Всего новостей: 2528923, выбрано 5 за 0.006 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Маслов Алексей в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаТранспортГосбюджет, налоги, ценыФинансы, банкиОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полициявсе
Белоруссия. Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 18 мая 2017 > № 2179768 Алексей Маслов

Россия оказала КНР имиджевую поддержку

Позиция Москвы по проекту «Один пояс — один путь» не совсем совпадает с той, что продвигает Пекин, отмечает востоковед Алексей Маслов.

Россия не может оставаться эксклюзивным партнером даже для Белоруссии.

На этой неделе в КНР завершился внешне весьма представительный форум, посвященный обсуждению глобального китайского транспортного проекта «Один пояс — один путь» (новый «Шелковый путь»). В его работе приняли участие лидеры 30 государств. На форуме, как и положено в таких случаях, прозвучало довольно много громких слов и заявлений. В частности, о том, что руководителей Китая и России Си Цзиньпина и Владимира Путина более чем устраивает подход, не предполагающий никакого вмешательства во внутренние (да и международные) дела друг друга — только экономика.

«Мы не экспортируем социальный строй и модель развития, и не навязываем их в ходе строительства «Одного пояса и одного пути», — заявил председатель Си. »…следует, прежде всего, отказаться от воинственной риторики, взаимных обвинений и упреков, которые лишь усугубляют ситуацию», — вторил ему Путин. Однако, несмотря на внешнее единство взглядов китайского и российского лидеров, по окончании саммита остались вопросы, на которые пока нет ответов.

О том, насколько стыкуются между собой проводимый под эгидой Китая проект нового «Шелкового пути» и российская концепция экономической интеграции на постсоветском пространстве в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), в интервью «Росбалту» рассказал руководитель Школы востоковедения ВШЭ Алексей Маслов.

— Что можно назвать главным итогом визита Путина в Китай?

— Самое главное, что Путин озвучил российскую позицию по проекту «Один пояс — один путь». И она, на мой взгляд, не совсем совпадает с тем, что продвигает Пекин. КНР подразумевает объединение стран под эгидой китайского проекта таким образом, что разные государства участвуют в проекте, который во многом финансируется Китаем, определяющим и его параметры. Путин предлагает более гибкую и сложную конструкцию сотрудничества между уже существующими блоками государств. Прежде всего, это ЕАЭС, ШОС, БРИКС, АСЕАН и теперь еще и «Один пояс — один путь». Таким образом это уже не совсем китайский проект, а особое взаимодействие между блоками.

Второй момент состоит в том, что Путин после Си Цзиньпина был вторым, а из числа гостей — первым лидером этой конференции. Россия стала крупнейшей страной, которая своим присутствием оказала поддержку Китаю. Для Пекина это было крайне важно, учитывая некоторую критику этого проекта, причем не только со стороны США и Европы, но и Индии, которая в известной степени против него, поскольку его центральная часть пролегает вдоль Пакистана. Так что поддержка России здесь была очень важна для Китая.

— При этом Индия ведь вообще проигнорировала этот форум…

— Да. И то, что Путин стоял рядом с Си Цзиньпином, показывало, что Россия оказала КНР имиджевую поддержку.

— А за что критикуют новый «Шелковый путь» в Европе и США?

— Во-первых, критика состоит в том, что проект, который должен быть международным, целиком направляется одной страной — Китаем. И если другие страны хотят выдвинуть свое видение или внести свои коррективы, то нет никакого механизма учета их мнения. Во-вторых, им не нравится неясность параметров проекта. Например, с одной стороны, КНР готова финансировать развитие инфраструктуры, строить железные дороги — это чисто экономическая, инвестиционная сторона вопроса. Но почему-то одновременно в Китае все время упоминают о широкой международной интеграции. Эти два тезиса не очень связаны.

Если мы говорим о том, что сейчас есть, то, по большому счету, это исключительно китайский проект, который будет осуществляться на территории других стран. В этом случае странам, которые нуждаются в прямых инвестициях — в Центральной и Юго-Восточной Азии — это выгодно. А вот большие игроки, вроде России или ЕС, не очень понимают, зачем им участвовать в китайском проекте, когда можно заключать договоры об инвестициях напрямую.

— А что России дает новый «Шелковый путь»?

— Начнем с политической составляющей. Безусловно, это укрепляет позиции Российской Федерации в качестве геостратегического участника международной жизни. Потому что Москве важно показать, и это был один из основных тезисов российского президента, что мы нуждаемся в новом характере международных отношений. Россия тоже не стала это определять (в конце концов, это не российская инициатива), но РФ готова выступать здесь вместе с Китаем теми игроками, которые меняют правила игры, и это укрепляет позиции Москвы. Кроме того, это повышает нашу конкурентоспособность в переговорах с США и ЕС.

Кому достанется Северная Корея

Еще один момент состоит в том, что теоретически это открывает нам возможность для расширенного инвестиционного сотрудничества. По итогам этих переговоров был создан, фонд развития Дальнего Востока (правда, небольшой). Наконец, для России это была сама по себе очень важная площадка для озвучивания своих позиций.

— Стыкуется ли китайский проект с ЕАЭС?

— Надо начать с того, что между ними есть реальные противоречия, потому что ряд стран, состоящих в ЕАЭС, одновременно участвуют и в проекте «Один пояс — один путь». Это, на мой взгляд, противоречие очевидное. Второй момент состоит в том, что РФ предлагает совместно использовать транспортные магистрали не только для перевозки китайских товаров в Европу по территориям стран, входящих в ЕАЭС, но и для поставок товаров из ЕАЭС в Китай.

— А китайцы согласны?

— Китайцы пока на это не реагируют. Это одна из проблем — китайцы не то чтобы не поддерживают эти предложения, а просто не слышат их.

— Чем «Один пояс» привлекает Белоруссию, президент которой Александр Лукашенко пытается наладить прямые отношения с Китаем? Не получится ли, что отдельные страны ЕАЭС будут участвовать в этом проекте с Китаем не блоком, а напрямую?

— Это уже происходит. Расширенные контакты Белоруссии с КНР начались еще в 2013-14 годах. Китай в Белоруссии уже выступает инвестором серьезных международных проектов. Так что и это противоречие — очевидное. Но пока интересы России и Китая в Белоруссии не пересекаются. Москва — энергетический партнер Минска. Нам просто надо помнить, что РФ не может являться его эксклюзивным партнером, и у стран, подобных Белоруссии, здесь есть довольно широкий выбор.

Беседовал Александр Желенин

Белоруссия. Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 18 мая 2017 > № 2179768 Алексей Маслов


Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 мая 2017 > № 2175941 Алексей Маслов

Пекинский нажим Путина

Александр Гостев, Радио Свобода, США

В Пекине 15 мая завершился двухдневный международный форум «Один пояс, один путь». Лидеры 29 государств и главы важных мировых организаций были приглашены в КНР, чтобы, по сути, одобрить планы расширения глобального китайского влияния на геополитику и торговлю. Президент России Владимир Путин, один из самых важных гостей форума, произнес здесь программную речь, в которой фактически сумел одновременно вновь подвергнуть критике западные концепции мироустройства и поставить под сомнение все намерения Китая.

«Один пояс, один путь» — это сокращенное название двойной концепции Экономического пояса шелкового пути и Морского шелкового пути XXI века, о которой Председатель Китайской Народной Республики Си Цзиньпин заговорил впервые в 2013 году, сразу после своего прихода к власти. Три маршрута Экономического пояса шелкового пути: Северный — из Китая через страны Центральной Азии и Россию до Северной Европы, Центральный — из Китая через Центральную Азию к Ближнему Востоку и Средиземному морю, и Южный — из Китая в Юго-Восточную Азию и к Индийскому океану. Морской шелковый путь XXI века предполагает маршруты из китайских портов в Индийский океан и далее до Европы, а также и в весь регион Тихого океана. По планам Пекина, для этого в будущем следует создавать новые и совершенствовать старые торговые пути, индустриальные парки, экономическо-транспортные коридоры, которые свяжут более 60 государств.

Си Цзиньпин пообещал выделить на эту инициативу 124 миллиарда долларов. Выступая перед аудиторией, в которой находились президент России Владимир Путин и президент Турции Реджеп Эрдоган, председатель КНР заверил, что его план не является «просто попыткой содействовать китайскому влиянию во всем мире». Си также активно защищал идеи глобализации, косвенно полемизируя с высказываниями президента США Дональда Трампа, обещавшего сделать «Америку первой» в международной торговле и отношениях.

Владимир Путин в ответ заявил, что Россия поддерживает стратегические планы Китая и намерена активно в них участвовать — при этом подчеркнув, что интеграционные процессы, о которых говорил китайский лидер, очень непросто реализовать и что они должны опираться на «общепризнанные правила». Следующая его встреча с Си Цзиньпином должна состояться 4 июля, когда глава КНР прибудет в Москву с официальным визитом.

Российский президент в Пекине вообще очень много говорил о понятиях «Евразия» и «евразийский», особенно в программной речи, с которой он выступил 14 мая. Как полагает политолог-китаист, руководитель Школы востоковедения при Высшей школе экономики в Москве Алексей Маслов, его выступление дает много работы и традиционным аналитикам, и завзятым конспирологам — начиная от слов о необходимости создания «большого евразийского партнерства» с участием Евросоюза и до понятно к кому обращенных призывов «отказаться от воинственной риторики, чтобы преодолеть застой в глобальном развитии». Как, впрочем, и заявления самого Си Цзиньпина:

Радио Свобода: Насколько сумасшедше-масштабной выглядит многовекторая концепция Экономического пояса шелкового пути и Морского шелкового пути XXI века, о которой так сейчас подробно рассказывал Си Цзиньпин?

Алексей Маслов: Во-первых, конечно, она выглядит абсолютно глобально. Более того, впервые, наверное, за всю свою новейшую историю Китай начал говорить о судьбах мира, а не только о судьбах Азии или только о своей судьбе. Во-вторых, Китай, как он сам утверждает, предлагает глобальную концепцию новых геополитических и экономических отношений, причем именно со своей финансовой поддержкой, чего за последнее время никто не предлагал. В-третьих — как раз конкретного проекта мы не слышим и не видим! Мы видим лишь заявления, сами по себе очень интересные, и только желание всех объединить под эгидой китайской идеи. Но при этом Китай заявляет, и об этом он также впервые заговорил, наверное, за последние 150 лет, что ныне сложившиеся экономические и геополитические отношения — несправедливы. Есть ограничения для многих стран, прежде всего для самого Китая, в области доступа к рынкам, к природным и энергетическим ресурсам. Поэтому мир, как говорят в Пекине, должен стать более справедливым, более открытым и, в известной степени, более дешевым. Более того, Китай приглашает в это светлое будущее все страны мира! И многие страны действительно эту концепцию поддержали. Поэтому с точки зрения глобализма это первая за последние 30-40 лет глобальная идея мирового переустройства.

— Читая выступление товарища Си, я обратил внимание на очень важную откровенность. Глава КНР сказал, что Китай больше не будет идти «старой дорогой игр между врагами». Что стоит за этой фразой?

— Китай, и это тоже старая китайская концепция, не хочет быть разменной монетой в чьей-то игре. Например, в столкновении США и России или между странами Восточной и Юго-Восточной Азии с одной стороны и США — с другой. Китай не хочет быть чьей-то «картой» или чьим-то «фактором». КНР сейчас выступает как абсолютно самостоятельный игрок. Эта концепция родилась не на пустом месте, поскольку Китай в течение последних лет чувствует себя несколько обиженным. Обладая колоссальными экономическими ресурсами, большим политическим влиянием, Китай до сих пор часто воспринимается как «страна-производитель», но ни в коем случае не «вершитель судеб». А Пекин хочет именно вершить судьбы мира! Поэтому Си Цзиньпин и заявил, как мировой лидер, о том, что Китай не просто не будет участвовать в столкновениях между странами, а уже сам станет диктовать свои правила игры для нового мира.

— Россия, если судить по словам присутствовавшего рядом Владимира Путина, весьма радостно стремится играть в этой концепции «Одного пояса — одного пути» одну из ведущих ролей. Выгодно ли это ей? И самое главное — удастся ли?

— Да, все не так просто, как это представляет Китай и как часто представляется в СМИ, в том числе российских. Я напомню, что многие страны уже присоединились к китайской концепции «Одного пояса — одного пути», то есть подписали с Китаем соответствующий договор. Но не Россия! Пекин говорит, что таких государств около 50, по другим сведениям — их чуть более 30, но в любом случае России в этом списке нет. Это значит, что Москва лишь поддерживает саму по себе эту идею, но готова и хочет сочетать с китайским проектом свои, российские проекты. Более того, Россия настаивает на том, что вся эта интеграция должна быть не «интеграцией в Китай», в китайский проект, а интеграцией между уже существующими проектами. Например, между проектом ЕврАзЭС, проектом АСЕАН, который существует уже много лет, и теперь вот проектом Нового китайского шелкового пути.

Потому что, говоря о глобализации, Китай, на самом деле, не объяснил, как он собирается решать крупные мировые проблемы. Китай также не объяснил самую простую и важную вещь. Мировая торговля существует в течение тысячелетий, ВТО существует десятилетиями. Транснациональные железные дороги существуют уже столетиями. Чем они сейчас Пекину не нравятся? Россия пытается указать, на мой взгляд, на противоречия, в которые Китай сам себя загоняет, при этом не желая на это обращать внимание.

Действительно, на форуме в Пекине Путин сыграл очень важную роль именно своим присутствием. Он был там вторым человеком после Си Цзиньпина и первым среди всех присутствовавших лидеров государств, а всего их было 29. И Китай, конечно, очень хотел создать впечатление, что Россия просто целиком и полностью поддерживает его проект. Но достаточно послушать речь Путина — и становится ясно, что никакого единства в этом плане между Россией и Китаем просто нет.

— Почему Путин, выступая в Пекине с такой программной речью, подверг критике западную концепцию социального государства, из-за которой в мире якобы усиливаются угрозы международной безопасности? Ведь ясно же, что его слова могли быть обращены в основном к Си Цзиньпину, ну, может быть, еще к президенту США Дональду Трампу. Что им он хотел сказать? Почему выбрал для такой речи именно Пекин?

— Все, что сказал Путин, это абсолютно не новая вещь в риторике российского президента. Но ему важно было показать, что он говорит на форуме вроде бы единомышленников! Что он высказывает свои идеи, находясь рядом с лидером крупнейшей державы мира, говорит рядом с главами государств, которые концептуально это все поддерживают. Место выбрано очень правильное! Более того, интересно, что Путин опять говорил о странах Запада значительно более критично, чем тот же самый Си Цзиньпин. Он здесь вновь был этаким «еnfant terrible», то есть «несносным ребенком», взял на себя ту роль, в какой обычно и выступает российский президент на международных заседаниях. Россия в его лице выступает во всей этой композиции как game-changer, нарушитель устоявшихся правил — хотя сам Путин говорит именно о необходимости из соблюдения! Путин произносит во многом то, что хотят, на самом деле, сказать и китайцы, но по многим дальновидным соображениям считают это невозможным.

— Президент России призывал в своей речи государства Евразии отказаться от воинственной риторики. Он ведь не только КНДР явно имел в виду?

— Да вся пекинская речь Владимира Путина просто наполнена внутренними смыслами! Она находка для конспирологов! Во-первых, Путин говорит о Евразии. Это значит, что Путин уже говорит, что единая Евразия сама по себе существует. И это не только Китай, это и другие страны, у которых есть свои интересы, которые надо учитывать. Это, на мой взгляд, очень тонкая критика в адрес Китая, который просто навязывает свою концепцию, не слушая партнеров по диалогу. Второе — про воинственную риторику. Под Евразией, я так понимаю, российский президент подразумевает всю обширнейшую территорию от ЕС до Азии, а не только Евразийский союз. Где есть и Украина, и страны Центральной Европы, в первую очередь Польша и страны Балтии, которые очень негативно относятся к России. Понятно, на что Путин намекает. Но еще очень важно то, что эти страны, в том числе сейчас и Украина, являются, грубо говоря, грантополучателями Китая. И поэтому этот «пекинский» намек, на мой взгляд, заключается в том, что, если вы хотите участвовать в получении китайских инвестиций, грантов и так далее, надо вам как-то начать с Москвой сотрудничать. По сути дела, это нажим — на то, что, мол, нужно возвращаться в поле торговли и прекращать политическую пикировку.

— США на форуме в Пекине как бы и не присутствовали, и присутствовали. По крайней мере, все явно думали о том, как на все это посмотрят в Вашингтоне. Накануне форума администрация президента Дональда Трампа заявила о масштабной торгово-экономической договоренности с КНР. Китай открывает американцам свой рынок и так далее. Как это повлияло на этот форум? И как это увязывается с глобальными планами Пекина?

— Во-первых, действительно, американцы незримо присутствовали там в виде нескольких делегаций наблюдателей от различных think-tanks. Более того, в американских СМИ публиковались очень негативные статьи про этот форум. И критика со стороны США была обращена, прежде всего, на тот факт, что Китай предлагает глобализацию, но при этом, кроме России, никто из крупных стран мира эту концепцию не поддерживает. Ведь и Индия резко выступила против, и государства ЕС. Поэтому в Вашингтоне мониторили происходившее 14-15 мая в Пекине просто от начала до конца.

Второй очень важный момент заключается в том, что Дональд Трамп действительно разбросанными действиями сумел немного изменить правила игры — сначала серьезно оскорбив Пекин, надавив на него, а потом предложив ему целый ряд довольно интересных сделок. То есть президент США показал, что, каким бы мощным Китай ни был, он во многом зависит от мировых рынков, ну, и от самих США. Но КНР привыкла работать в такой ситуации! Могут быть какие угодно политические противоречия — но торговля останется торговлей и она будет развиваться. Объемы взаимной китайско-американской торговли постоянно возрастают. И индекс взаимозависимости между Китаем и США в области товарооборота в разы выше, чем между Россией и США. Пекин в данном случае прекрасно понимает, что любая его антиамериканская риторика, связанная и с этим форумом, и вообще с чем угодно, скажется негативно и пойдет лишь во вред двум сторонам. Поэтому антиамериканскую риторику во время этой встречи взял на себя российский президент Владимир Путин! — полагает руководитель Школы востоковедения при Высшей школе экономики в Москве Алексей Маслов.

Россия. Китай > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 мая 2017 > № 2175941 Алексей Маслов


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 21 апреля 2016 > № 1730150 Алексей Маслов

В конце апреля состоится визит министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Китай, где он встретится с главой МИД КНР Ван И. Об этом было заявлено на встрече двух глав дипломатических ведомств, состоявшейся на этой неделе в Москве. Обе встречи, в свою очередь проходят в рамках контактов группы РИК (Россия — Индия — Китай) и подготовки визита президента РФ Владимира Путина в КНР, который должен состояться этим летом. В чем смысл такой дипломатической активности с учетом того, что экономическое сотрудничество между Москвой и Пекином оставляет желать лучшего? Об этом в интервью «Росбалту» рассказал руководитель Школы востоковедения ВШЭ профессор Алексей Маслов.

- Чем вызваны предстоящий визит Сергея Лаврова в Пекин и ожидаемый визит в КНР президента РФ Владимира Путина? Это такие «визиты вежливости», или они свидетельствуют о том, что идея разворота экономического сотрудничества РФ на Восток, о которой в России заговорили года два назад, все-таки жива?

- Лавров сам заявил, что на предстоящей встрече с главой китайского МИДа они собираются уделить больше внимания международной тематике. Речь пойдет о многосторонних альянсах и многосторонних международных организациях в Азии.

Тут надо понимать, что, с одной стороны, у России и Китая в принципе отрегулированы большинство двусторонних вопросов и нет серьезных противоречий. С другой стороны, у нас серьезные проблемы в торговле с Китаем. Лавров хочет дистанцироваться от экономических вопросов, потому что они у нас с КНР тяжелые и сложные. То есть нам сложно двигаться в каком-то одном направлении. И поэтому Россия решила усилить многостороннее сотрудничество в Азии. Скорее всего, речь пойдет об активизации деятельности Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Кроме того, там будет активно упоминаться и БРИКС (международный «клуб» Бразилии, России, Индии, Китая и Южной Африки).

Также абсолютно очевидно, что Россия сегодня пытается начать играть роль не просто экономического партнера стран Азии (поскольку сейчас это не очень удается), а, прежде всего, серьезного политического игрока. Если мы посмотрим на то, чем занимался недавно тот же Лавров при посещении Монголии и Японии, то увидим, что все его заявления касаются урегулирования спорных проблем в Азии.

Например, Лавров во время этих визитов поднял проблемы, сложившиеся вокруг Южно-Китайского моря, отметив, что все страны там должны воздержаться от применения силы. Он также заявил, что нужно прекратить любое вмешательство в переговоры двух стран, которые не имеют отношения к этим спорам.

- Что здесь имелось в виду?

- Ну, например, есть конфликт по островам Сенкаку между Китаем и Японией. Есть желание попытаться увязать этот конфликт вообще с территориальными спорами в Азии. Например, это может быть потенциальная связка договоренностей по территориальным спорам между Россией и Японией, Китаем и той же Японией. Так вот Россия, как раз очень жестко воздерживается от того, чтобы хоть как-то увязывать двухсторонние споры в многостороннем формате.

- Насколько я понимаю, это камень в огород американцев и в какой-то мере Лавров повторяет недавнее заявление лидера КНР Си Цзиньпина, который сказал, что азиатские страны должны разбираться в своих спорах без международных посредников?

- Но Си Цзиньпин немного лукавил. Он зашел с другой стороны, имея в виду, что им не нужны американцы в спорах с Японией или в Южно-Китайском море, но при этом Китай всегда готов и ему интересно, чтобы Россия поддержала его в этих территориальных спорах. Так вот, как раз МИД РФ говорит о том, что мы не собираемся увязывать эти споры друг с другом. Точно так же Россия не собирается вступать в спор между Китаем, Вьетнамом и Филиппинами по определению зон ответственности между этими государствами в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях. Мы эти споры сейчас даже не комментируем.

Для нас это важно, потому что у России сейчас складываются отдельные отношения с Вьетнамом, развиваются отношения с Филиппинами. То есть, Россия резервирует себе место «тигра, который находится над схваткой».

- Почему это сейчас важно для Москвы?

- Потому что Россия устами Лаврова сейчас будет заявлять о своих именно политических интересах в Азии. Все это предваряет визит Путина в Китай, который, вероятно, состоится в июне или июле. Лавров должен отработать политические вопросы этого визита, а торгово-экономические будут отрабатывать вице-премьеры российского правительства Дмитрий Рогозин и Игорь Шувалов.

- Но вернемся к торгово-экономическим проблемам России и Китая. «Разворот на Восток» все-таки не получился?

- Пока весь «разворот на Восток» удачен (да и то на уровне деклараций) в плане небольших региональных проектов. Есть, например, ряд заявлений (пока даже не соглашений) о том, что Пекин готов перенести часть своих предприятий на российский Дальний Восток или о том, что российские и китайские банки начинают сотрудничество в области прямых взаимных инвестиций. Но мы еще не знаем насколько активно пойдет это сотрудничество.

Как следствие, Россия выбирает правильную тактику, обсуждая укрепление международных структур в этом регионе. Прежде всего ШОС, БРИКС, ООН, G20. Плюс, РФ пытается выступать некой «точкой сборки» между Китаем и Индией, выбивая серьезный козырь у американцев. Эти три страны, как многие полагают, хотят восстановить нормы деятельности ООН в этом регионе. И здесь Россия стимулирует международный процесс, пытаясь выступать как азиатская держава, которая играет активную роль в урегулировании именно азиатских дел.

Беседовал Александр Желенин

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 21 апреля 2016 > № 1730150 Алексей Маслов


Китай. Россия > Госбюджет, налоги, цены > rosbalt.ru, 27 января 2016 > № 1628978 Алексей Маслов

На этой неделе котировки ключевых китайских компаний на биржах упали до рекордно низкого за 13 месяцев уровня. Нефтяной рынок немедленно отреагировал на это событие очередным снижением цен на «черное золото». Во вторник президент России Владимир Путин признал зависимость между состоянием китайской экономики и уровнем мировых цен на нефть, а значит, и состоянием российской экономики. О том насколько серьезны изменения, которые происходят в последнее время в КНР, многие годы бывшей локомотивом мирового развития, и о том, какие последствия это может иметь для нашей страны, в интервью «Росбалту» рассказал руководитель Школы востоковедения ВШЭ, профессор Алексей Маслов.

- На ваш взгляд, что происходит с китайской экономикой? Это временное падение или долговременный тренд?

- То, что происходит сейчас в Китае это именно долговременный тренд, причем тренд предсказуемый. Те меры, которые предлагались китайским руководством в конце прошлого года и предлагаются сейчас, судя по всему, не в состоянии вывести страну из этого затяжного падения. Во многом это обусловлено накопившимися за десять лет проблемами, которые невозможно решить сразу же одним заседанием Политбюро ЦК Компартии Китая. Если мы посмотрим по некоторым тенденциям прошлого года, то станет понятно, как Китай будет развиваться в этом году и последующие 5-6 лет.

- Насколько можно доверять официальной китайской статистике?

- Те цифры валового внутреннего продукта, которые называют китайцы, безусловно, являются лукавыми. Например, многие западные эксперты, после тщательного анализа китайского рынка уверяют, что реальный рост экономики здесь составляет около 4% ВВП, а никак не 6,9% (официальные данные КНР за 2015 год, - «Росбалт»). Одним из показателей такой скорректированной статистики являются цифры роста потребления электроэнергии в Китае — в прошлом году он составил лишь 0,7%. И это официальные данные, которые дает национальный комитет КНР по энергетике. Иными словами, потребление электроэнергии в Китае практически не растет. Это значит, что не растет и производство. Но именно рост производства в этой стране долгое время обеспечивал и прирост ее ВВП.

Кроме того, в китайской экономике появляются новые тренды и в производстве, и в потреблении. И то, и другое в конце 2015 года упали на 8,7%. Это рекордное падение за последние 14 месяцев. Экспорт, который и приносил основные доходы китайской экономики, упал почти на 7%. Причем за прошлый год заметное торможение шло из квартала в квартал.

Таким образом, мы имеем ряд негативных факторов. В том числе и фактор удорожания китайской экономики, что касается и производства, и проживания, и содержания предприятий, то есть операционных расходов. В совокупности это приводит к бегству как зарубежных, так и собственно китайских капиталов из страны. Многие компании постепенно начинают выводить свои предприятия из Китая в более конкурентные страны. Прежде всего, во Вьетнам, Индонезию, Малайзию, Мексику, Аргентину, которые при более низкой себестоимости обеспечивают сопоставимое качество продукции. Этот тренд усилился после первого серьезного звонка, прозвучавшего летом 2015 года, когда те прогнозы, о которых говорили, стали очевидны.

Китай утащит всех на дно

В итоге прошлый год ознаменовался колоссальным оттоком капитала из Поднебесной. А учитывая, что в Китае потребление было следствием роста, а не его причиной, то и получилось, что отсутствие экономического роста сразу схлопнуло и потребление. Таким образом, та модель, по которой Китай развивался последние двадцать лет, и которая давала столь мощный рост, оказалась неработающей. По сути дела, это классический кризис образца конца 20-х - начала 30-х годов XX века, но только в масштабах одной страны.

- Какие еще факторы привели к нему?

- Важнейшей причиной нынешнего экономического спада в стране стал и безостановочный рост внутреннего долга, как государственных, так и частных компаний. Сегодня он составляет в Китае около 350% ВВП. Мы получаем там каскадирующий рост долгов, когда мелкие предприятия не возвращают займы мелким банкам, а те — крупным и так далее. Это тоже не новость. Но если в 2014-2015 годах Пекин старался гасить или реструктуризировать эти долги за счет государства, то сейчас в масштабах всей страны это стало невозможно. Не случайно в конце 2015 года в КНР было принято серьезное решение о реальном банкротстве предприятий, у которых нет перспектив на оптимизацию производства.

Как следствие это порождает и рост цен, и сокращение потребления за счет попыток экономии семейных бюджетов. В итоге деньги в экономику не вливаются.

- То есть, прежняя модель китайской экономики уже не работает?

- Эта модель базировалась на максимизации масштабов производства — строительстве большого количества заводов, дорог. Сегодня идея руководства КНР состоит в том, чтобы переориентировать производство на выпуск высококлассной современной продукции, которая могла бы конкурировать с передовыми американскими, корейскими, японскими технологиями. Но для этого требуется время. Сейчас как раз тот промежуток, когда старая модель дала сбой, а новая еще не заработала.

- Насколько прав Владимир Путин, когда говорит, что одной из причин падения нефтяных цен стало замедление экономического роста в Китае?

- Тут надо переставить местами телегу и лошадь. Китайская экономика начала тормозить из-за серьезных внутренних дисбалансов. В Китае до сих пор идет рост потребления энергоресурсов, только скорость его замедлилась. Хотя КНР и была крупнейшим потребителем нефти и газа, в Поднебесной ставилась задача сократить их использование, чтобы быть менее зависимыми от внешнего мира.

- Чем сокращение темпов роста экономики КНР грозит миру?

- Перестройка экономической модели Китая действительно повлияет на весь мир в плане переориентации производства на другие страны. Если китайцы предложат более конкурентоспособные цены и технологии, то Китай в известной степени заменит в этом Японию. В любом случае мы должны готовиться к росту цен на многие товары — от текстиля до электроники, потому что перенос производства в другие страны сам по себе стоит денег.

«Потенциал Индии выше, чем у КНР»

- Как еще может отразиться сокращение темпов роста китайской экономики на мировую экономику?

- Серьезно отразится. Но это не приведет к мировому кризису, а приведет к замедлению темпов роста мировой экономики.

- А как это повлияет на Россию?

- Несмотря на заверения о горячей дружбе России и Китая, две страны оказались не очень тесно связаны друг с другом. В свою очередь падение роста экономики Китая на России скажется меньше, чем на США, которые только официально более 50% товаров производили в Поднебесной. Россия была привязана к Китаю поставками лишь некоторых видов продукции, причем, привязана регионально. Сильнее прочих на торговлю с КНР завязаны Приморский край, Амурская область и некоторые другие.

Но и для России снижение темпов развития Китая будут иметь серьезные негативные последствия. Например, Пекин рассматривался Москвой, как самый крупный и надежный потребитель энергоресурсов. И хотя некоторые эксперты еще в 2012-2013 годах предлагали срочно переориентироваться в торговле с КНР на другие виды продукции, доходы от нефти и обещанные контракты на ее поставку тогда были настолько велики, что к ним мало кто прислушался.

Беседовал Александр Желенин

Китай. Россия > Госбюджет, налоги, цены > rosbalt.ru, 27 января 2016 > № 1628978 Алексей Маслов


Россия. Греция > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 апреля 2015 > № 1363795 Алексей Маслов

Россия - Греция: фундамент отношений выдержал испытание временем (№4-2015)

Маслов Андрей

«Международная жизнь»: В связи со сменой правительства Греции и приходом к власти коалиционного правительства партий СИРИЗА и АНЭЛ как бы вы охарактеризовали нынешнее состояние и перспективы российско-греческих отношений?

Андрей Маслов: Новое греческое правительство не только сохранило преемственность в наших отношениях, но и выразило желание развивать их более высокими темпами. В России к этому готовы, что было отфиксировано в ходе телефонного разговора Президента Российской Федерации В.В.Путина с премьер-министром Греческой Республики А.Ципрасом 5 февраля этого года и переговоров министра иностранных дел России С.В.Лаврова с его греческим коллегой Н.Кодзиасом в Москве 11 февраля. В течение нескольких последних лет двустороннее сотрудничество явно пробуксовывало, и теперь открылась перспектива его оживления.

Основной вектор нашему взаимодействию будет задавать подготовка комплексных мероприятий, приуроченных к Году России в Греции и Году Греции в России в 2016 году. Мы намерены активно сотрудничать с Грецией, видим в ней серьезного и доброжелательного партнера, открытого к диалогу. Фундамент российско-греческих отношений прочен и выдержал испытание временем. В его основе - духовное родство, общность культурного наследия православных народов, многовековой опыт сотрудничества, в том числе и в годы военных испытаний, тесное переплетение человеческих судеб и чувство взаимной симпатии.

«Международная жизнь»: «Благодаря историческим и культурным связям Греция могла бы сыграть роль моста между Европейским союзом и Россией». Эти слова принадлежат министру иностранных дел Греции Никосу Кодзиасу. Как в МИД России относятся к этой инициативе?

А.Маслов: С сожалением приходится констатировать, что отношения между Российской Федерацией и Европейским союзом в последнее время переживают непростые времена. Под давлением из Вашингтона и при поддержке «младоевропейских» стран - трех государств Балтии, Польши и Румынии - ЕС ввел антироссийские санкции, сделав ставку на конфронтацию. Россия не была инициатором ухудшения связей с ЕС. Даже в нынешних условиях сохраняется многогранное взаимодействие с европейскими странами, поддерживаются контакты, осуществляются обмены в различных сферах. Исторические и культурные связи России и Европы неразрывны, так как российская культура неотделима от европейской.

Мы выступаем за возобновление равноправного взаимоуважительного политического диалога с Европейским союзом. Поэтому, если такая страна, как Греция, с которой нас связывает близость культуры, истории и традиций и которая одновременно является членом Евросоюза, готова стать мостом в диалоге, мы это только приветствуем. Высоко ценим роль Греции в возобновлении отношений России и НАТО после агрессии Грузии против Южной Осетии в 2008 году. Запущенный тогда Афинами Корфуский процесс явился катализатором в восстановлении сотрудничества Москвы и альянса. И сейчас европейские партнеры могли бы прислушаться к здравым аргументам Афин по улучшению атмосферы диалога России и Евросоюза.

«Международная жизнь»: Греция в качестве страны, имеющей хорошие отношения и с Россией, и с Украиной, заявила о своей готовности играть более активную роль в урегулировании украинского кризиса. Какие конкретные предложения выдвинули Афины на этом направлении?

А.Маслов: В вопросе урегулирования украинского конфликта Афины решительно поддерживают Минские соглашения, призывают стороны сесть за стол переговоров, высказывают готовность оказать посреднические услуги. Во время дискуссий в Брюсселе по тематике кризиса на Украине греки настаивали на том, чтобы политико-дипломатические каналы между Россией и ЕС сохранялись открытыми и обсуждение острых вопросов происходило на регулярной основе.

Стремление греческой стороны играть более активную роль в украинском кризисе было продемонстрировано во время недавних визитов министра иностранных дел Греции Н.Кодзиаса в Москву и Киев. В ходе них Н.Кодзиас заверял, что Афины готовы оказать возможное содействие для разрешения конфликта.

Греция, как представляется, особо заинтересована в урегулировании украинского кризиса. На Украине, как известно, проживает крупная община этнических эллинов, так называемые «мариупольские греки», которые оказались в зоне боев между украинскими силовиками и ополченцами ДНР. Греция немало делает для их защиты, затрагивает эту тематику в ходе переговоров с европейскими партнерами. Отмечаем, что некоторое время назад общине эллинов Мариуполя греческая сторона передала партию гуманитарной помощи - медицинское оборудование и лекарственные средства.

«Международная жизнь»: Новое греческое правительство неоднократно заявляло о неэффективности санкций ЕС против России. По вашему мнению, сможет ли Греция поспособствовать осознанию в Евросоюзе контрпродуктивности раскручивания санкционной спирали?

А.Маслов: Действительно, еще до прихода к власти лидер партии СИРИЗА А.Ципрас высказывался против антироссийских санкций, подчеркивая, что они одинаково больно бьют по тому, в отношении кого они вводятся, и по тому, кто их вводит. В самом деле, согласно публикующимся здесь данным, греческие сельхозпроизводители понесли серьезные убытки из-за санкционной войны с Россией. Опосредованно санкции тяжело ударили по греческой туриндустрии и экспортерам пушно-меховой продукции, чьи потери намного превосходят убытки аграриев.

После победы на выборах 25 января этого года новый глава кабинета подчеркивал необходимость нормализации российско-есовского сотрудничества, а путь санкций назвал тупиковым. В частности, в ходе январского СМИД Евросоюза и февральского саммита ЕС греческая делегация настаивала на изменении общеесовских подходов к украинскому кризису и отношениям с Россией. Благодаря активной работе греков удалось снизить градус напряженности и воспрепятствовать дальнейшей эскалации во взаимоотношениях Брюсселя и Москвы. Однако за свою позицию Афины предсказуемо стали мишенью горстки есовских «ястребов», которые, используя экономические сложности Греции, по сути, выкрутили всем руки, оставив санкционный список в силе еще на полгода, а позже расширив его новыми фамилиями. Наряду с этим Греции совместно с группой трезвомыслящих партнеров в ЕС удалось вывести из-под удара целый ряд отраслей экономического сотрудничества с Россией.

Исходя из того что альтернативы взаимоуважительному диалогу с Россией не существует, греки продолжают отстаивать эту позицию на есовских площадках, указывая, что санкции не достигают того эффекта, на который они изначально рассчитывались.

«Международная жизнь»: Двусторонний товарооборот между Россией и Грецией существенно сократился из-за санкционного противостояния ЕС и РФ. Потери Греции от российского продуктового эмбарго, по некоторым оценкам, достигли 180 млн. евро. На днях стало известно, что Афины вновь подняли вопрос о снятии российского продуктового эмбарго в отношении клубники, апельсинов и персиков. Чем греческие партнеры мотивируют свои просьбы и на каких условиях возможно принятие положительного решения Москвой?

А.Маслов: Российско-греческий товарооборот в 2014 году сократился, по данным российской статистики, на 39%. При этом российский экспорт в Грецию уменьшился на 41% (на 2,6 млрд. долл.), что было вызвано падением спроса, из-за кризисного состояния греческой экономики, на основные российские товары и снижением мировых цен на нефть. Греческий экспорт в Россию сократился на 18,6% (на 113 млн. долл.). Из-за российских ограничений импорта ряда продуктов питания из стран ЕС недопоставки греческих товаров, по нашим оценкам, составили около 40 млн. долларов.

Греческая сторона, конечно, заинтересована в поставках своих сельскохозяйственных товаров на российский рынок, поскольку мы традиционно являемся крупными покупателями этой продукции. Вместе с тем, будучи членами ВТО, мы не можем сделать исключение для Афин и отменить ограничения только для греческих товаров, поскольку ЕС является единой таможенной территорией и невозможно практически выделить из нее греческую таможенную территорию. Греки это понимают и вопрос о снятии российского продуктового эмбарго не ставили. Их обращение сводится к продолжению сотрудничества с Россельхознадзором, чтобы после снятия санкций можно было незамедлительно возобновить поставки греческой сельхозпродукции на российский рынок.

«Международная жизнь»: Греческий бизнес ведет активный поиск новых форм взаимодействия как с Россией, так и быстро набирающим вес интеграционным объединением - ЕАЭС. В ходе ваших контактов с представителями местного бизнес-сообщества чувствуете ли вы желание искать новые ниши и формы сотрудничества с российскими партнерами?

А.Маслов: Нынешний финансово-экономический кризис, переживаемый Грецией, безусловно, ограничивает возможности греческого бизнес-сообщества по поиску новых форм экономического сотрудничества с Россией. Пока у нас превалирует традиционная форма - торговля, а инвестиционные схемы взаимодействия по объемам значительно ей уступают. Вместе с тем хотел бы отметить, что греческий бизнес недавно проявил интерес к установлению контактов со структурами Евразийского экономического союза. По инициативе греческих предпринимателей создан Греко-Евразийский деловой совет, в конце февраля в Афинах с успехом прошло организованное Советом мероприятие по презентации своей деятельности с участием представителей Евразийской экономической комиссии. Мы полагаем, что это только первый шаг и вскоре начнется активная деятельность в этом направлении.

«Международная жизнь»: Афины ведут сложные переговоры с международными кредиторами о реструктуризации своего 324-миллиардного долга и выходе из-под плотной опеки «тройки». На этом фоне министр обороны Греции Панос Камменос не исключил возможности обращения за финансовой поддержкой к странам за пределами ЕС. Обращалось ли правительство Греции за финансовой помощью к России и возможна ли такая поддержка с российской стороны?

А.Маслов: Греция не обращалась за финансовой поддержкой к России. Являясь членом Экономического и валютного союза ЕС (еврозоны), Греция согласовывает и координирует с партнерами по союзу свои действия в сфере денежно-кредитной политики, включая и вопросы заимствований. Кроме того, обратившись в свое время за финансовой помощью к международным кредиторам (МВФ, ЕЦБ и ЕС), Греция согласилась с жестким контролем с их стороны за ее финансами, за процессом решения долговой проблемы. Нынешнее правительство Греции условилось с кредиторами о продлении действующей программы помощи на четырехмесячный период, начиная с 1 марта 2015 года, и рассчитывает на получение оставшейся суммы льготных кредитов - 7,2 млрд. евро. В течение этого периода новый кабинет надеется выработать с партнерами взаимоприемлемое решение долгового вопроса.

Вместе с тем, если со стороны правительства Греции поступят какие-то обращения, то они, как подтвердил С.В.Лавров по итогам переговоров с министром иностранных дел Греции, будут рассмотрены. А вот в каком ключе они могут быть рассмотрены, это предмет переговоров компетентных ведомств двух стран.

«Международная жизнь»: Ряд российских компаний высказывали заинтересованность в приобретении греческих активов, включая объекты газовой и логистической инфраструктур. Вместе с тем одним из заявленных приоритетов нового правительства Греции стал отказ от приватизации многих стратегических предприятий. Есть ли перспективы для взаимодействия в этой сфере?

А.Маслов: К настоящему времени не все прояснилось в приватизационных планах нового греческого правительства. Однако прозвучали заявления о том, что приватизационные процессы, находящиеся в стадии реализации, должны быть завершены. Это дает возможность российской компании ОАО «РЖД» продолжить участие в конкурсах на приобретение акций греческого железнодорожного оператора «Трейносе», ремонтной компании «РОСКО» и АО «Организация порта Салоники».

«Международная жизнь»: Интересен ли Греции проект «Турецкий поток» и на каких условиях греческая сторона могла бы стать его участницей?

А.Маслов: В Афинах проявляют интерес к новому проекту. Греция стремится стать серьезным игроком на газовом рынке Южной Европы и, в частности, осуществлять функции транзитера природного газа на Балканы и в страны Центральной Европы. По этой причине «Турецкий поток» может оказаться для нее интересным геостратегическим проектом. Греческие партнеры могли бы стать его равноправными участниками, поскольку предполагается создание на греческо-турецкой границе газового распределительного центра (или, как его нередко называют, «европейского энергетического хаба»). Однако, не располагая собственными средствами и возможностью существенно наращивать свое потребление газа, Греция в реализации этого проекта во многом зависит от потенциальных инвесторов и потребителей, которыми, по нашим оценкам, могут быть крупные западноевропейские страны и известные энергетические компании. Для Греции такое участие было бы выгодным, поскольку оно обеспечивало бы не только транзитные преимущества, но и создание новых рабочих мест, так как включало бы в себя строительство инфраструктурных объектов.

Россия. Греция > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 30 апреля 2015 > № 1363795 Алексей Маслов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter