Всего новостей: 2189335, выбрано 1179 за 0.252 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Саудовская Аравия. Катар. Йемен. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 августа 2017 > № 2278817

Остаться должен только один: кто возьмет власть в Саудовской Аравии

В последнее время обстановка вокруг Саудовской Аравии была достаточно нервозной. Во-первых, королевство оказалось вовлечено в серию конфликтов на своей периферии (в сирийский, иракский, катарский, йеменский), и в этих конфликтах Эр-Рияд проигрывал.

Во-вторых, крайне непрочными виделись позиции наследника саудовской монархии, кронпринца Мухаммеда бин Салмана (который был назначен наследником волевым решением короля и вопреки мнению большинства членов правящей фамилии). "За последние месяцы кронпринц Мухаммед не раз пропадал из новостных лент, причем иногда даже от ключевой фигуры в королевстве не было известий в течение нескольких дней. Все это накладывалось на беспрерывные слухи о том, что тяжело больной король Салман вот-вот уйдет в мир иной или отречется в пользу сына", — поясняет РИА Новости арабист Леонид Исаев.

Изображение короля Саудовской Аравии, наследного принца и заместителя наследного принца страны в городе Таиф. Апрель 2017

Однако на деле для кронпринца Мухаммеда ситуация складывалась не так уж и плохо. Да, на йеменском направлении все глухо и грустно (попытки разрушить антисаудовскую коалицию хуситов и бывшего президента Салеха пока не приводят к успехам, а в то же время представители этой коалиции обстреливают территорию Саудовской Аравии ракетами, созданными с помощью иранцев), а на сирийском саудиты фактически расписались в капитуляции. Однако на катарском и (особенно) иракском наметился прогресс.

Наглость Катара

Эксперты не раз отмечали, что катарская авантюра кронпринца Мухаммеда (смысл которой был в том, чтобы публично выпороть непокорный Катар, дабы другие союзники не отходили от заданной саудитами линии поведения) имела шансы на успех только в случае блицкрига, если бы Катар удалось быстро запугать и подчинить. Однако эмир Тамим не только выдержал начальное давление, но и даже перешел в контрнаступление. Так, "для стимулирования развития туризма и воздушного транспорта" Катар разрешил безвизовый въезд в страну гражданам почти 80 стран. А поскольку в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива действует соглашение о совместном визовом барьере для действий третьих стран, процесс возвращения Катара в эту организацию (напомним, управляемую де-факто саудитами и ОАЭ) будет, мягко говоря, очень непростым.

Наглость Катара объясняется весьма просто. "Ситуация тупиковая, но она более вредит Саудовской Аравии как стране, менее заинтересованной в дезинтеграционных тенденциях на полуострове", — поясняет Леонид Исаев. Под угрозой оказалась репутация саудовского королевства и ее интеграционные проекты, и в этой ситуации принц Мухаммед пошел на конструктивные уступки. Прежде всего в тех вопросах, где от конфронтации его имиджевые потери были максимальны.

Так, саудиты (а точнее, кронпринц Мухаммед) отменили запрет на совершение катарскими паломниками хаджа в Мекку. "Все ограничения, связанные с хаджем, бьют по репутации короля как Хранителя двух святынь. Получается, что он занимается сегрегацией по национальному признаку, а ислам как религия не знает национальностей", — поясняет Леонид Исаев.

Мухаммед ибн Салман

По сути, принц Мухаммед сделал первый шаг к нормализации ситуации, и теперь вопрос в том, как его воспримут в Катаре. Доха, понимая слабость позиций Эр-Рияда, может начать торговаться с позиций победителя и даже выставить цену за блокаду. В Эр-Рияде, конечно, такую позицию вряд ли примут — принцу Мухаммеду важно не просто восстановить отношения или хотя бы вернуться к статус-кво, но и сделать это с поднятой головой. Однако тут уже могут вмешаться посредники и немножко опустить на землю зарвавшийся эмират. В роли посредников, например, могут выступить США, которым абсолютно не с руки сейчас наблюдать за развалом "заливной" коалиции.

Поворот ас-Садра

Что же касается Ирака, то там Саудовской Аравии, кажется, удалось наконец-то потеснить всесильный Иран. А все потому, что Эр-Рияд обратился к правильным людям.

Королевство уже давно пытается усилить свои позиции в Ираке. "Саудовцы активно работают в Иракском Курдистане и никогда не скрывали того, что они дают деньги Багдаду для противостояния ИГ*", — поясняет РИА Новости специалист по Ближнему Востоку, эксперт РСМД Антон Мардасов. Еще в июне с визитом в Эр-Рияде побывал премьер-министр Хайдер аль-Абади, где он встречался с королем Салманом и договорился с ним о создании специального иракско-саудовского совета, призванного улучшить отношения двух стран до уровня стратегического партнерства. В рамках нового партнерства, по словам Абдул-Азиза аль-Шаммари (саудовского поверенного в делах в посольстве в Багдаде), королевство намерено впервые за 27 лет открыть погранпереход Арар для переправки товаров на территорию Ирака. Однако реальным прорывом в иракской политике Эр-Рияда стал визит в столицу королевства Муктады ас-Садра — одного из самых влиятельных шиитских лидеров Ирака.

Как отмечает Институт Ближнего Востока, "в Эр-Рияде отдают отчет в том, что в среде шиитской общины существуют различные взгляды по отношению к развитию отношений с Ираном. Проиранские настроения особенно распространены среди шиитов больших городов, в частности Багдада. Одновременно иранские сторонники как правило принадлежат к среднему классу или иракской буржуазии. В то же время у племен южного Ирака распространены иные настроения. Их представители более подвержены идее арабского национализма и еще помнят Ирано-иракскую войну 1980-1988 годов, на которой погибли многие иракцы". И ас-Садр, несмотря на все его тесные отношения с Ираном, представляет именно эту часть населения. Как опять же отмечает Институт Ближнего Востока, "в течение последних двух лет Муктада ас-Садр круто изменил свою политику. В настоящее время он позиционирует себя в качестве иракского националиста, а не шиитского лидера".

Ставка на шиитов

Да, некоторые эксперты скептически относятся к антуражу визита. "Он был слишком уж публичным, поэтому в отношении ас-Садра сразу же возник поток критики", — говорит Леонид Исаев. Однако "сам факт того, что ас-Садр встретился с Мухаммедом бин Салманом (отвечающим за внутриполитическую, внешнеполитическую и экономическую политику королевства), появление их совместных фотографий вызвали фурор в арабском мире", — говорит Антон Мардасов.

Вопрос, впрочем, не в антураже, а в договоренностях, достигнутых на данном мероприятии. По официальным данным, на встрече с Муктадой ас-Садром кронпринц обещал не вмешиваться во внутренние дела Ирака, дать 10 миллионов долларов на экономическое восстановление страны и рассмотреть различные инвестиционные проекты в южных (то есть шиитских) районах Ирака. По неофициальным же данным, речь могла идти о финансовой поддержке ас-Садра и его политических амбиций. "Сейчас Ирак готовится к провинциальным и парламентским выборам, которые пройдут в 2018 году. Садристы претендуют на серьезные результаты, и если они займут позицию по ограничению иранского влияния, могут получить ряд бонусов — и не только от саудитов. Напомню, что ас-Садр посещал и Абу-Даби", — поясняет Антон Мардасов.

На всех прошлых выборах в Ираке саудовцы ставили на суннитские группировки и все прошлые разы оставались без электоральных призов. Если сейчас они поставят на ас-Садра и тот действительно займется ограничением иранского влияния на юге Ирака, преуспеет в этом, то Саудовская Аравия разом может отыграться и за поражение в Сирии, и за ожидаемое поражение в Йемене. А принц Мухаммед резко укрепит свои перспективы удержать трон после смерти отца. Конечно, шансы на реализации такой стратегии отнюдь не стопроцентные, но они куда выше, чем катарская авантюра принца Мухаммеда. Значит, он все-таки растет и работает над собой.

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ, для РИА Новости

Саудовская Аравия. Катар. Йемен. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 августа 2017 > № 2278817


Саудовская Аравия. Бахрейн. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277221 Александр Фролов

Арабский пасьянс

Александр Фролов, Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, доктор политических наук

Весной этого года в арабском мире произошло похожее на казус событие: Королевство Саудовская Аравия (КСА), Бахрейн и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) отозвали своих послов из столицы союзного им государства Катар, объяснив это вмешательством последнего в их внутренние дела, дела соседних стран, поддержкой «враждебных СМИ». Катар как одно из самых малых членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), оказывается, поддерживает в более крупных странах деструктивные силы, угрожающие миру и стабильности в регионе, и ведет в них свою пропаганду.

5 июня 2017 года КСА, ОАЭ, Бахрейн и Египет официально порвали с ним дипломатические отношения, прекратив всякое сообщение, позже к «четверке» присоединились Мальдивы, Маврикий и Мавритания. Иордания и Джибути снизили уровень своих диппредставительств в Дохе. А за ними и ряд стран Африки - Сенегал, Нигер и Чад - объявили об отзыве послов. Однако два государства ССАГПЗ - Кувейт и Оман к акции не примкнули. Позже тройка инициаторов передала Катару список из 13 требований, необходимых для прекращения изоляции. Среди них - понижение дипломатических отношений с Ираном, закрытие в стране военной базы Турции и информационного канала «Аль-Джазира». На выполнение требований заявители отвели десять дней. В дальнейшем политика Катара будет контролироваться1. Катар ультиматум отверг как ущемляющий его суверенитет.

Вне зависимости от развития ситуации эпизод с Катаром стал одним из проявлений глубоких внутренних социально-политических сдвигов, происходящих в последнее время на Арабском Востоке по следам «цветных революций» в условиях глобализации, информатизации, демократизации и размывания традиционных ценностей восточных обществ, а также поиском ответа на все эти вызовы.

Доигрался?

Уточняя банальную поговорку «Деньги решают все», кто-то заметил: «Большие деньги решают все». Но так ли это? А может, все-таки политика? Вопрос применительно к Ближнему Востоку далеко не праздный. Но вернемся к Катару.

В переводе с арабского Катар означает «страна» - название, которое он за собой явно авансирует. По сути, это маленький полуостров в Аравии, сухопутная граница которого монополизирована Саудовской Аравией. Катар упорно шел к вершине своего благополучия, в 2000-х годах он стал лидером среди арабских и азиатских стран по уровню ВВП на душу населения. Основу экономики Катара до недавнего времени составляло крупное газовое месторождение Северное/Южный Парс. Но обретенное благополучие вскоре перестало давать ему покоя. Катарское руководство активно искало нишу в региональных и мировых делах, естественно, думая о том, что будет «после нефти». Создали свой бренд - авиакомпанию «Катар Эйрвэйз», инвестировали средства в экономику стран Западной Европы, включая объекты спорта. Катар, например, приобрел известный парижский футбольный клуб «Пари Сен-Жермен» (ПСЖ), стал проводить соревнования мирового уровня.

Старания его были отмечены на Западе. Международная федерация футбола - ФИФА впервые в истории объявила не просто арабскую, а столь малую страну хозяйкой вторых по масштабу после летних Олимпийских игр соревнований - Чемпионата мира по футболу - 2022. Далеко не бедному Катару, вклад которого в мировой футбол едва различим, дали шанс на порядок поднять уровень собственной инфраструктуры с перспективой, в случае успеха ЧМ-22, стать спортивной столицей арабского мира.

Обретение права на проведение ЧМ-22 подхлестнуло амбиции катарского руководства. Хотя этот подарок связывался с двумя проблемами: выяснилась нечистоплотность проголосовавших за Катар футбольных чиновников, а позже, задним числом, вспомнили, что проводить футбольные матчи в 40-градусную жару - это за пределом человеческих возможностей. Но тут Россия неожиданно оказала Катару «услугу»: под влиянием Вашингтона мировое спортивное руководство погрязло в допинговых обвинениях российских спортсменов, занялось торпедированием Чемпионата мира по футболу 2018 года в России. В таких условиях топить еще и следующий чемпионат - под стать рубить собственную голову. Катарские власти, правда, в качестве компенсации пообещали установить на футбольных стадионах кондиционеры - невиданное дело в мировой спортивной практике.

Большую известность Катару также дал информационный канал «Аль-Джазира», созданный с использованием опыта ведущих западных каналов (уже само название говорит о масштабности задумки, поскольку аль-Джазира - это Аравийский полуостров). «Аль-Джазира» был раскручен за счет нестандартных ходов, в частности трансляции ультимативных заявлений бен Ладена и других проводников террора, но потом значительно расширил круг передач и на данном этапе фактически стал наиболее влиятельным каналом арабского мира. Через СМИ влияние Катара распространяется на страны Северной Африки, на политику Лиги арабских государств (ЛАГ) в целом. Многие эксперты оценили деятельность, а точнее, дезинформацию «Аль-Джазиры» в Ливии в деле сопровождения военной операции против М.Каддафи как очень эффективную. Фактически Катар овладел сильным средством воздействия на умы жителей региона.

Свои экономико-финансовые и пропагандистские достижения катарское руководство решило трансформировать в политическое влияние. На каких-то этапах оно близко прислонилось к саудовскому, действуя более-менее синхронно. Подобно тому, как Британия блокировалась с США, олицетворяя англосаксонскую ось, Катар блокировался с Саудовской Аравией, представляя салафитскую «ось». Тем более что население КСА и Катара во многом сходно по своему этноконфессиональному составу, что предопределяло такого рода взаимодействие. И, естественно, за спиной у обоих в военном плане стоял Вашингтон.

Но постепенно Катар стал выходить за пределы очерченных ему ССАГПЗ рамок. С началом «цветных революций» он отправил в Ливию своих военных свергать режим полковника М.Каддафи, развернув против последнего самую настоящую пропагандистскую войну и оказав военную и финансовую помощь повстанцам. Вопрос, чем не угодил Катару Каддафи, экспертам, в общем, понятен. Ливия - нефтеносная страна, располагает своими ресурсами, которые она вкладывала во внешнюю политику. Катар также стал больше средств инвестировать во внешнюю политику, поддерживая во многих странах, в том числе и африканских, разного рода исламистов, в частности оппозиционных, и на этом поле столкнулся с Джамахирией как спонсором ряда африканских режимов и политических движений. Устранить ливийского полковника стало целью Катара, которой он и достиг. Так нынешние руководители Ливии стали обязаны Катару, но при этом, будучи разобщенными, плохо структурированными, не имеющими ходовых идеологических воззрений, перестали быть ему соперниками. Через них Катар получил доступ к использованию нефтяных ресурсов страны - не все же там работать западным компаниям!

В Сирии он вместе с Саудовской Аравией выступил в качестве главного кукловода вооруженной сирийской оппозиции. Ясно, что гуманистические идеалы, права человека и вопросы демократии в этой арабской стране Катар мало или вообще не интересовали. Резоннее выглядело стремление саудитов и катарцев свалить режим, который они считали едва ли не атеистичным. Баасистская идеология, если учесть что под ее знаменами свергались монархи и оказывалось противодействие колониализму, была враждебна монархизму. Помимо политических, в Сирии Катар преследовал и свои корыстные экономические интересы, саудовцы - свои. Очевидно, на столкновении этих интересов тоже возникли противоречия. В ноябре 2011 года Эр-Рияд и Доха настояли на том, чтобы при-остановить членство Сирии в ЛАГ, причем нажим (возможно, что финансовый) был оказан на такие традиционно близкие Сирии страны, как Алжир и Палестина. Катар возглавил комиссию ЛАГ по урегулированию в Сирии и фактически стал сводить ее работу к выкручиванию рук Б.Асаду путем выдвижения инициатив, заранее неприемлемых для Дамаска. По иронии судьбы позже он получит от своих арабских братьев схожие требования.

Австрийский эксперт Томас Шмидингер считает, что Катар стал более независим в силу двух факторов: в 1991 году саудовцы не смогли защитить Кувейт от иракского вторжения и, таким образом, «потеряли лицо», побудив близкие им эмираты искать иные гарантии обеспечения безопасности. Катар дальше своих соседей продвинулся в развитии двусторонних связей с США, Турцией и Ираном. К тому же с 1990-х годов начал внедрять технологии по сжижению газа, став более независимым от саудовских трубопроводов и транзита2. Доха предпринимала усилия по укреплению связей с США - в разное время позволяла со своей территории координировать боевые действия в Ираке, организовывала переговоры талибов с кабульским правительством. Более того, Катар стал своего рода «проводником» западных ценностей (в допустимых пределах) в консервативном аравийском обществе: он быстрее, нежели КСА, воспринимал и опробовал на своей почве достижения мировой цивилизации, адаптируя их к местным условиям. Так, например, с размахом проводил крупнейшие в регионе и мире автосалоны.

С развертыванием «цветных революций» Катар одним из первых среди аравийских монархий осознал, что революцию если нельзя предотвратить, то можно возглавить. А заодно и удовлетворить собственные интересы. Где надо - жестко придавить выступления. В феврале 2011 года вооруженные силы Катара и КСА, когда в Бахрейне вспыхнули волнения, дружным тандемом вошли в этот маленький эмират и жестко подавили бунтовщиков, не допустив его превращения в «новый» Тунис.

Были ли опасения повторения «арабской весны» в самом Катаре? Лидеры Катара отрицают такую возможность: в эмирате обеспечен самый высокий уровень жизни среди нефтеносных арабских стран. Но вот если взглянуть на структуру населения, то из почти двухмиллионного населения коренных арабов там менее 40% (кто-то считает, что 20%) - это тех, кому, собственно, этот уровень и обеспечен. Живут там выходцы из Пакистана, Индии (18-20%), Ирана (10%), из других стран (14%), составляя обслугу коренного населения. При этом иранцы-шииты противостоят салафитам, но у первых нет возможности сделать карьеру. Есть еще христиане (8,5%), представители других религий (14%). Эти люди обеспечены работой, но тем не менее смесь, как говорится, небезопасная, да и сами игры с революционерами могут быть чреваты. За последние годы, правда, поток прибывающих сузился, но все равно их больше, нежели убывающих.

Изменение политики Катара наблюдатели частично объясняют и сменой власти. В июне 2013 года эмир Хамад бен Халифа ат-Тани добровольно отрекся от престола в пользу своего сына - Тамима. И в этой связи считается, что Тамим оказался менее скрупулезным в соблюдении негласных договоренностей между катарским и саудовским руководством. В этой связи упоминалось некое секретное соглашение, случившееся в ноябре 2013 года, то есть вскоре после перехода власти, заключенное между эмиром Тамимом ат-Тани и королем Саудовской Аравии Абдаллой в присутствии эмира Кувейта шейха Сабаха ас-Сабаха, которое в той ситуации выглядело как своего рода назидание «старшего брата» «младшему». Катару предложили придерживаться общей политики ССАГПЗ, не вмешиваться в дела других стран - членов этой организации, не поддерживать экстремистские и террористические группы, угрожающие стабильности в регионе, и не оказывать поддержку «враждебным СМИ»3

Растущая роль Катара в мировых делах вызвала опасения даже европейских политиков, многие из которых приходили к выводу, что катарские инвестиции неслучайны, на деле обеспечивается поддержка действующих в Европе исламистов. Одним из первых забил тревогу французский правый политик Ж.-М. Ле Пен. По сообщениям польской печати, катарцы засветились в ряде недобросовестных оружейных сделок. В целом нет уверенности, что катарцы поддерживают именно тех исламистов, которых надо поддерживать, а не взращивают «пятую колонну».

У Гоголя Иван Иванович и Иван Никифорович поссорились из-за пустяка. Пустяк в конфликте часто оказывается каплей, переполнившей чашу терпения. Какая именно кошка пробежала между Эр-Риядом и Дохой - узнать доподлинно сложно, а выдвигаемые требования являются, скорее всего, лишь надводной частью конфликта. Есть мнение, что Катар не по рангу набрал вес, при этом подчеркивая свою большую мобильность, открытость к новому. Говорится также, что он восстановил против себя часть членов ССАГПЗ не только поддержкой ячеек «Братьев-мусульман» на их территории, но еще и оказанием помощи шиитскому движению хуситов в Йемене, с которым КСА вступило в вооруженную борьбу. Другие моменты выглядят личными. Так, некоторые западные эксперты указывают как на причину конфликта все более негативный тон канала «Аль-Джазира» в отношении лидеров других стран ССАГПЗ и нового египетского руководства4. И не исключено, что какой-то один репортаж - типа Катар стремится обойти конкурента в лице Саудовской Аравии в желании стать лидером арабского мира - все перевернул.

Особое упоминание Египта в этой связи станет понятным, если вспомнить, что КСА интенсифицировало свои контакты с его новым руководством, ССАГПЗ - с АРЕ с предоставлением финансовой поддержки новому режиму в Каире при условии, что Египет будет защищать эти страны от региональных вызовов (например, Ирана и др.). Речь шла о планах «сдачи в наем» некоторых египетских армейских подразделений или формировании на их основе боеспособных частей под эгидой ССАГПЗ. Тем более что в АРЕ наблюдается переизбыток рабочей силы и служивых людей. Египту при этом обещали многомиллиардные инвестиции от КСА и стран Залива.

Как исходную точку кризиса российский эксперт А.Железнов назвал обнародование в 2014 году планов Катара и Ирана по созданию свободной экономической зоны и «совместного политического комитета» по региональным вопросам5. Именно тогда последовала первая «черная метка» от саудитов эмиру Катара, внешне вроде бы не имеющая прямого отношения к Ирану. Требования - прекратить подпитку «Братьев-мусульман», закрыть «Аль-Джазиру» и внушающие сомнения в незыблемости монархии региональные представительства американских центров - Института Брукингса и корпорации РЭНД, а также выдать иностранцев, обвиняемых в террористической деятельности. Ситуация, как мы видим, имела продолжение.

Что грозит Катару? Его сухопутная граница в самом деле может быть закрыта саудовцами для подвоза продуктов сельского хозяйства, большая часть которых поступает от них же, а также товаров из других стран ССАГПЗ, которые пожелают присоединиться к блокаде. Но остаются морские поставки, для расширения которых потребуется дополнительная инфраструктура. Закрытие воздушного пространства осложнит деятельность его авиакомпании. А вот сокращение инвестиций - инвесторы опасаются вкладывать деньги в изолируемую экономику - дело серьезное. Однако в Дохе полагают, что до крайних мер не дойдет.

Интеграция и дезинтеграция

Потенциально арабский мир всегда стремился к некоему единству, но его практически никогда не случалось. Кто-то начинал вести себя не так, как остальные, кто-то строил коалиции в противовес другим, кому-то не нравилась чья-то дружба с кем-то. Разные конфессии и разные идейные построения и взгляды усугубляли ситуацию. Поэтому со своими противоречиями Лига арабских государств всегда напоминала ООН в миниатюре.

Как средство противодействия Османской империи в конце XIX века сложились идеи панарабизма. В силу различия социально-политических условий арабских стран они не получили интеграционного воплощения на практике. Позже в арабском мире под воздействием Советского Союза началось оформление социалистических идей, нашедших отражение в насеризме, баасизме. Партия «Баас», например, задумывалась как межгосударственная, охватывающая две страны - Сирию и Ирак. Но в итоге два ее региональных отделения, по сути, стали на путь вражды. Лидер ливийской революции полковник Каддафи много позаимствовал у своего кумира - Г.А.Насера, а позже развил идеи «ливиецентризма» и государства всеобщего равенства (слово «джамахирия» означает массовость), самого его именовали «брат полковник». Но реальных союзников, а тем более последователей он среди арабов не нашел, договорился до того, что в запале назвал себя «вождем без страны», а Египет - «страной без вождя», чем вконец испортил свои отношения с Президентом АРЕ Мухаммедом Садатом.

Надо сказать, что националисты губили всякие объединения. Не сработал самый продвинутый эксперимент с созданием Объединенной Арабской Республики в составе Египта и Сирии. Арабские националисты, революционеры первой волны, частью ограниченно принимали, частью жестко отбивались от советских коммунистических идей - вплоть до гонений на местные компартии и физического уничтожения их представителей. СССР так и не сумел обратить ни одну арабскую страну в свою веру, но при этом своей поддержкой арабских народов в ближневосточном конфликте завоевал среди них популярность. У монархий он вызывал отторжение как атеистическое и антимонархическое государство. Чтобы теснее работать с арабскими и другими развивающимися странами, в СССР разработали теорию соцориентации.

Местные социалистические идеологии - насеризм, баасизм и др., - изначально разработанные как наднациональные, вскоре или наталкивались на их неприятие соседями и/или замыкались на собственной ограниченной территории, или действовали с ограничением доступа в другие страны нежели способствовали интеграции.

Впрочем, общие дела временно объединяли. Например, по следам поездки Садата в Израиль в 1977 году так называемые антиимпериалистические арабские страны в лице Алжира, Ливии, Сирии, НДРЙ, а также ООП создали Национальный фронт стойкости и противодействия (НФСП) на основе неприятия идей сепаратизма. Однако НФСП так и не смог свернуть процесс египетско-израильского примирения, в результате чего его деятельность иссякла. США, в свою очередь, для скрепления египетско-израильского мира попытались создать некую «ось» Египет - Израиль - КСА, но из этого также ничего не вышло: в Эр-Рияде сочли такой союз противоестественным.

Примером более успешного объединения считается упоминавшийся ССАГПЗ, созданный в 1981 году для отражения возможной угрозы аравийским монархиям со стороны Ирана в разгар ирано-иракской войны. Хотя официально Совет предназначался для сотрудничества в экономической, социальной и культурной сферах, понятно, что на деле предназначение было, скорее, политическое. С завершением десятилетней войны снизились активность и революционная риторика Ирана, и ССАГПЗ, подобно НАТО в 1990-х годах, стал терять почву под ногами. Иран, особенно для некоторых малых стран, перестал восприниматься в качестве угрозы. Попытки подцепить к ССАГПЗ другие арабские монархические режимы - Иорданию и Марокко - мало что добавили союзу. А разговоры о присоединении Йемена - единственной аравийской страны в него не входящей - закончились внутрийеменской войной, вовлечением в нее саудитов и новым раздраем среди участников Совета.

В противовес Москве Вашингтон старался нести в регион свои либерально-демократические ценности. Распад СССР и уход его с Ближнего Востока вроде бы облегчал американцам задачу, развязывал руки, но из этой свободы они не извлекли желаемого. Сначала вторжение США в Ирак, потом оккупация этой страны и попытки навести в ней демократию вызвали у арабов отторжение и побудили их больше брать собственной инициативы. Ни в одной арабской стране не было создано политической системы, схожей с европейскими демократиями. Американский эксперт Валид Фарес, имеющий ливанские корни, убежден в негативном отношении в странах региона к так называемой западной демократии. За исключением Ливана, Турции, Израиля и в некоторой степени Иордании, элиты всех остальных стран резко критикуют то, что они называют «демократией в западном стиле»6. «Регион слишком перенасыщен идеями, идеологиями, борьбой за идентичность, наследственными конфликтами, чтобы реформаторы и гуманисты могли возглавить какое-либо из движений», - заключал специалист7

Сегодня господствующим идейным течением на Арабском Востоке стал исламизм. Говорить об исламизме как едином учении можно лишь условно, равно как и нет какого-то общепризнанного определения этому понятию. Скорее - это набор воззрений, считающих ислам не только религией, но и политической и социальной системой, осуществление жизни по законам шариата. Современные мусульмане должны вернуться к корням своей религии и воссоединиться в политическом плане. Исламизм вследствие этого имеет самые разные проявления, политические течения - от умеренных до экстремистских. При этом в нем прослеживаются постоянные попытки как найти объединяющую идею, так и доминировать - то есть считать свою школу главенствующей.

Исламизм в одном очевиден - это реакция на навязывание арабскому и мусульманскому миру в более широком контексте чуждых идейных схем, реакция на внешнее вмешательство. На всякое действие возникает противодействие. В свое время свержение американцами М.Мосаддыка в Иране с последующей вестернизацией привело к накоплению латентных протестов, выплеснувшихся наружу в виде исламской революции. Образование запрещенного в России и многих странах ИГ - это опять же следствие американской агрессии в Ираке, попыток обустройства Ирака по американским лекалам. И неслучайно боевые отряды ИГ возглавили бывшие офицеры иракской армии, которых бомбила и обстреливала самая передовая армия мира.

Многие лидеры государств выбирают исламизм (в умеренной интерпретации) в качестве политической мысли, стремясь навести мосты с себе подобными. Но в любом объединении есть некая доминанта: ведущие государства стремятся объединять вокруг себя более мелкие. Другие считают себя ведущими, но их собратья придерживаются иного мнения. На сегодня, можно сказать, среди арабских стран существуют два признанных центра силы - Египет как самое многонаселенное государство и одна из колыбелей мировой цивилизации и Саудовская Аравия - как самое финансово сильное и являющееся колыбелью ислама государство. Остальные могут соглашаться с этим или нет - ситуация мало изменится.

ИГ - халифат - тоже своего рода объединительная идея, пусть утрированно-искаженно, но нацеленная на объединение, по крайней мере, части суннитского ареала ислама. Идея достаточно стойкая и островками возрождаемая на территории других государств. Не только в Ливии, где халифату принадлежат целые территории, но и в ряде европейских государств, где живут и поселяются выходцы из стран Ближнего Востока. Примечательно, но она находит много последователей и среди разочарованной западной молодежи. Идеологизированные люди оказывают яростное сопротивление, например, иракской армии, вооруженная борьба с ИГ ведется несколько лет, тяжело берутся города и села, а джихадисты быстро восстанавливают утраченные позиции. В пропагандистском плане они демонстрируют свою жизнестойкость.

Кроме того, ИГ - это опыт несистемного интеграционного образования вне традиционных государственных схем, хотя и с элементами государственной атрибутики. Образование, не признающее существующих границ между странами, призвано показать, что объединительные процессы могут совершаться сугубо на идейном уровне. Очевидно поэтому в Соединенных Штатах не имеют достаточно ясных представлений относительно того, что будет после победы над ИГИЛ (если она случится после взятия Мосула) и насколько окончательной будет победа. Оружие может победить комбатантов, но оно бессильно, чтобы победить мысль. Россия на этом фоне оказывается в более выигрышной и, кстати, конструктивной позиции. Она - за решение сирийского вопроса на основе народного волеизъявления. Народ этой арабской страны, как и все арабы, должен решать свои проблемы сам, своими руками. Такой подход и стал бы альтернативой ИГ.

Политика США

Американская позиция и действия в ходе «цветных революций», закончившихся самой кровопролитной войной XXI века, вызвала у арабских правителей настороженность. То, как администрация Б.Обамы отнеслась к З.Бен Али и Х.Мубараку, заставило серьезно переосмыслить ситуацию: если американцы легко отказываются от своих старых друзей и соглашаются с приходом оппозиционных исламистов, то насколько можно им доверять и не нужно ли искать помимо них иные точки опоры? Новое египетское руководство и Президент А.Ас-Сиси стал больше рассчитывать на взаимодействие с КСА и другими государствами Залива. Хотя позиции Египта не всегда созвучны саудовским, он, в частности, сравнительно далеко расположен от Ирана и не особенно стремится к противодействию с Тегераном, общих проблем у них немало.

Американская политика на Ближнем Востоке, как правило, имея набор общих констатаций, перечисление принципов и постулатов, зафиксированных в официальных документах, на самом деле, прикрываясь обтекаемыми формулировками, предусматривает максимальную свободу действий в деле обеспечения интересов США. Расширительная трактовка позволяет Вашингтону менять приоритеты, опоры, союзников, кого-то поддерживать, а кого-то карать по своему усмотрению. Так, в Стратегии национальной безопасности, одобренной администрацией Б.Обамы, записано буквально следующее: «Мы имеем возможность и обязательство вести дело к укреплению, формированию и, если необходимо, созданию правил, норм и институтов, нацеленных на укрепление мира, безопасности и защиты человеческих ценностей в XXI столетии»8. Трактовать это можно как угодно.

За последние годы политика США в арабском мире стала меняться не только в связи с уходом из региона Советского Союза, появлением Ирана как влиятельного идейного игрока, но и изменениями в структуре импорта. Сегодня в пятерке главных поставщиков нефти в США - Канада, Мексика, Венесуэла и Нигерия и лишь одна страна Ближнего Востока - Саудовская Аравия. Ближневосточная нефть для США уже не имеет того критического значения, как, скажем, в начале 1980-х, а внутреннее сланцевое производство отнюдь не утратило актуальности. И если в период противоборства с СССР в Вашингтоне априори считали, что соперник стремится отрезать их от ближневосточной нефти, то теперь, похоже, таких опасений внешне не высказывается.

«Цветная революция» в Ливии смела режим главного американского антагониста в арабском мире, что было США на руку. Другой антагонист - Башар Асад в Сирии, - как считают в Вашингтоне, временно уцелел во многом благодаря неожиданной поддержке со стороны Москвы, но он уже не определяет погоду в арабском мире и вопросах ближневосточного урегулирования. Дожать его - дело престижа. Зато посредством использования сирийского конфликта США могут манипулировать ситуацией, создавая и одновременно решая проблемы региона, оказывать нажим на одних и выстраивать отношения с другими в нужном русле.

В принципе, интеграционные процессы в арабском мире, тем более под флагами исламизма при отсутствии глобального противостояния, США особенно не нужны, а создание местных военно-политических группировок пока тоже не столь актуально, особенно в связи с расширением зоны ответственности НАТО. Иран и без того будет сдерживаться местными антагонизмами, а привлекательность его революции как экспортного продукта не так высока, как в 1980-х годах. Иными словами, арабский мир с его нерешаемыми проблемами и возникающими противоречиями, в которых его представители сами с трудом разбираются, - в общем, неплохой продукт для Вашингтона.

Вот почему в случае с Катаром Вашингтон пытался играть некую посредническую роль в урегулировании саудовско-катарских отношений, хотя и весьма специфическую. В июне 2017 года в Вашингтоне озвучили сделку на поставку ВВС Катара американских истребителей F-15 на сумму около 12 млрд. долларов и порекомендовали следовать курсом на деэскалацию возникшей напряженности. Это намерение, однако, не вызвало резко негативной реакции Эр-Рияда, поскольку месяцами ранее США обещали ему поставки вооружений на кратно большую сумму.

Есть еще одно соображение, касающееся проекции и применения США военной силы. Надо сказать, что Б.Обама проводил на Ближнем Востоке сравнительно осторожную политику, его силовое вмешательство во внутренние дела арабских стран было больше опосредованным. На то были и свои причины. Так, по следам вторжения (читай - оккупации) Соединенными Штатами Ирака влиятельный Институт Брукингса провел социозамеры в арабском мире на предмет того, кого арабы больше всего боятся. Замеры были сделаны среди жителей Египта, КСА, Иордании, Ливана и ОАЭ. 79% опрошенных боятся Израиля, что, видимо, естественно, 74% - США и лишь 4% - Ирана9. Определился среди мировых политиков и лидер по степени неуважения. Им оказался Дж.Буш-мл., в которого, очевидно, неслучайно на одной из пресс-конференций запустили башмаком.

На фоне всего этого происходило переосмысление применения силы и в самом американском обществе. Сила - еще не гарантия достижения результата, часто результат оказывается не таким, как задумывалось. Вот почему известный американский политолог Дж.Най, не отвергая право Америки наводить в мире порядок, вместе с тем признал, что «вторжение и оккупация порождают ненависть и сопротивление, которые, в свою очередь, повышают издержки интервенции, снижают вероятность успеха и еще больше подрывают поддержку активной внешней политики внутри страны»10. Невмешательство же Обамы на Ближнем Востоке местные правители расценили однозначно: Америка уже не та, дает слабину, отмахиваться от нее нельзя, но нужно и можно проявлять больше самостоятельности. А Иран вообще всеми своими действиями демонстрировал, что ее не стоит бояться.

Трудно оценить еще формирующуюся ближневосточную политику Д.Трампа, но она в первых своих очертаниях напоминает «бизнес-политику»: заключим выгодные сделки, а уж потом будем разбираться, насколько они политически продуктивны. В пользу этого говорят результаты первой поездки американского президента в КСА в мае этого года, в результате которой было заключено различных соглашений о сотрудничестве, по разным оценкам, на 280, а то и на 350 млрд. долларов, из них только по линии министерств обороны - на 110 млрд. долларов - объемы, которые и не снились иным американским союзникам11. С другой стороны, свой первый зарубежный вояж Трамп совершил именно на Ближний Восток, где принял участие во встрече лидеров ССАГПЗ на высшем уровне, а затем в переговорах в расширенном формате, к которым присоединились также руководители других арабских и исламских стран. Значит, регион не так уж американцам безразличен.

Российское возвращение

Россия не стремится проводить блоковую политику в регионе. Во-первых, у нее нет привлекательной для арабских правителей идеологии, она не может реализовывать сопоставимые с американскими программы экономической помощи. А во-вторых, государства, с которыми она могла бы политически сблизиться (Сирия, Иран), имеют слишком отрицательную репутацию на Западе, именуются «странами-изгоями», и для нее лучше все-таки соблюдать некую дистанцию. Но зато как неидеологизированная страна она может сотрудничать с самым широким спектром стран, в том числе в вопросах добычи углеводородов. А как одна из ведущих в военном отношении держав - поставлять современное вооружение практически любой спецификации и в любых объемах.

Но даже не это главное. Россия особенно в последние три года в глазах арабов видится в качестве некой и, возможно, единственной альтернативы политике Вашингтона, направленной на всемерное укрепление американских позиций и реализацию только американских интересов. В этом ключе ее значение для арабских стран даже более значимо, нежели, например, Китая с его огромным экономическим потенциалом. Китай проводит по всему миру политику наведения мостов, но при этом ни с кем не вступает в союзнические отношения, предусматривающие внешнюю защиту. В политических катаклизмах он предпочитает занимать позицию хоть и заинтересованного, но наблюдателя.

Турецкий поток

Активность Турции на арабском направлении связана не только с ее вмешательством во внутренний конфликт в соседней Сирии и стремлением доминировать в этой стране. Основная проблема Анкары состоит в разнице между ее желаниями и возможностями. Турция не располагает достаточными финансово-экономическими рычагами для реализации своих амбициозных целей. В свое время малоэффективными оказались идеи пантюркизма - попытки соединить под турецкой эгидой тюркский мир, а отдельные эксперты склонны считать их провалившимися, в частности применительно к Центральной Азии12. На их подмену пришли идеи неоосманизма - соединить под турецкой эгидой и идеей весь тот мир, который когда-то входил в состав Османской империи. А это в основном арабский мир. Известным обоснованием теории стал труд профессора Ахмета Давутоглу «Стратегическая глубина», а сам автор получил возможность реализовывать свои идеи на практике в качестве министра иностранных дел Турции и премьер-министра, на это стали выделяться соответствующие средства. Тогда А.Давутоглу назвал Турцию «гравитационным центром притяжения для арабского мира»13.

Ради налаживания отношений с арабскими странами, которые турки именовали братскими, в 2010 году Анкара пошла на резкое понижение отношений с Израилем, используя инцидент с так называемой «Флотилией свободы»*. (*В мае 2010 г. «Флотилия свободы» в составе шести судов и 600 человек направилась с гуманитарной помощью для блокированных на территории сектора Газа палестинцев вопреки запрету со стороны Израиля. Турция присоединила к гуманитарному конвою свой военный катер. В результате израильского удара по конвою погибло 16 человек. МИД Турции назвал акцию «вопиющим нарушением основ международного права» и свел отношения с Израилем до самого низкого уровня.) Политика Турции в Сирии как в бытность дружбы с Б.Асадом, так и, по сути, войны с ним преследовала цель понизить в стране влияние своего конкурента - Ирана, а по большому счету Сирия являлась на тот момент единственной арабской страной, где у турок имелись хоть какие-то шансы закрепиться. А вот попытки укрепиться в других странах не прошли.

В начале 2011 года Р.Эрдоган попробовал свои силы на аравийском направлении - в странах Персидского залива - и получил прохладный прием. Его слова о необходимости создания турками и арабами союза на основе ислама, который «определит формирование всего мира», предложения забыть разногласия XIX и XX веков, когда арабские народы восстали против господства Османской империи, вспомнить об исторической общности, связывающей арабов и турок, так и не дошли до сердец аравийских правителей. Короли и шейхи Залива выслушали высокого гостя из вежливости, поскольку в отличие от Турции именно они располагают огромными финансовыми ресурсами и сами не в теории, а на практике являлись «гравитационными центрами». Но с еще большей прохладой Эрдоган столкнулся в Египте - самом крупном арабском государстве. Арабским правителям особенно не понравились попытки турецкого лидера завоевать популистские симпатии «арабской улицы», в Египте - выраженные Эрдогану симпатии со стороны «Братьев-мусульман».

В «цветных революциях» в арабских странах Турция усмотрела возможности сближения с широким кругом арабских государств со сменой старых режимов на новые, перспективу становления в них сходных с турецким политических режимов. Однако и на этом поприще она не преуспела, ожидаемого сближения не случилось. Тунис и Египет - сравнительно далеко. Даже казавшаяся близкой ставка на падение режима Б.Асада в соседней Сирии пока себя на оправдывает.

Турция не решилась на открытое военное вмешательство в Сирии в силу ряда причин. Это и опасения Вашингтона в связи с возможностью непредсказуемого развития событий, и жесткая позиция России, и даже непотерянная боеспособность сирийской армии. Но, думается, главное соображение - это то, что население самой Турции было против такого вмешательства и уж, конечно, Анкара навлекла бы на себя гнев арабских стран. То есть продвижение Турции в арабский мир не получило должного развития, там эту страну продолжали считать чужеродным элементом.

Пришлось действовать ситуативно. Это действие состояло в поддержке различных оппозиционных сирийскому режиму группировок, часть которых придерживалась явно экстремистской идеологии. В октябре 2014 года вице-президент США Дж.Байден обвинил Турцию в том, что она направляла без разбора сотни миллионов долларов и десятки тысяч тонн оружия любому, кто был готов сражаться против Асада, в том числе группировкам «Ан-Нусра», «Аль-Каида» и другим джихадистам, приехавшим из других частей света14. Турция категорически отрицала причастность к поддержке террористам. По мнению экспертов, на почве противодействия режиму Асада произошло и сближение Анкары с Катаром - государством, также увлекшимся игрой с вооруженной оппозицией. Дело в том, что Асад в свое время отказал в прокладке через свою территорию газопровода из Катара в Турцию, отдав предпочтение аналогичной ветке из Ирана.

В 2014 году Турция разместила контингент своих войск в Катаре. В июне 2017 года в связи с разворачивающимся кризисом Анкара отправила туда дополнительный контингент своих войск, при этом обе стороны заявили о том, что он предназначен для поддержания мира и безопасности в районе Персидского залива. Однако было бы неверным считать союз Турции и Катара вечным: Турции неприятен «флирт» Дохи с Ираном. Но пока мечты о переустройстве Сирии по своему лекало сохраняются, сохраняется и подобное взаимодействие. Анкара ищет точки или островки опоры в арабском мире. Влиятельные арабские страны не хотят этих опор. Это - суть одного из условий Катару.

Иранские ставки

На фоне зыбкости традиционных западных (капитализм и демократия) и восточных (социализм) рецептов свои идеи в арабский мир попытался нести еще один влиятельный игрок - Иран. Монархии Персидского залива в свое время получили мощную психологическую встряску от исламской революции в Иране, пошатнувшей казавшийся незыблемым монарший трон. Боязнь экспорта революции жива до сих пор, хотя после ирано-иракской войны, ухода аятоллы Хомейни Иран не стремится активно навязывать свои порядки соседним странам. Но его по-прежнему боятся вследствие его потенциальных возможностей оказывать влияние на шиитское население преимущественно суннитских арабских стран.

Различия в духовной сфере у двух влиятельных мусульманских стран - КСА и ИРИ ощутимы настолько, что в некоторой степени их можно считать непримиримыми. Если сказать в общем, то они касаются как взглядов на власть, так и ряда важных религиозных и общественных постулатов. Господствующее направление религии в Саудовской Аравии - ваххабизм. Его суть в достаточно краткой форме выразил российский эксперт Р.Силантьев: «Сейчас под ваххабизмом понимается не конкретная и четко выраженная религиозная идея, а совокупность идеологий исламского происхождения, проповедующих крайнюю нетерпимость к инаковерующим и инакомыслящим… Проще говоря, традиционные мусульмане уживаются с представителями иных исповеданий, а ваххабиты - нет, хотя при определенных обстоятельствах и для тактической выгоды согласны их терпеть короткое время»15.

Другое религиозное направление в КСА - салафитское, весьма тесно сливающееся с первым. Салафизм объединяет мусульманских богословов, которые в разные периоды истории ислама выступали с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины, на праведных предков. Ваххабиты и салафиты представляют собой два направления суннитской конфессии в исламе.

Совсем иное представление о религии и мироустройстве в Иране. Шиизм в интерпретации имама Хомейни берет в качестве главного принципа деятельности государства так называемое руководство законоведа (велайат-е факих). То есть верховное руководство страной осуществляется шиитским духовным руководителем, а светская власть фактически призвана выполнять его установления, или фетвы. По мнению специалистов, такой подход, скорее всего, неприемлем для суннитов, расценивающих улемов как обычных мусульман, выполняющих религиозные функции16. Истину, по учению Хомейни, скрывают вожделение, тщеславие, высокомерие, любовь к власти, эгоизм и т. д. Акт снятия этих грехов составляет «большой джихад», очищающий общество от упадка, коррупции и тиранических правительств.

Эти и некоторые иные построения легли в основу концепции по распространению исламской революции на соседние страны, особенно те, в которых существуют шиитские общины. А целью революции было объединение мусульманского мира, чтобы покончить с империализмом и сионизмом. «Хотя ее «экспорт» должен был осуществляться мирными средствами (распространение «исламской этики», проповеди, воздействие на иностранных улемов и т. д.), Иран оставлял за собой право на защиту от внешних врагов, которое понималось им не только как защита отечества, но и как защита ислама», - считает эксперт Р.Силантьев17. Эта универсальная концепция в свое время во многом обусловила отношение Ирана к «угнетавшему шиитов» иракскому режиму С.Хусейна, к Соединенным Штатам, Израилю, арабским правителям, включая саудитов.

В мусульманском мире идейная борьба за влияние осуществляется не только государствами, но и посредством разного рода религиозных структур, организаций и проповедников. Причем не всегда эта борьба носит чисто дискуссионный характер, а подчас приобретает форму весьма жестких действий. КСА и ИРИ ведут эту борьбу не только на территориях сопредельных государств, но и на территории друг друга. Оба государства видят свои миссии в том, чтобы нести свои просветительские идеи вовне, и на этой почве вступают в сложные взаимоотношения и подчас неразрешимые противоречия.

Сейчас совершенно понятно, что именно КСА принадлежит главная инициатива по «наказанию» Катара, наводящего мосты с Ираном. Думается, справедливо утверждение, что главной целью этой акции является «возвращение его в русло общей политики», точнее, в русло саудовского курса, а в дальнейшем недопущение «бунта на корабле». Борьба за влияние на умы арабской улицы продолжается.

q

С точки зрения здравого смысла совершенно очевидна чрезмерность требований, предъявленных арабскими странами Катару. Государство вправе само определять, с кем ему дружить, с кем развивать отношения. Но не все так просто. Русская поговорка «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» применима для нынешнего Ближнего Востока.

Но и объединяемые КСА арабские страны можно понять. Они защищают свою религиозно-историческую самобытность от внешних, в том числе региональных, влияний и, таким образом, они по-своему стремятся к поддержанию стабильности на своем берегу. В конфликте малого и большого очевидным кажется преимущество большого. Это так и не совсем так. Никто не знает, какие силы могут стать за спиной малого, чтобы сдержать этого большого.

 1https://news.mail.ru/politics/30175479/?frommail=1

 2http://inosmi.ru/politic/20170706/239743711.html

 3http://www.iimes.ru/?p=20320

 4Там же.

 5Там же.

 6http://www.libma.ru/istorija/revolyucija_grjadet_borba_za_svobodu_na_blizhnem_vostoke/

p6.php

 7Там же.

 8National Security Strategy. February 2015. President of the United States. Washington, 2017. 
P. 23.

 9NEWSru.com. 2007. 12 февраля.

10https://oko-planet.su/politik/politiklist/365385-uceleet-li-liberalnyy-miroporyadok-istoriya-idei-otstuplenie-liberalizma.html

11http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4268498

12См., например: Надеин-Раевский В. Стамбульский курс - позитивный поворот? // Пути к миру и безопасности. М.: ИМЭМО РАН. 2011. №1-2 (40-41). С. 86-88.

13http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4268498.

14Независимая газета. 2014. 6 октября.

15Силантьев Р. Ваххабитская Россия // http://gazetav.ru/article/?id=833

16http://evrazia.org/article/1904

17Там же.

Саудовская Аравия. Бахрейн. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277221 Александр Фролов


Ирак. Саудовская Аравия. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 августа 2017 > № 2275366 Марианна Беленькая

Иран, саудиты и Россия. Каким будет новый раунд борьбы за Ирак

Марианна Беленькая

Саудовская Аравия начала борьбу за Ирак, чтобы положить конец иранскому влиянию в этой стране. Однако Иран отступать не намерен и ведет свою игру, в том числе стараясь втянуть в иракское противостояние Россию

Сейчас самое удачное время для изменений политического ландшафта Ирака. Мосул освобожден, террористическая группировка «Исламское государство» (ИГ, запрещена в РФ) терпит поражение, а на апрель 2018 года намечены парламентские и местные выборы. Иракские политики нуждаются в политической поддержке извне, да и финансах тоже.

Потребуются большие вложения на восстановление регионов, которые на протяжении трех лет находились под властью ИГ. Деньги нужны и на реформу вооруженных сил и служб безопасности, чтобы не допустить повторения событий трехлетней давности, когда армия не смогла удержать Мосул и другие районы на северо-западе Ирака. Также предстоит торг с Иракским Курдистаном, власти которого намерены объявить независимость от центрального правительства.

Багдад отчаянно нуждается в союзниках и деньгах. Выборы, а точнее, борьба за власть – шанс найти и то и другое. Но передел власти может привести к новому обострению ситуации в стране. Большой вопрос, как справятся иракские политики с новыми вызовами.

От конфессий к нации

Основная интрига складывается вокруг шиитской общины, которая фактически контролирует парламент и чей представитель традиционно занимает пост премьер-министра Ирака. Однако эта коалиция отнюдь не однородна, лидеры шиитских партий не союзники, а соперники. В ходе нынешней предвыборной кампании они задались целью продемонстрировать, кто из них наиболее достойный лидер нации, способный заботиться не только об интересах шиитов, а всего населения Ирака вне зависимости от конфессий.

Религиозные лозунги сменяются национальной идеей. Подобные попытки были и раньше, однако терпели крах, а межконфессиональные конфликты в Ираке разгорались еще сильнее. Теперь о необходимости общенациональных, а не конфессиональных партий и интересов заговорили политики, которых фактически невозможно представить отдельно от шиитской общины.

Первым среди них стал Муктада ас-Садр, лидер второй по численности группы в иракском парламенте. С начала года он проводит многотысячные митинги, требуя от правительства реформ и борьбы с коррупцией. И самое главное – роспуска народного ополчения «Аль-Хашд аш-Шааби», созданного в 2014 году для борьбы с ИГ. Ас-Садр подчеркивает, что в Ираке не должно быть двух армий и ополчение должно быть полностью интегрировано в вооруженные силы страны.

После того как иракская армия потеряла Мосул, именно ополчение «Аль-Хашд» вместе с курдскими отрядами остановило продвижение ИГ. С этого момента роль ополчения, которое сегодня насчитывает 122 тысячи человек и объединяет десятки различных военизированных формирований, только росла. С самого начала финансовую, а также военную поддержку ополченцам оказывал Иран. Руководство большей частью отрядов осуществляло командование иранского Корпуса стражей исламской революции (КСИР). И без того сильное влияние Тегерана на политику Багдада в последние три года стало фактически тотальным.

Примечательно, что именно ас-Садр был одним из первых, кто после падения режима Саддама Хусейна сформировал вооруженные отряды шиитов, направив их против возглавляемой США коалиции. Эти же отряды принимали активное участие и в борьбе за власть в шиитской общине, и в межобщинной резне в 2006–2008 годах. Но к началу кампании против ИГ отряды ас-Садра уже не были столь активны, как раньше. Часть его сторонников присоединилась к ополчению, однако он сам на какое-то время ушел в тень.

На шиитской улице появились новые герои, многие лидеры ополчения стали для ас-Садра опасными конкурентами. Решив вернуться на политическую сцену, он сконцентрировался на уличных протестах и теперь позиционирует себя как политика, защищающего интересы всех иракцев. И не он один.

Вернуть в арабскую семью

Эр-Рияд делает все возможное, чтобы вернуть Ирак в «арабскую семью». Еще в 2003 году, после свержения режима Саддама Хусейна, Саудовская Аравия предостерегала США, что их политика в Ираке приведет к усилению влияния Ирана в этой стране. Прогнозы сбылись. Эр-Рияд пытался противостоять Тегерану, помогая суннитским формированиям в Ираке, однако это лишь больше обострило саудовско-иракские отношения, к тому же способствовало усилению в Ираке «Аль-Каиды» (запрещена в РФ). Теперь саудиты предпочитают действовать по принципу «разделяй и властвуй», стараясь перетянуть на свою сторону лидеров шиитской общины или хотя бы внести в нее разлад.

В 2015 году, впервые за 25 лет, королевство отправило своего посла в Багдад, однако он был вскоре вынужден покинуть Ирак, опасаясь за свою безопасность после нелицеприятных высказываний в адрес шиитских вооруженных формирований. Но это уже был шаг вперед, саудиты спохватились, что не только США, но и они упустили Ирак.

В феврале этого года Багдад неожиданно посетил саудовский министр иностранных дел. Это был первый визит столь высокого уровня с 1990 года. В июне в Эр-Рияд прибыл иракский премьер аль-Абади. По итогам переговоров было решено открыть несколько переходов на саудовско-иракской границе для облегчения торговых отношений. И совсем недавно иракское правительство объявило о планах создать комитет, направленный на укрепление торговых и инвестиционных связей с Саудовской Аравией.

Однако Эр-Рияду показалось недостаточно наладить отношения только с премьером аль-Абади. Тем более что он как представитель старшего поколения более осторожен и не склонен менять союзников, и это косвенно подтверждает его решение не распускать ополчение «Аль-Хашд».

С формальной точки зрения ополчение стало частью иракской армии еще год назад. В июле 2016 года указом аль-Абади по статусу оно было приравнено к подразделениям по борьбе с терроризмом, и, соответственно, его финансирование идет из иракского бюджета. Аль-Абади, как главнокомандующий иракской армией, должен осуществлять и руководство ополчением. На деле у каждого формирования, входящего в «Аль-Хашд», свои командиры, не говоря уже о прямом подчинении части отрядов КСИР. Но в случае отказа аль-Абади поддержать «Аль-Хашд» он мог сразу проститься с надеждой вновь занять премьерский пост. Тем более что его основной конкурент – аль-Малики – стоял у истоков создания ополчения и сохранил значительное влияние на многих ополченцев.

Но, цитируя самих иракцев, пока существует «Аль-Хашд», остается и иранское влияние в Ираке. В итоге через месяц после премьер-министра в Саудовскую Аравию пригласили ас-Садра. С ним встретился наследник престола Мухаммед бен Салман. Между политиками всего 12 лет разницы, и оба склонны к ярким заявлениям и импульсивным поступкам.

После визита в Джидду ас-Садра его пресс-служба распространила информацию, что Саудовская Аравия, помимо открытия пограничных переходов, планирует выделить Ираку дополнительные $10 млн гуманитарной помощи, вернуть посла в Багдад, а также учредить генконсульство в оплоте шиитов Наджафе. Учитывая, что ас-Садр не представляет иракское правительство, обещания, сделанные именно ему, звучат странно, но пока их никто не опроверг.

Иранская игра

Ас-Садр позиционировал свою поездку в Джидду как посредническую миссию между Саудовской Аравией и Ираном. Однако не факт, что у него такие полномочия действительно были, учитывая, что личные отношения ас-Садра с Тегераном простыми не назовешь. Особенно после того, как в апреле он внезапно призвал поддерживаемого Ираном президента Сирии Башара Асада уйти в отставку, а также начал кампанию по роспуску ополчения «Аль-Хашд».

Ас-Садру возразили в окружении премьера аль-Абади, заявляя, что в ходе визита главы иракского правительства в Эр-Рияд саудовцы именно его попросили наладить контакты с Тегераном. То есть не только саудовцы и иранцы пытаются использовать иракских политиков, но и последние стараются как можно выше набить себе цену и приписать себе в дальнейшем лавры посредников, независимо от того, нуждаются ли в этом посредничестве Саудовская Аравия и Иран.

По неофициальным данным, вернувшись из Саудовской Аравии, ас-Садр приказал снять в подконтрольных ему районах все антисаудовские лозунги. А спустя пару недель отправился с визитом в ОАЭ, которые вместе с Саудовской Аравией противостоят политике Ирана в регионе. Но значит ли это, что ас-Садр встал на сторону Саудовской Аравии и отвернулся от Ирана? Очевидно, нет. Эр-Рияду еще предстоит научиться влиять на иракскую политику, а Тегеран по-прежнему в силе, и явно отказаться от его поддержки, особенно накануне выборов – политическое самоубийство.

Несмотря на то что ас-Садр может вывести на улицу десятки тысяч сторонников, он не является единственным и безусловным лидером среди шиитов. Аль-Малики, аль-Хаким, аль-Абади, а также некоторые герои народного ополчения в состоянии составить ему конкуренцию, если заручатся поддержкой Ирана, а также благословением духовного лидера иракских шиитов аятоллы Али ас-Систани, с которым ас-Садр теплыми отношениями похвастаться не может.

Иран прекрасно понимает, что шиитские политики по-прежнему зависимы от него, но многим из них не нравится играть роль очевидных иранских марионеток. Иракцы – гордый народ и еще помнят, как их страна была одной из ведущих в регионе. В этой связи, как отмечает межарабская газета «Аш-Шарк аль-Аусат», Тегеран выработал новую стратегию в отношении Ирака. Она строится на трех принципах.

Во-первых, Иран одобрил создание более «либеральной» шиитской коалиции, которая будет руководствоваться общенациональными, а не конфессиональными лозунгами. Предполагалось, что это заберет часть козырей у курдских и суннитских политических сил, а также у тех шиитских политиков, кто выступает против Ирана, например у бывшего иракского премьера (2004–2005) Аляуи. Именно в этом контексте и была создана новая партия во главе с бывшим главой Высшего исламского совета Ирака аль-Хакимом – Движение национальной мудрости, которое позиционирует себя как общеиракскую силу, открытую для представителей всех конфессий.

Теперь остается наблюдать, какие политические союзы сложатся перед выборами. Одиннадцатого августа в интервью «Аш-Шарк аль-Аусат» ас-Садр заявил, что не возражает против альянса с премьером аль-Абади и аль-Хакимом и планирует сформировать с ними блок независимых технократов для обеспечения безопасности Ирака. Учитывая его уже состоявшийся союз с бывшим премьером Аляуи, возникает вопрос, как уживутся в одной связке четыре столь разных политика: близкий к Ирану аль-Хаким и оппонент Ирана Аляуи, защитник ополчения аль-Абади и его противник ас-Садр? И еще один вопрос: в чем здесь интерес Ирана, кто и кого перетягивает на свою сторону?

Второй элемент иранской стратегии заключается в том, чтобы подтолкнуть духовную власть Ирака в Наджафе одобрить, даже пусть и через силу, политическое руководство шиитов, лояльное Ирану. Для этого Тегеран сделал ряд уступок главе иракских шиитов ас-Систани, в том числе пообещал не вмешиваться в вопрос назначения его преемника.

Российский фактор

Наконец, третий пункт стратегии Тегерана – привлечь в Ирак Россию в качестве фасада для иранского влияния. Предполагается, что Москва должна помешать Вашингтону восстановить свое влияние на политическую жизнь в Ираке. Россия должна добиться этого с помощью расширения военно-технического сотрудничества, инвестиций в иракскую экономику и лоббирования интересов тех или иных иракских политических сил на международной арене. Но, учитывая, что у России в Ираке нет собственной базы поддержки, она будет вынуждена опираться на политиков, за которыми стоит Тегеран.

То, что Иран намерен сыграть на российских амбициях, было особенно видно в заявлениях, сделанных в ходе недавнего визита в Россию вице-президента Ирака аль-Малики, а он – один из самых близких Тегерану иракских политиков. Он заявил о желании Багдада видеть весомое политическое и военное присутствие России в Ираке для создания равновесия, которое послужило бы «на благо региону, его народам и его странам».

Некоторые комментаторы увидели в словах аль-Малики попытку розыграть «национальную карту» и бросить вызов влиянию Тегерана. Скажи эти слова другой иракский политик, так, возможно, и было бы – в Багдаде хватает желающих избавиться от влияния Ирана, выдался бы случай. Но аль-Малики для этого слишком связан с Тегераном. Так что, скорее всего, он называет именно иранскую позицию.

Также очевидно, что в Ираке, в отличие от Сирии, Россия не может составить серьезную конкуренцию Ирану. Но зато она может отвлечь на себя внимание Вашингтона и Эр-Рияда и позволить Тегерану по-прежнему контролировать происходящее в Ираке. Но нужно ли это России? Даже в Сирии, где у Москвы есть свой политический ресурс, Тегеран умудряется вести за ее спиной свою игру. Что же говорить об Ираке?

В то же время России вряд ли стоит полностью отказываться от возможности воспользоваться избирательной кампанией, чтобы выстроить более тесные контакты с самыми разными иракскими политиками в момент, когда предстоит торг за Курдистан, в Ирак возвращаются саудиты, а США пересматривают свою ближневосточную стратегию. Один раз Москва уже потеряла Ирак, да и весь Ближний Восток.

Ирак. Саудовская Аравия. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 15 августа 2017 > № 2275366 Марианна Беленькая


Саудовская Аравия. Ирак. Иран > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 13 августа 2017 > № 2273934

Саудовская Аравия обратилась к Ираку с просьбой стать посредником в восстановлении отношений с Ираном, сообщило иранское агентство FARS со ссылкой на министра внутренних дел Ирака Касема аль-Аараджи.

По данным агентства, министр рассказал о просьбе во время встречи с иранским коллегой Абдолрезой Рахмани Фазли в Тегеране. В ответ на просьбу аль-Аараджи предложил Эр-Рияду для первого шага "отнестись с уважением к иранским паломникам" и открыть для них кладбище Аль-Баки с захоронениями сподвижников пророка Мухаммеда.

Агентство утверждает, что Эр-Рияд прислушался к иракскому совету и аль-Аараджи заявил в Тегеране об открытии Аль-Баки для посетителей из Ирана.

Саудовская Аравия разорвала дипотношения с Ираном в январе 2016 года после того, как были совершены нападения на ее диппредставительства в Тегеране и Мешхеде, спровоцированные казнью известного шиитского проповедника Нимра ан-Нимра. Из солидарности с Эр-Риядом — одним из лидеров арабского суннитского мира — дипломатические отношения с Ираном прекратили Бахрейн, Судан и Джибути.

Суд в Иране в ноябре 2016 года вынес решение по делам 20 человек, задержанных за участие в нападении на дипмиссии Саудовской Аравии. Обвиняемые получили разные сроки, некоторых участников нападения суд оправдал.

В 2016 году глава МИД Ирака Ибрагим аль-Джаафари уже заявлял, что Багдад станет посредником в разрешении дипломатического кризиса между Ираном и Саудовской Аравией.

Саудовская Аравия. Ирак. Иран > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 13 августа 2017 > № 2273934


Россия. Саудовская Аравия. СКФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268137

Власти Ингушетии и Саудовская Аравия планируют наладить взаимодействие по ряду вопросов, в том числе, в религии, спорте, культуре, АПК и экономике, сообщил РИА Новости глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров по итогам визита в республику посла Саудовской Аравии в РФ Абдулрахмана бен Ибрагима ар-Расси.

Посол арабского государства находился в Ингушетии вместе с супругой. В сопровождении главы региона и представителей местных властей гости побывали на различных предприятиях и объектах, познакомились с инвестиционными возможностями и туристическим потенциалом республики.

Дипломат высоко оценил возможности и условия туристско-рекреационного кластера региона и остался под большим впечатлением от красот горного края. Особенно его заинтересовала горная, экологически чистая вода с Обанского источника, расположенного на высоте 3000 метров.

Гости побывали на предприятии "Обанхи", продукция которого в республике пользуется большой популярностью. С учётом высокой конкуренции на рынке питьевой воды в Саудовской Аравии, посол высказал намерение обсудить эту тему в свете взаимовыгодного торгово-экономического сотрудничества.

"Посол и его супруга остались довольны увиденным, мы обсудили много различных вопросов и есть уже определнные договоренности. В частности, гостей заинтересовала возможность розлива горной родниковой воды, форелевые хозяйства и в целом сфера АПК. Кроме того, будем сотрудничать с королевством и по другим направлениям — религия, экономика, спорт и культура", — рассказал Евкуров.

Адам Буражев.

Россия. Саудовская Аравия. СКФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268137


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268109

Два посланника США на этой неделе отправляются на Ближний Восток, чтобы помочь разрешить конфликт Катара с рядом арабских стран, сообщило агентство Рейтер со ссылкой на источник в госдепартаменте.

Тимоти Лендеркинг, зампомощника госсекретаря по делам стран Персидского залива, и отставной генерал морской пехоты Энтони Зинни посетят регион, чтобы "пообщаться со всеми вовлеченными сторонами и поддержать усилия по посредничеству со стороны правительства Кувейта", сообщил представитель госдепартамента агентству.

Ранее регион посетил госсекретарь Рекс Тиллерсон, который подписал соглашение с Катаром о противодействии финансированию терроризма, но не добился урегулирования конфликта.

Отставной генерал Зинни не получил какого-либо формального назначения в госдепартаменте. В прошлом он был начальником Центрального командования ВС США и президентом третьей по величине в мире оборонной корпорации BAE Systems.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение 13 требований соседей. Катар эти обвинения отверг, но заявил о своей готовности к диалогу.

Алексей Богдановский.

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268109


Тунис. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263199

Закон о криминализации насилия в отношении женщин: между народом и элитой

Нур Ад-Дин Аль-Алави (Noor Ad-Din Al-Alawi), NoonPost, Египет

Пропасть, отделяющая арабские элиты от их народов, возвращает нас к мучительному для исследователей и политиков вопросу: почему чаяния народов отличны от мышления элит? Как можно преодолеть данный разрыв? Что, если народ отвергнет свою элиту и создаст другую? В таком случае вопросов становится еще больше: как можно создать новую элиту, не подрывая влияния нынешней элиты (далекой от своего народа)? Достаточно ли просто переждать время, чтобы сделать это спокойно, определяя направление движения новой элиты и нового общества?

Такие вопросы были подняты при обсуждении и принятии закона о криминализации насилия в отношении женщин, который был одобрен парламентом Туниса в конце июля, превратив его и инициаторов принятия закона в объект насмешек в социальных сетях. Представители неакадемического среднего класса в соцсетях активно раскритиковали тех, кто монополизировал право называть себя элитой лишь на том основании, что обладают научной степенью или принадлежат к аристократии.

Законопроект как повод для смеха

«О криминализации насилия в отношении женщин» — так звучит название закона, но если прочесть его текст, мы найдем в нем довольно смешную часть, в которой написано, что любое слово в адрес женщины, сказанное на публике и задевающее ее достоинство, является преступлением, которое влечет за собой телесное наказание, а также денежный штраф до тысячи динаров (один тунисский динар равен 25,28 российского рубля по состоянию на 3 августа — прим. ред.). Фантазии законодателей вышли за пределы разумного, ведь получается, что если в общественном транспорте полной даме уступят место, и это каким-то образом заденет его достоинство, поскольку напомнит о ее избыточном весе, то данная ситуация уже может рассматриваться как преступление по отношению к ней.

В рамках настоящей статьи мы не будем вступать в правовые дискуссии об определении общественного пространства, где могут встретиться женщина и мужчина, однако, очевидно, что именно женщины решают, какие слова ее оскорбляют, а какие могут быть произнесены в разговоре: она является доминирующей стороной в ситуации, когда мужчина выражает восхищение ее красотой или свое намерение заключить с ней брак. Законодатель сохранил за ней право толковать ситуацию и приводить доказательства в пользу преступления, что является еще одним поводом для смеха. Кто будет свидетельствовать о совершении преступления, которое повлечет наказание? Неужели государство приставит полицейского к каждой женщине, или ей будет достаточно сказать, что она говорит правду, а мужчина лжет? И снова закон будет на стороне женщин, и все, что может сделать судья, так это прибегнуть к Корану, чтобы отделить правду ото лжи.

Было очевидно, что текст закона был подготовлен женщиной и для женщин, и он выражает лишь одну точку зрению, хотя дискуссия была мужской. Казалось, что члены парламента боялись тех, кто выдвинул законопроект, но на самом деле он был принят по политическим причинам. Это сделала элита, которая господствует в сфере финансов, политики и культуры и способна навязать свое видение государству и обществу без малейшего понимания, каково настоящее положение женщин в этом обществе и чего они действительно хотят.

Насилие является преступлением, но еще большим преступлением является бедность

Левое крыло элиты уже обменялось поздравлениями в связи с принятием закона, считая это большим успехом, за который женщины Туниса боролись долгое время, как вдруг появились те, кто начал критиковать аморальное поведение женщин, утверждая, что именно оно является причиной того, что они подвергаются преследованиям.

Позиции сторон не выходят за рамки идеологического конфликта, который существует в стране между левыми и их врагами — исламистами. Последние были против законопроекта, в то время как левые праздновали победу (левый блок выступал за принятие такого закона еще в 80-е, но им не удалось представить его на рассмотрение парламента при Бен Али, хотя исламисты тогда были за решеткой). Однако, несмотря на все споры, законопроект был принят парламентом, в котором доминируют исламисты.

Да, насилие — это преступление, но еще большим преступлением являются нищета и нужда, которые порождают множество других. Понимание этого отсутствует как у левых, так и правых, равно как и во всех элитных кругах, которые обеспечили себя средствами к существованию. У них нет причин совершать насилие в отношении своих жен и детей, зато есть много времени для того, чтобы размышлять об обществе, свободном от насилия, не рассматривая бедность в качестве одной из главных причин.

Это подводит нас к тому, что мы должны осознать в полной мере — обнаружение связи между бедностью и насилием не является изобретением велосипеда. Это урок для нашего общества, и в частности для сотрудников социальных служб, которые должны выучить этот урок и понять, что решение проблемы бедности — главный ключ к решению всех других проблем. В том числе тех, что связаны с любыми видами насилия, не только в отношении женщин.

Элита верит в обратное. Она полагает, что если ввести в действие закон против совершения насилия дома или за его пределами, то оно прекратится автоматически, что под угрозой со стороны закона общество станет лучше. Так, Мухаммед Шарафи, крупнейший теоретик левого толка и преподаватель, написал закон, который был радостно принят всеми кругами и изучение которого входит в образовательную программу на всех юридических факультетах.

Закон сделает общество лучше, если в его основе будет лежать идея о том, что если ликвидировать бедность, насилие прекратится, однако этот аргумент не служит интересам элит, которые думают, что живут в платоновской республике, в которой нет ничего, кроме наслаждений.

Между арабскими элитами и их народами существует пропасть. Так, образованные люди думают, что их образование позволяет им руководить неграмотным и невежественным народом, у которого нет выбора, кроме как подчиниться. А народы живут повседневными заботами, в своем собственном мире.

С ног на голову — образ мира в сознании элиты

По этой причине я объясняю разницу между теми, кто борется с социальной преступностью при помощи законов, и теми, кто занимается устранением ее причин. Парламент одобрил криминализацию насилия в отношении женщин, но забыл о политическом насилии, а также о насилии элиты против общества, потому что он — часть этой элиты, задачи которой он призван выполнять (здесь неважно, что парламент включает исламистов, либералов и левых, ведь они все — представители элиты). Тунисская элита видит мир перевернутым с ног на голову, она является учеником элиты французской, которая убила бога и заняла его место.

Бургиба (выпускник французского университета) сделал то же самое, нынешняя элита видит в нем маленького бога, который первым придумал вносить изменения с помощью текстов и заложил эту идею в сознание элиты, по-прежнему видящей мир сквозь призму текстов, а не то, каким он является на самом деле.

Насилие в отношении женщин является частью социального насилия, и криминализация «части» этого насилия без приложения усилий со стороны элиты не произведет реформ в государстве, потому что государство строится не на основе текстов, а долгим трудом. В этом тунисская элита ничем не отличается от элит других арабских государств, которые являются копиями того, что создал Бургиба.

Пропасть будет расширяться, потому что правовые инициативы вроде криминализации насилия в отношении женщин не покончат с насилием. Сегодня мы видим, что насилие растет (посмотрите, сколько разводов в Тунисе), потому что закон не может помочь супругам, которые ссорятся из-за снижения доходов семьи.

Страна беднеет, волны насилия продолжаются, и женщины становятся жертвами не потому, что они женщины, а потому что они являются частью бедного общества. А пока нам остается ждать, когда левое крыло элиты, оправдывая свою заработную плату, разработает еще один законопроект, который сорок лет спустя будет принят парламентом, состоящим из исламистов.

Тунис. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 3 августа 2017 > № 2263199


Россия. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 2 августа 2017 > № 2268044

Катарский кризис и южные проекты России

Геоэнергетическая мозаика вокруг Катара: векторы выхода

Пауза в дипломатическом кризисе вокруг Катара затягивается, стороны будто замерли в ожидании какого-то важного сигнала, будто ждут ошибки соперника. Казалось бы — чего ждать саудовской коалиции, за спиной которой стоят США? Ну, что такое против всех них, вместе взятых, какой-то там Катар? Перекрыть Суэцкий канал для его газовозов — и вот он уже практически отрезан от европейского рынка или по меньшей мере поставлен перед необходимостью нести серьезные затраты, позволяющие американскому СПГ конкурировать с ним по ценам. Чего же они ждут, на что может рассчитывать Доха в такой напряженной обстановке?

Первая часть ответа очевидна — вся эта блокирующая Катар публика ждет отмашки из-за океана о том, что введена в строй вторая линия завода по сжижению газа, что найдены решения по дополнительному фрахту газовозов, что Европа готова перейти на американский СПГ. Чисто техническая пауза, не более того. В том случае, если новая порция американских антироссийских санкций вступит в силу, под угрозой срыва оказывается проект «Северный поток — 2», тогда Европа просто вынуждена будет свои растущие потребности в газе покрывать за счет большего объема СПГ. Блокада Суэцкого канала для судов Катара неизбежно приведет к росту цены на газ, что будет на руку американским сланцевым газодобытчикам и инвесторам заводов по сжижению. Повторим, что «Газпрому» до всей этой чехарды пока никакого дела нет — треть европейского газового рынка он будет спокойно удерживать своими трубопроводами, действующими и строящимися. Но пока активной подготовки к решающему удару по Катару просто не видно — противостоящая сторона как будто чего-то опасается. Чего именно?

Перспективы «Новатэка»

В июне этого года на ПМЭФ, в числе прочих выступлений экономических лидеров, была одна очень примечательная речь, произнесенная заместителем председателя правления ПАО «Новатэк» Марком Джетвеем:

«У нас серьезные амбиции — достичь уровня Катара, только как компания. Это станет возможным после запуска двух СПГ-проектов: «Ямал-СПГ» и «Арктик СПГ — 2». Мы ускорим введение в эксплуатацию — первая линия будет запущена в конце 2017 года, вторая — во второй половине 2018-го, и третья — к первому полугодию 2019-го. Что касается «Арктик СПГ — 2», то мы начнем строительство в 2019 году, если будет принято окончательное инвестиционное решение, чтобы обеспечить ввод первой линии в 2023 году».

Выступление Джетвея мгновенно было ретранслировано «дружеским» по отношению к России информационным агентством Reuters, которое дало своему сообщению замечательный заголовок:

«Новатэк» рассчитывает обойти Катар и стать крупнейшим экспортером СПГ».

Еще раз, внимательно. Джетвей говорил о плане достичь уровня Катара, Reuters приписало «Новатэку» стремление догнать, перегнать и заткнуть Катар за пояс. При этом цифры не то чтобы искажены, они просто поданы такой кучей, чтобы откровенно запутать читателя. Следите за руками!

«Россия в 2016 году экспортировала 10,8 млн тонн СПГ, а завершение проекта «Ямал-СПГ» позволит России отгружать дополнительные 16,5 млн тонн в год и выйти на третье место в мире»

Джетвей — о компании, Reuters — о России. 16,5 млн тонн СПГ в год — это и есть мощность трех линий «Ямал-СПГ». На фоне Катара с его 80 млн тонн — значительная цифра, но отнюдь не то, что можно назвать превосходством. «Арктик-СПГ», для которого ресурсной базой станут месторождения на острове Гыдан, потенциально имеет шансы превзойти «Ямал-СПГ», доведя общий объем производимого СПГ до 70 млн тонн — году так к 2030-му. И это — при условии того самого «окончательного инвестиционного решения», о котором говорил Джетвей. Предполагать, что Катар до 2030 года не будет предпринимать никаких усилий по увеличению своего производства СПГ, конечно, тоже можно — вот только стоит ли…

Очевидно, что хлесткий заголовок американского новостного агентства имел под собой ровно одну цель — попытаться таким вот способом обострить только-только налаживающиеся отношения России и Катара. В марте этого года Леонид Михельсон, председатель правления ПАО «Новатэк», уже высказал свои соображения по этому поводу:

«Доля России в общемировых запасах газа составляет 22−24%, считаю, что такую же долю наша страна должна иметь на рынках СПГ».

Подчеркиваем слово «Россия» в этой фразе. Михельсон не витает в облаках, он помнит не только о своих проектах СПГ, но и о тех, которыми занимается «Газпром». Потому стоит обратить пристальное внимание не только на то, что было произнесено на ПМЭФ и в искаженной форме растиражировано Reuters, но и о «тихом» интервью нашего посла в Катаре Нурмахмада Холова, которое он дал ТАСС в феврале этого года. Вот прямая цитата:

«Еще 2 млрд долларов были направлены на развитие проектов по линии «Новатэк» (Ямал СПГ) и другие».

Вот это и есть реальность, а не пропагандистский блеф — Катар не конкурирует с Россией и «Новатэком», он помогает инвестициями нашим проектам. И делать это Катар начал раньше, чем разразился кризис в его отношениях с арабскими странами.

Своповые сделки — страховка Катара

Собственно говоря, на наш взгляд, это и есть тот самый «туз в рукаве», который, в числе прочих, и является основным тормозом на пути дальнейшей эскалации конфликта. Участие в СПГ-проектах России дает Катару основание на своп-сделки по поставкам газа.

«У нас есть обязательства перед европейскими странами, предлагаем вам, уважаемый северный коллега, выполнить их в обмен на выполнение нами ваших обязательств перед потребителями в Юго-Восточной Азии».

Все, на этом проблема Суэцкого канала решается, причем решение окажется таким, что ничего противопоставить ему нельзя. Будущий СПГ Ямала уже законтрактован на азиатский рынок, но своп-сделкам это помешать не может. Посмотрите на географическую карту, и вы убедитесь, что маршруты Ямал — Азия и Ямал — юг Европы практически совпадают по протяженности, «Новатэку» просто все равно, в какую сторону будут двигаться газовозы с его СПГ.

Напомним, что Пакистан официально отказался поддерживать саудовскую группировку в отношении Катара, и снова предлагаем посмотреть на географическую карту, чтобы присмотреться к маршруту Катар — Южная Азия. Территориальные воды Ирана недосягаемы для военных кораблей саудовской коалиции по определению, дальше начинаются территориальные воды Пакистана — и все, дальше вцепиться в караваны газовозов из Катара практически негде. И возможностей помешать заключению своповых сделок между Катаром и Россией тоже ни у кого нет. Потому и продолжается нынешний сюрпляс вокруг Катара — блокада объявлена, торговые операции прекращены, воздушное сообщение прервано, а что делать дальше — совершенно непонятно. На любой резкий шаг — своп в лоб, ставка США бита…

Остается понять, зачем Пакистану потребовалось его неучастие в делах братских суннитских государств, в чем его-то выгода от обеспечения торговых потребностей Катара. Для тех, кто не в курсе или просто забыл, напомним, что Пакистан и Россия уже несколько раз проводили совместные военные учения, что Россия будет строить в Пакистане газопровод от побережья к столице государства, что Пакистан уже подписал с нами договор о поставке все того же СПГ, что, в конце-то концов, Пакистан одновременно с Индией только что вступил в ШОС. Мягко будет сказано, такое развитие отношений разительно отличается от жесткого противостояния советских времен, но не в сравнении дело.

В одной из наших прошлых статей мы уже рассказывали о том, что Россия вполне способна за счет все тех же своповых сделок с Ираном обеспечить поставки СПГ в Индию, и все та же географическая карта показывает, что нет никаких препятствий для того, чтобы точно таким же способом поставлять СПГ и в Пакистан. Если Иран не имеет никаких возражений по поводу такого вот способа сотрудничества с Индией, то что может служить причиной для возражений в случае с Пакистаном? Проект морского газопровода Иран — Пакистан по-прежнему сталкивается с трудностями, не решенными Пакистаном, и когда Исламабаду удастся договориться с племенами белуджей, предсказать трудно. Но интерес Ирана и к Пакистану, и к Индии заключается отнюдь не только в поставках газа, есть и более интересные проекты.

Отношения Китая и Индии

Китай и с недавних пор Индия являются членами ШОС, но даже этот совместный проект не устраняет глубинных противоречий между двумя этими государствами. Напомним, что на протяжении минувшего века между странами трижды вспыхивали военные конфликты из-за спорных территорий на границе — в 1962, 1967 и в 1987 годах. В 2005 году часть конфликта была решена мирным путем: КНР признала штат Сикким индийской территорией, а Нью-Дели назвал Тибет «Тибетским автономным районом». На начало 10-х годов, однако, Индия не признает суверенитет Китая над районом Аксай Чина, Китай «зеркален» в отношении штата Аруначал Прадеш. При этом с 2008 года Китай — крупнейший торговый партнер Индии, но это не мешает странам наращивать военную инфраструктуру вдоль приграничных районов. Схватка двух демографических и экономических гигантов то обостряется, то затухает, и в последнее время наметилась очередная эскалация.

Новый премьер Индии Нарендра Моди сменил концепцию «Look East» на «Act East» — «Действуй на Востоке», тем самым объявив о начале активного укрепления связей со всеми своими восточными соседями. Моди и глава МИД Сушма Сварадж зачастили в страны Юго-Восточной Азии, индийские боевые корабли начали заходить в воды Южно-Китайского моря, заметно активизировались работы по прокладке стратегического шоссе Индия — Мьянма — Таиланд, деньги на которое также выделил Нью-Дели.

Но эта активизация тут же натолкнулась на противодействие со стороны Китая. В Лаосе китайцы на свои деньги и своими силами строят железную дорогу, которая соединит север страны со столицей, китайские военные строители сумели сменить американских в Камбодже, взрывными темпами растет сотрудничество Китая и Шри Ланки, куда Пекин буквально вливает миллиардные инвестиции. Но больше всего Нью-Дели беспокоит китайская активность в Индийском океане. «Жемчужное ожерелье» — сеть китайских баз и опорных пунктов в южных морях, которое, как считают в Индии, постепенно превращается в удавку на ее шее. Раздражение в этом году уже прорвалось вовне — напомним, что Индия бойкотировала международный саммит в Пекине, посвященный китайскому мегапроекту «Пояс и путь».

15 мая было опубликовано официальное заявление МИДа Индии, цитируем:

«Руководствуясь своей принципиальной позицией по этому вопросу, мы настоятельно предлагаем Китаю вступить в конструктивный диалог о его инициативе «Пояс и путь». Мы ждем позитивного ответа от китайской стороны».

Ответ последовал незамедлительно, причем был весьма резким для дипломатического языка.

«Я не понимаю, что пытается нам сказать господин пресс-секретарь индийского МИД, — парировала глава пресс-службы китайского внешнеполитического ведомства Хуа Чуньин. — Какой тип диалога он подразумевает под «конструктивным»? Какой «позитивный ответ», по мнению пресс-секретаря, должен дать Китай? Наши идеи и действия говорят сами за себя. Наши цели ясны и понятны. Мы с самого начала выступали за членство Индии в «Поясе и пути» и продолжаем это делать».

Вот такая примечательная ситуация среди двух членов ШОС, по поводу которой Россия пока не сказала ни слова. О стратегическом партнерстве России и Китая написаны миллионы статей, а мы просто напомним, что людей, благосостояние которых, по западным меркам, позволяет отнести их к среднему классу, в Индии насчитывается не менее 300 (трехсот — прописью, это не опечатка) миллионов. Два стратегических партнера всегда лучше, чем один. Два стратегических партнера, которые не способны выработать общую позицию, чтобы каким-то образом совместно влиять на Россию, — еще лучше. Второй и четвертый в мире потребители энергоресурсов с очевидной тенденцией дальнейшего роста этого потребления в качестве стратегических партнеров — так и вовсе прекрасно. Извините, если кому-то такое высказывание показалось чересчур циничным, но, как говорится, ничего личного, только бизнес. В условиях экономических санкций со стороны Европы и США два стратегических партнера с полуторамиллиардным населением в каждом — более, чем разумно.

Индия не только возмущается действиями Китая на дипломатическом уровне, бывают случаи и куда как более жесткие и жестокие. В рамках проекта «Шелкового пути» Китай ведет строительство Каракорумского шоссе через территорию, которую Пакистан и Индия делят уже десятилетия — через штат Джамму и Кашмир, который Пакистан оккупировал во время войны 1949 года. За последние 50 лет Индия уже десять раз обращалась к Китаю с нотами протеста, напоминая, что, согласно нормам международного права, любая деятельность Китая оккупированной территории незаконна. Китай все десять раз проигнорировал эти ноты, но сейчас это молчание приводит к тому, что Индия начинает рассматривать проект «Шелкового пути» как совершенно недружественный, если не агрессивный по отношению к ней. И ситуация дошла до совсем уж нецивилизованных действий — не так давно некие «местные сепаратисты» умудрились просто расстрелять восьмерых китайских строителей прямо на месте работ. Китай, разумеется, возмутился, Индия в ответ напомнила, что штат оккупирован Пакистаном, которому и надлежит разбираться с этими «неизвестными террористами»…

Но в Нью-Дели прекрасно понимают прописную истину — важно не только быть «против» чего-то, важно уметь предложить проект собственный, более привлекательный, более выгодный. И такой проект у Индии имеется — индийский ответ на «Шелковый путь» Китая. Назван он без изысков, вполне функционально — «Международный транспортный коридор «Север — Юг».

МТК «Север — Юг»

Вполне традиционно об этом проекте мало пишут в наших СМИ, хотя он заслуживает самого пристального внимания. Транспортный коридор призван соединить два города — Мумбаи (бывший Бомбей) на юге и Санкт-Петербург на севере. Сухо звучит, но, согласитесь, — все равно фантастически. Прямой путь из Индии на север Европы!

«Стартуем» из Мумбаи морем, добираемся до порта Бендер-Аббас на юге Ирана. Далее — до станций Казвин, Решт и до границы с Азербайджаном, где по обе ее стороны расположены два города с одинаковыми названиями — Астара. Здесь должны переставляться ж/д тележки (в Иране колея 1430 мм, в Азербайджане и далее в России — 1520 мм), и по территории Азербайджана составы отправляются к границе России, к городку Самур на берегу одноименной реки. А дальше все в руках РЖД, от юга до Москвы и Санкт-Петербурга.

Проект не нов, генеральное соглашение между транспортными компаниями Индии, Ирана и Индии было подписан еще в 1999 году, межправительственное соглашение появилось в 2000-м, которое было ратифицировано Госдумой в 2002 году. В настоящее время к этому соглашению присоединились Азербайджан, Армения, Белоруссия, Казахстан, Оман и Сирия. Как видите, интерес к проекту весьма основателен, более короткую дорогу в Европу ищет не только Индия.

МТК «Север — Юг» на 40% сокращает путь и втрое — время в пути, что означает ощутимый финансовый выигрыш для каждого участника проекта. Долгое время проект был заморожен, хватало весьма серьезных технических трудностей, немало потеряли во время санкций против Ирана, но сейчас проект набирает обороты.

5 марта этого года в ходе своей поездки в Иран президент Азербайджана Ильхам Алиев посетил иранскую Астару, чтобы лично посмотреть на пробный запуск состава через переход в Астару азербайджанскую. Все в порядке, железнодорожники справились со своей работой. Теперь остается подождать, пока будут закончены последние «штрихи к портрету» на иранской территории, поскольку 200-километровый участок Казвин — Решт — Астара проходит по чрезвычайно сложной местности, содержит несколько десятков мостов и тоннелей. Работы выполнены на 90%, окончание намечено на начало следующего года. По предварительным оценкам, пропускная способность железной дороги составит 1,4 млн пассажиров и от 5 до 7 млн тонн груза в год с дальнейшим расширением до 15−20 млн тонн.

Не так уж и много, но ведь западный маршрут — это только часть МТК «Север — Юг», проектируются еще морской — через Каспийское море, и восточный — по степям его восточного побережья, через территории Туркмении, Узбекистана и Казахстана. В этом случае индийский проект действительно способен стать альтернативой «Шелкового пути», поскольку обеспечит транспортировку грузов, связность Центральной Азии и стран Персидского залива с Россией и с севером Европы. Но эти маршруты пока только в проектах, а западный, через Азербайджан, активно реализуется. Однако наше, российское железнодорожное ведомство, родное РЖД, тоже имеет свое мнение по этому вопросу.

МТК «Север — Юг» и РЖД

Вот перечень мероприятий, которые РЖД планирует реализовать до 2025 года для развития МТК «Север — Юг»:

организация скоростного движения поездов на участке Санкт-Петербург — Бусловская;

развитие Московского железнодорожного узла;

реконструкция с электрификацией участка Ртищево — Кочетовка;

строительство обхода Саратовского железнодорожного узла;

комплексная реконструкция участка Трубная — Верхний Баскунчак — Аксарайская;

проекты организации скоростного и высокоскоростного движения и др.

Впечатляет, не так ли? А еще вам наверняка показалось, что мы ушли куда-то совсем в сторону от проблем Катара. Давайте свяжем этот вопрос и эти сомнения, благо сделать это совсем не сложно. Мы ведь не ответили еще и на самый главный вопрос — а зачем России эти самые своповые сделки с Катаром, которые, не исключено, потребуются полуострову для того, чтобы не свалиться в финансовую яму? Интерес Катара очевиден, но России-то какое дело до его проблем? Контракты о будущих поставках СПГ с Ямала в Юго-Восточную Азию уже имеются, можно будет спокойно выполнять их, наращивать мощность заводов по сжижению природного газа, строить новые и не обращать никакого внимания на проблемы Катара. Можно. Но так ли это выгодно? На наш взгляд, причины для этого имеются, и мы только что показали одну из них.

Запросы РЖД в МКТ «Север — Юг» — это финансы, и финансы немалые. Но транзитные услуги для Европы и Индии, Ирана, Омана для России — это всерьез и надолго, это выгодно. И маршрут через Каспий нам выгоден, и маршрут через Центральную Азию — тоже, поскольку каждый из них заставляет вспоминать присказку «Все пути ведут в Рим. В Четвертый Рим» — все маршруты будут идти через Россию, делая ее центральным связующим звеном для всего материка Евразия. При этом, как все мы знаем, Европа и США свои антироссийские санкции отменять не собираются, они их только старательно усиливают, в том числе и для нашего финансового сектора. Времена длинных и относительно дешевых кредитов для нашего бизнеса закончились в 2014 году, но инвестиционные суверенные фонды Катара ни к каким санкциям не присоединялись и присоединяться не думают.

Конечно, все вышеописанное — всего лишь наши предположения, гипотеза, не более того, но почему бы России не обеспечить вот таким способом финансирование крупного международного транспортного проекта, который вполне способен не только многие годы приносить прибыль бюджету и давать новые рабочие места, но еще и усилить наши взаимоотношения с Индией? Да, сейчас на Индию большое влияние оказывают США, поскольку противостояние Индии и Китая Америке выгодно, но влияние это основано на сугубо политических вопросах. А что может противопоставить этому Россия, за счет чего она может понизить позиции проамериканского лобби? Давайте бегло напомним, каким может быть условный «пакет мер».

Газовые перспективы Индии и Россия

Сегодня Индия — относительно небольшой игрок на газовом рынке. По данным ВР, Индия занимает 21-е место по объемам доказанных запасов газа — 1,4 трлн кубометров, 25-е место по объемам добычи — 33,7 млрд кубометров в год, и 15-е место по объемам потребления — 52,2 млрд кубометров в год. В то же время, согласно прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), в ближайшие годы Индия будет демонстрировать самые высокие в мире темпы роста потребления энергоносителей. Оценка МЭА дает 3% ежегодного роста, то есть в два раза выше, чем такая же оценка для Китая с его 1,6%. К 2030 году Индия станет вторым в АТР потребителем газа еще и потому, что стране предстоит решать проблемы с экологией. На сегодня 50% генерации электроэнергии Индия обеспечивает за счет угля, а доля газа в топливо-энергетическом балансе составляет всего 8% при среднемировых показателях в 24%. Не стоит забывать и о быстрорастущем населении, и о темпах развития индийского ВВП, которые в последнее десятилетие составляют в среднем 7,6% в год. Так что рост потребления газа просто неизбежен, вот только оценки этого роста разными аналитиками дают очень большой разброс. По данным Агентства энергетической информации США, к 2030 году потребление достигнет 95 млрд кубометров — это низшая отметка, а по оптимистичной оценке Совета по регулированию нефтегазовой промышленности самой Индии цифра окажется и вовсе фантастической — 272 млрд кубометров. Реалистичный сценарий — 169 млрд кубометров, при этом к 2020 году Индии придется импортировать не менее 60 млрд кубометров, к 2030-му — до 90 млрд кубометров.

Индийские компании прекрасно понимают обстановку и уже сейчас ведут переговоры с производителями газа в разных странах. Список выглядит следующим образом: Россия, Иран, Катар, Нигерия, Мозамбик, США, Австралия. Географическая карта показывает, что в случае СПГ минимальные расходы на транспортировку будут при поставках из Ирана и Катара, всем остальным поставщикам конкурировать возможно исключительно за счет все тех же своповых сделок или работать с прибылью, мало отличной от нуля. Альтернатива — газовые трубопроводы, проектов которых имеется три штуки.

Газопровод ТАПИ, о котором муссируются различные слухи уже больше десяти лет, должен привести в Индию газ Туркмении по маршруту Туркмения — Афганистан — Пакистан — Индия, длиной 1700 км при планируемой мощности 30 млрд кубометров в год. Маршрут просто потрясающий, поскольку место «входа» трубопровода в Афганистан — Герат, и далее через Кандагар до юга, то есть на протяжении всего маршрута трубопровод должен идти по местам наибольшей активности боевиков «Талибана». По территории Пакистана трубопровод должен пройти через Кветту, а это те самые места, где сосредоточены талибы пакистанские. Блестящие перспективы, одним словом. Да и для Индии ТАПИ проблемы решит только частично, поскольку Пакистан соглашается на такой транзит только при условии, что и сам он будет получать газ из этой же трубы. Как в таких случаях говорится — удачи вам, господа!

Газопровод «Мир» по маршруту Иран — Пакистан — Индия максимальной мощностью 55 млрд кубометров в год практически заморожен из-за политических разногласий между Пакистаном и Индией. Если эти разногласия удастся снять окончательно, то этот газопровод становится реальностью, а надежды на снятие противоречий не просто есть — они растут, наиболее явным симптомом стало совместное и синхронное вступление Пакистана и Индии в состав ШОС. Вот только судьба месторождения «Фархад Б», которое должно стать ресурсным источником для этого газопровода, оказалась весьма замысловатой.

Достаточно подробно мы писали об этом в статье «Энергетика России разворачивается на юг», но можем повторить и совсем коротко. Месторождение найдено консорциумом индийских компаний, по плану они и должны были стать его разработчиками. По договору с Ираном все инвестиции должны быть сделаны индийской стороной, а после того, как они окупятся, дальнейшая прибыль должна стать совместной. Предлагаемые Индией проекты технико-экономического обоснования раз за разом кажутся Ирану чрезвычайно дорогостоящими, переговоры ведутся с 2012 года, но надежды на успех тают. Иран, однако, не желает, чтобы это перспективное месторождение оказалось заброшенным, и с мая этого года рассматривает возможность приглашения в проект другого инвестора. Какого конкретно «другого», Иран вслух не говорит, обозначив его секретным словом «Russians». Чтобы сохранить интригу, не будем писать слово «Газпром» и мы. Да, в этом проекте Пакистана нет и в помине — если проект будет реализован, то трубопровод пройдет через территориальные воды этого государства, но все 33 млрд кубометров газа в год будут идти по нему только в Индию. Причины, по которым высока вероятность того, что Пакистан не будет возражать этому транзиту, мы рассматривали в той же статье, повторяться не станем.

Российский СПГ для Индии

Давайте теперь посмотрим, какие заделы имеются у «Газпрома» уже сегодня. Труб нет, но есть СПГ, который охотно принимают и Индия, и Пакистан. В январе этого года была достигнута договоренность с Пакистаном, запланированный объем поставок — 1,5 млн тонн СПГ ежегодно. С 2018 года должны начаться поставки СПГ в Индию по контракту с компанией Gail, запланированный объем — 2,5 млн тонн ежегодно. Кроме «Газпрома», в игру вполне способен вступить и «Новатэк», но не с «Ямал-СПГ», а в более отдаленной перспективе — с проектом «Арктик-СПГ». Из прочего — переговоры «Газпрома» с еще двумя индийскими компаниями, Gujarat State Petroleum Corporation и Petronet&Oil о заключении контрактов на поставки СПГ до 3,5 млрд кубометров в год начиная с 2019-го. Если переговоры закончатся успешно, то даже без реализации трубопроводных проектов «Газпром» получит на индийском газовом рынке до 16%. И это, на наш взгляд, очень важный момент — пока ведутся переговоры по трубным проектам, очень полезно закрепиться на таком растущем рынке.

Вот только автоматически возникает вопрос — откуда России выгоднее всего поставлять СПГ для Индии, чтобы транспортные издержки были минимальными? Разумеется, чем короче маршрут — тем выгоднее. И вот тут мы снова сталкиваемся все с тем же Катаром, поскольку Иран только-только начинает переговоры с потенциальными иностранными инвесторами о строительстве первых СПГ-заводов. В этом, кстати, скрыта и причина отказа Пакистана от участия в блокаде Катара, ведь с 2015 года Qatargas поставляет в Карачи 3,5 млн тонн СПГ ежегодно. Известна и контрактная цена, которая составляет 5,35 доллара за MBTU или 191,5 доллара за 1000 кубометров. Очевидно, что эта цена служит ориентиром на переговорах «Газпрома» как с Пакистаном, так и с Индией, «продавить» более высокие цены будет весьма проблематично, поэтому протяженность маршрута поставок становится весьма важной. Очевидно, что наиболее оптимальный вариант для России — суметь договориться с Катаром все о тех же своповых поставках СПГ с его территории, а не гонять газовозы с Сахалина. И это — вторая причина, по которой Катар может рассчитывать на заключение своповых сделок с Россией о поставках СПГ в Европу в случае обострения кризиса, возникшего у него с Эр-Риядом и его союзниками.

Позволим себе напомнить о том, что в планах Индии не только увеличение потребления природного газа, но и наращивание генерации электроэнергии на АЭС. Мы уже касались этой темы и в ближайшее время ее продолжим, проведя сравнение с американскими предложениями строительства АЭС в этой стране.

Получается, что Россия заинтересована в дальнейшей нормализации отношений с Катаром по причине наличия сразу двух проектов, участие в которых этой страны было бы для нас чрезвычайно полезным. Как будет развиваться в связи с этим дипломатический кризис вокруг этого государства, покажет ближайшее время, но нам представляется, что дальнейшее экономическое сближение наших стран обоюдовыгодно. Объективно оценивая инвестиционные возможности Катара и его производственные мощности по сжижению газа, мы видим, что и то, и другое можно использовать в нынешней обстановке, когда страны Запада продолжают становящуюся уже откровенно истеричной тактику введения все новых антироссийских санкций.

Борис Марцинкевич

Россия. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 2 августа 2017 > № 2268044


Саудовская Аравия. Ирак > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 2 августа 2017 > № 2262019

В начале текущей недели саудовские СМИ сообщили, что наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бин Салман, который по совместительству является заместителем премьер-министра и министром обороны королевства, принял в Эр-Рияде влиятельного иракского политика Моктаду аль-Садра.

Событие представляет интерес в связи с тем, что М. аль-Садр является лидером радикального шиитского движения «Армия Махди». Всемирную известность приобрёл в апреле 2004 года, когда руководимые им боевики подняли восстание против международных оккупационных сил в священном шиитском городе Эн-Наджаф.

Кроме того, в 2016 году именно сторонники М. аль-Садра блокировали комплекс правительственных зданий в Багдаде, требуя от премьер-министра Ирака Хайдера аль-Абади решительных мер по борьбе с коррупцией в стране.

Моктада аль-Садр пользуется широкой поддержкой среди шиитского населения Ирака, происходит из выдающейся шиитской семьи и является четвертым сыном шиитского священнослужителя, покойного аятоллы Мохаммеда Садека аль-Садра.

Визит в КСА шиитского лидера подобного масштаба рассматривается для ближневосточных элит Персидского залива как важное знаковое событие. Учитывая, что иракский шиитский политик посещал последний раз центр суннитского мира - Саудовскую Аравию в 2006 году.

Официальные сводки саудовских СМИ сообщили, что М. аль-Садр был также принят государственным министром Саудовской Аравии по делам Персидского залива Тамером аль-Сабханом.

«Мы очень довольны тем, что нашли позитивный прорыв в отношениях между Саудовской Аравией и Ираком, и надеемся, что это начало отступления от сектантской борьбы в арабо-исламском регионе», - говорится в заявлении офиса М. аль-Садра.

Подобные позитивные сигналы с обеих сторон могут свидетельствовать о том, что в Эр-Рияде начинают самым серьезным образом пересматривать свои подходы во внешней политике в Ираке.

Ранее сообщалось, что власти Саудовской Аравии неофициально контактировали с широким спектром суннитских сил в Ираке, воздерживаясь от официальных контактов с шиитскими движениями в данной крупной стране региона. Единственными проводниками интересов КСА в Ираке являлись племенные союзы на западе страны, исповедующие ислам суннитского толка.

Таким образом, через контакт с лидером «Армии Махди», саудовское руководство пытается войти в шиитскую политическую сферу Багдада, в противовес традиционным интересам соседнего Ирана.

Причем Эр-Рияд использует удобный период «сложных» отношений М. аль-Садра с Тегераном и проиранскими фигурами в политической шиитской элите Ирака. Таким образом, дипломатический ход КСА может разобщить шиитскую элиту Ирака, вывести определенную ее часть из-под безусловного влияния Ирана.

В целом, арабские эксперты считают, что Саудовская Аравия начинает более активную игру в Ираке, что в свою очередь может вызвать ответные шаги со стороны Ирана.

Саудовская Аравия. Ирак > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 2 августа 2017 > № 2262019


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 1 августа 2017 > № 2266787

Chatham House: Кризис в Персидском заливе обнажает слабость подхода Трампа

Выбранная главой Белого дома Дональдом Трампом стратегия, заключающаяся в следовании курсом непредсказуемости, не способствует разрешению кризисов на Ближнем Востоке, лишь обостряя их

С тех самых пор, как Дональд Трамп стал президентом США, его склонность к «непредсказуемости» выступила со всей очевидностью. Невзирая на то, являются ли действия Трампа тщательно выверенной стратегией или попросту прикрытием бесконтрольного, хаотического и, на первый взгляд, не основанного ни на какой стратегии вообще подхода к политическому лидерству, последствия выбранного Трампом курса остро ощущаются как в Вашингтоне, так и во всем мире. И нигде это не соответствует действительности больше, чем в Персидском заливе, где разворачивается политический кризис, в рамках которого неопределенность в отношении следующего шага США равносильна отсутствию какого-либо плана, пишут Джейкоб Паракилас и Питер Солсбери в статье для Chatham House.

Противостояние между Катаром и его соседями - Саудовской Аравией, Бахрейном и ОАЭ - стало первым внешнеполитическим кризисом, случившимся после прихода в Белый дом Трампа. Безусловно, с момента его инаугурации в Сирии, Ираке и КНДР происходили определенные события, однако кризис в Персидском заливе отличается определённой новизной. Процесс по изоляции Катара — страны, в чью энергетику США сделали огромные инвестиции, а также месторасположения базы США, на которой находится 11 тыс. военнослужащих и которая играет ключевую роль для военных кампаний в Афганистане, Ираке и Сирии — возглавили ОАЭ и Саудовская Аравия.

Они посчитали, что могут пойти на этот шаг вопреки интересам Вашингтона в Катаре потому, что им показалось, что они успешно смогли перетянуть Трампа и его ближайшее окружение на свою сторону с помощью тщательно выверенных личных связей и горячего приема делегации США во время визита Трампа в Эр-Рияд в мае 2017 года. Карьерные дипломаты Государственного департамента США считают, что кризис идет вразрез с интересами страны, а также вредит их репутации. На ранних его стадиях Трамп пошел вопреки устоявшейся практике и рекомендации собственного правительства и выступил с заявлением о том, что Катар является «страной-спонсором терроризма», тем самым он встал на позиции, противоречащие главе дипломатического ведомства Рекса Тиллерсона.

До того как были сделаны соответствующие заявления Трампа, аналитики, иностранные дипломаты и большое число официальных лиц Вашингтона ожидали, что вот-вот заработает машина американской дипломатии. Они надеялись, что США смогут канализировать неудовольствие Саудовской Аравии и ОАЭ в менее открытую площадку для обсуждений, где Вашингтон мог бы встряхнуть представителей обеих стран и принудить их пойти на компромисс.

Вместо этого, США, казалось, были парализованы нерешительностью. Со стороны Пентагона, Государственного департамента и других ведомств звучали противоречащие друг другу заявления, что углубляло стратегическую пропасть. Тиллерсон совершил ряд визитов по странам Персидского залива в июле, почти через два месяца после начала кризиса. Вернулся он из него тем не менее с пустыми руками. Не в последнюю очередь это было обусловлено тем, что ни Эр-Рияд, ни Абу-Даби не видели причин соглашаться на его план посредничества. Дипломатам из Франции и Великобритании также не сопутствовала удача. Западные эксперты пришли к выводу, что этот кризис — «дело семейное», поэтому и разрешаться он самими сторонами.

Непредсказуемость может быть полезным инструментом в получении преимуществ над партнером по переговорам при заключении двухсторонних деловых сделок, однако этот инструмент серьезно ограничен при решении комплексных, многосторонних дипломатических кризисов. В глубине дипломатического кризиса в Персидском заливе происходит намного более сложный процесс, нежели несогласие с поддержкой Дохой террористов и давних соперников.

Катар воспринимается как одновременно угроза внутреннему порядку в соседних странах — отчасти из-за его поддержки СМИ, критикующих эти государства, и организации «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — и барьером на пути формирования нового регионального порядка, возглавляемого Саудовской Аравией и ОАЭ. Он, возможно, не будет соответствовать тем ценностям, которые поддерживают США.

Ситуация в Персидском заливе вскрывает фундаментальную проблему со столь ценимой Трампом непредсказуемостью. Дело не просто в том, что его действия непредсказуемы, а в том, что исключение предсказуемости США из уравнения будет иметь вторичные и третичные воздействия, последствия которых просчитать невозможно. В качестве главы государства Дональду Трампу было лишь небольшое число прецедентов, тогда как в качестве лидера США и, таким образом, международного порядка, который Вашингтон помог построить после Второй мировой войны, их нет в принципе.

Трамп критиковал своего предшественника Барака Обаму за то, что его слабость при руководстве международными процессами позволила странам-соперникам США получить над ними преимущества. Однако те же самые обвинения могут быть выдвинуты и в отношении его хаотического подхода и вопиющей подверженности к лести.

Та медлительность, с которой он номинирует официальных лиц Государственного департамента среднего звена — которые играют ключевую роль в урегулировании подобных катарскому кризисов — лишь обостряет сложившуюся ситуацию, поскольку способность бюрократии интерпретировать и воплощать на практике директивы от высшего руководства ограничена. Кроме того, ряд официальных лиц в Вашингтоне отмечает, что Саудовская Аравия и ОАЭ эксплуатируют политический вакуум везде, где им это удается. Нет причин для того, чтобы остальные государства не последовали примеру Эр-Рияда и Абу-Даби.

Нормальные средства, с помощью которых регулируются такие кризисы, отсутствуют на данный момент в арсенале США. Более того, по-прежнему непонятно, сколько еще должно пройти времени, чтобы возобновилась нормальная работа, если такое вообще произойдет. Кризис в Персидском заливе не только служит объективным уроком того, какую опасность представляет собой непредсказуемость подхода Трампа, но и те семена хаоса, которые с ее помощью сеют.

Максим Исаев

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 1 августа 2017 > № 2266787


Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 1 августа 2017 > № 2264500

Власти Катара направили жалобу во Всемирную торговую организацию (ВТО) из-за экономического бойкота со стороны Саудовской Аравии, Бахрейна, Египта и ОАЭ, передает в понедельник "Би-би-си".

В Дохе заявляют, что блокада идет вразрез с правилами торговли, а также нарушает право на интеллектуальную собственность.

При этом в случае, если договоренность не будет достигнута в течение 60 дней, то спор будет рассматриваться отдельной комиссией в рамках ВТО.

В самой организации пока не предоставили комментариев по поводу переданной Дохой жалобы.

5 июня Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн разорвали дипотношения с Катаром, объявив ему фактическую блокаду. Страны обвинили катарское руководство в поддержке и финансировании террористических группировок и вмешательстве во внутренние дела других стран. В то же время некоторые наблюдатели считают, что истинной причиной послужило то, что в ходе прошедшего саммита стран Персидского залива катарское новостное агентство распространило речь эмира Катара, который заявил о поддержке нормальных отношений с Ираном, что вызвало волну критики на саммите.

Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 1 августа 2017 > № 2264500


Катар. Саудовская Аравия. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 июля 2017 > № 2259612

Четыре арабские страны, объявившие бойкот Катару, признают только Кувейт в качестве посредника в урегулировании этого конфликта, заявил в воскресенье в Манаме глава МИД Бахрейна Халед бен Ахмед Аль Халифа.

"Помимо роли эмира Кувейта Сабах Аль Ахмеда Аль Джабера Ас-Сабаха, нет больше никаких ролей, он с самого начала выступает в этом качестве, все его поддерживают, и мы надеемся, что его миссия увенчается успехом", — сказал бахрейнский министр на пресс-конференции.

В воскресенье в столице Бахрейна Манаме прошли переговоры глав МИД Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта, объявивших Катару бойкот. По итогам встречи арабская четверка заявила, что сохраняет в силе все требования, выдвинутые катарским властям. Кроме того, министры выразили готовность к диалогу с Катаром, если катарские власти на деле подтвердят прекращение поддержки терроризма.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение 13 требований соседей. Катар эти обвинения отверг, но заявил о своей готовности к диалогу.

Помимо эмира Кувейта, ряд стран, в том числе неарабских, предлагали свою помощь в урегулировании конфликта. Так, президент Турции Тайип Эрдоган совершил турне по странам Персидского залива с целью поиска путей для урегулирования катарского кризиса. Ранее госсекретарь США Рекс Тиллерсон совершил несколько челночных поездок по странам региона, пытаясь достичь примирения сторон.

Надим Зуауи.

Катар. Саудовская Аравия. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 июля 2017 > № 2259612


Казахстан. Египет. Саудовская Аравия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > kapital.kz, 27 июля 2017 > № 2259322

300 казахстанцев получают теологическое образование за рубежом

В основном, они учатся в Египте и Саудовской Аравии

В министерстве по делам религий и гражданского общества прокомментировали инцидент с участием казахстанцев в Египте. Как сообщалось, шестеро студентов отправились в Египет на языковые курсы и были задержаны местными правоохранительными органами. О причинах задержания пока ничего неизвестно, сообщает корреспондент центра деловой информации Kapital.kz.

«В связи с происшедшим хотелось бы сказать, что министром по делам религий и гражданского общества Нурланом Ермекбаевым уже неоднократно отмечалась проблема бесконтрольного выезда наших молодых граждан на обучение за рубеж», — отметил советник министра Бахытжан Кулекеев, слова которого приводятся в сообщении ведомства.

Также говорится, что молодежь, выезжая за религиозным образованием за рубеж, попадает под влияние идеологов радикальных течений. На сегодня около 300 казахстанцев пребывают в теологических учебных заведениях за рубежом. В основном это Египет и Саудовская Аравия. Часть граждан в результате проведенной с ними разъяснительной работы вернулась.

«Нужно понимать, что в этих странах сегодня не простая ситуация. Там усилен антитеррористический и в целом миграционный режим. Поэтому, даже если ты не являешься последователем радикальных течений, но обучаешься в сомнительных учебных центрах, на языковых или религиозных курсах, так называемых марказах, ты попадаешь в поле зрения местных спецслужб и полиции со всеми вытекающими отсюда последствиями», — подчеркнул Бахытжан Кулекеев.

Он напомнил, что в Казахстане есть университет «Нур-Мубарак» и сеть медресе по стране. Кроме того, Духовное управление мусульман Казахстана объявило, что отныне не будет брать к себе на работу лиц, получивших религиозное образование за рубежом без согласования.

В настоящее время разрабатывается законопроект о религиозной деятельности. В рамках этой работы будет предложены нормы, регулирующие общественные отношения, связанные с получением теологического образования за рубежом.

«Есть несколько вариантов. Мы обсуждаем их с экспертами из других ведомств. Один из них предусматривает получение духовного (религиозного) образования в иностранных государствах только после получения высшего религиозного образования на уровне бакалавриата в Казахстане и только по направлению зарегистрированных религиозных объединений. По уровню магистратуры и докторантуры ограничений в обучении не предусматривается. Исключение могут составить случаи, если у религиозного объединения отсутствует соответствующее образовательное учреждение здесь в Казахстане», — добавил Бахытжан Кулекеев.

Ограничение на выезд по данной норме за рубеж не нарушит базовые права граждан на получения образования. В отдельных государствах получение теологического образования за рубежом запрещено, заключили в министерстве.

Казахстан. Египет. Саудовская Аравия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > kapital.kz, 27 июля 2017 > № 2259322


Саудовская Аравия. Израиль. Палестина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 июля 2017 > № 2258328

Канцелярия короля Саудовской Аравии заявила, что отмена Израилем мер повышенной безопасности около мечети Аль-Акса на Храмовой горе в Иерусалиме является успехом дипломатии королевства, сообщает эмиратское информагентство WAM.

Израильская полиция ранее объявила об отмене мер безопасности в районе иерусалимской Храмовой горы, против которых почти две недели протестовала арабо-мусульманская община. Муфтий Иерусалима Мухаммед Хусейн объявил об урегулировании конфликта и готовности возобновить молитвы на территории третьей по значимости святыни ислама.

По заявлению властей Саудовской Аравии, король Салман бен Абдельазиз Аль Сауд в течение последних дней провёл переговоры с рядом стран, включая США, чтобы они приложили усилия с целью не допустить закрытия мечети для мусульман и отмены ограничений на доступ в нее.

"Саудовская Аравия подтвердила право мусульман на мечеть Аль-Акса в Иерусалиме и свободного выполнения там своих религиозных обрядов",- заявили в канцелярии.

Согласно заявлению, королевство подтвердило "важность достижения справедливого урегулирования палестинской проблемы на основе арабской мирной инициативы, принципа "двух государств" и международного права".

Системы контроля у Храмовой горы появились 14 июля в качестве реакции на убийство в этом районе Старого города двух полицейских. Арабы-мусульмане в ответ обвинили Израиль в использовании трагедии как предлога для ограничения их прав на третью по значимости святыню ислама, где на руинах древних еврейских храмов стоят мечети Аль-Акса и Куббат ас-Сахра.

Отказавшись подниматься к мечетям Храмовой горы до полной отмены израильских мер контроля, палестинцы устраивали на иерусалимских улицах массовые молитвы, регулярно перерастающие в столкновения с полицией. В ежедневных протестах погибли четверо палестинцев, счет раненым идет на сотни.

Саудовская Аравия. Израиль. Палестина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 27 июля 2017 > № 2258328


Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июля 2017 > № 2257283

Религиозные круги Саудовской Аравии продвигают проект «экспорта» идей ваххабизма

Кадыр Маликов, Akipress.org, Киргизия

По сути агрессивные действия Королевства Саудовская Аравия (КСА) и ее союзников в отношении суверенитета Катара ведут к кризису не только внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), но и косвенно влияют на весь остальной арабо-мусульманский мир.

Жесткое давление на Катар со стороны Саудовской Аравии и ее союзников имеет цель устранить альтернативу многополярного расклада сил в регионе. Кризис продолжится, пока Катар не заставят отказаться от поддержки «Братьев-мусульман», канала «Аль-Джазира», и пока эта страна не согласится идти в фарватере политики КСА, ОАЭ и Египта. Выход же Катара из членства ССАГПЗ сильно может повлиять на всю систему безопасности и сотрудничества в регионе Персидского залива.

Примечательно и то, что скандал произошел сразу после саммита, на котором Вашингтон еще раз озвучил двух главных врагов в регионе: 1) Иран и его союзники и 2) движение «Ихван аль-Муслимун» («Братья-мусульмане» — террористическая, запрещенная в России организация — прим. ред.).

Однако на этом фоне возникают вопросы, кто стоит за этой блокадой? Саудовская Аравия как стратегический «партнер», ввиду географического расположения, наличия запасов нефти и статуса хранителя исламских святынь (Мекка и Медина), всегда являлась объектом традиционного политического влияния сначала Великобритании и затем США.

Визит Дональда Трампа в Королевство в начале лета 2017 ясно показал, что США будут продолжать проводить политику, направленную на разжигание противоречий и противостояния внутри исламского мира с целью обеспечения интересов Израиля и США, а также сохранения и консервации правящих королевских династий в странах Персидского залива.

Ясно, и то, что президент Трамп оценивает политическую и религиозную значимость Саудовской Аравии, также как бизнесмен. Ведь за гарантию безопасности режимов аравийских монархий нужно платить.

Формирование американского порядка в мусульманских странах направлено также на разжигание и еще большее усугубление конфликтов руками некоторых стран и деструктивных групп. Ведь многомиллиардный заказ КСА на американское оружие, предназначен не просто для хранения. Против кого будет это оружие направлено?

Проамериканская явная ориентация саудовской династии в религиозном плане предоставляет повод подвергать сомнению статус королевской династии Саудовской Аравии как хранителя святынь ислама и религиозного лидера всего мусульманского суннитского мира. Начавшаяся блокада и изоляция в месяц Рамазан в отношении Катара, когда народ целой страны страдает — это не гуманно и нарушает принципы ислама и суверенитета Катара.

В данном случае необходимо искать пути урегулирования кризиса политическим путем за столом переговоров, а не ультиматумов. И чтобы сохранить свой религиозный авторитет среди мусульман всего мира как лидера, необходимо использовать ресурс ислама и свой географический статус «родины ислама» в делах объединения мусульман и защиты дела народа Палестины, символов и интересов ислама от внешнего вмешательства, а не достижения краткосрочных политических задач.

К сожалению, можно сказать, что религиозные круги королевства в большей степени продвигают проект «экспорта» идей ваххабизма в разных странах. И в свете последних политических событий в регионе ваххабизм выступает одним из главных инструментов «консервации» обществ и продвижению саудовских политических интересов.

Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июля 2017 > № 2257283


Катар. Египет. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256080

Посол Катара в России Фахад Мухаммед аль-Аттыйя не исключил возможность войны с арабскими странами, объявившими Катару бойкот.

"Не думаю, но вообще все может быть", — сказал он, отвечая на вопрос о вероятности войны между Катаром и арабскими странами, объявившими Катару бойкот.

"Эти страны приняли действия против нас, которые не имеют никакого основания, такие неразумные шаги. Это угрожает миру во всем мире. Это может создать хаос, если международные державы и гаранты мира не вмешаются и не помогут решить вопрос", — добавил дипломат в эфире радиостанции "Эхо Москвы".

Катар. Египет. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256080


Иран. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 24 июля 2017 > № 2263028

Между Ираном и Саудовской Аравией полностью остановилась торговля

В настоящее время нет никакой торговли между Ираном и Саудовской Аравией, рассказал глава Организации содействия торговле Ирана.

"Импорт из Саудовской Аравии невозможен, и экспорт не поступает в этот пункт назначения, как мы говорим. Тем не менее, не было принято никаких правил или ограничений на торговлю с соседними государствами, и если некоторые страны решили ограничить свою торговлю с Ираном, это другой вопрос. Частный сектор также не получил никакого уведомления в этом отношении, и мы не откладывали свою деятельность", - сказал также Моджтаба Хосротадж газете Eranico.

Иран экспортировал в Саудовскую Аравию товаров почти на 151,32 млн. долларов США за последний 1395 иранский год, который закончился 20 марта 2017 года, что составило 0,21 % по сравнению с предыдущим годом.

Импорт из этой страны за тот же период составил 79,04 млн. долларов США, что на 4 % больше по сравнению с предыдущим годом.

Иран. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 24 июля 2017 > № 2263028


Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2255023

Президент Турции Тайип Эрдоган заявил, что его визит в Саудовскую Аравию, Кувейт и Катар стал важным шагом к урегулированию катарского кризиса.

Эрдоган воскресенье и понедельник совершил турне по Саудовской Аравии, Катару и Кувейту с целью поиска путей для урегулирования катарского кризиса.

"Я думаю, что наш визит и контакты были важным шагом на пути к восстановлению стабильности и взаимного доверия. Конечно, легче что-то разрушить, чем восстановить то, что было разрушено. В отношениях между государствами это занимает много времени и вызывает много хлопот", — сказал Эрдоган на пресс-конференции в Анкаре по возвращении из Катара.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей.

Ультиматум содержал 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира". Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2255023


Вьетнам. Саудовская Аравия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > vietnam.vnanet.vn, 24 июля 2017 > № 2253199

С 15 по 23 июля делегация Руководящего комитета по внешнему информированию Вьетнама находилась в Саудовской Аравии и Турции с визитами.

Заместитель заведующего Отделом пропаганды и политического воспитания Центрального комитета (ЦК) Коммунистической партии Вьетнама (КПВ), заместитель заведующего постоянным комитетом Руководящего комитета по внешнему информированию, товарищ Фам Ван Линь возглавил вьетнамскую делегацию, в состав которой вошли представители Канцелярии ЦК КПВ, Отдела пропаганды и политического воспитания ЦК КПВ, Газеты Нянзан.

В рамках визитов вьетнамская делегация провела рабочие встречи с заинтересованными органами и информационными агентствами Саудовской Аравии и Турции. На этих встречах стороны обменялись мнениями об информационных системах и телекоммуникационных средствах, обсудили меры по развитию сотрудничества между ними, в том числе сотрудничества в области внешнего информирования.

Кроме того, члены делегации встретились с сотрудниками Посольств Вьетнама в Саудовской Аравии и в Турции, а также с представителями вьетнамской диаспоры в этих странах.

Вьетнам. Саудовская Аравия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > vietnam.vnanet.vn, 24 июля 2017 > № 2253199


Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253383

Агентство гражданской авиации Саудовской Аравии заявило, что паломники из Катара смогут приехать в королевство на хадж через два аэропорта, сообщает эмиратское информагентство WAM.

Согласно заявлению, паломники смогут прибывать в аэропорт короля Абдельазиза в Джидде или аэропорт принца Мохаммеда бен Абдельазиза в Медине. При этом граждане и резиденты Катара смогут пользоваться любыми авиалиниями, кроме Qatar Airways, и следовать транзитом, поскольку прямое сообщение между странами было приостановлено ранее.

Также отмечается, что те, у кого есть официальное разрешение на посещение Саудовской Аравии от властей королевства, смогут прибывать в страну напрямую из Катара при условии, что выбор авиакомпании будет одобрен агентством гражданской авиации.

Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253383


Турция. Германия. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 22 июля 2017 > № 2256032

Саудовская Аравия обвинила Турцию во вмешательстве в дела арабского мира

Главное о Турции за 17-23 июля 2017 года

Напряженные отношения между Турцией и Германией ухудшились после ареста в Стамбуле немецкого активиста Петера Штойдтнера и предъявленного ему обвинения в «поддержке террористического организации». Как сообщает новостной портал TR724, Германия направила ноту в МИД через посольство Турции, а министр иностранных дел Германии Зигмар Габриель прервал свой отпуск и вернулся в Берлин для того, чтобы обсудить ответные меры в отношении Турции. В официальном ответе турецкого МИД говорится, что «пресс-секретарь МИД Германии, а также пресс-секретарь властей ФРГ позволили себе высказывания, претящие нормам дипломатического этикета. Нападки в адрес турецкого правосудия недопустимы. Мы не можем позволить себе принять подобные заявления». В ответном послании также было сказано о том, что немецкие власти применяют двойные стандарты. «Германия допускает свободного перемещение членов террористических организаций по своей территории, и в то же время требует от Турции освобождения террористов. Это еще раз подтверждает использование двойных стандартов», — заявил МИД Турции. Германия приняла меры в ответ на арест немецкого правозащитника Петера Штойднтера в Стамбуле. Габриель во время пресс-конференции заявил о том, что отношения с Турцией не могут продолжать развиваться по-прежнему. «Для того, чтобы ответственные за политику страны в Анкаре люди поняли, что мы не оставим эти действия без ответа, нам следует действовать более открыто», — отметил он.

Изменения в кабинете министров

Как сообщает газета Cumhuriyet, после встречи президента Турции Реджеп Тайипа Эрдогана с премьер-министром Бинали Йылдырымом, последний огласил список нового кабинета министров. В новом списке не нашлось места шестерым бывшим министрам. Сразу же после обновления правительства в политических кулисах стали появляться сообщения о том, что «изменения касаются только имен, политика останется неизменной». Это первый кабмин после голосования по принятию президентской партийной системы на референдуму 16 апреля. Все указывает на то, что министры исполнят функцию так называемой «репетиции перехода к президентской системе в 2019 году». Изменения в правительстве, которые СМИ назвали «сюрпризом», на самом деле были известны еще с референдума 16 апреля. Президент Эрдоган сразу после референдума заявил о том, что, наряду с переменами в управлении и организации, изменения коснутся и кабинета министров. Собрав Конгресс Партии справедливости и развития и став ее лидером, президент перешел к чисткам в правительстве. Смена произошла как раз во время проведения и политических споров по поводу «Марша Справедливости». ПСР были не удовлетворена большим количеством голосов «против» на референдуме 16 апреля и предполагала, что сумеют изменить ситуацию. Но «Марш Справедливости» показал обратное. Новому кабинету предстоит выстраивать и восстанавливать заново партийную базу.

Турция заплатит $ 2,5 млрд за С-400

По данным новостного портала Haberrus.com, Анкара заплатит России $ 2,5 млрд за 4 зенитные ракетные системы С-400. Это подтвердил турецкий источник, пожелавший не разглашать свое имя. Отмечается, что в течение года Турция приобретет еще две ракетные системы и будет производить более одной системы в год. Также источник отметил, что одним из главных моментов в соглашении стал обмен технологиями и знаниями. В ближайшее время Анкара планирует выпуск двух ракетных систем S-400. По словам источника, определение сторонами технических деталей уже началось, а сам проект может продлиться год.

Решение о безграничном прослушивании незаконно

Депутат от Республиканско-народной партии от Стамбула Сезгин Танрыкулу объявил решение по поводу заявления, поданного в Европейский суд по правам человека. Танрыкулу обратился в Суд по поводу предложения Национальной разведывательной службы региона Диярбакыр о «прослушивании в течение 1,5 месяцев всех сообщений и отслеживании электронной переписки лиц, подозреваемых в преступлениях». После того как суд отклонил протест Танрыкулу, он обратился в Европейский суд по правам человека, который признал Танрыкулу правым. Согласно решению суда, данное предложение нарушает права на конфиденциальность частной жизни.

Ужасающая таблица за 1 год режима чрезвычайного положения

Прошел ровно год с момента введения режима чрезвычайного положения после попытки государственного переворота 15 июля 2016 года. За этот год десятки тысяч человек были задержаны, сотни организаций, бессчетное количество СМИ были закрыты. Журналисты, депутаты, губернаторы, лидеры партий были арестованы. По данным газеты Cumhuriyet, «таблица» первого года режима чрезвычайного положения выглядит следующим образом:

Государственный сектор: 111 240 государственных служащих были отправлены со своих рабочих мест. 32 080 человек — уволены. Согласно законопроектам, период, на который служащих отстраняют от занимаемых позиций, значится как «бесконечный»

Суды: В отношении 169 013 человек были возбуждены уголовные дела. 50 510 из них значатся заключенными, 43 439 — под контролем суда, всего 91 843 человека осуждены свободно. 169 заключенных — генералы. 8815 — сотрудники полиции, 24 губернатора. 2280 судей и прокуроров, 105 представителей Кассационного суда, 41 член Государственного совета, 2 члена Конституционного суда, 3 представителя Высшего совета, всего арестовано 2431 человека.

Политика: 11 членов Демократической партии народов, 1 депутат РНП, 72 главы муниципалитетов задержаны. 36 из них — женщины. 89 муниципалитетам были назначены попечители. 28 глав муниципалитетов от ДПН, 89 глав провинций находятся в тюрьме.

Экономика: За этот срок 966 компаний было конфисковано, а у 4887 организаций были изъяты все активы.

СМИ: 110 СМИ было закрыто. У 715 журналистов изъяты карточки представителей прессы. 182 журналиста арестованы и находятся в тюрьмах.

Образование: 33 074 преподавателя были отстранены от должностей. 4756 из них задержаны, 4513 — уволены. 1064 школы, всего 1424 частных образовательных учреждений были закрыты. 848 частных общежитий для учащихся закрыли свои двери. У 20 292 преподавателей частных образовательных учреждений были изъяты разрешения на работу. 5295 академических и 1194 административных сотрудников были отстранены от должностей. 15 университетов закрыты. Работающие в этих организациях 2808 преподавателей, всего примерно 6 тысяч человек остались без работы. Все деканы университетов, 1577 человек подали в отставку. Все деканы были уволены.

Еще один выпад от Турции в сторону Германии

Сообщается, что Турция не дала разрешение немецким депутатам на посещение военной базы в Конье, где находятся немецкие военные. Группа из 7 депутатов планировала свой визит в Конью 17 июля. Журнал Der Spiegel пишет, что Анкара запретила немецким депутатам въезд на территорию военной базы НАТО в Конье. Как говорится в новости, МИД Германии сообщил депутатам о случившимся по телефону. Германия обратилась с жалобой к НАТО. Новая дата визита пока не сообщается.

Фетхуллах Гюлен дал интервью русскому информагентству по поводу убийства Карлова

Фетхуллах Гюлен пообщался с российским государственным новостным агентством РИА новости. Проповедник заявил о том, что в Турции не осталось ни одной организации, которая могла бы осудить Эрдогана за его нарушение Конституции, для выхода из этой ситуации стране необходима новая Конституция, подвластная другим силам и принципам. Гюлен сказал, что он осудил убийство российского посла Андрея Карлова сразу же, как услышал об этом. «Это вопиющий провал сил безопасности, — заявил он. — Немыслимо оставлять посла такой страны, как Россия, без должной защиты. Всю ответственность за неспособность предотвратить это трагическое убийство несут разведслужбы и службы безопасности Турции.

Вслед за армией переворот затронул и полицию

В турецких Вооруженных силах за последние три года, в особенности после попытки переворота, произошло до 40% увольнений. Одним из подразделений, которого коснулись чистки, стала полиция. Почти 8200 сотрудников были уволены. На прошедшей неделе Главное полицейское управление сделало заявление, согласно которому решением Высшего комитета по оценке и Центрального комитета по оценке 185 начальников управления безопасности и 53 начальника полиции были отправлены на пенсию.

Саудовская Аравия обвинила Турцию во вмешательстве в дела арабского мира

Посол Саудовской Аравии в ООН Абдуллах Аль Муаллими заявил о том, что будущее Катара находится в руках соседей, а не «дальних стран». Муаллими отметил, что Турция должна понять, что период примыкания и нежелательных действий турецких братьев в отношении арабского мира уже давно закончился. «Если Турция захочет занять созидательную роль, то ее всегда примут с радостью. Но путь с внедрением военных и созданием военных баз не конструктивен и наносит ущерб турецкой репутации в арабском мире», — заявил он. Реем Аль Хашими, государственный министр ОАЭ, отвечающий за международное сотрудничество, также обвинил Турцию в ухудшении ситуации путем размещения военных на территории Катара. Аль Хашими отметил, что они не хотят видеть никакие военные силы в данном регионе. Мы надеемся, что сможем решить этот вопрос сами с помощью мощного посредника, такого, как США или Кувейт», — добавил он.

Коротко, но важно

Четверо из задержанных во время собрания в одном из отелей на Принцевых островах в Стамбуле и две недели находящихся под стражей правозащитников были освобождены, а 6 человек арестованы. Среди арестованных также значится глава Amnesty International в Турции. 5 июля полиция провела операцию по задержанию во время встречи членов Amnesty International, Гражданской организации Хельсинки, Ассоциации по повестке дня по правам человека, а также Ассоциации по контролю за соблюдением равенства прав. Задержанные были допрошены Управлением по борьбе с терроризмом. 10 подозреваемых, 4 из которых женщины, были переданы в Суд Стамбула.

В прошлый вторник на Стамбул обрушился жуткий ливень, затруднивший движение в городе. Улицы, станции метро и метробусов были затоплены. Тоннель «Евразия» был закрыт. Мэрия Стамбула попросила жителей воздержаться от поездок на личном транспорте. Министр транспорта, судоходства и связи Ахмет Арслан сказал, что этот ливень стал настоящим «стихийным бедствием». Всего на квадратный метр выпало примерно 80 кг осадков. Жители города оставляли свои машины, стараясь скрыться в безопасной зоне. Огромное количество людей остались заблокированными на автобусных остановках.

Ариф Асалыоглу

Турция. Германия. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 22 июля 2017 > № 2256032


Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 июля 2017 > № 2254432

Саудовская Аравия: женщина, чьи ноги вызвали переполох в Саудовской Аравии

Видео, на котором модель по имени Хулуд (Khulud) в короткой юбке и топе, открывающем живот, прогуливается по пустынному городу, вызвало скандал в ортодоксальном мусульманском королевстве.

Дуня Рамадан (Dunja Ramadan), Süddeutsche Zeitung, Германия

Обнаженные ноги модели замазаны непрозрачным черным цветом или красным кругом, чтобы привлечь внимание к скандалу: в Саудовской Аравии по безлюдному городу в пустыне гуляла женщина в короткой юбке и топе, о которой известно только ее имя — Хулуд.

Видео, которое сначала было загружено в приложение обмена сообщениями Snapchat, показывает, как Хулуд идет по узким улочкам песочного цвета исторического места — деревни Ушайкер. Она находится в двух часах езды от столицы страны Эр-Рияда и является центром строгого ваххабитского ислама. Здесь обязательно носить черное длинное одеяние — хиджаб. В отличие от платка, который не обязательно носить во всем королевстве, хиджаб для женщин — типичный предмет гардероба. Искать здесь обнаженные женские ноги бесполезно. Соответственно, многие саудовцы отреагировали на видео возмущением. В социальных сетях они потребовали арестовать Хулуд. Вскоре распространился арабский хэштег: «Мы требуем возбуждения дела против модели Хулуд».

О молодой женщине практически ничего не известно. Некоторые пользователи утверждают, что она — не саудовская арабка, а жительница Йемена. Представитель полиции в Эр-Рияде Фаваз Аль-Мейман (Fawaz al-Maiman) во вторник подтвердил информацию об аресте женщины. Она будет допрошена. Далее сообщается, что видео было опубликовано без ведома Хулуд.

В Twitter многие ссылаются на саудовскую статью 41, которая гласит, что следует принимать во внимание ценности саудовского общества и уважать его традиции и чувства. Одна пользовательница пишет по этому поводу: «На Западе нам скажут то же самое, мы должны уважать законы. Эти обнаженные кадры подорвали репутацию нашего государства и оскорбили 30 миллионов мусульман. Мы должны знать, кто за этим стоит».

Но есть и противоположная точка зрения, некоторые упрекают критиков в двойной морали. Степень осуждения зависит от национальности женщины. «Если бы женщина была иностранкой, мы бы похвалили ее красоту, но поскольку она — жительница Саудовской Аравии, вы требуете ее арестовать», — написала одна пользовательница в Twitter. На тело Хулуд смонтировали изображение ухмыляющейся Иванки Трамп, снизу подписали: «Так, все, ребята, проблема решена». Только недавно визит дочери президента вызвал настоящий ажиотаж, под хэштегом «Bint Trump», в переводе «Дочь Трампа»; некоторые саудовцы просили руки блондинки, которая отказалась от платка и хиджаба во время своего визита.

Конфликт вокруг видео оказывает давление и на руководство государства. В прошлом году наследный принц Мухаммад ибн Салман обнародовал свою программу «Видение 2030», призванную снизить зависимость страны от нефти. Критики упрекают его в том, что он также собирается постепенно модернизировать и ваххабитское общество. Видео Хулуд теперь разогрело эти разногласия.

Примечание редакции: девушка была арестована, а затем снова освобождена. Ей не было предъявлено никаких обвинений, как в среду сообщил Центр международной коммуникации Саудовской Аравии.

Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 июля 2017 > № 2254432


США. Саудовская Аравия. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 июля 2017 > № 2250384

Холодная война объясняет хаос на Ближнем Востоке

Мартин Шори (Martin Schori), Aftonbladet, Швеция

Ближний Восток раздирают разнообразные конфликты от кровавых войн до тайной закулисной борьбы за власть.

Эти конфликты выглядят по-разному, но у них есть кое-что общее: все они — элементы холодной войны, опосредованной войны между державами Саудовской Аравией и Ираном.

А теперь США и Россию тоже втягивают в эту борьбу.

Если несколько упростить, то можно сказать, что конфликт Ирана и Саудовской Аравии разразился после иранской революции 1979 года, когда Иран стал шиитским государством. Это обеспокоило Саудовскую Аравию и других суннитов Персидского залива, имеющих угнетенные шиитские меньшинства. Никто не хотел, чтобы у них тоже случились бунты шиитов, подобные иранскому.

Когда после войны в Ираке в 2003 году пал режим Саддама Хуссейна, в регионе возник вакуум. Саудиты посчитали, что это их шанс вступить в игру, заполнить пустоту и сменить Ирак в роли противовеса Ирану.

Конфликт Ирана и Саудовской Аравии серьезно обострился на фоне последствий арабской весны, которая повергла Ближний Восток в хаос и открыла возможности для смены режимов и игры на новом уровне. Как в Иране, так и в Саудовской Аравии разжигались противоречия суннитов и шиитов — представителей двух направлений ислама, которые часто мирно живут бок о бок, но теперь оказались втянуты в борьбу за власть, землю и деньги.

Временами конфронтация становилась открытой, как в тот раз, когда иранские демонстранты пошли на штурм саудовского посольства или когда вооруженные люди атаковали несколько объектов в Тегеране (и иранский режим обвинил Саудовскую Аравию).

Но в большинстве случаев конфликт развивался через посредников, подобно холодной войне Советского Союза и США. То есть, Саудовская Аравия и Иран финансируют и вооружают разные стороны в конфликтах по всему региону.

Сирия

То, что начиналось как гражданская война, сейчас превратилось в сложное поле боя, на котором столкнулись и борются за влияние такие державы, как США, Россия, Турция, Саудовская Аравия и Иран.

Иран поддерживает режим президента Башара Асада. Он посылает в страну тысячи солдат своих элитных подразделений для участия в боях с оппозицией. Кроме того, Иран помогает военизированной организации Хезболла из Ливана, которая сражается на стороне Асада, а также финансирует и вооружает другие шиитские группировки, участвующие в этой войне.

Саудовская Аравия поддерживает ополченцев, среди которых преобладают сунниты, таких как Свободная армия Сирии, а также группировки, связанные с «Аль-Каидой» (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. пер.), например, Джебхат ан-Нусра (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. пер.). Когда Иран и Россия начали играть более активную роль в сирийской войне, Саудовская Аравия значительно увеличила поставки оружия.

Йемен

Гражданская война в Йемене — вероятно, самый яркий пример иранско-саудовского конфликта. Десятки тысяч йеменцев стали жертвами войны, в стране наступил массовый голод. Все началось с того, что шиитские повстанцы, хуситы, в 2016 году захватили столицу страны Сану. Саудиты ответили градом бомб.

Иран поддерживает хуситов, пришедших из северной части Йемена.

Саудовская Аравия поддерживает бывшее суннитское правительство. Вместе с США и другими суннитскими государствами, такими как Египет, Судан и страны Персидского залива, саудиты создали коалицию, которая борется с хуситами в ходе воздушных и наземных операций.

Ирак

Шиитское ополчение играет важную роль в борьбе против ИГИЛ (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. пер.) в Ираке. После освобождения Мосула Ирак в принципе «передали» соседнему Ирану, как было заявлено в статье в New York Times. Контроль над Ираком, страной, с которой когда-то была кровавая война, а теперь в ней правит режим, доброжелательно настроенный по отношению к Ирану, стал бы важной победой Ирана в опосредованной войне с Саудовской Аравией. При иранской поддержке войска уже достигли южной границы Ирака и Сирии, что расчищает путь из Багдада в Дамаск и в целом к Средиземному морю. Это станет трамплином для роста влияния Ирана во всем регионе.

Иракское правительство обвинило Саудовскую Аравию в поддержке ИГИЛ, но официально саудиты предпочитают финансировать суннитские группировки в борьбе с иранским влиянием.

Иран поддерживает правительство, в котором преобладают шииты, а также союзников-ополченцев.

Саудовская Аравия поддерживает суннитские группировки.

Катар

Соседи государства Персидского залива Катара недавно начали против него блокаду, утверждая, что Катар «поддерживает терроризм».

Однако критики указывают на то, что этот остракизм — скорее наказание за то, что суннитский Катар, в отличие от соседей, поддерживает связи с Ираном, что остальные считают предательством.

Бахрейн

70% жителей Бахрейна — шииты, однако страной железной рукой правит суннитский клан Халифа.

В ходе арабской весны 2011 года в Бахрейне тоже возникли революционные настроения, и целых 100 тысяч человек вышли на улицы, чтобы показать свое недовольство. Всего население Бахрейна насчитывает один миллион.

Демонстранты выступили под лозунгом «Сунниты и шииты — братья, наша страна не продается». Они протестовали против коррумпированного режима. Саудовская Аравия встревожилась из-за этих народных волнений на своем заднем дворе. Демонстрации изображались как бунт шиитов, и Саудовская Аравия послала в Бахрейн тысячи солдат. Многих протестующих схватили, бросили в тюрьмы, пытали. Среди них были несколько шведских граждан.

Иран встал на сторону демонстрантов. Иранский режим сразу поддержал восстание и отозвал своего посла в знак протеста против насилия.

Саудовская Аравия поддержала правительство клана Халифа.

А как же Россия и США?

Опосредованную войну Ирана и Саудовской Аравии часто сравнивают с холодной войной Советского Союза и США в 70-е и 80-е. Сравнение стало еще более актуальным после того, как нынешние правительства Америки и России, похоже, выбрали стороны в «новой» войне.

Президент США Дональд Трамп недавно указал на Иран как на величайшую угрозу миру. В ходе своей предвыборной кампании он предостерегал, что Иран «захватит Йемен. Захватит Сирию. Захватит всех». Вместе с тем он заключил масштабные оружейные сделки с саудитами и отказался осудить их преступления против прав человека.

С одной стороны, война в Сирии сблизила Россию и Иран, которые заняли сторону Башара Асада.

Но мировая политика часто бывает непоследовательна. В Йемене и Сирии мировая держава США объединяется с Саудовской Аравией, но в Ираке Америка сражается против ИГИЛ плечом к плечу с ополченцами, которых поддерживает Иран.

США. Саудовская Аравия. Иран. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 20 июля 2017 > № 2250384


Катар. ОАЭ. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248923

Блокада Катара терпит неудачу

Ишан Тарур (Ishaan Tharoor)? The Washington Post, США

Трудно представить себе, чтобы лидеры Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов думали, что все так произойдет. В начале июня чиновники их правительств, а также их младшие партнеры Египет и Бахрейн, ввели штрафные санкции в отношении Катара и назвали их проблемным, но необходимым шагом, направленным на то, чтобы усмирить надоедливый Катар. Словно Катар, обвиняемый соседями в разжигании экстремизма, — это непослушный ребенок, которого нужно дисциплинировать.

Но во взрослом мире геополитики мера Саудовской Аравии и ОАЭ против Дохи, похоже, не помогла им достичь цели. Катар не оказался в изоляции, вместо этого он укрепил связи с региональными державами — Турцией и Ираном. Оман и Кувейт, другие два государства в Совете сотрудничества стран Персидского залива, не присоединились. Продовольственные и другие товары по-прежнему поступают в доки и аэропорты Катара. И, несмотря на неясные сообщения Белого дома, американские дипломаты, похоже, стремятся к примирению и компромиссу с Катаром, и не собираются принуждать Доху выполнять требования Саудовской Аравии и Эмиратов.

«Как и в случае катастрофической войны в Йемене, Саудовская Аравия и ОАЭ радикально переоценили перспективы своего успеха и не смогли составить надежный план Б на случай, если дело пойдет не по плану, — пишет Марк Линч (Marc Lynch), специалист по Ближнему Востоку в Университете Джорджа Вашингтона. — Квартет, выступающий против Катара, похоже, переоценил страх Катара перед изоляцией Совета и их собственной способностью причинить вред своему соседу».

Новый отчет The Washington Post на этой неделе усугубил неловкость, с которой столкнулись инициаторы блокады. По словам анонимных чиновников разведки США, именно ОАЭ стояли за недавним спорным взломом правительственных новостных СМИ Катара и сайтов социальных сетей, что помогло спровоцировать кризис. Взломщики приписывали ложные высказывания эмиру Катара шейху Тамиму бин Хамаду аль-Тани, в которых он приветствовал Иран как «исламскую власть» и восхвалял палестинскую исламистскую группировку Хамас.

Несмотря на громкие опровержения Дохи, скандал привел к тому, что Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет запретили катарские СМИ, а затем разорвали отношения с Дохой и начали торговый и дипломатический бойкот. Чиновники США «на прошлой неделе узнали, что недавно проанализированная информация, собранная спецслужбами США, подтвердила, что 23 мая старшие члены правительства ОАЭ обсуждали план и его реализацию», — сообщают мои коллеги Карен Деюнг (Karen DeYoung) и Эллен Накасима (Ellen Nakashima). «Должностные лица заявили, что пока неясно, осуществляли ли ОАЭ атаки самостоятельно или заключали контракты на их выполнение».

Посол ОАЭ в Вашингтоне Юсеф аль-Отайба (Yousef al-Otaiba) опроверг эти заявления. «ОАЭ не имеют никакого отношения к предполагаемой хакерской атаке, описанной в статье, — сказал он, прежде чем повторить жалобы своей страны в отношении внешней политики Катара. — Правда сказана о поведении Катара. Финансирование, поддержка и пособничество экстремистам — от Талибана (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. ред.) до Хамаса. Подстрекательство к насилию, поощрение радикализации и подрыв стабильности соседей».

Существует множество прецедентов для слухов и мрачных инсинуаций, которые подпитывают напряженность в этой части мира. Разрыв в отношениях в 2014 году привел к волне ложных сообщений о том, что гражданам Саудовской Аравии и Эмиратов было запрещено посещение Harrods, лондонского универмага, принадлежащего фонду национального благосостояния Катара.

Аналитики объясняют, что нынешний тупик — это продолжение длительных разногласий и напряженности с Катаром, который раздражал более крупных соседей тем, что использовал свои богатства, чтобы оказывать гораздо большее влияние на мировой арене. Речь идет о спорах из-за поддержки разных сторон в конфликтах от Сирии до Ливии, а также о провокационной работе канала «Аль-Джазира», финансируемой Катаром сети, которую Эр-Рияд и Абу-Даби хотят закрыть.

Катар также выбрал другой дипломатический путь, который отличается от плана соседей. В стране размещены офисы таких группировок, как Талибан и Хамас, для посредничества в региональных конфликтах. «На фоне урчащих лимузинов и лодок, пришвартованных в бухте, Доха стала домом для экзотического множества бойцов, финансистов и идеологов, нейтральным городом вроде Вены во времена холодной войны или персидской версией вымышленного пиратского бара в фильме „Звездные войны"», — пишет Деклан Уолш (Declan Walsh) из The New York Times.

«Страна всегда была местом, где оседали бездомные, бродяги и нежелательные люди, — сказал The Times Дэвид Робертс (David B. Roberts), автор книги „Катар: обеспечение глобальных амбиций города-государства" (Qatar: Securing the Global Ambitions of a City-State). — На полуострове не было всеобъемлющей власти, поэтому если бы вас разыскивал шейх, вы могли бы сбежать в Катар, и вас никто не потревожил бы».

Таким образом, кризис среди богатых стран Персидского залива продолжается. На прошлой неделе госсекретарь США Рекс Тиллерсон провел спорный раунд дипломатических переговоров в Кувейте, Катаре и Саудовской Аравии в попытке разрядить ситуацию. Все страны-участницы конфликта — союзники США. В Катаре находится самая большая военная база Соединенных Штатов на Ближнем Востоке, и Тиллерсон предпочел бы, чтобы все успокоились и вернулись к другим вопросам, в частности к борьбе с «Исламским государством» (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. ред.). Но его усилия пока не принесли особых плодов.

Тиллерсон провел публичный гамбит в Дохе, подписав меморандум о взаимопонимании, в котором Катар пообещал сделать все возможное, чтобы заблокировать финансирование экстремистских групп на Ближнем Востоке и в других местах. Это быстро превратилось в фарс. «Катарцы хвастались, что они первыми в регионе подписали такой пакт и призвали арабов, настроенных против них, сделать то же самое, — пишет моя коллега Кэрол Морелло (Carol Morello). — Четыре страны, поддерживающие блокаду, заявили о том, что именно они заставили Катар подписать пакт и одновременно отвергли его как „недостаточную" меру, чтобы положить конец их эмбарго».

В понедельник, когда ОАЭ опровергали обвинения в хакерских атаках, посольство Саудовской Аравии в Вашингтоне процитировало в Twitter интервью с президентом Трампом, где он нападал на Катар. Это было еще одно доказательство диссонанса между Белым домом и Государственным департаментом в вопросе кризиса — и еще одно напоминание о том, что в ближайшее время спор в Персидском заливе не прекратится.

Катар. ОАЭ. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248923


США. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июля 2017 > № 2253418

Ближний Восток: «бешеная энергетическая логистика» и операция «Хаос»

Президент США Дональд Трамп и король Саудовской Аравии Салман бен Абдель Азиз аль-Сауд провели телефонный разговор и обсудили усилия, предпринимаемые для решения проблемы Катара. Он состоялся после неудачного для саудовцев визита в регион госсекретаря США Рекса Тиллерсона. Вопреки ожиданиям Эр-Рияда, американцы в Катаре подписали меморандум о взаимопонимании между двумя странами. В нем излагаются необходимые усилия, которые Доха должна предпринять, чтобы «укрепить свою борьбу с терроризмом и активно заниматься вопросами противодействия финансированию терроризма». После чего появился «неожиданный» совместный призыв «к диалогу и сдержанности» со стороны Кувейта, США и Великобритании к сторонам конфликта.

Проблема в том, что сам по себе этот документ выбивает одну из важных идеологических основ так называемой антикатарской коалиции, состоящей из Саудовской Аравии, Египта, ОАЭ и Бахрейна, которая продолжает обвинять Доху в «поддержке терроризма и в сотрудничестве с Ираном». Напомним, что указанные выше государства предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований. Ультиматум содержит 13 пунктов, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Тегераном, закрытие турецкой военной базы, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран и поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие спутниковой телевизионной сети «Аль-Джазира». Доха отвергла обвинения арабских соседей, заявив, что выдвинутые требования нарушают ее суверенитет. Но дело не только в этом. Катар поддержали Турция и Иран, а сам кризис в Персидском заливе стал приобретать характер многоходовой геополитической комбинации.

Обозначим ее главные контуры.

1. Начал действовать альянс Катар — Турция — Иран.

2. У Саудовской Аравии стало создаваться ощущение того, что, подписав с Дохой меморандум по борьбе с терроризмом, Вашингтон решил «сдать» Эр-Рияд.

3. Американские эксперты считают, что блокада Катара укрепляет позиции Ирана в Персидском заливе из-за потенциального развала Совета сотрудничества арабских стран Персидского залива (ССАСПЗ). Также Кувейт и Оман не последовали вслед Саудовской Аравией в ее борьбе с Катаром и вряд ли сделают это в будущем.

Теперь о фоне событий. Мосул взят. Впервые в истории шиитские вооруженные силы Ирака освободили город с суннитским большинством, что означает как минимум продолжение «сектантского конфликта» в стране, возможно, в несколько иной форме. Прогнозируется обострение борьбы в Йемене между хуситами и саудовцами, заговорили даже о вероятности вооруженного вторжения Эр-Рияда в Йемен. В связи с чем особого внимания заслуживает позиция Турции, которую Тиллерсон посетил накануне визита в Саудовскую Аравию. По оценке американских экспертов, Вашингтон «вдруг» решил быстро внести определенные корректировки в свою политику в регионе: развалить новую триаду Катар — Турция — Иран, восстановив прежнюю Турция — Израиль — Саудовская Аравия, правда, устраняя на первых порах Эр-Рияд в качестве одного из опорных элементов триады. Для этого необходимо обозначить процесс сближения с Анкарой, понимая, что Израиль и Саудовская Аравия могут действовать только как закулисные игроки, но никак не в качестве фундаментальной основы новой геополитической архитектуры. Для этого необходимо «вернуть» Турцию к традиционному противостоянию с Ираном на сирийском плацдарме и в Катаре.

Это как раз то, что американское издание The Daily Beast называет «стратегией Трампа по Сирии», которая обсуждалась Тиллерсоном в Турции. Камнем преткновения во взаимоотношениях между Вашингтоном и Анкарой является ставка США в Сирии на курдов и силы так называемой демократической оппозиции. В Стамбуле американский госсекретарь заявил: «Думаю, мы начинаем восстанавливать доверие. Мы добиваемся определенного прогресса в Сирии и надеемся, что сможем развить его с помощью Турции в некоторых районах северной части страны». Это намек на то, что Вашингтон и Анкара достигли или близки к какому-то соглашению по проблеме сирийских курдов. Если это так, то США в отношении Турции играют на понижение, сохраняя ее в любом случае в своей орбите как союзника и партнера. Не случайно после встречи с Тиллерсоном президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о намерении в ближайшее время посетить государства Персидского залива. Однако его прогноз в отношении дальнейшего развития событий в регионе звучит тревожно: «Мы не хотим видеть то же, что происходит в Йемене. Мы не хотим видеть то же, что происходит в Палестине и Ливии. Ясно, что происходит в Сирии, ясно, что происходит в Ираке. Турция платит высокую цену за эти конфликты, поэтому мы не хотим, чтобы это произошло в Катаре».

Отсюда напрашиваются следующие выводы:

1. США потребовали вывести турецкие войска из Катара, предупредив Анкару о вероятности возникновения в Персидском заливе вооруженного конфликта и вероятности вовлечения в него Турции. С таким предостережением выступила британская газета The Times, которая утверждала, что «помощь Турции блокированному арабскими странами Катару может привести к глупому региональному конфликту с вовлечением НАТО». В Катаре расположен командный центр США по Ближнему Востоку. В Бахрейне размещены американские региональные военно-морские силы. Во всех задействованных странах Вашингтон располагает значительным военным присутствием. Этого достаточно для обеспечения безопасности в зоне Персидского залива. Анкаре там делать нечего.

2. Формируется новый замкнутый круг. Турции за отказ от поддержки Катара и выход из коалиции с Ираном могут обещать «развязать руки» в отношении сирийского района Африн (65 км от Алеппо, находящегося под контролем курдских Отрядов народной самообороны), чтобы создать там еще одну зону деэскалации вместе с американцами. Тогда как в провинции Идлиб предусматривается обеспечение безопасности военными из Турции и России. Эксперты полагают, что до конца взять Африн туркам могут не дать. В противном случае Анкару, как и Доху, будут обвинять в «поддержке исламистских движений в регионе и в связях с Тегераном». Если Турция станет действовать по такому сценарию — это неизбежно скажется на ее отношениях с Ираном и, возможно, с Россией по Сирии, что может затруднить их практическое взаимодействие в этой стране.

3. В качестве информационного прикрытия задуманной операции используются рассуждения о различных нефте– и газопроводах в регионе с эпицентром в Турции, хотя для всех очевидно, что для их практической реализации необходима прежде всего геополитическая стабильность в регионе. ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) еще не побеждено, оно продолжает удерживать немалые территории, пытается проникнуть в соседние страны, в первую очередь в Иорданию и Саудовскую Аравию. Более того, по оценке авторитетных экспертов, «по мере ослабления ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) региональные межэтнические и межконфессиональные конфликты будут только усиливаться». Сейчас на Ближнем Востоке все «играют» не во имя чего-то, а против чего-то. Это вносит серьезную турбулентность в нарисованные на контурной географической карте различные энергетические маршруты.

Специфика военно-политической ситуации в регионе заключается в том, что на первый план выходят новые вызовы и угрозы, а не надуманная «энергетическая логистика». Более адекватное приближение к оценке ситуации связано с перспективами сохранения государств региона в привычном виде и образе с нынешней их политической системой и идеологическим наполнением. Операция «Хаос» в регионе продолжается. Она обрастает новыми острыми сюжетами, никто из уважающих себя экспертов не берется выступать с краткосрочными и даже среднесрочными прогнозами относительно того, что будет дальше.

Действительно, а что будет дальше?

Станислав Тарасов

США. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июля 2017 > № 2253418


Египет. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 13 июля 2017 > № 2240959

Острова раздора: как спор с саудитами расколол египетский режим

Maged Mandour

Египет все-таки передает Саудовской Аравии два острова в Красном море, Тиран и Санафир. Но решение это вызвало опасный разлад внутри египетского режима: против поддержавшего передачу островов президента ас-Сиси ополчились многие другие представители власти во главе с бывшим кандидатом в президенты Халидом Али. Пока, похоже, что победа осталась за президентом: 21 июня Высший конституционный суд постановил аннулировать все предыдущие судебные решения, касающиеся Тирана и Санафира, а 24 июня сам глава Египта Абдель Фаттах ас-Сиси ратифицировал договор о передаче островов, ранее одобренный парламентом.

Но хотя дело решилось в пользу президента, этот процесс также показал, что в судебной власти Египта по-прежнему остается немало оппонентов режима и при определенных обстоятельствах они вполне способны оказывать сопротивление. Более того, юридический спор спровоцировал критику Сиси со стороны военных. Это беспрецедентный для Египта уровень борьбы внутри правящей элиты. На первый взгляд кажется, что, выиграв, ас-Сиси укрепил свою власть. Но на деле это пиррова победа. Передача островов саудитам никак не вписывается в националистическую пропаганду египетских властей о незыблемости границ и создает удобную тему, вокруг которой могут объединиться самые разнообразные силы оппозиции.

О передаче островов Саудовской Аравии было объявлено в апреле 2016 года во время визита саудовского короля Салмана в Каир. Тогда же было заключено несколько крупных инвестиционных сделок, в том числе по строительству моста, соединяющего две страны. Новость об отказе Египта от островов спровоцировала в стране первые массовые протесты со времен прихода к власти ас-Сиси в 2013 году. Правительство ответило массовыми арестами и жестокими разгонами митингов, чтобы не допустить разрастания протеста. Но тема островов по-прежнему вызывает сильное общественное недовольство.

Это недовольство проявило себя не только на улицах, но и внутри египетской власти. В июне 2016 года Суд административной юстиции вынес «окончательное» решение, по которому договор с Саудовской Аравией был аннулирован. Правительство ас-Сиси оспорило решение в Каирском суде по неотложным вопросам, и тот одобрил передачу островов в сентябре 2016 года. Однако в январе 2017 года Высший административный суд отменил результаты апелляции и восстановил предыдущее решение – об аннулировании договора. Ссылаясь на возникшие противоречия, правительство передало дело в Высший конституционный суд, который 21 июня вновь разрешил передачу островов, положив конец судебным разбирательствам.

Незадолго до этого правительство заставило парламент (он подконтролен ас-Сиси) ратифицировать договор в надежде, что это поможет обойти юридические препятствия. После жарких дебатов 14 июня депутаты одобрили договор с саудитами, и спикер Али Абдул Аль даже объявил, что судебные решения для парламента не обязательны.

Но, несмотря на эти победы, конфликт вокруг передачи островов выявил, что египетские власти совсем не так монолитны, как кажется, и внутри них существуют серьезные трения. Они вызваны, в частности, попытками режима установить полный контроль над судебной системой, и прежде всего над Государственным советом – системой судов, рассматривающих споры между административными органами и иски граждан к государству. Более того, после получения правительственного иска работники Высшего конституционного суда подготовили предварительный анализ дела с рекомендацией поддержать январский вердикт Высшего административного суда о запрете на передачу островов. Хотя окончательное решение и было вынесено в пользу президента, стало очевидно, что судьи, готовые сопротивляться, есть и в Высшем конституционном суде.

Чтобы получить полный контроль над судебной системой, в апреле египетский парламент утвердил новый порядок назначения руководителей судов. Раньше они выбирались по принципу старшинства, и президенту оставалось лишь одобрить выдвинутую судом кандидатуру. Теперь каждый суд должен предложить на выбор президенту три кандидатуры руководителя.

Многие считают, что цель этой реформы – наказать Яхъю Дакрури, судью, ответственного за прошлогоднее решение Суда административной юстиции об аннулировании передачи островов. В этом году Дакрури должен был возглавить Государственный совет, и вопреки новому закону 12 мая совет предложил президенту на одобрение не три, а только одну его кандидатуру. Ас-Сиси ее не одобрил. Теперь предполагается, что он назначит главой Госсовета своего твердого сторонника Ахмеда Абула Азми. Тем не менее действия совета показывают, что он все еще обладает определенной долей независимости и готов сопротивляться воле президента.

Спор об островах обнажил разногласия и в военной среде. Отставной генерал Военно-воздушных сил Ахмед Шафик, выступивший главным оппонентом Мухаммеда Мурси на президентских выборах 2012 года, а в 2011 году недолго бывший премьер-министром, раскритиковал передачу Тирана и Санафира в телевизионном ток-шоу. Другие видные фигуры, в том числе Сами Анан и Магди Хатата – бывшие начальники Генштаба, оба с президентскими амбициями – критически высказались о передаче в социальных сетях. Анан даже намекнул, что не признавать принадлежность этих островов Египту – это предательство национальных интересов страны.

Проблемы возникли и в парламенте, несмотря на лояльность депутатов силовым ведомствам и лично ас-Сиси. Во время дебатов 14 июня депутаты от «Коалиции 25-30» – это группа независимых парламентариев, которые до сих пор поддерживали режим, – высказывались довольно критически вопреки сложившейся практике единодушного одобрения действий правительства. Хотя договор в конце концов одобрили большинством голосов, 119 депутатов подписали открытое письмо ас-Сиси с просьбой отложить ратификацию договора до вердикта Высшего конституционного суда. Депутат от партии «Вафд» Мухаммед Фуад в знак протеста подал в отставку; пригрозили отставкой и другие парламентарии, в том числе многие представители «Коалиции 25-30». Невиданное для египетского парламента сопротивление президенту.

Такой разброд внутри правящей элиты Египта может ослабить позиции ас-Сиси и открыть дорогу его конкурентам, особенно если народное возмущение в связи с передачей островов не сойдет на нет. А это действительно болезненная тема, которая подрывает националистическую идеологию режима, так что мобилизация масс против правительства остается возможной.

Египет. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 13 июля 2017 > № 2240959


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 12 июля 2017 > № 2243808

Грандиозная своповая сделка России и Катара: Европа в обмен на Азию

Так что же на самом деле происходит вокруг Катара?

В июне 2017 года на Ближнем Востоке произошел политический раскол, однако вместо обострения сунитско-шиитского противостояния пополам оказался разделен сам суннитский мир. В чем причина разворачивающегося конфликта? Каковы интересы враждующих сторон? Кто инициировал сложившееся положение? И, наконец, кому выгоден очередной персидский конфликт?

Предыстория и предпосылки

В конце девяностых годов прошлого века отец нынешнего катарского эмира создал в Дохе три мощнейших инструмента влияния на исламский мир. Первым стал международный канал «Аль-Джазира» — СМИ номер один на территории всего современного Ближнего Востока. Вторым — Всемирный совет мусульман — наиболее авторитетная мусульманская организация, состоящая из девяноста тысяч уважаемых богословов. А третьим — Суверенный фонд Катара, являющийся одним из двадцати наиболее масштабных мировых фондов благосостояния. Позже именно эти три механизма позволили «карликовому» по своему населению государству стать одним из наиболее влиятельных политических региональных игроков.

В 2011 году, в ходе развития американской стратегии «арабской весны» перевороты произошли в Тунисе, Египте и Йемене; гражданские войны в Ливии и Сирии; восстания и массовые протесты в Бахрейне, Алжире, Ираке, Иордании, Марокко и Омане; менее значительные недовольства в Кувейте, Ливане, Мавритании, Судане, Джибути и Западной Сахаре. И всё это время династия Катара планомерно портила политические отношения буквально со всеми своими союзными соседями региона. Так продолжалось вплоть до переворота в Египте, когда лидер Всемирного совета мусульман Али аль-Карадаги при мощнейшей поддержке катарского канала «Аль-Джазира» буквально силой протащил в кресло руководителя страны партию «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и президента Мухаммеда Мурси.

После этого Саудовская Аравия окончательно отказалась сохранять безучастный нейтралитет и к большому неудовольствию американцев поддержала в Египте собственный государственный переворот, к 2013 году приведя к власти Абделя Фаттаха ас-Сиси. С тех пор разлад между двумя соседями лишь усугублялся, а Катар, в ответ на отстранение от власти своего человека, выпустил в открытый эфир наиболее влиятельного в суннитском мире богослова Карадаги, который месяцами призывал к свержению существующего в Саудовской Аравии королевского строя. Саудиты использовали аналогичные методы и собирали вокруг себя доступных влиянию салафитских улемов, периодически пытаясь с их помощью признать нынешних эмиров Катара незаконными наследниками и узурпаторами престола.

В конечном итоге к 2014 году накал взаимных страстей достиг такой величины, что из Дохи были отозваны все послы тех региональных режимов, которые отозвали их и сегодня. Дальнейшее обострение тянулось восемь месяцев и продолжалось до тех пор, пока в Кувейт не начали прибывать высокопоставленные американские чиновники. В наши дни история повторяется практически в зеркальном виде, за тем существенным исключением, что причины для ее возникновения, а также геополитические последствия сложившейся ситуации на этот раз выходят далеко за рамки внутренних региональных противоречий.

Тем не менее формальным поводом для начала современного кризиса послужило майское обращение эмира Катара в поздравительной речи правоохранительной академии, где последний заявил о серьезных планах правящего режима пересмотреть международные отношения с Ираном, «Хезболой» и Израилем, причем в пользу их кардинального улучшения. Позже видео оказалось в открытом доступе. Саудиты, воспользовавшись приездом Дональда Трампа, сыграли на опережение, силами шести арабских государств — Саудовской Аравии, Египта, ОАЭ, Бахрейна, Йемена и Ливии объявив Дохе о немедленном разрыве дипломатических отношений. Далее последовало прекращение транспортного сообщения и высылка из указанных стран подданных Катара, получение Дохой списка требований из тринадцати пунктов, отказ, начало взаимных обвинений и дальнейший рост двустороннего противодействия…

Настоящие причины катарского кризиса

I. Терроризм. Обвинения в терроризме, предъявленные Катару в качестве официальной причины для его ближневосточной изоляции, не выдерживают никакой рациональной критики. Такие пункты, как «предоставление убежища лидерам радикальных движений, распространение идеологии «Аль-Каиды» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и «ИГ» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), вмешательство в дела соседних независимых государств, финансирование террористических формирований» и так далее, с легкостью могут быть применены и к самим обвинителям. Уже давно не является секретом, что Катар создавал эти запрещенные в России террористические группировки вместе с Саудовской Аравией — они спонсировались, комплектовались и обучались обеими этими странами и являются их общей историей преступлений перед безопасностью человечества. Реальная причина для катарского кризиса состоит не в этом.

II. Внутренняя конкуренция. Какие бы обвинения ни выдвигали официальные лица арабского мира в публичной риторике, личный повод, сподвигший их к разрыву отношений с Катаром, всегда состоял в политическом соперничестве и упущенных выгодах. Огромные запасы газа и наиболее масштабные по охвату государственные СМИ всегда нервировали катарских соседей. Но наибольшую политическую антипатию вызывало поведение эмирата в Египте, где Доха поддержала «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), в Бахрейне, где эмират развивал пропаганду исламского террора, в Ливии и ОАЭ, где им инициировались антиправительственные движения, и собственно в самой Саудовской Аравии, где организовывался не только подрыв общественного доверия, но и вскармливание оппозиции к династии в стране.

Даже в Йемене Катар планировал организовать собственный альтернативный проект и по-новому прописать в нем единоличную роль эмирата. В итоге к моменту начала современного кризиса буквально каждая из стран окружения хотела снизить амбиции зазнавшегося территориального соперника как минимум до нуля.

III. Иран. Религиозный разлом между суннитами и шиитами столетиями являлся основным конфликтом ближневосточного региона. В этой связи значимой причиной антикатарского демарша является обнародованное от его имени заявление о необходимости сближения с шиитским Ираном — главным геополитическим противником суннитских монархий. Катар же налаживать отношения с ним был попросту вынужден. Причина этому состоит в том, что месторождение «Северный купол», разрабатываемое Дохой, расположено не только в пределах его территориальных вод, но и в водах соседнего Ирана. И если раньше находящийся под санкциями Тегеран не мог приступить к разработке собственной части месторождения, то теперь ситуация изменилась, и Катар не смог не учитывать проявившегося иранского мнения.

IV. США и Израиль. США достаточно долго дистанцировались от развивающейся ближневосточной проблемы, и причиной для их столь нелогичного поведения был постоянный поиск внутриполитических альтернатив. Именно для этого Саудовская Аравия, называемая Трампом «главной проблемой Америки в регионе», очень быстро стала первой точкой для его дружественного международного визита, а Иран, под давлением израильского лобби, напротив, превратился во врага номер один. В вопросе с Дохой американский лидер вновь столкнулся с лобби «внутреннего Израиля». И поскольку он необходим ему во внутриполитической борьбе, не стал вмешиваться в конфликт сразу же, прекрасно зная, что эмир этой страны не так давно высказывал идею о поддержке нынешнего движения ХАМАС и предлагал снять с него ярлыки террористической организации.

Плюс ко всему, задержка при вмешательстве давала Трампу и косвенные преимущества, такие как возможность проведения у себя в стране чемпионата мира по футболу в 2022 году, так как борьбу за место его проведения Катар выиграл именно у Америки.

V. Геополитика, Россия, газ — главные причины разворачивающегося конфликта. Суверенный инвестиционный фонд Катара был организован в 2005 году, а уже к январю 2017 года его капитал составлял не менее 335 млрд долларов. В июне 2013 года фонд Катара стал владельцем 2,95% уставного капитала ВТБ, в сентябре 2016-го — владельцем 24,99% акций аэропорта «Пулково». В декабре того же года им были приобретены 19,5% акций «Роснефти» в консорциуме с Glencore, а в июне 2017-го начаты активные переговоры о покупке 25-процентной доли в Независимой Нефтегазовой Компании (находящейся при этом под прямыми американскими санкциями). Сегодня фонд широко поддерживает сотрудничество с Российским фондом прямых инвестиций и изучает проекты с общим объемом 6,5 млрд долларов.

Из перечисленных выше цифр хорошо заметно, что Катар активно сотрудничал с Россией до начала активной фазы сирийской «гражданской» войны и сразу после вмешательства нашей страны в ее военные реалии. А это в свою очередь означает, что короткий провал в несколько лет был обусловлен участием Дохи в чужом геополитическом проекте, причем в таком, в котором Россия уже не являлась сопутствующим игроком. Речь, разумеется, идет об американском трансграничном трубопроводе «Катар — Европа».

Катар при нынешних темпах добычи газа имеет подтвержденные запасы природного сырья на 160 лет вперед, и при этом существенное конкурентное преимущество над Россией — значительно более низкую себестоимость. Исходя из этого, США под руководством предыдущей государственной администрации и пытались вывести Катар на энергетические рынки Европы, надеясь поэтапно выдавить оттуда российские монополии. Доха в данном проекте следовала собственным интересам, Россия получала колоссальный удар, а США — соответствующие геополитические выгоды. Однако с появлением в Сирии российских ВКС проект провалился, трубопровод стал нереализуем, а Доха быстро изменила свои текущие переговорные позиции.

В конце 2016 года Кремль сделал Катару предложение, от которого нельзя было отказаться. Суть заключалась в отправке катарского газа не в ЕС, а напрямую в Азию, в счёт обязательств российского «Ямал СПГ», в то время как российский газ с ямальского месторождения, напротив, шел бы в Европу, но уже в счёт катарских продаж. Иными словами, Россия руками компании «Новатэк» заключала крупнейший газовый контракт с Дохой по реализации сжиженного газа на таких условиях, при которых Катар продает свой СПГ в Азию под видом российского, а Россия реализует тот же собственный объем в ЕС, но под видом катарского.

На самом деле — это грандиозная своповая сделка, о которой Россия и Катар не трубили на весь мир, а тихо и спокойно реализовали. В ней все стороны, кроме США, оказывались довольны: Катар получал альтернативный газовый маршрут, Россия — политические и экономические преференции, а в Сирии переставал финансироваться существенный пул террористов ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Судя по длительному невмешательству Америки в катарскую изоляцию, Доха на предложение Москвы все-таки согласилась, а вот США дожидаться конца 2017 года и запуска первой очереди «Ямал СПГ» явно посчитали преждевременным.

В отличие от предыдущих элит Вашингтона, которые планировали вывести Катар на рынок ЕС и тем самым выдавить из него Россию, нынешние, стоящие за спиной Дональда Трампа, исповедуют другую политику. Их метод вытеснения России из ЕС заключается в доставке на его энергетические рынки исключительно американского сжиженного газа. И, разумеется, в данной стратегии Катар в связке с Москвой этому плану чрезвычайно невыгоден. С одной стороны, в США для сжижения столь крупных партий голубого топлива пока нет необходимой инфраструктуры, а с другой, ее строительство займет не менее десяти лет. Для сравнения: объем российских поставок в одну только Германию в 2015 году составил порядка 45,3 млрд кубометров, а это в пересчете составляет не менее 32 млн тонн. Для транспортировки такого количества топлива США потребовалось бы 329 танкеров Creole Spirit в течение одного года, или по одному супертанкеру в ЕС в сутки. И это при том, что на сегодняшний день в мире число таких кораблей колеблется в районе четырехсот.

Учитывая это, Катар, разумеется, планирует бороться, в то время как для нашей страны любой исход сложившегося вокруг Дохи положения представляет собой удовлетворительный результат. Во-первых, в ходе конфликта Катар уже заявил об удвоении собственной добычи газа, и это ставит проблемные для нас СПГ-проекты в США и Австралии под большие вопросы. Во-вторых, семьдесят процентов новых американских СПГ-мощностей, запланированных к реализации на следующее десятилетие от Техаса до Австралии, все еще не имеют инвестиционных решений.

И, в-третьих, те, кто могут эти инвестиционные решения предложить, генеральные директора трех крупнейших нефтегазовых компаний — Exxon Mobil, Royal Dutch Shell и Total — выстроились в очередь не к ним, а к эмиру Катара, открывшего для иностранных инвесторов свободный доступ к разработке нового сверхбогатого газового месторождения. Помимо этого, конфликт вокруг Катара толкает вверх и цены на нефть, что также положительно сказывается на российской экономике, а «арабское НАТО», речь о котором шла во время посещения Саудовской Аравии Дональдом Трампом, в свете нынешнего суннитского раскола реализовано явно не будет.

Катарский кризис еще раз продемонстрировал миру, что арабские государства сплотиться из-за острой внутренней конкуренции не в состоянии. А это делит Ближний Восток уже не только на оси суннитов и шиитов, но и определяет отношения Катара с Египтом и даже с Саудовской Аравией внутри самого ранее единого суннитского образования. Данное обстоятельство качественно повышает возможности Москвы для выгодного политического маневра и позволяет России не занимать те неудобные позиции, при которых придется принимать одну из противоборствующих сторон. Геополитическая партия активно продолжается, но успехи России уже внушают оптимизм.

Руслан Хубиев

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 12 июля 2017 > № 2243808


Саудовская Аравия. Катар. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 11 июля 2017 > № 2239894

Четыре арабские страны: Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн — продолжат бойкот Катара вплоть до выполнения всех выдвинутых ранее требований в отношении терроризма и вмешательства во внутренние дела арабских государств, говорится в заявлении бойкотирующих Катар стран, которое приводит саудовский портал "Аль-Йоум".

"Существующие меры четырех стран будут продолжаться, пока катарские власти не возьмут на себя обязательство о выполнении справедливых требований по противостоянию терроризму и достижению стабильности и безопасности в регионе в полной мере", — говорится в документе.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей. Ультиматум содержит 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

Катар и США во вторник в Дохе подписали меморандум о взаимопонимании по противодействию терроризму.

Госсекретарь США Рекс Тиллерсон сейчас находится в турне по странам Ближнего Востока. Во вторник он совершил визит в Доху, а в среду прибудет в Саудовскую Аравию, где примет участие в заседании стран, бойкотирующих Катар.

Маргарита Кислова.

Саудовская Аравия. Катар. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 11 июля 2017 > № 2239894


Россия. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > russiancouncil.ru, 11 июля 2017 > № 2239396

Отношения Москвы и Эр-Рияда на пороге нового этапа

Назначение 31-летнего Мухаммеда бен Сальмана наследником престола стало еще одним подтверждением огромной роли принца в управлении королевством. Учитывая весьма почтенный возраст нынешнего монарха, именно Мухаммеду бен Сальману предстоит определять внешнюю политику КСА, в том числе в отношении России.

Мухаммед бен Сальман считается человеком менее консервативным, чем его отец, и пользуется популярностью среди молодежи, уставшей от многолетней геронтократии. Принц — сторонник модернизации страны, прежде всего снижения роли духовенства и уменьшения зависимости экономики страны от нефти.

Либеральные (по саудовским меркам) взгляды не мешают принцу проводить жесткий курс во внешней политике. Мухаммед бен Сальман занимает твердую позицию в отношении Ирана, который в Эр-Рияде считают источником экзистенциальной угрозы для КСА.

В частности, именно он принял решение о прямом военном вмешательстве в гражданскую войну в соседнем Йемене, что крайне нетипично для внешней политики королевства, традиционно предпочитавшего обходиться финансовой помощью и действовать через своих прокси.

Считается, что именно Мухаммед бен Сальман стоял за начатой в июне блокадой Катара. За формальными обвинениями в поддержке терроризма там просматривается накопившееся недовольство Эр-Рияда слишком дружескими отношениями Дохи с Тегераном. Видимо, будущий саудовский монарх решил в свойственной ему манере расставить все точки над «i».

В отношении России позиция Эр-Рияда носит двойственный характер. С одной стороны, остаются серьезные разногласия по Сирии, с другой — страны приветствовали смену власти в Египте в 2013 г. и продолжают сообща поддерживать президента Абдель Фаттаха ас-Сиси. В частности, есть основания полагать, что масштабные закупки египтянами российских вооружений стали возможны благодаря саудовской финансовой помощи. Можно смело утверждать, что в Эр-Рияде оценили сдержанную позицию Москвы по йеменскому вопросу.

Есть и взаимопонимание на рынке нефти. Весной 2017 г. страны договорились о снижении добычи на 1,8 млн баррелей в день ради поддержания цен. Это даже дало повод Владимиру Путину заявить в конце мая, что согласованные действия Москвы и Эр-Рияда позволили «стабилизировать ситуацию на мировых рынках углеводородов».

Подход принца Мухаммеда бен Сальмана к России выглядит сугубо прагматичным и заключается в том, чтобы сотрудничать с Москвой там, где это возможно. Недаром месяц назад он лично приехал в Москву и заявил, что двусторонние отношения «переживают один из лучших моментов». Схожим образом высказывался и российский лидер, по словам которого, стороны поддерживают контакты и на политическом уровне, между военными ведомствами, вместе занимаются «вопросами урегулирования сложных ситуаций, в том числе в Сирии».

Показателем уровня двусторонних отношений является подготовка визита в Россию саудовского монарха, который должен стать первым в истории. Обычно 81-летний король Сальман удостаивает своего внимания только ближайших союзников или наиболее важных партнеров. Впрочем, наивно было бы полагать, что отношения будут развиваться исключительно безоблачно. Так, недавно в немецких СМИ появились приписываемые Мухаммеду бен Сальману заявления о том, что Россия — угроза для Саудовской Аравии и армия королевства может за три дня уничтожить российские силы в Сирии. Канцелярия наследного принца и российский МИД вскоре решительно опровергли эту информацию. Однако проблема столкновения интересов все же есть. Москва продолжает поддерживать Башара Асада. Россию из-за ее позиции по Сирии в арабском мире продолжают воспринимать как союзницу шиитского Ирана. Саудовцы же сотрудничают в Сирии с различными суннитскими группировками, нацеленными на смену власти в Сирии.

Другой потенциальный источник трений — поставки российского оружия непосредственно в Иран. Особенно современных систем ПВО вроде С-300, способных нарушить военный паритет и лишить КСА главного козыря в лице мощных ВВС.

Наконец, дальнейшее развитие двусторонних отношений будет зависеть от позиции Москвы по катарскому вопросу. Доха явно заинтересована в российской поддержке, о чем, вероятнее всего, и говорил Владимиру Путину эмир Тамим в ходе недавнего телефонного разговора. Однако любое вмешательство России во «внутрисемейные» споры аравийских монархий будет крайне негативно воспринято в Эр-Рияде, который считает Персидский залив своей эксклюзивной зоной влияния.

Таким образом, сейчас складывается весьма непростая для российско-саудовских отношений ситуация. Внешнюю политику КСА определяет политик, понимающий важность сотрудничества с Россией и заинтересованный в нем. Но при этом Мухаммед бен Сальман имеет репутацию жесткого и решительного руководителя, который вряд ли простит Москве какие-либо откровенно проиранские шаги.

Николай Сурков

К.полит.н., доцент кафедры востоковедения МГИМО МИД России, эксперт РСМД

Россия. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > russiancouncil.ru, 11 июля 2017 > № 2239396


Ватикан. Саудовская Аравия. Украина. РФ > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 июля 2017 > № 2243763

В России наивная и глубокая вера делает массу народом и человека человеком

Темами публикаций СМИ Ватикана, католических епархий и организаций на неделе 3 — 9 июля стали: папа Франциск обратился к лидерам «Большой двадцатки»; джихадисты уходят из Мосула — идеология джихадизма остается; Саудовская Аравия является «первейшим источником финансирования» исламского экстремизма в Великобритании; украинские униаты видят в развитии своей Церкви на Востоке большую перспективу и другое.

Папа Франциск направил послание участникам саммита G20, которое прошло в Гамбурге, передает Radio Vaticana (Ватикан). Обращаясь к мировым лидерам, понтифик призвал их дать «абсолютный приоритет» бедным, беженцам, страдающим и отверженным, независимо от их национальности, расы, религии или культуры; всячески избегать вооруженных конфликтов. Папа обратил внимание на драматические ситуации в Южном Судане, бассейне озера Чад, на территории Африканского Рога и Йемена: в этих районах 30 миллионов людей не имеют пропитания и воды для выживания. Франциск уделил внимание нынешним конфликтам и глобальной проблеме миграции. Государства должны предлагать «прогрессивные, нетравматические решения» в перспективе свободного перемещения людей и их стабильности, что выгодно всем сторонам. Мировые лидеры должны решать экономические контрасты мирным путем и находить общие финансовые и торговые правила, способные обеспечить всестороннее развитие для всех. Однако это станет возможным лишь в том случае, если все стороны обяжутся прекратить гонку вооружений, воздерживаться от прямого или косвенного вовлечения в конфликты, станут обсуждать различия в искреннем и прозрачном диалоге. «Новые идеологии» абсолютной автономности рынков и финансовых спекуляций, подчеркивает папа, оставляют «болезненный след изоляции, отбросов и даже смерти». Он привел в пример европейских и мировых лидеров, «которые всегда поддерживали диалог и поиск общих решений», таких как Шуман, Де Гаспери, Аденауэр, Монне. Мировые лидеры, подчеркнул понтифик, должны быть всегда связаны с ООН и региональными организациями.

Папа Франциск поддержал начинание комитета по перепрофилированию военного завода, поставляющего бомбы в Саудовскую Аравию. Движение Фоколяров в итальянском городе Иглезиас (Сардиния) организовало комитет «Перепрофилирование RWM». RWM — это предприятие, где производятся бомбы на продажу во всем мире, в том числе в Саудовской Аравии. Среди них — бомбы МК-80, неразорвавшиеся фрагменты которых обнаружены на территории Йемена, который переживает тяжелый гуманитарный кризис из-за двухлетнего вооруженного конфликта, подпитываемого как раз торговлей оружием. Комитет борется за перепрофилирование RWM в предприятие гражданского назначения, каким оно и было до 2001 года, когда министерство промышленности и региональные власти щедро профинансировали его перепрофилирование в военное предприятие. Поскольку в Иглезиасе молодежная безработица составляет около 60%, местное население видит расширение предприятия и рост производства как дополнительный шанс, от которого непросто отказаться. Поэтому комитет «Перепрофилирование RWM» не пользуется популярностью у большинства местных жителей. Несмотря на то, что все понимают, с какими нравственными сложностями связано производство бомб для арабских стран, используемых также против гражданского населения, люди вынуждены закрывать на это глаза: для них завод остается единственным способом заработать на хлеб. Представитель движения Фоколяров утверждает, что люди чувствуют себя так же, как во времена нацизма чувствовали себя граждане Германии, жившие рядом с концлагерями. Им известно о том, что происходящее рядом выходит за все рамки морали, однако они чувствуют свое бессилие перед этим феноменом. В первую очередь, комитет намерен бороться против поставок оружия Саудовской Аравии и ее союзникам. Папа Франциск передал через представителя государственного секретариата монсеньора Беччу приветствие комитету, отметив, что он одобряет продвижение достойного труда, альтернативного производству оружия на территории с высоким уровнем безработицы.

Об освобождении Мосула объявлено, боевики ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) уходят, но идеология джихадистов задерживается в регионе. Так считают местные христиане, отмечает L'Agenzia Servizio Informazione Religiosa (Рим, Италия). Священник Халдейской католической церкви отец Паоло Мекко задается вопросом: «Многие храмы разрушены, что будет с их будет восстановлением, если христиане не вернутся?» По его словам, тысячи беженцев из Мосула, которые сейчас укрываются в Иракском Курдистане, не торопятся возвращаться домой. Вначале необходимо заняться обеспечением безопасности и, прежде всего, наладить взаимное доверие между различными общинами. Не говоря уже о реконструкции домов, разрушенных во время боевых действий, и освобождении тех, кого захватили боевики. Отца Паоло интересует судьба церквей Мосула. Он напомнил о храмах Святого Исайи и Непорочного Зачатия Девы Марии, относящиеся к IV веку и более древние, чем мечеть Аль-Нури. «К сожалению, мы не имеем представления, что осталось внутри них, что со священными украшениями и предметами, — отмечает священник. — Мы знаем, что некоторые церкви были превращены в гаражи». Второе, что волнует — как будет происходить процесс возвращения домов христианам, которые были заняты не только боевиками ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), но и соседями христиан, местными мусульманами. Ныне создана специальная комиссия, в которую вошли иракские военные и религиозные лидеры и которая занята прояснением вопросов собственности. Как замечает отец Паоло, «христиане помнят, что когда джихадисты оккупировали город, их приветствовали многие мусульмане. Теперь мы видим тот же энтузиазм по отношению к иракским военным, которые вошли в город. Где правда? Можно ли им доверять? Сегодня безопасность является приоритетом. Без этого не будет никаких возвращений и реконструкций».

Усиливаются дискуссии, доходящие даже до разногласий, между иракскими христианами вокруг будущего политико-административного урегулирования провинции Ниневия, констатирует Agenzia Fides (Ватикан). Этот регион недавно был освобожден от оккупации ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Издавна он считается местом проживания христианских общин Месопотамии. В послании епископата Халдейской католической церкви выражается признательность за советы и интерес, проявленные к будущему равнины, со стороны тех, кто покинул страну много лет назад и живет в общинах диаспоры. Однако твердо заявлено, что эмигранты не могут претендовать на решающую роль в этом вопросе, потому что они находятся «вдали» и «не могут говорить о проблемах жителей региона». По мнению халдейского патриарха Луиса Рафаэля Сако, необходимость найти общую позицию как с центральным правительством в Багдаде, так и с местными и региональными правительствами, в том числе Иракского Курдистана, не исключает возможности запроса о предоставлении международной защиты. Слова патриарха прозвучали после заявлений, сделанных в ходе конференции «Будущее христиан в Ираке», организованной в Брюсселе в штаб-квартире Европейского парламента, в которой приняли участие различные политические организации, представители христианских ополченцев в Ираке, а также глава Сиро-яковитской православной Церкви Игнатий Ефрем II и Сирийской католической церкви Игнатий Юсиф III. Бойкотировали мероприятие ассирийцы. Участники конференции подписали заключительный документ, в котором говорится, что равнина Ниневия должна стать провинцией с самоуправлением в рамках Конституции Ирака. В долгосрочной перспективе цель состоит в том, чтобы получить еще большую степень автономии. Тем временем религиозных лидеров пытаются перетянуть на свою сторону курды. Недавно халдейский архиепископ Киркука Юсиф Томас Миркис посетил местный штаб Демократической партии Курдистана, после чего курдские СМИ сообщили, будто бы монсеньор выразил свою поддержку референдуму о независимости, которое правительство Иракского Курдистана планирует провести 25 сентября. В ответ архиепископ выступил с опровержением, заявив, что во время встречи с членами ДПК никакие политические вопросы не обсуждались.

Президент Сирии Башар Асад встретился в Дамаске с новым патриархом Греко-Мелькитской католической церкви патриархом Джозефом Абси и членами Синода, передает Vatican insider (Турин, Италия). По словам главы государства, и мелькитские греко-католики, и другие Церкви и общины, присутствующие в Сирии, сыграли «важную роль» в ходе сирийского конфликта. Особенно потому, что помогли сохранить чувство единства и общенационального фронта, выступающего против попыток распространить «экстремистские идеи». По данным сирийского агентства САНА, во время беседы с иерархами была дана высокая оценка «духу сирийского народа». Была затронута нынешняя ситуация в Сирии в свете «террористической войны, развязанной против нее».

В апостольской нунциатуре в Египте прошла встреча между представителями Папского совета по межрелигиозному диалогу и Центру диалога суннитского университета Аль-Азхар, рассказывает Catholic News Agency (Инглвуд, США). Она является продолжением состоявшегося два месяца назад посещения Египта папой Римским Франциском. Участники встречи обсудили выступления понтифика и Ахмеда аль-Тайиба, великого имама Аль-Азхара, во время визита Святейшего отца.

Саудовская Аравия является «первейшим источником финансирования» исламского экстремизма в Великобритании, пишет La Croix (Париж, Франция). Об этом говорится в докладе консервативного аналитического центра «Общество Генри Джексона». На протяжении 50 лет «нефтяная монархия» Персидского залива занималась поддержкой строительства культовых сооружений за рубежом, которые участвовали в распространении ваххабизма в Европе. Как отметил Том Уилсон, один из авторов исследования, Эр-Рияд в своем содействии фундаментализму очень выделяется на фоне некоторых организаций Персидского залива и Ирана. Аналитики «Общества Генри Джексона» констатировали «отсутствие информации» по данному вопросу со стороны «британского министерства внутренних дел», напомнив о данном в 2015 году обещании правительства консерваторов анализировать внешние источники финансирования и распространения фундаментализма. Кроме того, они призвали власти заняться обеспечением большей прозрачности «потоков из-за рубежа», в том числе из Саудовской Аравии, крупнейшего торгового партнера Великобритании на Ближнем Востоке. Сразу же после публикации доклада посольство Саудовской Аравии в Лондоне «категорически» опровергло его утверждения, заявив, что Эр-Рияд «не терпит и не будет терпеть радикальную идеологию» и борется с организациями, ее исповедующими.

Экзарх Харьковский Василий Тучапец поделился с семинаристами своим опытом служения в Восточной Украине и рассказал об особенностях пастырства Украинской греко-католической церкви в Харьковском экзархате, сообщает Католицький Оглядач (Львов, Украина). «Харьковский экзархат — самый молодой в нашей Церкви и наименьший по численности. Но имеет очень большой потенциал. За три года пребывания в Харькове я вижу, какие большие возможности наша Церковь имеет на Востоке Украины», — отметил владыка Василий. Он рассказал, что Харьковский экзархат был создан в 2014 году в результате разделения бывшего Донецко-Харьковского экзархата, который охватывал 7 областей. Сейчас Харьковский экзархат включает три области: Харьковскую, Сумскую и Полтавскую. В нем служат 14 священников и 2 диакона. Зарегистрирована 21 община, планируют вскоре открыть еще 9 общин. «Харьков — большой город, индустриальный центр. Специфика служения там другая, — подчеркнул экзарх. — Чтобы активизировать присутствие УГКЦ и презентовать себя людям, мы решили проводить каждое лето «Каникулы с Богом» в каждой нашей общине. 20−30 детей в любом таком лагере присутствуют. Это также один из способов катехизации и приведения людей к Церкви». Еще одно важное направление деятельности — католическая благотворительная организация «Каритас», в Харькове много вынужденных переселенцев, а «Каритас» активно помогает. «Много новых прихожан узнали о нашей Церкви именно благодаря «Каритас», — подчеркнул владыка Василий. Он также отметил, что последние события на Востоке Украины изменили отношение людей к УГКЦ. «Люди хотят прийти в украинские храмы. Поэтому развитие нашей Церкви на Востоке сегодня как никогда имеет большую перспективу», — сказал епископ. Кроме того, по его словам, существенно изменилось и отношение местных властей к УГКЦ. Если до 2014 года ей не давали развиваться, строительство кафедрального храма, начатое в 2003 году, было фактически заморожено, то теперь препятствий со стороны местных властей нет. И уже в июле сего года состоится освящение нижнего храма кафедрального собора УГКЦ в Харькове.

Длинная очередь паломников в российской столице образует бесконечную процессию в честь самой любимой реликвии, мощей святителя Николая Чудотворца, пишет AsiaNews (Рим, Италия). 12 июля они переедут в «северную столицу», Санкт-Петербург. Огромные толпы паломников ожидаются в Александро-Невской лавре. В последние годы такие массы верующих формировались в случаях привоза в Россию Пояса Богородицы и мощей апостола Андрея Первозванного. В этой связи вспоминается декабрь 1989 года, когда тело знаменитого диссидента Андрея Сахарова было выставлено в Москве. Его похороны стали первой публичной массовой посткоммунистической манифестацией, а десятичасовое ожидание при температуре в 20 градусов ниже нуля показало огромное желание русского народа закрыть последнюю страницу после столетия безумия и угнетения. Долгое ожидание является частью самой сути россиян: огромные расстояния и враждебная погода заставляют людей проявлять бесконечное терпение, прежде чем достичь желаемого пункта назначения, будь то географическое местоположение, историческое достижение (Россия была одной из последних стран, которая отменила крепостное право в 1861 году, и признала религиозную терпимость в 1905 году) или духовное измерение. Знаменитый старец преподобный Серафим Саровский жил в Дивеево, более чем в 600 километрах от Москвы. Вся Россия приходила к нему за духовным советом и руководством, даже сегодня многие паломники посещают восстановленный монастырь его памяти. Многие духовные отцы, востребованные после падения атеистического режима, уходили в далекие и недоступные места. Русские были одними из самых ревностных паломников в далекую Святую землю, а мистическая мечта каждого странника — добраться до Афона, который сегодня приветствует сотни посетителей из России. Президент России Владимир Путин посещал это место дюжину раз, каждый раз, когда мог. Очередь к мощам святителя Николая движется с достаточной скоростью, потому что акт выражения преданности длится в лучшем случае секунду, время поцеловать реликвию и перекреститься. Долгое ожидание заканчивается «внезапной радостью». В России, как и везде, наивная и глубокая вера — это дух, который делает массу народом и человека человеком.

В обзоре использованы материалы — официальных СМИ Ватикана Radio Vaticana и L'Osservatore Romano; миссионерского информационного агентства Ватикана, подразделения Конгрегации евангелизации народов Agenzia Fides; информационного агентства Папского института заграничных миссий AsiaNews; издания Федерации итальянских католических еженедельников L'Agenzia Servizio Informazione Religiosa; портала итальянского издательского дома «Стражи Святой земли» Terrasanta.net; ватиканской редакции итальянской газеты La Stampa Vatican insider; североамериканской католической газеты National Catholic Reporter; североамериканского католического информационного агентства Catholic News Agency; североамериканской католической газеты National Catholic Register; североамериканского католического портала Crux; портала католической газеты Англии и Уэльса Catholic Herald; австрийского католического информационного агентства Kath.net; австрийского информационного католического агентства KATHPRESS; французской католической газеты La Croix;польского католического информационного агентства Katolicka Agencja Informacyjna; польской ежедневной католической газеты Nasz dziennik; журнала польской Ассоциации христианской культуры Polonia Christiana; информационного сайта портала Milites Christi Imperatoris Католицький Оглядач.

Станислав Стремидловский

Ватикан. Саудовская Аравия. Украина. РФ > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 10 июля 2017 > № 2243763


Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2017 > № 2238522

Кризис в Персидском Заливе и «Светлобровый»

Нурс Аль-Араби (Nurs Al-Arabi), Al Jisr TV, Сирия

Разногласия между Саудовской Аравией и Катаром начались после военного переворота, совершенного Абдель Фаттахом Ас-Сиси в Египте. Этот переворот был организован Саудовской Аравией, которой противостоял Катар. С тех пор телеканал «Аль-Джазира» выступает на стороне законного президента Мухаммеда Мурси, которого избрал египетский народ, и клеймит позором переворот Ас-Сиси, за которым стояли Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты. Эти страны потратили миллиарды на то, чтобы с помощью средств массовой информации убедить мир в том, что произошедшее не было военным переворотом, а волеизъявлением египетского народа. Однако они не в состоянии противостоять медиа-гиганту, каким является «Аль-Джазира», что побудило короля Саудовской Аравии вмешаться и потребовать от эмира Катара, чтобы последний оказал давление на руководство катарского телеканала, и оно ослабило нападки на правительство Ас-Сиси. Однако просьба короля была отвергнута, и противоречия между странами обострились до такой степени, что Саудовская Аравия и некоторые другие государства Персидского залива приняли решение отозвать своих послов из Катара.

Однако медиа-гигант «Аль-Джазира» выстоял перед натиском «MBC Group», принадлежащей Саудовской Аравии. Как следствие, королевство было вынуждено выработать новый план, который на этот раз предполагал закрытие катарского телеканала.

Да, «Аль-Джазира» является причиной бессонницы всех арабских монархов, боящихся за свои престолы, особенно после начала «арабской весны», которую этот канал поддержал. Так, «Аль-Джазира» стала выражать чаяния народов арабских стран, ослабевших в эпоху правления диктаторов, а последние в свою очередь стали бояться начала «арабской весны» в их странах.

Но проблема заключалась в выборе способа противостояния телеканалу, и решением стало «нападение» на государство, спонсирующее «Аль-Джазиру», — Катар. Таким образом, стороны инициировали кампанию против Катара и прибегли к поддержке американского президента Трампа, который сделал соответствующие публикации в Twitter. Однако Трамп столкнулся с противодействием со стороны оппозиции, которая описала его действия как поспешные. Тем не менее удар пришелся не только по американскому президенту, но и по вышеупомянутым арабским странам, которые столкнулись с тем, что Турция направила на военную базу в Катаре свои войска, которые предотвратили там попытку военного переворота, подобного тому, что в свое время произошел в Египте. Кроме того, турецкая сторона послала в Катар тонны продовольствия, благодаря чему попытка блокады государства провалилась.

Если говорить вкратце, война против «Аль-Джазиры» оказалась безуспешной для арабских руководителей, боящихся за свой престол. Как следствие, они приняли решение начать борьбу против государства, с территории которого вещает этот телеканал. Те, кто объявил эту войну, считали, что борются с географически маленьким государством и одержать победу будет легко, однако они не знали, что Катар сделал много хорошего и неизбежно воспользуется этим. Так, эта страна поддержала требования народов, которым приходилось терпеть всевозможные беды от жестоких правительств. Арабские монархи забыли, что в распоряжении Катара «Аль-Джазира», гигант в области средств массовой информации, которые являются сильнейшим оружием в XXI веке. Им трудно что-либо противопоставить Катару в этой сфере, так что «Аль-Джазира» опровергла все обвинения со стороны этих государств.

Кампании против Катара, вклад в которую внесла публикация Трампа, предшествовал телефонный звонок с борта президентского самолета. Этот звонок был совершен перед пресс-конференцией министров иностранных дел Саудовской Аравии, Египта, ОАЭ и Бахрейна, и по всей видимости, в ходе него Трамп дал им новые инструкции касательно политической компании, несоизмеримые с «твитами» в самом начале конфликта. Все это стало причиной опоздания министров на пресс-конференцию, как и того, что выступающие выглядели растерянными и отказались отвечать на многие вопросы, в частности, относительно того, какие шаги они собираются предпринять в дальнейшем. Последнее обстоятельство дает нам повод утверждать, что они ждут новых инструкций, будь то в виде «твита», срочного звонка или же движения бровей всем известного блондина.

Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 июля 2017 > № 2238522


Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 июля 2017 > № 2238029

Катар создал специальную комиссию, которая будет принимать заявления на получение компенсаций пострадавших от бойкота, который более месяца назад объявили Дохе четыре арабские страны — Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет, сообщил катарский телеканал "Аль-Джазира" со ссылкой на генпрокурора страны Али бен Фатыса.

"Комиссия по компенсациям станет центральным органом, который будет принимать запросы от пострадавших в результате блокады. В комиссию войдут представители МИД и министерства юстиции", — сказал генеральный прокурор.

По его словам, после получения и изучения запросов на компенсацию, комиссия будет принимать решения о дальнейших действиях. Эти дела могут рассматриваться как в местных судах, так и за пределами Катара, добавил он. По данным Катара, в результате бойкота пострадали тысячи подданных страны и иностранцев.

Бойкот предполагает не только разрыв дипломатических отношений, но и прекращение всякого транспортного сообщения, выдворение подданных Катара из государств, объявивших бойкот. Таким образом, пострадали не только бизнесмены, но и студенты, учившиеся за рубежом, смешанные семьи.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей.

Ультиматум содержал 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира". Катар отверг эти требования, назвав их нереалистичными.

Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 июля 2017 > № 2238029


Швейцария. Индонезия. Саудовская Аравия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > offshore.su, 7 июля 2017 > № 2243371

Швейцарский федеральный советник Иоганн Шнайдер-Амман в этом месяце отправится в Россию, Индонезию, Саудовскую Аравию и США с целью дальнейшего развития двусторонних торговых отношений Швейцарии с каждой из перечисленных стран.

Шнайдер-Амман возглавляет Федеральный департамент экономики, образования и исследований Швейцарии.

Федеральный советник впервые отправится в Россию, его встречи будут посвящены состоянию и перспективам двусторонних экономических отношений, сотрудничеству в многосторонних проектах и конкретным проблемам, которые испытывают страны в процессе сотрудничества.

Когда Шнайдер-Амман встретится с индонезийскими официальными лицами, основными темами для обсуждения станут продолжающиеся переговоры о зоне свободной торговли между Индонезией и Европейской ассоциацией свободной торговли (EFTA) и возобновление существующего соглашения о защите инвестиций.

В Саудовской Аравии Шнайдер-Амман будет рассматривать возможность углубления двусторонних экономических отношений, а также перспективы и вызовы, которые представляет регион, и вопросы, вызывающие озабоченность швейцарских предприятий.

В США Шнайдер-Амман обсудит двусторонние торговые отношения и встретится с членами Конгресса для обмена мнениями по целому ряду экономических и образовательных вопросов.

Швейцария. Индонезия. Саудовская Аравия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > offshore.su, 7 июля 2017 > № 2243371


Великобритания. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 6 июля 2017 > № 2244403

«За радикализацией ислама в Великобритании стоит Саудовская Аравия»

The Guardian: Мэй не решается опубликовать доклад об исламских экстремистах, подготовленный еще полгода назад

Британское независимое исследовательское общественное объединение «Общество Генри Джексона» подготовило доклад, который может испортить отношения Лондона и Эр-Рияда.

К такому выводу приходит редактор отдела дипломатии британской The Guardian Патрик Уинтур (Patrick Wintour), отмечающий, что «отчет о результатах исследования, посвященного вопросам внешнего финансирования терроризма в Соединенном Королевстве, был подготовлен еще шесть месяцев назад. Однако привел чиновников Министерства внутренних дел в состояние такого ужаса, что они стали оказывать давление на премьер-министра, стараясь не допустить огласки документа».

«А вся проблема в том, — утверждает автор, — что спонсором номер один исламского экстремизма является Саудовская Аравия, стратегический партнер США на Ближнем Востоке. Обнародование данных может нарушить существующее положение в районе Персидского залива, именно поэтому и МИД тоже настроен «замолчать» доклад».

В работе специалистов «Общества Генри Джексона» открывается неприятная для политических деятелей Туманного Альбиона истина: «Саудовская Аравия спонсирует экспорт ваххабитского ислама в страны Запада с 60-х годов ХХ века, создавая, развивая и подпитывая мусульманские общины в Европе. В Великобритании это финансирование в основном принимало форму пожертвований мечетям и исламским образовательным учреждениям (медресе), в которые, в свою очередь, направлялись самые ярые пропагандисты экстремизма, проповедовавшие нормы салафизма и распространявшие литературу исламизма крайнего толка».

Эр-Рияд работал и «в обратную сторону», приглашая наиболее набожных и способных убеждать своими речами окружающих британских мусульман на курсы обучения и повышения квалификации на Аравийский полуостров, где их накачивали догмами «до полного отрешения от окружающего мира и комплексного ухода в мир, где правит Аллах». Так называемые независимые исламские школы в Великобритании на деле независимы только от одной стороны — англосаксонской, а вот с саудитами у них совсем другие отношения, в свете которых «британских независимых мусульман» правильнее было бы называть «проповедниками исламских идей в саудовской версии».

В докладе прямым текстом сообщается, что «Британия — одно из европейских государств, где проводники идеологии салафитов-ваххабитов наиболее одиозны, не стремятся особенно маскировать свою ненависть по отношению к «неверным». Эти деятели честно отрабатывают свои деньги, присылаемые им из Саудовской Аравии, но, похоже, что они настолько углубились в свою веру, что готовы воевать с любой идеологией бесплатно и беспрерывно».

«Безусловно, многие страны, раскинувшиеся вокруг Персидского залива — главным образом суннитские, но и шиитский Иран в том числе, — виновны в продвижении экстремизма. Но на вершине списка благодаря агрессивной политике распространения радикального ислама, вне всякого сомнения, следует разместить Саудовскую Аравию», — убежден Том Уилсон (Tom Wilson), сотрудник «Центра реагирования на радикализацию и проявления терроризма в обществе» (Centre for the Response to Radicalisation and Terrorism at the society) и руководитель команды, работавшей над составлением доклада. — В свете этого не может не вызывать как минимум ироничную улыбку заявление Эр-Рияда о том, что главным и единственным спонсором и проводником экстремизма и терроризма в регионе является Катар. Такие заявления не воспринимаются иначе как демонстрация обнаруженной в чужом глазу соринки, не обращая при этом внимания на бревно, торчащее в своем. Да, лидеры Саудовской Аравии вроде бы признали необходимость урезать финансирование экстремизма (происходящего, разумеется, без ведома и не по вине правящих кругов страны), но вместо этого размер материальной помощи ваххабитам чудесным образом увеличился».

По данным докладчиков, в 2007 году Саудовская Аравия потратила не менее 2 миллиардов долларов на пропаганду салафизма во всем мире. В 2015 году эта цифра удвоилась.

Применительно к Соединенному Королевству точную цифру финансовой поддержки из неопубликованного доклада Патрику Уинтуру извлечь не удалось. Однако он добыл другие характеристики, позволяющие судить о том, что забота саудитов о житье-бытье салафизма на территории Альбиона ширится и множится: в 2007 году в Англии, Уэльсе, Шотландии и Северной Ирландии функционировало 68 мечетей именно ваххабитской направленности. Семь лет спустя их было зафиксировано уже 110. А число тех, кто постоянно посещал эти храмы, составляло в 2014 году 44 994 человека. В докладе говорится, что наиболее известные проповедники ислама в Великобритании, такие как Абу Катада, Абу Хамза, Абдулла аль-Фейсал и Шейх Омар Бакри, принадлежат к экстремистской ветви ислама.

Составители доклада, отмечает The Guardian, ни в коем случае не хотят свести все к тому, что исламский экстремизм в Великобритании финансируется исключительно Саудовской Аравией. Указывают авторы и на то, что несколько радикализировавшихся мечетей спонсировались фондом Al-Muntada Trust, находящимся на полном содержании Катара. В частности, группа молодых валлийцев из Кардиффа, отправившаяся в Сирию воевать на стороне «Исламского государства» (организация, запрещенная в Российской Федерации — прим. ИА REGNUM ), была идеологически обработана в мечети Al-Manar, патронируемой названным выше фондом.

«Попытки нескольких (арабских) государств влиять на мусульманские общины в европейских странах, в частности, на группы лиц, исповедующих ислам в Великобритании, носят системный антизападный характер, направленный на формирование пренебрежительного отношения к либеральным ценностям», — заключают авторы доклада, которому, выдвигает предположение корреспондент The Guardian, похоже, так и не удастся увидеть свет.

Общество Генри Джексона (Henry Jackson Society) — независимое британское общественное объединение, основанное при Кембриджском университете в 2005 году. Названо в честь американского сенатора-демократа Генри Джексона. Цель — исследования различных аспектов международной политики Великобритании. Сегодня чаще его называют модным термином think tank, мозговой или аналитический центр.

Владимир Добрынин

Великобритания. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > regnum.ru, 6 июля 2017 > № 2244403


Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 6 июля 2017 > № 2235286 Дмитрий Фроловский

Чем закончится блокада Катара

Дмитрий Фроловский

После начала блокады Катара Эр-Рияд неожиданно выяснил, что Дохе есть что сказать в ответ, и с этими аргументами придется считаться. Теперь перед Саудовской Аравией стоит непростой вопрос, как лучше договориться с Катаром, чтобы не показать слабость. Саудовская позиция наверняка будет смягчаться, а Доха в ответ придет на помощь «старшему брату», выполняя наименее радикальные требования

Конфликт небольшого эмирата Катар и группы государств во главе с Саудовской Аравией вышел на новый этап. Катарцы отказались выполнять требования предъявленного им ультиматума, а значит, противостояние теперь затянется на несколько месяцев, а возможно, и лет. Отношения между союзниками США на Ближнем Востоке никогда не были идеальными, но нынешний кризис не имеет аналогов в истории. И даже если дальше он будет развиваться по самому консервативному и спокойному сценарию, то все равно необратимо изменит правила, по которым строится международная политика в регионе.

Катарское упорство

Продолжающаяся уже несколько недель блокада Катара − это результат коллективных действий целой группы стран во главе с Саудовской Аравией: Бахрейна, ОАЭ, Египта, Йемена и Ливии. Они разорвали с эмиратом дипломатические отношения, закрыли сухопутную границу, прервали морское и авиасообщение. Неформальным сигналом к началу блокады стал недавний визит президента США Дональда Трампа в Эр-Рияд. В конце мая глава Белого дома на полях антитеррористического саммита провел встречи с представителями более пятидесяти государств исламского мира. Поездка должна была вернуть надежду на объединение суннитских стран для коллективной борьбы с экстремизмом, а возможно, и дать импульс к созданию местной версии НАТО.

Однако пока вместо единства возникают только новые конфликты. В ходе визита Эр-Рияд заключил рекордные по суммам военные контракты с США и воспринял это как карт-бланш для жесткого внешнеполитического курса. Уверовавшие в собственные силы саудиты с особым рвением принялись укреплять свои позиции в регионе. Соседний Катар пришелся как нельзя кстати для демонстрации амбиций и мощи Эр-Рияда. Небольшой, но богатый эмират хоть и входит в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) и воюет бок о бок со странами саудовской коалиции в Йемене, умудрялся сохранять собственный внешнеполитический курс.

На протяжении многих лет Катар активно поддерживал исламистские группировки по всему региону (например, движение «Братья-мусульмане»), многие из которых раздражали и Эр-Рияд, и Тель-Авив. Доха стала одним из центров поддержки «арабской весны», из студий «Аль-Джазиры» открыто звучала критика внутренней и внешней политики Саудовской Аравии, ее союзников, а также Израиля. По слухам, фотография с сайта телеканала, на которой изображен саудовский король Салман, сидящий рядом с женщиной с непокрытой головой из команды Трампа, вызвала особый гнев саудовского правителя.

Эр-Рияд давно планировал приструнить Доху, но все время оглядывался на Вашингтон. Саудовские и израильские лоббисты много лет уговаривали Белый дом решить катарский вопрос, но Обама стоял до последнего. Зато визит Трампа на фоне его обещаний бороться с терроризмом развязал саудитам руки. Администрации Трампа нужна была показательная жертва, чтобы продемонстрировать серьезность своих антитеррористических намерений, и под давлением Израиля и Саудовской Аравии выбор пал на Катар.

Решающую роль саудовского и израильского давления подтверждает то, что ни по тесноте связей с Ираном, ни по масштабам поддержки экстремистских группировок Катар не сильно выделяется на фоне других монархий Персидского залива. Широко известно, что семьи и фонды из Саудовской Аравии оказывают даже более масштабную поддержку различным радикальным группировкам, а ОАЭ за последние годы выстроили прочные бизнес-отношения с иранской элитой. Но подогретый усилиями лоббистов Вашингтон проигнорировал факты и дал саудитам добро на усмирение Дохи.

В первые дни новость о блокаде вызвала в Катаре состояние близкое к панике. Почти половина продуктов питания импортируется из Саудовской Аравии по наземной границе, а другая часть через морские порты, среди которых Джебель-Али в ОАЭ. Закрытие этих каналов снабжения могло обернуться массовым голодом. Кроме того, блокада страны, владеющей крупнейшим флотом по перевозке сжиженного газа, не сулила ничего хорошего и в энергетической сфере.

Однако Катар оказался готов к сопротивлению, застав врасплох многих в саудовском руководстве. Худшие опасения не подтвердились: эмират быстро нашел альтернативные каналы поставки продовольствия, а Иран предоставил морской и воздушный коридор.

Ожидаемый отказ выполнять 13 пунктов ультиматума, поддержка со стороны Анкары и Тегерана, а также решение увеличить добычу и поставки СПГ на 30% к 2024 году (до 100 млн тонн в год) – все это однозначно указывает на то, что Доха не намерена сдаваться.

Интервенция или переворот

Катарское упорство поставило Саудовскую Аравию в неловкое положение, и теперь уже Эр-Рияду надо искать способ выйти из сложившейся ситуации, сохранив лицо.

Наименее вероятный вариант – это военная интервенция. Всего несколько лет назад, в 2011 году, Саудовская Аравия при поддержке Катара и других монархий Залива уже вводила войска для подавления шиитских демонстраций в Бахрейне. Применение саудитами военной силы против одной из стран-союзниц по ССАГПЗ до сих пор свежо в памяти у многих в регионе.

После Бахрейна ввод саудовских войск в Йемен в 2015 году уже не вызвал такого шока, но добавил Эр-Рияду опыта военных интервенций в соседних государствах.

На фоне низких цен на нефть, бюджетного дефицита и высокой безработицы у саудовского руководства есть все основания и дальше придерживаться жесткого внешнеполитического курса для консолидации общества внутри страны. Еще органичнее такой курс будет смотреться, если проводить его будет новый, молодой и активный король Мухаммед бин Салман. Тридцатиоднолетний наследник явно скоро сменит на престоле своего отца, восьмидесятиоднолетнего короля Салмана ибн Абдул-Азиз Аль Сауда.

Однако провести военную кампанию в Катаре, где расположены американская и турецкая военные базы, невозможно без согласования с США. А Вашингтон, несмотря на активную работу лоббистов, хорошо осознает важность Дохи как посредника при общении с исламскими радикалами всех мастей и вообще как важного союзника США на Ближнем Востоке.

К примеру, в мае 2014 года Катар убедил талибов освободить американского солдата Боуи Бергдала, а пару месяцев спустя поспособствовал освобождению журналиста Питера Тео Кертиса из сирийского плена «Фронта ан-Нусра». Несмотря на общение с радикалами, катарская разведка плотно сотрудничает с американскими коллегами, и в этом вопросе Доха полностью лояльна Вашингтону. Поэтому Белый дом вряд ли одобрит военное вмешательство, а нынешняя показательная порка Катара – это максимум, на что готова команда Трампа.

Руководство США уже смягчает свою позицию по катарскому кризису: на смену фактическому одобрению блокады Трампом в твиттере пришел призыв госсекретаря Тиллерсона к переговорам и компромиссу.

Военное вмешательство хоть и принесет Эр-Рияду дивиденды в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной поставит под удар привычный формат взаимодействия в регионе. Другие монархии Залива начнут искать возможность обезопасить себя от потенциального вторжения, налаживая связи с Ираном или Турцией.

Другой вариант саудовской реакции – это подготовка в Катаре государственного переворота. Эр-Рияд давно мечтает сместить нынешнюю правящую династию Аль Тани, поскольку воспринимает их как выскочек и угрозу для целостности саудовского блока.

Род Аль Тани перебрался в Катар из Неджда, центрального региона Саудовской Аравии, и правит эмиратом с самого обретения независимости в 1971 году. Катарская династия принадлежит к племени бану Тамим, представители которого известны в Саудовской Аравии как члены влиятельного консервативного духовенства. Получается, что род, который в Саудовской Аравии является просто влиятельным, в Катаре руководит целой страной и даже осмеливается противоречить саудовским королям.

Поэтому в Эр-Рияде были бы рады поставить во главе эмирата кого-нибудь из представителей конкурирующих внутри королевской семьи кланов или даже катарской армии. По слухам, спецслужбы Саудовской Аравии работают над реализацией подобного плана на протяжении многих лет, и именно страх государственного переворота стал одной из основных причин неожиданной передачи власти от эмира Хамада бен Халифы Аль Тани его сыну Тамиму бин Хамаду Аль Тани.

Но даже если эти обвинения против Эр-Рияда верны, нынешний кризис, наоборот, укрепил позиции катарской династии. Катарцы сейчас испытывают чувства, знакомые россиянам по событиям в Крыму 2014 года. На крупнейшем базаре Катара в Сук-Вакифе массово продаются футболки с патриотическими надписями поддержки шейха Тамима. В соцсетях проводятся крупномасштабные кампании солидарности. Свою поддержку правительству выражают не только граждане эмирата, но и иностранные рабочие, которых в десять раз больше. Сложно представить себе успешный переворот в такой атмосфере всеобщего единения. Блокада сплотила даже конкурирующие кланы внутри королевского рода.

Примирение с осадком

Несмотря на активные разговоры о возможной интервенции или перевороте, по всей видимости, катарский кризис и дальше будет развиваться относительно мирно. Специфика арабской дипломатической культуры и разветвленные родственные связи со временем неизбежно смягчат позиции сторон. Всем известно, что у арабов принято торговаться, а торг всегда следует начинать с завышенных позиций, постепенно снижая требования и приходя к общему знаменателю.

Ультиматум, выдвинутый Катару, был заведомо обречен на провал. В Эр-Рияде понимали, что Доха откажется выполнять все 13 пунктов, и заранее планировали, что делать дальше. Однако саудиты не ожидали, что Катар способен так быстро заручиться поддержкой Турции и Ирана.

Анкара ждет от союза с Дохой помощи в реализации собственных региональных амбиций, а также вполне осязаемой финансовой благодарности катарцев за поддержку в трудную минуту. Тегеран поддерживает Доху из желания ослабить суннитскую коалицию в рамках большого регионального противостояния с Эр-Риядом.

Обе страны не только активно вступились за Доху и поставляют в Катар продовольствие, но также заявили о возможной военной помощи. Сообщения о присутствии в эмирате Стражей исламской революции остаются неподтвержденными, но вот совместные катаро-турецкие военные учения на базе Тарик-бин-Зияд вполне реальны и уже вызвали широкий резонанс в саудовском блоке. Общая численность армии Катара не превышает 17 тысяч человек, большую часть составляют наемники из других арабских стран, а также Индии и Пакистана, поэтому эмирату жизненно необходима военная поддержка внешних союзников.

После начала блокады Эр-Рияд неожиданно выяснил, что Дохе есть что сказать в ответ, и с этими аргументами придется считаться. Теперь перед Саудовской Аравией стоит непростой вопрос, как лучше договориться с Катаром, чтобы не показать собственную слабость. Поэтому саудовская позиция по отношению к Катару наверняка будет смягчаться в самое ближайшее время, а сама Доха в ответ придет на помощь «старшему брату» и согласится на новые условия.

Скорее всего, в перспективе из ультиматума исчезнут самые жесткие требования – например, закрытие «Аль-Джазиры» и турецкой базы или выплата репараций. Останутся более туманные – например, отказ от спонсирования терроризма. В ответ на такое требование Катар может прекратить поддержку ХАМАС и финансирование проектов в Палестине, чем заодно спасет себя от многих нападок израильского лобби в Вашингтоне. За последний год Доха и так существенно сократила вложения в палестинские проекты, предчувствуя, что рано или поздно ей придется это сделать.

Несмотря на сотрудничество с Ираном в разработке нефтегазового месторождения «Южный Парс», вероятность создания полноценного альянса Дохи и Тегерана остается крайне низкой. Масштабы взаимодействия двух стран вряд ли уйдут далеко от нынешнего состояния. Иран и Катар до сих пор не восстановили полноценные дипотношения после казни шиитского шейха Нимр ан-Нимра в Саудовской Аравии и последующего погрома саудовского посольства в Тегеране. Кроме того, в катарском обществе сохраняется крайне негативное отношение к Ирану и четкая позиция, что их страна должна выступать на стороне суннитов.

Многочисленные родственные связи, общая этническая и конфессиональная принадлежность делают примирение практически неизбежным исходом катарского кризиса. Тем не менее даже если полное примирение в конце концов будет достигнуто, этот конфликт все равно необратимо изменит формат взаимодействия в регионе и существенно понизит уровень доверия между странами Залива.

Катару и другим монархиям Залива придется принять новые правила игры, демонстрировать лояльность Саудовской Аравии и не отклоняться от общего курса суннитской коалиции. Но при этом они начнут держать в уме план «Б» на случай ослабления саудитов, а ослабление это неизбежно из-за стремительно растущих внутренних проблем Эр-Рияда.

Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > carnegie.ru, 6 июля 2017 > № 2235286 Дмитрий Фроловский


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 6 июля 2017 > № 2234377

Конфликт вокруг Катара находится в тупике, он может растянуться на месяцы и даже усилиться, заявила на брифинге официальный представитель госдепа Хизер Науэрт.

"Мы остаемся крайне обеспокоенными ситуацией вокруг Катара и стран Персидского залива. Мы особо обеспокоены, что этот конфликт находится в тупике в настоящий момент. Мы считаем, что он, вероятно, может растянуться на недели, месяцы, возможно, он может даже усилиться", — сказала она.

По ее словам, госсекретарь США Рекс Тиллерсон по-прежнему остается вовлеченным в процесс урегулирования этого конфликта.

"Мы продолжаем оставаться в тесном контакте со всеми (задействованными в конфликте сторонами)", — добавила Науэрт.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела.

Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей. Ультиматум содержит 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отвергает обвинения арабских соседей и заявляет, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены.

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 6 июля 2017 > № 2234377


Таджикистан. Иран. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 5 июля 2017 > № 2244370

Тот девушку и танцует: саудиты отбивают Таджикистан у Ирана

Персы вынуждены сдавать позиции

Посольство Ирана в Таджикистане закрыло торговое и культурное представительства в административном центре Согдийской области на севере страны в городе Ходженте. По некоторым данным, сделано это было по требованию принимающей стороны. О возможном их закрытии разговоры шли уже около полугода. Наблюдатели оценивают закрытие как признак отдаления двух персоязычных стран.

Явное охлаждение произошло в конце декабря 2015 года. Таджикские власти были очень возмущены тем, что выступавший организатором международной конференции «Исламское единство» Иран пригласил на нее лидера запрещенной на родине и признанной террористической Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) Мухиддина Кабири. И не просто пригласил — с врагом Эмомали Рахмона в Тегеране обращались как с политиком высокого уровня — обвиненный в организации попытки госпереворота и объявленный в международный розыск по линии Интерпола Кабири встретился с Верховным руководителем Ирана аятоллой Али Хаменеи.

Поведение Ирана в Душанбе вызвало серьезную обеспокоенность. Таджикские власти восприняли случившееся как реальную угрозу режиму и начали предпринимать шаги по снижению влияния Ирана в стране. Публично случившееся назвали «недружественным шагом и неуважением».

«Всегда настораживает, когда чувствуются со стороны кого-то вражеские, целенаправленные действия», — заявил по этому поводу директор Центра стратегических исследований при президенте Таджикистана Худойберды Холикназар.

Таджикистан ответил. В 2016 году у иранских экспортеров возникли сложности с ввозом товаров в Таджикистан из-за «отсутствия на товарах маркировки на таджикском языке (кириллице)». Как результат, товарооборот двух стран за три года упал почти в три раза — с $292 млн до $114 млн.

В конце 2016 года «из-за несоблюдения законов Таджикистана» был закрыт иранский Комитет помощи «Имдод» Имама Хомейни.

Кроме того, по данным источников в российской делегации, на заседании Совета министров иностранных дел государств — членов Шанхайской организации сотрудничества в апреле 2017-го Таджикистан единственный не поддержал присоединение Ирана к ШОС.

Политобозреватель из Таджикистана Негматулло Мирсаидов, комментируя ситуацию ИА REGNUM, назвал несколько причин резкого охлаждения двух стран. Он отметил, что нуждающийся в инвестициях Таджикистан за многолетнюю дружбу не получил от Ирана существенных вложений, если не считать строительство тоннеля «Истиклол» и ГЭС Сангтуда-2. Более того, тоннель был построен настолько неудачно, что длительное время автомобильное движение по трассе Душанбе — Ходжент то закрывалось, то открывалось в результате отсутствия необходимых водоотводов, просадки грунта, некачественного бетонного покрытия дорожного полотна. Стране пришлось потратить немалые средства для ликвидации недочетов и реконструкции объекта.

«Таджикистан — одна из стран, которая ведет жесткую политику в отношении экстремистов и радикальных элементов. Не исключаю, что к Ирану у спецслужб есть претензии в этом плане. Спецслужбы могли вполне предположить, что любая образовательная программа (обучение фарси, изучение поэтического наследия, традиций и обычаев шиитского мазхаба) может отрицательно повлиять на настроение молодежи в будущем.

Как известно, большая часть населения Таджикистана, исповедующего ислам суннитского толка, придерживается учения ханифитского мазхаба. С этой точки зрения считается, что те народы, которые придерживаются этого учения, — ближе. Однако, когда руководство заявляет о чуждой культуре, часто критикуется именно тот стиль ношения исламской одежды, который принят в большинстве арабских стран, в Иране также. Тем не менее это вопреки существованию фундамендалистских режимов в Саудовской Аравии, Иордании, Катаре не мешает стране поддерживать хорошие отношения с шейхами. Может, причина в возможных инвестициях», — полагает Мирсаидов.

Деградацию отношений Душанбе и Тегерана и в самом деле сложно не связать с укрепляющимся сотрудничеством и усиливающимся влиянием в Таджикистане Саудовской Аравии, которая даже готова вести диалог по инвестированию в строительство многострадальной Рогунской ГЭС.

«Примечательно, что само посольство Ирана скоро снесут — на его месте вырастет парламентско-правительственный комплекс, на возведение которого Таджикистан получит 200 миллионов долларов от Саудовской Аравии», — подчеркивают СМИ.

Но тут вдруг произошел неожиданный поворот: саудиты сами стали открещиваться от анонсированной ими некоторой «помощи» таджикским партнерам. Сначала сайт Alarabyia опубликовал сообщение посла Саудовской Аравии в Таджикистане Абдулазиза ибн Мухаммад ал-Бади о том, что «по предварительной договоренности, достигнутой председателем Палаты представителей Верховного Совета Республики Таджикистан Шукурджоном Зухуровым с королем Салманом в январе, филиал Мединского исламского университета вместимостью 2600 студентов начнет свою работу в городе Душанбе, целью будет обучение и воспитание студентов и священнослужителей», а также «в Горно-Бадахшанской автономной области создается исламский центр вместимостью 2000 человек, и он будет направлен на распространение истинного ислама в этой области и соседних областях».

Однако уже на следующий день сотрудники посольства заявили, что информация — «явная ложь», а сайт Alarabyia не имеет никакого отношения к TV Al Arabiya. Позже Мухаммад ал-Бади в интервью радио «Озоди» заявил, что о возведении парламентского комплекса в Душанбе на арабские деньги он сам узнал из СМИ: «Сообщение об этом не соответствует действительности. Никакого решения о выделении средств на строительство этого объекта в Таджикистане правительством Саудовской Аравией не принято».

От школ же, на строительство и оборудование которых Саудовский фонд развития выделил кредит в $35 млн, они не отказались. Пока. Надо заметить, что та же тема с роскошным подарком в виде строительства парламентского и правительственного комплекса в центре Душанбе, ради которого снесли половину исторического центра столицы (что само по себе тоже весьма примечательно), ходила около полутора лет. Однако опровергать эту информацию стали только сейчас.

«Саудовский фонд развития начиная с 2003 года реализует некоторые проекты в сферах дорожного строительства, образования и медицины в Таджикистане. На эти цели выделено более $148 млн (для Таджикистана это значительная сума — $158 млн в 2016 году Таджикистан направил на обслуживание внешнего долга). Благотворительный центр короля Салмана ибн Абдулазиза недавно выделил $6,3 млн на берегоукрепительные работы в Хатлонской области. Ожидается, что скоро сюда прибудет большая группа инвесторов из Саудовской Аравии для изучения рынка в Таджикистане», — рассказал о сотрудничестве сам дипломат.

По мнению Негматулло Мирсаидова, выпады Таджикистана в адрес Ирана могут быть обусловлены ожиданием денежных вливаний Саудовской Аравии в таджикскую экономику и надеждой на поддержку проектов:

«Но и здесь есть опасность: вряд ли шейхи что-то просто подарят. Поэтому склонен думать, что у них тоже есть далеко идущие планы. И они не менее опасны в плане импорта своей идеологии и ценностей.

Разумеется, они заинтересованы в том, чтобы весь исламский мир был под их влиянием. И с распадом СССР они получили возможность реализовать свои планы в постсоветском пространстве. Нельзя исключить и того, что при возможности хотели бы распространения идей Халифата на территории Центральной Азии. Для них нет разницы, произойдет это в результате внутреннего конфликта или воздействия извне. Открыто ни одна страна не будет продвигать или навязывать свои ценности», — заключил таджикский эксперт.

Таджикистан, устраняя на своей территории влияние Ирана в угоду Саудовской Аравии, надеется на крупные финансовые вливания со стороны саудитов и невмешательство во внутренние дела. Подобная политика понятна, но довольно рискованна.

Впору подумать и просчитать, где можно оказаться, заполучив долгожданную морковку, которую на всем пути так заманчиво несли перед носом.

Маргарита Князева

Таджикистан. Иран. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 5 июля 2017 > № 2244370


Саудовская Аравия. Катар. США. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 5 июля 2017 > № 2243900

«Саудиты заигрались с угрозами»

После истечения срока ультиматума Катару войны ждать не стоит, а вот единство в регионе будет серьезно подорвано, полагают эксперты.

Силовой вариант решения кризиса может привести к расколу арабского мира.

Президент США Дональд Трамп на этой неделе провел телефонный разговор с лидерами Саудовской Аравии, ОАЭ и Катара. Как сообщает пресс-служба Белого дома, американский лидер выразил обеспокоенность сложившейся ситуацией вокруг Катара. «Президент отметил, что единство в регионе жизненно важно для достижения поставленных в ходе саммитов в Эр-Рияде задач по победе над терроризмом и установлению стабильности в регионе», — говорится в сообщении.

Ранее коалиция арабских государств во главе с Саудовской Аравией, в которую также входят Египет, Бахрейн и ОАЭ, согласились продлить свой ультиматум Катару еще на 48 часов. Требования ультиматума, в частности, предусматривают разрыв Дохой дипломатических отношений с Тегераном, вывод турецкой военной базы и прекращение работы катарского телеканала «Аль-Джазира».

Глава МИД Катара Мухаммад бен Абдуррахман Аль Тани заявил, что эти требования будут отклонены. После истечения 48 часов, в среду, 5 июля, главы МИД Саудовской Аравии, Египта, Бахрейна и ОАЭ соберутся в Каире, чтобы обсудить свои дальнейшие действия в отношении Катара.

Между тем и Москва, и Вашингтон уже призвали всех участников конфликта к сдержанности и проведению переговоров. Эксперты, которых обозреватель «Росбалта» попросил спрогнозировать развитие ситуации, сходятся на том, что, несмотря на остроту кризиса, он вряд ли перейдет в «горячую» фазу, поскольку это не выгодно всем сторонам.

Силовой вариант разрешения катарского кризиса пока маловероятен, так как не выгоден ни одной из сторон, однако ситуация с вынесением и продлением ультиматума Катару со стороны Саудовской Аравии и ее союзников может привести к расколу арабского мира. Такое мнение высказал «Росбалту» старший научный сотрудник Института Востоковедения РАН РФ Владимир Сажин.

С момента вынесения ультиматума Катару со стороны Саудовской Аравии и ее союзников можно говорить о том, что «на Ближнем Востоке появился еще один конфликт», — считает эксперт. По его словам, этот конфликт можно охарактеризовать как «семейный», поскольку Катар является членом Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ).

Причиной конфронтации, по мнению специалиста, стал ряд факторов. В частности то, что «примерно с 2013 года Катар проводит более-менее независимую от ССАГПЗ политику, как в отношении Сирии, так и в отношении Ирана, выступающего противником и Саудовской Аравии, и США». Кроме того Сажин отмечает, что «Саудовская Аравия всегда считала себя центром суннитского ислама и главной страной в ССАГПЗ. В то же время Катар почти сразу с начала сирийского конфликта поддерживал не те антиасадовские группировки, которые поддерживали саудиты».

Эксперт также отметил, что Египет также активно поддерживает СА, так как режим «братьев мусульман», свергнутый нынешним президентом этой страны генералом Ас-Сиси, поддерживался и финансировался Катаром. Кроме того, напоминает Сажин, Катар в определенных моментах солидаризируется с Ираном и это тоже раздражает Саудовскую Аравию.

Востоковед отмечает также, что в этом конфликте Саудовской Аравии с Катаром имеются и персональные противоречия. «Король СА — Салман ибн Абдул-Азиз ибн Абдуррахман Аль Сауд — пожилой 81-летний человек, в то время как эмир Катара — 37-летний Тамим бин Хамад бин Халифа Аль Тани — относительно молод, а на Востоке младший традиционно должен подчиняться старшему».

Конфликт между Саудовской Аравией и Катаром начался еще в 2012 году, но импульс его нынешнему обострению был дан недавним визитом президента США Дональда Трампа в СА, говорит Сажин. Специалист напоминает, что Катар — крупнейший производитель сжиженного газа в мире, а США сегодня также активно экспортируют свой сжиженный газ.

Все в этом конфликте сильно переплелось и «очень трудно представить, как будет распутан этот клубок разных национальных интересов, сил, настроений и взглядов, сконцентрированных сейчас на Ближнем Востоке», — отмечает эксперт. В то же время, продолжает он, открытый конфликт здесь сегодня не выгоден никому — ни Саудовской Аравии, ни США, ни России.

По мнению Сажина, «то, что оппоненты Катара продлили ультиматум, говорит о том, что они надеются на какие-то компромиссы». Он выразил сомнение в реализации силового варианта решения кризиса со стороны СА: «Вопрос присоединения Катара к СА — гипотетический. В том числе, и потому, что Турция, имеющая самую большую армию в НАТО после Соединенных Штатов, однозначно заявила о своей поддержке Дохи».

Сажин считает, что одним из возможных результатов нынешнего кризиса вокруг Катара может стать раскол Совета сотрудничества арабских государств и дальнейшее сближение с Ираном не только Катара, но и Кувейта, и Омана.

Нынешнее продолжение нажима на Катар со стороны Саудовской Аравии и ее союзников — ожидаемая тенденция, вытекающая из предыдущих шагов этих стран, предъявивших ультиматум Дохе. Такое мнение «Росбалту» высказал член научного совета московского Центра Карнеги Алексей Малашенко.

Отложенное еще на 48 часов выполнение ультиматума, предъявленного Катару, Малашенко называет «нажимом» на Доху и считает его «совершенно нормальным» в рамках проводимой Саудовской Аравией и ее союзниками политики.

«Другое дело, не очень понятно, чего они хотят от Катара. Формально все ясно, но там масса разных нюансов. У меня ощущение, что эти государства немного заигрались. Если сейчас коалиция во главе с Саудовской Аравией и Египтом в чем-то уступит Катару, то они потеряют лицо», — говорит эксперт.

В связи с этим Малашенко не исключает, что коалиция арабских государств «может прибегнуть к посредничеству для свертывания этого конфликта, и в результате принятого решения каждая из сторон представит его, как свою победу».

Эксперт согласен с тем мнением, что выполнение предъявленных Катару требований невозможно, поскольку нарушает его суверенитет. «Доха наверняка не пойдет на выполнение этих условий и в итоге окажется победителем», — прогнозирует он. Это мнение Малашенко подкрепляет еще и тем, что «грубое решение этого конфликта невозможно, поскольку нынешний официальный наследник королевского престола Саудовской Аравии принц Мухаммед бен Сальман при всей его энергичности человек очень взвешенный».

Александр Желенин

Саудовская Аравия. Катар. США. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 5 июля 2017 > № 2243900


Великобритания. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > bbc.com, 5 июля 2017 > № 2234899

Доклад: Саудовская Аравия финансирует экстремистов в Британии

Саудовская Аравия - главный иностранный покровитель исламского экстремизма в Британии, говорится в докладе британского аналитического центра Общество Генри Джексона.

Авторы доклада предупреждают о значительном влиянии, которое оказывает финансирование из-за рубежа на распространение исламского экстремизма - в том числе на деятельность радикальных проповедников и джихадистских группировок - в Британии.

Аналитический центр, специализирующийся на международной политике, уже призвал провести публичное расследование предполагаемой связи Саудовской Аравии и других стран Персидского залива с экстремистами, находящимися в Британии.

Посольство Саудовской Аравии в Лондоне назвало утверждения британских исследователей "абсолютно лживыми".

Министерство внутренних дел Британии начало готовить собственный отчет о деятельности и влиянии джихадистских организаций еще в 2015 году, когда премьер-министром был Дэвид Кэмерон, однако доклад так и не был опубликован.

Критики полагают, что этот документ может доставить неудобства британскому правительству, которое давно имеет близкие дипломатические связи в сфере экономики и безопасности со странами Персидского залива, в особенности с Саудовской Аравией.

"Фанатичная идеология"

В докладе Общества Генри Джексона говорится, что суннитские страны Персидского залива и Иран оказывают финансовую поддержку мечетям и исламским образовательным учреждениям, которые принимали экстремистских проповедников и были связаны с распространением экстремистских материалов.

В верхней части этого списка, по мнению авторов, находится Саудовская Аравия - один из ближайших союзников Британии на Ближнем Востоке и крупнейший торговый партнер.

В докладе с примерами демонстрируется, как частные лица и организации участвуют в продвижении "нелиберальной, фанатичной идеологии ваххабизма".

При этом, как отмечается в докладе, лишь немногие исламские организации Британии, которые получают саудовское финансирование, управляются непосредственно из Саудовской Аравии. В большинстве случаев финансовые средства из Саудовской Аравии идут на приобретение в Британии агентов влияния, утверждают авторы.

"Вооруженный экстремизм"

Согласно заявлению посольства Саудовской Аравии в Лондоне, любые обвинения в том, что королевство повлияло на радикализацию "небольшого количества людей, являются необоснованными и не имеют достоверных доказательств".

Также в заявлении сказано, что их страна сама подвергается многочисленным нападениям со стороны "Аль-Каиды" и экстремистской группировки "Исламское государство", запрещенных в России и других странах.

"Мы не будем мириться с действиями или идеологией вооруженного экстремизма, и мы не успокоимся, пока эти ненормальные люди и их организации не будут уничтожены", - говорится в комментарии дипмиссии.

Министерство внутренних дел Британии заявило, что намерено пресечь финансирование экстремизма, однако отказалось комментировать доклад.

Корреспондент Би-би-си Фрэнк Гарднер отмечает, что выпуск доклада пришелся на сложный период отношений с Саудовской Аравией, ОАЭ, Бахрейном и Египтом, которые подозревают Катар в поддержке экстремизма. Это обвинение, по словам авторов доклада, является лицемерным.

В среду в Каире собираются министры иностранных дел арабских стран, чтобы обсудить возможные дальнейшие санкции в отношении Катара. В то же самое время министр иностранных дел Катара дает пресс-конференцию в Лондоне.

Тревожные связи

Депутат от лейбористов Дэн Джарвис похвалил доклад, заявив, что он проливает свет на "очень тревожные" связи между Саудовской Аравией и финансированием экстремизма.

"После ужасных и трагических террористических атак, которые мы видели в этом году, жизненно важно, чтобы мы использовали все имеющиеся в нашем распоряжении средства для защиты нашего общества", - сказал он.

Премьер-министр Тереза Мэй, посетившая Саудовскую Аравию в апреле, настаивала на том, что исторически сложившиеся отношения Британии с королевством важны для британской безопасности и торговли.

Ранее лидер лейбористов Джереми Корбин призвал к немедленному прекращению экспорта британского оружия в Саудовскую Аравию из-за многочисленных нарушений прав человека и участия в военном конфликте в Йемене.

Великобритания. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > bbc.com, 5 июля 2017 > № 2234899


Саудовская Аравия. ОАЭ. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 июля 2017 > № 2233159

Четыре арабских государства, объявивших бойкот Катару, подтвердили свои требования к стране, но не стали ужесточать санкции против Дохи, отложив это до следующих консультаций.

Совещание глав МИД Египта, Саудовской Аравии, ОАЭ и Бахрейна по кризису вокруг Катара прошло в среду в Каире. "Позиция четырех государств основывается на необходимости соблюдения международных договоренностей, конвенций и резолюций, принципов, закрепленных в уставах ООН, Организации исламского сотрудничества, Лиги арабских государств, соглашений о борьбе с международным терроризмом", — говорится в итоговом заявлении.

Арабская четверка призвала Катар бороться с терроризмом во всех его проявлениях, пресекать финансирование террористов и предоставление им убежища. Кроме того, от Дохи требуют "прекратить подстрекательство к насилию", воздержаться от вмешательства во внутренние дела и поддержки незаконных формирований.

Глава Саудовского МИД Адиль аль-Джубейр заявил, что квартет продолжит политический и экономический бойкот Катара, но любые дополнительные меры в отношении Дохи будут предприняты только после новых консультаций.

"Этот бойкот продолжится, пока Катар не исправит свою политику. Что касается следующих мер, то консультации продолжаются, у нас есть суверенное право для того, чтобы предпринять любые меры, которые соответствуют международному праву, мы рассмотрим эти действия, проконсультируемся, и предпримем меры в подходящее время", — сказал аль-Джубейр.

Примечательно, что, вопреки ожиданиям ряда СМИ, не было объявлено о намерении приостановить членство Катара в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива или в Лиге арабских государств.

Во время заседания арабских министров поступила информация о телефонных переговорах президентов Египта и США Абдель Фаттаха ас-Сиси и Дональда Трампа, в ходе которых обсуждался кризис вокруг Катара. В Белом доме по итогам разговора сообщили, что американский лидер призвал все стороны к конструктивному диалогу по решению конфликта.

Следующий раунд переговоров по этому вопросу пройдет в столице Бахрейна Манаме, дата пока не определена.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела.

Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей. Ультиматум содержит 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отвергает обвинения арабских соседей и заявляет, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены.

Надим Зуауи.

Саудовская Аравия. ОАЭ. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 июля 2017 > № 2233159


Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 июля 2017 > № 2233065

Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн и ОАЭ надеются, что Турция продолжит оставаться нейтральной в их конфликте с Катаром, об этом заявил глава саудовского МИД Адель аль-Джубейр.

"Мы надеемся, что Турция продолжит придерживаться нейтралитета", — сказал аль-Джубейр на пресс-конференции в Каире.

Совещание глав МИД Египта, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов и Бахрейна по кризису вокруг Катара прошло в среду в Каире.

Вслед за началом кризиса между Катаром и четырьмя арабскими странами последовала информация об активизации военных контактов между Дохой и Анкарой и создании турецкой военной базы на полуострове. Девятнадцатого июня сообщалось, что в Катар прибыли первые турецкие военные. Посол Турции в Катаре Ахмет Демирок ранее сообщил, что на базе будут размещены порядка 3 тысяч солдат сухопутных войск, военнослужащие ВВС и ВМС страны, а также инструкторы и силы спецназначения.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет 5 июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела.

Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей. Ультиматум содержит 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отвергает обвинения арабских соседей и заявляет, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены.

Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 июля 2017 > № 2233065


Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 июля 2017 > № 2232796

Когда фиктивные страны начинают воевать

Персидский залив полон экспатов, иностранных рабочих и толстосумов.

Дуг Бэндоу (Douglas «Doug» Bandow), The American Conservative, США

Доха, Катар. — До недавнего времени жить в Катаре было довольно приятно. Но вдруг Саудовская Аравия при поддержке президента Дональда Трампа, который из критика правящих там королевских семей превратился в их сторонника, возглавила усилия по изоляции своего небольшого соседа. Это величайший парадокс, но Эр-Рияд, чье население больше любой другой страны собирает деньги и поставляет людей для проведения терактов против американцев, обвинил Доху в поддержке террористов.

Исход лицемерного джихада Саудовской Аравии предсказать невозможно. Умеренный Кувейт не поддержал Саудовскую Аравию, чьи лидеры, входящие в число самых безнравственных правителей в мусульманском мире, руководят исключительно нетерпимым правительством. Несмотря на дикий восторг Трампа от Саудовской Аравии, Министерство обороны и Госдепартамент заняли более взвешенную позицию. Турция поспешила на помощь Катару, Иран начал поставлять по воздуху продовольствие, а Россия, все активнее действующая на Ближнем Востоке, призвала к дипломатическому урегулированию конфликта.

Странам Персидского залива непозволительны ссоры и разногласия. У заливных государств есть одна очень важная общая черта: все они — по сути дела фиктивные страны. Да, у них есть правительства, дипломаты, армии. Но это монархии частично нового образца, и существуют они в мире, который давно уже отказался от единонаследия.

А еще все они берут иностранцев на самую тяжелую работу, от ручного труда до квалифицированной профессиональной деятельности. Они больше похожи не на страны, а на загородные клубы, в которых немногочисленные богатые клиенты по сути дела устанавливают правила и нанимают людей для их выполнения. Значительная часть населения этих государств — иностранцы, живущие в тени и имеющие очень мало прав и никаких возможностей для участия в политической жизни тех обществ, где они проживают.

Когда самолет садится в Дохе, сразу становится ясно, что Катару не прожить без иностранных рабочих. Почти все важные работы выполняют иностранцы. То же самое и в других странах Персидского залива.

Государства редко отдают работу на внешний подряд. Так поступают западные страны, но обычно они делают это со своими собственными гражданами, чтобы сэкономить деньги. Уникальными страны Персидского залива делает то, что они очень сильно зависят от иностранной рабочей силы, и что причины для этого у них весьма необычные: они не хотят, чтобы их собственные граждане беспокоились насчет работы, или по крайней мере, чтобы они трудились слишком напряженно.

Рост значимости экспатов объясняется нефтяным богатством. В начале 1970-х иностранцев в странах Персидского залива было немного. Но когда начиная с 1973 года стали расти нефтяные цены, доходы у этих государств существенно выросли, и параллельно с этим увеличился спрос на иностранную рабочую силу. Количество экспатов в странах Персидского залива за десять лет утроилось. И их число продолжает расти. В то же время увеличилась доля неарабов (и немусульман).

Оценочные данные по количеству экспатов весьма приблизительны, но цифры все равно поражают. До 90% (по некоторым оценкам, немного меньше) жителей Объединенных Арабских Эмиратов — это иностранцы. Иностранцы составляют примерно 85% населения Катара. В Кувейте их 70%. В Бахрейне доля экспатов 55%. Наименее заметный из заливных государств Оман и самая населенная страна Персидского залива Саудовская Аравия отстают от них с показателем 30%. Но хотя пустынное королевство — на последнем месте, 30% означают, что там живут и работают более восьми миллионов иностранцев. От этих стран резко отличаются Иран, Ирак и Йемен, которые пошли иным путем.

Очевидно, что деньги приносят если не счастье, то удобства. В странах Персидского залива это правило работает безупречно. Но из-за снижения нефтяных цен действующая в заливе схема подверглась существенной нагрузке. Эти страны, привыкшие швырять деньгами, сегодня сталкиваются с дефицитом и для поддержания расходов вынуждены брать займы. Но достать заемные деньги сегодня тоже непросто. Кредитные рейтинги у Бахрейна и Омана опустились до «мусорного» уровня.

Кувейт, где демократическим путем было избрано Национальное собрание, сталкивается с сопротивлением населения, не желающего сокращения расходов, особенно на социальные нужды, и экономических субсидий. Примерно половина членов избранного в ноябре Национального собрания сформировала неофициальную оппозицию. Напряжение ощущает даже самое диктаторское государство Персидского залива Саудовская Аравия. Прошлой осенью заместитель наследного принца возглавил работу по оптимизации дорогостоящих социальных выплат и субсидий, а также государственных зарплат, но монархия недавно отказалась от этих сокращений. Это еще больше усугубит основополагающие экономические проблемы.

Еще одной мишенью для сокращения расходов стал труд экспатов. Уже много лет государства Персидского залива официально заявляют о необходимости замещения иностранной рабочей силы местными кадрами, но толку от этого мало. Недавно некоторые страны возобновили усилия по снижению зависимости от труда экспатов, введя налоги на прием на работу иностранцев, требования о найме местного населения по некоторым профессиям и квоты на занятость в отдельных отраслях. Некоторые страны даже задерживают и депортируют экспатов. Но усиливающийся дефицит наличных средств может стать самым мощным стимулом для осуществления перемен.

Тем не менее, создать нормальный баланс рабочей силы будет очень непросто. Первая проблема — это огромное количество работающих в заливных странах экспатов. Страна, в которой иностранцев трудится в девять раз больше, чем местных, вряд ли сможет с легкостью заменить зарубежных рабочих. Хотя многие рабочие места несущественны — скажем, домашняя прислуга — они по-прежнему популярны.

Другая проблема — недостаток профессиональных навыков и умений. Некоторые рабочие места требуют специальной подготовки и профессионального образования, а на это нужны деньги и решимость. Интерес местного населения к таким профессиям явно не соответствует спросу. Еще хуже то, что многим местным жителям не присуще трудолюбие.

Еще одна проблема — это уверенность местных в том, что они обладают особыми правами и привилегиями. Количество местного населения в частном бизнесе растет. Но государственные должности остаются предпочтительным местом работы. Даже местные шутят по поводу такой разницы. Кувейтские чиновники в частном порядке весьма нелестно отзываются о желании своих сограждан работать. Многие жители стран Персидского залива считают, что национальное нефтяное богатство наделяет их правом на непыльную, но хорошо оплачиваемую работу.

Более того, граждане чувствуют, что они живут в условиях социального контракта. Монархи с сомнительной легитимностью правят до тех пор, пока делятся со своими гражданами доходами, которые позволяют им вести легкую и беззаботную жизнь. Иностранная рабочая сила становится частью такого контракта, поскольку права гражданина доступны очень немногим, являясь привилегией. Хотя власти сохраняют контроль над правоохранительными органами и службами безопасности, здесь есть и весьма изобретательные исключения. Так, Бахрейн завозит из Бангладеш и Пакистана мусульман-суннитов, которые работают в службах экстренной помощи и в полиции.

Многие американцы и европейцы любят свои государства всеобщего благоденствия и требуют все новых льгот и привилегий. Но во всех этих странах эти же самые люди платят налоги, а иногда вынуждены нести военную и иную национальную службу. Большинство считают свое политическое сообщество более крупным и целостным образованием, а гражданство воспринимают как нечто выходящее за рамки двусторонних сделок. В странах Персидского залива восприятие иное.

Сегодня в СМИ преобладают новости о нападении на Катар, которое возглавит Саудовская Аравия, но заливные государства сталкиваются с более серьезными вызовами. Смогут ли выжить и жить вечно искусственные государства, покупающие лояльность своих граждан, а самую трудную работу отдающие на откуп другим?

Иран вызывает страх у Эр-Рияда и у его соседей, потому что представляет для них скорее нравственную, нежели военную угрозу. Исламистская власть в Тегеране отвратительна, но она предлагает смысл тем людям, которые верят в нечто большее, чем деньги. Власть на договорной основе слаба даже в лучшие времена. А когда денежный поток ослабевает, она тоже становится ненадежной.

Чтобы выжить, странам Персидского залива недостаточно найти ответы на простые вопросы о замене иностранной рабочей силы местными кадрами и о режиме строгой экономии. Они должны провести политические реформы, которые позволят людям активнее участвовать в делах своего общества. В конечном счете, лучший способ победить Иран — это дать людям более убедительную руководящую философию и истинное чувство общности. Сегодня эти характеристики напрочь отсутствуют в монархиях, являющихся ближайшими арабскими союзниками Америки в этом регионе.

Дуг Бэндоу — старший научный сотрудник Института Катона (Cato Institute), бывший специальный помощник президента Рейгана и автор ряда книг, в том числе, «Внешнеполитические глупости: новая глобальная империя Америки» (Foreign Follies: America's New Global Empire).

Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 5 июля 2017 > № 2232796


Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 3 июля 2017 > № 2230388

Мал малыш, да крепок. Катар проигнорировал ультиматум, предъявленный квартетом стран во главе с Саудовской Аравией. Более того, вытребовал еще отсрочку на 48 часов. Только ничего это не изменит.

После десяти дней Дохе дали еще двое суток. Или "Другие 48 часов". Известный фильм с Эдди Мерфи. И здесь все, как в кино. Тоже намешаны все жанры: боевик, триллер, драма, криминал, комедия. Толпа охотится за головой главного героя. Автобус, в котором он едет, переворачивается 17 раз. Его дорогой "Порше" превращается в груду металла. Это – метафора. Ни перевороты, ни потеря благосостояния Катару пока не грозят. А что ему грозит кроме дипломатического бойкота соседей по Персидскому заливу, он и сегодня не узнает. Несмотря на то, что срок ультиматума, выдвинутого арабскими государствами, истек в минувшее воскресенье.

Небоскребы в столице Катара Дохе

Но Кувейт на правах посредника в этом конфликте уговорил квартет под предводительством Саудовской Аравии еще подождать хотя бы до среды. Согласились. А ведь тоже, наверное, понимают, что вряд ли за это время что-то серьезно изменится. Если Доха и за прежние дни не ударила палец о палец. А очень даже наоборот: окрепла в своем упорстве и даже обзавелась международным сочувствием. По крайней мере, и в США призывают "ребят" жить дружно и урегулировать спор полюбовно. И в европейских столицах совсем не склонны делать из Катара изгоя. И в ООН назвали требование закрыть телеканал Al Jazeera посягательством на свободу слова.

Всего эмирату предъявили тринадцать пунктов. В их числе понижение уровня отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы, отказ от финансирования террористов. Кроме того, от него ждут компенсацию, сумма которой не указана. Как, кстати, и последствия в случае отказа выполнить все запросы соседей. Но, чтобы узнать, как там после смерти, надо как минимум умереть. И не то чтобы Катар ради праздного любопытства сознательно загонял себя в гроб. Однако руководствуясь, похоже, именно этим принципом, он терпеливо и вызывающе спокойно ждет: а что будет-то?

Тем более, уже начал потихоньку привыкать к тому, что есть. В смысле, нечего было бы, если бы не Иран с Турцией. Без них Катар бы понял, что значит сидеть впроголодь и умирать от жажды. А так ничего – держится. И даже переходит в наступление. Ведь финансирование терроризма при всей кажущейся очевидности и уверенности в том, что кто-то же должен этим заниматься, если не Эр-Рияд, коль он первым обвинил в этом Доху, еще надо доказать. Понятно, что дыма без огня не бывает. Тем паче, что боевики не прекращают его ни в Сирии, ни в Ливии с Афганистаном. Но есть сомнения в том, что тот же Эр-Рияд действительно переживает за эти страны.

Наверное, в ассортименте санкций Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта есть что-то более серьезное, чем дипломатический бойкот или продовольственное эмбарго. В чем эксперты уверены, так это в том, что до военных действий точно не дойдет. Вместе с тем квартет загоняет себя в ситуацию, когда ему уже придется что-либо предпринимать. Можно, конечно, дать Катару еще одни 48 часов, но это уже будет не боевик, а комедия.

Автор Михаил Шейнкман, радио Sputnik

Катар. Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 3 июля 2017 > № 2230388


ОАЭ. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 2 июля 2017 > № 2229020

ОАЭ, Саудовская Аравия, Бахрейн и Египет уведомили ВТО (Всемирная торговая организация) о том, что не нарушают ее требований при блокаде Катара, сообщает эмиратское информагентство WAM.

Четыре страны заявили, что разрыв отношений с Катаром "основан на их суверенном праве", не нарушает международного права и предпринят для защиты их национальной безопасности.

В совместном заявлении страны подчеркнули, что их резолюции приняты согласно с правилами ВТО, которые позволяют государствам-членам действия против другого государства, если оно создает угрозу их безопасности и стабильности. В этом случае страны-участницы могут предпринимать необходимые меры для защиты своих национальных интересов, отмечает агентство.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет 5 июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Вступившие в конфронтацию с Катаром государства через посредничество Кувейта передали властям Катара список своих требований, необходимых для прекращения изоляции.

В воскресенье, 2 июля вечером истекает срок ультиматума, который, по данным СМИ, выдвинули в адрес Катара три арабские монархии Персидского залива — Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты и Бахрейн, а также Египет.

Ультиматум содержит 13 требований к Дохе, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Согласно заявлениям катарских представителей, Доха выполнять эти требования не собирается, считая их нарушением суверенитета, но допускает при этом возможность переговоров с арабскими соседями.

ОАЭ. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 2 июля 2017 > № 2229020


Турция. США. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227772

Приглашение на обед Большого Ближнего Востока: кого гостем, кого блюдом

Турции угрожает сепаратизм

Еще недавно рассуждения экспертов о возможном развале Турции в контексте потрясений, переживаемых Ближним Востоком, воспринимались как какой-то «бред». Сейчас об опасности раздела страны говорят уже не только эксперты. В марте нынешнего года президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган на встрече с молодежью в Стамбуле говорил, что «тайные обсуждения этой проблемы ведутся и сегодня». Как писала в этой связи турецкая газета Yeni Çağ, «туркам внушается мысль, что для них Ближний Восток может закончиться в Газиантепе (город на юге Турции — С.Т.)». И вот буквально на днях другое авторитетное турецкое издание Hurriyet в статье Will the Middle East map change again, анализируя ситуацию в регионе, которая складывается после ухода со сцены ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), констатирует, что процесс «изменения карты нынешнего Ближнего Востока продолжается, цепная реакция не остановлена и никто не знает, как и где она остановится».

Пропасть исторического наследства: опасные циклы

По мнению Hurriyet, отчет следует начинать с того момента, когда «100 лет назад в конце Первой мировой войны на Ближнем Востоке начались грандиозные перемены», а Османская империя была расчленена. Британский журнал The Economist констатирует, что «тогда лишь узкий круг политиков предполагал, что раздел территорий бывшей Османской империи, проведенный на карте восковыми карандашами, при определенных внутренних и внешних обстоятельствах вновь выведет Турцию на острие геополитики». Нынешние границы Турции были закреплены Карским договором 1921 года, подписанным Анкарой и Москвой, и Лозаннским договором от 1923 года между Анкарой и странами Антанты. После этого кемалистскую Турцию в геополитическом и политическом смысле вывели с Ближнего Востока, определяя ее как «светскую демократию западного образца в исламском мире».

Попытка изменить статус-кво была предпринята после Второй мировой войны, когда в Иране появилась Мехабадская курдская республика, но реально до начала 1990-х годов Турция сохраняла свою территориальную целостность. Новый старт циклу перемен в регионе положила агрессия США и их союзников в 2003 году в Ирак, после чего это государство распалось на три части и была актуализирована курдская проблема. По оценке американских экспертов, цикл должен завершиться появлением на политической карте государства Курдистан. Если исходить из предложенной логики, то сейчас регион находится в промежуточной фазе.

В 2006 году реанимируется термин Большой Ближний Восток, куда помимо традиционных арабских стран Ближнего Востока включили Иран, Турцию, Афганистан, Пакистан, Туркменистан, Кавказ и еще ряд мусульманских стран центрально-восточного района, а также традиционно мусульманские страны северной Африки. Для Анкары такое изменение политической фразеологии совпало по времени с появлением доктрины неоосманизма — попытки восстановления влияния в границах бывшей Османской империи, что означало начало процесса не только ее «возвращения на Ближний Восток», но, как отмечал известный французский политик Доминик де Вильпен, «участия в «глобальном объединении региона».

Правда, была и другая концепция. Говорилось о намерении прежде всего США выполнить «Дорожную карту», сводившуюся к созданию дуги нестабильности, которая должна была протянуться от Ливана и Палестины до Сирии, Ирака и Ирана, вплоть до границ Персидского залива и Афганистана (где расположены натовские гарнизоны). В 2011 году начался феномен так называемой арабской весны, когда, по мнению сотрудника американского Института мира и Центра Вилсона Робина Райта, «за словами последовали действия», а Турция стала активно втягиваться в процесс, связанный с перекраиванием границ в регионе. Вскоре начался и сирийский кризис, в 2014 году появилось ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ).

Как подметил Райт, стало очевидно, что «вместо объединительных тенденций в регионе побеждает сепаратизм, который может сначала вылиться в федерации, но закончится полным разводом», как это произошло в Ливии. Избежит ли этого Анкара, которой раньше удавалось «на корню подавлять автократическими средствами выступления своих курдов» в ситуации, когда Иракский Курдистан готовится провести референдум о независимости, а сирийские курды, пользующиеся поддержкой США и их союзников, могут получить автономию в Сирии? По большому счету, Турция начинает понимать, что ее тюркский национализм терпит поражение прежде всего внутри страны. А неоосманизм — во внешней политике.

Прогнозы перестают быть пророчествами

Некоторые утверждают, что с точки зрения международного права сепаратизм на Большом Ближнем Востоке якобы не имеет будущего. Однако конкретная политическая практика, когда процессы урегулирования того или иного конфликта заходят в тупик и достичь компромисса не удастся, показывает, что внешние игроки могут решиться на раздел, признав его легитимным. Это показала, например, история с разделением Судана. Есть и вариации, связанные с признанием Россией независимости Абхазии и Южной Осетии после кавказской войны 2008 года. Расползание сотканной когда-то по швам политической карты Ближнего Востока коснулось и еще может коснуться Закавказья, как окраины ближневосточного региона.

Причем победа над ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) несет больше вопросов, чем ответов. Как говорил в свое время госсекретарь США Джон Керри, «территория, которую контролирует ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), станет местом борьбы не с терроризмом, а за земли и влияние». На Ближнем Востоке «выпущены из бутылки все геополитические джины», и, пишет турецкая газета Yeni Mesaj, «регион превратился в кипящий котел». По мнению известного российского историка-востоковеда Дмитрия Доброва, многое в оценке ситуации становится понятным, если констатировать, что «прямо или косвенно события времен распада Османской империи заложили корень многих конфликтов сегодняшнего дня». Среди них он называет палестинскую проблему, кипрский конфликт, гражданскую войну в Ливане и Сирии, распад Ирака, курдскую проблему, появление ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) как попытку восстановить единство Леванта на исламистской основе.

И даже нынешнюю агрессию Саудовской Аравии против Йемена можно связать с разделом османского наследства (оба государства возникли на основе османских вилайетов Йемен и Хиджаз). К этому можно добавить другие конфликты, затрагивающие алавитов, ассирийцев, друзов, ближневосточных христиан и другие этнорелигиозные группы, входившие в многонациональную Османскую империю. При этом Турция, благодаря своим особенностям, связанным, в первую очередь, с географическим положением и этнической, культурной и конфессиональной разнородностью, стала представлять собой в глазах Вашингтона часть «арки кризиса», охватывающей почти весь Большой Ближний Восток.

Перспектива

Проблемой для государств этого региона служит то, что даже те из них, где напрямую не идут боевые действия, непрерывно подвергаются «геополитической эрозии», которая — как будто по чьей-то сознательной внешней воле — разрушает их социальные институты, устои и значимость на международной арене. Ситуация может сложиться так, что к моменту нового Версаля или новой Ялты на Ближнем Востоке не останется ни одной силы, которая будет способна принять участие в этой конференции по мироустройству региона. Как пишет израильское издание Israel Hayom, может случиться и так, что некоторые государства в регионе на предполагаемом «международном обеде могут увидеть себя не в качестве гостей, а только в меню».

Станислав Тарасов

Турция. США. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227772


Саудовская Аравия. Иран. Сирия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227770

The Strategist: Холодная война на Ближнем Востоке может скоро стать горячей

В Персидском заливе, похоже, складывается крайне взрывоопасная ситуаци

Холодная война на Ближнем Востоке между Саудовской Аравией и Ираном близится к своей кульминации. До сих пор ведущаяся через посредников в Сирии, Ираке, Йемене и других местах эта война между двумя этими региональными державами грозит перейти в военную конфронтацию, пишет Мохаммед Айуб в статье для The Strategist.

Ряд факторов указывает на то, что Большая игра входит в ее наиболее опасную фазу. Так, битва против террористической группировки «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) входит в свой завершающий этап, а на фоне сокращения территорий, находящихся под контролем боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), и неизбежности поражения группировки, возникают условия для ожесточенной конкуренции между различными игроками — не только между Саудовской Аравией и Ираном — за контроль над стратегически важными освобожденными территории, не в последнюю очередь в восточной Сирии.

В частности, сирийские курды стремятся создать себе автономное территориальное образования в регионе, тогда как Турция предпринимает все шаги, чтобы этого не допустит. По некоторым данным, поддерживаемые Ираном силы, в том числе войска режима Асада, члены группировки «Хезболла» и иракские шииты пытаются взять под контроль часть востока Сирии. Таким образом Иран стремится создать коридор, соединяющий его через Ирак и Сирию с Ливаном, где его союзник «Хезболла» является Самым влиятельным военным и политическим игроком, помогая Тегерану проецировать свою силу во всем так называемом «шиитском полумесяце».

Хотя это может быть преувеличением, тем не менее все более частые сообщения о том, что США нанесли бомбовые удары по силам, выступающим на стороне официального Дамаска на востоке Сирии, свидетельствуют о том, что Вашингтон относится к этой возможности серьезно. Поскольку Саудовская Аравия имеет незначительное непосредственное военное присутствия в Сирии, ограничиваясь материальной поддержкой оппозиционных группировок, которые все чаще оказываются неэффективными, направленные против Ирана в Сирии действия США можно интерпретировать в качестве защиты интересов Саудовской Аравии на Ближнем Востоке. Такие шаги Вашингтон предпринимает, помимо достижения собственных целей, направленных на сдерживание Ирана.

Недавние ракетные атаки Тегерана по целям ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), нанесенные якобы в ответ на теракты исламистов в иранской столице, рассматриваются многими наблюдателями как сигнал США, Саудовской Аравии и Израилю о том, что Иран способен использовать баллистические ракеты для защиты своих интересов военным путем. Основанием для утверждений о том, что основной политической целью ракетного удара была Саудовская Аравия, является то, что влиятельные группы в Иране, в том числе КСИР, напрямую обвиняют Эр-Рияд в террористических атаках на иранский парламент и мавзолей Аятоллы Хомейни.

Как будто эскалаций в Сирии было недостаточно, Саудовская Аравия, проявляющая все большую обеспокоенность относительно возможного поражения Ирану на собственном заднем дворе, организовала кризис в Персидском заливе, введя при поддержке ОАЭ, Бахрейна, Египта и не играющих никакой роли правительств Йемена и Ливии против своего маленького соседа Катара блокаду. Этот шаг, предпринятый сразу после визита президента Трампа в Эр-Рияд, в ходе которого он хвалил Саудовскую Аравию и проклинал Иран, якобы был направлен на то, чтобы заставить Катара прекратить поддерживать террористов в регионе. Однако этот шаг создал затруднительное положение и для политиков США, поскольку в Катаре находится крупнейшая американская авиабаза в Персидском заливе, которая необходима для проведения операций в Сирии и Афганистане.

Реальные причины эмбарго стали ясны после публикации списка требований Катару. Они заключались, по сути, в том, чтобы заставить Доху сократить связи с Тегераном, ликвидировать телеканал Al-Jazeera и прекратить поддержку «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Телеканал Al-Jazeera, хотя в последнее время и смягчивший свою критику в отношении арабских режимов под давлением правительства Катара, является занозой в пяте арабских автократов, постоянно обличая их преступления. Саудовская Аравия, в частности, пыталась добиться закрытия сети в течение значительного периода времени. В Египте, Саудовской Аравии и ОАЭ организация «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) была запрещена нескольких лет назад. Катар же оказался в этом отношении изгоем в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива, сохранив свои связи с организацией, несмотря на проявление неудовольствия со стороны Эр-Рияда.

Однако главной заботой Эр-Рияда, по-видимому, являются относительно дружеские отношения Катара с Ираном, с которыми он разделяет крупнейшее в мире месторождение природного газа. Помимо целенаправленного давления на Катар, шаг Саудовской Аравии является сигналом для Омана и Кувейта, которые также поддерживали нормальные отношения с Ираном. Действия Саудовской Аравии — сигнал всем членам Совета о том, что они должны признать Саудовскую Аравию в качестве своего лидера и следовать ее линии, особенно в контексте ее соперничества с Ираном.

Тем не менее этот курс может оказаться контрпродуктивным, если Оман и Кувейт не пойдут на попятную перед желаниями Саудовской Аравии, что приведет к развалу Совета и поставит крест на попытках Эр-Рияда ввести преобладания Саудовской Аравии в Персидском заливе на уровне институтов. Вероятно, шаг Эр-Рияда также даст Ирану возможность улучшить отношения с Катаром. Президент Рухани уже дал понять, что «осада Катара неприемлема для [Ирана]», поэтому «воздушное пространство, земля и море нашей страны всегда будут открыты для Катара как братской страны и соседа». После введения эмбарго под руководством Саудовской Аравии Тегеран вместе с Анкарой стал снабжать Доху необходимыми товарами народного пользования.

Блокада Катара стала поспешной мерой, вызвав неудовольствие нескольких членов Совета и оттолкнув Государственный департамент США, в результате чего у Ирана появилась возможность выступать с высокоморальных позиций в катарском кризисе. Тем не менее блокада стала лишь одним из серии стремительных шагов, предпринятых Эр-Риядом после восхождения короля Салмана на трон в 2015 году. Его любимый сын, теперь наследный принц, Мухаммад Бин Салман был главным архитектором этой «передовой» политики, которая началась с катастрофического вмешательства Эр-Рияда в Йемене. Мухаммад Бин Салман верит в необходимость проецирования мощи Саудовской Аравии в соседних с ней странах, давая понять, что именно Эр-Рияду по-прежнему принимать все решения.

Наследный принц всеми фибрами своей души занимает антииранские позиции. Так, в интервью в мае он обвинил Иран в том, что Тегеран планирует захватить священный город Мекку, заявив, что Эр-Рияд «не будет ждать битвы в Саудовской Аравии». Для этого страна предпримет все усилия для того, чтобы «сражение было в Иране, а не в Саудовской Аравии». С учетом того, что столь нетерпеливый человек, придерживающийся столь ксенофобских взглядов, встанет во главе Саудовской Аравии, а также на фоне того, как в самом Иране ведется борьба за власть между верховным лидером аятоллой Хаменеи и президентом Рухани, в Персидском заливе, похоже, складывается крайне взрывоопасная ситуация. Один неверный шаг любой из сторон может привести к пожару в этом богатом энергоносителями регионе.

Александр Белов

Саудовская Аравия. Иран. Сирия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 30 июня 2017 > № 2227770


Саудовская Аравия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 июня 2017 > № 2224094

Король Саудовской Аравии планирует совершить свой первый визит в Россию в следующем месяце

Akhbar Al-Khaleej, Бахрейн

Предполагается, что в начале второй недели июля в Москву с официальным двухдневным визитом прибудет король Саудовской Аравии Салман ибн Абдель Азиз Аль Сауд. Это будет первый визит короля в Россию, после того как он принял бразды правления в своей стране 23 января 2015 года.

Немецкое информационное агентство DPA со ссылкой на дипломатические источники в Эр-Рияде сообщили, что король Салман, во время визита которого его будет сопровождать ряд высокопоставленных саудовских чиновников, намерен обсудить с президентом России Владимиром Путиным ситуацию в Сирии, Йемене, Ираке, палестинскую проблему и вопросы борьбы с терроризмом. Также саудовский монарх намерен затронуть проблему вокруг Ирана, а именно степень приверженности иранского правительства международному соглашению по его ядерной программе, изучить возможность поставок российского оружия в Эр-Рияд, и, наконец, обсудить ситуацию на рынке нефти, а также вопросы экономического сотрудничества и поощрения инвестиций между двумя странами.

В то же время эти источники отказались комментировать возможность того, что Саудовская Аравия попросит предоставить ей передовые российские системы ПВО — ракетные комплексы С-400.

Федеральная служба по военно-техническому сотрудничеству России (ФСВТС) заявила, что российско-саудовские консультации по военно-техническому сотрудничеству продолжаются, подчеркнув, что сделка по продаже оружия между Эр-Риядом и Вашингтоном никак не препятствует этому процессу.

В прошлый вторник в кулуарах авиасалона «Ле-Бурже-2017» во Франции официальный представитель ФСВТС Мария Воробьева сообщила РИА «Новости», что Россия продолжает консультации с саудовским руководством в области военно-технического сотрудничества, и соглашения, заключенные Саудовской Аравией с США на закупку американского оружия не могут и не будут представлять собой препятствие для продолжения нашего диалога в этой сфере.

20 мая президент США Дональд Трамп в рамках своего визита в Саудовскую Аравию заключил с Эр-Риядом ряд военных сделок общей стоимостью 110 миллиардов долларов, в том числе по продаже военной техники и обеспечению некоторых услуг в области обороны страны.

В середине марта генеральный директор российской корпорации «Ростех» Сергей Чемезов в заявлении для прессы отметил, что Саудовская Аравия проявляет большой интерес к покупке легкого артиллерийского орудия, вертолетов и танков T-90МС российского производства. Последние являются модификацией танков T-90 и были разработаны специально для экспорта в ближневосточные страны, а также страны Латинской Америки с их особым климатом.

Согласно неподтвержденным сообщениям, Саудовская Аравия заключила с Россией сделку о покупке новейших российских истребителей МиГ-35, выпущенных в прошлом году. Российская армия получит всего 40 таких самолетов, в то время как в рамках первой сделки по экспорту 60 самолетов отправятся в Саудовскую Аравию.

Истребителю МиГ требуется всего 20 секунд для того, чтобы взлететь и нанести удар по целям противника в воздухе. Самолет вооружен шестью ракетами класса «воздух-воздух» калибра 80 мм. Он может достигать целей противника на удалении до 200 км до того, как последний его заметит. Радиус действия — 4500 км, скорость в два раза превышает скорость звука. Может быть вооружен бомбами весом 500 кг в дополнение к большой бомбе весом до 1000 кг.

Саудовская Аравия предпочла купить именно эти истребители. До 2017 года было выпущено всего 100 таких самолетов, из которых 40 предназначены для российской армии и 60 для саудовской.

Источники не исключают того, что Саудовская Аравия проинформировала российское руководство о причинах кризиса вокруг Катара в Персидском заливе. По их предположениям, Эр-Рияд отвергает любую попытку иностранного посредничества с целью разрешить спор между государствами в этом регионе, поскольку это является внутренним делом, и стороны должны достичь взаимопонимания прежде всего в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Кроме того, независимо от того, какие политические разногласия существуют между двумя странами, королевство всеми силами стремится сохранить братские отношения с катарским народом, с которым его связывают кровные узы и общая вера.

Ряд наблюдателей единодушно считает, что визит принца Мухаммеда бен Салмана в Москву в прошлом месяце и его встреча с президентом России Владимиром Путиным, когда он еще являлся вторым наследником престола, способствовала устранению некоторой напряженности в отношениях между двумя странами, несмотря на продолжающееся расхождение во взглядах по вопросу о судьбе сирийского президента Башара Асада.

Саудовский эксперт и исследователь Абдулла Нассер сказал в интервью DPA, что характер отношений между двумя странами определяется тем, что Эр-Рияд признает Россию в качестве великой державы, которая имеет свои интересы на Ближнем Востоке и способна формировать повестку дня в регионе, используя свою влиятельность в сирийском вопросе и отношения с рядом государств. В свою очередь Москва признает, что Саудовская Аравия стала главной силой, которая определяет позицию арабского мира по множеству вопросов, в частности, тем, что имеют отношение к противостоянию с Ираном.

В апреле прошлого года спикер Совета Федерации (верхняя палата российского парламента) Валентина Матвиенко встретилась с королем Саудовской Аравии в Эр-Рияде и передала ему приглашение от президента Путина посетить Россию.

Матвиенко заявила: «Между Россией и Саудовской Аравией существуют разногласия по сирийскому вопросу, но, тем не менее, мы не на противоположных сторонах баррикад». Возможно, это заявление является кратким свидетельством появления доверия между странами, которое, по мнению саудовских наблюдателей, так им необходимо.

Кроме того, как отметили наблюдатели, Саудовская Аравия уже объявила о том, что планирует построить 16 ядерных реакторов в мирных целях — они послужат источниками для выработки энергии и воды. Большая роль в запуске реакторов отводится России. Более того, королевство намерено инвестировать в область сельского хозяйства и приобрести ряд сельскохозяйственных компаний в России в целях обеспечения продовольственной безопасности в Саудовской Аравии, а также содействовать укреплению партнерства между двумя странами в области образования, увеличив количество стипендий для студентов из России до 500.

Саудовцы считают, что в нефтяном секторе Россия взяла на себя все обязательства по контролю за ценами на нефть и успешно их выполняет.

Министр энергетики Саудовской Аравии Халед аль-Фалех подчеркнул, что в последнее время наблюдает укрепление сотрудничества между странами-членами ОПЕК и странами, находящимися за пределами данной организации во главе с Россией. По его мнению, эта политика способствовала заключению соглашения о сокращении добычи нефти на 8,1 миллиона баррелей в день и его последующему продлению еще на девять месяцев вплоть до марта будущего года. «Мы увидели, что рынок относительно стабилен, и рассчитываем на полное его восстановление в будущем, в связи с чем мы планируем продолжить сотрудничество между производителями нефти в долгосрочной перспективе», — отметил министр.

Источники в саудовском нефтяном секторе сообщили, что Саудовская Аравия и Россия намерены продолжать усилия по поддержанию баланса мирового рынка нефти в целях достижения большей стабильности.

В частности, источники утверждают, что стороны прилагают совместные усилия по сокращению глобальных запасов нефти в течение следующих пяти лет.

Следует отметить, что в феврале 2007 года президент России Владимир Путин нанес визит в Саудовскую Аравию, во время которого стороны подписали двустороннее соглашение в области воздушных сообщений, договор об избежании двойного налогообложения доходов от капитала, а также несколько соглашений в области культуры, налоговой политики, обмена информацией и банковского сотрудничества.

Саудовская Аравия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 июня 2017 > № 2224094


Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика > dknews.kz, 27 июня 2017 > № 2223409

Катар намерен решить конфликтную ситуацию с арабскими станами мирным путем. Об этом сегодня в интервью журналистам заявил министр иностранных дел государства Катар Солтан Бин Саад Ал-Мурайхи после торжественной церемонии открытия национального дня Катара на ЭКСПО-2017, передает МИА «DKNews» со ссылкой на МИА «Казинформ».

«Как Вам известно, была негативная информационная кампания, которая организована Саудовской Аравией, Бахрейном, а также Объединенными Арабскими Эмиратами, адресованная в сторону Катара. После этого была блокада государства Катар. Мы предоставили возможность эмиру государства для того, чтобы он выполнял свои функции как посредника. Катар верит, что любые вопросы можно решать путем переговоров», - сказал Солтан Бин Саад Ал-Мурайхи.

Вместе с тем, он прокомментировал вопрос исполнения предъявленных Катару требований со стороны арабских государств.

«Как Вам известно, они нам предъявили ряд требований. И мы на эти требования в скором времени ответим посредством нашего посредника, которым выступает государство Кувейт. Мы государства, с которыми поддерживаем хорошие отношения, призываем сесть за стол переговоров и провести мирные переговоры. Мы готовы к диалогу, но есть определенная красная черта, за которую мы не переходим и не позволим, чтобы кто-то другой перешел ее. Это касается нашей внешней политики, а также внутренних дел государства Катар», - подчеркнул Солтан Бин Саад Ал-Мурайхи.

Отметим, что арабские страны выдвинули Катару ультиматум и дали 10 дней на размышление.

Власти Кувейта передали Катару список требований, при выполнении которых официальная Доха может рассчитывать на восстановление ранее разорванных дипломатических отношений. Основное требование Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта - разрыв всех связей с Ираном, включая дипотношения. Помимо этого, арабские государства требуют от Дохи закрыть телеканал Al-Jazeera и ликвидировать турецкую военную базу на своей территории.

Также среди выдвинутых требований - отзыв гражданства, выданного всем бывшим подданным упомянутых арабских стран и их экстрадиция на родину, а также выдача лиц, разыскиваемых по обвинению в терроризме. Наконец, помимо дипломатических и военных уступок от Катара требуют выплатить денежную компенсацию. На принятие решения у Катара есть десять дней.

5 июня о разрыве дипломатических отношений с Катаром объявили семь государств - Саудовская Аравия, Бахрейн, ОАЭ, Египет, Йемен, Ливия и Мальдивы. Главу государства шейха Тамима бин Хамада Аль Тани обвинили в поддержке международного терроризма.

После демарша глава МИД Катара связался с российским коллегой Сергеем Лавровым и обсудил с ним ситуацию. В Москве был принят посол официальной Дохи в России. Вскоре власти Катара приняли решение упростить визовый режим для россиян, а представитель катарского фонда Qatar Foundation был введен в состав директоров «Роснефти».

Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика > dknews.kz, 27 июня 2017 > № 2223409


Египет. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 26 июня 2017 > № 2222928

Египет передает два острова Саудовской Аравии

Этот шаг ранее одобрил парламент Египта

Президент Египта Абдель Фаттах ас-Сиси ратифицировал соглашение, которое предусматривает передачу Эр-Рияду двух необитаемых островов в Красном море. Об этом сообщает Reuters.

«Президент Абдель Фаттах ас-Сиси ратифицировал соглашение о демаркации морской границы между Арабской Республикой Египет и Саудовской Аравией», — сказано в сообщении.

Ранее передачу двух островов одобрил египетский парламент, передает агентство RNS.

Как сообщала Egyptian Times, Египет и Саудовская Аравия подписали договор о морских границах, согласно которому спорные острова Тиран и Санафир переходят Саудовской Аравии. Решение было принято после того, как комитет по вопросу морских границ пришел к выводу, что оба острова находятся на морской территории Саудовской Аравии.

Египет. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 26 июня 2017 > № 2222928


Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июня 2017 > № 2222575

Родина арабов

«Родина арабов»: почему этот термин исчез?

Мустафа Аббас (Moustafa Abbas), Mobtada, Египет

Почему сейчас в академических кругах и в международных и даже арабских СМИ предпочитают употреблять термин «арабский мир», а не «Ближний Восток»? Разве мы потеряли надежду на построение совместного экономического и политического партнерства и сотрудничества?

Остается надеяться на арабскую молодежь… Они наше настоящее и будущее…

Нужно ли нам давать уроки национального воспитания и самосознания в средних школах? Несмотря на болезнь арабской реальности.. конфликты, заговоры, противоречия. Школьники получили свободу слова и используют ее каждый день как в стенах учебных заведений в дебатах и дискуссиях, так и за их пределами в социальных сетях. Они знают, что болезненная реальность противоречит всему тому, что они изучают на уроках, которые потеряли свою ценность, так как не несут никакой пользы.

Решение о разрыве отношений

Вслед за Саудовской Аравией и ОАЭ, Бахрейн, Египет, Йемен, Ливия, Мавритания и Коморские острова из-за ряда причин приняли решение о разрыве отношений с Катаром, а Иордания и Джибути сократили свое дипломатическое представительство в этом государстве. В первую очередь страны пытаются сохранить и обеспечить безопасность Саудовской Аравии, которая подверглась нападкам со стороны Катара, целью которых является разрушение сплоченности внутри Королевства. Кроме того, причиной разрыва отношений стало то, что Катар хочет вмешаться во внутренние дела Бахрейна для свержения законного режима в Манаме, а также то, что это государство поддерживает группировку «Братья-мусульмане» в Египте, которая уже объявлена террористической организацией. Катар пригрел у себя на груди много экстремистских группировок.

Почему такое решение не было принято на уровне Лиги арабских государств?!

В чем смысл существования Лиги арабских государств в свете появления других региональных организаций, таких как Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива или Союз арабских стран Магриба? Арабский мир стал мечтой, текстом песни или оперой, которую вспоминает арабский народ во время болезненных схваток и стычек на национальном уровне, говоря «Моя родина — это самая большая родина».

В связи с нынешним арабским кризисом с Катаром, мне вспоминается знаменитая загадка, которая десять лет назад ходила в наших кругах и которую мы передавали из уст в уста: «Что это за арабское государство… если мы ставим точку над его названием, то оно превращается в имя арабского лидера?» Мы рассказываем ее, несмотря на то, что Кутуз по происхождению не араб. Мамлюкский султан победил монголов в битве при Айн-Джалуте (1260 год — прим. ред.), что в настоящее время является удивительной и вдохновляющей загадкой.

Является ли решение арабских стран объединиться против эмирата, финансирующего международный терроризм, весомым и имеющим большое влияние? Возможно, оно станет стимулом и вдохновляющим шагом. Мы надеемся, что эти страны под эгидой Лиги арабских государств смогут заново сформировать новую стратегию сотрудничества и партнёрства. Она станет шагом к объединению арабского мира, который сможет справиться с текущими проблемами, обрушившимися на регион, а также подтолкнет страны к созданию общего экономического локомотива, который, в свою очередь, будет способствовать образованию политического союза, способному привести регион к процветанию и безопасности.

Очевидно, что до настоящего момента диалог и посредничество не способствовали решению данного кризиса из-за настойчивости и тупиковой позиции Катара, амбиции и стремления которого переплетаются с Ираном и Турцией. Стало ли необходимым отстранить от должности или избавиться от главы этого режима, который стал бременем и прямой угрозой для национальной безопасности арабских стран?

Стало ясно, что технологии и социальные сети сыграли отрицательную роль в жизни арабского общества, попав в руки его врагов, ведь они лишь упростили их задачу и цель. Арабы опубликовали видео в социальных сетях, в котором утверждали, что хранитель двух святынь король Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд распорядился о конфискации всей катарской собственности в королевстве Саудовской Аравии, и последующей ее передачи народу. На самом же деле, видео было снято в двух различных местах: первая часть в Саудовской Аравии после того, как один из магазинов объявил о начале огромных скидок, а вторая часть в торговом центре «Халидия» в Абу-Даби, после заявления о том, что скидки достигли 50%.

Такое поведение и действия лишь способствуют разделению и отдалению, и, несомненно, должны быть тщательно изучены, прежде чем мы еще раз столкнемся с тем, что наш враг транслирует и публикует в социальных сетях. Эмир Катара не будет долго возглавлять страну, и рано или поздно исчезнет из нашего поля зрения, и тогда останется надежда на построение лучшего будущего для арабского народа. Да, в международных отношениях господствует принцип выгод, а не эмоций. Я считаю, что единственными бенефициарами в этом арабо-арабском конфликте являются Израиль, Иран, Турция и Америка, которые подпитывают и подкармливают эти разногласия и разделения.

Новость об успешном заключении сделки Вашингтона, касающейся продажи 72 истребителей F-15 Катару, шокирует и удивляет. Кроме того, этого достаточно для подтверждения того, кто же извлекает выгоду из региональных споров и столкновений, даже не разводя войны или вооруженных конфликтов. Арабским правителям достаточно застоя в регионе во всех его смыслах, и они уже готовы купить за сотни миллиардов долларов одобрение дяди Сэма.

Почему мы знаем где наша выгода и какая у нас сильная сторона, но это не приходит нам в голову? Арабские правители постоянно спешат поддержать и оказать помощь стратегическим противникам, а мы должны сосредоточиться друг на друге. Почему мы должны платить за ошибки правителей? Коллективная ответственность лишь из-за равнодушия и бездеятельности. Мы должны нести эту ответственность, довольно этой трусости и игнорирования настоящего, того какова на самом деле реальность. Мы находимся в состоянии войны, в которой используются тактика и методы эпохи технологии, но все мы являемся солдатами в этой битве. Аллах решает кто будет жить, а кто умрет… Мы вернемся к этой проблеме, если останемся в живых.

Саудовская Аравия. ОАЭ. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июня 2017 > № 2222575


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter