Всего новостей: 2529575, выбрано 7 за 0.008 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Новак Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольЭкологияЭлектроэнергетикавсе
США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > oilru.com, 13 февраля 2018 > № 2509302 Александр Новак

Александр Новак: американские коллеги рубят сук, на котором сидят.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, так же, как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Как переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев – а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будите решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти". Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" по заполнению новых Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалин-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалин-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ–проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы – ТЭС, или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях, или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" . В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран попадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Теги: Александр Новак

США. Евросоюз. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Электроэнергетика > oilru.com, 13 февраля 2018 > № 2509302 Александр Новак


США. Евросоюз. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 12 февраля 2018 > № 2494476 Александр Новак

Александр Новак: «Цель соглашения об ограничении добычи ОПЕК+ выполнена на две трети».

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью ИА «Интерфакс» рассказал о ходе реализации и вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2", инвестиционной привлекательности российского ТЭК, развитии нефтегазовой отрасли и основных задачах в электроэнергетике.

Сотрудничество с США могло быть шире, но американские коллеги рубят сук, на котором сидят - Новак.

Глава Минэнерго Александр Новак в интервью "Интерфаксу" рассказал о своем отношении к новой санкционной волне со стороны США, вариантах выхода из соглашения ОПЕК+, взаимоотношениях с Еврокомиссией по "Северному потоку-2" и основным проблемам электроэнергетики.

- В январе ваш заместитель Андрей Черезов попал в американский санкционный список, вскоре после этого вы и сами были включены в "кремлевский доклад". Как вы относитесь к новой санкционной волне со стороны США?

- Мы считаем, что этот шаг, также как и внесение в санкционный список моих сотрудников, наносит значительный урон нашему сотрудничеству, в том числе в энергетической сфере. Кстати, по поводу санкций мы так и не получили никаких разъяснений, уверены, что это решение не имеет под собой никаких законных оснований.

- Вы по-прежнему оптимистично настроены на восстановление в будущем Энергодиалога с США? Остается ли в силе ваше предложение американскому министру энергетики посетить "Ямал СПГ"?

- Мы уверены, что не следует создавать проблем, которые могли бы помешать развитию сотрудничества двух стран. Американские компании давно работают на российском рынке. В их числе, General Electric - в энергетической отрасли, ExxonMobil участвует в проекте "Сахалин-1", это сотрудничество могло бы быть шире. Но вместо этого американские коллеги, по сути, рубят сук, на котором сидят. Никто не будет отрицать, что российские проекты не только масштабны, но и привлекательны с точки зрения вложения инвестиций. И, несмотря ни на какие санкции, по итогам прошлого года мы впервые увидели дополнительный рост объема инвестиций на 10%. Приток был, в основном, за счет инвесторов из АТР и Ближнего Востока. Я уверен, что сотрудничество в энергетике в будущем будет расширяться, во всяком случае, господин Перри с интересом отнесся к возможности приехать на Ямал, рассчитываем, что удастся пообщаться и в рамках ПМЭФ.

- Сделка ОПЕК+ об ограничении добычи нефти будет действовать два года. Вы предполагали, что ее действие продлится так долго? Чем это вызвано? Переживет ли российская нефтяная отрасль двухлетнее ограничение добычи?

- Принимая декларацию о сотрудничестве в рамках ОПЕК+, мы не ставили своей целью ограничить добычу нефти на какой-то определенный срок, к примеру, на полгода, год или два. Нашей задачей было убрать излишки нефти с рынка.

На текущий момент мы видим, что эта цель достигнута на две трети. Не исключено, что целевое сокращение мировых запасов нефти может произойти до конца 2018 года. Все будет зависеть от ситуации на рынке, от того, как быстро он будет балансироваться. И как только мы выйдем на плановые показатели по объемам мировых запасов нефти, как только поймем, что цель достигнута, мы все вместе соберемся и выработаем механизм дальнейших действий.

Подобный сценарий все поддерживают. Мы обсуждали этот вопрос в Вене, где собрались министры 30 стран: 24 стран-участниц соглашения и шести приглашенных, а также в Омане на министерской мониторинговой встрече, где участвовали министры девяти стран.

- Если к середине года будет понимание, что мировые запасы нефти уже достигли или максимально близки к среднему пятилетнему уровню, то будет ли сразу запущен механизм плавного выхода из сделки ОПЕК+? Прорабатываются ли механизмы такого выхода? Есть ли понимание, в какой момент всем странам участницам соглашения надо собраться и дать старт выходу?

- На текущий момент говорить об этом сложно, поскольку есть разные оценки, когда рынку удастся найти баланс спроса и предложения. В частности, секретариат ОПЕК и технический комитет по мониторингу выполнения соглашения на последней встрече в Омане представили нам прогноз, согласно которому рынок сбалансируется в третьем-четвертом квартале текущего года. Но, повторюсь, много будет зависеть от цен, сокращения остатков нефти, поведения участников рынка и так далее, поэтому балансировка может наступить чуть раньше, или чуть позже.

Конечно, мы должны совместно выработать и согласовать механизм выхода. Он должен быть плавным, позволяющим избежать резкого наращивания объемов добычи, которое может привести к превышению предложения над спросом. Скорее всего, выход из сделки займет несколько месяцев. Более точно просчитать период плавного наращивания добычи можно будет непосредственно в момент принятия решения о выходе из соглашения. Это может занять три, четыре, пять месяцев - а может быть, наоборот, всего два.

Кроме того, мы должны изучить вопрос, какие из стран могут приступить к наращиванию добычи, а в каких странах производство падает по естественным причинам, как, например, в Мексике или Венесуэле.

- Как повлияло на российское присутствие на мировом рынке нефти участие в соглашении о сокращении добычи? Как к этому отнеслись покупатели российской нефти, где и как увеличилась доля, а где уменьшилась?

- Наша доля осталась примерно на том же уровне, что и до соглашения ОПЕК+. Объемы поставок определены средне- и долгосрочными договорами, поэтому никаких проблем не возникало.

- Закрывая тему ОПЕК и ограничений добычи, не могу не спросить: вы много раз говорили о том, что сотрудничество между ОПЕК и Россией в том или ином варианте будет продолжено после выхода из сделки. Обсуждается ли вариант формализовать эти взаимоотношения, подписав меморандум, создав специальный комитет и так далее?

- Полноформатного обсуждения этой темы не было, были лишь отдельные предложения. Мы можем продолжать наше сотрудничество в формате некого Форума стран, который будет собираться раз в квартал или раз в полгода для того, чтобы обсуждать текущую ситуацию на рынках, проблемы нефтяной отрасли и так далее. Но более конкретно мы об этом пока не думали.

- Давайте перейдем к проблемам развития нефтегазового сектора в России. Нужны ли дополнительные меры поддержки российской нефтяной отрасли в текущих условиях?

- На мой взгляд, стоит подумать о дополнительном стимулировании модернизации нефтепереработки. Несмотря на то, что вслед за ростом цен на нефть улучшилась ситуация и в нефтеперерабатывающей отрасли, маржа НПЗ остается очень низкой, и далеко не все российские заводы завершили процесс модернизации. Ряд инвестиционных проектов, реализуемых в рамках четырехсторонних соглашений, был отложен на более поздний срок. Вместе с Минфином мы готовим предложения о дополнительном стимулировании инвестиций в модернизацию нефтеперерабатывающей отрасли. В марте консолидированная позиция будет представлена председателю правительства. Основные вопросы обсуждения - введение системы отрицательных акцизов на нефть, налоговых каникул по акцизам. Важно также определить, какие НПЗ и на каких условиях смогут претендовать на государственную поддержку. Сейчас идет процесс согласований и выработки единой позиции.

- Как будете решать вопрос с тем, что Минфин жестко увязывает предоставление налоговых стимулов для нефтепереработки с обнулением экспортной пошлины на нефть и повышением НДПИ? Какой компромисс возможен?

- Мы считаем, что увязывать меры поддержки нефтепереработки с обнулением экспортных пошлин на нефть и нефтепродукты - очень рискованный шаг, который может непредсказуемо ухудшить ситуацию в отрасли как в отношении рентабельности переработки, так и роста цен на внутреннем рынке. С нашей точки зрения, целесообразно рассматривать вопрос об обнулении экспортных пошлин в контексте и в увязке со сроками формирования единого рынка ЕАЭС. В период 2018-2023 годов будет введен ряд новых установок вторичной переработки, что важно для надежного топливообеспечения отечественного рынка и рынков стран ЕАЭС автобензином и дизельным топливом высокого экологического стандарта. Дальнейшая модернизация уменьшит риски, связанные с отменой пошлин на нефть и нефтепродукты, но при этом все равно потребуется серьезная совместная работа с Минфином по формированию компенсационных механизмов для НПЗ и потребителей.

- В качестве еще одной меры поддержки нефтяной отрасли предлагалось в свое время предоставление налоговых льгот крупным, но уже обводненным месторождениям. Минфин нашел подходящую схему только для Самотлорского месторождения "Роснефти" (MOEX: ROSN). Минэнерго говорило, что будет продолжать работать в этом направлении. Актуален ли еще вопрос о предоставлении налоговых льгот для обводненных месторождений?

- В России много обводненных месторождений с очень высокой себестоимостью добычи. Действующая налоговая система не позволяет дифференцированно подходить к разным по сложности и состоянию запасам месторождений.

Еще в прошлом году меры поддержки обводненных месторождений были разработаны, но их не поддержало министерство финансов. По расчетам Минфина, введение этих мер приведет к потерям бюджета в краткосрочной перспективе. Но, на наш взгляд, нужно анализировать ситуацию в долгосрочной перспективе, тогда выгоды будут более очевидны. Поэтому мы продолжаем работать в этом направлении.

- Поднимался ли на уровне Минэнерго вопрос об отсрочке запуска таких месторождений, как Юрубчено-Тохомское и Русское из-за сделки ОПЕК+? Что делать с тем, что в планах "Транснефти" (MOEX: TRNF) по заполнению новых нефтепроводов Заполярье-Пурпе (11,1 млн тонн) и Куюмба-Тайшет (2,9 млн тонн) на этот год, отсрочка не учитывается?

- Вопрос об отсрочке запуска этих месторождений на уровне Минэнерго России не поднимался. Месторождения будут запущены в соответствии с лицензионными обязательствами компаний.

- Как Минэнерго относится к идее о переносе платы акцизов на топливо с НПЗ на АЗС, которая снова активно обсуждается в отрасли? Поступали ли в Минэнерго подобные предложения от "Роснефти"?

- Подобная система взимания акцизов плохо администрируется, что может обернуться снижением уровня собираемости налогов. Сейчас этот вопрос находится в стадии дополнительной проработки.

- Согласны ли вы с оценкой ФАС о том, что топливный рынок в России стабилизировался, и темпы роста цен не превысят темпы инфляции в этом году?

- У нас достаточно высокая конкуренция на топливном рынке. Так что с учетом текущей конъюнктуры рынка и накопленных запасов топлива, у нас нет оснований говорить, что розничные цены будут расти выше инфляции. Мы солидарны с ФАС в этом вопросе.

- В текущем году наступает крайний срок принятия решения о монетизации газа "Сахалина-1". Как идут переговоры с "Сахалином-2" по вопросу использования газа "Сахалина-1" для третьей очереди СПГ-завода? Отложен ли проект строительства Дальневосточного СПГ? Готов ли "Газпром" (MOEX: GAZP) поставлять газ на ВНХК?

- Существует принципиальная договоренность между "Сахалин-1" и "Сахалин-2" о продаже газа "Сахалин-1" на "Сахалин-2", сейчас идут коммерческие переговоры.

- Но переговоры между операторами этих проектов идут много лет...

- Все предшествующие годы у них не было принципиальной договоренности, на сегодняшний день они достигнуты, поэтому идет процесс согласования деталей соглашения.

- То есть я правильно понимаю, что поставки газа на III очередь становятся первоочередными, а проект строительства "Дальневосточного СПГ" отложен...

- Это коммерческий проект. Компании не предоставляли уведомлений в Минэнерго о том, что этот проект отложен.

- Соответственно, газ "Газпрома" пойдет на проект "Роснефти" ВНХК?

- Если "Сахалин-1" и "Сахалин-2" придут к соглашению относительно продажи газа, то да, газ "Газпрома" пойдет на ВНХК.

- "Газпром" откладывает реализацию СПГ-проектов (Балтийский СПГ, 3-я очередь "Сахалина-2", Владивостокский СПГ). Не упустит ли он возможность занять нишу на этом рынке? Не настораживает ли это Минэнерго?

- Реализация этих проектов предусмотрена нашей Энергетической стратегией до 2035 года. В целом, мы не видим рисков отказа от этих проектов и рассчитываем, что они будут реализованы.

- ФАС считает, что указ о Национальном плане по развитию конкуренции является сигналом Минэнерго ускорить работу по увеличению объемов продаж газа на бирже. Есть ли объективная необходимость в этом?

- В целом, мы считаем, что биржевая торговля газом должна развиваться, активно поддерживаем эту инициативу. Доля продаваемого на бирже газа увеличивается каждый год. В основном, это происходит за счет "Газпрома", а не за счет независимых производителей газа, поскольку у независимых существуют долгосрочные контракты на поставку и свободных объемов мало. Так что к этому вопросу надо подходить взвешенно и наращивать объемы продаж постепенно.

- До марта ведомства должны представить консолидированную позицию по механизму модернизации объектов электроэнергетики. Какие ключевые предложения Минэнерго и поддерживаете ли вы идею Минэкономразвития о внедрения механизма инфраструктурной ипотеки для модернизации?

- У нас нет возражений по поводу внедрения механизма инфраструктурной ипотеки. Это хороший инструмент, который позволит привлечь инвестиции в различные отрасли.

Что касается так называемого механизма "ДПМ-штрих" (механизм поддержки модернизации энергомощностей - ИФ), мы предлагаем, что в модернизацию пойдет до 40 ГВт - это верхняя планка. При этом необходимо вводить ограничения по ежегодному объему вводимых мощностей. Еще одна задача - равномерно распределить нагрузку пиковых выплат по инвестконтрактам. Оборудование должно отработать свой парковый ресурс более чем на 125%, но при этом у него должна быть высокая тепловая нагрузка.

Мы установили ряд критериев, которым должен соответствовать инвестор. Претендент, который приходит на конкурс, берет на себя обязательство, что ресурс станции будет продлен еще на 15-20 лет. При этом ему необходимо уложиться в определенную сумму, ограниченную price-cap, за счет которой будет осуществлена замена и установка оборудования.

Модернизация - это, по сути, замена крупных узлов станций - турбины, генератора, котла-утилизатора. Поскольку у тепловых станций линейка оборудования достаточно широкая, то наиболее простой путь - сформировать техническое задание и просчитать стоимость необходимого оборудования.

Вообще, пока мы в самом начале довольно сложного процесса: он затрагивает не только производителей, но и потребителей. Но все наши законодательные инициативы проходят серьезные обсуждения.

- Уточню про так называемый "ДПМ инфраструктурной ипотеки". Вы с Минэкономразвития сейчас это обсуждаете? Это предложение будет в итоговой консолидированной позиции или пока не ясно?

- Будет выработана общая позиция с Минэкономразвития, на данный момент идет процесс согласования. Как ни назови - "ДПМ-штрих" или "инфраструктурный проект" - главное, чтобы у нас появились инструменты и механизмы для модернизации теплоэлектростанций.

- Есть ряд вопросов, которые до сих пор не понятны. Например, какие объекты модернизировать в рамках программы - ТЭС или ГЭС тоже?

- Это будет касаться только тепловых электростанций в ценовых зонах. Рассматривается также возможность включения в программу модернизации объектов тепловой генерации Дальнего Востока (находятся под управлением "РусГидро" - ИФ).

- Если говорить об объеме средств, который высвобождается после завершения программы ДПМ, кто в принципе может претендовать на эти средства? То есть мы говорим только о модернизации тепловой генерации или возможно, что в эти средства войдет еще что-то, может быть, ВИЭ?

- По мнению Минэнерго России, эти средства необходимо направить на модернизацию именно тепловых электростанций, осуществляющих основные поставки электроэнергии и участвующих в регулировании и резервировании. Другие программы поддержки, в том числе ВИЭ и гидроэнергетики, прорабатываются параллельно.

- По ВИЭ в 2024 году заканчивается текущая программа поддержки строительства 6 ГВт подобных мощностей (объекты вводятся по ДПМ ВИЭ - ИФ). Будет ли новый аналогичный механизм или какой-то уже другой механизм поддержки? Или же эти проекты должны существовать без поддержки?

- В 2024 году заканчивается не программа поддержки, а программа ввода в эксплуатацию, после этого выплаты будут идти еще 10-15 лет. Поэтому по мере снижения выплат появятся финансовые источники для поддержки.

Пока рано говорить о том, будет ли сохранен такой же механизм на период после 2024 года. В целом, мы нацелены на внедрение рыночных механизмов строительства солнечных и ветровых электростанций, станций на основе других возобновляемых источников энергии. Если встанет вопрос о мерах государственной поддержки, мы должны будем все очень тщательно взвесить.

Сейчас идет серьезное удешевление себестоимости капитальных вложений, текущей эксплуатации, выработки киловатт-часа, кроме того, нужно будет просчитать экономику проектов. У нас помимо механизма ДПМ, который сейчас используется на федеральном уровне для привлечения инвестиций в ВИЭ, есть варианты поддержки проектов на региональном уровне, в том числе за счет субсидирования тарифа. Этот вопрос нужно рассматривать в комплексе.

- "Россети" (MOEX: RSTI) сейчас активно продвигают идею о внедрении долгосрочных тарифных соглашений в сетевом комплексе. Когда планируется завершить работу над соответствующим законопроектом? Этот вопрос уже обсуждается несколько лет...

- Мы как министерство выступаем "за" и являемся инициаторами таких долгосрочных соглашений между субъектами РФ и инфраструктурными компаниями. Соответствующий проект закона разработан министерством и внесен в правительство. Надеемся, что он пройдет согласование и будет внесен в Госдуму.

- В дискуссиях о долгосрочных решениях "Россети" увязывали тарифы со своей дивидендной политикой, аргументируя это тем, что компании сложно выплачивать дивиденды в текущем тарифном меню. Возможно ли включение в тариф на передачу электроэнергии некой дивидендной составляющей по аналогии с тарифами инфраструктурных компаний в других отраслях или это не обсуждается?

- Практика, когда дивиденды от прибыли сразу закладываются в тариф в качестве расходов компании и не учитываются при реализации инвестиционной программы или других расходов, существует. К сожалению, в сетевом комплексе пока такие решения не были приняты.

- Все-таки такая идея обсуждается, чтобы некая дивидендная составляющая была в тариф введена?

- Эта тема не закрыта, и мы постоянно ее обсуждаем с нашими коллегами из других федеральных органов власти, но пока не пришли к единому пониманию вопроса.

- По "Россетям" также до сих пор не понятно, когда и каким образом компания может получить сетевые активы в Крыму, и будет ли это вообще сделано? Можете пояснить, есть какой-то дедлайн? Как сейчас проходят дискуссии по этому вопросу?

- Сейчас мы работаем над тем, чтобы объединить активы, которые входят в ГУП "Крымэнерго", и активы, которые были построены в рамках обеспечения энергоснабжения Крымского полуострова - это энергомост, линии электропередачи высокого напряжения, подстанции. Целевая задача - все это объединить под единым управлением, в рамках одного акционерного общества. Пока на уровне правительства окончательных решений не принято.

- По соседнему региону - по Тамани - также есть вопрос. Правительство поручало до 1 апреля провести отбор мощности новых генерирующих объектов. Можете сузить временные рамки, когда конкретно он пройдет?

- Ожидается, что итоги конкурса будут подведены не ранее конца марта 2018 года (срок окончания приема заявок 28 марта 2018 года). Эти сроки устанавливались для привлечения максимального количества участников отбора, так как потенциальным инвесторам необходимо предоставить достаточное количество времени для оценки экономической эффективности проекта и формирования ценовых заявок для участия в конкурсе.

- В прошлом году заработала надбавка на оптовом рынке для выравнивания тарифов Дальнего Востока со среднероссийским уровнем. И уже тогда, когда вводили надбавку, обсуждалась возможность ее продления или ее изменения в части включения в тариф инвестсоставляющей для реализации проектов "РусГидро" (MOEX: HYDR). В ближайшей перспективе возможны подобные изменения?

- Нет, сначала нужно посмотреть, как работают принятые ранее решения. Только после мониторинга и анализа можно будет говорить о продлении, включении инвестиционной составляющей. Сейчас, как вы знаете, инвестиционная составляющая не включена. Никаких инициатив, по крайней мере, с нашей стороны, по этому поводу нет, мы считаем, что пока недостаточно данных для анализа.

- Перейдем к международным отношениям. Россия начала диалог с Саудовской Аравией относительно возможных поставок СПГ. Кроме России организовать поставки СПГ в Саудовскую Аравию стремятся и США, которые уже подписали соответствующий меморандум. Как вы считаете, возможно ли в случае достижения договоренностей сосуществование России и США на рынке Саудовской Аравии? Какой объем СПГ готова закупать страна и в какие сроки? Предлагает ли Саудовская Аравия сотрудничество в строительстве регазификационных терминалов, прокладке газопроводов, в том числе на территорию сопредельных стран? Приглашаются ли российские компании к участию в проектах на территории Саудовской Аравии?

- Сейчас активно идут коммерческие переговоры с Saudi Aramco по всем основным направлениям нефтегазового сотрудничества. Посмотрим, какие будут в конечно итоге достигнуты договоренности. На сегодняшний день есть много желающих поставлять в Саудовскую Аравию СПГ, но в стране нет даже регазификационного терминала по приему сжиженного газа. Переговоры по участию в проекте строительства такого терминала тоже идут, но о деталях пока говорить рано.

- Что Минэнерго ждет от встречи с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем в марте? ЕС подготовил законопроект, по которому входящие на территорию Евросоюза газопроводы из других стран подпадают под действие законодательства ЕС. Понятно, что в отношении "Северного потока-2" Еврокомиссиия добьется своего (мы помним по опыту "Южного потока"). Как можно решить проблему с намерением ЕК распространить регулирование третьего энергопакета на "Северный поток-2"? Продавать газ на бирже в Петербурге? Пустить в него газ независимых поставщиков на условиях комиссии?

- На встрече с господином Шефчовичем в Давосе мы обсудили все основные вопросы нашего сотрудничества. Самый сложный из них касается "Северного потока-2". По этому вопросу у нас с коллегами из Еврокомиссии принципиально разные позиции: российская сторона считает, что это коммерческий проект, Еврокомиссия хочет дополнительно его регулировать. Сначала предлагалось сделать это через механизм мандата на ведение переговоров, теперь предлагают включить морские проекты в юрисдикцию Третьего энергопроекта. Мы считаем, что существующее европейское законодательство не требует никаких изменений, "Северный поток-2" может и должен быть реализован, как и другие подобные проекты. Все попытки дополнительного регулирования направлены лишь на то, чтобы не допустить строительства "Северного потока-2" и увеличения поставок российского газа в Европу.

В марте мы хотим встретиться для того, чтобы сверить часы по всем основным вопросам, в том числе по БРЭЛЛ, решению Стокгольмского арбитражного суда между "Газпромом" и "Нафтогазом Украины", поставкам и транзиту газа через Украину.

- До конца 2018 года у нас действует пауза по контракту на закупку газа в Туркмении. Туркмения ставит вопрос о желании поставлять газ в Европу через газопровод Средняя Азия-Центр (САЦ). Каким вам сейчас видится потенциальное сотрудничество с Туркменией? Возможно, рассматриваются какие-то своповые сделки с вовлечением Ирана?

- Туркмения нацелена поставлять газ в Европу через САЦ. Но как будет развиваться ситуация после прекращения действия моратория в конце 2018 года, будет ли он продлен или начнутся поставки газа, пока сложно сказать.

- Россия и Иран обсуждают поставки российского газа на север Ирана через Азербайджан. Какова экономика этой схемы? Своп или денежный расчет? Происхождение этого газа? Рентабельность поставок? Может ли это быть газ ЛУКОЙЛа с Хвалынского месторождения?

- Нашим компаниям интересно поставлять газ на север Ирана и получать газ на юге в виде СПГ или по планируемому газопроводу в Индию через Пакистан. Но конкретных решений между "Газпромом", Азербайджаном и Ираном пока нет.

Беседовали Анна Горшкова, Полина Строганова.

США. Евросоюз. Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 12 февраля 2018 > № 2494476 Александр Новак


США. Евросоюз. Саудовская Аравия. ОПЕК. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2471803 Александр Новак

Новак: до 2035-го Европа почти вдвое увеличит импорт газа, и значительная часть этого роста придется на Россию

По данным Минэнерго США, до 2035-го ЕС будет буквально находиться в газовой зависимости от России. О перспективах газовой отрасли глава Минэнерго РФ рассказал в интервью Business FM

Легко ли договориться с ОПЕК? Несколько тысяч человек собирались на прошлой неделе на московском форуме «Российская энергетическая неделя». Темами форума стали перспективы развития энергетики, но, поскольку она очень тесно сплетается с политикой, политические вопросы тоже поднимались.

О том, как шли переговоры по сделке ОПЕК, нацеленной на поддержание уровня мировых цен на углеводороды и о перспективах ее продления министр энергетики России Александр Новак рассказал главному редактору Business FM Илье Копелевичу.

Мы с вами разговариваем по итогам первой Российской энергетической недели. Было много важных событий, но все-таки самое главное, я думаю, то, что она параллельно шла с государственным визитом короля Саудовской Аравии, второй энергетической державы в мире после нас — ну, Америка, естественно, на другом берегу находится... Мы знаем, что цены на нефть у нас сейчас относительно стабильны, выше наших прогнозов, знаем о том, что в действительности сработала сделка с ОПЕК. Ключевым в этом была договоренность, достигнутая при вашем участии, — я имею в виду, конечно, то, что, как мы знаем, именно вам удалось добиться компромисса между Саудовской Аравией и Ираном. Остается ли вот эта посредническая роль России и ваша лично актуальной сейчас, остается ли эта договоренность между Саудовской Аравией и Ираном стабильной на предстоящий период?

Александр Новак: Что касается сделки, во-первых, я хочу сказать, на нее мы выходили долго и, в принципе, изначально, когда мы собирались еще в 2014 году, когда цены начали падать, все стороны согласились: пока не требуется никаких совместных действий, рынок должен сам все сбалансировать. Но, к сожалению, кризис затянулся, и мы видели падение цен — почти больше чем в два раза, снижение инвестиций в отрасль, затем цены упали до 27 долларов в январе 2016 года... это, конечно, многие страны немного всколыхнуло для того, чтобы вернуться к вопросу обсуждения совместных действий и координации на рынках, то есть снижения тех излишков, которые сложились на тот период. Безусловно, эта позиция обсуждалась в правительстве Российской Федерации, с президентом, во многом благодаря его усилиям и переговорам с руководителями стран, в том числе и с Саудовской Аравией, и с Ираном, были достигнуты договоренности. Мы со многими странами проводили переговоры на уровне министров, чтобы уже детально и по цифрам обсуждать, что можно сделать, какие обязательства взять на себя странам, чтобы, с одной стороны, сбалансировать рынок, с другой стороны, это несильно ухудшило положение отрасли, поскольку все-таки кому-то легко, например, сокращать добычу, а кому-то нужно реально снижать бурение и уменьшать инвестиционные программы. Поэтому переговоры были непростые, но в целом хочу сказать, что ключевую роль играли две стороны — Россия и Саудовская Аравия как крупнейшие производители нефти в мире. Примерно 11 млн баррелей в сутки добывает Саудовская Аравия, Российская Федерация — чуть больше, мы первое место занимаем. Очень сложные переговоры были, когда пост министра Саудовской Аравии занимал аль-Наими, и вы помните первые попытки — это февраль и апрель 2016 года, когда в Дохе собирались (представители) 18 стран...

Собрались и разъехались.

Александр Новак: Да, хотя были почти готовы к соглашению, но в тот момент свою позицию поменяла Саудовская Аравия, в том числе из-за того, что не смогли договориться с Ираном.

Причем даже, может быть, не по количеству баррелей, а по формулировкам — как оно будет выглядеть, кто сделал первый шаг навстречу. Было буквально вот это камнем преткновения.

Александр Новак: Мы продолжили работу летом, и, мне кажется, позитивным очень было то, что со стороны Саудовской Аравии был уже другой переговорщик, новый руководитель министерства энергетики — аль-Фалех, который активно включился в эту работу. Проводили переговоры, безусловно, и с другими странами, но ключевое событие — наша договоренность в сентябре прошлого года между Саудовской Аравией и Россией, мы подписали соглашение о совместных действиях на рынке, о координации деятельности и сотрудничестве в области энергетики по развитию совместных проектов как в России, так и в Саудовской Аравии. Этот момент стал ключевым, переломным, потому что мы консолидированно начали работать со странами, не входящими в ОПЕК. Какие-то переговоры мы проводили и с государствами, входящими в ОПЕК, например, с Ираном, и мне кажется, вся работа была нацелена на то, чтобы достичь результата и договориться по сделке с тем, чтобы снять излишки с рынка.

Сейчас, я думаю, что эта новость должна была обсуждаться и здесь в кулуарах, две ключевые американские газеты написали о том, что 12-го числа президент США Дональд Трамп заявит о разрыве соглашения с Ираном... Это может затронуть и нефтяной рынок тоже?

Александр Новак: Конечно, если соглашения будут разорваны и будут какие-то жесткие меры, такие, как были до снятия санкций с Ирана, это очень, на мой взгляд, будет влиять на рынки...

Но, скорее, в сторону повышения цен?

Александр Новак: Все будет зависеть от того, какие решения могут быть. Если это станции, касающиеся нефти и ограничений по торговле нефтью со стороны Ирана, это одна ситуация. Если это другие какие-то санкции, если вообще не будет санкций — другая. Поэтому рынок будет, конечно, реагировать на такие вещи, Иран — одна из стран, которые добывают очень большое количество нефти, является поставщиком нефти на мировые рынки. Сегодня они добывают 3,8 млн баррелей в сутки. Мы помним, когда были введены санкции, объемы добычи снижались значительно — меньше 3 млн Иран добывал во время санкций. Поэтому для рынка это, конечно, существенные объемы.

Всю конструкцию, которую удалось сложить прошлым летом между Саудовской Аравией, Ираном, другими членами ОПЕК и не ОПЕК, вот этот политический риск способен разрушить или нет?

Александр Новак: Я не думаю, что сейчас, когда прошло уже восемь месяцев...

Не начнут ли под таким прессом страны действовать самостоятельно, пренебрегая договоренностями?

Александр Новак: Я могу высказать только свою личную точку зрения — на мой взгляд, вряд ли, наверное, это приведет к разрушению соглашения. Мы имеем пример ситуации на Ближнем Востоке, связанной с Катаром. Катар — участник сделки, и он продолжает выполнять свои обязательства по сокращению добычи, мы встречаемся, министр, когда был здесь, на Российской энергетической неделе, проводилась министерская встреча форума стран — экспортеров газа, мы обсуждали в том числе вопросы, касающиеся нефти, сотрудничества в этой области. Здесь в данном случае ничего не поменялось, поэтому я надеюсь, что мы до конца доведем сделку, рынок будет сбалансирован, и, в принципе, перейдем уже на нормальные рыночные рельсы.

А саудовский министр с катарским здесь на одной площадке встречались или нет?

Александр Новак: Мне это неизвестно.

Общей не было такой сессии, вы не видели такого?

Александр Новак: Я не видел, поэтому не могу вам сейчас ответить на этот вопрос точно.

Возвращаясь все-таки к этому соглашению ОПЕК+. Вообще говоря, год назад аналитики — что российские, что, в общем-то, уважаемые иностранные аналитики — сообщали долгое время: ОПЕК не способна договориться и выполнять договоренности даже внутри себя, поэтому не сильно верили в возможность заключения такой широкой сделки, которая причем была бы выполняема. Выполняется ли она? И она ли обеспечивает тот уровень цен, который сложился сейчас, или на это влияют другие факторы?

Александр Новак: Вы знаете, действительно, что касается ОПЕК, они очень давно принимали какое-то решение по балансировке рынка. И, конечно, был некий скептицизм по поводу того, смогут ли они договориться между собой. Но мне кажется, то, что в эту сделку были привлечены страны, не входящие в ОПЕК, сыграло именно свою консолидирующую роль, потому что впервые такая ситуация, когда не только страны ОПЕК, но и не входящие в нее договорились о совместных действиях.

Именно это было ключевым фактором, чтобы и они тоже выполняли, да?

Александр Новак: И мы видим сейчас, с точки зрения исполнения соглашения, впервые, может быть, за всю историю ОПЕК — несколько десятилетий, что они выполняют на 100% свои обязательства. Раньше таких никогда не было показателей. Обычно был уровень исполнения гораздо меньше, а сегодня мы видим, что страны ОПЕК суммарно выполняют свои обязательства на 100%.

Именно это поддерживает стабильный уровень цен?

Александр Новак: Я думаю, это общая приверженность к исполнению соглашений, потому что страны не ОПЕК тоже суммарно его выполняют. Кстати, за август впервые страны не ОПЕК консолидировано исполняли соглашение даже больше, чем страны, входящие в ОПЕК. 116% был уровень исполнения странами, не входящими в ОПЕК, а ОПЕК исполнил на 98%. У нас очень хороший механизм был выработан мониторинга ситуации. Ежемесячно проходит встреча технического комитета, министерская встреча проходит раз в два месяца, на которой обсуждаются вопросы исполнения соглашений. Там несколько стран, входящих в ОПЕК и несколько стран, не входящих в нее. Россия является сопредседателем этой группы, и мы участвуем в обсуждении и мониторинге ситуации. В случае если мы видим какие-то отклонения от исполнения соглашений, мы указываем соответствующим странам, мы рекомендуем выйти на стопроцентное исполнение. И, в общем-то, такой механизм получился хорошим, поскольку есть некая надстройка, координирующий орган, и те страны, которые, допустим, отклоняются от показателей, которые перед ними стоят, я думаю, что им самим, наверное, не очень комфортно быть в отстающих, они стараются все время подтягиваться, если вдруг происходят какие-то отклонения. Поскольку в ОПЕК такой настройки не было мониторинговой, там есть только секретариат ОПЕК. Сейчас министры контролируют, собираясь один раз в два месяца.

А не ведет ли это нас все-таки к созданию новой организации, которая, по крайней мере, без формального провозглашения показала свою эффективность за этот год?

Александр Новак: Мы не видим в этом целесообразности. Мы считаем, что вообще такие соглашения не должны носить какой-то постоянный характер. Сейчас просто мы вошли в такое соглашение, сделку, исходя из целесообразности и необходимости приближения момента восстановления рынка, который бы в любом случае произошел рыночным путем. За счет низких цен инвестиции упали, и, в общем-то, за счет снижения добычи в перспективе мы бы получили дефицит сырья и сильный рост цен. Но никто в этом не заинтересован, при условии такой волатильности. Мы наоборот хотели сгладить провал, который сейчас произошел на рынке с 2014 по 2016 годы. И все действия наши на сегодняшний день подтверждают, что было правильное решение принято. Результаты таковы, что цены восстановились до приемлемого уровня, инвестиции вернулись в отрасль, волатильность снизилась. За последний год мы видим, что цены примерно колеблются в диапазоне от 47 до 57 долларов за баррель, а в принципе, могли бы быть от 20 до 100 и выше. И такая волатильность, конечно, никому не нужна.

Теперь очень много повсюду говорят о новой энергетике: солнце, ветре. Греф с Чубайсом даже очень ожесточенно когда-то спорили на этот счет. Сейчас я слышал — Герман Греф тоже поверил в то, что ветер в России есть, не только в карманах... Если говорить, в целом, о мировых трендах, будет ли расти доля энергии, получаемой из возобновляемых источников, как это называется, по сравнению с традиционными — нефтью, газом, углем?

Александр Новак: Мне кажется, уже этот вопрос не стоит. Допустим, все участники Российско-энергетического международного форума, обсуждая эти вопросы, даже не говорили о том, что возобновляемые источники энергии не будут развиваться. Мне кажется, уже все свыклись с этой мыслью, потому что, действительно, в мире активно развивается производство энергии солнечной, ветровой энергии. Это стало уже данностью и фактом. Вопрос только, как быстро это будет развиваться, с какой скоростью. И вот здесь могут быть разные оценки, например.

Ну, ведь и потребление энергетических ресурсов тоже растет, поэтому не о количестве говорим, а о доле. Вот как мы смотрим на перспективу ближайших десяти лет?

Александр Новак: В своем выступлении президент очень четко ответил на этот вопрос два дня назад на пленарной сессии в рамках российско-энергетической недели, где было сказано о том, что доля возобновляемых источников энергии в мире вырастет в производстве электроэнергии с 7% до 20% до 2035 года. Уже будет пятая часть электроэнергии в мире производиться из солнца и ветра. На мой взгляд, это направление будет развиваться, и оно будет расти достаточно быстро во многом благодаря научно-техническому прогрессу и снижению себестоимости производства электроэнергии. Уже на сегодня производство электроэнергии солнца очень близко и конкурентоспособно по отношению к выработке электроэнергии с традиционных источников энергии. Конечно, этот проект еще субсидируется многими странами. Но, тем не менее, пройдет какой-то период и, я думаю, что в среднесрочной перспективе конкуренция уже будет. Вопрос другой — нам, конечно, необходимо в том числе решение научного характера, технологического по решению вопроса накопления энергии. И тогда еще больше будет импульс для производства энергии из возобновляемых источников энергии. Пока, к сожалению, нет больших накопителей, которые могли бы хранить достаточно большой объем энергии и при этом иметь возможность достаточно быстро выдавать ее в систему. Над этим работают многие ученые всех стран, то есть большого количества стран. На мой взгляд, такая технология в любом случае будет найдена. Поэтому это будет новый дополнительный импульс для развития возобновляемых источников энергии.

Относительно дешевый газ, нефть и уголь в России не препятствуют ли развитию этого направления у нас? Ну, пусть не солнечной, но ветровой энергетики.

Александр Новак: Конечно.

У нас же есть экспортная пошлина, и внутренняя цена все равно ниже. Мы не в одинаковой находимся среде с остальным миром.

Александр Новак: Мы понимаем, безусловно, что в нашей системе, учитывая наличие дешевых природных ресурсов — нефти, газа, угля, сегодня солнечная энергетика и ветровая еще менее конкурентоспособна по сравнению с традиционными источниками. Мы выбираем и балансируем, когда принимаем решение о развитии и поддержке возобновляемых источников энергии, потому что нам нужно учитывать интересы потребителей. Если мы будем производить энергию из дорогих источников, нам нужно будет субсидировать. Субсидировать или из бюджета, или за счет роста тарифов для потребителей, что, в принципе, не очень хорошо воспринимается со стороны потребителей промышленных и так далее.

Не хорошо. Промышленному потребителю совершенно все равно, из какого источника получена энергия. Ему неприятно, если вдруг из своего кармана ему надо оплачивать. Задача государственной политики...

Александр Новак: На данном этапе мы выработали стратегию. Основная доля выработки электроэнергии у нас сегодня происходит из традиционных источников. Плюс у нас атомная генерация порядка 17% в балансе занимает, и порядка 18% — гидрогенерация. То есть 35% не относится к углеводородам. Оставшиеся 65%, из них порядка 1% — это возобновляемые источники энергии и 64% — это уголь и газ. Из нефти мы не делаем электроэнергию, поскольку это уже совершенно не актуально. Так вот наша стратегия заключается в том, чтобы сейчас стимулировать производство возобновляемых источников энергии на базе того, чтобы сформировать заказ для промышленности и позволить инвестировать в производство необходимого оборудования, то есть солнечных фотоэлементов, либо продукции для выработки ветровой энергии. Данный заказ посчитали вместе с министерством промышленности, участниками рынка, теми же потребителями. Это составляет 6 тысяч мегаватт на период до 2024 года. Учитывая, что наш общий баланс, установленная мощность на сегодняшний день где-то 250 тысяч мегаватт. Посчитать можно легко, что это примерно 2-3% от общей установленной мощности. И мы сегодня уже обеспечили стимулирование производства такого оборудования по механизму возврата инвестиций, по аналогии, как со строительством новых электростанций, так называемые договора предоставления мощности, которые позволяют инвесторам вкладывать с гарантированным доходом от строительства соответствующих электростанций на солнце или на ветре. И уже эта программа работает. Она была принята в 2014 году. На сегодня мы ввели в эксплуатацию — уже по состоянию на 1 января 2017 года — 130 мегаватт солнечных электростанций. В этом году еще 120 мегаватт будет введено. Всего где-то 1 600 мегаватт общей мощности на период до 2024 года. По ветру несколько у нас медленнее идет процесс, но, тем не менее, мы вышли уже тоже на показатели. В этом году будут первые ветровые станции введены. Мы разыграли в 2017-м большой конкурс, в котором участвовала и компания «Ростатом», и Русгидро. И они готовы на сегодняшний день заниматься производством оборудования для ветрогенерации, поэтому рассчитываем, что эта программа тоже будет выполнена в сроки и позволит нам быть в технологической цепочке наряду с ведущими мировыми державами, кто занимается этими вопросами.

Министерство энергетики США буквально неделю назад — я видел доклад, — несмотря на развитие вот всех этих прекрасных вещей, сформулировало, что все равно Европейский союз до, по-моему, 2035 года будет находиться в газовой зависимости от России. Я совсем коротко сформулирую вопрос. Понятно, что у нас определенная сейчас развилка есть, определенные сложности с нашими потоками: северным и турецким. Не решенный вопрос с транспортировкой газа через территорию Украины, но, тем не менее, вопрос конкретный. Вот, например, Порошенко некоторое время назад заявил, что было бы хорошо, если бы европейские компании покупали газ на границе России и Украины. Насколько я помню, Россия давно этого хотела, чтобы это было сферой ответственности уже европейских газовых компаний. Но как он через Украину пройдет? Мы бы к этой идее как отнеслись и реалистична ли она?

Александр Новак: Ну, во-первых, что касается европейского рынка, я бы не сказал, что мы занимаем какое-то сегодня доминирующее положение. Мы одни из тех, кто поставляет.

35% или даже 37%.

Александр Новак: Колеблется наша доля от общего потребления газа...

Это почти монополия по понятиям антимонопольной политики.

Александр Новак: 25-30% в зависимости от температурного режима, холодная зима или теплая. Сейчас мы больше поставляем, чем в прошлом году. Значительно «Газпром» больше поставляет, потому что из-за холодной зимы были выработаны запасы из подземных газовых хранилищ в Европе, и поэтому сейчас идет заполнение ПГХ. В будущем мы видим большую конкуренцию на этом рынке. Мы видим, что будет расти импорт газа в Европу, несмотря на то, что Европа активно занимается возобновляемыми источниками энергии, тем не менее, газ является низкоуглеродным сырьем, достаточно дешевым, эффективным для выработки электроэнергии. И он позволяет обеспечивать покрытие пиковых потреблений, когда все включают свои устройства потребления — промышленные предприятия, население. Собственно, газ — это очень хороший такой источник для выработки электроэнергии. Мы видим, что в Европе, в любом случае, несмотря на то, что темпы роста экономики не такие, как в среднем по миру или как в Китае, или в Индии, тем не менее, потребление газа будет расти. В период до 2035 года оценки составляют от 70 до 100 млрд кубических метров газа. Кроме того, собственная добыча снижается, и мы уже видим, что в этом году снижается добыча в Европе, и в перспективе где-то на 50 млрд будет снижение. Поэтому дополнительный рынок в Европе — в перспективе до 2035 года — это примерно от 100 до 150 млрд кубических метров газа.

Примерно, кстати, в два раза рост по сравнению с тем, что мы сейчас туда поставляем.

Александр Новак: Сегодня Европа потребляет порядка 450 млрд.

А наших 170 млрд, по-моему, да?

Александр Новак: Здесь нужно разделять европейский рынок на страны, входящие, например, в СНГ, и страны, не входящие в СНГ, чисто европейский рынок. Но суммарно мы поставляем порядка 200 млрд кубических метров газа на экспорт.

В перспективе до 2035 года мы практически вдвое можем увеличить поставки газа в Европу? Вопрос все-таки, как будет решена проблема транспортировки этого газа.

Александр Новак: Я не думаю, что мы полностью займем эту нишу дополнительную, потому что рынок, еще раз повторяю, конкурентоспособный. И есть возможности поставки сжиженного природного газа. Вопрос будет в конкуренции — кто сможет предложить наиболее надежный и дешевый продукт для потребителя. Ну, конечно, на сегодняшний день мы достаточно конкурентоспособны и видим, что дополнительные объемы газа в Европу, в основном, идут за счет увеличения поставок из России. И в перспективе, конечно, мы будем стараться эту нишу держать и быть конкурентными.

Украинский маршрут и конкурентное заявление Порошенко, хорошо бы, чтобы европейские энергетические компании покупали на границе России и Украины — это реалистично?

Александр Новак: Знаете, мне кажется, что здесь, в первую очередь, должны договариваться между собой непосредственно поставщики газа и потребители газа. И как будет наиболее выгодно обеим сторонам. Точка сдачи — это вопрос коммерческий. Она может быть в любом месте.

Он политизированный. Без участия государства мы знаем, что практически каждый год на уровне российского правительства с вашим участием, в том числе и Еврокомиссии, решаются эти вопросы.

Александр Новак: Мне кажется, его во многом политизируют те, кто хочет этого. Я, например, считаю, что на политические заявления относительно того, что нельзя строить «Северный поток-2» или «Турецкий поток», или до этого «Южный поток». Те политические заявления, которые звучат со стороны отдельных представителей Еврокомиссии, они совершенно идут не на пользу тем же европейским странам, потому что новые маршруты, которые планируется реализовать, позволяют снизить себестоимость транспортировки в два раза, сократить плечо доставки тоже почти на две тысячи километров и обеспечить через современную транспортную трубопроводную систему надежно потребителей европейским газом. Это чисто коммерческий вопрос между компаниями, которые готовы поставить газ. Есть компании, которые готовы купить и обеспечить распределение этого ресурса между потребителями. Поэтому это абсолютно коммерческие вопросы, которые должны решаться именно таким путем.

Как вы думаете, если бы, например, мы все-таки, хотя я знаю, что этот вопрос сегодня не актуальный, но, если бы трубой у нас владела одна компания, а газ в трубу из России поставляли разные компании, мы бы ослабили противодействие со стороны Европейского союза строительство вот этих потоков?

Александр Новак: Еще раз.

Ну, вот, если бы мы, грубо говоря, отвечали требованиям Третьего энергопакета, чтобы потоком владела одна компания, трубой, а поставщиками газа были разные компании.

Александр Новак: Сегодня мы полностью соответствуем требованиям европейского законодательства. И реализация проекта «Северный поток-2» и «Северный поток-1» полностью соответствует европейскому законодательству.

Я знаю, но противодействие там оказывается, они экстраполируют свои нормы с суши Европейского союза уже на морской участок. Это все равно политический аргумент.

Александр Новак: Политический аргумент, но при этом есть юридическое заключение тех же юристов Еврокомиссии о том, что требования Третьего энергопакета не могут распространяться на морскую часть, потому что это не территория Евросоюза. Придумываются просто различные варианты, которые не позволили бы реализовать этот проект. Мы считаем, что существующее законодательство, которое уже есть в Евросоюзе, полностью позволяет реализовать этот проект на коммерческой основе.

Я подытожу. С «потоками» пока сложно разобраться, потому что ситуация находится в динамике, в том числе политической, не вполне все зависит от экономических ведомств. К 2019 году, когда закончится наш контракт с Украиной, мы исключаем, что мы будем продолжать по этому маршруту транспортировать газ, или это тоже опция, которая будет наряду с «Северным потоком», вторым «Северным потоком» и «Турецким потоком» находиться на столе в наших коммерческих контрактах с европейскими компаниями?

Александр Новак: Я не исключаю, что какой-то объем останется. У нас позиция в этом смысле уже была публично озвучена, она не скрывается. Если будут предложены условия конкурентные и по цене, и по надежности поставок газа по маршрутам, которые сегодня используются, то наша компания «Газпром» готова вести переговоры с владельцами газотранспортной инфраструктуры Украины. Вопрос в том, что в любом случае независимо ни от чего, на наш взгляд, должны быть альтернативные возможности поставки в Европу. Это создает конкуренцию, которая позволяет повышать эффективность, снижать издержки, в том числе и для европейских потребителей, и не должно быть монопольного положения по поставкам газа через одну газотранспортную инфраструктуру. Пожалуйста, есть конкуренция, предлагайте хорошие условия, модернизируйте свою газотранспортную систему, чтобы она была действительно надежной, эффективной, и я не думаю, что могут быть какие-то проблемы в этом смысле.

На «Российской энергетической неделе» обсуждались перспективы освоения арктического шельфа, развития альтернативной энергетики, экономии энергии и повышения эффективности добычи нефти и газа. Форум посетил президент России Владимир Путин.

Илья Копелевич

США. Евросоюз. Саудовская Аравия. ОПЕК. РФ > Нефть, газ, уголь > bfm.ru, 9 октября 2017 > № 2471803 Александр Новак


США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак

Александр Новак: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение».

Министр энергетики Российской Федерации в интервью телеканалу CNN рассказал о сотрудничестве с АТР и добыче сланцевой нефти в США.

По словам Александра Новака, Европа по-прежнему остается ключевым партнером для России, однако темпы роста европейской экономики не такие высокие, как в странах АТР, которые представляют собой очень привлекательный рынок. «Мы имеем возможность взаимодействовать со странами и компаниями азиатско-тихоокеанского региона и будем развивать наше сотрудничество в сфере энергетики», - сообщил глава Минэнерго России.

Министр особо подчеркнул заинтересованность России в расширении взаимодействия с Индией в сфере поставок энергоресурсов: «Индия для нас является стратегическим партнером. Мы уже начали поставлять туда нефть, ведем переговоры по прокладке газопровода».

Комментируя рост добычи сланцевой нефти в США, глава российского энергетического ведомства отметил, что он не был сюрпризом для стран, участвующих в соглашении по сокращению нефтедобычи: «Мы с самого начала понимали, что при любой цене выше 27 долл./барр., которая установилась в январе 2016 года, инвестиции в сланцевую нефть будут возвращаться. Мы знали, что эффективность сделки не будет стопроцентной с учетом возрождения сланца».

При этом Министр заметил, что сланцевую добычу нельзя рассматривать отдельно, необходим комплексный подход к ситуации: «Есть целый ряд стран, в которых уровень добычи снижается, и это компенсирует рост добычи сланцевой нефти».

Александр Новак подчеркнул, что целью стран, участвующих в сделке, не является борьба со сланцевыми производителями: «Если бы мы хотели побороть сланцевую нефть, нам бы не понадобилось соглашение, достаточно было бы продолжать наращивать объемы добычи, сохраняя цены на низком уровне».

США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 6 июня 2017 > № 2205446 Александр Новак


Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак

Новак: соглашение с ОПЕК стабилизировало рынок.

О работе российской делегации на нефтегазовой конференции CERAWeek, проведенных деловых встречах, перспективах развития отрасли и энергетических рынков рассказал в интервью Александр Новак, глава Минэнерго России.

- Александр Валентинович, каковы ваши ощущения от конференции CERAWeek и в целом от того, как вас принимает Америка. Вы чувствуете желание Запада как-то налаживать отношения с Россией в энергетической сфере?

- Конференция CERAWeek , которая проходит ежегодно в марте в Хьюстоне, является одной из крупнейших в мире нефтегазовых конференций, куда слетаются со всего мира представители бизнеса, представители министерств, властей различных стран, для того чтобы обсудить текущую ситуацию в нефтегазовом секторе и в электроэнергетике, а также в целом в энергетике. В конференции принимают участие около 3,5 тысяч человек.

Работает российская делегация, которая в этом году достаточно представительная, прилетело много руководителей компаний. Представители наших компаний встречаются со своими коллегами, с бизнесменами, осуждают текущую ситуацию на рынках.

Основная задача - это возможность представить инвестиционный потенциал России, налаживание сотрудничества с партнерами.

- Есть ли интерес к России, к нашим компаниям. Вы встречались с представителями крупнейших американских инвест-фондов и рассказывали им про инвест-климат в России. Проявили ли они заинтересованность?

- Одна из встреч была действительно с крупнейшими американскими инвесторами. Были представители руководства этих компаний. Это такие фонды как OPFIS, Fidelity , Сapital это крупнейшие фонды мира. Мы встречались для того, чтобы рассказать о нашем инвестиционном потенциале, бизнес-климате.

Со стороны инвест-фондов мы увидели большой интерес к России. Могу сказать, что и сегодня мы в России имеем иностранные инвестиции, иностранных инвесторов в нефтегазовом секторе, порядка 25% добычи нефти в стране относится именно к иностранному капиталу, который участвует как в акциях, так и в составе других возможностей инвестирования. Поэтому встреча с инвесторами носила позитивный характер. Надеемся, что это получит свое дальнейшее развитие, и дополнительные инвестиции придут в Россию.

- Вы еще перед поездкой в США говорили о том, что здесь не будет затрагиваться вопрос того, чтобы подключать Америку к соглашению о сокращении добычи нефти, для того чтобы поддерживать цены на хорошем уровне, ещё сейчас на рекордном уровне находятся запасы нефти в США. На неофициальной встрече с главой ОПЕК, который здесь тоже присутствует. В принципе, американские нефтяники дали понять, что такой тактики они будут придерживаться и дальше. В таком случае, какую тактику надо выбрать другим странам экспортерам, входящим в картель, не входящим в картель?

- Соглашение, которое действует в течение полугода, носит срочный характер, имеется, конечно, возможность продлить данное соглашение, тем не менее, мы считаем, что сегодня рано говорить об этом, такая возможность есть, но принимать решение можно будет и оценивать ситуацию, рассматривать этот вопрос примерно в апреле – мае месяце, когда мы проживем несколько месяцев.

- Как вы считаете, это было бы резонно продлить до конца 17-го года?

- В настоящее время точно сказать невозможно, и об этом можно будет судить только по истечении определённого времени действия соглашения. Когда мы будем понимать, как рынок сбалансировался, какие объемы добычи в мире, какой баланс спроса и предложения, что происходит не только в странах экспортёров, которые принимают участие в соглашении, но и странах крупных добывающих, таких как Соединенные Штаты Америки, Китай, Норвегия, тех, кто не вошел добровольно в соглашение, хотя такая возможность есть. Вот что касается участия американских добывающих компаний. Мы хотим сказать, соглашение носит добровольный характер.

- Вы встречались с министром энергетики Саудовской Аравии, наверняка вы затрагивали тоже этот вопрос. Вообще, в целом, о чем говорили, о чем договорились?

- Действительно, мы встретились отдельно с министром энергетики Саудовской Аравии Аль- Фалехом, это была традиционная встреча. Мы регулярно встречаемся для того, чтобы обсудить вопросы касающиеся текущей ситуации на рынках, исполнения соглашения, в первую очередь странами ОПЕК и странами не входящими в ОПЕК, в том числе, мы обсудили перспективы и возможности налаживания сотрудничества между нашими странами в энергетике, и реализацию совместных проектов в нефтегазовой отрасли как в офстриме так и в даунстриме и в переработке.

Поэтому будем и дальше продолжать взаимодействие, наша очередная встреча состоится в марте месяце в Кувейте, когда мы будем проводить министерскую встречу для анализа исполнения соглашения за февраль месяц.

- Накануне, на своей пресс-конференции вы говорили про то, как Россия исполняет свои обязательства по этому соглашению. Сказали, что сейчас сокращение добычи происходит на 150 тысяч баррелей, в марте будет сокращение на 200, и к апрелю уже выйдем на показатели 300 тысяч баррелей в сутки. Как вообще это отражается на наших компаниях, все ли выполняют свои обязательства, и как выполняют свои обязательства другие страны?

- Мы действительно планомерно двигаемся к цели по снижению добычи в 300 тысяч баррелей, и могу сказать, что в январе – феврале месяце шли даже несколько с опережением графика, который изначально планировали наши компании. И это позитивно, это, в целом воспринимается рынком хорошо, потому что общее снижение довольно высокое исполнение соглашения, еще предстоит оценить результаты исполнения соглашения за февраль месяц, тем не менее уже можно сказать, что мы видим позитивный эффект от реализации соглашения. Рынок сбалансировался, меньше волатильность, цены более-менее стабильные. И в общем-то мы видим, что инвестиции возвращаются в отрасль. Поэтому, на самом деле, наши компании исполняют свою часть в соответствии с взятыми на себя обязательствами.

- Минэнерго России следит как друге страны, которые заключают соглашения, выполняют взятые на себя обязательства?

- Безусловно, создан инструмент для того, чтобы поводить оценку исполнения соглашения другими странами. Сейчас четко есть понимание за январь месяц поскольку данные появляются к концу следующего месяца. Февраль повторяю, оценивать ситуацию, но в целом, есть страны, которые перевыполняют соглашение. Мы оцениваем в комплексе общий объем снижения добычи, который действительно сейчас позитивно влияет на балансировку рынка.

- В каких потенциальных проектах могут начать сотрудничать западные и российские компании в настоящее время?

- Поскольку и Россия, и Соединённые Штаты Америки это две крупные державы, которые являются в том числе, лидерами по добыче газа, США занимают первое место по добыче газа Россия второе, с точки добычи нефти, США сегодня находятся на третьем месте. Поэтому здесь огромный план совместных проектов, которые могут реализовываться как в добыче в разработке месторождений, так и в переработке. В том числе, проекты, касаются нефтегазовой переработки, а нефть и сервис, много совместных технологий, которые могут и дальше разрабатываться, что, в принципе, должно дать пользу для сектора, повышения производительности труда снижения себестоимости в этих производствах. Здесь, мне кажется, по всем направлениям есть перспектива сотрудничества.

- О чем шла речь, о чем договорились с еврокомиссаром по энергетике Марошем Шефчовичем?

- Действительно, мы провели переговоры, в том числе, и с заместителем еврокомиссара, еврокомиссии господином Марошем Шефчовичем.

Вопросы, которые мы обсуждали, касались в том числе, прохождения зимнего периода и надежного транзита газа через Украину для европейских потребителей, необходимости закачки газа в летний период, механизмы контроля этой ситуации, оказания поддержки со стороны еврокомиссии нашим украинским партнёрам.

Обсуждали, безусловно, развитие инфраструктурных проектов – «Северный поток», «Турецкий поток», обсуждали газопровод «ОПАЛ» и ту ситуацию, которая сегодня складывается с судом по данному проекту.

Потом мы обсудили вопросы синхронной работы нашей северо-западной части единой энергетической системы с Литвой, Латвией, Эстонией. Мы договорились продолжить работу, и подготовить соглашение, которое бы этот процесс отрегулировало с точки зрения сроков и механизма выхода этих стран из системы Интер РАО.

- А по поводу украинской ситуации, о чем договорились?

- Мы просто обменялись мнениями о текущей ситуации, и договорились, что и дальше будем вместе работать с тем, чтобы обеспечивать надежный транзит газа через Украину.

Австрия. США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > oilru.com, 9 марта 2017 > № 2120595 Александр Новак


США. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808744 Александр Новак

Александр Новак рассказал о будущем нефтяного рынка в интервью телеканалу Bloomberg.

Министр энергетики Российской Федерации Александр Новак в интервью телеканалу Bloomberg на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме высказал оценки относительно будущего нефтяного рынка.

По словам Министра энергетики, Россия не ожидает резкого повышения цен в ближайшее время.

"Я думаю - и это не только наша оценка - что цены на нефть скорее всего не будут высокими в ближайшие годы. Мы находимся в глобальном отраслевом цикле и сейчас момент низких цен, и это может быть длительный период", - отметил Александр Новак в ходе интервью.

Министр энергетики отметил, что важное значение для отрасли имели технологические решения, внедрение которых позволило изменить подходы к освоению нефтяных ресурсов.

"Мы видим, что себестоимость производства нефти снижается, ее эффективность увеличивается", - заявил Александр Новак.

Позитивным сигналом для отрасли является повышение спроса на нефть.

"В этом году глобальный спрос вырастет на 1,3-1,5 млн баррелей в сутки. Эксперты пересматривают свою оценки в сторону увеличения на фоне роста спроса в Индии, на других рынках. Перепроизводство на рынке по-прежнему присутствует, но оно сокращается", - отметил Александр Новак.

США. Весь мир. СЗФО > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 16 июня 2016 > № 1808744 Александр Новак


США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 февраля 2013 > № 805613 Александр Новак

Доклад Министра энергетики России Александра Новака на 49-й Мюнхенской конференции по безопасности

Министр энергетики России Александр Новак выступил с докладом на 49-й Мюнхенской конференции по безопасности «Геополитические изменения в контексте американской нефтегазовой революции». Ниже представлен текст выступления.

Уважаемые дамы и господа!

Тема, которую нам сегодня предстоит обсудить, весьма актуальна – практически по всех странах мира, как производителях, так и потребителях энергоресурсов, активно обсуждается влияние сланцевой революции на различные аспекты нашей жизни – это и энергобезопасность, и экономика и политика.

Еще раз убедился в этом по пути в Мюнхен из Москвы, познакомившись с полемикой на эту тему на страницах ведущей немецкой деловой газеты «Хандельсблатт».

Остановлюсь на нескольких ключевых тезисах, раскрывающих влияние сланцевой революции на геополитику.

Первое. Феномен «сланцевой революции» существенно меняет баланс на мировых энергетических рынках.

Успехи в добыче сланцевого газа и нефти снизили опасения международной общественности перед скорым истощением запасов углеводородного сырья, выраженной в известной теории пиковой нефти - «peak oil».

Новые технологии позволяют нам сегодня получать доступ к огромным запасам углеводородов, которые ранее считались неизвлекаемыми. В этой связи мы ожидаем сохранения роли традиционных углеводородов в глобальном энергобалансе на обозримую перспективу. В своих долгосрочных прогнозах мы исходим из того, что общемировая потребность в энергоресурсах, причем экологически чистых и эффективных, будет возрастать.

Технологический прорыв в добыче природного газа повысил доступность этого энергоресурса в ключевых регионах – потребителях.

Крупнейший производитель сланцевого газа – США, еще недавно являвшиеся нетто-импортером голубого топлива, в ближайшие годы могут стать нетто-экспортером этого сырья.

Одновременно США существенно снижают свою зависимость от импорта нефти - в 2012 г. чистый импорт нефти составил всего 7,5 миллионов баррелей в день. По оценкам экспертов, возможно снижение объемов импорта до незначительных или даже нулевых показателей через 12-15 лет.

Наконец, возрастает конкуренция между видами топлива – как мы видим, подешевевший американский уголь активно замещает газ в европейской генерации, несмотря на опасения экологов за состояние окружающей среды. Другой пример – растущий интерес к газомоторному топливу как альтернативе бензина.

Второй важный момент. Добыча «Сланцевого газа» влияет на международные торговые потоки.

Уход с рынка крупнейшего импортера углеводородного сырья – Соединенных Штатов – существенно меняет карту традиционных маршрутов экспортных поставок и всей структуры мировой торговли углеводородами.

В балансе мирового спроса на энергоресурсы большую роль станут играть страны АТР, и прежде всего, Китай и Индия. Именно на них будут переориентироваться производители углеводородного сырья из Ближнего Востока, а также Россия, Канада, Австралия и Восточная Африка.

Новые технологии добычи сланцевого газа и нефти могут получить широкое распространение в мире, хотя это процесс не быстрый – всем известны сложности технологического, юридического, инфраструктурного, экологического и даже политического свойства.

Тем не менее, в перспективе это также повлияет на международные энергетические потоки, поскольку процесс добычи может максимально приблизиться к местам потребления.

По мере расширения танкерного флота и мощностей по регазификации СПГ газовый рынок будет постепенно трансформироваться в единый глобальный рынок. Соответственно, как на рынке нефти, так и на рынке природного газа, мы ожидаем существенного увеличения конкуренции, появления новых поставщиков и более широкой диверсификации поставок.

В конечном итоге, все это будет способствовать укреплению глобальной энергобезопасности, в чем заинтересованы и производители, и потребители.

Третий тезис, на котором я хотел бы акцентировать внимание - влияние сланцевой революции на мировую экономику в целом.

Очевидно, что американская промышленность за счет использования дешевого газа и снижения тарифов на электроэнергию увеличивает свою конкурентоспособность. Это касается энергоемких производств, например, нефтехимии.

В свою очередь, снижение импортозависимости приводит к сокращению дефицита платежного баланса. Как вы хорошо помните, все последнее десятилетие именно дефицит бюджета и счета текущих операций США считался одной из главных причин дисбалансов в мировой экономике.

В этой связи многие аналитики предсказывают ренессанс американской экономики и ее реиндустриализацию.

Оценивая эти последствия, правительства разных стран стараются стимулировать инвестиции в развитие технологий нетрадиционной добычи и транспортировки газа, создают условия для перехода на этот вид топлива автотранспорта, объектов энергетики и коммунального хозяйства. Однако процесс расширения сферы применения газа связан с проблемой перенастройки инфраструктуры и конкуренцией других видов сырья.

Мне часто задают вопросы относительно стратегии адаптации России к последствиям сланцевой революции.

Прежде всего, хочу напомнить, что Россия является крупнейшей энергодержавой и занимает, соответственно, первое и второе место в мире по объемам добычи нефти и газа.

По итогам 2012 г. объем национальной добычи нефтяного сырья увеличился по сравнению с 2011 г. на 1,3% и составил в абсолютном выражении 518 млн. т, установив новый максимальный уровень в истории России.

Добыча природного газа в 2012 г. составила 654,4 млрд. куб. м.

Во-первых, в своей политике мы исходим из принципа реалистичности. Мы внимательно отслеживаем изменения, происходящие на мировом энергетическом рынке, включая изменения в энергобалансе, инфраструктуре, маршрутах поставок и технологическом развитии отрасли.

Поэтому решения о векторе развития нефтегазовой отрасли принимаются с учетом ключевых перспективных рынков и технологических рубежей.

Основным приоритетом роста экспорта на перспективу мы видим рост потребления энергоресурсов в странах Азиатско-Тихоокеанского региона, и прежде всего в Китае.

Мы будем ускоренно инвестировать в развитие ресурсной базы и реализацию инфраструктурных проектов, которые позволят нам удовлетворять потребности этих рынков в углеводородном сырье. Создание стимулов для работы в восточном направлении является нашим стратегическим приоритетом на десятилетия вперед.

Например, мы стимулируем добычу нефти и газа в восточных регионах страны, активно строим нефтегазотранспортную инфраструктуру в восточном направлении, развиваем СПГ-проекты.

В то же время Европейский союз остается для нас также стратегическим партнером.

Россия обеспечивает около 34% импорта природного газа странами ЕС, 33% – импорта сырой нефти, 27% - импорта каменного угля. Хотел бы акцентировать, что в случае резких и непредвиденных скачков спроса на природный газ в Европе – будь то из-за экстремальных погодных условий, техногенных аварий или террористической активности, как в недавнем случае с Алжиром, только Россия способна и готова выступать в качестве поставщика «последней инстанции», в полной мере удовлетворяя спрос наших потребителей. Тем более, в контексте увеличения импортозависимости Европы в долгосрочной перспективе.

Считаем, что реализация масштабных инфраструктурных проектов – таких, как газопроводы Северный и Южный поток - отвечает интересам европейских потребителей и улучшает безопасность энергоснабжения ЕС. Надеемся, что Евросоюз положительно отреагирует на сделанное нами предложение о заключении специального соглашения о трансграничной энергетической инфраструктуре. Тем более, что многие эксперты обращают внимание на необходимость совершенствования законодательной базы Евросоюза в сфере энергетики, поскольку Третий энергопакет ЕС содержит ряд экономически необоснованных и нерыночных требований, которые ухудшают условия для инвестиций в столь необходимую Европе инфраструктуру.

Европейскому союзу предстоит еще многое сделать для создания единого интегрированного рынка природного газа. Рынка с достаточным уровнем ликвидности, разветвленной инфраструктурой и равными возможностями для поставщиков и потребителей. Считаю, что в этот переходный период участники рынка должны иметь возможность самостоятельно выбирать приемлемый для них вариант сотрудничества – будь то спотовые цены или долгосрочные контракты с привязкой к нефтепродуктовой корзине.

Во-вторых, в своей деятельности мы исходим из принципа открытости и необходимости интеграции в мировую энергетику.

Мы открыты для совместной работы и будем продвигать кадровую и научную интеграцию российского нефтегазового сектора в мировую отрасль. Для нас это действительно приоритетная задача.

И последнее, чему мы намерены придерживаться сами и ожидаем со стороны наших партнеров – это соблюдение принципов рыночности, взаимности и равноправия отношений.

Стратегическое сотрудничество в области энергетики будет в значительной мере способствовать не только экономическому благополучию на международном уровне, но и глобальной безопасности. Такое сотрудничество предполагает устранение проблем, связанных с несовершенством регулирования энергорынков и недостаточной проработанностью международной правовой базы.

Россия будет активно способствовать дискуссии на эту тему в рамках своего начавшегося председательства в«Группе двадцати».

США. Россия. Весь мир > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 3 февраля 2013 > № 805613 Александр Новак


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter