Всего новостей: 2360413, выбрано 4 за 0.004 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Караваев Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортвсе
Караваев Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортвсе
Азербайджан. Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > vestikavkaza.ru, 28 февраля 2017 > № 2101339 Александр Караваев

Александр Караваев: "Военный способ решения проблемы Карабаха не снимается с повестки дня"

Прошло немногим менее года после апрельских боев за Карабах, в ходе которых впервые с введения режима прекращения огня в 1994 году был изменен статус-кво и часть оккупированных территорий Азербайджана оказались освобожденными, однако на линии соприкосновения армянских и азербайджанских войск вновь нарастает напряженность, столкновения учащаются и становятся все более кровопролитными. В преддверии годовщины событий апреля 2016 года "Вестник Кавказа" побеседовал с ведущим экспертом политологического центра "Север-Юг" Александром Караваевым об уроках апрельских и февральских столкновений и перспективах нагорно-карабахского урегулирования.

- По вашей оценке, насколько продвинулось мирное урегулирование нагорно-карабахского конфликта за прошедшие с апрельских боев за Карабах 11 месяцев?

- Никакого продвижения за это время не произошло. Сейчас идет не столько процесс урегулирования, сколько процесс изменения баланса, позиционирования сторон и способов их давления как друг на друга, так и на посредников. На наших глазах происходит развитие конфликта на новом витке, при этом непосредственно об урегулировании речи не идет. Непосредственно урегулирование начнется лишь тогда, когда стороны конфликта сядут за стол переговоров для того, чтобы согласовать порядок действий по решению всех вопросов об оккупированных территориях, беженцах и различных компенсациях. До этого момента дело пока не дошло.

- Как апрельские бои за Карабах изменили нагорно-карабахский процесс?

- Эта острая вспышка конфликта привлекла внимание Москвы и Вашингтона к проблеме Карабаха, а также изменила атмосферу в Армении: в республике произошла поляризация мнений. С одной стороны, был рост патриотических и националистических интонаций, с другой стороны, стали более слышны аргументы сторонников договора с Азербайджаном, пусть властями они пока и не услышаны. Сторонники усиления военной машины и армии Армении перед лицом возможных действий Азербайджана всегда существовали, и сейчас их количество в определенной мере увеличилось – но в то же время выросло и число тех, кто полагает, что риски от обострения нагорно-карабахского конфликта не позволяют рассчитывать на продолжение статус-кво в надежде закрепить его в неопределенном будущем в виде признанного государства. Сторонники диалога с Азербайджаном не получили превосходства в обществе, но и не были разгромлены. Казалось бы, если противостояние становится все более острым, возможности для общественной дискуссии сторонников нормализации отношений снизятся, но этого не произошло: меньше их не стало, и, возможно, среди элит позиция диалога все-таки получает определенное расширение, несмотря на рост патриотического и национального духа.

Также после апреля 2016 года проявился алгоритм действий Москвы. После публикации данных о поставках российского вооружения в Азербайджан в 2011-2012 годах появились предположения о том, что Москва готова к тому, что конфликт может быть обострен вплоть до ведения локальных боевых действий. По итогам апрельской войны нужно признать, что это так и есть. Понятно, что мы не можем знать, как именно Москва рассматривает свою способность контролировать ситуацию в Карабахе, действительно ли она допускает боевые действия или не в состоянии вмешаться в события чисто технически, исходя из того, что локальное столкновение длится всего несколько суток, а непосредственное вмешательство России чревато его расширением. На мой взгляд, Москва все же допускает локальные столкновения, иначе она просто не продавала бы Азербайджану оружие. Есть и другая точка зрения, что бой идет, в определенный, не ясный по продолжительности промежуток времени пока между президентами устанавливается коммуникация, так как нет других способов реагирования, кроме непосредственных звонков между лидерами Армении, Азербайджана и России: уходит заметное время на то, чтобы Серж Саргсян позвонил Владимиру Путину, а тот позвонил Ильхаму Алиеву для прекращения боевых действий. Несмотря на все современные коммуникации, доступ к Москве не настолько открытый, чтобы Ереван мог напрямую выходить на Кремль.

Свою версию я объясняю тем, что Путин – политик такого масштаба, что вряд ли бы он просто так допускал обострение в Карабахе и наверняка вмешался бы, ведь у России достаточно средств объективного контроля для того, чтобы видеть и понимать, что там на самом деле происходит. Если Путин не вмешивается, значит, у Баку есть определенный карт-бланш на действия на территории оккупированных районов Карабаха для изменения сложившихся балансов, дабы с новых переговорных позиций строить диалог с Ереваном. То, что на данный момент освобождение ряда азербайджанских земель не привело к изменениям на уровне переговоров, не столь важно, так как речь идет о малых шагах, о совокупности набора действий, результат которых мы можем увидеть только через несколько лет. Главное то, что в случае успеха Азербайджана в подобных локальных боях, при росте обострения на всей линии фронта общественное мнение в Армении накапливает упреки в адрес своего военно-политического руководства, а круг сторонников идеи диалога с Азербайджаном расширяется. Этот эффект достигается только в случае, если Баку выигрывает на поле боя, что чревато очень большими человеческими потерями с обеих сторон. Современные коммуникации позволяют общественному мнению быть на переднем рубеже развития событий, так что каждая победа Азербайджана сильно влияет на него.

- Насколько в связи с этим опасно затягивание и откладывание переговоров, нет ли сейчас угрозы возобновления активных боевых действий с дальнейшим изменением статус-кво?

- Относительно прогнозов по боевым действиям в этом году мнения разделяются. Одни считают, что пауза после апрельского конфликта прошлого года продлится и в большей части этого года. Число жертв последних февральских боев все же не сопоставимо с апрельскими боями. Дисбаланс в поставках российских вооружений сторонам конфликта частично снизился после появления в Армении ракетных комплексов "Искандер", и это частично сдерживает Азербайджан. Как долго продлится эта пауза до следующих масштабных боевых действий, неясно, понятно лишь, что ее будут заполнять регулярные столкновения, работа разведывательно-штурмовых групп, стрельба снайперов. На переговорный процесс прямо это не влияет, меняется лишь политическая атмосфера, настроения лидеров и включение темы в другие вопросы треугольника Россия-Армения-Азербайджан, чья основная тематика находится в плоскости экономических и бизнес-интересов, замыкающихся на Россию. Эта тематика, кстати, дополняет и периодически вносит свои коррективы в ход взаимодействия трех стран. Многие ожидают, что экономическое и торговое взаимодействие в треугольнике должно привести тому, что Россия изменит характер конфликта, снизит его интенсивность, приведет стороны к непосредственному решению, но пока этого нет. Происходит обратное: конфликт вклинивается в текущие дела между Баку и Москвой, Ереваном и Москвой, оказываясь раздражающим фактом, но Россия закрывает на него глаза, видимо, имея некую стратегию, контролируя проблему в более широких границах и давая свободу действий Баку по локальным моментам.

- Что может стимулировать переход от дипломатических встреч к выполнению конкретных шагов, таких как освобождение оккупированных районов вокруг Карабаха и возвращение беженцев?

- Стимулом может служить только новая комбинация факторов, сочетающая глобальные изменения и сильные внутренние подвижки, некая революционная ситуация в глобальном масштабе, когда меняются и факторы, влияющие на регион извне, и те, что действуют внутри стран. Пока что переговорный процесс все еще находится в парадигме 1994 года, сформировавшейся сразу после подписания Бишкекского протокола о прекращении огня. Привносятся новых моменты, связанные с появлением новых лидеров, в частности, президента Владимира Путина, и изменением диспозиций другого масштаба – но в целом схема 1994 года сохраняется. В алгоритм вмешивается некое новое понимание того, как Россия может влиять на стороны, мы наблюдаем это последние 6-7 лет, и если обобщать, то главным фактором стало все-таки то, что Азербайджан усилился экономически. Его экономическое усиление изменило политический баланс интересов других государств к Баку и его возможностей укреплять свое позиционирование на международной арене для поиска новых способов давления и доведения своих интересов до внешних игроков. Именно это влияет на все, что происходило вокруг Карабаха в последние годы, в том числе на переговорный процесс, пусть в корне ситуация и не изменилась.

- Азербайджан не раз заявлял, что готов полностью восстановить разрушенные оккупированные районы за свой счет при их освобождении, и тому пример – нынешнее восстановление села Джоджуг Марджанлы. На ваш взгляд, является ли этот пример стимулом для Минской группы и для населения оккупированных территорий, убеждающим их в конструктивном подходе Баку к нагорно-карабахскому урегулированию?

- План "Большого возвращения", экономического восстановления и реинтеграции потерянных территорий впервые был представлен где-то в 2007-2008 годах. Тогда бюджет этого плана насчитывал внушительную цифру, в диапазоне от $15 млрд до $30 млрд, в зависимости от того, какая именно экономическая стратегия по реинтеграции будет использована и какие предприятия Баку сможет разместить там. Этот план произвел тогда определенное впечатление на посредников, но не на Армению. Серьезным сдерживающим моментом оказалась слишком высокая тональность взаимной информационной кампании Армении и Азербайджана друг против друга: простым армянам важно понять, насколько силен антагонизм к ним в азербайджанском обществе, а тот план на такой вопрос не отвечал. Было понятно, что Азербайджан готов вкладываться в восстановление оккупированных территорий после их деоккупации, декларировалась возможность проживания на них армянского населения, но не были прописаны непосредственно процедуры, в частности, определения, будет ли кто-либо привлечен к ответственности как военный преступник или соучастник. Эти вопросы без ответов активно использовались армянской пропагандой для того, чтобы доказать – "Смотрите, Азербайджан не меняется, он просто хочет завалить вас нефтедолларами". В рамках подобного перебрасывания пропагандистскими аргументами план был отложен в сторону.

После того, как Азербайджан стал восстанавливать село Джоджуг Марджанлы, выделил средства на строительство 50 домов и дороги к нему, о плане восстановления районов вновь вспомнили, но определенности в том, как он будет действовать в отношении армянского населения на этих землях, все еще нет. Поэтому сторонников Азербайджан пока что здесь не получает. Но эту нишу надо чем-то закрыть, и идея платформы диалога между Арменией и Азербайджаном, на мой взгляд, может быть использована для того, чтобы быть каналом для планов Баку в отношении армян, проживающих на территории Карабаха и прилегающих районов, и тех сценариев, каким он будет следовать при восстановлении территорий на практике. Таким образом экономическая программа возрождения оккупированных земель может получить стыковку с политическими декларациями.

- В итоге, насколько остро сегодня, с учетом последних масштабных столкновений в феврале, стоит проблема мирного урегулирования нагорно-карабахского конфликта: или переход к выполнению конкретных шагов по той или иной схеме, или возобновление активной фазы войны?

- Мирное урегулирование и боестолкновения – это две стороны одной медали. Это комплексное движение с использованием различных механизмов в направлении того, как Азербайджан видит разрешение нагорно-карабахского конфликта. Военные действия будут, сейчас это очевидно, но в то же время будет развиваться диалоговая платформа, расширение экономических программ и доведение до населения способов экономического обустройства в Карабахе. Это в буквальном смысле слова параллельные процессы. Как только отгремит последний выстрел очередного обострения на линии соприкосновения войск, сразу же оживляется диалог. Сейчас речь идет о том, что эти линии разводятся, дабы показать, что военный способ не снимается с повестки дня и всегда будет представлять фактор влияния и давления, при этом новые гражданские и экономические инициативы будут нарастать.

Азербайджан. Армения. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > vestikavkaza.ru, 28 февраля 2017 > № 2101339 Александр Караваев


Азербайджан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 26 января 2015 > № 1361569 Александр Караваев

Российский политолог: «Азербайджан и Россия в одном геополитическом лагере»

На вопросы отвечает российский политолог, заместитель гендиректора информационно-аналитического Центра по изучению постсоветского пространства ИАЦ МГУ Александр Караваев.

- На фоне участившейся критики со стороны США ситуации с правами человека в Азербайджане заметна активизация отношений между Баку и Москвой. Как считаете, сближение Азербайджана с Россией временно или все же носит непреходящий характер?

На среднесрочную перспективу, наверняка. До 2018 года, когда состоятся выборы и в Азербайджане, и в России, это сближение будет носить уверенный характер, потому что Москва и Баку оказываются под схожими по замыслу перекрестными ударами со стороны Вашингтона и ряда структур ЕС. Европа, конечно, не однородна. И у Азербайджана, и у России в этом лагере достаточное количество партнеров и в некотором смысле союзников. К примеру, Венгрия последовательно сохраняет интенсивный уровень отношений как с Москвой, так и с Баку. Есть масса других примеров. Но есть и некая общая негативная тенденция. Разница ситуации для Москвы и Баку в масштабе давления на них. Если в отношениях с Россией практически объявлена контролируемая холодная война, где задействованы серьезные экономические орудия, то Азербайджан пока под прицелом лишь критической риторики, пристрастно использующей аргументы из арсенала либеральных концепций «прав человека». Цинизм ситуации в том, что они готовы покупать у нас нефть и газ, но при этом не готовы принять наш политический опыт и сформированные в трудных испытаниях практики госсистем такими, как они есть сегодня. Грубо говоря, в Давосе вам будут улыбаться, а потом в спину будут бросать гневные филиппики.

Не хотят принимать всерьез наши геополитические вызовы, будь то Карабах для Азербайджана или расширение НАТО для России. Причем, когда представители Госдепартамента США сегодня заявляют, что санкции не направлены на смену персоналий у власти в России, то в Москве, да и в остальном мире, вряд ли кто в это поверит. Конечно, наши политические конструкции далеки от идеалов, но и сама власть на президентском уровне признает недостатки и стремится к лучшему, реализуя различные программы необходимых прогрессивных трансформаций в том темпе, который сохраняет общую стабильность.

- Конфликт с Западом - это надолго? И вообще, почему так случилось, что постсоветские демократии оказались на линии политической атаки Запада.

Первое постсоветское десятилетие, лет пятнадцать, у нас был достаточно позитивный период отношений. И Баку, и Москва принимали в целом политическую модель западного мира, понимая ее как универсальную, принимали экономические рецепты практически без возражений. У нас с вами сформировалось целое поколение экономистов и высокопоставленных чиновников либерально-экономического толка. И это пошло на пользу. Были усвоены и либеральные свободы в отношении СМИ и личных свобод. Не без трений, но это был период реформ и становления, что-то принималось, что-то отпадало как инородное нашим традициям, нашему пониманию социально-политической действительности. В конченом итоге мы форсировали достаточно серьезный провал в развитии, возникший между постсоветским пространством и развитым миром.

В какой-то момент наступил другой этап. На Западе стали доминировать группы влияния, посчитавшие, что на постсоветском пространстве им проще иметь систему более управляемых, по сути марионеточных режимов, опирающихся на маргинальную часть элиты и здесь у нас, в Москве, и у вас, в Баку, чем иметь дело с национальными лидерами, имеющими опору как на традиционную элиту, так и на широкие слои общества. Это изменение совпало с отходом Вашингтона от концепции принятия природы «нелиберальных демократий» к сценариям силового изменения режимов для прихода якобы более «демократических сил», что представлялось как безусловный прогресс. На практике реализация этого подхода привела к крушению всего региона Ближнего Востока от Туниса до Ирака, а регион Восточной Европы оказался уже более десятилетия погруженным в череду госпереворотов. Конечно, это напрямую касается и России с Азербайджаном.

У нас с Баку очень близкие политические ритмы в этом смысле. По разным причинам и в разный момент наши страны оказались в ситуации, когда они вынуждены преодолевать общие для всего мира проблемы, но в модели навязанного извне «сдерживания». Это очень серьезное и неприятное дополнение ко всем остальным имеющимся проблемам.

Азербайджан извне сдерживается карабахским конфликтом, изнутри подогревается также внешними инъекциями исламского радикализма. Россию сейчас сдерживают украинским кризисом, который превратили уже в глобальный, изнутри мы подогреваемся национализмом, который может стать двигателем возможных революций, как исламизм в Азербайджане.

Если еще десять лет назад опасность оранжевой революции несла угрозы в основном для режима власти, то теперь эти процессы угрожают самому существованию страны. Это показывает, что наши страны, при всех имеющихся между нами несовпадениях, в целом находятся в одном лагере, который не собирается идти по пути Украины. Лагере, не согласных с теми действиями, которые стимулируются Вашингтоном. Кроме нас в этом лагере влиятельная группа стран, в сущности, альтернативный геополитический полюс, где и страны БРИКС, и страны Движения неприсоединения, и большая часть исламского мира, включая Турцию.

-Перейдем к региональным проблемам. Увы, сложности в отношениях с кем-то из посредников в карабахском урегулировании зачастую проецируются на армяно-азербайджанский конфликт. Возможны ли в этой связи новые провокации в Нагорном Карабахе?

Тема Карабаха для посредников является некой дополнительной опцией в отношениях с Азербайджаном, которой можно удобно манипулировать, учитывая, что это, собственно, основная проблема страны. Но если на секунду представить, что у Азербайджана этой проблемы нет, но есть обстоятельства, связанные с выбранным вектором политического развития, выбором вектора экспорта нефти, многие нынешние проблемы, связанные с соседством Армении, выдвинулись бы в любом случае. Тем более, сейчас, когда идет война, поэтому провокации будут возможны, пока конфликт не закрыт надежными миротворческими механизмами.

- Но тогда возникает вопрос, какова роль России в этом раскладе. Она ведь тоже манипулирует проблемой.

Для начала нужно напомнить, что карабахский конфликт - в числе главных «по весу» причин, вызвавших распад СССР. Достаточно этого, чтобы понять, что он не нужен был Москве. Его проморгали, или недооценили, впрочем, как и многое другое в работе горбачевской команды. Но когда война была в разгаре, и распад Союза был свершившимся фактом, конфликт оказался проблемой на южных рубежах, которую уже нельзя было решить обычными усилиями, учитывая, что для Москвы война идет между «ее друзьями», то есть между ключевыми российскими союзниками на Кавказе. Это, конечно, нонсенс. Кроме того, случившаяся война в Карабахе в существенной степени это была и война в самой России, учитывая прозрачность границ и то сильное влияние, которое Карабах оказал на абхазский и чеченский конфликты. Многие пытались ловить рыбку в этой мутной воде. Я согласен, что некоторые «башни» Кремля манипулировали процессом в свою пользу. Не имеет смысла здесь углубляться в детали, но мой личный вывод об этой ситуации таков. При Горбачеве спецслужбам наших стран (тогда еще речь шла о КГБ СССР) просто не дали завершить дело нормальным исходом, хотя бы таким раскладом, какой сейчас в приднестровском варианте. Не хватило политической прозорливости и, банально, времени. Но затем, при Ельцине, безусловная и существенная доля ответственности ложится на часть высокопоставленного российского генералитета. Чтоб не быть голословным, отсылаю к парламентскому расследованию генерала Льва Рохлина. По факту, в последующие годы Россия оказалась ограничена теми рамками, которые сама себе расставила на Южном Кавказе, где-то сдав позиции из-за нехватки ресурсов, в чем-то упустив инициативу. Что касается того, может ли Россия манипулировать сейчас, я думаю, сверхзадача стоит так - сохранить мир для реализации последующего мирного плана. Путин, скорее всего, придерживается именно такой стратегии в отношении карабахского конфликта.

-Есть ли вероятность того, что на фоне разлада между основными посредниками в карабахском урегулировании - США и Россией – последняя возьмет роль «первой скрипки» в решении конфликта?

Очевидно, что технически существуют способы начать процесс, если не политического урегулирования, то хотя бы сближения, процесс нормализации отношений в обмен на уступки со стороны Еревана. Причем этот процесс нужно «соображать» на троих, то есть в формате Баку-Москва-Ереван. При прямом подключении Турции, естественно, потому как эта страна является влиятельным игроком на Южном Кавказе и серьезным партнером России. При таком раскладе, в принципе, этот узел можно начать развязывать до уровня возможности старта экономических контактов, то есть опустить его на уровень преддверия войны на рубеже 1980-90-х годов, когда экономика была еще единая, но люди уже напуганы. Вот тогда в контексте урегулирования можно будет говорить о состоянии общества, о настроениях людей и атмосфере реального гражданского межобщинного процесса. Но чтобы отматывать это колесо, нужно с чего-то начинать, сразу решить нельзя.

-Если возможная эскалация в зоне конфликта перерастет в новую войну, какова будет реакция России? Новая война в Карабахе для России – это что?

Я не верю в войну, во всяком случае, в наступившем 2015 году. Честно признаюсь, в 2008 году я серьезно просчитался в оценках возможности российско-грузинского конфликта, полагая его вряд ли возможным. Но эти конфликты разные. Сейчас ряд экспертов в Москве сравнивают политику президента Ильхама Алиева с Михаилом Саакашвили. Это ошибка. Алиев неоднократно говорил и говорит, что дипломатические методы не исчерпаны. Его грузинский коллега длительное время утверждал обратное. Война сейчас невыгодна Азербайджану в виду глобального нефтяного кризиса и определенного бюджетного дефицита, вызванного подготовкой к европейской Олимпиаде. Но главное, я повторюсь, уверен, что Алиев придерживается более долгосрочных стратегий, чем военная операция. При этом, конечно, у него есть все необходимые инструменты, в смысле достаточно эффективных военных сил и патриотического духа в обществе, в том числе и для этого сценария. Поэтому, будучи в принципе сторонником мира, я не исключаю и войну. Другое дело, что в отличие от грузинского варианта военного решения, который строился на антагонизме к России (Саакашвили просто игнорировал силовой фактор Кремля), азербайджанский вариант наверняка будет более продуманным.

Что касается Москвы, то возможная война, как и сам конфликт - это большая проблема. И, прежде всего, потому, что для Москвы этот конфликт реально происходит между своими. Под таким углом ситуация редко рассматривается, но и Армения, и Азербайджан являются политическими партнерами и союзниками России. Да, эти отношения разные. Но они очень тесные, и жертвовать этими вкладами в свою репутацию, региональную геополитику и вообще, в будущее присутствие на Южном Кавказе Россия не будет. Это касается как азербайджанского, так и армянского вектора российской внешней политики. Иными словами, совсем отпустить ситуацию на самотек Москва не имеет право. Отсюда, кстати, сконцентрированное внимание у Путина к этому конфликту. Оно проявилось, когда после необычно резких эпизодов эскалации летом прошлого года, в августе, в быстром темпе была организована встреча между президентами. Это показатель того, что Москва держит ситуацию под контролем, но пока у нее нет какого-то четкого видения, как развязать этот узел. Вот в чем проблема. Самое главное, как я уже сказал, для Москвы этот конфликт между теми странами, с которыми у нее крайне тесные и важные отношения в региональном масштабе.

- Какие шаги станут предвестниками реализации миротворческого плана?

Если бы у Москвы было достаточно ресурсов, чтобы осуществить полноценный миротворческий план, он бы уже стартовал. Его можно по-разному описывать, он может иметь разные компоненты: убеждение и определенное давление на Ереван, предложение Москвой каких-то очень выгодных макроэкономических решений вроде «безвозвратных» кредитов для компенсации потерь карабахской элите, открытие Азербайджаном транспортных коммуникаций в обмен на возвращение части ныне оккупированных азербайджанских территорий и так далее. Все эти варианты действий вроде бы лежат на столе и известны. Но кто будет полноценным носителем гарантий безопасности, способным стать провайдером этого решения для обеих конфликтующих стран, и во внешнем мире тоже? По всей вероятности, такой возможности нет по отдельности ни у Москвы, ни у Вашингтона. А вместе они не работают, и неизвестно, смогут ли в принципе. Парадоксально - Минская группа ОБСЕ - единственный формат на постсоветском пространстве, где Россия и США официально должны стремиться к одной цели. Сейчас это можно расценивать лишь как «дань уважения» геополитическому идеализму 1990-х...

На этой земле не было конфликта только тогда, когда эта территория была полностью внутри одного государственного или интеграционного проекта. Речь идет о СССР, который остался в прошлом. Какой-то другой проект, даже если мы говорим о европейском проекте, уже не обеспечит такую же масштабную систему внутренних балансов и безопасности на гражданском уровне. Там нужна жесткая дисциплина и методы силового принуждения в определенных точках.

Россия не может восстановить весь этот опыт и практику, которая была реализована в период СССР, потому что, во-первых, сейчас не тот исторический виток, а, во-вторых, для этого нет необходимых кадровых, силовых и финансовых ресурсов. Поэтому нахождение точек соприкосновения требует каких-то других промежуточных, паллиативных решений. Оптимизм состоит в том, что эти точки соприкосновения все же будут найдены, если в регионе будет достаточно тихо.

Беседовал Фуад Гусейн-заде

Азербайджан. Россия > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 26 января 2015 > № 1361569 Александр Караваев


Россия. ДФО > Транспорт > amurmedia.ru, 19 декабря 2013 > № 966955 Александр Караваев

Итоги 2013 года подводит Хабаровский филиал ОАО "ФГК"

О том, каких показателей удалось достичь компании, о стратегических планах на будущее рассказал директор Хабаровского филиала ОАО "ФГК" Александр Караваев

Хабаровский филиал ОАО "ФГК" полтора года работает на полигоне Дальневосточной железной дороги. За этот период филиал сумел занять уверенные позиции, зарекомендовал себя как табильный и надежный партнер. О том, каким стал для компании прошедший год, в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал директор филиала Александр Караваев.– Александр Гариевич, каким был для компании 2013 год?

– Уходящий 2013 год стал для нас довольно сложным. Мы – компания молодая, одними из последних вышли на рынок оперирования подвижным составом. Несмотря на общее снижение объема погрузки на Дальневосточной железной дороге в 2013 году, мы не только удержались в той же доле, что и в начале работы, но и несколько приросли в объемах грузоперевозок. Сегодня филиал осуществляет более 20% железнодорожных грузовых перевозок на Дальнем Востоке (в ноябре 2013 года в универсальном подвижном составе –более 40%).

– С какими трудностями пришлось столкнуться?

– Трудности у всех одни – спад экономики в целом. А железная дорога, как лакмусовая бумажка, наиболее заметно реагирует на негативные тенденции в экономике. Ключевой показатель работы железнодорожного транспорта – объем погрузки – напрямую зависит от показателей промышленного производства в стране. Если не работают предприятия, то и нет перевозок сырья и готовой продукции. Однако в этих непростых условиях Хабаровский филиал ОАО "ФГК" стремится удержать достигнутые позиции на Дальневосточной железной дороге. Клиентоорентированность, повышение качества сервиса, профессионализм сотрудников и нацеленность на успех, – вот те принципы, которые позволяют Хабаровскому филиалу ОАО "ФГК" даже в непростой экономической ситуации наращивать объемы перевозок.

– Каковы, на Ваш взгляд, приоритетные направления развития бизнеса железнодорожных перевозок на ближайшую перспективу?

– Некоторые компании пытаются привлечь клиентов, снижая стоимость услуг на рынке, но я считаю, это тупиковый путь. Потребности клиента нужно удовлетворять повышением качества обслуживания, сокращением сроков доставки.

Повышение качества обслуживания невозможно без технического переоснащения вагонного парка. ОАО "ФГК" реализует обширную инвестпрограмму по обновлению вагонного парка: взамен устаревших вагонов вводит в эксплуатацию новые платформы, крытые вагоны, цистерны, полувагоны. Так, за 2011 – 2013 годы Компания приобрела 17,4 тыс. новых вагонов на общую сумму порядка 38 млрд руб. В 2014 году ОАО "ФГК" планирует приобрести не менее 5 тыс. полувагонов и 3 тыс. крытых вагонов. Все эти меры позволяют своевременно обеспечивать заказчика подвижным составом, сокращать сроки доставки грузов, качественно выполнять условия договоров.

– Поменялась ли специфика номенклатуры грузов, перевозимых Федеральной грузовой компанией на Дальнем Востоке?

– Специфика осталась прежней. Мы возим уголь, который идет на экспорт и на внутренний рынок для нужд топливно-энергетического комплекса и жилищно-коммунального хозяйства, нефтеналивные, строительные, лесные грузы. Приоритет имеют грузы социального значения, перевозки которых позволяют повысить обороноспособность страны, региона, укрепить его социально-экономическое положение.

– Удовлетворены ли Вы итогами работы компании за 2013 год? С какими показателями планируете завершить его?

– По итогам работы за 11 месяцев 2013 года Хабаровским филиалом ОАО "ФГК" по Дальневосточной магистрали погружено более 110 тысяч вагонов, перевезено почти 7 млн тонн грузов различной номенклатуры. Доля Хабаровского филиала в погрузке в универсальный подвижной состав на Дальневосточной железной дороге в общем объеме перевозок с начала года возросла с 7% до 40%. В дальнейшем мы намерены продолжить работу по повышению эффективности управления парком вагонов, чтобы увеличить долю Федеральной грузовой компании в общем объеме погрузки на Дальневосточной железной дороге.

– Что бы Вы хотели пожелать партнерам ОАО "ФГК" в преддверии Нового года?

– Хочу поблагодарить руководство Дальневосточной железной дороги, все дирекции и службы, с которыми мы взаимодействуем, наших клиентов и партнеров и поздравить всех с наступающим Новым годом. От имени коллектива Хабаровского филиала ОАО "ФГК" хочу пожелать, чтобы следующий год для всех нас стал лучше предыдущего. Пусть Новый год подарит вам благополучие и укрепит веру в будущее. Крепкого здоровья, стабильности, неиссякаемой энергии и оптимизма, удачи в осуществлении намеченных планов и профессиональных успехов в Новом году!

Россия. ДФО > Транспорт > amurmedia.ru, 19 декабря 2013 > № 966955 Александр Караваев


Россия. ДФО > Транспорт > amurmedia.ru, 20 сентября 2013 > № 900351 Александр Караваев

Федеральная грузовая компания обеспечивает 39% всех грузоперевозок на Дальневосточной железной дороге. В организации действует система контроля качества сервиса, предприятие отличает долгосрочные отношения с клиентами. О том, чем живет компания сегодня в интервью корр. ИА AmurMedia рассказал директор филиала Александр Караваев.

– Федеральная грузовая компания структура достаточно молодая, три года для компании небольшой срок. Александр Гариевич, скажите, пожалуйста, с чего начиналась компания?

– Федеральная грузовая компания – дочернее общество ОАО "РЖД". Предприятие создана в соответствии с решением совета директоров ОАО "РЖД" 26 августа 2010 года. Отсчет истории ОАО "ФГК" ведет со дня государственной регистрации – 24 сентября 2010 года – этот день является Днем нашей организации. В сентябре 2013 года "ФГК" отмечает свое трехлетие. На сегодняшний день в структуре "ФГК" – 14 филиалов, осуществляющих обслуживание клиентов на всей сети российских железных дорог. На территориях Украины и Казахстана открыты представительства ОАО "ФГК". Что касается Хабаровского филиала, то мы работаем на полигоне Дальневосточной железной дороги, в зоне ответственности –огромная территория – Хабаровский и Приморский края, республика Саха (Якутия), Амурская и Сахалинская области, Еврейская автономная область.

– В чем преимущество вашей компании перед конкурентами?

- Широкая филиальная сеть, собственный универсальный подвижной состав, постоянная готовность предоставить необходимое количество подвижного состава – вот далеко не полный перечень преимуществ компании. В своей работе мы стараемся установить долгосрочные и стабильные отношения с клиентами, постоянно повышая качество сервиса и спектр предоставляемых услуг. Большое внимание уделяется оперативности и своевременности предоставления услуг. Также играет свою роль мобильность нашего молодого и перспективного коллектива, средний возраст которого составляет 33 года. Всего у нас работают 119 человек, это не только в Хабаровске, но и в других регионах – Комсомольск-на-Амуре, Ванино, Владивосток, Находка, Уссурийск, Дальнереченск, Ружино. Посторонних и случайных людей в нашем филиале нет, все профессионалы, знатоки своего дела. Все ранее, так или иначе, были связаны с железной дорогой.

– Какими достижениями компания гордится на сегодняшний день?

– По итогам производственной деятельности Хабаровского филиала за август 2013 года 39% всех перевозок на Дальневосточной железной дороге выполняются вагонами Федеральной грузовой компании. Только за этот год данный показатель вырос более чем в пять раз с 7,2%. Прежде всего, это социальные перевозки, но и, конечно, коммерческие перевозки.

– Можно остановиться поподробнее на социальной ориентированности ОАО "ФГК"?

– Одно из важнейших направлений нашей работы – перевозка грузов социального назначения, к которым относятся перевозки каменного угля для нужд энергетического комплекса, строительных материалов для постройки объектов инфраструктуры, военных грузов для обеспечения безопасности страны. Осуществляем мы и так называемые низкодоходные перевозки, от которых многие компании в отличие от нас отказываются. Например, сейчас в республике Саха (Якутия) горнодобывающая компания "Мечел" строит угольный разрез. Мало кто соглашается перевозить туда их грузы. Но мы, не раздумывая, предоставляем свой подвижной состав. Также мы предоставляем свои вагоны ОАО "АК "Железные дороги Якутии" для сообщения с северными станциями республики Саха. Немногие соглашаются ездить и на Сахалин, потому что это также менее доходные перевозки. Мы ставим для себя минимальные сроки, предоставляем подвижной состав и отслеживаем, чтобы его движение укладывалось в эти сжатые сроки.

В связи с чрезвычайной ситуацией в регионе Федеральная грузовая компания оказывает содействие в организации перевозки грузов в районы, пострадавшие от наводнения. В период с 30 августа по

9 сентября 2013 года вагонами ОАО "ФГК" в зону бедствия было доставлено свыше 760 тонн спецтехники, оборудования и гуманитарного груза для проведения аварийных работ и оказания помощи населению. Погрузка осуществлялась на станции Хабаровск-2 назначением на станцию Комсомольск-на-Амуре. Федеральная грузовая компания и впредь готова предоставлять собственный подвижной состав до устранения всех последствий наводнения.

– Какие у организации планы на будущее?

– На сегодняшний день ОАО "ФГК" является одним из крупнейших операторов универсального железнодорожного подвижного состава. В непростых условиях современного рынка главной задачей является сохранение достигнутого результата посредством улучшения качества оказываемых услуг, внедрения новых сервисов с учетом индивидуальных потребностей клиентов. Нам важно, чтобы нашим партнерам работать с нами было легко и удобно.

– Какую политику ОАО "ФГК" ведет по отношению к своим работникам?

– Для работников в ФГК созданы высокие социальные стандарты, Компания предоставляет своим работникам широкий спектр социальных гарантий: дополнительное медицинское и пенсионное страхование, различные формы оздоровления персонала, организацию летнего отдыха детей, есть компенсация санаторно-курортного лечения, проезда на железнодорожном транспорте. В Федеральной грузовой компании сложилась традиция поддерживать и развивать корпоративный спорт. В Компани проводятся спортивные мероприятия с участием наших работников, что в итоге ведет к укреплению командного духа, сплочению коллектива и, конечно, приобщению к здоровому образу жизни.

Россия. ДФО > Транспорт > amurmedia.ru, 20 сентября 2013 > № 900351 Александр Караваев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter