Всего новостей: 2187259, выбрано 1005 за 0.254 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 августа 2017 > № 2271147 Томаш Соммер

80 лет назад начался геноцид поляков

Томаш Коланек (Tomasz D. Kolanek), Polonia Christiana, Польша

Интервью с Томашем Соммером — автором книги «Антипольская операция НКВД 1937-1938 годов».

— Polonia Christiana: 11 августа 1937 года началась «Польская операция НКВД». Такая дата стоит на Оперативном приказе № 00485 народного комиссара внутренних дел СССР Николая Ежова. Этот документ положил начало геноциду поляков, живущих на советской территории.

— Томаш Соммер (Tomasz Sommer): На самом деле все началось примерно тремя месяцами раньше. В первую очередь убивали членов разных коммунистических организаций, в том числе Коммунистической партии Польши. Кроме этого, в особенности на Украине, шли начавшиеся в 1933 году процессы членов Польской военной организации. «В полную силу» геноцид, однако, развернули 11 августа 1937 года.

— Почему Вы не используете официальное название, а называете истребление поляков в 1937-1938 годах «Антипольской операцией»?

— Название «Польская операция» придумали историки, оно появлялось в некоторых документах. Но вы же не станете называть Холокост «еврейской операцией», вас в лучшем случае обвинят в антисемитизме. Поэтому, на мой взгляд, называть геноцид поляков «Польской операцией» нельзя, ведь такое название указывает, будто сами поляки что-то делали, или что эти действия носили польский характер.

Но операция НКВД — это нечто противоположное, поэтому название «Антипольская операция» кажется мне самым точным и верным.

— Как выглядела «техническая сторона» этой смертоносной операции?

— Если описывать кратко: появился официальный приказ, начались убийства. Поляков убивали одновременно с жертвами прочих «операций». Они попали в списки людей, подлежащих истреблению, вместе со многими другими. Те, кто приводил смертный приговор в исполнение, не вникали, на каком основании он вынесен, они просто спускали курок.

— Сотрудники НКВД не только убивали. Из Ваших книг следует, что они также занимались грабежами и разбоем.

— Да, но самым страшным была закрепленная оперативными приказами полная конфискация имущества: все, что принадлежало расстрелянному, конфисковали, а его семью выбрасывали на улицу. С родственниками поступали согласно Оперативному приказу № 00486: жен «врагов народа» отправляли в лагеря для взрослых, а детей — в лагеря для несовершеннолетних, которые преобразовали позже в нечто вроде детских домов. Из-за огромного масштаба репрессий их не удалось довести до конца. По примерным оценкам, такая участь постигла около 8 тысяч польских женщин и детей.

— Существовало ли какое-то юридическое основание, вердикты судов, на основании которых можно было «законно» убивать поляков?

— Геноцид проводился во внесудебном режиме, который в СССР начали использовать в 1936 году и постоянно «совершенствовали». Никаких приговоров или вердиктов о виновности не было! Основанием для выполнения приказа Сталина было соответствие определенным параметрам.

— Как выясняли, что человека им соответствует?

— Было семь пунктов. Подчеркну, что ни в одном из них слово «поляк» не звучит. Там идет, в частности, речь о членах Польской военной организации, «диверсионно-шпионских и повстанческих кадрах», а также о «наиболее активной части местных антисоветских националистических элементов польских районов». Если объединить эти пункты, четко видно, что этим параметрам соответствовали практически все поляки, жившие на территории СССР.

Это напоминает ситуацию с Холокостом. Ведь нет такого документа, в котором прямо сказано «истребить всех евреев». Немцы использовали разные формулировки, например, «окончательное решение еврейского вопроса». То же самое и с «Антипольской операцией»: формулировки «убить всех поляков» в документе нет, но там перечислены «категории врагов народа».

— Как выглядели казни?

— Как в Катыни: офицеры НКВД стреляли полякам в затылок.

— Что происходило потом с останками убитых? Ведь их было в несколько раз больше, чем погибших в Катыни офицеров.

— Даже в полтора десятка раз больше. Напомню, что помимо «Антипольской операции», которая была вторым по величине «компонентном» Большого террора, была также «Кулацкая» и другие менее крупные «национальные» операции, например, немецкая. Большой террор в целом унес жизни 750 тысяч людей.

Тела жертв лежат в безымянных могилах, которые находятся в окрестностях почти каждого крупного города СССР. Под Москвой, Киевом и Минском есть по меньшей мере несколько таких мест. Некоторые могилы уже обнаружены, но большинство до сих пор скрывается под землей.

— Удастся ли когда-нибудь установить имена всех жертв?

— Я думаю, при наличии политической воли это бы не представляло особенных трудностей. Мы знаем, где находятся интересующие нас документы, но без решения политиков не можем получить к ним доступ. Если в случае Холокоста никакой информации не было, часто приходилось ориентироваться на сообщения свидетелей или палачей, то в Советском Союзе все записывалось и попадало как минимум в три разных архива.

— Зачем геноцид так тщательно документировали?

— Все дело в коммунистической бюрократии и системе, в рамках которой она функционировала. Существовало нечто такое, как особый режим утверждения таких решений. Списки с фамилиями подлежащих расстрелу поляков отправлялись в Москву — «двойке», которая состояла из Николая Ежова и прокурора Андрея Вышинского. Именно они еще раз внимательно просматривали эти документы и утверждали их. Так что все списки с именами убитых поляков находятся, по всей видимости, в Москве. После утверждения документы возвращали на региональный уровень с приказом привести приговор в исполнение. После расстрела составлялись протоколы, которые возвращались в Москву. Эти документы доступны, например, на Украине.

Возвращаясь к вашему последнему вопросу: я думаю, при соответствующем желании властей мы смогли бы найти и идентифицировать всех убитых поляков.

— Почему все документы, связанные с «Антипольской операцией» сохранились, а на тему Холокоста почти никаких документов нет?

— У немцев было очень много времени (больше двух лет) на то, чтобы уничтожить все бумаги. Они знали, что проигрывают войну, и решили избавиться от улик. Кроме того, де-факто они убивали «незаконно», ведь их вождь, Адольф Гитлер, не отдавал официального приказа начать Холокост. В свою очередь, официальный приказ Сталина относительно «Антипольской операции» сохранился и находится сейчас в московских архивах.

Сталин оставался у власти до 1953 года, то есть в течение 15 лет «Антипольская операция» считалась не преступлением или геноцидом, а чем-то вроде «секретной акции». Позже, когда генералиссимуса сменил на посту Хрущев, сообщать об этом деле тоже не было нужды, тем более что украинец сам принимал активное участие в истреблении поляков. Потом об этой операции все забыли. Документы лежали в архивах, и никто в них не заглядывал.

— Пытались ли поляки спастись?

— Чаще всего они просто прятались во время советских облав, бывали случаи, когда люди объявляли себя умершими. Но, к сожалению, чаще всего поляки просто не знали, что происходит даже в тот момент, когда в их городке или деревне появлялись сотрудники НКВД.

— Почему «Антипольскую операцию» решили прекратить?

— Большую роль в этом сыграли кадровые перестановки, которые готовил Сталин: он хотел убрать товарища Ежова и поставить на его место товарища Берию. Большой террор, в том числе «Антипольская операция», был остановлен по его приказу от 22 ноября 1938 года. Уничтожение «недобитков» продолжалось до января 1939 года.

— И здесь появляются, пожалуй, самые важные вопросы. В чем был смысл Большого террора? Почему Сталин решил остановить машину истребления?

— Сталин хотел избавиться от реальных и воображаемых врагов, а поляки были одними из них. Руководствуясь принципом «смерть одного человека — трагедия, смерть миллионов — статистика», он решил уничтожить всех одним махом. Однако в определенный момент созданная им система начала буксовать: на содержание убийц из НКВД и производство пуль для выстрелов в затылок не хватало денег. Здесь следует подчеркнуть один аспект: все привыкли говорить, что убийство поляков — дело рук НКВД. Но это не так, ведь эта организация только выполняла приказ Сталина! Конечно, сотрудники этого преступного органа выполняли приказ с особым рвением, но, тем не менее, ответственность за все несет Сталин, который контролировал ситуацию.

— Как относилось к «Антипольской операции» советское население?

— Так, как его научила пропаганда, называвшая поляков врагами народа. Простой советский гражданин не знал, чем занимается НКВД, но в 1937-1938 годах произошел резкий скачок количества доносов. В те годы, как во время Французской революции, для вынесения смертного приговора было достаточно одних подозрений, даже если приговоренный не был ни в чем замешан. Как я уже сказал выше, никто не занимался доказыванием вины, цель состояла в том, чтобы уничтожить «врагов народа»!

— По официальным данным НКВД, было убито более 111 тысяч поляков. Вы бы могли…

— Простите, но я вас перебью. Чего-то такого, как «официальные данные НКВД», не существует. 111 тысяч — это лишь приблизительная оценка, которую в начале 1990-х обнародовало общество «Мемориал». В своих изысканиях оно опиралось на документы, которые касались лишь части операции — как в плане временного отрезка, так и категорий расстреливаемых людей. Доклады о ходе «Антипольской операции» составляли в НКВД каждые 10 дней. Для этого создали специальное статистическое бюро, которое на основании поступающих рапортов подсчитывало количество убитых. Данные «Мемориала» — это лишь один из этапов этих подсчетов, и неизвестно — какой именно.

Есть еще данные профессора Мозохина, по оценкам которого до середины июля 1938 года погибли 93 тысячи поляков. Есть полные данные, касающиеся Украины. Эта цифра больше чем та, о которой говорит «Мемориал». На этом основании, как я полагаю, мы можем с большой степенью уверенности говорить, что жертвой Большого террора пали как минимум 200 тысяч поляков. С такой оценкой согласен историк Никита Петров, он называл эту цифру во время конференции, прошедшей в начале июля в польском Сейме.

— В конце нашей беседы я бы хотел задать вопрос о следующей «Антипольской операции», которая разворачивалась в 1941-1942 годах. Тогда СССР начал массовую депортацию поляков с польских территорий, захваченных им после 17 сентября 1939 года. Можно ли назвать убийства и отправку нескольких сотен тысяч поляков в Сибирь продолжением событий, происходивших двумя годами ранее?

— Разумеется. Это было то же самое, только в другой форме. Цель тоже состояла в том, чтобы уничтожить «самых активных поляков».

— Благодарю за беседу.

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 августа 2017 > № 2271147 Томаш Соммер


Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263159

У Польши есть шанс получить военные репарации

Петр Чарторыски-Шилер (Piotr Czartoryski-Sziler), wPolityce, Польша

Интервью с Веславом Высоцким — заведующим кафедрой истории XIX и XX веков исторического факультета, Университет имени кардинала Стефана Вышинского в Варшаве.

— wPolityce. pl: Министр обороны Антоний Мачеревич (Antoni Macierewicz) заявил, что Польша никогда не отказывалась от военных репараций со стороны Германии, и та обязана вернуть польскому народу огромный долг. На каком основании мы можем требовать сейчас от Берлина компенсаций за ущерб, который нанесли немцы нашей территории в ходе Второй мировой войны?

— Веслав Высоцкий (Wiesław Wysocki): После войны мы не получили собственной компенсационной доли, поскольку наши права перешли к Советскому Союзу: компенсировать все потери должна была Москва. В тот момент, когда появилась ГДР, польское руководство отказалось от репараций (разумеется, это касалось только «хороших немцев», как их тогда представляла пропаганда), однако, соответствующий орган ООН этого не зафиксировал. На этом основании мы можем потребовать репарации сейчас. Напомню, что когда мэром Варшавы был Лех Качиньский (Lech Kaczyński), немецкая сторона потребовала компенсацию за выселение немцев. Тогда столичный градоначальник решил составить список материальных потерь, которые понесла Варшава.

— Потери были огромными, значит, и суммы — тоже.

— Эта работа заняла, кажется, полгода или даже год, в результате появился пухлый том документов. Немцы «поджали хвост» и отказались от всех претензий: стало ясно, что польские требования будут во много раз превосходить немецкие. К этому следовало бы вернуться. Не стоит забывать, что Германии удалось «купить» у Израиля согласие на то, чтобы называть во всем мире участников войны не «немцами», а «нацистами». Это был договор между Конрадом Аденауэром и Давидом Бен-Гурионом. Аденауэр планировал, что этот процесс займет 50 лет. Это один пример из немецкой политики, которая всегда была тонкой и эффективной. Сейчас все используют слово «нацисты», будто бы лишая их национальной принадлежности. Отсюда берутся и «польские концлагеря» — все это эффект того немецко-израильского договора. У договора была конкретная цена, Германия обязалась выплатить огромную сумму.

— Если говорить о суммах: компенсации для Польши, на Ваш взгляд, должны исчисляться в миллиардах?

— Это были бы большие суммы, даже если говорить только о материальном ущербе. А как оценить человеческие жизни? Спустя столько лет после окончания войны это был бы, скажем честно, прецедент, но теоретически перспектива получить компенсацию выглядит реальной.

— С военными репарациями юридический путь может оказаться долгим?

— Безусловно, но стоит учитывать одну вещь: Германия не захочет напоминать о том, что нацисты были, собственно, немцами. Из-за поляков она может лишиться того, чего ей удалось добиться благодаря своей исторической политике. В связи с этим Берлину может оказаться удобнее заключить с нами какое-нибудь мировое соглашение. На мой взгляд, проблема лежит, скорее, в политической плоскости, хотя юридическая существует тоже. Я думаю, Польша должна пригрозить немцам процессом, стремясь найти выгодную для нас форму урегулирования этой ситуации. Это тема связана с нашими государственными интересами, поскольку в немецко-польских отношениях остается нерешенная проблема. В российско-польских она существует тоже.

— Что это означает?

— Следует обратиться с чем-то подобным к другой стороне, которая стала наследницей Советского Союза. Здесь нужна последовательность. В Европе находится Калининградская область, которая выступает сейчас колонией Москвы. Возможно, на площадке ЕС или ООН следует поднять вопрос о демилитаризации этого региона, а, возможно, даже о его особом статусе. На мой взгляд, с исторической точки зрения меньше всего прав на эту территорию — у России, их гораздо больше у Польши и даже Германии.

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263159


Польша. Германия > Армия, полиция > inform.kz, 2 августа 2017 > № 2262026

Министр обороны Польши Антони Мачеревич заявил, что Берлин должен выплатить Варшаве репарации за ущерб, нанесенный в годы Второй мировой войны и преступления против польского народа.Об этом передает Лента.ру.

Мачеревич подчеркнул, что польское государство де-факто никогда не отказывалось от претензий в адрес Германии, начавшей 1 сентября 1939 года военную агрессию против Польши, а затем в течение почти 5 лет, оккупировавшей польские территории.

«Это неправда, что польское государство отказалось от причитавшихся ему немецких военных репараций. Это советская колония, именуемая Польской Народной Республикой, отказалась от части репараций, связанных с тоже марионеточным государством под названием Германская Демократическая Республика», - заявил министр.

Он также добавил, что этот отказ никогда не был оформлен юридически.

В свою очередь, депутат от правящей партии «Право и справедливость» Аркадиуш Мулярчик сообщил, что Бюро юридических анализов польского сейма в ближайшие дни опубликует доклад международно-правовых обоснований возможных официальных претензий Польши в отношении Германии.

Польша. Германия > Армия, полиция > inform.kz, 2 августа 2017 > № 2262026


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 24 июля 2017 > № 2254517

Спорная история 1940-х

Россия называет «лесных братьев» Эстонии нацистами, а оккупацию Польши — радостной вестью

Юсси Ниемеляйнен (Jussi Niemeläinen), Helsingin Sanomat, Финляндия

Россия начала публиковать документы, согласно которым в 1944 году поляки с радостью принимали русских. Лесных братьев официальные российские представители начали называть нацистами.

В течение нескольких дней официальные представители России спорили с Польшей и Прибалтикой об аспектах истории 1940-х годов.

Россия расходится с Польшей во взглядах на роль советских войск, которые пришли в оккупированную немцами Польшу с востока в 1944 году и в итоге вынудили немцев покинуть страну. Разногласия с Литвой, Латвией и Польшей касаются так называемых «лесных братьев» — национально-освободительного движения, выступавшего против советской власти в конце 1940-х и начале 1950-х.

Споры были вызваны различными толкованиями итогов и последствий Второй мировой войны. Для России победа Советского Союза над нацистской Германией — важнейшая часть национального самосознания, которую ни в коем случае нельзя подвергать сомнениям. В период пребывания у власти нынешних руководителей России значение победы в истории страны только возросло.

17 июля президент Польши Анджей Дуда подтвердил принятие поправок в закон о запрете пропаганды коммунизма и других тоталитарных систем. Поправки предусматривают снос памятников, находящихся в общественных местах, за исключением памятников на могилах.

По информации газеты Rzeczpospolita, Министерство иностранных дел России опротестовало внесение поправок, на основании которых чиновники могут снести в Польше в том числе и памятники Красной армии. По информации МИД России, в Польше погибло 600 тысяч солдат Красной армии, и российская сторона считает поправки «возмутительной провокацией».

По мнению российской стороны, Красная армия освободила Польшу в 1944 и 1945 годах и изгнала из страны нацистов. Поляки, в свою очередь, вспоминают, что нацистская оккупация началась после того, как Советский Союз и Германия разделили в 1939 году Польшу на сферы интересов, и позже осенью оккупировали ее.

Немецкая оккупация была жестокой. Однако Красная армия, которая пришла в Польшу в 1944 году, территорию страны не покинула. СССР считал Польшу своим вассалом до конца 1980-х.

Помимо официальных протестов МИД России 18 июля, Министерство обороны России начало публиковать документы, рассказывающие о том, как Красная армия вошла в Польшу. Согласно рапортам, которые в 1944 году отправлялись из Польши в Москву, местное население принимало освободителей с большим восторгом — что, скорее всего, было версией, которую требовала Москва.

Словесная война с латышами, литовцами и эстонцами началась еще на прошлой неделе, когда военный альянс НАТО выпустил небольшой фильм о деятельности «лесных братьев». 8-минутный ролик начинается с того, как сотрудники НКВД попадают в засаду «лесных братьев».

Официальные представители России резко осудили этот фильм.

Первым отреагировало представительство России в НАТО, которое обвинило НАТО в социальной сети Twitter за «попытку переписать историю и прославить бесславных бывших бойцов СС и националистов». После этого вице-премьер, отвечающий за оборонную промышленность, бывший посол России в НАТО Дмитрий Рогозин написал в Twitter, что «ролик НАТО про «лесных братьев», убивающих наших солдат, подтверждает, что в лице НАТО мы имеем дело с наследниками гитлеровских недобитков».

Официальный представитель МИД России Мария Захарова, в свою очередь, назвала на своей странице в Facebook «лесных братьев» фашистами.

«Это историческое извращение, сознательно распространяемое НАТО с целью подрыва итогов Нюрнберга, нужно пресекать», — написала Захарова в Twitter, говоря о Нюрнбергском судебном процессе против главных нацистов Второй мировой.

Вслед за Захаровой Министерство иностранных дел России опубликовало множество твиттов по этой теме.

Ответ представителей России удивил многих в Балтии. Заявления особенно потрясли литовцев, которые оставили на странице МИД России в Facebook много разгневанных сообщений.

Пресс-служба МИД Литвы ответила российским чиновникам твиттом с выдержкой о действиях «лесных братьев» в годы войны. По словам пресс-службы, Литва начала партизанскую войну из-за «незаконного присоединения, кровавого притеснения и жестоких ссылок».

«Лесных братьев» уважают в Эстонии, Латвии и Литве, хотя их деятельность и была впоследствии признана бессмысленной. Отождествление образа «лесных братьев» с нацистами и фашистами считается оскорбительным, хотя некоторые из них действительно состояли на службе в нацистской Германии. Ведь Германия принудительно вербовала мужчин в ряды своей армии во время оккупации страны Прибалтики в 1941-1944 годах.

История стран Прибалтики в 1940-х была очень трагической.

СССР впервые оккупировал страны летом 1940 года. Под советским контролем были проведены во всех отношениях нечестные выборы, и сформированные по их итогам парламентские органы дали разрешение присоединить страны к Советскому Союзу. Во время оккупации часто проводились задержания, казни и массовые ссылки в Сибирь. Первая советская оккупация завершилась следующим летом, когда нацистская Германия, союзник Советского Союза, напала на СССР и быстро оккупировала Прибалтику.

Во время немецкой оккупации чрезвычайно тяжело пришлось еврейскому населению Прибалтики, которое было практически полностью истреблено. В погромах принимали участие также некоторые эстонцы, латыши и литовцы, однако большая часть населения тоже пострадала во время оккупации.

В 1944 году советские войска захватили всю Прибалтику. Западные страны одобрили ситуацию, однако официально ее признали лишь немногие.

Страны Прибалтики вновь стали независимыми только в августе 1991 года, когда СССР распался.

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 24 июля 2017 > № 2254517


Польша. ЦФО. ДФО > Армия, полиция. Химпром. Недвижимость, строительство > flotprom.ru, 22 июля 2017 > № 2255837

МАКС-2017: Военным предложили полиэтилен для строительства арктических объектов.

Для строительства объектов в условиях вечной мерзлоты военным предложили использовать неламинированный вспенененный полиэтилен Arctic-R-plank. Материал представило на Международном авиационно-космическом салоне-2017 предприятие "Гемма Графикс".

"В условиях вечной мерзлоты встречаются такие явления как зимнее пучение и просадка грунта. Из-за них разрушается даже бетон. Вязкий и амортизирующий материал защитит фундамент и ростверки свай", – сообщил корреспонденту Военное.РФ генеральный директор "Гемма Графикс" Георгий Романенко.

По его словам, в прошлом году Arctic-R-plank прошел испытания в Институте проблем нефти и газа, расположенном в городе Якутск.

Компания предлагает заказчику материал плотностью 37, 65 и 100 кг/м3. Сырье для Arctic-R-plank поставляется из Польши и дорабатывается на собственных мощностях предприятия.

Польша. ЦФО. ДФО > Армия, полиция. Химпром. Недвижимость, строительство > flotprom.ru, 22 июля 2017 > № 2255837


Россия. Израиль. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > regnum.ru, 21 июля 2017 > № 2256189

Россия и Израиль могут возглавить антифашистский фронт. Смогут? Возглавят?

Совместное заседание Госдумы и Кнессета и почему российские государственные ведомства делают так мало?

Единовременное заседание израильского Кнессета и Госдумы РФ и совместное синхронное осуждение надругательств в Польше над памятниками советским солдатам-освободителям потрясло воображение многих. Не первый год в России царит чувство осаждённой крепости почти во всех вопросах исторической памяти и исторической правды о недавнем прошлом.

И вдруг такая ярчайшая манифестация солидарности в Иерусалиме! Высказывания депутатов Кнессета поразили своей бескомпромиссностью. Сами собой разумеющиеся слова о подвиге русских солдат, о том, как именно советские воины освобождали Освенцим и всю Польшу, и о недопустимости переписывания истории и кощунственного глумления над памятью героев.

Не все обратили внимание на то, КОГДА в Польше огласили преступно узаконенное намерение сносить памятники советским солдатам. Это случилось 22 июня. Разумеется, в какой день ни принимай таких решений, они краше не станут. Но выбор даты нападения на СССР со стороны гитлеровской Германии — это воинственное кощунство.

В такие дни солидарность израильского Кнессета показалась многим лучом надежды в тесных дебрях мировой политики. Это событие на самом деле заслуживает внимания как манифестация благодарности и благородства и готовность прийти на помощь в нужное время. И хоть каждом израильтянину приятны встречные слова благодарности, мы зададимся вопросом: а стоило ли так удивляться?! Позволяю задать себе этот вопрос громогласно, поскольку сам я был причастен к этому неоспоримо выдающемуся событию.

Для прояснения смысла нашего риторического вопроса напомним о некоторых событиях недавнего прошлого.

Вспомним текст совместной российско-израильской декларации президента Израиля Шимона Переса и президента России Дмитрия Медведева от августа 2009 года:

«Еврейский и русский народы сражались на одной стороне во время Второй мировой войны, были вместе в борьбе против гитлеризма и расизма. Сотни тысяч евреев бок о бок с русскими и представителями других народов Советского Союза сражались в рядах Красной армии, которая освобождала концентрационные лагеря и лагеря смерти, сыграла жизненно важную и ключевую роль в исходе войны против нацистской Германии. Многие из этих героев Красной армии сейчас живут в России, Израиле, других государствах. Мы чтим их мужество и решимость. Никакая попытка ревизии истории не способна принизить или затушевать эти явные факты. Попытки отрицания Холокоста являются прямым оскорблением памяти всех жертв Второй мировой войны и тех, кто боролся против фашизма, попытки принизить трагедию Холокоста и вычеркнуть его из истории, а также умолчать о гибели и страданиях миллионов невинных жертв разных национальностей».

Что может быть яснее и красноречивее такого совместного заявления на высшем уровне? И почему вслед за ним не проследовало широкомасштабного сотрудничества в этом направлении между Израилем и Россией?

Вынужден констатировать с удивлением, что все акции в поддержку российской защиты исторической правды были инициированы личною мною, при полном неучастии правительства России.

Накануне выборов на Украине 36 депутатов Кнессета подписали открытое обращение к руководству этой страны, в котором выразили возмущение героизацией нацистских преступников и человеконенавистнической антисемитской волной. Сразу вслед за депутатами Кнессета группа сенаторов и конгрессменов США обратилась к властям Украины с жёстким предупреждением, включавшим прямую угрозу урезать финансирование, если глорификация нацистских преступников не прекратится. Американские протесты широко освещались украинской прессой и прямо повлияли на исход выборов там.

Четыре года назад, за полгода до начала событий кровавого Майдана, 62 депутата Кнессета (из 120) подписали воззвание к председателю Европарламента с призывом принять меры по обузданию волны антисемитизма и русофобии на Украине, а также государственной политики героизации нацизма там. В Москве не обратили внимания на то, что в Кнессете ещё тогда заговорили о русофобии. Не помнится, чтобы четыре года назад кто-то ещё поднимал тему русофобии на столь высоком уровне.

Все эти инициативы были успешно проведены безо всякого участия российских правительственных или неправительственных организаций. Вопрос не в том, почему ответственные за внешнюю политику России не оказали должной поддержке именно нам. Вопрос же стоит, почему соответствующие ведомства сами не сотрудничали в этих важнейших направлениях с Израилем и еврейской диаспорой на Западе? Как показали события последних лет на примере Украины, акты глумления над исторической памятью переходят в сожжение людей в Одессе и в артиллерийские удары до жилым кварталам Донецка.

В данной ситуации инициатива должна была исходить именно от России, поскольку для Израиля события на Украине никак не могут являться предметом первой заботы. Вся тема конфликта с Украиной отдалена от израильского сознания, сосредоточенного собственно на выживании на Ближнем Востоке. Тем не менее при обращении и побуждении израильтяне выказывают безоговорочную солидарность. К сожалению, мы видим, что Россия сделала за эти годы необъяснимо и непростительно мало для разоблачения чудовищных действий властей Украины, направленных на восхваление и обожание худших из известных исчадий вселенского зла.

Пример работы с Израилем указывает не на успехи российской политики, а на то, что можно было сделать в десятки раз больше.

Более года назад я представил и Совету Федераций, и Госдуме предложения о разных возможных совместных акциях с Кнессетом Израиля по увековечению подвига воинов-освободителей и против кощунников, глумящихся и насаждающих ненависть. Несомненно, следует особо поблагодарить председателя Совета Федераций, председателя Госдумы, а также глав комитетов по иностранным делам в обоих законодательных институтах. Отблагодарив, надлежит обратиться к российским государственным ведомствам со словами, что действовать и можно, и необходимо!

Авигдор Эскин

Россия. Израиль. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > regnum.ru, 21 июля 2017 > № 2256189


Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > trud.ru, 21 июля 2017 > № 2250663

Кто же освободил Польшу?

Министерство обороны России решило напомнить миру и новому поколению поляков, как все было на самом деле

На днях Минобороны России впервые опубликовало на своем сайте исторические документы, касающиеся действий Красной армии по освобождению Польши в 1944-1945 годах. Почему вдруг решили рассекретить большую архивную массу, понятно: польский президент Анджей Дуда накануне подписал принятый сеймом закон о запрете пропаганды коммунизма с поправками, позволяющими сносить памятники. Под угрозой оказались 469 монументов воинской славы освободителям Польши от фашизма. Вот мы и решили напомнить миру и новому поколению поляков, как все было на самом деле.

Проект «Освобождение Польши. Цена Победы» представляет собой подборку уникальных исторических документов из фондов Центрального архива Минобороны России о периоде освобождения оккупированной Гитлером Польши частями Красной армии в конце Второй мировой войны. Там же немало свидетельств взаимодействия советских бойцов и командиров с освобожденным населением. В списке доступных теперь оригиналов — боевые донесения, докладные записки, рапорты, справки, формуляры и телеграммы. В подлинности документов трудно усомниться даже прожженным скептикам.

Вопросы только в том, будут ли они адресатом прочитаны и как именно истолкованы. Ведь то, что нашим историкам кажется очевидным, диаметральным образом трактуется западными СМИ. А политики из правящей партии Качиньского взвиваются от одного термина «освобождение Красной армией», толкуя только о «коммунистической оккупации Польши». Участие СССР в той войне сводится для них исключительно к Катынской трагедии и пакту Молотова — Риббентропа. Кто завоевал Польшу и кто ее освободил — у них перевернуто с ног на голову.

Территория Польши была под пятой вермахта с сентября 1939-го по февраль 1945-го. За это время погибли около 6 млн поляков — 20% населения страны. Планомерное уничтожение было остановлено только с приходом Красной армии — и это факт. Несмотря на сталинские методы установления «торжества коммунизма» в Польше, государственность полякам была сохранена, территория — приумножена, а экономика — восстановлена. «Нет сомнения, что Польша как нация и как государство выжила во многом благодаря Красной армии, которая вместе с Армией Крайовой сражалась за ее освобождение», — напомнил глава международного комитета СФ Константин Косачев.

А о страшных итогах немецкого оккупационного режима свидетельствует хотя бы рапорт командующего 1-м Белорусским фронтом маршала Георгия Жукова о положении в освобожденной Варшаве: «Бросив на подавление авиацию, танки, артиллерию, немцы превратили столицу Польши в руины. Крупнейшие промышленные предприятия стерты с лица земли. Жилые дома взорваны или сожжены. Городское хозяйство разрушено. Десятки тысяч жителей уничтожены, остальные были изгнаны. Город мертв». Это — документ.

Варшава была освобождена 17 января 1945 года советскими войсками в результате Висло-Одерской операции, в ходе которой погибли более 40 тысяч советских солдат. Усилиями соцлагеря Варшава была отстроена заново, о чем сегодня польское руководство не любит вспоминать. Но тогда поляки были нам благодарны уже за жизнь.

В телеграмме Союза польских патриотов о роли РККА говорится: «Советские войска воздвигли мост, соединяющий нас с братским народом». В своем письме Сталину командир 1-го корпуса Польской армии генерал Зыгмунт Берлинг не скрывал чувств: «В сердце польского народа вечно будет жить горячая благодарность советскому союзнику».

Похоже, Берлинг ошибался: польский народ сегодня позабыл о крови, пролитой советскими воинами за свободу Польши. Новая власть прокляла период совместного существования и готова дотоптать память о воинах-освободителях, снеся полтысячи монументов, которые сами поляки ставили после войны и в 1994 году обязались на межправительственном уровне охранять вечно. Впрочем, есть еще немало поляков, которые не боятся на фоне официальной русофобии называть вещи своими именами.

Председатель польского мемориального общества «Курск» Ежи Тыцтак так объясняет запоздалую «декоммунизацию»: «Это очередной шаг в борьбе с Россией. Власти удалось объединить большое количество людей на основании ненависти к России. Вслед за сносом мемориалов советским солдатам, вот увидите, начнется и снос памятников польским солдатам, которые пришли с Красной армией. Надо, чтобы власть услышала сейчас, что народ на самом деле думает об этом. Полагаю, демонтировать все памятники не удастся: растет народное сопротивление. Местные жители не хотят расставаться с монументами, к которым они с детства ходили с цветами...»

Интересный факт: 22 июня в Миколине жители открыли отреставрированный памятник советским солдатам. Как раз в тот день, когда сейм принимал поправки. Конечно, едва ли публикация документов Минобороны позволит переломить насаждаемые сегодня мантры об освобождении Европы от фашизма американцами. Мифы крепнут. Достаточно посмотреть свежий ролик НАТО о добрых и свободолюбивых «лесных братьях» в Литве... Но те, кто захочет увидеть правду о роли погибшего генерала Черняховского в освобождении польских городов или о «подвигах» легионеров СС, Бандеры и Шухевича на польских землях, всегда могут зайти на сайт Минобороны. Глядишь, до кого-то и достучимся.

Олег Шевцов, политический обозреватель «Труда»

Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > trud.ru, 21 июля 2017 > № 2250663


Польша. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248840

Польша: российские связи ключевого министра

Придерживающийся открыто антироссийских взглядов Антоний Мацеревич, как оказалось, поддерживает связи с теми, кто близок к Москве.

Якуб Иванюк (Jakub Iwaniuk), Le Monde, Франция

Министр обороны Польши Антоний Мацеревич (Antoni Macierewicz) не стесняется вдохновенной антироссийской риторики и выглядит одним из самых ярых противников политики Кремля. Он традиционно находится среди националистических и ультракатолических правых, а его репутация выглядит весьма неоднозначной. Он получает поддержку от партии «Право и справедливость» Ярослава Качиньского (Jaroslaw Kaczynski) и намеревается доказать, что падение самолета президента Польши под Смоленском 10 апреля 2010 года стало результатом заговора Кремля и правительства Дональда Туска (Donald Tusk), который сейчас занимает кресло председателя Евросовета.

Как бы то ни было, в Варшаве появились статьи о близости этого бывшего активиста «Солидарности» к личностям, которые вовсе не испытывают враждебных чувств к путинской России. Le Monde пытается разобраться в ситуации.

Мацеревич превратил Национальный центр стратегических исследований (экспертная группа неоконсервативного толка) в настоящую кузницу кадров Министерства обороны. Как бы то ни было, не вся его аналитика согласуется с курсом польского правительства в отношении России. Так, например, Кшиштоф Гай (Krzysztof Gaj) и Гжегож Квасняк (Grzegorz Kwasniak), авторы вызвавшего споры доклада о территориальной обороне по заказу министерства, отметились публичными сомнениями по поводу НАТО и даже поддержкой российского вмешательства на Украине.

Директор НЦСИ Яцек Котас (Jacek Kotas), который был замминистра обороны при Мацеревиче в 2006-2007 годах, поддерживает близкие отношения с Робертом Шустковски (Robert Szustkowski): у этого бизнесмена имеется связь с российскими интересами в стратегических областях, в том числе в финансах. До недавнего времени Шустковски был поверенным Гамбии в Москве.

Неофициальный спонсор

Шустковски владеет занимающимся недвижимостью холдингом Radius, тогда как Котас заседал в совете директоров материнской компании. У Radius имеется множество дочерних предприятий, некоторые из которых зарегистрированы на Кипре и в офшорах. НЦСИ долгое время работал в принадлежащем Radius здании. Во время перехода в Минобороны в 2006 году Котас добился от канцелярии Мацеревича права доступа к конфиденциальным документам. Сам Котас называет все обвинения «абсурдом». «Ни у меня, ни у НЦСИ нет никаких связей с Россией», — заявил он прессе. Как бы то ни было, он отклонил просьбу ответить на наши вопросы.

Еще один странный момент: в окружении министра обороны оказался состоятельный бизнесмен Роберт Лусния (Robert Lusnia), неофициальный спонсор политической деятельности Мацеревича с 1989 года. Лусния — близкий соратник Конрада Рекаса (Konrad Rekas), замглавы пропутинской партии «Смена». Эта финансируемая Москвой структура официально выступает за «переориентацию внешней политики Польши» и сближение с Россией и Белоруссией. В мае 2016 года лидер партии Матеуш Пискорский (Mateusz Piskorski) был задержан Агентством внутренней безопасности по обвинению в шпионаже на Россию. Кроме того, Конрад Рекас входил в руководство основанного в 2005 году Мацеревичем евроскептического «Патриотического движения».

Одним из эпизодов, которые плодят сомнения по поводу Мацеревича, была его роль в ликвидации Службы военной информации в 2006 году (тогда он занимал пост замминистра обороны в первом правительстве ПС). В тот момент среди политиков существовал консенсус о необходимости реформирования этой унаследованного со времен коммунизма ведомства, однако решение обнародовать доклад о его расформировании («Доклад Мацеревича») вызывало настоящий скандал. «Публикация этого доклада серьезно ослабила нашу разведку. Этот документ должен был быть военной тайной и храниться под спудом», — утверждает Богдан Клих (Bogdan Klich), министр обороны в правительстве Туска с 2007 по 2011 год.

По словам отставного высокопоставленного сотрудника военной разведки, «этот доклад стал неоценимым подарком для вражеской разведки. Мацеревич подробно описал в нем методы работы нашей военной разведки, а также имена наших агентов, их информаторов и подробности текущих операций, в том числе в Афганистане. Все это повлекло за собой очень серьезные последствия. Несколько наших информаторов были разоблачены и убиты».

Еще до публикации доклада Мацеревич заказал его перевод на русский язык. Эта задача была поручена получившей польское гражданство россиянке Ирине Обуховой, которая не приносила присягу, но имела доступ к военной контрразведке. «Для перевода документов подобного рода требуется не только присяга в Министерстве обороны, но проверка службой безопасности, которая внимательно анализирует все детали вашей жизни», — подчеркивает представитель военного руководства.

Как бы то ни было, проверка карьеры Обуховой вызывает определенные вопросы. В 1980-х годах она работала в Москве в «Интуристе», где занималась группами иностранцев, в частности делегациями польских писателей, посещавшими СССР.

«Во времена холодной войны «Интурист» находился под контролем КГБ. По сути, он служил прикрытием для советской разведки», — говорит писатель и отставной подполковник польской разведки Винсент Северский (Vincent V. Severski). «Человек, который работал в этом учреждении, не должен был переступить порог нашего Министерства обороны», — уверен этот знаток российских спецслужб.

В 1989 году Обухова переехала в Польшу и сблизилась с «Солидарностью». Она вышла замуж за литературного критика Марека Зелинского (Marek Zielinski), который был вхож в окружение Мацеревича и после распада коммунистической системы начал дипломатическую карьеру.

В годы предыдущего правоцентристского большинства военная контрразведка два года занималась делом Обуховой, однако так и не смогла прийти к убедительным выводам. Сегодня ответственные за него сотрудники были сняты с должности и преследуются военным ведомством в судебном порядке. В 2014 году Мацеревич говорил, что перевод доклада был сделан для «иностранных специалистов и ученых».

«Подозрения министра обороны Антония Мацеревича в связях с разведкой или сотрудничестве с Россией не подтверждаются никакими фактами, как мы уже неоднократно об этом говорили», — отметили в Минобороны без подробного ответа на вопросы Le Monde. «Несмотря на личные нападки на министра и его заместителей, нынешнее руководство министерства продолжит свою работу, целью которой является обеспечение безопасности Польши и ее граждан», — добавляют в ведомстве, напомнив, что подали в суд на Gazeta Wyborcza и ее журналиста Томаша Пентека (Tomasz Piatek), который написал книгу о Мацеревиче.

Польша. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248840


Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 17 июля 2017 > № 2247766

Президент Польши Анджей Дуда подписал поправки в закон о запрете пропаганды коммунизма, которые предусматривают снос советских памятников в республике.

"Президент подписал… закон от 22 июня об изменении закона о запрете пропаганды коммунизма или иного тоталитарного строя в названиях зданий, объектов и помещений для публичного пользования", – сообщается на официальном сайте польского президента.

Обелиск советским воинам в Лодзе

Закон вступает в силу через три месяца с момента подписания.

Подписанные президентом поправки предполагают переходный период в 12 месяцев со дня вступления в силу для исполнения соответствующих изменений или демонтажа памятников.

В Госдуме РФ подписание президентом Польши поправок в закон о запрете пропаганды коммунизма назвали кощунством и неуважением к исторической правде.

Ведущий научный сотрудник Института русского зарубежья, политолог Эдуард Попов в эфире радио Sputnik выразил мнение, что Польша занимает противоречивую позицию.

"По видимости, речь идет о подавляющем большинстве (памятников), кроме тех случаев, когда за памятники вступятся муниципалитеты и местные общины – такие случаи были. Но, думаю, исключения будут незначительные. И дело тут в самом принципе – Польша демонтирует памятники советским воинам, которые погибли за освобождение Польши от немецко-фашистских захватчиков. Польша, которая постоянно ведет идеологическую борьбу с Украиной, прославляющей Бандеру и Шухевича, гитлеровских коллаборантов, по сути, становится на сторону этих нацистских режимов, снося памятники тем воинам, которые этот нацистский режим уничтожили", – сказал Эдуард Попов.

В данном случае, по его мнению, Варшава и Киев оказываются "по одну сторону баррикад".

"Украинцы в политике "бандеризиции" проводят политику, аналогичную польской, только со своими поправками. Польша, которая критикует Украину за прославление Шухевича и прочих "героев" ОУН-УПА (экстремистская организация, запрещенная в РФ), на самом деле дает своему младшему украинскому брату образец для подражания. Поэтому, когда Польша, с одной стороны, критикует Украину, а с другой – ломает памятники героям антинацистской борьбы, она лицемерит. Это неискренняя и нечистоплотная борьба с победителями нацизма. По сути, Польша и Украина находятся по одну сторону баррикад", – считает политолог.

При этом он не исключает, что в какой-то степени действия Польши связаны с влиянием на поляков США.

"Польша претендует не только на лидерство в Восточной Европе. Она претендует на лидерство в Атлантической Европе. С уходом Великобритании, Польша остается лидером американского виляния в Евросоюзе. Поляки ориентируются больше на США, чем на Брюссель, и для США это, конечно, очень удобный инструмент влияния", – заключил Эдуард Попов.

Нижняя палата (сейм) парламента Польши 22 июня проголосовала за внесение поправок в закон о запрете пропаганды коммунизма или другого тоталитарного строя в названиях зданий и объектов. Документ предусматривает снос памятников советской эпохи, в том числе воинских. По подсчетам Института национальной памяти Польши, отвечающего за мемориальную работу, закон о декоммунизации коснется около 230 памятников Красной армии.

В пояснительной записке к документу отмечается, что в соответствии с поправками "станет невозможной установка памятников, пропагандирующих тоталитарный строй". "Памятники не могут увековечивать лиц, события или даты, символизирующие коммунизм или иной тоталитарный строй, а также каким-либо образом этот строй пропагандировать", – говорится в документе.

При этом подчеркивается, что запрет не касается тех памятников, которые не выставлены на всеобщее обозрение, находятся на территории "кладбищ или иных мест упокоения", выставлены публично в рамках художественной, образовательной, коллекционерской или научной деятельности, демонстрируются "в целях, отличных от пропаганды тоталитарного строя", а также тех, которые вписаны в реестр памятников.

Россия. Польша > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 17 июля 2017 > № 2247766


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Армия, полиция > regnum.ru, 15 июля 2017 > № 2253406

Забытая война с Польшей

В начале практически любого ухудшения русско-польских отношений лежит иллюзия возможности диалога с польским политическим классом для того, чтобы избежать возможности превращения польской территории в плацдарм для нападения на Россию. Не были исключением и события 1830−1831 гг.

9(21) мая 1815 г., еще находясь на конгрессе в Вене, Александр I подписал манифест «О договорах, заключенных к пользе Государственной, о присоединении к Империи Российской обширной части Герцогства Варшавского, под наименованием Польского Царства, о подъятии вновь оружия против вышедшего с Острова Эльбы Наполеона Бонопарте». Это была первая попытка подвести итоги большой войны для России. Смысл главного приобретения страны был сформулирован императором искренно: «Не суетное любостяжание внушило Нам искать распространение пределов Наших. Таковое чувствование было бы несродно подъявшим оружие для защищения отечественной страны, а не для завоевания. Непреоборимая сила Империи Российской, на вере, на любви, на благополучии основанная от внешних приобретений возрасти не может. Но соединение под единый Скипетр обширнейшей части бывшего Герцогства Варшавского, необходимым представилось к устроению всеобщего в Европе равновесия и порядка. Сим ограждается пределов Наших безопасность, возникает твердый оплот, наветы и вражеские покушения отражающий, возрождаются узы братства племен взаимно между собою сопряженных единством происхождения. Сего ради признали Мы за благо устроить участь сего края, основав внутреннее управление оного на особенных правилах свойственных наречию, обычаям жителей, и к местному их положению примененных. Следуя учению Христианского закона, коего владычество объемлет толикое количество разноплеменных народов, но при всем том отличающие их свойства и обычаи сохраняет неизменными, возжелали Мы созидать благополучие новых подданных, поселить в сердцах их чувство приверженности к Престолу Нашему, и тем изгладить навсегда следы прежних бедствий, от пагубного несогласия и долговременной борьбы проистекших».

Итак, Царство Польское должно было стать новым во всех отношениях государством, не воюющим с Россией, а охраняющим ее западные пределы и являющим пример примирения вековых соперников, если не врагов. Дарование прав, немыслимых для побежденных, должно было стать основой новой эры русско-польских отношений. 13(25) мая 1815 г. жителям Царства Польского было объявлено о даровании им конституции, самоуправления, собственной армии и свободы печати. В тот же день Александр отправил Чарторыйскому письмо, напоминая ему о своих планах восстановления польского государства и предлагая ему готовить для этого общественное мнение Польши. Князь получил право показывать это письмо для демонстрации серьезности намерений императора.

9(21) июня в столице нового государства под гром орудий было торжественно провозглашено восстановление Польши, чиновники, армия и жители присягнули на верность своему монарху и конституции. Церемония прошла блестяще. «Ограничусь замечанием, — писал в этот день Чарторыйский императору, — что общее впечатление было таковым, каким только можно было его желать: безграничная благодарность за столькие благодеяния, на которые уже перестали надеяться, и чувства преданности, запечатлевающие обет верности в сердцах Ваших новых подданных». Это было как раз то, что хотел услышать император, мечтавший благодарностью поляков укрепить связь Царства Польского с Империей.

В радости поляков было много особенностей. Костюшко был в восторге от преобразований императора, в письме Чарторыйскому он заявил: «Я буду благодарен ему (то есть Александру — А.О.) по гроб за воскресенье польского имени. «Но изгнанник-генерал хотел большего — королевство, по его мнению, должно было начинаться от Двины и Днепра. В Царство Польское он так и не приехал. 12(24) ноября император прибыл в Варшаву, где его ждал блестящий и радостный прием — рядом стояли войска русской и польской гвардии, представители Сената и столицы приветствовали императора, ему поднесли золотые ключи от города. «Город в блистательном виде, — писал Ермолов. — Народа миллион, женщины чудесные. Государь здесь боготворим, и если захочет, то душу возьмет у каждого». Столь сильные эмоции имели последствия.

В Варшаве и Вильно немедленно возникли проекты присоединения к новому царству Литвы, т. е. Виленской, Гродненской и Минской губерний, или, по крайней мере, создания здесь государственного образования по образцу Царства Польского. Император принял делегацию литовского дворянства и милостиво говорил с ними, воздержавшись, однако, от конкретных обещаний. Вернувшись из своих заграничных путешествий в Петербург, Александр согласился принять делегацию польского дворянства северо-западных губерний, но предупредил о нежелательности упоминать эту тему в адресе на его имя, и 14(26) ноября принял его, пообещав и далее свое покровительство полякам. Эти слова были поняты всеми, как обещание выполнить то, о чем так и не было сказано вслух. Естественно, что русские и поляки восприняли их по-разному. На следующий день, 15(27) ноября 1815 г., Александр I выполнил другое свое обещание, данное Царству — он утвердил его конституцию.

Она была опубликована 12(24) декабря — в день рождения императора. Чарторыйский публично приветствовал эту новость следующими словами: «Император Александр мог господствовать одною силою, но руководимый внушением добродетели, он отверг такое господство. Он основал свою власть не на одном праве, но на чувстве благодарности, на чувстве преданности и на том нравственном могуществе, которое порождает вместо трепета — обязанность, вместо принуждения — преданность и добровольные жертвы». Этот документ был результатом объединения положений, содержавшихся в конституции герцогства Варшавского, дарованной Наполеоном в 1807 г., конституционной хартии 1814 г. Людовика XVIII и некоторых положений конституционного характера, разработанных перед Отечественной войной 1812 г. М.М. Сперанским.

Статья 1-я конституции гласила: «Царство Польское навсегда присоединено к Российской империи». Корона Царства становилась наследственной для российских императоров (ст.3). Католическая церковь объявлялась «предметом особого попечительства правительства» при соблюдении гражданских и политических прав иных «христианских вероисповеданий» (ст.11), объявлялось покровительство духовенству «всех вероисповеданий» (ст.12). Конституция гарантировала равенство подданных всех сословий перед законом, свободу печати, неприкосновенность личности, уничтожал конфискацию имущества и административную ссылку. Польский язык объявлялся государственным и обязательным в администрации, суде, армии. Во всех государственных учреждениях Царства должности занимали только его подданные. Император в качестве царя Польского присягал конституции (ст.45: «Обещаюсь и клянусь перед Богом и Евангелием, что буду сохранять и требовать соблюдения конституционной хартии всею моею властью».).

Законодательный аппарат состоял из двухпалатного сейма и монарха. Сейм должен был собираться раз в 2 года на 30 дней для обсуждения законопроектов, вносимых в него короной или ее представителями. Права законодательной инициативы он не имел, а все законопроекты предварительно рассматривались в Государственном Совете. В нижнюю палату сейма избиралось 77 депутатов от дворянства и 51 от городов. Избирателями стали все дворяне, не моложе 21 года, внесенные в дворянские поветные (уездные) книги и владевшие недвижимостью, в городах — все настоятели и викарии, профессора, учителя и художники и владельцы недвижимости. Правом избрания пользовались лица не моложе 30 лет, уплачивающие в виде прямых налогов не менее 100 злотых (15 рублей серебром). Это был высокий имущественный ценз, тем не менее он уступал таковому же во Франции. В Царстве благодаря этому было 100 тыс. законных избирателей, в то время как во Франции 1815 г. — только 80 тыс.

Наместником Царства был назначен генерал Иосиф Зайончек, 24 декабря 1815 г. он принес присягу в этом качестве. Великий Князь Константин был поставлен в подчиненное к Наместнику положение. Генерал по достоинству оценил сделанное императором для Польши и поляков. В первом же своем обращении к соотечественникам от 1 янв. 1816 г. он напомнил им: «Вы не утратили ни одной свободы, дарованной вам прежними статутами: к свободам тем приобщены уже другие». Генерал был прав. Сейм имел гораздо больше прав, чем его предшественник в герцогстве Варшавском — тот собирался раз в году на 18 дней, на принятие законопроектов при этом выделялся всего 1 день, обсуждать их депутаты не имели права, предварительного рассмотрения в верней палате не было и т. д. Количество членов Сената, т. е. верхней палаты, было в 2 раза меньше депутатов нижней. В ее работе имели право участвовать члены русского императорского дома, в бытность их в Варшаве, несколько католических епископов, один униатский, представители высшей администрации Царства — по выбору Сената и дальнейшему утверждению монархом.

Внешняя политика Царства объединялась с Империей, император определял степень участия Царства в войнах Империей и трактатах, заключаемых ею. Исполнительная власть в полной мере принадлежала монарху, он имел исключительное право награждать, назначать на военные и штатские должности, включая членов Государственного совета. Он состоял из Наместника, министров, государственных советников и членов по назначению. Члены совета имели совещательный голос. Сейм не имел права заниматься предметами, не подлежащими его ведению или не указанными в акте о его созыве. Вооруженные силы Царства состояли из действующей армии, численность которой определялась царем, в зависимости от надобности и возможности бюджета. Армия получала, а точнее — сохраняла — национальные цвета и обмундирование, в случае необходимости она могла быть подкреплена за счет ополчения. Польский корпус бывшей наполеоновской армии вернулся в Варшаву со своим оружием, где был полностью перевооружен новым, присланным из России, а старое было отремонтировано и сдано в арсеналы для использования в случае мобилизации.

В результате преобразований армия Царства Польского была сведена в две пехотные дивизии по 6 полков в каждой, две кавалерийские дивизии по 4 полка в каждой, лейб-гвардии гренадерский и егерский полки. Командовавший армией Великий Князь Константин Павлович в свое время готовился Екатериной II для занятия престола восстановленной «древней Греческой империи», и вот теперь он направлялся в другое, пусть и не столь древнее, восстановленное государство. Великий Князь прекрасно владел греческим, его даже окружали греческими детьми, один из которых — ген.-л. Д. Д. Курута — стал доверенным лицом друга детства в Варшаве. Константин делал все возможное для того, чтобы поднять ее боеспособность на должный уровень, и, надо отдать ему должное — был весьма внимательным и заботливым командиром, никогда не отказывавшим в материальной помощи и никогда не напоминавшим о ней своим должникам. Навещая больных офицеров и генералов и всегда провожая их в последний путь, Константин все же допускал резкости при публичных выговорах провинившимся, что чрезвычайно раздражало польское общество.

Польские офицеры, часто имевшие за спиной богатый военный опыт, чувствовали себя оскорбленными, когда с них взыскивали за нарушение формы одежды и недостаточную отчетливость выполнения строевых приемов. Русские офицеры не были исключением. Иногда выходки командующего до такой степени раздражали подчиненных, что возникали невозможные и даже трагические конфликты. Некоторые протестовали даже путем самоубийства, и Константину приходилось преодолевать негатив подчиненных. К его чести, он умел делать и это. Со своей стороны император пытался соединить дарование широких прав цензовой общественности с сохранением весьма значительных прерогатив короны. На собственном опыте он имел уже не раз возможность убедиться в том, что сохранение самодержавия является необходимым условием для продолжения политики, имевшей конечной целью его ограничение.

Император долго надеялся на возможность политической стабилизации Европы, которая позволила бы ему осторожно приступить и к либеральным реформам в собственной стране. 15(27) марта 1818 г. в своей речи при открытии первого заседания польского сейма в Варшаве он предельно ясно изложил эти планы. «Образование, — заявил он, — существовавшее в вашем крае, дозволяло мне ввести немедленно то, которое я вам даровал, руководствуясь правилами законно-свободных учреждений, бывших непрестанно предметом моих помышлений, и которых спасительное влияние надеюсь я, при помощи Божией, распространить и на все страны, провидением к попечению моему вверенные. Таким образом, вы мне подали средство явить моему Отечеству то, что уже с давних лет ему приуготовляю, и чем оно воспользуется, когда начала столь важного дела достигнут надлежащей зрелости. Поляки! Освободясь от гибельных предубеждений, причинивших вам толикие бедствия, от вас ныне самих зависит дать прочное основание вашему возрождению. Существование ваше неразрывно связано с жребием России. К укреплению сего спасительного и покровительствующего вас союза должны стремиться все ваши усилия».

О международном значении, которое Александр I придавал этой речи, говорит циркулярная депеша, разосланная И.А. Каподистрия русским дипломатическим представителям за границей вместе с текстом выступления монарха в сейме 17(29) марта 1818 г.: «Как бы ни относились к конституционному строю Царства Польского, он дает сумму гарантий, способных, по-видимому, укрепить взаимное доверие кабинетов и одновременно оказать самое благотворное влияние как на народы, уже имеющие конституционное правление, так и на те, что еще надеются получить это благо от щедрот своих монархов… В тех уступках, которые благодаря справедливости и мудрости монархов были сделаны их народам, усматривали мнимое возрождение пагубных доктрин, которые едва не повергли мир в самую ужасную анархию или в состояние самого постыдного порабощения. Акт от 14(26) сентября (т. е. Священного союза — А.О.) был, наоборот, истолкован или как некий пакт, укрепляющий деспотизм вопреки правам народов, либо как замысел, направленный к созданию химерической системы всемирной монархии. Будучи далек от мысли о том, чтобы, следя за происками злопыхателей, вскрывать первопричины этого недоброжелательства, застигать или разоблачать его, император предоставил времени и свидетельствам самой жизни — важную задачу — успешно побороть заблуждения, которые пытались распространять. Это время настало. Такие свидетельства получены. Конституционная хартия Царства Польского, ее претворение в жизнь, преимущества, данные ею этой стране и обещанные в будущем — таковы факты, коим единственно и надлежит неопровержимым образом объяснять те мнения, которых император придерживался во время переговоров в Вене и Париже в 1815 г., те принципы, которым он неизменно следовал в своих решениях при создании европейской системы, и результаты, к достижению которых направлена его политика».

Работа сейма прошла в течение месяца, палаты приняли все предложенные законопроекты, за исключением одного — о браке и разводе — как противоречившего традиционному праву этой католической страны. Этот законопроект был разработан по распоряжению императора, так как в законодательстве о разводе царил беспорядок и злоупотребления, ставшие причиной многочисленных жалоб. Так, например, лжесвидетельствование при разводе стало настолько распространенным явлением, что вполне легально действовали центры по найму таких «свидетелей». И тем не менее инициатива монарха была встречена враждебно и провалена большинством голосов. Александр I воспринял это совершенно спокойно.

В речи, произнесенной им 15(27) апреля 1818 г. при закрытии сейма, он сказал: «Из предложенных вам проектов законов, только один не одобрен большинством голосов обеих палат. Внутреннее убеждение и прямодушие руководили сим решением, Мне оно приятно, потому что вижу в нем независимость ваших мнений. Свободно избранные должны и рассуждать свободно. Чрез ваше посредство надеюсь слышать искреннее и полное выражение общественного мнения, и только Собрание, подобное вашему, может служить правительству залогом, что издаваемые законы согласны с существенными потребностями народа». Речи императора были восторженно приняты польским дворянством.

Австрийский дипломат сообщал, что монарх говорил о возможности проведения либеральных преобразований, «если только они не влияют разрушительно». У Александра был и рецепт такой успешности либеральных идей в политике, и он щедро им делился с представителем австрийского кайзера: «Для этого их надлежит проводить разумно и умеренно; во всем следует соблюдать известную систему и порядок, если хотят, чтобы дело было прочно». В этой формуле и заключался смысл варшавской речи императора, пока что он негативно относился лишь к ультралибералам. Впрочем, успех этой политики был односторонним. Варшавские события вызвали волну недовольства в России, где многие не хотели понимать причин, по которым союзники Наполеона получали привилегии, а победители — военные поселения и ужесточение цензуры.

Ближайшие перспективы польской политики Александра I также вызывали немалые и полностью оправдавшиеся опасения. Н.М. Карамзин в своей записке, поданной на Высочайшее Имя 17(29) октября 1819 г., предупредил императора об опасностях этой политики: «Мы взяли Польшу мечом: вот наше право, коему все государства обязаны бытием своим, ибо составлены из завоеваний». Карамзин писал: «И Господь Сердцеведец да замкнет смертию уста мои в сию минуту, если говорю Вам не истину… Одним словом: восстановление Польши будет падением России, или сыновья наши обагрят своею кровью землю польскую и снова возьмут штурмом Прагу. Нет, Государь! Никогда не будут нам Поляки ни искренными братьями, ни верными союзниками. Теперь они слабы и ничтожны; слабые не любят сильных, а сильные презирают слабых. Когда же усилите их, то они захотят независимости, и первым опытом ее будет отступление от России, конечно, не в Ваше Царствование…»

Император не счел необходимым прислушаться к этому предсказанию. После отъезда из Варшавы Н.Н. Новосильцов, убежденный сторонник либеральных реформ и бывший член Негласного Комитета, принимавший деятельное участие в разработке конституции 1815 г., который был назначен «императорским комиссаром» для наблюдения за процессом введения ее принципов в жизнь, начал работу над составлением проекта «Государственной уставной грамоты (во французском тексте — «Конституционной хартии») Российской империи». К 1818 году она была готова. Державная власть императора объявлялась неделимой (ст.11), он являлся единственным источником всех властей Империи (ст.12), но при этом вводился государственный сейм, который должен был «содействовать» законодательной власти монарха (ст.13). Он должен был быть двухпалатным (ст.101; 114), сеймы вводились и в наместничествах — на региональном уровне. Проект Новосильцова остался на бумаге. Постоянные колебания с заметным уклоном в сторону либерального направления были характерны не только для внутренней, но и для внешней политики Александра I в 1818—1820 гг.

Это не могло не проявиться в правление его преемника.

Олег Айрапетов

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Образование, наука. Армия, полиция > regnum.ru, 15 июля 2017 > № 2253406


Чехия. Германия. Польша > Армия, полиция > radio.cz, 12 июля 2017 > № 2244915

Немецкий эксперт по вопросам внутренней безопасности критикует Чехию и Польшу

Ольга Васинкевич

Эксперт по вопросам внутренней безопасности немецкого правительственного Христианско-демократического союза Армин Шустер в связи с укреплением охраны границ по случаю недавно прошедшего саммита G20 критиковал Чехию и Польшу за невнимание к оговоренному усилению охраны внутренних границ. Агентству DPA он сообщил, что хотя обе страны активны на внешних границах шенгенского пространства, они не уделяют должного внимания границам внутренним. По мнению Шустера, возможные недостатки как можно скорее должна проверить Европейская комиссия, и в случае их обнаружения начать с указанными государствами процесс из-за нарушения договоренностей с ЕС.

Чехия. Германия. Польша > Армия, полиция > radio.cz, 12 июля 2017 > № 2244915


США. Польша. Латвия > Армия, полиция. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241242

Три моря и один выбор

Энергоресурсы США и возможности их получения могут играть такую же важную роль, как и американское военное присутствие.

Улдис Шмитс (Uldis Šmits), Latvijas Avize, Латвия

Соглашение о поставках природного газа из США в Польшу можно заключить за 15 минут — примерно так высказался Дональд Трамп, посетивший саммит «Инициативы трех морей» в Варшаве. (Перед прибытием в Гамбург, где состоялся саммит G20). Этот тезис, пусть и немного наигранно оптимистичный, был одним из самых важных. Таким же важным, как высказывания Трампа о 5-м параграфе НАТО.

Недавно в Польше встретили первое американское судно со сжиженным газом, который уже поставляется в Португалию и Соединенное Королевство. Прогнозируется, что поставки станут регулярными, что будет способствовать конкуренции на газовом рынке. Разумеется, для Восточной Европы такие поставки имеют большее значение из-за высокой геополитической ценности.

Вряд ли до прибытия Трампа в Польшу многие знали о существовании «Инициативы трех морей», в которую неформально объединились 12 государств Европейского союза, расположенных между Балтийским, Черным и Адриатическим морями.

Упомянутый, как теперь говорят, формат особо не афишировался. Некоторые западноевропейские политики усматривали в нем своего рода отблеск межвоенного периода прошлого века, когда находящиеся между Германией и СССР страны, в особенности Польша, пытались сплотиться перед лицом не очень мирных устремлений больших соседей. В наши дни самым активным инициатором формата «Трех морей» была не Польша, а Хорватия, которая хотела расширить экономические контакты в северном направлении, искала новые возможности сотрудничества, включая сферу транспорта и энергетики.

Однако многие немецкие издания прессы выступили с преждевременными прогнозами, что саммит «Трех морей» в Варшаве будет антиевропейским (в подтексте — антигерманским), или что Дональд Трамп так же, как в свое время его тезка Рамсфельд, разыграет карту «новая» Европа против «старой». Но озвученные Трампом тексты, скорее, заставили вспомнить о Рональде Рейгане, который, в восприятии многих западноевропейцев, тоже был не очень хорош. Как бы там ни было, на этот раз предисловие визита Трампа в Европу — в том числе и с точки зрения государств Балтии — было намного содержательнее, чем его продолжение в Гамбурге.

Сложно сказать, в какой мере «новая энергетическая политика» Белого дома (а именно: намерение добиться, чтобы США стали экспортером энергоресурсов) затронет Европу. И как это отразится на отношениях США с Германией, которая до сих пор служила платформой по распределению российских газа и нефти и всегда лоббировала строительство газопроводов по дну Балтийского моря, в духе традиций Шредера представляя это, как чисто коммерческие проекты.

Ясно одно: мы заинтересованы в диверсификации источников и путей поставок энергоносителей, что укрепит безопасность в самом широком смысле слова. И с учетом этого энергоресурсы США и возможности их получения могут играть такую же важную роль, как американское военное присутствие. Но об этом необходимо открыто сказать, не избегая дискуссией. Даже с Германией.

США. Польша. Латвия > Армия, полиция. Нефть, газ, уголь > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241242


Белоруссия. Польша. Украина. РФ > Армия, полиция > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241136 Владимир Макей

Владимир Макей: «Мы против развертывания вооружений НАТО в Польше и Прибалтике»

Министр иностранных дел заявил, что Белоруссия готовит «новые идеи», чтобы активизировать мирный процесс на Украине

Пилар Бонет (Pilar Bonet), Пилар Бонет (Pilar Bonet), El Pais, Испания

«Когда двое братьев дерутся, третий должен помирить их», — считает министр иностранных дел Белоруссии Владимир Макей, имея в виду Россию и Украину — две соседние славянские страны, между которыми возник конфликт из-за желающих отделиться от Украины Донецкой и Луганской областей и присоединения Крыма. «Мы не могли оставаться в стороне»,- заявил Макей в интервью El País в Минске, добавив, что Белоруссия готовит «новые идеи» чтобы сдвинуть с мертвой точки минский процесс, в котором под эгидой ОБСЕ участвуют Германия, Россия, Франция и Украина, а также представители мятежных республик.

«Мы крайне заинтересованы в том, чтобы мирный процесс на Украине динамично развивался. Раздувание конфликта, помимо экономических убытков, создает также военную опасность», — предупреждает Макей, который с 2008 по 2012 год возглавлял администрацию президента Александра Лукашенко. «У нас с Украиной более тысячи километров общей границы, что создает угрозу контрабанды оружия и нелегальной миграции. Президент Белоруссии выступил с рядом инициатив, но не все получили поддержку», — поясняет министр. «На некоторые конфиденциальные предложения не было получено ответа»,-уточняет Макей, имея в виду те, которые Лукашенко передал в Евросоюз через Дональда Туска, когда тот был премьером Польши.

Лукашенко хотел сыграть более активную посредническую роль в конфликте при помощи «более решительной позиции», но в то время «роль Белоруссии была неприемлема для наших западных партнеров ввиду санкций и его негативного образа»,- подчеркнул Макей. Впоследствии Лукашенко предложил, чтобы Белоруссия взяла на себя главную ответственность за «строгий контроль» на российско-украинской границе. «Эту идею не приняла ни одна из сторон»,- говорит министр, по мнению которого белорусская пограничная миссия могла бы быть претворена в жизнь при «помощи наших сил или с участием других».

Когда 12 февраля 2015 года были подписаны Минские соглашения, они казались «приемлемыми для всех, но потом, когда их участники разъехались по домам», начались разногласия, и «сейчас трудно сказать, кто прав. Необходим объективный механизм, который позволил бы точно контролировать степень совместного выполнения достигнутых соглашений или тех, которые могут быть достигнуты в будущем, и, в случае возникновения проблемной ситуации, предпринять меры по ее урегулированию. С этой целью необходимо созвать еще одну встречу, неважно где, возможно, с участием других игроков, таких как Евросоюз и США, в ходе которой обязать стороны прийти к конкретному соглашению и выполнять его»,- сказал министр, не вдаваясь в подробности и добавив, что урегулирование украинского кризиса вскоре будут обсуждать в Киеве Лукашенко со своим украинским коллегой Петром Порошенко.

После президентских выборов 2015 года в Белоруссии, прошедших без применения насилия, отношения между этой страной и Евросоюзом улучшились. Брюссель отменил санкции в отношении 170 граждан Белоруссии, включая самого президента, был возобновлен диалог о правах человека с Минском. Начиная с весны, граждане Евросоюза могут совершать безвизовые поездки в Белоруссию длительностью до пяти дней. Сейчас рассматривается возможность увеличения этого срока.

«У западной общественности меняется представление о Белоруссии»,- уверен Макей. Страна сейчас «находится в качественно иной ситуации». Во внешнеполитическом плане эта ситуация характеризуется «ухудшением отношений и противоречиями между двумя наиболее близкими нам славянскими народами». Во внутриполитическом — «положительными изменениями, которые позволили нам выйти на более высокий уровень отношений с Евросоюзом. Наша независимость укрепилась в результате наших усилий по развитию торговых и гуманитарных отношений с европейскими и американскими партнерами», — говорит он. С 7 по 9 июля в Минске проходило заседание парламентской ассамблеи ОБСЕ, на котором были приняты резолюции с осуждением российской политики на Украине.

У Белоруссии много визитных карточек: она член Союзного государства; вместе с Россией, Казахстаном, Арменией и Киргизией входит в ЕврАзЭС; участвует с НАТО в программе «Партнерство во имя мира» и с Евросоюзом в «Восточном партнерстве». Совместно с Россией и другими бывшими республиками СССР является членом ОДКБ и одновременно состоит в Движении неприсоединения. По словам министра, «Восточное партнерство» и ЕврАзЭС «совместимы, и, более того, мы хотели бы, чтобы между ЕврАзЭС и Евросоюзом установились более тесные отношения». Как считает Макей, сближение «необходимо и рано или поздно оно произойдет». «Если сейчас оно не происходит, то это из-за кризиса на Украине, уровень недоверия между Востоком и Западом огромный».

«Мы не стремимся вступить в Евросоюз, но хотим более активно работать в интеграционных структурах, возникших на постсоветском пространстве, такими как ЕврАзЭС, и одновременно развивать более тесное экономическое сотрудничество с Евросоюзом, поскольку оно усиливает нашу экономику, что в свою очередь позволит укрепить наш суверенитет и политическую независимость», — отметил глава дипломатического ведомства. «У нас нет намерения наносить ущерб отношениям с Россией, поскольку это наш союзник и главный партнер, но мы хотели бы, чтобы наша экономика была более диверсифицирована»,- подчеркнул Макей. На долю России приходится почти 52% всего торгового оборота Белоруссии. На втором месте находится Евросоюз, на долю которого приходится 22,5% белорусской торговли.

Россия имеет в Белоруссии два военных объекта, унаследованных от СССР (РЛС в Ганцевичах и центр морской связи недалеко от Вилейки). В 2016 году Москва хотела развернуть также свою группировку ВВС, но Лукашенко этого не разрешил. «Развертывание новых военных контингентов не способствовало бы укреплению стабильности и безопасности в этом регионе, поэтому мы категорически против развертывания натовских вооружений в Прибалтике и Польше. Ведь это вынуждает другую сторону принимать ответные меры и вызывает увеличение количества вооружений, как во времена холодной войны». С другой стороны, «еще одна иностранная военная база в Белоруссии не имеет смысла, поскольку современное оружие позволяет России столь же оперативно реагировать на ситуацию со своей территории. Мы не хотим быть еще одним фактором напряженности в нашем регионе».

Запад обеспокоен совместными военными учениями, которые Белоруссия и Россия намерены провести в сентябре. «Это военные учение, которые проходят каждые два года. Нужно дождаться их окончания, чтобы все убедились в абсурдности предъявляемых обвинений. Наши соседи могут быть спокойны, поскольку на территории Белоруссии никогда не возникнет война или угроза войны, а учения будут прозрачными, и мы пригласим наблюдателей из соседних стран, представителей ОБСЕ и аккредитованных здесь работников дипломатических миссий», — подчеркнул министр.

В то время как санкции и контрсанкции отягощают отношения между Россией и Западом, Белоруссия приглашает европейский бизнес к себе, чтобы таким образом получить доступ к евразийскому рынку. Россия не разрешает реэкспорт санкционных товаров через Белоруссию, но готова закупать товары, произведенные в Белоруссии. «Мы хотим создать совместное производство товаров, которые уже будут считаться белорусскими и смогут экспортироваться в другие страны ЕврАзЭС», — сказал в заключение министр. В июне Макей совершил первый визит главы белорусской дипломатии в Испанию. «Некоторые испанские компании уже развивают у нас активную деятельность», — отметил он.

Белоруссия. Польша. Украина. РФ > Армия, полиция > inosmi.ru, 12 июля 2017 > № 2241136 Владимир Макей


Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244302

Польша вкладывается в военную защиту против «агрессивной» России

Томас Лундин (Tomas Lundin), Svenska Dagbladet, Швеция

В условиях напряженной ситуации в области безопасности Польша интенсивно вкладывает средства в военную сферу и организовала новую территориальную оборону, в которой на условиях частичной занятости участвуют 52 тысяч солдат-добровольцев. В то же время тысячи польских молодых людей тренируются, чтобы суметь защитить родину — от «агрессивной» России. Корреспондент Svenska Dagbladet Томас Лундин встретился с несколькими из них.

Домброва-Гурнича — Воздух дрожит от жары, а семнадцатилетняя Патриция и ее друзья крадутся по узкой лесной тропинке в южной Польше. Они одеты в камуфляж и двигаются практически бесшумно. У некоторых лица закрыты масками и темными очками. В руках у них — карабины или автоматы.

Лидер группы дает знак рукой, и они идут в атаку. Прорываются между деревьями, стремглав бросаются на землю и имитируют ожесточенную битву с врагом, который пробрался на польскую территорию.

«Я вижу в этом свою обязанность как патриота — уметь защитить свою страну», — говорит Патриция и вытирает пот со лба. Битва закончена, и она отдыхает в тени дерева.

Патриция — одна из 20 школьников, тренирующихся вместе с добровольческой группой Task Force 13 Scorpions («Оперативная группа 13 скорпионов»), которой руководят бывшие профессиональные солдаты при поддержке польской армии. Целую неделю их муштруют в кемпинге неподалеку от города Домброва-Гурнича, к северу от Катовице.

Тренировка жесточайшая. Подъем в пять утра. Затем долгий пеший марш в полном обмундировании, с копиями винтовок или с винтовками, выведенными из строя. После короткой паузы некоторые отправляются карабкаться по отвесным скалам. Остальные остаются в кемпинге и упражняются в ведении ближнего боя.

Тренировку проводит дюжий полицейский инструктор с руками, толстыми как стволы деревьев. Градом сыплются удары ниже пояса, выпады, нацеленные в горло, предположительные ножевые атаки.

«Сильнее! Быстрее!»

«Промедлишь секунду — считай, ты уже проиграл!» — кричит инструктор.

Task Force 13 Scorpions организовали, когда в 2014 году Россия вторглась в Крым, и начались бои на востоке Украины. Группой командует Яцек Бухчик (Jacek Buchcik), бывший капрал польской армии, ныне — электрик и владелец собственной фирмы.

«Мы ничего не имеем против русских, — говорит он. — Но при Путине Россия стала непредсказуемой и угрожающей».

Мало кто думает, что Москва рискнет начать полноценную войну против члена НАТО Польши или балтийских стран. Но многие опасаются начала гибридной войны с помощью нерегулярных войск, «зеленых человечков», как на Украине, дезинформации, кибератак и психологического давления.

«Тогда на сцену выйдем мы, — говорит Яцек Бухчик. — Мы, местные, сможем мгновенно обнаружить и выбить „зеленых человечков“ или неизвестных лиц, которые пытаются устроить саботаж».

Молодежь тренировочного лагеря ходит обычно на так называемые «уроки в униформе», «klasy mundurowe», где они, помимо обычной учебы, узнают, как правильно вести себя во время стихийных бедствий, и пару часов в неделю проходят определенную военную тренировку. «Уроки в униформе» есть в школах по всей Польше, и они становятся все популярнее.

По всей стране действуют также стрелковые объединения и паравоенные группы. У одних — долгая история в Польше. Другие организованы недавно и отчасти имеют агрессивный националистический оттенок, некоторые, как утверждается, связаны с агрессивными польскими футбольными болельщиками.

Новая территориальная оборона, которая с 2019 года будет включать в себя 52 тысяч солдат на условиях частичной занятости, надеется суметь завербовать и молодежь, и бывших профессиональных солдат из добровольческих групп. Вербовка уже началась, и более 20 тысяч человек уже проявили интерес.

На первом этапе речь идет о финансировании в 3,6 миллиардов злотых, то есть 8,3 миллиарда шведских крон (58,7 миллиардов рублей). Члены организации пройдут интенсивное военное обучение в течение 16 дней, а далее будут тренироваться по выходным еще три года — в общей сложности по 30 дней в год. За это они будут получать компенсацию примерно в 1 200 шведских крон в месяц (8 400 рублей — прим. перев.).

Локальная оборона — лишь часть масштабных мер, предпринимаемых Польшей, чтобы усилить оборону страны. Поставлена цель до 2030 года практически удвоить расходы на оборону до 80 миллиардов злотых по ценам на настоящий момент. Расходы тогда поднимутся до 2,5 % ВВП страны, то есть станут гораздо больше тех 2%, которые требует НАТО. Это требование сейчас выполняется всего пятью странами-членами альянса.

За этими усилиями лежит новый взгляд на Россию. В мае министр обороны Антоний Мачеревич (Antoni Macierewicz) выступил со стратегическом докладом, в котором раскритиковал то, как западный мир убаюкал себя ложной безопасностью и давно уже закрывает глаза на «агрессивную политику России».

Часть доклада засекречена. Но свободное для доступа резюме гласит: «Нет ничего нереального в том, что Россия попробует разжечь региональный конфликт, в который будут вовлечены одна или несколько стран НАТО». Министр обороны поднимает также проблему масштабной модернизации военной сферы в России, представив ее как причину для усиления оборонной мощи Польши.

Но критики предупреждают, что инвестиции в увеличение числа солдат и создание новых соединений локальной обороны — неверный путь. При условии того, что по расчетам примерно две трети вооружений Польши остались еще с советских времен, ей нужно вместо этого быстро совершенствовать свое оружие.

Молодежи в Домброва-Гурнича до этого дела нет. Для семнадцатилетней Лауры, которая хочет работать в полиции, тяжелые тренировки — в первую очередь «big fun» и способ доказать, что девчонки как минимум так же круты, как парни.

«А еще я люблю униформу, — говорит она. — Просто это красиво!»

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244302


Польша. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244280

Польша не будет мириться с прославлением убийц

Мариуш Каменецкий (Mariusz Kamieniecki), Nasz Dziennik, Польша

Интервью с историком Анджеем Запаловским (Andrzej Zapałowski).

— Nasz Dziennik: На Украине усиливаются не только антипольские настроения. Недавно в Львове после антисемитских инцидентов еврейские организации призвали местные власти и службы правопорядка поставить заслон ксенофобии и антисемитизму. Украина начинает бороться со всеми подряд?

— Анджей Запаловский: Украинские националисты — а речь прежде всего о них — борются с теми врагами, которые были упомянуты в идеологических программах ОУН (запрещенная в РФ организация — прим. ред.) восьмидесятилетней давности. Там экзистенциальными врагами названы русские, поляки, венгры и евреи. Сейчас власти Западной Украины и националистические организации в этом государстве занимаются реализацией политической программы, написанной много десятилетий назад.

— Если, как говорит каждое польское руководство, нас связывает с Украиной стратегическое партнерство, а украинцы — это наши друзья, почему они не хотят отмежеваться от преступного прошлого?

— Много лет польские власти надеялись, что проблема решится сама собой. Считалось, что украинские националистические силы лучше не трогать, поскольку они испытывают больше ненависти к русским, чем к полякам. Но оказалось, что они не только россиянам объявили войну, но стали активно выступать и против поляков. Более того, стали появляться территориальные претензии, в том числе к Польше. В последнее время началась негласная ликвидация польского образования во Львове: с сентября польский язык там станет «иностранным». До этого, хочу обратить внимание, не доходил даже СССР. Это факты, о которых рассказывала мне недавно польская активистка из Львова в ходе конференции «Почтить память, а не мстить», которая состоялась в Варшаве накануне Национального дня памяти жертв геноцида граждан Второй Речи Посполитой, совершенного украинскими националистами.

— Антипольские настроения становятся на Украине нормой, но Польша молчит. С чем связана такая политкорректность?

— Союз украинцев в Польше под руководством Петра Тимы собирает доказательства присутствия «языка ненависти в польском общественном пространстве». Это одна из операций, которая призвана запугать поляков, обвинить в ксенофобии их самих, и тем самым заставить примириться с преступной националистической идеологией. Так же это работает с политиками.

— Министр иностранных дел Витольд Ващиковский (Witold Waszczykowski) заявил, что Польша заблокирует евроинтеграцию Украины, если та не порвет с культом Бандеры. В подходе к этой теме наметился перелом?

— Ващиковский сказал то, что вполголоса обсуждают во всей Европе. Брюссель не заявляет об этом прямо, поскольку во влиятельных европейских кругах проект вступления Украины в ряды ЕС никто не воспринимает всерьез. Этот вопрос уже поднимал председатель партии «Право и Справедливость» Ярослав Качиньский (Jarosław Kaczyński). Польское руководство свою риторику не изменило, но я заметил, что дружественных жестов в адрес Украины стало меньше, чем раньше.

— Юрий Шухевич, сын ответственного за массовые преступления Романа Шухевича, прокомментировал высказывание главы польского МИД словами «я бы хотел плюнуть полякам в рожу» и намекнул на претензии в адрес польского государства. Не звучит ли это как угроза?

— Шухевич — герой Украины, а эти слова его сына иллюстрируют направление политики националистических кругов в отношении Польши. Гораздо интереснее, что в других своих высказываниях он призывает отобрать у Польши ее западные территории и демонстрирует, таким образом, традиционный пронемецкий курс украинских националистов.

— Между тем все больше украинцев высказывается за вступление их страны в НАТО. Насколько реальна такая перспектива?

— У Украины нет на это ни малейших шансов. Это государство несостоятельно во многих аспектах, в частности, в экономическом. Страну раздирает внутренний конфликт, поэтому НАТО не может включить ее в свои структуры, ведь тогда весь Альянс автоматически вступит в военный конфликт с Россией.

— Начнут ли американцы поставки на Украину летального оружия?

— Это не имеет особого значения. Чтобы покрыть потребности украинской армии, нужны миллиарды, а не десятки миллионов долларов. Военная техника по большей части исчерпала свой ресурс, недостает боеприпасов. Некоторые эксперты говорят, что их Украине хватило бы на три месяца интенсивных боев. Более того, в этой стране нет заводов, которые производят артиллерийские боеприпасы. В свою очередь, сепаратисты благодаря России располагают неограниченными запасами вооружений и могут получить подкрепление.

— Украинцы разочарованы тем, что их президента не пригласили на саммит «Инициативы трех морей». Звучат даже резкие замечания, что «без свободной Украины не будет свободной Польши». Отсутствие Порошенко на саммите показывает, что мы пересмотрели свое отношение к восточному соседу?

— Я считаю это следствием той политики, которую ведут украинские власти, и их прикладного отношения, в частности, к Польше. Напомню, что недавно Украина «открыла двери» в ЕС в Словакии, и фотографии с этого мероприятия облетели всю Европу. Кроме того, приглашение в «Инициативу трех морей» страны, которая пребывает в состоянии упадка, похоронило бы весь проект. Есть еще один аспект: по численности жители Украины, чей уровень дохода не превышает центральноафриканских показателей, составили бы 30% от населения всей «Инициативы трех морей».

— В связи с 74-й годовщиной Волынской резни и Национальным днем памяти жертв геноцида граждан Второй Речи Посполитой партия «Кукиз'15» собирается провести протестную акцию. Есть ли шансы на то, что бандеризм запретят на законодательном уровне, а в закон об Институте национальной памяти внесут соответствующие изменения?

— Думаю, такие шансы есть, поскольку этот проект поддерживают многие члены партии «Право и Справедливость». Мы должны осознать, что украинцы не смогут противостоять возрождению крайнего национализма без польской помощи. Присутствие этой украинской идеологии в общественном пространстве все сильнее вредит польским интересам.

— Как Вы прокомментируете отказ канцелярии президента Анджея Дуды (Andrzej Duda) взять под патронат празднование Национального дня памяти жертв геноцида?

— Это большое упущение канцелярии, поскольку вопрос патроната находится в ее компетенции. Президент взял под патронат мероприятия, связанные с годовщиной еврейского погрома в Кельцах, где, по данным Института национальной памяти, погибло 37 человек. Выглядит странно, что при этом он отказался сделать то же самое в отношении мероприятий в память о варварском акте геноцида, в результате которого от рук украинских националистов погибли примерно 200 тысяч поляков и граждан Польши других национальностей. Это тем более невероятно, что 22 июля 2016 года Сейм объявил 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида граждан Второй Речи Посполитой, совершенного украинскими националистами. Нет слов!

— Что принесла недавняя встреча спикера Сейма Марека Кухчиньского (Marek Kuchciński) с председателем Верховной Рады Украины Андреем Парубием, которая состоялась в Трускавце?

— Честно говоря, я не знаю, зачем спикер Кухчиньский в очередной раз встречался с Парубием, ведь предыдущие встречи ничего не дали. Если это все «искусство ради искусства», то смысла в таких контактах нет. Скажем честно, сейчас на Украине не существует единого центра, который может скорректировать политику этой страны в отношении Польши. Более того, Западная Украина принимает в нашем отношении все более жесткий курс.

— В селе Грушовичи на месте незаконно возведенного монумента, прославлявшего преступников из УПА-ОУН, появился крест в память об украинцах, которые спасали поляков во время геноцида на Волыни и в Восточной Галиции. Может ли этот жест смягчить позицию украинского Института национальной памяти, который препятствует эксгумации польских жертв украинских преступлений?

— Отнюдь. Украинский Институт национальной памяти считает украинцев, которые спасали поляков, предателями — как это делали члены УПА и ОУН. Появление креста на кладбище в Грушовичах — это жест благодарности тысячам украинцев, которые спасали наших соотечественников. Больше четырехсот человек заплатили за это жизнью.

— Готовятся новые акции по демонтажу незаконно возведенных памятников УПА-ОУН, а Общественный комитет по ликвидации бандеровских монументов в Польше готовит законодательную инициативу, стремясь охватить ею территорию всей страны.

— Можно сказать, что дело уже сделано: поляки узнают все больше о событиях, произошедших на Волыни и в Восточной Галиции. Польша не мирилась и не будет мириться с прославлением убийц. Много лет эта законодательная норма не работала, но люди (не политики, а жители регионов) дозрели и взяли все в свои руки. Сейчас поляки — в первую очередь молодежь, которая стала важнейшей частью электората партий «Право и Справедливость» и «Кукиз'15» — этого дела не оставят. Если политики не станут прислушиваться к голосу общества, они утратят поддержку, и на их место придут другие патриотические силы.

— Благодарю за беседу.

Польша. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244280


Польша. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244274

Семьдесят четыре года назад Волынь превратилась в ад

Дмитрий Ермолаев, Riga.Rosvesty, Латвия

Семьдесят четыре года назад, 11 июля 1943 года, Волынь превратилась в кровавый ад. Живые поляки завидовали мертвым. Ныне героизируемые в Киеве бандиты из ОУН-УПА (экстремистские, запрещенные в России организации — прим. ред.) убивали польских женщин и детей, сжигали их заживо. Всего за время волынской резни было уничтожено более 100 тысяч поляков, в основном женщин, детей и стариков.

Ужас происходившего на Волыни показан в фильме Войцеха Смажовского «Волынь», вышедшего на экраны в 2016 году. «Фильм поражает своей жестокостью, но у режиссера не было другого выхода, ведь резня поляков на Волыни была кровавой и беспощадной», — отмечает в статье «Фильм Волынь: кино о прошлом, которое нельзя забыть» польский политолог и журналист Томаш Мацейчук. «Польские села начинают вспыхивать огнем, а их население в буквальном смысле режут при криках „Слава Украине! Героям слава! Слава нации! Смерть врагам!"», — продолжает Мацейчук. И действительно, это кино не для слабонервных, но события волынской резни были еще страшнее.

В Польше волынскую резню уже признали геноцидом. На Украине же наоборот. Ее участники, члены ОУН-УПА, в 2015 году объявлены «борцами за независимость Украины». И, как бы издеваясь над убитыми поляками, местные власти Волынской области объявили 2017-ый «годом УПА». Что уже за гранью добра и зла.

Попытки украинской стороны заявлять о некой «случайности» волынской резни безосновательны. О многолетней подготовке почвы для нее, использованных технологиях расчеловечивания в отношении поляков, рассказывает российский историк Александр Дюков в своей книге, которая в день памяти Волынской трагедии будет им презентована польской общественности в Музее независимости в Варшаве.

«Публикуемые документы наглядно демонтируют эволюцию подходов Организации украинских националистов к решению „польского вопроса". Начав с разжигания национальной ненависти к полякам (брошюра «Как и за что мы боремся с поляками» 1931 г.), руководство ОУН к 1938 году сформулировало „Военную доктрину украинских националистов", предусматривавшую в рамках вооруженного восстания организацию нападений на польское население Западной Украины с целью его изгнания. „Военная доктрина" предусматривала также уничтожение польских хозяйств и вовлечение в антипольские выступления широких масс украинского крестьянства. Однако попытка реализации этой программы в сентябре 1939 года оказалось неудачной», — рассказал Александр Дюков в беседе с нашим изданием.

«Разработанная в мае 1941 года инструкция „Борьба и деятельность ОУН во время войны" внесла в оуновские планы решения „польского вопроса" некоторые коррективы: часть польских селян планировалось не изгонять с западноукраинских земель, а насильственно ассимилировать. Одновременно планировались убийства «польских активистов». Однако и этот план летом 1941 года реализовать не удалось. Наконец, в конце 1942 года была сформулирована «военная программа» ОУН, предусматривавшая уничтожение всех поляков, которые не согласятся «добровольно» выехать с территории Волыни и Галиции. Именно эта программа и была реализована в 1943-1944 годов. Таким образом, произошедшая кровавая этническая чистка может рассматриваться как заранее спланированная руководством ОУН преступная акция, реализовать которую удалось лишь с третьей попытки», — резюмировал Дюков.

Для чего надо изучать события волынской резни, предпосылки этой трагедии? Для того, чтобы этот кошмар не повторился. А ведь тому есть предпосылки. Недавно корреспондент влиятельного украинского агентства УНИАН в Москве Роман Цимбалюк, рассуждая о ситуации в Закарпатье, у себя на страничке в сети Facebook написал: «Если кто-то хочет побредить о большой Венгрии, сначала представьте мертвыми ваших детей и хорошенько подумайте, надо ли оно вам». И добавил, что в Закарпатье всего лишь 15 процентов венгров. Что это? Намек на возможность новой резни, только лишь в другой области?

Польша. Украина > Армия, полиция > inosmi.ru, 11 июля 2017 > № 2244274


Польша. Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 11 июля 2017 > № 2240289

Польская военно-патриотическая организация "Курск" заказала юридическую экспертизу законопроекта, одобренного польским сеймом, который предполагает в том числе снос советских памятников, сказал руководитель организации Ежи Тыц на заседании патриотической платформы "Единой России".

Нижняя палата (сейм) парламента Польши 22 июня проголосовала за внесение поправок в закон о запрете пропаганды коммунизма или другого тоталитарного строя в названиях зданий и объектов. Документ предусматривает снос памятников советской эпохи, в том числе воинских. По подсчетам Института национальной памяти Польши, отвечающего за мемориальную работу, закон о декоммунизации коснется около 230 памятников Красной армии. Закон может вступить в силу, если его подпишет президент страны.

"Наша организация "Курск" заказала экспертизу у серьезной юридической фирмы из Варшавы. Они приняли наш заказ, и через неделю они скажут по новому закону: можно убирать памятники советским солдатам или нет", — сказал Тыц.

Он добавил, что, по словам руководителя этой фирмы, "на основании этого закона трогать памятники советским солдатам нельзя".

Польша. Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 11 июля 2017 > № 2240289


Израиль. Польша. США > Армия, полиция > newsru.co.il, 9 июля 2017 > № 2244869

Польша и США пришли к соглашению о поставке восточноевропейскому государству восьми батарей ПРК Patriot. Сообщение об этом польское министерство обороны опубликовало в ходе визита президента США Дональда Трампа.

Для систем Patriot будут использоваться противоракеты Stunner, производимые совместно концерном "Рафаэль" и американской компанией Raytheon. Изначально они предназначались для использования противоракетной системой "Волшебная палочка".

Польская стороны обратилась с просьбой о получении израильских противоракет из-за заметной разницы в цене. По сообщению портала Ynet, стоимость одной противоракеты израильского производства составляет 450 тысяч долларов, в то время как стоимость американского аналога в десять раз выше. По мнению польских специалистов, Stunner превосходит американскую противоракету и по эффективности.

В апреле министерство обороны Израиля дало разрешение концерну "Рафаэль" вести переговоры с властями Польши о поставке в эту страну крупной партии противоракет.

Польша приобретет также небольшое число американских противоракет, чтобы ускорить процесс ввода система ПРК Patriot в действие. Официальное подписание договора запланировано на ноябрь 2017 года.

Согласно опубликованной информации, общая сумма сделки составляет 7,6 миллиардов долларов. Доля концерна "Рафаэль" составляет примерно миллиард долларов.

Израиль. Польша. США > Армия, полиция > newsru.co.il, 9 июля 2017 > № 2244869


Польша. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция > militaryparitet.com, 5 июля 2017 > № 2240891

Польша о танке нового поколения и российской угрозе.

После вторжения России на территорию Украины в 2014 году восточные страны НАТО стали уделять больше внимания своей обороне, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defensenews.com (4 июля).

В частности, Польша объявила о планах увеличения военных расходов с 2% ВВП сегодня до 2,5% к 2030 году, заявил заместитель министра обороны этой страны Томаш Сатковски (Tomasz Szatkowski). Польша продолжает реализацию программ по закупке систем ПРО, высокоточных боеприпасов, самоходной артиллерии и ракет. Сатковски также сообщил, что Варшава думает о танке нового поколения как о возможном совместном проекте с европейскими союзниками по НАТО. По его словам, данный проект, если он начнет реализовываться, должен быть сбалансированным и учитывать все возможности для промышленного сотрудничества.

Польша уделят большое внимание развитию потенциала своей ударной и транспортной вертолетной авиации, беспилотных систем, где также во главу угла ставится широкая вовлеченность польской оборонной промышленности.

На вопрос издания Defense News, считает ли он достаточным количество американских войск на восточном фланге НАТО для предотвращения российской агрессии, Сатковски заявил, что это присутствие достаточно для послания согнала Москве, но недостаточно "для количественного баланса". По его мнению, по-прежнему наблюдается дисбаланс сил альянса на восточных рубежах. Когда Путин пришел к власти в 2000 году Россия начала увеличивать военные расходы. 10 лет назад началась крупномасштабное перевооружение российских войск, хотя и не обошлось без издержек и задержек. Сейчас эта страна готовится провести крупные учения "Запад", которые "иногда создают условия для агрессивных действий". Мы контролируем ситуацию вместе с союзниками, заявил Сатковски.

На вопрос, улучшатся ли отношения с Россией в ближайшие годы, польский замминистра обороны ответил, что на это очень мало шансов. Экспансионизм всегда был частью российской политики на протяжении веков, он также служит способом решения некоторых внутренних проблем, и мы это хорошо знаем, заявил польский чиновник.

Польша. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция > militaryparitet.com, 5 июля 2017 > № 2240891


Польша > Армия, полиция > inopressa.ru, 5 июля 2017 > № 2232829

Польская армия ослаблена чистками партии "Право и справедливость"

Якуб Иванюк | Le Monde

Правящая партия Польши множит политические назначения в армии и оставляет без внимания модернизацию военной техники, пишет корреспондент Le Monde в Варшаве Якуб Иванюк.

В то время как вопросы безопасности окажутся в центре визита Дональда Трампа в Польшу в четверг 6 июля, эта страна, судя по всему, становится новым слабым звеном в НАТО. Выходы в отставку, следующие один за другим, политизация присвоения воинского звания, прерванная программа модернизации: польской армии, ведомой железной рукой министра национальной обороны Антония Мацеревича, одной из самых радикальных спорных фигур в правительственной команде, не удалось избежать "консервативной революции", предпринятой партией "Право и справедливость" (ПиС) после ее прихода к власти в ноябре 2015 года, говорится в статье.

Два бывших высоких чина польской армии поделились своими опасениями с Le Monde: генерал Мечислав Циенуш, экс-начальник главного управления стратегического планирования Генерального штаба Войска Польского и экс-представитель Польши в структурах НАТО и ЕС, и генерал Мирослав Ружаньский, экс-главнокомандующий Вооруженных сил, который со скандалом ушел из Министерства обороны Польши в декабре 2016 года по причине глубокого несогласия с политикой министра.

С тех пор как Мацеревич встал во главе Минобороны, 90% Генерального штаба и 80% командного состава Вооруженных сил Польши было обновлено. Тридцать генералов из восьмидесяти, а также 250 полковников были отправлены в отставку или в резерв, передает журналист. Два генерала, давшие интервью Le Monde, в первую очередь выступают против методов министра обороны: "Он глубоко убежден, что необходимо все разрушить и выстроить заново, - утверждает генерал Циенуш. - Это иррациональная и абсурдная логика. Армия не терпит революции. Тем более что геополитическая обстановка вокруг Польши нестабильная, это крайне неудачный момент".

Как говорится в публикации, политика Мацеревича вписывается в логику консервативного правительства, которое в радикальной манере отбрасывает достижения предшественников и расценивает 27 лет польских демократических преобразований как поражение. "Я еще никогда не видел нашу армию в столь плачевном состоянии", - сокрушается генерал Циенуш.

Мацеревич создал законодательные механизмы, позволяющие ему быстро продвигать по службе офицеров во имя "обновления кадрового состава", даже если новый пост превосходит их уровень компетенции. Он ввел такие повышения в звании, которые позволяют перепрыгивать на два звания в военной иерархии. Министр заменил многих преподавателей Академии национальной обороны, впрыскивая туда "добрую дозу идеологии и партизанской логики", по словам Циенуша, изобличающего армию, идущую "по пути политизации".

"Министр с самого начала стал принципиально осуществлять политические задачи, нередко с высокой долей популизма, - считает генерал Мирослав Ружаньский. - Опытные специалисты заменены на молодых людей, плохо подготовленных, они узаконивают политические решения руководства. Последствия этой политики будут ощущаться довольно долго. Нам грозит интеллектуальное разрушение".

Однако больше всего военные обеспокоены недостаточной модернизацией, передает журналист.

"Сказать по правде, процесс модернизации застопорился, хотя польская армия остро нуждается в новой боевой технике, - подчеркивает генерал Циенуш. - Наш замминистра (отвечающий за модернизацию, Бартош Ковнацкий) говорит, что вертолеты больше не являются приоритетом. Я не знаю такой армии, для которой вертолеты не являлись бы приоритетом". А пока польская армия по-прежнему летает на вертолетах советской эпохи, говорится в статье.

Наконец, министр планирует массированно инвестировать в "территориальную оборону", это его ведущая инициатива, в перспективе здесь должно быть задействовано 50 тыс. человек. Речь идет об отрядах гражданского ополчения, обученных и оснащенных армией, призванных обезопасить Польшу от гибридных угроз и даже "бороться против российского Спецназа", по признанию министра. "Совершенно ясно, что инвестирование в эту инициативу будет происходить в ущерб регулярной армии и модернизации", - утверждает генерал Циенуш. Министерство обороны не ответило на запросы Le Monde.

Польша > Армия, полиция > inopressa.ru, 5 июля 2017 > № 2232829


Украина. Польша > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228318 Павел Пененжек

Эта война сделала меня черствым

Интервью с журналистом Павлом Пенёнжеком.

Агнешка Лихнерович (Agnieszka Lichnerowicz), Krytyka Polityczna, Польша

Krytyka Polityczna: Война на Украине продолжается уже четвертый год, недавно была годовщина «референдумов», состоявшихся в двух непризнанных республиках. В результате военных действий, по разным данным, погибло до 10 тысяч человек. После прочтения вашей книги «Война, которая нас изменила», эта цифра производит больше впечатления. Вы пишите, что перелом произошел в 2015 году: время до конца 2014 было периодом напряженного труда волонтеров, когда государство практически перестало существовать, но зато произошел общественный подъем. В начале 2015 что-то изменилось: война утратила смысл. Что произошло?

Павел Пенёнжек (Paweł Pieniążek): Сначала вооруженные силы практически не функционировали, их собрали из относительно боеспособных подразделений и укомплектовали добровольцами. Появлялись добровольческие отряды, которые часто состояли из людей, не имевших ничего общего с армией. В первые месяцы там можно было встретить любого: продавца, менеджера, преподавателя, рабочего. На войну отправились все. В Крыму этого сделать не удалось: события там развивались слишком быстро. Ситуация застала всех врасплох: на Майдане еще не развеялся дым, а в Крыму уже все началось. К этому никто не был готов. С Донбассом было иначе: помня, что случилось в Крыму, все говорили: «Мы не позволим этому повториться». Удивительно, что такое количество людей было готово воевать. Если бы несколько лет назад кто-то сказал, что будет война, вызвалось бы человек 200, а тут тех, кто не искал никаких отговорок, нашлось много тысяч.

— В начале 2015 года наступил момент, когда война окончательно лишилась смысла, если в любом военном конфликте можно вообще искать смысл. Все реже стали звучать бравурные обещания, с которых до этого на Украине начинался практически любой разговор, что скоро над Донецком и Луганском будут развеваться украинские флаги. Что произошло, почему именно этот момент оказался важным?

— Это было окончание процесса, который начался с битвы за Славянск весной 2014 года или даже чуть раньше, когда российская армия активизировала действия в Донбассе. Говорилось, что туда стягивают несколько тысяч солдат, появились видеоролики, показывающие, что в Донбасс движутся танки и артиллерия. Ключевую роль сыграла битва за Славянск — небольшой город с примерно 20-тысячным населением, расположенный на востоке от Донецка. Казалось, что это очередной населенный пункт, который получится легко отбить, чтобы в итоге окружить Донецк. Но украинцев разбили, а сепаратистам по итогам первых минских соглашений удалось получить гораздо больше территорий.

Дальнейшие бои за Донецкий аэропорт в январе и феврале 2015 года стали заключительным этапом этого процесса. Украинцы стали говорить не о том, что все можно вернуть, а о том, что на это нет никаких шансов. Мысль была одна: лишь бы не потерять еще больше.

— Бои за Донецкий аэропорт — это интересный эпизод. С одной стороны, те, кто сражался за него до самого конца, стали героями. С другой, из вашей книги следует, что эта борьба была бессмысленной. Напрашиваются вопросы, существовала ли какая-то реальная достижимая цель?

— Я провел неделю в поселке Пески, который находится неподалеку от аэропорта. Я разговаривал с бойцами из «Правого сектора» (запрещенная в РФ организация — прим. ред.), спрашивая, чего они добиваются. Они стояли в старом терминале Донецкого аэропорта, но отступили, когда сепаратисты и Киев заключили соглашение. Руки сепаратистам они не подавали и не вступали с ними ни в какие контакты. Эту операцию сильно критиковали, а большинство участников боев понимали, что аэропорт, над которым летают снаряды, и от которого остались только бетонные плиты, — это политическая, а не стратегическая цель. Важно было продемонстрировать символический аспект борьбы, мощь Украины и то, как сильно она страдает от российской агрессии.

— Вы пишете так: «Спустя три года после начала вооруженного конфликта на востоке Украины его перестали называть "войной, которая нас изменила". Сила его воздействия на общество преуменьшается, тема вытесняется из сознания, будто в этом кроется нечто мрачное, в чем никто не хочет признаваться». Кого и как изменила эта война?

— Я считаю, что она изменила всех. Мы говорили о добровольцах, которые рисковали собственной жизнью и отправились на фронт защищать то, во что они верили: идею, что Украина вернет себе прежние границы, изменится к лучшему, обретет хорошее руководство. Так подействовал Майдан. Сепаратисты тоже пережили разочарование: победа в Луганске спасла их от полного краха, возможно, дала им вторую жизнь, но перечеркнула их мечты. Боевики, с которыми я встречался, считали, что им нечто причитается: они воевали за Новороссию, за те украинские районы, в которых должно было появиться новое государство. Они на самом деле верили, что могут его создать. Я не буду судить, насколько они были правы, но они так говорили.

— Интересно, сколько людей на самом деле в это верило, а сколько руководствовалось экономическими мотивами, я имею здесь в виду российскую поддержку, о которой вы пишете…

— Я не проводил исследований, так что я не знаю. По моим ощущениям, многие действительно в это верили. Можно сказать, что их обманывали, что они верили пропаганде, но вера была настоящей. Сейчас они чувствуют, что их использовали. Эти чувства разделяет также несколько сотен иностранных наемников, принимавших участие в этом конфликте. Сейчас они говорят, что цель войны стала расплывчатой, а они воюют не за то, что им говорили. Никаких идей в этом конфликте нет, это просто бизнес.

— Ваша книга — это в значительной мере рассказ о нарастающем разочаровании, вытеснении из сознания. В рецензии на обложке Людвика Влодек (Ludwika Włodek) пишет: «Эта книга должна войти в списки обязательного чтения. Лучше всего для всех, но хотя бы для двух групп: для юношей в возрасте 18-23 лет, которым слишком часто кажется, что война — это романтическое приключение, и для мужчин 40-50 лет, которые не рвутся сражаться сами, но любят отправлять на войну других». На мой взгляд, у вас вышла пацифистская по духу книга. Она показывает, что война становится трагедией на разных уровнях: на индивидуальном, социальном, экономическом. Насколько это произведение родилось из ваших репортажей, а насколько стало личной историей?

— В первую очередь я хотел показать, какими последствиями оборачивается война. Кто агрессор, а кто жертва понятно, но я хотел продемонстрировать, что страдают обе стороны конфликта. И неважно, кого мы считаем «хорошей» стороной, а кого «плохой»: последствия отражаются на обеих. И эти последствия ужасны. Это не романтическая история об армии, которую мы часто видим в фильмах. Возникает множество проблем, которые невозможно решить, все становится тоскливым и гнетущим.

— В вашей книге почти нет элементов, которые бы рисовали героический образ войны. Вы только иногда упоминаете людей, которые рисковали жизнью за других украинцев, за братьев, за родину…

— А еще за идею. Многие мои собеседники говорили, что они воюют за свободу. Один человек рассказывал, что если бы Украина напала на Россию, он, скорее всего, пошел бы воевать за россиян. Но произошло наоборот. Украина, как он решил, оказалась прогрессивной стороной: там произошла демократическая революция, люди боролись за лучшую жизнь. На них напал враг, который даже не преследовал каких-то своих интересов, не хотел что-то захватить, а просто стремился дестабилизировать ситуацию.

— Если бы мне пришлось выбирать символ этой войны, я бы назвала Пески — город в предместье Донецка, что-то вроде Пясечно для Варшавы, который внезапно разрезала линия фронта. Вы описываете это как постапокалипсис: солдаты захватывают дома, всюду руины. Городок лежит на линии фронта, который кажется замороженным, но остается действующим. Как выглядят сейчас такие места, как они живут? Живут ли они вообще? Действительно ли они становятся все более независимыми от Украины?

— Следует разделить то, что происходит в Луганске, и то, что происходит в Донецке. Еще до войны первый был менее развитым, его называли островом, забытой частью страны. Я был там в прошлом году, разница очень заметна. Донецк полон народа, всюду, кроме нескольких сильно разрушенных районов, продолжается нормальная жизнь: открываются новые рестораны, предприятия, многим людям удалось заработать на этой войне.

В конце 2012 года я был в Донецке и разговорился с продавщицей в парфюмерном магазине. «Как цены? Наверное, все подорожало?» — спросил я. «В принципе стало дешевле: раньше мы закупали товары только на Украине, а сейчас и оттуда, и отсюда, мы диверсифицировали поставки», — ответила мне она.

На улицах много людей, пробки. Отзвуки боев долетают до центра города, а когда ситуация обостряется, слышны залпы артиллерии. Но люди продолжают жить, они привыкли. До сих пор действует комендантский час, вечером выходить из дома нельзя. С другой стороны, в гостинице работает клуб, если сказать, что ты постоялец, можно просидеть там до поздней ночи и выйти после наступления комендантского часа. Все гибко.

— В Луганске пусто?

— Люди туда не вернулись. Сейчас там осталось меньше половины прежнего населения, около 40%, сложно сказать точно. Луганск производит гнетущее впечатление, хотя бои там закончились в конце сентября.

— Я бы еще хотела спросить о сегодняшнем смысле этой войны. Страшнее всего то, что все закончится, как в других непризнанных республиках, например, в Приднестровье, сказали вы однажды. Иностранный журналист приедет туда, посмотрит и сделает репортаж об экзотическом образовании — парагосударстве.

— Люди, которым захочется перенестись в Советский Союз, смогут приехать на это посмотреть, как в цирке.

— Как эти республики живут, функционируют? Насколько они коррумпированы? Строят ли они какие-нибудь планы на будущее или просто выживают?

— Зависит от того, как на это посмотреть, но перспектив у непризнанной республики мало. Если не случится ничего непредвиденного, что принципиально изменит ход событий, они продолжат влачить существование, которое, как в Приднестровье, будет оплачивать Россия, выделяя (все более скоромные) суммы на социальные нужды. В 2014 году многие надеялись, что все закончится так же быстро, как в Крыму или Донецке, а потом люди заживут, как в Москве. Сейчас от этих мечтаний ничего не осталось, никто не ждет никаких перемен. Ситуация застряла в мертвой точке. Все пытаются как-то выкрутиться, выжить, и хотя некоторым удалось на войне заработать, в основном люди от нее пострадали. Они живут благодаря гуманитарной помощи. Их положение зависит от того, где они очутились: хуже всего в прифронтовой зоне, где продолжаются бои. Некоторые города разделила линия фронта, некоторые оказались отрезанными от агломерации и постепенно угасают. Перспективы у непризнанных республик и населенных пунктов, находящихся поблизости от них, не слишком радужные.

— Что это значит?

— В своей книге я пишу, например о Марьинке, которая была частью донецкой агломерации: ее жители часто работали в Донецке. Сейчас там проходит линия фронта. Ее можно пересечь, но, конечно, только по неофициальным маршрутам.

— Ценность вашей книги заключается в рассказах о солдатах: о том, как они воюют и понимают войну, о коррупции на границе и в войсках. Есть еще тема местных жителей: почему они никуда не уезжают, даже живя в прифронтовых районах. Я бы хотела узнать, как выглядела там журналистская работа, что сложнее: попасть в эти места, выжить, говорить с людьми? В книге есть рассказы жителей, военных, но очень мало бесед с сепаратистами, воюющими на противоположной стороне.

— Сейчас сложнее всего заинтересовать редакторов, чтобы они решили что-нибудь у тебя купить. Что касается посещения сепаратистских территорий — это просто более сложное и дорогое мероприятие. Польскому гражданину сложно попасть на фронт: сепаратисты ведет себя осторожно, они не доверяют человеку с польским паспортом. Когда шли бои за аэропорт я несколько раз пытался получить доступ к «Гиви».

— Это знаменитый герой сепаратистов. Он уже мертв, да?

— Да, он погиб, его офис обстреляли из гранатомета. Когда «Гиви» услышал, что я поляк, он бросил трубку, на этом наш разговор закончился. В первой книге, которая была более поверхностной (я писал ее, когда война была в самом разгаре, и, скорее, просто описывал текущие события), мне было проще писать о сепаратистах, потому что я мог не вступать с ними в тесные контакты. Хотя между нами не было языкового барьера, разговаривать с боевиками было сложно, они просто не доверяют полякам. Исключение представляли только мои любимые герои, которые курили много марихуаны и охотно шли на контакт.

— Значит, сложнее всего заинтересовать редакцию этой темой, найти деньги и получить возможность работать на Украине, кроме того, польскому журналисту сложно общаться с сепаратистами. На этой войне есть еще одна проблема: пропаганда, которую распространяют обе стороны. Я думала, она окажется в списке основных сложностей.

— Это одна из проблем общего свойства, но для меня сейчас сложнее привлечь внимание редакторов. Пропаганда — серьезная помеха, надежных источников информации нет: все приходится подтверждать самому. Обе стороны описывают этот конфликт таким, каким им хотелось бы его видеть, а не таким, каков он на самом деле. Они искажают данные о раненых, убитых, количестве обстрелов. Рассказы сепаратистов — это полная абстракция, например, сообщения о том, что сто бойцов «Правого сектора» тайно перебрались в Турцию и разместились там в какой-то деревне. А украинский штаб рассказывает свое. Возможно, он не выдумывает факты, но…

— Значит, они все же отличаются…

— Да, потому что российская сепаратистская пропаганда занимается сочинительством. Она создает события, придумывает их. Был такой яркий пример: в российских и сепаратистских СМИ появились сообщения о том, что в результате обстрела Донецка украинским силами погибла маленькая девочка. Об этом говорили все, называлось даже имя этой девочки. Журналист BBC поговорил с местной прессой и выяснил, что пострадавшего ребенка на самом деле не было. Это была чистая фантазия.

Украинцы, то есть их Генштаб, в свою очередь, замалчивают разные факты. Любопытно происходит с количеством обстрелов. Каждый день сообщается о 40-60 инцидентах, но эта цифра не имеет ничего общего с реальностью. Из моих разговоров с украинскими военными я выяснил, что в рапорты попадает не больше 10% событий.

— Кто на самом деле там воюет? Кому противостоят украинцы?

— Сейчас или в целом?

— И сейчас и в целом. Я хотела узнать, какие слова вы используете, описывая стороны этого конфликта, а какие нет.

— Я говорю «боевики», «пророссийские боевики», «сепаратисты», «пророссийские сепаратисты». Когда речь идет о российских военных, которые принимали участие как минимум в нескольких операциях, я называю их российскими военными. Слова «террористы», на которое, как я понимаю, вы намекаете, я не использую.

— На Украине это название стало официальным.

— Да, потому что официально на востоке Украины войны нет. Военное положение не объявляли, до сих пор продолжается «антитеррористическая операция», поэтому администрация президента и правительство заявляют, что они ведут борьбу с террористами. Я считаю, что так назвать их нельзя, потому что терактов они не устраивают. Когда заходит речь, что террористы используют тяжелую артиллерию и ездят на танках, с этим определением возникают проблемы: это выходит за рамки понятия «террористическая деятельность». На Украине действуют не террористы, там просто идет война.

— Вслед за Сьюзен Зонтаг (Susan Sontag) (американская писательница, критик, эссеист — прим. пер.) вы много пишете об образе войны, который закрепился в нашем сознании. Часто на основе коротких сообщений в СМИ и фильмов мы представляем себе, что война постоянно наполнена адреналином. Она может быть трагической, но в ней всегда есть борьба. В вашей книге — это в первую очередь скука, которая несет в себе опасность: в любой момент все может рухнуть и превратиться в трагедию, но пока ничего не происходит, есть только тоскливое ожидание.

— В украинской армии нет ощущения времени. Это становится большой проблемой, когда с кем-то договариваешься. Я, в свою очередь, всегда стараюсь быть пунктуальным, так на что на любую встречу приходится тратить полдня.

— Рассказы ваших собеседников переполнены эмоциями на грани истерики: они говорят о жителях, в том числе тех, которые помогают сепаратистам, о надвигающихся фашистах. У вас есть секрет, как разговаривать с людьми? Я говорю не о знакомых, которые доверяют вам, а вы доверяете им, а о случайных людях, свидетелях каких-то событий.

— Когда я не знаю, как реагировать, я всегда просто поддакиваю. Это действенный метод. Но этот конфликт сделал меня черствым, раньше я был более открытым, но из-за этого стало возникать все больше проблем. Когда я понимаю, что кто-то рассказывает мне небылицы, я просто говорю «ладно», потому что такой разговор не имеет смысла.

— Вы понимаете, почему люди не покидают фронтовые районы?

— Они боятся оставить свои дома. Донбасс — специфический регион, до войны люди тоже редко из него уезжали. Многие не готовы оставить свое жилье, хотя нам это может показаться странным: мы понимаем, что если вся деревня уже разрушена, их хата тоже может скоро рухнуть. Но дом для этих людей — это все, что у них есть. Их никто не ждет, им некуда ехать. Я много раз слышал от таких оставшихся людей, что они не нужны ни России, ни Украине. Им некуда деваться. С одной стороны, никаких вариантов не предлагает им Россия, с другой — у Киева тоже нет для них квартир или социальной помощи, чего-то, что позволит им начать новую жизнь. Во многих населенных пунктах это стало серьезной проблемой. Люди переезжают в ближайшие города, уже в 70-100 километрах кажется, что войны нет. Там чуть больше военных, но обстановка спокойная, все живут своей жизнью. В местах, куда съехалось много народа, начались проблемы с работой, выросли цены на жилье, продукты. Именно поэтому решение об отъезде становится таким сложным. Западная Украина в этом плане гораздо мобильнее: местные жители поколениями ездили за границу. Им легче принять решение, собрать вещи и уехать. На востоке люди привязаны к своему дому.

— Вы много пишете о коррупции, алкоголе и наркотиках на фронте. Есть ли какие-то запретные темы, которые, как вам кажется, старается не затрагивать большинство СМИ, в особенности украинских?

— Самая главная тема, которую обходят молчанием, это то, что когда используется тяжелая артиллерия, гибнут мирные граждане. Неважно, каковы намерения ведущих обстрел, просто когда действует артиллерия, идет в ход огромный калибр, страдает мирное население. Об этом никто не говорит. Я не могу припомнить ни одного материала в украинских СМИ о том, что в результате украинского обстрела кто-то погиб. Я не осуждаю, а просто призываю понять, что так устроена война. В романтических историях одни стреляют и убивают, а другие только обороняются. Но все выглядит иначе.

— Многие из ваших героев — люди с левыми или анархистскими взглядами, пожалуй, это многое говорит о вас самом.

— На самом деле их было не больше 20.

— Значит, это говорит что-то обо мне как читателе. Я хотела спросить как раз об этом: об идеологии. В Польше мы постоянно анализируем явление украинского национализма. Ведь это естественный процесс: когда на страну нападают, там пробуждается гражданственность, патриотизм, а заодно неизбежно и национализм. Из вашей книги следует, что вступить в «Правый сектор» или батальон «Айдар» людей склоняли отнюдь не националистические взгляды.

— Национализм, как в каждом обществе, там, конечно, есть, было бы странно, если бы Украина выступала в этом плане исключением. Во время войны такие тенденции, разумеется, усиливаются. Особенно это было заметно вначале, когда ультраправые первыми отправились на фронт. Тема милитаризма и борьбы были у них на слуху давно. Боец «Правого сектора» рассказывал в одном документальном фильме о своем лидере Дмитрии Яроше: «я уже устал его слушать, он 10 лет подряд рассказывал о грядущей войне, и вот она наконец началась». Некоторые люди давно к ней готовились.

Идеология всегда играла в «Правом секторе» второстепенную роль. Его активистам в первую очередь хотелось воевать. Любопытно, что их военное крыло откололось от политического. Эти люди не любили армию, полицию и руководствовались разными мотивами: они хотели просто воевать или воевать за Украину. Националистов среди них было мало.

Я познакомился с множеством украинцев, которые не придерживались националистических взглядов, не ходили на Майдан и не считали, что он был нужен, но когда началась война, решили, что они обязаны защищать свою страну. Был один неонацист, который сбежал с фронта спустя два месяца, испугавшись боев. С другой стороны, существует полк «Азов» — ультраправая угроза. Но «Правый сектор», хотя именно так его называют СМИ, ее собой не представляет.

Опасность связана с тем, что «Азов» старается заменить государство там, где оно не может выполнять свои функции. Например, зимой, когда начинаются проблемы с уборкой снега, можно всегда позвонить в «Азов» и вызвать его бойцов расчистить улицу перед домом. Это выглядит забавным, но такое делегирование государственных функций — опасная тенденция.

В «Азове», например, в отличие от «Правого сектора» велась идеологическая подготовка. Там появлялись странные персонажи из неонацистского движения России. Российские неонацисты часто не любят Путина, а российские правые имперцы, наоборот, воюют на стороне сепаратистов и его поддерживают. Такое странное политическое деление существует на постсоветском пространстве. Но я бы не сказал, что национализм (если опустить полк «Азов») представляет сейчас угрозу.

— Вы умеете выйти из журналистской роли, вернуться домой и забыть? Или вы поддерживаете контакты со своими героями?

— Я стараюсь это фильтровать. Когда конфликт только начинался, меня пугал каждый шум и звук, например, гудки поезда в метро. Но это быстро прошло. Раз те, кто уехал с фронта, закончив службу, могут с этим справиться, то почему я не могу? Какую бы работу ни делал журналист, как бы он ни втягивался в нее, он никогда не будет погружен в это, как человек, живущий на территории, по которой прошел фронт, или военный, который находится на боевых позициях. Сколько бы времени я там ни провел, я все равно присутствую там временно. Были такие эпизоды, которые надолго застревали у меня в памяти, но когда я написал книгу, стало лучше.

Что касается героев, контакты с некоторыми я поддерживаю, а более интенсивно общаюсь с теми, кто перебрался в Польшу.

— Ваша книга показывает все связанные с войной ужасы, а одновременно рисует портреты героев, которые борются с ней, не теряют присутствия духа, посвящают свою жизнь защите Украины. Какой репортаж писался сложнее всего?

— Таких репортажей было несколько, например, о литературной группировке СТАН. Мне было очень сложно понять, что движет героиней.

— Которая вошла в состав сепаратистской администрации…

— Да, хотя ничто этого не предвещало. Все думали, что она, скорее, займет сторону Украины. С ней было сложно общаться, она очень замкнутый человек. Она боялась говорить, я это чувствовал.

— Сложности в работе над текстом возникали потому, что было нелегко понять ситуацию, или потому, что в такой критический момент, когда идет война, тяжело писать, например, о коррупции на фронте?

— Мне очень не хотелось, чтобы книга казалась каким-то осуждением в адрес Украины, я боялся, что так это все может прозвучать, что я использую слишком категоричные формулировки. Я старался найти нюансы, в некоторых местах я «завис», поэтому работа над книгой затянулась. Самые большие сложности у меня были с этим.

Украина. Польша > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 июля 2017 > № 2228318 Павел Пененжек


Польша. США. Евросоюз > Армия, полиция > militaryparitet.com, 28 июня 2017 > № 2255845

Долгая дорога "Пэтриота" в Польшу.

Польша планирует заключить контракт по закупке систем ПВО/ПРО Patriot компании Raytheon в рамках своей программы Wisla к ноябрю, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defensenews.com (27 июня).

Недавно министерство обороны Польши направило в США оnредактированное письмо по приобретению восьми батарей этих ЗРК. Однако эксперты считают, что сделка вряд ли может быть подписана к указанной дате, так как переговоры уже зашли в тупик из-за нежелания США передать "некоторые ключевые технологии". По этой причине переговоры длятся уже многие годы.

Польша желает приобрести в комплектации "Пэтриота" интегрированную боевую командную систему (Integrated Battle Command System- IBCS) производства Northrop Grumman, которая создается для перспективной системы Integrated Air-and-Missile Defense (IAMD) армии США. Эта система создается для замены ЗРК "Пэтриот".

Польша также желает получить первые два ЗРК в 2019 году, для которых "Рейтеон" разработал "временную" систему управления до того времени, когда будет доступна IBCS.

На этом фоне Германия и Италия продолжают разработку ЗРК MEADS, полномасштабное межправительственное соглашение между этими странами ожидается к концу года (после сентябрьских выборов канцлера в Германии).

Польша. США. Евросоюз > Армия, полиция > militaryparitet.com, 28 июня 2017 > № 2255845


Россия. Бельгия. Польша > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 26 июня 2017 > № 2223610

Растущая военная мощь России вызывает беспокойство в НАТО, рассказал Politico глава военного комитета альянса генерал Петр Павел.

По его словам, невозможно отрицать значительный прогресс, которого добилась Россия в военной сфере. Генерал отметил, что в России разрабатываются новые виды как обычных, так и ядерных вооружений, кроме того, Вооруженные силы страны способны эффективно действовать на значительном расстоянии от собственной территории. "Мы сталкиваемся с полномасштабной модернизацией российских Вооруженных сил", — заявил он.

Хотя определенно утверждать, что намерения российского руководства в отношении НАТО агрессивны, нельзя, они остаются неясными, заявил Павел. "Поэтому мы воспринимаем эту, пусть и потенциальную, угрозу крайне серьезно", — сказал он.

В настоящее время, по мнению генерала, Североатлантический альянс не может позволить себе сосредоточиться исключительно на противостоянии угрозам, исходящим от государств. Помимо этого, НАТО работает над усилением борьбы с терроризмом, пояснил Павел. Поддержание отношений с Турцией также остается среди приоритетов организации, даже несмотря на то, что отношения Анкары с рядом союзников в последнее время серьезно ухудшились.

Заявления о якобы существующей российской угрозе Прибалтийским странам и Польше звучали неоднократно, хотя в Москве подчеркивали, что Россия никогда не будет нападать на какую-либо из стран альянса. По словам главы МИД Сергея Лаврова, в НАТО прекрасно знают об отсутствии у Москвы планов нападения, но просто пользуются поводом для того, чтобы разместить вблизи российских границ больше техники и военнослужащих.

Россия. Бельгия. Польша > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 26 июня 2017 > № 2223610


США. Польша > Авиапром, автопром. Армия, полиция > militaryparitet.com, 23 июня 2017 > № 2241056

"Черный ястреб" верит в победу.

Компания Lockheed Martin "весьма оптимистично" смотрит на свои шансы в тендере в Польше, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defensenews.com (22 июня).

"Локхид" рассчитывает, что его местное отделение PZL Mielec сможет быстро наладить производство вертолетов типа Black Hawk S-70i. Эта модель является вооруженной версией и предназначена на мировой рынок. В данное время в Восточной Европе наблюдается большой интерес к военным вертолетам. Польша желает приобрести вертолеты для спецназа, а аткже для ВМС в качестве противолодочных.

В конкурсе участвует компания Airbus Helicopters, которая предлагает Caracal H225M для войск спецназа и AW101 Merlin для ВМС. В прошлом году Польша прекратила эксклюзивные переговоры с "Эйрбас Хеликоптерс" после одобрения покупки 50 вертолетов "Каракал", что вызвало серьезный скандал между Варшавой и Парижем, а затем запустила два отдельных тендера.

США. Польша > Авиапром, автопром. Армия, полиция > militaryparitet.com, 23 июня 2017 > № 2241056


Бельгия. Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 22 июня 2017 > № 2218670

В Брюсселе террор, в Варшаве царит порядок

Петр Дерре (Piotr Doerre), Polonia Christiana, Польша

Если террористы не получат действительно жесткого отпора (а, скорее всего, этого не произойдет), скоро нынешнее перманентное чрезвычайное положение распространится на небольшие города и разольется по европейской провинции. Волна терактов в конце концов породит эмоции, которые уже не будет сдерживать заученная политкорректность, и в Европе произойдет настоящий взрыв ненависти к живущим там мусульманам. В конфликт окажутся втянутыми все — в том числе люди, не разделяющие радикальных религиозных взглядов. А государственный аппарат демократических стран из-за своей врожденной системной беспомощности и идеологии, предписывающей считать равными все религиозные и этнические группы (за исключением, разумеется, собственных христиан), будет лишь усугублять ситуацию. Наконец, разразится война: в некоторых местах партизанская наподобие интифады, в некоторых — более традиционная. Это приведет к полной дестабилизации многих стран континента, и без того переживающих экономический и политический кризис.

Фантастика? А вы помните Ливан, который был когда-то оплотом богатства и мира на Ближнем Востоке? Вы видели фотографии руин Бейрута, который был, пока его не разрушила кровавая гражданская война, экзотической столицей, полной шика и роскоши и мало отличавшейся от европейских городов? Всем, кто скептически качает головой, я напомню, с какой критикой еще полтора десятка назад встречались трезво смотрящие на вещи публицисты, которые осмеливались предположить, что приезжающие в Европу иммигранты-мусульмане или даже их дети, родившиеся уже на европейской территории, могут пополнить ряды террористов и начать убивать европейцев. Мог ли кто-нибудь даже после 11 сентября 2001 года серьезно отнестись к прогнозам, что в 2017 году Старый континент будут регулярно сотрясать теракты исламистов, а кровь будет литься почти каждый день?

Может ли Европа избежать изложенного выше мрачного сценария? Конечно. Но для этого придется прибегнуть к радикальным средствам. Между тем западные общества, пораженные проказой идеологии толерантности и сифилисом морального разложения, к этому не готовы. Они позволяют прессе обманывать себя и продвигают во власть состряпанных на потребу интересам брюссельских еврократов и нью-йоркских финансистов Макронов с левацкими лозунгами на устах, которые не только не смогут справиться с проблемой, но будут ее лишь углублять. Вместо того, чтобы заняться возрождением Европы, обратившись к корням ее величия, евроэлиты продолжат толкать вперед вагон гендерной революции — очередной стадии анти-христианского безумия. Вместо того, чтобы попытаться оживить европейские народы, своими декретами, указами и резолюциями они будут вбивать последние гвозди в их гробы.

Так что Западу, по большому счету, уже ничем не помочь. Польша, между тем, находится в относительно удобном положении: по крайней мере в сфере борьбы с исламским терроризмом у нас остается большое поле для маневра. Мы находимся в той же точке, в какой страны Европы находились до того, как к ним хлынула волна мигрантов из мусульманских стран. При этом мы сейчас гораздо лучше осознаем, какими последствиями может обернуться новая ситуация.

Поэтому я уверен, что даже если нынешнее польское руководство под давлением европейских манипуляторов сменит свое мнение по поводу приема мигрантов, поляки скажут решительное «нет» и заставят власть прислушаться к мнению большинства. У поляков в крови сопротивление мусульманскому натиску, будь то султанское войско под знаком полумесяца или идущие с именем Аллаха на устах орды мигрантов. Кроме того, практически всем в нашей стране ясно, что Польша будет относительно защищена от исламского террора (если, конечно, в современном мире с его свободой и быстрым транспортом какой-то уголок Земли вообще может быть защищенным) лишь до тех пор, пока она способна ставить заслон потоку мигрантов-мусульман.

Остается надеяться, что уже скоро фраза «В Варшаве царит порядок» (слова министра иностранных дел Франции Ораса Себастьяни, сказанные в 1831 году в связи с подавлением Польского восстания — прим. пер.) получит совершенно новый смысл и утратит свое известное нам из истории трагическое звучание.

Бельгия. Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 22 июня 2017 > № 2218670


Польша. Индия > Армия, полиция > militaryparitet.com, 20 июня 2017 > № 2229117

Польская компания не передает Индии технологии БРЭМ.

Правительство Индии может подать в суд на польскую компанию Polski Holding Obronny за невыполнение обязательств по передаче технологий бронированных ремонтно-эвакуационных машин, или БРЭМ (armored recovery vehicle - ARV), сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defensenews.com (16 июня).

Эти технологии на сумму 100 млн долл США должны поступить в распоряжение индийской государственной компании Bharat Earth Movers Limited (BEML) В 2011 году был заключен контракт на производство 204 БРЭМ на шасси основного боевого танка Т-72, состоящего на вооружении индийской армии. Половина БРЭМ должна была быть произведена на индийском заводе, половина импортирована из Польши. Цена каждой машины составляет 1,4 млн долл.

Армия использует БРЭМы для эвакуации, ремонта и восстановления разбитых Т-72 и боевых машин пехоты БМП-1, БМП-2. Машина вооружена 12,7 мм пулеметом и краном грузоподъемностью до 15 т.

Польша. Индия > Армия, полиция > militaryparitet.com, 20 июня 2017 > № 2229117


Польша. Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 20 июня 2017 > № 2217422

Возле польского города Миколин 22 июня будет торжественно открыт отреставрированный памятник советским воинам, сообщили РИА Новости в Общественной палате Калининградской области.

Монумент привела в порядок польская общественная организация "Курск" при поддержке россиян, собравших средства на восстановление.

Обелиск был установлен в 1945 году в память о более чем 40 тысячах советских солдат и офицеров, погибших при форсировании реки Одер. В его основании изображены лодки, символизирующие плавсредства, на которых войска Красной армии форсировали водную преграду. Со временем памятник сильно обветшал, но в 2016-2017 годах волонтерам удалось собрать средства и восстановить монумент.

В церемонии открытия примут участие дипломаты из России, США, Великобритании и Франции, представители местных властей и общественных организаций из Польши, Германии и России.

Калининградской области удается поддерживать дружеские отношения с народами соседних государств, несмотря на сложную международную повестку, прокомментировал врио губернатора региона Антон Алиханов.

"Историю Европы нельзя разделить на "хорошую" и "плохую", нельзя вырвать из сотканной временем ткани кусок и размахивать им, как жупелом. Мы взаимосвязаны миллионами переплетающихся нитей судеб наших народов, в том числе и судеб людей, плечом к плечу оборонявших мир от нацизма", — отметил он.

Польша. Россия > СМИ, ИТ. Армия, полиция > ria.ru, 20 июня 2017 > № 2217422


США. Польша. Япония > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > militaryparitet.com, 19 июня 2017 > № 2229067

Система "Иджис" - морская и береговая.

Система Aegis Ballistic Missile Defense (BMD) в настоящее время является не только корабельной, но и береговой системой ПРО США, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на missilethreat.csis.org (16 июня).

В настоящее время американский флот имеет в своем составе 84 надводных боевых корабля. оснащенных системой Aegis Combat System - 62 эсминца класса Arleigh Burke (DDG) и 22 крейсера класса Ticonderoga (CG), из них 33 оснащены противоракетами - 28 и пять соответственно. В 2018 финансовом году будут приняты еще три эсминца класса "Арли Берк" новой версии Flight IIA DDGs (DDG 113, 114 и 115).

Береговая система ПРО Aegis Ashore развернута на базе Девеселу (Румыния), ведутся работы по строительству объекта в Редзиково (Польша). В настоящее время в Девеселу развернуты противоракеты типа SM-3 IB, польская база будет оснащена новейшими SM-3 IIA. Испытательный центр береговой системы находится на Гавайях, который решено превратить в боевую базу для перехвата северокорейских БР.

В составе ВМС Японии развернуто четыре эсминца класса Kongo с системой Aegis, кроме того, планируется строительство еще двух эсминцев и двух крейсеров типа Atago с этой системой версии 5.0. Таким образом, количество кораблей ПРО достигнет 8 единиц. Японские ВМС уже провели четыре испытательных перехвата БР, в том числе три успешные. Токио также принимает участие в разработке противоракеты SM-3 Block IIA.

США. Польша. Япония > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > militaryparitet.com, 19 июня 2017 > № 2229067


Латвия. Польша. Бельгия > Армия, полиция > dw.de, 19 июня 2017 > № 2215152

Генсек НАТО Йенс Столтенберг, находясь в Латвии, объявил завершенной переброску войск альянса на восточный фланг в страны Балтии и Польшу. "С сегодняшего дня передислокация завершена", - заявил он на церемонии на военной базе в Адажи в 20 километрах от Риги.

Тем самым НАТО выполнила свое взятое на себя год назад в Варшаве обещание "защитить союз, отреагировать на агрессию и сохранить мир", подчеркнул Столтенберг. Он считает количество войск в регионе достаточным, продолжения переброски не планируется. В то же время Столтенберг призвал страны альянса продолжать поиск путей для диалога с Москвой. Никто не хочет возвращать времена холодной войны, подчеркнул генсек НАТО.

Германия командует в Литве

Североатлантический альянс на июльском саммите 2016 года принял решение о переброске сил НАТО на восточный фланг в страны Балтии и Польшу в качестве гарантии их безопасности на фоне действий России на Украине. Германия была призвана осуществить командование международным союзническим батальоном НАТО в Литве, общая численность которого составляет около 1200 человек. США будут командовать в Польше, британцы - в Эстонии, а канадцы - в Латвии.

Основная часть военной техники и военнослужащих из Германии были отправлены в Литву зимой и весной. Позднее к ним присоединились солдаты из Нидерландов.

Латвия. Польша. Бельгия > Армия, полиция > dw.de, 19 июня 2017 > № 2215152


Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 19 июня 2017 > № 2214086

Что скажет на это НАТО?

Павел Решка (Paweł Reszka), Марта Томашкевич (Marta Tomaszkiewicz), Newsweek Polska, Польша

Соседи и знакомые останавливают его на улице и интересуются: «Сильвестр, что случилось?! Это правда?» Все началось, когда Хрущ, депутат партии «Кукиз'15», оказался в списке видных польских деятелей, находящихся под влиянием России. Такой список составил венгерский аналитический центр Political Capital Institute. В эфире Radio Szczecin политик заверил, что он «ни на миллиметр» не пересекается с такими кругами, и добавил: «То есть я, будучи российским агентом, занимаюсь проектированием американской базы в нашем воеводстве? Это отличная рекомендация!»

Информация о том, что компания ch2architekci, которую Сильвестр Хрущ (Sylwester Chruszcz) много лет назад основал вместе со своей женой, занимается строительством натовских баз, позволяет депутату отметать обвинения в том, будто он выступает «российским агентом». Проблема в том, что Хрущ рассказывает о своем участии в этом проекте скупо. Известно лишь, что речь идет о двух площадках: одна находится в Сквежине, местоположение второй неизвестно.

Мы связываемся с ним по телефону. «Моя компания участвует в проектировании и обслуживании баз, больше я сказать ничего не могу, поскольку это секретные сведения», — объясняет он.

Хрущ — убежденный националист. Он состоял в организации «Всепольская молодежь», Народной партии, а потом в «Лиге польских семей». По ее спискам в 2004 году он попал в Европарламент. Хрущ основал движение Libertas Polska евроскептического толка, был членом партии «Польша важнее всего» и «Национального движения», а потом стал депутатом от «Кукиз'15». Кроме того, в 2009 году вместе с Матеушем Пискорским (Mateusz Piskorski) он занялся созданием объединения «Смена». Пискорский, как и Хрущ — уроженец Щецина. Он состоял в партии «Самооборона», входил в число основателей Libertas Polska и публиковался в журнале Myśli.pl, который издавал созданный Хрущем Фонд Болеслава Храброго.

Мы задали Хрущу вопрос о его знакомстве с Пискорским. «Вы вместе занимались „Сменой?"» «Да, это продолжалось месяц, ничего общего с нынешней одноименной партией это объединение не имело. В последний раз мы встречались в 2011 году. За его последующие политические шаги я отвечать не могу».

В 2015 году Пискорский возглавил новую партию, не скрывавшую своей прокремлевской направленности, которая называлась так же, как его прежнее объединение — «Смена». С мая 2016 года политик находится под арестом. Его задержало Агентство внутренней безопасности по подозрению в шпионаже в пользу России. Gazeta Wyborcza писала: «Агентство предполагает, что Пискорский принимал участие в операциях российской разведки, направленных против Польши. Он встречался с контактными лицами разведывательных служб и выполнял оперативные задачи, связанные с продвижением российских интересов и манипулированием настроениями польской общественности, получая за эту деятельность вознаграждение».

У Сильвестра Хруща и Матеуша Пискорского были общие знакомые: Алексей Кочетков и Марина Кочеткова-Клебанович. После российско-грузинской войны Пискорский вместе Кочетковым участвовал в создании пресс-центра в столице непризнанной Южной Осетии Цхинвале. Россиянин руководил аналитическим центром CIS-EMO, который, в частности, занимался наблюдением за выборами в Абхазии, Южной Осетии и Приднестровье. Деньги поступали из Кремля, а задача Кочеткова состояла в привлечении к сотрудничеству наблюдателей из западных стран, которые могли придать проекту вес. CIS-EMO давал им бесплатные билеты, оплачивал проживание и питание и даже предлагал «командировочные».

Хрущ не отрицает, что принимал участие в одной из таких поездок.

«Я ездил с ними в Киев в 2010 году наблюдать за выборами. Но я в этой организации не состоял».

— Как так получилось, что вы с ними поехали? Эту организацию финансирует Кремль.

— Я хотел получить опыт, ни у кого на лбу не написано, что он поддерживает Кремль. Например, Newsweek — это немецкое издание (владелец польской версии журнала — компания Ringier Axel Springer Polska, прим. пер.), а я даю вам интервью.

— Вам заплатили?

— Они оплачивали билеты и проживание.

— А командировочные?

— Никаких денег я у них не брал.

Хрущ выходит из себя, когда мы напоминаем ему, что раньше он выступал против размещения баз НАТО, на которых сейчас собирается заработать. «Это ложь! Приведите какой-нибудь пример!»

Процитируем запись 2008 года из его блога: «Я сочувствую польским сторонникам размещения американской базы и системы ПРО в Польше. Боясь возвращения российских войск в Польшу, они, по всей видимости, приведут к тому, что эти силы вновь к нам вернутся. Это последствия наивной, непродуманной и, возможно, просто слишком уступчивой в отношении США и вашингтонской администрации позиции».

Или еще один пример: «Американские ракеты на нашей территории не спасут нас от внешних угроз, в том числе от все более жестких претензий Германии и США». Или: «Если некоторые польские политики считают, что иностранные войска и база на польской территории гарантируют нам безопасность, почему не последовать примеру Киргизии? В этой бывшей советской республике на постоянной основе находятся военные как из США, так и из Российской Федерации». Или: «Следует ли провоцировать нападение другого государства и портить отношения с Россией, платя за это цену, размера которой мы еще не знаем? На тему баз лучше всего просто устроить общенациональный референдум». Сейчас Хрущ объясняет, что тогда он имел в виду элементы системы ПРО, а, кроме того, с тех пор изменился «контекст».

Член партии «Кукиз'15» относится к числу поклонников Путина. В 2007 году он писал: «Не стоит удивляться тому, что на выборах победит Путин — человек, которого россияне так долго ждали. Нам следует завязать диалог с победителями российских выборов, наладить с ними сотрудничество, разработать планы на будущее. Этим должны заняться патриотические правые силы. Я поздравляю партии, победившие на российских выборах, и восхищаюсь россиянами, которые сделали ставку на сильную власть. (…) Нам нужны хорошие отношения с Россией: этого требуют наши геополитические и экономические интересы. Мы долго размахивали шашкой, но теперь пришла пора поменять курс».

Накануне российско-грузинской войны в 2008 году Хрущ выступал в Европарламенте: «В России — хорошее руководство. Россиянам живется все лучше, страна становится демократической. Менторский тон, которым пользуются брюссельские чиновники, вызывает у Москвы лишь раздраженную усмешку». Позиция депутата не изменилась ни после войны в Грузии, ни после нападения России на Украину. 5 марта 2014 года, после разгона Майдана и накануне аннексии Крыма в эфире Radio Szczecin он заявил: «Владимир Путин доказал, что он — хороший лидер России, как Ангела Меркель — хороший лидер Германии».

Хрущ выступал против инициатив Варшавы, стремившейся открыть Грузии двери в НАТО, и считал, что непризнанные Абхазия и Южная Осетия имеют право на независимость. Кроме того, он подчеркивал, что Майдан захватили националистические силы, а восток Украины — это «русская в ментальном и историческом плане» территория.

Служба военной контрразведки проверяет все компании, которые работают на нашу армию. Однако, по словам Хруща, его фирма ведет сотрудничество непосредственно с НАТО. Мэр Сквежины, где ch2architekci будет якобы заниматься своими проектами, ничего об этом не знает. «На американской базе починили крышу, поменяли окна, положили асфальт на плацу, ремонт делали также внутри зданий. Там работают турецкие и румынские фирмы, о польской мне ничего не известно», — говорит он.

Агентство НАТО по обеспечению и закупкам, которое занимается тендерами, по нашей просьбе проверит, подписывала ли компания ch2architekci какой-нибудь договор с Альянсом. Его представители предупредили, что если она выступает субподрядчиком, о ее деятельности узнать не удастся. В любом случае, в списке компаний, выигравших тендеры на услуги для американской армии и НАТО, этой фирмы нет.

— Тендеры выигрывают большие глобальные компании, а уже они нанимают субподрядчиков — объясняет Хрущ.

— Вы выступаете таким субподрядчиком?

— Я вам объясняю, что я не мог быть главным подрядчиком, таких больших компаний в Польше нет.

— Прошла ли ваша фирма проверку перед тем, как приступить к работе?

— Я думаю, да.

— Вы этого не знаете?

— Я знаю.

— У вас есть допуск к секретной информации?

— Нет, он мне не требовался.

Действительно ли компания ch2architekci прошла проверку? Не угрожает ли ее работа на базах НАТО нашей безопасности? Предостерегали ли польские спецслужбы союзников? Комиссия Сейма по делам спецслужб и гражданские спецслужбы пока не проявляли интереса к этой теме. Это сообщил нам пресс-секретарь министра Мариуша Каминьского (Mariusz Kamiński), заверив, что «спецслужбы, координацией деятельности которых занимается министр, выполняют все возложенные на них обязанности».

Может быть, какой-то информацией располагает Служба военной контрразведки? Возможно, но ответа на этот вопрос из министерства обороны нам получить не удалось. Не исключено, что никто вообще ничего не знал, пока сам Сильвестр Хрущ не заявил по радио, что он работает на НАТО.

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 19 июня 2017 > № 2214086


США. Польша. Индонезия > Армия, полиция > militaryparitet.com, 16 июня 2017 > № 2228791

"Рейтеон" получил заказ на поставку новой партии "Сайдвиндеров".

Компания Raytheon (Тусон, Аризона, США) получила контракт на сумму 82,8 млн долл США на поставку 180 ракет воздушного боя AIM-9X Block II, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на веб-сайт министерства обороны США (14 июня 2017).

Ракеты предназначены для ВВС и ВМС США (соответственно 52 и 8 ), ВВС Польши (93), Индонезии (14), Румынии (10) и Бельгии (3). Кроме того, в контракт включены 19 учебных ракет и 50 транспортных контейнеров, вспомогательное оборудование, запчасти.

Завершение работ по контракту ожидается в марте 2020 года.

США. Польша. Индонезия > Армия, полиция > militaryparitet.com, 16 июня 2017 > № 2228791


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 12 июня 2017 > № 2220369

Усмиритель Польши — генерал-вешатель?

Генерал М.Н. Муравьев. Граф Виленский

Из ряда мифов, доставшихся нам в наследие от борцов с самодержавием, история о злобном генерале Муравьеве-вешателе относится к разряду наиболее устойчивых и живучих. Возможно, это случилось потому, что этот человек одинаково не нравился и либералам, и революционерам. Возможно, потому, что это была плата за диалог Москвы — поначалу с народной Польшей, а в настоящее время — с союзными властями Белоруссии. В любом случае, именно Муравьев сумел нащупать политику, которая привела к успеху. Причина была проста — генерал прежде всего думал о поддержке крестьянства, церкви и русского образования. Все вместе, при неформальном подходе к делу, совершенно необычно для официальной России. Разумеется, не были забыты и репрессии. К моменту вступления Муравьева в полномочия, местная власть попросту утратила какой-либо авторитет в крае.

14(26) мая 1863 г. Муравьев прибыл в Вильно и вступил в командование войсками. Поначалу этого никто не заметил, несколько дней жизнь в городе шла по накатанной колее. Первый приказ нового командующего по округу гласил: «Смутам и мятежу, возникшим в здешнем крае, надобно положить предел. Обращаюсь к храбрым войскам, над которыми принимаю начальство, уверенный, что с помощью Божией, дружными усилиями нашими дерзкие крамольники скоро понесут заслуженную ими кару, и порядок, и спокойствие восстановятся в вверенном мне крае». Распоряжения генерал-губернатора к этому времени не просто игнорировались — их поднимали на смех. Вскоре Муравьев принялся за дело. Назимова он считал человеком слабым и недалеким и не собирался продолжать его политику. Одним из первых шагов генерала еще по дороге в Вильно была встреча с представителями дворянства в Динабурге (Двинск). По приезду в Вильно генерал распорядился освободить из тюрьмы старообрядцев Динабургского уезда. Шеф жандармов округа, слишком далеко зашедший в покровительстве польскому дворянству, был уволен с занимаемой должности и отправлен в Петербург к вящему неудовольствию шефа жандармского корпуса ген. кн. Долгорукова.

В отличие от своего предшественника, Муравьев не заигрывал с польским дворянством и католическим духовенством, входил в детали управления и не терпел ложь, недомолвки и незнание. Генерал отличался завидной работоспособностью и трудился по 16 часов в сутки. Особое внимание Муравьев уделял системе управления. Местные власти и полиция состояли в основном из поляков и были в массе своей ненадежны. Генерал считал необходимым заменить в администрации польский элемент русским. Была проведена чистка административного аппарата, Муравьев не останавливался ни перед чем — в короткий промежуток времени в генерал-губернаторстве были смещены пять губернаторов из шести (на своем месте остался лишь Могилевский). Активные действия генерала привели к необходимым результатам.

«Вооруженным шайкам, — вспоминал его сотрудник, — он не придавал особого значения, называл их сволочью и сравнивал с ветвями и сучьями дерева, которые вырубаются, сохнут, падают, но на их месте вырастают другие, и дерево продолжает расти и разветвляться, пока корни его целы. На эти-то корни и обрушился Муравьев».

Виленский католический епископ Адам Красинский на встрече с новым генерал-губернатором не принял серьезно его предупреждений о смене политического курса и попытался отшутиться от требований о сотрудничестве с властью. Следует отметить, что он не был столь шутлив, когда в 1860 г. призывал священников не допускать критики в адрес помещиков и служить «звеном любви, связывающих помещиков и крестьян». Нарушителям тогда епископ грозил карами и предупреждал о том, что не будет никакой защиты от светских властей. Теперь, в 1863 г. он был полностью на стороне мятежа, не идя в осуждении его участников дальше шуток. Тем не менее, он ожидал, что по всем вопросам, связанным с судьбой католических священников, будут предварительно советоваться с ним. Муравьев продемонстрировал свою позицию, утвердив первый смертный приговор ксендзу, с которого перед казнью даже не был снят сан.

Еще перед своим отъездом из Петербурга генерал был уверен в необходимости такого демонстративного наказания. По приезду он сразу же перешел от слов к делу. «Духовное христианское лицо, — говорил Муравьев, — должно быть проповедником мира и любви, а коли он враг, то мне щадить его не приходится». Утром 22 мая (3 июня) в предместье Вильно был расстрелян викарный ксендз Лидского уезда. Казнь была публичной, о которой по всему городу возвестили барабанным боем и трубой, собравшими массу народа. Ксендза и дворянина, уличенных в чтении манифеста мятежного правительства в костеле с целью возмущения крестьян, казнили в полдень 24 мая (5 июня) на торговой площади. Польское общество объял ужас — оно слишком долго не обращало внимания на русские власти и привыкло не обращать внимания на предупреждения и воззвания. В Вильно попросту никто не верил, что генерал-губернатор пойдет на такие невиданные до этого здесь меры. После решительных действий слова Муравьева стали воспринимать по-другому.

В день казни была издана новая инструкция по введению военно-гражданского управления на территориях Литвы и Белоруссии — в уездах вводилось военно-полицейское управление, караулы и пропускной режим, проводилось разоружение населения, очищение края от нежелательных элементов, местные помещики должны были нести ответственность за появление мятежников в их владениях, ксендзы несли ответственность за чтение революционных прокламаций в храмах. Ссылки на принуждение со стороны революционеров не принимались, «…ибо служители алтаря еще менее других должны подчиняться сим угрозам». Нарушителей ожидал арест, военный суд и секвестр имущества. Все они должны были понести наказание:

«Клятвопреступниками и сугубо виновными считать всех принимавших участие в мятеже лиц без различия национальностей, ибо различие это не может и не будет допущено: все обитатели России, какого бы исповедания не были — подданные одного Государя и России и одинаково ответственны за нарушение верноподданнической присяги».

Генерал обратился к Красинскому с письмом, которое было предано гласности. Он обращал внимание на то, что часть ксендзов активно возбуждает народ, участвует в стычках с войсками, предводительствует шайками.

«Все эти обстоятельства поставили меня в прискорбную необходимость, как уже известно Вашему Преосвященству, подвергнуть, по приговору военного суда, смертной казни двух ксендзов, обвиненных в нарушении долга верноподданнической присяги и содействии к мятежу; многие другие преданы также военному суду, – и с ними поступлено будет со всею строгостью законов».

Не желая и впредь прибегать к подобного рода мерам, Муравьев просил Красинского довести это до лиц духовного звания и добавлял:

«почитаю долгом присовокупить, что закон, карая измену и нарушение верноподданнической присяги, не менее строг и к тем, которые, будучи поставлены в возможность предупредить преступление, делаются, по причине своего бездействия, соучастниками оного».

27 апреля (10 мая) рота 4-го Копорского пехотного полка захватила в плен Сигизмунда Сераковского и Болеслава Колышко. Это были командир разбитого накануне отряда и его адъютант. Они были взяты вместе с остатками банды на отдаленной мызе в лесу, где и разместились, даже не выставив сторожевых постов. Сераковский, действовавший под именем генерала Доленго, был символом особых надежд мятежников. О его планах ходили легенды, от него ожидали крупных успехов. Пленный «генерал», как его называли подчиненные, был ранен. На вопрос, почему он не стал вести партизанскую войну, он не смог дать убедительного ответа. Командир л.-гв. Финляндского полка, к которому доставили пленных, назвал их гороховыми шутами и направил в Вильно. 28 мая (9 июня) Колышко был повешен. Он был уличен в руководстве шайкой, участии в действиях против русских войск, разграблении сельских правлений, повешении лиц земской полиции. Такая же судьба постигла и Сераковского, который до последнего демонстративно говорил о «сильной руке» в столице, которая его выручит. Все телеграммы заступников из Петербурга были проигнорированы. Муравьев считал, что раз Сераковский вешал других — то и сам он должен быть повешен. Генерал понимал — если за нарушение присяги и дезертирство не будет наказан офицер Генерального штаба, моральное право наказания рядовых мятежников будет поставлено под вопрос. До последнего момента Сераковский не верил в то, что будет казнен, пытался спорить с читавшим приговор, отбиваться от палачей и потерял сознание перед казнью.

После первой же казни ксендза Красинский заявил протест и выпустил воззвание к пастве, заявив о том, что произошло надругательство над верой (повешения православных священников мятежниками не вызывали у него такой реакции), проклял всех, кто имел отношение к этому делу и потребовал выдать тело «покойного отца Агриппина» для предания земле «по закону христианскому». Понимая, что похоронам готовились придать характер политической демонстрации, Муравьев не пошел навстречу требованиям костела. После казни Сераковского Красинский предпочел сказаться больным и отправиться на воды в Друскеники. Вскоре он был сослан с жандармом в Вятку. Католическое духовенство в ответ объявило церковный траур — богослужение было прекращено. Ксендзы ограничились только крещением и предсмертной исповедью, запретив даже похороны с церковным обрядом. Это вызвало известное смущение в народе, но светские власти не поддались на шантаж.

«Высылка из края главного духовного деятеля мятежа, епископа Красинского и несколько примеров строгого взыскания с римско-католического духовенства, — писал Муравьев, — в скором времени ослабили его преступное влияние на местное население». Результат был очевиден:

«Спевание в костелах прекратилось моментально, разные эмблемы польского угнетения в виде брошек и булавок (сломанный крест) и польских надежд в виде запонок в форме одноглавого орла и цветочных кокардок исчезли».

Вместе с модой на эту бижутерию еще в 1862 г. пришла и другая — дамы начали носить траур по Польше. За ношение траура без справки о смерти в семье вводился штраф 25 руб., который при повторном нарушении удваивался. Запреты костела после высылки Красинского не привели к массовым протестам и поддержке восстания, на что был сделан явный расчет. Постепенно епископы начали снимать траур, последним был епископ Варшавский. Города постепенно успокоились, их улицы расцвели дамскими нарядами, самые упрямые продолжали носить траур дома, что, естественно, не возбранялось.

Власти обратили внимание и на то, что дамы из высшего польского общества совершали обходы домов, назойливо требуя сбора денег на нужды повстанцев. В Вильно все это прекратилось после изъятия такого сбора в пользу пострадавших от мятежников крестьян. Сообщение об этом с благодарностью к сборщицам было сделано в «Виленском вестнике». Генерал призывал действовать решительно и строго:

«Сознавая, что скитающиеся теперь банды суть ничто иное, как шайки разбойников, не заслуживающих по их упорству и зверским поступкам никакой пощады, я уже предписал тех, которые будут взяты в плен из этих бродячих разбойнических шаек, ежели сии последние учинили какое-либо неистовство или насилие над крестьянами или иным кем, судить полевым уголовным судом в 24 часа и исполнять над ними смертные приговоры по конфирмациям военно-уездных начальников, донося об этом мне в то же время»

Воинские начальники получили приказы не ограничиваться перестрелкой с мятежниками, а энергично преследовать их вплоть до уничтожения банд. Те, кто не мог воевать подобным образом, подлежал замене. Командирам прибывавших частей отдавались приказы немедленно втягиваться в боевую работу по разгрому шаек.

Летом 1863 г. было принято решение о направлении в генерал-губернаторство новых гвардейских частей. Гвардия стала основной опорой политики губернатора, его надежными, верными и инициативными помощниками. Все изменилось. В июле в Вильно стали прибывать эшелоны 1-й гвардейской дивизии. Пехота усилила городские гарнизоны, охрану железных дорог и вместе с казаками немедленно вступила в активные действия против повстанцев. Выступая перед семеновцами, которых он направил в Гродно, Муравьев говорил:

«Задача ваша — уничтожить престиж террора, произведенного агитаторами народного жонда. Вооруженное повстание сломлено, но его надо искоренить до тла. Виноваты не крестьяне, а помещики; из последних невиновных нет, — все мятежники или помогали мятежу».

Муравьев решительно и бескомпромиссно ответил на революционный террор репрессиями. К июлю 1864 г. из края было выслано 177 католических священников, все расходы на содержание арестованных и сосланных ксендзов возлагались на католическую церковь. 7 ксендзов были расстреляны. В наиболее напряженный период борьбы, с приезда Муравьева в Вильно с мая по сентябрь 1863 г. был казнен 31 чел., примерно столько же, сколько мятежники убили за один день в деревне Ремигола Поневежеского уезда. Всего же по приказанию польского Жонда в 1863—1864 гг. был убит 951 чел., а ранено и покалечено 56 чел., общее количество жертв составило 1007 чел. С другой стороны, с начала мятежа по декабрь 1864 гг. в генерал-губернаторстве было казнено 128 человек: «за измену долгу и присяге побегом из войск и вступлением в мятежнические шайки» — 24; «за участие в мятеже и совершение в оном: грабежей — 3; смертоубийств — 47; особенно деятельное участие в мятеже и долговременную бытность в шайках мятежников — 6; за предводительствование мятежническими шайками — 24; публичное чтение и распространение возмутительных манифестов и подговор жителей к восстанию — 7; бытность во главе распорядителей революционной организации и высшие распоряжение мятежным движением — 6; служение революционному комитету в звании жандармов-вешателей и полициантов для совершения убийств — 11».

Таким образом, большинство казненных понесли наказание за убийства (47) и деятельность в качестве палачей (11), что вместе с грабежами (3) и изменой присяге (24) представляет значительно более половины казненных (75 из 128). Лично Муравьев утвердил 68 смертных приговоров. Из общего числа казненных служащими было 14 офицеров и 10 нижних чинов, 1 гражданский чиновник, 7 отставных офицеров и 7 нижних чинов, 7 ксендзов, 40 дворян, 10 шляхтичей, 4 однодворца, 8 мещан, 18 крестьян и 2 иностранца прусского подданства. Очевидно, что наиболее активным элементом восстания были явно не крестьяне, что позволяет сделать достаточно очевидный вывод и о национальном составе движения, которое и сами его участники, и их противники со всем основанием называли польским. Разумеется, лидирующую роль в нем традиционно играло избалованное правительством дворянство. На этот раз снисхождения к нему не было. Ни принадлежность к аристократическим родам, ни связи в Петербурге, ни сан католического священника не помогали при смягчении приговора, если речь шла о грабеже или об убийстве офицера, солдата или чиновника, крестьянина или православного священника. Перспектива быть направленным в Вильно на суд Муравьева вызывала у повстанцев ужас.

В июле 1863 г. местное дворянство направило к генералу делегацию с просьбой передать на имя императора адрес с выражением раскаяния и верноподданнических чувств. Наместник принял представителей высшего сословия, напомнив им об ответственности и заявил, что им следует доказать свою лояльность и готовность восстановить спокойствие в крае. Разгром мятежа шел уже быстро, как отмечал современник, «в плен стали попадать повстанцы целыми бандами». Пленные и арестованные мятежники препровождались в тюрьмы. Режим их содержания там никак нельзя было назвать жестким — арестанты получали приличную пищу, их выводили на ежедневные прогулки, были разрешены передачи — как продовольственные, так и вещевые, допускалась переписка и передача книг.

Для того, чтобы прекратить сплетни и небылицы, распространяемые в европейской, и особенно британской и французской, прессе, Муравьев даже допустил двух корреспондентов «Morning Herald» посетить тюрьмы, в которых содержались политические преступники. Их было много. По приговорам военных судов с лишением прав состояния было сослано на каторжные работы 972 чел., на поселение в отдаленные места Сибири — 573, на поселение в менее отдаленные места Сибири — 854, определено в военную службу рядовыми 345, сослано в арестантские роты 864, выслано на водворение на казенных землях внутри Империи 4.096 чел. (или около 800 семей), сослано на жительство во внутренние губернии по решению суда 1.254 чел., из края было выселено 629 семей так называемой околичной шляхты. В административном порядке, по приказанию Муравьева, за пределы генерал-губернаторства было выслано 279 чел. В целом высланные из Северо-Западного края составили большинство (57%) всех репрессированных участников восстания 1863 г.(высланные из Царства Польского составили 38%, из Юго-Западного края — 5%).

Были ли эти репрессии беспрецедентными для Европы? Нет. Они не были даже сопоставивыми. После июньских событий 1848 года из Франции было изгнано 44 тыс. чел., в Алжир сослано 12 тыс., под военный суд отдано 253 чел., переворот 1851 г. дал 26 тыс. сосланных в Африку и Кайенну.

Впрочем, как уже отмечалось, репрессиями действия Муравьева не исчерпывались.

Олег Айрапетов

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 12 июня 2017 > № 2220369


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 8 июня 2017 > № 2204415

Восстание в Польше. Перелом в русской политике

Берг и Муравьев

Курс на диалог с польским дворянством не только привел в тупик русскую внутреннюю политику, перед страной забрезжила перспектива новой большой войны в политической изоляции. На глазах распадались внешнеполитические конструкции вице-канцлера кн. А. М. Горчакова, надеявшегося на восстановления прав России на Черноморском побережье с опорой на русско-французский диалог. Политика иллюзий могла продолжаться почти вечно, но для этого требовалась стабильность. Она обеспечивала успех действий доброжелателей польского дела при императорском дворе. Весной и летом 1863 года убеждать монарха в том, что польские дворяне являются наивернейшими его подданными, было бессмысленно.

15 (27) марта 1863 г. Александр II известил наместника о своем желании направить в Варшаву генерала графа Ф. Ф. фон Берга. Константин не стал скрывать своего огорчения и даже попытался изменить позицию брата, убеждая его, что этот шаг будет возвращением к военному режиму. Ничего не помогло. 17 (29) марта 1863 г. Берг был назначен помощником Великого Князя «по званию главнокомандующего войсками в Царстве Польском». Он был облечен особым доверием императора, свидетельством чего стало письмо Александра II, которое генерал и вручил наместнику. Берг должен был «…быть главным твоим помощником по военному управлению, а в случае твоего отсутствия заменять тебя временно, вступая во все твои права по званию моего наместника и по гражданскому ведомству».

Войска встретили это назначение весьма сочувственно. Берг был настоящим служакой, добившимся и чинов, и званий кропотливым трудом и верной службой. Генерал долго служил в крае при Паскевиче, хорошо знал местные реалии и имел репутацию твердого противника преобразований и сторонника решительных действий. Его приезд сразу же ознаменовал перелом в отношении к повстанцам. Свой приезд в Варшаву он отметил приказом о повешении пятерых видных мятежников в один день и час на пяти площадях города. Ничего подобного ранее не было. Следует отметить, что генерал не был полонофобом. Он вообще не выделял какой-либо национальности. Свое кредо Берг сформулировал следующим образом: «…Мы должны сурово относиться к полякам-изменникам, к негодяям, восстающим против царя, не знающим верности, но мирных, честных жителей, идущих своей дорогой в труде, а также верою и правдою служащих, — мы должны уважать; это люди; вот-вот я знаю, много поляков, которые служат хорошо, это драгоценный служилый материал, я им всегда дорожил и дорожу…»

«Это был государственный человек в полном смысле слова, — вспоминал о нем современник, — возвышавшийся над всеми окружающими его друзьями и недругами». Обширное образование, большая эрудиция, храбрость и самообладание снискали ему характеристику — «работоспособный офицер». Он обладал всем необходимым для новой должности: «…Солидный чин, титул графа, множество регалий своих и иноземных, неимоверная служебная опытность, выдержка, хитрость, достаточно твердый характер, способный не смущаться ничем. Берг мог, в случае надобности, быть очень, очень мягок; а в другом случае — мог подписать какой угодно приговор, не моргнув глазом. Что касается исполнительности, настойчивости — этого старому дипломату было не занимать стать.» Происходя из дворян Остзейского края, Берг очень щепетильно относился к своим обязанностям русского офицера. Он не любил, когда кто-то говорил по-русски с акцентом, и особо отмечал: «…Служа в России, мы обязаны быть вполне русскими, так же, как и заботиться обо всем русском». В этом он не был одинок — русские немцы с честью выполняли свой долг и не заигрывали с мятежниками. Но если добавить к этому исключительное трудолюбие генерала, работавшего, несмотря на преклонный возраст, по 16−17 часов в сутки, и его привычку входить в детали — картина будет полной.

Вслед за Варшавой настала очередь Вильны. 1(13) мая 1863 г. император удовлетворил прошение Назимова об отставке. В тот же день он получил благосклонный Высочайший рескрипт с заверениями о «всегдашнем неизменном благорасположении» и алмазные знаки ордена Св. Александра Невского. Основные военные успехи над повстанцами были достигнуты именно при нем, после мая в крае было всего несколько крупных стычек с их отрядами. Однако заигрывание с польским дворянством сыграло с Назимовым злую шутку. В начале восстания крестьяне Динабургского уезда (Динабург — б. Борисоглебск, переименованный в 1893 г. в Двинск, ныне Даугавпилс, Латвия) не дали мятежникам воспользоваться результатами нападения на транспорт с оружием. Его сопровождала небольшая команда отставных солдат, которая не смогла отбиться от внезапной атаки из засады. Так как предводителями повстанцев были местные помещики графы Платер и Моль, они сумели представить все дело русским властям в нужном им свете.

Отбитые телеги были отправлены в имение Платеров, где начался победный пир. Слухи о произошедшим быстро распространились по деревням, и крестьяне, теперь уже неожиданно для мятежников, напали на барскую усадьбу и отбили трофеи. После этого активность поляков в Полоцкой губернии резко пошла вниз. Дворяне компенсировали это поражение другим путем. Опять пошли слухи о повторении Галицийской резни. В результате Вильно запросил Петербург о присылке войск для борьбы с крестьянскими волнениями! Шеф жандармов ген. кн. В. А. Долгоруков и министр внутренних дел П. А. Валуев фактически поддержали эту просьбу. Активным защитником интересов польского дворянства был и петербургский военный губернатор ген.-ад. А. А. Суворов. Только вмешательство министра государственных имуществ генерала А. А. Зеленого, принявшего депутацию крестьян, остановило интригу. Защита дворянства доходила до того, что русская власть фактически запрещала своим сторонникам бороться с ее противниками.

Такая ситуация была типичной. Результат был прискорбным. Северо-Западный край фактически превратился в польскую колонию, где с попустительства русских властей шел процесс насильственной абсорбции польским элементом остальных. «Западно-русские крестьяне до 1863 года, — вспоминал современник, — вообще не могли знать своей родины. Земля, на которой они жили, спокон века принадлежала не им. Облитая их потом и кровью — двумя великими историческими правами на обладание, — она принадлежала побежденным русскими полякам, которые, de facto, пользовались правами победителей над русскими племенами, живущими между Двиною, Наревом, Днепром и Вепржем». Польский язык и польская культура, католицизм — все это было признаком принадлежности к господствующему сословию, которое в основном было представлено поляками. Рано или поздно этому надо было положить предел.

«Динабургское» дело бросило тень на Назимова и его методу управления. 17(29) апреля императору был представлен адрес московской старообрядческой общины: «Изменники и возмутители хотели оклеветать нас пред целым миром и приравнять нас к себе. Они лгали на нас». Александр ответил делегатам старообрядцев: «Я рад вас видеть и благодарю за сочувствие общему делу. Мне хотели вас очернить, но я этому не верил, и уверен, что вы такие же верноподданные, как и все прочие. Вы мои дети, а я вам отец и молю Бога за вас, так же как и за всех, которые, как и вы, близки моему сердцу». 25 апреля (7 мая) к императору был вызван ген. М. Н. Муравьев.

Генерал болел, с весны по осень 1862 г. он находился на лечении за границей и собирался продолжить его. Свое назначение он принял с нелегким сердцем, зная о том, насколько сильны в Петербурге позиции сторонников уступок полякам, боявшихся развития крестьянского движения и даже настаивавших на принятии мер по защите польских помещиков от русских, белорусских и украинских крестьян. В 1862 г. он был уволен с поста министра государственных имуществ в результате усилий Великого Князя Константина, сумевшего настроить против генерала императора. Но наступало время устроения Северо-Западного края, и тут Муравьев оказался незаменим. 1(13) мая он был поставлен во главе Виленского генерал-губернаторства (Виленская, Ковенская, Гродненская, Минская губернии). Тем же приказом генералу были подчинены Витебская и Могилевская губернии и войска, в них расположенные.

Еще в декабре 1830 г. Муравьев предложил план преобразований, предполагавший прежде всего поддержку православной церкви и русского образования в крае. Разумеется, он считал необходимым оказывать всемерную поддержку православной церкви для усиления связи Белоруссии с Россией и принять меры к ограничению возможности католических священников и монахов влиять на образование молодежи. После подавления мятежа 1831 г. генерал составил план необходимых действий в «губерниях от Польши возвращенных». Считая, что он был вызван «слабостию и беспечностию местного начальства», он видел его основные силы в местной шляхте — «сословии буйном и развратном», в католическом духовенстве, в то время как местное крестьянство представляло собой «сословие более страдательное». Особое внимание еще тогда генерал предлагал уделить оптимизации управления в этих губерниях, подчинения их власти наместника, формирования губернского чиновнического аппарата и полиции из «природных русских», он считал безусловно необходимым преобразование судебной системы и унификацию ее с российскими нормами, сокращение влияния римского духовенства, которое никогда не будет полностью лояльным власти, уменьшение численности шляхты и т.п.

Муравьев последовательно проводил идею того, что перспективы разумной политики сводились к созданию эффективно действующей русской административной системы: «Но для сего необходимо предварительно образовать соответственное строгое полицейское управление — в губерниях и поручить главное управление оных особым наместникам, облеченным доверием Государя Императора и опытных в способностях, нравственных качествах и знающих с должною точностию местность и свойства обывателей». В 1863 г., во время встречи с императором он изложил ему свои мысли. Генерал считал, что в Северо-Западном крае и Польше необходимо ввести однообразную систему управления, неизменно строгую по отношению к мятежникам и повышению авторитета России. На первом этапе главная задача сводилась к следующему: «Открытие и задержание главных секретных деятелей мятежа и ограждение сельского населения, оставшегося верноподданным Вашему Императорскому Величеству, от насилий и неистовств мятежников, от которых страдала и личность, и собственность каждого…» Муравьев получил полное одобрение Александра II.

Теперь эта программа могла быть реализована на практике. Для начала генералу пришлось взяться за самое простое и самое важное: «Мне надо было на первых порах рассеять польскую дурь и возродить в русских и в войске уверенность в непоколебимости предпринимаемых правительством мер. Словом, надо было восстановить правительственную власть и доверие к оной — без этого ничего нельзя было делать». Действия Берга и Муравьева, в основу которых было положено сочетание репрессий по отношению к мятежникам и гарантия мира и спокойствия лояльным подданным, продемонстрировали твердую решимость власти прекратить революционный террор.

Олег Айрапетов

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 8 июня 2017 > № 2204415


Польша. Украина > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205333

Фильм «Волынь»: кино о прошлом, которое нельзя забыть

Томаш Мацейчук, Riga.Rosvesty, Латвия

В Москве в рамках фестиваля польского кино «Висла» состоялась российская премьера резонансного фильма режиссера Войцеха Смажовского «Волынь». 149 минут экранного времени посвящено одной из самых страшных трагедий в истории Польши в XX веке — Волынской резне, операции украинских националистов по истреблению польского населения, проведенной в 1943-1944 годах на Волыни.

Согласно данным австралийского профессора Джорджа Либера (George O. Liber, Total Wars and the Making of Modern Ukraine, 1914-1954, ISBN 978-144-264-977-4), во время «польско-украинской войны», название придуманное главой Института национальной памяти Украины Владимиром Вятровичем (Владимир Вятрович, Друга польсько-українська війна. 1942-1947, ISBN 978-966-518-567-3), УПА (запрещенная в России организация — прим. ред.) убила до 100 тысяч поляков, а от рук польской Армии Крайовой и сил самообороны, в результате «слепых акций возмездия» погибло до 20 тысяч украинцев.

Смажовский переносит зрителя в волынскую деревню во время незадолго до начала Второй мировой войны, где вместе живут поляки, украинцы и евреи. Семнадцатилетняя Зося влюблена в украинского парня. Но полька по желанию родителей выходит замуж за богатого польского вдовца Мацея Скибу, предложившего за девушку восемь моргов (устаревшая единица измерения площади земли, равная приблизительно 0,56 гектара, — прим. ред.) земли и корову. Вскоре нацистская Германия нападает на Польшу, а господин Скиба отправляется на фронт, где его подразделение проигрывает немцам и отступает. В связи с безнадежной ситуацией командир распускает солдат по домам и кончает жизнь самоубийством выстрелом в висок.

Село польского пана попадает в зону советской оккупации, а Красную армию и НКВД встречает хлебом и водкой Степан Чума, украинский националист-конформист, в награду получивший должность солтыса (сельский полицейский — прим. ред.).

Вернувшийся домой Скиба узнает, что его молодая жена забеременела от украинского любовника по имени Петро. В тот же день начинаются депортации поляков. Обезумевший украинец спасает беременную Зосю и двоих детей Скибы, выкупая их у надзирателя поезда за ящик водки, который раньше украл у советских солдат. Молодая полька рожает мальчика, а Петро за кражу получает пулю в лоб от энкаведешника.

Жизнь продолжается, Гитлер бросает свои войска на Москву и в село заходят немцы, которых солтыс Степан Чума встречает водкой и плакатами «Слава Гитлеру! Слава Бандере!» Сразу же начинается геноцид евреев, в которым активное участие принимают украинские националисты.

Вермахт проигрывает битву за Сталинград и отступает все дальше на Запад, а украинские полицаи бросают службу и уходят в леса. Вскоре польские села начинают вспыхивать огнем, а их население в буквальном смысле режут при криках «Слава Украине! Героям слава! Слава нации! Смерть врагам!»

Фильм поражает своей жестокостью, но у режиссера не было другого выхода, ведь резня поляков на Волыни была кровавой и беспощадной. Стоит подчеркнуть, что Смажовский не забыл про украинцев, спасавших польских соседей от зверств УПА. Согласно данным польского Института национальной памяти, полторы тысячи украинцев спасло от резни две с половиной тысячи поляков, а около четырех сот из них было потом убито бандеровцами за свой акт милосердия и отваги (Ромуальд Недзелько, Кресова книга справедливих 1939-1945 — про українців, які рятували поляків, винищуваних ОУН (запрещенная в России организация — прим. ред.) та УПА, ISBN 978-83-7629-464-3). Среди поляков, спасенных украинскими соседями, был маленький Мирослав Гермашевский, первый и пока что единственный польский космонавт.

Режиссер не забыл показать польские ответные операции, в результате которых погибло до 20 тысяч украинцев. В итоге зритель получает объективную историю волынского ада, места, которое известный американский историк Тимоти Снайдер справедливо называет «кровавой землей».

После показа была организована встреча с польским актером Лехом Дыбликом, во время которой произошел скандал. Один из мужчин, сидящих в зале, хотел задать вопрос, но в итоге оказалось, что его целью было произнести длинную речь с обвинениями в адрес Смажовского и актеров, выступивших в фильме. Назвал их агентами ФСБ, ударившими Украину в спину, когда та воюет против «нацистской России», а вину за Волынскую резню возложил на плечи сотрудников НКВД, переодевшихся в партизан УПА.

Возможно, подобных взглядов придерживается глава МИД Украины Павел Климкин, поскольку показ «Волыни» в Киеве и дискуссия с режиссером не состоялись по его инициативе. По словам посла Украины в Польше Андрея Дещицы, решение было связано с возможными уличными протестами и негативной реакцией общественности.

Лента Смажовского была признана самым лучшим фильмом Польши в 2016 году, а Яцек Курский, глава польского государственного ТВ, вручил 100 тысяч злотых (полтора миллиона рублей) в качестве награды продюсерам «Волыни». Кто такой Яцек Курский? Человек Ярослава Качинского, лидера партии Право и Справедливость, которого невозможно обвинять в пророссийскости и антиукраинскоти.

За чьи деньги был снять этот фильм? Мои украинские коллеги подозревают, что режиссер получил финансовую поддержку от Кремля, но это всего лишь сплетни и клевета. Смажовский снимал за польские деньги, в том числе от Польского института киноискусства и польского государственного ТВ — TVP.

Остается аргумент про «удар в спину», ведь наверно это не совпадение, что фильм про Волынскую резню появился на экранах кинотеатров во время, когда на востоке Erhfbys «бандеровцы» воюют против «москалей». И здесь опять критики попадают пальцем в небо. Смажовский начал работать над фильмом в 2012 году, значит за год до всем известных событий на Майдане и за два года до войны в Донбассе.

Возможно действительно «Волынь» не поможет полякам полюбить Бандеру, Шухевича, ОУН (запрещенная в России организация — прим. ред.) и УПА (запрещенная в России организация — прим. ред.), зато уж точно поможет украинцам понять, за что их западные соседи так плохо относятся к героям новой Украины и почему в польском парламенте идет работа над запретом «бандеровской пропаганды» и мерами наказания за отрицание геноцида, о которым рассказывает резонансный фильм Войцеха Смажовского.

У меня нет сомнений — «Волынь» станет частью Пантеона польского кино, наравне с такими лентами как «Огнем и мечом», «Потоп» или «Катынь».

Польша. Украина > Армия, полиция. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205333


Литва. Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205319

Бойцы НАТО отрабатывают оборону «Сувалковского коридора»

Delfi.lt, Литва

Дислоцированные в Литве и Польше военнослужащие НАТО на следующей неделе проведут тренировку по обороне так называемого «Сувалкского коридора», по которому в случае военного кризиса в страны Балтии может прийти поддержка союзников.

17-19 июня в этих учениях примут участие около полутора тысяч литовских, польских, британских и американских солдат, которые привлекут тяжелую военную технику и вертолеты. Эта операция является частью международных учений «Железный Волк 2017» (Gelezinis Vilkas 2017).

«Такая операция проводится впервые. Одной из наших задач является тренировка по прибытию союзников в Литву. Это чисто тактическая процедура: как они переходят нашу границу, через контролируемую нашими силами территорию, заходят вглубь территории Литовской Республики», — сообщил в понедельник журналистам командующий Сухопутными войсками бригадный генерал Валдемарас Рупшис.

«Сувалковским коридором» именуется пограничный участок между Литвой и Польшей шириной примерно 100 км, который на западе граничит с Калининградской областью, а на востоке — с Белоруссией. В случае войны его захват преградит союзникам НАТО дорогу в страны Балтии, поэтому эксперты «Сувалковский коридор» часто называют ахиллесовой пятой.

Литва. Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205319


Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 июня 2017 > № 2209047

Военные игры

Интервью с заместителем министра обороны Польши Томашем Шатковским.

Богумил Ложиньский (Bogumił Łoziński), Gosc Niedzielny, Польша

Gość Niedzielny: Представим себе такую ситуацию: россияне нападают на Польшу. Что делать простому поляку?

Томаш Шатковский (Tomasz Szatkowski): Мы наверняка будем знать о готовящемся нападении заранее. Агрессор стремится использовать эффект неожиданности, поэтому он может вести приготовления тайно, но при современной технике полностью скрыть то, что он готовит атаку, невозможно. С другой стороны, мы, конечно, много лет подряд не обращали внимания на то, что уровень готовности российских вооруженных сил постепенно повышался. Но успокою читателей: у НАТО и Польши есть соответствующие планы для такой ситуации. Стратегия реагирования для мирных жителей тоже существует. Мы восстанавливаем систему мобилизации, которая была разрушена прежним правительством в процессе проведения так называемой профессионализации армии. Мы считаем, что оборона нас не подведет, а враг не сможет вторгнуться вглубь нашей страны. Сейчас помимо нашего собственного потенциала ключевым фактором безопасности выступает постоянное присутствие на нашей территории боевых подразделений НАТО и США.

— Вы использовали термин «профессионализация армии». В чем она заключалась и почему этот курс критикует новое руководство оборонного ведомства?

— Речь идет об основных принципах оборонной политики двух предыдущих правительств, которые были ошибочными. Наша безопасность в итоге пострадала. Во-первых, появилась аксиома, что в непосредственном окружении Польши нет источников угроз. Это записано в таких документах, как «Концепция развития вооруженных сил до 2030 года». Там прямо говорится о том, что мы отходим от идеи армии, ориентированной на оборону собственной территории. Во-вторых, проводилась мысль, что армия, которая состоит из профессиональных военных, эффективнее армии призывной. Это проистекало из концепции атомизированного общества, в котором армия выступает не силой, объединяющей нацию, а лишь одной из профессиональных групп. Наконец, распространилось ошибочное представление, что качество всегда важнее количества. Между тем оперативный анализ показывает, что количество играет столь же важную роль. Сокращение численности армии привело к тому, что мы утратили некоторые наши возможности.

— На какие принципы опирается оборонная стратегия нынешнего правительства?

— Во-первых, мы трезво оценили уровень национальной безопасности, не приукрашивая ее в политических целях. В наших работах мы пользовались объективными методами. То, что предыдущее правительство тратило на армию миллиарды, но не предваряло свои шаги серьезным анализом, это совершенно возмутительный факт.

— Даже без углубленного анализа понятно, что единственный реальный конфликт, который угрожает нам в обозримом будущем — это война с Россией. Значит, мы готовимся к столкновению с Москвой?

— Мы не готовимся к столкновению, а хотим предотвратить нападение российского агрессора. Мы не планируем нападать на другие страны. Наша задача — не допустить вторжения и в случае необходимости отразить атаку. Мы бы хотели, чтобы наши отношения с Россией основывались на партнерстве и доверии, но это станет возможным лишь тогда, когда Москва откажется от агрессивных планов и действий.

— Какие пункты включает в себя стратегия?

— Нужно осознать, что сейчас мы не можем защитить себя сами, поэтому ключевую роль играет для нас присутствие союзников по НАТО и ЕС. Мы добивались появления их сил на нашей территории и преуспели. Однако мы не можем позволить себе все время рассчитывать на других, поэтому нам нужно заняться укреплением собственного оборонного потенциала.

— Мы на самом деле сможем самостоятельно противостоять россиянам?

— Да. Стратегия, которую мы подготовили, рассчитана на 15 лет. Если финансирование армии будет увеличиваться запланированными темпами, то есть нам удастся довести военный бюджет до 2,5% ВВП, то уже за пару лет до заявленной временной отметки мы будем способны эффективно защитить себя при наиболее вероятных сценариях развития событий. Все отрабатывалось в военных играх и на компьютерных моделях. Мы предложили конкретные решения, указав, какие силы следует развивать, от каких — отказаться, что модернизировать, какую технику купить, какие методы ведения боевых действий использовать, учитывая особенности местности. Мы тщательно просчитали, что будет эффективным, а что нет.

— Вы говорите о военных играх. Звучит как игра в армию.

— Этот метод широко используют, в частности, американцы, британцы или голландцы. События на поле боя — настолько сложное явление, что без компьютерных технологий предсказать динамику развития конфликта невозможно. Они помогают, например, выяснить, какой техники нам недостает.

— Рассказывая о стратегии, министр Мачеревич (Antoni Macierewicz) перечислил шаги, которые позволят нам обрести самостоятельность в сфере обороны. Например, Польша должна купить четыре подводные лодки, оснащенные дальнобойными средствами поражения. Хватит ли нам четырех кораблей, чтобы сдержать россиян?

— Это первый шаг и один из элементов общей стратегии. Мы стремимся создать систему «ограничения доступа и маневра», это тоже форма ведения войны. Корабли станут частью большого комплекса сил, в который войдет также авиация (в частности, эскадры боевых самолетов с противокорабельными ракетами, противолодочные вертолеты), наземные установки (например, современные ракетные системы) и беспилотные аппараты. Задача состоит в том, чтобы перекрыть врагу доступ к нашей территории или затруднить его дальнейшие маневры.

— Оппозиция обвиняет министерство обороны в том, что оно отправило в отставку лучших генералов и офицеров, понизив тем самым нашу боеспособность. Какие критерии используются при обновлении командного состава?

— В отставку ушло примерно столько же офицеров, сколько при предыдущем правительстве, просто сейчас вокруг этого подняли шум. Главным критерием всегда остается профессионализм.

— А не лояльность правящей партии?

— Некоторые генералы, ушедшие с командных должностей, получили другие хорошие посты. Некоторые решили подать в отставку сами, как, например, генерал Мирослав Ружаньский (Mirosław Różański) — автор предыдущей концепции системы командования. Он возражал против наших планов по ее реформированию и критиковал проект укрепления восточных регионов Польши, из-за которого пострадала дивизия, которой он раньше командовал.

— Единственным критерием для отставки была служба в эпоху Польской Народной Республики?

— Не сам факт службы в этот период, а степень зависимости от Москвы и роль в строительстве коммунизма.

— Ваш отец тоже был в эти годы военным летчиком. Сегодня это стало бы препятствием для службы?

— Я не думаю, ведь у него не было никаких политических функций, хотя не мне, конечно, оценивать. Мой отец долго сопротивлялся вступлению в Польскую объединенную рабочую партию. В конце концов он сделал это (отчасти под давлением семейной ситуации), но никогда не был там активистом. В его личном деле, как рассказывают, была сделана отметка, что его патриотический настрой расходится с интернационалистской политикой партии. Так что не стоит считать, будто все, кто служил в армии до 1989 года, должны покинуть ее ряды.

— В «Стратегии» говорится также о необходимости взять армию под гражданский контроль. Такая концепция существует уже давно.

— Речь идет не о формальном контроле, а о реальном подключении гражданского руководства к принятию ключевых для армии решений. Опыт многих стран мира показывает, что это верное направление.

— Идея о гражданских, которые руководят армией, может сейчас ассоциироваться с ситуацией, когда солдаты отдавали честь господину Мисевичу (Bartłomiej Misiewicz) (бывший пресс-секретарь и руководитель политического кабинета министерства обороны Польши, который получил несоразмерное занимаемой должности влияние, — прим. перев.).

— Таких ситуаций возникать не должно, но из этого дела раздули слишком большой скандал.

— Как вам работается вместе с министром Мачеревичем, который, как отметил председатель партии «Право и Справедливость» (PiS) Ярослав Качиньский (Jarosław Kaczyński) бывает иногда эксцентричным.

— Если бы я не видел перспектив для плодотворного сотрудничества, я бы не согласился занять должность заместителя министра. Антоний Мачеревич — очень умный, необычайно трудолюбивый и увлеченный человек, за плечами которого — прекрасная жизнь, посвященная служению родине. У него есть собственное мнение, но он всегда готов прислушиваться к аргументам окружающих.

— Он изменил свой подход к какой-нибудь теме под влиянием ваших аргументов?

— Да, например, к территориальной обороне. До того, как было сформировано правительство, он относился к проекту скептически, но под влиянием аргументов многих людей, в том числе моих, признал его целесообразность. Так было и со многими другими вопросами.

— Откуда у вас, юриста, взялся интерес к военному делу?

— В моей семье были сильные военные традиции, из нее я вынес идею служения родине, уважение к мундиру. Летчиками были мой отец и брат деда, сам дед служил в Национальных Вооруженных Силах (подпольная военная организация Сопротивления в Польше во время Второй мировой войны и после нее, — прим. перев.), а прадед — в Армии Крайовой. Я никогда не чувствовал, что юридические науки — это мое призвание. Поэтому, получив юридическое образование, я решил продолжить обучение и выбрал военно-стратегический профиль. Я учился в Королевском колледже Лондона и стажировался в других вузах Великобритании и США.

— При первом правительстве «Права и Справедливости» вы занимали разные должности, а после его роспуска в 2008 году отправились в паломничество по Пути Святого Иакова из французских Пиренеев в испанский Сантьяго-де-Компостела. Это было покаяние за политические грехи?

— (смеется) Вы ждете от меня признания, что я каялся за служение кровавому режиму? Если серьезно, у меня были личные мотивы, кроме того, это было своего рода очищение после напряженного периода учебы за рубежом, а потом — работы в правительстве и военной промышленности.

— Вера — важная часть вашей жизни?

— Это мой фундамент. Каждый должен задать себе вопрос, зачем он живет, каков смысл того, что он делает, и того, что происходит вокруг. Меня эти вопросы привели к вере.

Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 5 июня 2017 > № 2209047


Польша. Евросоюз. Великобритания. Ближний Восток > Армия, полиция. Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 4 июня 2017 > № 2198460

Террористические акты в Европе являются результатом потакания мультикультурализму, надо прекратить политику открывания двери для притока мусульманских мигрантов из Северной Африки и Ближнего Востока, заявил глава МВД Польши Мариуш Блащак, комментируя последние теракты в Лондоне.

"Угроза террористических посягательств, которые совершают мусульманские террористы в Западной Европе — это факт, а не инциденты", — заявил он в эфире Польского телевидения.

Говоря о политике мультикультурализма, Блащак подчеркнул, что она приносит "плохие плоды". "Это отход от корней цивилизации Европы, а значит — от христианства… Потакание политике мультикультурализма, потакание политкорректности, это приносит плохие плоды", — сказал он.

В этой связи Блащак отметил невозможность участия Польши в европейской программе переселения беженцев. "Я могу прямо сказать, что то, что пытается навязать, в частности, Польше Еврокомиссия, на что согласилось предыдущее правительство — недопустимо. Это может принести такие серьезные, трагические события, какие имеют место в Западной Европе", — заявил глава МВД.

По мнению министра, Евросоюз должен изменить свою миграционную политику, в том числе закрыть границы от наплыва мигрантов-мусульман из Северной Африки и Ближнего Востока.

"Нужно менять политику миграции. Нужно делать ставку именно на европейские ценности, вытекающие из христианской цивилизации. Здесь должны быть приняты решительные меры, последовательные действия, и одним из элементов этих действий является прекращение политики открывания двери для притока мусульманских мигрантов из Северной Африки, с Ближнего Востока", — сказал Блащак.

Ранее британский премьер Тереза Мэй сообщила, что три теракта, произошедшие в Лондоне за последние два с половиной месяца, напрямую не связаны между собой, их объединяет только исламистская идеология.

В Лондоне 22 марта произошел теракт, унесший жизни пяти человек, десятки были ранены. Террорист Халид Масуд направил машину на пешеходов на Вестминстерском мосту, после чего у здания парламента нанес смертельное ранение полицейскому. Террориста ликвидировал охранник министра обороны Великобритании.

Очередной теракт произошел 22 мая в Манчестере во время концерта американской певицы Арианы Гранде. Подрыв осуществил смертник Салман Абеди. Погибли 22 человека, в том числе 12 детей. Ответственность за теракт взяла на себя террористическая группировка "Исламское государство"* (ИГ*), запрещенная в РФ и ряде других стран.

В субботу вечером автомобиль врезался в толпу на Лондонском мосту, после чего трое вооруженных людей, выйдя из машины, напали с ножами на прохожих. Террористы были уничтожены полицией за восемь минут с момента поступления вызова. В результате теракта погибли семь человек, 48 ранены, некоторые — в тяжелом состоянии.

* Террористическая организация, запрещенная в России.

Польша. Евросоюз. Великобритания. Ближний Восток > Армия, полиция. Миграция, виза, туризм. Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 4 июня 2017 > № 2198460


Польша. США. Весь мир > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > militaryparitet.com, 2 июня 2017 > № 2196808

Польские подлодки могут быть оснащены "Томагавками".

В ходе Форума GLOBSEC 2017 (Братислава, Словакия) представители компании Saab рассказали о перспективах поставок НАПЛ типа А-26 для польского флота, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой defence24.pl(2 июня).

Межгосударственные переговоры по данной теме проводились во время майского визита госсекретаря министерства обороны Польши Бартоша Ковнаки (Bartosz Kownacki) в Швецию. В ходе дискуссии были обсуждены возможности участия польской оборонной промышленности в их строительстве, в частности, силами компании Grupą Zbrojeniową SA.

По словам главы европейского отделения "Сааб" Магнуса Льюиса-Олссона (Magnus Lewis-Olsson), шведское предложение имеет достаточно большие шансы быть реализованным в Польше. Также было заявлено, что если Польша желает оснастить эти лодки крылатыми ракетами Tomahawk, модульная конструкция субмарины позволяет реализовать это требование. Эта концепция была показана на выставке IMDEX Asia 2017 в Сингапуре. В данной конфигурации субмарина оснащается тремя УВП по шесть КР по техническому решению, реализованному на американской АПЛ класса Virginia новой версии.

Сообщается, что Польша заинтересована в приобретении четырех новых подлодок.

Польша. США. Весь мир > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > militaryparitet.com, 2 июня 2017 > № 2196808


Польша. США > Авиапром, автопром. Армия, полиция > militaryparitet.com, 2 июня 2017 > № 2196806

Польша нацеливается на F-35.

Заместитель министра обороны Польши Томаш Шатковски (Tomasz Szatkowski) объявил о планах Варшавы приобрести истребители пятого поколения в районе 2025 года, сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defensenews.com (2 июня).

Программа будет называться Harpia ("Гарпия") и начнет работать с 2018 года, заявил Шатковски на панельной дискуссии в рамках конференции, проведенной Варшавским аналитическим центром Polityka Insight. Эти закупки включены в рамки увеличения военных расходов с нынешнего 2% ВВП до 2,5% в ближайшие годы.

Ранее были сообщения со ссылкой минобороны страны, что Варшава планирует закупить 32 истребителя F-35 Lightning II. Однако в начале этого года министр обороны Антоний Масеревич (Antoni Macierewicz) говорил о том, что правительство страны может приобрести некоторое количество подержанных истребителей F-16 из США. Эти дискуссии ведутся в рамках замены истребителей Су-22 и МиГ-29 ВВС Польши.

Польша. США > Авиапром, автопром. Армия, полиция > militaryparitet.com, 2 июня 2017 > № 2196806


Польша. Евросоюз > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > flotprom.ru, 31 мая 2017 > № 2192831

Оборонный госхолдинг Польши спасет разорившуюся судоверфь.

Крупнейший оборонный холдинг Польши PGZ (Polska Grupa Zbrojeniowa) подписал предварительный контракт на покупку судостроительной верфи SMW в Гдыне. Об этом сообщает Defense News со ссылкой на заявление Минобороны страны.

Сумма предстоящей сделки оценивается в 224,9 млн злотых (60,1 млн долларов). Верфь SMW давно находится в плачевном состоянии: в 2009 году предприятие признали банкротом, а в 2011 году началась процедура ликвидации, которая не завершилась до сих пор.

Подписание окончательного договора о приобретении верфи ожидается в сентябре. В распоряжение оборонного гиганта PGZ перейдет участок земли общей площадью более 30 га, а также расположенные на нем здания, сооружения и другие объекты вместе со всей сохранившейся инфраструктурой.

Поглощение SMW государственным холдингом позволит сохранить верфь, которая специализируется на выполнении капитального ремонта кораблей и судов, а также их модернизации.

Заместитель министра обороны Польши Бартош Каунацки заявил, что после капитального ремонта верфь в Гдыне задействуют в проекте по строительству новых подводных лодок для ВМС страны. Эта программа сейчас оценивается в 10 млрд злотых (2,6 млрд долларов). "За этим последуют и другие проекты", – заверил Бартош Каунацки.

В соответствии с планами развития флота Варшава планирует приобрести три новые подводные лодки для замены устаревших дизель-электрических подлодок класса "Коббен", которые должны снять с вооружения к 2021 году. Предполагается, что две первые новые субмарины должны ввести в строй до 2022 года, а третью – до 2030 года.

Минобороны Польши выбирало из трех вариантов. По разным причинам Варшава отклонила проекты, предложенные французской DCNS и немецкой ThyssenKrupp Marine Systems, остановившись на подлодках типа A26, разработанных шведской Saab. Планируется, что выбранный поставщик при выполнении проекта будет тесно сотрудничать с оборонной промышленностью Польши.

В состав государственного польского оборонного холдинга PGZ входят более 60 компаний. Общая численность персонала превышает 17,5 тысячи человек. Руководство PGZ заявляет о ежегодном доходе холдинга в объеме около 5 млрд злотых (1,3 млрд долларов).

Польша. Евросоюз > Судостроение, машиностроение. Армия, полиция > flotprom.ru, 31 мая 2017 > № 2192831


Польша. Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ. Образование, наука > inosmi.ru, 28 мая 2017 > № 2216121

Архивы в российском плену

Польша хочет получить у России документы из концлагеря Аушвиц-Биркенау.

Марек Козубал (Marek Kozubal), Rzeczpospolita, Польша

Польское министерство иностранных дел три года назад направило российской стороне запрос на возвращение документов и артефактов, вывезенных из бывшего немецкого концлагеря Аушвиц-Биркенау. Ответа от России не поступило до сих пор.

По информации, которую нам удалось получить во внешнеполитическом ведомстве, запрос был подготовлен в министерстве культуры и сопровождался дипломатической нотой МИД. Непосредственной причиной, по которой Польша предприняла этот шаг, стало постановление Международного совета Освенцима. «Нота касается архивных документов и предметов, которые производили или использовали руководители, сотрудники и заключенные лагеря. В 1945 году отряды Красной армии, части НКВД и члены Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков вывезли эти вещи из концлагеря Аушвиц и его окрестностей», — сообщил МИД.

Это произошло после освобождения лагеря, то есть, по всей видимости, в первой половине 1945 года. Благодаря запросам польских музейщиков, удалось выяснить, что документы, связанные с историей этого немецкого лагеря, находятся в московском Центральном государственном архиве Октябрьской революции (это, в частности, материалы, ставшие результатом работы советской Чрезвычайно комиссии, приказы комендатуры лагеря и другие документы, описывающие его функционирование, узников и работавших в Аушвице членов СС), Государственном архиве Российской Федерации (в частности, бумаги, касающиеся Центрального строительного управления, а также создания и работы концерна IG Farben в Моновицах), а также в Центральном архиве Министерства обороны в Подольске.

«Нам сложно оценить ценность документов, которых мы фактически не видели. Для нас важен каждый новый документ. Мы надеемся, что в будущем эти бумаги попадут в наш архив, а мы сможем объединить их с имеющимися фондами. По крайней мере нам хотелось бы получить их отсканированные копии», — объясняет пресс-секретарь Государственного музея Аушвиц-Биркенау Бартош Бартызель (Bartosz Bartyzel).

Музейные работники напоминают, что последние материалы, связанные с этим концлагерем, были переданы Польше из фондов Государственного архива РФ в 1992 году. Тогда музей Аушвиц получил 46 томов с оригиналами свидетельств о смерти 70 тысяч узников. В 1993-1995 годах благодаря финансовой поддержке польского правительства удалось приобрести ксерокопию картотеки, содержащей сведения о работе заключенных, а также часть документов Центрального строительного управления в виде микрофильмов. Это были последние документы, которые попали в музей из России.

Польские музейщики обращают внимание, что Москва обязана придерживаться принципов, сформулированных в так называемом Ванзейском меморандуме, который в апреле этого году утвердили, в частности, израильский Институт «Яд ва-Шем», Музей Аушвиц-Биркенау и ЮНЕСКО. В нем говорится о том, что в местах расположения бывших концлагерей необходимо собирать оставшиеся от узников артефакты и предоставлять доступ к находящимся там архивам.

Польша. Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ. Образование, наука > inosmi.ru, 28 мая 2017 > № 2216121


Польша. Словакия. Евросоюз > Армия, полиция > militaryparitet.com, 28 мая 2017 > № 2193267

"Кубы" и Су-22 на учениях войск НАТО.

Польские и словацкие подразделения ПВО проводят совместные маневры на ракетном полигоне в Устка (Польша), сообщает "Военный Паритет" со ссылкой на defence24.pl (28 мая).

В настоящее время совместные маневры войск стран НАТО на восточном фланге приобретают все большее значение. Личный состав армий союзников учится взаимодействовать с использованием английского языка и проверяет возможности военной техники. Учения начались 8 мая, к ним присоединились чешские подразделения. Проводятся практические стрельбы ЗРК "Куб".

Отмечается, что 25 мая словацкие расчеты ЗРК работали по целям - истребителям-бомбардировщикам Су-22. Естественно, по таким целям стрельба имитировалась, однако полученные результаты говорят о хорошем профессиональном уровне ракетчиков. 4 июня на полигоне начнется новый этап учений, в которых будут обучать резервистов.

Польша. Словакия. Евросоюз > Армия, полиция > militaryparitet.com, 28 мая 2017 > № 2193267


Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 26 мая 2017 > № 2188085

Одолеть россиян поможет смелый план?

Артур Барткевич (Artur Bartkiewicz), Rzeczpospolita, Польша

Говоря о том, что в последние годы мы недооценивали угрозу, которую может представлять для безопасности Польши конвенциональный военный конфликт, министр Антоний Мачеревич (Antoni Macierewicz) во многом прав. Мы долго были убеждены, что эпоха войн в Европе подошла к концу. Однако история не закончилась, а раз так, следует приложить усилия к тому, чтобы она не повторялась.

Первое десятилетие XXI века стало периодом развития так называемого экспедиционного потенциала польской армии, который увенчался созданием относительно скромных по своей численности профессиональных вооруженных сил (в теории она должна была составить 120 000 человек, а в реальности не доходила до 100 000). Цель была ясна: мы хотели иметь «презентабельную» армию, которая сможет эффективно помогать союзникам в операциях на далеких фронтах, ведь опыт начала XXI века показывал, что страны Запада воюют сегодня именно там.

Однако тезис о конце истории, а именно войн в Европе, опровергла Россия. Если война с Грузией еще была с европейской точки зрения довольно экзотичным событием, то аннексия украинского Крыма и дальнейшая эскалация конфликта, который охватил Донбасс, разворачивалась уже под носом у НАТО. Все внезапно вспомнили, что война — это всего лишь продолжение политики. Цель России Владимира Путина кажется ясной: перевернуть стол, раздать карты заново и сделать так, чтобы в руках Москвы оказалось как можно больше тузов.

В этом плане Мачеревич прав, о чем свидетельствует, например, возвращение к всеобщей воинской повинности в Швеции, увеличение численности бундесвера, а также давление Вашингтона, который призывает страны НАТО не экономить на военных бюджетах. В этом контексте решение создать войска территориальной обороны или заявленное увеличение численного состава нашей армии выглядит естественной реакцией на изменение геополитической ситуации. «Хочешь мира — готовься к войне», — говорил Вегеций. Как мы видим, с IV века, когда он сформулировал этот совет, мало что изменилось.

Основная цель, которую ставит перед армией Мачеревич в рамках новой Оборонной концепции Польской Республики, выглядит, однако, слишком амбициозно. Глава ведомства полагает, что через 12 лет Польша будет способна самостоятельно защитить свою территорию, а членство в НАТО будет служить лишь «укреплению и поддержке» этого потенциала. Чем плохи амбициозные планы? Тем, что из-за них мы можем утратить чувство реальности.

А выглядит она вопиюще. Польше пока не удается разобраться с покупкой вертолетов: министр обороны обещал взамен отвергнутых машин Caracal приобрести Black Hawk, но их как не было, так и нет. Подавляющее число кораблей нашего флота годится только для того, чтобы выставлять их в музее. У нас нет современных средств противовоздушной обороны и никаких перспектив на получение ядерного оружия, которым располагает наш потенциальный противник — Россия. Кроме того, существуют серьезные диспропорции (отнюдь не в нашу пользу) в численности авиации и танковых войск.

Речь идет не о том, что нам нужно отказаться от сокращения разрыва между военным потенциалом Польши и России, а о том, что нам не следует создавать обманчивое впечатление, будто, если народ поднажмет, то за 12 лет поляки «догонят и перегонят» в этой сфере своего восточного соседа. Это опасный ход мысли, который напоминает знаменитый лозунг «сильные, сплоченные готовые», появившийся накануне Второй мировой войны. А с ложной убежденности в своей силе начинается короткий путь к недооценке другого инструмента, позволяющего защитить свои границы, — дипломатии.

Россия может позволить себе иметь двух союзников — армию и флот. Польше в этом плане придется обеспечить себе большее разнообразие. Игра военными мускулами производит, конечно, впечатление на ту часть электората, чье самолюбие тешит такая военная самодостаточность, но если слишком часто обманывать себя, можно поверить, что обман и есть объективная реальность. А в этой сфере утрата контакта с действительностью может закончиться крайне болезненным пробуждением.

«Подготовка и муштра, ФРГ нам не страшна», — подбадривали себя во времена Польской Народной Республики наши военные. Лишь бы они не начали сейчас отгораживаться от реальности тезисом «одолеть россиян поможет смелый план».

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 26 мая 2017 > № 2188085


Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 24 мая 2017 > № 2188136

«Если Москва нападет, то солдат в Польше будет недостаточно»

Кристоф Шильц (Christoph B. Schiltz), Die Welt, Германия

Министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский (Witold Waszczykowski) потребовал от НАТО начать диалог с Россией. «Нам также нужен диалог с Россией. С нашей точки зрения, важно, чтобы НАТО в достаточной мере открыла каналы связи с Россией, чтобы заниматься обменом с Москвой и обсуждать конкретные проблемы», — сказал министр непосредственно перед встречей глав государств и правительств стран-членов НАТО в четверг в Брюсселе.

«Безопасность Польши базируется не только на военной силе и устрашении», — добавил Ващиковский. До сих пор политические контакты между Москвой и НАТО осуществляются в рамках так называемого Совета НАТО-Россия.

Эти встречи, однако, довольно редки и проходят скорее вяло. Настоящий прогресс, например, в деле дальнейших действий в Восточной Украине или о большей взаимной прозрачности в военных учениях, до сих пор не был достигнут.

Оборонный альянс должен, по словам Ващиковского, дать России понять, «что передислокация солдат НАТО на восточную границу альянса не носит провокационного характера, а является лишь оборонной реакцией на действия Москвы в пограничных районах».

Москва стягивает на своих границах с восточными странами-членами НАТО, такими как Польша, в достаточно короткие сроки без объявления соединения из нескольких десятков тысяч солдат на учения (snap exercises). Приграничные государства воспринимают эти учения, а также размещенное на границе оружие как угрозу.

В целом главный дипломат Польши показал, что доволен поддержкой НАТО и американцев в своей стране. Обе стороны разместили в Польше примерно пять тысяч солдат.

К тому же существует многонациональный корпус Норд-Ост, который руководит отрядами быстрого реагирования НАТО («Острие копья»). Они должны быть на месте в течение самое большее пяти дней. Ващиковский: «Для устрашения и для отражения гибридных атак пяти тысяч солдат НАТО и США в Польше должно хватить. Но если Москва стянет войска и массивно атакует нас, тогда этого количества будет недостаточно».

От этой встречи НАТО в четверг, в которой примет участие также и президент США Дональд Трамп, не стоит многого ожидать, говорит Ващиковский. Она, по его словам, будет иметь скорее «символическое значение». Министр сказал далее: «Я не ожидаю, что на этой встрече будут приняты какие-либо новаторские решения. Никто этого не делает. От двухчасового ужина нельзя ожидать никаких больших решений».

«Альянс крестоносцев» из 68 государств

Речь будет идти в первую очередь о том, чтобы торжественно открыть новую штаб-квартиру альянса и «новичков», президента США Трампа и президента Франции Макрона, познакомить со всеми другими главами правительств стран-членов НАТО. «Помимо этого могут обсуждаться трансатлантические отношения и возможное участие сил НАТО в борьбе против "Исламского государства" (организация, запрещенная в РФ, — прим. перев.)».

НАТО в четверг будет принимать решение о вступлении в антитеррористическую борьбу коалиции по борьбе с ИГИЛ, в которую входят 68 государств. Германия и Франция долгое время сопротивлялись этому. Они опасаются, что этот альянс будет восприниматься на Ближнем Востоке как «Альянс крестоносцев».

С другой стороны, этого вступление будет иметь лишь несколько практических последствий, это прежде всего символическая политика. Наряду с антитеррористической борьбой речь идет прежде всего о деньгах: Вашингтон требует от союзников обязательного, что они к 2024 году будут инвестировать в оборону два процента от ВВП. Для этого следует составить ежегодные планы расходов.

Польша. Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 24 мая 2017 > № 2188136


Польша. Россия > Армия, полиция > inopressa.ru, 24 мая 2017 > № 2185580

Глава МИД Польши: "Если Москва стянет свои подразделения и начнет широкомасштабное нападение, этих солдат не хватит"

Кристоф Б.Шильтц | Die Welt

Министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский призвал НАТО развивать диалог с Россией, сообщает немецкая газета Die Welt.

"Нам нужен диалог с Россией. С нашей точки зрения, важно, чтобы НАТО в достаточной мере задействовало коммуникационные каналы с Россией для обмена мнениями и консультациями по конкретным проблемам", - заявил министр перед встречей глав государств и правительств стран НАТО в Брюсселе в четверг.

"Безопасность Польши зависит не только от военной силы и сдерживания", - продолжил министр. По его словам, до сих политические контакты между Москвой и Североатлантическим альянсом осуществлялись в рамках Совета "Россия-НАТО", но эти встречи редки и малорезультативны. В частности, не достигнут реальный прогресс в вопросах дальнейших действий по ситуации на востоке Украины и прозрачности во время военных учений, передает корреспондент.

Как подчеркнул Ващиковский, НАТО должно заверить Россию в том, что "переброска солдат НАТО на восточные границы альянса носит не провокационный характер, а является оборонительной реакцией на поведение Москвы в приграничных районах". Он обратил внимание, что в последнее время Москва часто и без предупреждения проводит у своих западных границ учения с десятками тысяч солдат.

В свою очередь, Ващиковский выразил удовлетворенность поддержкой Польши со стороны НАТО и США, которые разместили в стране около 5 тыс. военнослужащих. "Для сдерживания и защиты от гибридных нападений 5 тыс. солдат НАТО и армии США достаточно. Однако, если Москва стянет свои подразделения и начнет широкомасштабное нападение, этого количества не хватит", - добавил он.

Польша. Россия > Армия, полиция > inopressa.ru, 24 мая 2017 > № 2185580


Польша > Армия, полиция > dw.de, 21 мая 2017 > № 2183022

В Польше приняли присягу первые участники добровольного ополчения, созданного правящей национал-консервативной партией "Закон и справедливость". Выступая на торжественной церемонии в Белостоке в воскресенье, 21 мая, министр национальной обороны Польши Антоний Мачеревич назвал этот акт символическим началом реформирования польской армии.

В ходе мероприятий, которые проводятся в тот же день, помимо Белостока, в Люблине и Жешуве, будут приведены к присяги в общей сложности около 400 ополченцев. Ожидается, что к 2019 году военизированные подразделения будут насчитывать порядка 50 тысяч человек.

Не имеющие опыта службы в армии добровольцы проходят 16-дневную базовую подготовку. Они должны тесно сотрудничать с польскими вооруженными силами в вопросах обороны страны.

Первые три из 17 бригад подразделений территориальной обороны создаются на восточной границе Польши. Их гражданские участники получают ежемесячно в пересчете около 125 евро. Критики действий польских властей утверждают, что эти затраты делаются в ущерб модернизации армии.

Польша > Армия, полиция > dw.de, 21 мая 2017 > № 2183022


Россия. Польша > Армия, полиция > ria.ru, 17 мая 2017 > № 2177405

Польские истребители перехватили над Балтикой российский самолет-разведчик. Об этом в телевизионном эфире заявил пресс-секретарь ВВС Польши Марек Квятек.

По его словам, инцидент произошел 15 мая.

"Пилоты самолетов F-16 получили сигнал тревоги о неопознанном самолете, который летел с выключенным транспондером и не отвечал на попытки наладить радиосвязь", — сказал Квятек.

По его словам, дежурная пара истребителей поднялась в воздух. Пилоты опознали российский самолет Ил-20М, который летел в сторону Калининграда.

В конце апреля официальный представитель авиабазы НАТО Рамштайн (Германия) заявил, что размещенные в Европе истребители альянса в прошлом году поднимались для идентификации и наблюдения за российскими самолетами 780 раз.

Минобороны России неоднократно заявляло, что все полеты самолетов ВКС выполняются в строгом соответствии с международными правилами использования воздушного пространства над нейтральными водами, не нарушая границ других государств.

Россия. Польша > Армия, полиция > ria.ru, 17 мая 2017 > № 2177405


Польша. Латвия. Бельгия > Армия, полиция > ria.ru, 15 мая 2017 > № 2174490

Около 200 польских танкистов войдут в состав международного батальона НАТО в Латвии, заявил президент Польши Анджей Дуда в ходе встречи с латвийским коллегой Раймондсом Вейонисом в Варшаве.

"Мы говорили о создаваемой в Литве батальонной группе (НАТО — ред.), в которой участвуют польские военные, оснащенные танками. Нас радует, что Польша в этой батальонной группе будет играть такую важную роль — около 200 польских солдат, которые в ближайшее время отправятся в Латвию", — сказал Дуда.

На саммите в Варшаве в 2016 году альянс принял решение разместить в Латвии, Литве, Эстонии и Польше по просьбе этих стран многонациональные батальоны на основе ротации. Тогда же было решено, что основу контингента батальона, размещенного в Латвии, представит Канада, в Литве — Германия, в Эстонии — Великобритания, а в Польше — США.

Польша. Латвия. Бельгия > Армия, полиция > ria.ru, 15 мая 2017 > № 2174490


Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 13 мая 2017 > № 2175887

Группа территориальной обороны в Польше

Элеонора Вио (Eleonora Vio), Gli Occhi Della Guerra, Италия

Только что пробило восемь утра. Это время, когда открываются огромные ворота казармы Миньска-Мазовецкого, чтобы впустить сюда около 50 мужчин, юношей и девушек (которых здесь совсем мало), одетых в форму. Стуча каблуками высоких кожаных сапог, группа молодых и не очень молодых людей, ни разу не сбиваясь с ритма, по команде распределяется в центре площадки и ожидает указаний командира.

«Сегодняшние тренировки являются частью инициативы, организованной министерством национальной обороны в 2015 году, чтобы укрепить отношения между военизированными польскими организациями и армией страны, а также нарастить военный потенциал добровольческих групп (в данном случае — Стрелковой ассоциации) при помощи военных экспертов и курса обучения под их непосредственным надзором», — объясняет Вальдемар Зубек (Waldemar Zubek), пресс-секретарь Министерства обороны.

Когда группу делят на подразделения по пять-шесть человек в каждом, Зубек и другие высокопоставленные чиновники министерства расходятся по территории старой казармы, чтобы отобрать наиболее талантливых и увлеченных людей. Добровольцы учатся использовать автоматы Калашникова и ружья (пусть даже не всем доверяют настоящее оружие — некоторые порой довольствуются игрушечными имитациями), целиться и метко стрелять. Есть те, кто прячется в бункерах и борется с противником, тренируясь бросать гранаты, те, кто имитирует засады и не боится вступить в рукопашный бой.

Профессиональное будущее участников военизированных группировок может включать в себя интересные сюрпризы — в армии или в полиции — а также не исключает возможности более административной карьеры. Это, однако не подразумевает отказа от еженедельных тренировок и военного обучения. В то же время интерес, проявляемый правительством и Министерством обороны к военному ремеслу, привлекательность которого в польском обществе только растет, скрывает и кое-что другое. С июня прошлого года то, что было едва наметившейся идеей, превратилось в официальный проект, цель которого — завербовать тысячи участников военизированных организаций в пятое государственное подразделение вооруженных сил. Это новое подразделение получит название «Войска территориальной обороны» (OTK).

«Произошедшие в геополитической сфере в Европе, а, конкретнее, на Украине события, а также миграционный кризис способствовали формированию ситуации, которую изучили наши эксперты», — объясняет полковник Ремигиуш Зуховски (Remigiusz Zuchowski) из Бюро территориальной обороны. — Нет никаких сомнений, что агрессивная позиция Российской Федерации стала решающим фактором, вынудившим наше министерство одобрить проект OTK, направленный на укрепление нашей системы обороны и представляющий действенный ответ на гибридную войну, которую ведет наш противник».

Отбор добровольцев, которые войдут в состав Войск территориальной защиты, начался в сентябре. Ведомство ставит перед собой цель собрать 53 тысячи солдат, которых к началу 2019 года разделят на 17 бригад. Первые три бригады должны будут приступить к работе уже через несколько недель. Участники военизированных организаций (35 тысяч мужчин и женщин) окажутся бок о бок с военными и ветеранами, но будут занимать в войсках ведущие позиции. Участие обычных граждан в деятельности, которая учит выживать в кризисных ситуациях, является частью двух основных миссий OTK: обеспечении способности сохранить территориальную целостность Польши и укреплении как понимания польской истории и традиций среди местного населения, так и связей между разрозненными сообществами. Добровольцы будут получать по 116 евро в месяц от Министерства обороны и должны будут проходить по месяцу военной подготовки в год. При возникновении необходимости их будут перебрасывать на какой-то период на восточные границы недалеко от российского города-анклава Калининграда.

Войска территориальной обороны не являются чем-то новым в польской политической программе. На самом деле военизированные силы под тем же названием уже действовали в стране в период с 1965 по 2008 год. В то время OTK, уже отделившись от традиционных польских войск, были разделены на войска внутренней обороны и пограничные отряды. В пик своей популярности они насчитывали 65 тысяч человек. Политические изменения и сокращение военного бюджета в начале 90-х годов привели к их дальнейшему сокращению. Последние подразделения механизированной пехоты были расформированы в 2008 году.

Будущие Войска территориальной обороны будут действовать уже в другой стране, где сегодня присутствуют более 120 военизированных подразделений и подготовленных групп. Пять наиболее важных и популярных из них входит в федерацию оборонных организаций, они получают государственные субсидии, а в период между началом 2014 и концом 2015 года подобные организации приняли рекордное количество добровольцев: оно выросло с шести до 100 тысяч.

Во главе федерации находится Стрелковая ассоциация. Она была основана в 1910 году и является старейшей организацией гражданской обороны, насчитывая сегодня почти 2 тысячи членов. «Ассоциация появилась в качестве спортивного клуба, но в реальности она готовила молодых людей к тому, чтобы они стали военными, — рассказывает пожилой командир, архитектор по профессии Кшиштоф Воеводски (Krzysztof Wojewódzki). — Историю ассоциации можно разделить на три периода. С 1910 до 1914 год добровольцы вступали в нее и становились частью национальной армии. С 1918 года до конца Второй мировой войны организация насчитывала уже 500 тысяч членов, пока не подверглась запрету со стороны советского режима; с 13 июня 1990 она возобновила свою деятельность, функционирует до сих пор и получила формальное признание со стороны властей».

В продлившийся 20 месяцев период действия военного положения — с 1981 по 1983 год — Воеводски осознал важность умения сражаться за свою страну. Но лишь по возвращении из Марокко восемь лет спустя он снова вступил в ряды Стрелковой ассоциации. «Si vis pacem, para bellum. Если хочешь мира, готовься к войне, — говорит Воеводски с едва заметной улыбкой. — Польша всегда подвергалась угрозам, и поэтому мы должны уметь защищаться». Потушив очередную сигарету и откашлявшись, он продолжает свой рассказ: «Ассоциацию можно сравнить со скаутским движением военизированного характера. Помимо тренировки добровольцев в возрасте от 16 лет справляться с военными ситуациями и природными катастрофами мы часто организуем визиты в школы, уговариваем директоров и учителей включить в их образовательные программы курсы военной истории и подготовки».

Пока дождь и холод окутывают Миньск-Мазовецки и многочисленных добровольцев Ассоциации, принявших участие в военных тренировках, организованных Министерством обороны, координатор инициативы Вальдемар Зубек говорит о том, что ему кажется важным. «Ни одна организация не станет полностью частью Войск территориальной обороны, но каждый заинтересовавшийся человек сможет подать свою индивидуальную заявку. В OTK в этом вопросе действуют те же правила, что и в регулярной армии, — говорит Зубек. — Поэтому для того, чтобы вступить в наши ряды, необходимо получить согласие командира. Если человек является членом какой-либо партии или политического движения, ему отказывают, если только он не решит покинуть политику».

Последнее утверждение сделано как будто специально, чтобы умерить опасения, связанные с тем, что Войска территориальной обороны могут превратиться в личную армию министра обороны Антони Мацеревича (Antoni Macierewicz) или его верного товарища Ярослава Качиньского (Jaroslaw Kaczynski), лидера партии «Право и справедливость в правительстве». Опасения также связаны с тем, что и-за размытых критериев приема добровольцев OTK может принять черты ультранационалистических, ксенофобских и расистских движений, таких как Национально-радикальный лагерь.

Марта, одна из двух единственных девушек, присутствовавших здесь в день тренировки, не говорит ничего нового: «У всех людей — разный цвет волос, точно так же каждый придерживается своих взглядов. Главное — иметь одинаковые цели и защищать свою родину». Однако большее беспокойство вызывают заявления официальных источников.

Командир Зуховски упоминает о новых опасных перспективах, утверждая, что «в соответствии с новым находящимся на рассмотрении польским законом солдат, входящий в какую-либо ассоциацию или организацию, при желании вступить в польские вооруженные силы должен предупредить своего командира».

Следовательно, он не обязан оставлять своей политической деятельности, как утверждал Зубек. Конрад Зеленецки (Konrad Zieleniecki), представитель партии «Право и справедливость» в Белостоке, окончательно разрушает любые сомнения. «Многие ультраправые организации с энтузиазмом относятся к идее участия в Войсках территориальной обороны, и, на мой взгляд, это хороший способ использовать их патриотический запал в практическом направлении, что пойдет только на пользу нашей стране».

Мацеревич — стратег, стоящий за созданием пятой вооруженной силы в стране, и близкий советник Качиньского — знаменит своим политическим право-радикальным прошлым и тем, что многие молодые ультранационалисты считают его своим героем. Таким образом, если невозможно заранее предугадать, что произойдет, если популистское консервативно-католическое правительство решит привлечь на свою сторону и мобилизовать многочисленные ультраправые польские организации, то можно не без оснований считать, что Мацеревич и Войска территориальной обороны станут самым легитимным связующим их звеном.

Претензии тех, кто видит в решении правительства увеличить ежегодный оборонный бюджет или в популярности военизированных организаций и в проекте Войск территориальной обороны очередное воплощение и ужесточение польской государственной политики в сфере права и порядка, Зуховски отвергает: «Нас обвиняют в милитаризации общества, — говорит он с отвращением. — Но наша организация занимается элементарной строевой подготовкой».

Польша > Армия, полиция > inosmi.ru, 13 мая 2017 > № 2175887


Украина. Польша > Армия, полиция. СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 10 мая 2017 > № 2172376

Война памятникам: поляки впереди

На фоне ужесточения полемики между Киевом и Варшавой из-за мест захоронений радикалы из соседних с Украиной стран мечтают о территориальном реванше.

Официальная поддержка идей УПА на Украине вызывает протест у властей и националистов в Польше.

Украина, как оказалось, воюет сегодня на два фронта. Второй — с 2015 года — открыт польскими националистами против памятников украинским националистам из УПА на территории бывшей Речи Посполитой. Самым последним громким «боем» стала акция в конце апреля на кладбище в селе Грушовичи близ Перемышля. Как сообщает украинская печать, это уже не первая попытка расправиться с памятником. Однако нынешняя атака на мемориал УПА («Украинская повстанческая армия» — признана экстремистской и запрещена в РФ) на польском кладбище отличается от всех предыдущих: на этот раз снос состоялся с одобрения и в присутствии властей и при полном невмешательстве полиции.

Как сообщает польский портал Przemyski (издание Перемышльского повета, входящего в Подкарпатское воеводство), Януш Слабицкий, войт села Стубно, присутствовавший при снесении мемориала УПА, заявил, что «памятник был демонтирован в рамках гражданской инициативы, потому что он портил эстетический вид кладбища, был неустойчив и поэтому опасен для окружающих». Кроме этого, Слабицкий уточнил, что «если копать глубоко, то можно выкопать какие-то человеческие останки», и в будущем это будет местом для захоронения, а элементы снесенного памятника можно использовать для строительства.

Как отмечает издание, нелегальный памятник УПА в районе Перемышля был демонтирован спустя 23 года после его установки. И «это был первый в Подкарпатье правовой снос незаконного объекта УПА». Из галереи размещенных на сайте фотографий видно, что демонтаж проводят, в том числе, и мужчины в черных футболках с надписью «Precz z Banderą!» («Долой Бандеру!» или «Вон с Бандерой!») и его перечеркнутым портретом. Сам монумент облит красной краской и разрисован надписями, уравнивающими фашистов и УПА.

Добился демонтажа памятника глава польского «Национального движения на Подкарпатье» Марек Кульпа. «Этот памятник, — сообщил он журналистам, — вызывал наибольшие возражения, споры и эмоции среди поляков, которые часто задавали вопрос, как это возможно, чтобы столько лет на польской земле стояли памятники убийцам поляков на Волыни и в Восточной Польше. Такая ситуация недопустима. Я еще в 2014 году обратился с вопросом к мэру о правовом статусе этого памятника и кому принадлежит муниципальное кладбище. Я получил информацию, что этот объект возведен незаконно. Дальнейшие действия были направлены на то, чтобы обеспечить снос этого незаконного памятника».

Из этого объяснения лидера польского национального движения понятно, что снос памятника воинам «Украинской повстанческой армии» на территории Польши является не столько актом заботы о правовой «девственности», сколько громкой политической акцией с передовой войны с памятниками. Тем более что это событие произошло накануне печальной даты — 70-летия польской операции «Висла», во время которой в 1947 году были депортированы 140 тысяч украинцев (по данным Киева) из их родных мест Холмщины, Подляшья, Надсянья и Лемковщины на север и запад Польши.

Именно с этой датой многие официальные лица в Киеве и связывают повышенную активность польских националистов в отношении Украины. Однако, как заявил войт Стубно Януш Слабицкий, «мы не боимся последствий этой акции с украинской стороны (официальной), но боимся действий (украинских) экстремальных организаций». Как оказалось, он все же поспешил. Директор Украинского института национальной памяти (УИНП) Владимир Вятрович в своем жестком заявлении назвал уничтожение украинских могил на территории Польши продолжением операции «Висла». И, конечно, было бы странным, если бы он не нашел в нем «российский след». «В отличие от случаев вандализма польских памятников на Украине, в Польше сегодня уничтожают открыто, еще и акцентируя на легальности вандализма. (…) Войт села заявил, что „не боимся последствий этой акции с украинской стороны“. Мог бы сказать и откровеннее — „ожидаем на поощрение с российской стороны“. Так не осужденное преступление коммунистов — акция „Висла“ — вдохновляет новое поколение шовинистов».

Затем последовало официальное «Заявление относительно уничтожения братской могилы воинов УПА в Польше» от УИНП. В нем указывается, что Институт приостанавливает все формы сотрудничества с Варшавой в вопросах легализации польских мест памяти на Украине.

На жесткое заявление УИНП пришел ответ из Польского института национальной памяти. В официальном заявлении от имени братского польского народа содержится обещание восстановить уничтоженный памятник воинам УПА в Грушовичах. Но, как всегда, дьявол кроется в деталях. Во-первых, восстановление разрушенного мемориала обусловливается некими «археологическими раскопками», которые поляки намерены провести на его месте. И только если там и на самом деле будут обнаружены останки, памятник может быть восстановлен. А может и не быть. Как говорится в ответе, «с точки зрения на совершенные членами „Организации украинских националистов“, „Украинской повстанческой армии“ (запрещены в РФ — А.Я.), „Украинского легиона самообороны“, „Украинской вспомогательной полиции“ и 14-й Украинской гренадерской дивизии Ваффен-СС „Галичина“ массовые преступления в отношении мирного населения для польской стороны остается неприемлемым прославление этих организаций, чему, к сожалению, служит часть нелегальных украинских мест памяти в Польше». И далее — главная деталь: «В связи с этим Институт национальной памяти будет и впредь стремиться к перемене формы и содержания этих объектов…»

Кроме того, в польском ответе украинцам четко указано, что Институт, возглавляемый Владимиром Вятровичем, не имеет должных полномочий, чтобы официально предъявлять Варшаве претензии и выставлять условия сотрудничества, а поэтому его аргументы ничтожны. Польская сторона объявила, что ожидает публичную реакцию на событие в селе Грушовичи со стороны Государственной межведомственной комиссии по делам увековечивания памяти участников антитеррористической операции, жертв войны и политических репрессий. Именно эту комиссию поляки считают стороной, с которой они планируют продолжить переговоры.

В ответ на угрозы Вятровича приостановить сотрудничество с официальными польскими структурами из-за событий в Грушовичах заявлено: «Не видим также никаких оснований для намерения УИНП остановить польские поисковые работы на Украине. На действия стороны польской, которые имеют своей целью удаление из публичной среды нелегальных памятных знаков, которые часто являются носителями содержания, нацеленного на доброе имя польского государства, сторона украинская отвечает действиями, означающими отказ в деле достойного захоронения мирных жертв преступлений».

И в этом контексте нелишне вспомнить и недавнее громкое заявление лидера польской правящей партии «Право и справедливость» Ярослава Качиньского. «До сих пор неясно, — сказал он, — пойдет ли Украина в направлении, которое для Польши является неприемлемым, то есть поддержания своей исторической легитимности на традиции УПА, традиции организации, которая совершала чудовищные преступления против поляков, или же откажется от этого пути».

Случай в Грушовичах — не первый акт разрушения мемориалов УПА в Польше. В конце прошлого года члены ультраправой организации Oboz Wielkiej Polski уничтожили памятник на братской могиле украинских националистов в селе Верхрата Любачивского повета Подкарпатского воеводства, установленный в 1993 году. А в общем, по сообщениям украинской печати, в течение 2014—2016 годов в Польше неизвестные (ни разу идейные вандалы не были найдены и привлечены к ответственности, видимо, их никто и не искал) уничтожили и осквернили 14 могил и памятных знаков украинцам. До сих пор ни один из них не восстановлен. И вряд ли будет, судя по тональности ответа поляков на последнее событие в Грушовичах.

Впрочем, украинские националисты тоже не остаются в долгу — уже в этом году были осквернены памятники погибшим полякам в селе (сейчас его нет) Гута-Пеняцька на Львовщине и мемориальный комплекс в Быковне Киевской области. Однако польские националисты действуют более резво, и счет пока в их пользу.

Вот и народный депутат Украины Николай Княжицкий обеспокоен: «После уничтожения украинских могил в дни 70-й годовщины акции „Висла“ польским инициаторам этого вандализма осталось еще признать справедливость пакта Молотова-Риббентропа и оправдать убийства и выселения поляков сталинским и гитлеровским режимами». Депутату, видимо, невдомек, что польские националисты (думаю, что не только они) спят и видят, когда Львов снова станет польским Лембергом. Впрочем, не только они мечтают о территориальном реванше — венгры, похоже, к нему уже приступили, сделав своими гражданами всех желающих жителей Закарпатья. А украинские националисты и даже вполне официальные лица, потеряв Крым и Донбасс, делают заявления об «украинских» Кубани и Воронеже. А если повезет, говорят, так еще и Белгород прихватим. И то правда — чего мелочиться?

Алла Ярошинская

Украина. Польша > Армия, полиция. СМИ, ИТ > rosbalt.ru, 10 мая 2017 > № 2172376


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter