Всего новостей: 2500161, выбрано 5 за 0.007 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Ван И в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Ван И в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581851 Ван Вэнь

«Что мешает России подняться с колен?» Россия извлекает уроки из опыта Китая

«Блистательные достижения Китая должны заставить русских задуматься над простым вопросом: «Что мешает нам подняться с колен?» Подобные высказывания в последнее время часто встречаются в российских СМИ.

Ван Вэн, Хуаньцю шибао, Китай

Очевидно, Китай — лучший стратегический партнер для России в рамках «Поворота на Восток». За прошедший год исполнительный директор Института финансовых исследований Чунъян Китайского народного университета Ван Вэнь (автор статьи) четыре раза принимал приглашение нанести визит в Россию для проведения исследований. Во время общения с учеными, предпринимателями и чиновниками он отчётливо почувствовал, что знания русских о Китае становятся глубже. За последние 40 лет политики реформ и открытости прежний «старший брат» уже стал перенимающим опыт «учеником». Следовать опыту экономического развития Китая больше не считается постыдным, и поэтому такой подход уже получил широкое применение во многих сферах.

Советник президента Путина — сторонник изучения опыта китайской экономики

После распада Советского Союза Россия сильно пострадала из-за неудачной попытки следовать западной модели развития и проведения ряда радикальных реформ. В 21 веке Россия все еще использует унаследованную от СССР экспортно-сырьевую модель экономического развития. Страна начала восстанавливать свои силы, но она все ещё уязвима и зависима от внешних факторов.

Под влиянием падения цен на нефть, западных санкций и корректировок в мировой экономике российская экономика «забуксовала», объём экспортных поступлений в области энергоресурсов и оружия явно недостаточен, инвестиционная и торговая активность снизилась, доходы жителей уменьшились. В такой обстановке России становится все труднее игнорировать сильный дух коллективизма, присущий китайской экономике. «Сотрудничать с китайцами очень прибыльно» — исходя из подобного рода прагматических соображений, касающихся экономических выгод и интересов в области безопасности, российские элиты стали «учиться у Китая», перенимать его опыт, надеясь, что Китай может поспособствовать развитию экономики России.

За изучение опыта китайской экономики выступает советник президента Путина Сергей Глазьев, академик РАН. В 31 год он уже занимал пост министра внешнеэкономических связей РФ, после этого стал председателем Комитета по экономической политике Государственной думы, а также занимал и другие значимые должности в области экономики. В настоящее время он является одним из высоких должностных лиц, кто активно выступает за изучение и заимствование китайского опыта развития. За последние годы Глазьев почти каждый месяц приезжал в Китай?а также содействовал проведению трех диалогов аналитических центров (Think Tank dialogue) по экономическим вопросам. На каждом диалоговом совещании присутствовала группа российских экспертов в области экономики, финансов, стратегического планирования, технологий, которые прибыли в Китай вместе с Глазьевым.

Каждый раз, когда Глазьев участвовал в диалоге аналитических центров, он целый день не покидал место проведения мероприятия, внимательно слушал и записывал то, что рассказывали китайские ученые об опыте развития Китая. Однажды он сказал мне: «Модель экономического развития Китая включает в себя три аспекта, которые России стоит изучить: первый — Китай отказался от демократии западного образца и сделал акцент на модернизацию и развитие возможностей государственного управления, повышение эффективности управления; второй — Китай использует пятилетние планы, а также модель, в которой гармонично сочетаются государственное и рыночное регулирование, что позволило максимально эффективно распределять ресурсы, которые обеспечили макроэкономическую стабильность и социальную справедливость, а также создали самую полную систему производственных цепочек в мире; третьим аспектом можно выделить то, что Китай создал финансовую систему, в которой сосуществуют разнообразные финансовые институты, макрорегулирование осуществляется Центробанком, финансы коммерческих и некоммерческих организаций разделены, а государственные коммерческие банки — главное звено. Эта система независима от западной финансовой системы и существует параллельно с ней, но при этом она очень эффективна. Такой опыт очень ценен для России».

По приглашению Сергея Глазьева я (Ван Вэнь) выступал с докладом на двух Московских Экономических Форумах и честно сказал: «Россия недооценивает успехи экономического развития Китая»; «России следует обращать больше внимания на опыт Китая»; «Китай и Россия вступили в эпоху, когда они учатся друг у друга». На Московском Экономическом Форуме было больше 1000 представителей российской элиты, и большинство положительно отреагировало на доклад автора статьи.

Международный дискуссионный клуб «Валдай», в работе которого несколько лет подряд принимал участие президент Путин, считается «самой загадочной политической конференцией». В прошлом году я стал участником этого события и рассказал об опыте Китая в снижении уровня бедности. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров выступал на одной сцене с автором статьи и упомянул, что проект «Один пояс, один путь» предоставляет России хорошую возможность для развития и поможет лучше изучить опыт развития Китая. В последний день конференции Путин пригласил основателя Alibaba Group Ма Юня и в ходе личной встречи побеседовал с ним о развитии интернет-бизнеса и экономики в Китае.

В рамках Московского Экономического Форума, который прошёл в начале апреля, было также организовано 20 параллельных подфорумов. Темой первого из них — «Сопряжение китайской инициативы „Один пояс, один путь“ и Евразийского экономического союза»; по моим наблюдениям, этой теме уделялось наиболее пристальное внимание, собралось по меньшей мере 400 человек, свободных мест в зале не было, поэтому многим пришлось слушать стоя. Во время выступления почетных гостей, когда экономист Джон Росс, некогда занимавший высокую должность советника по экономике в Англии, сказал: «В 1992 году у Китая и России общий экономический объём был примерно одинаковым, а сейчас китайский превосходит российский в семь раз, неужели думает Россия не думает, что следует учиться у Китая?». В зале многие люди закивали.

От игнорирования к пристальному вниманию

На самом деле, российская общественность ранее уже обсуждала вопрос, который поднял Джон Росс. 7 февраля на российском сайте «Банки. ру» была опубликована статья «Почему Россия не Китай», где автор задаёт вопрос: «Почему Китай стартовал с гораздо более низкого уровня, чем Россия, но уже превратился во вторую экономику мира после США, а Россия, в начале рыночных реформ существенно опережавшая Китай, оказалась на двенадцатом месте?» Российская «Независимая газета» в конце прошлого года процитировала эксперта института Дальнего Востока РАН Александра Ларина: «Пора нам учиться у Китая… В любое случае пример Китая должен дать нам заряд исторического оптимизма, если Китай поднялся из глубин отсталости и нищеты и сумел добиться „возрождения нации“, то почему бы российской нации не начать возрождение?» Что касается повышения пошлин на импорт стали в США, эксперт Российского института стратегических исследований Вячеслав Холодков считает, что ответные меры России должны быть многосторонними и учитывать китайский опыт.

«В период окончания холодной войны русские считали китайских коммерсантов спекулянтами, а тех, кто ещё раньше приехал в Россию связывали даже с азартными играми, торговлей наркотиками и порнографией. Некоторые россияне даже жаловались, что все лучшие китайцы уехали в США, те, кто похуже, отправились в Европу, а уж самые плохие приехали в Россию» — рассказывал один китайский предприниматель, приехавший в Москву в 80-е на заработки. Однако сейчас уже все изменилось. Он продолжил: «По мере того, как уровень квалификации китайцев, приезжающих в Россию, и качество продукции, экспортируемой из Китая в Россию, стремительно растут, Россия идёт на сближение с Китаем и более объективно относится к его достижениям». 3 апреля после окончания церемонии открытия «Московского Экономического Форума» ко мне подошёл один российский предприниматель и на не слишком беглом английском представил своего сына-подростка, который, как надеется отец, поедет в Китай набираться опыта, получать новые знания.

Джон Росс, который прожил в Москве восемь лет и уже пять лет проработал в китайском аналитическом центре, считает, что после распада Советского Союза отношение России к Китаю в своём развитии прошло три этапа: с 1992 года Россия начала осознавать значимость реформ в Китае; после 1999 года цены на нефть поднялись и российская экономика стала стремительно расти, что заставило Россию игнорировать опыт Китая; с 2014 года Россия, испытывая давление со стороны западных санкций, снова изменила своё отношение к Китаю. Джон Росс сказал: «Этот процесс довольно медленный, он может занять от 10 до 15 лет. Тогда Россия, вероятно, более тщательно изучит китайский опыт развития».

Лучший партнёр на Востоке

На мой взгляд, реакция Китая на финансовый кризис впечатлила Россию ещё по крайней мере десять лет назад. Ещё в 2009 году на сайтах «The Moscow Times», «Ведомости» опубликовали статьи, главным сюжетом которых стало «изучение китайского опыта». В статьях говорилось, что России все труднее противостоять огромной привлекательности экономики Китая и его политическому влиянию. Политика реформ и открытости способствовала успеху модернизации, России стоит поучиться у Китая. Даже во внутренней экономической политике нужно больше учитывать китайский опыт.

За эти годы было немало споров и дискуссий в российских СМИ, считалось, что китайская модель не подходит России. В любом случае за последние десять лет «взгляд на Восток» приобрёл важное стратегическое значение, о чем свидетельствуют активное развитие Дальневосточного региона, открытие зон свободной торговли. Согласно опросу, проведённому в 2015 году, 59% россиян поддерживают продолжение «поворота на Восток», а 70% считают, что активное сотрудничество с азиатскими странами имеет ряд серьезных преимуществ.

Под давлением общественности в российской политике появились китайские черты. Россия, следуя примеру Китая, создаёт особые экономические зоны. По состоянию на 2017 год в России действовали 24 особые экономические зоны, которые подразделяются на промышленные, инновационные, туристические, а также портовые.

Российские индустриальные парки также создаются по китайской модели. Прошлым летом директор российской Ассоциации кластеров и технопарков Андрей Шпиленко сказал, что на Дальнем Востоке будет создано ещё 15 промышленных парков, в том числе авиационный, лесопромышленный, рыбоперерабатывающий и другие.

Согласно статистике, опубликованной Министерством промышленности и торговли РФ, в центральной России насчитывается 80 промышленных парков, а в восточной части всего лишь 11, поэтому поддержка в создании индустриальных парков в этой зоне является приоритетным направлением работы.

Российское правительство также опирается на практику Китая, чтобы выработать план развития малого и среднего бизнеса. Китайские предприятия напрямую инвестируют в московский бизнес-парк «GREENWOOD», который занимает территорию в 27 гектаров и считается крупнейшим инвестиционным проектом китайского бизнеса за границей. В настоящее время в бизнес-парке расположены офисы примерно 300 компаний из 14 стран. В этом парке я увидел рекламные вывески многих известных компаний, и у меня возникло ощущение, что я нахожусь в центральном деловом районе.

Вслед за ростом китайских предприятий и увеличением туристического потока из Китая все больше россиян изучают китайский язык. В 2020 году китайский язык войдёт в список предметов ЕГЭ. В российском Государственном историческом музее меня сопровождал китайский бизнесмен Се Хуа. Указывая на надписи на китайском языке, он рассказал, что в последние годы у каждой достопримечательности в Москве, а также в аэропортах увеличилось количество надписей на китайском.

Китай сможет руководить сотрудничеством в области финансов, производственных мощностей и интернет-бизнеса

«Русские действительно изучают Китай?», — спросил я у опытных людей, когда был в России, и получил разные ответы. Синолог Юрий Тавровский, профессор РУДН, сказал мне, что в последнее время многие российские эксперты и ученые стали уделять более пристальное внимание исследованию китайской модели, в России в аналитических центрах были созданы специальные группы, которые рассказывают массам, СМИ, правительству о преимуществах китайской модели, в надежде «возродить» Россию, используя китайский опыт и воплотив в жизнь идеальное сочетание «китайской мечты» и «русской мечты». Также говорят, что Россия лишь ориентируется на путь развития Китая, но не собирается копировать его, а стремится определить собственный путь. Другие говорят, что россияне очень горды; россияне заинтересованы в изучении китайского опыта, но это не значит, что Россия готова стать «учеником» Китая.

Я думаю, Китай и Россия вступили в новую эпоху «взаимного обучения», Китай должен воспользоваться положительными переменами в позиции России относительно Китая, но при этом не стоит поступать опрометчиво.

Китайцам нужно тщательно изучить, как и по каким правилам россияне ведут дела. Правильным вариантом будет «тщательно подготовить почву» в России и не ждать сиюминутных результатов. По моему мнению, в России и Китае изменилась социальная психология в отношении друг друга, тенденция к уравниванию проявляется все отчетливее. «Суть в том, что Китай должен хорошо делать свою работу, тогда мир увидит Китай с самой лучшей стороны», — сказал мне китайский бизнесмен, который уже более чем 30-летний опыт общения с Россией. Он полагает: «Русско-китайские отношения сейчас вступают в новую эпоху. Россия и Китай не должны зазнаваться, им нужно хорошо изучить сильные стороны друг друга. Китаю не стоит руководить Россией, да и не получится, поскольку Россия —могущественная держава. Во многих областях России ещё стоит поучиться у Китая, а также быть более открытой по отношению к нему.

Сейчас российско-китайские отношения можно охарактеризовать фразой «сверху горячо, снизу холодно» (в политике горячо, в экономике холодно), но товарооборот между двумя странами все ещё не превысил отметку в 100 миллиардов долларов и составляет лишь 1/3 товарооборота между Китаем и Южной Кореей. Во время общения с российскими учеными, я поднял вопрос о том, как выйти за рамки торговых отношений, вращающихся вокруг энергоресурсов. Учитывая готовность России углублять дальнейшее сотрудничество и учитывать китайский опыт, доминирующий в области экономики Китай все более вероятно будет выполнять направляющую роль в процессе русско-китайского сотрудничество, особенно в области финансов, производственных мощностей и интернет-бизнеса. Под влиянием западных санкций в реальном секторе российской экономики проявился недостаток финансирования, и если Китай будет активно инвестировать в российскую экономику и предоставит долгосрочные кредиты, то он окажет неоценимую услугу России.

Автор — Ван Вэнь, директор Института финансовых исследований Чунъян Китайского народного университета

Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 25 апреля 2018 > № 2581851 Ван Вэнь


Нидерланды. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 21 июня 2017 > № 2216494 Владимир Путин, Бен ван Берден

Встреча с главой Royal Dutch Shell Беном ван Берденом.

Владимир Путин встретился с главным исполнительным директором концерна Royal Dutch Shell Беном ван Берденом. Обсуждались, в частности, перспективы реализации проекта «Северный поток-2».

Концерн Royal Dutch Shell – один из мировых лидеров в энергетической и нефтехимической области, работает более чем в 70 странах мира, поддерживает тесные партнёрские отношения с Россией.

* * *

Начало встречи с главным исполнительным директором концерна Royal Dutch Shell Беном ван Берденом

В.Путин: Уважаемый господин ван Берден! Уважаемые коллеги!

Позвольте мне вас поприветствовать сердечно в Москве, поздравить со 125–летием работы вашей компании в России.

Компания начала работать в своё время ещё с поставок керосина из Российской империи, из Баку, в третьи страны. Теперь компания представлена в России очень широко, и мы имеем очень хорошие, большие перспективы – хорошие перспективы и большие планы. С удовольствием обсудим с вами их сегодня.

Бен ван Берден (как переведено): Большое спасибо, господин Президент. Для меня всегда очень приятно с Вами встречаться, для меня большая честь опять приехать в Москву на встречу с Вами.

Вы абсолютно правы, этот год для нас очень знаменательный, 2017 год: 125 лет назад мы начали нашу работу в России и вместе с Россией. Вы очень хорошо информированы, господин Президент: совершенно верно, 125 лет назад первый в истории наливной танкер, который принадлежал «Шелл», под названием «Мюрекс», пересёк Чёрное море, вышел из порта Батуми и взял курс на Сингапур с партией российского керосина.

Это был очень значимый день для «Шелл», он ознаменовал начало успеха, который стал возможен благодаря нашему партнёрству с нашими российскими компаниями, и он положил начало успешной деятельности нашей компании в целом.

Но без надёжного партнёрства с нашими российскими коллегами-партнёрами, как Вы понимаете, наш успех в России был бы невозможен. И с тех пор это партнёрство только развивается и процветает.

Мы гордимся своей работой в России, мы гордимся тем вкладом, который мы внесли в развитие нефтегазовой отрасли России, например, развитие таких направлений, как производство сжиженного природного газа, внедрение передовых методов разработки и эксплуатации месторождений, и многих других.

В этот раз я специально приехал в Россию, чтобы поблагодарить лично Вас, господин Президент, и всех наших российских друзей и партнёров за доверие, которое нам было оказано в течение всех этих лет.

Кроме этого, хотел бы сказать, что мы с оптимизмом смотрим на развитие нашего будущего в России. Последнее время у нас в России был ряд достижений, в частности мы подписали соглашение о финансировании проекта «Северный поток–2».

С точки зрения «Шелл», проект «Северный поток–2» будет способствовать надёжным поставкам газа в Северную Европу, он повысит энергетическую безопасность Европы, и этот проект будет реализовываться на благо всех сторон – как европейских потребителей, так и на благо Российской Федерации.

И ещё я оптимистично настроен во время этого моего визита в Москву по другой причине: я с оптимизмом смотрю на предстоящий футбольный матч сегодня. Знаю важность этого футбольного матча для Российской Федерации и надеюсь, что, несмотря на Ваш плотный график, Вы сможете хотя бы застать часть футбола.

В.Путин: Что касается футбола – не знаю, но то, что касается наших планов, в том числе проекта «Северный поток–2», о котором Вы упомянули, конечно, он имеет все шансы на успех.

Я всегда подчёркиваю, что это чисто коммерческий проект, и он, конечно, связан с перспективами расширения потребления газа в Европе до 510 миллиардов кубических метров в год при сокращении собственной добычи в европейских странах, в том числе на севере Европы.

Думаю, что нам нужно просто спокойно всем нашим партнёрам, всем заинтересованным странам, юридическим лицам объяснить, что этот проект не направлен против кого бы то ни было, а, наоборот, призван способствовать развитию энергетических рынков.

Конечно, можно энергоресурсы получать и из других источников. Вопрос в конкурентоспособности, вопрос в логистике и стоимости всех этих компонентов. Нужно, мне кажется, просто терпеливо и в очень доброжелательном ключе вести диалог со всеми нашими партнёрами.

Нидерланды. Евросоюз. Россия > Нефть, газ, уголь > kremlin.ru, 21 июня 2017 > № 2216494 Владимир Путин, Бен ван Берден


Евросоюз. Россия. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 10 апреля 2017 > № 2134524 Тони ван дер Тогт

Попробуем совместить

Как преодолеть разделение Большой Евразии

Тони ван дер Тогт – ведущий научный сотрудник Института международных отношений Клингендаль, Нидерланды.

Резюме ЕС заинтересован в расширении взаимосвязей на евразийском континенте, и «пробная совместимость» с ЕАЭС пойдет на пользу. Евросоюз должен воспринимать евразийское объединение всерьез и стремиться к большему сближению норм и стандартов.

В последние годы заметно обострение конкуренции и подчеркивание различий между двумя формами региональной интеграции – Европейским союзом и Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС). Апогеем стал украинский кризис, самый опасный геополитический конфликт между Россией и Западом на постсоветском пространстве. Геополитика берет реванш с удвоенной силой, что влечет за собой серьезные геоэкономические последствия.

Попытки построить Общеевропейский дом или «Большую Европу от Лиссабона до Владивостока» в тупике. Движение к сближению двух частей евразийского континента зависит ныне от прогресса в урегулировании украинского кризиса. ЕАЭС по-прежнему рассматривается в основном как российский геополитический проект. Несмотря на внутренние различия и слабости, эта структура остается пока наиболее продвинутой формой (ре)интеграции на постсоветском пространстве. Поэтому служит важным фактором отношений не только Евросоюза и России, но и ЕС с другими странами Восточной Европы и Центральной Азии.

«Взаимосвязь как оружие» (термин Леонарда Коэна), применяемое конкурирующими союзами, также бросает серьезный вызов ЕС как глобальному актору в торговле и финансах. Два конкурирующих союза рискуют еще больше разойтись, и возникнут преграды, сложно преодолимые, особенно в условиях явно растущего протекционизма. Государства между двумя объединениями, включая участников «Восточного партнерства», тоже будут страдать, поскольку окажутся геополитическим и геоэкономическим полем битвы и превратятся в «стратегическое чистилище».

Пробная совместимость ЕС и ЕАЭС

Институт Клингендаль попытался определить способы, которые позволят ЕС справиться с новыми геополитическими и геоэкономическими реалиями как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе. В докладе «От конкуренции к совместимости. Достижение евразийского баланса в отношениях ЕС и России» (From Competition to Compatibility. Striking a Eurasian balance in EU-Russia relations) мы предложили стратегию «пробной совместимости» ЕС и ЕАЭС.

Мы понимаем геополитические аспекты стремления России углубить евразийскую интеграцию. Ряд постсоветских государств уговорили (или вынудили) передать ей свои полномочия в сфере развития торговых отношений с третьими странами, в том числе с ЕС. Кроме того, в рамках ЕАЭС ведется работа по унификации норм и стандартов. Как бы то ни было, развивается новая региональная организация. Поэтому Евросоюзу в любом случае придется принимать это во внимание. Важно отметить, что ЕАЭС фокусируется на внутренней консолидации, прежде чем двигаться к более широкой интеграции и заключать привилегированные торговые соглашения с основными внешнеэкономическими партнерами, в частности Евросоюзом и Китаем. На данный момент речь идет об укреплении позиции и доли российского бизнеса на внутренних рынках ЕАЭС благодаря его относительным преимуществам там. Это чревато негативным воздействием на конкурентоспособность компаний из других стран союза, поскольку исчезнет стимул к модернизации, требуемой для игры на глобальном уровне и более развитых рынках. Такие внутренние противоречия дают определенные возможности Евросоюзу как основному источнику модернизации и трансфера технологий. Это признается даже в (пока бездействующем) «Партнерстве для модернизации» ЕС и России.

Как глобальный торговый и финансовый игрок Евросоюз заинтересован в объединении «конкурирующих регионализмов» и преодолении новых разделительных линий посредством конвергенции торговли и финансовых систем. Поэтому прежде всего мы рекомендуем привлечь Евразийскую экономическую комиссию на формальной или неформальной основе к работе над унификацией норм и стандартов. Различия между ЕС и ЕАЭС часто кажутся преувеличенными, поскольку сближение норм и стандартов уже произошло на ранних стадиях. Разработана общая база, на которой можно строить отношения и предпринимать усилия, чтобы не допустить нормативного расхождения. Кроме того, при обсуждении торговых отношений все стороны понимают, что любые договоренности должны соответствовать правилам ВТО, которые касаются и ЕАЭС. Это еще один элемент общности.

Помимо последствий для текущих торговых и финансовых отношений, ситуация «конкурирующих союзов» – возможности, упущенные для более тесного сотрудничества, которое могло бы стать дополнительным стимулом процветания государств по обе стороны от разделительной линии.

В нынешних политических условиях соглашение о свободной торговле между Евросоюзом и ЕАЭС остается отдаленной перспективой, но ворота должны быть открыты на случай улучшения ситуации. Обе стороны обсуждают, какими могли бы быть варианты подобного «мегасоглашения» в будущем, когда геополитическая обстановка изменится и ЕАЭС откроется для переговоров о свободной торговле с основными экономическими партнерами.

Пока Евросоюз допускает только ограниченное сотрудничество и выборочное вовлечение России в обсуждение вопросов общего интереса. Брюссель сосредоточен в основном на укреплении прочности государств так называемого «общего соседства», включая участников «Восточного партнерства». Однако предлагаемая «пробная совместимость» может стать элементом селективного сотрудничества с Россией, основанного на общих интересах, и одновременно повысит устойчивость, подкрепит позиции и стимулирует экономическое развитие государств «общего соседства».

«Не выбирай и не проигрывай»

В контексте «пробной совместимости» мы рекомендуем Евросоюзу более активно сотрудничать с отдельными членами ЕАЭС. Согласно предложениям исследовательской службы Европарламента, страны «общего соседства» должны иметь возможность поддерживать хорошие отношения с обеими сторонами, т.е. «не выбирать и не проигрывать». Мы рекомендуем Брюсселю способствовать свободному выбору государств, в том числе в многовекторной политике, нацеленной на сбалансированные хорошие (торговые) отношения и с Россией, и с ЕС. В конце концов Евросоюз не заставляет страны идти на соглашение об ассоциации или углубленной и всеобъемлющей зоне свободной торговли (AA/DCFTA) как высшую форму интеграции, доступную участникам «Восточного партнерства». Лишь предполагаемое членство в ЕАЭС (вступление в Таможенный союз) несовместимо с AA/DCFTA. Продолжение хороших торговых отношений в контексте соглашения о свободной торговле СНГ всегда оставалось допустимым вариантом даже для Украины, пока Россия не заблокировала такую возможность на двусторонней основе.

До этого Евросоюз вместе с Россией и Украиной обсуждал, поможет ли гибкость в реализации AA/DCFTA учесть российские торговые интересы, например, если переходный период будет более длительным или не все элементы европейской нормативно-правовой базы примут в единой жесткой формулировке. По геополитическим причинам Россия блокировала намечавшиеся договоренности, которые могли бы стать выходом для Украины. Некоторые сектора украинской экономики производили бы продукцию для внутреннего рынка Евросоюза в соответствии с нормами ЕС, а другие продолжали бы работать на рынки СНГ по несколько иным стандартам.

К сожалению, трехсторонних договоренностей достичь не удалось. Такой вариант пошел бы на пользу не только Украине, но и двум другим постсоветским государствам, заключившим соглашения AA/DCFTA с Евросоюзом, – Молдавии и Грузии. Хотя их экономики значительно меньше, а на торговых отношениях с Россией негативно сказывались санкции, ранее введенные Москвой, подобные трехсторонние договоренности стали бы вариантом и для них. После избрания в Молдавии более пророссийски настроенного президента, ориентированного на ЕАЭС, страна оказалась вновь в состоянии неопределенности, и трехсторонние переговоры могли бы стать выходом из положения.

Поскольку трехсторонние контакты временно прекращены, единственным реальным вариантом для ЕС остается продолжение работы с участниками «Восточного партнерства» преимущественно на двусторонней и, когда такая возможность появится, на более широкой региональной основе. В принципе дверь для участия России в более широком региональном формате всегда открыта, но все зависит от сотрудничества Москвы в реализации Минских соглашений.

На двусторонней основе Евросоюз возобновил более активный диалог с Арменией. После того как Армения под давлением России вступила в ЕАЭС, Брюссель предложил Еревану подумать о тех элементах проекта соглашений AA/DCFTA, которые можно было бы сохранить, полностью уважая при этом обязательства Армении как члена ЕАЭС. Эти переговоры – интересный пример того, как государство – член ЕАЭС может развивать отношения с Евросоюзом и сохранять максимально доступные взаимосвязи с ним. ЕС, в свою очередь, получает пространство для того, чтобы содействовать модернизации экономики и общества. Такой функции нет в ЕАЭС, поскольку организация более ограничена по мандату, к тому же ее развитию мешают геополитические и протекционистские намерения России. «Восточное партнерство» постепенно трансформируется, сотрудничество с его участниками становится более дифференцированным, учитываются их обязательства перед третьими странами и другими организациями.

Еще один интересный пример селективного сотрудничества, основанного на «принципиальном прагматизме», – Белоруссия. В отношениях с Минском Евросоюз отказался от большей части введенных ранее санкций и начал диалог с гражданским обществом, частным бизнесом и постепенно с высшим руководством. Минск делает выбор в пользу многовекторной политики, стремится к стабильности и процветанию, основанным на «интеграции интеграций», это отвечает интересам и ЕС. Здесь Евросоюз также может предложить содействие в модернизации, финансовую поддержку, которую российская сторона не хочет или не может предоставить. Для ЕС и Белоруссии ситуация обоюдовыгодная, она не затрагивает тесных отношений Минска с Москвой или его участия в других региональных организациях, включая ЕАЭС.

Пока продолжается геополитический и геоэкономический конфликт с Россией, сотрудничество с отдельными членами ЕАЭС, в том числе в контексте «Восточного партнерства», дает Евросоюзу реальную возможность сохранить мосты над этим геополитическим разломом.

Большая Европа, Евразия, Азия

Хотя сейчас движение к Большой Европе от Лиссабона до Владивостока практически остановилось (а существует и реальная опасность раскола внутри «небольшой» Европы), экономические факторы близости и взаимодополняемости не исчезли. Россия останется как минимум важным поставщиком энергии и других природных ресурсов в Европу, а Старый Свет по-прежнему важный источник высоких технологий, необходимых для модернизации российской и евразийских экономик.

В то же время Китай в рамках инициативы «Один пояс, один путь» предлагает широкую евразийскую интеграцию в ряде секторов (в основном затрагивающих инфраструктурную взаимосвязанность). Мы намеренно расширили наш анализ, чтобы включить в него варианты большой евразийской интеграции. «Ориентация на Азию» заставила Москву не только всерьез принять эту инициативу, но и задуматься о возможностях сопряжения Экономического пояса Шелкового пути с ЕАЭС. Россия не готова разрабатывать всеобъемлющее соглашение о свободной торговле между строящимся ЕАЭС и Китаем, предлагая лишь двусторонние непривилегированные торговые договоренности, но ситуация может измениться.

Сотрудничество ЕС с Китаем сфокусировано в основном на инвестициях. Но Шелковый путь представляет собой новый вызов, так как он предполагает связать Китай через Центральную Азию с рынками (Юго-)Восточной Европы. Недавний саммит в формате «16+1» в Риге – сигнал для Брюсселя: Евросоюзу нужно более серьезно подходить к торговым и инвестиционным отношениям с Китаем и поднять их на более высокий уровень. Участие Белоруссии в качестве наблюдателя говорит о перспективах привлечения стран «Восточного партнерства». Стремление Китая к взаимосвязанности «Большой Азии» и Евразии противоречит российским протекционистским тенденциям и может дать Евросоюзу еще одну возможность продвигать широкую евразийскую интеграцию «от Лиссабона до Шанхая» в тандеме с Китаем.

* * *

Евразийская интеграция по версии ЕАЭС является вызовом для Евросоюза, так как несет риски ослабления взаимосвязей, большего протекционизма и дальнейшего расхождения норм и стандартов. Поскольку ЕС по-прежнему заинтересован в расширении взаимосвязей на евразийском континенте, «пробная совместимость» пойдет на пользу. Евросоюз должен воспринимать ЕАЭС всерьез и стремиться к большему сближению норм и стандартов.

Кроме того, Евросоюзу следует активизировать конструктивные отношения с отдельными членами ЕАЭС и участниками «Восточного партнерства», руководствуясь принципом «не выбирай и не проигрывай» – пусть поддерживают хорошие отношения с обеими сторонами, укрепляя свои позиции. ЕС также может содействовать модернизации этих стран, что в перспективе повысит их конкурентоспособность и ориентированность на европейские и глобальные рынки.

В принципе то же самое можно предложить России, возродив «Партнерство для модернизации» и развивая трехстороннее и более широкое сотрудничество с общими соседями. Когда Россия обуздает нынешние геополитические амбиции и перестанет принуждать постсоветские государства, которые предпочитают многовекторную политику сдерживанию в рамках ЕАЭС, к дружбе/партнерству, перспективы будущей зоны свободной торговли в «Большой Евразии» станут более определенными.

Наконец, стремление Европейского союза укреплять взаимосвязи в Большой Евразии может найти партнера в Китае, который продвигает инициативу Нового Шелкового пути, включающего Центральную Азию, Россию и страны (Юго-)Восточной Европы. Таким образом ЕС и ЕАЭС окажутся связаны более широкими рамками – от «Лиссабона до Шанхая». Это позволит преодолеть нынешние протекционистские тенденции, стимулирует межрегиональное сотрудничество и обеспечит процветание всей Евразии.

Евросоюз. Россия. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 10 апреля 2017 > № 2134524 Тони ван дер Тогт


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 11 марта 2016 > № 1685433 Ван И

Встреча с главой МИД Китая Ван И.

Владимир Путин принял в Кремле Министра иностранных дел Китайской Народной Республики Ван И.

В.Путин: Уважаемый господин Министр, дорогие друзья, добрый день!

Рады вас видеть в Москве. Знаю, что у вас состоялись обстоятельные переговоры с вашим российским коллегой, с Министром иностранных дел Российской Федерации. В начале беседы хотел бы отметить, что мы высоко ценим уровень российско-китайских отношений, продолжаем сотрудничать и на международной арене, и в сфере экономики, и в гуманитарных областях.

Наше стратегическое партнёрство набирает обороты. Планирую летом этого года посетить Китайскую Народную Республику и надеюсь, у нас будет хорошая, обстоятельная, дружеская беседа с лидером Китайской Народной Республики, с которым у нас действительно установились очень тёплые деловые и личные дружеские отношения.

Передайте господину Си Цзиньпину самые наилучшие пожелания.

Ван И (как переведено): Благодарю Вас за то, что Вы нашли время для встречи со мной. Прежде всего позвольте передать Вам наилучший, самый тёплый привет от Вашего большого друга Председателя Си Цзиньпина.

В этом году мы празднуем 15-летие подписания Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве. Мы прекрасно помним, что именно 15 лет тому назад Вы лично подписали данный документ, который имеет весьма большое историческое значение. Очень надеемся, что празднование 15-летия подписания данного документа станет уникальной возможностью для дальнейшего всестороннего углубления отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства и взаимодействия.

Только что перед прессой я уже заявил о том, что китайская сторона глубоко убеждена в развитии России, поскольку Россия является великой нацией. В своей истории вы вытерпели немало серьёзных испытаний, и, безусловно, под руководством Президента Путина российский народ обязательно солидарно справится со всеми временными сложностями, в том числе с нисходящей тенденцией роста экономики, и, таким образом, ещё более быстрыми темпами выполнит свои задачи по национальному возрождению.

Мы также глубоко убеждены в перспективе практического сотрудничества с российскими партнёрами, хотя в прошлом году общий объём взаимной торговли несколько упал. Это связано с ценами на основные товары. Но фактически по масштабу и качеству увеличиваются и наши взаимные инвестиции, и торговля.

Скажем, в прошлом году импорт российской сырой нефти в Китай вырос на 28 процентов и, более того, увеличение импорта российской машинотехнической продукции и высокотехнологичной продукции составило более 30 процентов. Это только показывает, насколько велик потенциал и возможности для дальнейшего развития сотрудничества в практической сфере между двумя странами.

Мы готовы вместе с вами прилагать общие усилия к тому, чтобы поднимать на новый уровень практическое сотрудничество.

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 11 марта 2016 > № 1685433 Ван И


Франция. Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 27 июля 2015 > № 1441900 Ричард ван Вагенинген

Ричард ван Вагенинген, генеральный директор Orange Business Services в России и СНГ и руководитель направления международных продаж Orange Business Services за пределами Франции

Александр Калигин

Ричард ван Вагенинген, генеральный директор Orange Business Services в России и СНГ и руководитель направления международных продаж Orange Business Services за пределами Франции

Ричард ван Вагенинген: "Я люблю Россию и живу здесь почти 10 лет. Конечно, во всех случаях, когда я могу законно и без ущерба для компании помочь России, я делаю это"

С начала 2015 года в Orange Business Services было выделено подразделение по развитию международного бизнеса, в рамках которого создано направление международных продаж. Руководитель направления международных продаж Orange Business Services, генеральный директор Orange Business Services в России и СНГ (ООО "Эквант") Ричард ван Вагенинген рассказал корреспонденту ComNews о деятельности нового подразделения, а также о роли России в бизнесе компании.

- С какой целью в компании Orange Business Services было выделено направление International Business?

- В Orange Business Services выделено четыре глобальных региона: Южная и Северная Америка, Европа и Россия, Ближний Восток и Африка и Азиатско-Тихоокеанский регион. Ранее все эти глобальные регионы подчинялись непосредственно генеральному директору Orange Business Services. Но при этом они работали автономно друг от друга. Перед каждым регионом стояли свои цели, которые учитывали культурные, экономические и политические особенности.

Мы обслуживаем крупнейшие глобальные компании по всему миру. Их требованием является унификация бизнес- процессов вне зависимости от страны, в которой расположены их офисы. Поэтому мы приняли решение, что всем международным бизнесом, кроме Франции, должен руководить один человек, которым стал исполнительный вице-президент по развитию международного бизнеса Orange Business Services Гельмут Райзингер. Ему подчиняются четыре человека, которые непосредственно управляют четырьмя глобальными регионами, соблюдая принцип единого подхода к ведению бизнеса.

- В чем заключаются ваши функции как руководителя направления международных продаж?

- Я являюсь связующим звеном для всех глобальных регионов. Поддержка продаж - это в первую очередь переговоры с глобальными клиентами и помощь продавцам на местах в своевременном получении необходимых им продуктов. Я собираю запросы на поставки из всех регионов и по их итогам обеспечиваю глобальную закупку оборудования сразу по всем запросам. В результате мы экономим деньги, единовременно закупая большие объемы оборудования, что позволяет сделать наши бизнес-кейсы более выгодными.

- Какие регионы вы считаете наиболее перспективными с точки зрения развития бизнеса?

- Для Orange очень важен европейский регион, так как в нем находятся корни нашей компании. Но в целом мы считаем более перспективными регионы с наибольшим показателем ВВП. Исходя из этого, очень перспективным выглядит Азиатско-Тихоокеанский регион. Также, несмотря на кризис, у нас хорошо идет бизнес в России.

- Какое место российский рынок занимает в бизнесе компании?

- В России находится самое большое по количеству сотрудников после Франции отделение компании. Его штат составляет 1,1 тыс. человек в 36 офисах. Это не только представители бизнес-подразделения, но и сотрудники, выполняющие обслуживающие функции.

- Влияет ли тот факт, что вы совмещаете должности руководителя направления международных продаж Orange Business Services и генерального директора компании в России на то, что нашей стране вы уделяете больше внимания, чем другим регионам?

- Я люблю Россию и живу здесь почти 10 лет. Конечно, во всех случаях, когда я могу законно и без ущерба для компании помочь России, я делаю это. Orange - единственный иностранный оператор, который имеет лицензию на оказание услуг связи по всей территории России. Однородная IP MPLS-сеть Orange Business Services с узлами связи в крупнейших городах России и СНГ позволяет предоставлять высокотехнологичные телекоммуникационные услуги на территории всей страны. Существует большое количество крупных международных клиентов компании, которые не имеют представительства в России. Я хочу исправить эту ситуацию.

- Какие продукты и решения вашей компании пользуются наибольшим спросом на российском рынке?

- Наряду с традиционными для нас как международного оператора связи решениями (услуги сети, телефонии) востребованными являются ИТ-сервисы. Растущий спрос мы наблюдаем на облачные решения. Все наши продукты так или иначе становятся облачными - телефония, контакт-центр, аудио-, видео- и веб-конференции, унифицированные коммуникации из облака. Отдельно отмечу, что в России очень востребованы спутниковые каналы, и более 30% всех VSAT-станций Orange расположены именно в России.

- В России объявлен курс на импортозамещение. В связи с этим есть ли у российского подразделения компании Orange Business Services планы по закупке отечественного телекоммуникационного оборудования?

- Конкретно такого плана у нас нет. Но если на рынке появится конкурентоспособное российское оборудование, удовлетворяющее нашим требованиям, мы рассмотрим целесообразность его использования.

Как я уже не раз говорил, Orange Business Services - глобальный оператор. Мы внедряем единые политики и стандарты управления сетями по всему миру. Если компания начнет закупать различные решения в каждой отдельной стране, это усложнит и удорожит управление сетью. От этого пострадает как бизнес нашей компании в целом, так и бизнес наших клиентов.

- Учитывая экономический кризис, насколько оправдываются планы компании на 2015 год?

- В конце 2014 года стало очевидно, что 2015 год будет нелегким. Поэтому мы оперативно скорректировали планы и бюджеты компании. Также мы провели тщательную подготовку, оценив прибыльность всех продуктов. По ее результатам мы оптимизировали продуктовый портфель. Также мы провели переговоры и переподписали договоры с поставщиками, взаиморасчеты с которыми велись в долларах или евро.

Еще в 2015 году компания сфокусировалась на оптимизации работы с клиентами и повышении скорости реакции на их запросы. Пытаться продать всем все - это потеря времени. Поэтому мы сделали выбор, каким клиентам хотим уделять большее внимание. К каждому такому приоритетному заказчику мы прикрепляем команду из менеджера по продажам, проджект-менеджера и технических специалистов. Постоянно работая с одной и той же компанией, эти специалисты уже хорошо знают все ее особенности и возможные проблемы.

Совокупность всех этих шагов дала положительный результат. Бизнес Orange Business Services в России идет хорошо, а финансовое положение стабильно.

Франция. Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 27 июля 2015 > № 1441900 Ричард ван Вагенинген


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter