и научно-техническому развитию на уровне президента, перейти к системному стимулированию НТП. Об этом – следующая статья цикла.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497947 Сергей Глазьев


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497946

Зачем вновь и вновь вспоминать Сталинград?

отметили и забыли до следующего юбилея

Игорь Шумейко

Как соавтор грандиозного проекта издателя Александра Никишина, альбома-реконструкции Сталинградской битвы, вижу своими «целями» не только клеветников-фальсификаторов. А все эти «отметили и забыли до следующего юбилея. И что там может быть нового?». Да, корпус воспоминаний, документов изучен, «новым» может стать чуть иной угол зрения.

«Город имеет значение»

Доказательство от противного. В прошлом очерке говорил о значении Сталинграда, Волги – единственной «нефтяной нити». О значении Имени. План «Цитадель» (1943), известно, Гитлер рассматривал как «реванш за Сталинград». «Курская дуга», прорыв флангов, окружение – напоминало геометрию Сталинградской битвы. Но… Когда Кейтель высказался за наступление «и по политическим соображениям», генерал-полковник Гудериан резко возразил: «Как вы считаете, сколько людей вообще знает, где находится этот Курск?». Т.е. кроме опасения тяжёлых танковых потерь (что и произошло) Гудериан подметил морально-политический дефект плана: победа не компенсировала бы Сталинград.

Единственный во Второй мировой войне и, как ясно теперь, главный в мировой истории символ героизма, великих жертв и выдающейся военной победы. Даже спустя 80 лет китайцы, желая подчеркнуть значение своей победы под Уханью, называют её «Китайский Сталинград». Сирийцы, устоявшие в Алеппо, звали его своим Сталинградом. Многие присваивали это самое почётное звание в истории войн.

Второй

Паулюс – второй фельдмаршал, взятый в плен на поле боя. Через 233 года после шведского фельдмаршала Реншильда (Полтава). Этот труднейший счёт нельзя сбивать кучами французских маршалов, немецких фельдмаршалов, сдавшихся в плен при капитуляции государства. Последние (немецкие) так просто летели (как недавно челночники в Турцию за шмотками) – сдаваться американцам.

Откуда у парня сталинградская грусть

Воспоминания полковника (в Сталинграде сержанта) Г.К. Мухальченко: «После первой, или второй, или третьей атаки немцев, которые были отбиты, нам дали задачу заминировать лощины между высотой и станцией Котлубань. В это время и был ранен Рубен, сын Долорес Ибаррури. Я помню: его погрузили на телегу и отправили на Котлубань»... В тот день после гибели комбата Рубен Ибаррури взял командование на себя, поднял батальон в атаку, враг был отброшен, лейтенант Ибаррури ранен. В госпитале скончался 4 сентября 1942 г. Похоронен на Аллее Героев Волгограда. Звание Героя присвоено в 1956 г. Долорес Ибаррури не раз приезжала на могилу сына в Волгоград.

200 метров

Майкл Джонс, книга «Сталинград. Как Красная Армия выдержала немецкий натиск»: «До берега оставалось всего 200 метров, русские были на грани поражения. Германские ВВС обладали превосходством в воздухе, переброска подкреплений через Волгу среди бела дня была самоубийством. Но командир 13-й гвардейской дивизии считал, что обороняющиеся не удержат берег реки до наступления ночи и приказал переправляться: на кону стоит исход битвы, возможно – всей войны. Генерал Родимцев приказал своим войскам грузиться на баржи и начал переправу. В катер генерала попала бомба, когда он подходил к берегу. Погибли почти все, однако генерал чудом уцелел».

Антон Драган, 42 гвардейский стрелковый полк: «Больше суток вели бой в гвоздильном заводе. Боец отползал с занятой позиции только тогда, когда под ним горел пол и начинала тлеть одежда. На перекрёстке Краснопитерской и Комсомольской улиц мы заняли трёхэтажный дом. Он стал нашим последним рубежом».

«Всё смешалось в ставке фюрера»

Непосредственный начальник Паулюса фон Вейхс (группа армий «Б») доносил в ставку: «Запертые в рабочем посёлке Спартановка советские соединения уничтожены» (15 октября).

А 20 октября начальник генштаба докладывал Гитлеру: «Части 16-й танковой и 94-й пехотных дивизий («уничтоженных») проникли в западную часть Спартановки, заняли группу домов».

Гитлер в рейхстаге (конец сентября): «Мы штурмуем Сталинград и возьмём его, на это можете положиться. Если мы что заняли, нас не сдвинешь». Геббельс (беседа с турецкими журналистами): «Я всегда говорю, взвешивая свои слова, могу сказать с уверенностью: до зимы русская армия уже не будет опасной для Германии. Прошу вспомнить об этом через несколько месяцев». То были решающие дни борьбы по втягиванию в войну Турции. Получается, избежавшей участи всех союзников Гитлера – территориальных потерь – благодаря Сталинграду, интуиции собственного руководства.

Телеграмма

Мао Цзэдун (7 ноября): «С большой радостью приветствую годовщину Октября. Я уверен, эта годовщина – поворотный пункт к победе над фашизмом во всём мире»... Ведь это 12 дней до исторического контрнаступления!

Нарком на передовой

Танки, шедшие в бой прямо из проходной завода, - известны. Но в переломные дни рядом с рабочими Тракторного завода налаживал работу уполномоченный ГКО, зампредсовнаркома, нарком танковой промышленности В.А. Малышев.

Валим всё на фюрера!

Спортивно-мемуарное соревнование немецких полководцев: «Гитлер запретил Паулюсу вырваться из окружения. Погубил». Доводы генерала Чуйкова, кратко: «Паулюс мог нанести удар 23-24 ноября на прорыв. Допустим, брешь пробили, бросив всю технику, артиллерию (горючее на исходе!) вышел бы... в открытое поле. А Гитлер приковал к окружённым – пять наших армий! Они могли на оперативном просторе ударить на Ростов-на-Дону и отрезать всю группу армий «А» на Кавказе, как и армию Паулюса. Которая держалась по 2 февраля. В степи она была бы рассеяна, уничтожена, пленена в течение нескольких дней».

Увы, в мировой литературе анализ победителя, генерала Чуйкова, менее «раскручен», чем стенания побеждённых. А без учёта «висящей» немецкой группировки на Кавказе приказ Гитлера держаться в Сталинграде непонятен, обесценивает стратегические усилия нашего командования: «победили немцев из-за сумасшедшего фюрера»!

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены. Армия, полиция > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497946


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497944

Мир накануне больших перемен

Круглый стол Изборского клуба

Редакция Завтра Александр Домрин Юрий Тавровский Василий Симчера Михаил Хазин Александр Нагорный Леонид Ивашов Сергей Глазьев Владимир Винников Владимир Овчинский Сергей Белкин

Александр Нагорный, политолог, заместитель председателя Изборского клуба.

Уважаемые коллеги! С начала нового 2018 года произошло такое количество уникальных и значимых событий, особенно в Соединённых Штатах, что впору говорить о новой ситуации не только у наших американских «друзей», но и во всём мире. Многие из этих событий были обобщены и проанализированы в работе Владимира Овчинского, опубликованной в газете «Завтра» (2018, №4), но, конечно, автор не мог охватить все темы сразу, да и плотность событийного потока за это время не уменьшилась, а, скорее, возросла. Поэтому, надеюсь, мы продолжим, расширим и углубим начатый Владимиром Семёновичем разговор — особенно в свете предстоящих президентских выборов в России. Полагаю, что пресловутый «кремлёвский доклад», представленный министерством финансов Конгрессу США, хотя и беспомощный на первый взгляд, всё-таки оказал серьёзное воздействие на умы и настроения нашей «властной вертикали» — во всяком случае сразу же состоялась поездка за океан троих высокопоставленных российских разведчиков: Александра Бортникова, Сергея Нарышкина и Игоря Коробова, потом началось ралли – сначала на американском, а затем и на других фондовых рынках.

Сергей ГЛАЗЬЕВ, академик РАН.

Как один из героев «кремлёвского списка», я не претендую на сочувствие, но прошу слова.

Находясь уже четвёртый год под различными санкциями США и их союзников, не устаю удивляться нашей властвующей элите, подавляющее большинство представителей которой до сих пор думают, что «Запад нам поможет», что всё происходящее — недоразумение, которое каким-то образом можно устранить. Эти люди сначала пытались дружить с Бараком Обамой и Хиллари Клинтон, потом они рукоплескали Дональду Трампу, а теперь «ищут подходы» к американским конгрессменам…

Говорят, Сталину потребовалось несколько дней, чтобы разувериться в дружбе с Германией после гитлеровского вторжения. А у нас уже четвёртый год после захвата Украины спецслужбами США и выращенными ими неонацистами, ежедневно убивающими и насилующими русских людей, всё «протягивают руку дружбы» нашим американским «партнёрам» — после того, как им в лицо швырнули перчатку. Думаю, даже если эти люди окажутся в американской тюрьме или у них конфискуют всё имущество — личное, а не государственное, которого им не жаль, - это не сможет поколебать их веры в «американскую мечту», ведь всё так хорошо начиналось…

Самая опасная ошибка на войне, как известно, — это недооценка противника. А если противника принимают за союзника и друга, причём старшего, такая ошибка вообще фатальна. И хотя ещё в позапрошлом веке один из русских генералов сказал, что хуже войны с англосаксами может быть только дружба с ними, наша «властная вертикаль» не желает учиться ни на прошлых, ни даже на своих собственных ошибках.

В ХХ веке эта дружба дважды приводила к краху нашей государственности с распадом страны — так Антанта погубила Российскую империю, а навязанное Вашингтоном «новое мышление» Горбачёва с Ельциным уничтожило Советский Союз. В этот раз нам, можно сказать, повезло: Трамп открыто объявил всё российское руководство врагами США. Членство в списке – это повестка на войну, уклониться от которой, заняв известную страусиную позицию, всё равно не получится.

И не нужно здесь надеяться на конфликт внутри американской властной элиты. Как бы нам ни хотелось видеть Трампа воюющим с нашими врагами, против России они выступят единым фронтом.

Это объясняется тем, что США объективно теряют мировую гегемонию в процессе смены технологических и мирохозяйственных укладов. Они проигрывают экономическую конкуренцию Китаю, ядро нового векового цикла накопления капитала смещается в Юго-Восточную Азию. Американская властвующая элита стремится удержать глобальное доминирование любой ценой, развязывая гибридную мировую войну за контроль над периферией. А в соответствии со своей геополитической традицией они воспринимают Россию как ключ к господству над этой периферией, к господству над Евразией. Так же, как британская элита дважды в прошлом веке организовывала мировые войны, сталкивая нас с Германией, чтобы сохранить своё мировое господство, американский истеблишмент разжигает войну в Европе через украинский конфликт, направляя своих марионеток в Киеве провоцировать Россию.

Уцелеть в этой войне, просто сделав вид, что нас она не касается, невозможно. Выиграть её в одиночку против многократно более сильного врага — тоже не получится. Поэтому необходимо максимально быстро создавать коалицию стран, не заинтересованных в войне и выступающих против неё. Эта коалиция должна лишить нашего противника главного источника его силы, которым является присвоенное ФРС США право эмиссии мировой валюты. Получаемый гигантский сеньоражный доход и позволяет официальному Вашингтону вести столь агрессивную политику, не считаясь с любыми тратами. В той мере, в которой мы и другие страны используем доллар, мы финансируем войну против нас. Пора прекратить эту самоубийственную политику. Главным оружием противостояния американской агрессии должен стать отказ государств антивоенной коалиции от использования доллара во взаимной торговле, совместных инвестициях и валютных резервах. Причём мы, как уже атакованная ими страна, должны сделать это первыми.

Трамп уже сделал для нас всё, что мог. Он открыто объявил врагами Америки всё правительство РФ, а Россию и Китай — главными угрозами американским ценностям. По сути, он нас предупредил: «иду на вы», да ещё и подсказал, кто наш главный союзник в этой войне. Но сделать этот союз непобедимым мы должны сами — Запад нам в этом точно не поможет.

Владимир ОВЧИНСКИЙ, доктор юридических наук.

В «кремлёвским докладе» миру, на мой взгляд, предъявили «пустышку», упрятав главное в «секретную» часть. А общая ситуация куда сложнее и многомернее. Но в основе, конечно, лежат финансово-экономические проблемы, и я обратил бы внимание коллег, прежде всего, на две речи Трампа: выступление в Давосе и послание к нации. В этих речах зафиксированы расхождения между тем, что делает 45-й президент США, и тем, что делали его предшественники, особенно Барак Обама.

Суть этих расхождений, на мой взгляд, заключается в том, что процесс глобализации современного мира — в том виде, в каком он осуществляется после событий 1991 и 2001 гг., — себя исчерпал, и Трамп его отметает, предлагая возврат к протекционизму и к новой индустриализации. Для этого он изменил всю налоговую политику, а теперь, видимо, будет добиваться изменений финансовой политики. Может, всё это случилось бы и без Трампа, но это случилось при Трампе и в результате инициатив Трампа.

Конечно, изменилась и внешняя политика США. Обаму считали скрытым мусульманином, сторонником исламских кругов. Трамп, Пенс и Тиллерсон ведут себя совершенно иначе, декларируя особые отношения с Израилем. Иные позиции занял официальный Вашингтон и в сфере торгово-инвестиционных соглашений, и по климату, и по экологии, и по мигрантам, и даже по военно-политическим союзам.

Разумеется, для проигравших президентскую гонку 2016 года «неоконсерваторов» рушится вся созданная ими на протяжении последней четверти века мировая система. Они лишаются доходов, влияния, международной клиентуры — короче, всего, что имели. Поэтому они предельно отмобилизованы, уже больше года пытаются дискредитировать Трампа и если не взять политический реванш путём ухода действующего президента в отставку, то хотя бы по максимуму отстоять свои позиции.

Как итог, ситуация в США сегодня напоминает времена Уотергейта, даже соперничество «демократического» ФБР и «республиканского» ЦРУ налицо. Но сейчас накал конфликта на несколько порядков выше, чем тогда, поскольку под вопрос ставится вся политическая, финансово-экономическая и социальная система США. На кону стоят даже не сотни миллиардов, а триллионы долларов.

Поэтому есть заказ: представить Трампа сумасбродом, идиотом, сексуально озабоченным маньяком, расистом, политическим профаном и кем угодно ещё. На самом деле это мощнейшая фигура, за которой стоят серьёзные силы в реальном секторе американской экономики, связанных с этим сектором банках, спецслужбах и так далее. В Давосе он говорил просто и по делу, двадцать с небольшим минут без всякой бумажки или суфлёра. Трамп не будет нашим другом — он будет нашим конкурентом, соперником, даже врагом. Но он — всерьёз и надолго, из этого факта и надо исходить.

То, что мощнейшей «фэбээровской» связке Коми—Мюллер, устроившей «Рашагейт» против Трампа с целью его отстранения от президентской власти, успешно противопоставлен «меморандум Нуньеса», — очень яркий пример того, какими средствами и на каком уровне ведётся сейчас в США внутриполитическая борьба и какого накала она достигает. Думаю, что в этой борьбе Трамп не только уцелеет, но и победит. ЦРУ уже получило бюджет в два раза больше, чем они ожидали, — с целью максимально расширить работу на российском и китайском направлениях, против двух главных стратегических противников США.

Михаил ХАЗИН, экономист.

Начну с того, что Трамп — представитель весьма влиятельной части американского истеблишмента, которая была отодвинута от контроля над финансовыми потоками в конце 90-х годов. В результате вся долларовая эмиссия за 20 с лишним лет, по сути, шла мимо них, исключительно в банковский сектор. США с 2008 по 2015 год напечатали «кэша» на два с половиной триллиона долларов. Почему они бросили настолько выгодное дело — ведь в Америке не было даже сколько-нибудь ощутимой инфляции? Дело в том, что в 2008 году в США был весьма высокий кредитный мультипликатор, близкий к 17, а денежная масса составляла всего 800 млрд. долл. За семь лет эта база выросла в четыре раза! И одновременно в четыре раза упал мультипликатор: с 17 до 4. То есть совокупная денежная масса не менялась — поэтому и не было инфляции, а вот соотношение наличных и кредитных денег в ней изменилось разительно. Дальше снижать мультипликатор уже нельзя, иначе в экономике начнётся то, что в России 90-х было известно как «кризис неплатежей». Тогда мультипликатор у нас был на уровне 1,2, банковская система вообще не работала.

Нынешняя банковская система убыточна по самой своей сути, ибо она изначально, ещё в 1944 году создавалась как система для легализации эмиссионных денег. Она не получала прибыли от своей деятельности — она утилизировала эмиссионные деньги. Это другой функционал, другие задачи. И когда она столкнулась с кризисом ликвидности, то вынимала деньги отовсюду, где это было возможно. Из Китая вытащили триллион долларов, из России — неизвестно сколько, официально видим 200 млрд., что-то печатает Европа, что-то — Япония, но больше денег, больше активов взять неоткуда. Поэтому в 2015 году программы «количественного смягчения» от Федрезерва были прекращены, печатный станок долларов остановили ввиду бесполезности его дальнейшей работы. Иными словами, деньги есть, но их совершенно некуда вложить с нужным уровнем прибыли.

Всё, это конец правого либерализма. Но Америка — правая страна. Поэтому она выбрала правого консерватора Дональда Трампа, а не левого либерала Берни Сандерса. Хиллари Клинтон, кстати, проиграла и тому, и другому, но если Сандерса она ещё сумела «закатать в асфальт», используя «административный ресурс» Демократической партии, то с Трампом такого ресурса у неё не хватило. Кстати, дальнейшее движение ведёт к левому консерватизму, который в истории был реализован всего однажды — в СССР. Именно по этой причине сейчас в мире бешено растёт популярность России — потому что за ней стоит фантомный образ Советского Союза. И по той же причине за границей бешено растёт популярность Путина, за которым стоит фантомный образ Сталина. Отсюда и антисталинская, антисоветская кампания, которую ведут правые либералы в нашей стране: для них левый консерватизм – это смерть, и любое движение в этом направлении они стремятся уничтожить ещё в зародыше. Но ничего не получается. Уровень поддержки Сталина в России сейчас близок к 80%, и эта цифра стабильна на протяжении уже многих лет.

Возвратимся к Дональду и Хиллари. Выбор между ними сводился к нехитрой дилемме: либо мы спасаем глобальную финансовую систему за счёт экономики США, либо мы спасаем экономику США за счёт глобальной финансовой системы. Выбор делали всё-таки американские граждане, поэтому результат оказался немного предсказуем.

Трамп выступил с традиционной республиканской программой снижения корпоративных налогов и, соответственно, повышения прибылей. И в краткосрочной перспективе, на два-три ближайших года, Америка превратится в пылесос, который втянет в себя деньги со всего мира. Трамп в Давосе сказал простую вещь: чем быстрее вы принесёте нам свои деньги, тем больше прибыли вы получите. Поэтому его встретили там аплодисментами. В 1944 году, когда создавалась Бреттон-Вудская система, США давали 52% реального мирового производства и 52% мирового потребления. Сейчас у них 35% потребления, а производства почти вдвое меньше, около 18%. Поэтому они должны или сокращать потребление, или наращивать производство, или делать то и другое вместе. Капиталы, которые придут в Америку вследствие налоговой, судебной и других реформ Трампа, пойдут в реальное производство и на восстановление экономической инфраструктуры.

Поэтому Трампу интересны не те регионы, которые что-то могут в США продать, а те, которые могут у США что-то купить. Таких регионов в мире всего два-три, вернее — один полностью, это Россия с «постсоветским пространством», и ещё два наполовину, это Латинская Америка и Индия. Вот с кем Трамп будет дружить, а всех остальных — очень сильно «гнобить», хотя слова при этом могут и будут произноситься любые. Последствия тут самые разные. Например, если Трамп начнёт «гнобить» Германию, отнимая у неё деньги, то содержать в Европе свою «зону влияния» Берлин уже не сможет. Не говоря уже про её расширение. Вся Восточная Европа это почувствовала, и сейчас видит в России больше возможностей, чем в ЕС. Поляки, кстати, уже готовы стать первыми, кто совершит «разворот на Восток».

Леонид ИВАШОВ, генерал-полковник, президент Академии геополитических проблем.

На мой взгляд, не следует забывать, что Россия никогда другом ни для мировой финансовой системы, ни для США не была и не будет. Она была для неё объектом эксплуатации, начиная, по крайней мере, со второй половины XVI века.

Всё, что у нас происходило после 1984 года, начиная с прихода к власти в СССР Горбачёва и вплоть до нынешней активности Путина, я рассматриваю в рамках единого стратегического процесса, единой геополитической операции.

Что это за процесс и что это за операция? Нам позволили выстроить эту коррупционную, офшорную пирамиду. Но конечная стратегическая установка остаётся прежней: расчленение и уничтожение. Приведу пример.

В 2011 году я по линии МИДа был направлен в Великобританию, где под Лондоном проходила конференция высокого уровня. И там ко мне проявил интерес один очень старый, кажется, 84-летний лорд, который работал в парламентской комиссии по разведке. В той беседе он мне практически всё предсказал, как будет развиваться ситуация в России и в Кремле, заявив, что каждый доллар, приходящий из нашей страны на Запад, фиксируется, и все наши чиновники, политики, олигархи и прочая «элита» — все они «сидят в мышеловке». А не «берут» их потому, что они везут деньги. Но эта мышеловка в любой момент может захлопнуться, и тогда Россия останется без денег и, соответственно, без защиты и без работающей системы управления, то есть начнётся хаос.

Чтобы понять, что происходит в США, нужно посмотреть, что происходит в мире. На протяжении почти двух тысяч лет мир представлял собой систему государств, которые были главными политическими субъектами. Теперь такими субъектами выступают транснациональные сообщества, основанные на финансовом капитале. А государства трансформируются из политических субъектов в политические объекты. В частности, проекты Транстихоокеанского и Трансатлантического партнёрств призваны были окончательно «добить» правосубъектность не только их государств-участников, но и государств вообще, по прецедентному праву.

Альтернативы не было, поскольку доллар с 1913 года эмитируется транснациональными структурами через Федрезерв, и поскольку эти структуры определяют политику самой мощной страны современного мира, США, и через неё диктуют правила поведения остальным странам мира.

Сейчас Китай и Россия, два крупнейших государства мира, предложили иной, альтернативный путь развития — и к ним начали присоединяться государства, чья субъектность была ограничена диктатом США, но не разрушена окончательно. Это Евразийский союз, ШОС, БРИКС и другие международные структуры с подчёркнутым приоритетом субъектности входящих в них государств, со своим расчётным финансовым центром. Это альтернатива транснациональному глобализму. И она была бы невозможна без России, поскольку лишь Россия сегодня способна обеспечить её безопасность, прежде всего — военную.

Конечно, этот фактор оказал серьёзное влияние на ту часть американской верхушки, которую можно назвать «национал-экономистами». Когда они увидели, что военного доминирования у США больше нет, — а это стало ясно уже после пуска наших «калибров» с акватории Каспийского моря в Сирию 7 октября 2015 года, — они запустили проект Дональда Трампа, который стоял у них «на полке» едва ли не со времён перестройки. Это вызов господству транснационального финансового капитала или, как его ещё называют, финансового интернационала, Фининтерна. И в этом отношении да, связь между Россией и Трампом для Фининтерна очевидна и не требует никаких доказательств.

Вот в чём суть идущего в США конфликта, который уже приобрёл черты «холодной гражданской войны». При этом администрация Трампа — единственная в истории, которая была сменена на 80% за первые восемь месяцев своей работы. То есть почти все, с кем Трамп шёл и пришёл во власть, были выдавлены. И сейчас там уже достигнут некий компромисс: Трампу вроде бы отдают внутреннюю политику и экономику, но внешнюю политику у него отняли, образно говоря — на президента надели наручники. Но говорить, что «национал-экономисты» проиграли «глобалистам», сегодня нельзя. Идёт перегруппировка сил, но её исход будет зависеть от того, насколько успешным окажется новый, последний удар глобалистов по России, целью которого будет наша система управления, наша финансовая система, а также наша система безопасности. Я не сомневаюсь в том, что такой удар будет нанесён в самое ближайшее время с целью ввергнуть нашу страну в гражданскую войну, в дестабилизацию и хаос, а если получится — то и разорвать её на куски.

Василий СИМЧЕРА, доктор экономических наук, директор НИИ статистики Росстата (2001-2010).

Я постоянно говорю о том, что нас заставляют жить в каком-то королевстве кривых зеркал, где всё искажено, и поэтому невозможно понять, что происходит в действительности. Это касается не только России — это касается и Америки, и Китая, и любой иной страны, и мира в целом.

Спрашивается, кому и зачем это нужно? Нужно это тем, кто извлекает из такой ситуации выгоду, кто здесь обладает властью и собственностью.

Иначе у нас не было бы столько миллиардеров при нищем населении, а зарплаты в правительстве РФ не составляли бы миллион семьсот тысяч рублей в месяц — при катастрофической недооценке и труда граждан России, и реальной, полной стоимости наших природных ресурсов, которые продаются на экспорт мало того что в полцены, но ещё и с отсрочкой платежей, а 40% этих денег вообще не попадают в российскую экономику, оставаясь в системе зарубежных банков. В результате наши реальные убытки — с учётом того, сколько денег мы отбираем у будущих поколений, наших детей и внуков — каждый год составляют, извините, почти триллион долларов. О каком экономическом росте, о каком росте народонаселения, о каком развитии можно при этом говорить? Но ведь говорят же, причём на полном серьёзе, даже какие-то цифры приводят: 1,5% роста в 2017 году, рецессия позади, ура! Да у нас сегодня — только 40% от реального, в натуральных показателях, уровня производства 1990 года. То есть не рост в 2 раза, как следует из официальной цифры ВВП, а падение в 2,5 раза.

Это одна сторона. А вот другая. Промышленность США производит товаров на 7 триллионов долларов в год, сельское хозяйство — на триллион долларов, остальные 11 с лишним триллионов их GDP, то есть ВВП по-американски, — это услуги, из которых почти 9 триллионов — «воздух». За счёт чего тогда финансируется гигантский американский бюджет, в том числе военный на 700 млрд. долл.? Задачка-то простая, для второго класса начальной школы. Не из воздуха, не из «печатного станка», а вот из этого обмена финансового «воздуха» на реальные товары и услуги. Знаете, какой должна быть сегодня мировая цена на нефть? В пять раз выше, около 300 долларов «за бочку». В 2016 году США импортировали 2,88 млрд. баррелей нефти, это нетто-импорт, по средней цене ниже 45 долларов за «бочку», это почти 750 миллиардов долларов только прямого скрытого дохода, не считая связанных с ними финансовых операций, приносящих косвенный доход, — а вы ещё спрашиваете, зачем США вроде бы безнадёжно убыточная «сланцевая нефть»?

Вся система счетов и балансов предельно искажена для того, чтобы не было видно, кто, у кого, где, когда и как изымает реальные стоимости в свою пользу. Пока мы эту систему не «выпрямим», не начнем всё считать по полной стоимости — мы из финансово-экономического кризиса не выйдем, и он в конце концов докатится до катастрофы.

Сергей БЕЛКИН, писатель.

Должен отметить, что в наших отношениях с Соединёнными Штатами существует определённая цикличность. Рейган объявлял Советский Союз «империей зла», теперь Российская Федерация снова — «враг Америки номер один». Это, несомненно, радует.

В мировой экономике мы формально никто, России нет, поскольку её доля в мировом производстве составляет меньше 2%, население — тоже меньше 2%, и все находящиеся на нашей территории ресурсы, вместе с самой территорией, уже давно были бы поделены между сильными мира сего, но тут всё действительно упирается в наш военно-стратегический потенциал, в ракетно-ядерный щит и меч, в новые подлодки, танки, ракеты, средства электронной борьбы, космическую группировку и так далее.

В каком ещё измерении Россия что-то собой представляет? Леонид Григорьевич правильно сказал, что Россия не утратила способности генерировать новые, альтернативные модели развития, и Михаил Леонидович тоже правильно сказал о призраках Советского Союза и Сталина. То есть основная борьба идёт в сфере ценностей. Когда мы приняли западные ценности, Советский Союз развалился, и никакие ядерные ракеты, никакие танки и космические корабли тут не помогли.

Этим Россия сегодня прежде всего опасна для Америки, из-за этого санкции, «кремлёвские списки» и всё остальное. Мы самим фактом своего существования вот в этом качестве суверенной страны с военно-стратегическим паритетом мешаем «коллективному Западу» во главе с США в охотку грабить остальной мир, ставим этому грабежу какие-то «красные флажки». В этом наша потенциальная сила, и это мы расплескали — хорошо, что не до конца — в ходе горбачёвской «перестройки» и ельцинских «рыночных реформ». Неудивительно, что все силы Запада были направлены на то, чтобы мы, во-первых, ненавидели и отрицали своё прошлое, как минимум с 1917 по 1991 год, желательно во всех аспектах; а во-вторых, утратили адекватное, объективное восприятие мира, и тут хороши любые средства – от разгрома системы образования и науки до наркотиков. Все наши масс-медиа, от прессы и телевидения до интернетовских соцсетей, забиты негативным контентом, другого там просто нет.

Поэтому нашему обществу, на мой взгляд, уже трудно оценить публикацию того же «кремлёвского списка». Одни считают, что он — пустышка, другие вовсю обсуждают его «секретную часть», которую в глаза не видели. А это — не пустышка. Во-первых, фигуранты списка на него реагируют, и реагируют каждый по-своему, что даёт важную информацию. А во-вторых и в главных, каждый мой соотечественник, знакомясь с этим списком, невольно задаст себе вопрос, что у него общего с такой властью — она же вот, как на ладони, — и как он лично отнесётся к тому, что перечисленные там деятели потеряют деньги и власть. Про других не скажу, но у меня сочувствие из 210 перечисленных российских лидеров вызывает только один, который ничего не приватизировал, не реформировал и не воровал, — это Евгений Касперский, которого американцы сегодня прессуют по всему миру по полной программе. Один из 210! Вот о чём этот «кремлёвский список», он не для американцев сделан, а для россиян: мол, посмотрите, граждане-товарищи, кого вы там защищаете, кто у вас власть…

Так что это — не пустышка, это — удар в самое слабое место нынешней России, по которому её действительно можно сейчас расколоть.

Теперь что касается вызовов.

Первое. Американской ядерной программы нам сейчас бояться не нужно, потому что они этот сектор не развивали с 2000 года, когда сконцентрировались на стратегии быстрого глобального удара с созданием глобальной же системы ПРО, а такую лакуну за год-два или даже за пять лет ничем стоящим заполнить не удастся. Тем более что мы теперь имеем средства и противодействия быстрому глобальному удару, и преодоления их противоракетной обороны.

Второе. Наше ядерное оружие — единственный фактор, который позволяет нам сегодня хоть в какой-то мере говорить на равных не только с Америкой, но и с Китаем. Как только китайцы получат доступ к нашим технологиям в этой сфере, будет всё так же, как уже было в авиации, в космосе и в атомной энергетике. Поэтому дружба дружбой, а табачок надо держать сухим.

Тем более что в своей речи на XIX съезде КПК в октябре 2017 года товарищ Си назвал противником Китая не США, а — внимание! — мировую систему капитализма. Вопрос на засыпку: мы сейчас в России что, собственно, строим? Ни капитализм, ни социализм, а власть олигархическая? Или что?

В-третьих, нам нужно думать и принять новую идеологическую доктрину, которая выведет нас вперёд как в отпоре американцам, так и в отношениях с КНР. Ведь в Китае очень многие считают, что у нас за Уралом — пустующие территории, которые китайцы просто обязаны заселить и облагородить, социализм им в помощь.

В-четвёртых, нам срочно нужен ещё один союзник, способный в долгосрочной перспективе уравновесить растущее влияние китайского фактора. Европа, к сожалению, по ряду причин в ближайшей перспективе отпадает, исламский мир отпадает, Япония тоже отпадает. Поэтому кто остаётся? Я, вслед за покойным Евгением Максимовичем Примаковым, отдавая должное его уму и прозорливости, вижу в этой роли Индию. Вот такие вот соображения.

Владимир ВИННИКОВ, культуролог.

Говоря о России, мы, как правило, ставим знак равенства между понятиями «Россия» и «Российская Федерация». Это примерно то же самое, что считать айсбергом только его видимую часть, оставляя вне поля зрения 9/10, находящихся «под водой». И есть основания полагать, что реальный вес «большой России» в мировой экономике соотносится с весом Российской Федерации если не в этой классической «пропорции айсберга», то хотя бы как три к одному.

Речь идёт не о том, что надо считать экономику по паритету покупательной способности, а не по обменному курсу к доллару, и не о том, что эксперты МВФ «досчитали» российской экономике 33,7% «теневой» составляющей, и даже не о том, что собственность российских резидентов за рубежом оценивается примерно в триллион долларов.

Структура там совсем другая, и трудно сказать, насколько затрагивает эту структуру секретная часть «кремлёвского доклада» министерства финансов США, представленного Конгрессу, — скорее всего, не затрагивает. А вот декабрьская неформальная встреча в Ново-Огарёве девяти лидеров стран СНГ — видимо, связанная в том числе с заморозкой части суверенного национального фонда Казахстана, - какое-то отношение к этому имеет. Но вряд ли прямое.

Если из страны постоянно и безвозвратно утекают непонятно куда за рубеж какие-то гигантские деньги, и в то же время она без всякого труда и видимых усилий непонятно где находит средства для противодействия санкциям или для системной модернизации своей армии, то, наверное, чего-то мы не понимаем — образно говоря, не умеем сложить два и два. Но, может быть, это и не нужно?

Юрий ТАВРОВСКИЙ, востоковед, профессор РУДН.

Публикацию «кремлёвского списка», на мой взгляд, можно сравнить с применением тактического ядерного оружия. Здесь уже упоминалось о том, что в новой стратегической доктрине США Россия названа главным противником Америки. Но почему-то не было сказано, что названа она так не сама по себе, а в связке с Китаем. А российско-китайский союз — это совсем другая экономическая, политическая и даже идеологическая реальность, чем РФ и КНР поодиночке.

Я только что был в Фонде Карнеги, где выступал бывший замминистра обороны США Уильям Перри, и он говорил, что после принятия этого документа возможность глобальной войны с применением ядерного оружия значительно возросла, хотя лично он в такое развитие событий не верит.

Мне кажется, в этом документе есть кое-что положительное. Ведь нас и китайцев поставили на одну доску как врагов Америки. То есть укрепили союз Пекина и Москвы, который США целенаправленно разрушали после смерти Сталина и который Путин кропотливо восстанавливал с самого начала своего президентства, а теперь получил и мощную поддержку в лице Си Цзиньпина.

Это не вопрос личных пристрастий или случайностей — это вопрос выживания двух крупнейших (России — по территории и военному потенциалу, Китая — по населению и экономике) государств современного мира. Си Цзиньпин под лозунгом «китайской мечты» основной упор делает на развитие внутреннего рынка с постепенным отказом от экспортной модели экономики, на которой строилось всё «китайское чудо» начиная с реформ Дэн Сяопина в 1978 году. Согласно его планам, к 2035 году КНР должна превратиться в «страну средней зажиточности», то есть со «средним классом» в размере почти миллиарда человек. Сбудется ли кошмар западного истеблишмента, где прекрасно понимают, что если полтора миллиарда китайцев пересядут с велосипедов на автомобили, то у них все должны будут пересесть с автомобилей на велосипеды?

Не будь России или будь Россия по какой-то причине недееспособной, нейтральной, вне союза с Китаем — вопрос решился бы новой «опиумной войной», какой-нибудь «Бурей над Янцзы». Но всем понятно, что Россия и Китай будут «рука об руку и плечом к плечу», как сказал Си Цзиньпин на торжествах в честь 60-летия Победы в Москве. И это ключевой фактор в дальнейшем развитии международной ситуации.

Но если мы и после 2018 года будем шесть лет, как выразился однажды Путин, «сопли жевать», мы перестанем представлять интерес для Китая в качестве стратегического союзника — иллюзий по этому поводу питать не стоит. Нужна реидеологизация страны, нужна мобилизационная модель экономики, нужен переход на новый шестой технологический уклад, нужна модернизация инфраструктуры, и это расстояние, как перед Второй мировой войной, нам нужно пробежать за десять лет — иначе Россию сомнут. Даже неважно, кто именно это будет: США, Китай, исламский мир или кто-то ещё.

Александр ДОМРИН, американист.

Что касается ситуации в Америке, то это, как я полагаю, не «второй Уотергейт», а скорее «анти-Уотергейт». Ричард Никсон на выборах 1972 года вынес своего соперника Макговерна, что называется, в одну калитку, победив в 49 штатах. Кажется, больше такого успеха не достигал ни один американский политик: ни Авраам Линкольн, ни Франклин Рузвельт, ни Джон Кеннеди — никто. За кандидата от «партии осла» проголосовали тогда только федеральный округ Колумбия (в Вашингтоне Никсона очень не любили) и в штате Массачусетс. И вот после этого случился Уотергейт с отставкой 37-го президента США, который к такому повороту событий явно был не готов.

За Трампа же проголосовало меньшинство избирателей, и он хорошо знал, на что идёт, какая тяжёлая борьба ему предстоит — он мог на инаугурации просто не дойти до Белого дома, угрозы убить его в этот день были вполне серьёзными. Так что отставки или импичмента президента не будет, а вот все те, кто этого добивается, могут сесть в тюрьму, то есть результат окажется прямо противоположным тому, что было в 1974 году, поэтому я и говорю про «анти-Уотергейт».

Я был в Америке 62 раза, преподавал на протяжении двадцати лет в десяти тамошних университетах и имел дело, как правило, со сторонниками демократов. И как только в августе 2015 года — не 2016-го, заметьте! — я опубликовал в газете «Завтра» статью о том, что Трамп остаётся единственной надеждой Америки, мне сразу же всё обрубили. Нет, я туда не прошусь преподавать, и въезд в США для меня не закрыли, но работать больше не приглашают. То есть всё отслеживается, конечно.

И да, официально на межгосударственном уровне США и РФ сегодня — соперники, оппоненты. Но внутри – у тех, кто в Америке за Трампа, и у тех, кто в России за Путина, есть общий враг. Это глобалисты, неоконсерваторы, неолибералы. И те, кто в Америке против Трампа, — одновременно и против Путина. А те, кто в России против Путина, — одновременно и против Трампа. Исключений тут нет или почти нет.

Кстати, а кем мы были для США при Обаме? Удивительно, но тоже — врагами. Только не вместе с Китаем, а вместе с террористами из ИГИЛ и с лихорадкой Эбола. А кто после этого победил ИГИЛ и кто победил Эболу? Вы будете смеяться, но это была Россия. Ну, разве после всего этого Обама — не гений мировой политики?! Ведь он уничтожил двух врагов Америки руками третьего врага! Сможет ли Трамп повторить этот трюк и уничтожить Китай руками России или Россию руками Китая? Шучу, конечно…

Факт заключается в том, что у Трампа в любом случае более адекватное восприятие России и отношение к России, чем у Обамы, который утверждал, что наша экономика «разорвана в клочья», или у сенатора Маккейна, который считает нас «бензоколонкой, которая только притворяется государством».

И последнее. Избирательная кампания Дональда Трампа не закончилась, она продолжается — и не только до ноября 2018 года, когда состоятся промежуточные выборы, а до 2020 года, когда он снова станет кандидатом от Республиканской партии. Так что Трамп — это всерьёз и надолго, он пришёл, как и его предшественники на президентском посту, на два срока, то есть на восемь лет, до 2024 года. В том же году, кстати, закончатся — правда, на пару месяцев позже — и полномочия действующего президента России.

Александр НАГОРНЫЙ.

Хочу поблагодарить всех участников нашего обсуждения. Конечно, мы не сумели, да и не могли, и не ставили своей задачей раскрыть все аспекты той весьма сложной и динамичной ситуации, в которой в начале 2018 года находится мир в целом и наша страна в частности.

Тем не менее, как мне кажется, в результате состоявшейся дискуссии мы вышли на следующий круг проблем.

Во-первых, Россию западный и прежде всего — американский истеблишмент, невзирая на любые перемены, воспринимает как «врага номер один», который подлежит обязательному ослаблению и уничтожению. Каким именно образом будет достигаться эта цель – прямой военной агрессией, использованием силовых «прокси-структур» типа «исламских террористов» или «цветных революционеров», финансово-экономическими санкциями и т.д. — неважно, на войне как на войне.

Во-вторых, иллюзии в отношении Трампа как потенциального «партнёра», широко распространённые на всех этажах российской «властной вертикали», могут быть использованы для уничтожения Российской Федерации точно так же, как была использована во второй половине 80-х гг. прошлого столетия для уничтожения Советского Союза связка Горбачёва и Рейгана под флагом «нового мышления» и «общечеловеческих ценностей».

Наконец, в-третьих, необходимо признать горький для всех нас факт, что Россия, несмотря на её текущие военно-дипломатические успехи, основой которых является стратегический союз с КНР, не является передовой державой мира ни в социально-экономическом, ни в научно-техническом, ни в культурно-идеологическом плане. Более того, неолиберальная модель экономического развития, на которой строится весь курс действующего правительства РФ, закрепляет её роль как «криптоколонии» глобального капитала, что ставит под вопрос не только достигнутые успехи, но и само будущее нашей страны как единого и целостного актора человеческой цивилизации, а значит, требует системной смены курса во всех сферах государственной и общественной жизни, за исключением, возможно, обороны и внешней политики. То есть время для фундаментальных перемен пришло.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 14 февраля 2018 > № 2497944


США > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496278 Арег Галстян

Войны лоббистов: кто купил больше влияния при президенте Трампе

Арег Галстян

американист

В ближайшие два года мы станем свидетелями интереснейшей лоббистской войны между основными титанами американского военно-промышленного комплекса. При этом другие группы влияния также готовы вкладывать миллионы в продвижение своих интересов

На прошлой неделе специальный юридический комитет сената опубликовал доклад о лоббистской деятельности в Соединенных Штатах. Параллельно профильные организации — Центр ответственной политики, Институт информирования о лоббизме и неправительственная группа Lobby Watch — напечатали большое количество аналитических записок, содержащих важные статистические данные. За прошлый год на покупку влияния было потрачено $3,34 млрд, что на $400 млн больше показателей 2016 года. Отраслевым лидером по-прежнему остается медико-фармацевтическое лобби, выделившее за год $277 млн на продвижение своих интересов. В пятерку лидеров также вошли военные ($200 млн), страховщики ($160 млн), энергетики ($125 млн) и риелторы ($100 млн). Львиная доля финансов — 81% — была направлена политикам-республиканцам, демократы получили 11%, а независимые — оставшиеся 8%.

Примечательно, что ВПК значительно снизил свои затраты на лоббизм. В период президентства демократической администрации Барака Обамы минимальные годовые затраты «военных» составляли в среднем $350 млн. Столь резкое сокращение финансирования вовсе не означает, что военно-разведывательное лобби ослабло. Победа демократов, как правило, сопровождается урезанием военного бюджета и сокращением численности офицерского кадрового состава. По мнению влиятельных «ослов» (символ партии), в меняющемся мире необходимо делать ставку на «военных менеджеров», которые обходятся дешевле «классических генералов» с огромными запросами. При Обаме ключевые позиции в Пентагоне и разведке занимали лица, не имевшие даже профильного военного образования, а на пост советника по национальной безопасности впервые за всю историю была назначена женщина — Сьюзан Райс.

Последний военный бюджет при Обаме составлял $607 млрд, а объем государственных заказов в области оборонно-технического обеспечения сократился в пятнадцать раз по сравнению с аналогичными показателями периода Буша-младшего. В подобных условиях «генеральскому» лобби и основным ВПК-подрядчикам приходилось тратить огромные средства на покупку политического влияния и продвижение выгодных решений на уровне Белого дома и Конгресса. Победа республиканца Трампа кардинально изменила ситуацию. «Слоны», контролирующие Западное и Восточное крыло, первым делом увеличили военный бюджет на $83 млрд. Более того, в бюджете нынешнего года на оборону выделено $700 млрд, а дополнительный транш в $6 млрд Конгресс направил на решение задач по сдерживанию России.

Затраты на военных

Подъем военного бюджета автоматически увеличил рост государственных военно-технических заказов, что привело к падению затрат на лоббистскую деятельность. Другая причина экономии заключается в укреплении позиций «классических военных» в Вашингтоне. Нынешний министр обороны Джеймс Мэттис продвинул своих близких друзей и армейских коллег Джона Келли и Герберта Макмастера на должности руководителя президентского аппарата и советника по национальной безопасности соответственно. Каждый из них, будучи членом единой администрации, является лоббистом различных ВПК-организаций. Мэттис имеет тесные связи с корпорацией Lockheed Martin — крупнейшим в мире поставщиком военной техники и главным подрядчиком военно-воздушных сил Соединенных Штатов. По итогам прошлого года портфель заказов данной организации достиг $100 млрд из-за высокого спроса на истребители F-35, продажа которых выросла на 43%.

Благодаря влиятельному покровителю в Пентагоне компания смогла сэкономить миллионы долларов на прямой лоббинг. В период 2014-2015 годов они выделили $13 млн, в то время как в 2016-2017 годах были потрачены рекордно низкие $5 млн (97% были направлены на лобби-агентов в Конгрессе). В свою очередь, Герберт Макмастер представляет интересы корпорации Boeing, основного конкурента Lockheed Martin. Сегодня Boeing готовится воплотить в жизнь гиперзвуковой самолет-разведчик, призванный заменить легендарный самолет-шпион SR-71 Blackbird. Функционеры Lockheed Martin пытаются блокировать этот проект, продвигая в сенате собственную модель разведчика SR-72. И, наконец, Джон Келли играет на стороне Northrop Grumman.

Американцы планируют в скором времени списать стратегические бомбардировщики B-2 и взять на вооружение проект B-21 Raider, предложенный лоббистами вышеназванной компании.

За последние три года корпорация потратила более $18 млн на покупку влияния через финансирование избирательных кампаний республиканцев ($11 млн), демократов-ястребов ($3 млн) и непрямых лобби-агентов из ведущих юридических фирм на K-Street. Иными словами, в ближайшие два года мы станем свидетелями интереснейшей лоббистской войны между основными титанами американского ВПК. Пока сложно сказать, кто из них выйдет победителем и какой проект получит полное финансирование. Однако при любом исходе главный победитель — Белый дом, Конгресс и национальные интересы США. Законодатели получат свои гонорары, генералы извлекут собственные материальные дивиденды, а конкуренция корпораций приведет к неизбежному падению цен на военную продукцию, что позволит сэкономить деньги налогоплательщиков.

Христиане против ЛГБТ

Другая захватывающая борьба пройдет на идеологическом фронте между представителями ЛГБТ и консервативных христиан-традиционалистов. Фундаментальная основа Республиканской партии построена на принципах защиты традиционных протестантских ценностей. Демократы же выступают против того, чтобы государство регулировало жизненные установки граждан. Именно столкновение республиканского традиционализма с демократическим плюрализмом позволяет сохранить ценностный баланс в американском обществе. Однако эти философские весы также качаются из стороны в сторону, реагируя на политические перестановки в Вашингтоне.

ЛГБТ по праву считается одной из наиболее могущественных групп влияния в Америке. Еще в середине девяностых годов прошлого века сложно было найти в стране республиканца, открыто лоббировавшего интересы представителей нетрадиционной сексуальной ориентации. Сегодня они сумели не только укрепить свои позиции в стане «ослов», но и найти союзников среди влиятельных «слонов».

Политический образ Трампа рисовался по образу и подобию седьмого лидера страны Эндрю Джексона, которого называют «самым консервативным из всех президентов». Соблюдение идеологических законов «джексонианства» — защита традиционных семейных ценностей и преданность религиозным учениям Священного Писания — является для Трампа строго обязательным. Любой отход от этих принципов означает электоральные потери перед грядущими выборами 2020 года. Лобби традиционалистов в администрации представлено вице-президентом Майком Пенсом, руководителем аппарата Джеймсом Келли, министром обороны Джеймсом Мэттисом, директором ЦРУ Майком Помпео и министром жилищного строительства и городского развития Беном Карсоном. Последний раз традиционалисты обладали подобным влиянием в период президентства Рональда Рейгана.

Уже в первые сто дней правления Трамп готовился подписать федеральный указ об ослаблении прав ЛГБТ-сообщества. В частности, речь шла об отмене запрета на дискриминацию сексуальных меньшинств во время приема на работу. В продвижении этих идей активно участвовали влиятельный телевизионный проповедник Пэт Робертсон ($15 млн), «Американский центр за закон и справедливость» ($11 млн), «Христианские адвокаты, проповедующие евангелизм» ($7 млн) и Регентский университет ($4 млн).

На лоббирование интересов ЛГБТ деньги выделяли правозащитные организации и крупные корпорации, среди которых следует особенно выделить Apple, Microsoft, Facebook, Bloomberg, Google и JPMorgan Chase. В Белом доме права ЛГБТ отстаивает Джаред Кушнер — зять и старший советник Трампа. Именно Кушнер и его супруга Иванка просили президента не подписывать указ против сексуальных меньшинств.

В первом лоббистском сражении победу одержали представители ЛГБТ: президент не стал подписывать новый указ и заявил, что будет защищать права всех американцев. Подобный шаг резко ударил по позициям Трампа среди консервативного электората и заставил традиционалистов усилить свою лоббистскую активность. Таким образом, в нынешнем году ожидается очередное крупное сражение, исход которого может привести к непредсказуемым последствиям. Нынешняя конфигурация говорит о том, что президенту придется принять сторону христиан-традиционалистов. Первое решение, по замыслу политтехнологов, должно было помочь закрепить рейтинг Трампа среди умеренных консерваторов (чтобы удержать центральный партийный электорат) и повысить популярность среди либералов. Однако статистика показывает, что серьезных изменений не произошло. В подобной ситуации президенту крайне важно вернуть голоса традиционалистов и ультраконсерваторов.

США > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496278 Арег Галстян


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496262 Александр Дунаев

Деньги на жизнь. Как микрозаймы помогают бороться с бедностью

Александр Дунаев

сооснователь ID Finance, операционный директор сервиса онлайн-кредитования MoneyMan

Одна из главных проблем России — бедность населения. Как ни странно, микрофинансовые организации могут помочь в решении этой проблемы

В ближайшие годы бедность будет одной из главных социальных проблем страны. Это достаточно давняя беда, но в последние годы ситуация усугубляется. Так, в третьем квартале 2017 года доля бедных в России достигла 13,1% от населения — это самый высокий показатель этого периода за шесть лет. По итогам года он вырос до 13,8%.

Опросы исследовательского холдинга «Ромир» показывают, что пятая часть россиян оценивает свое финансовое состояние как тяжелое или очень тяжелое, еще 46% называет его непростым.

Росстат оценивает долю россиян, находящихся в тяжелом состоянии, в 24,6%. Так или иначе, у четверти населения страны не хватает денег на жизнь, и есть ощущение, что кончится это не скоро. Почти 40% опрошенных считает, что экономическая ситуация в ближайшее время не выправится.

На разных уровнях общественной дискуссии предлагается множество способов борьбы с бедностью. Одни эксперты предлагают повысить минимальный размер оплаты труда (МРОТ) до прожиточного минимума. Другие — верят в технологические возможности решения этой проблемы. Опыт развивающихся стран говорит о том, что помимо социальных реформ в борьбе с бедностью помогает стимулирование предпринимательства.

Путь в микрофинансы

Из-за высокого уровня неформальной занятости и относительно низких доходов у граждан нет доступа к традиционным финансовым институтам. Но зато у них есть доступ к микрофинансовым организациям (МФО). Так получилось, что именно микрофинансовые организации в России накопили большую экспертизу в работе с людьми, доход которых не превышает 30 000 рублей.

У этих компаний есть огромный ресурс, инфраструктура, технологии и опыт, которыми можно воспользоваться. МФО — это уже фактически опорный финансовый инструмент для целого пласта населения России, который игнорирует банки из-за высоких рисков и низкой рентабельности мелких займов.

В декабре мы проводили исследование — узнавали, на что берут займы наши клиенты. Значительная часть займов была связана с неотложными нуждами — оплатой ЖКХ, ремонтом техники, медицинскими услугами и затратами на дорогу до родных, когда задерживают зарплату. Есть огромное количество людей, которых государство и банки, кажется, просто не замечают.

В России с помощью МФО может получить развитие индивидуальное предпринимательство. По последним данным Банка России, доля граждан в совокупном портфеле МФО составляет 80%, индивидуальных предпринимателей — 10,4%, компаний —9,6%. Но, во-первых, доля предпринимателей растет, а во-вторых, даже среди тех, кто берет заем как физлицо, много самозанятых.

Польза от займа

Механизм МФО в России продолжает эволюционировать, но он уже сейчас серьезно влияет на ситуацию. Сервисы онлайн-кредитования делают доступными финансы в любой точке мира — даже там, куда сложно добраться на внедорожнике или собачей упряжке.

Компании также открывают доступ к кредитам людям без кредитной истории или с испорченной историей и помогают исправить ее. Это, в свою очередь, со временем открывает для них доступ к банковским продуктам, таким как ипотека, автокредиты и т.д.

Еще микрокредиты повышают финансовую и техническую грамотность населения. С каждым годом растет доля заемщиков старших возрастных групп, которые пользуются исключительно мобильными приложениями для получения кредитов. У некоторых это буквально следующее установленное приложение после Viber и WhatsApp. Когда заемщики МФО переходят на следующий уровень отношений с финансовыми институтами, становясь клиентами банков, мобильный и онлайн-банкинг уже не является для них экзотикой.

Центробанк работает над внедрением показателя долговой нагрузки при кредитовании для снижения аппетита кредиторов к риску. Однако финансово-технологические компании на рынке микрофинансирования уже работают по схеме risk based pricing, оценивая потенциальный риск, но при этом не отклоняют кредитные заявки, а предлагают оптимальные условия ссуд.

Согласно данным Счетной палаты, более 20 млн россиян оказались за чертой бедности по итогам 2017 года. Это на треть больше, чем 5 лет назад. Один из уроков, которому научились граждане России за последние годы, — лучше не ждать, что ситуация когда-то улучшится сама собой. Выбор небольшой — либо надеяться на чудо и не выносить мусор вечером и не свистеть в доме, либо выбираться самому с помощью в том числе и доступных финансовых инструментов.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 14 февраля 2018 > № 2496262 Александр Дунаев


Венесуэла > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 14 февраля 2018 > № 2495954 Андрей Мовчан

Андрей Мовчан: почему Венесуэла из богатейшей страны превратилась в беднейшую

За пару десятилетий власти популистов Венесуэла оказалась разорена настолько, что 75% своего экспорта тратит на покрытие долга

В январе этого года в своем выступлении на телеканале «Дождь» известный экономист Андрей Мовчан рассказал телезрителям краткую, но весьма познавательную историю современной Венесуэлы, которая вполне может повториться в любой другой стране, живущей почти исключительно на торговле природными ресурсами. В том числе, и в России.

История современной Венесуэлы начинается примерно 30 лет назад, когда страна, добывавшая практически больше всех нефти на земном шаре, оказалась в руках коррумпированного правительства, которое повело страну по пути стагнации, и ВВП страны в пересчете на человека упал примерно в два раза за 15 лет.

«Произошло это в начале 90-х годов. Недовольство населения и военных привело к путчу, который закончился ничем, даже не арестом его организаторов, в числе которых был молодой офицер венесуэльской армии Уго Чавес, мечтавший изменить страну и направить её по пути процветания.

Уго Чавес тогда ещё не определился со своими взглядами. Он высказывал то правые, то левые идеи. Его сторонники были и среди коммунистов, и среди капиталистов, и среди тех промышленников, которые были возмущены коррупцией, и среди простого народа. Тогда у него и появился лозунг, который сейчас очень часто используют в мире:

«Мы здесь власть»

Это было сказано о простом венесуэльском народе, о тех людях, которые должны, собственно, управлять государством, захваченным коррумпированной хунтой, как тогда все говорили в Венесуэле.

Впрочем, всего через шесть лет после этого он придет к власти на выборах президента. Он победит достаточно представительный состав иерархов из существующей криптократии и даже одну даму, которая выигрывала конкурсы красоты в Аргентине и была «Мисс Вселенной» — Ирену Саэс.

Уго Чавес, победил с отрывом всего в 11% от своего основного конкурента, победил с помощью лозунга, который он достаточно подробно освещал перед массами, в деталях раскрывая свой план, основанный на том, что бедность и стагнация, по его мнению, происходили от коррупции в стране, и если украденное направить на социальные выплаты, на помощь гражданам и развитие промышленности, то страна станет великой и прекрасной. «Великой и прекрасной» — это его слова, слова, которые повторяла толпа вслед за Уго Чавесом.

Итак, в 1998 году он побеждает на выборах и начинает реализовывать свою программу. Начинает он её с того, что проводит конституционное собрание, меняет конституцию. Конституция становится значительно более демократической, действительно появляется настоящее разделение властей, появляется независимый суд, появляются настоящая свобода слова и её гарантии, много других более или менее важных свобод.

Надо сказать, что 88% участников референдума проголосовали за смену конституции. Подавляющее большинство членов конституционного собрания проголосовали за то же самое. Триумф был всенародным. В новую национальную ассамблею, которая пришла на смену старому парламенту, было избрано подавляющее большинство сторонников Чавеса, и это выглядело как невероятный триумф новой развивающейся демократии в стране и невероятный задел на будущее для страны, которая почти 30 лет не могла выбраться из калейдоскопа дворцовых переворотов, когда одна криптократия сменяла другую.

Большинство в национальном собрании начинает принимать законы. Первые законы о перераспределении доходов от монополии госкомпаний в пользу беднейших слоев населения, о дотациях бедным, об инвестициях в национальную медицину и национальное образование. Из других стран завезено около десяти тысяч врачей. Высокооплачиваемые специалисты должны были построить медицинскую систему в Венесуэле, деньги на это выделяются действительно серьезные.

Взята под контроль частично, а потом и полностью крупнейшая нефтегазовая компания Венесуэлы. По поводу контроля над этой компанией мы поговорим чуть позже, поскольку процесс этот был далеко не завершен в начале правления Чавеса, но тем не менее он уже пошел. Достаточно большая часть доходов этой компании уже перенаправляется в пользу неимущих и в пользу социальных программ.

Скорее всего, именно это послужило отправной точкой, потому что через четыре года после прихода к власти Чавеса в стране возникает достаточно серьезное оппозиционное движение, приведшее к путчу. В этом движении принимают участие все те, кого Чавес обидел: это и коррупционеры, и чиновники, и бизнесмены, и та часть армии, которая не пошла за Чавесом. Бизнесмены не понимают искренне, почему они должны платить деньги на социальные программы из своей прибыли, почему налоги на них становятся всё больше. Руководители государственных компаний не понимают, почему они должны быть ограничены в возможностях реинвестировать.

Произошедший путч, правда, продолжается всего 72 часа: Чавеса успевают арестовать, он успевает отречься, новый президент успевает принять присягу. За 72 часа всё заканчивается, основные части армии отбивают и президентский дворец, и самого президента. Всё возвращается на круги своя, но, видимо, эта ситуация так пугает Чавеса, что он решает — с демократией играть долго нельзя.

Очень быстро после этого меняется ситуация с верховным судом. Чавес умудряется провести закон, по которому количество членов верховного суда увеличивается вдвое, и половина его состава достается сторонникам чавеса. Среди судей верховного суда, которые были назначены до этого, идет ротация. Так что очень быстро больше 50% членов верховного суда начинают принимать решения только и исключительно в пользу президента.

В нижестоящих судах также происходит ротация. Через пару лет суд полностью под контролем Чавеса и его партии, что выглядит как прогрессивное изменение, поскольку реформы начинают идти быстрее. Появлятются новые социальные программы, в том числе программа дешевой ипотеки, раздачи жилья неимущим. На эту программу выделены огромные деньги, в основном взятые из PDVSA, из нефтяной компании, в том числе строятся новые предприятия, малые предприятия и кооперативы, которым выделяется государственная помощь. Таких предприятий появляется несколько сотен тысяч по стране в течение нескольких лет.

Ресурсы на это берутся в основном из контролируемых государственных компаний, а когда их начинает не хватать, то увеличивается государственный долг и налоговая нагрузка. Когда-же это приводит к снижению производства, его берут под государственный контроль. Национализируется также телевидение. Каналы, которые протестуют против политики Чавеса, лишаются лицензий.

И поскольку производство берется под контроль, Чавесу приходится брать под контроль и цены в государстве. Как только цены становятся контролируемыми, в государстве начинается дефицит и масштабный реэкспорт. В страну ввозятся товары из-за рубежа и тут же вывозятся в Колумбию, где цены выше.

Тем временем из страны начинают поступать всё менее и менее утешительные экономические данные. Оказывается, что, несмотря на то, что примерно 30% государственных налоговых денег передано муниципальным органам, коррупция в муниципальных органах ещё выше, чем в государственных федеральных органах Венесуэлы. Деньги растрачиваются там ещё сильнее, чем на государственном уровне.

Процент бедных, по венесуэльской статистике, продолжает падать, но процент убийств и других преступлений начинает экспоненциально расти. Нефтяной ВВП, несмотря на рост цен на нефть, продолжает стоять на месте, а инфляция достигает двузначных чисел и двигается к 30% годовых из-за контролируемых цен.

Товарный дефицит становится всеобъемлющим. На вопрос, почему товаров не хватает, частично дает ответ статистика по малым и средним предприятиям и кооперативам. Оказывается, около 50% малых и средних предприятий, которые созданы под программу Чавеса, являются всего лишь пустышками, конторами для отмывания государственных денег, которые выводятся за рубеж или прячутся в наличку.

Программа дешевого жилья срывается — ни в один год она не выполняется больше, чем на 50%. Ипотеку получают в основном мошенники. Мелкие банки, которые созданы под эту ипотеку, всё больше и больше банкротятся. Центральная банковская система тоже начинает не выдерживать подобной ситуации.

Из страны уходят иностранные предприятия — потом это будет названо бизнес-холокостом. 500 тысяч иностранных предприятий покидают Венесуэлу, в том числе авиа и топливные компании. Иностранцы перестают летать в аэропорты Венесуэлы, а сами венесуэльские компании начинают терять возможность летать из-за не поставок топлива. Страна с наибольшими нефтяным и резервами в мире не в состоянии обеспечить топливом свои самолеты.

К этому времени практически вся промышленность национализирована. И страна начинает осознавать проблему. На выборах губернаторов региональных городов, региональных штатов начинают побеждать оппозиционеры. Но Чавес сажает оппозиционеров в тюрьму, обвиняя их в коррупции, их количество таким образом не растет, а влияние не увеличивается.

Наконец на национальном референдуме, Чавес получает право на бесконечное переизбрание и, естественно, собирается этим правом пользоваться. Он переизбирается президентом через 14 лет после начала своего правления, в 2012 году. Страна уже полностью ввергнута в нищету, в страну закрыт въезд и выезд. Сторонники президента фактически контролируют все поставки, в страну и из нее, активно наживаясь на этом.

Венесуэла разорена полностью, но, несмотря на массовые протесты, и после смерти Чавеса сохраняется его режим, а его преемником становится вице-президент Мадуро. Несмотря на то, что страна 75% своего экспорта тратит на покрытие долга, власть в стране не меняется.

Увы, это некая реальность, которая связана с петрократиями. Власть в этих странах достаточно прочна. Уровень бедности населения может быть запредельным, тем не менее власть будет сохраняться. Массовые протесты могут не мешать этой власти сохраняться. Но самое неприятное, что, наверно, стоит выучить на примере Венесуэлы, это тот факт, что неважно, с какими лозунгами к власти приходит тот или иной лидер. Если этот лидер — популист, если этот лидер предлагает раздавать, передавать, распределять и делить, он вряд ли сможет провести политику, которая позволит создать что-то, что можно будет распределить и поделить в дальнейшем.

Ну и немного оптимизма напоследок

Недалеко от Венесуэлы находится другая страна. Страна, которая за последние сто лет потеряла половину своей доли ВВП в мире просто потому, что сто лет в ней правили левые правительства. Правительства, которые пытались распределять всё, что ещё осталось. Страна эта называется Аргентина. Примерно в то же время, когда Уго Чавес скончался, в Аргентине пришла к власти новая партия, называемая Cambiemos — «Перемены», правая партия, своим лозунгом выбравшая совершенно другую идею.

Движение Cambiemos пришло к власти в Аргентине под лозунгом «Создавать, а не раздавать». Этот лозунг достаточно новый для Латинской Америки, да и для мировой экономики он сегодня не характерен. Всё больше и больше в мире к власти приходит левое движение. Но тем не менее этот лозунг работает, и есть много примеров других стран, в которых именно такая политика приводила в конечном итоге к росту уровня жизни и более сбалансированной экономике...»

Венесуэла > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 14 февраля 2018 > № 2495954 Андрей Мовчан


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 14 февраля 2018 > № 2495393 Игорь Абакумов

Комментарий. Поможем российскому фермеру!

Издатель портала «Крестьянские ведомости», эксперт Московского экономического форума, к.э.н. Игорь АБАКУМОВ считает, что государство должно только создавать условия для развития российского фермерства.

Как модератор круглого стола МЭФ на тему «Будущее сельских территорий России в мировой системе модерна», экономист поделился с «Регионами Онлайн» своим пониманием развития сельских территорий в России на примере опыта Англии и Дании. Почему стоит пересмотреть отношение к агрохолдингам, читайте далее.

Какое будущее ждет сельские территории России?

– Все будет зависеть от того, изменится аграрная политика или нет. Если она не изменится, люди будут избавляться от сельских территорий. Потому что в такой обстановке жить в XXI веке затруднительно. Если у кого-то нет реального дела, созданного десять-двадцать лет назад, и которое действует, то создать сейчас новое производство практически невозможно. Кредиты недоступны, ссуды недоступны. Если кто-то сейчас будет говорить об обратном, то назовут один-два-пять примеров, но это единичные случаи на тысячу. Это будет скорее исключение, чем правило.

А как же агрохолдинги? Разве они не могут способствовать развитию сельских территорий?

– Исследования показывают, что территории, которые охвачены деятельностью крупных агрохолдингов, избавляются от сельского населения гораздо быстрее, чем те, где их нет, и люди сохраняют традиционный образ жизни. Такая страна, как Россия, должна быть населена. Огромная территория не может оставаться без контроля. Любой населенный пункт – это, прежде всего, контроль над территорией, над перемещением грузов, циркуляцией посторонних непонятных людей, – я сейчас не только про террористов говорю. Но про них здесь тоже речь идет, потому что боевики устраивают свои лагеря на пустых территориях. Даже над перемещением саранчи надо думать. Кто еще, как не сельский житель, сообщит, что саранча прилетела. У нас же нет системы слежения за саранчой, а это страшный бич. Кроме шуток, а вот распространение этой волны насекомых придется как раз на чемпионат мира по футболу. Если саранча прилетит на зеленые поля, предназначенные для игр, то весело уже никому не будет.

По-вашему, государство должно озаботиться сохранением сельского образа жизни?

– Об этом говорит весь мировой опыт. Это не просто мое умозаключение. Я достаточно поездил по миру, чтобы понять, что везде стараются сохранять сельский образ жизни, крестьянам даже платят за то, чтобы они оставались жить в деревне и сохраняли ландшафты. Чтобы были луга, где овечки пасутся, козочки бегают, чтобы люди, проезжающие по шоссе, видели эту пастораль, и у них настроение было бы совершенно другое, чем оно возникает сейчас, когда смотришь на российскую провинцию. От промышленных пейзажей и промзон, бесконечных шиномантожек и строек можно и в депрессию впасть.

Я правильно понимаю, что Вы сейчас говорите о том, что наше государство сейчас ставку делает на агрохолдинги, а про фермеров и мелкое семейное хозяйство не думает и поддерживать не пытается, так?

– Безусловно. Государство держит в приоритете агрохолдинги, которые, если честно, свою роль уже отыграли. Как в 2000-2005 гг. начался их бурный рост, но где-то в 2010 году и далее их уже надо было останавливать в этом росте. Пусть бы они сохранялись, но новых создавать ни в коем случае не надо было совсем, потому что они обеспечивали продовольственную независимость в значительной степени, поскольку они системные организации, но Системную независимость по курятине, свинине, по зерну — конечно. Мы даже в некоторой степени вышли на мировой рынок. Зерно – это бесспорный наш приоритет по экспорту продукции, все остальное – это пока еще пробы. Надо еще рынки познать. Но надо понимать и то, что в Европе мы конкурируем не с агрохолдингами, а с кооперативными фермерскими хозяйствами. Это гигантские кооперативы фермерских хозяйств, в том числе и в США.

Что из себя представляют эти кооперативы фермерских хозяйств?

– Речь о целых агломерациях фермерских хозяйств. По сто, а то и триста тысяч фермеров в одном кооперативе. Есть и такие. Говорить о том, что в Европе существуют агрохолдинги, – ошибка. Более того, они законодательно запрещены. Да, там не написано, что нельзя создавать агрохолдинг, но они обложены такими налогами, что не развиваются выше определенных территорий. Скажем 10-15% от территории муниципалитетов. Все остальное обкладывается налогом. У нас такого нет. У нас в приоритете развитие агрохолдингов, а что касается мелкого и среднего агробизнеса — пущено на самотек. Хотя это и есть то, что сохраняет сельский образ жизни и что вкладывает деньги в развитие сельских школ, больниц и роддомов, магазинов и т.д. Агрохолдинг никогда этим заниматься не станет.

А почему этим не может заниматься агрохолдинг?

– Ему это не нужно. Совсем. Он для блезира построит одну площадку какую-нибудь хоккейную. Коробку собьет и скажет: «Вот мы построили». И будет это по всем каналам телевидения ходить. А не одной хоккейной площадкой село живет. Селу и театр нужен, и кинотеатр, а также школьные кружки. Детей надо развивать, а для этого нужны соответствующие условия. Такого нигде у нас в стране нет, к сожалению. Поэтому на МЭФ я и буду модератором одной из секций, посвященной как раз развитию сельских территорий. И людям есть, что сказать. Есть ученые, и есть практики.

Хотелось бы вернуться к теме кооперативной экономики в сельском хозяйстве. Вы говорите про европейские примеры. Это опыт Скандинавии?

– Да, это опыт Скандинавии. Прежде всего, это опыт Дании – маленькой страны, где свиней больше, чем людей. И что самое характерное – там нет африканской чумы свиней. Производство там идет на таком высоком уровне, что никакая зараза не проскакивает на ферму. Датские фермеры стали основателями крупнейшего кооператива Danish Crown, всем знакомой по овальным банкам с ветчиной, которые открываются ключиком. Замечательная ветчина. Мы знаем об этой ветчине давно, еще с довоенных времен. И вот сейчас этот кооператив Danish Crown является крупнейшим в мире производителем продукции из свинины. Причем эта свинина произведена членами кооператива: помимо датских, сюда входят финские, норвежские, шведские, бельгийские и частично французские фермеры. Немцы туда как-то не очень активно идут, у них свои есть.

И как выглядит этот кооператив? Чем отличается от наших агрохолдингов?

– Я был в этом кооперативе. Danish Crown – это полностью автоматизированный гигантский комплекс. Выглядит как огромная промзона со стеклами, куда водят экскурсии. По высокому подиуму через стекла видно, как свинья засыпает с улыбкой под веселящим газом. И единственный момент, который не видят посетители, – это вскрытие свиньи. Такое нельзя показывать, а дальше уже можно посмотреть любой процесс. То есть с одного конца вы видите живую свинью, а с другого конца уже наблюдаете банку с ветчиной. Человек при этом не прикасается вообще к мясу. Он ухаживает только за машинами. Все вымывается автоматически. И вот вы идете просто как по такому технологическому дворцу, где одновременно можно изучать физику, химию, механику. Очень интересно. Туда детей водят на экскурсии, не говоря уже о бизнесменах. Так вот самое любопытное, что это очень жестко контролируемая кооперативом структура. Сам кооператив Danish Crown является не законодателем, а диктатором технологий.

Что Вы имеете в виду?

– Он находится на острие диалога «производитель – потребитель». Кооператив знает, что нужно потребителю. Там сидят мощнейшие маркетологи, которые подробно изучают спрос и прогнозируют изменение вкусов, дают рекомендации фермерам: вплоть до того, как часто свинью мыть, чем кормить и какой породы она должны быть. Другими словами, это достаточно структурированная организация. Даже более структурированная, чем что-то тоталитарное. Если в тоталитарном все зависит от приказа, то здесь все зависит от денег. Если ты хочешь получать деньги, то ты должен сделать, что от тебя требуют. Если не хочешь, можешь не делать, но и свинину тогда у тебя не купят. Вот в чем история. Это уже высшая ступень самоорганизации сельского социума, когда государство отходит на второй план и занимается лишь регулированием ветеринарных, торговых правил, чтобы защитить права, как покупателей, так и производителей.

Вот чем на Ваш взгляд должно заниматься государство?

– Государство должно решать проблему с кредитами. Мы знаем, что есть минусовая ставка, когда банк фактически платит, чтобы ты пользовался его деньгами. Ты можешь взять деньги на 20 лет с кредитной ставкой в 0%, и это совершенно нормально. Дело в том, что государству это выгодно. Во-первых, увеличивается число рабочих мест, а с каждого рабочего места платятся налоги. Государство получает опосредованные доходы, которые гораздо больше, чем прямая фискальная политика. Причем в разы. Вот это и позволяет развитому государству строить хорошие дороги, иметь качественную медицину, держать мобильную армию, мощный флот, качественное образование и элитарную культуру, в которые вкладываются деньги.

Только мы можем учиться у европейских стран? Может, есть удачные практики в отдельных регионах?

– Есть хорошие примеры в Новосибирской области. Там есть представители сельской администрации, которые сопротивляются развитию агрохолдингов. Ставят им всяческие преграды, а фермерам одновременно создают наиболее благоприятный режим.

В чем опасность для сел в агрохолдингах? Как это проявляется?

– Дело в том, что фермерские дети в этих же школах учатся, поэтому фермеры и готовы инвестировать в местные учебные заведения. А руководители агрохолдингов находятся, как правило, в Москве, или крупных городах — миллионниках – сельские истории их совершенно не касаются. Они рассматривают сельское хозяйство сугубо как бизнес, а не как образ жизни. Простым людям это неприятно и обидно, и те, кто не могут уже сопротивляться, просто голосуют ногами – едут работать охранниками в те же самые мегаполисы. А в Новосибирской области на местном уровне приняты законопроекты. Дело в том, что глава этой сельской администрации достаточно авторитетный человек. Так что, есть, о чем говорить: каким образом сдерживать наступление агрохолдингов при помощи налоговой политики. И все цивилизованно. Ни у кого ничего не надо отнимать. Никакой национализации не предлагается. Просто надо сделать так, как в свое время сделано было в Англии.

А что именно предприняла Англия и когда?

– На определенные сверх нормы территории землепользования были введены прогрессивные налоги. И ленд-лорды сами искали фермеров, чтобы им передать эту землю в пользование, и готовы были задешево отдать. Фермерам даже в очереди стоять не приходилось. Это надо делать, и делать цивилизованно, чтобы без всяких революций. В Англии тогда все было культурно и спокойно. Конечно, подготовка к этому велась примерно в течение 35-40 лет. Такую политику начал еще Уинстон Черчилль после войны. А знаете, почему он ее начал? Потому что к началу войны с Германией у Великобритании практически не осталось своих фермеров. Там остались одни ленд-лорды с охотничьими хозяйствами на лис, оленей. Или из своей земли лорды делали рекреационные парки. А продовольствие Англия завозила из колоний: из Индии, Южной Америки, Африки. И когда гитлеровцы предприняли военно-морскую блокаду островов, там фактически наступил голод. Именно тогда прозвучал лозунг «Поможем британскому фермеру!», и все лужайки, включая газон перед Вестминстерским аббатством, перекопали под картошку.

И что этот случай изменил?

– Именно с этого момента наступило прозрение нации, понимание того, что лучше поддерживать фермера. Только свой фермер накормит. Черчиллю это, конечно, стоило очень больших треволнений, поскольку в конечном итоге реальные лидеры страны — победительницы вновь его избирать не стали. Понятно, что против него была проведена этакая операция ленд-лордов. Но дело в том, что маленькие фермерские хозяйства и деревушки действительно спасли нацию. Опять-таки Черчилль предложил выход, когда разведка доложила, что будут бомбить крупные города немецкие бомбардировщики и ракеты. Тогда было принято решение переселить детей в сельскую местность. Дело в том, что эту территорию очень трудно разбомбить: во-первых, трудно найти эти деревушки, а во-вторых, просто нет экономической целесообразности бомбить отдельные коровники. Я знаю много семей, которые были спасены только благодаря тому, что они вовремя переехали в село. И, кстати, гитлеровская пропаганда вещала как раз о том, что ни в коем случае нельзя переселять детей в деревню, где они погибнут от антисанитарии и т.д. Но у англичан все-таки возобладал здравый смысл, и сотни тысяч детей были буквально спасены. После этого была бомбежка Ковентри, которая снесла город до основания. Очень большая трагедия, но дети остались живы. Вот что такое населенная сельская местность. Село должно быть населено. Теперь представьте себе нынешнюю ситуацию, когда крупные города — миллионники подвержены грандиозным рискам.

Можете подробнее сказать, о каких рисках идет речь?

– Представьте себе террористический акт на коммуникациях, техногенную катастрофу, землетрясение или, не дай Бог, войну… Куда из городов — миллионников девать гражданское население? Только в сельскую местность. Но если она не населена и там нет коммуникаций, газа, дорог, телефонных линий, электричества, водопровода, канализации, то куда переселять людей? В переселенские заколоченные избы? Нет, конечно. Сельская местность должна быть населена и укомплектована всеми необходимыми коммуникациями, там должны жить люди и что-то производить. И для того, чтобы они что-то производили, должно работать государство.

А что нам мешает взять и поменять нашу политику в этом плане? И только ли проблема в поддержке агрохолдингов?

– У нас с 1991 года идет борьба между либералами и реалистами. Люди, которые занимаются реальной экономикой, живут на земле и ходят по земле, борются и всячески убеждают наши либеральные круги в том, что так делать не надо. А надо делать вот так и вот так. Я надеюсь, что сейчас, по крайней мере, надежды юношей питают, какие-то подвижки начнутся в скором времени. Если посмотреть даже на поведение нашего действующего президента Владимира Путина, то сейчас он начал посещать предприятия, к которым прежде относился с некоторой долей иронии.

Сейчас про «Ростсельмаш» речь идет, где недавно состоялся Госсовет?

– Да, я говорю про «Ростсельмаш» прежде всего. «Ростсельмаш» в принципе возник из небытия. Он же был совсем разрушен, развален и брошен фактически. Но пришла совершенно реальная команда, нелиберальная, пришли реалисты, которые сделали предприятие. Я помню серьезный упрек президента Путина Константину Бабкину (им разработана и внедрена комплексная программа стратегического развития «Ростсельмаш» — прим. ред.), когда он спросил его: что вам мешает перевести свое канадское производство тракторов в Россию, как можете называть себя патриотом? На что было сказано совершенно четко и спокойно, что невыгодно у нас производить трактора, потому что налоги и коррупция раздавят все производство. Вот прошло четыре года с тех пор, и кое-что поменялось. Пришел министр Мантуров, появилась программа дотирования покупок тракторов, и оказалось выгодно производить. Видимо, что-то меняется все-таки. Меняется к лучшему, но, к сожалению, очень медленно.

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 14 февраля 2018 > № 2495393 Игорь Абакумов


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 12 февраля 2018 > № 2495349 Константин Бабкин

Комментарий. Трехкратный рост сельхозмашиностроения – не предел, а только начало.

Складывается полное ощущение, что наше сельскохозяйственное машиностроение (это то, чем пашут, сеют, убирают произведённую продукцию) начинает не просто поднимать голову, а занимать какие-то лидирующие позиции в общественном сознании.

Растет вклад отрасли и в налоговых отчислениях в бюджет страны.

Почему это произошло и каковы дальнейшие перспективы – эти и другие вопросы обсудили в ходе беседы издатель портала «Крестьянские ведомости», ведущий программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России, доцент Тимирязевской академии Игорь АБАКУМОВ и президент ассоциации «Росспецмаш», лидер партии «Дело» Константин БАБКИН.

— Константин Анатольевич, не каждый человек может пожать руку президенту. В Ростове прошел Госсовет, где вы пожали руку президенту. Как это произошло, какие были ощущения?

— Ощущения незабываемые как от действительно масштабного события. Все-таки президент нашей великой страны не так часто бывает у нас. Правда, он третий раз на моей памяти посещает «Ростсельмаш», но все равно каждый раз это событие не только для меня, это событие для завода, веха в его истории. Поэтому ощущения были как от серьезного события.

— Вспомним, о чем идет речь. Государственная поддержка производителей сельскохозяйственной техники принесла свои плоды: в последние годы более чем в 3 раза увеличилась ее реализация, сообщил в минувший четверг Владимир Путин. Он приехал в Ростовскую область на выездное заседание Госсовета. Перед этим президент оправился на завод «Ростсельмаш», который посещал уже около 10 лет назад. Тогда предприятие испытывало финансовые трудности, и пришлось сокращать рабочих. Компании удалось встать на ноги при поддержке федеральных властей (во всяком случае, так считается), правительство разными мерами помогало многим производителям сельхозтехники.

Президент так и сказал: часть производств переносится из-за границы, и акционеры говорят, что делают это потому, что здесь выгоднее производить, чем за границей. Ему было очень приятно слышать, что система мер поддержки, которая вводилась и используется до сих пор, срабатывает.

По словам Путинам, продовольственное эмбарго продолжает приносить пользу России. Запрет на ввоз продуктов из Европы заставил развиваться российской сельхозсектор. А как государство помогало «Ростсельмашу» встать на ноги и как это вообще происходило на самом деле?

— Это длинная история. Вы знаете, по итогам этого визита и вообще по результатам своего 19-летнего опыта работы в машиностроении я пришел к выводу, что в Правительстве есть два течения, Правительство не монолитное. Одно течение опирается на либеральную доктрину. Это течение, которое контролирует денежно-кредитную политику. Это течение до сих пор не ориентировано на развитие производства в России. Кредитные ставки в России гораздо выше, чем в других странах, налоги выше, чем в других странах. Постоянное повышение акцизов ведет к тому, что сырьевые ресурсы на внутреннем рынке дорожают, их стоимость повышается. Это сознательная политика. Ее поддерживают те, кто ассоциируют себя с именами Гайдара, Чубайса, с Высшей школой экономики.

— А вы себя с кем ассоциируете?

— Я себя ассоциирую с другим течением, представители которого, к счастью, тоже есть в Правительстве. Это люди, которые понимают, что без развития сельского хозяйства, машиностроения…

— А их можно назвать? Или это засекреченные люди?

— Сложно. Они как-то не институционализированы.

— И с ними можно вести разговор?

— С ними можно и нужно вести разговор. Они не объединены, это достаточно аморфная группировка, что ли. Но это люди, которые понимают проблемы, опираются на реальные интересы и готовы услышать тех, кто занимается реальным производством. И эти люди, представляющие Министерство промышленности в частности, Российский экспортный центр, отчасти Министерство сельского хозяйства – они за последние четыре года ввели целый пакет мер, которые сделали более выгодным в России производство сельхозпродукции и отчасти машиностроения. И мы видим, что растут урожаи, растут надои, количество мяса, производимого в России, увеличивается. И, соответственно, вслед за всем этим растет производство сельхозтехники.

И среди мер поддержки, которые они ввели, пунктирно можно обозначить следующие: это субсидирование крестьянам 15% с цены приобретаемой российской сельхозтехники, утиль-сбор, который берется с иностранной техники и таким образом служит защитой рынка от несправедливой конкуренции из-за рубежа, меры поддержки экспорта, меры поддержки системы подготовки кадров. Короче — все то, что не входит в денежно-кредитную политику. Вот такие меры поддержки постепенно появляются. И они привели к росту в машиностроении.

— Я помню «Ростсельмаш» до того, как туда пришла новая команда, в которую вы входили. Помню эти пустые цеха, помню унылые лица рабочих, помню, как оттуда пачками люди просто увольнялись, и еще за ними оставался шлейф долгов. Что произошло, что случилось? Ведь либералы были у власти. Как удалось эту систему, эту ситуацию переломить, как заставить людей поверить, что новые люди, совершенно не сельские, с усами, с бородками, так сказать, такие все молодые, совершенно из другой отрасли пришедшие, могут что-то сделать? Я, честно говоря, не очень понимаю.

— Конец 99-го года – это приход к власти и Путина тоже, и приход нас, новых акционеров, на «Ростсельмаш». И первые годы прихода к власти Путина ознаменовались изменением экономической политики. По сравнению с временами Ельцина это было небо и земля – все-таки перестали безумную приватизацию проводить, перестали совсем уж громить промышленность. Политика не стала идеальной, все равно оставались вопросы, но тем не менее

произошло сочетание новой государственной политики и теми новыми подходами, ориентирами и задачами, которые мы как акционеры, руководство завода, поставили перед собой в современных условиях капиталистического труда с человеческим лицом. Для начала мы выплатили долги по зарплате, закрыли еще какие-то финансовые дыры.

— Вы пришли с деньгами, я так понимаю?

— С деньгами и командой. У нас уже был опыт вывода из кризиса нескольких промышленных предприятий. Одно из таких предприятий – это крупнейший химический концерн, производитель лакокрасочных изделий «Эмпилс». В пищевой индустрии мыловаренный завод мы вывели из кризиса и сделали крупнейшим в России. Но все равно это был, конечно, маленький, бизнес по сравнению с «Ростсельмашем». Но тем не менее губернатор Ростовской области на тот момент и руководство завода – они в нас что-то разглядели и доверили нам управление этим предприятием.

— Почему вас потянуло в сельский бизнес, а не в ракетный? Почему вы не стали Илоном Маском? Почему вы создали комбайн фактически заново?

— По образованию я Физтех закончил и как раз готовился производить ракеты. И действительно, когда-то считалось, что ракеты, космос – да, это новые технологии, а комбайн, сельхозтехника – это то, что ползает по земле, что-то такое отсталое. Но чем дальше я этим занимаюсь, тем у меня больше уважения именно к сельхозмашинам, по сравнению даже с космической техникой. Они сегодня напичканы техническими новинками, являются полем для применения самых высоких технологий, новых материалов, новых решений в электронных системах, новых программ. То есть прогресс в сельхозтехнике сегодня идет очень быстро.

— Ну, президент бы на отсталое предприятие не поехал, я так думаю, произносить какие-то слова. У вас был спор с Путиным несколько лет назад, причем он был достаточно жесткий, насколько я помню. Вам, конечно, виднее, вы были, как говорится, внутри процесса. Но внешне это выглядело как достаточно жесткий спор, когда вы заявили, что невыгодно переносить производство сюда… У вас же завод в Канаде еще есть, который тракторы производит?

— «Ростсельмаш» владеет 80% крупнейшей канадской компании.

— Да. И эти трактора, вы заявили, невыгодно перевозить в Россию, потому что все другое — налоги, потому что электроэнергия, потому что коррупция, потому что просто невозможно. И Путин тогда потребовал от вас срочно объяснений. Что было потом?

— Ну да, мы объяснили… Он спросил: «А почему ты не переносишь?» Ну, я сказал, что это невыгодно, и начал объяснять почему: «Да, налоги…» Он сказал: «Ты мне сейчас на ходу не объясняй, ты мне напиши записку». Мы написали. Ну, записка получилась действительно такая жестоковатая, такая откровенная и красноречивая. И она хорошо разошлась и в коридорах власти, и в интернете, во всем обществе. Что изменилось? Что-то стало хуже, что-то стало лучше. Хуже стали кредитные ставки – они поднялись раза в два, по сравнению с тем периодом.

— Я напомню, что «Ростсельмаш» перевел все-таки часть производства из Канады в Ростов. И трактора, которые были раньше канадскими, теперь российские.

— Ну, некоторые модели – да. Что-то стало хуже. Налоги стали в России выше, расходы на банковское обслуживание выше. Бухгалтерия легче не стала. Вот появились меры поддержки экспорта, получили субсидии, получили субсидии для аграриев. Ну и еще какой-то пакет мер. Поддерживать стали разработки новой техники, некоторых проектов, немного. Но уже этих мер хватило для того, чтобы что-то изменилось. Не то чтобы стало работать очень выгодно, но появилась какая-то рентабельность, коммерческий смысл в том, чтобы перевести, начать переводить производство из Канады в Россию. То есть улучшились условия. Для улучшения условий производства в России потенциал остается еще огромным. Если этот потенциал будет реализован, если мы изменим денежно-кредитную политику, налоги снизим (причем так, чтобы налоговая система имела стимулирующий характер, а не просто ставила себе задачу – собрать как можно больше денег), тогда в России начнется действительно экономический расцвет. Двукратное или трехкратное увеличение объемов производства, которое у нас в сельхозмашиностроении мы за четыре года демонстрируем, станет привычным. Вот такие темпы роста будут общепринятые во всей экономике нашей страны, ну, в реальном секторе. И продлятся эти темпы роста не одно десятилетие. Вот как Китай 35 лет развивается, также можем и мы. Мы можем испытать такой длительный период бурного роста в России, если будем продолжать улучшать экономическую политику.

— Когда Путин увидел канадско-российские трактора на «Ростсельмаше», производящиеся здесь же, что он сказал? Он вспомнил тот разговор или нет?

— Мы ему напомнили: «Пять лет назад вы спрашивали – мы сказали, что невозможно. Но сейчас приятно доложить, что пакет мер, принятых Правительством, привел нас к тому, что мы реально перенесли сюда производство. И 300 рабочих занимаются производством тракторов, и их количество будет увеличиваться». Президент ответил, что ему это очень приятно слышать – то, что в России выгодно производить. Ради этого все Правительство и должно работать. Это важные слова.

— Вы сказали, что трехкратный рост сельхозмашиностроения в России за последние годы. Скажите, что у нас производится? Ведь у нас трактора, насколько я знаю, производятся в Санкт-Петербурге и на «Ростсельмаше» теперь. Раньше Санкт-Петербург был единственным, по-моему, предприятием, а все остальное у нас закрывает Беларусь?

— И весь остальной мир.

— Ну и всякого рода весь мир. Я имею в виду – из нашего, что называется, круга. Что выросло: два тракторных завода вместо одного? Производство прицепных орудий: плуги, бороны, сеялки.

— В России 70 предприятий занимаются производством сельхозтехники. На всех из них практически отмечается серьезный рост производства – ну, 2–2,5-кратный за четыре года.

— Принято считать, что прицепные агрегаты лучше покупать все-таки во Франции или в Германии. Почему так принято?

— Это было принято. Сейчас все больше и больше спрос смещается в пользу российских производителей, все из-за серии мер поддержки: это субсидии на российскую сельхозтехнику, утиль-сбор, который снимается с западной техники.

— С конструкторской точки зрения, Константин Анатольевич, мы растем или мы производим устаревшее?

— Мы растем. Уже производителей устаревшего оборудования не осталось. Те, кто не мог совершенствоваться, они уже ушли с рынка, и остались только самые живучие, такие «сорняки», которые, экономя каждую копеечку, тем не менее умудряются делать машины мирового уровня. Потому что четверть века мы живем в условиях открытого рынка, даже в условиях более льготного климата для импортеров техники, чем для российских производителей. Тем не менее наши производители выжили, и их технику кто-то покупает. А это значит, что техника очень даже конкурентоспособная.

— Недавно я был в одном из классов одной из сельскохозяйственных академий, очень уважаемых. Так там преподают до сих пор агрегатирование МТЗ-80 с трехкорпусным плугом. Плакаты висят еще 60-х годов. Где готовят кадры на технику, на которую сейчас сажают механизаторов? Вы их сами готовите? Я так понимаю, что сельскохозяйственные академии сейчас не готовят.

— Тимирязевская?

— Не только Тимирязевская, но и все остальные. Очень мало учебных заведений, где можно современный комбайн вообще повидать.

— Ну, это правда. В России тем не менее сохранилось порядка 60 аграрных вузов во всех регионах. Я во многих бывал. Ну, действительно там складывается впечатление такой полной бедноты, и я бы даже сказал – нищеты. Это есть, но постепенно эта ситуация начинает выправляться.

— А сами производители сельхозтехники не заинтересованы в том, чтобы готовить кадры, которые будут работать на этой технике?

— Ну, если мы, экономя каждую копеечку, будем делать бороны и еще готовить кадры – это будет слишком тяжелое финансовое бремя.

— Не готовить кадры, а хотя бы оборудовать класс.

— «Ростсельмаш» этим занимается, крупнейший российский производитель этим занимается. Он оборудовал порядка 50 классов в аграрных академиях. Мы движемся в этом направлении: поставили учебные пособия, поставили образцы сельхозтехники. Но, конечно, нам еще нужно двигаться долго и упорно, чтобы сделать действительно качественным наше аграрное образование. Вот мы говорим, что мы увеличили объемы производства в 2–3 раза. Но давайте сравним цифры: Советский Союз производил 656 тысяч тракторов в год, сейчас мы производим 7 тысяч – в 100 раз меньше.

— Ну, качество тракторов, вы знаете, какое было. Покупали три – один работал, а два на запчасти стояли. Это мы слышали.

— Ну, наверное, это перебор – вот такие цифры. Да, трактора были менее производительными, да, надежность, наверное, была не на современном уровне. Но чтобы в 100 раз! Послушайте, но при этом страна, к счастью, осталась огромной. Поэтому нам еще надо увеличивать и увеличивать объемы производства и учить людей.

— Вы, наверное, следите за состоянием рынка сельхозтехники в России, в мире, наверное, наблюдаете за этим. Каков у нас износ сельскохозяйственной техники и сколько мы от этого теряем?

— Ну, износ у нас велик. Я бы сказал даже, что обеспеченность комбайнами у нас гораздо ниже, чем в других странах. Если взять тысячу гектар, то в Америке четыре комбайна на тысячу гектар, в Германии – шесть, а у нас один комбайн на тысячу гектар. Это обеспеченность. При этом, да, действительно, комбайн наш, и то старый. Наверное, если кто-то ездит по полям, то красный комбайн увидеть в поле – это как бы не редкость. А красный комбайн – это значит, что он выпущен до 98-го года. А это значит, что ему 20 лет. Это уже экзотика. Он не должен работать больше 10 лет, если по-нормальному. Поэтому, еще раз, успехи есть, но у нас впереди много-много-много работы.

— Все-таки у нас каковы потери урожая из-за того, что у нас старый парк? Если такие данные?

— Сложно сказать. Минсельхоз называет потери – 30 миллионов тонн зерна из-за того, что у нас изношенные комбайны. Но потери – это только одна проблема. Россия могла бы еще в 2 раза увеличить объемы производства зерна, поэтому проблему надо решать.

— Константин Анатольевич, вы как-то настроены не либерально.

— Нет, не либерально.

— Какова должна быть политика Правительства? У меня такое предчувствие, вот что-то мне подсказывает, что после марта у нас Правительство поменяется. Как вы полагаете, каким оно должно стать?

— Опирающимся на разумные реальные интересы. Ну, что значит – я не либерал? Я считаю, что частная инициатива, свобода контракта, свобода слова должна присутствовать. Но должна быть и активная роль государства, элементы планирования надо возвращать. Государство обязано иметь образ будущего. Вот сейчас нам либералы говорят: «Не надо ничего планировать, завтра все будет по-другому, все планы пойдут прахом. Давайте ничего не будем делать…». Но развитие реальной экономики всегда и везде приводит к улучшению жизни людей. Если мы будем опираться на реальные интересы, увеличивать производство зерна, производство машин, делать их все более производительными, то неизбежно люди станут жить богаче. Мы 30 лет назад посмеивались и рисовали себе такой образ китайца: мол, это человек, ездящий на велосипеде и работающий за плошку риса. Сейчас, после 35 лет бурного развития, китайцы получают в среднем зарплату больше, чем россияне. Поэтому давайте развивать экономику, и все у нас будет хорошо.

— Константин Анатольевич, ваша партия «Дело» одна из немногих, которые не выдвигали своих кандидатов на выборы президента. Почему?

— Мы не готовы пока, в данной ситуации. Если уж ввязываться в драку, то имея какие-то реальные шансы ее выиграть. Это, во-первых.

Во-вторых, наверное, действующий президент может стать, имеет шанс стать действительно великим политическим деятелем в истории. А великие деятели совершали определенные изменения, повороты политики своей. Наш президент уже в 2014 году повернул внешнюю политику, я имею в виду события вокруг Крыма, и получил огромный кредит… вернее, вернул огромный кредит доверия. Мы надеемся, что в течение следующего срока он совершит такой же поворот в экономической политике. Вот мы и работаем над этим. То есть нам экономическая политика не совсем нравится. Поэтому то, что говорит Павел Грудинин – это одно, там многие вещи разумные. Но, тем не менее, лидером у нас остается Владимир Владимирович. И мы надеемся, что он услышит предложения, которые мы озвучиваем, и совершит тот самый поворот. Мы будем его поддерживать.

— Наверное, формулировкой экономической политики вы займетесь на ближайшем Московском экономическом форуме.

— Да, в начале апреля. И мы продолжим пропаганду нашей экономической политики.

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены > agronews.ru, 12 февраля 2018 > № 2495349 Константин Бабкин


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 9 февраля 2018 > № 2491891 Павел Самиев

На перепутье: рынок пенсионных фондов становится все более государственным

Павел Самиев

управляющий директор Национального рейтингового агентства, исполнительный директор АЦ "Институт страхования" при Всероссийском союзе страховщиков, генеральный директор «Бизнесдром»

Клиенты НПФ хотя получать высокую доходность; реальный сектор хочет получить длинные деньги от фондов. Что мешает этому и как сделать НПФ эффективными управляющими активами?

Комитет Госдумы по финансовому рынку рекомендовал принять во втором чтении правительственный законопроект, который вводит фидуциарную ответственность НПФ и повышает требования к их расходам. Фидуциарная ответственность предполагает материальную ответственность пенсионных фондов за неэффективное исполнение обязанностей по инвестированию средств застрахованных лиц. Согласно законопроекту, НПФ должны будут приобретать и реализовывать активы на наилучших доступных условиях на момент заключения сделки, а также инвестировать в активы, ожидаемая доходность по которым, с учетом риска таких активов, не ниже, чем по иным доступным способам размещения. Проще говоря, теперь они должны будут выбирать наиболее маржинальные инструменты из доступных по рискам.

Страхователи, будущие пенсионеры за чередой постоянных реформ совсем потеряли понимание, как они могут влиять на пенсионную систему или хотя бы на свое будущее, свою пенсию. Они видят, что постоянно вводятся новые правила работы для НПФ, следят за реформами, но не могут понять, какова их роль и механизм влияния на управление пенсионными портфелями, от которых зависит то, какой будет их финансовое обеспечение в старости.

В последние годы заметно усилилась концентрация и выросла доля государства в рынке. Так, по итогам трех кварталов 2012 года на топ-5 приходилось 45%, а по итогам аналогичного периода 2017 года на топ-5 — уже около 70% пенсионных накоплений. Топ-10 игроков в 2017 году контролируют 90% рынка. В этой десятке лидеров — пять игроков, принадлежащих структурам с госучастием.

Также произошло заметное ужесточение регулирований, которые должны были повысить прозрачность инвестиций, фонды акционировались и были обязаны войти в систему гарантирования пенсионных накоплений. Кроме того, ЦБ обязывает НПФ раскрыть на сайтах данные о доходности в прошлых периодах, об инвестиционных рисках, о реестре действующих и исключенных агентов НПФ, а также о принципах распределения инвестиционного дохода. Среди недавних изменений: в начале декабря Банк России представил скорректированную методику проведения стресс-тестирования, которое станет обязательным для всех НПФ с февраля следующего года. Анализ представленного документа показывает, что и методика является достаточно консервативной. В будущем скорее всего еще сильнее вырастет доля вложений в облигации федерального займа (ОФЗ), вероятность дефолта по которым равна нулю, что гарантирует прохождение тестов. По данным Банка России, на конец третьего квартала 2017 года доля ОФЗ в структуре портфеля пенсионных накоплений уже увеличилась на 8 п. п. и достигла 13%.

С одной стороны, регуляторные изменения привели к тому, что деятельность НПФ становится все более контролируемой и прозрачной, с другой — огромные объемы пенсионных средств сосредоточены в руках государства и правила инвестирования для НПФ максимально жесткие. В такой ситуации возникает вопрос: могут ли НПФ сегодня инвестировать в реальный сектор экономики и обеспечивать достойную доходность для своих клиентов?

Сейчас основным вариантом инвестирования пенсионных денег выступает банковский сектор (депозиты), но к 1 июля 2018 года, согласно требованиям Банка России, их доля должна не превышать 25%. Около 51% пенсионных накоплений и 36% пенсионных резервов были размещены в корпоративные облигации в первом полугодии 2017 года. Кроме того, около 18% пенсионных накоплений НПФ инвестировали в акции.

Вложения в долгосрочные инфраструктурные проекты поддерживают отечественную экономику и приносят доход для будущих пенсионеров. Однако проектов, в которые фонды могут вложиться с учетом существующих жестких регуляторных ограничений, крайне мало. Более того, согласно требованиям ЦБ, фонды имеют право держать в портфелях ценные бумаги, имеющие рейтинги от «Эксперт РА» или АКРА. Но далеко не все эмитенты заинтересованы в получении рейтинга от российских агентств, так как это связано с раскрытием конфиденциальной информации.

Набор доступных инвестиционных инструментов для НПФ, таким образом, очень ограничен. Вместе с этим отсутствует приток новых средств в систему — с 2014 года суммы на счетах будущих пенсионеров растут исключительно за счет инвестирования. Новые поступления и не предвидятся: в конце прошлого года Госдума приняла законопроект о продлении до 2020 года «заморозки».

Как известно, доходность фондов — это производная от состояния экономики, а вместе с ней и финансового рынка. На фоне снижения ключевой ставки падают и доходности на долговом рынке. Динамика фондового рынка в текущем году является отрицательной из-за негативных тенденций в банковской системе, а также оттока капитала и замедления темпов экономического роста. Так, субиндекс акции активов пенсионных накоплений снизился с начала года на 9,1%. Снижается и доходность пенсионных фондов. Согласно данным Банка России, доходность НПФ от инвестирования пенсионных накоплений за девять месяцев текущего года составила 4,6% годовых, от размещения пенсионных резервов — 4,9%. При этом доходность за аналогичный период прошлого года составила по пенсионным накоплениям 10,6% годовых, а по пенсионным резервам — 10,9%.

Кроме всего прочего, ограничивает НПФ в выборе инвестиций текущая система вознаграждения фондов. Поэтому для участников рынка важно принятие новой системы вознаграждения НПФ. Напомним, в июле 2017 года Госдума приняла в первом чтении закон о вознаграждении и фидуциарной ответственности НПФ. Фидуциарная ответственность предполагает материальную ответственность фондов за добросовестное исполнение обязанностей по инвестированию средств застрахованных лиц.

Законопроект устанавливает ответственность НПФ за недостаточно эффективное управление средствами: при получении убытка фонд будет обязан его возместить. Кроме того, НПФ может использовать не больше 0,75% от суммы чистых активов (СЧА) на обеспечение своей деятельности и оплату услуг УК и специализированных депозитариев. Комиссия за успех снизится с текущих 25% (10% — УК и 15% — НПФ) до 15%.

Новая система вознаграждений будет состоять из двух частей: переменной (success fee) и постоянной (management fee). Текущая система вознаграждения предполагает наличие только success fee — вознаграждение за успешное управление денежными средствами, не превышающее 15% от совокупного инвестдохода. Такая система стала неактуальной в изменившейся рыночной ситуации. В течение 2005-2007 годов некоторые фонды показывали доходность на уровне 20%, но после череды кризисов средняя доходность НПФ снизилась до 6-6,5%. Постоянную часть (management fee) НПФ смогут направлять на повседневные расходы фонда, а переменная могла бы быть инвестирована в реальный сектор и долгосрочные проекты.

Введение фидуциарной ответственности НПФ совместно с новой системой вознаграждения, предусматривающей management fee, позволит достичь двух целей: НПФ будут надежно и выгодно вкладывать средства клиентов, а также инвестировать часть средств в долгосрочные инфраструктурные проекты. Кроме этого, повысится эффективность инвестиционной деятельности НПФ. Это изменение может привести наконец к эффективному состоянию рынка. Все «три кита» пенсионного страхования тогда станут устойчивыми: качественный риск-менеджмент, прозрачная структура активов и эффективная система вознаграждения НПФ, позволяющая зарабатывать достойную доходность, вкладываясь в реальный сектор экономики. Пока последний момент явно «проваливается» и является ограничением для тех, кто копит на пенсию, то есть для всех россиян.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > forbes.ru, 9 февраля 2018 > № 2491891 Павел Самиев


США. Евросоюз. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > dknews.kz, 8 февраля 2018 > № 2490894 Тулеген Аскаров

Время для «Пояса и пути»

Затянувшееся молчание отечественного чиновничества и крупного бизнеса по поводу опубликованного властями США так называемого «Кремлевского доклада» и возможных последствий потенциальных новых санкций против России весьма напоминает не привычно равновекторную и равноудаленную, а, увы, страусиную позицию.

Тулеген АСКАРОВ

ОБ ЭТОМ ЕЩЕ КЛАССИКИ ПИСАЛИ…

Конечно, можно понять и официальную Астану, и организации, представляющие интересы казахстанского бизнеса, в первую очередь НПП «Атамекен». Ведь наш северный сосед давно находится под санкциями Запада – еще со времен аннексии Крыма. Понятна и политика развитых государств, в первую очередь США и Европейского союза, – они также следуют своей твердой санкционной линии. Можно понять и подчеркнутый нейтралитет Казахстана в этом затянувшемся противостоянии – для нашей страны его участники имеют статус стратегических партнеров. Однако было бы наивно отрицать, что антироссийские санкции Запада никоим образом не влияют на Казахстан, – ведь за минувшие годы даже рядовые соотечественники так или иначе почувствовали на себе экономические перемены, вызванные ими.

«Кремлевский доклад», подготовленный Казначейством (Минфином) США, хотя и не представляет собой санкционный список для немедленного применения, явно указывает на намерение Запада расширить диапазон давления на Москву. Ведь в список доклада включены не только российские олигархи, заработавшие свое состояние при помощи контактов с Кремлем, чего они сами особо и не скрывают, но и чиновники, потенциально участвующие в схеме обогащения избранных предпринимателей и получающих свои весомые дивиденды в разных формах. Показательно, что в «Кремлевском докладе» российских чиновников оказалось больше, чем олигархов – соответственно 114 и 96 человек. И это тоже вполне логично – ведь для того, чтобы конкретный предприниматель мог получить желаемый кусок экономического «пирога» в своем Отечестве и стабильно иметь с него дивиденды в течение длительного периода, делясь с властью, должны быть задействованы все ключевые лица государственной машины исполнительной и законодательной власти, а также правоохранительных органов. Конечно, в данном случае персонально никого из Вашингтона не обвиняют, но тут важен скорее системный подход к делу.

Ничего нового в этом нет – ведь еще в XIX веке классики дали определение государственно-монополистического капитализма, в котором силы капиталистических монополий соединяются с мощью государства! Более того, в какой-то момент над самими чиновниками и их кадровыми перестановками начинают довлеть интересы крупного бизнеса. В самих США эту схему давно описал Теодор Драйзер в легендарной трилогии романов «Финансист», «Титан» и «Стоик», главным героем которой стал богач Фрэнк Каупервуд. В первом из них так и говорилось: «…Для финансиста деньги – это средство контроля над распределением благ, средство к достижению почета, могущества, власти».

Так что если следовать этой логике, то вполне естественным образом в списке «Кремлевского доклада» оказались все члены российского правительства, начиная с недавно посетившего Алматы премьер-министра Дмитрия Медведева, сотрудники тамошней президентской администрации, мэр Москвы и губернатор Санкт-Петербурга – ключевых мегаполисов страны. Вряд ли стоит удивляться и тому, что в него вошли и спикеры обеих палат российского парламента, и даже глава президентского Совета по правам человека, не говоря уже о руководителях силовых министерств и ведомств, включая Службу внешней разведки с ГРУ.

Не стали исключением и главы контролируемых государством компаний – Газпрома, Роснефти, Сбербанка России, Банка ВТБ, Аэрофлота, Российских железных дорог и других.

Правда, столь показательно широкий охват вызвал недовольство некоторых соавторов доклада. К примеру, весьма известный экономист Андерс Ослунд заявил, что доклад был подменен в последний момент, а изначально должен был представлять собой список россиян, обогатившихся незаконным путем при помощи контактов в Кремле и посему обреченных на санкции. Он назвал список выдержками из телефонной книги Кремля и обвинил американский Минфин в том, что даже если санкции и будут применены, то это повлечет объединение российской элиты вокруг Кремля, а не ее раскол. Тем не менее все сходится к тому, что в Вашингтоне не столько хотели покарать кого-нибудь конкретно из россиян, сколько наметить широкий диапазон персональных целей на ближайшее будущее после предстоящих президентских выборов в этой стране.

Американский министр финансов Стивен Мнучин так и заявил, что секретная часть «Кремлевского доклада» как раз и ляжет в основу новых санкций. Выдержки же из этой части, опубликованные информационным агентством Bloomberg, показывают, что у США есть очень сильные рычаги для усиления давления на Кремль, – к примеру, санкции на новые выпуски государственных долговых обязательств России и связанные с ними производные инструменты. Тут стоит напомнить, что даже в советские времена жизни за «железным занавесом» тогдашние власти СССР занимали деньги за рубежом. С другой стороны, авторы «Кремлевского доклада» отдают себе отчет в том, что если такие санкции будут введены, то они повлекут негативные последствия для глобальных финансовых рынков, включая и сами США. Ведь Россия и после введения санкций против нее остается крупным заемщиком на внешнем и внутреннем рынках, привлекая международных инвесторов. Да и в другие страны из нее поступает немало денег. К примеру, советник российского президента Сергей Глазьев оценил отток средств из экономики России за последнее 30 лет более чем в триллион долларов!

БЕЗ ВОРОТ НА ВОСТОК НИКАК!

В любом случае вне зависимости от того, будут ли введены новые санкции США и Запада в целом против России или нет, Казахстану надо ускоренно определяться с вариантами экономического развития в условиях потенциально ограниченных возможностей сотрудничества с нашим северным соседом даже в рамках Евразийского экономического союза. Ведь Россия не только выступает ведущим торговым и инвестиционным партнером Казахстана – через ее территорию идет основной объем поставок нашей нефти на мировой рынок по системам Каспийского трубопроводного консорциума, нефтепроводу Атырау – Самара и другим. Напомним еще, что и сырой газ с Карачаганака перерабатывается в России. Тесно связаны наши энергетические системы, завязанные на взаимные поставки угля, продолжается активное сотрудничество в интеграции ядерно-промышленных комплексов. Стоит напомнить также и о космодроме Байконур.

Активно работают у нас и инвестируют в казахстанскую экономику практически все компании, владельцы и руководители которых представлены в «Кремлевском докладе», – Газпром, Лукойл, Роснефть, Банк ВТБ, Сбербанк России и другие. В Алматы находится штаб-квартира межгосударственного Евразийского банка развития, ключевым акционером которого выступает Россия. Напомним, что в предыдущем номере «ДК» были опубликованы комментарии двух казахстанских «дочек» ведущих российских банков – Сбербанка и Банка ВТБ. Их пресс-службы заверили своих клиентов в том, что ни на них, ни на этих дочерних банках публикация «Кремлевского доклада» никак не отразится.

Между тем стоит заметить, что у самого Казахстана с США не все обстоит так уж идеально и гладко. К примеру, там в отношении нашей страны по-прежнему действует поправка Джексона-Вэника, ограничивающая торговлю США с государствами, препятствующими эмиграции и нарушающими другие права человека. И это при том, что в отношении России действие этой поправки было отменено еще в 2012 году! А чего стоит недавняя история с заморозкой в американском Bank of New York Mellon денег нашего Национального фонда на сумму более $22 млрд! Конечно, вряд ли можно говорить о том, что в Вашингтоне вдруг появится на свет казахстанский доклад по аналогии с «Кремлевским», но все же, как говорится, береженого и Бог бережет!

Поэтому сейчас для нашей страны особую важность представляет развитие экономического сотрудничества в рамках «Экономического пояса Шелкового пути» с тем, чтобы использовать центральный транс-евразийский коридор, соединяющий Китай и Центральную Азию с выходом в Персидский залив и Средиземное море. А вместе с северным коридором «Пояса и пути», идущим из Китая через наш регион в Россию и Европу, эти два направления создадут прочную основу для доступа Казахстана к рынкам Юго-Восточной Азии и «Морскому Шелковому пути». Кстати, как выяснилось на днях, и россияне заинтересованы в новых возможностях, открывающихся в рамках «Пояса и пути». Они намерены построить на Хоргосе свой торговый комплекс и развивать транзитные перевозки с использованием потенциала СЭЗ «Хоргос – Восточные ворота». Это и неудивительно – ведь по сведениям китайского информагентства «Синьхуа», только за прошлый год через Синьцзян-Уйгурский автономный район проследовало в западном направлении более 2200 международных грузовых поездов, то есть примерно по 6 в день в среднем! Ими было доставлено более 1,1 млн тонн общей стоимостью $16,1 млрд. При этом через КПП Алашанькоу прошло 1970 поездов маршрута «Китай – Европа».

В общем, ситуация вполне ясная, хотя и не слишком приятная. Поэтому хотелось бы, чтобы наши чиновники, депутаты и бизнесмены не молчали сейчас, а спокойно обсудили создавшееся положение дел, сверив часы с быстро меняющейся международной обстановкой. И речь должна идти не только о санкциях, но и о следующем экономическом кризисе, который наступит неизбежно, если уже не начался!

США. Евросоюз. Казахстан. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > dknews.kz, 8 февраля 2018 > № 2490894 Тулеген Аскаров


США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 8 февраля 2018 > № 2489951 Стив Форбс

Стив Форбс — Белому дому: как не загубить восстанавливающуюся экономику

Стив Форбс

Главный редактор Forbes USA

Главный редактор американского Forbes рассказал об опасностях, угрожающих экономике США

Восстанавливающейся экономике США угрожают две вещи: слабый доллар и протекционизм в торговле. Политики зачастую фантазируют и о том, и о другом — это всегда приносит весьма плачевные результаты и оборачивается ужасными последствиями в политике. Однако некоторые в администрации Дональда Трампа заигрываются, играя в итоге с огнем.

Доллар

У развитых стран не бывает слабой валюты. Тем не менее министр финансов Соединенных Штатов Стивен Мнучин с невежественной уверенностью прямо заявил: доллар должен быть слабым. К счастью, президент ему тут же возразил. Но один лишь факт того, что Мнучин и его ведомство ходят подорвать ценность американской валюты, сильно настораживает. Министр финансов повелся на сладкую ложь о том, будто со слабым долларом можно будет продать больше американской продукции за рубежом и таким образом укрепить экономику США. Такие ложные и вредные идеи очевидно означают, что бедняга полностью забыл о том, как бывает в реальном мире.

Есть неоспоримый факт: ни одна страна в мире не достигала экономической мощи и процветания с помощью обесценивания валюты. Ни разу. Достаточно вспомнить хотя бы Бразилию, Аргентину и Зимбабве. А что случилось с Римской империей, когда ее собственный «Мнучин» обесценил денежную единицу? Министру финансов США нужно бы освежить это в памяти, вспомнить, что было раньше.

Летом 1971 года президента США Ричарда Никсона очень беспокоило, что после кризиса 1969-1970-х годов экономика страны не слишком быстро приходит в себя и что такие темпы могут поставить под угрозу победу Никсона на выборах 1972 года. Более того, мир тогда использовал Бреттон-Вудскую золотовалютную систему, а запасы драгоценного металла у Соединенных Штатов иссякали. Это было тревожным звоночком для финансовых рынков. Пытаясь подстегнуть рост экономики, Федеральная резервная система выпускала слишком много долларов. В итоге, что вполне логично, другие государства стали избавляться от теряющих ценность долларов и скупали на них американское золото.

К несчастью, Никсона ввел в заблуждение министр финансов Джон Конналли, посоветовав ему «закрыть золотое окошко». Таким образом система золотого стандарта была свернута полностью, а доллар стал терять в ценности как никогда ранее. Изначально задумывалось, что такая ситуация породит торговый профицит, а значит, и процветание, благодаря чему действующий президент будет переизбран. Никсон действительно пошел на второй срок, но запомнился он лишь длинными очередями на автозаправках, инфляцией и стагнацией экономики. Страна переживала один из самых глубоких кризисов со времен Великой депрессии, и в итоге Никсон был вынужден уйти в отставку. Джимми Картер придерживался похожих взглядов на регулирование экономики. В общем и целом, ни он, ни Никсон в экономическом плане особыми талантами не блистали.

В 1987 министр финансов Джеймс Бейкер продвигал идею ослабленного доллара, чтобы продавать больше американских товаров за рубежом и «восполнить торговый дефицит». В октябре того же года он предложил Германии: «Либо повысьте уровень инфляции немецкой марки, либо мы понизим ценность доллара». В результате он пообещал «понизить доллар», и вместе с протекционистскими мерами Конгресса, которые могли привести к торговой войне, его деятельность спровоцировала чудовищное обрушение рынка ценных бумаг. К счастью, администрация Рейгана одумалась, и впоследствии финансовые рынки смогли восстановиться.

К сожалению, в начале 2000-х Соединенные Штаты принялись за старое. Министры финансов при Джордже Буше-младшем полагали, что медленное обесценивание доллара будет стимулировать рост экономики. Ослабление доллара, как это всегда и происходило, привело к буму рынка недвижимости и сырья: если валюта нестабильна, участники рынка предпочитают вкладывать средства в физические активы. А исход этого нам прекрасно известен. Однако Мнучин, нынешний министр финансов, по-видимому, урок истории не усвоил.

Ни Никсон, ни Конналли, ни Мнучин так и не поняли, что деньги не тождественны богатству. Деньги являются всего лишь инструментом измерения стоимости, так же как часы измеряют время, а шкала на весах — массу. Было бы очень затруднительно даже готовить, если бы стандарты измерения чашек и ложек менялись каждый день. То же с деньгами: высокая волатильность делает торговлю и инвестиции более рисковым делом, а экономическое развитие из-за этого сбавляет темпы. У денег нет собственной стоимости. Это всего лишь система основанная на доверии. В каком-то смысле деньги как билет на концерт. Сам по себе билет бесполезен, но он дает право получить реальные услуги.

Обесценивание доллара можно сравнить с тем, как обвешивают в магазинах: платишь за килограмм сыра, а получаешь 900 грамм. Таким же самым образом обесценивание валюты ощущается в более сложных цепочках поставок как в Америке, так и во всем мире. Например, можно заплатить $15 за товар, который должен бы стоить $10. Компаниям необходимо выделять интеллектуальные и материальные ресурсы для того, чтобы понять, как застраховать валюты от колебаний курса, главной угрозы экономического роста.

Протекционизм

А что с торговым дефицитом? Сам по себе он не значит ничего. Америка жила и живет в условиях торгового дефицита бóльшую часть своей истории. Ключевой момент для развития американской экономики — есть и всегда были — инвестиции в страну. Благодаря налоговой реформе Дональда Трампа, Соединенные Штаты начинают получать сотни миллиардов долларов.

Одно дело пересматривать и обновлять условия торговых соглашений (например, Североамериканское соглашение о свободной торговле, NAFTA), совсем другое — отказываться их соблюдать или диктовать собственные условия (к примеру, заставлять компании возвращать все свои мощности на территорию США). Сюда же можно отнести злоупотребление торговым регулированием, как это делается в Китае: там иностранным компаниям ограничивают доступ к китайскому рынку или вынуждают компании отказываться от собственных запатентованных технологий, не говоря уже об открытом воровстве коммерческой тайны посредством взлома компьютерных систем.

Но стремление к переговорам в области торговли должны устранять барьеры, а не возводить их в виде пошлин на импорт или мер, его ограничивающих.

Остальной же мир движется вперед. Япония заключила выгодную сделку по сотрудничеству в сфере торговли с Европейским Союзом. 11 стран-членов Транстихоокеанского партнерства, из которого в прошлом году вышли Соединенные Штаты, планируют учредить новое соглашение, уже без участия США. Обсуждаются также 35 новых двусторонних региональных договоров. Все это станет основой для укрепления экономических связей и увеличения объемов торговли между странами-участниками. Более того, США снова присматриваются к различным возможностям экономического сотрудничества с другими странами.

К счастью, новый налоговый закон поможет привлечь еще бóльшие инвестиции из американских и зарубежных предприятий. Но главное — не отказываться так просто от выгодных финансовых перспектив и доступа к рынкам сбыта.

Прежде всего, необходимо избежать торговой войны типа той, что была в 1930-х годах. В 1929 году новоявленный президент Герберт Гувер посчитал, что новые пошлины на импорт продовольствия помогут бедствующим американским фермерам. Их деятельности наносили огромный ущерб низкие цены на сырье, а обусловлен он был избытком продукции. К моменту, когда соответствующие законы уже прошли через законотворческий конвейер, Конгресс успел обложить огромными налогами тысячи товаров. В результате этого началась торговая война и разразилась Великая депрессия.

Перевод Антона Бундина

США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 8 февраля 2018 > № 2489951 Стив Форбс


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 7 февраля 2018 > № 2488243 Владислав Иноземцев

Сомнительная стабильность. Отсутствие перемен тормозит развитие экономики России

Владислав Иноземцев

Директор «Центра исследований постиндустриального общества»

Превозносимая ныне стабильность выглядит скорее как предкризисное явление, и чем дольше она будет сохраняться, тем выше вероятность серьезных политико-экономических потрясений

Как я и предполагал почти полтора года тому назад, никаких неожиданностей, на которые нам настойчиво намекали самые разные «информированные аналитики», не случилось: Владимир Путин пошел на очередные выборы, и ничто не помешает ему через несколько недель плебисцитарным голосованием подтвердить — и продлить — свои президентские полномочия.

На протяжении всей скоротечной и довольно блеклой кампании нам со всех сторон внушали один базовый тезис: России нужна стабильность, да и обстановка почти на всех «фронтах» слишком сложна для того, чтобы что-то менять. Эта позиция мало у кого вызывала открытые возражения. Иногда в дискуссиях можно было услышать, что нынешняя «стабильность» слишком похожа на застой, но и те, кто это утверждал, не подвергали сомнению позитивность стабильности как таковой. Аналогично можно констатировать существенные различия в оценке того, в сколь непростой ситуации в последнее время оказалась страна, но и тут мало кто допускал мысль о том, что пришла пора сменить кучера или вообще отпустить вожжи.

Между тем оба эти тезиса при ближайшем рассмотрении не выглядят очевидными. Начнем со «стабильности». В России XXI века стабильность ассоциируется с несменяемостью не только верховного лидера, но и всего корпуса властной элиты. Однако простой взгляд как на относительно недавнюю, так и на более отдаленную историю говорит совершенно об ином. В ХХ веке (я сейчас вообще не хочу вспоминать сталинскую эпоху) в России было два периода быстрого экономического роста, повышения уровня жизни населения, технологического прогресса и относительной внешней открытости.

Первый из них пришелся на начало столетия, второй — на 1950-е и 1960-е годы. Однако со «стабильностью» в ее нынешнем понимании в обоих случаях дело обстояло как-то не очень. С 1901 по 1913 год в России сменилось шесть глав правительства, произошла неудачная попытка революции, был учрежден парламентаризм и избрано четыре состава Государственной думы. С 1953 по 1965 год страна пережила разоблачение «культа личности», разгром как минимум трех «антипартийных групп» и единственное в советской истории смещение главы партии и правительства.

Я не говорю о том, что в течение обоих периодов реорганизации министерств и ведомств происходили почти постоянно. Если обратиться к более ранним событиям, то в XVIII веке Россия трансформировалась быстрее и увереннее, чем когда-либо прежде, но и число пришедшихся на нее переворотов и цареубийств было рекордным. Напротив, длительные периоды «стабильности», такие как 30-летнее царствование Николая I или 20-летний период от Леонида Брежнева до Константина Черненко, заканчивались общенациональным позором или катастрофой.

Восхваление политической и экономической «стабильности» обусловливается вопиющим пренебрежением, которое российская элита испытывает в отношении законов общественного развития. Между тем именно экономика и политика всегда выступали факторами революционных перемен в обществе, тогда как социальные процессы и частная жизнь (которую исследователи порой называли «структурой повседневности», как, например, Филипп Арьес и Жорж Дюби в «Истории частной жизни») как раз и выполняли роль стабилизатора, часто противившегося излишнему темпу экономических и политических перемен. В таком контексте я бы сказал, что не только экономическая конкуренция (что в целом очевидно), но и политическая борьба и соперничество (с чем согласиться психологически намного сложнее) выступают факторами развития, в то время как консолидация власти и этатизация хозяйственной жизни — верной гарантией наступающего застоя.

Так что превозносимая ныне стабильность выглядит скорее как предкризисное, чем посткризисное явление, и чем дольше она будет сохраняться, тем выше (а не ниже) вероятность серьезных политико-экономических потрясений.

Кризис и внешняя угроза

Не менее сомнительным представляется и тезис о внешней угрозе. На мой взгляд, само ее существование должно восприниматься как динамический и развернутый во времени процесс, потому что лишь при таком условии мы можем понять ее причины (и ее виновника). В конце прошлого года в России активно смаковалась новость о том, что США увеличили свой военный бюджет и численность Вооруженных сил… впервые за семь лет. Между тем вряд ли вменяемый человек сочтет этот шаг необоснованным, учитывая, что за те же семь лет военные расходы России выросли в 2,5 раза, с 1,28 трлн до 3,14 трлн рублей, а Москва присоединила Крым и спровоцировала войну на востоке Украины. Можно по-разному реагировать на действия американцев, но назвать их превентивными или неспровоцированными не поворачивается язык.

В 2003 году, например, российско-­украинские отношения были чуть ли не в идеальном состоянии, как, замечу, и российско-европейские. Президент Путин незадолго до того говорил, что Россия «не просто поддерживает процессы [европейской интеграции], но и смотрит на них с надеждой»; в противостоянии готовившейся агрессии США в Ираке складывалась чуть ли не новая «ось» Париж — Берлин — Москва.

Что мешало тогда не противиться наметившемуся движению Украины в сторону ЕС, а поддержать его? Европа как не готова сейчас, так и тогда была не готова принять Киев в Евросоюз. Но, оставаясь в стороне, Москва могла бы стать незаменимым переговорщиком в этом процессе, десятилетиями играя на противоречиях сторон и оставаясь другом для обеих.

Чем была вызвана необходимость противостоять неизбежной в 2004 году смене украинского руководства и вполне разумной (если учитывать наш собственный опыт с Чечней) политике властей Грузии на реинтеграцию страны в 2008-м? Зачем было захватывать и так вполне принадлежавший «русскому миру» Крым и допускать братоубийственную войну в Донбассе? И как можно было ожидать, что после всего этого международная обстановка не обострится, а Россия не превратится в изгоя?

Иначе говоря, 15-летний период «стабильности» в российской политике был, если смотреть под несколько иным углом, временем стабильно нараставшей враждебности к России в остальном мире, отчасти порожденной ее собственными действиями на международной арене. Сегодня у нас нет доказательств того, что в случае продолжения «стабильности» таких действий не станет больше, но есть опасения совершенно противоположного: возможного военного вмешательства в Судане и Ливии, наращивания присутствия в Сирии, более активной поддержки исчезающей из глобального политического пространства вместе с нашими инвестициями Венесуэлы и т. д. Гарант российской «стабильности», надо отдать ему должное, никогда не признавал ошибок и не сворачивал назад, поэтому данный внешнеполитический тренд кажется мне крайне устойчивым, а он тоже ведет страну отнюдь не к новым победам, а к милитаризации экономики и новой холодной войне.

На мой взгляд, привлекательность идей «стабильности» и «осажденной крепости» в нашем обществе объясняется довольно просто.

Проблема большинства

С одной стороны, в России сильна традиция апологизировать, если так можно сказать, «коллективную проблемность»: пусть происходит довольно мало хорошего, но зато этого хорошего немного не только в моей жизни, но и у всех остальных. «Стабильность» тут — прекрасный политический выбор, просто потому, что в эпоху перемен часть людей пользуется открывающимися возможностями и выигрывает, а часть не рискует и оказывается проигравшей.

Это, как показывает история, действует на российское общество намного более деструктивно, чем совместное погружение в трясину в сомнамбулическом состоянии, где пусть даже все в итоге проигрывают, но мало кто резко поднимается на фоне всеобщей деградации. Именно поэтому лозунг «стабильности» электорально крайне привлекателен, и, если взглянуть на карту итогов любых общенациональных выборов последнего десятилетия, он особенно популярен там, где низка степень благосостояния и социальной активности людей. Поэтому, как ни парадоксально, даже некоторое ухудшение экономической ситуации, наблюдающееся в последнее время, не в состоянии лишить данный лозунг поддержки.

С другой стороны, в России столь же сильна тоска по «сильной руке», однако здесь нужно принимать в расчет одно важное обстоятельство. Будучи относительно готовым к авторитарным методам управления собой, население не считает себя вполне холопским и инстинктивно требует для введения такого типа управления неких оснований. Внешняя угроза среди них — безусловно оптимальный вариант, так как во многом снимает ответственность с вождя за de facto осуществляемую им узурпацию власти, а с народа — за готовность в очередной раз перед этой властью прогнуться.

Соответствующая риторика позволяет всем участникам процесса вполне комфортно квалифицировать некую аномалию как естественный и правильный выбор и тем самым оправдать все свои действия. Дополнительным фактором становится и то, что люди по-прежнему верят: только сплочение перед лицом внешнего врага может мобилизовать общество и обеспечить достижение многих амбициозных целей (а о том, насколько таковые являются желаемыми и оптимальными, мало кто задумывается).

Подводя итог, можно сказать: «стабильность» выглядит в наши дни намного более опасной, чем даже «дестабилизация», причем по двум причинам.

С одной стороны, она увеличивает отставание России в период, когда в мире назревает (если уже не случилась) новая производственная революция. С другой — предполагает сохранение того безответственного внешнеполитического курса, который чреват полным отчуждением России от сообщества развитых стран. Эти два аспекта характеризовали обе «великие эпохи стабильности»: николаевскую Россию и брежневский СССР, — и они закончились далеко не лучшим образом. И все это должно заставить всех ответственных граждан еще раз задуматься о том, какой выбор им следует сделать в наступающем марте.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 7 февраля 2018 > № 2488243 Владислав Иноземцев


Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487832 Леонид Ивашов

ОБЛАВА

Задержаны высшие чиновники Дагестана; правительство республики отправлено в отставку

Облава - окружение, оцепление какого-либо места с целью задержания, поимки кого-либо. Лица, участвующие в окружении и поимке кого-либо. Охота, при которой окружается, оцепляется место, где находится зверь. Охотники, загонщики, окружающие цепью зверя.

Т. Ф. Ефремова. Толковый словарь русского языка (2000).

В январе 2017 года в Дагестан для проверки соблюдения законов приехала специальная комиссия из Москвы. За время ее работы задержали мэра Махачкалы Мусу Мусаева, главного архитектора столицы Дагестана Магомедрасула Гитинова, обыски прошли в администрации Табасаранского района республики, сообщает РИА Новости.

А 5 февраля сотрудники ФСБ задержали врио премьер-министра Дагестана Абдусамада Гамидова, его заместителей Шамиля Исаева и Раюдина Юсуфова и экс-министра образования Шахабаса Шахова.

Их обвиняют в хищении бюджетных средств, выделенных на социальные программы. Ущерб превышает 95 миллионов рублей.

При обысках у Гамидова нашли золотой пистолет ТТ в кейсе, пистолеты «Беретта» и ПМ, два автомата Калашникова и патроны.

Задержанным дагестанским чиновникам также могут предъявить обвинения в организации преступного сообщества, рассказали РБК источник в центральном аппарате МВД: «У следствия уже достаточно материалов, чтобы возбудить уголовное дело по ст. 210 УК РФ. В состав ОПС входили чиновники самого высокого уровня, а также сотрудники правоохранительных органов».

Задержание министров вызвало негативную реакцию экс-главы республики Рамазана Абдулатипова, при котором они и заняли руководящие должности в республике. Он назвал происходящее «кампанейщиной» и сравнил ситуацию с предложением Владимира Жириновского оцепить Северный Кавказ «колючей проволокой». Абдулатипов , занимающий пост спецпредставителя президента по вопросам сотрудничества с государствами Каспийского региона, заявил: «Если есть конкретные обвинения по конкретным вопросам, надо разбираться, а не проводить кампанию и держать республику в таком нервно-психологическом напряжении».

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков сказал: «Это не политический кризис, это продолжение работы правоохранительных органов. Пресс-секретарь напомнил, что Владимир Путин неоднократно говорил о том, что это «не кампанейщина, а последовательная, целенаправленная и системная работа. Она идет во многих регионах». Песков подтвердил, что Путину докладывают о ходе расследования.

Экспертные оценки

Леонид Ивашов

Моим основным источником о ситуации в Дагестане является знакомый солдат. Когда я ещё был командиром роты в Германии, он был у меня рядовым. Сейчас, когда он приезжает в Москву, мы долго, ночами с ним сидим и разговариваем. И как-то я задал вопрос: «Почему люди берут автоматы и уходят в горы?» Он немногословный человек, но выдал классический ответ: «Потому что нигде в республике нет правды и справедливости. Правда замещается автоматом Калашникова». Сослуживец сейчас просто занимается хозяйством, разводит овец — выживает, как говорится. И он рассказывает, как там относятся к людям. Например, приезжает районный полицейский начальник и говорит: «Будет свадьба моей дочери, ты вот этих баранов погрузи мне в машину». Я его уговариваю: «Зачем, оставь, мне семью кормить нужно…» Отвечает: «Если этих самых жирных не погрузишь, то я тебя погружу — и будешь у меня вместо барана».

Второй срез моей информации — это казачество. В конце прошлого года из Дагестана приехали казаки и привезли кипу материалов. Суть материалов: есть решение федеральных органов власти о возвращении русскоязычного населения, казачества на традиционные места проживания. Есть постановления правительства Дагестана, все бумаги есть до районного уровня или поселкового. Но за все последние годы ни одного квадратного метра земли, ни одного квадратного метра жилья никому не выделили. Но все рапортуют — отписки огромные, как под копирку написанные, — что есть федеральная программа возвращения в места традиционного проживания. Но вот вся эта бюрократическая риторика сводится к тому, что, «к сожалению, средств не выделено или средства выделены, но исчезли в неизвестном направлении» и так далее.

Когда я всё это анализирую, то прихожу к выводу, что Дагестан на грани взрыва — причём вооружённого взрыва. Мы ещё увидим, как там ходит оружие, люди уже стали вооружаться, это большой бизнес. Да, там есть террористические проявления, да, в республику приходят ваххабиты, террористы, проповедники радикального ислама. Но они приходят потому, что там есть почва — всеобщее недовольство. И поэтому аресты в высшем руководстве — это, по сути дела, превентивные меры по предотвращению вооружённого восстания в Дагестане.

Меры, наверное, правильные, однако есть большое «но». Дагестан — как бы образец ситуации, которая сложилась во всей России. Может быть, там наиболее ярко выпятилось всё негативное. Давайте немножко повспоминаем, как ведёт себя власть — и ельцинская, и путинская, они действуют в одной логике. Мы что, не помним, как отдавали на откуп республики, в том числе и соседние с Дагестаном? Давали территории на кормление, чтобы получить лояльность, поддержку легитимности своего избрания. Мы что, не помним, как Сердюкову и Васильевой отдали на откорм Министерство обороны и Вооружённые силы? И сегодня, если посмотреть на наше правительство и на ряд арестованных губернаторов, давайте скажем прямо: ведь им отдавали регионы и труд их жителей на кормление. И радикальные меры, которые сегодня принимаются в Дагестане, аресты высоких чиновников — это, скорее всего, не системная борьба с коррупцией. Потому что коррупция начинается, увы, не в Дагестане, не на Камчатке и не в Ханты-Мансийском округе. Ведь у нас такая огромная система надзорных органов, что по числу надзирающих мы сегодня превзошли фашистскую Германию на оккупированных территориях по численности на душу населения. Полицаев было меньше, чем сегодня правоохранителей в России на определённое количество людей. И что, такому гигантскому аппарату не видно было повсеместного воровства?

Если пойдёт системное очищение от коррупции, то Путину, если это предпринимать, нужно начинать с Кремля, ибо все должностные лица, которые сегодня арестованы в Дагестане, имеют покровительство именно в Москве. Что, Министерство образования и науки Российской Федерации не знало ситуации в образовательной системе Дагестана? Скорее всего, подкармливалось и поэтому не замечало. А если не знало, то где ваш профессионализм? Каковы ваши функции? Что, сенаторы, которые заседают от Дагестана в Совете Федерации, не знали положения дел? Или депутаты Госдумы? Все всё знали, а пирамида всеобщей коррупции движется по всей России.

Есть честные губернаторы, главы администраций, которые пытаются что-то делать для народа, но таковы далеко не все. Дай бог, чтобы Дагестан был той точкой отсчёта, с которой Путин начнёт революцию сверху по установлению более-менее справедливого социально-экономического строя.

Нужно усиливать власть представителей народа в полном соответствии с третьей статьёй Конституции Российской Федерации, где объявлено, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ. И дальше есть положение в Конституции, что народ осуществляет свои властные полномочия как непосредственно, так и через систему выборных органов. Так вот, когда люди даже не знают Конституции, но знают, что у нас власть должна быть народной — они и протестуют, и на митинги ходят, а когда это не помогает, берутся за оружие.

Поэтому сейчас нужно создать механизм народовластия, чтобы народ мог контролировать деятельность любого чиновника, чтобы народ мог влиять на ситуацию и в школе, и в республике, и в стране. Народ сегодня отстранён от власти. Та облава, которая происходит сегодня в Дагестане, должна в корне изменить сущность самой власти — и не только в республике. Собственность сегодня диктует власти. Власть у нас в стране олигархическая, и мы прекрасно видим: кто какие решения проталкивает, какие осуществляются кадровые назначения в угоду олигархату или крупному воровскому, прежде всего, бизнесу. Не изменив сущности власти, не подчинив её интересам народа, мы разовой акцией ничего не добьёмся.

Нам надо поизучать китайскую модель. Там нет таких акций-вспышек, там чётко, регулярно отслеживают правонарушения. Система народных представителей, которая завершается Всекитайским собранием народных представителей, то есть большим Верховным советом, там очень эффективна. Правят именно представители народа. Выборы происходят не так, как у нас в депутаты Госдумы или сенаторы. Там людей выдвигают, начиная с посёлка, района и так далее. И контроль осуществляют они, а не правоохранительные органы. Правоохранители получают сигналы, проверяют их и регулярно отстреливают воров. Дело было в Шанхае. Включил там телевизор, смотрю и не понимаю ничего, что говорят, но вижу — суд идёт. И тут же показывают, как выводят осуждённых к стенке, залп, шести человек нет. Я утром спрашиваю китайских товарищей, они мне объясняют: «Это руководители Шанхая, они проворовались, их расстреляли». Я как бы упрёк делаю министру обороны, товарищу Чи Хаотяню: «Ведь они никого не убили, вроде нет разбойных нападений, зачем расстреливать?» И мудрый товарищ Чи Хаотянь мне объяснил: «У нас 200 миллионов людей живут за чертой бедности, многим нужно хотя бы чашечку риса в день, чтобы они не умерли. Когда много воруют, то многие умирают от голода, поэтому воры своим воровством приговаривают людей к смертной казни». Вы знаете — я с ним согласился.

И последнее. Некоторые эксперты говорят, что у тех клановых, родовых, преступных по большому счёту групп, интересы которых сейчас так мощно затронуты в Дагестане, достаточно сил для того, чтобы возмутить этот участок Северного Кавказа, для того, чтобы поднять свои прикормленные частные армии — а ведь у каждого чиновника высокого уровня в подчинении имеются десятки, а порой и сотни вооружённых людей. Я не считаю такие опасения справедливыми. Вообще не связываю преступную систему в какими-то родовыми, клановыми традициями. Ведь те аварцы, кумыки, даргинцы, табасаранцы, которые оказались наверху, немного делают ради своих кланов, ради своих родственников или даже в интересах религиозных конфессий. Это система воровская, криминальная. И того, что вчера сделали Васильев с Бортниковым, ждали и кумыки, и даргинцы и все остальные. По крайней мере, 90% населения. Мы помним, как арестовали мэра Махачкалы, который имел дворцы-крепости, и дворцы даже прикрывались зенитно-ракетными переносными комплексами. И что? Кто восстал в его защиту? Охрана немножко постреляла в воздух, когда резиденцию мэра приехали брать штурмом — и всё. Народ был доволен. Так что ничего дурного ожидать от населения, в том числе от кланов, не приходится. Народ будет рукоплескать.

А от криминальной системы России, которая проходит через правительство, Госдуму, Совет Федерации, через правоохранительные и судебные органы — вот здесь сопротивления следует ожидать. Конечно, не вооружённого, а, скорее всего, в форме тормозящей «мягкой силы».

Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487832 Леонид Ивашов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487821 Михаил Делягин

Человечество за порогом

ключевой вопрос мировой политики на 2018-2020 гг– сохранение России в условиях срыва в Глобальную депрессию

Михаил Делягин Алексей Гордеев

«ЗАВТРА». Михаил Геннадьевич, сейчас довольно широко обсуждается очередной доклад Римского клуба, сделанный им в связи с его полувековым юбилеем. И одновременно появились сообщения о Римской декларации вашего института. Как связаны эти материалы?

Михаил ДЕЛЯГИН. Только городом. В начале января в Риме прошла очередная общая конференция представителей и партнёров Института проблем глобализации из разных стран. Это скромное внутреннее мероприятие обычно не привлекает внимания и направленно лишь на поддержание внутренних коммуникаций в условиях всё более болезненного разделения человечества.

Однако обсуждения неожиданно выявили общее понимание глубоких изменений человечества, ещё не осознанных им. Наиболее важные элементы общего для нас понимания нового мира мы и закрепили в Римской декларации; если бы кто-то вспомнил о Римском клубе, её, конечно, назвали бы по-другому.

«ЗАВТРА». И каков её главный вывод?

Михаил ДЕЛЯГИН. Глубина всеобъемлющей трансформации человечества беспрецедентна. Сменился сам вектор развития: нашим главным делом вместо изменения окружающего мира стала трансформация своего сознания и восприятия этого мира: high-hume сменяет high-tech. Эта революция не имеет аналогов в истории, мы делаем то, к чему не приспособлены физиологически, психологически и социально.

Трансформация личности

«ЗАВТРА». Если меняется всё, то, наверное, меняется и личность?

Михаил ДЕЛЯГИН. Информационные технологии делают её пластичной, мозаичной, внушаемой, не способной на долгосрочное целеполагание и систематическое приложение усилий. Клиповое сознание переходит в «кликовое» - нуждающееся в немедленной реакции на разрозненные внешние раздражители ради получения эмоции, а не результата.

Кстати, суть современного информационного взаимодействия – обмен внимания пользователя на получаемые им эмоции. Бизнесу нужно удержание внимания, пользователю – эмоции. Содержательная деятельность сама по себе перестаёт быть ценностью.

Общество рассыпается на индивидов, объединённых некритически воспринимаемыми ими объектами в секты. Соцсети как структурообразующий элемент общества трансформируются в социальные платформы, интегрирующие всю внешнюю активность личности и через информационно-эмоциональный фон определяющие её поведение. Общество становится алгоритмичным, развитие индивида прекращается (так как соцсети ради удержания внимания помещают его в кокон комфорта, в котором отсутствуют мотивации для развития), что, возможно, свидетельствует о выходе на новый уровень развития коллективного сознания.

Атомизация общества, вызванная трансформацией личности, дополняется формированием «глобальных племён», объединённых поверх госграниц специфическими моделями поведения. Бизнес укрепляет эти модели как новые рынки, размывая обычные общества-государства и натравливая на них своих потребителей. Частный случай этого – поощрение сексуальных отклонений (являющееся также инструментом формирования новой глобальной элиты, отделённой от «старого» мира и не питающей к нему сантиментов).

Трансформация общества

«ЗАВТРА». А как меняется состояние общества как такового, не только с точки зрения его взаимодействия с индивидом?

Михаил ДЕЛЯГИН. Познаваемость мира снижается в силу его усложнения и всё более хаотического воздействия на сознание индивида. Это ведёт к вырождению науки в культурно, но не производительно значимый социальный уклад, а образования – в средневековый инструмент поддержания стабильности. Знание становится достоянием избранных, что грозит его вырождением в ритуалы и через поколение – технологическим крахом, который сократит население Земли в разы.

Системы управления уже поколение не демонстрируют адаптации к используемым ими технологиям формирования сознания. Нарастает управленческий кризис, вызванный самопрограммированием управляющих систем, их отказом от реальности, переориентацией с изменения реальности на изменение её восприятия, а главное – более интенсивной трансформацией их сознания по сравнению с сознанием общества. А цена управленческой ошибки качественно возрастёт при переходе от BIG DATA к SMART DATA (структурированным базам данных: структурирование на основе ошибочной гипотезы гарантирует ошибочный результат).

Деньги теряют значение, уступая его технологиям. Капиталы становятся неключевым элементом технологий, так же как с развитием капитализма золото стало неключевым элементом капитала. Технологии всё меньше отчуждаются от своих создателей и становятся основой нового монополизма: метатехнологии исключают возможность конкуренции с их создателями. Инфраструктура становится главной частью технологий, социальные сети перерастают в интегрированные платформы, всё больше определяющие повседневную жизнь и общественную активность человека.

Производство как таковое на порядок менее рентабельно, чем создание технологий, дизайн и маркетинг, и потому проигрывает им конкуренцию за все виды ресурсов. Это ведёт к его отставанию, стагнации и упадку (инженеров не хватает даже в Германии) и может не просто ограничить развитие, но и привести к масштабной технологической деградации и планетарным катастрофам.

«ЗАВТРА». Каково воздействие на общество пресловутого искусственного интеллекта?

Михаил ДЕЛЯГИН. Искусственный интеллект, как сформулировал в 2017 году Пентагон, - симбиоз способного к творчеству человека и олицетворяющего формальную логику компьютера. Рост мощности компьютеров распространит формальную логику на сферу образного мышления, что сузит пространство человеческого творчества. Биологизация интерфейса взаимодействия с компьютером сделает нас равными по доступу к формальной логике; конкуренция будет вестись на основе творческих способностей. Это ведёт к кризису в управлении (мы не умеем управлять творческими людьми), педагогике (пока мы не научимся воспитывать творческие способности, как сейчас воспитываем логическое мышление) и в целом в общественном устройстве (отсутствие творческих способностей будет приговором даже для членов элиты, и сохранение таких детей в элите будет означать крах общества из-за неконкурентоспособности).

Общество будет развиваться по пути китайского «социального кредита», а японская модель «общества 5.0» будет встроена в неё в качестве частного улучшения. Лидерство в социальном развитии, как и другие формы глобального лидерства, в 2017 году перешло от США к Китаю, что предопределяет неизбежность их столкновения.

Глобальный управляющий класс и его трансформация

«ЗАВТРА». Вы часто говорите о том, что главным субъектом развития стал глобальный управляющий класс, выражающий интересы глобального бизнеса. Что это такое?

Михаил ДЕЛЯГИН. Это не жёсткая иерархическая структура (не зря провалились все попытки создать «мировое правительство»), а открытая совокупность социальных вихрей, втягивающая в себя индивидов, обладающих глобальным влиянием, личной энергетикой и мобильностью, и выбрасывающая их при утрате хотя бы одного из этих качеств. Противоречие между мощью глобального управляющего класса и его безответственностью перед управляемым им человечеством характерно для Средневековья и создаёт угрозу возвращения его норм. Ключевую роль в глобальном бизнесе (и, соответственно, глобальном управляющем классе) играют «фонды фондов», владеющие основными глобальными корпорациями и друг другом.

США – оргструктура глобального управляющего класса, что создаёт внутри них перманентный конфликт представителей этого класса с национальной бюрократией, а также противоречит возвышению в его составе представителей Китая (остающихся, в отличие от остальных его элементов, защитниками своего общества). Эти конфликты будут нарастать, открывая возможности и для России.

Перерастание соцсетей в социальные платформы, создающие среду обитания человека в развитых обществах и определяющие его поведение, повышает значение их разработчиков и управленцев в составе глобального управляющего класса. Финансисты из «фондов фондов», по-прежнему владея информационными корпорациями, утрачивают возможность понимать, чем они владеют. В результате представители соцсетей из подчинённых становятся (возможно, временно) равнозначимы «хозяевам денег». Они владеют поведением людей, их мнениями и эмоциями прямо, а не посредством денег. Это создаёт новый конфликт внутри глобального управляющего класса: между финансовыми и социальными владельцами мира.

Эти конфликты внутри глобального управляющего класса дополняют главный конфликт современности: между глобальными и обособленными структурами (в частности, между глобальным бизнесом и государствами) – и дают новые шансы патриотам, желающим вернуть служащие глобальному бизнесу государства своим народам.

«ЗАВТРА». А каково глобальное значение криптовалют?

Михаил ДЕЛЯГИН. Разрешение развитыми государствами использования криптовалют, объективно подрывающих национальный суверенитет, означает, что криптовалюты нужны кому-то, кто сильнее государств: глобальному бизнесу. Противоречие между глобальными функциями доллара и его национальной природой (усилившееся с намерением Трампа взять под контроль ФРС) стало нестерпимым для глобального бизнеса. Раз сделать доллар международным не удалось (в 2011 году ФРС провокацией против Камдессю сломала последнюю попытку создать «мировое правительство»), потребность будет удовлетворена иным путём: глобальной по своей природе криптовалютой. Это не противоречит созданию криптовалют спецслужбами, так как при размывании государств они сближаются с глобальным бизнесом, а их руководство может входить в глобальный управляющий класс.

В отличие от обычных валют, обеспеченных доверием к эмитирующим их государствам, криптовалюты обеспечены недоверием к государствам, недееспособным в глобальном кризисе (прежде всего из-за приятия либерализма – идеологии глобального бизнеса). Биткоин как доллар для криптовалют (они котируются в биткоинах) сохранит ключевую позицию в их мире до появления универсальной платформы, объединяющей лёгкость расчётов и широкий функционал (включая смарт-контракты); появления её стоит ждать от Дурова как наиболее творческого представителя информбизнеса. Дуров (или иной, решивший эту задачу) будет либо взят под контроль глобальным управляющим классом, либо (в случае свободолюбия) столкнётся с проблемами, которые сохранят инфраструктурную позицию биткоина, несмотря на его недостатки.

Вызов лишних людей

«ЗАВТРА». А что вы считаете главным направлением влияния новых технологий на обычные общества?

Михаил ДЕЛЯГИН. Сверхпроизводительность информационных технологий резко сокращает число людей, нужных для производства потребляемых человечеством благ, делая лишними сотни миллионов, а в близкой перспективе – миллиарды людей. Государства ради социальной стабильности сдерживали рост производительности, но глобальный бизнес (как и бизнес в целом) не воспринимает социально-психологические категории и, став с уничтожением СССР сильнее государств (так как их ресурс – монополия военной защиты – утратил смысл), форсировал прогресс коммерционализацией созданных в ходе «холодной войны» новых технологических принципов. Поскольку разрыв между производимым и потребляемым наиболее значим у «среднего класса» развитых стран, его утилизация стала категорическим императивом рынка.

Примирение европейского «среднего класса» с его обеднением организацией миграционного кризиса достигнуто ценой ускорения исламизации Европы. Превращение Евросоюза в евро-халифат вероятно к 2050 году. Только Россия (в случае сохранения) может подготовить управленческие кадры и концепцию, позволяющие избежать варваризации и сохранить достижения европейской культуры (включая навыки создания и развития технологий) в рамках политического ислама.

«ЗАВТРА». Но ведь феномен «лишних людей» переворачивает всю современную цивилизацию! Что от неё остаётся?

Михаил ДЕЛЯГИН. Не так много. Прежде всего, исчезает экономический фундамент гуманизма (ранее человек приносил прибыль, теперь – издержки). Утилизация населения, с чем столкнулись ещё гитлеровцы, крайне сложна. В неразвитых странах голод, болезни, искусственное бесплодие (включая прививки и планирование семьи) и войны не решают проблему: люди перестают размножаться, лишь если живут хорошо, но это повышает издержки, а не снижает их. В развитых странах мейнстрим – виртуальная реальность, но проблема извлечения прибыли из отправленного в неё тела не решена, что сохраняет проблему «лишних людей» как источника убытка.

Эта проблема уничтожает демократию и рынок. Первая осуществляется исключительно от имени и во имя среднего класса (в 2017 году Макрон назвал её возможной лишь на местном уровне), второй невозможен без генерируемого им спроса. Рыночная демократия на глазах перерождается в распределяющую блага информационную диктатуру.

Открытие новых технологических принципов без угрозы существованию несовместимо ни с рынком, ни с западной демократией: оно требует инвестиций в полную неопределённость, что несовместимо с первым, и отказа от сегодняшнего потребления ради завтрашнего, что несовместимо со второй. Поэтому по завершении коммерционализации технологических принципов, открытых в ходе «холодной войны», отказ от рынка и западной демократии становится условием развития. Возможно, отход США от демократии вызван не только внешним управлением со стороны глобального управляющего класса, но и стремлением преодолеть ограниченность её западной модели для продолжения развития.

«ЗАВТРА». И каков же выход из тупика, в который движется мир?

Михаил ДЕЛЯГИН. Сохранение гуманизма, а также благосостояния и жизней лишних людей возможно только при смене цели развития: с прибыли на развитие человека. Тогда переизбыток людей обернётся их нехваткой (так как развитие личности потребует роста числа педагогов и медиков).

Но причины провала советской цивилизации сохраняются: неясно, почему личность предпочтёт совершенствование деградации, непонятны критерии самого совершенствования (ибо личность, в отличие от капитала, многогранна). Прорывом может стать китайская попытка преобразования человеческой природы (система «социального кредита»); её новизна по сравнению с советской заключается во всеобъемлющем воздействии на личность и разветвлённой обратной связи (которые могут погибнуть по завершении доработки системы).

Информационные технологии приносят в жизнь многие черты коммунизма. Общественная природа и неотчуждаемость главного ресурса – информации – делают невозможной частную собственность на неё, выводя её за рамки капитализма. Попытка её приватизации «правом интеллектуальной собственности» выродилась в злоупотребление монопольным положением и в целом уже провалилась.

В развитых странах труд перестал быть условием выживания, разница между рабочим и свободным временем стёрлась (хотя способом, который никого не радует), а между трудом и развлечением стирается стремительно: труд становится всё более творческим.

Акционеры глобальных корпораций уже не могут управлять своей собственностью: управление объективно принадлежит топ-менеджерам. Более того: акционеры в массе своей и не хотят управлять, уничтожая тем самым являющуюся фундаментом капитализма частную собственность, не существующую вне управления. Она отмирает, хотя и не так, как ждали классики.

Марксизм был разработан на научном фундаменте XIX века. Его ключевое достижение – исторический материализм, применяющий диалектику к общественному развитию, то есть к развитию не на основе неизменных правил (как это имеет место в природе, изучаемой диалектическим материализмом), а напротив, за счёт их постоянного изменения.

Но научная революция шла весь ХХ век и продолжается сейчас. Относительно передовой раздел «сердца науки» - математика неопределённостей – уже применяется для управления локальными общественными процессами; её предстоит применить к развитию в целом. Затем к обществу будут применены подходы квантовой механики и космологии. Осознание этой практики изменит лицо марксизма.

Глобальная депрессия: реальная перспектива

«ЗАВТРА». А если перейти от фундаментальных процессов к тому, что происходит на рынках прямо сейчас: что нового?

Михаил ДЕЛЯГИН. Экономический кризис вызван загниванием монополий, сложившихся на глобальном рынке. Возможности расширения рынков близки к исчерпанию как территориально (глобальный рынок расширять некуда), так и финансово (накачка денежного спроса ограничена безопасными темпами роста долговых пирамид), и технологически. Фундаментальный переход от изменения мира к изменению его восприятия подготовлен произошедшей в 70-е годы сменой вектора развития с производства на развлечения: это удешевило и упростило создание новых рынков, но результат уже принесло. Новые рынки, создаваемые изменением человека (включая расширение спектра сексуальных ориентаций, грозящее вымиранием), достаточны для формирования нового политического мейнстрима Запада, но не для генерации необходимого спроса.

Загнивание монополий проявляется, прежде всего, в нехватке спроса. Наученные Великой депрессией, развитые страны компенсируют сжимающийся коммерческий спрос кредитной эмиссией. Но её возможности близки к исчерпанию: так как в развитых странах нет места новым крупным прибыльным контурам, эмиссия оборачивается ростом заведомо безвозвратного долга.

Конкуренция за спрос, усиливая протекционизм, уже рвёт глобальные рынки на макрорегионы, обрушивая мир в новую, Глобальную депрессию. Готовность Гугла ограничивать показ новостей, противоречащих западной пропаганде, и цензура Фейсбука показывают: разорваны могут быть даже информационные рынки.

Глобальная депрессия будет хуже Великой: она так же будет порождать войны, но войны не будут выходом из неё (Глобальная депрессия будет заключаться в распаде единого рынка на макрорегионы, и война, в отличие от Второй мировой, не объединит их – по крайней мере, на первом этапе).

Промежуточный этап уже налицо: три валютные зоны (доллара, юаня и евро) в экономике и биполярное противостояние США и Китая в политике. Глобальная депрессия будет, как межвоенный период, временем хаотичной борьбы всех со всеми (включая негосударственных участников глобальной конкуренции). Ослабление глобальных монополий частично восстановит роль государств.

«ЗАВТРА». А даст ли это нам какие-то новые возможности?

Михаил ДЕЛЯГИН. Распад глобальных рынков на макрорегионы снизит ёмкость отдельных рынков, что вызовет исчезновение ряда технологий (им не хватит спроса). В случае технологий жизнеобеспечения (например, несоздания новых поколений антибиотиков) это будет грозить катастрофой. Выходом станет дотирование этих технологий государством (возможности чего ограничены) и применение «закрывающих» технологий. Последнее даст дополнительную возможность России как их родине и стране, культура которой соответствует им (как старая немецкая культура соответствует инженерным наукам, итальянская – дизайну, английская – юстиции, а американская – бизнесу).

«Закрывающие» технологии – простые, дешёвые и сверхпроизводительные – в основном созданы в рамках ВПК СССР (только там велись массовые исследования без заранее обещанного результата) и пока развиваются в порах общества. Они подавляются монополиями (которые зарабатывают на издержках и потому усложняют и удорожают, а не упрощают и удешевляют продукцию), ослабление которых откроет эру расцвета «закрывающих» технологий.

Патриотическая революция против либеральной диктатуры

«ЗАВТРА». И что на фоне этих тектонических сдвигов происходит в мировой политике?

Михаил ДЕЛЯГИН. Её главный сюжет – борьба в глобальном управляющем классе двух групп: пытающихся остановить распад глобальных рынков на макрорегионы и сознающих неизбежность этого распада, стремящихся оседлать его. Первые поддерживают либералов, вторые – патриотов (консерваторов); в США их противостояние выражено холодной гражданской войной глобалистской либеральной элиты против Трампа. Либералы обречены на поражение ходом истории, но будут сопротивляться и сохранят часть своего влияния в мире Глобальной депрессии.

США живут, пока мир оплачивает их потребление покупкой их госбумаг с нерыночно низкой (это условие устойчивости финансовых пирамид) доходностью. Такая покупка может быть массовой только от страха. Поэтому стратегия США – запугивание доступной им части мира: после исчезновения «советской военной угрозы» - расширением зоны хаоса. Хаотизация мира – объективное условие сохранения США как единственной «тихой гавани» для капиталов (даже Саммерс признал: без зарубежных военных баз США тут же обанкротятся). Это устремление объединяет всю их элиту.

«ЗАВТРА». Но нельзя же бесконечно расширять хаос и нагнетать напряжённость: можно сорвать мир в большую войну!

Михаил ДЕЛЯГИН. Пока получается. Хотя в 2020-21 годах вероятен военный конфликт США с Китаем в связи с насыпаемыми последним островами, делающими Южно-Китайское море его внутренним. США не смогут ждать смены в пользу Китая глобального политического баланса вслед за аналогичным изменением экономического, технологического и информационного балансов. «Вторым фронтом» в этом конфликте станет организованное США (которые перебросят туда подготовленных боевиков-исламистов запрещённого в РФ ИГ) восстание в Синцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Возможна и дестабилизация Казахстана, давление США на который очевидно.

«ЗАВТРА». А какова же наша роль в этой перспективе?

Михаил ДЕЛЯГИН. Ключевой вопрос мировой политики на 2018-2020 годы – сохранение России, не сумевшей создать свой макрорегион (несмотря на разговоры с 2006 года), в условиях срыва в Глобальную депрессию.

Отказавшись (Валдайской речью Путина в сентябре 2013 года) от форсированной трансформации человека ради создания новых рынков, Россия доказала ценностную несовместимость с Западом и вызвала агрессию в виде привода к власти на Украине фашистов. Затем Россия обесценила усилия США по хаотизации мира (купировав исламский фундаментализм в Сирии, не дав втянуть себя в войну с Украиной, а затем и Турцией, при том что хаотизация ядерной державы – идеал стратегии США), способствовав этим победе патриота Трампа над либералами.

Россия уязвима в силу гибридного характера государственности: патриотическая внешняя политика сочетается с либеральной социально-экономической. Опора высшего политического руководства на стихийный патриотизм общества и его инстинкт самосохранения противоречат компрадорскому характеру элиты (офшорной аристократии) и стремлению сходящих с глобальной арены в небытие либералов вернуть себе всю полноту власти по образцу 90-х.

Это делает вероятной попытку либерального госпереворота после президентских выборов (по стандартам «цветных революций»). Чем позже будет совершена эта попытка, тем выше (в силу роста раздражения общества от падения уровня жизни и антинародности элиты) её шансы на успех, означающий уничтожение современной России.

Беседовал Алексей Гордеев

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487821 Михаил Делягин


Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров

Арктика. Величие проекта

Русская цивилизация в её арктическом исполнении

Вячеслав Штыров

Почти полтора столетия назад исследователи обнаружили удивительное совпадение представлений о географии, центре мира и месте происхождения человека в мифологии и эпосе самых ранних цивилизаций. Философские концепции древних египтян и иудеев, аккадцев и вавилонян, индийцев и иранцев, греков и финикийцев, германцев и финно-угров примерно одинаково описывали положение небесного зенита и ход движения планет на небосводе, годовой цикл дня и ночи, особенности водных потоков на прародине человека, относя её к району Северного полюса. Именно там, по их мнению, находился первоначальный рай земной, ныне покрытый толщами вод и льдов океана и ставший прибежищем богов. Конечно, с точки зрения науки климатологии во время появления на планете человека современного вида рай этот был довольно суровым. Но археологические находки и блестящие научные исследования конца прошлого века российских археологов С. Федосеевой и Ю. Мочанова подтверждают неоднократно ранее высказывавшуюся выдающимися учёными М. Вагнером, И. Мюллером, А. Анучиным, В. Вернадским и другими точку зрения о внетропической прародине человечества. Такой прародине, в которой экстремальные внешние условия заставили наших человекоподобных предков овладеть огнём, освободиться от животного состояния и стать людьми. Возможно, заложенная в генах человека тяга к родине и ведёт извечно романтиков и сильных духом к мистическим кругам полярных областей. Туда, где сходятся силовые линии магнитного поля Земли и во взаимодействии с космическими частицами зажигают грандиозные северные сияния, где заканчиваются океанические течения и рождаются ветры, куда каждый год летят миллионы и миллионы птиц. Арктика давно стала классической обителью мужества, страсти к постижению неведомого и сути бытия. Потому-то во всех странах, представители которых принимали когда-либо участие в полярных исследованиях, есть посвящённые им музеи или памятники.

***

Мир современности стал далёк, к сожалению, от романтической метафизики и руководствуется чисто прагматическими соображениями. Вот и нарастающий всеобщий интерес к скованным льдами северным широтам объясняется осознанием новых возможностей их утилитарного использования в геополитических, военных и экономических целях.

Ещё два десятилетия назад всё происходящее в северных полярных пустынях и тундрах считалось делом арктических государств, то есть тех стран, часть территории которых находится за Северным полярным кругом. К их числу относятся Россия, США, Канада, Дания (через Гренландию), Исландия, Норвегия, Швеция и Финляндия. В 1996 году они учредили Арктический совет в качестве форума высокого уровня для регулярного межправительственного рассмотрения вопросов экологии, рационального использования природных ресурсов, взаимодействия в обеспечении безопасности в воздушном и морских пространствах, устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера. В соответствии с учредительными документами Арктического совета список его членов-государств является закрытым, но за последние годы двенадцать других стран получили в нём статус наблюдателя. Причём многие из них географически расположены весьма и весьма далеко от северных широт. Например, Сингапур и Индия, Япония и Южная Корея, Испания и Польша. Претендентом на получение статуса наблюдателя является и Евросоюз. Помимо участия в работе Арктического совета, целым рядом стран развёрнута интенсивная практическая деятельность в Арктике: организуются целевые научные экспедиции; создаются полярные станции – дрейфующие и на островах; проводятся многогранные исследования атмосферы, льдов и вод; проектируются и строятся специальные типы судов и морское технологическое оборудование ледового класса для геологоразведки и добычи полезных ископаемых. Особую активность проявляет Китайская Народная Республика, где создан специализированный научный институт, построен и успешно эксплуатируется для исследовательских целей мощный ледокол «Снежный дракон», осуществлены проводки коммерческих судов по нашему Северному морскому пути, организована научная база на Шпицбергене. Беспрецедентную программу по изучению Арктики, в том числе в районах полярных владений России, с масштабным использованием атомных подводных лодок, оснащённых новейшими системами для картографирования морского дна и донных отложений, проводили Соединённые Штаты Америки. Заметна интенсификация разнообразной деятельности в высоких широтах Норвегии, Индии, Германии, Южной Кореи.

Прямой и непосредственной причиной всплеска интереса к Арктике и последовательного наращивания усилий разных стран по её изучению и освоению послужил, безусловно, начавшийся в конце прошлого столетия процесс глобального потепления на нашей планете. Его наиболее ощутимым результатом стало повышение температур воздуха в высоких широтах северного полушария и, как следствие, подтаивание материковых ледников и уменьшение площади льдов в Северном Ледовитом океане. Экстраполяция наблюдаемых климатических изменений в будущее даёт основания некоторым авторитетным специалистам считать, что с большой долей вероятности океан полностью освободится от ледового покрова в течение нескольких ближайших десятилетий. Даже если считать эти прогнозы слишком радикальными, уже сегодняшнее положение дел заметно улучшило условия для судоходства и работ по освоению шельфа и прибрежных зон в арктических морях. Это открывает совершенно новые возможности для мировой экономики.

В первую очередь речь идёт об ископаемых природных ресурсах. По мнению геологов, Арктический регион планеты представляет собой крупнейший в мире циркумполярный минерагенический пояс, насыщенный нефтегазовыми и рудными месторождениями. Уже сегодня здесь добывается значимая часть углеводородов, а потенциал месторождений нефти и газа оценивается в почти четверть от мировых прогнозных ресурсов. И на шельфе, и на побережье арктических морей прогнозируются или уже открыты планетарного масштаба запасы угля, никеля, меди, кобальта, платиноидов, алмазов, фосфора, серебра, золота, полиметаллов, урана, олова, железной руды, хрома, марганца, титана, редкоземельных металлов и элементов, причём значительная их часть сосредоточена в уникальных гигантских месторождениях.

Экономическая целесообразность добычи природных ресурсов в Арктике становится обоснованной в связи с повышением эффективности логистики их разработки из-за улучшения условий судоходства в северных морях в ходе глобального потепления. Не меньшее значение для мировой экономики имеют и появившиеся перспективы превращения существующих морских путей в Северном Ледовитом океане – Северо-Западного прохода вдоль берегов Канады и США и Северного морского пути России – в постоянно действующие трансконтинентальные магистрали. Тогда значительно сократятся расстояния, время и стоимость перевозок грузов из Юго-Восточной Азии в Европу (по сравнению с перевозкой через Суэцкий или Панамский каналы). Революционные же изменения в мирохозяйственных связях дадут северные кроссполярные маршруты, организация которых всё более осуществима.

Есть ещё одно важное последствие глобального потепления в Арктике, уменьшения площади ледовых покровов, изменения структуры и толщины льдов. Оно заключается в том, что отдельные страны или военные блоки союзных государств, имеющие в составе своих вооружённых сил мощные ударные военно-морские группировки, получают дополнительные возможности для их эффективного использования. В свободных ото льда прибрежных зонах они могут разместить свой флот для боевого дежурства непосредственно у границ территориальных морей вероятного противника. А границы эти, как известно, отстоят всего на двенадцать миль от исходных береговых линий. В этой связи прибрежные государства вынуждены будут затрачивать немалые средства для укрепления безопасности своей территории от ударов с моря.

***

Интерес и внимание мирового сообщества к открывающимся в Арктике новым ресурсным, логистическим, военным возможностям закономерно привёл к активизации международных контактов разного уровня. В целом это позитивный процесс, идущий в русле тенденций демократизации и многополюсности принятия глобальных решений, которым привержена Российская Федерация. В то же время всё более явными становятся и противоречия между отдельными странами или их группами по ряду важных вопросов.

Прежде всего, это противоречия между арктическими и неарктическими государствами. Первые в рамках Арктического совета и своих двухсторонних отношений активно развивают региональный правовой режим, в основание которого заложены обычные нормы международного права, считают его достаточным и обеспечивающим неарктическим государствам равные возможности. Вторые оспаривают такой подход, считая, что на Арктику должны быть распространены стандартные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, хотя известно, что она разрабатывалась главным образом для Атлантического, Тихого и Индийского океанов. Такую позицию заняли Евросоюз, НАТО и – открыто или неявно – целый ряд неарктических государств. Её модификацией является высказанное Евросоюзом предложение о необходимости заключения международного договора по Арктике по аналогии с действующим договором по Антарктиде. Понятно, что и в том, и в другом случае целью является максимальная интернационализация Арктики, объявление всех или хотя бы части её пространств международным достоянием, чтобы получить беспрепятственный доступ к новым природным ресурсам и логистическим возможностям.

Противоречия же арктических государств между собой в основном сфокусированы на взаимных территориальных притязаниях. Неурегулированность вопросов пространственных владений в Арктике имеет исторический характер. Общего разграничительного документа нет, двусторонние договоры заключались в разные исторические эпохи, содержат неопределённости, имеют формулировки и трактовки понятий, соответствующие своему времени, а не современным правовым нормам. В этих обстоятельствах арктические страны, прежде всего, пятёрка прибрежных к Северному Ледовитому океану, развернули масштабные и дорогостоящие географические, исторические, геологические, океанографические, гляциологические исследования с целью обоснования своих существующих территориальных прав или претензий к соседям. Помимо этой чисто практической работы все арктические государства приняли национальные доктринальные документы, в которых сформулировали свою стратегию действий в регионе. В них также в ряде случаев содержатся положения, прямо затрагивающие интересы других стран. К примеру, документы стратегического планирования Соединённых Штатов Америки предусматривают требования об интернационализации проливов Северо-Западного прохода и Северного морского пути. Это противоречит позициям Канады и России, рассматривающих эти проливы как находящиеся в их юрисдикции исторические воды.

Наличие противоречий и взаимных претензий у арктических государств приводит к пристальному и недоверчивому вниманию к действиям друг друга. Так, прямо скажем, нервную реакцию официальных властей наших соседей вызвала в своё время установка экспедицией под руководством А. Чилингарова флага Российской Федерации на дне Северного Ледовитого океана на Северном полюсе. И хотя в целом обстановка в Арктике остаётся мирной, под влиянием всеобщего интереса к возможностям региона и нерешённости территориальных проблем градус напряжённости в международных отношениях по поводу Арктики постепенно и постоянно повышается. Об этом красноречиво говорят названия книг и заголовки статей в периодических изданиях, отечественных и зарубежных: «Битва за Арктику», «Третий передел Арктики», «Сражение за Арктику», «Начат раздел Арктики», «Наше право на Арктику неоспоримо», «Россия теряет Арктику?» и тому подобные. А по мнению некоторых аналитиков, ситуация в студёных приполярных просторах напоминает старинную борьбу европейских стран за жаркие африканские колонии.

***

Коль скоро сверхактивность в Арктике всех заинтересованных стран обусловлена новыми экономическими и геополитическими возможностями, открывающимися в результате глобального потепления, то не может не возникнуть вопрос: а будут ли оправданы прилагаемые сейчас усилия, если оно носит циклический характер и сменится глобальным похолоданием? Этот вопрос тем более имеет право быть заданным, что, по практически единодушному мнению учёных-глобалистов, мы живём в начавшуюся несколько миллионов лет назад Великую Ледниковую эпоху, когда климат стал значительно более холодным, чем на протяжении большей части истории нашей планеты. Конкретно сейчас уже порядка двенадцати тысяч лет длится слегка тёплый быстротечный интервал между двумя глобальными оледенениями планеты – мгновение в геологической летописи Земли. Через следующие десять-двенадцать тысяч лет надо ожидать очередного похолодания, в ходе которого с высокой долей вероятности ледяной панцирь километровой толщины покроет места нахождения европейских и североамериканских столиц, где сегодня кипят страсти по Арктике. Причины, обусловившие начало Великой Ледниковой эпохи и ведущие когда-нибудь к её завершению, носят глобальный характер: изменение положения материков в ходе перемещения литосферных плит; связанные с этим перемены в направлениях океанических течений и господствующих ветров; цикличность интенсивности солнечного излучения; резонанс периодических изменений движения оси и орбиты вращения Земли. Они не зависят от деятельности человека.

Инструментально же фиксируемое нынешнее потепление отличается лишь незначительным повышением температур относительно средних за почти полуторавековой период задокументированных метеонаблюдений. Может быть, оно носит циклический характер. По косвенным признакам и историческим свидетельствам, такое неоднократно было в наш короткий межледниковый период. Достаточно вспомнить описанные Л. Гумилёвым циклические колебания климата в Северном полушарии, приводившие к образованию сменяющих друг друга империй гуннов, тюрков и монголов. Или климатический оптимум в конце первого тысячелетия нашей эры, позволивший викингам основать свои поселения в Гренландии и Северной Америке. Или «малый ледниковый период» в средние века, прямым следствием которого стали зарождение капитализма в Европе и Смута в России.

Но даже если нынешний наблюдаемый период глобального потепления имеет циклический характер и скоротечен, это не означает, что активность разноплановой деятельности заинтересованных государств в Арктике снизится. Во-первых, в мире увеличивается дефицит всех видов природных ресурсов, растёт их цена, ранее неэффективные по природно-климатическим и экономико-географическим условиям добычи месторождения становятся вполне рентабельными. Это общемировая тенденция, она касается и Арктики. Во-вторых, совершенно новые организационные и технологические возможности для успешной деятельности в экстремальных условиях высоких широт даёт развитие в рамках нарождающегося шестого технологического уклада производства материалов с заранее заданными свойствами, робототехники, систем связи, автоматизированного и дистанционного управления. Это именно то, что необходимо для Крайнего Севера. Нет никаких сомнений, что развитые в технологическом отношении страны используют все возможные новшества для продвижения своих интересов в Арктике. Поэтому не только не снимается, но актуализируется при любых возможных климатических переменах провозглашённый в далёкие 1930-е годы в стенах американского Конгресса тезис: «Кто владеет Арктикой, тот управляет миром».

Российская Федерация, имеющая самую протяжённую береговую линию Северного Ледовитого океана, пока ещё владеющая самым большим по площади сектором в Арктике, создавшая мощнейшую в высоких широтах многоотраслевую промышленность и крупнейшие на планете города за Северным полярным кругом, в наибольшей степени заинтересована в укреплении и преумножении своих геополитических и экономических позиций в арктическом регионе. В этой связи президентом и правительством страны принят целый ряд документов стратегического характера, чётко обозначающих наши интересы, устанавливающих приоритеты и цели государственной политики в Арктике, определяющих механизмы их достижения. Среди них основополагающие: «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (2008г.), «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (2013 г.), Государственная программа Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» (2014 г., далее по тексту – Госпрограмма). Для координации деятельности участников выполнения сформулированных этими документами задач создана Государственная комиссия по вопросам развития Арктики.

Разработка и практическая реализация арктической стратегии и тактики позволили в последние годы упорядочить, поставить на системную основу и несколько активизировать решение текущих и некоторых перспективных проблем огромного макрорегиона страны, включившего в соответствии со специальным указом президента Российской Федерации полярные владения России и территории выходящих на побережье морей Северного Ледовитого океана муниципальных районов девяти субъектов Федерации от Чукотки до Мурманской области. Но срок действия принятых документов стратегического планирования подходит к завершению, и становится совершенно очевидным, что многое из намеченного уже не будет выполнено. Учитывая это, в 2017 году была принята новая редакция Госпрограммы развития Арктики, на пять лет продлён срок её реализации. Однако в условиях ресурсных ограничений резко сужен круг программных мероприятий. Это означает, что целый ряд стратегических целей достигнут не будет. В то же время новые геополитические реалии и социально-экономическая обстановка в стране требуют уточнения приоритетов и в самой нашей арктической политике. Вот почему пришло время разработки и принятия новых стратегических решений по развитию Арктической зоны Российской Федерации. Одновременно необходимо продолжать упорно выполнять усечённую Госпрограмму, но по мере принятия новых документов стратегического планирования расширять и сферу, и временной горизонт её действия.

Круг главных задач, которые необходимо решать в Арктике, остаётся для нашей страны широким и разноплановым.

***

Среди других первоочередной задачей является работа по закреплению границ Российской Федерации в Арктике. На первый взгляд, это давно решённый вопрос. Ведь каждый из нас ещё со школьных уроков географии помнит пунктирные линии на картах, идущие от крайних северо-западной и северо-восточной точек нашей территории по меридианам к Северному полюсу. Они очерчивают полярные владения России – сектор морского и покрытого льдами пространства Северного Ледовитого океана с расположенными в нём землями, архипелагами и отдельными островами, на которые распространяется суверенитет государства Российского. Секторальный принцип раздела Арктики сложился исторически в ходе заключения двусторонних договоров прибрежных арктических государств, был закреплён их национальными законодательствами и совместным заявлением по итогам Парижской конференции 1924 года, никем не оспаривался. Казалось бы, в условиях глобального потепления, когда новые экономические и логистические возможности Арктики стали объектом внимания многих государств, в том числе неарктических, в интересах Российской Федерации было бы организовать работу по закреплению секторального подхода специальным актом международного права с целью сохранения контроля над своим исторически сложившимся сектором.

Однако события пошли по другому руслу. Подписав в 1997 году Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года, Российская Федерация первой из прибрежных арктических государств приняла решение о применении статьи 76 этой Конвенции к Северному Ледовитому океану и в 2001 году подала соответствующую заявку в Комиссию ООН по границам континентального шельфа. Этим наша страна, по сути дела, отказалась добровольно от части своих полярных владений в районе Северного полюса площадью 1,7 миллиона квадратных километров. Этот покрытый льдами участок приобретает статус открытого моря, то есть становится ничейным пространством. Иными словами, сделано то, чего добивались Евросоюз и целый ряд неарктических государств. Теперь нам предстоит ещё доказать главное: что именно России принадлежит потенциально богатый углеводородами шельф на дне этого вновь образованного открытого моря. Для этого необходимо завершить масштабные и дорогостоящие океанографические и геологические исследования, которые позволили бы представить подводные поднятия дна Северного Ледовитого океана продолжением наших материковых геологических структур. Направляя материалы в Комиссию ООН, придётся ещё и раскрыть секретную картографическую информацию, полученную в ходе сотен сложнейших походов советских и уже российских подводников.

Ситуация осложняется тем, что в ответ на действия России Канада и Дания проводят собственные исследования по доказательству того, что подводные океанические поднятия являются продолжением геологических структур Гренландии и канадского Севера, а не принадлежащих России территорий. При этом возникают взаимоперекрывающиеся правопритязания с неопределённым исходом.

Надо отметить, что многие специалисты считают начатую Россией в 2001 году «гонку доказательств» по статье 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года нашим ошибочным решением, продолжением горбачёвско-шевернадзевской и ельцинско-козыревской внешнеполитической линии пренебрежения долгосрочными интересами страны ради каких-то пропагандистских сиюминутных выгод.

Как бы то ни было, нам необходимо решительно действовать по двум направлениям.

Прежде всего, раз уж начали, завершить работу по всестороннему и полному обоснованию заявки на участки шельфа дна Северного Ледовитого океана, поданной в Комиссию ООН, и продолжить там упорное доказательство своих притязаний. Одновременно, на основании статьи 83 всё той же Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, дающей возможность разграничения морских пространств и шельфа в рамках отношений прилежащих и противолежащих прибрежных стран, начать двусторонние и многосторонние переговоры с США, Канадой, Данией, Норвегией. Учитывая, что у всех у них есть не только трения с Россией, но и взаимные претензии, возможно, следует выступить с инициативой о созыве специальной конференции прибрежных арктических стран. Иными словами, перенести принятие решения по вопросам разграничения в плоскость международно-правовых отношений пятёрки морских арктических государств, а не всего мирового сообщества. Тем более что такой опыт есть: в 2008 году эти страны уже выступали совместно с Илулиссатской декларацией по правовым вопросам Арктики.

Оптимальным вариантом для России была бы договорённость о возврате к секторальному делению Арктики и закреплению за морями Лаптевых, Карским, Восточно-Сибирским и частью Чукотского (от острова Врангеля до Берингова пролива) статуса наших исторических вод.

***

Такой же важнейшей задачей является продолжение работы по укреплению обороноспособности наших северных рубежей. Усилия, которые прилагаются в этом направлении Российской Федерацией в последние годы, зачастую воспринимаются зарубежными, а иногда и отечественными аналитиками как «милитаризация» Арктики. На самом деле, это не так.

Ещё в годы «холодной войны» с появлением стратегических ядерных сил и Советский Союз, и Соединённые Штаты Америки рассматривали северные полярные пространства как наиболее вероятное направление удара наиболее вероятного противника. Это обусловлено тем, что именно через Северный полюс проходит самый короткий путь из Северной Америки к Евразии и обратно. В этой связи обе стороны развернули в Арктике мощные системы раннего обнаружения межконтинентальных ракет и самолётов противника и обеспечения контроля над движением своих носителей ядерного оружия, создали сеть аэродромов для размещения или обслуживания стратегических ядерных бомбардировщиков и истребителей-перехватчиков, организовали постоянное боевое патрулирование подводных лодок в Северном Ледовитом океане. После окончания «холодной войны» Соединённые Штаты продолжали развивать и совершенствовать свои наступательные и оборонительные силы и средства, в то время как в ходе реформ в России происходил упадок и системный развал армии и флота. Он не мог не коснуться, прежде всего, арктических группировок вооружённых сил, для содержания которых требовались особые организационные усилия и значительные денежные средства. Поэтому нынешние шаги по усилению нашего военного присутствия в Арктике являются только восстановлением утраченного, но никак не её «милитаризацией».

А между тем складывающаяся в настоящее время военно-политическая обстановка настоятельно требует уже не только восстановления, но и существенного повышения арктического оборонного потенциала России. Это связано с тем, что открывающиеся с глобальным потеплением потенциальные экономические и логистические возможности Арктики обусловили значительное повышение разноплановой активности в регионе заинтересованных стран и в сфере военной. Так, стратегия национальной безопасности Соединённых Штатов Америки определяет арктический регион как зону жизненно важных национальных интересов этой страны, а соответствующие директивы прямо указывают, что интересы эти должны отстаиваться любыми, в том числе односторонними действиями. В соответствии с ними на Аляске создаётся новая военно-морская база, укрепляются силы береговой и глобальной противоракетной обороны. Новые военные базы на островах Северного Ледовитого океана создаются Канадой. Соответствующими нормативными документами расширена операционная зона действий НАТО в Атлантике с включением в неё Арктики. Обсуждается вопрос о создании военного блока североевропейских стран.

Современные военные доктрины Соединённых Штатов Америки и НАТО особую роль отводят военно-морским силам. Раньше перед ними ставились задачи по обеспечению береговой обороны, взаимодействию с сухопутными войсками в ходе прибрежных наступательных и оборонительных операций и контролю над морскими коммуникациями. Условием успеха в выполнении этих задач считалось достижение превосходства над флотом противника, то есть предполагалось, что борьба на море будет вестись по принципу «флот против флота». С развитием ракетно-ядерного оружия и палубной авиации военно-морские силы получили в дополнение к прежним новую, более важную задачу: «флот против берега». Выполняя эти доктринальные установки, Соединённые Штаты Америки осуществили ряд беспрецедентных по масштабам программ по строительству атомных подводных лодок стратегического назначения и ударных авианосцев. Они оснащены самым современным оружием для уничтожения любых оборонительных или промышленных объектов вероятного противника, расположенных как на море, так и на берегу в глубине его территории. Кроме того, созданы высокоэффективные противоракетные системы морского базирования. По своему потенциалу военно-морские силы Соединённых Штатов Америки сегодня многократно превосходят любого вероятного противника, особенно на фоне развала и разграбления нашего флота в первое постсоветское десятилетие. Возможности эффективного использования этого потенциала значительно повышаются по мере освобождения акватории арктических морей от ледового покрова в ходе глобального потепления. Это несёт новые угрозы безопасности России, особенно в связи с принятием в 2004 году Соединёнными Штатами Америки авантюрной концепции «быстрого глобального удара». Эта концепция предполагает уничтожение ядерного потенциала вероятного противника (читай – России) превентивным массированным ударом с разных направлений высокоточным оружием сухопутного и морского базирования. Очевидно, что реализуемость такого сценария теоретически резко повышается в случае максимально равномерного размещения оружия вдоль границ объекта нападения. И если ещё некоторое время назад ударные группировки военно-морских сил с высокоточным оружием на борту могли быть размещены в Норвежском, Северном, Баренцевом, Беринговом и Японском морях, то по мере таяния льдов они могут быть введены и в моря Лаптевых, Карское, Восточно-Сибирское и Чукотское. В этом случае возрастает опасность не только из-за повышения степени уязвимости нашей территории, но и за счёт появления у противника дополнительных иллюзий относительно эффективности своего превентивного глобального удара и новых соблазнов нанести его.

Самым эффективным ответом на нарастающие угрозы является последовательное наращивание морской мощи России, как военной, так и гражданской её составляющих. В военной части приоритетом, безусловно, должно остаться выполнение программ строительства атомных подводных лодок стратегического назначения и обеспечивающих их боевую службу многоцелевых, поскольку только опасность получить ответный удар может предостеречь нашего вероятного противника от агрессивных авантюр. В то же время с военно-морских сил не снимаются и их традиционные задачи по береговой охране, поддержке действий сухопутных войск, охране государственных границ и морских коммуникаций. Это требует сбалансированности флота и по его родам, и по размещению. В этой связи актуальной становится задача по созданию новых крупных военно-морских баз в Арктической зоне России.

В необходимости этого убеждает и наш собственный опыт Великой Отечественной войны. Широко известны героическая оборона от немецко-фашистских захватчиков Кольского полуострова, морские сражения в Баренцевом море, Арктические конвои союзников. Но в те же годы не менее драматические и героические события происходили в Карском море. Немецкому командованию удалось создать на островах Франца-Иосифа, Визе, Подкова, Новая Земля базы для своих подводных лодок и системно проводить минирование устьев рек Обь и Енисей, проливов, соединяющих моря Карское, Баренцево и Лаптевых, регулярно атаковать конвои судов на трассе Северного морского пути. Автономность авиации и подводного флота, надёжность систем связи в те времена были несопоставимы с нынешними, но урон нашей экономике, военному и гражданскому флоту был нанесён огромный.

Сегодня значение этого района Арктики для всей нашей страны многократно возросло. Именно здесь, на Ямале, Гыдане и Таймыре расположены крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой промышленности, энергетики. Поэтому в районе Енисейского залива необходима новая военно-морская база, обеспечивающая, с одной стороны, защиту созданных огромными усилиями промышленных комплексов, а с другой – выход стратегических ракетоносцев в Северный Ледовитый океан. Вторая база должна быть размещена в Восточном секторе Арктики. Обе они не потеряют своего значения и в случае, если глобальное потепление сменится похолоданием, поскольку ледовые покровы будут только способствовать скрытности действий подводного флота России.

***

Нет лучше способа подкрепить и дипломатическую, и оборонную составляющие защиты национальных интересов России в Арктике, чем усиление экономической активности, наше постоянное деловое, не праздное присутствие в регионе.

Надо сказать, что на протяжении всей истории Российского государства при мощном покровительстве и протекционизме властей шло непрерывное освоение и заселение северных окраин страны. Особенно быстрое развитие Арктическая зона получила в годы Советской власти, когда здесь были созданы не имеющие аналогов на планете крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой, лесной и деревообрабатывающей, рыбной и пищевой промышленности, судостроения и судоремонта, энергетики, транспортно-логистические комплексы. И сегодня она вносит существенный вклад в экономику страны, обеспечивая четыре пятых добычи газа, треть улова рыбы, большую часть производства цветных и благородных металлов, лесопродукции, сырья для чёрной металлургии и химической промышленности. По показателям валового внутреннего продукта, добавленной стоимости и экспортной продукции на душу населения макрорегион занимает верхние строки в Российской Федерации.

В то же время многие арктические районы субъектов Федерации до сих пор находятся в крайне депрессивном состоянии после рыночных реформ. Оно и понятно, ведь ранее системообразующие для них предприятия создавались не по критериям их рыночной эффективности, а исходя из необходимости самообеспечения страны всеми видами ресурсов в условиях всевозможных санкций и ограничений, наложенных на Советский Союз геополитическими противниками с самого начала его существования. Брошенные на произвол рыночной стихии, они, где быстрее, где в затянувшейся агонии, были разорены и обанкротились, породив вокруг себя множество социальных проблем. Относительно устойчиво работает только небольшое число крупных предприятий, специализирующихся на добыче и первичной переработке таких видов природных ресурсов, мировые рынки которых исторически сложились как олигопольные с небольшим числом товаропроизводителей. Отдельными оазисами благополучия они расположены в некоторых районах Арктической зоны.

Груз накопленных за четверть века народнохозяйственных проблем велик. Они требуют незамедлительного решения, особенно с учётом новых возможностей в Арктике, с одной стороны, и геополитических угроз – с другой.

Именно поэтому Арктическая зона является одним из немногих макрорегионов российской Федерации, развитие которых определяется специально разработанными документами стратегического планирования. Сформулированные в них национальные интересы, приоритеты, цели и индикаторы их достижения определяют будущий облик российской Арктики. В качестве механизма реализации стратегических задач утверждена Государственная программа «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации». В своей последней редакции она включает три подпрограммы, посвящённые формированию опорных зон развития в арктических субъектах Федерации; обеспечению функционирования Северного морского пути; созданию новых подотраслей машиностроения для освоения минерально-сырьевых ресурсов Арктики. Кроме того, в четырнадцати других государственных и восьми федеральных целевых программах, направленных на решение общегосударственных или отраслевых проблем, содержатся значимые мероприятия, которые будут реализовываться в Арктической зоне.

Надо отметить, что и срок действия Госпрограммы развития российской Арктики – до 2025 года, и выделяемые на её реализацию средства федерального бюджета – порядка 200 млрд. руб. – невелики. Но важно то, что впервые в постсоветской России Арктическая зона стала предметом особого внимания, выделена в качестве самостоятельного объекта управления и статистического учёта. Выполнение Госпрограммы в полном объёме станет небольшим, но плацдармом для дальнейшего более масштабного развития макрорегиона.

В этой связи особого внимания заслуживает программное решение о создании специальных опорных зон развития в арктических субъектах Федерации. В отсутствие финансовых возможностей для сплошного комплексного социально-экономического развития всего макрорегиона именно они выступят в роли центров организации транспортного обслуживания и социальной жизни на огромных северных пространствах, образуют каркас фундамента поддержки новых инвестиционных проектов в высоких широтах. Каждая опорная зона будет представлять собой самостоятельный объект планирования – комплексный долгосрочный проект, включающий в себя отдельные промышленные, сельскохозяйственные, логистические и социальные проекты. Конкретный набор намечаемых к реализации проектов в разных опорных зонах индивидуален в зависимости от складывающейся в том или ином субъекте Федерации ситуации и наборе потребностей и возможностей. Так, в Воркутинской опорной зоне планируется ввод новых мощностей в угледобыче взамен выбывающих, усиление геологоразведочных работ на металлические и неметаллические полезные ископаемые с целью отраслевой диверсификации экономики, развитие функций транспортно-логистического центра для Северного Урала и Тимано-Печорской нефтегазовой провинции, реконструкция систем жизнеобеспечения. Чукотская опорная зона сориентирована на реализацию проектов в области развития морского, авиационного и автомобильного транспорта, горнодобывающей промышленности, традиционных отраслей сельского хозяйства.

Надо особо отметить, что создание опорных зон развития в новейшей управленческой практике – дело новое. Само это понятие имеет собственное содержание, не совпадающее со смыслом ставших уже традиционными «территорий опережающего развития» или «особых экономических зон». Опорные зоны развития, выступая в качестве комплексных проектов, при необходимости будут включать в себя и те, и другие, равно как и иные инструменты, повышающие привлекательность инвестиционных проектов. Новизна дела требует незамедлительного принятия специального федерального закона. Его проект подготовлен, но, как водится в последние годы, погребён в недрах правительственного аппарата.

С точки зрения отраслевой Госпрограмма предусматривает модернизацию и ускоренное развитие в Арктической зоне рыбодобывающей, рыбоперерабатывающей промышленности и аквакультуры; судостроения и судоремонта; деревообработки; арктического туризма; традиционных для Севера отраслей сельского хозяйства; здравоохранения и образования с использованием технологий телемедицины и дистанционных систем обучения. Но почти две трети всех запланированных к реализации проектов приходится на геологоразведку, добычу и первичную переработку полезных ископаемых.

Авангардную роль будет играть нефтегазовый комплекс: главные в стране центры добычи углеводородов последовательно смещаются с Крайнего Севера за Полярный круг. В рамках Ямало-Ненецкой опорной зоны продолжится освоение месторождений на Ямале, на очереди – Гыданский полуостров. Предстоит увеличение объёмов геологоразведочных и добычных работ в Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции в Ненецкой и Воркутинской опорных зонах, на севере Красноярского края в Таймыро-Туруханской опорной зоне. Принципиально новый этап в развитии отечественной нефтяной и газовой промышленности с точки зрения техники, технологии, организации производства начался с освоением месторождений арктического шельфа. Эта работа будет продолжаться во всё более расширяющемся масштабе. Уже сегодня ПАО «Газпром» и ПАО «НК Роснефть» получили лицензии на право пользования десятками нефтегазоносных участков на побережье всех омывающих берега России морей Северного Ледовитого океана – от Баренцева на западе до Чукотского на востоке. Получены и первые хорошие результаты развёрнутых геологоразведочных работ, например, на участках Хатангский и Хара-Тумус шельфа моря Лаптевых.

Что касается добычи твёрдых полезных ископаемых, то Госпрограммой предусмотрена реализация ряда проектов по модернизации действующих производств и наращиванию минерально-сырьевой базы для них в Кольской, Воркутинской, Таймыро-Туруханской, Северо-Якутской и Чукотской опорных зонах развития. Планируется и организация новых предприятий по добыче угля, цветных, благородных и редкоземельных металлов.

Главным проблемным вопросом для развития природно-ресурсного комплекса Арктической зоны России остаётся недостаточная геологическая изученность этого громадного и до сих пор труднодоступного макрорегиона страны, особенно его восточной части – от Енисея до Берингова пролива. Решение этого вопроса возможно через возврат к трёхстадийной системе планирования и проведения геологоразведочных работ. В этой схеме первая стадия – региональные работы, целью которых является не открытие конкретных месторождений, а общегеологическое изучение территории и выявление перспективных на те или иные полезные ископаемые площадей или провинций – должна осуществляться за счёт средств государства. Проведение же следующих стадий работ – поиск месторождений на выявленных перспективных площадях и их разведку – целесообразно возложить на недропользователей за счёт их собственных средств или, в особо сложных условиях, на принципах государственно-частного партнёрства. Естественно, платежи за недропользование и условия выдачи лицензий на стадию поиска должны быть значительно более льготными, чем на стадию разведки уже опоискованных месторождений. Такая ранее существовавшая и хорошо себя зарекомендовавшая схема позволила бы стимулировать интерес частных компаний, в том числе малого и среднего бизнеса, к вложению средств в геологоразведку. Источником средств для финансирования государственной доли работ могут послужить отчисления части природоресурсных налогов и платежей в специальный фонд геологического изучения территории страны. Здесь можно провести прямую аналогию с дорожными фондами. В своё время от них отказались, но деградация дорожного хозяйства почти до крайней черты заставила восстановить и федеральный, и региональные дорожные фонды. В геологии ситуация полностью идентична.

Есть все основания полагать, что при правильной постановке дела по изучению недр прибрежные районы и шельф арктических морей станут надёжной минерально-сырьевой базой для народного хозяйства России в XXI веке. В то же время необходимо отчётливо понимать, что все виды природных ресурсов на планете конечны и их использование должно быть крайне рачительным. В этой связи настало время законодательными решениями полностью прекратить вывоз из страны тех видов сырья, использование которых будет определять научно-технический прогресс уже в ближайшее время, - например, редкоземельных металлов и элементов, некоторых цветных металлов. В случае если такое сырьё не находит пока спроса на внутреннем рынке, его месторождения должны быть просто зачислены в государственный резерв. К сожалению, в силу сложившегося в последнюю четверть века механизма вхождения России в систему мирохозяйственных связей, сегодня рано ставить вопрос о количественных ограничениях экспорта традиционных продуктов отечественной добывающей промышленности. Но необходимо прекратить хотя бы стимулирование его наращивания. Речь идёт, к примеру, о льготных режимах налогообложения на территориях опережающего развития, создаваемых сейчас на Дальнем Востоке специально для добычи предназначенных для экспортных поставок угля, руд цветных и чёрных металлов, других полезных ископаемых. Их организация бессмысленна и там, и даже в более сложной для освоения Арктической зоне Российской Федерации. Ведь, при практически нулевых доходах государства от принадлежащих всему народу природных ресурсов, в финале мы получим только снижение цен на них за счёт усиления конкуренции со своими же производителями из других регионов страны на мировых рынках – и лунные пейзажи отработанных карьеров. Стоит ли лишать будущие поколения россиян ресурсов ради галочек в отчётах об увеличении физических объёмов валового национального продукта? Нет, конечно. Вот почему минерально-сырьевой потенциал российской Арктики должен использоваться по мере государственной необходимости или созревания такой мировой рыночной конъюнктуры, когда эксплуатация месторождений частным капиталом обеспечивает выплату в бюджет всех положенных рентных платежей. Как известно, в настоящее время они имеют форму налога на добычу полезных ископаемых. Надо взять за правило, что никто и никогда не может быть освобождён от этого налога без крайней государственной нужды. В этом смысл общенародной собственности на недра.

***

В сознании большинства россиян слова «Арктика» и «Северный морской путь» уже давно стали почти синонимами. Это вполне объяснимо, ведь героическое освоение морских просторов высоких широт для крайне необходимой транспортной связи запада и востока страны стало одним из значимых достижений Русской цивилизации. Но до самого последнего времени Северный морской путь был, по сути дела, каботажной трассой с очень сложной в организационном отношении схемой караванной проводки судов в своём восточном секторе. Использование его в таком виде в качестве международной транзитной транспортной магистрали было, прямо скажем, маловероятной фантазией. Грузоотправителям требуется надёжный постоянно действующий путь, а не сезонный с зависящими от ледовой обстановки сроками навигации.

Ситуация коренным образом изменилась с активным освоением нефтегазовых месторождений Ямала и строительством в Обской губе двух новых морских портов для отгрузки сжиженного газа и сырой нефти – Сабетта и Новый Порт. Создаваемая газовиками и нефтяниками грузовая база уже сегодня требует ежесуточной отправки судов из этих портов по Северному морскому пути. Причём движение должно быть организовано как на запад, так и на восток. Если к этому добавить увеличивающийся в связи с геологическим изучением шельфа и созданием опорных зон развития в Арктике поток традиционных грузов, становится ясно, что Северный морской путь должен приобрести новое качество. Образно говоря, он должен превратиться в подвижный, но постоянно действующий канал в морских льдах. Именно в этом качестве наша арктическая морская магистраль одновременно с удовлетворением потребностей отечественного народного хозяйства может стать привлекательной для европейских и азиатских грузоотправителей.

Такая задача – дело инновационное, по степени сложности не имеющее аналогов в мировой практике. В рамках Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации начато создание материальной базы для её решения. Строятся три мощных атомных ледокола, проектируется их новая, ещё более технически совершенная и энерговооружённая серия. Проводятся мероприятия по повышению надёжности и степени освещённости арктических морей гидрометеорологическими данными. Планируется ввод в эксплуатацию модернизированной ледово-информационной системы «Север» и ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс» с размещённым на ней современным исследовательским комплексом. Готовятся к запуску спутники для обеспечения надёжной связи в самых северных широтах. По заказам работающих в Арктике российских компаний запущено строительство дизель-электрических ледоколов для обслуживания подходов к морским портам и устьям судоходных рек, серий морских судов ледового класса дедвейтом от 40 до 120 тыс. тонн для перевозки контейнеров, негабаритных грузов, нефти, сжиженного газа, начата их эксплуатация. Реализуется и целый ряд других важных программных мероприятий. В совокупности они дадут Северному морскому пути новое качество транспортной магистрали мирового уровня.

Но для полнокровного его функционирования необходимо не только обустроить собственно морской путь, но и самым существенным образом укрепить береговую инфраструктуру. Прежде всего, речь идёт о портовом хозяйстве. Программными документами по Арктике предусмотрена реконструкция морских портов Диксон, Тикси, Певек и Провидения. С ростом объёмов перевозок по Северному морскому пути новые возможности для развития получат наши главные океанские центры – Мурманск и Петропавловск-Камчатский. В них предполагается организовать логистические хабы для перегрузки контейнеров и наливных грузов с судов ледового класса на обычные и наоборот. Такой комбинированный способ перевозок на разных участках межконтинентальных трасс разными типами кораблей экономически пока наиболее обоснован. Важнейшим шагом не столько макрорегионального, сколько общегосударственного значения станет создание в западной части российской Арктики новых морских портов с подводящими железнодорожными линиями в Архангельске, Индиге, Усть-Каре и Беломорске. Необходимость их создания вытекает в том числе из складывающихся геополитических обстоятельств. Как известно, с распадом Советского Союза целый ряд крупных портов на Балтике, к которым с 1860-х годов на протяжении почти полувека строились железнодорожные линии из Центральной России для экспортно-импортных операций, оказался за рубежами нашего государства. Для компенсации потерянных логистических мощностей в последние два десятилетия значительное развитие получили морские порты восточной части Финского залива – от Усть-Луги до Выборга. Но ни действующие, ни потенциальные возможности этой группы портов не в состоянии переработать весь нарастающий грузопоток, и его существенная часть направляется конечным потребителям через транспортные системы теперь уже иностранных и далеко не дружественных нам государств. Таким образом, российский Балтийский транспортный узел и по мощности недостаточен, и уязвим для всякого рода санкций и блокад. Вот почему есть настоятельная необходимость в новых портах в Европейской части страны с прямым выходом в океан. Их можно создать только на арктическом побережье. Здесь уместно провести прямую аналогию с событиями времён Первой мировой войны. Тогда блокада германским флотом заливов Балтийского моря отрезала Россию от союзников, и срочно было принято решение о строительстве в тяжелейших военных условиях морского порта в Кольском заливе и железной дороги Петрозаводск-Мурманск.

Наиболее масштабным проектом развития арктической морской портовой инфраструктуры является строительство многофункциональных глубоководных портов в районе Архангельска и в Индиге с двумя новыми подводящими железнодорожными линиями. Первая из них – Белкомур – по маршруту Соликамск – Сыктывкар – Вендига – Карпогоры – Архангельск обеспечит прямой доступ промышленной продукции предприятий Урала к океанскому побережью. Вторая линия Индига – Сосногорск с дальнейшим выходом через Ивдель на планируемую к сооружению Северо-Сибирскую железнодорожную магистраль создаст новый транспортный коридор для экспортно-импортных грузов Сибири. Обе линии имеют выходы на действующую Северную дорогу и будут использоваться для экспорта части угля и углеводородов, добываемых в Воркуте и на Ямале. Таким образом, грузовую базу для вновь создаваемых глубоководных морских портов составит промышленная и сельскохозяйственная продукция собственно арктических Архангельской, Ненецкой, частично Ямало-Ненецкой и Воркутинской опорных зон, а также Урала и Сибири. Её прогнозный объём превосходит планируемые мощности глубоководных портов Архангельска и Индиги и потребует переадресовки части грузов в Мурманск и российские порты на Балтике. Расчётная стоимость обоих проектов создания новых арктических портов и железнодорожных подводящих к ним линий велика, составляет порядка половины триллиона рублей для каждого. Но сравнительно быстрая окупаемость делает их привлекательными для инвесторов, и уже прорабатываются вопросы финансирования строительства Белкомура и Архангельского порта на условиях концессии. На очереди – Индига.

***

Динамика развития геополитических событий, связанные с этим усилия по укреплению обороноспособности наших северных рубежей, планы по развитию Арктической зоны Российской Федерации настоятельно выдвигают в повестку дня вопрос о необходимости создания сквозной от Мурманска до Анадыря Трансарктической железнодорожной магистрали. На первый взгляд, на сегодняшний день такой проект кажется нереальным. Но более детальное рассмотрение показывает его осуществимость в ближайшие десять-двенадцать лет. В самом деле, связь Мурманска с Северной железной дорогой уже существует (Мурманск – Беломорск – Обозёрская – Коноша). Реконструкция с увеличением провозных возможностей Северной железной дороги от Коноши до Лабытнанги предусмотрена инвестиционными программами ОАО «Российские железные дороги». Строительство нового участка Лабытнанги – Коротчаево начинается в рамках одобренного специальной межведомственной рабочей группой правительства России проекта «Северный широтный ход». Его финансирование будет осуществляться совместно правительством Ямало-Ненецкого автономного округа, ОАО «Российские железные дороги», ПАО «Газпром» с использованием механизмов государственно-частного партнёрства в форме концессии. По такой же схеме с участием заинтересованных компаний нефтегазового сектора, горнодобывающей промышленности, энергетики вполне реально построить и следующий участок от Коротчаево до Игарки и Дудинки. Это уже половина пути. А дальше – на восток, к минерагеническим провинциям месторождений платины, меди, никеля и кобальта Восточного Таймыра, алмазов и редкоземельных элементов северо-западной Якутии, цветных и благородных металлов северо-востока Якутии и Чукотки.

Трансарктическая железнодорожная магистраль станет опорным хребтом для намечаемых к строительству линий Белкомур, Индига – Сосногорск, Воркута – Усть-Кара, Обская – Бованенково – Сабета, значительно повысит эффективность использования меридианных внутренних водных путей по рекам Обь, Енисей, Хатанга, Анабар, Лена, Яна, Индигирка, Колыма для обеспечения жизнедеятельности материковых районов Арктики и Крайнего Севера. Как показывает опыт создания Западно-Сибирского нефтегазодобывающего территориально-производственного комплекса, кратно снизятся затраты на освоение месторождений углеводородов и твёрдых полезных ископаемых шельфа и побережья морей Северного Ледовитого океана. Ещё больше, чем в экономическом плане, трансарктическая магистраль будет иметь значение для обеспечения обороны северных рубежей, связанности и политической целостности Российской Федерации.

Госпрограммой развития Арктической зоны России, кроме развития внутренней автодорожной сети в опорных зонах, предусматривается и строительство межрегиональных дорог федерального значения. В качестве наиболее важных из них можно выделить Нарьян-Мар – Усинск и Колыма – Омсукчан – Омолон – Анадырь.

Необходимо особо отметить, что развитие в Арктике железнодорожного и автомобильного транспорта не является альтернативой морскому. Напротив, снимая с него небольшую часть нагрузки по логистическому обслуживанию внутренней жизни макрорегиона, они значительно усиливают экспортную и транзитную функции Северного морского пути, обеспечивая надёжность работы береговой инфраструктуры, способствуя созданию для него новой грузовой базы.

Разреженность пространства с точки зрения размещения поселений предопределяет особое значение для Арктики воздушного транспорта. Однако малая авиация, обслуживающая небольшие населённые пункты, находится в крайне запущенном состоянии. Эксплуатируются использующие дорогостоящее топливо морально и физически устаревшие летательные аппараты, рейсы выполняются нерегулярно, цены на билеты запредельны с точки зрения платёжеспособности населения, ежегодно прекращают своё существование многие местные аэропорты и авиаплощадки. Зачастую транспортные связи северных посёлков с остальным миром восстанавливаются только с наступлением сильных холодов, когда открываются ледовые переправы через реки и автозимники.

Такое положение дальше становится нестерпимым. Вот почему, несмотря на то, что в последней редакции Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации ещё и чернила не высохли, необходимо уже сейчас дополнять её специальным разделом о Полярной авиации. Она должна включить в себя и порядок отнесения воздушных линий к социально-значимым, субсидируемым; и план восстановления и принципы финансирования содержания местных аэропортов и площадок; и программу разработки и выпуска новой авиационной техники.

***

Развитие Арктической зоны окажет позитивное влияние на экономическое состояние других макрорегионов России, обеспечивая их предприятия углеводородным и минеральным сырьём, создавая транспортные возможности для выхода на рынки произведённых ими товаров. Но реализация арктических проектов приведёт ещё к одному важному последствию: макрорегион сам становится крупнейшим потребителем продукции высоких технологий. Потребуются отвечающие особым условиям работы в экстремальном климате надёжные средства связи и автоматизации производственных процессов, экономичные автономные энергоисточники, подводные и подземные роботы, беспилотные транспортные средства и множество других новейших материалов, приборов, устройств, машин и механизмов. Всё это может быть создано только с использованием возможностей шестого технологического уклада. Таким образом, Арктика рождает спрос на продукцию производств нового уклада. Это важнейший стимул для активизации работы научных центров, реконструкции на новейшей технологической основе всего транссибирского промышленного пояса от Урала до Владивостока.

В этом контексте особенно важно развитие транспортного машиностроения. К сожалению, на сегодняшний момент все его подотрасли далеко не удовлетворяют потребности страны даже в стандартных моделях транспортных средств, не говоря уже о специальном арктическом исполнении.

Если атомные ледоколы для Северного морского пути строятся на отечественных судоверфях, то почти все дизель-электрические, а также танкеры и сухогрузы ледового класса заказываются в Южной Корее, Германии или Финляндии. Закупки подвижного состава для высокоскоростных железных дорог сориентированы на немецкие образцы. Автомобильная техника высокой проходимости в северном исполнении выпускается не серийно, а мелкими партиями. Но в особенно тяжёлой ситуации находится авиапарк местных воздушных линий. Старые испытанные «рабочие лошадки» внутрирегиональных авиаперевозок – самолёты АН-2 и АН-24 – доживают свой век. Последние экземпляры этих выдающихся по конструкции и исполнению машин вырабатывают остатки своего индивидуального ресурса. Им на смену приходит разношёрстная импортная рухлядь.

В качестве причин отсталости отечественного транспортного машиностроения обычно называют перезагрузку производственных мощностей оборонными заказами, недостаток рабочих и инженерных кадров, отсутствие технологических компетенций. Но на самом деле это не причины, а объяснения. Ведь если нет свободных мощностей – надо строить новые заводы, нет кадров – необходимо их готовить, нет технологий – их можно купить, одновременно создавая отечественные. Причиной же является отсутствие в стране системы стратегического планирования и промышленной политики, выделения в их рамках главных приоритетов.

Достройка общенационального каркаса транспортных магистралей, в том числе арктических, создание с опорой на возможности шестого технологического уклада современной индустрии транспортных средств, обеспечивающей основные потребности страны их собственным производством, не могут не быть одним из таких приоритетов. Для гигантской по территории России это такой же важности задачи с точки зрения обеспечения единства, целостности и безопасности государства, как постоянное поддержание боеспособности вооружённых сил. Наш собственный опыт показывает, что они вполне решаемы. Достаточно вспомнить, что в 1880-е годы царской Россией строилось по две тысячи километров железных дорог в год; что в 1930-е годы в стране, буквально на пустом месте, были созданы автомобильная и авиационная промышленность; что в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны были построены и успешно работали десятки новых авиазаводов, модели выпускаемых самолётов менялись каждые полгода и было достигнуто полное превосходство над противником не только по количеству, но и по качеству летательных аппаратов; что вплоть до начала 1970-х годов продукция советского автопрома была вполне конкурентоспособна на мировом рынке; что первый в мире атомный ледокол был построен отечественным судопромом; что вышедший на линию Москва – Ленинград ещё в 1974 году наш электропоезд ЭР-200 имел скоростные характеристики, вполне сопоставимые с современным импортным «Сапсаном». Можно привести ещё множество примеров из истории промышленности и транспорта. Они все подтвердят общий вывод, что при наличии политической воли и концентрации усилий можно решить самые сложные задачи. А сегодня развитие транспорта и транспортного машиностроения выдвигаются в число самых первоочередных. Вот где должна быть истинная сфера применения всевозможных особых экономических зон, территорий опережающего развития и других механизмов стимулирования инвестиций, а не в добыче полезных ископаемых или отвёрточной сборке импортного ширпотреба.

Что касается специального транспорта в северном исполнении, то для России самой судьбой уготована необходимость стать лидером в производстве всех его видов в мировом разделении труда. Размещение же предприятий общего, специального и транспортного машиностроения в существующих, а при необходимости и вновь создаваемых промышленных центрах Урала, юга Сибири и Дальнего Востока даст мощный стимул для желаемого сдвига экономической активности в восточные регионы страны.

***

При всей важности других, ключевым всё-таки является вопрос о Человеке в Арктике: кто и почему продолжит дело её освоения в современной буржуазной России. Вопрос этот далеко не праздный, ведь начавшийся в первые же годы реформ процесс обезлюдивания северов продолжается и доныне. Разорение и гибель предприятий, брошенных в реформенное время на произвол судьбы, привели к обнищанию людей, деградации социальной сферы, запустению городов и посёлков. Конечно, и во многих других районах страны есть аналогичные проблемы. Но на Севере они гораздо острее. Из-за крайней дороговизны жизни в экстремальных природно-климатических и экономико-географических условиях здесь в значительно меньшей степени, чем в целом по России, доходы населения соотносятся с прожиточным минимумом. Возможности для развития малого бизнеса ограничены из-за повышенных издержек любого производства на северах и, как следствие, низкой конкурентоспособности большинства видов своей продукции перед привозной. Дороговизна и деградация транспорта обусловливают низкую динамику перемещения людей для поиска новой работы, учёбы, повышения квалификации. Переезд к новому месту жительства зачастую просто невозможен из-за отсутствия средств на покупку жилья, когда продажа имеющегося не может служить их источником в условиях полного отсутствия спроса на дома и квартиры в арктических населённых пунктах. Образуется замкнутый круг безысходности. Не будет преувеличением сказать, что в ряде районов Крайнего Севера происходит одичание жизни, а главным источником существования людей становятся те или иные формы бюджетной поддержки или примитивная самозанятость: охота, рыбалка, сбор дикоросов, случайные заработки.

Есть в Арктической зоне и относительно благополучные, и даже передовые в социально-экономическом отношении районы и целые субъекты Федерации. К их числу относятся крупные города с многопрофильным хозяйством, моногорода с предприятиями военно-промышленного комплекса, зоны деятельности горнодобывающих и нефтегазовых компаний.

Но в целом острота социальных проблем в северных районах страны, куда кроме Арктической зоны относятся Крайний Север и приравненные к нему местности, не снижается с течением времени. Старая советская система материальных стимулов давно превратилась в архаику и продолжает существовать лишь в качестве политической демонстрации заботы государства о северянах. Нормативные положения о государственных гарантиях льгот и компенсаций в более или менее полном объёме применяются только в отраслях бюджетной сферы. Да и здесь это применение во многом формально. Так, районные коэффициенты к заработной плате уже давно утратили свою функцию полной компенсации удорожания стоимости жизни, а абсолютная величина северных надбавок настолько мала, что никак не может служить стимулом к закреплению кадров. И те, и другие начисляются, чтобы хоть как-то прикрыть бедность бюджетников. Что касается бизнеса, то малые и средние предприятия из-за низкого уровня доходов в условиях жёсткой конкуренции с привозной продукцией и услугами не в состоянии взять на себя ещё и выполнение государственных, по сути своей, гарантий и льгот. Крупные же компании выстраивают собственные корпоративные системы оплаты труда, по своему усмотрению трактуя те или иные нормативные положения.

И на государственном уровне, и в общественном сознании уже давно существует понимание необходимости разработки и законодательного закрепления новой системы льгот и гарантий для северян, отвечающей рыночным реалиям. Но даже не череда политических событий или экономических кризисов, а сама сложность проблемы послужила препятствием для принятия уже явно перезревших решений. Ведь надо из множества несводимых к единому измерителю критериев отнесения тех или иных территорий к Арктике, Крайнему Северу и приравненным к нему районам выбрать один. С учётом разнообразных медико-биологических и иных факторов установить оптимальный и обоснованный набор льгот и преференций для северян, разработать методики измерения их стоимостного эквивалента. Разнести ответственность за соблюдение установленных норм между государством и бизнесом, организовать систему контроля над их соблюдением, найти источники финансирования новых бюджетных обязательств. Есть и много практических вопросов. Например, как компенсировать рост удорожания стоимости жизни: через увеличение выплат или посредством особого контроля над ценами на потребительском рынке, в том числе путём организации государственного завоза жизненно-важных товаров в районы с ограниченными сроками их доставки? Специальных решений требует и социальная проблематика коренных малочисленных народов Севера. Надо признать, наконец, что к их традиционным занятиям и промыслам неприменим чисто рыночный подход. Здесь требуются особые системы заготовок и закупочных цен.

Конечно, Север есть Север, и здесь не бывает простых задач. Но при всей их сложности нельзя откладывать принятие решений. А сейчас ситуация другая: при подготовке Госпрограммы развития Арктики подспудно полагалось, что рост экономики сам по себе снимет остроту социальных проблем за счёт увеличения доходов населения. На практике выяснилось, что это не так. Бизнес не может развиваться без рабочей силы, а человек не может воспроизводить свою способность к труду без должного уровня доходов, который не обеспечивает бизнес. Круг замыкается. Надо вовремя рубить «гордиевы узлы» проблем.

До сих пор не стихают дискуссии по поводу того, целесообразно ли дальнейшее содержание небольших городов и посёлков, созданных в советский период освоения Арктической зоны и Крайнего Севера, не лучше ли их ликвидировать и в дальнейшем использовать исключительно вахтовый метод работы. Очевидно, что правильный ответ заключается в том, что судьбу каждого населённого пункта надо решать в зависимости от перспектив расположенных там производств, особенно если хозяйство моноотраслевое. Но при любых конъюнктурных обстоятельствах надо оберегать и поддерживать все существующие поселения, выполняющие административные и логистические функции. Они должны быть выдвинутыми вперёд аванпостами в Арктике, осуществлять роль организаторов экономического, социального и культурного пространства. Поэтому в новых документах стратегического планирования необходимы специальные программы поддержки таких больших и малых арктических центров с точки зрения ликвидации аварийного и ветхого жилья, развития коммунального хозяйства, создания в них объектов здравоохранения и образования, обслуживающих всю окружающую территорию на основе новых телекоммуникационных технологий.

Непосредственно же при реализации удалённых инвестиционных проектов лучше использовать вахтовый метод. Уже накопленный опыт показал, что наиболее эффективны и безопасны для здоровья людей вахты в пределах одного часового пояса. Это означает, что центры формирования коллективов вахтовиков должны быть в южных районах Урала, Сибири, Дальнего Востока. Таким образом, транссибирский промышленный пояс станет тыловой опорой российской Арктики не только с точки зрения обмена ресурсами, но и в человеческом измерении.

Конечно, вахтовый метод имеет множество недостатков. Но его использование оправдано не только с экономической точки зрения, но и как инструмент формирования ценных личностных качеств человека. Арктика требует высокого уровня профессиональной подготовки, умения работать в коллективе, развитого чувства долга и ответственности, собранности и дисциплинированности, доведённой до автоматизма взаимовыручки. Эти ценные качества, приобретённые человеком на Севере, остаются с ним на всю жизнь.

***

После распада Советского Союза Россия стала ещё более северной страной, чем когда-либо в своей истории. Наверное, лучше всех это понимают космонавты, наблюдая с огромных расстояний, как держава наша приютилась на самой макушке Земли у Северного полюса. Разнообразная деятельность в Арктике уже стала нашей повседневностью, а не каким-то отдалённым эпическим явлением. По факту это давно так, достаточно посмотреть ресурсные и финансовые балансы страны. Постепенно приходит и осознание, что не только настоящее, но и будущее государства напрямую зависит от состояния дел на российском Севере. Вот почему должна быть продолжена работа по выработке и, самое главное, практической реализации стратегических и тактических решений по его динамичному развитию. Это особенно важно в условиях нарастания претензий наших геополитических соперников на доминирование в Арктике.

Некоторые могут возразить, что сегодня Россия не имеет финансовых ресурсов для экономического, логистического и военного укрепления позиций в столь отдалённом, сложном и ресурсоёмком макрорегионе. На самом деле, об этом смешно и говорить, когда наша страна уже четверть века является финансовым донором всего мира, а львиная доля вывозимых из России средств рождается именно на отечественных северах. Надо развернуть обратно могучие эти финансовые потоки и их мелкие ручейки. Как это сделать – давно известно и из теоретических разработок многих наших экономистов, и из опыта других стран. Нужна только политическая воля к изменению действующего сейчас в России компрадорского хозяйственного механизма.

Россия. Арктика. СФО. ДФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 7 февраля 2018 > № 2487819 Вячеслав Штыров


Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > agronews.ru, 5 февраля 2018 > № 2489395 Ольга Башмачникова

Комментарий. В распределении субсидий аграриям справедливости нет.

Мы в России пока так и не выработали свою аграрную политику. Это легко понять на простом примере. Господдержка, всевозможные субсидии, дотации и кредиты фермерам и мелким производителям от общего объема финансовой поддержки составляют всего 20%, а, по статистике, на этот тип хозяйств приходится 50% всей производимой продукции. Почему так происходит – внятного ответа нет.

Эти и другие вопросы развития российского села стали предметом беседы издателя портала «Крестьянские ведомости», ведущего передачи «Аграрная политика» Общественного телевидения России – ОТР, доцента Тимирязевской академии Игоря АБАКУМОВА с вице-президентом Ассоциации крестьянских хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России – АККОР Ольгой БАШМАЧНИКОВОЙ.

— Ольга Владимировна, я так и не могу понять, а почему только 20%? Производят вроде бы вместе с ЛПХ 50%, а по некоторым позициям даже больше. Тогда почему 20% и что это такое — поблажка? Это хорошо и плохо? Наверное, хорошо, ведь раньше ничего не было.

— Вероятно, речь идет о том, что 20% – это то, что касается зарегистрированных индивидуальных предпринимателей или фермерских хозяйств, юридических лиц, которые учитываются в статистике, производят товарную продукцию и платят налоги. Когда мы говорим о личных подсобных хозяйствах, то их, конечно, больше, 15 миллионов на самом деле, и из них 2 миллиона «товарных» хозяйств, то есть тех, которые не только себя кормят, но и продают продукцию на рынок. Но тем не менее они не являются официальными предпринимателями, они субсидии от государства по линии АПК не получают.

В период реализации приоритетного национального проекта личные подсобные хозяйства тоже были в этом задействованы. Они получали льготные кредиты, тогда развивалась система кредитной кооперации, и они получали государственную поддержку. Кстати, именно статистика в тот период показала, что количество подсобных хозяйств перестало сокращаться, а объемы производимой ими продукции продемонстрировали даже некоторый рост, особенно в производстве молока.

Сейчас речь идет только об индивидуальных предпринимателях. Если мы возьмем объем выручки, которую производят только фермеры, то это 12% от всего валового объема продукции. Другое дело, что такое фермер. Это ведь не только тот предприниматель, который зарегистрирован ИП. Это и тот же крупный ЛПХ, который пока не зарегистрирован, это может быть и ООО, которое имеет небольшие объемы. Просто был период, когда фермеров заставляли перерегистрироваться в ООО. Поэтому реальное количество фермерских хозяйств, конечно, гораздо больше.

И в последнее время АККОР очень часто говорит именно о предприятиях микробизнеса. В частности, 20%, о которых вы говорили, – это доля субсидий по льготному кредитованию, которые распространяются как раз на микропредприятия, на фермеров и те ООО, которые производят продукции на сумму до 120 миллионов рублей.

— 120 миллионов рублей – это большая сумма. Насколько я помню, в Соединенных Штатах фермером считается тот, кто производит в год продукции на тысячу долларов. Это 60 тысяч рублей сейчас по-нашему. И ты уже можешь быть фермером и просить свою долю субсидий, свою долю внимания, иметь свое законодательство. Вы имеете право ходить на демонстрации от имени фермеров, если вы производите на тысячу долларов. У нас производят на миллионы – и они считаются микро? Ничего себе!

— На самом деле, если уж мы заговорили об Америке, там ситуация иная. Едешь по территории этой страны, и видишь – и слева фермы, и справа. Больше или меньше, но вся территория пронизана сетью дорог и наличием фермерских хозяйств. Там все-таки другая аграрная политика и изначально были другие условия, в которых сельское хозяйство развивалось. История этого процесса там вообще иная. И конечно, мы с ними в этом плане сильно отличаемся. Но хотелось бы, чтобы в нашей стране ситуация тоже изменилась. Вы знаете, скоро у нас состоятся президентские выборы. И если мы вспомним, как победил Трамп в Америке – он ведь выиграл предвыборную кампанию именно благодаря тому, что заявил, что он против глобализации и хочет повысить доходы внутри страны, в том числе и поддержать фермеров -, то мне кажется, у нас похожая ситуация. И Владимир Владимирович, как вы знаете, уже заявил, что экономика должна быть развернута в сторону человека. И я думаю, что следующий президентский срок (если все сложится, как мы рассчитываем) будет связан с тем, что серьезные решения в микроэкономике, в том числе в сельском хозяйстве, будут сделаны. Я думаю, у нас просто нет другого выхода, да и иных возможностей.

— У меня очень большое сомнение на этот счет, потому что для того, чтобы иметь другие возможности, нужны другие люди и с другими мозгами. А если будут делать те же самые головы, что делали все до этого, то опять будет то же самое. Владимир Владимирович будет говорить одно, а они будут… у них все равно будет получаться автомат Калашникова, как в том анекдоте. Что нам с этим делать и как поступить?

— Частично, конечно, я с вами согласна. Но с другой стороны, экономика сама все выравнивает. Тот факт, что у нас сейчас ограничения бюджетные, в том числе расходы на ВПК, означает, что такие субсидии, которые были раньше, когда мы не считали, какое количество денег государственной поддержки мы можем вложить в одно предприятие и какой реальный эффект от этого, так вот такие субсидии прекратятся. Прежней ситуации не будет. Сейчас каждый рубль, который вкладываешь, на счету. Нужно смотреть, какая отдача, потому что средств не так уж много. И поэтому сама ситуация частично как бы изменит положение в сельском хозяйстве.

Холдинги не смогут получать такое количество поддержки, которую получают сегодня. Просто в силу ограничения бюджета. Посмотрим, что будет дальше. Они задумаются, как эффективно хозяйствовать, чтобы себестоимость позволяла получать прибыль, на которую они рассчитывают. Значит, какие-то производственные процессы они должны отдавать, так скажем, на аутсорсинг тем же фермерам, потому что просто невыгодно содержать свое предприятие по принципу фабрики. Это дорого. Дорого содержать все земли, дорого содержать все гаражи, дорого содержать всю переработку.

И в идеале за холдингами в итоге должны остаться какие-то функции интегратора (хранение, переработка, транспортировка, поставки, я не знаю, в сети или на экспорт), а первичный этап производства сельского хозяйства естественным образом должен отойти к фермерам. Ведь смотрите, вне зависимости от политики правительства, частично эти процессы уже понемножку идут. Возьмем «Белую Дачу» Семенова (а Семенов, кстати, бывший министр сельского хозяйства), возьмем опыт в мясном скотоводстве в Воронежской области Гордеева.

— Он уже не в Воронеже.

— Уже не в Воронеже, но неважно. Этот опыт начинался, когда он был губернатором и главой региона. Там тоже были точечные проекты, связанные с интеграцией, с тем, что фермерам отдается скот на доращивание, а интегратор уже собирает эту продукцию на откормочные площадки. Этот процесс потихонечку идет.

— Ольга Владимировна, меня волнует то, что этот процесс идет сам по себе, а не декларируется как аграрная политика. Он идет сам по себе, он идет естественным образом, он идет методом проб и ошибок, как когда-то развивалось фермерство. Вы же это прекрасно знаете, вы тоже с нуля наблюдаете этот процесс.

И у нас нет такого документа, который каким-то образом регламентировал бы взаимоотношения агрохолдинга и фермера. У нас нет артикулированной политики, артикулированного политического запроса на такое сотрудничество.

— Я с вами согласна. Вот недавно, кстати, американский экономист Ричард Тейлор получил Нобелевскую премию по экономике, и он озвучил такой посыл: государство способно стимулировать и подталкивать бизнес на те процессы, которые государству желательны. На самом деле это происходит и в Германии – например, есть закон, согласно которому предприятие получает господдержку, только если у него есть контракты на поставку продукции с маленькими хозяйствами. Я думаю, мы к этому обязательно придем.

— Когда?

— Ну, будем надеяться, что после президентских выборов аграрная политика будет сформирована.

— У вас предчувствие такое или вы что-то знаете?

— Нет, но на самом деле сейчас есть какие-то моменты, которые об этом говорят: во-первых, в Министерстве сельского хозяйства это то, что касается льготного кредитования. Минсельхоз сейчас проводит действительно серьезную работу на уровне заместителя министра сельского хозяйства Хатуова Джамбулата Хизировича. Действительно, банкам сейчас ставится задача, чтобы вот эти 20%… Даже 20% набрать-то не могли, Игорь Борисович, потому что фермеры не могут преодолеть этот кордон банковский. И нужно подготовить документ…

— А может быть, специально так и делается, чтобы фермеры не смогли этот банковский кордон пройти?

— Но это же регулирует не Минсельхоз, это регулирует не Правительство, а это регулирует сейчас Центробанк, который в последнее время занимался макрополитикой. И в этом-то какие-то эффекты есть. Ведь на самом деле инфляция снизилась, сильно снизилась. А это означает, что для иностранных партнеров, в том числе для тех, кто у нас закупает продукцию сельского хозяйства или технологические станки (а сейчас мы их тоже уже продаем за границу), мы являемся стабильными партнерами, потому что у нас сейчас стабильный курс рубля, сниженная инфляция и небольшой, вернее, самый маленький государственный долг. Эту задачу мы решили.

А дальше мы должны уже решать задачу внутри страны. Если мы ее не решим, то разбалансировка в аграрном комплексе будет большая. Если холдинги сами не поймут, что нужно отдавать какой-то этап производства другим, то просто велика вероятность, что они не выдержат конкурентную борьбу, когда будут сняты санкции. Это, с одной стороны.

А с другой стороны, это то, что касается фермеров. Кстати, это единственная категория предпринимателей, которые как раз демонстрируют рост поголовья коров. Это на самом деле так. Это более 4% по итогу 2017 года. И если мы смотрим в период продолжительностью 10 лет, то этот тренд абсолютно позитивен.

То есть это означает, что данный бизнес развивается. Пусть он пока небольшой, пусть это маленькие фермы, пусть этот бизнес начинается, например, с пяти коров, но он есть, и это дополнительно к зерновому направлению. Коров содержать в фермерском хозяйстве эффективно. Ведь что показывает рост поголовья? Показывает, что ты можешь себе позволить не резать скот, а попытаться его увеличить.

— Многие у нас в стране интересуются, почему у нас разная арендная плата за землю.

— Насколько я знаю, сейчас именно региональное законодательство регулирует вопрос, связанный со стоимостью аренды на земли сельхозназначения. И действительно, еще на этапе прошлого Съезда фермеров (это в прошлом феврале) многие регионы ставили эту проблему, в частности это была и Северная Осетия. Сейчас этот вопрос явно касается Белгорода, то есть там доходит стоимость аренды до 4 тысячи рублей за гектар. Это, конечно, очень дорого. То есть, если фермер имеет 100 гектар, он уже 400 тысяч должен за это отдать.

И кстати, Владимир Владимирович недавно заявлял и говорил о том, что стоимость арендной платы должна прежде всего опираться не на кадастровую стоимость, а на реальные доходы населения. Будем надеяться, что Правительство на федеральном уровне сможет внести определенные ограничения для тех же субъектов, то есть установить планку, выше которой стоимость арендной платы подниматься не может. Понятно, что для маленьких производителей это очень высокая планка.

И еще. Нужно помогать всем фермерам, а не только уже устоявшимся хозяйствам. Фермеры бывают разные. Простой пример: производство зерна. По итогам 2017 года рост составил 17%. Если в целом по федерации – 11%, то у фермеров – 17%. То есть рост обеспечен в основном за счет крупных и серьезных производителей, которые уже используют технологии, у которых достаточно земли. А у нас же большая доля фермерских хозяйств – небольшие, которые не имеют хорошего технологического парка, оборудования. Многие из них действительно сводят концы с концами. И личные подворья сейчас не в очень хорошем состоянии.

Но сегодня выигрывают те регионы, которые предполагают программу поддержки именно для подворий – так называемые программы, что ли, социального лифта. Когда у тебя есть три коровы, тебе дают деньги, чтобы ты был заинтересован, чтобы у тебя появилось пять, и помогают тебе. Если у тебя есть пять коров – значит, соответственно, прибавь еще три — до восьми, и ты еще получишь финансирование. Так делается в Татарстане, в Башкирии, в Тюменской области.

— А кого сейчас мы можем считать фермером? Есть ли какая-то градация – фермер ты или ты уже агроолигарх, или ты уже латифундист? Есть же фермеры у нас с 10 гектарами, есть с 1 гектаром, а есть с сотнями тысяч гектар. Каким образом эта градация происходит?

— На самом деле градация эта сейчас условная и не совсем связана с объемами производства, как, например, в Америке или в Европе. На самом деле фермерское хозяйство – по закону это либо индивидуальный предприниматель, либо юридическое лицо, которые оформлены определенным образом, определенным образом отчитываются в статистику, производят товарную продукцию. При этом размер земельного участка у них может быть, как вы сказали, 10 гектаров, а может быть 100 гектаров, может быть тысяча гектаров, а в отдельных случаях (в Алтайском крае) это может быть больше 10 тысяч, при этом он может быть оформлен как КФХ, юридическое лицо. Ну, многие из них переходят на организационно-правовую форму ООО.

— А некоторые переходят на организационно-правовую форму ЛПХ.

— Есть и такие случаи, есть. Кстати, Всероссийская перепись показала, что у нас 1% ЛПХ (а это где-то более 150 хозяйств) имеют земли более 20 гектар. То есть для личного подсобного хозяйства это все-таки уже земельный участок фактически фермерский, скажем так. Пусть участок маленького фермера, но все-таки фермера.

— Я к этому и веду вопрос. Это по вашему мнению, это все так считают. А в документе где-нибудь указано, сколько может быть земли в ЛПХ, а сколько может быть у фермера, а сколько земли потребуется, чтобы перейти в разряд крупного хозяйства?

— Ну, личное подсобное хозяйство, по идее, по закону, может иметь до двух с половиной гектаров. Там определенное количество (по-моему, до полутора га) – это согласно федеральному закону, и еще какую-то часть (до гектара или до полутора гектар) может дать регион.

— То есть такая градация есть. А у фермеров?

— По личному подсобному хозяйству он просто не получит больше земли, если он уже получает надел. А если фермер, например, закончил свою деятельность и закрыл хозяйство как юрлицо, то практически земля у него осталась, а он индивидуальным предпринимателем уже не является – он стал личным подворьем, по сути. И многие сейчас, чтобы уйти от административных проблем, сдачи отчетов, уплаты налогов, это делают. Но это вынужденная политика, потому что просто очень тяжело соблюдать все нормативы, эти проверки. А потом, должны быть какие-то преференции. Хорошо, ты сдаешь отчетность, платишь налоги, а к тебе приходят проверяющие инстанции с всякими штрафами…

— А есть преференции, если ты отчитываешься? Или это головная боль?

— Наверное, сегодня это больше головная боль. Преференции для кого? Кто получает гранты. Это же важно.

— Инфраструктура есть у фермеров?

— С инфраструктурой сложно. Например, мы сейчас столкнулись с перепроизводством зерна, а хранилищ нет. То есть фермер мог бы подождать и зерно попридержать до того момента, когда рынок освободится, когда появились бы железнодорожные вагоны, когда был бы открыт путь для экспорта…

— Кто в данном случае виноват – Минсельхоз, Правительство или сам фермер, который не построил себе хранилище?

— Ответственность, наверное, общая, потому что программа по строительству хранилищ… В общем-то, если вы планируете увеличение производства зерна, а тем более на экспорт, то нужно думать не только о перевалочных пунктах и терминалах, которые позволяют зерно продать за рубеж, а нужно думать о том, где зерно хранить, если его будет много. Для этого важно выстраивать кооперативную систему.

— А кто же знал? Минсельхоз весь год говорил, что зерна будет мало, меньше, чем в прошлом году. Минсельхоз говорил! Ну, Минсельхозу же надо верить, правда? А с какой целью он это говорил?

— Я сейчас, наверное, не отвечу, с какой целью говорил Минсельхоз, а отвечу на вопрос: какие еще решения можно принять для того, чтобы избыток зерна не был для страны проблемой, помимо строительства хранилищ? А сегодня можно было бы принять специальную программу для субсидирования кооперативных хранилищ. Ведь у нас есть программа по развитию кооперации сельскохозяйственной и потребительской, и этому уделяется большое значение в регионах. Она тяжело идет, потому что люди не привыкли друг другу доверять. Там два человека не могут договориться, а тут – десять. Это достаточно сложно. И тем не менее, сегодня зернохранилище по этой программе нельзя поставить, потому что в перечень направлений, которые может позволить себе кооператив, чтобы получить грант, зернохранилища не входят. А это естественное решение, и сегодня его обязательно нужно принять. Но ведь не только хранение. Нужно серьезно заниматься животноводством, чтобы это зерно могло стать кормом для животных – для свиноводства, для крупного рогатого скота.

— Правильно. Во времена Советского Союза мы к тому, что мы сейчас произвели, закупали еще 26 миллионов тонн зерна в Канаде, в Аргентине и в США. Но у меня вопрос по предстоящему марту. У нас в марте выборы президента. У нас от аграрников шли два человека – Агурбаш и Грудинин, сегодня остался только Грудинин. Вы председатель Аграрной партии. Почему вы никого не выдвинули от Аграрной партии?

— У нас было заседание правления, заседание совета. Мы, в общем, достаточно долго и жарко дискутировали по этому поводу и пришли к выводу о том, что мы все-таки поддержим Владимира Владимировича на этих предстоящих выборах. И вы знаете, у нас так сложилось это заседание, что высказался каждый. И каждый говорил о плюсах и минусах этого решения, и тем не менее ставку все-таки сделали на действующую власть. Я объясню – почему.

Чтобы удержать Россию как суверенное мощное государство, очень важно выстраивать внешнюю политику в ситуации глобализации этой политики, когда, в общем-то, все сходится к тому, что одна страна играет важнейшую роль и управляет всеми другими. Ведь по сути Владимир Владимирович выступил против этой глобализации. Ведь у нас теперь не только Соединенные Штаты Америки определяют мировую политику. Мы считаем, что все страны имеют право на самоопределение. Соответственно, и Россия тоже.

Мы смогли добиться того, что у нас увеличился экспорт продукции. Мы смогли добиться того, у нас не только закупают военную технику и оборудование, а у нас закупают станки, зерноуборочные комбайны, трактора. То есть пошел процесс производства. И главное – стране доверяют, потому что он все-таки гарант стабильности.

— Это так, но почему аграрники пошли во власть, если у нас все хорошо, как вы говорите?

— А я не сказала, что все хорошо. Я сказала, что у нас выстроена внешняя политика, которая нам позволяет сохранять Россию как суверенное государство.

Другая задача – выстраивать экономику внутри страны и сделать эту экономику работающей для людей. Ведь даже на Давосском форуме было принято решение о том, что мало показать, что в стране высокий ВВП или ВВП на душу населения; нужно, чтобы страна имела высокий уровень жизни граждан, высокий уровень жизни городского и сельского населения.

— Так почему аграрники пошли во власть?

— Ну, потому что в сельском хозяйстве не все так хорошо. Потому что высокие тарифы. Потому что уровень себестоимости сейчас настолько высок, что выручка, которую вы получаете, не всегда покрывает ваши затраты. Потому что львиная доля господдержки идет все-таки крупным предприятиям, и это какой-то порочный круг. То есть у нас нет экономики, направленной на развитие элементов всей структуры аграрного рынка и аграрного производства. И это на самом деле очень важно. Я думаю, что у Владимира Владимировича есть шанс этим серьезно заняться.

Россия > Агропром. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > agronews.ru, 5 февраля 2018 > № 2489395 Ольга Башмачникова


Россия > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 2 февраля 2018 > № 2492901 Наталья Зубаревич

Губернаторов сделают козлами отпущения за провалы в межбюджетной политике в РФ - Зубаревич

В кризис привычные правила игры меняются на глазах, и главам регионов надо держать ухо востро, чтобы удержаться

По воле федерального центра в стране выстроена сверхцентрализованная модель управления, лишающая регионы свободы, однако в случае негативных последствий этой политики именно глав регионов и сделают козлами отпущения. Это раньше, чтобы сохранить кресло, губернатору достаточно было просто играть по предложенным центром правилам, сообщила экономист, доктор географических наук, профессор МГУ Наталья Зубаревич в программе "ПРАВ!ДА" канала ОТР, передает ИА AmurMedia.

Самым главным пороком существующей системы взаимоотношений федерального центра и периферии Наталья Зубаревич считает сверхцентрализацию управления. По мнению экономиста, беда не в том, что одни регионы щедро наделены ресурсами, а другие — нет, но в том, что управляют этими регионами очень своеобразно.

— Российская Федерация — страна с чудовищно неравномерно развитой налоговой базой. Это значит, что в одних регионах вы можете собрать какие-то налоги, и даже очень много, а в других — шиш, — напоминает Наталья Зубаревич.

А существующая система распределения бюджетных средств никак не способствует нивелированию этих объективных минусов.

Единственный честно распределяемый бюджетный трансферт, по ее мнению, — это дотация на выравнивание бюджетной обеспеченности. Но его доля в общей массе трансфертов, даже, увеличившись в последние кризисные годы не превышает 35-37%. Зато все оставшиеся бюджетные средства распределяются по принципу: кого люблю — тому деньги и даю.

И такой подход приводил к тому, что например на 80% дотационная Чечня в иные годы по душевым доходам ее бюджета была выше среднероссийского уровня. Так же было и с Ингушетией, а сейчас появился новичок-чемпион среди самых крупных получателей трансфертов.

Это Крым вместе с Севастополем, который только в этом году получит 90 млрд рублей из 1,5 трлн рублей трансфертов, предназначенных к распределению. Второе место занимает Дагестан, третье место стабильно держит либо Чечня, либо Якутия.

Вообще крымское направление — это суперприоритет государственной региональной политики. Причем логика правительства зачастую труднообъяснима, говорит эксперт и подтверждает свою мысль цифрами.

К примеру, если взять за 100% все инвестиции в РФ за 2017 год (точнее, за 3 квартала, так как данных за 4 квартал еще нет), а инвестиции обычно вкладывает не государство, а бизнес, то картина выглядит следующим образом: 17% всех инвестиций получили добывающие Ханты-Мансийский округ, ЯНАО и Тюменская область, 11,5% — Москва, вся Сибирь — 9,4%, а весь Дальний Восток — 7,5%.

— Доля Крыма, если точно помню цифру, около 6%. То есть мы на Крым тратим столько же, сколько практически на весь Дальний Восток. Разница только в том, что в крымских инвестициях 80% — это деньги бюджета, а не бизнеса, — подчеркивает Наталья Зубаревич. -

Вообще критическая проблема межбюджетных отношений в их фантастической непрозрачности. Как принимаются многие решения, мы можем только догадываться, и это колоссально дестимулирует. Зачем бегать, зачем развиваться, если ты пошел в нужный кабинет, поплакался, и лопаточка с деньгами повернулась в твою сторону?

Особенно болезненно в регионах отзываются перекосы в межбюджетных отношениях в период кризиса. Кризис ведь никуда не делся, просто стабилизировался, поэтому для того же бизнеса растет доля неопределенности: куда идти и что развивать. В такие сложные моменты и проверяется качество госуправления.

При этом, по словам экономиста, дела во многих регионах реально плохи: бюджеты очень маленькие, ни на что толком их не хватает. Денег на развитие в большинстве регионов нет, только на выполнение социальных обязательств, число которых, щедро делегированных центром регионам, все растет, и высок риск, что еще вырастет.

И в этих и без того непростых условиях федеральный центр меняет правила игры.

— В Российской Федерации еще не был ни один губернатор наказан за плохие социально-экономические бюджетные показатели. Правило работы с губернаторами: у тебя в регионе должно быть всё тихо, чтобы люди не шебуршились, у тебя не должно быть элитных конфликтов сильных, ты должен выполнять все указы сверху, правильно по ним отчитываться. Еще один пункт — правильный результат на выборах, — подчеркивает экономист.

До последнего времени это была азбука губернаторов от "а" до "я". Но что-то сломалось и в этой системе, и те губернаторы, которые, казалось бы, всё выполняли, вдруг оказались уголовно наказуемы. То есть налицо изменение правил игры.

— Поскольку экономический рост не очень, поскольку социальное напряжение всё же подрастает, должны быть козлы отпущения. И этими козлами отпущения в большей мере становятся не только мэры, которых, честно говоря, сажают пачками, но и губернаторы, и федеральные министры, — уверена Наталья Зубаревич.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > amurmedia.ru, 2 февраля 2018 > № 2492901 Наталья Зубаревич


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 2 февраля 2018 > № 2486183 Сергей Островский

«Агросоюз» борется за каждого клиента»

Предправления банка «Агросоюз» рассказал, как выжить на рынке, который покидают крупнейшие игроки

Игорь Ветров

«Газета.Ru» поговорила с Сергеем Островским, председателем правления банка «Агросоюз», который входит в топ-200 и при этом ориентируется на работу с корпоративными клиентами, то есть, в его случае, с предприятиями малого и среднего бизнеса и при этом активно привлекает депозиты населения. В начале января появилась информация, что банк прекратил прием вкладов. С этой истории мы и начали разговор.

- Сегодня любые новости о проблемах в банках вызывают серьезный резонанс. Многие СМИ и телеграмм-каналы сообщают, что «Агросоюз» с января этого года прекратил принимать вклады населения. Что случилось?

- Начнем с того, что «Агросоюз» принимает вклады населения, в этом хоть сейчас может убедиться любой наш клиент, кстати, и вы тоже. В первый рабочий день года при изменении ставок депозитов проходила перенастройка ИТ-системы, и банк не работал на прием вкладов ровно полтора часа. Видимо, ваши коллеги за праздники так изголодались по новостям, что увидели сенсацию на пустом месте.

- 2017 год стал достаточно напряженным для банковской сферы. Экономика страны так и не смогла перейти в фазу активного роста, крупнейшие банки подверглись процедуре санации. А какие события стали ключевыми для Вас, как руководителя банка «средней руки»?

- Санация крупнейших банков действительно затронула не только банковский сектор, но и экономику в целом. Опираясь на личный опыт и практику этого года, я считаю, что этот процесс больно ударил по предприятиям малого и среднего бизнеса. Ведь они остались без кредитов, на которые могли рассчитывать, без операционно-кассового обслуживания, в некоторых случаях фактически были вынуждены приостановить свою деятельность. Другие крупные игроки в банковской сфере в процессе санации на первых порах «перехватывали» крупных клиентов, малый же и средний бизнес оказался брошенным.

В сложившейся ситуации мы увидели задачу – оказать помощь, взять «под крыло» те предприятия, которые в этом остро нуждались. А учитывая, что уже несколько лет нашим профилем являются корпоративные клиенты, мы можем предложить им достойные условия для сотрудничества и комфортное обслуживание.

Естественно, на банки, которые непосредственно встроены в систему обеспечения бесперебойного функционирования нашей экономики, влияет и санация, и затянувшийся кризис, и отсутствие поддержки государства. Могу предположить, что 2018-й мало чем будет отличаться от предыдущих нескольких лет. Будет происходить консолидация бизнеса и банков, многие будут уходить с рынка, Центробанк продолжит оздоровление банковского сектора. Для улучшения экономической ситуации нужна четкая государственная политика в отношении определенных отраслей и отечественных производителей (что с учетом санкций вполне логично). Поднимают же сельское хозяйство – достойный пример!

- Прошлый год был также отмечен рекордно низкой инфляцией и системной политикой регулятора по снижению среднего уровня процентных ставок по депозитам физических лиц в коммерческих банках. Чем отличается работа в условиях сравнительно дешевых денег от модели, которая была популярна ранее: дорогие пассивы и дорогие кредиты?

- В условиях дорогих ресурсов, и как следствие, дорогих кредитов, банк формирует для себя некую минимальную разницу между этими позициями. Точно также и в условиях более дешевого привлечения и более дешевого размещения, речь идет об этой разнице.

Цель и в тех, и в других условиях одинакова – сохранение маржи. Разница в том, что в условиях более дешевых ресурсов, повышается доступность кредитов, а значит и их востребованность. Банку это тоже выгодно, он зарабатывает за счет объема.

Например, в течение 2017 года банк, сохраняя уровень достаточной ликвидности, уменьшил объем портфеля ценных бумаг (как низкодоходных активов) на 600 млн.руб., в то же время увеличив кредитный портфель на 800 млн.руб. Политика государства по снижению ключевой ставки бесспорно действенна при условии, что и банки оперативно реагируют, снижая ставки привлечения и кредитования, гармонизируя процесс, при сохранении уровня процентной маржи.

- В таком случае, почему же «Агросоюз», как вы говорите, делает ставку на корпоративных клиентов, а не физических лиц, которых значительно больше?

- Изначально наш банк был розничным, но в 2015 году было принято решение изменить стратегию. Ориентация на корпоративных клиентов отвечает нашей стратегии по поддержке сегмента малого и среднего бизнеса. Пусть это будут слишком громкие слова, но мне важно работать не только для себя, но и для экономики страны в целом. А без роста малых и средних предприятий не будет развития ни в банковской сфере, ни в российской экономике.

Да и с практической стороны, обслуживание большого количества клиентов-физлиц требует значительных вложений в банковскую инфраструктуру.

Ранее у «Агросоюза» существовала развернутая сеть в регионах. Это, безусловно, положительно сказывалось на нашем имидже, поскольку развитая сеть говорит об устойчивости бизнеса и диверсификации рисков. Если по каким-то причинам в том или ином регионе показатели эффективности падают, в другом – обязательно растут. Но после тщательного мониторинга оказалось, что многие отделения малоэффективны. И одним из кардинальных решений было закрытие нерентабельных офисов. Конечно, мы не имели права оставить уже существующих клиентов без поддержки, поэтому сохранили часть операционных офисов во всех регионах присутствия, чтобы выполнять свои обязательства перед ними – возможности пополнения вкладов или выдачи средств по ним. К тому же мы работаем с «корпоративными физиками» – сотрудниками компаний, являющихся нашими клиентами, предлагая услуги потребительского кредитования или зарплатные проекты.

Мы не отказываемся от региональной сети, но к выбору регионов присутствия мы относимся очень внимательно, в соответствии с нашей корпоративной стратегией.

Проводим анализ показателей экономического роста края или области, ориентируясь на развитие качественной клиентской базы, и опираясь на предприятия с устойчивым экономическим положением. В наших приоритетных задачах – расширение сети присутствия в городах-миллионниках и регионах с устойчивым экономическим развитием и перспективами. В прошлом году, к примеру, операционные офисы были открыты в Казани и Королеве, в наступившем будем ориентироваться на Ростов и Краснодар.

- А в чем вы видите потенциал предприятий малого и среднего бизнеса именно сейчас, когда они переживают совсем не лучшие времена?

- Крупные предприятия не в силах обеспечить потребности всей страны, да и не будет, например, «Газпром» открывать парикмахерскую. Просто создайте возможность и стимулы работать, люди этого хотят и, поверьте, умеют. Средний и малый бизнес прошел путь серьезной трансформации. Сегодня им руководят молодые люди, начиная с 23 лет. Сами предприятия молодеют – становятся современными, технологичными, быстрыми. Они теперь задают тренды, и мы должны им соответствовать. Сейчас же никого не удивишь интернет-банкингом, это привычная удобная вещь, но как-то раньше и в голову никому не приходило. Теперь на очереди у нас разработка облачных сервисов-консультантов по финансовому учету и отчетности. В принципе с их помощью можно заменить в предприятии бухгалтера и юриста. Но это не главное.

Именно в ситуации низкого или отрицательного экономического роста малый и средний бизнес особенно требует привлечения средств в развитие, которые и могут предоставить банки.

В рамках нашей философии, и в нынешних экономических реалиях, мы предлагаем клиентам различные кредитные линии, в том числе с использованием гарантий территориальных фондов поддержки малого предпринимательства.

- «Агросоюз» является партнером Конкурса «Регионы – устойчивое развитие». Это тоже следование философии?

- Само собой, быть партнером своеобразного конкурса талантов в сфере предпринимательства для нас и прибыльно, и почетно. В рамках совместной программы с Конкурсом «Регионы – устойчивое развитие», где мы являемся членами Попечительского совета, Банк участвует в реализации проектов от различных субъектов РФ. Два раза в год производятся экспертизы проектов, собранных по всей России, около 10% из них получают одобрение, за которым следует их реализация.

Как правило, Сбербанк проводит основное финансирование проекта, а «Агросоюз» осуществляет кредитование субподрядчиков одобренных проектов и их расчетно-кассовое обслуживание.

Иными словами, мы обеспечиваем контроль за использованием выделенных средств, бесперебойность работы субподрядчиков и в то же время удобство обслуживания, так как все операции проекта проводятся через один банк. Это обеспечивает в том числе прозрачность конкурсного процесса. В качестве примера можно привести реализацию проекта по строительству электроподстанции в ленинградской области в 2017 году.

- А в повседневной работе, конкурировать со Сбербанком или другими мейджорами, разве не бесполезно?

- Понятно, что за такими гигантами имидж и репутация, гарантии и стабильность, а также серьезные финансовые возможности. Но «Агросоюзу» есть, что к этому добавить. Для нас клиентоориентированность – не пустой звук, а жизненная необходимость. Клиенты к нам не стоят в очереди, за каждого из них мы боремся и каждым дорожим. Мы предлагаем оперативность в рассмотрении кредитных заявок. Просто цифры: наши 5 рабочих дней против нескольких месяцев, в течение которых бумаги перемещаются по бюрократической системе крупных банков. Разница, согласитесь, существенная, и такие кредиты востребованы клиентами. Причем решение – одобрение или отказ, мы можем вынести в течение одного рабочего дня, остальные займет оформление документов.

Также мы проповедуем гибкость политики и идем навстречу пожеланиям клиента.

Например, при рассмотрении кредитных заявок, мы клиента консультируем, структурируем сделку таким образом, чтобы она была удобна и выгодна клиенту, и сочеталась с возможностями банка. Мы готовы консультировать, в частности, по линии финансового мониторинга, чтобы ему было легче, надежнее и безопаснее ориентироваться в связях с контрагентами. В своей повседневной работе мы стараемся быть комфортным и удобным банком для клиента. Мне бы хотелось, чтобы клиент видел в нас партнера, которому можно доверять.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 2 февраля 2018 > № 2486183 Сергей Островский


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 2 февраля 2018 > № 2480630

Во сколько Крым обходится России

Александр Аликин, EurasiaNet, США

Прямые расходы России на содержание Крыма составляют по меньшей мере в 128,7 миллиарда рублей в год (около 2,3 миллиарда долларов). При этом оценки аналитиков по поводу косвенных потерь варьируются от 10 миллиарда долларов до 50 миллиарда долларов в год.

В ближайшие годы размер прямой финансовой помощи Москвы полуострову будет только расти. Крым станет одной из самых дотационных территорий, а потенциала для заработка денег своими силами у него нет.

Прямые расходы

Крым ежегодно получает безвозмездные поступления — дотации, субсидии и субвенции из федерального бюджета России. Республика Крым в 2015-2017 годах, согласно данным регионального Минфина и портала «Открытый бюджет республики Крым», фактически потратила из этих поступлений 254,5 миллиарда рублей. Севастополь — 43 миллиарда. Весь полуостров, таким образом, израсходовал за три года 297,5 миллиарда. В 2014 году, после присоединения Крыма к России, Москва выделяла 10,7 миллиарда и 2,4 миллиарда республике Крым и Севастополю соответственно — в виде дотаций на «поддержку мер по обеспечению сбалансированности бюджетов».

Общие прямые переводы из России в Крым, таким образом, составили 310,6 миллиардов рублей. Отметим, что финансовая помощь Москвы в составе доходной части бюджетов республики Крым и Севастополя составляет более 60-70%. К 2020 году этот показатель вырастет до 79% в республике и до 65% в Севастополе.

Помимо бюджетов регионов Крыма, существует еще федеральная программа «Социально-экономическое развитие республики Крым и города Севастополя». За счет средств программы финансируются проекты в рамках бюджетов республики Крым и Севастополя, но по некоторым проектам программы деньги расходуются через структуры, не связанные с властями полуострова. Например, строительство моста через Керченский пролив ведется по ФЦП, однако компания «Стройгазмонтаж» Аркадия Ротенберга, которая строит этот объект, получает деньги не от крымских властей, а от структуры Росавтодора в Краснодарском крае (Упрдор «Тамань»). Вероятно, есть и другие проекты, расходы по которым проходят мимо крымской казны.

Согласно данным сайта госзакупок, на мост через Керченский пролив в 2015 — 2017 годах потрачено 172,1 миллиарда рублей, не считая расходов по множеству менее крупных контрактов, сопровождающих этот проект. Вместе с уже подсчитанными бюджетными расходами (310,6 миллиарда) общая сумма денег, которые Россия направила на развитие Крыма, таким образом, составляет 482,7 миллиарда рублей.

Отметим, 482,7 миллиарда рублей за 45 месяцев (с апреля 2014 по декабрь 2017 года) — это 10,7 миллиарда в месяц, или 128,7 миллиарда в год. Результат данных расчетов сопоставим с оценкой бывшего министра финансов России и бывшего первого зампреда Центробанка Сергея Алексашенко: Крым обходится России в 150 — 200 миллиарда рублей ежегодно, заявлял он весной 2017 года. Похожую оценку (200 миллиарда рублей в год) в конце 2015 года давал бывший министр финансов РФ Алексей Кудрин.

Учитывая, что объем поддержки регионов из федерального бюджета РФ составлял в 2017 году 612,8 миллиарда рублей, получается, что Крым съедал как минимум каждый пятый рубль (или 21%) из этой сумму.

В дополнение к этому Россия несет значительные дополнительные прямые расходы на содержание Крыма, которые спрятаны в закрытых статьях бюджета. Например, республика Крым в своем бюджете на 2018-2020 годы заложила лишь 0,4% на расходы на оборону, безопасность и правоохранительную деятельность, фактически полностью переложив их на плечи Москвы. Между тем, траты федерального бюджета РФ на эти цели весьма высоки: 29% расходов в 2018-2020 годах.

Косвенные потери

Помимо непосредственных расходов на содержание Крыма, многие эксперты указывают на косвенные потери России. Алексей Кудрин весной 2015 года прогнозировал, что в ближайшие 3-4 года размер таких опосредованных потерь для России составит 150 — 200 миллиарда долларов (8,3 — 11,1 триллиона рублей по нынешнему курсу). «Косвенные потери, такие как бегство капитала…» — пояснял он без дополнительных примеров. Президент Американского совета по внешней политике Илан Берман считает, что потери составляют 10 миллиардов долларов в год. Однако авторы не объяснили, каким методом подсчитывались указанные цифры.

Многие специалисты делали оценки потерь России от санкций США и Евросоюза. Так, специальный докладчик Совета ООН по правам человека Идрис Джейзари, который занимается вопросами негативного влияния односторонних принудительных мер, в апреле 2017 года оценивал потери России в 52 — 55 миллиардов долларов за три года.

Однако, не все санкции связаны исключительно с присоединением Крыма к России. В частности, существует мнение, что война санкций началась до событий в Крыму. «Еще не был решен вопрос, что случится с [бывшим президентом Виктором] Януковичем на Украине, — там майдан стоял, — а уже были определенные санкции в отношении Олимпиады в Сочи», — заявлял в конце 2017 года глава Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов.

Если считать санкции и экономические последствия в России вытекающими из событий в Крыму 2014 года, то некоторым наблюдателям цена присоединения полуострова представляется несоразмерно большой. Глава движения «Союз правых сил» Леонид Гозман говорил в конце 2017 года: «…[Становится] все больше и больше людей, которые понимают, что мы уж очень дорого за это платим, что цена совершенно чудовищная».

В ближайшие годы стоимость содержания Крыма для России будет только расти. Согласно данным Минфина республики Крым, с 2017 по 2020 год ежегодный размер безвозмездных поступлений из федерального бюджета вырастет со 107 миллиардов до 150,3 миллиарда рублей. В Севастополе размер помощи Москвы вырастет за этот период с 18,5 миллиарда до 26,4 миллиарда в год. По-видимому, российскому бюджету придется и дальше изыскивать средства на финансирование полуострова. Внутренних источников для покрытия потребностей у Крыма практически нет.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 2 февраля 2018 > № 2480630


Россия > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 2 февраля 2018 > № 2480625 Михаил Горбачев

Запись беседы Михаила Горбачева с Джеймсом Бейкером от 9 февраля 1990 года

Документы о расширении НАТО: эпоха Горбачева

National Security Archive, США

Михаил Горбачев: В начале этой части нашего разговора я хотел бы добавить пару слов к тому, что было сказано об общеевропейской встрече в 1990 году.

Судя по многочисленным признакам, ситуация в Европе выходит из-под нашего контроля. Именно поэтому данная встреча на высшем уровне поможет направить процессы в нужное русло. Эти события, если им помогут принять демократическую форму, могут принести благоприятный результат для Запада и Востока.

Меня посетила мысль: наше предсказание о том, что мир изменится, причем кардинально и во многих областях, оказалось верно. Так совпало, что отношения между двумя наиболее мощными и влиятельными странами находятся в благоприятной фазе. Это важно для настоящего и будущего.

Мы все еще можем сделать многое прямо сейчас, потом будет сложнее. Я уже говорил, что наши страны «обречены» на сотрудничество. Мы должны обеспечить стабильность этого сотрудничества. Между нами нет непреодолимых конфликтов. Мы должны стремиться рассматривать существующие конфликты в рамках сотрудничества.

Теперь хотелось бы сказать несколько слов о пленуме и ситуации в нашей стране.

Джеймс Бейкер: Да, было бы весьма интересно послушать.

Горбачев: Кроме того, мы могли бы обменяться мнениями по вопросам Германии и Афганистана. Если бы вы хотели обсудить что-то еще в этом ключе, возражений у меня нет. Возможно, мы также обсудим Центральную Америку.

Пленум был очень важен для нас. Мы вышли на такой этап перестройки, когда нужно дать ответы на многие вопросы. Позиции начинают кристаллизоваться в обществе, движения стали заметны, и идет серьезная перестройка. Понять все это не так просто…

Давление на центр идет как с правой, так и с левой стороны, причем с разными целями. Мы пришли к выводу том, что экономические реформы необходимо ускорить.

Перед нами возникла проблема создания механизма, который позволил бы [нам] более строго регулировать денежный доход. Мы пришли к выводу, что избежать реформирования [системы] ценообразования нельзя. Придется принять некоторые непопулярные меры.

Для этого нам нужно перегруппировать силы, особенно в высших эшелонах. Необходим более мощный механизм реализации решений. В связи с этим возник вопрос о создании института президентской власти и расширении ресурсов правительства. Это обусловлено необходимостью держать ситуацию под контролем.

Нужно оперативно принимать законы, касающиеся разграничения полномочий между республиками и Союзом — законы, призванные расширять полномочия и права Союза. К 4 марта избирательный процесс и формирование государственных органов будут практически завершены. Новые государственные органы должны иметь правовую основу для функционирования. Что касается отношений между республиками и центром, то речь идет о перестройке нашей федерации. Существует большое разнообразие подходов к вопросу реформирования нашей федерации. Надо сказать, что здесь мы немного отстали, а решения наши не поспевают за развитием событий. Многое предстоит сделать. Решение всех этих вопросов заключается в той платформе, что мы приняли на пленуме.

Существует множество споров вокруг вопроса о новой роли партии. Этот вопрос спровоцировал накал страстей, что вполне понятно. В своей прежней роли партия являлась основой структуры управления. И это не просто институты, речь идет о реальных живых людях. Именно поэтому процесс перестройки власти в пользу советов и экономических органов и возвращения партии к своей роли политической организации протекает так болезненно. Заявление о том, что партия отказывается от своей монополии на власть и получит свое право в рамках демократического процесса, вместо того, чтобы закрепиться в Конституции, не все восприняли легко. Но в целом мы такой подход одобрили.

Бейкер: Будет ли отменена 6-ая статья Конституции? (6-я статья Конституции СССР 1977 года закрепляла руководящую роль КПСС в политической системе страны — прим. ред.)

Горбачев: Это не является прерогативой пленума. Однако мы решили, что партия выступит с законодательной инициативой по пересмотру этой статьи.

Столь же бурными стали дискуссии о реформировании отношений производства и имущественные вопросы. Это очень важные звенья в процессе перестройки. По итогам обсуждения пленум подтвердил и радикализировал наш подход к этому аспекту перестройки. Также было принято постановление о переносе сроков проведения съезда партии. Имеют место перестройка и обновление власти.

Меня спросили, что станется с моими должностями в партии и правительстве. Отвечаю: по большому счету я выступаю за разделение этих должностей, но не прямо сейчас. Пойди мы на этот шаг немедленно, образуются два центра власти. Это не усилит, а ослабит процесс перестройки. Даже с появлением на арене новых политических организаций, КПСС останется главным источником влияния. На данный момент определенная логика в объединении двух должностей есть.

В ближайшее время начнется необычная работа над идеей создания президентской власти. Я не знаю, как все пройдет. Вполне вероятно, снова накалятся страсти. Однако настроение в обществе для такого решения благоприятно.

Сейчас мы переживаем критический момент в плане экономической ситуации и этнических отношений.

В связи с этим хотелось бы сказать, что я должным образом ценю позицию президента и вашу позицию в отношении процессов, происходящих в нашей стране, вашу позицию в поддержку перестройки. Считаю это очень важным.

Бейкер: Благодарю вас за это краткое, но всеобъемлющее резюме.

Я уже говорил господину Шеварднадзе, что мы заняли твердую позицию в поддержку перестройки и ваших усилий. В своей политике мы стремимся помочь вам. В частности, делаем все возможное для того, чтобы обеспечить стабильные международные условия для осуществления ваших планов. Мы надеемся, что вашей внутренней политике и впредь будут способствовать свидетельства продуктивного развития советско-американских отношений, достижения сторонами важных договоренностей в сфере сокращения и ограничения вооружений. Вы, наверное, знаете, что, хотя в течение первых четырех-пяти месяцев наша администрация была не особо расторопна в данном контексте, сейчас мы не только готовы, но и полны решимости способствовать процессу ограничения вооружений.

Предложения, с которыми мы прибыли в Москву, — прекрасное тому подтверждение. Я сказал вашему министру, что в условиях глубоких и быстрых перемен в мире существует опасность того, что мы можем отстать от событий, а наши усилия обесценятся, если мы не станем действовать решительно.

Горбачев: Согласен с вами.

Бейкер: Позвольте сказать несколько слов по поводу экономики.

Один аспект очень меня беспокоит, и я говорил об этом почти год назад, когда разговаривал с вашим министром. Экономика может быть либо централизованно управляемой, либо рыночной. Не существует какой-либо третьей эффективно функционирующей системы.

В связи с этим важен тот факт, что вы решили создать новую систему ценообразования. Рад слышать об этом решении. Тем не менее, прийти к этой системе будет нелегко. Прежде чем она будет реализована, необходимо предпринять определенные шаги. По крайней мере, два. Первый заключается в ликвидации избыточной денежной массы. Это можно сделать различными путями. Насколько я понимаю, вы уже приступили к реализации ряда мер, таких как продажа квартир физическим лицам. Мне известно, что вы рассматриваете варианты девальвации, выпуска облигаций, обеспеченных золотом, и так далее. Думаю, все это должно быть сделано до введения новой системы ценообразования. В противном случае вы рискуете столкнуться с тысячепроцентной инфляцией.

И второе: прежде чем вводить новую ценовую систему, необходимо создать социальный механизм, который обеспечил бы защиту интересов беднейших слоев общества.

Эти шаги уменьшат — хотя полностью и не устранят — недовольство населения из-за ценовой реформы.

Не хочу читать лекции, но иногда во мне просыпается министр финансов, я занимал эту должность некоторое время назад. Так что вот вам мой бесплатный совет; надеюсь, он что-то для вас значит.

Коротко говоря, мы хотим, чтобы ваши усилия обернулись успехом. И если где-то в ходе событий вы почувствуете, что Соединенные Штаты делают что-то нежелательное для вас, без раздумий позвоните и поставьте нас в известность.

[…]

Бейкер: […] Сегодня утром я подробно обсудил вопрос Германии с министром Шеварднадзе. Хотелось бы услышать ваши мысли по этому поводу.

Горбачев: А мне бы хотелось узнать ваше мнение.

Бейкер: Во-первых, этот процесс идет гораздо быстрее, чем кто-либо мог ожидать в прошлом году, даже в декабре. На прошлой неделе я встречался с министрами иностранных дел Великобритании, Франции и ФРГ. Все они придерживаются такого мнения.

18 марта население ГДР проголосует на выборах. Подавляющее большинство выскажется в пользу объединения, и они выберут лидеров, которые поддержат идею объединения Германии. Вскоре два германских государства начнут обсуждение внутренних аспектов объединения, таких как объединение правительств, парламентов, общий капитал, общая валюта, экономический союза. Все это происходит де-факто.

Опасения Советского Союза мне хорошо известны, я говорил об этом с министром. В то же время мы считаем ваше недавнее заявление, а также выступление Шеварднадзе в Брюсселе в декабре прошлого года, выражением вашего понимания неизбежности объединения. Самое главное заключается в том, чтобы этот процесс проходил в стабильных условиях и обеспечивал перспективу стабильности. Мы считаем, что для этого необходимы определенные рамки и механизм решения вопросов, связанных с внешними аспектами объединения. В то же время к созданию такого механизма нужно подходить очень осторожно, чтобы не вызвать вспышку национализма среди немцев. Его создание должно начаться после того, как две Германии начнут обсуждать внутренние аспекты объединения.

С французами и немцами мы инициировали предварительное обсуждение возможности создания механизма «два плюс четыре», однако на соглашение пока не нацеливаемся.

Горбачев: Я хотел спросить вас, что вы думаете о вероятности механизма «четыре плюс два»?

Бейкер: Думаю, механизм «два плюс четыре» лучше. Я объяснил господину Шеварднадзе, почему, на наш взгляд, четырехсторонний подход работать не будет. Думаю, идею использования процесса СБСЕ также трудно реализовать из-за громоздкости последнего. Хотел бы также отметить, что со стороны ФРГ не поступало подтверждения согласия немцев на подход «два плюс четыре».

Само собой разумеется, при разработке подхода к внешним аспектам объединения необходимо в определенной степени учитывать интересы соседних с Германией стран. Поэтому вполне возможно, что форум СБСЕ можно будет использовать для ратификации соглашений, разработанных в рамках механизма «два плюс четыре».

Мы сражались вместе с вами, вместе мы принесли мир в Европу. К сожалению, мы тогда плохо справились с этим миром, что привело к холодной войне. Тогда мы не смогли сотрудничать. Сейчас, на фоне происходящих в Европе быстрых и фундаментальных изменений, у нас есть благоприятная возможность для сотрудничества в интересах сохранения мира. Я очень хочу, чтобы вы знали: ни президент, ни я не намерены извлекать односторонних преимуществ из происходящих процессов.

Хотелось бы озвучить некоторые другие детали. В действительности мы не выступаем за нейтралитет Германии. Западные немцы также не считают такое решение удовлетворительным. Хотелось бы объяснить, почему.

Нейтралитет Германии не означает, что она не станет милитаристской. Напротив, она вполне может решить создать собственный ядерный потенциал вместо того, чтобы полагаться на американские силы ядерного сдерживания. Все наши западноевропейские союзники и ряд восточноевропейских стран сообщили, что хотят сохранения военного присутствия Соединенных Штатов в Европе. Не знаю, поддерживаете ли такую возможность вы. Но хотелось бы вас заверить, что как только наши союзники заявят, что они против нашего присутствия, мы отзовем войска домой.

Эдуард Шеварднадзе: Не знаю как другие ваши союзники, но единая Германия вполне может этого потребовать.

Бейкер: Если это произойдет, наши войска вернутся домой. Мы покинем любую страну, которая не желает нашего присутствия. Американский народ всегда имел в этом плане сильную позицию. Однако если нынешнее западногерманское руководство окажется во главе единой Германии, они, согласно их собственным утверждениям, будут против нашего ухода.

И последнее замечание. НАТО — механизм обеспечения присутствия США в Европе. Если НАТО будет ликвидирована, такого механизма в Европе не станет. Мы понимаем, что не только для Советского Союза, но и для других европейских стран важно иметь гарантии того, что если Соединенные Штаты сохранят свое присутствие в Германии в рамках НАТО, нынешняя военная юрисдикция НАТО ни на дюйм не станет распространяться в восточном направлении.

Мы полагаем, что консультации и обсуждения в рамках механизма «два плюс четыре» должны стать гарантиями того, что объединение Германии не приведет к распространению военной организации НАТО на восток.

Таковы наши соображения. Возможно, есть и лучший путь. А пока что мы не получили согласия немцев на такой подход. Я объяснил это Геншеру, и он сказал, что все обдумает. Что касается [министра иностранных дел Франции Роланда] Дюма, ему идея понравилась. Теперь я рассказал об этом подходе и вам. Повторюсь: быть может, можно создать что-то лучше, но пока нам это не удалось.

Горбачев: Хочу сказать, что в целом мы такой образ мышления разделяем. Действительно, процесс начался и идет полным ходом. И мы должны попытаться приспособиться к новой реальности. Необходим механизм, который способствовал бы стабильности в Европе — очень важном центре мировой политики — в контексте сохранения спокойствия. Конечно, в этой ситуации наши подходы несколько отличаются, в этом нет ничего страшного. Самое главное — не подходить к этой ситуации в чересчур упрощенной манере.

Прежде всего, мы хотим, чтобы ситуация в Европе улучшилась. Нельзя допустить ее ухудшения в результате происходящего. Нужно думать о том, как действовать в условиях новой реальности. Возникает вопрос: какой будет эта Германия? Каковы будут ее действия в Европе и мире? Как мы видим, эти фундаментальные вопросы по-разному воспринимаются, скажем, в Париже, Лондоне, Варшаве, Праге, Будапеште.

Бейкер: Я это понял.

Горбачев: Вчера я говорил по телефону с Ярузельским. Он знает, что вы сейчас находитесь в Москве; как и то, что завтра прибудут Коль и Геншер. Учитывая это, Ярузельский высказал свое мнение по ряду вопросов, в частности, по Германии. А Германия — более чем существенный вопрос для поляка! Он считает, что по данной проблеме следует поддерживать контакты и устраивать консультации. Он высказал мнение о том, что присутствие американских и советских войск в Европе является элементом стабильности.

В Чехословакии и Австрии есть опасения, что единая Германия обретет полномочия, с помощью которых станет претендовать на границы 1938 года — Судетскую область, Австрию. Сегодня такие претензии, естественно, не озвучиваются. Но что будет завтра? А во Франции и Великобритании возникает вопрос: останутся ли они главными игроками в Европе? Словом, нам в этой ситуации легче благодаря размерам и роли наших стран. Коль и его команда разговаривают с нами с полным осознанием того, что все это означает.

Бейкер: Согласен.

Горбачев: Таким образом, необходимо действовать деликатно и взвешенно, понимая национальные чувства народа и не мешая им, а стремясь направить процесс в правильное русло. Что касается механизма «четыре плюс два» или «два плюс четыре», который опирался бы на международно-правовую базу и предоставлял бы возможность консультироваться друг с другом и оценивать ситуацию, быть может, после обмена мнениями нам стоит продолжить консультации с нашими партнерами на Западе и Востоке; вы — как считаете нужным, а мы — соответственно. Это еще не означает, что между нами достигнуто соглашение, но мы должны продолжать стремиться к нему. Вы сказали, что ФРГ не выразила согласия с этим подходом. Что касается Модрова, то, судя по нашим с ним переговорам он, похоже, такой подход поддержит. Завтра мы можем спросить Коля, что думает об этом он.

Бейкер: Было бы замечательно. Но я хотел бы высказать одно предостережение.

Даже если у нас есть шанс убедить немцев поддержать подход «два плюс четыре», делать это нужно не раньше 18 марта, не раньше самоопределения ГДР и не раньше того, как они начнут обсуждать внутренние аспекты объединения. В противном случае они скажут, что давление со стороны Четырех Держав неприемлемо, а объединение — вопрос исключительно немецкий. Согласно нашему подходу, внутренние аспекты объединения действительно являются проблемой двух Германий. Однако внешние аспекты должны обсуждаться с учетом интересов безопасности их соседей; для них они должны быть приемлемы. Кроме того, мы должны обсудить статус Берлина. Если мы подойдем к этому вопросу таким образом, велики шансы, что немцы согласятся с предложенным механизмом.

Должен еще раз признать, что я вообще не обсуждал это с канцлером, а Геншер своего ответа пока не дал. Он только сказал, что обдумает данный подход. Но, думаю, он его одобрит. Однако с канцлером дело обстоит иначе: он является одним из кандидатов на предстоящих выборах.

Горбачев: Это очень важный фактор, оставляющий свой отпечаток на ситуации.

Бейкер: Таковы причуды демократии. Ему придется действовать очень осторожно, чтобы не создать среди немцев впечатление, будто он перекладывает вопрос об объединении на чужие плечи.

Горбачев: Я хотел бы рассказать вам о симпозиуме, который недавно был организован Евангелической академией и в котором приняли участие представители всех партий и групп ФРГ и ГДР, за исключением партии Модрова. В результате обсуждения большинство участников высказались в пользу создания конфедерации. Представители ГДР подчеркнули, что экономическая конвергенция двух Германий не должна означать ликвидацию или колонизацию ГДР. Они не хотят, чтобы с ними разговаривали, как с маленькими детьми.

Второй вывод заключался в том, что объединение должно происходить только на территории современных ФРГ и ГДР с соблюдением существующих границ и сохранением обеими частями Германии членства в НАТО и Организации Варшавского договора.

В то же время возникли и разногласия. Некоторые представители ФРГ и ГДР высказались за превращение будущей Германии в нейтральное государство. Однако большинство представителей двух стран выступают за сохранение членства в двух союзах.

Самым удивительным стала речь [Вилли] Брандта. Он заявил, что никто не должен препятствовать самоопределению Германии, что немцы не должны ждать процесса СБСЕ, что общеевропейская конвергенция не должна предшествовать объединению Германии, а наоборот — объединение Германии должно произойти раньше. Он отверг идею о создании конфедерации и высказался в пользу федеративного немецкого государства. При этом западногерманская часть этой федерации должна оставаться в составе НАТО. Что касается бывшей ГДР, вопрос нуждается в дальнейшем рассмотрении.

Многие представители ФРГ раскритиковали Брандта за разжигание немецкого национализма и попытки обогнать даже Коля.

Очень интересным было выступление известного ученого Карла Фридриха фон Вайцзеккера (брата нынешнего президента ФРГ). По его словам, обострения немецкого национализма необходимо избегать по многим причинам, в том числе из-за вероятности возникновения волны национализма в Советском Союзе. Он понимает, что для советского человека значит напоминание о прошлой войне. Он также подчеркнул, что вспышка национализма в СССР может стать угрозой для перестройки. Чем больше немцев выступают за объединение, тем большее отношение к происходящему имеют их соседи. В Европе, подчеркнул Вайцзеккер, Освенцим до сих пор не забыт.

Писатель Гюнтер Грасс подчеркнул, что единство Германии всегда было благодатной почвой для шовинизма и антисемитизма. Обсуждались также экономические издержки объединения с приведением цифр: в ближайшие 8-10 лет цена объединения составит 50 миллиардов марок. Выступающие подчеркнули, что когда немцы узнают об этом, они трижды подумают, стоит ли того объединение.

Интересный калейдоскоп мнений. Я рассказал об этом подробно, поскольку считаю, что в конце концов мы не должны позволять себе попасть в волну эмоций, не должны поддаваться давлению и отходить от соображений и прогнозов о том, что все это может означать и как именно нужно направлять этот процесс. В обоих немецких государствах есть силы, которые видят опасность. Это важно. Прошу вас сообщить президенту, что мы хотим поддерживать с вами контакт, обмениваться информацией, а, при необходимости, и идеями по данной проблеме.

Бейкер: Всенепременно передам. Хочу, чтобы вы поняли: я не говорю, что мы должны поддаваться эмоциям, но думаю, что вскоре внутренняя интеграция Германии станет свершившимся фактом. В этих условиях наш долг перед людьми и во имя мира во всем мире — сделать все возможное для развития внешних механизмов обеспечения стабильности в Европе. Именно поэтому я и предложил данный механизм.

Что касается экономической цены объединения, то этот вопрос будет, скорее всего, обсуждаться в ходе избирательной кампании. Однако я думаю, людей захлестнут эмоции, стремление объединиться и быть вместе.

Хочу задать вам вопрос, но отвечать на него прямо сейчас необязательно. Предположим, объединение произошло. Что бы вы предпочли: единая Германия вне НАТО, абсолютно независимая и не имеющая на своей территории американских войск, или единая Германия, поддерживающая связи с НАТО, но при этом с гарантиями того, что юриспруденция и войска альянса не станут продвигаться на восток от нынешней границы?

Горбачев: Мы обдумаем это. Мы намерены обсудить все эти вопросы на уровне руководства. Само собой разумеется, что расширение зоны НАТО неприемлемо.

Бейкер: Полностью с вами согласен.

Горбачев: Вполне возможно, что в сложившейся сейчас ситуации присутствие американских войск может сыграть сдерживающую роль. Не исключено, что мы должны вместе подумать, как вы сказали, о том, что единая Германия может начать искать способы перевооружения и создания нового Вермахта, как это произошло после Версаля. Действительно, если Германия окажется вне европейских структур, история может повториться, так как это позволяет технологический и промышленный потенциал ФРГ. Если она будет существовать в рамках европейских структур, этот процесс можно будет предотвратить. Все это нужно продумать.

Многое из того, что вы сказали, представляется весьма реалистичным. Давайте подумаем. Сейчас сделать вывод невозможно. Вы знаете, что ГДР тесно связана с нами, а ФГР является нашим основным торговым партнером на Западе. Исторически Германия и Россия всегда были сильными партнерами. У нас обоих есть возможность повлиять на ситуацию. И мы могли бы использовать эти возможности при разработке рационального подхода, учитывающего интересы наших и других стран, а также при разработке соответствующего механизма. Мы не должны недооценивать эти возможности. Конечно, сейчас этот вопрос осложняется избирательными кампаниями и интенсивностью эмоций, подогревающих общество. Мы будем следить за ситуацией и думать о том, как лучше действовать.

[…]

Горбачев: Кстати говоря, касаемо торгово-экономического сотрудничества между нашими странами, хорошо, что сейчас обсуждаются некоторые масштабные проекты. Речь идет о сотрудничестве по использованию Байкало-Амурской магистрали, строительству волоконно-оптической линии связи, совместному строительству самолетов. Интересные планы. В случае их реализации наше сотрудничество выйдет на новый уровень. И здесь, похоже, в очередной раз возникнет проблема КОКОМа (Координационный комитет по экспортному контролю, контролировал экспорт в СССР и другие соцстраны — прим. ред.). Если же нет, то мы говорим о технологиях вчерашнего дня.

Бейкер: В данный момент мы анализируем правила КОКОМа. Мы намерены пересмотреть их, с тем чтобы, метафорически говоря, стены стали выше, а их самих было меньше. Но в то же время мы понимаем, какому давлению вы подвергаетесь за свою политику со стороны некоторых консерваторов.

Горбачев: Да, такова борьба за власть.

Бейкер: Вчера я сказал Эдуарду: в апреле, мае и июне прошлого года, когда я впервые начал говорить о нашем желании помочь перестройке и о доверии Горбачеву и Шеварднадзе, американские консерваторы прямо-таки обрушились на меня с критикой. Но сейчас, когда мы пересматриваем правила КОКОМа и обсуждаем возможность вашего участия в международных финансовых организациях, те же консерваторы говорят: зачем россияне отправляют МиГ-29 на Кубу? С точки зрения США Куба, конечно же, угрозы не представляет, чего не скажешь о некоторых малых демократических странах Центральной Америки. Кастро продолжает экспортировать революцию. Есть только один человек, которого он критикует чаще, чем Буша, и это Горбачев.

[…]

Россия > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 2 февраля 2018 > № 2480625 Михаил Горбачев


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > kursiv.kz, 1 февраля 2018 > № 2489996 Кайрат Келимбетов

Кайрат Келимбетов рассказал, сколько денег было потрачено на создание МФЦА

Динара ШУМАЕВА

С момента принятия решения о создании МФЦА до текущего дня из разных государственных источников было выделено порядка 6 млрд тенге. В 2018 году на развитие центра планируется потратить еще 20 млрд тенге. Управляющий МФЦА Кайрат Келимбетов считает, что эти суммы гораздо меньше, чем тратит в год правительство ОАЭ на Международный финансовый центр Дубаи (DIFC). Об этом он рассказал во время встречи с главными редакторами СМИ в Алматы.

Напомним, что с 1 января 2018 года Международный финансовый центр «Астана» (МФЦА) объявил об официальном запуске и начале регистрации компаний. Более подробно об этом здесь. Эксперты по-разному оценивают необходимость функционирования центра. Во время встречи с журналистами Кайрат Келимбетов ответил на некоторые вопросы.

- Кайрат Нематович, будут ли казахстанские брокеры освобождаться от налогов на площадке МФЦА?

- Есть такое понятие в Налоговом кодексе как «раздельный учет». Если вы как брокер осуществляете свою деятельность в рамках работы в МФЦА, где у вас есть какие-то доходы и вы зарегистрированы в МФЦА, то есть у вас есть соответствующая лицензия, то вы эти льготы (налоговые – ред. "Къ") получаете.

Если у вас есть другая деятельность, которая осуществляется в целом по Казахстану, то она под льготы не попадает.

- Вы начали работать с 1 января текущего года, уже есть какие-то заявки на регистрацию?

Да, до 20 заявок у нас уже есть, среди них есть местные и иностранные брокерские компании.

- А как долго вы рассматриваете заявки на регистрацию?

- По-разному. Мы только начали (смеется). Но в целом, я думаю, брокеров больше интересует, когда заработает рынок акций и облигаций. Рынок акций, мы ожидаем, что совсем по-серьезному заработает во второй половине этого года – это 3-4 квартал, когда фонд Самрук-Казына уже выйдет на IPO с пакетами своих компаний. Вы знаете, что в этом году по предварительным расчетам в конце 3 квартала выйдет Казахтелеком, в 4 квартале – Эйр Астана и Казатомпром.

Но это такой оптимистический взгляд. По пессимистическим оценкам мы думаем, что как минимум одна компания выйдет на IPO в этом году.

- Андеррайтерами и финансовыми консультантами этих компаний будут местные брокеры?

- Я думаю, нет. Эти компании уже объявили конкурс, как правило, идет пара – международный и местный брокеры. Для того, чтобы работать нужно получить соответствующее разрешение у нас, мы уже по этому поводу ведем переговоры.

Вообще со стороны брокерского сообщества наблюдается большой интерес.

Например, у нас был день инвестора в Шанхае, и нашего заместителя председателя правления биржи МФЦА Амину Тургулову буквально осадили все брокеры – очень большой интерес к нам, придут ведущие азиатские банкиры. Мы ожидаем, что будет большой интерес и других брокеров.

- Правильно ли мы понимаем, что крупная международная инвестиционная компания, например, Goldman Sachs, зарегистрировавшись в МФЦА, имеет право предлагать своим клиентам, которых тысячи и миллионы – акции казахстанский компаний?

- Да, совершенно верно. Поэтому я хотел бы вернуться к вопросу – зачем помимо KASE нужна биржа МФЦА?

Я все-таки имею непосредственное отношение к этому, два года работал в Центральном банке. Мы активно занимались и реформированием, и привлечением инвесторов на KASE. Основной недостаток KASE в том, что такого безрискового доступа мировых инвесторов к нашим бумагам нет. По разным причинам, не будем их обсуждать – можно долго говорить, что он есть, что он почти есть или он есть в теории, но по факту его нет.

Если какой-то инвестор проснется в Бостоне или Нью-Йорке и захочет прикупить казахстанских бумаг, он не сможет это сделать ни технически, ни с точки зрения финансовых рисков.

Наше отличие в том, что, во-первых, у нас используется технология Nasdaq – это вторая биржа в мире, технология, испытанная в 104-х странах мира. Во-вторых, у нас есть интерес и Nasdaq, и Шанхайской биржи участвовать в акционерном капитале биржи. Есть доступ к ликвидности через Nasdaq и Шанхайскую биржу. Сейчас мы работаем над таким компонентом биржи, который называется «посттрейд», который позволяет снизить риски тех или иных инвесторов.

Вы знаете, что мы недавно подписали предварительное соглашение с Euroclear. Это значит, что все эти бумаги, которые есть – акции, облигации в Казахстане (мы начнем с казначейских обязательств Министерства финансов РК) – будут доступны для любого инвестора в мире. Это самое главное, что нас отличает. Это значит, что к нашим бумагам проснется интерес, будет огромный, миллиардный оборот нашей биржи, то есть биржа будет живой. Сегодня KASE – это больше валютная биржа. Все знают, что 99% всех операций приходится на валютные торги.

Опять же, в чем проблема и почему президент говорил в последнем послании о перезагрузке финансового сектора? У нас финансовый сектор за последние 5-7 лет оказался перегружен как с точки зрения банков, так и с точки зрения заемщиков или компаний. То есть компании с очень маленьким уставным капиталом брали большие кредиты, потом не могли их возвращать, потом все это становилось всеобщей проблемой. Почему? Потому что в тех странах, в которых финансовый сектор работает в более здоровом режиме – это как правило англосаксонские страны (США, Великобритания, Сингапур, Гонконг), они легче проходят любые кризисы, потому что у них эта нагрузка для сомнительных компаний облегчается тем, что есть инвесторы в компании.

Сегодня наши крупные и средние предприятия говорят: мы перегружены долгами, нам нужны инвесторы. Как найти инвесторов? Нужно пойти в Лондон, в Лондоне очень строгие правила, и Лондон – это несколько далекий рынок, там инвесторы тоже не так хорошо понимают преимущества наших компаний.

Мы считаем, что, имея международный рынок здесь, мы сможем привлечь таких инвесторов.

- А вы сможете обеспечить МФЦА необходимым количеством эмитентов? Например, у нас на KASE всего 9 ликвидных акций, бумаги остальных компаний просто не торгуются…

- Как правило, перезапуск фондового рынка происходит с приватизацией. Если вы помните, мы о голубых фишках последние 10 лет говорим, но ничего не делается. Эта программа не была реализована. Сегодня тактическое решение есть, мы очень рады, что момент создания МФЦА приходится на момент проведение приватизации, только от Самрук-Казына будет порядка 9-10 эмитентов. Также у нас есть переговоры с частными компаниями, которые хотят выходить на нашу биржу. Очень большой интерес привлечь инвесторов особенно у тех компаний, которые так или иначе связаны со странами, в которые мы экспортируем свою продукцию.

- Насколько листинговые требования на МФЦА будут отличаться от листинговых требований KASE? Они будут гораздо жестче или нет?

Амина Тургулова (зам.председателя правления биржи МФЦА): Требования будут не жестче, но они будут требовать от компаний наличие акций в свободном обращении. Именно для того, чтобы акции компаний торговались. На сегодняшний день на KASE в листинге находится около 130-150 эмитентов. Они не торгуются по той причине, что нет требований, чтобы акции были в свободном обращении. То есть компании находятся в листинге, соответственно, они избегают налоговой нагрузки на дивиденды и другие доходы, но при этом у них нет интереса продавать свои акции местным или иностранным инвесторам.

У нас будет обязательное требование, чтобы часть акций торговалась на бирже.

Кайрат Келимбетов: Я хотел бы дополнить, что да, мы начинаем перезапускать казахстанский рынок, но мы позиционируем себя как международный региональный финансовый центр. Мы очень активный интерес имеем от компаний Евразийского экономического союза - России, Белоруссии, большой интерес со стороны стран Центральной Азии, есть интерес китайских компаний, поэтому мы считаем, что в целом биржа МФЦА займет свое достойное место.

- Китайские эмитенты, наверное, придут к нам тогда, когда у нас уже будут инвесторы, ведь им нужна ликвидность?

- Китайские компании готовы прийти и как инвесторы, и как эмитенты.

- Листинг компаний, выходящих на IPO, будет только на МФЦА или в Лондоне тоже?

- Дискуссия еще идет на самом деле. Как было сказано в послании президента платформа МФЦА должна стать основной для того, чтобы ликвидность не уходила на другие рынки. Понятно, что Лондон – это то место, где инвесторы не задают вопросы, где это и что такое. Эйр Астана рассматривает возможность (двойного листинга – ред. «Къ»), поскольку там инвестор британский, Самрук-Казына гибче на это смотрит.

Для всех остальных компаний мы пока договариваемся, что это будет биржа МФЦА. Наша роль – стать основной платформой, поэтому мы с каждой компанией, которая в этом году планирует выход, договариваемся.

- Задам неудобный вопрос - сколько всего денег было потрачено на создание МФЦА на текущий момент?

- На самом деле вопрос не «неудобный», а вполне достойный. До сегодняшнего дня – порядка 6 млрд тенге было выделено из разных источников – это и Национальный банк, и правительство. В этом году в бюджете в предусмотрено 20 млрд тенге в заявке на 2018 год, она (заявка – ред. Къ) уже утверждена в законе о бюджете. Мы планируем, что мы обратимся с заявкой на 2019 и 2020 годы с такой же суммой. Это вопрос, который рассмотрит Парламент. В целом, в трехлетней заявке Министерства финансов он есть.

Но если посмотрите, 60 млрд тенге – это примерно 180 млн долларов. Для примера могу привести, что Дубай тратит на свой финансовый центр последние 10 лет по 250 млн долларов в год, а 300 млн долларов тратит Абу Даби.

На что были потрачены деньги? На сегодняшний день все расходы по ЭКСПО – это не наши расходы, мы не несем расходы по переустройству. Деньги были потрачены на формирование уставного капитала биржи и уже 30% этого капитала мы возвращаем, а также на создание тех структур, о которых я говорил – Независимый суд, Регулятор, Арбитражный Центр, Администрация МФЦА. Мы надеемся, что интерес продолжится, и в целом инвестиции будут возвращены.

Обычно сразу после этого спрашивают какая у меня зарплата (смеется). 90% сотрудников МФЦА – это наши постсоветские люди, совсем мало иностранцев. Поэтому зарплаты не превышают обычные оклады руководителей Байтерека, менее 5 000 долларов.

- Нас больше интересует какая зарплата у Лорда Вульфа, который сейчас занимает должность судьи?

- У судей международного финансового центра зарплата в этом месяце порядка 5-6 тыс. долларов. А про Лорда Вульфа лучше говорить не буду (смеется).

Справка:

21 октября 2015 года депутаты нижней палаты Парламента Республики Казахстан одобрили проект конституционного закона «О Международном финансовом центре «Астана». Законопроект предусматривает и создание особенных налогового, валютного и визового режимов. Планируется также создать особенный режим привлечения иностранной рабочей силы органами и участниками центра.

С 1 января 2018 года МФЦА объявил об официальном запуске и начале регистрации компаний.

Цель МФЦА – содействие в привлечении местных и иностранных инвестиций в экономику Республики Казахстан путем создания привлекательной среды для инвестирования в сфере финансовых услуг, развитие в Казахстане рынка ценных бумаг, обеспечение его интеграции с международными рынками капитала.

Международный финансовый центр «Астана» будет развиваться в рамках нескольких ключевых стратегических направлений. Одни из них – развитие местных рынков капитала, развитие рынка и экспертизы по управлению активами, управление благосостоянием частных лиц. Отдельным направлением в МФЦА выделено развитие исламского финансирования.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > kursiv.kz, 1 февраля 2018 > № 2489996 Кайрат Келимбетов


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484672 Тулеген Аскаров

«Пенсионка» финишировала успешно

Весьма позитивной выдалась концовка минувшего года для вкладчиков «ЕНПФ» - ведь еще в начале декабря объем начисленного инвестиционного дохода, полученного по их пенсионным накоплениям, практически был равен показателю 2016 года на ту же дату.

Тулеген АСКАРОВ

Тогда Нацбанк, управляющий инвестированием пенсионных активов ЕНПФ, заработал для его вкладчиков почти 540 млрд тенге в виде начисленного инвестдохода, тогда как его «чистая» величина за вычетом комиссионных вознаграждений составила 484,3 млрд тенге. В прошлом же году по состоянию на 1 декабря значение первого показателя было на уровне в 540,4 млрд тенге, а второго – 495,5 млрд тенге.

Однако за последний месяц ушедшего года Нацбанк принес в копилку вкладчиков еще 56,9 млрд тенге, в результате чего начисленный инвестдоход поднялся до 597,3 млрд тенге по итогам прошлого года. В сравнении с результатом 2016 года прирост по этому показателю составил вполне приличные 12,5%, в абсолютном выражении – 66,3 млрд тенге. «Чистый» инвестдоход за декабрь вырос на 55 млрд тенге до 550,5 млрд тенге, к 2016 году – на 78,1 млрд тенге, или 16,5%.

Что касается комиссионных, то их общий объем при этом не увеличился, а снизился, и весьма значительно – на 20,1% до 46,8 млрд тенге, в абсолютном выражении – на 11,8 млрд тенге. Напомним читателям, что по действующему законодательству комиссии начисляются как от величины пенсионных активов ЕНПФ, так и от полученного инвестиционного дохода. Размер первого вида комиссионного вознаграждения увеличился в прошлом году на 15,9% до 18,6 млрд тенге, тогда как по второму произошло снижение более чем на треть (33,8%) до 28,1 млрд тенге! Как могло такое случиться при увеличении величины инвестиционного дохода, в ЕНПФ и Нацбанке пока не пояснили. Кстати, в этом году комиссионное вознаграждение от пенсионных активов снизится в этом году весьма значительно – с 0,0225% до 0,015% в месяц или на 33%, тогда как комиссия от суммы инвестдохода установлена в 5,25%.

Перейдем теперь к переменам в инвестиционном портфеле пенсионных активов ЕНПФ, произошедших в прошлом году. Его текущая стоимость увеличилась на 16,4% до впечатляющих 7 трлн 784,3 млрд тенге. Для сравнения: доходы республиканского бюджета (без учета трансфертов) на этот год прогнозируются на уровне 5,5 трлн тенге, а расходы – 9,2 млрд тенге. Неудивительно поэтому, что аппетиты государства на заимствования пенсионных денег быстро растут – их инвестиции в государственные ценные бумаги эмитентов Казахстана увеличились за прошлый год на 23,2% до 3 трлн 587,6 млрд тенге. Доля же этих инструментов в инвестиционном портфеле пенсионных активов «ЕНПФ» увеличилась с 43,57% до 46,14%. При этом занимает у ЕНПФ не только Минфин, но и Нацбанк – последний, как известно, размещает на рынке в огромных объемах свои ноты, с помощью которых он стерилизует избыточную тенговую ликвидность.

На втором месте по доле в инвестпортфеле ЕНПФ идут облигации отечественных банков, но у них она снизилась за год с 21,71% до 16,03%. В абсолютном выражении инвестиции пенсионных накоплений в эти инструменты сократились на 14,1% до 1 трлн 246,5 млрд тенге. Далее следуют ГЦБ иностранных государств – доля этих бумаг в портфеле ЕНПФ подпрыгнула с 5,46% до 12,20%, а в абсолютном выражении инвестиции в них выросли в 2,6 раза до 948,8 млрд тенге. Доля же облигаций квазигосударственных организаций РК уменьшилась с 13,48% до 10,18%, объем вложенных в них пенсионных активов сократился на 12,1% до 791,7 млрд тенге. Таким образом, отчасти ЕНПФ учел критику депутатов и экспертов, обеспокоенных значительными вложениями пенсионных накоплений в облигации банков второго уровня и отечественных компаний, контролируемых государством. Кстати, значительно снизился и объем средств, размещенных на депозитах в отечественных банках, – на 18,5% до 325,8 млрд тенге. С другой стороны, теперь пенсионные накопления активно размещаются в банковские вклады за рубежом – их там оказалось на начало этого года на общую сумму в 277,4 млрд тенге. Добавим также, что долларовая часть инвестиционного портфеля ЕНПФ выросла в прошлом году на 41,4% до 2 трлн 110,3 млрд тенге, а ее доля увеличилась с 22,34% до 27,14%.

Вложения же пенсионных накоплений напрямую в реальный сектор сейчас невелики. В корпоративные облигации казахстанских компаний было инвестировано лишь 58,3 млрд тенге, иностранных – 62,7 млрд тенге, акции и депозитарные расписки – соответственно 184,1 млрд тенге и 23,7 млрд тенге. С одной стороны, это к лучшему с учетом высоких рисков, с другой, если вспомнить о значительном росте котировок на Уолл-стрит, то упущенная выгода все же не радует.

В любом случае и при нынешней инвестиционной стратегии доходность пенсионных активов ЕНПФ, распределенная на счета вкладчиков (получателей) по итогам прошлого года, заметно превысила годовую инфляцию в 7,1%, составив 7,92%. При этом вклад в этот результат от переоценки иностранной валюты оказался незначительным – на нее пришлось 24,7 млрд тенге, или 4,1% от всего начисленного инвестиционного дохода. А основной вклад внесли доходы, поступившие в виде вознаграждения по ценным бумагам, размещенным вкладам и операциям «обратное репо», – их объем составил 518,8 млрд тенге.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > dknews.kz, 1 февраля 2018 > № 2484672 Тулеген Аскаров


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > newizv.ru, 1 февраля 2018 > № 2482787 Сергей Катырин

Сергей Катырин: "Будут богатыми регионы – станет богатой страна"

Вот аксиома, которую, похоже, у нас понемногу начали, наконец-то, осознавать, на всех уровнях власти и общества: богатство России только регионами прирастать будет. И на заседании Госсовета РФ в Ростове-на-Дону рассматривается 1 февраля эта же тема: развитие промышленного потенциала регионов России.

- Сергей Николаевич, Палата занята прежде всего вопросами развития бизнеса. При чем здесь казалось бы, развитие регионов? Или эта тема Палату тоже волнует?

- Безусловно, волнует, ещё как волнует. И тут все понятно: сильный и богатый региональный бизнес сделает регион сильнее и богаче. Ну, а богатые регионы – это в итоге богатая страна. Все просто. Но пока у нас огромное количество территорий остаются дотационными, и это большая и сложная проблема. Есть, безусловно, крепко стоящие на ногах регионы – Татарстан, Белгородская область. Калужская область, Краснодарский край и так далее. Но и они потенциально могли бы быть богаче. Надо развивать промышленный потенциал.

- Как? У Палаты есть свои идеи? И если есть, то какие?

- Конечно, есть. Только позвольте исходить из существующих в стране реальностей и возможностей, а не заниматься революционным фантазированием типа, «а что, если бы нам все переделать?» В нынешних существующих координатах отношений «центр-регионы» многое можно сделать.

Мы предложили в доклад рабочей группы Госсовета ряд предложений. Надеемся, они будут учтены в государственной политике по развитию промышленного потенциала регионов. Все, может, и нет смысла здесь перечислять, но некоторые предложения назову.

Мы считаем, что надо разработать долгосрочную, на 25-30 лет, единую государственную промышленно-финансовую политику размещения и развития региональных производительных сил на основе современных инновационных технологий. Не буду вдаваться в детали, отмечу только, что речь идет о создании территориально-промышленных комплексов с обязательной привязкой к соответствующей транспортно-энергетической инфраструктурой.

Основой региональной промышленной политики должно стать выстраивание четких приоритетов промышленного развития. При этом надо обратить внимание на отрасли, обладающие наибольшим, скажем так, «кумулятивным эффектом». Речь идет о проектах в сфере машиностроительного комплекса, производства средств производства, недостающей на отечественном рынке компонентной базы и т.д.

При размещении производств надо учитывать, в первую очередь, интересы уже существующих в России предприятий, выпускающих аналогичную продукцию и обязательно проводить экспертизу проектов новых промышленных предприятий. Не нужно создавать, как это не раз уже бывало, технологически устаревшие, а значит, неэффективные производства.

- А как быть с инфраструктурой? С нею у нас во многих регионах, как говорится, «очень не очень»…

- Развивать инфраструктуру должно не только государство, но и бизнес. Однако большинство частных фондов нацелено на получение быстрой прибыли, а инфраструктурные проекты могут окупаться долгие годы. Выход есть. В мире есть такая модель: частный инвестор сам вкладывает свои деньги в создание инфраструктуры для своего будущего производства, а государство из доходов, полученных им от новых предприятий, возвращает деньги частному инвестору.

Нужно организовать грамотную региональную политику предоставления налоговых льгот и преференций. Полагаем, регионы могли бы освободить бизнес от налога на имущество объекты основных средств, находящихся на консервации и реконструкции, предоставить льготы для производителей и потребителей импортозамещающей продукции и т.д. Я понимаю руководство территорий: им нужны деньги сейчас, дыр всегда очень много. Но очень часто бывает, что таким образом регионы, образно говоря, убивают курицу, которая могла бы в недалеком будущем нести золотые яйца. Бизнес плохо развивается, скукоживается, а то и вовсе закрывается. Или уходит «в тень», что ничуть не лучше. Да, хочу подчеркнуть: правильно было бы перечислять в бюджеты субъектов РФ и муниципальных образований определенную часть прироста налоговых поступлений от предприятий и организаций, расположенных на их территории, полученного в результате сверхпланового роста объемов производства и реализации товаров и услуг.

Палата абсолютно убеждена в том, что надо сформировать региональные структуры государственных отраслевых институтов развития и обеспечить единую координацию их деятельности. Хочу здесь отметить, что институтов развития у нас очень много, нередко бизнес толком не понимает, кто чем занимается. Не помешала бы здесь хорошая ревизия. Тут, как говорится, лучше меньше¸ да лучше.

- А какой институт развития среди всех существующих в стране лично вы выделили бы особо?

- Предпринимательское сообщество, а значит, и я, как представитель ТПП РФ, самой большой общественной организации бизнеса в России, двумя руками голосуем прежде всего за Фонд развития промышленности. Он работает отлично, а работал бы еще лучше, если бы значительно увеличить его капитализацию. Его практику и механизмы могли бы, я уверен, успешно использовать другие институты развития предпринимательства.

- Можно подробнее о фонде?

- Фонд развития промышленности (ФРП) был создан в 2015 году, после вступления в силу закона «О промышленной политике в Российской Федерации», за принятие которого ТПП РФ, не побоюсь этого слова, билась долгие годы. Он был нужен, как парус для судна – я отнюдь не преувеличиваю, он позволил ставить цели и определять курс развития экономики. Закон стал правовой основой новой промышленной политики, установившей формы, инструменты и меры государственной поддержки развития промышленности.

ФРП был создан для организации новых производств и обеспечения импортозамещения. Программы фонда позволяют российским предприятиям получить доступ к льготному заемному финансированию, необходимому для запуска производств уникальных отечественных продуктов, а также аналогов передовых международных разработок.

ФРП предоставляет займы под 1 и 5 процента годовых сроком до 7 лет, стимулируя приток прямых инвестиций в реальный сектор экономики. Флагманская программа Фонда «Проекты развития» направлена на импортозамещение и производство конкурентной продукции, программа «Станкостроение» помогает предприятиям реализовать станкостроительные проекты, программа «Конверсия» стимулирует производство предприятиями ОПК высокотехнологичной продукции гражданского и/или двойного назначения, программа «Комплектующие изделия» призвана повысить уровень локализации конечной российской продукции, программа «Лизинг» — обеспечить финансирование части аванса на приобретение оборудования.

Как вы понимаете, речь здесь идет о реальной экономике, о реальных производствах, которые делают страну более развитой. Более сильной и более богатой.

В феврале 2016 года было подписано Соглашение о сотрудничестве между ТПП РФ и ФРП. По состоянию на февраль нынешнего года система ТПП РФ рекомендовала, а Экспертный совет ФРП одобрил финансирование фондом 173 проектов из 51 региона России.

Система ТПП РФ (а это более 180 палат почти во всех регионах страны) сегодня помогает ФРП развивать систему региональных фондов развития промышленности. Создано 39 региональных фондов, 28 из них уже подписали соглашения с ФРП, что позволяет участвовать в софинансировании проектов.

Вот, если коротко, о ФРП.

- Планы промышленного развития регионов могут быть самыми красивыми и многообещающими, но уверены ли вы, что все так и будет?

- А у нас есть другой выход? Правильно, нет. То есть выбор, конечно, есть: развитие или стагнация, но я не буду и спрашивать, что лучше. Поэтому отвечу так: будем работать – и раньше или позже все у нас получится. Лучше – раньше. Но это, опять-таки, зависит от всех нас...

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > newizv.ru, 1 февраля 2018 > № 2482787 Сергей Катырин


Китай > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 1 февраля 2018 > № 2480607

Китай: в стремлении к качественному росту

Эндрю Шенг (Andrew Sheng), Project Syndicate, США

В начале второго пятилетнего срока Си Цзиньпина на посту Председателя КНР приоритетом номер один в политике страны является переход к «качественному росту». Все китайское правительство без шума, но решительно приступает к созданию новой модели роста, которая бы исправила перекосы, порожденные десятилетиями чересчур быстрого роста, такие как коррупция, загрязнение окружающей среды, растущее неравенство и другие структурные диспропорции.

Большую часть последних 40 лет Китай основное внимание уделял быстрому развитию на основе земельных ресурсов, стимулируемому местными инициативами, направленными на привлечение инвестиций в инфраструктуру, людских ресурсов и налоговых поступлений. Создание особых экономических зон, индустриальных парков и зон свободной торговли способствовало такому развитию, поскольку они могли с выгодой использовать большое количество дешевой рабочей силы, мигрирующей из сельских районов.

На протяжении всего этого процесса Китай использовал рост ВВП как основной показатель успеха. Это позволило установить четко определенные цели и стимулы для местных чиновников при их конкуренции друг с другом. Но это также привело к множеству серьезных проблем — таких как ущерб для окружающей среды, неравенство, чрезмерные долги, избыточные мощности и коррупция.

Сегодня власти Китая изучают более широкий спектр возможных мер на местном и национальном уровнях, учитывающих не только рост, но и качество жизни. Замысел этого перехода был озвучен на 19-м Национальном съезде КПК в октябре прошлого года, когда Си назвал 14 областей политики, которые имеют решающее значение для развития «социализма с китайской спецификой».

Среди этих императивов было «принятие нового плана развития», который «гарантирует и улучшает уровень жизни». Этот план должен подкрепляться приверженностью «подходу, ориентированному на людей» и «гармонии между человеком и природой». Си также подчеркнул важность сильного руководства, в частности «обеспечение руководящей роли партии во всей работе», «обеспечение верховенства закона во всех аспектах управления» и «осуществление полного и строгого контроля за партией».

Мотивация этих изменений в развитии Китая — ни для кого не тайна. Китай — вторая по величине экономика мира и обеспечивает почти половину мирового экономического роста. В настоящее время он в значительной степени догнал передовые страны в отношении инфраструктуры, торговли, инвестиций и индустриализации. Продолжение укрепления его позиций на мировой арене сейчас зависит от того, сможет ли он соблюдать и даже превосходить мировые стандарты в самых разных областях, от устойчивого развития до качества управления.

Конечно, решение проблем, с которыми сталкивается сегодня Китай, потребует множества проб и ошибок — наподобие тех, благодаря которым страна развивалась в прошлом, — не говоря уже о примирении с некоторыми экономическими потерями. Например, упадок индустриальных областей на северо-востоке Китая и подъем современных, конкурентоспособных на мировом рынке производственных кластеров в дельтах рек Жемчужная и Янцзы в юго-восточной части страны — это две стороны одной медали. Рыночная конкуренция в Китае привела к появлению как победителей, так и проигравших, и сейчас победители с юго-востока отбирают предпринимателей, специалистов и другие ресурсы у проигравших с северо-востока.

Управление трансформацией региональных экономик Китая при сохранении социальной стабильности потребует тщательного баланса между старой стратегией роста, которую воплощают собой проигравшие и которая в значительной степени полагалась на государственные предприятия и государственные инвестиции, и новым, в большей степени ориентированном на человеческий капитал подходе, выработанном победителями. В этом процессе Китаю необходимо будет учитывать местные факторы, такие как тенденции в области народонаселения, природные ресурсы и привлекательность регионов для китайских туристов со средним доходом.

Это перебалансирование потребует помощи центрального правительства для облегчения бремени задолженности, возникшей в результате банкротства проектов в проигрывающих регионах, как это было в 1990-х годах, когда оно списало потери, понесенные государственными предприятиями во время азиатского финансового кризиса. Это не означает, что Китай должен спасать устаревшие местные отрасли. Скорее это означает — не допустить, чтобы невозвратные затраты, обусловленные прежней моделью роста, затянули целые регионы в ловушку низкокачественного роста и развития, дать местным жителям возможность запускать инновационные стартапы, в то же время инвестируя в проекты, дающие новые возможности для получения дохода.

Китай, помимо структурных корректировок со стороны предложения, должен сделать так, чтобы его новая стратегия роста учитывала проблемы «последней мили» на стороне спроса, связанные с городским и человеческим развитием, в том числе пробки на дорогах, узкие места в инфраструктуре, нехватку жилья, слаборазвитые услуги по утилизации отходов, а также неудовлетворительное образование и здравоохранение. При нынешнем положении дел решение этих проблем микроуровня, имеющих решающее значение для благосостояния людей, — одно из самых слабых мест в сложных макроэкономических и социальных планах Китая.

В Китае есть все физические, финансовые и социальные ресурсы, необходимые для устранения этих проблем, которые на самом деле представляют собой крупные инвестиционные возможности как для государственного, так и для частного секторов. Но для достижения успеха любая стратегия должна не только учитывать обратную связь с мест о том, что достижимо в местных условиях; она также должна давать возможность принимать решения на местном уровне, включая проектирование и реализацию.

В любом случае, лидеры Китая продемонстрировали готовность и способность более широко смотреть на вещи, соглашаясь с более низкими темпами роста ВВП, если они приводят к более сбалансированной модели развития страны и улучшению качества жизни. Реализовать план «развития, ориентированного на людей», который Си обнародовал в октябре прошлого года, будет нелегко. Но Китай находится на правильном пути.

Китай > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 1 февраля 2018 > № 2480607


Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 1 февраля 2018 > № 2480580 Георгий Тука

Война на Донбассе: нужно реинтегрировать людей, а не разрушенные заводы и шахты

Томаш Ляховский (Tomasz Lachowski), Onet.pl, Польша

Интервью с Георгием Тукой — заместителем министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Украины.

— Onet. pl: Последние несколько дней стали важным периодом для украинской политики: Верховная Рада после бурных дискуссий приняла так называемый закон о деоккупации и реинтеграции Донбасса. Что Вы думаете об этой законодательной инициативе? Станет ли она переломным пунктом на пути к разрешению проблемы продолжающегося на востоке Украины вооруженного конфликта?

— Георгий Тука: Закон сильно отличается от проекта, который подготовили юристы президента Порошенко. К первоначальному тексту можно, конечно, предъявлять претензии, но это был хотя бы связный и логичный документ. После внесения 700 поправок в нем появилось множество противоречащих друг другу положений. Это хаотичная мозаика, там нет ни единой картины ситуации на востоке Украины, ни механизмов разрешения конфликта. Второй аспект — это тема Крыма, которую нельзя было включать в закон, касающийся Донбасса (как собиралось сделать несколько фракций). Ситуация вокруг полуострова совсем иная: Россия считает Крым частью своей территории, в отношении оккупированной части Донбасса таких претензий она не предъявляет. Решение крымской проблемы потребует гораздо больше времени и усилий.

— Закон называет Российскую Федерацию агрессором и указывает на то, что часть территории Луганской и Донецкой областей находится под оккупацией. Не этого ли добивалась украинская сторона?

— В законе, действительно, есть такие формулировки, но, на мой взгляд, это просто очередной виток игры вокруг темы востока Украины. Назовите мне хоть один международный суд или орган, который ждет, пока то или иное государство примет свой внутренний закон, в котором идет речь о таких объективных фактах, как вооруженный конфликт? Важно, чтобы существование межгосударственного вооруженного конфликта зафиксировали международные органы, а закрепим ли мы это в своих внутренних законах, имеет лишь символическое значение.

В международном праве уже давно вместо термина «война» используют термин «вооруженный конфликт», и я бы посоветовал всем нашим «псевдопатриотам в вышиванках» дополнительно изучить эту тему. Крики «нужно назвать войну войной» — это политический популизм, а разговоры о том, что закон вызовет какую-то новую реакцию мира —обман населения.

— К плюсам нового закона комментаторы относят то, что в нем говорится об ответственности Российской Федерации за все происходящее на Донбассе, в том числе за нарушение основополагающих прав местного населения.

— Это, по сути, тоже популизм, ведь согласно международному праву Россию можно привлечь к ответственности за нарушение прав человека на оккупированных территориях, поскольку она выступает стороной, которая поддерживает так называемых сепаратистов. Это следует из вердиктов Европейского суда по правам человека, которые он вынес по похожим делам других квазигосударств, например, Приднестровья.

Кроме того, констатация факта, что ответственность за ситуацию лежит на Москве, не освобождает Киев от обязанности защищать права населения в Донбассе. Международное право говорит о так называемых положительных обязательствах: необходимо приложить все усилия к тому, чтобы обеспечить соблюдение прав человека на той или иной территории, даже если государство контролирует ее лишь частично. Все эти шаги направлены не на реальное решение проблемы, а на повышение политического рейтинга.

— Как в таком случае должен выглядеть процесс деоккупации и реинтеграции Донбасса? Как понимать термин «реинтеграция»? Здесь подразумеваются жители так называемых Донецкой и Луганской народных республик или сама территория?

— Реинтеграция — это, несомненно, в первую очередь люди. На самом деле этот процесс следовало начать уже весной 2014 года, в первые дни после того, как на части территории Донбасса вспыхнул вооруженный конфликт. Он начался в головах, поэтому воевать нужно за сердца и души людей, а не за разрушенные заводы и затопленные шахты. Следует помнить, что такая реинтеграция означает поиск компромисса, а этого не хотят (или не могут) осознать многие наши «любители вышиванок».

— Может ли таким компромиссом стать, например, амнистия? Эту меру практически с самого начала конфликта обсуждают в правящих кругах, присутствует она и в так называемых Минских соглашениях. Привлечь к ответственности абсолютно всех в любом случае невозможно. Другой вопрос, сколько украинцев видит в любых шагах вроде объявления амнистии государственную измену и считает, что решить проблемы на востоке можно исключительно военными методами?

— Да, амнистия может стать одним из тех механизмов, который поможет «сшить» украинское общество. Повторюсь: если мы ставим на первое место реинтеграцию людей (а реинтеграция территорий происходит как бы заодно), нам придется искать компромиссы. В киевских кабинетах легко разглагольствовать о том, что нужно воевать «до последнего сепаратиста», а амнистия — это «позор и предательство», но если провести немного времени в окопах на линии фронта, ситуация предстанет совсем в другом свете.

Не стоит забывать и о том, что Донбасс — регион с большой плотностью населения и высоким уровнем урбанизации, в связи с этим вести там военные действия крайне сложно. Те, кто призывают брать штурмом очередные деревни и города так называемых народных республик, должны понимать, что пострадают не только военные: убитые и раненые будут также среди мирного населения, а этого мы позволить себе не можем. Мне кажется, что большинство украинцев все же хотят мира, а не эскалации конфликта.

Амнистия может стать эффективным механизмом, следует только помнить о том, что ситуация в Донбассе напоминает ситуацию в тех конфликтных и постконфликтных зонах, как Приднестровье или Абхазия, где все решения принимает Кремль, а местное население никак не может на них повлиять. На Балканах, в Северной Ирландии обстановка совсем другая, хотя опыт этих регионов я стараюсь изучить тоже, несколько дней назад я как раз вернулся из Белфаста. Если сейчас Украина провозгласит, что после освобождения Донбасса она арестует всех людей, которые работали на ДНР и ЛНР (по экономическим, идеологическим причинам или просто под давлением), и обвинит их в коллаборационизме, после реинтеграции у нее появятся внутренние враги. Мы должны найти среди этих людей если не союзников, то тех, кто относится к украинскому государству нейтрально.

— А что делать с «официальными» документами и всеми «административными решениями» или «решениями судов» так называемых народных республик Донбасса? Признает ли их Украина после реинтеграции?

— Разумеется, нет. Это полностью соответствует международному праву: оно запрещает признавать какие-либо «официальные документы», выданные квазигосударствами, появившимися в результате нарушения основополагающих международных норм, в данном случае в результате вооруженного нападения. Единственное исключение делается для актов гражданского состояния — свидетельств о рождении, смерти. Такие документы признавать можно, мы собираемся это делать.

— Раз речь зашла о реинтеграции людей, напрашивается вопрос, какие настроения царят сейчас в ДНР и ЛНР? При выработке стратегии возвращения этих территорий их тоже следует принимать во внимание.

— Я, к сожалению, не могу со 100% уверенностью сказать, какие настроения преобладают сейчас в оккупированной части Донбасса, однако, различные доступные мне источники утверждают, что они меняются под влиянием двух основных факторов. Первый — это разочарование в России. В начале так называемой русской весны в 2014 году многие действительно хотели повторения крымского сценария. Сейчас в Донецке и Луганске можно все чаще услышать слова «Путин нас предал», то есть «к России не присоединил, а сейчас использует нас для торга с Украиной и Западом». Во-вторых, растет число людей, которые считают, что «при Украине было лучше». Речь идет о повседневных, экономических, социальных проблемах, а не о пробуждении какого-то пламенного патриотизма.

Говоря об оккупированном Донбассе, следует понимать, что Луганская и Донецкая области никогда не были единым организмом, они сильно отличались друг от друга в первую очередь менталитетом. Прилегающие к Луганску районы никогда не были «классическим» Донбассом, их жители говорят преимущественно на украинском языке. Разрабатывая стратегию реинтеграции, этот аспект следует учитывать тоже.

— В начале 2017 года хорватское правительство предложило Украине воспользоваться опытом реинтеграции Восточной Славонии, которую в ходе войны на Балканах в начале 1990-х годов захватили сербы. Можно ли повторить на Украине хорватский сценарий?

— Когда кто-то на Украине говорит о «хорватском сценарии» он имеет в виду исключительно жестокую военную операцию (операция «Буря»), которая действительно позволила Загребу вернуться на территории, которые до этого заняли сербы. Пожалуй, можно не напоминать, что ее элементом стали этнические чистки. Украинские горячие головы, те самые псевдопатриоты, о которых я говорил выше, мечтают именно о таком сценарии для Донбасса.

Опыт реинтеграции Восточной Славонии стоит учитывать, делая поправку на то, что в конфликте сербов и хорватов работали такие религиозные и этнические факторы, которых у нас нет (они также присутствуют, например, в нагорно-карабахском конфликте между Азербайджаном и Арменией). Опыт Восточной Славонии и других постконфликтных регионов следует тщательно проанализировать несмотря на все существующие отличия. Однако чтобы пригласить международную миротворческую миссию нужно получить согласие обеих сторон конфликта, в том числе России. Ее согласие потребуется в любом случае, ведь она постоянный член Совбеза ООН.

— Процесс реинтеграции Восточной Славонии предполагал создание временных органов, которыми совместно руководили Сербия и Хорватия, например, полицейских сил. Но как вести переговоры с ДНР и ЛНР, которых с юридической точки зрения не существует?

— Недавно я встречался с заместителем премьер-министра Молдавии. Он сказал мне, что в свое время Кишинев совершил ошибку, имевшую необратимые последствия. Молдавское руководство вступило в переговоры с представителями непризнанного Приднестровья, хотя тираспольские «власти» — это марионетки Москвы, а все решения принимают за них в Кремле. В результате Россия превратилась из фактической стороны конфликта в «наблюдателя», и сейчас Кишиневу не с кем вести переговоры. Путин хочет использовать тот же маневр на Украине, заставив Киев пойти на переговоры с руководством ДНР и ЛНР. Для нас это тупиковый путь.

— Миротворческая миссия — дело будущего, а сегодня у нас есть Минские соглашения и так называемый нормандский формат. Приближается третья годовщина подписания вторых Минских соглашений, которые были призваны остановить военные действия. Что Вы думаете об этом документе? Когда он принимался, Вы не работали на государственной должности, а были волонтером, помогая людям, которых затронул вооруженный конфликт.

— Как человек, который с самого начала боев на востоке был связан со всей этой ситуацией, я могу сказать, что оцениваю многие положения Минских соглашений негативно. Но как человек, от работы которого зависит жизнь и здоровье огромного количества людей, я должен признать, что альтернативы им нет. Можно, конечно, постараться пересмотреть этот документ, попытаться создать новые форматы, но нужно понимать, что без активного (или хотя бы минимального) участия Российской Федерации вопрос Донбасса, а тем более Крыма решить не удастся. Путин не согласится на новые форматы. Единственное, что может заставить Владимира Владимировича изменить подход, — это ухудшение ситуации внутри России, которое могут спровоцировать санкции или перестановка основных игроков в геополитическом раскладе сил.

— Сколько времени займет реинтеграция оккупированных территорий, если этот процесс начнется?

— Я не пророк, будущее я, к сожалению, предсказывать не умею, но даже если Москва завтра даст согласие на размещение миротворческой миссии, сама процедура в ООН может занять от двух до трех лет. Мне бы хотелось особенно подчеркнуть, что главная задача сегодня — это демилитаризация региона. Как она должна проходить? На какой правовой основе? Если, как утверждает кремлевская пропаганда, сепаратисты нашли танки, системы «Град» и остальное оружие в донбасских шахтах, значит, это собственность Украины. Но если отставить шутки в сторону, следует задаться вопросом: кто должен контролировать вывод военной техники? Сколько времени понадобится России, чтобы вывезти все оружие, которое она за последние три года поставила сепаратистам из ДНР и ЛНР? Я уверен, что она не захочет подключать к этому процессу международных наблюдателей.

— Некоторое время назад в беседе с одним украинским еженедельником («Краина) Вы сказали, что ключевую роль в развитии украинского общества сыграли события на Майдане, а не война в Донбассе. Значит, вне зависимости от того, что будет дальше с донбасским (и крымским) вопросом, пути назад уже нет, «новый Янукович» на Украине появиться не сможет?

— Майдан показал, что украинский народ способен поднять голову, чего, скажу честно, после разочарования в якобы придерживавшемся проевропейской линии Викторе Ющенко, я уже не ожидал. Я помню, как за два дня до начала Евромайдана разговорился с одним киевским таксистом: мы оба не верили в то, что украинцы проснутся. Это случилось, хотя, к сожалению, не все завоевания Революции достоинства удалось претворить в жизнь.

Сейчас в обществе вновь преобладает разочарование, и хотя, на мой взгляд, мы еще не дошли до критической точки, когда люди решат вновь выйти на улицы, это не значит, что они не сделают этого в будущем. И тогда будут возможны любые сценарии.

— Недавно украинские СМИ активно обсуждали очередное заявление польского правительства, в котором говорилось, что Польша приняла множество людей, бежавших от войны в Донбассе. На самом деле, число украинцев, получивших в нашей стране статус беженца на этом основании, ничтожно мало. Следует ли Украине реагировать на такие заявления, а если да, то как?

— Я смотрю на это трезво: Польша была, есть и будет нашим стратегическим союзником, а эти заявления были нужны главным образом для того, чтобы ответить Брюсселю, который старается заставить Варшаву принять беженцев из Сирии или Северной Африки.

Я имею некоторое представление о том, как действует Кремль, пытаясь обострить отношения между Польшей и Украиной. Вы наверняка помните развернувшуюся по обе стороны от границы «войну памятников», обстрел консульства в Луцке или историю, как выдавшие себя за представителей польского меньшинства люди заблокировали трассу Львов — Ковель, требуя защитить свои права, которые ограничивает современная Украина. Польские и украинские спецслужбы провели совместную операцию и довольно быстро разгадали эту загадку: оказалось, что лидер группы «поляков» напрямую связывался со своим куратором, который находился в Ростове-на-Дону.

- Как выглядит ближайшее будущее Украины?

— Не слишком радужно. Летом 2018 года ситуация может только ухудшиться. В России состоится чемпионат мира по футболу, перед этим нас ждет кампания по выборам старого-нового хозяина Кремля. Украину в 2019 году тоже ожидают избирательные кампании. К сожалению, большинство политических сил будет разыгрывать карту раскола, а не сплочения украинского народа.

Главная задача на ближайшее время — выстоять под напором популистской войны, которая уже этой весной, когда будет дан неофициальный старт кампании, зальет Украину. Когда мы справимся с этой задачей, можно будет реально задуматься о реинтеграции Донбасса.

Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 1 февраля 2018 > № 2480580 Георгий Тука


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 31 января 2018 > № 2485583 Максим Орешкин

Брифинг Максима Орешкина и генерального директора Федеральной корпорации по развитию малого и среднего предпринимательства Александра Бравермана по завершении заседания.

Из стенограммы:

М.Орешкин: Состоялось заседание президиума совета по приоритетным проектам. Рассматривали одно из основных направлений – ключевой проект развития малого и среднего бизнеса в стране. Здесь важно отметить позитивную динамику, которую сейчас мы видим, – по численности бизнесов: у нас прирост на 3% к уровню прошлого года. Рост занятости идёт примерно такими же темпами.

Активно развивается кредитование, в том числе совместная программа поддержки Правительства и Корпорации МСП – здесь у нас рост выдачи кредитов в прошлом году составил порядка 16%. Очень уверенный результат, который помогает развиваться бизнесу.

Обсуждали сегодня ряд новаций, которые мы будем предлагать, будем внедрять. Я хотел бы остановиться на четырёх ключевых историях.

Первая история – это предложение об уходе от обязательного условия наличия физического адреса для юридических лиц. Это создание на базе банков, других организаций возможности регистрации предприятий без физического офиса – либо на базе почтового ящика, либо на базе электронного сервиса.

Вторая история связана с упрощением регистрации новых бизнесов. Здесь мы договорились, что те бизнесы, которые будут регистрироваться в электронном формате, будут регистрироваться с нулевой платой. Это подразумевает отмену государственных пошлин для регистрации нового бизнеса в электронном формате. Одновременно со стороны банковской системы мы слышим готовность предоставлять услуги по открытию счёта, базовый перечень услуг тоже с нулевой стоимостью. Мы считаем, что снижение стоимости до нулевой отметки существенно упростит регистрацию новых бизнесов, будет, конечно, носить очень позитивный характер и придаст дополнительную динамику активности людей по созданию новых бизнесов.

Третья история – это совместная программа с Корпорацией МСП, программа по предоставлению кредитов по льготным ставкам на уровне 6,5%. Это новая программа. Конечная стоимость кредитов 6,5%. Были отобраны на этой неделе 15 банков, и уже в феврале мы ожидаем активной выдачи со стороны этих кредитных организаций кредитов по данной льготной ставке. Поэтому мы просто обращались ко всем малым и средним предприятиям: приходите в банки и спрашивайте про эту программу. Если вы столкнётесь с тем, что банки – участники этой программы не говорят о таких продуктах, не предлагают их, у нас создан в Министерстве специальный почтовый ящик, куда вы можете написать: smb@economy.gov.ru. Соответственно, мы будем с мест собирать всю информацию, координировать деятельность так, чтобы программа работала эффективно. По прошлому году мы видим, что корпорацией выдано при использовании Национальной гарантийной системы, прогарантировано больше 600 млрд рублей кредитов, это порядка 13% всех выданных кредитов, и в целом мы оцениваем очень серьёзный вклад в снижение общего уровня ставок для малых и средних предприятий.

И, наверное, четвёртая история, которой хотел бы коснуться, это запуск завтра портала «Деловая среда», на котором на первом этапе будет всё, что связано с образовательными услугами для бизнеса. А в целом этот портал – это маркетплейс, на котором разного рода компании, разного рода банки смогут предоставлять сервисы для малых бизнесов, что также будет делать их жизнь проще.

А.Браверман: Совместно с Минэкономразвития корпорация продвинула в этом году кредиты на ту сумму, о которой говорил Максим Станиславович. При этом надо отметить, что конечная ставка была на 3 процентных пункта ниже, чем рыночная, это для малого и среднего бизнеса крайне важно и крайне чувствительно.

Второй очень важный момент, о котором мы говорим, – это тоже совместная программа с Минэкономразвития, закупки крупного бизнеса у малого и среднего бизнеса. В прошлом году она достигла 2 трлн 68 млрд рублей. Здесь ещё очень важна декомпозиция, дробление, которое идёт в этих закупках. Потому что раньше они носили агрегированный, довольно крупный характер, и небольшое число компаний могло принять в них участие. Теперь мы стараемся эти закупки дробить, и это дробление идёт параллельно с тем, как Центральный банк форсирует создание банков с базовой лицензией в регионах и опирается на региональные опорные банки.

Третье – это бизнес-навигатор, тоже совместно с Минэкономразвития идёт программа. Это, мы считаем, важнейший электронный сервис, это важнейший элемент цифровизации, который позволяет малому и среднему бизнесу открывать и расширять свои бизнесы совершенно осознанно, понимая ёмкость рынка, понимая конкурентов, понимая, где они могут получить финансовую поддержку, имущественную, юридическую, как им работать с органами государственной власти, управления, с теми, кто их проверяет и так далее.

Мы в этом году совместно с Минэкономразвития хотим стать маркетмейкерами на этом рынке. Под маркетмейкерством мы понимаем минимум 10% от всех предприятий малого и среднего бизнеса (всех, подчёркиваю, не только тех, которые откроются в следующем году, но 10% тех, кто работает по бизнес-навигатору). Эффективность, которую мы оценили по ИНН, достаточно высока: 48% из тех, кто воспользовался сервисами бизнес-навигатора, повысили свою выручку и численность. Вот наши базовые моменты.

В целом, мы считаем, создана база для того, чтобы в следующем цикле мы могли совместно сделать малый и средний бизнес одним из ключевых драйверов экономики, на который можно будет опираться экономике в целом.

М.Орешкин: Я бы ещё пару слов добавил по закупкам. Здесь очень важно: есть понимание, что не все закупки, которые проходят через эту систему, доходят до реальных малых и средних предприятий в конце. Именно на этом мы делаем акцент в 2018 году. Мы делаем анализ, чтобы здесь не было разного рода подтасовок. Все прекрасно знают о подставных торговых компаниях, чтобы просто накручивать статистику. Поэтому всё, что связано с ключевыми индикаторами по этому направлению, – это не общий объём закупок. Он должен расти, это очень важный показатель, но важно, чтобы количество предприятий, которые участвуют в этом процессе, увеличивалось, чтобы они не были связаны между собой, чтобы они не были связаны с менеджментом компаний. Здесь стараемся выстраивать специальные проверочные механизмы, которые ситуацию будут постепенно улучшать.

Вопрос: Первые два предложения, которые Вы озвучили, – отсутствие регистрации по физическому адресу и бесплатная регистрация и обслуживание в банках – когда это всё вступит в силу? Это первый вопрос. И обсуждались ли поправки в закон о страховании вкладов МСП? Какие поправки готовит Правительство? Может быть, распространить это на средний бизнес?

М.Орешкин: Сегодня было принято решение поддержать эти два проекта. В ближайшее время мы доведём их до логического конца, примем все необходимые поправки в законодательство. Что касается физического адреса, это тектонический сдвиг с точки зрения корпоративного законодательства. Это перевод всей системы регистрации, понимание того, что такое современная компания, современный бизнес, приведение в соответствие с современными реалиями цифровой экономики. Поэтому как раз задача на ближайшие месяцы, чтобы это довести до конкретных законопроектов.

Вопрос: По страхованию вкладов МСП тема обсуждается?

М.Орешкин: Я думаю, скоро мы будем её подробно обсуждать. Но позицию Минэкономразвития, историческую, вы знаете: даже когда Центральный банк очень жёстко выступал против этой идеи, мы всегда её поддерживали и считали, что малые предприятия должны получать защиту в случае негативных сценариев развития в конкретном банке.

Вопрос: Обсуждалась ли тема, что ставки по кредитам должны быть ниже? Может быть, надо как-то смягчить денежно-кредитную политику?

М.Орешкин: У нас денежно-кредитная политика – это то, что обеспечивает стабильность, долгосрочную устойчивость и инфляции, и ставок. Здесь подход очевидный – важна именно долгосрочная устойчивость, поэтому с целью снижения конкретных ставок для конкретных предприятий Правительство приняло новую программу, которая будет компенсировать банкам разницу ставок и позволит им выдавать кредиты по ставке 6,5% уже конкретным конечным заёмщикам.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 31 января 2018 > № 2485583 Максим Орешкин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > banki.ru, 31 января 2018 > № 2479339 Альберт Кошкаров

В суд за пенсией

Как узнать состояние своего пенсионного счета и защитить свои права будущим пенсионерам

Без суда не вытащишь и пенсию из труда

Буквально через пару месяцев станет известно, сколько граждан в 2017 году смогли сменить НПФ или забрать деньги из ПФР. И будут ли снова случаи, когда накопления без ведома клиентов фондов перевели в другой НПФ или, напротив, удержали. Банки.ру выяснял, как защитить свои права будущим пенсионерам.

Перевести нельзя оставить

По предварительным данным Пенсионного фонда России, в прошлом году около 5,7 млн россиян подали заявления о переводе своих пенсионных накоплений. Невзирая на предупреждения пенсионных чиновников и негосударственных пенсионных фондов, лишь ничтожная доля граждан (23,6 тыс.) решили дождаться окончания «пятилетнего периода», чтобы не потерять свои инвестиционные доходы.

Традиционно самый большой отток был из ПФР: его захотели покинуть 3,3 млн «молчунов». Сменить НПФ решили 2,3 млн человек. Скольким из них удалось это сделать, станет ясно в марте, однако о том, что стало с их накоплениями, узнать смогут не все. С 2013 года ПФР не обязан рассылать «письма счастья», в которых сообщается о состоянии индивидуального лицевого счета гражданина.

Лучше посмотреть, что произошло с вашими пенсионными накоплениями, в личном кабинете на сайте Пенсионного фонда, при этом нужно зарегистрироваться на «Госуслугах». Если вы уже пользуетесь порталом «Госуслуги», то самое простое — посмотреть в разделе «Управление средствами пенсионных накоплений» состояние вашего счета. Правда, если накоплениями управляет государство (ВЭБ), то информация будет более подробной. А вот тем, кто хранит деньги в частном фонде, чтобы выяснить, насколько эффективно управляющие распоряжаются вашей будущей пенсией, лучше обратиться в сам НПФ. Здесь можно узнать, как росли ваши накопления за счет инвестиций и сколько денег на будущую пенсию направил ваш работодатель.

Информация о размере доходности за прошлый год доступна после 31 января. Поэтому обращаться в ПФР или НПФ есть смысл не ранее апреля. При желании можно проверить, насколько эффективно инвестировал ваш фонд, и сравнить результаты на сайте ЦБ в разделе «Финансовые рынки».

Выбираем подраздел «Надзор за участниками финансовых рынков» и открываем ссылку «Субъекты рынка коллективных инвестиций». Информация о работе НПФ раскрывается ежеквартально. Сами НПФ также информируют новых клиентов о поступлении пенсионных денег, но, как рассказал на условиях анонимности топ-менеджер крупного фонда, это правило работает не всегда. «Мы обычно сообщаем о прекращении договора, если клиент забрал у нас деньги. Стараемся выяснить, почему он ушел. Но далеко не всегда человеку можно, скажем, дозвониться, контактные данные меняются со временем», — рассказал топ-менеджер.

Можно также посетить офис ПФР, МФЦ или отделение банка (тут необходимы паспорт и СНИЛС) и попросить выписку с индивидуального лицевого счета. В выписке должны быть сведения о начисленных и уплаченных работодателями страховых взносах. Если воспользоваться услугами Почты России, придется подождать результатов пару недель. К тому же к заявлению будет необходимо приложить копию паспорта и СНИЛС.

На сайте ПФР предлагается еще один вариант — обратиться в банк, с которым у Пенсионного фонда есть соответствующий договор. Последнюю рекомендацию обозреватель Банки.ру обнаружил на сайте московского отделения ПФР. Но, как показала практика, вариант не работает. В кол-центре Сбербанка не смогли пояснить, предоставляет ли банк такую услугу, и направили в НПФ «Сбербанка». В отделении ВТБ заявили, что подобных выписок не дают, и рекомендовали зарегистрироваться на сайте ПФР.

Жалуйтесь правильно!

Представим ситуацию: вы точно помните, что перевели свои пенсионные накопления в НПФ. Но, посетив личный кабинет, не обнаружили информации о своем счете. Пока никаких поводов для беспокойства нет: не исключено, что при регистрации были неверно указаны данные или, например, с момента подписания договора с НПФ о переводе поменялись паспортные данные. Также не исключены и ошибки при заполнении заявления в ПФР.

Впрочем, согласно статистике кампании 2016 года, основная причина отказов в переводе пенсионных накоплений отнюдь не в этом. 55% поданных заявлений ПФР забраковал из-за наличия заявлений с более поздней датой (напомним, что удовлетворяется последнее по времени). Еще 30% «брака» получилось из-за того, что НПФ не предоставили подтверждения о заключенных с гражданами договорах. О выявленных массовых подделках электронных подписей и о том, как пострадавшие от мошенников клиенты НПФ сражаются за свои права, СМИ писали весь прошлый год. С тех пор мало что изменилось. За исключением того, что ПФР приостановил прием электронных заявлений от граждан через удостоверяющие центры. Однако способы перевести или удержать пенсионные накопления у злоумышленников есть и сейчас. Например, одно время на рынке была распространена практика использования нотариально заверенных поручений якобы от клиентов НПФ. Подделку просто вбрасывали в ПФР, с формальной точки зрения все было чисто.

Сейчас более актуальным стало использование агентов, которые под разными предлогами стараются получить доступ к данным граждан — паспорту и СНИЛС. Иногда они могут представляться сотрудниками ПФР. Еще один способ — подсунуть ничего не подозревающему человеку договор с НПФ в кипе документов на подпись. Например, если он берет кредит. «Нередки случаи, когда клиент подписывает документы, которые ему предоставляют на подпись, не ознакомившись с ними внимательно. А это оказывается договор на перевод пенсионных накоплений в другой фонд», — говорит генеральный директор АО «НПФ «ВТБ Пенсионный фонд» Лариса Горчаковская.

Если вы уверены, что не подписывали никаких бумаг о переводе пенсионных накоплений, первым делом стоит обратиться в НПФ, в котором оказались ваши деньги, с претензией о незаконном переводе пенсионных накоплений. Текст претензии составляется в свободной форме. В ПФР подчеркивают, что фонд обязан проинформировать заявителя, на основании чего были переведены пенсионные накопления. Кроме того, у НПФ должен быть оригинал договора с гражданином о переводе средств пенсионных накоплений. Необходимо потребовать письменных разъяснений (потом это может потребоваться в суде) и запросить от фонда нотариально заверенные копии заявления и договора. Если, скажем, вдруг выяснилось, что договор и заявление написаны вами почему-то в разных городах — это 99% мошенничество.

Горчаковская советует обратиться с жалобой к регулятору — в ЦБ. Сделать это можно через интернет-приемную Банка России, выбрав пункт «Негосударственные пенсионные фонды». Обращение в ЦБ — лишний повод воздействовать на недобросовестных бизнесменов, регулятор может привлечь провинившийся НПФ к административной ответственности.

Помимо этого стоит направить жалобу в ПФР, например, позвонив на горячую линию. Пенсионный фонд должен провести проверку и объяснить гражданину, на основании чего было принято решение о переводе (или отказано в переводе) его пенсионных накоплений. В ПФР подчеркивают, что даже в случае неправомерного перевода пенсионных накоплений в НПФ они не пропадают. «Эти средства по-прежнему находятся на вашем индивидуальном лицевом счете в системе обязательного пенсионного страхования», — пояснил представитель Пенсионного фонда.

Суд да дело

Если подтвердилось, что пенсионные накопления были переведены без вашей воли (то есть незаконно), или вы считаете, что ПФР неправомерно отказал в смене НПФ, то есть два варианта действий. Первый — написать новое заявление и ждать следующего года. Участники рынка советуют делать это в последних числах декабря: так меньше шансов, что еще кто-то успеет подать за вас второе заявление. Снова напомним, что ПФР удовлетворят последнее по дате.

Второй вариант — обратиться в суд с требованием аннулировать договор с новым НПФ. Для обращения потребуются квитанция об оплате госпошлины, уведомление о прекращении договора об обязательном пенсионном страховании от предыдущего фонда, копия паспорта и СНИЛС, копия искового заявления. Плюс приложения — все ответы, полученные от ЦБ, ПФР и НПФ.

В исковом заявлении требуйте признать договор с новым НПФ недействительным и обязать его в 30-дневный срок со дня получения решения суда передать в выбранный НПФ средства пенсионных накоплений, а также взыскать понесенные судебные расходы.

Образец заявления можно скачать, например, на сайте Национальной ассоциации пенсионных фондов (НАПФ). С ответчика также можно взыскать проценты за пользование вашими денежными средствами. В НПФ «Сафмар» напоминают, что если ваши накопления в прежнем фонде были менее пяти лет, то вы теряете право на заработанный инвестиционный доход. Представитель НПФ «Сафмар» советует обращаться в свой фонд — в котором пенсионные накопления находились до их неправомерного перевода к другому страховщику. И выяснить там точный размер потерянного в результате досрочного перевода дохода. Если суд признает вашу правоту, то новый фонд будет обязан вернуть ваши накопления и проценты за пользование ими прежнему страховщику, после чего инвестиционный доход будет восстановлен на вашем счете. Кстати, речь может идти о достаточно весомой сумме: в прошлом году глава управляющей компании ВЭБа Александр Попов сообщил, что по итогам кампании 2016 года те, кто досрочно забрал пенсию у государства, потеряли 27 млрд рублей.

В НАПФ утверждают, что гражданам нередко удается добиваться отмены перевода пенсионных накоплений. Только в прошлом году суды вынесли несколько десятков таких решений. При этом многие пользовались консультациями НПФ, которые заинтересованы, чтобы деньги будущего пенсионера оставались у них.

Альберт КОШКАРОВ, Banki.ru

Россия > Госбюджет, налоги, цены > banki.ru, 31 января 2018 > № 2479339 Альберт Кошкаров


Россия. Весь мир. УФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479115

Восхитительная тайна Арктики

"круглый стол" - «Югра в контексте российской геополитики»

Блог Изборского клуба. Олег Розанов, Валерий Коровин, Михаил Кильдяшов, Николай Стариков, Михаил Делягин, Владислав Шурыгин, Александр Проханов

Александр ПРОХАНОВ, писатель, председатель Изборского клуба.

Дорогие друзья, мы рады, что на Югорской земле создано отделение клуба, во главе которого — полюбившийся нам своим отношением к делу Андрей Михайлович Осадчук, и вы включаетесь в нашу общую работу. Государство Российское после 1991 года проделало огромный путь — от своего полного несуществования, когда мы потеряли его и целых десять лет пребывали на руинах, а потом мучительно, эмпирически, безо всякого концептуального плана мы начали создавать государство. И создали его! Создали среди войн, террористических актов, политических заговоров, среди нарастающего расслоения, напастей внешних и внутренних. И наше государство достигло такого уровня, что способно запустить два грандиозных проекта, на которые может решиться только субъектное государство, будучи в состоянии планировать и видеть перспективу.

Первый из этих проектов условно может называться "Южное кольцо", "Южная подкова". После 1991 года, когда мы потеряли Украину и свои позиции на Ближнем Востоке, весь наш южный фланг оказался голым. И вот мы восстанавливаем этот оборонный рубеж — через возвращение Крыма, сохранение Севастополя, через усиление Черноморского флота, и выхода через Босфор-Дарданеллы в Средиземное море, через создание в Сирии двух военных баз… Это огромная проектная работа — военная, дипломатическая, коммуникационная.

Ещё один проект — Арктический. Сегодня, после долгой остановки, после того, как была разрушена Советская арктическая цивилизация, государство Российское создаёт новый вариант Русской арктической цивилизации. Этот проект включает в себя добычу углеводородов, создание Северного пути, оборонную составляющую — мы восстановили по всей кромке океана свои станции и выстроили военные подразделения.

Но проектная концепция могла бы включать в себя и то, что я называю "гуманитарной составляющей", потому что Арктика будет не только снабжать Россию углеводородами, обеспечивать военную безопасность и создавать новые уникальные арктические трассы по океану, но Арктика будет поставлять России новый и одновременно старый, прежний тип людей. Это тип русского человека, который был потерян в конце советского периода, в чудовищную перестройку, в 90-е годы: пассионарного, внутренне целостного, гармоничного и возвышенного человека, способного на освоение великих метафизических русских пространств. Этого человека, который был потерян после развала Советского Союза и рассечения русского народа на фрагменты, Арктика своей экспансией должна восстановить. К тому же восстановить представление русского человека о своей земле, своих пространствах, направить его энергию на создание общества нового типа.

Арктика во все времена манила русского человека своей восхитительной тайной. Арктика — это место, где русский человек полагал существование рая, это пространство, куда шли наши первооткрыватели за золотом и пушниной, но они и шли на мистический свет Полярной звезды. Арктика — это область великой русской мечты, великой русской тайны, куда стремилась русская душа. И арктическому проекту необходима эта идеологическая, духовная составляющая.

Изборяне Югры могли бы внести в создание этой компоненты большой вклад, потому что это ваша земля. Стремление к новой общности, к созданию идеального государства, где нет насилия, воровства, гнёта, неравенства, а есть обожание друг друга, благоговение перед Родиной и перед природой, стремление к Северному полюсу, где ещё очень много тайн, куда проливаются силы, питающие нашу землю — это идеология русской мечты. В ней отразилось чаяние наших древних праотцов, православных святителей, наших великих литературных провидцев, таких как Достоевский и Толстой, большевиков, что хотели построить Царство Божие на Земле. А также наши с вами чаяния, потому что наша цель — не стяжание земного достатка, а стяжание того, что наши предки назвали Царствием Небесным. И идеология Арктики могла бы стать воплощением идеологии русской мечты.

В какой бы регион Руси вы ни попали: на Смоленщину, Псковщину, Курильские острова, — Русская земля вся намолена, везде есть места, где подвизались молитвенники, чудотворцы, всё освящено их молитвенными чувствами. А Арктика — не намолена. Арктика должна быть намолена! Не только в церковном, богословском смысле слова, она должна быть одухотворена, наполнена русским обожанием, нашим молитвенным ощущением своей миссии, своего великого предназначения на земле. Конечно, тут есть наши подводные лодки, и там — молельные комнаты, и они являются нашими подводными храмами. В этом смысле Арктика намолена. Но отсюда должна идти и волна духовного света, чтобы каждый кристалл льда, каждая полынья прошедшего ледокола, каждая тонна добытого сырья были одухотворены.

Мы очень надеемся, что наши новые собратья — изборяне Югры — включатся в эту работу, потому что одно дело — умозрительные представления, а другое — ваши чаяния, ведь ваши стопы идут по этой земле. Они идут до Ямала, затем до Ледовитого океана, туда, где кончается Россия. А мы говорим: "Там, где кончается Россия, начинается Царство Небесное". Давайте посвятим свои усилия одухотворению восхитительной русской Арктики.

Илья ВЕРХОВСКИЙ, руководитель научно-образовательного центра "Югра-социум" Югорского государственного университета, политолог:

Югра — удивительный край с уникальной историей. Это региональная цивилизация, которая наряду с близлежащими Ямальской (Арктической) и Уральской (Горнозаводской) региональными цивилизациями в целом составляет Россию, как радугу регионов. Эта "цветущая сложность", это соцветие и делает нашу страну той самой потаённой империей, которая независимо от времени вливается во всё новые и новые формы (Киевское княжество, Московское, Российская империя или Красная империя). Югра принимала участие во всех важных событиях российской истории. Это первый плацдарм высадки наших казаков — сухопутной колонизации Сибири. Это последнее место всплеска советского энтузиазма: у нас вы можете увидеть фотографии, на которых люди со счастливыми улыбками умывались нефтью в сорокаградусный мороз.

В современности Югру воспринимают с точки зрения энергетического комплекса — энергетического сердца. Но Югра — это ещё и очень тонкое духовное сердце России, некий нерв российской истории. Я и мои коллеги — политологи, философы, эксперты, люди, которые занимаются вполне конкретной политикой, — мы все очень заинтересованы в этом тонком философском измерении. Югра является тайным нервом, тайным сердцем всего российского пространства.

Центр "Югра-социум" создавался два года назад как центр регионоведения Югры, причём регионоведения философского. Мы объездили всю Югру, и пришло понимание, что отдельные районы и города обладают собственным, абсолютно неповторимым образом мира, своим мировидением. Я назвал этот проект "Менталитет и муниципалитет". Причём город Сургут очень отличается от города Нижневартовска, который немногим меньше, но там характер и отношение людей друг к другу, к власти фундаментально разные.

Почему — региональная цивилизация? Я отталкивался от теории локальных цивилизаций. Современное либеральное представление о том, что мировое развитие идёт, отталкиваясь от идеи прогресса, неминуемо порождает западно-центристский культурный расизм: если есть прогресс, значит, есть страны предельно передовые, а есть отсталые. Противовесом является обобщённая теория локальных цивилизаций. Вся планета Земля есть точно такая же радуга различных цивилизаций и мифов, уникальных и дополняющих друг друга. Одна из них — это Российская православная цивилизация. Россия — это радуга регионов, и мы внутри неё можем выделить отдельные цивилизационные зоны, одной из которых является Югра.

Какие чёткие моменты специфики этого региона можно отметить? По данным моих исследований, Югра — это регион-медиатор, который снимает очень многие фундаментальные противоречия. Географически он находится между севером и югом. С одной стороны — это почти Арктика, с другой стороны, Арктика — это Ямал. А у нас в южных районах растут яблони и водятся ежи, то есть это и север, и юг. Противоречие между западом и востоком: с одной стороны, мы видим уже в Сургуте или Ханты-Мансийске здания из стекла и бетона, но с другой стороны, население в городе имеет патриархальное (в самом позитивном русском смысле) сознание. Например, я прекрасно помню, что когда хозяева уходили из дома, ключ клали под коврик. Мы могли войти в любую квартиру, отношения были общинные. На сегодня в больших городах это разрушено, но в Югре эта традиция сохранилась.

Ещё региональная цивилизация снимает противоречия между коренными народами и народами "пришлыми". У нас есть целый поток волн колонизации. Даже сами обские угры в своё время пришли из Южно-Уральских степей и принесли оттуда культ бога Митры и белого коня. Соответственно, мы, здесь родившиеся, живём в пространстве обско-угорских смыслов и в пространстве языка, даже не понимая его. На карте Югры видим два русских муниципальных названия — это Березовский и Октябрьский районы; два советских названия — Пионерский и Советский. Все остальные названия — нерусского происхождения, мы живём в пространстве обско-угорской топонимики. И это естественно для всех нас, родившихся здесь.

Югра — это территория интенсивной сакрализации пространства. Здесь тип сакральности очень архаический. На месте городка князя Самара, где произошла битва с казаками, стояло святилище, и на протяжении трёхсот лет ханты со всей окрестности приходили сюда и приносили бескровные жертвы. Само название Ханты-Мансийск происходит от имени младшего сына верховного бога, который объезжает землю. Я глубоко убеждён, что сакральность этих холмов обусловила впоследствии появление Ханты-Мансийска как столицы Югры. И почти про каждый район мы можем сказать то же самое.

Автохтонная сакральность, потом Крещение Руси и святыни православные, затем нерелигиозная сакральность великого трудового подвига — освоение тюменской нефти, которая тоже наложилась сюда — это всё делает Югру очень своеобразным намоленным местом. Именно это воспето в советских песнях о том, что приехал в Югру "на год, а остался навсегда". Это тяготение к северу и есть потаённое, мистическое, тайное притяжение нашей земли.

Валерий КОРОВИН, директор Центра геополитических экспертиз.

Я постараюсь развить несколько тезисов о том, что Югра является основой евразийского Хартленда, который, в свою очередь, представляет собой самый стабильный геополитический плацдарм, ось истории, определяющую ход мировых исторических событий. Здесь очень важно помыслить о том, как сохранить стабильность этого хартленда, как не вывести его из состояния равновесия, к чему прилагают усилия наши саксонские "партнёры". В этом смысле важно обратить внимание на этносоциологическую стабильность, константность нашего севера в истории нашей более чем тысячелетней государственности. Важно подчёркивать эту вековую преемственность нашей государственности, прошедшей от времён Киевского периода, Московского, Петербургского, Советского — и нынешней, возрождаемой из пепла Российской, вновь имперской, государственности. Именно имперская государственность является неизменной сутью русской государственности как таковой. А основополагающим принципом имперскости является то самое стратегическое единство, многообразие форм культурных, этнических, религиозных, которые наблюдаются сегодня на Русском Севере. Сочетание полиэтничности, интенсивность сакрализации и есть суть нашей имперской константной геополитической русской государственности. Почему мы так легко сочетаем полиэтничность, сакральность, общинность, традиционность этносов, которые населяют наши пространства по сей день? Почему именно русские, как большой народ, создали и сохранили эту государственность, отстояв её суверенитет, пронеся через века? Потому что это гармонично, комплементарно сочетаемые, естественные для имперского образования вещи, и только в рамках государства-империи это многообразие форм может сочетаться и сохраняться. Западные формы государственности (государство модерна, государство-нация) преодолевают более архаичные, как они считают, формы социального устройства. И что мы наблюдаем на Западе? Этносы слились в народы, народы создали европейские империи, империи распались на национальные государства, которые превратились в гражданское общество — плавильный человеческий котел, создавший человеческую биомассу. А следующий этап — создание общества бесполых существ, лишившихся последней коллективной идентичности — половой. Но это тоже не предел — клоны, мутанты и киборги дышат в затылок нынешнему западному человечеству. И этот путь последовательной трансформации предлагают нам и пеняют, что мы недостаточно быстро развиваемся в социальном смысле, недостаточно быстро трансформируем своё общество. Но, глядя на монстров современного запада, которые уже преодолели даже такую категорию, как индивидуум, мы можем только отшатнуться от этих чудовищных десакрализованных форм социального человеческого существования и бытия нынешнего Запада. Поэтому мы обращаем свой взор на то, что продолжает сохранять нас людьми. А нынешние традиционные этносы Русского Севера, сохранившие сакральность и пронёсшие её в веках, как ничто другое восстанавливают в нас человеческое и традиционное, свою бытийную онтологическую основу.

Югра демонстрирует уникальную имперскую сочетаемость изначальных архаичных форм бытия, позволяющих оставаться людьми, и технологического развития.

Михаил МАРТЫНОВ, доктор политических наук, профессор Сургутского государственного университета.

В мире не так много народов, которые совершили деяния исторического характера, оказывали влияние не только на свои страны, но и на другие. Это португальцы и испанцы, совершившие великие географические открытия; англичане, открывшие своей промышленной революцией путь в индустриальное общество; французы, подарившие своей революцией принципиально новые идеи мироустройства; жители североамериканских колоний, которые впервые воплотили эти идеи в жизнь.

Русскому народу в первой половине ХХ века удалось невозможное: сначала совершить революцию, которая разрушила прежний миропорядок, а затем сыграть решающую роль в победе над фашизмом. Думаю, через какое-то время к аналогичным деяниям всемирно-исторического характера, равным по масштабу первым двум, будет отнесено и освоение Севера. Такому труду нет аналогов в истории: производственная деятельность человека в тяжелейших, сложнейших условиях. И апофеозом этого труда стало бы освоение Арктики.

И каким бы мощным не было Российское государство, и оно без поддержки народа этого бы сделать не смогло. Это было нашим общим осознаваемым делом. Народ всегда понимал смысл того, что совершает: и когда совершал революцию, а потом индустриализацию, и когда боролся с фашизмом, и когда осваивал Север. И когда мы говорим о необходимости освоения Севера, нужно объяснить: для чего, какой в этом смысл? Если просто для того, чтобы увеличить экспорт и производство углеводородов и другого сырья, — это не станет мотивом духовного подъёма народа. Совсем другое дело, если мы объясним, что это предпринимается, чтобы развивать собственное производство, в которое новые природные богатства будут вовлечены.

Аллегорически можно Россию сегодня сравнить с человеком, который привольно раскинулся на просторах Евразии, ноги которого упираются в Чукотку и Сахалин, а руки распростёрты вдоль Уральского хребта, и только голова высунута в форточку Европы — на Европу эта голова смотрит, Европой дышит и называет всё остальное своё тело тоже частью Европы.

Но мы живём в мире, где быть частью чего-либо уже невыгодно и опасно, потому что это мир, в котором глобализация заканчивается, распадается ткань социального мироустройства. Выживать в этом мире будет тот, кто в разумных пределах сумеет закрыться от других, кто создаст своё производство, сумеет защитить свою промышленность и экономику, а не будет, высунувшись в форточку, стремиться стать частью чего-либо. Если мы говорим о таком будущем России, то встаёт вопрос: а какие регионы будут той площадкой, с которой новый российский мир будет стартовать?

Югра в этом плане обладает рядом преимуществ. Во-первых, являясь частью Сибири, она ближе расположена к этой кладовой природных богатств. В то же время, по сравнению с остальными регионами Сибири, она обладает несравненно большим потенциалом: сохранённый кадровый потенциал, развитая инфраструктура, мощная энергетическая вооружённость. Эти качества делают Югру несущей конструкцией будущего экономического возрождения. Сегодня географическая ось истории заколебалась, и нужно её восстановить, вернуть то устройство, которое давало миру твёрдость и определённость. Задача Изборского клуба — рождать те смыслы, которые должны вдохновить народ. Нужно, чтобы эти смыслы были понятны народу. Нужно встречаться с людьми, разговаривать, объяснять. Тогда, возможно, вокруг этой оси истории закрутятся новые перемены.

Михаил ДЕЛЯГИН, экономист.

Югра может дать образец новой русской цивилизации. И заслуга вашего руководства в том, что оно добилось, чтобы здесь возникла не одна, а несколько крупных корпораций. Их конкуренция удерживалась в относительно цивилизованных рамках, и их баланс обеспечивал развитие.

Здесь есть рабочие места. Работающая, старающаяся думать, организовывать и менять свою жизнь молодёжь. Есть различие местных культур, что даёт огромную энергетику. К тому же — многонациональность. При этом энергетику разных народов, культур здесь удаётся объединить и направить в нужное русло. Кроме этого, ХМАО — это территория, где люди постоянно работают с современными технологиями. А впереди нас ожидает эпоха новых технологий, закрывающих технологий — сверхпроизводительных и при этом достаточно простых. Это будет новая и довольно болезненная эпоха, но здесь есть инженерно-прикладная грамотность, и при эффективном региональном управлении это позволяет войти в новое будущее и использовать его, стать в этом флагманом для всей России и, может быть, даже для всего мира. У Югры есть великолепные стартовые возможности в создании нового человечества.

Но новые технологии создают чудовищные искушения, они позволяют трансформировать человека. А когда человек становится чем-то другим, он начинает по-другому потреблять, он открывает новые рынки для бизнеса, новые возможности зарабатывания прибыли. Для того, чтобы получать новую прибыль, нужно трансформировать человека. Мы с Западом оба оказались на этой развилке и, не осознавая, что делаем выбор, сделали диаметрально противоположный. Они, выросшие в рамках капитализма, не задумываясь, сказали, что раз они живут ради прибыли, то нужно трансформировать человека. Мы точно так же "на автопилоте" сказали, что деньги — это замечательно, но это всего лишь подтверждение нашей справедливости и человечности, и "расчеловечение" ради этого мы делать не будем.

Прививка от расчеловечения — это традиция. Мы живём в потрясающее время, когда традиция становится революцией. Здесь, в Югре, живёт много традиций: дохристианские, христианские, советские — и я думаю, что эта революционность проявится очень ярко.

Владимир ШАМАХОВ, директор Северо-Западного института управления РАНХиГС, д.э.н., действительный государственный советник РФ I класса.

У нас в Петербурге совсем недавно создано отделение Изборского клуба. Петербургское отделение сосредоточило свою работу главным образом на арк­тической тематике. Потому что в Петербурге исконно базировались научные, промышленные, военные, технологические организации и предприятия, ведомственные институты, которые работали на Арктику; у нас строятся военные корабли и атомные ледоколы.

Но сегодня: как на уровне государственном, так и на общенародном, — не видно объединения усилий для реализации глобальной задачи планетарного масштаба — освоения Арктики. Поэтому мы выступили с инициативой, которая была поддержана полномочным представителем президента РФ в Северо-Западном федеральном округе и Администрацией президента, о создании в Санкт-Петербурге Центра научно-технологических компетенций по освоению Арктической зоны РФ. Это добровольное общественное объединение. В него вошли более сорока организаций: университеты, институты, научно-промышленные комплексы. И наше отделение Изборского клуба является ядром этого центра. Это не управленческая структура, а некий мозговой центр, в котором мы пытаемся разрешить наболевшие проблемы. И очень заинтересованы, чтобы такой центр, как Югра, подключился к работам наших учёных и промышленников.

Михаил КИЛЬДЯШОВ, председатель Оренбургского отделения Изборского клуба.

Природа для нас — мистическая субстанция. Природа способна породить мечты в нашем народе. На мой взгляд, в сегодняшнем мироздании, в нашей картине мира соединяются две мечты: мечта о тепле (условно "крымская мечта") и мечта о холоде, мечта об Арктике. Но мечта о холоде — это не мазохистская мечта нашего народа. Холод — это всегда движение, это действие, путь, горизонт, это северное сияние. Мечту о холоде мы слышим в курских песнях Свиридова, видим в картине Шишкина "На севере диком", читаем в "Капитанской дочке" Пушкина, когда Гринёв едет в Белогорскую крепость через буран и стужу. Пушкину важно было показать через холод, что он едет, как на край света, что империя наша уже тогда была необъятной. Это понимание мечты о холоде рождает сегодня очень интересные представления, преломления. В фольклоре манси есть легенда о Северном ветре, который разбушевался и стал губить людей. Народ стал замерзать от холода. И в народе нашёлся пассионарий, который вызвал Северный ветер на бой и в бою буквально сломал ему челюсть. Северный ветер перестал дуть, воцарилось тепло, жара, и народ стал гибнуть от жары. Со временем у северного ветра заросла челюсть, но дуть с прежней силой он уже не мог. Но климат самый подходящий, югорский — установился. Так и нам, я думаю, в будущем предстоит на сопряжении этих двух мечтаний открыть какие-то основополагающие смыслы наших ближайших десятилетий.

Владислав ШУРЫГИН, военный эксперт.

Я хотел бы обратить внимание на роль общественных организаций Югры в укреплении национальной безопасности в Арктической зоне России. Начать нужно с того, является ли сегодняшнее понятие "угрозы" актуальным, потому что, казалось бы, Север находится очень далеко от геополитических противников. Можно сказать, что Югра — это средиземное понятие по отношению к нашей огромной стране. На сегодняшний момент признано, что все будущие цивилизации находятся на Севере. Здесь сосредоточено громадное количество природных ископаемых, без которых невозможно нормальное развитие цивилизации, здесь идёт добыча нефти и газа, которые являются основой наших бюджетов. Но здесь и громадные неисследованные территории, а прежде всего — арктический шельф. И здесь — пересечение интересов. На сегодня из восьми арктических стран, как минимум, пять принадлежат к блоку НАТО. И почти со всеми этими странами у нас существуют нерешённые вопросы по признанию северных арктических территорий.

Сегодняшний путь, по которому идёт Россия, вполне цивилизованный: мы не стремимся к конфликту, нами поданы в Международный суд заявки по всем спорным территориям. Но специфика этого суда в том, что рассмотрение таких дел начинается только тогда, когда и вторая сторона подаёт встречный иск. Не все страны (например, Норвегия, Канада) подали встречный иск. Поэтому военная угроза является на сегодняшний момент отложенной. Но это не значит, что мы можем ни о чём не беспокоиться, и прежде всего потому, что за последние 25 лет громадный оборонный щит, который создавался советской властью практически 70 лет, был демонтирован и, фактически, к началу 2000-х разрушен. Была ликвидирована единая система ПВО, утрачено единое радиолокационное поле над страной, когда на каждые 300-400 км сажалось по отдельной радиолокационной роте. И вот эта громадная арктическая цивилизация в 1991-м была признана неактуальной и демонтирована. Сегодня громадными усилиями и ценой очень больших денежных затрат мы восстанавливаем эту цивилизацию. Это процесс очень небыстрый, и тот исторический задел, который нам дан для мирного разрешения, мы должны максимально использовать, чтобы хорошо подготовиться к любому повороту событий.

Если перейти уже непосредственно к северному региону и говорить о вариантах ведения боевых действий, которые здесь могут быть, то на первое место выходят действия небольших подразделений. Война на севере исключает понятие глобальной войны, когда танковые или другие армии начинают сталкиваться на каких-то пространствах. Север — это война компактных подразделений за те немногие точки жизни, которые есть здесь. Создание и подготовка таких подразделений является сегодня для нашей армии задачей приоритетной, и на это тратятся большие силы и ресурсы. Но здесь возникает очень серьёзный вопрос — выживаемости на этих территориях. Научить этому можно только следующими способами: 1) Забросить людей и пусть учатся. Но это не вариант. 2) Попробовать брать всё лучшее, что есть у коренного населения Севера. 3) Обобщить опыт арктических экспедиций.

Второй вариант — при том, что он предпочтительней и интересней, не удовлетворяет Министерство обороны. Потому что жизнь людей на Крайнем Севере имеет свою очень жёстко привязанную специфику. Несмотря на то, что они кочевые, они очень часто привязаны к конкретным точкам. Эксперименты с использованием собачьих или оленьих упряжек показали, что это не годится: олени устают на пятый день пути, собаки более выносливы, но скрытое передвижение с ними невозможно, их лай разносится на значительную территорию. И мы должны решать эти задачи силами и средствами, которые нам предоставляет ХХІ век.

Здесь на первое место выходит опыт арктических экспедиций. И у Югры есть уникальный опыт: на протяжении десяти лет здесь работает арктическая экспедиция — "Северный десант". И этот опыт, на мой взгляд, нужно максимально использовать.

Николай СТАРИКОВ, писатель.

Мне хотелось бы сказать о потенциальных планах наших геополитических "партнёров" в отношении Сибири и Урала как части Российской Федерации. Югра рассматривается в контексте российской геополитики, которая является частью контекста мировой геополитики.

Есть силы, заинтересованные в том, чтобы Россия не развивалась, а была в подчинённом состоянии. Если мы посмотрим на карту, то увидим, что наше огромное государство является как бы мостом, который соединяет Азию и Европу, а конкретнее — Китай как фабрику, производящую товары, и Европу, которая эти товары потребляет. И есть США, которые заинтересованы в контроле и над Россией, и над Китаем, и над Европой.

Мы видим постоянное желание ввести в отношении нас санкции, как-то дистанцироваться, объявить нас государством-изгоем… Деятельность Запада в отношении России будет всегда многоплановой, но она будет постоянно направлена на ослабление России. Исходя из этого, посмотрим, что может быть в отношении Сибири и Урала?

Здесь прозвучал термин, который несёт положительный настрой в одном случае, но может быть использован для деструктивных вещей: это "цивилизация Югры", "цивилизации Сибири и Урала". Очень красивые термины, и я полностью согласен, что Россия — это цветущая общность народов, и "цивилизация" — это термин, который может тут употребляться. Но наши противники будут использовать этот термин совершенно для другого. Мы видим, как его уже сейчас исподволь используют средства массовой информации для создания новой общности: "я сибиряк". Сто лет назад точно такие же силы создали общество "я — украинец". Это примерно то же самое, потому что "Украина" — всего лишь географический термин части Российской империи, великого русского народа. Поэтому, когда мы видим такие же процессы, которые уже дали печальные результаты для откола части народа и столкновения его с целым, мы понимаем, что эта политика будет осуществляться в отношении Сибири и Урала.

Нам внимательно нужно приглядеться к нашей Конституции: там всего один раз используется слово "государство". В том контексте, что Россия состоит из государств. Но откроем Конституцию субъектов РФ. Татарстан: "Главой государства и высшим должностным лицом республики Татарстан является президент". Абсолютно готовый концепт для отделения: есть государство, есть президент. Осталось только запустить этот деструктивный процесс. Дагестан: "Республика Дагестан есть единое демократическое правовое государство в составе Российской Федерации". Да, какое-то время на эти слова никто не обращает внимания, но в нужный момент это будет поднято, как знамя, вплоть до отделения.

Сегодня этого не происходит, потому что авторитет президента В.В. Путина высок. Но эти бомбы, которые заложены в Конституцию 1993 года, продолжат там лежать. И наша задача — сделать так, чтобы они не взорвались никогда. С моей точки зрения, в России должен быть один президент, а слово "государство" должно относиться только к Российской Федерации, всё остальное — это субъекты Федерации.

И совершенно очевидно, что если отделить от России Урал и Сибирь, то наше государство вряд ли переживёт такую ампутацию. Идеология, которую пытаются вбросить на фоне разговоров о формировании некой новой идентичности: "я сибиряк" или "я житель Урала" и "у нас есть природные богатства, которые эти "москали" забирают", — очень напоминает идеологию, под которой когда-то откололась от России Украина. Я убеждён, что будут попытки навязывания разговоров "хватит кормить Москву" и апелляция к тому, что нужно все богатства оставить там, где они производятся, что это приведёт к расцвету края. То же самое говорили всем пятнадцати советским республикам — методичка наших геополитических "друзей" не меняется. Мы это должны понимать и с этим пониманием выстраивать нашу государственную политику.

Олег РОЗАНОВ, первый заместитель председателя Изборского клуба.

Тайна русского человека ещё не раскрыта. Мы трудимся, любим, служим в армии, молимся и мечтаем, сами не осознавая своего масштаба и предназначения. Мы сами для себя не сформулировали образ нашей русской мечты, масштаб и величие которой не дают нам опуститься до статуса "нормальной европейской страны". Наши мечты, наши сны и желания так же загадочны, как бескрайние просторы Русского Севера.

Загадка, видимо, в том, что усердно трудиться мы можем только тогда, когда для всех очевидна общая — предельно ясная и в то же время почти недостижимая — цель. Русский народ не разменивается на стяжание комфорта, прибавление сотой доли ВВП или благоустройство улиц. Всё это фатально недостаточно для широты русского человека.

Наша русская мечта не вписывается в шаблонную схему западного бытосутроительства, индивидуального комфорта и материального процветания. Разве для поиска уютной и комфортной жизни мы растопили полярные льды теплом советских городов, подняли всю мощь ядерного флота, украсили северные границы цепью прекрасных монастырей?

Разгадка мучительного вопроса о русской мечте таится где-то в Сибири и на севере, в Югре или на Чукотке, куда приезжают люди-герои, люди-первопроходцы, молитвенники и первооткрыватели. Следуя за нашей русской мечтой, мы обращаемся взором к снегам нашего Севера, к внутренней геополитике и геостратегии. Ключевые изменения должны начаться и начнутся именно здесь. Все социальные, экономические и географические предпосылки для этого есть.

Александр ПРОХАНОВ.

Я благодарю всех за высказанные интересные суждения. Арктическая тема граничит с русской загадкой, с русской тайной, объединяющей огромный массив пространств и народов. Мне кажется, трудно выразимая категория, которая называется "русская мечта", формируется на протяжении всей русской истории. Сегодня это русское чаяние, русская молитва и русская загадка смогла соединить все наши пространства, все народы.

Каждый клочок нашей земли неповторим и уникален, и югорская мечта, которая соединяет в себе огромное количество тем, ценностей, представлений, могла бы стать предметом осмысления югорского отделения нашего клуба. Это и поэтическая, и технологическая, и военная, и экзистенциальная, и религиозно-историческая тема. Мы убедились, что в Югре есть пытливые мыслители, дерзновенные мечтатели, и эта задача вам, дорогие собратья, под силу.

Россия. Весь мир. УФО > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479115


Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479114 Александр Проханов

Красный конь и чёрная каракатица

Российское государство — лишь питательная среда для доморощенных олигархов?

Александр Проханов

Аркадий Дворкович в Давосе заявил, что в России больше нет олигархов, а есть социально ответственные предприниматели. Аркадий Дворкович — не каракатица, он — чернильное облако, которое выбрасывает из себя каракатица, желая спастись и скрыться.

Российские олигархи испытывают на себе двойное давление. На их миллиарды давит Америка, угрожает отобрать эти миллиарды, вышвырнуть с западных рынков и тем самым натравливает олигархов на Путина — виновника всех их бед и несчастий. На олигархов давит российский народ всей своей ненавистью, нищетой, всем своим сталинизмом, всей своей исторической неприязнью к ростовщикам и мироедам, евангельской истиной о том, что легче верблюду пролезть сквозь угольное ушко, чем богачу войти в Царствие Небесное. Всей проповедью русской классической литературы Толстого, Достоевского, Горького, где неправедно нажитое богатство есть тягчайший неотмолимый грех.

Российские олигархи лебезят перед Западом, тщетно уклоняясь от санкций, сплетая тайные заговоры против президента России и российской государственности. Олигархи стремятся предстать перед русским народом благодетелями, национально мыслящими предпринимателями, меценатами, социально ответственными гражданами. Этому и служат циничные заявления Дворковича о социально ответственных предпринимателях. Абрамович — социально ответственный предприниматель? Чубайс — социально ответственный предприниматель? Воры-банкиры, подобные Пугачёву, который в России крестился на каждом углу, тайно загребая русские богатства и переправляя их за границу, они тоже — социально ответственные предприниматели? Вся хищная ненасытная стая, лязгающая клыками, высунувшая мокрые языки, та, что гонится по пятам за Россией, как волки гонятся за затравленным оленем — всё это социально ответственные предприниматели?

Российские олигархи, построившие на окраинах Лондона "город будущего", знают, во что превратились русские городки и селения — эти скопища гнилых трущобных домов. Появление и взрастание в недрах государства российского страшной каракатицы непомерных размеров является загадкой и ужасающей данностью. Загадка в том, когда и на каком этапе, быть может, на этапе своего зачатия, новое государство российское было инфицировано этой страшной болезнью. Взрастая, укрепляясь, проходя этап за этапом своего становления, сегодня государство российское взращивает в своей глубине собственную смерть — поселившееся в его чреве ракообразное существо. Это существо по мере взрастания и усиления государства само взрастает и усиливается, питаясь его соками. И возникает мучительное подозрение: не создано ли само государство российское как питательная среда для этого солитёра? Быть может, мы строим и укрепляем свою армию, воздушно-космические силы и подводный флот для того, чтобы сберечь страну как пищу, в недрах которой развивается этот скользкий червяк, и сильная страна не позволит чужим мировым червям посягнуть на кормовую базу этого доморощенного чудовища? И не являются ли наши победы на внешнеполитической арене такие, как военная операция в Сирии, восхитительное возвращение Крыма, не более, чем отпором, который даёт олигархическое российское ракообразное своим мировым конкурентам?

А при чём здесь русский народ? При чём здесь русское мессианство? При чём мистика русской истории, русское чудо и русская мечта? Быть может, всё это — гуманитарное и религиозное прикрытие страшной земной реальности? И Россия есть питательная среда для этой чудовищной опухоли, которая в конечном счёте и есть государство российское?

Эти страшные вопросы заставляют посмотреть на все предшествующие сто лет русской истории. Когда великая романовская империя скопила в себе несметные богатства: алмазные короны, государственные и царские золотые слитки, волшебную культуру и изысканную философию, — всё это после 1917 года в одночасье было украдено и переведено на Запад. И нищая, голая, обобранная Россия, напоминавшая линялую икону с содранным золотым окладом, вновь должна была в период сталинских пятилеток, раскулачивания и репрессий накапливать своё национальное богатство. Русский народ, поднятый на дыбу, хрипя и кашляя кровью, возводил великие заводы, строил великую армию, создавал университеты и научные школы, воспитывал уникальных учёных и художников, мобилизовал народ на создание неслыханных ценностей — материальных, духовных, космических. В 1991 году все эти ценности второй раз за ХХ век были моментально вывезены за рубеж. Было украдено и растворилось так называемое "золото партии". Исчезли валютные запасы страны. Были вывезены уникальные инженерные технологии, целые научные школы, представленные замечательными химиками, физиками и биологами. И страна опять оказалась голой, а русский народ — обобранным и несчастным.

И теперь в третий раз строится государство российское. Но в недрах его готовится ограбление России. Вновь несметные русские богатства вывозятся за рубеж. Русские деньги, направляемые Набиуллиной в американские банки, служат другой цивилизации. Вновь везут за границу наше зерно и алмазы, оставляя в России чёрные пустые карьеры и неудобицы. Уплывающие в зарубежные банки и оффшорные зоны российские триллионы завтра в одночасье будут экспроприированы Западом, и Россию в очередной раз оставят нагой и босой.

Эти страшные вопросы русской истории необходимо ставить сейчас, в период президентских выборов. Президент Путин, чьими усилиями было создано и продолжает созидаться новое государство российское, не может не чувствовать этой нарастающей драмы. Государственник №1 не может не понимать, что все его личные и всенародные деяния, будь то Крымский мост или дивные русские монастыри, — все они заминированы. В них вживлены заряды уже в момент строительства: будь то опора Крымского моста или колокольня Ново-Иерусалимского монастыря.

Пройдя сквозь чистилище выборной компании, поблагодарив за участие в выборах Грудинина и Собчак, Жириновского и Титова, возложив четвёртый раз длань на конституцию Российской Федерации, президент Путин займётся исправлением этой жуткой кривизны, возникшей в недрах русского времени. Найдёт рецепт, благодаря которому можно будет извлечь из опор Крымского моста и колокольни Ново-Иерусалимского монастыря губительные заряды, не разрушив при этом сооружения.

Дворкович — это пылинка, которую подхватит ветер Давоса и унесёт в пустоту. Россия предвечная — не миф, не фантазия. Она грозно взирает на нас из небес своими сияющими куполами. Обращается к нам, ныне живущим, словами преподобного Сергия в канун Куликовской битвы. Словами царя Петра к полкам перед началом Полтавского сражения. Словами Иосифа Сталина, сказанными им во время священного парада 1941 года.

Схватка за русскую историю длится. Купание красного коня продолжается. Божественный наездник, оседлавший этого огненного коня, вонзает остриё своего копья в чёрный зев каракатицы.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 31 января 2018 > № 2479114 Александр Проханов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483965 Иван Любимов

Изоляция экономики. Товары нужно производить для всего мира

Иван Любимов

Старший научный сотрудник Института Гайдара

Попытки создавать товары только для внутреннего потребления не приведут экономику к успеху

Российская экономика нуждается в диверсификации и усложнении экспорта, на что время от времени указывается в публичных выступлениях. В этой связи, выбор правильной политики усложнения экспорта крайне важен для достижения целей диверсификации. Исторические примеры Аргентины и Южной Кореи во второй половине 20-го века могут быть интересными в качестве образцов, соответственно, экономического провала и расцвета, связанных с выбором политик экономического усложнения.

Южная Корея за счет экспорта более сложных товаров смогла переместиться из группы бедных стран в группу стран-членов ОЭСР, в клуб богатых экономик. Аргентина, хотя и начинавшая ХХ-е столетие среди стран-лидеров по уровню подушевого ВВП, не сумела сделать свой экспорт сложнее и в конечном итоге, оказавшись среди стран с похожим уровнем экономической сложности, превратилась в страну со средним уровнем дохода. В чем заключались различия в политике увеличения уровня экономической сложности в этих двух странах?

Южная Корея — один из немногочисленных примеров фундаментального экономического развития второй половины XX-го века, заключающихся в успешном накоплении ноу-хау и усложнении экономики. Эта экономика, в 1950-х годах состоявшая из простых секторов, таких как сельское хозяйство, рыболовство, добыча ископаемых, постепенно создала сложные индустрии. Стоит подчеркнуть именно постепенный характер усложнения экономики Кореи.

Последняя, в частности, сначала научилась производить и экспортировать текстиль, одежду, фанеру, освоила сборку автомобилей и электроники. Таким образом корейская экономика получила навыки в организации простых производств, использующих труд вчерашних крестьян. Создав для этих секторов инфраструктуру, рабочий класс и когорту управленцев, научившись продавать простые товары на международном рынке, страна стала переходить к освоению более сложных секторов.

Металлургия, химическая промышленность и нефтепереработка — более сложные индустрии, чем текстиль или сборка автомобилей — сформировались в Корее в качестве секторов «верхнего уровня», в которых создаются начальные звенья в цепочках добавленной стоимости. Металлы, химия и топливо из этих отраслей затем начали снабжать отрасли «нижнего уровня», производящие более технологичные звенья в цепочках добавленной стоимости как внутри Кореи, так и за ее пределами, т.е. отправлялись на экспорт. За этими отраслями последовало создание индустрии судостроения, которая сначала выпускала относительно небольшие и простые корабли, в частности для рыбной ловли, позже освоив выпуск и сложных крупных судов, таких как танкеры или контейнеровозы.

Начав со сборки автомобилей, Южная Корея постепенно развила эту отрасль и начала производить и экспортировать собственные марки авто. Похожие ступени Корея прошла и в электронике и бытовой технике, сначала только собирая отдельные блоки, а затем перейдя к выпуску и экспорту телевизоров, видеомагнитофонов, СВЧ-печей.

Успех экономического развития Южной Кореи был связан со множеством дополняющих друг друга причин, включая господдержку и промежуточное импортозамещение, но отметить в качестве главных из них стоит ориентацию выпуска на экспорт (внутренний рынок был слишком мал, чтобы производство достигло значительных масштабов и смогло зарабатывать крупные доходы), а также постепенное усложнение экономики, отражающее накопление в ней ноу-хау, инженерного корпуса, квалифицированных рабочих, инфраструктуры, капитала.

Совсем другая политика индустриального развития проводилась в Аргентине. На протяжении XX-го века эта латиноамериканская экономика из группы богатых стран переместилась в группу средних экономик. Однако этот результат нельзя назвать неожиданным. В благополучные десятилетия экспорт Аргентины в основном состоял из различных злаковых культур, говядины и других простых товаров. Такая простая экспортная корзина не может обеспечить высокий уровень благосостояния для достаточно большого населения, размер которого в этой стране увеличился с 8 млн человек в начале XX-го века до 30 млн в 1985 году.

С таким числом жителей оставаться богатым, торгуя говядиной, можно лишь в модельном мире, где выполняется ряд сильных предположений. В первой половине XX-го века аргентинская экономика была богатой, но не была развитой и сложной. В то время, как другие богатые экономики изготавливали и экспортировали такие сложные товары, как океанские суда, локомотивы и автомобили, прокладывали телефонную связь, строили электростанции и метро, Аргентина экспортировала сельскохозяйственные товары. В результате она и оказалась среди подобных себе экономик не только по уровню сложности, но и по подушевому ВВП.

Президент Перон возглавил простую экономику и мог бы положить начало ее усложнению. Но индустриальная политика Аргентины содержала ряд ошибок, которые не позволили ей повторить южнокорейский успех. Например, Аргентина, имевшая ноу-хау в экспорте говядины, принялась за масштабную диверсификацию, в частности, начав выпускать в рамках совместных с американскими и французскими производителями предприятий, автомобили для внутреннего рынка.

Аргентинцы стремились поскорее взять на себя более сложные этапы производства, такие как дизайн и производство сложных блоков и агрегатов, но для этого у страны не было ни достаточной инфраструктуры, ни развитой системы поставок деталей и ресурсов, ни инженерного корпуса, ни многого другого. Вместо этого, ей стоило добавлять более сложные операции по мере накопления соответствующего ноу-хау и создания необходимых производственных ингредиентов, как это делала Южная Корея. Кроме того, производство автомобилей было сравнительно небольшим, что делало выпуск машин дорогим. Поэтому автомобили или оборудование, за производство которого также взялась Аргентина, получались не только технически несовершенными, но и довольно дорогими.

Чрезмерная диверсификация, игнорирующая необходимость постепенного усложнения — лишь одна из причин провальной индустриализации в Аргентине. Другая причина — в ориентации новых секторов на внутренний рынок. Ориентация на внутренние потребности ограничивала аргентинскую промышленность спросом платежеспособной части собственного населения. В таких условиях аргентинская промышленность и не могла стать такой же богатой, как корейская, даже если бы хотела этого. Одно дело продавать товары по всему миру и зарабатывать доходы на всех континентах, другое дело — быть ограниченной спросом со стороны нескольких миллионов, а то и сотен или десятков тысяч человек.

Таким образом, индустриальная политика в Аргентине создала ограничения как со стороны предложения индустриальных товаров (что нашло отражение в низком качестве и функциональности), так и со стороны спроса (ограниченного внутренним рынком). Конечно, провал в политике усложнения экономики также связан и с другими ошибками, намеренными или нет, однако мы не будем здесь на них останавливаться.

Уроки из историй развития Южной Кореи и Аргентины в прошлом столетии могут оказаться полезными и для современной российской экономики. О том, что имопртозамещение может быть переходной, но не конечной целью диверсификации, говорилось в последние годы достаточно много. В отличие от того, что диверсификация должна соответствовать постепенному усложнению экономики и прежде всего фокусироваться на тех производствах, для которых необходимые производственные ингредиенты уже созданы. В этом контексте неудача с разработкой российского планшета с гибким дисплеем выглядит вполне объяснимой. Если эти, а также многие другие рецепты индустриальной политики, будут проигнорированы, Россия имеет все шансы повторить историю Аргентины с точки зрения неудач политики усложнения экономики.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 30 января 2018 > № 2483965 Иван Любимов


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 29 января 2018 > № 2482664 Олег Савченко

Экс-депутат Олег Савченко - о себе, санкциях и успехах Волгоградской области

Известный промышленник и общественный деятель считает, что только слепец не видит позитивных перемен.

Сейчас многие предприятия испытывают проблемы из-за санкций, которые ввели западные страны в отношении России. Сказываются ли санкции на предприятиях, которыми Вы руководите?

Конечно, санкции сказываются. Мы привыкли в последнее время к тому, что Россия стала частью глобальной мировой экономики. И когда в той или иной мере перекрывают определённые возможности, это требует определенного перестроения. Это не смертельный вариант для любой отрасли экономики или промышленности, но на переформатирование требуется время. Смотрите... После введения первых санкций прошло уже 3 года. В публичном поле (СМИ, общественность) существуют некоторые противоречивые оценки произошедшего. Кто-то говорит, что все плохо, ужасно, «санкции убивают российскую экономику». Кто-то говорит, что все удачно, здорово, «есть возможность заменить импорт собственной продукцией». Эти противоречия будут и дальше существовать.

Здесь все зависит от собственников предприятий и управленцев, от конкретных руководителей заводов. Смогли ли они перестроиться или не смогли?

В целом обо всей экономике мне говорить сложно, но если брать примеры по отдельным предприятиям, то для кого-то санкции стали смертельной инъекцией, а кто-то совершил очень серьезный прорыв в сбыте своей продукции за рубеж или внутри страны. Кто хочет работать, кто смотрит на несколько лет вперед, у того все сложилось хорошо. А кто не перестроился и, привыкнув получать прибыль ежедневно, забирает у предприятия оборотные средства, тот обрекает свое производство на гибель. К сожалению, таких предприятий сегодня много.

Отрадно, что есть яркие примеры, когда промышленные предприятия «врагам на зло» демонстрируют поистине ошеломляющие результаты работы. Взять хотя бы волгоградский завод «Каустик». Анализируя структуру экспорта предприятия за последние несколько лет, мы видим только позитивные перемены: за прошлый год, к слову, 70 наименований продукции «Каустика» разлетелись по 40 странам мира.

Волгоградский алюминиевый завод, который мы едва не похоронили после консервации несколько лет назад основного производства, оживает на наших глазах. России нужна импортозамещающая продукция, которую, в том числе, может дать наше волгоградское предприятие. В итоге на самом высоком правительственном уровне при участии собственников завода, компании «РУСАЛ», губернатора Андрея Бочарова достигнуты и уже реализуются конкретные договоренности о возобновлении производства первичного алюминия и открытии анодного производства на базе волгоградского завода. Речь идет о создании так называемой "алюминиевой долины", которая даст региону несколько тысяч новых рабочих мест и рост поступлений в бюджет субъекта страны.

Вы по-прежнему остаетесь в большой политике и пристально следите за событиями в стране и мире. Как бы Вы оценили сегодня развитие России, её положение на мировой арене и ситуацию внутри страны?

Вы знаете, я только что был в Давосе, сейчас я уже в Мюнхене. На экономическом форуме в Швейцарии мы подписали достаточно крупный контракт. И это хороший пример того, о чем я говорил раньше: каждое предприятие по-своему развивается в условиях санкций, и для кого-то это возможность сделать прорыв. По этой же аналогии можно говорить и о странах.

У России есть серьезнейший шанс. Если сейчас страна выстоит в этом политическом и экономическом противостоянии, то у нас появляется шанс доказать всему миру, что Россия – супердержава. После такого испытания Россия может поставить жирную точку в вопросе о своей роли на мировой арене, и все противостояния останутся в прошлом.

Вы были депутатом Государственной Думы России трех созывов от Волгоградской области. Вы сегодня поддерживаете связь с регионом? И как бы Вы сегодня оценили уровень его социально-экономического развития?

Конечно, я поддерживаю связь с регионом. Я дружу со многими руководителями крупнейших предприятий, которые и представляют наш регион. Я общаюсь со многими чиновниками, мы обмениваемся мнениями по некоторым вопросам. Если где-то нужна моя помощь, я всегда на передовой... Что называется, «сел на этого коня» и останавливаться не могу, не хочу и не умею. Так меня родители воспитали.

Волгоградская область сегодня по потенциалу и своим возможностям входит в топовую десятку российских регионов. Другой вопрос, насколько регион может использовать этот потенциал? Но я всегда говорил, что шансы и перспективы у Волгоградской области огромные. В первую очередь, потому что в регионе есть высококлассные специалисты. Это главное богатство региона. И эти специалисты соскучились по настоящей работе. Они готовы вывести Волгоградскую область на передовые позиции не только по возможностям, но и по результатам. В целом могу отметить, что в регионе сегодня видны успехи, связанные с тем, что Волгоградская область "ассимилировалась" с федеральным центром. Это видно даже по количеству чиновников-руководителей из федерального центра, которые посещают регион. За последние три года таких визитов было несколько десятков. Летом 2016 года президент Владимир Путин проводил в Волгограде заседание Госсовета, глава правительства страны Дмитрий Медведев приезжал к нам за последние несколько лет дважды. Среди ВИП-персон рабочие поездки в Волгоград, начиная с 2014 года, совершали вице-премьеры правительства России Игорь Шувалов и Дмитрий Рогозин. В прошлом году в регион прилетали министр сельского хозяйства Александр Ткачев, Владимир Пучков, ранее – министры строительства Михаил Мень и транспорта – Максим Соколов. После визитов высокопоставленных лиц Волгоградская область, как правило, получает дополнительные ресурсы из Москвы, о чем свидетельствуют вполне конкретные данные: рост консолидированного бюджета Волгоградской области за последние четыре года составил почти 30%. Это около 28 млрд рублей – полтора бюджета Волгограда, для понимания. Можно по-разному оценивать работу нынешней команды администрации Волгоградской области – пытаться выискивать недочеты, которые в любой работе найдутся, но то, что с приходом Андрея Бочарова регион вышел на принципиально новый уровень господдержки – это факт.

И какие внешние изменения в регионе заметили Вы лично за последнее время?

Я живу в Волгограде. А изменения, они очевидны. Только слепец их может не заметить. Взять хотя бы аэропорт, который за последние три года преобразился до неузнаваемости: построен и введен в эксплуатацию международный терминал, обновляется сопутствующая инфраструктура воздушной гавани, уже в этом году завершится строительство терминала внутренних линий. Несмотря на то, что работа по обновлению аэропорта еще, как говорится, «кипит», уже можно подвести промежуточные итоги. Мне известно о том, что в прошлом году впервые за четверть века волгоградская воздушная гавань пропустила через себя миллион (!) пассажиров. Хотя на этот показатель, безусловно, повлияло, помимо обновления аэровокзала, в целом улучшение социально-экономического климата региона.

Немало и других инфраструктурных проектов, изменивших облик города-героя. Это и реконструкция шоссе Авиаторов, и появление Нулевой Продольной магистрали, о которой так долго мечтали горожане, и качественное преображение самой крупной городской больницы №25, в которой, помимо отремонтированных корпусов, появилась и собственная вертолетная площадка. Впервые за долгие годы в регионе возобновила работу авиационная медицинская помощь. Разве это не позитивные изменения, которые касаются каждого жителя региона? Я уже не говорю о появлении в каждом районе областного центра новых благоустроенных парковых зон, стартовавших работах по масштабному обновлению в рамках государственно-частного партнерства Центрального парка культуры и отдыха, комплексному освоению поймы реки Царица.

Сколько лет, если не десятилетий, волгоградцы критиковали власть за то, что данная территория запущена и откровенно позорит город. Нужно отдать должное губернатору – он не боится браться за трудные задачи, застарелые комплексные проблемы, решение которых не лежит на поверхности, а требует нестандартных управленческих решений и серьезных финансовых вливаний. Как итог – осенью прошлого года в пойме Царицы открыли интерактивный музей «Россия – моя история». Рядом со зданием разбили современный парк с велодорожками, детским городком, фонтаном и прочими атрибутами прогулочных зон. В этом году планируется дальнейшее освоение «джунглей» поймы Царицы. Такие перемены в лице города не могут не радовать – я искреннее горд за то, что лицо нашего города преображается. В целом, складывается ощущение, что меняется к лучшему сама атмосфера. Появилась стабильность и спокойствие. Это очень позитивный момент, который настраивает на оптимизм.

До недавнего времени Волгоградскую область сотрясали бесконечные политические скандалы и отставки губернаторов. Вы сказали, что сегодня, с приходом Андрея Бочарова, ситуация вроде бы стабилизировалась. Как бы Вы оценили его деятельность на посту губернатора? Есть ли у Вас с ним личные контакты?

Да, политическая чехарда до недавнего времени была традиционна и даже привычна для волгоградского региона. А в высоких московских кабинетах — администрации президента и в правительстве РФ - существовало четкое клише: в Волгограде постоянно идут склоки и интриги. Поэтому в центре и не торопились с реализацией крупных проектов в Волгограде. Мол, «давайте подождём — пускай они там меж собой сначала разберутся». Так как был риск, что любые федеральные программы или субсидии из федерального бюджета могли просто сгинуть в никуда при этой неразберихе и абсолютной несистемности власти.

Могу привести пример из своей практики. Он очень характерный. Я говорю о выделении транша из федерального бюджета на строительство новых линий скоростного трамвая. Это было при губернаторе Боженове. Он тогда попросил меня «пробить» эти деньги в правительстве. Вместе с остальными депутатами от Волгоградской области я этим занялся. Лично на бюджетном комитете в Госдуме я вместе с руководителем Счетной палаты Сергеем Степашиным, вместе с председателем комитета, вместе с министром финансов с трудом получили согласованный проект, по-моему, на 310 млн рублей. Это большие деньги для Волгограда, они были жизненно необходимы городу. И потом в зале заседаний я слышу, как министр финансов с трибуны заявляет, что эта бюджетная строчка вычеркнута, потому что волгоградцы - региональная исполнительная власть - просто не подготовили проект. А без проекта деньги Минфин не выделяет. Все наши усилия пошли в никуда.

Это же не моя была работа — готовить проект, смету или иную документацию!? Моя задача как депутата — все это организовать, пролоббировать интересы региона, доказать острую необходимость строительства новой линии скоростного трамвая. И в итоге все тогда пошло прахом. И это следствие той чехарды, которая была в регионе.

Сегодня все по-другому. Бочаров принял решение выстроить полную вертикаль региональной власти, чтобы принятие ключевых решений происходило только с согласования губернатора. Я понимаю, что это было сложно.... Это решение дорогого стоит. Он не побоялся ответственности. С одной стороны — ты контролируешь в области всё и вся. А с другой — с тебя и весь спрос. Ты вызываешь огонь на себя: всю критику, вину за все недочёты, без которых в принципе невозможно обойтись. И нужно отдать Бочарову должное за такое смелое решение.

Тогда это, наверно, был единственный вариант для того, чтобы навести порядок. Практически в ручном режиме губернатор контролировал подготовку Волгограда к проведению чемпионата мира по футболу, выполнение в регионе президентских указов и реализацию федеральных программ. Ситуацию в итоге удалось выправить, о чем свидетельствует высокий рейтинг доверия к Бочарову в области. И сейчас, насколько я понимаю, управленческая система в регионе начала меняться. Судя по кадровым перестановкам, которые произошли за последние месяцы в администрации области, я вижу, что Андрей Иванович начинает делегировать какие-то отраслевые вопросы, профессиональные функции профильным заместителям и комитетам. И теперь ответственность уже на всей команде, которую он сформировал. Дальше она должна показывать уже результаты своей работы. И у меня тут даже сомнений нет в том, что все должно получиться.

Вот Вы сказали, что заметили перемены к лучшему, в том числе по тем же дорогам. А в народе по инерции их так и ругают, как будто ничего не делается. Почему у населения порой такая запоздалая реакция на позитивные перемены?

Вы знаете, я понимаю людей. Оно соскучилось по быстрым переменам, так долго в Волгограде не было каких-то позитивных изменений. Все время был один негатив: плохие новости, критика по поводу и без повода, скандалы и ничего хорошего. Вот сейчас много хороших инфоповодов, связанных с какими конкретными результатами. Там что-то построили, там что-то открыли. Это со временем обязательно изменит настрой жителей области с негативного на позитивный. Но сейчас народ хочет все сразу: здесь и сейчас. Я вот как руководитель со стажем и как человек, имеющий опыт работы в системе государственной власти, могу сказать, что ничего быстро не происходит нигде в мире. Для того, чтобы построить завод, нужно начать подготовку за 3 года. Для того, чтобы получить качественную дорогу, тоже нужно начинать подготовку за 3 года. Принять бюджет, найти деньги, подготовить проектную документацию. А это целый комплекс работ, который требует времени и огромных усилий со стороны властей. Я уже приводил пример со строительством новых веток скоростного трамвая. При Боженове денег не дали. При Бочарове инвестиции пошли. О чем это говорит?

О том, что в Москве изменили отношение к региону?

Абсолютно верно. Федерации изменила отношение к региону и начала региону доверять, это важно. Доверять — это значит там уверены, что деньги, которые сюда направят, они будут расходоваться по назначению, а не осядут в чьих-то карманах. Конечно, недочеты в реализации проектов могут быть. Никуда от этого не денешься. Мы живем в России и порой долго запрягаем. Но в целом программы и цели, на которые направлены деньги из Москвы, будут выполнены.По моим подсчетам, общий портфель заключенных между органами власти региона и бизнес-структурами соглашений за последние три года составил чуть менее 100 млрд рублей. Наиболее крупные проекты – это передача в концессию теплового и водопроводного хозяйства Волгограда, которое уже активно модернизируется и приводится в порядок.

По этому же пути муниципалитет пошел и в конце прошлого года, когда объявил конкурс на поиск концессионера в сфере уличного освещения. Спрашивается, где раньше были все эти инвесторы, почему не спешили осчастливить Волгоградскую область своими колоссальными бюджетами? Уверен, что не было элементарного доверия к бывшим руководителям региона, которые не были способны привлечь столь серьезных бизнес-игроков в наш регион.

И нужно делать все возможное, чтобы инвесторов было больше, чтобы Волгоградская область участвовала во всех государственных программах. И тут губернатору обязаны помогать депутаты Государственной Думы и сенаторы. Но к сожалению, на мой взгляд, сейчас нет единой команды волгоградцев в Москве, которая бы единым фронтом отстаивала интересы региона в правительстве. Поэтому здесь руководству области, наверно, тоже придется объединить эти силы вокруг интересов жителей региона. Так действует Татарстан, Белгород, Москва, Тюмень. И они добиваются очень хороших результатов. По этому пути нужно идти и Волгограду, для чего губернатору нужны в столице союзники и единомышленники из числа депутатов Госдумы и сенаторов от Волгоградской области. Ведь губернатор не может разорваться между регионом и Москвой. И нужно выстроить систему, которая тоже бы работала как отлаженный механизм.

А вы с позиции промышленника и жителя области какие бы назвали точки дальнейшего роста для региона?

У волгоградского региона есть огромный потенциал в развитии химической промышленности, которая, к сожалению, сегодня не работает на всю свою мощность. Точка роста, на мой взгляд, завод ВЗБТ - завод буровой техники. В условиях санкций он должен получить шанс на возрождение, должен работать в три смены, потому что потребность в его продукции огромная. Уже есть конкуренция на этом рынке, но я уверен, что наши специалисты справились бы с этой конкуренцией. Если бы им не мешало тяжелое наследие прошлых лет.

Такое «наследие» сегодня не дает развиваться и таким крупным предприятиям Волгоградской области, как «Красный Октябрь», тракторный завод, судостроительный, «Химпром». Это наследие из далекого прошлого и его нужно преодолевать. Тут без участия государства и региональных властей вряд ли удастся обойтись. Но другой вопрос, хотят ли собственники предприятий каких-либо изменений? И если не хотят, нужно предпринимать радикальные шаги.

Я считаю, что сельское хозяйство у нас тоже имеет огромные перспективы. У Волгоградской области должны быть свои узнаваемые бренды. Ее продукция должна расходиться как внутри региона, так и по всей стране, как минимум.

Кстати, в этом году Волгоградская область вошла в десятку регионов России по объемам экспорта зерна.

Ну вот! И сколько еще нереализованных возможностей в этой отрасли! У нас на селе могут быть не просто успехи, а рекорды, потому что в регионе уже сформировался пул грамотных успешных руководителей агропредприятий, которые выстояли в тяжелое время. И теперь в спокойной обстановке они могут показать очень хорошие результаты. Плюс в районах Волгоградской области появились грамотные руководители местных администраций, которые по-другому относятся к управлению своими территориями. И уверен, что вот такой государственно-частный подход даст возможности для качественных изменений в аграрном секторе волгоградского региона.

А какие-то меры в регионе предпринимаются для того, чтобы сельхозпродукция Волгоградской области становилась, как вы выразились, узнаваемым брендом?

Мы с вами уже говорили о влиянии санкций на промышленное производство, но ведь эта тема крайне актуальна и для аграрного сектора. Грамотные, компетентные руководители давно смекнули, что от введенных европейскими странами ограничений можно выиграть. Так, запрет ввоза импортной продукции подстегнул местный бизнес активнее осваивать круглогодичное производство овощей. Вдумайтесь, за последние три года площадь тепличных хозяйств в регионе возросла почти вдвое – до 76 гектаров. И есть все предпосылки полагать, что это только начало. Турецкими «пластиковыми» помидорами наш регион накушался вдоволь – пора выращивать собственную качественную продукцию и развивать экономику.

Следующий этап – переработка овощей. Из открытых данных мы видим, что объем сбора урожая овощей с открытого грунта в регионе за последние годы заметно вырос до 1 млн тонн в 2017 году. Очевидно, что симметричным должен быть и рост мощностей по переработке такой продукции. Отрадно, что новые производства появляются: не так давно в Алексеевском районе открылся комбинат по переработке томатов.

В целом, увеличение объемов переработки овощей в регионе по сравнению с предыдущими годами пока не велико, но здесь следует обратить внимание на другой важный момент – существенный прирост объема господдержки АПК. Так, если в 2013 году сельхозпроизводители получили из бюджета 3,7 млрд рублей, то в прошлом году – уже свыше 5 млрд. Немало важным является и своевременность получения помощи – многие аграрии помнят, как в прежние годы власть давала, но не выполняла свои обещания, или выплачивала субсидии агропроизводителям с серьезной задержкой по срокам, что ставило под удар предприятия.

В 2014 году, когда Андрей Бочаров пришёл к власти, уровень кредиторской задолженности казны региона перед фермерами зашкаливал. За минувшие почти четыре года в этой сфере наведён порядок и более того – Волгоградская область по признанию федерального центра входит в пятёрку лучших регионов России по срокам предоставления господдержки.

Источник - Новости Волгограда

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 29 января 2018 > № 2482664 Олег Савченко


Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477088 Георгий Бовт

Как разбогатеть безнаказанно

Георгий Бовт о том, сработают ли в России меры по выравниванию доходов богатых и бедных

Что хуже — неравенство или несправедливость? Согласно распространенному представлению о России как стране, якобы тяготеющей к уравниловке («не то плохо, что у тебя коровы нет, а то хорошо, что она у соседа сдохла»), может показаться, что первое. Однако, как показывают опросы, примерно две трети россиян как раз к неравенству как таковому относятся скорее терпимо и призывов все отнять и поделить не разделяют.

Но до 80% считают при этом нынешнюю систему распределения доходов в стране несправедливой.

К тому же исторически тяга к справедливости, даже если таковая противоречит формально закону, – едва ли не важнейшая наша «скрепа». Однако в общественном дискурсе практически отсутствует обсуждение того, как сделать неизбежное в условиях рыночной экономики неравенство более справедливым. Что кажется странным в условиях разворачивающейся предвыборной кампании. Самое время обсудить бы. Помимо борьбы с бедностью, что важно, но недостаточно для устойчивого развития страны. Одной из главных угроз которому во всем мире теперь признается нарастающее имущественное расслоение (прежде всего, за счет размывания среднего класса).

Факты впечатляют. Так, по данным благотворительной организации Oxfam (они были опубликованы накануне только что прошедшего Всемирного экономического форума в Давосе), в руках 1% населения Земли оказалось 82% богатства, появившегося в 2017 г. Десять наиболее богатых людей мира владеют состоянием примерно таким же, как половина населения Земли. За последние четверть века доходы беднейших 10% населения планеты в результате развития мировой экономики выросли примерно на 3 доллара, тогда как доходы 1% богатейших людей мира – почти в 190 раз. Это они в полной мере вкушают плоды прогресса. А остальным такой «прогресс» зачем? В богатейшей экономике мира – американской – такая модель распределения дублируется. Впрочем, скорее, это мировая экономика дублирует американскую модель. Сегодня 400 богатейших американских семей владеют имуществом примерно таким же, как 50% населения страны. В конце 70-х годов ХХ века богатейшие домохозяйства США из числа «топ 0,01%» были «всего лишь» в 220 раз богаче среднего американца. Сегодня – в 1220 раз.

В плане несправедливости распределения результатов развития «передовые» экономики немногим лучше стран Третьего мира. В последние 7 лет на фоне выхода из финансового кризиса и повышения темпов роста развитых стран богатство миллиардеров прирастало в среднем на 13% ежегодно, а зарплаты наемных работников – лишь на 2% в год.

Для большинства экономистов мира стало аксиомой: чрезмерное неравенство ограничивает рост экономики. В МВФ считают, что при увеличении доходов богатейших слоев населения и снижении беднейших на 1% экономика замедляется на 0,08 процентных пункта, а при росте доходов беднейших – ускоряется на 0,38 п. п. К сожалению, не доводилось встречать аналогичных расчетов, сделанных на отечественном материале. Возможно, они просто отсутствуют, учитывая прискорбный характер в целом независимой экспертизы и анализа в самых разных сферах.

Помимо сжатия потребительского рынка и, как следствие, угнетения реального сектора экономики (богатые вполне удовлетворятся импортом), происходит социальная деградация широких слоев населения, консервация отсталой структуры экономики с большим количеством неквалифицированных рабочих мест.

Талантливым и предприимчивым людям трудно найти себе место в такой экономике: они либо сами деградируют, либо эмигрируют, усугубляя тем самым и без того нерадостную картину в депрессивных регионах, число которых в таких «несправедливых экономиках» только множится.

Если посмотреть по этому показателю на российские регионы, то, несмотря на относительную результативность усилий федерально центра по выравниванию уровня экономического развития, разрыв благосостояния регионов по валовому региональному продукту по прежнему превышает, по разным оценкам, 15-20 раз.

Россия принадлежит к числу стран с высоким уровнем неравенства. Разрыв между самыми богатыми 10% и самыми бедными 10% составляет примерно 14 раз.

Коэффициент Джини (показатель расслоения общества) примерно равен 40-41 для России (хотя некоторые эксперты оценивают его на уровне 46-47). Для сравнения, по ЕС – около 30. Наш показатель, конечно, ниже, чем в худших по этому признаку «несправедливости» странах Латинской Америки или в ЮАР (ближе к 60), но уже приближается к США (46). Российский коэффициент Джини приблизительно равен аналогичным показателям Аргентины, Китая и Турции. Но по некоторым показателям ситуация с распределением богатства у нас хуже американской. Так, по данным организации Global Wealth Report, 1% богатых россиян владеет 75% национального богатства. Среднемировой показатель – 45-46%, среднеевропейский - примерно 30%, в Японии —менее 20% (данные консалтинговой компании Knight Frank на 2016 год). Поскольку с точной оценкой состояния наших «топовых богатеев» имеются проблемы (слишком высока доля офшоризации и «теневого владения» активами), возможно, ситуация даже еще хуже. Правда, та же «теневая экономика» позволяет недооценивать доходы и беднейших слоев: они могут на деле быть не так бедны, скрываясь с «тени» от государства.

Нарастание неравенства в России, как и в других странах, происходит во многом за счет размывания так до конца и не сложившегося у нас среднего класса. Что ведет к деградации демократических институтов, архаизации общественных отношений и культуры в целом.

Тут стоит привести высказывание нобелевского лауреата Пола Кругмана: «Общество среднего класса не появляется автоматически по мере развития экономики; его необходимо создавать политическими средствами». Именно средний класс является главной социальной опорой стабильных демократических институтов. И укреплять его, по идее, должно быть важнейшей задачей политического класса.

Однако пока прискорбной спецификой России надо признать большое количество «работающих бедных». Это учителя школ и преподаватели вузов, врачи, медработники и ученые. Это многие высококвалифицированные специалисты. Это те люди, которые, по идее, должны быть цветом нации, ее культурной и интеллектуальной элитой, но по факту многие из них претендуют на, то чтобы превратиться в отбросы общества.

Среди бедных много молодых семей, что совсем дико на фоне демографического кризиса в России (средний возраст населения – около 40 лет): рождение ребенка, а особенно двух почти моментально вгоняет большинство семей если не в состояние малообеспеченных/нищих, то постоянно нуждающихся.

Проблема растущего социального неравенства не получает пока должного отражения ни в общественном дискурсе, ни на уровне соответствующих правительственных программ (по его преодолению). Хотя уже постоянным «вторым планом» присутствует предложение о возврате к прогрессивной шкале налогообложения. Помимо того, что некоторые инициаторы видят в этом один из способов просто пополнения казны в трудные времена (с отнюдь не очевидным результатом), прогрессивный налог рассматривается как чуть ли не панацея в плане достижения большей социальной справедливости. Однако это не так. Современная глобальная экономика дает возможность так диверсифицировать бизнес и доходы, что «слинять» от прогрессии в иную юрисдикцию не составит никакого труда. Что, кстати, сделали многие представители российского олигархата даже при отсутствии прогрессивной шкалы. Они так отреагировали на политику «деофшоризации».

По опыту других стран, именно богатейшие люди имеют больше возможностей по совершенно легальной оптимизации своих налогов, нежели все остальные. В конкретных российских условиях такие меры могут привести к еще большему размыванию (вплоть до его исчезновения) среднего класса даже при прогрессивном налогообложении, вся тяжесть которого на средний класс и ляжет.

В большинстве стран мира прогрессивная система налогообложения существует. К примеру, в Норвегии, вообще в Скандинавии и в большей части Европы она привела к более справедливому распределению богатств, а вот в США и в Латинской Америке – нет.

Потому что система налогообложения работает в контексте общественно-экономических отношений и в связке с определенным образом настроенными политическими институтами.

Помимо этого, в разных странах предлагают и опробуют другие способы социального выравнивания. В какой степени эти методы борьбы с бедностью и сверхнеравенством могут быть применимы у нас?

В странах Третьего мира уже не первое десятилетие пропагандируют такую форму, как микрокредитование. По идее, это должно служить как финансовый стартап для бедных. Они на небольшие деньги начинают, скажем, какой-нибудь нехитрый бизнес. За это дали Нобелевскую по экономике. Однако мы и тут идем своим путем. Объем микрокредитования растет сумасшедшими темпами. В 2016 году рост составил 28%, до 90 млрд руб. (данные «Эксперт РА») По данным компании «Домашние деньги», в 2017 году совокупный объем портфеля микрозаймов достиг примерно 242 млрд рублей (включая МФО, кредитные кооперативы и ломбарды), рост за год — 30%. На сегодня на одно домохозяйство в России со средним заработком его членов менее 35 тыс. рублей приходится около 0,7 займа. Есть области, где на такую семью по 2-3 займа. Привело ли это к росту мелкого предпринимательства? Ничуть. Эти деньги идут на текущее потребление, латая дыры в системе соцобеспечения в том числе. А также являясь еще одним свидетельством того, что отечественная банковская система не работает толком на кредитование экономики.

Ровным образом нет эффективных механизмов государственного субсидирования ипотеки (успешно работавшая соответствующая программа была свернута в прошлом году). Ни в одном регионе России не работает система строительства массового жилья для социального найма (без права приватизации), хотя разговоров про это было в свое время предостаточно.

Региональным властям проще сбагрить земли под застройку частным застройщикам, строящим «бетонные джунгли» без социальной инфраструктуры, чем заниматься самим социально-ответственной жилищной политикой, довольствуясь «жалкими» 3-5% доходов от сдачи социального жилья в долгосрочную аренду не очень состоятельным гражданам. Доля социального жилья по стране не превышает 15%, среднемировой уровень — не менее 30%.

Недавно объявлено о таких важнейших мерах поддержки семей с детьми (первых кандидатов на пополнение рядов бедняков), как выплата пособий на первого ребенка. Наряду с «материнским капиталом» это важное подспорье. Однако если уж говорить о перекраивании налоговой системы в плане борьбы с чрезмерным расслоением общества, то давно пора перейти от индивидуального налогообложения к обложению домохозяйств (для семей с детьми, в первую очередь), более адекватно оценивая доход на каждого члена семей и применяя точечно разные налоговые льготы для семей с детьми.

Введение принципа почасовой оплаты труда с введением общефедеральной минимальной ставки.

В Америке к этому принципу перешли еще в годы «Нового курса» Франклина Рузвельта. Именно как к мере по борьбе с бедностью. В конкретных российских условиях это, в частности, сократит возможности для статистических манипуляций с двумя-тремя ставками, чтобы формально соответствовать, скажем, нормативам известных «майских указов» президента, которые часто за счет таковых манипуляций (частично) и выполняют региональные власти.

Важный ресурс – борьба с неравномерным распределением доходов на уровне корпораций и предприятий.

Данная проблема отчасти осознана на уровне экспертного сообщества в США как потенциально угрожающая стабильному развитию экономики. Разрыв между доходами CEO и медианной (не средней, это более точный показатель) зарплатой наемных работников данной корпорации в американских компаниях в 1970-х составлял максимум 20 раз. Сейчас – более 300. Для сравнения: в японских крупных компаниях он и сейчас меньше, чем в США полувековой давности (примерно 1:16). Одним из средств сокращений такого разрыва могут быть налоговые льготы или санкции. В Калифорнии, например, принят закон, по которому если доходы топ-менеджеров превышают медианную зарплату по компании более чем в 200 раз, то налог на прибыль для компании увеличивается. Если меньше – снижается. В Германии и других странах практикуется включение в обязательном порядке представителей наемных работников в советы управляющих.

Есть еще такой механизм, как наделение акциями фирмы или опционами не только топ-менеджмент, но и рядовой персонал. У нас несколько лет назад активно было начали обсуждать аналогичные меры – по предельным ограничениям доходов топ-менеджеров и руководителей предприятий по сравнению со средней зарплатой, в том числе говорили о надобности ограничить размеры «золотого парашюта». Но как-то потом все это рассосалось. И на сегодня не только российские топ-менеджеры в том числе государственных (!) корпораций зарабатывают в разы больше своих в том числе американских «коллег», причем часто вне зависимости от результатов деятельности компании, эффективности руководства топ-менеджмента, но и разрыв между этими сверхдоходам и медианными доходами по компании – также намного выше американских.

Западные экономисты в качестве одного из средств преодоления сверхнеравенства стабильно называют расширение возможностей для получения образования. Это верно, но нам для начала надо перестать финансировать систему образования по остаточному принципу, а преподавателей всех уровней содержать на уровне полунищих.

Из этой же области – обеспечение определенных стандартов услуг в медицинской области. Если требуется, то на основе введения принципов страховой медицины для всех. Так все равно будет честнее, люди все равно уже по факту платят за медобслуживание, но без всяких гарантий.

Если говорить о прогрессивной налогообложении, то такая прогрессия должна применяться к только реально состоятельным категориям населения, при освобождении от налогов реально малоимущих.

Однако, во-первых, в нынешних российских условиях на практике этот приведет к «жлобству» региональных властей, как это уже произошло в случае с налогами на недвижимость, которые сплошь и рядом волюнтаристски завышены, порой в разы. Во-вторых, реальная оценка уровня благосостояния невозможна без внедрения адекватной оценки соответствия доходов и расходов. Между тем в своем нынешнем состоянии российские политические институты не готовы к эффективному и справедливому администрированию ни первого, ни второго. Так чтобы в интересах большинства и, когда требуется, в ущерб состоятельному классу государственных капиталистов-чиновников. Впрочем, это во многом касается и всех других методов установления социальной справедливости.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > gazeta.ru, 29 января 2018 > № 2477088 Георгий Бовт


Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 26 января 2018 > № 2474511 Сирил Мюллер

3 шага к росту кыргызской экономики, - интервью с вице-президентом Всемирного банка С.Мюллером

Если будут приняты меры, направленные на достижение более высоких результатов в плане роста частного сектора, повышения качества госуслуг и укрепления институтов, можно ожидать, что через десять лет Кыргызская Республика может стать процветающей страной. Об этом в интервью Tazabek сказал вице-президент Всемирного банка по региону Европы и Центральной Азии Сирил Мюллер.

В ходе интервью вице-президент банка рассказал о комплексном исследовании экономики Кыргызстана, о макроэкономических прогнозах в странах Центральной Азии, о реализуемых проектах Digital CASA, Стратегии развития партнерства, а также дал рекомендации для дальнейшего экономического развития страны.

- Всемирный банк недавно провел комплексное аналитическое исследование экономики страны. Как мы знаем, одной из целей вашего визита в Бишкек является обсуждение итогов этого исследования. Расскажите, пожалуйста, о них.

- Комплексное исследование экономики Кыргызской Республики показало, что страна успешно добилась практически двукратного сокращения бедности за последние 15 лет, а также добилась роста экономики в среднем на уровне 4% в год за этот же период.

В то же время наше исследование показало, что эти показатели экономического роста и снижения бедности не смогут в будущем сохраняться на этом же уровне, если не будет дальнейших шагов и изменений к лучшему. Эти шаги должны быть сосредоточены на трех сферах. Во-первых, для роста кыргызской экономики и создания рабочих мест необходимо обеспечить рост частного сектора. Во-вторых, нужно повышать качество предоставляемых государственных услуг – чтобы в будущем у населения был не только доступ к этим услугам, но и к высокому качеству этих услуг. И в-третьих, необходимо обеспечить дальнейшее укрепление и модернизацию деятельности различных государственных институтов. Если будут приняты меры, направленные на достижение более высоких результатов в плане роста частного сектора, повышения качества госуслуг и укрепления институтов, можно ожидать, что через десять лет Кыргызская Республика может стать процветающей страной.

- Какие реформы следует предпринять в стране?

- На сегодняшний день в стране уже заложены основы для дальнейшего развития. Поэтому я бы говорил не столько о необходимости реформ, сколько о необходимости принятия действий, способствующих улучшению результатов. Например, для более быстрого роста частного сектора, создающего рабочего места, необходимо улучшение делового климата и повышение прозрачности налоговой системы. Важно, чтобы госорганы не препятствовали росту частного сектора.

Помимо этого, необходимо улучшение системы образования, чтобы у учащихся повысить навыки чтения и понимания, чтобы они могли применять естественно-научные знания, новые технологии в будущем. Если вы посмотрите на результаты международных тестов сегодня, то Кыргызская Республика не входит в число стран-лидеров с точки зрения оценки достижений учащихся. Поэтому, по- моему мнению, улучшение позиции страны в этих рейтингах должно стать приоритетом, чтобы у страны были более квалифицированные трудовые ресурсы с более высоким уровнем мотивации и при этом с доступом к широким возможностям.

Я бы также хотел отметить другую сферу, которая связана с разработкой стратегий, содействующих участию Кыргызской Республики в экономике региона. Членство в ВТО и ЕвразЭС несет за собой новые возможности, и в этой связи развитие экономики и частного сектора должно опираться на увеличение экспорта и его диверсификацию, а также – внутри страны – на региональное развитие, в котором будут задействованы все области. Здесь мы говорим о необходимости более интенсивного развития сельского хозяйства, животноводства, туризма, а также транспортного сообщения в рамках всей страны.

Я также думаю, что можно рассчитывать на большее количество инвестиций в секторе энергетики в случае, если политика управления энергетическим сектором и тарифы будут более привлекательными для инвесторов, желающих освоить энергетический потенциал страны. Я верю, что в долгосрочной перспективе Кыргызстан может стать ведущим экспортером электроэнергии, и что стоимость электричества при этом будет оставаться одной из самых низких во всем мире, потому что у страны есть высокий потенциал в сфере гидроэнергетики

Я бы хотел подчеркнуть также важность наличия программы защиты уязвимых слоев населения. Здесь возможны два варианта. Первый подразумевает разработку программ для домохозяйств, оказавшихся в трудных условиях – например, в виде выплат, дополняющих имеющиеся доходы, или в виде субсидий на оплату услуг. Второй вариант предполагает предоставление возможностей для лучшей жизни всему населению страны. И я думаю, что очень важно рассматривать будущее больше с точки зрения возможностей и обеспечения возможностей для всех.

- В каких направлениях Всемирный банк планирует оказывать поддержку стране в следующем году, в ближайшие пять лет?

- Сейчас немного преждевременно называть конкретные сферы, где мы будем работать в рамках новой Стратегии партнерства, так как мы только приступаем к проведению консультаций с партнерами. Но есть несколько важных для нас направлений, и среди них я бы выделил следующие три.

Первое – это разработка программы поддержки Всемирного банка, которая будут содействовать укреплению экономики и предоставлению возможностей для занятости населения по всей стране. Это перекликается с текущими приоритетами развития страны: как я знаю, президент объявил 2018 год Годом развития регионов.

Всемирный банк рассматривается в Кыргызстане как донорское агентство, которое финансирует, в основном, развитие инфраструктуры и госуслуг. Я надеюсь, что в будущем мы будем оказывать большее содействие повышению участия частного сектора в экономике, и это станет вторым основным направлением нашей работы. В Группу Всемирного банка входят несколько организаций: сам Всемирный банк – организация, работающая с государственным сектором, я ее представляю; Международная финансовая корпорация (МФК), работающая с частным сектором, и Многостороннее агентство по гарантиям инвестиций (МАГИ), также поддерживающее частный сектор. Я надеюсь, что присутствие МФК и МАГИ в Кыргызстане расширится, ведь это повлекло бы за собой рост инвестиций в страну.

Я также ожидаю, что наша будущая программа поддержит усилия Кыргызской Республики по региональной экономической интеграции и таким образом будет содействовать созданию возможностей для страны использовать соседство с другими странами в качестве фактора экономического развития и роста благосостояния населения.

Что касается конкретных проектов, чтобы иметь представление о будущем, я думаю, будет полезно взглянуть на текущую ситуацию. Недавно мы одобрили предоставление более 40 млн долларов для финансирования очень важного проекта по улучшению системы центрального теплоснабжения. В скором будущем мы одобрим проект, в рамках которого будет оказано содействие цифровизации деятельности правительства и, в целом, цифровизации экономики страны – «Цифровая CASA» (Digital CASA). Мы также сотрудничаем с правительством в рамках содействия реализации программы экономических реформ в формате бюджетной поддержки. И, наконец, мы работаем над проектом по модернизации зданий школ в целях обеспечения их устойчивости к стихийным бедствиям, например, землетрясениям. Как вы видите, Всемирный банк старается поддерживать программы, которые приносят реальные изменения к лучшему в жизни людей.

- В конце прошлого года президент С.Жээнбеков подписал закон о ратификации соглашения со Всемирным банком о подготовке проекта Digital CASA. Расскажите о проекте, на какой стадии он сейчас находится?

- Данный проект сейчас находится на этапе подготовки, и мы ожидаем, что проект будет одобрен Советом директоров Всемирного банка в ближайшие 2-3 месяца. Данный проект профинансирует некоторые ключевые компоненты инфраструктуры, необходимой для реализации национальной программы «Таза Коом». Инвестиции в инфраструктуру, оптоволоконные магистральные сети важны для того, чтобы реализация этой программы охватила территорию всей страны.

В проекте также будет учитываться то, каким образом будут использоваться ИКТ-технологии для расширения возможностей граждан использовать госуслуги, для содействия частному сектору увеличивать масштабы деятельности и создавать новые возможности в ИКТ-секторе, а также для улучшения качества госуслуг и обеспечения большей прозрачности. Это те ключевые цели, которых мы хотим достичь, финансируя проект D-CASA и оказывая поддержку участию страны в глобальной цифровой революции.

- Следующий вопрос касается регионального сотрудничества и интеграции. Какую роль Всемирный банк отводит региональной интеграции? Какова роль Кыргызстана в этом процессе, на ваш взгляд?

- В современном мире у стран нет выбора – они должны интегрироваться со своими соседями и со всем миром. В случае с Кыргызской Республикой это важно еще и по той причине, что страна сталкивается с теми же проблемами, что и её соседи. Если вы пытаетесь решить сложности совместными усилиями, то вы находитесь в более выгодном положении нежели, когда каждая страна решает эти же трудности в одиночку.

Здесь я хочу привести следующий пример. Вопрос энергетики в Кыргызской Республике является очень деликатным. Таким он является и для всех соседних страны. Но если страны сообща постараются понять, к чему стремится каждая из них, то станет возможным более выгодно использовать конкурентные преимущества каждой страны. В Кыргызской Республике это подразумевает развитие гидроэнергетического потенциала страны, что в свою очередь затрагивает управление водными потоками, которые так важны для некоторых соседних стран. Совместная работа, сотрудничество даст каждой стороне уверенность в том, что результат на выходе будет положительным. И это касается управления водными ресурсами, транспортного сообщения, энергетики и, в целом, связей между странами в рамках региона.

Кыргызская Республика – красивая страна с развивающейся индустрией туризма. Но я считаю, что при более высокой интеграции рынков темпы роста отрасли могли бы быть выше, как и возможность развивать туризм в разных уголках страны. В Кыргызстан могли бы приезжать туристы, которые хотят посетить древние города, увидеть красивую природу, горы и ваше знаменитое озеро. Если обеспечить условия для легкого пересечения границ, легкой организации туров и путешествий, у сферы туризма будет дальнейший рост.

Также интересно, что в секторе ИКТ, например, который мы обсуждали ранее, если вы посмотрите на ситуацию во всем мире, то большинство компаний сейчас работают в формате сетей – то есть, в своей деятельности они выходят за границы отдельных государств. В Центральной Азии есть потенциал для развития этого подхода: кыргызские предприниматели могут сотрудничать с бизнесменами в соседних странах и обмениваться опытом. Мы видим то же самое в сфере развития технологий – например, в Европе, США, но и также в некоторых странах бывшего СССР. Такая региональная интеграция и сотрудничество будут способствовать динамичному развитию рынков, появлению предпринимателей, которые будут стремиться развивать своё дело и выходить на более крупные рынки.

- Каких макроэкономических прогнозов ожидать региону в 2018 году?

Что касается экономических перспектив Центральной Азии на 2018 год, то я настроен позитивно – каждая из стран региона пытается улучшить свое экономическое положение, возможности и перспективы для более широкой экономической интеграции и сотрудничества уже являются хорошими в этом году.

Вторая причина моего позитивного настроя состоит в том, что правительства всех стран региона сейчас очень тщательно подходят к вопросам управления экономикой как в плане государственных расходов, так и в плане усилий по содействию росту посредством финансового сектора. Кроме этого, положительный вклад вносят и внешние рынки. Я умеренно оптимистичен в отношении прогнозов на этот год и надеюсь, что не будет внешних шоков, которые могли бы повлиять на ситуацию в будущем. Так что наш прогноз погоды на этот год более солнечный, чем он был для прошлого и позапрошлого годов.

Tazabek

Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 26 января 2018 > № 2474511 Сирил Мюллер


Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > rupto.ru, 26 января 2018 > № 2472297 Григорий Ивлиев

Глава Роспатента: мы будем использовать искусственный интеллект в патентовании

Глава Роспатента Григорий Ивлиев рассказал в интервью ТАСС об особенностях патентной деятельности в России, о том, как цифровизация поможет ускорить прием заявок и выдачу патентов, кто сможет получить диплом патентоведа и как Россия вписывается в мировую систему интеллектуальной собственности.

— Вы ранее отмечали спад патентной активности в России. С чем он связан, и какие ваши прогнозы на этот год. Ожидаете оживление, больший интерес к патентованию изобретений или торговых марок в этом году? И если да, то с чем это будет связано?

— Сфера интеллектуальной собственности — очень обширное понятие. На одном полюсе мы в прошлом году наблюдали снижение количества патентных заявок на изобретения от российских заявителей. На другом — видим существенный рост заявок по товарным знакам: в 2017 году их число выросло на 13%. Российские компании, правообладатели активно выходят на рынок со своими товарными знаками. А это означает, что появляются новые товары, зарекомендовавшие себя, компании, которые хотели бы продвигать свой бренд. И это очень радует. Но параллельно мы видим беспрецедентное падение по патентованию изобретений — на 15% в прошлом году. Наибольшее снижение по заявкам у научно-исследовательских институтов — на 23,5%, затем на третьем месте по снижению идут вузы — примерно 14%, и на 20% у нас произошло сокращение числа патентных заявок от физических лиц.

— А какие причины этого снижения?

— Причины разные. НИИ и вузы сократили свою патентную активность, я считаю, из-за недопонимания своих задач и отсутствия внутренних систем управления интеллектуальной собственностью. Они ушли больше в научные публикации и в регистрацию результатов интеллектуальной деятельности в виде ноу-хау, секретов производства, что не позволяет выйти на рынок, не позволяет представить изобретение миру. Это не очень хорошая тенденция, и я думаю, что на изменение этой ситуации может повлиять государство. Выдавая грант, следует оговаривать в условиях обязательное патентование изобретений, полезных моделей или промышленных образцов. Потому что научные публикации и патентные заявки — это разные, принципиальные разные уровни завершенности исследования. Потому что для того, чтобы запатентовать, нужно представить техническую проблему, технический результат, техническое решение. Необходимо описать, в чем промышленная применимость, в чем мировая новизна. Эти требования не предъявляются к научной публикации. Вы можете в ней опубликовать все, что вызывает интерес. Однако информация может не быть представлена в структурированном виде и готова к коммерциализации.

У нас произошла какая-то неправильная, на мой взгляд, "установка", что если нельзя на следующий день патент на изобретение продать, то не надо его и патентовать. На самом деле для того, чтобы понять, можно ли это коммерциализировать, можно ли внедрить, вызовет ли результат исследования, результат интеллектуальной деятельности интерес в мире, его нужно запатентовать, нужно создать объект интеллектуальной собственности. Пока нет патентной заявки — нет объекта интеллектуальной собственности. Поэтому мы настоятельно рекомендуем министерствам уточнять требования в своих договорах на разработки НИОКРов, договорах на передачу государственных денег на научно-исследовательскую деятельность такого подхода. Тот, кто получает эти деньги, обязуется создать объект интеллектуальной собственности, обязуется провести свое исследование до той степени, когда и заказчик, и все общество, и Роспатент, в том числе, будет видеть, что да, здесь создано что-то принципиально новое, здесь создано то, что может быть использовано в экономике. Потому что патент — это, прежде всего, экономический актив. Патент — это возможность заработать на уступке исключительных прав, на лицензии, на производстве товара с использованием запатентованной технологии. Это отлично понимают, например, в фармацевтике, где борются за каждый патент. В других областях, к сожалению, меньше.

Между тем, Всемирная организация интеллектуальной собственности (ВОИС) выпустила доклад, в котором указано, что одна треть стоимости товаров, продаваемых во всем мире, основана на так называемом "нематериальном капитале", интеллектуальной собственности. А в некоторых отраслях стоимость нематериальных активов уже в два раза превышает стоимость материальных — зданий, станков, оборудования. Это огромный потенциал, который наш бизнес, наши государственные корпорации пока, к сожалению, очень слабо используют.

— А почему проседание идет по патентованию изобретений у граждан?

— С физическими лицами другая картина. Мы предъявили более высокий уровень требований по целому ряду позиций. Мы стараемся еще на первоначальной стадии отсеивать то, что называют "патентным мусором". Иногда поступают откровенно слабые заявки, которые не тянут на изобретение, вот их мы в прошлом году стали отсеивать жестче.

— Вы не упомянули компании в своей статистике, что у них с патентованием?

— Предпринимательский сектор в целом сохранил свои позиции по патентованию. Число заявок сократилось лишь на 2,5%. Когда попадает какое-то наукоемкое производство в частные руки, предприниматель очень бережно обращается с этим богатством. Мы знаем такие примеры, когда патентование здесь ускоряется, и люди понимают, что они должны себя защитить. Это хорошая тенденция, но нам бы хотелось, чтобы ее масштабы росли.

— Многие жалуются, что патентование идет несколько месяцев, соответственно и о защите на это время говорить сложно.

— А вот тут вы не правы. Защита предоставляется с момента подачи заявки. Патентный приоритет, то есть защиту, государство предоставляет не только тогда, когда оно выдает патент. Что касается времени на рассмотрение заявок, то со скоростью рассмотрения патентных заявок мы работаем. У нас средние сроки рассмотрения заявок по разным направлениям сократились на срок от нескольких недель до нескольких месяцев. На сегодняшний день Роспатент — одно из самых оперативных патентных ведомств мира в этом вопросе. У нас осенью выступал патентный поверенный из США, так вот она сказала, что тот, кто критикует Роспатент за сроки, вероятно никогда не пытался патентоваться в Штатах. Есть отдельный вид услуг — рассмотрение заявок по сокращенной процедуре. Это общемировая практика.

— Те патенты, которые выдаются по сокращенным процедурам, они чем-то отличаются от тех, что идут по стандартной процедуре?

— Нет, они не отличаются. Это просто концентрация усилий экспертизы на таких заявках. Например, Минобрнауки просило нас ввести такой ускоренный порядок для заявок, поданных по итогам госпрограмм, которые Минобрнауки принимает и финансирует. Мы согласились. Причем, это будет без ущерба для общего потока. Наоборот, и в общем потоке тоже рассчитываем сократить сроки. Кроме этого, мы предлагаем всем желающим платную форму ускоренного рассмотрения.

— А это насколько сокращает длительность процесса?

— Сейчас средний срок рассмотрения заявок составляет 9,5 месяцев. Мы можем сократить его до шести.

— А сколько в среднем стоит запатентовать изобретение?

— Если неускоренными темпами, то общая сумма примерно 12,5 тыс. рублей. Столько стоит вообще вся процедура патентования от подачи заявки до выдачи свидетельства. Для льготных категорий стоимость еще меньше. Мы тут посчитали, что студенту, например, вся процедура может обойтись в 800 рублей.

— Эксперты и участники рынка считают, что и у студентов, и у научно-исследовательских институтов все хорошо с идеями, что очень плохо именно с коммерциализацией. Им действительно гораздо легче написать научную публикацию и ноу-хау, чем объяснить промышленную значимость того или иного.

— Вы совершенно правильно говорите, это очень это непросто. Это задача более сложного уровня. Они говорят: "Я написал, у меня такая хорошая идея, а ее никто не использует". Так вы ее написали в форме научной публикации, научного доклада, научного отчета. — А вы структурировали ее по тем правилам, по которым живет мир, создавая объекты интеллектуальной собственности, продавая его, реализуя его, заключая под него лицензионные договоры? — Нет.

На коммерциализацию идей еще во многом влияет то, что исследования часто начинаются почти вслепую. У нас мало кто проводит патентные исследования, прежде чем начать работу. В итоге получаются такие результаты, которые в мире или даже у нас в стране уже запатентованы. Так может, вместо того, чтобы тратить деньги на них, можно было бы купить лицензию и потратить в разы меньше денег? Может, стоит провести исследования в том направлении, в котором они еще не проводились?

Мы именно поэтому открыли в подведомственном нам Федеральном институте промышленной собственности (ФИПС) Проектный офис, который как раз занимается патентной аналитикой, который может предоставить целый ряд инструментов для принятия решений, как на уровне региона, так и на уровне корпораций. Мы даже экспресс-инструменты сделали, которые может себе бизнес малого и среднего масштаба позволить. Причем, сделали это на таком уровне, что Всемирная организация интеллектуальной собственности официально присвоила нашему Проектный офису статус "преквалифицированный провайдер патентной аналитики уровня ВОИС" и включила нас в список поставщиков патентных ландшафтов для участия в будущих тендерах этой организации.

К тому же, я думаю, многие отказываются от патентования, потому существует явный дефицит специалистов в этой области, мало "проводников", разъясняющих тонкости и особенности патентования, оказывающих квалифицированную помощь. У нас к этой работе системно почти никого не готовят. Да, Роспатент готовит профильных специалистов в подведомственном вузе — Российской государственной академии интеллектуальной собственности (РГАИС), но это даже для нас мало. Мы выпускаем порядка 200 специалистов в год. Для экономики это совсем ничего. В советское время таких специалистов готовили по 15 000 в год: кого-то в вузе, кого-то на курсах повышения квалификации.

— А они у вас получают юридическое образование?

— Юридическое и экономическое. Плюс уже второй год у нас есть подготовка инженеров-патентоведов. Понимаете, подготовить пакет документов, скажем, на товарный знак могут и юристы. А чтобы предоставить данные на патент на изобретение, конечно, нужно обладать специальными знаниями. Потому что, например, редактирование генома — это 30 томов научных исследований. И нужно вообще понимать, что такое геном, что означает его редактирование, и как все это построено. Причем, наш эксперт еще должен сказать, новое это в мире или не новое. Это трудная работа. Надо готовить кадры, надо учить специалистов. Я вижу просто какой-то такой страх перед необходимостью патентования, этой глубоко научной деятельностью. Это ведь по существу научная работа. Ученые и есть наши главные изобретатели, главные заявители в нашей системе. Нужно системное образование.

— И как изменить эту ситуацию?

— Мы договорились с Минобразования, что будет базовое вузовское образование по подготовке патентоведов: инженеров, физиков, фармацевтов. Это будут магистерские программы по специальности, включающей это направление подготовки патентования. С 2019 года вузы смогут готовить специалистов по этим направлениям, будет выделено 650 бюджетных мест. Но они должны подготовить соответствующие образовательные программы, получить аккредитацию. Сейчас уже 3 вуза могут это делать. Это подведомственная нам РГАИС, Бауманка, и Университет ИТМО в Питере. Мы надеемся, что в будущем количество вузов и мест по нашим направлениям будет расти. Но, кроме этого, конечно же, должна развиваться система повышения квалификации через специальные курсы. Мы разработали и онлайн-курсы. Кстати, наша РГАИС четыре курса разработала на английском языке, и успешно их реализует для стран БРИКС.

— Одна из последних тенденций это тотальная цифровизация всех сфер деятельности, в том числе и патентной деятельности. Что в этом направлении вы делаете?

— У нас в этой сфере есть колоссальный потенциал. Если сейчас подается письменно заявление, 2 месяца его чиновник рассматривает, выясняет, что пошлина неправильно уплачена, он пишет письмо: уплатите пошлину, потом выясняется еще что-то неправильно оформлено или сделано, и так далее. Роспатент уже сейчас готов к работе с любым заявителем в электронном виде. Практически по всем госуслугам. Сейчас нам можно подать заявку в электронном виде. Если она соответствует установленным требованиям, если пошлина уплачена правильно, она на следующий день попадает к эксперту. Онлайн подача без всяких дополнительных проверок.

Второе направление для цифровизации — это переход прав на объект интеллектуальной собственности. Мы регистрируем этот переход прав, регистрируем лицензионный договор на объект интеллектуальной собственности, и это очень важно с тем, чтобы это происходило очень быстро. И это же тоже связано с оплатой пошлины, и с расчетом между субъектами. Поэтому, когда мы будем проводить эти операции в системе нашего реестра передачи прав, предполагается, что переход собственности, переход права с помощью лицензионного договора будет проходить по нажатию кнопок двумя людьми, участниками этого процесса. Даже не двумя, может быть десятью тысячами. Сколько лицензий захотят получить на тот или иной продукт? И эта вся цепочка транзакций, которые сейчас происходят в ручном режиме достаточно долго, будет проходить в автоматизированном режиме. И контролировать это будет сама система.

В целом, цифровизация, которая проводится в Роспатенте, — это наше основное направление развития. Мы через цифровизацию решаем вопросы ускорения, качества, подготовки людей, информированности общества. Она носит глобальный характер, появляются феномены, составляющие вызовы для права интеллектуальной собственности: интернет вещей, биг-дата, блокчейн, искусственный интеллект. Но мы сегодня берем эти инструменты для того, чтобы их использовать в своей работе.

— Как искусственный интеллект вы планируете использовать?

— Например, мы планируем создать реестр 3D-технологий, с помощью которого будет проводится сравнение 3D-модели из поданной заявки с уже существующим массивом зарегистрированных моделей, их сопоставление. Эксперт просто будет смотреть результаты этого поиска, где красным цветом будут отмечены несовпадения, а зеленым — сходства. Останется только посмотреть на цвета и нажать на кнопку. Все остальное сравнение за него сделает специальная программа.

— А вы сотрудничаете с кем-нибудь из российских компаний, допустим, с тем же Яндексом?

— Яндексу мы предлагали сотрудничество, точнее, они выходили на сотрудничество. Мы работаем с системными интеграторами "Крок" и "Ай-Теко". Но мы объявляем конкурс среди отечественных разработчиков на разработку такого программного обеспечения. Нам государство выделило существенные средства именно на цифровизацию процесса, это инвестиции государства в удобные инструменты для граждан и исследовательского сектора. Правительство понимает важность этих мероприятий. Мы приглашаем крупные компании — приходите к нам, ставьте задачи, решайте вопросы.

— Какой ваш прогноз по динамике патентной деятельности на этот год?

— Будет продолжен рост заявок на товарные знаки. В 2017 году подано около 73 тыс. заявок на товарные знаки, более чем на 18 000 больше, чем в прошлом году. Это очень существенные цифры для нашей экономики. Будет геометрический рост подачи заявок на промышленные образцы. Мы вступили в систему международной регистрации промышленных образцов, и теперь для того, чтобы зарегистрировать у нас промышленный образец, с 28 февраля 2018 года нашим заявителям не надо будет вступать в переписку с патентным ведомством каждой страны, где они хотят зарегистрировать свой промобразец. Достаточно подать заявку в Роспатент и указать, в каких странах запрашивается регистрация. И мы сможем регистрировать их на территории в 82 государств. Соответственно, заявки из этих стран мы тоже будем регистрировать. Что касается патентной активности, я думаю, здесь тоже будет существенный рост. Потому что увеличивается количество вложений государства в НИОКР. И надо обеспечить эффективность этих вложений.

Беседовала Лана Самарина (ТАСС),

Россия > СМИ, ИТ. Госбюджет, налоги, цены > rupto.ru, 26 января 2018 > № 2472297 Григорий Ивлиев


Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > tpprf.ru, 25 января 2018 > № 2483677 Шамиль Агеев

Шамиль Агеев: «Война войной, а купцы всегда должны работать»

Online-конференция c Шамилем Агеевым, председателем Торгово-промышленной палаты РТ.

Почему нужно готовиться ко второй волне проблем из-за банковского кризиса, зачем федеральным министрам нужно чаще бывать «в полях» и как стране сохранять международные контакты в условиях санкций, рассказал глава Торгово-промышленной палаты Татарстана Шамиль Агеев на online-конференции «Реального времени».

Деловой климат

Мы имеем то, что имеем, заявил Шамиль Агеев на вопрос «Ухудшается и деловой климат в стране и Татарстане в частности». По мнению главы ТПП, все относительно. Можно сравнивать положение дел 10 лет назад, год назад и сейчас. А можно сравнивать разные регионы — Татарстан и Ульяновскую область, например.

— Я не могу сказать, что в целом деловой климат ухудшается. Ожидания были больше. Человек готов идти на рекорд — а у него не получается. Когда бизнес слышит от властей, что улучшается инвестиционный климат, сокращаются проверки, но по факту банковская система не стабильна, а налоговый пресс увеличивается. В целом можно сказать так: ожидания бизнеса власти не оправдали, — заметил Агеев.

Одна из проблем — проверки. Сейчас есть структуры, которые, «не отвечая ни за что», могут в два счета закрыть бизнес. По мнению Агеева, контролирующие органы все еще предпочитают штрафовать бизнесменов. До сих пор они не настроены на профилактику или вынесение предупреждений.

В целом можно сказать так: ожидания бизнеса власти не оправдали

— Ну хорошо. Ты их закроешь, а что делать с людьми, [которые потеряют работу]? Ты их трудоустроишь? Но да, формально он прав, не придерешься, — добавил Агеев.

К тому же сокращается число тех, кто хочет быть предпринимателем. А значит, властям нужно повернуться к ним лицом и оказать больше помощи. Агеев надеется, что его коллегам удастся донести до кандидатов в президенты России, что в первую очередь в стране нужно поддерживать собственное производство и больше думать о населении.

Бизнес vs АСВ

Другая большая проблема — чистки банковского сектора, которые сказываются на предпринимателях разного уровня. По словам Агеева, ТПП до сих пор консультирует бизнесменов по ситуации с ТФБ.

— Последствия краха «Татфонда» будут еще бОльше. Потому что АСВ начинает выдвигать иски тем, кто успел забрать свои деньги из банка в последние месяцы его работы. Допустим, агрегатный завод взял 14 млн на зарплату. И теперь получается [из-за иска АСВ], им нужно эти деньги у рабочих забрать и вернуть.

Я думаю, и органы власти еще не до конца осознают эти последствия [после краха банков]. Если сейчас пойдет практика возвратов, мы получим такой протестный слой… — заключил Агеев.

Центробанк вел проверки, должен был знать о положении дел в проблемных банках, но почему-то никаких действий не предпринимал, говорит Агеев

Глава ТПП заметил, что сейчас претензии у АСВ могут возникнуть и к физическим лицам, которые брали в «Татфонде» кредиты, покупали квартиры. «Что им теперь, квартиры продавать?» — удивлялся гость редакции.

К тому же Центробанк вел проверки, должен был знать о положении дел в проблемных банках, но почему-то никаких действий не предпринимал. «Может, тогда глава ЦБ должна нести ответственность?» — задался вопросом Агеев.

Сейчас ТПП продолжает поддерживать пострадавших клиентов. Бизнесмен может обратиться в Торгово-промышленную палату за консультациями.

Санкции и отношения с другими странами

Антироссийские санкции продолжают влиять на бизнес-климат в России. Но отечественным компаниям нужно действовать по примеру американских коллег: выносить жизненные уроки и искать в этих ограничениях новые лазейки и точки роста, считает Агеев.

По мнению Агеева, в этой ситуации властям регионов нужно самим выходить на прямой контакт с властями и бизнесом перспективных иностранных регионов. Например, Татарстан активно наращивает сотрудничество с Китаем, Вьетнамом, странами Европы и бывшего СССР, улучшаются контакты с Прибалтикой и США.

С импортозамещением все не так просто и радужно, как могло показаться. Потому что в этом процессе, по словам Шамиля Агеева, важны не деньги, а люди

— С точки зрения отношений, подходов — везде мы встречаем хороший отклик. Вопросы возникают, когда контракты достигают крупных сумм, — заметил Агеев. И добавил: — Нельзя обрывать бизнес-контакты. Война войной, а купцы всегда должны работать! После любой драчки наступает мир, и бизнес должен быть к этому готов.

С импортозамещением все не так просто и радужно, как могло показаться. Потому что в этом процессе, по словам Шамиля Агеева, важны не деньги, а люди. Можно сколько угодно вливать финансы в самолетостроение, но если нет специалистов, которые могут придумать новый двигатель, — ничего не получится.

Москвичей бы «в поле»

Еще одна важная тема, по мнению Агеева, — оторванность федеральных чиновников от российской реальности. Прямого контакта с населением и бизнесом в первую очередь не хватает министрам финансового сектора.

— А то на [Гайдаровском] форуме слышим — рост экономики. А фактически его не ощущаем. Приди в магазин, госпожа Набиуллина. Приди на базар. Когда на базаре в последний раз была? Когда на производстве? Работать с людьми, в коллективе — это совсем другое, — говорит Агеев.

Так что площадку всероссийских экономических форумов, по его мнению, нужно использовать как место, где можно донести реальное положение дел до федерального центра.

Россия. ПФО > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > tpprf.ru, 25 января 2018 > № 2483677 Шамиль Агеев


Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 25 января 2018 > № 2477773 Рустам Минниханов

Владимир Путин провёл рабочую встречу с президентом Татарстана Рустамом Миннихановым.

Перед началом встречи Президент по видеосвязи дал команду к началу работы новых установок по гидроочистке нафты и изомеризации на Нижнекамском нефтеперерабатывающем комплексе компании «ТАНЕКО».

Пуск установок – первая ступень для реализации компанией «ТАНЕКО», входящей в группу компаний «Татнефть», полномасштабной схемы производства автобензинов, соответствующих экологическому классу «Евро-5».

* * *

Р.Минниханов: Уважаемый Владимир Владимирович, проект, к которому мы приступили в 2006 году по Вашему поручению, – 307 миллиардов инвестиций, глубина – 99,2, проектная мощность вместо 7 миллионов – 8,7 миллиона. Сегодня мы завершили и, если будет Ваша команда, [запустим] установку гидроочистки нафты и установку изомеризации общей совокупностью 200 миллионов долларов, работа продолжается.

Если Вы дадите команду, мы сейчас соединились с Нижнекамском, генеральный директор доложил бы коротко.

В.Путин: Приступайте.

Н.Маганов: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович, уважаемый Рустам Нургалиевич.

Владимир Владимирович, Ваше поручение по углублению переработки нефти, произведённой на территории Российской Федерации, нами выполнено. При этом должен отметить, Правительство приняло все необходимые решения по стимулированию нефтепереработки для отрасли, расширению частно-государственного партнёрства, развитию инфраструктуры и налоговому стимулированию. В итоге в Нижнекамске построили новый нефтеперерабатывающий комплекс абсолютно нового технологического уровня с максимально глубокой переработкой. На сегодняшний день у нас ноль выпуска тёмных, только светлые нефтепродукты.

За время реализации проекта компания вложила 307 миллиардов рублей, создано 3,5 тысячи рабочих мест, на сегодняшний день переработано уже более 50 миллионов тонн нефти. В пик на стройке работало свыше 10 тысяч строителей, это не считая тех, кто занимался машиностроением, проектированием, обеспечением производства. Там уже на порядок больше.

За время реализации проекта нашими машиностроителями было разработано, мы фактически внедрили здесь у себя 25 новых групп оборудования: и реакторное оборудование, и электронику, и автоматику, и насосное, компрессорное оборудование. Часть из этого раньше в Российской Федерации не выпускалось.

С нами на площадке присутствует генеральной директор «Объединённых машиностроительных заводов» Смирнов Михаил Александрович. Не случайно именно с «ижорцами» мы реализовывали первый уникальный для отечественной нефтепереработки проект. Сейчас он приехал с нами смотреть наши дальнейшие планы.

Как сказал уже Рустам Нургалиевич, проект продолжает развиваться. У нас до 2025 года принято решение развиваться по тем объектам, которые мы будем строить. Сегодня на стройке работают 6 тысяч человек, стройка продолжается.

Сейчас у нас готовы к запуску два новых производства: это производство по гидроочистке нафты на 1 миллион 100 тысяч тонн и производство по изомеризации на 420 тысяч тонн в год. Причём должен отметить, что производство по изомеризации – это тоже полностью отечественная разработка, отечественные машиностроители, и мы применяли впервые для отечественного строительства сборку укрупнённых технологических блоков.

Владимир Владимирович, было бы для нас большой честью и было бы справедливостью, – потому что с конца 1970-х годов никто не строил нефтеперерабатывающие заводы, пока не было принято решений об углублении нефтепереработки и не были созданы соответствующие условия, – чтобы Вы дали команду на запуск этих установок.

В.Путин: Начинайте.

Н.Маганов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Начинаем.

Владимир Владимирович, большое спасибо. Мы приступили к пуску.

В.Путин: Наиль Ульфатович, я поздравляю Вас, весь ваш большой коллектив, строителей, инженеров. Это действительно большая работа и замечательный результат. Желаю вам дальнейших успехов.

Н.Маганов: Спасибо. И вам дальнейших успехов, Владимир Владимирович.

* * *

Р.Минниханов: Владимир Владимирович, итоги работы республики я Вам коротко докладывал. Хотел бы сегодняшнюю встречу нацелить на дальнейшее развитие. Конечно, те меры, которые были приняты в последние годы, дают возможность для реализации крупных инвестиционных планов.

Хотел бы сегодня обратиться к Вам. Мы отработали с федеральными структурами, особенно с Минфином, вариант СПИК 2.0 – специнвестконтракт, который позволяет реализовывать большие проекты. Он уже находится в Правительстве, Минфин его согласовал, нужно на весенней сессии его принять.

Этот документ позволит нам реализовать большие, крупные проекты, расширяет специнвестконтракт. Он только в обрабатывающей, но здесь и транспортные, и другие возможности появляются. На уровне Минфина он прошёл согласование.

В.Путин: Хорошая инициатива. Давайте обсудим поподробнее, но в принципе, конечно, мы это поддержим.

Россия. ПФО > Нефть, газ, уголь. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 25 января 2018 > № 2477773 Рустам Минниханов


Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 января 2018 > № 2470315 Олег Пономарев

Во Львове при приеме на работу требовали петь гимн УПА

Олег Пономарев, Riga.Rosvesty, Латвия

Киев — Комичный по своей сути случай произошел на Западной Украине. Начальника Главного территориального управления юстиции во Львовской области уволили за требования к сотрудникам знать биографию главного украинского националиста Степана Бандеры и едва ли не наизусть напевать одну из популярных в УПА (Украинская повстанческая армия — экстремистская, запрещенная в России организация — прим. ред.) песен. Шутки шутками, но Министерство юстиции Украины проявило здесь редкую для власти оперативность и разум. Или просто решили замять скандал, который явно выходит за рамки морали и разума. Впрочем, это случай на Украине далеко не первый и далеко не единичный — профессионалы разных уровней не раз страдали или лишались работы только из-за того, что, по мнению кучки националистов, они недостаточно «патриотичны».

Среди ночи тебя разбудят: когда родился Степан Бандера?!

Итак, 3 января 2018 г. Министерство юстиции Украины уволило с занимаемой должности начальника Главного территориального управления юстиции по Львовской области Ярослава Жукровского с формулировкой — «За превышение служебных полномочий». Как оказалось, ультрапатриотичный чиновник при приме сотрудников на работу проверял их на знание текста песни «Лента за лентой», прославляющей преступления УПА. Кстати, в среде украинских националистов это «произведение» весьма популярно и звучит практически на всех митингах и реквиемах на Западной Украине. Как оказалось, это не первый подобный скандал, связанный с чиновником. В августе 2017 г. он уже проводил подобные «опыты» и требовал от сотрудников знать наизусть дату рождения и смерти лидера УПА — Степана Бандеры.

Что удивительно, Центральный аппарат Минюста в Киеве отреагировал на повторные жалобы распоряжением об увольнении «перегретого» националиста. «Дисциплинарная комиссия в рамках проводимого служебного расследования обнаружила факты превышения полномочий начальником главного территориального управления юстиции в Львовской области и рекомендовала освободить Ярослава Жукровского с занимаемой должности», — сообщает пресс-служба Министерства юстиции Украины.

По данным ведомства, в ходе служебного расследования дисциплинарная комиссия рассмотрела подписанные Ярославом Жукровским приказы, в которых обнаружены признаки нарушения действующего законодательства Украины. В частности, согласно одному из приказов, при проведении проверок и рассмотрении жалоб сотрудники были обязаны согласовывать пользование Реестрами лично с руководителем львовской юстиции. Такой себе местечковый «князек» и «хозяин жизни».

Сам «виновник торжества», занявший высокую должность в 2015 г., свое увольнение считает необоснованным.

За что Жукровский попал в «опалу»?

По словам и. о. начальника Управления юстиции Романа Мазура, Ярослав Жукровский «неожиданно» взял больничный, что позволяет ему подавать апелляцию на решение Министерства. Тем не менее, в присутствие журналистов экс-чиновник все же подписал приказ о сложении с себя полномочий, но грозится обратиться в суд.

«Может потому меня уволили, что в прошлом году мы передали более 50 машин в зону АТО. Раньше неизвестно, что делалось с этими конфискованными автомобилями. В сфере нотариата за проверки всегда давалась так называемая благодарность. В сфере арбитражных управляющих тоже действовала определенная система взяток. В сфере исполнения судебных решений я сломал схемы, которые касались передачи автомобилей и оружия в зону АТО. Кроме того, я пробовал, но мне не удалось сломать схему утилизации алкоголя и сигарет. Конфисковывается алкоголь и он должен быть утилизирован, но никто не видит этого, а акты составляются. В прошлом году я попытался самостоятельно поджечь 10 тысяч конфискованных сигарет», — заявил Ярослав Жукровский.

В то же время общественный активист, львовский юрист Наталья Шелестак предполагает, что в работе Ярослава Жукровского могли быть допущены ошибки в управленческой сфере, поскольку ему, по ее словам, не хватало до назначения управленческо-чиновничьего опыта.

«Ярослав Жукровский имеет шанс оспорить приказ об увольнении в суде. Это единственный законный путь. Он был первый в управлении юстиции, который смог сломать ряд коррупционных схем и сделать управление юстиции открытым для людей и помогал людям. В то же время, ему не хватало управленческого и чиновничьего опыта, поэтому он мог допустить ошибки, которые привели к увольнению», — отметила Наталья Шелестак.

И действительно, неизвестно как 38-летний журналист, общественный деятель, а потом внезапно — помощник судьи оказался в столь высоком для Львовской области кресле, остается загадкой.

Впрочем, пока суд да дело и в делах бывшего чиновника еще придется разбираться, его гипер-националистические взгляды подтверждены свидетельствами десятков «пострадавших» и самим Ярославом Жукровским даже не оспаривались. Значит, все-таки он заставлял петь песни о Бандере. Тем более тому есть четкое и недвусмысленное подтверждение — интервью популярной львовской газете «Высокий замок».

Не помогаешь АТО? Ты сепаратист!

Есть в украинском национализме и другая сторона медали. Части общества, не подверженного националистическим идеям, ухо все равно нужно держать востро. А публичное несогласие с «линией партии» или «недостаточный» патриотизм, может обернуться серьезными проблемами.

Так, в августе прошлого года в Киеве разгорелся громкий скандал. Радикалы из молодежной националистической группировки «С-14» пришли в квартиру к беременной киевлянке Светлане Пикте, которая открыто выступала против сбора в школе финансовой помощи для бойцов АТО.

Со слов женщины, в дверь квартиры к ней постучали трое молодчиков «спортивного вида», назвавшись полицией. В тот момент беременная женщина находилась дома одна и дверь не открыла. На что парни пригрозили прийти на следующий день. Как выяснилось позже, это были представители радикальной организации «С-14». Причину своего прихода они пояснили тем, что Светлана Пикта «поддерживает связи с россиянами и является сепаратисткой».

На своей странице в Фейсбуке организация раскрыла домашний адрес Светланы с ремаркой. «С14 предлагает неравнодушным патриотам прогуляться вечером по данному адресу, чтобы сделать сепаратистские провокации невозможными», — написали они в посте.

Уходя от Светланы, молодчики обклеили подъезд листовками с ее фотографиями и паспортными данными. То, что это сделали именно представители «С-14», зафиксировали камеры наружного наблюдения.

Ранее Светлана Пикта высказалась против сбора «помощи» армии в школе, где учится ее старший ребенок. Женщина вполне обоснованно считает, что детей и школу не нужно втягивать в военные процессы и политику.

Еще одной «претензией» к Светлане является ее дружба с оппозиционным журналистом Русланом Коцабой. «Светлана не боится критиковать власть. А в С-14 считают, что проблемы на Украине возникли не из-за коррупции, а из-за критических публикаций. Власть использует их, как боевой отряд для работы, которую не могут выполнить сами. Светлану невозможно ни в чем обвинить — она не нарушала закон. Но ее пытаются запугать», — заявил журналист.

По словам Руслана Коцабы, радикальные организации стали подразделением для выполнения политических репрессий и чувствуют себя ненаказуемыми. «Опасность в том, что они перебирают на себя функции силовых ведомств и сами решают, кого и за что наказывать», — добавил он.

За «чей Крым?» можно легко лишиться работы

Своеобразной «жертвой» украинского национализма стал и автор этой статьи — а именно я, Олег Пономарев. В своем «Живом журнале» я опубликовал ряд репортажей с впечатлениями о поездке в 2015 году в Крым. По большому счету никаких призывов к разделению Украины или однозначной принадлежности Крыма к Российской Федерации я не делал. Я лишь констатировал факт, что большинство жителей полуострова сделали свой выбор осознанно и не жалеют об этом по сей день. Материал имел небывалый успех и разошелся по Интернету тысячами репостов и перепечатках в СМИ.

Спустя несколько месяцев по большому знакомству мне предложили интересную работу в Департаменте туризма и курортов при кабинете министров Украины. Как профессиональный журналист я должен был посещать тематические выставки, писать каталоги и материалы, популяризировать Украину внутри страны и за рубежом. После того, как я прошел удачно все собеседования и тесты, мне сказали, что я практически получил это место. Но в последний момент начальник департамента Иван Липтуга показал мне на дверь. Официально мне никто ничего не пояснил и отказ в вакансии не мотивировал. Но, «по большому секрету» знакомая, которая лоббировала мою кандидатуру, шепнула на ухо: «Начальник увидел твои статьи о Крыме»…

Украина > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 января 2018 > № 2470315 Олег Пономарев


Польша > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 января 2018 > № 2470302 Лешек Бальцерович

Архитектор польской экономики Бальцерович: мы сворачиваем на опасный путь

Эдгарас Савицкас, Delfi.lt, Литва

Министр финансов первого некоммунистического правительства Польши Лешек Бальцерович сказал, что сейчас в его стране происходят беспрецедентные нападки на прогресс, достигнутый после революции 1989 года. По мнению профессора, набирающее в мире популярность движение антиглобализма сродни фашизму или коммунизму. Бальцерович также сказал, что в условиях демократии СМИ должны распределять оказываемое на политиков давление со стороны общественных групп: укреплять положительное и ослаблять опасное.

Delfi.lt: Вы заметили, что некоторые академики слишком много внимания уделяют тем, кто проиграл в борьбе с глобализацией в богатых странах и слишком мало — получателям пользы в бедных странах. Почему это плохо?

Лешек Бальцерович: Ответ прост, нужно видеть полную картину. Если концентрироваться только на «проигравших» и игнорировать тех, кто победил, ты демонстрируешь националистическое мировоззрение, как будто важна только твоя группа. Кроме того, часто глобализацию несправедливо обвиняют в том, что она уничтожает рабочие места, но более важный фактор — технологии. Сегодня «проигрывают» люди, которые не умеют пользоваться компьютером. Тогда вопрос такой: вы хотите остановить развитие технологий? Если да, остановите и рост экономики.

— Некоторые политики добились больших побед, утверждая, что борются на стороне «проигравших». К примеру, Дональд Трамп в США или сторонники Брексита в Великобритании.

— Да, Трамп говорил, что «на первом месте Америка». Он винил Китай, Мексику в том, что сократилось количество рабочих мест. Однако Брексит появился несколько по иным причинам, не из-за сопротивления свободной торговли. В данном случае это эмоциональная реакция англичан на иммиграцию.

— Миграция между странами — это тоже часть глобализации.

— Да, но тема иммиграции более эмоциональная. Обычно во всех проблемах винят чужестранцев.

— Но может у этих политиков есть основания для распространения своих идей? Ведь они получили такую поддержку.

— Таким образом мы оправдаем самых плохих политиков. Ведь нам известны плохие политики, которые сначала пользовались популярностью. Даже не хочу упоминать Адольфа Гитлера. Если оценивать политика, надо руководствоваться не только тем, популярен ли он. Надо посмотреть, что он сделал, чего добился в своей или в другой стране.

— Вы еще говорили, что антиглобализм похож на коммунизм, фашизм?

— Это фундаменталистские идеологии. Сначала их цель — мобилизация «проигравших», потом они называют врагов и начинают писать картину рая. К примеру, врагами нацизма были евреи, жертвами — немцы. В коммунизме жертвами были трудящиеся, врагами — капиталисты, а раем должен был стать социализм. Исламские фундаменталисты считают врагами еретиков, поэтому схема пропаганды во всех случаях похожая.

— Кто враги антиглобалситов и каким они изображают рай?

— Сторонники свободной экономики — вот их враги. Проблема в том, что рай они никак не представляют, но ведь и Карл Маркс только в обтекаемой форме осознавал, какую систему хотел бы создать. Я должен заметить, что все эти радикальные идеологии основываются на эмоциях, это очень грозное оружие.

— Негативные эмоции также намного сильнее позитивных.

— Да, к сожалению, ненависть к мобилизации использовать намного проще, любовь — сложнее.

— Вы говорили, что те, кто протестует против глобализации на самом деле протестуют против конкуренции. Больше конкуренции означает меньше стабильности.

— Да, в Средние века все было стабильно. Монополии, их тогда называли гильдиями, контролировали экономику. Если бы эта стабильность затянулась, то сегодня мы жили бы намного беднее.

— Как считаете, может ли Евросоюз еще быть знаменосцем свободной торговли и других атрибутов глобализации? Видите ли будущее, в котором либерализм останется главной идеологией в мире?

— Слово «идеология» звучит подозрительно. Я говорю о политических решениях, которые лучше, чем изоляция.

— Вы сами говорите, что Польша сейчас сворачивает на опасный путь. Я понимаю, вы не являетесь сторонником партии «Право и справедливость»?

— Происходят беспрецедентные нападки на прогресс, достигнутый Польшей после революции 1989 года. Во-первых, против правового государства, независимости судебной системы. Кроме того, политика последних нескольких лет со временем снизит рост экономики Польши. Пока мы этого не видим, поскольку макроэкономическое окружение благоприятное. Сейчас мы видим национализацию, больше регулирования. В то же время игнорируют серьезные проблемы общественных финансов — в Польше большой дефицит бюджета. И вместо того, чтобы уменьшать его, правительство увеличивает расходы.

— Может эти расходы помогут людям?

— Греческие политики тоже так говорили, пока страна не обанкротилась.

— Когда в Польше станут очевидны последствия, по вашему мнению, плохих решений?

— Это будет зависеть от внешних факторов. Тогда, когда экономическое положение за пределами Польши перестанет улучшаться, но, сколько будет продолжаться этот цикл, я не могу сказать. Ответственное правительство старается сделать страну более устойчивой к внешнему шоку, это правительство делает Польшу менее устойчивой.

— Что вы думаете о проекте 500+, когда семьям платят по 500 злотых (около 120 евро) в месяц за второго и каждого последующего ребенка?

— Во-первых, надо ответить на вопрос, какова цель таких выплат. Во-вторых, сколько это будет стоить. В-третьих, какими будут последствия. В Польше этот проект углубил дефицит бюджета. Это было одним из двух основных факторов. Вторым было снижение пенсионного возраста. 500+ стоит около 1% ВВП страны в год.

— Но плохо ли это? Что людей волнует больше: дефицит бюджета или деньги в кармане?

— И то, и другое. Надо уметь представлять людям сложные проблемы. Это вопрос коммуникации. В Польше люди очень обеспокоены государственным долгом, они понимают, что у них самих много долгов, будут проблемы. В большинстве стран людей легче убедить в плохих политических решениях, чем в хороших.

— Это работа политиков — убеждать людей.

— Это наивное понимание демократии. Политики находятся под давлением со стороны разных общественных групп. Некоторые из них представляют опасность. Работа СМИ — распределять оказываемое на политиков давление со стороны общественных групп: укреплять положительное и ослаблять опасное.

Польша > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 24 января 2018 > № 2470302 Лешек Бальцерович


Аргентина > Госбюджет, налоги, цены. Агропром > carnegie.ru, 24 января 2018 > № 2470234 Иван Любимов

Аргентинское проклятие простоты. Почему от развитых стран трудно не отстать

Иван Любимов

Вряд ли история Аргентины сложилась бы по-другому, если бы в свое время руководство страны не стало прибегать к политике импортозамещения и сохранило сельскохозяйственную экономику, как это сейчас предлагают некоторые эксперты. Рост численности населения все равно растворил бы аргентинское богатство. При сравнительно большой численности населения невозможно оставаться на уровне богатой страны, производя одно лишь сырье

По мнению многих экономистов, история Аргентины в ХХ веке – это один из лучших примеров того, как дорого могут обойтись стране ошибки в экономической политике властей. В первые десятилетия ХХ века подушевой ВВП в Аргентине был одним из самых высоких в мире, но к концу столетия она пополнила длинный список отстающих стран, которым хронически не удается увеличить темпы роста и приблизиться к лидирующим экономикам.

Однако такой взгляд на экономическую историю Аргентины кажется недостаточно убедительным. Аргентинская экономика, скорее всего, оказалась бы среди сегодняшних ее соседей по несчастью вне зависимости от политики тех, кто возглавил эту страну во второй трети ХХ века.

Не требуется много времени для того, чтобы разобраться в причинах экономического успеха Аргентины в начале ХХ века. Плодородные земли, иммигранты из Европы, которые занялись сельским хозяйством, технологический прогресс в морском и сухопутном транспорте, позволивший интенсивно экспортировать сельскохозяйственную продукцию, – вот главные ингредиенты восхождения аргентинской экономики в группу стран-лидеров по уровню ВВП на душу населения. Если бы клуб богатых стран – Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) – существовал в первой половине прошлого столетия, то Аргентина имела бы тогда все шансы стать его заметным представителем.

В 1910 году подушевой ВВП Аргентины составлял $3822 в ценах 1990 года по паритету покупательной способности. По этому показателю она опережала Францию, Германию, Нидерланды, уступая лишь нескольким экономикам, среди которых были США и Великобритания. В 1950 году Аргентина все еще входила в двадцатку стран с наибольшим уровнем ВВП на душу населения. Впрочем, в ту же группу приблизительно в те же годы также входили Венесуэла или Кувейт.

Однако структура аргентинской экономики сильно отличалась от развитых стран, среди которых она оказалась. Экспорт Аргентины был чрезвычайно прост и почти полностью состоял из товаров сельского хозяйства. В 1914 году 99,3% аргентинского экспорта составляли продукты аграрного производства и животноводства, древесина и прочие сырьевые товары. В том же году экспорт Аргентины на 50,8% состоял из злаков, на 17% – из шкур, костей и прочих частей сельскохозяйственных животных, говядина занимала третье место (около 10% экспорта).

Это резко контрастировало с прошедшими индустриализацию и экспортировавшими намного более сложные товары экономиками США, Германии, Франции, Великобритании. По уровню дохода Аргентина была богатой страной первой половины ХХ века. Но она не была развитой экономикой с точки зрения сложности того, что могла дать миру.

В середине прошлого десятилетия Рикардо Хаусман, Дени Родрик и Джейсон Хванг из Гарвардского университета, используя международные экспортные данные, обнаружили сильную связь между уровнем подушевого ВВП и структурой экспорта. Эмпирический результат, полученный авторами, заключается в том, что экономика, сумевшая добиться усложнения своего экспорта за счет выпуска технологически сложных товаров, по уровню подушевого ВВП будет приближаться к экономикам, экспортирующим похожие товары.

Иными словами, если развивающаяся страна становится все более и более похожей на более развитые экономики с точки зрения своего экспорта и накопленного в экономике производственного ноу-хау, то она становится похожей на них и с точки зрения подушевых доходов.

Социологи, исследуя мотивы образования социальных связей, указывают на предпочтения индивидами себе подобных как важной причины установления связей. Например, люди с хорошим образованием чаще выбирают себе подобных для формирования круга знакомых. В этом смысле страна с ноу-хау в производстве злаковых и говядины едва ли напоминала экономики с ноу-хау в области выпуска автомобилей, самолетов, разнообразной бытовой техники, поездов и так далее.

Очевидно, что даже в период расцвета сельскохозяйственная экономика Аргентины имела мало общего со значительно более сложными экономиками Соединенных Штатов, Франции, Германии, Великобритании. В начале ХХ века по структуре экспорта Аргентина гораздо больше была похожа на значительно менее сложные и богатые экономики, такие как Российская или Османская империи. Невысокий уровень сложности экономика сохраняла и в последующие десятилетия, вплоть до начала индустриализации, которая в результате не была успешной.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что Аргентина в конечном счете вернулась «в родную гавань», пришвартовавшись рядом с похожими на нее с точки зрения экономической сложности странами. Замедление аргентинской экономики во второй половине ХХ века было практически неизбежно. В эпоху высоких доходов в этой стране не было фундаментального роста, основанного на накоплении ноу-хау в выпуске сложных товаров. Аргентинская история примечательна разве что масштабами падения подушевых доходов, а так судьбу Аргентины, хоть и с меньшей амплитудой, регулярно повторяют многие сырьевые экономики.

Крайне сомнительно, что история Аргентины сложилась бы по-другому, если бы в свое время руководство страны не стало прибегать к политике импортозамещения и сохранило сельскохозяйственную экономику, как это сейчас предлагают некоторые эксперты. Рост численности населения все равно растворил бы аргентинское богатство. Если в 1914 году в Аргентине жило 7,9 млн человек, то в 1950 году – уже более 17 млн, в 1985-м – более 30 млн, а сейчас – около 43,5 млн человек. Оставаться на уровне богатой страны за счет одной лишь сельскохозяйственной отрасли со сравнительно большой численностью населения невозможно, даже если представить себе, что основная экспортная отрасль роботизирована и сверхэффективна.

Поэтому вряд ли стоит списывать все беды Аргентины на решения генерала Перона, на чье правление (1945–1955) пришелся переход к политике импортозамещения и начало эпохи застоя и отставания по уровню подушевых доходов. Индустриализация была правильным шагом: размеры мировой торговли в 1930–1940-е годы сократились, экспортные доходы уменьшились, что затруднило импорт важных индустриальных товаров в Аргентину. Представьте, что в современной России из-за сокращения мировой торговли или идущей где-то в другой части света мировой войны вдруг стало заметно сложнее купить автомобиль, лекарства от онкологии или необходимое оборудование. Даже если бы мировая торговля не сократилась, зависимость аргентинской экономики от сельскохозяйственного сектора была бы явной угрозой благополучию. Естественной реакцией в такой ситуации была индустриализация.

Конечно, власти Аргентины наделали массу ошибок. Они ограничились импортозамещением, вместо того чтобы ориентировать индустрию на международный рынок и возможность зарабатывать доходы по всему миру, тем более что после Второй мировой войны мировая торговля начала восстанавливаться.

Самое главное, аргентинская индустриализация не была постепенной, начинающейся с простых производств и лишь затем, по мере формирования инженерного и конструкторского корпуса, накопления капитала, создания инфраструктуры и прочего, переходящей к попыткам выпуска и экспорта более сложных товаров. Вместо этого индустриализацию проводили слишком быстро, не обеспечивая достаточным ноу-хау, и потому новые отрасли могли существовать только в условиях политики протекционизма, которую лоббировали группы интересов, в конечном счете ставшие бенефициарами индустриализации.

Но ошибки в выборе направления индустриализации в те времена делались сплошь и рядом, причем не только властями догоняющих стран, но и их консультантами из международных организаций.

Генерал Перон и последующие правители Аргентины не смогли добиться того, чего добился их южнокорейский коллега, генерал Пак Чжон Хи. Но кому в Латинской Америке удалось повторить успех Южной Кореи, Тайваня, Сингапура или Китая? В этой части света проводились самые разные эксперименты, начиная от политики популизма и импортозамещения и заканчивая приватизацией, дерегулированием и макроэкономической стабилизацией. Результатами были локальные провалы и успехи. Среди последних – появление в регионе отдельных сложных отраслей. Но стран со сложной экономикой и большими запасами ноу-хау в выпуске технологичных товаров в Латинской Америке так и не возникло.

В лучшем случае Аргентина могла бы оказаться среди лидеров региона – состоящих в ОЭСР Чили и Мексики. Хотя даже это страны с не слишком сложными экономиками. Речи о том, чтобы сохранить соседство с Францией, Германией или Нидерландами, тут явно не шло.

Аргентина > Госбюджет, налоги, цены. Агропром > carnegie.ru, 24 января 2018 > № 2470234 Иван Любимов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 января 2018 > № 2469185 Апурва Санги

Путь из Зазеркалья. Россия уже способна противостоять небольшим мировым кризисам

Апурва Санги

Ведущий экономист Всемирного банка по России Апурва Санги рассуждает о том, как российская экономика восстанавливается после рецессии

Успех порождает успех, и кому это лучше знать, как не Льюису Кэрроллу, автору знаменитой «Алисы в Cтране чудес». Однако мало кто знает, откуда появилось название следующей книги — «Алиса в Зазеркалье». Возможно, отгадку нам подскажет тот факт, что единственное заграничное путешествие Кэрролл совершил в Россию в 1867 году. И вот теперь я, назначенный ведущим экономистом Всемирного банка по России, пытаюсь описать российскую экономику и разгадать эту загадку.

В первой статье для российского издания Forbes я хочу пообещать своим будущим читателям давать объективный взгляд на извилистую траекторию развития российской экономики. Мне кажется интересным, досадным, а иногда даже смешным то, что о российской экономике рассуждают без полутонов — она либо хорошая, либо плохая. Зеркало то розовое, то свинцово-серое. Поэтому обязуюсь быть объективным и основывать выводы на фактических данных, а если они недоступны, то на экономической теории. Разумеется, некоторые данные могут быть искаженными, а теория может вводить в заблуждение. Тем не менее данные и экономическая логика остаются нашей самой надежной защитой от человеческой субъективности.

Что происходило в российской экономике в 2017 году? Начнем с хороших новостей. После девяти кварталов непрерывного спада в 2014–2016 годах в прошедшем году российская экономика начала восстанавливаться после рецессии, и это уже большое достижение. Всего два года назад экономика достигла дна, опустившись до уровня минус 2,8%, а сегодня плюс 1,7%. Разворот произошел благодаря трем факторам.

Причины роста экономики

Первый — укрепление макроэкономической стабильности. Благодаря политике таргетирования инфляции Банка России она находится на самом низком уровне за всю историю наблюдений. Ее среднегодовой уровень не превышает 4%, это в три раза ниже, чем несколько лет назад. Если бы инфляционный тренд 2015 года сохранился, то тарелка салата оливье стоила бы сейчас не 312, а 402 рубля. Достаточное покрытие импорта (16 месяцев), высокий уровень международных резервов (свыше $420 млрд) и гибкий валютный курс помогают экономике справляться с внешними шоками. Госдолг составляет около 17% ВВП (в то время как в зоне евро почти 90%). Что касается дефицита бюджета (как консолидированного, так и федерального), то он едва превысит 2% ВВП по итогам года, что не свидетельствует о расточительности. А если учесть, что в России вводится обновленное бюджетное правило, то разговор о макроэкономике становится скучным. Но, может, рассуждения о макроэкономике, так же как о бухучете и стоматологии, и должны быть скучными?

Второй фактор — это улучшение конъюнктуры мировых рынков сырья. Цены на нефть, опустившиеся в начале 2016 года до $27 за баррель, сейчас поднялись выше $50, что можно считать вполне приемлемым уровнем. Кроме того, улучшается дисциплина стран-производителей нефти по выполнению условий соглашения о сокращении объемов добычи. Все это благоприятно сказывается на экспортерах сырья, в том числе на России.

Третий фактор — это восстановление мировой экономики. Впервые после кризиса 2008 года крупнейшие развитые экономики демонстрируют одновременный рост. За 2017 год в США и Японии ожидается повышение темпов роста до 2,1% и 1,5% соответственно, а в зоне евро 1,7% роста существенно превышает потенциальный показатель, оцениваемый в 1%. В азиатских экономиках, а именно в Китае, Индии и Вьетнаме, главных торговых партнерах России на стратегически важном Востоке, прогнозируется уверенный рост на уровне 6,7%, 7,2% и 6,3% соответственно.

В целом России помогло сочетание макроэкономической стабильности и удачи (рост цен на нефть и восстановление мировой экономики). Нередко мы переоцениваем вклад государственной политики в достижение роста, в то время как на самом деле главным фактором была просто удача. Эта мысль хорошо выражена в знаменитой работе Уильяма Истерли и соавторов «Удачная политика или удача политиков», где парадоксальным образом доказывается, что удача важнее, чем меры политики. Это напоминает историю о том, как Наполеон, которому представили одного талантливого генерала, сказал, что ему безразлично, талантлив ли он, главное — сопутствует ли ему удача. Бесспорно, России помогает удача (в том числе хороший климат, благодаря которому она стала ведущим мировым производителем и экспортером пшеницы).

Мировые тренды

Но одна из проблем также связана с удачей, точнее с ее отсутствием. Нынешний динамичный рост мировой экономики может оказаться неустойчивым из-за снижения инвестиций и сдержанного роста производительности. Ситуацию усугубляет высокий уровень задолженности: в развивающихся странах растет долговая нагрузка населения и есть признаки усиления уязвимости корпоративных балансов, в России, в частности, наблюдается ухудшение условий в секторе нефинансовых организаций. Если полоса везения в мировой экономике закончится из-за этих или других факторов, например значительного падения цен на нефть или внезапного ужесточение условий на мировых финансовых рынках, это не сулит ничего хорошего ни миру, ни России.

Есть и другие проблемы, которые рассматриваются в нашем «Докладе об экономике России». Во-первых, несмотря на небольшое сокращение бедности в 2017 году, почти 20 млн россиян остаются за чертой бедности. Во-вторых, несмотря на минимальный за всю историю общероссийский уровень безработицы 5%, в некоторых регионах этот показатель очень высок: 18,7% в Республике Тува и 27% в Ингушетии, в то время как в Москве и Петербурге всего 1,3% и 1,7%. В кризис регионам пришлось существенно снизить социальные расходы. Дальнейшее сокращение может быть и невозможным, и нежелательным.

В-третьих, банковский сектор остается уязвимым. Об этом свидетельствует санация таких крупных частных банков, как «Открытие», Бинбанк и Промсвязьбанк (третье, пятое и девятое место по размеру активов соответственно). Эффективность нового механизма регулирования в отношении несостоятельных банков будет иметь ключевое значение для сохранения стабильности банковской системы. Последние прецеденты санации не вызвали заметного напряжения в банковском секторе. Но если санируемые банки не будут проданы частным инвесторам, то это приведет к увеличению доли государства в структуре собственности банковского сектора. В этой связи возникает беспокойство относительно развития конкуренции и инноваций в финансовой системе в среднесрочной и долгосрочной перспективе.

Россия постепенно продвигается от рецессии к восстановлению и способна выдержать небольшие пертурбации в мировой экономике. Хотя укрепление макроэкономической стабильности было достигнуто ценой сокращения материального и социального капитала, необходимого для экономического роста.

Представляется, что России сейчас следует сосредоточить внимание на внутренних проблемах. Прежде всего, это касается задачи резкого улучшения конкурентной среды и инноваций. Недостаточное развитие по этим двум направлениям тормозит рост производительности — самый главный фактор экономического роста. Большинство обозревателей упускают из виду тот факт, что производительность в России была низкой и продолжала снижаться еще до того, как в 2014 году произошел двойной шок, обусловленный падением цен на нефть и санкциями. Может ли ситуация измениться в 2018 году? Следите за новостями…

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 24 января 2018 > № 2469185 Апурва Санги


Россия > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > mvd.ru, 24 января 2018 > № 2468874 Владимир Ворожцов

Станет ли пенсионер ветераном?

С выходом на пенсию жизнь, как известно, не заканчивается. А для сотрудников органов внутренних дел эта истина актуальна вдвойне, поскольку в отставку они выходят в возрасте, далёком от старости, полны сил и энергии и способны многое сделать, в том числе для развития родного ведомства. В программе «Прямой разговор» в рамках совместного проекта газеты «Щит и меч» и радиостанции «Милицейская волна» мы обсудили, как живут сотрудники после выхода на заслуженный отдых, а также деятельность ветеранской организации МВД. В гостях у журналистов побывал зампредседателя Центрального совета Партии пенсионеров, доктор философских наук генерал-майор внутренней службы в отставке Владимир ВОРОЖЦОВ.

- Владимир Петрович, кто они, ветераны органов внутренних дел, что могут сделать в интересах МВД России?

- Выход в отставку - не только серьёзный момент в жизни каждого сотрудника, но и важный этап для развития ведомства. Потому что ветераны органов внутренних дел - это огромный потенциал, использование которого в интересах государства, министерства может принести довольно значимые результаты. Есть среди них те, кому 70, есть, кому 60, немало людей, которые только-только перевалили 50-летний рубеж. Но все они полны сил, а главное - желания продолжать оказывать помощь своим бывшим сослуживцам.

- Многие, конечно, знают, но давайте всё же напомним, какие условия дают право сотруднику органов внутренних дел выйти на пенсию.

- Порядок определяет государство, в нормативных документах всё чётко указано: 20-летний стаж службы, порядок расчёта выслуги лет и так далее. Необходимо заметить, что в отличие от гражданских пенсионеров для наших ветеранов прописано всё до мелочей. Огромная заслуга правовых подразделений министерства в том, что ещё в начале 90-х годов они провели большую работу, грамотно составили Положение о службе в органах внутренних дел, подготовили основные акты, получившие впоследствии ранг федеральных законов, которые достаточно успешно регулируют как вопросы прохождения службы, так и порядок выхода на пенсию.

- Ветеранская организация МВД России активно участвует в жизни ведомства. Существует ли какая-либо стратегия её деятельности, какие идеи, проекты могут предложить отставники с учётом их богатейшего опыта?

- К примеру, мы видим весьма большие перспективы в плане развития цифровой экономики. Существует план правительства в этом направлении. Однако, на наш взгляд, в нём недостаточно учтены возможности ветеранов в передаче опыта молодым сотрудникам, оказании содействия в решении тех или иных профессиональных вопросов. Так, мы могли бы быть полезными при подготовке и переподготовке кадров, в совершенствовании использования технических средств, других вопросах. Можем подсказать, как заполнять и вести разного рода документацию, служебные формуляры, что тоже немаловажно.

Это касается и цифровой экономики. Скажем, в форме удалённого доступа. Здесь также имеются хорошие возможности использования потенциала ветеранов с их высокой квалификацией, жизненным и профессио­нальным опытом. В результате же органы внутренних дел получили бы ещё один шанс малозатратно, но исключительно эффективно решать многие задачи.

- Некоторые сотрудники МВД после выхода на пенсию не вступают в ветеранскую организацию, а идут в коммерческие структуры и возглавляют там ответственные посты, например, в службах безопасности. Как вы к этому относитесь?

- Безусловно, это естественный процесс. Человек ищет возможности для самореализации исходя из своего личного потенциала, социальных контактов и так далее. Многие, кстати, обращаются к нам, поскольку помочь в ряде вопросов лучше всех способны именно ветеранские организации.

- В структуре МВД России множество разных служб и подразделений. Как с учётом этого строится структура ветеранской организации?

- Начну с того, что ветеранская организация Министерства внутренних дел имеет очень ясное и чёткое нормативное регулирование. Существуют положение, соответствующие уставные документы, определена структура. Взять, к примеру, объединение ветеранов центрального аппарата МВД, которое возглавляет генерал-майор милиции в отставке Леонид Втюрин, настоящий профессио­нал, длительное время занимавший пост заместителя начальника Главного управления уголовного розыска. В совет входят ветеранские организации, фактически воспроизводящие структуру подразделений центрального аппарата ведомства. Кстати, очень интересно, что достаточно долгое время у нас сохранялась ветеранская организация подразделения по борьбе с организованной преступностью, хотя сам главк уже перестал существовать.

- А все ли сотрудники, выходящие на пенсию, вступают в ряды ветеранских организаций? Может, некоторые предпочитают просто отдыхать, ездить на дачу, воспитывать внуков…

- Следует уточнить: кого считать ветераном? Человек, выходящий в отставку, автоматически становится пенсионером органов внутренних дел. А ветеран - это тот, кто принимает активное участие в работе организации. Да, ко многим по традиции применяют термин «ветеран», учитывая, что он длительное время прослужил, внёс свой вклад в развитие органов внутренних дел. Но не каждый человек, ушедший на заслуженный отдых, является активным участником ветеранского движения. Для того чтобы стать членом организации, нужно не только изъявить соответствующее желание, но и активно работать. Тогда, на мой взгляд, человек с полным правом сможет называться ветераном.

- Часто ли средства массовой информации, когда происходят какие-либо неординарные события, обращаются за комментариями и экспертным мнением к ветеранам силовых структур?

- Было бы замечательно, если бы СМИ обращались к нам. Однако, к сожалению, чаще журналисты предпочитают освещать происходящее, основываясь на своём собственном мнении. Получается не просто необъективно, но и непрофессионально. Особенно неприятно, когда это касается вопросов борьбы с преступностью, профилактики. Есть же достаточно чёткие нормы журналистской деятельности и этики, нормативы, порядок, определяющий деятельность органов внутренних дел. Элементарные азы этого надо знать. Если корреспондент не владеет темой, в чём-то сомневается, то, конечно, ветераны органов внутренних всегда готовы помочь.

- В советских кинофильмах, посвящённых работе правоохранительных органов, мы нередко в титрах видим слово «консультант», в роли которых выступали наиболее авторитетные руководители служб и подразделений правоохранительных органов, в том числе ветераны. Существует ли сейчас такая практика, обращаются ли к вам за помощью сценаристы, режиссёры?

- Данная практика в последнее время фактически утрачена. Что, скажу откровенно, не идёт на пользу кинематографу. Я знаю, что множество моих коллег, очень грамотных профессионалов, не смотрят фильмы лишь по одной причине: они с первого кадра видят, насколько всё снято недостоверно. Вот недавно мы со знакомыми смотрели кинокартину, посвящённую работе милиции в 40-50-е годы. Сидевший рядом со мной ветеран сходу сказал: ну, поглядите, что они творят! Элементарные же ошибки - форма не та, погоны не соответствуют установленному образцу. То есть создаётся не фильм о прошлом, а ложный облик людей и трактовка прошлого.

- Мы знаем, что вы стояли у истоков создания службы общественных связей МВД. Как, на ваш взгляд, сейчас обстоят дела у вашего детища?

- Я бы сравнивать не стал, слишком уж разные условия работы тогда и нынче. Когда в ноябре 1992 года мы первый раз провели встречу министра внутренних дел России Виктора Ерина с предпринимателями, это была уникальная ситуация. Гостей собирали осторожно, советовались с журналистами, начинающими бизнесменами. Ведь прецедентов до этого не было, а для коммерсантов встреча вообще оказалась чем-то невероятным. Сейчас, конечно, такой проблемы нет. А тогда во многих вопросах мы были первопроходцами. Сегодня же и телезрители, и радиослушатели, и читатели газет и журналов сами во многих проблемах обеспечения правопорядка научились разбираться, способны понять, где реальность, а где вымысел. И немалая заслуга в этом - именно службы, обеспечивающей крепкие связи с обществом.

Беседу вели Станислав КОМИССАРОВ, Андрей ШАБАРШОВ

Россия > Армия, полиция. Госбюджет, налоги, цены > mvd.ru, 24 января 2018 > № 2468874 Владимир Ворожцов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter