Всего новостей: 2225946, выбрано 587 за 0.251 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Франция. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 сентября 2017 > № 2311274

Президент Франции Эмманюэль Макрон высказался за отмену ограничений в отношении Катара, сказывающихся на жизни гражданского населения этого государства. Об этом президент заявил в пятницу на встрече в Париже с шейхом Катара Тамимом бен Хамадом Аль Тани, сообщили в Елисейском дворце.

"Президент республики потребовал, чтобы меры эмбарго, затрагивающие население Катара, в особенности, семьи и студентов, были отменены как можно скорее", - говорится в заявлении Елисейского дворца по итогам беседы, во время которой Макрон отметил, что Францию и Катар "связывает давняя дружба" и "подчеркнул качество отношений между двумя странами".

Макрон также выразил "обеспокоенность в связи с напряженностью, которая представляет угрозу для стабильности в регионе, чинит препятствия политическому урегулированию кризисов и эффективности нашей коллективной борьбы с терроризмом".

"Президент республики подтвердил желание Франции, которая поддерживает доверительные дружеские отношения со всеми странами, вовлеченными в этот кризис, играть активную роль, поддерживая посредничество Кувейта, чтобы как можно скорее найти выход из этой ситуации", - отметили в Елисейском дворце.

5 июня Бахрейн, ОАЭ, Саудовская Аравия, Египет, Йемен, временное правительство Ливии, Мальдивская Республика и Республика Маврикий объявили о разрыве дипломатических отношений с Катаром. Они объяснили это поддержкой эмиратом терроризма и экстремистской идеологии, его враждебной политикой и вмешательством в дела арабских государств.

Позднее к ним присоединились Мавритания и Коморские острова, а Иордания и Джибути понизили уровень своего дипломатического представительства. Ряд стран заявили о принятии серии других мер, в том числе прекращении морского и авиасообщения, высылке дипломатов и подданных Катара.

В Дохе считают эти действия неоправданными, а обвинения в свой адрес беспочвенными.

С самого начала этого кризиса Кувейт стремится играть роль посредника между сторонами. Эмир страны выступил с идеей провести встречу вовлеченных в конфликт государств на высшем уровне.

Франция. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 сентября 2017 > № 2311274


Турция. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 сентября 2017 > № 2309790

Президент Турции Тайип Эрдоган встретился с эмиром Катара Тамимом бен Хамадом Аль Тани, который находится в Анкаре с рабочим визитом, говорится в сообщении, размещенном в четверг на сайте турецкого лидера.

О подробностях переговоров не сообщается. Визит эмира Катара в Турцию стал его первой зарубежной поездкой после начала кризиса в Персидском заливе.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

Вскоре после разрыва отношений четыре арабские страны предъявили Катару ультиматум из 13 требований, среди которых были понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

Турция. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 сентября 2017 > № 2309790


Катар. Саудовская Аравия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 сентября 2017 > № 2309536

Почему Россия заняла нейтральную позицию в катарско-саудовском конфликте?

Ведран Обучина (Vedran Obućina), Advance, Хорватия

Россия все ближе к нейтральной позиции на Ближнем Востоке. После того как министр иностранных дел России Сергей Лавров побывал с трехдневным визитом в Объединенных Арабских Эмиратах и Катаре, кажется, что эта позиция находит все больше подтверждений, в особенности в том, что касается конфликта внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Министр Лавров не только посетил эти две страны, которые находятся в состоянии открытого конфликта, но и побывал в Кувейте, где выразил российскую поддержку этой стране. А ведь Кувейт стремится выступить в роли посредника в отношениях между Эр-Риядом, Абу-Даби и Каиром с одной стороны и Дохой с другой.

Кремль не ожидал, что в текущем году ситуация вокруг Катара резко обострится, и для Москвы такое развитие событий стало неприятным сюрпризом. Она знала о существовании политических различий и разногласий между членами ССАГПЗ, но не предполагала, что эти разногласия могут привести арабские нефтяные монархии к глубочайшему кризису. В этих условиях Кремль решил занять подчеркнуто нейтральную позицию и воспользоваться своим влиянием, взяв на себя роль посредника в отношениях конфликтующих государств. Если бы Россия заняла чью-то сторону, это негативно сказалось бы на том политическом влиянии, которым Москва уже давно пользуется на Аравийском полуострове, очень важном для нее со стратегической точки зрения.

Россия одинаково относится к Катару и Саудовской Аравии, которые стали протагонистами этого кризиса. Российские внешнеполитические эксперты относят обе страны к категории государств, спонсирующих терроризм, и подобная оценка остается неизменной со времен войн в Чечне. Тогда российские спецслужбы выяснили, что чеченцы пользуются финансовой и идеологической поддержкой монархий Персидского залива. Россия остается при таком мнении и сегодня. Однако в отношениях со странами Аравийского полуострова Россия все же руководствуется прагматическими соображениями, поэтому за последние несколько лет экономическое сотрудничество с ними постоянно и значительно расширялось.

В декабре прошлого года российская нефтяная компания «Роснефть» продала 19,5% своих акций консорциуму Glencore и суверенного фонда Катара за 10,2 миллиарда евро. Эта сделка многих удивила, но при этом подтвердила российскую заинтересованность в долгосрочных отношениях с Дохой. Предстоящий 2018 год станет годом межкультурного сотрудничества России и Катара, и в этой связи ожидается заключение множества других выгодных деловых сделок.

Поэтому внезапный кризис поставил под угрозу российские планы, связанные с Катаром. В конце мая Владимир Путин подумывал о поездке в Саудовскую Аравию, но мудро заключил, что этот визит может быть предвзято истолкован, и тогда было принято решение о другом российском визите на высшем уровне — о турне Лаврова, которое тщательно спланировали. Из-за хороших отношений с Катаром Россия изменила свою стратегию и подход. Российский министр энергетики Александр Новак начал делать заявления о потенциале совместных нефтяных проектов России и Саудовской Аравии, а такое как минимум обсуждается с Ираном и Турцией, которые сейчас встали на сторону Катара.

Российская заинтересованность в поддержании хороших отношений с Саудовской Аравией очевидна и объясняется преимущественно экономическими соображениями. Лавров планирует посетить Эр-Рияд в начале сентября, и две страны вместе попытаются стабилизировать цены на нефтяном рынке. В апреле текущего года Председатель Совета Федерации Федерального Собрания РФ Валентина Матвиенко изложила российско-саудовский план по реализации нескольких выгодных проектов в начале 2018 года, общая стоимость которых достигает трех миллиардов долларов.

Во-первых, Россия продвигает идею о создании совместных исследовательских центров, которые могли бы работать над новыми технологиями для нефтеразведки, нефтепереработки и транспортировки нефти. Во-вторых, Россия хочет открыть перед российскими нефтяными компаниями новые возможности в Саудовской Аравии и продавать Эр-Рияду оружие и боеприпасы. Россия, разумеется, понимает, каким влиянием пользуется Саудовская Аравия в своем регионе и в мусульманском мире, поэтому Москва старается найти общий язык с саудовцами в сирийском вопросе. У России достаточно причин, чтобы поддерживать с Саудовской Аравией хорошие отношения, однако их не достаточно, чтобы открыто встать на сторону саудовцев в конфликте с Катаром.

С 2009 по 2015 год отношения России с Катаром были не из лучших. Доха постоянно критиковала Москву за то, что она поддерживает сирийского президента Башара Асада. Катарские телеканалы называли Путина диктатором XXI века, а Россию нередко характеризовали как главного врага мусульманского мира. Ситуация была сложной. В 2012 году на посла России в Дохе Владимира Титоренко было совершено нападение в аэропорту Дохи, и между двумя газовыми державами разгорелся конфликт на Форуме стран-экспортеров газа. Поэтому улучшение отношений с Дохой стало сюрпризом. Вскоре после того, как саудовцы попытались изолировать Катар, российские власти пригласили катарского министра иностранных дел Мухаммада бен Абдуррахмана Аль Тани в Москву, где он поблагодарил Кремль за желание оказать помощь. За несколько дней до этого визита российские представители провели переговоры о сотрудничестве в области энергетики с наследником саудовского престола Мухаммедом бен Салманом и министром нефти Саудовской Аравии Халидом аль-Фалихом. Все эти шаги закономерно вписались в логику российского подхода.

Кроме того, эти шаги подтверждают, что Россия учится на своих ошибках. Будучи большой страной, Россия склонна оценивать других с точки зрения размеров, но Москва уже поняла, что на Ближнем Востоке сила государства не зависит от его размеров. Поэтому в какой-то момент ей потребовалось наладить дружеские отношения с «маленьким» Катаром, который оказывает большое влияние на политику в регионе и СМИ, в особенности потому, что в исламском мире нет другого такого телеканала и такой медиа-империи, как «Аль-Джазира». Катар — крупнейший экспортер СПГ на рынки, где Россия сама хотела бы занимать большую долю, поэтому она стремиться работать в триаде Россия — Катар — Иран. Москва предложила помощь Аль Тани, но катарские власти ее не приняли, потому что предложение было формальным. Тем не менее оно сыграло свою роль, став важным и позитивным политическим жестом, который Катар так просто не забудет.

Если с саудовцами можно сотрудничать масштабно, то с Катаром ставку можно делать на качество и долгосрочность, и в этом еще одна из причин российского нейтралитета. Россия и Катар уже наладили крепкие экономические связи, и в этом смысле Саудовская Аравия отстает на шаг. Сотрудничество с Катаром уже ведется, а Эр-Рияд продолжает только обещать. Доха является одним из крупнейших ближневосточных инвесторов в российский рынок. К 2017 году Катар вложил в Россию 2,5 миллиарда долларов. Для сравнения: Саудовская Аравия инвестировала лишь 600 миллионов долларов. Помимо «Роснефти», Катар купил в 2013 году акции лидирующего российского банка ВТБ, а через три года вложился в петербургский аэропорт «Пулково». Благодаря этим инвестициям Катар установил дружеские отношения и обзавелся связями с представителями российских политических и бизнес-кругов.

Если оценивать ситуацию в целом, то Москва стремится ограничить негативное влияние катарского кризиса на стабильность Сирии, принимая во внимание авторитет Дохи в среде вооруженной суннитской оппозиции. Однако кризис все же может негативно сказаться на ситуации в Ираке и Йемене — странах, где сейчас Москва не пользуется особенным влиянием. Больше всего россиян беспокоит влияние региональных разногласий на энергетические рынки. Тем же самым обеспокоен и турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган. Известно, что Эрдоган и Путин несколько раз во время телефонных переговоров обсуждали ситуацию в Катаре, делились мнением о влиянии этого кризиса на войну в Сирии, а также не проект «Южный поток» (газопровод, который свяжет Россию и Турцию). Наконец, свою роль здесь играет и Вашингтон, которому Россия хочет показать, что является важным игроком на международной арене, которому не обязательно выбирать одну из конфликтующих сторон.

В этом смысле российское предложение о посредничестве в конфликте тоже исключительно формально. Если бы успех так и не был достигнут — а эта вероятность, судя по всему, велика, — то имидж России пострадал бы. Кстати, торопиться с решением катарской проблемы тоже нет причин, ведь России удалось найти собственный баланс между Дохой и Эр-Риядом, и многое говорит о том, что вскоре то же самое будет с Каиром. Пока саудовцы разбираются с Катаром, Москва займется Сирией, где у России появится намного большей возможностей, чтобы свободно определять будущее нового сирийского государства.

Катар. Саудовская Аравия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 сентября 2017 > № 2309536


Сирия. Катар. Турция. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 сентября 2017 > № 2305167

Танцы на противоречиях. Как Россия планирует взять под контроль Ближний Восток?

Ибрагим Абу Джазия (Ibrhim Abu Jazia), Sasapost, Египет

За последние несколько лет усилилось американско-российское соперничество за господство и контроль во всем мире. Внимание России в основном было сосредоточено на противостоянии с НАТО и ослаблении его влияния, а также на запугивании своих соседей из европейских стран, например, Украины, о чьих серьезных разногласиях с Россией после кризиса в Крыму хорошо известно. Однако США продолжали контролировать мировой порядок, даже когда усилилось соперничество и возросла роль России.

Прошло четверть века после окончания холодной войны в 1991 году, которая представляла собой важнейшую арену для борьбы за глобальную гегемонию между США и Россией. Среди великих сверхдержав биполярного мира были Советский Союз и США. Холодная война закончилась развалом Советского союза, объявлением о создании независимых государств, закатом коммунистической партии. Политические и военные эксперты, политологи и специалисты по международным отношениям обсуждают новое соперничество между странами, которое может привести к новой холодной войне между США и Россией. Особенно в свете возобновления напряженности между Вашингтоном и Москвой в последние дни после краткого сближения между двумя странами и избрания Дональда Трампа президентом США в начале ноября прошлого года.

Возобновление напряженности между Москвой и Вашингтоном сопровождалось определенной деятельностью России на Ближнем Востоке: Москва намерена восстановить свое присутствие в регионе. Несомненно, сейчас присутствие России на Ближнем Востоке имеет другую форму. Сегодня она ближе, чем когда-либо с конца холодной войны к доминированию в регионе. Несмотря на географическую отдаленность от Ближнего Востока, Россия разрабатывает долгосрочный план и начала работу по подрыву давних отношений США на Ближнем Востоке, перестройке сложившейся системы отношений. Она старается наладить контакты с региональными игроками, несмотря на различные взгляды и позиции по многим вопросам. Например, Россия одновременно стремится к укреплению отношений с Ираном, ХАМАСом и Израилем с одной стороны, а также с Египтом, Турцией и Катаром с другой. Таким образом Россия стремится поддержать наибольшее число крупных держав в регионе. Она готовит новый план по контролю над ситуацией.

Россия и Катар. Вчерашние союзники Вашингтона сегодня являются его врагами

Россия и Катар будут стремиться к укреплению дипломатических, экономических, торговых и военных связей на основе взаимной выгоды. Несмотря на сообщение египетской газеты «Аль-Яум ас-Сабиа» о том, что Россия не захочет укреплять свои отношения с Катаром в связи с кризисом в Персидском заливе, реальность не совпадает с этими ожиданиями. С одной стороны, в свете продолжающегося кризиса Катар стремится найти союзников на международном уровне из-за обвинений в поддержке терроризма. С другой стороны, Россия также стремится сблизиться с Катаром, чтобы получить союзника в регионе. В то же время это способствовало укреплению союза между Россией, Катаром, Турцией и Ираном, в дополнение к экономической выгоде для обеих сторон, несмотря на их различные позиции по сирийскому вопросу.

Министр иностранных дел России Сергей Лавров в понедельник (28 августа — прим. ред.) начал свой тур по региону Персидского залива, который включал в себя Катар, ОАЭ и Кувейт. Этот визит продолжился до 30 августа. Это уже второй раз, когда официальные лица Катара встретились со своими российскими коллегами с начала кризиса в Персидском заливе, который начался 5 июня 2017 года. Министр иностранных дел Катара шейх Мухаммед бен Абдель Рахман Аль Тани посетил Москву через несколько дней после начала кризиса, а именно 10 июня 2017 года, чтобы обсудить пути решения кризиса и российское посредничество. Он заявил, что главная цель его визита в Москву — проинформировать Россию о действиях, которые были предприняты в отношении Катара и, в частности, о незаконных санкциях, наложенных на него.

В то же время Лавров выразил обеспокоенность России в связи с кризисом, связанным с разрывом отношений с Катаром: «По принципиальным соображениям мы не вмешиваемся ни во внутренние дела других государств, ни в их двусторонние отношения. Однако нас не может радовать ситуация, когда отношения между нашими партнерами ухудшаются», — сказал Лавров.

Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова на пресс-конференции в четверг заявила, что повестка дня, в ходе визита Лаврова в регион Персидского залива включает обсуждение политического кризиса между Катаром и четырьмя арабскими странами, а также урегулирование сирийского кризиса. Захарова подчеркнула, что Москва призывает Катар и ряд других арабских стран к отказу от конфронтации и переходу к обсуждению спорных вопросов за столом переговоров.

Наиболее важной новостью этого периода являются новые контакты в военной сфере, которые в настоящее время появились между Дохой и Москвой. Министр обороны Катара Халид бин Мохаммед Аль-Аттия заявил, что Катар заинтересован в сотрудничестве с Россией в области обороны, особенно в современных технологиях вооружения. «Что касается нашего сотрудничества, мы не только покупаем системы противовоздушной обороны, но и технологии. Мы хотели бы развивать этот сектор и реализовывать эти технологии в Катаре», — заявил Аль-Аттия, отметив, что руководство его страны укрепило отношения с Россией, особенно в военной сфере.

В четверг посол России в Катаре Нурмахмад Холов заявил, что Москва рассчитывает как можно скорее заключить соглашение о военно-техническом сотрудничестве с Катаром, отметив, что Москва поддерживает Доху. Холов сообщил, что Катар «начал рассматривать Россию в качестве надежного друга и партнера как по вопросам двустороннего, так и международного сотрудничества, а также рассчитывает на содействие российской стороны в урегулирование дипломатического кризиса».

Ожидаемое военное сотрудничество между Россией и Катаром происходит в то время, когда обе стороны решили пересмотреть свои отношения с Соединенными Штатами. В настоящее время Россия находится в напряженных отношениях с Вашингтоном после того, как недавно президент Трамп подписал экономические и торговые санкции против России. Катар является одним из крупнейших импортеров оружия из Соединенных Штатов в период с 2011 по 2015 годы, приобретя оружие на сумму 22,9 миллиарда долларов. Сейчас Доха возвращается к сотрудничеству с Россией, которое возможно будет обширнее, чем с США, после того, как Трамп обвинил Катар в поддержке терроризма в ряде своих твитов.

На территории Катара располагается самая известная военная база США на Ближнем Востоке, на территории которой находится 11 тысяч американских военных.

Сирия. Где было начало?

Операция России в Сирии является единственным заявленным военным присутствием России на Ближнем Востоке, помимо дипломатического присутствия и прочных отношений с другими странами. Началось все с того, что российские военнослужащие произвели несколько воздушных ударов по Сирии, начиная с 30 сентября 2015 года. Это время совпало с созданием российской базы к югу от Латакии, в дополнение к развертыванию ряда соответствующих сил.

Затем Россия отказалась присоединиться к Международной коалиции во главе с Соединенными Штатами, которая была создана для борьбы с ИГИЛ (запрещена в РФ — прим. ред.). Россия начала работать над созданием собственного союза с Сирией, Ираком, Ираном и ливанской «Хезболлой». Интересы каждой из этих сторон пересекались.

После произошло вмешательство России в Сирию. Российские бомбардировки в Сирии начались сразу после того, как парламент России дал «зеленый свет» и ратифицировал решение о военном вмешательстве для ликвидации группировки ИГИЛ. Но это не понравилось США, которые скептически относились к тому, что они называли «российскими обвинениями». Они заявили, что, возможно, российское военное вмешательство в Сирию происходит не ради уничтожения террористических групп, а ради защиты режима президента Башара Асада от сирийской оппозиции.

После восстановления сирийского режима в городе Алеппо президент Сирии Башар Асад сообщил в интервью для сирийской газеты «Аль-Ватан»: «Мы ежедневно консультируемся с Россией и поддерживаем постоянный контакт, и никакое решение не принимается без консультаций между странами. Россия не потребовала никакой награды за помощь сирийской армии. Война с терроризмом ведется не только ради Сирии, но и ради России, Европы, региона и всего мира». Это является четким заявлением о вмешательстве России во все решения, принятые в Сирии.

Россия, Турция и Иран. Новая региональная парадигма

Похоже, что США являются основной причиной укрепления отношений между тремя странами — Россией, Турцией и Ираном. Вместе они создали новый региональный треугольник на Ближнем Востоке, способный оказывать влияние на многие важные вопросы. И в первую очередь на сирийскую проблему.

Началось все с отношений России и Ирана, которые состояли из трех основных моментов. Это не означает, что они представляют собой разные этапы в отношениях, скорее это события, которые время от времени приводили к объединению позиций двух стран. Первый момент в сближении двух стран произошел, когда Россия и Иран объединились в Сирии, так как Россия начала военные операции на ее территории в конце 2015 года. Иран поддерживал режим Асада, что в свою очередь было связано и с поддержкой ливанских сил «Хезболлы», также выступающих на стороне президента Сирии.

Второе событие в укреплении российско-иранских отношений состоялся 2 августа 2017 года, когда президент Трамп подписал закон о введении новых экономических санкций против России и Ирана. Этот документ ограничивал сумму денег, которую американцы могли бы инвестировать в различные проекты обеих стран, в частности в проекты в области энергетики. Кроме того, было ограничено сотрудничество между американскими, российскими и иранскими компаниями.

Санкции против России и Ирана были введены не в первый раз. В эпоху бывшего президента США Барака Обамы на Россию было наложено множество санкций, тогда как Обама работал над заключением ядерного соглашения с Ираном. Затем пришел Трамп и заявил, что рассмотрит все международные договоры и соглашения, в том числе и ядерную сделку между США и Ираном. Но во время своей избирательной кампании, в день подписания соглашения между США и Ираном Трамп заявил о том, что это соглашение позор для США. «США и администрация Обамы не могут вести переговоры с Ираном», — сказал он. «Соединенные Штаты управляются кучкой идиотов», — заявил Трамп, выражая свой чрезмерный гнев на администрацию Обамы из-за этого соглашения.

Американские санкции только укрепили отношения России и Ирана. С новым и неопытным президентом США они не имеют фиксированного направления. Трамп всегда меняет свое мнение, принимая внезапные для всех решения.

Третий важный момент в российско-иранских отношениях произошел 25 августа 2017 года, когда российское информагентство «Спутник» объявило о том, что российская система противовоздушной обороны «Панцирь» сбила три израильских беспилотника в Сирии. Нападение на израильские самолеты, разумеется, было в интересах Ирана. Хорошо известно, что Израиль рассматривает Иран как единственного врага в регионе. Тель-Авив не заботит реальная ситуация в Сирии, их волнует только Иран и его желание контролировать определенные районы в Сирии и доминировать в регионе, что угрожает национальной безопасности Израиля. По мнению многих аналитиков, израильская интервенция в Сирии в основном направлена на борьбу с иранскими целями и ливанской «Хезболлой».

Российско-турецкие отношения отличаются от российско-иранских отношений по нескольким причинам. В первую очередь — это различные позиции России и Турции по сирийскому вопросу. Этот вопрос является ключевым моментом для Москвы и для ее присутствия на Ближнем Востоке. Россия поддерживает режим Башара Асада и считает, что решение кризиса возможно только с его сохранением в будущем Сирии, в то время как Турция считает, что урегулирование кризиса не может быть достигнуто, пока Асад стоит во главе страны.

Второе отличие российско-турецких отношений от российско-иранских связано с наличием серьезных кризисов, с которыми столкнулись страны в последнее время. Самые крупные — это сбитый Турцией российский военный самолет в 2015 году и убийство посла России в Турции в прямом эфире.

Однако эти инциденты не повлияли на тесные связи, которые сложились между странами с начала этого века. Тогда к власти в России пришел нынешний президент Владимир Путин, а в Турции — «Партия справедливости и развития», которая управляла страной с 2002 года, в то время как Реджеп Тайип Эрдоган был премьер-министром страны. После «самолетного кризиса» вплоть до попытки совершения переворота в Турции в середине 2016 год в двусторонних отношениях наблюдалась большая напряженность. Официальные визиты возобновились после того, как Эрдоган направил Путину письмо, в котором выразил сожаление по поводу инцидента с российским истребителем и соболезнования в связи со смертью пилота. После письма между лидерами состоялся телефонный разговор, в котором они согласились нормализовать отношения.

Почти 15 лет Россия и Турция работают над расширением торгово-экономического сотрудничества и различных проектов, которые приведут к аннулированию въездных виз между двумя странами.

Вы можете подумать, что все приведенное выше является достаточным доказательством прочности российско-турецких отношений. Но то, что действительно является прочными отношениями — это НАТО. Как это? Турция является одним из самых значимых членов НАТО, который все время настораживает Россию. Но значительное экономическое сотрудничество между Турции и Россией всегда останавливает любую реальную конфронтацию между Россией и НАТО. Все, что происходит, не выходит за рамки устных угроз или простых мер предосторожности.

США и многие страны ЕС ввели экономические санкции против России в 2014 году из-за кризиса в Крыму, но Турцию это не волновало. Она сохранила прочные отношения с Россией, несмотря на признание, что Россия не имела права отбирать Крым и что получила его незаконно.

Наиболее важным вопросом для НАТО, России и Турции, по мнению американского канала CNBC, является существующая напряженность между Турцией и США, которая может подтолкнуть Турцию к покупке российских систем обороны и оружия, что нанесло бы серьезный удар по США и всем членам НАТО. Это также было подтверждено Newsweek. Если бы такой шаг имел место, то это было бы ударом для США и ЕС, которые находятся в напряженных отношениях с Турцией со времен попытки переворота в 2016 году и из-за нарушений прав человека. В то же время этот шаг в интересах России и Турции. Он сделает Турцию сильным союзником России и поможет в реализации плана по доминированию на Ближнем Востоке.

Россия и ее союзники: Египет, Израиль и ХАМАС

На протяжении многих лет Египет является важным стратегическим союзником России, особенно с середины 2013 года до выборов президента США Дональда Трампа в конце 2016 года. В этот период Египет работал над тем, чтобы привлечь сильного международного союзника вместо США. У администрации Обамы были напряженные отношения с Каиром из-за нарушений прав человека в стране. В то же время у США были напряженные отношения и с Москвой, поэтому для обеих сторон появилась возможность объединения. В последние годы они вместе работали над улучшением экономического, торгового и военного сотрудничества особенно после прихода к власти нынешнего президента Египта Абдул-Фаттаха Ас-Сиси.

Несмотря на позицию египетского режима, особенно во время правления президента Мухаммеда Мурси, по отношению к сирийскому режиму под руководством Башара Асада до середины 2013 года, после ситуация изменилась, и Египет поддержал Россию.

Египет по-прежнему близок к режиму Асада. Существуют даже слухи о том, что Египет время от времени оказывал ему военную поддержку. Несмотря на сохранение режима в Египте, его точка зрения полностью изменилась через нескольких месяцев после избрания Трампа из-за изменения взгляда президента США на ситуацию в Сирии после резни в Хан Шейхуне в апреле этого года.

Это был один из напряженных моментом между Москвой и Каиром в последнее время, в дополнение к инциденту с крушением российского самолета в Египте в конце октября прошлого года, который до сих пор находится под совместным расследованием двух стран. Но теперь Каир, похоже, вернулся к союзу с Россией, а не с США. Особенно в свете имеющейся напряженности между Каиром и Вашингтоном после решения президента США Дональда Трампа сократить военную помощь Египту примерно на 95,7 миллиона долларов и «удержать в резерве» 195 миллионов долларов из-за сомнений в отношении сотрудничества Египта с Северной Кореей и отсутствия прогресса в вопросе о правах человека в Египте.

Министр иностранных дел Египта Самех Шукри встретился со своим российским коллегой Сергеем Лавровым в Москве 21 августа 2017 года. Они обсудили общие цели по восстановлению стабильности на Ближнем Востоке и подчеркнули глубину египетско-российских отношений. Стороны обсудили вопрос о создании зоны свободной торговли между двумя странами до конца этого года. Встреча завершилась объявлением о совместных военных учениях, которые состоятся в сентябре 2017 года. В России будут проведены совместные российско-египетские тактические учения под названием «Защитники дружбы-2017».

Совместные военные учения будут проходить на территории Краснодарского края на юге России. В них примут участие подразделения российских и египетских десантных войск.

Помимо Египта Россия в течение последнего периода стремилась установить прочные отношения с движением исламского сопротивления (ХАМАС) в свете давления и попытки США изолировать его на региональном уровне. В то же время, после визита премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху в Москву 23 августа 2017 года, президент России Владимир Путин похвалил Нетаньяху за дружбу и сотрудничество с Россией, описывая механизм сотрудничества между странами как очень эффективный. Путин подчеркнул, что Россия удовлетворена развитием двусторонних отношений с Израилем и высоко оценивает усилия, предпринятые Нетаньяху в этом контексте, сообщило российское информагентство «Спутник».

Примечательно, что главной целью визита Нетаньяху в Москву было подтвердить союз между Израилем и Россией и сделать акцент на противодействии любым попыткам Ирана контролировать любые районы на Ближнем Востоке, потому как это угрожает национальной безопасности Израиля.

Сейчас, менее чем за десять дней, мы можем видеть серьезные усилия России по установлению контроля над Ближним Востоком, особенно в свете враждебности Вашингтона к большинству стран, с которыми Россия укрепляет свои отношения. То есть, США сослужили хорошую службу России, которая укрепила свое положение. И возможно, если бы не разногласия между Вашингтоном и некоторыми странами, то этих союзов с Россией не случилось бы.

Российские альянсы с рядом противоборствующих сил указывают на высокие дипломатические возможности и интеллект президента России Владимира Путина. Всего за десять дней он укрепил отношения с Египтом, Израилем, ХАМАСом, Ираном, Турцией и Катаром.

Сирия. Катар. Турция. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 сентября 2017 > № 2305167


Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 сентября 2017 > № 2302091

Саудовская Аравия прерывает начало любого диалога с Катаром, пока эмират не выскажет свою ясную позицию, — с таким заявлением, цитируемым саудовским агентством новостей SPA, в субботу утром выступил неназванный представитель МИД королевства.

Заявление Эр-Рияда появилось спустя всего час после сообщения SPA о телефонном разговоре эмира Катара Тамима бен Хамада Аль Тани с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Салманом Аль-Саудом, в котором Доха предложила начать переговоры вокруг требований четырех арабских стран.

Собеседник агентства во внешнеполитическом ведомстве монархии сказал о том, что власти Катара, также сделавшие заявление по итогам разговора двух руководителей, "исказили содержание их беседы".

В тексте сообщения катарского информационного агентства новостей QNA отмечается, что "телефонная беседа между наследным принцем Саудовской Аравии и эмиром Катара состоялась по просьбе президента США Дональда Трампа".

Саудовский же собеседник СМИ в МИД королевства настаивает, что "телефонный разговор состоялся по просьбе Катара", и во время него прозвучало пожелание о начале диалога с четырьмя странами по поводу требований.

"Все это указывает на то, что власть в Катаре не настроена серьезно на диалог и продолжает проводить свою прежнюю отрицательную политику. Саудовская Аравия объявляет о прекращении любого диалога с властью в Катаре, пока с его стороны не будет сделано ясное заявление, в котором Доха официально объявит свою позицию", — приводит SPA заявление представителя МИД.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет 5 июня разорвали дипотношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. Позднее о разрыве дипотношений также заявили Мальдивы, Маврикий, Мавритания. Иордания и Джибути снизили уровень своих диппредставительств в Катаре. Сенегал, Нигер и Чад объявили об отзыве послов.

Рафаэль Даминов.

Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 сентября 2017 > № 2302091


Бахрейн. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 8 сентября 2017 > № 2301729

Министр иностранных дел Бахрейна Халед бен Ахмед аль-Халифа не согласился с заявлением эмира Кувейта о существовавшей возможности военного решения конфликта между Катаром и арабскими государствами.

"Наши страны не стремились, и не будут стремиться к созданию военной угрозы кому-либо, но мир также знает, что мы не позволим какой-либо стороне, малой или большой, угрожать безопасности наших народов или стабильности", — написал он в своем микроблоге в Twitter.

Глава МИД Бахрейна прокомментировал слова эмира Кувейта, сказавшего на пресс-конференции с президентом США, что благодаря посредническим усилиям удалось избежать военного исхода конфликта с Катаром.

Министр указал, что "эмир Кувейта говорил от сердца, но его величество знает, что военный сценарий не исходил от стран, которые разорвали отношения с Катаром".

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

Вскоре после разрыва отношений четыре арабские страны предъявили Катару ультиматум из 13 требований, среди которых были понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

Бахрейн. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 8 сентября 2017 > № 2301729


США. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300787

Президент США Дональд Трамп планирует обсудить с эмиром Кувейта — шейхом Сабахом аль-Ахмедом аль-Джабером ас-Сабахом вопрос разрешения конфликта с Катаром и другие региональные проблемы, говорится в сообщении Белого дома.

Кроме того, Трамп намерен обсудить приобретение Кувейтом американской авиатехники, в частности, Boeing-777, отмечается там же.

Трамп поблагодарил Кувейт за сотрудничество и назвал его "хорошим партнером".

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

США. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300787


США. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300596

Президент США Дональд Трамп заявил в четверг, что готов посредничать в разрешении кризиса вокруг Катара.

"Что касается посредничества, то я был бы готов к нему", — сказал американский лидер на совместной пресс-конференции в Белом доме с эмиром Кувейта шейхом Сабахом аль-Ахмедом аль-Джабером ас-Сабахом.

В то же время Трамп выразил уверенность в том, что данный кризис под силу решить самим государствам региона. Он подчеркнул, что если США могут помочь, "мы соберем их в Белом доме очень быстро".

Глава Белого дома также выразил надежду на то, что кризис вокруг Катара "закончится очень скоро". При этом он подчеркнул, что "мы добьемся большего успеха, если члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) будут едины". Он также призвал их "фокусироваться на выполнении своих обязательств".

Со своей стороны эмир Кувейта выразил надежду, что кризис вокруг Катара прекратится. "Я настроен оптимистично и рассчитываю, что вопрос будет решен в самом ближайшем будущем", — сказал он.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

Вскоре после разрыва отношений четыре арабские страны предъявили Катару ультиматум из 13 требований, среди которых были понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира".

Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

США. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300596


США. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300590

Конфликт стран Персидского залива и Катара произошел из-за массированного финансирования террористических организаций рядом стран, это нужно остановить, заявил на совместной пресс-конференции с эмиром Кувейта шейхом Сабахом аль-Ахмедом аль-Джабером ас-Сабахом президент США Дональд Трамп.

"Проблемы с Катаром начались из-за массированного финансирования терроризма рядом стран. Это нужно остановить", — сказал Трамп.

Эмир Кувейта добавил, что дипломатическое решение данной проблемы есть, и оно будет найдено, когда страны сядут за стол переговоров. "Это будет на пользу странам региона и нашим партнерам", — сказал он.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта.

США. Кувейт. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 сентября 2017 > № 2300590


Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 сентября 2017 > № 2298028

Саудовская Аравия готова к продолжению кризиса в отношениях с Катаром на протяжении еще двух лет, заявил саудовский министр иностранных дел Адель аль-Джубейр.

"Мы готовы к продолжению кризиса с Катаром на протяжении еще двух лет", — передает заявление аль-Джубейра телеканал "Аль-Арабия" в официальном Twitter. Министр выступил с таким заявлением во время визита в Лондон.

Аль-Джубейр добавил, что никакого вреда от того, что кризис продлится еще два года, не будет.

В начале июня Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет разорвали дипотношения с Катаром, обвинив его в поддержке терроризма, и закрыли свои морские порты для кораблей, следующих в Катар или из Катара.

Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 5 сентября 2017 > № 2298028


Саудовская Аравия. ОАЭ. Катар. Ближний Восток > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 сентября 2017 > № 2296328

О войнах, которые уничтожают арабов

Таляль Салман (Talal Salman), Al Shorouq, Египет

Саудовская Аравия находится в напряжённых отношениях с ОАЭ и Катаром, которые в свою очередь воюют в Сирии и в Ираке. Отношения между Египтом и Суданом также ухудшаются из-за территориальных споров на границе.

Из-за борьбы большого количества акторов в регионе Ливия перестала существовать как самостоятельное государство. В настоящее время мировые державы с разными интересами договариваются о политическом будущем этой нефтедобывающей страны.

Алжир находится в изоляции под руководством президента Абдель Азиза Бутефлика, который имеет огромное влияние на политическую систему внутри страны, ограничивая полномочия премьер-министра. В то же время граждане этой богатой страны живут в условиях высокой имущественной дифференциации, главная причина которой наследники и родственники президента.

Король Марокко Мохаммед VI превратил свою страну в курорт для принцев и арабских нефтяных шейхов.

Что касается Ирака, то он ведёт открытую войну против ИГИЛ (запрещена в РФ — прим. ред.), которая занимает более половины территории страны. Мосул, не найдя союзников среди арабских стран, обратился за помощью к США и Ирану.

Курды во главе с Масудом Барзани упрямо настаивают на отделении от Ирака, игнорируя усиление напряжения среди турецких и иранских курдов. Более того, иракским курдам недостаточно предоставленной автономии и представительства в Багдадском правительстве, в том числе в Министерстве внутренних дел, Министерстве финансов и других структурах.

Что касается Сирии, она борется с представителями радикальной оппозиции, среди которых ИГИЛ, Аль-Каида (запрещена в РФ — прим. ред.) и её террористически ячейки, которые заблокировав политическими лозунгами умеренную оппозицию, превратили политический конфликт в гражданскую войну. Ситуация меняется под влиянием «дружественных сил» в лице Ирана и России, приславшей экспертов военно-морского флота и создавшей «комитеты по примирению», которые отделили радикальную политическую оппозиции при подготовке решения о мирном урегулировании и сохранении единства Сирии, а также разработке серьёзных структурных реформ и определении места партии Баас в новой политической системе.

Ливан раздирают внутренние противоречия: тяжёлый экономический кризис и политическое противостояние двух коалиций. Последнее вынудило правительство занять позицию посредника, хотя могло претендовать и на роль модератора ситуации.

В Палестине не прекращается борьба за святые места, а также муки убийств и массовых арестов. Ее раздирают противоречия, и наполняет атмосфера ненависти. Президент США Дональд Трамп в рамках визита к лидеру Палестинского государства посетил Стену Плача, что представлялось опасным в сложившихся обстоятельствах. Палестинское движение неоднородно, есть те, кто стремится вернуть Сектор Газа и Западный Берег реки Иордан, как это было в 1948 году. Много говорится о сепаратистских проектах Мохаммеда Дахлана (известный лидер палестинского движения, активно отстаивающий позицию о возвращении границ к 1967 году — прим. ред.). Есть те, кто обвиняет Египет в сепаратизме и выступает против него. В то же время организуются демонстрации, в которых участвуют молодые и взрослые мужчины, ради мечети Аль-Акса, которая в настоящее время закрыта для палестинцев.

Остаётся вспомнить про Йемен, где холера и братоубийственная война практически уничтожили население страны. На протяжении трёх лет посредники пытаются урегулировать этот кровавый конфликт, но безрезультатно.

Арабский регион живёт вне политики: некоторые граждане погрязли в ненависти к своим правителям и создаваемой ими имущественной дифференциации, это есть и в королевствах, и в эмиратах, и в республиках. В таких странах власть игнорирует проблемы своих граждан и подданных, их требования свободы, независимости и прогресса. Они находятся в состоянии постоянной войны между правительственными армиями и террористическими группировками, которые ведут себя в этих странах так, как будто там нет законной власти.

Арабы сражаются друг с другом в Йемене, Сирии, Персидском Заливе, а также в странах Северной Африки. Почему всё складывается именно так? Лига арабских государств превратилась в бесполезную организацию, а проекты объединения арабского народа исчезли. Ближний Восток утратил былую конкурентоспособность, основанную на нефти и газе. Прошли времена, когда богатые арабские страны могли навязать свою волю. Связи между арабскими государствами ослабли. Арабы во всех вопросах от войны до торговли стали опираться на мнение Вашингтона, чтобы вооружить свои армии и укрепить силы безопасности. Курс арабской валюты зависит от курса американского доллара. Страны отправляют лучших представителей молодёжи получать образование в США. Обычные люди стремятся иммигрировать в Америку в поисках работы и лучшего будущего, которое они не могут получить у себя в стране.

Естественные связи между арабскими государствами уже исчезли или исчезают. Не происходит обмена опытом (между профессорами, инженерами, врачами и студентами), нарушены экономические и торговые отношения, а также построены плотины и иные барьеры между соседними странами. Сейчас главным приоритетов является открытие границы между Ираком и Саудовской Аравией, так как это позволит катарским паломникам прибыть в Мекку для совершения хаджа. В этой ситуации самое печальное то, что никого эта проблема не заботит и никто не думает над её решением.

Как будто конфликты лежат в основе отношений между арабскими странами, или даже разногласия, ставящие их на грань войны… Искра войны уже загорелась на Аравийском полуострове и по неизвестной причине переросла в кризис между Королевством «черного золота» и «газовыми эмиратами» (Саудовская Аравия и ОАЭ — прим. ред.).

Кто сможет помочь арабским странам воссоединиться?

Израильский враг нашёл общие интересы с некоторыми арабскими государствами, так как нефть и газ способны решить исторические и географические разногласия.

Из-за постоянных конфликтов влияние арабов стремится к нулю. Даже богатые запасы нефти, газа и стратегическое расположение не оказывает былого влияния на политическую роль арабских государств. Противостояние пришло на смену братству и общим интересам.

Какую роль будут играть арабы в истории наших дней?

Саудовская Аравия. ОАЭ. Катар. Ближний Восток > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 сентября 2017 > № 2296328


ОАЭ. Катар. Кувейт. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 1 сентября 2017 > № 2293234

Глава российского МИД Сергей Лавров посетил Кувейт, ОАЭ и Катар. Визит имел прежде всего важное символическое значение. Россия стремится показать, что готова работать со всеми.

Мы со всеми

Ряд антироссийских сил на Ближнем Востоке пишут в СМИ, что Москва враждебна арабам-суннитам. Дескать, она заняла сторону их врагов — Ирана (многие говорят даже о том, что Кремль в той же Сирии помогает шиитскому блоку в его конфликте с суннитским), а также Турции, с которой Россия сближается. И Иран, и Турцию подозревают ни много ни мало в стремлении "подчинить арабский мир", а значит, и Россию тоже. Кремль же пытается доказать, что в этом треугольнике конфликта он не занимает ничью сторону и не собирается играть на ослабление арабов. "Мы заинтересованы в том, чтобы Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) был единым, сильным и способствовал решению проблем региона, которых и так хватает, без того чтобы создавать здесь какие-то новые сложности", — отметил Лавров.

Взять для примера ту же Сирию — она может оказаться под полным контролем иранцев. Однако если в Сирии будет баланс интересов, если третьи силы будут заинтересованы в ограничении иранского или любого другого влияния на эту страну, то тогда и положение Москвы станет более выигрышным. Уже сейчас, например, Израиль заинтересован в максимальном российском вовлечении во внутрисирийские дела, дабы хоть как-то сбалансировать иранскую активность во властных коридорах Дамаска.

Военнослужащие российского центра по примирению враждующих сторон раздают гуманитарную помощь в сирийской провинции Кунейтра

Именно поэтому если в чем Москва и заинтересована, так это в восстановлении и укреплении баланса сил. Как посредством конкретных действий, так и через дипломатический символизм, элементом которого стало турне Лаврова по Заливу (в сентябре он еще посетит Саудовскую Аравию, а также Иорданию). Естественно, взамен на свою благосклонность и нейтралитет Россия хотела бы получить арабские инвестиции. "Товарооборот в прошлом году у нас вырос на 14%, а за первые месяцы в текущем году — на 43%. Эти темпы говорят о том, что мы скоро выйдем на уровень более полмиллиарда долларов США. Это далеко не предел", — заявил Лавров по итогам встречи с кувейтским визави.

Разбирайтесь сами

Что же касается сущностной политической части визита, то, конечно, министр Лавров обсуждал со своими коллегами из Кувейта, Эмиратов и Катара две важнейшие политические проблемы региона — трудности "воспитания" Катара и сирийский мирный процесс.

Политический конфликт между Катаром и рядом стран Залива (прежде всего Саудовской Аравией и ОАЭ) постепенно теряет смысл. Саудиты хотят наказать Катар за его чрезмерную самостоятельность и "неразборчивость в связях" (то есть слишком тесные отношения с Турцией, и особенно с Ираном) и отступить не могут, ибо "Акела промахнется". Эмир Катара Тамим же подчиняться не собирается — у него достаточно экономических и политических ресурсов для того, чтобы проводить самостоятельную политику и выдержать устроенные ему блокаду и бойкот. В итоге сложилась патовая ситуация, никому не нужный конфликт ради конфликта, когда в дело должны вступить посредники и попытаться уговорить стороны прийти к взаимному компромиссу.

Какое-то время на эту благородную роль предлагали Россию, однако Сергей Лавров в ходе своего визита в Кувейт очень четко расставил акценты. Он дал понять, что не собирается никого расталкивать локтями. " Мы поддерживаем кувейтскую инициативу и не хотим ни с кем конкурировать", — отметил Лавров.

Россия прагматично подходит к этому вопросу. "За более чем полстолетия Кувейт накопил уникальный опыт посреднической деятельности, и механизм внешнеполитического арбитража, выработанный его дипломатами, отработан до мелочей", — пишет Институт Ближнего Востока. Кувейтские посредники работали не только на Ближнем Востоке, но и, например, помогали урегулировать отношения между Пакистаном и Бангладешем.

Кроме того, проблема Катара — это внутренняя проблема Залива, и, как верно отметил Сергей Лавров, "эту проблему целесообразнее всего решать в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива". Опять же очевидно, что она будет решена посредством очень сложных устных компромиссов между блоком саудитов/ОАЭ и Катаром. Стимулировать этот процесс незачем — Москве не нужен развал ССАГПЗ (ибо тогда исчезнет противовес Ирану), однако, с другой стороны, в тактическом плане определенные трения внутри блока выгодны, поскольку дают России время на решение сирийского конфликта и укрепление своих позиций в регионе.

Но, конечно же, Москва не исключает своего посредничества в том случае, если арабским странам нужен будет некий "честный брокер" и гарант договоренностей. Да, себя на эту роль уже предложили Соединенные Штаты, однако после 300-миллиардной "взятки" Трампу со стороны саудитов при шатающейся позиции Америки в ходе этого кризиса, а также в целом нестабильности американской политики надежность такого гаранта невелика. Москва же непредвзята. Опять же до тех пор, пока арабские страны не устраивают антироссийские политические игры как в регионе, так и на нефтяном рынке.

Проигравшие должны проиграть

Потенциальным полем для таких игр вполне могла бы стать Сирия. Стадия войны против ИГ* близка к завершению, и все уже живут в предвкушении военного и/или политического урегулирования отношений между Башаром Асадом, оппозицией и курдами. Все понимают, что от метода и итога этого урегулирования будут зависеть не только вид, статус и возможности послевоенной Сирии, но и расклад сил на Ближнем Востоке.

Страны Залива, которые на этом Ближнем Востоке живут и, естественно, заинтересованы в приемлемом для них раскладе, хотели услышать из первых уст позицию Москвы по поводу методов данного урегулирования. Они беспокоятся, ведь, по некоторым слухам, Кремль в принципе готов поддержать инициативу сирийских властей решить все вопросы простым военным путем (особенно на фоне того, что в Идлибе — крупнейшем оппозиционном анклаве — власть захватила прошедшая очередной ребрендинг нерукопожатная "Ан-Нусра"*). После деблокады Дейр-эз-Зора и освобождения восточных районов страны у Дамаска будет достаточно сирийских и иранских солдат для новых военных решений.

Кремль дал понять, что в принципе он за мирное решение конфликта, за политический компромисс между самими сирийцами. "Правительство САР и оппозиция должны сесть за стол переговоров и начать обсуждать то, как они хотят жить дальше в своей собственной стране", — отметил Лавров.

Однако отметил, что противники Асада должны спуститься с небес на землю. "Необходимо, чтобы оппозиция вела себя реалистично, отказалась от ультиматумов, которые не вписываются в одобренные Советом Безопасности ООН правила. СБ ООН постановил, что судьбу Сирии должны решать сами сирийцы, и никаких предварительных условий там не содержится", — говорит министр. То есть никаких предварительных отставок Асада и существенной перетряски властной вертикали. Проигравшие должны вести себя как проигравшие. Если же этого не произойдет, то, очевидно, что Москва умоет руки, и оппозиция окажется на небесах.

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве России, для РИА Новости

ОАЭ. Катар. Кувейт. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 1 сентября 2017 > № 2293234


Катар. Россия. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 31 августа 2017 > № 2290628

Кризис в Персидском заливе не отразился на газовых контрактах Катара.

Катар не стал использовать экономические рычаги для того, чтобы добиться преимуществ в решении кризиса.

Дипломатический кризис в Персидском заливе не повлиял на выполнение Дохой своих обязательств по газовым контрактам, заявил глава МИД Катара Мухаммед бен Абдель Рахман Аль Тани по итогам переговоров с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым.

«Мы уважаем все юридические нормы в сфере заключения экономических сделок. Мы не прервали политику газоснабжения, в частности, в отношении тех стран, которые организовали блокаду. Это еще одно подтверждение того, что Катар полностью привержен всем взятым на себя обязательствам», – сказал глава МИД Катара.

По словам министра, Катар не стал использовать экономические рычаги для того, чтобы добиться преимуществ в решении кризиса, в то время как разорвавшие с Дохой отношения арабские страны, отметил он, подобные возможности используют.

Катар. Россия. Ближний Восток > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > oilcapital.ru, 31 августа 2017 > № 2290628


Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 августа 2017 > № 2293006 Сергей Лавров

Вступительное слово и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел Государства Катар Мухаммедом Бен Абдель Рахманом Аль Тани по итогам визита в Катар, Доха, 30 августа 2017 года

Дамы и господа,

Прежде всего хотел бы выразить признательность нашим катарским друзьям за гостеприимство и очень хорошую организацию нашей работы.

Как сказал мой коллега Министр иностранных дел Государства Катар Мухаммед Бен Абдель Рахман Аль Тани, сегодня утром нас принял Эмир Катара Тамим Бен Хамад Аль Тани и после этого состоялись подробные переговоры в Министерстве иностранных дел Катара.

На всех этих встречах мы подтвердили приверженность дальнейшему развитию взаимодействия по всему спектру направлений в русле тех договоренностей, которые были достигнуты в ходе визита Его Высочества Эмира Тамима Бен Хамада Аль Тани в начале этого года в Российскую Федерацию и в ходе телефонных разговоров Президента Российской Федерации и лидера Катара.

У нас есть настрой на то, чтобы активнее развивать торгово-экономические связи. Товарооборот, конечно, пока не отвечает имеющемуся потенциалу обеих стран. В этой связи большое значение мы отводим активизации работы Совместной российско-катарской комиссии по торговому, экономическому и техническому сотрудничеству, заседание которой состоялось в Дохе в апреле этого года. Кстати, «на полях» этого заседания прошел бизнес-форум наших предпринимателей. Совсем недавно мы также обновили состав российско-катарского Делового совета, что тоже должно способствовать продвижению взаимодействия в торгово-экономической сфере.

Мы подтвердили обоюдную заинтересованность в продолжении нашей координации в сфере энергетики, нефтедобычи и в рамках Форума стран-экспортеров газа. Отмечаем растущий интерес к взаимодействию в сфере капиталовложений, в частности, между Российским фондом прямых инвестиций и Катарским инвестиционным агентством. Договорились продолжать культурные, гуманитарные и образовательные обмены, в том числе при подготовке к чемпионатам мира по футболу в 2018 г. и в 2022 г.

Как сказал мой коллега Министр иностранных дел Государства Катар Мухаммед Бен Абдель Рахман Аль Тани, недавно Российскую Федерацию посетил Государственный Министр по делам обороны Катара Х.Аль-Атыйя для участия в Международном военно-техническом форуме «Армия-2017». У него также состоялись переговоры с Министром обороны Российской Федерации С.К.Шойгу, которые показали взаимный интерес к развитию контактов и в этой сфере.

Обсудили актуальные региональные проблемы, включая кризисы в Сирии, Ливии, Ираке. У нас общее мнение, что любой из этих конфликтов необходимо решать исключительно на основе диалога, включения в этот диалог всех этно-конфессиональных сил без вмешательства извне, чтобы сами народы через инклюзивный диалог решали судьбу своих стран. В этой связи мы признательны нашим катарским друзьям за высокую оценку усилий России по продвижению концепции «зон деэскалации» в Сирии, которая создает более благоприятные условия для развития и политического диалога.

У нас общее беспокойство тупиком в палестино-израильском урегулировании. Мы убеждены, что искать развязки необходимо через прямой диалог на основе Арабской мирной инициативы, в пользу чего не раз высказывался «квартет» международных посредников в составе России, США, ООН и Евросоюза. Особое значение Россия и Катар придают восстановлению палестинского единства. Ненормально то, что происходит в отношениях между городами Рамалла и Газа. Исходим из того, что палестинцы все-таки должны вернуться к выполнению тех договоренностей, которые в принципиальном плане были достигнуты ранее, предполагающие восстановление единства всех на основе платформы Организации Освобождения Палестины и Арабской мирной инициативы.

Как сказал мой коллега, мы обсудили ситуацию в Персидском заливе в свете обострения отношений между Катаром и рядом других арабских стран. Мы убеждены, что необходимо искать развязки на основе поиска взаимоприемлемых подходов на основе отказа от контрпродуктивной воинственной риторики через диалог и компромиссы.

Мы подтвердили поддержку той посреднической миссии, которую выполняет Эмир Кувейта. Если стороны сочтут полезным, то мы будем готовы внести свой вклад в эти усилия. Повторю еще раз то, что я говорил, находясь в Кувейте: мы заинтересованы в том, чтобы Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) был единым, сильным и способствовал решению проблем региона, которых и так хватает, без того, чтобы создавать здесь какие-то новые сложности.

Еще раз признательны катарским друзьям за гостеприимство. Приглашаю моего коллегу Министра иностранных дел Государства Катар Мухаммеда Бен Абдель Рахмана Аль Тани в удобное время посетить Российскую Федерацию.

Вопрос: Как Вы сказали, в регион приезжает много посланников. Что делает российскую роль отличной от ролей других посредников, которые пытаются решить кризис в Персидском заливе? Сообщалось об идеях, которые Вы везете с собой руководителям стран Персидского залива и стран конфликта. Каковы эти идеи? Какова была реакция в Кувейте и ОАЭ, когда Вы в этих странах обсуждали ситуацию вокруг Катара?

С.В.Лавров: Если говорить о роли России, то мы посредническими функциями, как я уже сказал, не занимаемся. Есть посредничество Кувейта. Мы убеждены, что эту проблему целесообразно решать в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Мы знаем, что посреднические услуги также предлагал Государственный секретарь США Р.Тиллерсон. Будем приветствовать, если его предложения достигнут результата, а усилия увенчаются успехом. Но мы сами никаких идей, которые бы отличались от того, что предлагают кувейтяне и США, не вносили. Мы не считаем это нужным. Есть достаточно предложений, на основе которых вполне можно начинать диалог. Мы будем продолжать нашу линию в контактах со всеми странами региона.

Вопрос: Почему Вы не поехали в этот раз в Саудовскую Аравию?

С.В.Лавров: В начале сентября мне предстоит поездка в Саудовскую Аравию и Иорданию.

Вопрос: На днях Премьер-министр Израиля Б.Нетаньяху заявил о том, что Иран якобы собирается создавать площадки в Сирии и Ливане для производства высокоточных ракет, которые могут быть использованы против Израиля. Известно ли Вам о таких планах Ирана? Как Вы можете это прокомментировать? Поднималась ли эта тема в ходе визита Б.Нетаньяху в Сочи?

С.В.Лавров: Сам г-н Б.Нетаньяху по итогам визита в Сочи рассказал СМИ, что там обсуждалось.

Что касается Вашего вопроса о той или иной области взаимодействия Ирана и Сирии, то я исхожу из того, что если их двустороннее сотрудничество в любой сфере осуществляется без нарушения основополагающих норм международного права, то это не должно ни у кого вызывать вопросов.

Если кто-либо на пространстве Ближнего Востока или в другом регионе мира планирует нарушать международное право путем подрыва суверенитета, территориальной целостности любого государства, в том числе всех государств Ближнего Востока и Северной Африки, то это осуждается.

Мы не располагаем информацией о том, что кто-то готовит нападение на Израиль.

Вопрос: Примерно за месяц до выборов в Германии глава Федеральной службы по защите конституции Германии Х.-Г. Маасен – человек, который, по сути, является главой контрразведки ФРГ, в очередной раз заявил о возможном вмешательстве России. Если в случае с США Вы подобные вещи обычно объясняли стремлениями и попытками оправдать провал демократов на выборах, то как Вы прокомментируете такой выпад немцев? Зачем им это, если у Федерального канцлера Германии А.Меркель за месяц до выборов такой запас популярности?

С.В.Лавров: Я не знаю, зачем германская разведка делает заявления о вмешательстве России в избирательную кампанию в Федеративной Республике Германия. Может быть, они хотят доказать свою эффективность, но ни одного факта предъявить не могут. Но если говорить о фактах, то всем хорошо известно следующее: какое-то время назад выяснилось, что Федерального канцлера Германии прослушивали американские спецслужбы. Я не припомню, чтобы этот установленный факт германская контрразведка как-то прокомментировала. Это все.

?

Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 августа 2017 > № 2293006 Сергей Лавров


Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 августа 2017 > № 2293005

Вступительное слово Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе переговоров с Министром иностранных дел Катара М.Аль Тани, Доха, 30 августа 2017 года

Дорогой Мухаммед,

Друзья,

Мне очень приятно находиться здесь и иметь возможность затронуть текущие вопросы, вопросы двусторонних отношений, а также международную и региональную ситуацию, о которой мы только что говорили с Эмиром Катара Т.Аль Тани. Его Высочество всецело привержен поиску решения всех проблем, которые испытывает данный регион. Считаем, что это правильный подход, и поддерживаем его.

Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 30 августа 2017 > № 2293005


Израиль. Катар > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > ria.ru, 30 августа 2017 > № 2291176

Израильские власти передумали лишать аккредитации корреспондента катарского телеканала "Аль-Джазира", удовлетворившись разъяснениями по поводу его высказываний в поддержку палестинского сопротивления.

Правительственная пресс-служба, курирующая работу иностранных СМИ в Израиле, сообщила, что на состоявшихся недавно слушаниях Элиас Каррам дал понять, что не считает себя частью сопротивления и не одобряет его насильственные формы.

"По результатам слушаний, которые прошли 21 августа, и проверок, проведенных службами безопасности, директор правительственной пресс-службы Ницан Хен решил приостановить имплементацию своего решения об отзыве пресс-карты у корреспондента "Аль-Джазиры" в Израиле Элиаса Каррама", — сказано в сообщении ведомства.

Оно пояснило, что отзыв аккредитации пока отложен на полгода, в течение которых будет отслеживаться журналистская работа Каррама — 40-летнего гражданина Израиля из арабского города Назарета. На "Аль-Джазиру" он работает с 2011 года.

Претензии к Карраму возникли после того, как в интервью одному из арабоязычных телеканалов он сказал, что "для палестинского журналиста на оккупированных территориях или в зоне конфликта работа в средствах массовой информации является неотъемлемой частью сопротивления". Цитата приводится по сообщению правительственной пресс-службы.

В начале августа министр связи Израиля Аюб Кара обратился в ведомство с ходатайством о лишении аккредитации в стране всех журналистов "Аль-Джазиры" и закрытии его офисов. Власти страны в прошлом месяце обвинили телеканал, вещающий на арабском и английском языках, в "подстрекательстве к насилию" при освещении событий вокруг иерусалимской Храмовой горы, где местная мусульманская община в ходе двухнедельных акций протеста добилась отмены процедур полицейского досмотра посетителей третьей по значимости святыни ислама.

О намерении закрыть "Аль-Джазиру" в Израиле говорил и премьер-министр Биньямин Нетаньяху, пообещавший внести изменения в законодательство, если это не удастся сделать имеющимися юридическими средствами.

Израиль. Катар > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > ria.ru, 30 августа 2017 > № 2291176


Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 августа 2017 > № 2291106

Экономика Катара приспосабливается к последствиям дипломатического конфликта с четырьмя арабскими странами — бойкота со стороны "арабской четверки", страна сокращает расходы и увеличивает ненефтяные доходы, говорится в пресс-релизе МВФ по итогам визита в Доху, состоявшегося с 13 по 20 августа.

"Экономика и финансовые рынки Катара приспосабливаются к потрясениям, связанным с введенными 5 июня мерами, после дипломатического конфликта с некоторыми странами-партнерами по торговле. Эти меры привели к резкому сокращению импорта в июне (на 40% по сравнению с предыдущим годом)… Страна диверсифицирует источники импорта и внешнего финансирования и укрепляет внутреннюю пищевую промышленность. В результате быстрого реагирования властей торговля была реорганизована, и были созданы альтернативные источники поставок продуктов питания, что снизило опасения по поводу потенциальной нехватки продовольствия", — приводятся в релизе слова главу миссии Мохаммеда Эль-Корчи (Mohammed El Qorchi).

По прогнозу МВФ, ненефтяные доходы Катара вырастут в 2017 году на 4,6% после увеличения на 5,6% в минувшем году. По словам Эль-Корчи, в долгосрочной перспективе дипломатический конфликт Катара и "арабской четверки" может ослабить доверие, сократить инвестиции и замедлить темпы роста экономики Катара, а также вовлеченных в конфликт стран.

"Финансовая консолидация продолжается, что подтверждается текущими сокращениями расходов и увеличением ненефтяных доходов. Ожидается, что дефицит бюджета сократится до 5,9% в 2017 году с 8,8% в 2016 году", — сообщается в релизе.

МВФ также положительно оценил работу банковской системы Катара: "качество активов высокое, капитализация хорошая". "После дипломатического конфликта обязательства банков перед нерезидентами резко упали. Влияние на балансы банков было смягчено введением ликвидности Центральным банком Катара и увеличением депозитов государственного сектора…. Катарские органы денежно-кредитного регулирования готовы к любому будущему выводу депозитов нерезидентов", — отмечает МВФ.

Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 августа 2017 > № 2291106


Катар. Йемен. Сирия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 августа 2017 > № 2303303

Пять стран, гражданам которых по политическим причинами запретили совершать хадж

Ash-Sharq Al-Qatari, Катар

Запрет на совершение хаджа паломниками из Катара со стороны саудовских властей, является далеко не первым в своем роде. Ранее в список граждан, которым запрещено выполнять религиозное предписание, были внесены сирийцы, ливийцы, йеменцы и палестинцы. В прошлом году абсолютный запрет был введен против иранцев, что вызвало ожесточенные споры на всех уровнях с точки зрения соблюдения прав человека, и общество подвергло критике политизацию хаджа по причине политических разногласий. Вместе с тем очевидно, что вместо того, чтобы облегчить совершение паломничества для мусульман, власти Саудовской Аравии превратили его в инструмент для сведения политических счетов.

Многие аналитики считают, что Эр-Рияд использует хадж для оказания давления на правительства, что было продемонстрировано во время кризиса в Персидском заливе, когда саудовские власти попытались надавить на Катар и его граждан. То же самое произошло в отношении иранских паломников в прошлом году, а также с сирийцами, йеменцами и другими. С усилением боевых действий в Сирии и ростом разногласий в Йемене между хуситами и Эр-Риядом, а также в страхе перед проникновением палестинской диаспоры на территорию королевства Саудовская Аравия все чаще вводит запрет на совершение хаджа.

Йемен

После того как арабская коалиция во главе с Саудовской Аравией начала войну в Йемене (при поддержке со стороны Соединенных Штатов), Эр-Рияд ввел ряд ограничений на въезд паломников из Йемена, прекратив выдачу им специальных разрешений на совершение хаджа. Как подтвердил глава отдела по вопросам хаджа и умры при йеменском министерстве вакуфов, Саудовская Аравия оттягивала процесс выдачи разрешений 15 тысячам йеменских паломников в попытке не допустить совершение ими паломничества в королевстве. Как следствие, все политические силы в Йемене обвинили Саудовскую Аравию в том, что она не позволяет совершать хадж йеменским паломникам вследствие политических разногласий между хуситами и Эр-Риядом и активизации боевых действий в отношении всех сторон.

Сирия

Что касается Сирии, то уже шестой год подряд Саудовская Аравия лишает сирийцев, живущих в районах, находящихся под контролем сирийского правительства, возможности совершать хадж и умру. В то же время более 12 тысяч сирийцев под контролем комитета по хаджу при Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил прибыли в Мекку для совершения паломничества. Регистрация сирийских паломников состоялась в утвержденных офисах Высшего комитета по хаджу, который считается единственным органом по организации документов для тех, кто хочет отправиться в хадж, и никакая другая сторона в Сирии, включая режим Асада, не имеет права исполнять эту функцию в Сирии.

В июле прошлого года из нескольких арабских городов поступили сообщения о том, что ряд офисов по вопросам хаджа и умры в этих странах предоставляли сирийцам визы в Саудовскую Аравию для совершения хаджа под контролем лишь сирийской оппозиционной коалиции. Это означает, что все сирийцы, живущие на подконтрольных режиму Асада территориях, не имели возможности совершить хадж. С 2012 года Национальная коалиция сирийских революционных и оппозиционных сил была уполномочена министерством по вопросам хаджа и умры Саудовской Аравии регистрировать паломников из Сирии, а также из стран, принимающих сирийских беженцев, то есть Турции, Иордании, Ливана и государств Персидского залива.

Палестина

В начале года саудовские власти запретили выполнять хадж и умру палестинцам, проживающим в арабских странах, объяснив свое решение тем, что это предотвратит проникновение террористических элементов в королевство. Эр-Рияд подчеркнул, что запрет действует в отношении палестинских беженцев из Сирии и касается лишь их. Тем не менее реальность в посольствах Палестины в ряде арабских государств свидетельствует о том, что запрет действует в отношении всех палестинцев, а не только палестинских паломников из Сирии, как заявляют саудовские власти. Разумеется, это становится причиной гнева среди многих палестинцев, которые находятся за пределами оккупированных территорий, особенно, если учесть, что запрет касается одного из важнейших религиозных предписаний — совершения хаджа и умры. Нужно учесть и то, что многие из них столкнулись с саудовским запретом уже в преклонном возрасте. Вместо того чтобы способствовать паломничеству в сезон хаджа и содействовать объединению мусульман, Эр-Рияд использует свою власть в политических целях.

Ливия

Что касается ливийцев, то Саудовская Аравия отказалась принять ливийских паломников, не получивших электронные паспорта, что подтвердило министерство по делам вакуфов Ливии. Министерство заявило, что обратилось в министерство по вопросам хаджа и умры Саудовской Аравии и попросило их принять ливийских паломников, однако их просьбы были отвергнуты. Власти королевства заявили, что решение применяется в отношении всех паломников. Как указывают сообщения СМИ, саудовские власти арестовали паломников из Ливии и передали их силам генерала Хафтара. В то же время правительство национального примирения, возглавляемое Фаезом Сарраджем, призвало министерство Саудовской Аравии раскрыть информации о судьбе трех ливийцев, которые находились в саудовских тюрьмах с июня прошлого года после их ареста во время совершения умры.

Иран

Почти каждый год между Эр-Риядом и Тегераном возникают разногласия по поводу хаджа, и в прошлом году всем иранским паломникам было запрещено совершать паломничество. Тогда на фоне обострения двусторонних отношений иранская организация по вопросам хаджа заявила, что Саудовская Аравия должна открыто объявить, каким образом она собирается выдавать визы и осуществлять воздушную транспортировку иранских паломников, а также обеспечивать их безопасность, чтобы предотвратить повторение трагедий и происшествий.

Катар. Йемен. Сирия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 августа 2017 > № 2303303


Иран. Катар > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 28 августа 2017 > № 2293058

Иран увеличил стоимость экспорта в Катар на 60,57 %

В течение пяти месяцев, до 22 августа, Иран экспортировал в Катар 737 500 тонн несырьевых товаров на сумму 67,5 млн. долларов США, зарегистрировав рост на 30,8 % и 60,57 % по объему и стоимости, соответственно, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, сообщает "Financial Tribune".

Ежедневные данные торговли Таможенной администрации Исламской Республики Иран показывают значительный рост стоимости экспорта в соседний арабский эмират начиная с июня, когда Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет разорвали дипломатические отношения и сократили сухопутные, морские и воздушные связи с крошечной нацией.

Иранский бизнес, особенно в пищевой промышленности, стремился к расширению связей с Катаром после разрыва, организованного режимом Саудовской Аравии.

Тем не менее, Иран не является единственной страной, которая старается закрепиться на рынке Катара. Катарская торговая палата недавно объявила о подписании 15 торговых соглашений с Турцией. Говорят, что Турция проводит трехсторонние переговоры с Ираном и Катаром, чтобы облегчить транзит товаров через Иран.

Пакистан тоже, запустил прямую линию доставки продукции в Катар. Также Азербайджан пытается наладить более тесную торговлю с арабской страной Персидского залива.

Член правления Фонда гарантирования экспорта Ирана Араш Шахрани считает, что у Ирана есть потенциал стать надежным деловым партнером для Катара. "Но сначала Иран должен придумать меры по обеспечению долгосрочного присутствия в этой стране", - рассказал он "Financial Tribune". "Сталь составляет 5 % от общего объема импорта Катара. Иранские сталевары в южных провинциях должны сосредоточиться на рынке Катара", - посоветовал он.

Чиновник указал на низкий риск торговли с Катаром и заявил, что EGFI (Государственное агентство по экспортным кредитам Ирана) готово и может осуществить страховое покрытие экспорта для соседа.

Около 207 000 тонн общего объема экспорта (на сумму 18 миллионов долларов США) были отправлены в соседнюю страну в течение четвертого месяца иранского года (закончившегося 23 июля). Иран экспортировал 97 000 тонн товаров на сумму 3,9 млн. долларов США в Катар за аналогичный период прошлого года.

Иран. Катар > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 28 августа 2017 > № 2293058


Кувейт. ОАЭ. Катар. РФ > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 28 августа 2017 > № 2286569

Москва мирит арабов

Глава МИДа Сергей Лавров отправляется в Персидский залив

Александр Братерский

Глава МИД России Сергей Лавров начинает рабочую поездку в регион Персидского залива, где посетит Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты и Катар. Визит должен поспособствовать попыткам России сыграть посредническую роль в урегулировании отношений между Катаром и соседними странами. В случае успеха это даст Москве возможность решать и другие вопросы в рамках более широкой повестки на Ближнем Востоке.

Первым в трехдневном турне Сергея Лаврова значится Кувейт, далее он посетит ОАЭ, а потом Катар. При этом с логистической точки зрения удобнее министру после Кувейта было бы заехать в Катар, который находится ближе к Кувейту, а затем уже отправиться в столицу Объединенных Арабских Эмиратов Абу-Даби. Однако в условиях продолжающегося политического кризиса между Катаром и другими странами Персидского залива именно такой маршрут поездки выглядит более логичным.

Кувейт вместе с Оманом стали единственными государствами Аравийского полуострова, не разорвавшими дипломатические отношения с Катаром. В то время как ОАЭ придерживается противоположной позиции и солидарна с Саудовской Аравией, выступившей инициатором остракизма Катара. Таким образом российский министр, прибыв в Катар в конце поездки, будет «из первых рук» ознакомлен с текущими позициями противников Дохи.

«Визит важен в вопросе преодоления дипломатического конфликта в заливе. Хоть наши чиновники и говорят, что не имеют амбиций по урегулированию, визит Лаврова говорит об обратном, иначе поездка не начиналась бы с Кувейта, который играет ключевую роль медиатора в конфликте», — прокомментировал «Газете.Ru» эксперт по Ближнему Востоку Российского совета по международным делам Юрий Бармин.

Напомним, что причиной разрыва отношений ОАЭ, Саудовской Аравии, Бахрейна, Египта и других арабских стран с Катаром стало заявление, опубликованное на сайте Катарского агентства новостей в конце мая.

В нем содержался призыв эмира Катара Тамима бен Хамада аль-Тани выстраивать отношения с Ираном — заклятым противником саудитов, а также содержались слова поддержки в адрес движений ХАМАС и «Братья-мусульмане» (запрещенная в России организация). Власти Катара заявили, что сайт агентства был взломан и публикация была провокацией, однако Эль-Рияд не принял это на веру.

В более же широком плане претензии соседей сводятся к ведению Дохой независимой политики, в том числе и через финансирование исламистских организаций и контакты с Тегераном.

Официальный представитель МИД России Мария Захарова рассказала журналистам накануне поездки министра, что в ходе визита «значительное внимание будет уделено нынешнему кризису в отношениях Дохи с рядом арабских столиц».

В отличие от Белого дома, который устами президента США Дональда Трампа обвинил Катар в поддержке терроризма, Москва заняла более конструктивную позицию. Она предложила Катару помощь по выходу из дипломатической изоляции, одновременно продолжая налаживать связи и с другими странами Персидского залива. Улучшение отношений с Катаром, который имеет большое влияние на радикальную часть сирийской оппозиции, крайне важно для Москвы в контексте урегулирования ситуации в этой стране.

Захарова подтвердила, что тема сирийского урегулирования станет важной темой переговоров. «Намерены обстоятельно информировать своих аравийских собеседников о прилагаемых российской стороной усилиях по урегулированию кризиса в Сирии в рамках астанинского процесса», — сказала Захарова.

Во всех трех государствах Лавров встретится не только со своими визави, но и с широким кругом официальных лиц. В Кувейте он будет принят эмиром Сабахом аль-Ахмедом ас-Сабахом, в Абу-Даби встретится с наследным принцем Мухаммедом Аль Нахайяном, в Дохе с эмиром Катара Тамимом бен Хамадом аль-Тани. В иерархической структуре этих государств все эти лидеры играют ключевую роль в принятии политических решений.

Как рассказал в беседе с «Газетой.Ru» Юрий Бармин, поддержка стран Персидского залива в достижении мира в Сирии имеет первостепенное значение в контексте роли Ирана в урегулировании в Сирии. «До сих пор [решения о формировании] зоны деэскалации были достигнуты без участия Ирана, — говорит эксперт. — Теперь же так не получится. Поэтому Россия в настоящее время и занимается челночной дипломатией».

Эксперт отметил, что турне Лаврова по странам Персидского залива происходит перед началом шестого раунда переговоров в Астане. Они имеют важное значение — по их итогам должно быть достигнуто соглашение по зоне деэскалации в Идлибе.

Известно, что большинство стран Персидского залива (исключая Катар) относятся к Ирану и его присутствию в Сирии враждебно, опасаясь его доминирования в регионе. Этот фактор даже помог странам Персидского залива сблизиться со своим извечным врагом Израилем, который также не хочет возрастания влияния Ирана в Сирии.

Общей координацией политики против Ирана занимается его региональный противник Саудовская Аравия. Эту страну Лавров собирается посетить в первую неделю сентября, когда вновь вернется в регион.

Стоит отметить, что практически накануне визита Лаврова в регионе Персидского залива побывал советник президента США Дональда Трампа Джаред Кушнер, который обсуждал в Эль-Рияде вопросы Сирии, а также арабо-израильское урегулирование. В настоящее время США пытаются убедить арабские страны усилить давление на Палестину, чему как раз активно противится Катар, оказывающий поддержку ХАМАС в Газе.

Кувейт. ОАЭ. Катар. РФ > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 28 августа 2017 > № 2286569


Катар. Сирия. Казахстан. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 24 августа 2017 > № 2283630

Катар хотел бы присоединиться к процессу урегулирования кризиса в Сирии в рамках переговоров в Астане, сообщил посол России в Катаре Нурмахмад Холов.

Как рассказал посол РИА Новости, правительство Катара считает, что может повлиять на ситуацию в Сирии, так как эмират является одним из основных игроков в регионе и имеет сильное влияние на "умеренную оппозицию". В частности, в Дохе проживает идейный вдохновитель группировок "Джейш Аль-Ислам" и "Ахрар Аш-Шам".

Москва, в свою очередь, приветствует любые инициативы по достижению мира в Сирии, отметил дипломат. Он отметил, что, несмотря на некоторые разногласия, Москва и Доха сходятся в том, что перемирие в Сирии должно произойти при сохранении территориальной целостности страны и институтов власти.

В столице Казахстана Астане ранее прошло пять встреч по вопросам межсирийского урегулирования. Последняя состоялась 4-5 июля, следующая встреча может состояться в середине сентября. Основным результатом переговоров стал подписанный в ходе четвертого раунда меморандум о создании зон безопасности. Согласно документу, любые боевые действия в зонах деэскалации на территории Сирии прекращены с 6 мая. Меморандум подписали страны-гаранты: Иран, Россия и Турция.

Катар. Сирия. Казахстан. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > newskaz.ru, 24 августа 2017 > № 2283630


Катар. Иран > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 24 августа 2017 > № 2283627

Катар объявил о восстановлении дипотношений с Ираном

Государство вернет своего посла, отозванного из страны в прошлом году, в Тегеран

Катар вернет своего посла, отозванного из страны в прошлом году, в Тегеран. Об этом говорится в заявлении катарского Министерства иностранных дел.

В МИД Катара заявили, что дипломат «вернется в Тегеран для выполнения своих дипломатических обязанностей».

«Государство Катар выразило стремление укреплять двусторонние отношения с Исламской Республикой Иран во всех областях», — подчеркнули в МИД Катара.

Катар отозвал своего посла из Ирана в январе прошлого года. Причиной этого решения стали атаки, прошедшие в Иране, на посольство Саудовской Аравии в Тегеране и консульство в Мешхеде, ставшие ответом на казнь шиитского проповедника Нимра ан-Нимра.

Тогда же дипотношения с Ираном разорвали Саудовская Аравия, Бахрейн и Судан.

Катар. Иран > Внешэкономсвязи, политика > kapital.kz, 24 августа 2017 > № 2283627


Испания. Катар. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 августа 2017 > № 2281614

Генеральный секретарь испанской левой партии Podemos Пабло Иглесиас потребовал пересмотреть отношения с Катаром и Саудовской Аравией на фоне произошедших на прошлой неделе терактов в Каталонии, сообщает во вторник новостное издание La Vanguardia.

Иглесиас подверг критике отношения между монархиями Испании и Саудовской Аравии, отметив, что эти отношения "наносят ущерб международному имиджу Испании и оскорбляют значительную часть граждан Испании". Он также выразил необходимость пересмотреть деловые отношения с Катаром и Саудовской Аравией, которые, по его мнению, поддерживают джихадистские террористические группировки.

Днем 17 августа автофургон въехал в толпу людей в районе пешеходной улицы Рамбла в Барселоне. Ответственность за теракт взяла террористическая группировка "Исламское государство*" (ИГ*, запрещена в РФ). Позже в тот же день аналогичный инцидент произошел в Камбрильсе в 120 километрах от Барселоны. По официальным данным, в результате терактов в Испании погибли 15 человек, 130 пострадали.

По информации правоохранителей, в группировку, которая стоит за терактами, входили 12 человек. Четверо из них арестованы, пять были уничтожены после теракта в Камбрильсе. Еще двое, в том числе главный организатор терактов имам Абдельбаки эс-Сати, погибли накануне нападений при взрыве в доме в Альканаре, где террористы готовили бомбы. Водитель фургона, наехавшего на толпу в Барселоне, 22-летний марокканец Юнес Абуякуб, был ликвидирован в ходе спецоперации в Субиратсе 21 августа.

*Запрещенная в России террористическая организация

Сергей Сарымов.

Испания. Катар. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 22 августа 2017 > № 2281614


Катар. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 августа 2017 > № 2280418

Катар считает "нелогичным" требование Саудовской Аравии о доставке катарских паломников на хадж в Мекку исключительно самолетами саудовской авиакомпании Saudi Airways, говорится в сообщении главы информационного офиса МИД Катара Ахмеда бен Саида ар-Румейхи, опубликованном в понедельник на сайте катарского внешнеполитического ведомства.

На прошлой неделе король Саудовской Аравии Салман Абдель Азиз Аль Сауд распорядился в качестве жеста доброй воли принять за свой счет паломников из Катара, желающих совершить хадж к святым местам ислама, и прервать ради них воздушную и сухопутную блокаду Катара. Руководство саудовской авиакомпании Saudi Airways в понедельник заявило, что катарские власти до сих пор не дали разрешения на приземление в аэропорту Дохи ее самолетов, готовых для перевозки катарских паломников в Джидду по распоряжению саудовского монарха.

"Требование перевозить катарских паломников исключительно саудовскими авиалиниями беспрецедентно нелогично и вызывает удивление, а также противоречит ценностям милосердной исламской религии, которая призывает облегчить выполнение этой обязанности для всех мусульман", — отметил ар-Румейхи.

Он напомнил, что, как правило, паломники приезжают на хадж, используя национальные перевозчики своих стран.

Кроме того, представитель МИД Катара подверг сомнению инициативу саудовского короля принять катарских паломников за свой счет, заявив, что государство Катар и паломники "не нуждаются в помощи для покрытия расходов на хадж в виде жеста милосердия". Он призвал саудовские власти вместо этого "прекратить блокаду Катара без выдвижения всяких условий", чтобы существующая при министерстве вакууфов (по делам ислама) миссия по организации хаджа могла беспрепятственно выполнять свою работу, а пилигримы — свободно выбирать, самолетами какой авиакомпании добираться до места паломничества.

Паломники из разных стран уже начали прибывать в Саудовскую Аравию, чтобы принять участие в обрядах обязательного для каждого мусульманина хаджа, который в этом году пройдет с 30 августа по 4 сентября.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств.

Катар. Саудовская Аравия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 21 августа 2017 > № 2280418


Катар. Египет. ОАЭ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 августа 2017 > № 2281370

Какими будут энергетические последствия блокады Катара

David Livingston

Sagatom Saha

Судя по количеству строящихся сейчас терминалов СПГ, в начале 2020-х мир ждет переизбыток предложения сжиженного газа. Решение Катара нарастить добычу в ответ на блокаду может еще больше усилить и без того неизбежное перенасыщение рынка и серьезно сбить цены в перспективе пяти-семи лет. Для Катара такой сценарий не проблема, а вот для США – повод для беспокойства

Блокада Катара другими монархиями Залива и Египтом идет уже третий месяц, и конца ей не видно.

Этот кризис угрожает политической стабильности в регионе, но вот поставки энергоносителей пока практически не затронуты. Это даже удивительно, если учесть, что большая часть мировой нефти и значительная часть газа поставляется именно из Персидского залива. Однако если блокада Катара затянется, ее долгосрочные последствия могут оказаться более серьезными и в энергетике.

Катар – крупнейший поставщик сжиженного природного газа (СПГ), обеспечивающий 30% мировых поставок этого сырья. Такая большая доля рынка во многом объясняется низкими производственными издержками. Когда в начале блокады Египет и ОАЭ запретили катарским танкерам, перевозящим СПГ, заходить в свои порты для дозаправки, многие боялись, что это может серьезно дестабилизировать мировой рынок газа. Но к счастью, на деле бойкот оказался не таким уж строгим.

В середине июня ОАЭ смягчили условия блокады для порта Фуджейра, которым часто пользуются катарские суда. Трубопровод Dolphin, по которому Катар ежегодно поставляет 2 млрд кубических футов газа в Оман и ОАЭ, также работает бесперебойно. ОАЭ сильно зависят от импорта газа, на него приходится более половины электричества, генерируемого в стране. А главный поставщик этого газа – Катар, экспортирующий в ОАЭ около 19,2 млрд кубометров СПГ и трубопроводного газа в год.

Опасения, что Египет запретит судам с грузами из Катара заходить в Суэцкий канал (на этот маршрут приходится около 10% мирового транзита СПГ), также не оправдались. Египту самому нужен катарский газ, чтобы компенсировать внутренний дефицит, а по условиям международных договоров канал может быть закрыт только в случае формального объявления войны.

Итак, текущее влияние блокады незначительно, но есть несколько долгосрочных последствий, на которые стоит обратить внимание. В начале июля Катар объявил о планах на 20% нарастить добычу природного газа на Северном месторождении. Это решение, положившее конец десятилетнему мораторию на увеличение добычи, готовилось еще до начала кризиса. Но сказано об этом именно сейчас, чтобы продемонстрировать, что Катар не собирается уступать внешнему давлению и готов наращивать поставки газа, не обращая внимания на ситуацию на мировом рынке.

Это означает, что на мировом рынке сохранится переизбыток газа. Из-за этого поставщики с более высокими издержками могут уступить часть своей доли рынка Катару. Хотя сжижение стоит недешево, Катар все еще в состоянии конкурировать по цене с российским газом на европейских рынках и еще комфортнее чувствует себя на рынке сжиженного газа в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Это может разрушить планы президента Трампа нарастить американский экспорт СПГ, а также намерение Австралии стать крупным поставщиком СПГ. Судя по количеству строящихся сейчас терминалов СПГ, включая терминалы в Техасе, Луизиане и Мэриленде, в начале 2020-х мир ждет переизбыток предложения сжиженного газа. Решение Катара может еще больше усилить и без того неизбежное перенасыщение рынка и серьезно сбить цены в перспективе пяти-семи лет. Для Катара такой сценарий не проблема, а вот для США – повод для беспокойства.

В условиях перенасыщения рынка конкуренция между поставщиками обострится, и, кроме цены, им придется задействовать другие аргументы – например, ожидаемый уровень выбросов углекислого газа. Это особенно важно на крупных рынках вроде Европы, чья энергетическая стратегия учитывает не только цену или надежность поставок, но и дополнительные критерии типа воздействия на экологию. Выбросы парниковых газов, в частности метана, становятся все более важной темой; как минимум 13% мировых выбросов парниковых газов уже попадают под те или иные эмиссионные квоты. Для Катара и других поставщиков СПГ это дает возможность получить конкурентные преимущества, обосновав, что их газ обеспечивает более низкий уровень выбросов.

Кроме того, страны Залива сейчас пытаются снизить свою зависимость от нефтяных доходов. Саудовская Аравия, главный инициатор блокады Катара, приняла стратегический план перестройки экономики до 2030 года, который предусматривает развитие ненефтяных отраслей, в том числе возобновляемых источников энергии. К 2023 году Эр-Рияд планирует ввести в действие 9,5 ГВт мощностей на основе таких источников, 700 МВт из которых строятся уже сейчас. ОАЭ тоже активно начинает разрабатывать солнечные электростанции.

Но чтобы эффективно использовать такие нестабильные источники энергии, как ветер и Солнце, странам Залива нужна совместная сеть электропередачи, которая снизит потребность в резервной генерации и повысит надежность. Такая общая сеть уже создана и помогает избегать экстренных сбоев, но используется пока ограниченно. Крупнейший ее участник, Саудовская Аравия, может импортировать или экспортировать в каждый конкретный момент не более 1200 МВт, а это только 2% имеющейся в стране генерации. Нужно вводить новые линии электропередачи, связывающие национальные сети. А строительство такой региональной энергетической системы требует от монархий Залива более плотного сотрудничества, в том числе выработки единой рыночной политики, снятия бюрократических препон и унификации законодательства.

Наконец, если раскол в Персидском заливе не будет преодолен, глобальное потепление в этом регионе может привести к еще более катастрофическим последствиям. Потепление на Ближнем Востоке происходит вдвое быстрее, чем в среднем на планете, что грозит засухами, конфликтами и эпидемиями. Чтобы предотвратить такое будущее, нужно взаимное доверие и сотрудничество. Без поддержки соседей небольшим странам Залива типа Катара будет трудно справиться с надвигающимися переменами.

Дэвид Ливингстон – научный сотрудник программы исследования энергетики и климата Фонда Карнеги

Сагатом Саха – научный сотрудник Совета по международным отношениям, специалист по энергетике и внешней политике США

Diwan

Катар. Египет. ОАЭ > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 18 августа 2017 > № 2281370


Саудовская Аравия. Катар. Йемен. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 августа 2017 > № 2278817

Остаться должен только один: кто возьмет власть в Саудовской Аравии

В последнее время обстановка вокруг Саудовской Аравии была достаточно нервозной. Во-первых, королевство оказалось вовлечено в серию конфликтов на своей периферии (в сирийский, иракский, катарский, йеменский), и в этих конфликтах Эр-Рияд проигрывал.

Во-вторых, крайне непрочными виделись позиции наследника саудовской монархии, кронпринца Мухаммеда бин Салмана (который был назначен наследником волевым решением короля и вопреки мнению большинства членов правящей фамилии). "За последние месяцы кронпринц Мухаммед не раз пропадал из новостных лент, причем иногда даже от ключевой фигуры в королевстве не было известий в течение нескольких дней. Все это накладывалось на беспрерывные слухи о том, что тяжело больной король Салман вот-вот уйдет в мир иной или отречется в пользу сына", — поясняет РИА Новости арабист Леонид Исаев.

Изображение короля Саудовской Аравии, наследного принца и заместителя наследного принца страны в городе Таиф. Апрель 2017

Однако на деле для кронпринца Мухаммеда ситуация складывалась не так уж и плохо. Да, на йеменском направлении все глухо и грустно (попытки разрушить антисаудовскую коалицию хуситов и бывшего президента Салеха пока не приводят к успехам, а в то же время представители этой коалиции обстреливают территорию Саудовской Аравии ракетами, созданными с помощью иранцев), а на сирийском саудиты фактически расписались в капитуляции. Однако на катарском и (особенно) иракском наметился прогресс.

Наглость Катара

Эксперты не раз отмечали, что катарская авантюра кронпринца Мухаммеда (смысл которой был в том, чтобы публично выпороть непокорный Катар, дабы другие союзники не отходили от заданной саудитами линии поведения) имела шансы на успех только в случае блицкрига, если бы Катар удалось быстро запугать и подчинить. Однако эмир Тамим не только выдержал начальное давление, но и даже перешел в контрнаступление. Так, "для стимулирования развития туризма и воздушного транспорта" Катар разрешил безвизовый въезд в страну гражданам почти 80 стран. А поскольку в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива действует соглашение о совместном визовом барьере для действий третьих стран, процесс возвращения Катара в эту организацию (напомним, управляемую де-факто саудитами и ОАЭ) будет, мягко говоря, очень непростым.

Наглость Катара объясняется весьма просто. "Ситуация тупиковая, но она более вредит Саудовской Аравии как стране, менее заинтересованной в дезинтеграционных тенденциях на полуострове", — поясняет Леонид Исаев. Под угрозой оказалась репутация саудовского королевства и ее интеграционные проекты, и в этой ситуации принц Мухаммед пошел на конструктивные уступки. Прежде всего в тех вопросах, где от конфронтации его имиджевые потери были максимальны.

Так, саудиты (а точнее, кронпринц Мухаммед) отменили запрет на совершение катарскими паломниками хаджа в Мекку. "Все ограничения, связанные с хаджем, бьют по репутации короля как Хранителя двух святынь. Получается, что он занимается сегрегацией по национальному признаку, а ислам как религия не знает национальностей", — поясняет Леонид Исаев.

Мухаммед ибн Салман

По сути, принц Мухаммед сделал первый шаг к нормализации ситуации, и теперь вопрос в том, как его воспримут в Катаре. Доха, понимая слабость позиций Эр-Рияда, может начать торговаться с позиций победителя и даже выставить цену за блокаду. В Эр-Рияде, конечно, такую позицию вряд ли примут — принцу Мухаммеду важно не просто восстановить отношения или хотя бы вернуться к статус-кво, но и сделать это с поднятой головой. Однако тут уже могут вмешаться посредники и немножко опустить на землю зарвавшийся эмират. В роли посредников, например, могут выступить США, которым абсолютно не с руки сейчас наблюдать за развалом "заливной" коалиции.

Поворот ас-Садра

Что же касается Ирака, то там Саудовской Аравии, кажется, удалось наконец-то потеснить всесильный Иран. А все потому, что Эр-Рияд обратился к правильным людям.

Королевство уже давно пытается усилить свои позиции в Ираке. "Саудовцы активно работают в Иракском Курдистане и никогда не скрывали того, что они дают деньги Багдаду для противостояния ИГ*", — поясняет РИА Новости специалист по Ближнему Востоку, эксперт РСМД Антон Мардасов. Еще в июне с визитом в Эр-Рияде побывал премьер-министр Хайдер аль-Абади, где он встречался с королем Салманом и договорился с ним о создании специального иракско-саудовского совета, призванного улучшить отношения двух стран до уровня стратегического партнерства. В рамках нового партнерства, по словам Абдул-Азиза аль-Шаммари (саудовского поверенного в делах в посольстве в Багдаде), королевство намерено впервые за 27 лет открыть погранпереход Арар для переправки товаров на территорию Ирака. Однако реальным прорывом в иракской политике Эр-Рияда стал визит в столицу королевства Муктады ас-Садра — одного из самых влиятельных шиитских лидеров Ирака.

Как отмечает Институт Ближнего Востока, "в Эр-Рияде отдают отчет в том, что в среде шиитской общины существуют различные взгляды по отношению к развитию отношений с Ираном. Проиранские настроения особенно распространены среди шиитов больших городов, в частности Багдада. Одновременно иранские сторонники как правило принадлежат к среднему классу или иракской буржуазии. В то же время у племен южного Ирака распространены иные настроения. Их представители более подвержены идее арабского национализма и еще помнят Ирано-иракскую войну 1980-1988 годов, на которой погибли многие иракцы". И ас-Садр, несмотря на все его тесные отношения с Ираном, представляет именно эту часть населения. Как опять же отмечает Институт Ближнего Востока, "в течение последних двух лет Муктада ас-Садр круто изменил свою политику. В настоящее время он позиционирует себя в качестве иракского националиста, а не шиитского лидера".

Ставка на шиитов

Да, некоторые эксперты скептически относятся к антуражу визита. "Он был слишком уж публичным, поэтому в отношении ас-Садра сразу же возник поток критики", — говорит Леонид Исаев. Однако "сам факт того, что ас-Садр встретился с Мухаммедом бин Салманом (отвечающим за внутриполитическую, внешнеполитическую и экономическую политику королевства), появление их совместных фотографий вызвали фурор в арабском мире", — говорит Антон Мардасов.

Вопрос, впрочем, не в антураже, а в договоренностях, достигнутых на данном мероприятии. По официальным данным, на встрече с Муктадой ас-Садром кронпринц обещал не вмешиваться во внутренние дела Ирака, дать 10 миллионов долларов на экономическое восстановление страны и рассмотреть различные инвестиционные проекты в южных (то есть шиитских) районах Ирака. По неофициальным же данным, речь могла идти о финансовой поддержке ас-Садра и его политических амбиций. "Сейчас Ирак готовится к провинциальным и парламентским выборам, которые пройдут в 2018 году. Садристы претендуют на серьезные результаты, и если они займут позицию по ограничению иранского влияния, могут получить ряд бонусов — и не только от саудитов. Напомню, что ас-Садр посещал и Абу-Даби", — поясняет Антон Мардасов.

На всех прошлых выборах в Ираке саудовцы ставили на суннитские группировки и все прошлые разы оставались без электоральных призов. Если сейчас они поставят на ас-Садра и тот действительно займется ограничением иранского влияния на юге Ирака, преуспеет в этом, то Саудовская Аравия разом может отыграться и за поражение в Сирии, и за ожидаемое поражение в Йемене. А принц Мухаммед резко укрепит свои перспективы удержать трон после смерти отца. Конечно, шансы на реализации такой стратегии отнюдь не стопроцентные, но они куда выше, чем катарская авантюра принца Мухаммеда. Значит, он все-таки растет и работает над собой.

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ, для РИА Новости

Саудовская Аравия. Катар. Йемен. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 18 августа 2017 > № 2278817


Саудовская Аравия. Бахрейн. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277221 Александр Фролов

Арабский пасьянс

Александр Фролов, Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, доктор политических наук

Весной этого года в арабском мире произошло похожее на казус событие: Королевство Саудовская Аравия (КСА), Бахрейн и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) отозвали своих послов из столицы союзного им государства Катар, объяснив это вмешательством последнего в их внутренние дела, дела соседних стран, поддержкой «враждебных СМИ». Катар как одно из самых малых членов Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), оказывается, поддерживает в более крупных странах деструктивные силы, угрожающие миру и стабильности в регионе, и ведет в них свою пропаганду.

5 июня 2017 года КСА, ОАЭ, Бахрейн и Египет официально порвали с ним дипломатические отношения, прекратив всякое сообщение, позже к «четверке» присоединились Мальдивы, Маврикий и Мавритания. Иордания и Джибути снизили уровень своих диппредставительств в Дохе. А за ними и ряд стран Африки - Сенегал, Нигер и Чад - объявили об отзыве послов. Однако два государства ССАГПЗ - Кувейт и Оман к акции не примкнули. Позже тройка инициаторов передала Катару список из 13 требований, необходимых для прекращения изоляции. Среди них - понижение дипломатических отношений с Ираном, закрытие в стране военной базы Турции и информационного канала «Аль-Джазира». На выполнение требований заявители отвели десять дней. В дальнейшем политика Катара будет контролироваться1. Катар ультиматум отверг как ущемляющий его суверенитет.

Вне зависимости от развития ситуации эпизод с Катаром стал одним из проявлений глубоких внутренних социально-политических сдвигов, происходящих в последнее время на Арабском Востоке по следам «цветных революций» в условиях глобализации, информатизации, демократизации и размывания традиционных ценностей восточных обществ, а также поиском ответа на все эти вызовы.

Доигрался?

Уточняя банальную поговорку «Деньги решают все», кто-то заметил: «Большие деньги решают все». Но так ли это? А может, все-таки политика? Вопрос применительно к Ближнему Востоку далеко не праздный. Но вернемся к Катару.

В переводе с арабского Катар означает «страна» - название, которое он за собой явно авансирует. По сути, это маленький полуостров в Аравии, сухопутная граница которого монополизирована Саудовской Аравией. Катар упорно шел к вершине своего благополучия, в 2000-х годах он стал лидером среди арабских и азиатских стран по уровню ВВП на душу населения. Основу экономики Катара до недавнего времени составляло крупное газовое месторождение Северное/Южный Парс. Но обретенное благополучие вскоре перестало давать ему покоя. Катарское руководство активно искало нишу в региональных и мировых делах, естественно, думая о том, что будет «после нефти». Создали свой бренд - авиакомпанию «Катар Эйрвэйз», инвестировали средства в экономику стран Западной Европы, включая объекты спорта. Катар, например, приобрел известный парижский футбольный клуб «Пари Сен-Жермен» (ПСЖ), стал проводить соревнования мирового уровня.

Старания его были отмечены на Западе. Международная федерация футбола - ФИФА впервые в истории объявила не просто арабскую, а столь малую страну хозяйкой вторых по масштабу после летних Олимпийских игр соревнований - Чемпионата мира по футболу - 2022. Далеко не бедному Катару, вклад которого в мировой футбол едва различим, дали шанс на порядок поднять уровень собственной инфраструктуры с перспективой, в случае успеха ЧМ-22, стать спортивной столицей арабского мира.

Обретение права на проведение ЧМ-22 подхлестнуло амбиции катарского руководства. Хотя этот подарок связывался с двумя проблемами: выяснилась нечистоплотность проголосовавших за Катар футбольных чиновников, а позже, задним числом, вспомнили, что проводить футбольные матчи в 40-градусную жару - это за пределом человеческих возможностей. Но тут Россия неожиданно оказала Катару «услугу»: под влиянием Вашингтона мировое спортивное руководство погрязло в допинговых обвинениях российских спортсменов, занялось торпедированием Чемпионата мира по футболу 2018 года в России. В таких условиях топить еще и следующий чемпионат - под стать рубить собственную голову. Катарские власти, правда, в качестве компенсации пообещали установить на футбольных стадионах кондиционеры - невиданное дело в мировой спортивной практике.

Большую известность Катару также дал информационный канал «Аль-Джазира», созданный с использованием опыта ведущих западных каналов (уже само название говорит о масштабности задумки, поскольку аль-Джазира - это Аравийский полуостров). «Аль-Джазира» был раскручен за счет нестандартных ходов, в частности трансляции ультимативных заявлений бен Ладена и других проводников террора, но потом значительно расширил круг передач и на данном этапе фактически стал наиболее влиятельным каналом арабского мира. Через СМИ влияние Катара распространяется на страны Северной Африки, на политику Лиги арабских государств (ЛАГ) в целом. Многие эксперты оценили деятельность, а точнее, дезинформацию «Аль-Джазиры» в Ливии в деле сопровождения военной операции против М.Каддафи как очень эффективную. Фактически Катар овладел сильным средством воздействия на умы жителей региона.

Свои экономико-финансовые и пропагандистские достижения катарское руководство решило трансформировать в политическое влияние. На каких-то этапах оно близко прислонилось к саудовскому, действуя более-менее синхронно. Подобно тому, как Британия блокировалась с США, олицетворяя англосаксонскую ось, Катар блокировался с Саудовской Аравией, представляя салафитскую «ось». Тем более что население КСА и Катара во многом сходно по своему этноконфессиональному составу, что предопределяло такого рода взаимодействие. И, естественно, за спиной у обоих в военном плане стоял Вашингтон.

Но постепенно Катар стал выходить за пределы очерченных ему ССАГПЗ рамок. С началом «цветных революций» он отправил в Ливию своих военных свергать режим полковника М.Каддафи, развернув против последнего самую настоящую пропагандистскую войну и оказав военную и финансовую помощь повстанцам. Вопрос, чем не угодил Катару Каддафи, экспертам, в общем, понятен. Ливия - нефтеносная страна, располагает своими ресурсами, которые она вкладывала во внешнюю политику. Катар также стал больше средств инвестировать во внешнюю политику, поддерживая во многих странах, в том числе и африканских, разного рода исламистов, в частности оппозиционных, и на этом поле столкнулся с Джамахирией как спонсором ряда африканских режимов и политических движений. Устранить ливийского полковника стало целью Катара, которой он и достиг. Так нынешние руководители Ливии стали обязаны Катару, но при этом, будучи разобщенными, плохо структурированными, не имеющими ходовых идеологических воззрений, перестали быть ему соперниками. Через них Катар получил доступ к использованию нефтяных ресурсов страны - не все же там работать западным компаниям!

В Сирии он вместе с Саудовской Аравией выступил в качестве главного кукловода вооруженной сирийской оппозиции. Ясно, что гуманистические идеалы, права человека и вопросы демократии в этой арабской стране Катар мало или вообще не интересовали. Резоннее выглядело стремление саудитов и катарцев свалить режим, который они считали едва ли не атеистичным. Баасистская идеология, если учесть что под ее знаменами свергались монархи и оказывалось противодействие колониализму, была враждебна монархизму. Помимо политических, в Сирии Катар преследовал и свои корыстные экономические интересы, саудовцы - свои. Очевидно, на столкновении этих интересов тоже возникли противоречия. В ноябре 2011 года Эр-Рияд и Доха настояли на том, чтобы при-остановить членство Сирии в ЛАГ, причем нажим (возможно, что финансовый) был оказан на такие традиционно близкие Сирии страны, как Алжир и Палестина. Катар возглавил комиссию ЛАГ по урегулированию в Сирии и фактически стал сводить ее работу к выкручиванию рук Б.Асаду путем выдвижения инициатив, заранее неприемлемых для Дамаска. По иронии судьбы позже он получит от своих арабских братьев схожие требования.

Австрийский эксперт Томас Шмидингер считает, что Катар стал более независим в силу двух факторов: в 1991 году саудовцы не смогли защитить Кувейт от иракского вторжения и, таким образом, «потеряли лицо», побудив близкие им эмираты искать иные гарантии обеспечения безопасности. Катар дальше своих соседей продвинулся в развитии двусторонних связей с США, Турцией и Ираном. К тому же с 1990-х годов начал внедрять технологии по сжижению газа, став более независимым от саудовских трубопроводов и транзита2. Доха предпринимала усилия по укреплению связей с США - в разное время позволяла со своей территории координировать боевые действия в Ираке, организовывала переговоры талибов с кабульским правительством. Более того, Катар стал своего рода «проводником» западных ценностей (в допустимых пределах) в консервативном аравийском обществе: он быстрее, нежели КСА, воспринимал и опробовал на своей почве достижения мировой цивилизации, адаптируя их к местным условиям. Так, например, с размахом проводил крупнейшие в регионе и мире автосалоны.

С развертыванием «цветных революций» Катар одним из первых среди аравийских монархий осознал, что революцию если нельзя предотвратить, то можно возглавить. А заодно и удовлетворить собственные интересы. Где надо - жестко придавить выступления. В феврале 2011 года вооруженные силы Катара и КСА, когда в Бахрейне вспыхнули волнения, дружным тандемом вошли в этот маленький эмират и жестко подавили бунтовщиков, не допустив его превращения в «новый» Тунис.

Были ли опасения повторения «арабской весны» в самом Катаре? Лидеры Катара отрицают такую возможность: в эмирате обеспечен самый высокий уровень жизни среди нефтеносных арабских стран. Но вот если взглянуть на структуру населения, то из почти двухмиллионного населения коренных арабов там менее 40% (кто-то считает, что 20%) - это тех, кому, собственно, этот уровень и обеспечен. Живут там выходцы из Пакистана, Индии (18-20%), Ирана (10%), из других стран (14%), составляя обслугу коренного населения. При этом иранцы-шииты противостоят салафитам, но у первых нет возможности сделать карьеру. Есть еще христиане (8,5%), представители других религий (14%). Эти люди обеспечены работой, но тем не менее смесь, как говорится, небезопасная, да и сами игры с революционерами могут быть чреваты. За последние годы, правда, поток прибывающих сузился, но все равно их больше, нежели убывающих.

Изменение политики Катара наблюдатели частично объясняют и сменой власти. В июне 2013 года эмир Хамад бен Халифа ат-Тани добровольно отрекся от престола в пользу своего сына - Тамима. И в этой связи считается, что Тамим оказался менее скрупулезным в соблюдении негласных договоренностей между катарским и саудовским руководством. В этой связи упоминалось некое секретное соглашение, случившееся в ноябре 2013 года, то есть вскоре после перехода власти, заключенное между эмиром Тамимом ат-Тани и королем Саудовской Аравии Абдаллой в присутствии эмира Кувейта шейха Сабаха ас-Сабаха, которое в той ситуации выглядело как своего рода назидание «старшего брата» «младшему». Катару предложили придерживаться общей политики ССАГПЗ, не вмешиваться в дела других стран - членов этой организации, не поддерживать экстремистские и террористические группы, угрожающие стабильности в регионе, и не оказывать поддержку «враждебным СМИ»3

Растущая роль Катара в мировых делах вызвала опасения даже европейских политиков, многие из которых приходили к выводу, что катарские инвестиции неслучайны, на деле обеспечивается поддержка действующих в Европе исламистов. Одним из первых забил тревогу французский правый политик Ж.-М. Ле Пен. По сообщениям польской печати, катарцы засветились в ряде недобросовестных оружейных сделок. В целом нет уверенности, что катарцы поддерживают именно тех исламистов, которых надо поддерживать, а не взращивают «пятую колонну».

У Гоголя Иван Иванович и Иван Никифорович поссорились из-за пустяка. Пустяк в конфликте часто оказывается каплей, переполнившей чашу терпения. Какая именно кошка пробежала между Эр-Риядом и Дохой - узнать доподлинно сложно, а выдвигаемые требования являются, скорее всего, лишь надводной частью конфликта. Есть мнение, что Катар не по рангу набрал вес, при этом подчеркивая свою большую мобильность, открытость к новому. Говорится также, что он восстановил против себя часть членов ССАГПЗ не только поддержкой ячеек «Братьев-мусульман» на их территории, но еще и оказанием помощи шиитскому движению хуситов в Йемене, с которым КСА вступило в вооруженную борьбу. Другие моменты выглядят личными. Так, некоторые западные эксперты указывают как на причину конфликта все более негативный тон канала «Аль-Джазира» в отношении лидеров других стран ССАГПЗ и нового египетского руководства4. И не исключено, что какой-то один репортаж - типа Катар стремится обойти конкурента в лице Саудовской Аравии в желании стать лидером арабского мира - все перевернул.

Особое упоминание Египта в этой связи станет понятным, если вспомнить, что КСА интенсифицировало свои контакты с его новым руководством, ССАГПЗ - с АРЕ с предоставлением финансовой поддержки новому режиму в Каире при условии, что Египет будет защищать эти страны от региональных вызовов (например, Ирана и др.). Речь шла о планах «сдачи в наем» некоторых египетских армейских подразделений или формировании на их основе боеспособных частей под эгидой ССАГПЗ. Тем более что в АРЕ наблюдается переизбыток рабочей силы и служивых людей. Египту при этом обещали многомиллиардные инвестиции от КСА и стран Залива.

Как исходную точку кризиса российский эксперт А.Железнов назвал обнародование в 2014 году планов Катара и Ирана по созданию свободной экономической зоны и «совместного политического комитета» по региональным вопросам5. Именно тогда последовала первая «черная метка» от саудитов эмиру Катара, внешне вроде бы не имеющая прямого отношения к Ирану. Требования - прекратить подпитку «Братьев-мусульман», закрыть «Аль-Джазиру» и внушающие сомнения в незыблемости монархии региональные представительства американских центров - Института Брукингса и корпорации РЭНД, а также выдать иностранцев, обвиняемых в террористической деятельности. Ситуация, как мы видим, имела продолжение.

Что грозит Катару? Его сухопутная граница в самом деле может быть закрыта саудовцами для подвоза продуктов сельского хозяйства, большая часть которых поступает от них же, а также товаров из других стран ССАГПЗ, которые пожелают присоединиться к блокаде. Но остаются морские поставки, для расширения которых потребуется дополнительная инфраструктура. Закрытие воздушного пространства осложнит деятельность его авиакомпании. А вот сокращение инвестиций - инвесторы опасаются вкладывать деньги в изолируемую экономику - дело серьезное. Однако в Дохе полагают, что до крайних мер не дойдет.

Интеграция и дезинтеграция

Потенциально арабский мир всегда стремился к некоему единству, но его практически никогда не случалось. Кто-то начинал вести себя не так, как остальные, кто-то строил коалиции в противовес другим, кому-то не нравилась чья-то дружба с кем-то. Разные конфессии и разные идейные построения и взгляды усугубляли ситуацию. Поэтому со своими противоречиями Лига арабских государств всегда напоминала ООН в миниатюре.

Как средство противодействия Османской империи в конце XIX века сложились идеи панарабизма. В силу различия социально-политических условий арабских стран они не получили интеграционного воплощения на практике. Позже в арабском мире под воздействием Советского Союза началось оформление социалистических идей, нашедших отражение в насеризме, баасизме. Партия «Баас», например, задумывалась как межгосударственная, охватывающая две страны - Сирию и Ирак. Но в итоге два ее региональных отделения, по сути, стали на путь вражды. Лидер ливийской революции полковник Каддафи много позаимствовал у своего кумира - Г.А.Насера, а позже развил идеи «ливиецентризма» и государства всеобщего равенства (слово «джамахирия» означает массовость), самого его именовали «брат полковник». Но реальных союзников, а тем более последователей он среди арабов не нашел, договорился до того, что в запале назвал себя «вождем без страны», а Египет - «страной без вождя», чем вконец испортил свои отношения с Президентом АРЕ Мухаммедом Садатом.

Надо сказать, что националисты губили всякие объединения. Не сработал самый продвинутый эксперимент с созданием Объединенной Арабской Республики в составе Египта и Сирии. Арабские националисты, революционеры первой волны, частью ограниченно принимали, частью жестко отбивались от советских коммунистических идей - вплоть до гонений на местные компартии и физического уничтожения их представителей. СССР так и не сумел обратить ни одну арабскую страну в свою веру, но при этом своей поддержкой арабских народов в ближневосточном конфликте завоевал среди них популярность. У монархий он вызывал отторжение как атеистическое и антимонархическое государство. Чтобы теснее работать с арабскими и другими развивающимися странами, в СССР разработали теорию соцориентации.

Местные социалистические идеологии - насеризм, баасизм и др., - изначально разработанные как наднациональные, вскоре или наталкивались на их неприятие соседями и/или замыкались на собственной ограниченной территории, или действовали с ограничением доступа в другие страны нежели способствовали интеграции.

Впрочем, общие дела временно объединяли. Например, по следам поездки Садата в Израиль в 1977 году так называемые антиимпериалистические арабские страны в лице Алжира, Ливии, Сирии, НДРЙ, а также ООП создали Национальный фронт стойкости и противодействия (НФСП) на основе неприятия идей сепаратизма. Однако НФСП так и не смог свернуть процесс египетско-израильского примирения, в результате чего его деятельность иссякла. США, в свою очередь, для скрепления египетско-израильского мира попытались создать некую «ось» Египет - Израиль - КСА, но из этого также ничего не вышло: в Эр-Рияде сочли такой союз противоестественным.

Примером более успешного объединения считается упоминавшийся ССАГПЗ, созданный в 1981 году для отражения возможной угрозы аравийским монархиям со стороны Ирана в разгар ирано-иракской войны. Хотя официально Совет предназначался для сотрудничества в экономической, социальной и культурной сферах, понятно, что на деле предназначение было, скорее, политическое. С завершением десятилетней войны снизились активность и революционная риторика Ирана, и ССАГПЗ, подобно НАТО в 1990-х годах, стал терять почву под ногами. Иран, особенно для некоторых малых стран, перестал восприниматься в качестве угрозы. Попытки подцепить к ССАГПЗ другие арабские монархические режимы - Иорданию и Марокко - мало что добавили союзу. А разговоры о присоединении Йемена - единственной аравийской страны в него не входящей - закончились внутрийеменской войной, вовлечением в нее саудитов и новым раздраем среди участников Совета.

В противовес Москве Вашингтон старался нести в регион свои либерально-демократические ценности. Распад СССР и уход его с Ближнего Востока вроде бы облегчал американцам задачу, развязывал руки, но из этой свободы они не извлекли желаемого. Сначала вторжение США в Ирак, потом оккупация этой страны и попытки навести в ней демократию вызвали у арабов отторжение и побудили их больше брать собственной инициативы. Ни в одной арабской стране не было создано политической системы, схожей с европейскими демократиями. Американский эксперт Валид Фарес, имеющий ливанские корни, убежден в негативном отношении в странах региона к так называемой западной демократии. За исключением Ливана, Турции, Израиля и в некоторой степени Иордании, элиты всех остальных стран резко критикуют то, что они называют «демократией в западном стиле»6. «Регион слишком перенасыщен идеями, идеологиями, борьбой за идентичность, наследственными конфликтами, чтобы реформаторы и гуманисты могли возглавить какое-либо из движений», - заключал специалист7

Сегодня господствующим идейным течением на Арабском Востоке стал исламизм. Говорить об исламизме как едином учении можно лишь условно, равно как и нет какого-то общепризнанного определения этому понятию. Скорее - это набор воззрений, считающих ислам не только религией, но и политической и социальной системой, осуществление жизни по законам шариата. Современные мусульмане должны вернуться к корням своей религии и воссоединиться в политическом плане. Исламизм вследствие этого имеет самые разные проявления, политические течения - от умеренных до экстремистских. При этом в нем прослеживаются постоянные попытки как найти объединяющую идею, так и доминировать - то есть считать свою школу главенствующей.

Исламизм в одном очевиден - это реакция на навязывание арабскому и мусульманскому миру в более широком контексте чуждых идейных схем, реакция на внешнее вмешательство. На всякое действие возникает противодействие. В свое время свержение американцами М.Мосаддыка в Иране с последующей вестернизацией привело к накоплению латентных протестов, выплеснувшихся наружу в виде исламской революции. Образование запрещенного в России и многих странах ИГ - это опять же следствие американской агрессии в Ираке, попыток обустройства Ирака по американским лекалам. И неслучайно боевые отряды ИГ возглавили бывшие офицеры иракской армии, которых бомбила и обстреливала самая передовая армия мира.

Многие лидеры государств выбирают исламизм (в умеренной интерпретации) в качестве политической мысли, стремясь навести мосты с себе подобными. Но в любом объединении есть некая доминанта: ведущие государства стремятся объединять вокруг себя более мелкие. Другие считают себя ведущими, но их собратья придерживаются иного мнения. На сегодня, можно сказать, среди арабских стран существуют два признанных центра силы - Египет как самое многонаселенное государство и одна из колыбелей мировой цивилизации и Саудовская Аравия - как самое финансово сильное и являющееся колыбелью ислама государство. Остальные могут соглашаться с этим или нет - ситуация мало изменится.

ИГ - халифат - тоже своего рода объединительная идея, пусть утрированно-искаженно, но нацеленная на объединение, по крайней мере, части суннитского ареала ислама. Идея достаточно стойкая и островками возрождаемая на территории других государств. Не только в Ливии, где халифату принадлежат целые территории, но и в ряде европейских государств, где живут и поселяются выходцы из стран Ближнего Востока. Примечательно, но она находит много последователей и среди разочарованной западной молодежи. Идеологизированные люди оказывают яростное сопротивление, например, иракской армии, вооруженная борьба с ИГ ведется несколько лет, тяжело берутся города и села, а джихадисты быстро восстанавливают утраченные позиции. В пропагандистском плане они демонстрируют свою жизнестойкость.

Кроме того, ИГ - это опыт несистемного интеграционного образования вне традиционных государственных схем, хотя и с элементами государственной атрибутики. Образование, не признающее существующих границ между странами, призвано показать, что объединительные процессы могут совершаться сугубо на идейном уровне. Очевидно поэтому в Соединенных Штатах не имеют достаточно ясных представлений относительно того, что будет после победы над ИГИЛ (если она случится после взятия Мосула) и насколько окончательной будет победа. Оружие может победить комбатантов, но оно бессильно, чтобы победить мысль. Россия на этом фоне оказывается в более выигрышной и, кстати, конструктивной позиции. Она - за решение сирийского вопроса на основе народного волеизъявления. Народ этой арабской страны, как и все арабы, должен решать свои проблемы сам, своими руками. Такой подход и стал бы альтернативой ИГ.

Политика США

Американская позиция и действия в ходе «цветных революций», закончившихся самой кровопролитной войной XXI века, вызвала у арабских правителей настороженность. То, как администрация Б.Обамы отнеслась к З.Бен Али и Х.Мубараку, заставило серьезно переосмыслить ситуацию: если американцы легко отказываются от своих старых друзей и соглашаются с приходом оппозиционных исламистов, то насколько можно им доверять и не нужно ли искать помимо них иные точки опоры? Новое египетское руководство и Президент А.Ас-Сиси стал больше рассчитывать на взаимодействие с КСА и другими государствами Залива. Хотя позиции Египта не всегда созвучны саудовским, он, в частности, сравнительно далеко расположен от Ирана и не особенно стремится к противодействию с Тегераном, общих проблем у них немало.

Американская политика на Ближнем Востоке, как правило, имея набор общих констатаций, перечисление принципов и постулатов, зафиксированных в официальных документах, на самом деле, прикрываясь обтекаемыми формулировками, предусматривает максимальную свободу действий в деле обеспечения интересов США. Расширительная трактовка позволяет Вашингтону менять приоритеты, опоры, союзников, кого-то поддерживать, а кого-то карать по своему усмотрению. Так, в Стратегии национальной безопасности, одобренной администрацией Б.Обамы, записано буквально следующее: «Мы имеем возможность и обязательство вести дело к укреплению, формированию и, если необходимо, созданию правил, норм и институтов, нацеленных на укрепление мира, безопасности и защиты человеческих ценностей в XXI столетии»8. Трактовать это можно как угодно.

За последние годы политика США в арабском мире стала меняться не только в связи с уходом из региона Советского Союза, появлением Ирана как влиятельного идейного игрока, но и изменениями в структуре импорта. Сегодня в пятерке главных поставщиков нефти в США - Канада, Мексика, Венесуэла и Нигерия и лишь одна страна Ближнего Востока - Саудовская Аравия. Ближневосточная нефть для США уже не имеет того критического значения, как, скажем, в начале 1980-х, а внутреннее сланцевое производство отнюдь не утратило актуальности. И если в период противоборства с СССР в Вашингтоне априори считали, что соперник стремится отрезать их от ближневосточной нефти, то теперь, похоже, таких опасений внешне не высказывается.

«Цветная революция» в Ливии смела режим главного американского антагониста в арабском мире, что было США на руку. Другой антагонист - Башар Асад в Сирии, - как считают в Вашингтоне, временно уцелел во многом благодаря неожиданной поддержке со стороны Москвы, но он уже не определяет погоду в арабском мире и вопросах ближневосточного урегулирования. Дожать его - дело престижа. Зато посредством использования сирийского конфликта США могут манипулировать ситуацией, создавая и одновременно решая проблемы региона, оказывать нажим на одних и выстраивать отношения с другими в нужном русле.

В принципе, интеграционные процессы в арабском мире, тем более под флагами исламизма при отсутствии глобального противостояния, США особенно не нужны, а создание местных военно-политических группировок пока тоже не столь актуально, особенно в связи с расширением зоны ответственности НАТО. Иран и без того будет сдерживаться местными антагонизмами, а привлекательность его революции как экспортного продукта не так высока, как в 1980-х годах. Иными словами, арабский мир с его нерешаемыми проблемами и возникающими противоречиями, в которых его представители сами с трудом разбираются, - в общем, неплохой продукт для Вашингтона.

Вот почему в случае с Катаром Вашингтон пытался играть некую посредническую роль в урегулировании саудовско-катарских отношений, хотя и весьма специфическую. В июне 2017 года в Вашингтоне озвучили сделку на поставку ВВС Катара американских истребителей F-15 на сумму около 12 млрд. долларов и порекомендовали следовать курсом на деэскалацию возникшей напряженности. Это намерение, однако, не вызвало резко негативной реакции Эр-Рияда, поскольку месяцами ранее США обещали ему поставки вооружений на кратно большую сумму.

Есть еще одно соображение, касающееся проекции и применения США военной силы. Надо сказать, что Б.Обама проводил на Ближнем Востоке сравнительно осторожную политику, его силовое вмешательство во внутренние дела арабских стран было больше опосредованным. На то были и свои причины. Так, по следам вторжения (читай - оккупации) Соединенными Штатами Ирака влиятельный Институт Брукингса провел социозамеры в арабском мире на предмет того, кого арабы больше всего боятся. Замеры были сделаны среди жителей Египта, КСА, Иордании, Ливана и ОАЭ. 79% опрошенных боятся Израиля, что, видимо, естественно, 74% - США и лишь 4% - Ирана9. Определился среди мировых политиков и лидер по степени неуважения. Им оказался Дж.Буш-мл., в которого, очевидно, неслучайно на одной из пресс-конференций запустили башмаком.

На фоне всего этого происходило переосмысление применения силы и в самом американском обществе. Сила - еще не гарантия достижения результата, часто результат оказывается не таким, как задумывалось. Вот почему известный американский политолог Дж.Най, не отвергая право Америки наводить в мире порядок, вместе с тем признал, что «вторжение и оккупация порождают ненависть и сопротивление, которые, в свою очередь, повышают издержки интервенции, снижают вероятность успеха и еще больше подрывают поддержку активной внешней политики внутри страны»10. Невмешательство же Обамы на Ближнем Востоке местные правители расценили однозначно: Америка уже не та, дает слабину, отмахиваться от нее нельзя, но нужно и можно проявлять больше самостоятельности. А Иран вообще всеми своими действиями демонстрировал, что ее не стоит бояться.

Трудно оценить еще формирующуюся ближневосточную политику Д.Трампа, но она в первых своих очертаниях напоминает «бизнес-политику»: заключим выгодные сделки, а уж потом будем разбираться, насколько они политически продуктивны. В пользу этого говорят результаты первой поездки американского президента в КСА в мае этого года, в результате которой было заключено различных соглашений о сотрудничестве, по разным оценкам, на 280, а то и на 350 млрд. долларов, из них только по линии министерств обороны - на 110 млрд. долларов - объемы, которые и не снились иным американским союзникам11. С другой стороны, свой первый зарубежный вояж Трамп совершил именно на Ближний Восток, где принял участие во встрече лидеров ССАГПЗ на высшем уровне, а затем в переговорах в расширенном формате, к которым присоединились также руководители других арабских и исламских стран. Значит, регион не так уж американцам безразличен.

Российское возвращение

Россия не стремится проводить блоковую политику в регионе. Во-первых, у нее нет привлекательной для арабских правителей идеологии, она не может реализовывать сопоставимые с американскими программы экономической помощи. А во-вторых, государства, с которыми она могла бы политически сблизиться (Сирия, Иран), имеют слишком отрицательную репутацию на Западе, именуются «странами-изгоями», и для нее лучше все-таки соблюдать некую дистанцию. Но зато как неидеологизированная страна она может сотрудничать с самым широким спектром стран, в том числе в вопросах добычи углеводородов. А как одна из ведущих в военном отношении держав - поставлять современное вооружение практически любой спецификации и в любых объемах.

Но даже не это главное. Россия особенно в последние три года в глазах арабов видится в качестве некой и, возможно, единственной альтернативы политике Вашингтона, направленной на всемерное укрепление американских позиций и реализацию только американских интересов. В этом ключе ее значение для арабских стран даже более значимо, нежели, например, Китая с его огромным экономическим потенциалом. Китай проводит по всему миру политику наведения мостов, но при этом ни с кем не вступает в союзнические отношения, предусматривающие внешнюю защиту. В политических катаклизмах он предпочитает занимать позицию хоть и заинтересованного, но наблюдателя.

Турецкий поток

Активность Турции на арабском направлении связана не только с ее вмешательством во внутренний конфликт в соседней Сирии и стремлением доминировать в этой стране. Основная проблема Анкары состоит в разнице между ее желаниями и возможностями. Турция не располагает достаточными финансово-экономическими рычагами для реализации своих амбициозных целей. В свое время малоэффективными оказались идеи пантюркизма - попытки соединить под турецкой эгидой тюркский мир, а отдельные эксперты склонны считать их провалившимися, в частности применительно к Центральной Азии12. На их подмену пришли идеи неоосманизма - соединить под турецкой эгидой и идеей весь тот мир, который когда-то входил в состав Османской империи. А это в основном арабский мир. Известным обоснованием теории стал труд профессора Ахмета Давутоглу «Стратегическая глубина», а сам автор получил возможность реализовывать свои идеи на практике в качестве министра иностранных дел Турции и премьер-министра, на это стали выделяться соответствующие средства. Тогда А.Давутоглу назвал Турцию «гравитационным центром притяжения для арабского мира»13.

Ради налаживания отношений с арабскими странами, которые турки именовали братскими, в 2010 году Анкара пошла на резкое понижение отношений с Израилем, используя инцидент с так называемой «Флотилией свободы»*. (*В мае 2010 г. «Флотилия свободы» в составе шести судов и 600 человек направилась с гуманитарной помощью для блокированных на территории сектора Газа палестинцев вопреки запрету со стороны Израиля. Турция присоединила к гуманитарному конвою свой военный катер. В результате израильского удара по конвою погибло 16 человек. МИД Турции назвал акцию «вопиющим нарушением основ международного права» и свел отношения с Израилем до самого низкого уровня.) Политика Турции в Сирии как в бытность дружбы с Б.Асадом, так и, по сути, войны с ним преследовала цель понизить в стране влияние своего конкурента - Ирана, а по большому счету Сирия являлась на тот момент единственной арабской страной, где у турок имелись хоть какие-то шансы закрепиться. А вот попытки укрепиться в других странах не прошли.

В начале 2011 года Р.Эрдоган попробовал свои силы на аравийском направлении - в странах Персидского залива - и получил прохладный прием. Его слова о необходимости создания турками и арабами союза на основе ислама, который «определит формирование всего мира», предложения забыть разногласия XIX и XX веков, когда арабские народы восстали против господства Османской империи, вспомнить об исторической общности, связывающей арабов и турок, так и не дошли до сердец аравийских правителей. Короли и шейхи Залива выслушали высокого гостя из вежливости, поскольку в отличие от Турции именно они располагают огромными финансовыми ресурсами и сами не в теории, а на практике являлись «гравитационными центрами». Но с еще большей прохладой Эрдоган столкнулся в Египте - самом крупном арабском государстве. Арабским правителям особенно не понравились попытки турецкого лидера завоевать популистские симпатии «арабской улицы», в Египте - выраженные Эрдогану симпатии со стороны «Братьев-мусульман».

В «цветных революциях» в арабских странах Турция усмотрела возможности сближения с широким кругом арабских государств со сменой старых режимов на новые, перспективу становления в них сходных с турецким политических режимов. Однако и на этом поприще она не преуспела, ожидаемого сближения не случилось. Тунис и Египет - сравнительно далеко. Даже казавшаяся близкой ставка на падение режима Б.Асада в соседней Сирии пока себя на оправдывает.

Турция не решилась на открытое военное вмешательство в Сирии в силу ряда причин. Это и опасения Вашингтона в связи с возможностью непредсказуемого развития событий, и жесткая позиция России, и даже непотерянная боеспособность сирийской армии. Но, думается, главное соображение - это то, что население самой Турции было против такого вмешательства и уж, конечно, Анкара навлекла бы на себя гнев арабских стран. То есть продвижение Турции в арабский мир не получило должного развития, там эту страну продолжали считать чужеродным элементом.

Пришлось действовать ситуативно. Это действие состояло в поддержке различных оппозиционных сирийскому режиму группировок, часть которых придерживалась явно экстремистской идеологии. В октябре 2014 года вице-президент США Дж.Байден обвинил Турцию в том, что она направляла без разбора сотни миллионов долларов и десятки тысяч тонн оружия любому, кто был готов сражаться против Асада, в том числе группировкам «Ан-Нусра», «Аль-Каида» и другим джихадистам, приехавшим из других частей света14. Турция категорически отрицала причастность к поддержке террористам. По мнению экспертов, на почве противодействия режиму Асада произошло и сближение Анкары с Катаром - государством, также увлекшимся игрой с вооруженной оппозицией. Дело в том, что Асад в свое время отказал в прокладке через свою территорию газопровода из Катара в Турцию, отдав предпочтение аналогичной ветке из Ирана.

В 2014 году Турция разместила контингент своих войск в Катаре. В июне 2017 года в связи с разворачивающимся кризисом Анкара отправила туда дополнительный контингент своих войск, при этом обе стороны заявили о том, что он предназначен для поддержания мира и безопасности в районе Персидского залива. Однако было бы неверным считать союз Турции и Катара вечным: Турции неприятен «флирт» Дохи с Ираном. Но пока мечты о переустройстве Сирии по своему лекало сохраняются, сохраняется и подобное взаимодействие. Анкара ищет точки или островки опоры в арабском мире. Влиятельные арабские страны не хотят этих опор. Это - суть одного из условий Катару.

Иранские ставки

На фоне зыбкости традиционных западных (капитализм и демократия) и восточных (социализм) рецептов свои идеи в арабский мир попытался нести еще один влиятельный игрок - Иран. Монархии Персидского залива в свое время получили мощную психологическую встряску от исламской революции в Иране, пошатнувшей казавшийся незыблемым монарший трон. Боязнь экспорта революции жива до сих пор, хотя после ирано-иракской войны, ухода аятоллы Хомейни Иран не стремится активно навязывать свои порядки соседним странам. Но его по-прежнему боятся вследствие его потенциальных возможностей оказывать влияние на шиитское население преимущественно суннитских арабских стран.

Различия в духовной сфере у двух влиятельных мусульманских стран - КСА и ИРИ ощутимы настолько, что в некоторой степени их можно считать непримиримыми. Если сказать в общем, то они касаются как взглядов на власть, так и ряда важных религиозных и общественных постулатов. Господствующее направление религии в Саудовской Аравии - ваххабизм. Его суть в достаточно краткой форме выразил российский эксперт Р.Силантьев: «Сейчас под ваххабизмом понимается не конкретная и четко выраженная религиозная идея, а совокупность идеологий исламского происхождения, проповедующих крайнюю нетерпимость к инаковерующим и инакомыслящим… Проще говоря, традиционные мусульмане уживаются с представителями иных исповеданий, а ваххабиты - нет, хотя при определенных обстоятельствах и для тактической выгоды согласны их терпеть короткое время»15.

Другое религиозное направление в КСА - салафитское, весьма тесно сливающееся с первым. Салафизм объединяет мусульманских богословов, которые в разные периоды истории ислама выступали с призывами ориентироваться на образ жизни и веру ранней мусульманской общины, на праведных предков. Ваххабиты и салафиты представляют собой два направления суннитской конфессии в исламе.

Совсем иное представление о религии и мироустройстве в Иране. Шиизм в интерпретации имама Хомейни берет в качестве главного принципа деятельности государства так называемое руководство законоведа (велайат-е факих). То есть верховное руководство страной осуществляется шиитским духовным руководителем, а светская власть фактически призвана выполнять его установления, или фетвы. По мнению специалистов, такой подход, скорее всего, неприемлем для суннитов, расценивающих улемов как обычных мусульман, выполняющих религиозные функции16. Истину, по учению Хомейни, скрывают вожделение, тщеславие, высокомерие, любовь к власти, эгоизм и т. д. Акт снятия этих грехов составляет «большой джихад», очищающий общество от упадка, коррупции и тиранических правительств.

Эти и некоторые иные построения легли в основу концепции по распространению исламской революции на соседние страны, особенно те, в которых существуют шиитские общины. А целью революции было объединение мусульманского мира, чтобы покончить с империализмом и сионизмом. «Хотя ее «экспорт» должен был осуществляться мирными средствами (распространение «исламской этики», проповеди, воздействие на иностранных улемов и т. д.), Иран оставлял за собой право на защиту от внешних врагов, которое понималось им не только как защита отечества, но и как защита ислама», - считает эксперт Р.Силантьев17. Эта универсальная концепция в свое время во многом обусловила отношение Ирана к «угнетавшему шиитов» иракскому режиму С.Хусейна, к Соединенным Штатам, Израилю, арабским правителям, включая саудитов.

В мусульманском мире идейная борьба за влияние осуществляется не только государствами, но и посредством разного рода религиозных структур, организаций и проповедников. Причем не всегда эта борьба носит чисто дискуссионный характер, а подчас приобретает форму весьма жестких действий. КСА и ИРИ ведут эту борьбу не только на территориях сопредельных государств, но и на территории друг друга. Оба государства видят свои миссии в том, чтобы нести свои просветительские идеи вовне, и на этой почве вступают в сложные взаимоотношения и подчас неразрешимые противоречия.

Сейчас совершенно понятно, что именно КСА принадлежит главная инициатива по «наказанию» Катара, наводящего мосты с Ираном. Думается, справедливо утверждение, что главной целью этой акции является «возвращение его в русло общей политики», точнее, в русло саудовского курса, а в дальнейшем недопущение «бунта на корабле». Борьба за влияние на умы арабской улицы продолжается.

q

С точки зрения здравого смысла совершенно очевидна чрезмерность требований, предъявленных арабскими странами Катару. Государство вправе само определять, с кем ему дружить, с кем развивать отношения. Но не все так просто. Русская поговорка «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» применима для нынешнего Ближнего Востока.

Но и объединяемые КСА арабские страны можно понять. Они защищают свою религиозно-историческую самобытность от внешних, в том числе региональных, влияний и, таким образом, они по-своему стремятся к поддержанию стабильности на своем берегу. В конфликте малого и большого очевидным кажется преимущество большого. Это так и не совсем так. Никто не знает, какие силы могут стать за спиной малого, чтобы сдержать этого большого.

 1https://news.mail.ru/politics/30175479/?frommail=1

 2http://inosmi.ru/politic/20170706/239743711.html

 3http://www.iimes.ru/?p=20320

 4Там же.

 5Там же.

 6http://www.libma.ru/istorija/revolyucija_grjadet_borba_za_svobodu_na_blizhnem_vostoke/

p6.php

 7Там же.

 8National Security Strategy. February 2015. President of the United States. Washington, 2017. 
P. 23.

 9NEWSru.com. 2007. 12 февраля.

10https://oko-planet.su/politik/politiklist/365385-uceleet-li-liberalnyy-miroporyadok-istoriya-idei-otstuplenie-liberalizma.html

11http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4268498

12См., например: Надеин-Раевский В. Стамбульский курс - позитивный поворот? // Пути к миру и безопасности. М.: ИМЭМО РАН. 2011. №1-2 (40-41). С. 86-88.

13http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/4268498.

14Независимая газета. 2014. 6 октября.

15Силантьев Р. Ваххабитская Россия // http://gazetav.ru/article/?id=833

16http://evrazia.org/article/1904

17Там же.

Саудовская Аравия. Бахрейн. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277221 Александр Фролов


Ливия. Сирия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277216 Рами Мохаммед Аль-Шаер

Актуальные проблемы Ближнего Востока

Рами Мохаммед Аль-Шаер, Публицист

Без малого 32 года назад в журнале «Международная жизнь» была опубликована моя статья с тем же названием, что и та, которая предложена сейчас вниманию читателей. То были другие времена - международная обстановка была иной и столь же иными были политические приоритеты ближневосточных народов. Некоторые проблемы, которым уделялось важнейшее внимание три десятка лет назад, и сегодня не потеряли своей актуальности, но в наши дни нельзя не задуматься о том, что и подходы к их решению, и условия, в которых нашим народам приходится их решать, в корне отличаются от того, что было 30 или даже 15 лет назад.

В основе большинства проблем, с которыми столкнулись в последние десятилетия народы Ближнего Востока, лежат мировые, порожденные политическими принципами западных стран: глобализацей, доминированием США и их союзников над многими странами Западной Европы, Африки и Латинской Америки и сохранением неоколониалистской политики Запада повсюду, где это возможно.

Казалось бы, говорить о неоколониалистской политике в XXI веке абсурдно, но на самом деле мы являемся ее свидетелями повсюду, не только в Ближневосточном регионе. На наших глазах происходило разрушение украинской индустрии с целью превращения этой страны в аграрный придаток Запада; были отброшены назад в своем развитии Болгария, Румыния, Грузия, Польша. А Запад получил контроль над ними. Налицо не только отмирание промышленного производства в этих странах, но и падение уровня жизни, массовое бегство квалифицированных кадров.

Сегодня более 1 млн. поляков живет только в Великобритании, причем значительное число польских строителей работает на «теневом рынке» за наличные, не платя налогов. Здесь, а также во Франции, Бельгии Германии, работают сотни тысяч прибалтов. Мне рассказывали, что в Дамаске встречали кандидатов наук из Грузии, торговавших на рынках дешевой одеждой; что среди уборщиков мусора в испанской Марбелье - бывший преподаватель вуза из Софии. В своем большинстве государства, некогда входившие в содружество социалистических государств и позже попавшие в орбиту западных стран, Евросоюза, потеряли и квалифицированные кадры, и то, что мы называем приоритетными направлениями в развитии экономики. Иными словами, именно то, что поистине составляло их национальное достояние.

Столь же разрушительные процессы идут и в экономике ближневосточных стран. Американские и западноевропейские банкиры, политологи и советники, их экономисты были всегда особенно убедительны, когда уверяли наших экономистов, что они должны развивать только те отрасли промышленности, которые являются «перспективными». Этим довольно простым приемом им удавалось связывать инициативных промышленников Ближнего Востока по рукам и ногам, вырывать из цепочек промышленного производства важные звенья. Запад всегда старался сделать так, чтобы развивающиеся страны, и особенно страны Ближнего Востока, занимались в основном добычей и частичной переработкой сырья. Запад никогда не был заинтересован в том, чтобы торговать с развивающимися странами честно.

Находясь в 1980-х годах на дипломатической службе, я получал довольно много информации о том, как много залежавшихся товаров сплавлялось в развивающиеся страны в обмен на ценное сырье. Я видел, как транснациональные корпорации скупали рудники и плодородные земли, как создавались условия для того, чтобы экспортировать на Запад ценнейший с его точки зрения товар - талантливых молодых людей. Не только транснациональные корпорации, но и американские и германские фирмы на протяжении десятилетий активно использовали «хед-хантеров» - специалистов, занимающихся поиском и переманиванием талантливой молодежи, включая арабскую, для увеличения своего научно-исследовательского и технического потенциалов.

Чтобы постоянно выигрывать в этой игре, применяются не только дымовая завеса и многовариантное жульничество, но и втягивание государств в опасные теневые сделки. Резкое падение мировых цен на нефть со 110 долларов за баррель до менее 50 долларов, которое имело место с июля 2014 года, было вызвано не только такими объективными факторами, как замедление развития мировой экономики в целом или общее перепроизводство сырья, но и сговором, который имел место между нефтяными монархиями Залива и крупнейшими западными корпорациями.

Если страны Залива приняли предложенную им формулу сговора, то она, вероятно, выглядела так. Резкое снижение цен на нефть ненадолго уменьшит доходы нефтяных монархий, но серьезно подорвет экономическое состояние России и таких экспортеров нефти, как Нигерия, Алжир, Индонезия и Венесуэла. В то же время Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт, себестоимость добычи нефти в которых низка, быстро компенсируют упущенное, но их конкуренты будут испытывать серьезные проблемы, так как текущие инвестиции в нефтяную отрасль оправдываться не будут. Выгоды для монархий Залива казались очевидными, но цены на нефть до сих пор растут незначительно, и теперь это сказывается и на экономике всех без исключения арабских стран. Ведь нефтяная отрасль является тем буксиром, который тянет за собой другие отрасли экономики на Ближнем Востоке.

Зато для Запада падение цен на нефть оказалось очень прибыльным. Китайский эксперт Хуан Цин заметил в своей статье, опубликованной в Сингапуре: «Снижение нефтяных цен также вдохнуло новую жизнь в США и другие развитые страны, которые довольно долго находились в экономическом застое». Падение стоимости нефти привело к тому, что цены на транспорт, перевозки, строительство, путешествия и продукты тоже начали снижаться. Это лишь один из множества примеров, которые можно привести здесь, чтобы в очередной раз напомнить жителям Ближневосточного региона, что развитие экономических отношений их стран с Западом очень часто оборачивается для них потерями. И дело здесь не только в том, что Запад заботится в первую очередь о своих доходах, а потом уже о скромной прибыли партнеров в Ближневосточном регионе. Западные магнаты в абсолютном большинстве относятся к арабам как к людям второго сорта, общаться и сотрудничать с которыми, по их мнению, стоит только тогда, когда это сулит солидные прибыли.

Мне могут возразить, что значительная часть американского истеблишмента ориентирована на развитие отношений с арабскими странами, что большая часть либералов в этой стране, включая еврейскую интеллигенцию, постоянно критикует Израиль и его политику, что западные страны снабжают страны Залива современным оружием; наконец, обратить внимание на то, что благодаря Западу арабские страны избавились от таких диктаторов, как Саддам Хусейн и Муаммар Каддафи. Благодарить ли Запад за это или нет, вопрос спорный, но ясно одно: экономическое положение ливийского и иракского народов, а вместе с ними и народов сопредельных государств в итоге только ухудшилось, а торговые отношения Ливии и Ирака с Западом оказались отброшенными к временам конца 1940-х годов.

Казалось бы, глобализация должна была внести в эту систему серьезные коррективы. Ведь в ее основе, во всяком случае на первый взгляд, речь идет о международном разделении труда, о возможности широкой и практически неограниченной международной торговли, об использовании каждой страной экономического потенциала, который обеспечен ее минеральными ресурсами, резервом рабочей силы и возможностями роста. На поверку выходит совсем иначе. Неограниченное перемещение рабочей силы в условиях, когда Запад накопил значительные средства и резервы для научно-технического и промышленного развития, ведет к растущей миграции квалифицированных кадров из Ближневосточного региона в США, Западную Европу и Австралию.

В ходе «арабской весны» наглядно проявились негативные факторы, связанные с глобализацией в ее западном понимании. Свободное выражение мысли, развитие, укрепление и взаимодействие социальных институтов и общественных организаций понимается США и их союзниками по НАТО как право вести активную пропаганду, выгодную им и тем силам в стране, которые они на том или ином этапе поддерживают.

На протяжении нескольких лет до начала масштабных антиправительственных акций 2011 года в Каире американское посольство в Египте постоянно распространяло информацию о жестокости полиции по отношению к гражданам страны. Американские средства массовой информации и египетская организация по защите прав человека массово распространяли печатные и видеоматериалы, снятые на мобильные телефоны, в которых был показан якобы полицейский произвол. Многие из этих видеоматериалов впоследствии были разоблачены как фальшивки. В 2009 году Госдепартамент США опубликовал Доклад о состоянии прав человека в Египте, в котором утверждалось, что офицеры египетского Министерства внутренних дел и органов безопасности постоянно прибегают к пыткам, чтобы добиться признательных показаний. Как видим, Госдепартамент США задолго готовился к событиям 2011 года.

Госдепартамент вместе с Пентагоном готовился и к другим революциям в Северной Африке и на Ближнем Востоке. Если ознакомиться с печатными материалами американского дипломатического ведомства касательно «арабской весны», то может сложиться впечатление, что во всех странах, где шли протестные действия, инициатором их были народные массы, а не отдельные группы населения, заинтересованные в смене режима. Но пропагандисты западных стран умело обходят вопрос о том, что в ряде случаев смена режима и волны насилия, которые привели к гражданской войне, не обошлись без теневого присутствия или даже прямого участия вооруженных сил из стран НАТО. А масштабы операции (как известно, демонстрации, бунты, погромы, перевороты, расовые и религиозные столкновения, а также порой и гражданские войны имели место в 22 странах Северной Африки и Ближнего Востока!) говорят о том, что США и их союзники по НАТО надеялись полностью перекроить политическую карту Средиземноморья и установить в ряде стран свое абсолютное доминирование.

Чем же было вызвано применение стратегии такого рода? Во-первых, обычная стратегия США, построенная на военно-политическом давлении и даже на прямом вооруженном вмешательстве в дела других стран, - штука очень дорогая и рискованная и прибегать к ней лучше тогда, когда общество расколото, когда большая часть компрадорской буржуазии и введенные в заблуждение массы способны поддержать натовские удары. Во-вторых - это огромная и оцененная по достоинству американскими пропагандистами сила Интернета: сейчас стало проще с его помощью влиять на умы простых людей, особенно молодежи, чтобы формировать нужный Западу образ мысли.

В конце 2016 года Комиссия ООН по экономике и социальному развитию Западной Азии (ESCWA) опубликовала доклад, в котором признается, что программа «арабская весна», которая была организована и осуществлена американской разведкой в годы правления Президента Обамы, привела к реальной потере роста ВВП в арабских странах в размере 614 миллиардов. За период с 2011 по 2015 год чистые потери в ВПП региона составили 6%. Эти страшные экономические потери арабы нанесли себе сами, пойдя на поводу заокеанских провокаторов и их местных прихвостней.

Верно, режимы Каддафи в Ливии, Бен Али в Тунисе и Мубарака в Египте имели немало отрицательных черт, в этих странах процветали непотизм и коррупция. Но эти болезни общества не нуждались в таком лекарстве, как применение огня и меча. В Ливии, например, успешно развивались социальные институты, осуществлялась забота о бедных, многодетных семьях, больных, развивалась система образования и проводились большая программа жилищного строительства, гражданские реформы, и перемены к лучшему ощущались с каждым годом. Не было никакой необходимости ввергать страну в ад насильственных действий, устраивать братоубийство. Сейчас, после кровавой гражданской войны, в ходе которой западные страны бомбили не только ливийские армейские гарнизоны, но и большие города, страна расколота. Взрывы и перестрелки продолжаются по всей стране. А страдает, как всегда, простой народ.

Невольно возникает вопрос: неужели эксперты НАТО так близоруки, чтобы не предвидеть подобного развития событий? Нет, дело, видимо, в том, что западные дипломаты и разведчики вкупе с военными принимают решения исходя из установок военно-политического руководства НАТО, возглавляемого Соединенными Штатами. А установки эти определяются стратегическими задачами, основанными как раз на принципе доминирования США на международной арене.

Муаммар Каддафи стал врагом США и НАТО в целом потому, что проводил независимую политику не только у себя в стране, но и на всем африканском континенте. Он действительно был довольно часто непредсказуем и не скрывал своего отрицательного отношения к США и Великобритании, но сами американские ближневосточные эксперты нередко замечали, что некоторые резкие заявления в адрес стран НАТО Каддафи делал, так сказать, «для внутреннего рынка», для поддержания в стране своего имиджа непримиримого борца против международного империализма. Как обошлись с этим борцом ставленники НАТО, мы видели на телеэкранах.

Следует разобраться в истинных причинах постоянных нападок на Ливию и неприкрытой агрессии НАТО. Первопричиной называют, естественно, нефтяные ресурсы Ливии, которые Запад всегда мечтал контролировать. Поскольку договариваться с Каддафи Запад в большинстве случаев считал невозможным, он принял решение избавиться от лидера страны. Но это лишь одна из причин. Есть и другие, крайне важные.

Одна из них - активность ливийского лидера на африканском континенте. В 2005 году он выступил на встрече представителей Африканского союза с резкой критикой западноевропейского подхода к помощи развивающимся государствам континента. Он назвал программы помощи унизительными, так как Запад обуславливал эту помощь изменениями во внутренней и внешней политике, да и в экономике африканских государств.

Муаммар Каддафи выдвинул свою программу помощи африканским странам. Она предусматривала как посредничество Ливии в прекращении вооруженных конфликтов на континенте, так и широкие торгово-экономические связи с большинством африканских стран. Эта программа существенно повысила бы авторитет Ливии и лично Каддафи.

К примеру, весьма успешным было его посредничество в регионе Сахель, где пограничные споры и климатические проблемы, с которыми сталкиваются около десятка государств, нередко приводили к серьезным конфликтам. Каддафи умело играл роль посредника также в конфронтации между правительствами стран Сахеля и повстанцами. В целом его миссии имели бесспорный успех.

В центральной и даже в южной Африке Ливия осуществляла широкую инвестиционную и торгово-экономическую деятельность. Созданная Каддафи Ливийская арабо-африканская инвестиционная компания и совместные предприятия в разных странах оказывали существенную поддержку слабым африканским экономикам. Уже к 2009 году ливийские инвестиции в Африке составляли около 300 млн. долларов. Благодаря этому, Ливия приобрела в Африке большой политический вес. Именно это было серьезным раздражителем для стран НАТО: ведь деятельность Каддафи была объективным барьером для неоколониалистской политики Запада, для экономической экспансии западных компаний на африканские рынки. Не могло это не вызывать озлобления и у Саудовской Аравии, которая многие годы, пользуясь своими финансовыми возможностями, пытается обеспечить свое политическое и экономическое влияние на африканском континенте.

Следующая причина, по которой страны НАТО строили планы свержения Каддафи и уничтожения страны в том виде, в каком она существовала, была в самом государственном устройстве республики. Она получила официальное наименование Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия (джамахирия - это неологизм, который можно толковать как самоуправление на основе коммун). В Джамахирии государство делилось на множество коммун, обладавших всей полнотой власти в своем округе, включая распределение бюджетных средств. Управление коммуной осуществлялось первичным народным конгрессом, в который входили все жители коммуны. Каждый человек имел право высказать свое предложение на заседании народного комитета, участвовал в принятии решений и в их реализации. Первичный народный конгресс избирал своих представителей в городской народный комитет и Всеобщий народный конгресс. Тот, в свою очередь, избирал свой постоянный орган - Генеральный секретариат и формировал правительство: Высший народный комитет.

Злом они считали Социалистическую Джамахирию. Только подумайте: народ сам решает свою судьбу, в стране осуществляется самоуправление по принципу народных советов. А правильным западные либералы считают, что народом должны управлять избранные, просвещенные, познавшие истинную мудрость неолиберализма представители элиты. Своих целей лидеры НАТО в известном смысле достигли: на месте самоуправления выросли целых два противоборствующих режима, насквозь коррумпированных и неспособных к эффективному управлению.

Наконец, еще одной и весьма серьезной для Запада причиной вооруженного вмешательства в Ливии было то, что Российский флот в Средиземноморье мог пользоваться ливийскими портами. НАТО всегда мечтала создать такую ситуацию, при которой берега Средиземноморья будут недоступны для российских военных кораблей. И закрыть для этого флота значительную часть северного побережья Африки они смогли. Попытка ограничить возможности Российского флота была также одной из задач, входивших в планы НАТО, когда они начинали, по сути дела, необъявленную войну против Сирийской Арабской Республики.

С 1977 года в сирийском порту Тартус существует российский пункт материально-технического обеспечения 5-й оперативной Средиземноморской эскадры, и США всегда мечтали положить конец присутствию этой базы, которую Российский флот, наоборот, намерен серьезно расширить.

Западные СМИ твердят, что основная причина возникновения антиправительственных акций в Сирии и перерастания их в беспорядки якобы лежит в антинародной и репрессивной политике правительства Башара Асада. В основе конфликта, как считают на Западе, находится противостояние на религиозной почве. Суннитские массы якобы не желают мириться с засильем алавитской общины, которая котролирует правительство и армию и угнетает другие общины. В специальном докладе ООН, подготовленном в 2012 году, говорится, что события в Сирии - это «открыто религиозный конфликт между алавитским ополчением и его шиитскими союзниками, воюющими в основном против суннитских повстанческих группировок». Реальность же существенно отличается от этой формулы.

Истоки недовольства части населения центральной властью в Сирии весьма многообразны и прослеживаются на протяжении почти полувека. На фоне нескольких ближневосточных войн в стране сложились три политические группы, противодействовавшие правящей верхушке. Религиозно-политическая ассоциация «Братья-мусульмане» вместе с другими фундаменталистами вела активную антиправительственную пропаганду и даже начала готовить боевые отряды для вооруженной борьбы. Опорой этой борьбы в массах были недовольные непопулярной экономической политикой правительства и сирийского крыла партии ПАСВ («Баас»). Левые баасисты, активно сотрудничавшие с баасистами Ирака настаивали, чтобы Сирия координировала все политические и военные действия с Ираком. Наконец, клирики-сунниты, которые призывали избавиться от правящей верхушки, возглавляемой алавитами, но не предлагали браться за оружие.

С середины 1970-х годов верховенство в оппозиционном движении принадлежало «Братьям-мусульманам», которые начали осуществлять теракты в отношении государственных деятелей, устраивать взрывы рядом с казармами и военными учебными заведениями, развернули по всей стране настоящую партизанскую войну. Режим ответил репрессиями. Кульминацией конфликта стали бои за город Хама, который оказался главным центром сопротивления «Братьев-мусульман». Правительственные войска применили авиацию и артиллерию, что привело к сильным разрушениям в городе и к гибели многих его жителей. В итоге армия и военизированные формирования взяли город штурмом и исламское восстание на этом закончилось.

Страна почти 30 лет жила мирной жизнью. Но для международного империализма, для недругов Сирии в регионе и за его пределами события 1982 года и бои в Хама были всего-навсего репетицией еще более масштабной авантюры, планы которой строились и обновлялись постоянно.

На протяжении почти трех десятилетий на Западе постоянно напоминали о «резне в городе Хама», о «варварских бомбардировках, предпринятых алавитами», о «безжалостном истреблении мусульман-суннитов». Без конца приводились страшные цифры: якобы правительственные войска убили и казнили до 40 тыс. жителей города Хама. Эта цифра западными СМИ вбивалась в сознание мусульман всего региона. Однако когда Разведывательное управление американской армии рассекретило документы, связанные с сирийскими событиями 1982 года, выяснилось, что число погибших в Хама не превышало 2 тыс. человек, из которых примерно четверть - члены «Братьев-мусульман».

Немалые потери понесли и их союзники - боевики из других арабских стран. Заметим, что при штурме города погибло более 1 тыс. солдат и офицеров правительственных войск. Как видим, потери, понесенные сторонами, вполне соизмеримы с масштабными боевыми действиями. Стоит напомнить еще, что население города составляло тогда примерно 177 тыс. человек. Полагать, что чуть ли четверть населения была уничтожена, полный абсурд. Так что «резня в городе Хама» - классическая выдумка западных информационных агентств.

Новая смута продолжается на сирийской земле уже шесть лет. Но по сути своей это вовсе не религиозный конфликт, так как арабы-сунниты, арабы-шииты, арабы-христиане, черкесы, армяне, туркмены и друзы могли и умели жить рядом без вражды и ненависти. Как и конфликт 1982 года, эти беспорядки были спровоцированы силами извне!

Действительно движущими силами и воюющими сторонами этого противостояния являются формирования, объединенные главным образом по религиозному признаку. В беспорядках принимают участие мусульмане, исповедующие ислам относительно умеренного типа, и группировки радикального типа и даже террористического характера. Но истинные побудительные мотивы лежат за пределами религиозных убеждений. Замечательный политик и востоковед Евгений Примаков как-то сказал: «Гражданские войны в наши дни не ведутся за благое дело и за чистоту помыслов; они ведутся за власть и деньги».

Сирию часто называют «дверями Ближнего Востока». Ее геополитическая ценность, ее географическое положение, ее природные ресурсы привлекали разных правителей еще в глубокой древности: недаром и древние греки, и древние римляне строили там свои крепости и укрепленные города. Сирийский политик Кадри Джамиль как-то заметил: «Если ситуация в Сирии стабильна, стабилен и весь регион. Дестабилизация Сирии, соответственно, есть дестабилизация региона». Эти слова являются объяснением, почему современные неоколониалисты считают столь важным, чтобы Сирия не дружила с Москвой и другими странами ШОС, а оказалась бы в орбите США и их союзников.

Есть, однако, и еще одна серьезная причина осложнения ситуации в Сирии. В Восточном Средиземноморье лишь одна страна, а именно Сирия, является заметным производителем углеводородов. В 2009 году добыча составляла более 400 тыс. баррелей нефти и 200 млн. кубических футов природного газа в день. По сравнению с мощностями стран Залива это цифры скромные, но перспективы производства велики: в 2010 году разведанные запасы нефти в САР достигали 2,5 млрд. баррелей, а запасы природного газа - 8,5 трлн. кубических футов.

Но главные природные богатства Сирии не в восточных районах добычи, а в той части средиземноморского шельфа, которая является собственностью сирийского народа. Здесь находятся такие запасы природного газа, которые способны снабдить энергией Восточное Средиземноморье на многие годы вперед. Соблазн для Запада добиться измненения сирийского режима и получить доступ к этим богатствам велик, даже если придется пожертвовать миллионами арабов. На сегодняшний день война в Сирии уже унесла почти четверть миллиона мусульман - по обе стороны баррикад. Еще более 4,5 млн. сирийцев оказались в эмиграции.

ИГИЛ с 2013 года действует главным образом на территории Сирии, где в городе Эр-Ракка находится его штаб-квартира, и Ирака - как непризнанное квазигосударство. Но подконтрольные ИГИЛ боевые отряды и террористические группы орудуют сегодня еще в десятке стран, включая Афганистан, Алжир, Пакистан, Ливию, Йемен и Нигерию. Пожалуй, только в одном Ливане удалось свести почти к нулю деятельность местных отрядов ИГИЛ. Причиной появления этой террористической организации некоторые ученые на Западе, да и в России, считают быстрый рост населения в странах Ближнего Востока, обнищание масс, высокую безработицу, отсутствие реальной демократии, социальной справедливости и всяких переспектив у молодежи из бедных семей на улучшение жизни и достойное существование, что в совокупности ведет к радикализации части общества, к религиозному экстремизму. Все эти факторы, безусловно, имели большое значение для роста популярности и привлекательности ИГИЛ, особенно если учесть, что боевики этой организации получают денежное содержание, несоизмеримое с доходами местного населения.

Но боевиками не всегда становятся добровольно. Журналистка Анхар Кочнева, прожившая в Сирии несколько лет, справедливо заметила на страницах еженедельника «Аргументы и факты», что в ИГИЛ попадают и те, кто изначально имел проблемы с психикой и искал возможности для выброса накопленной агрессии: именно такие отрезают головы пленным, расстреливают захваченных людей десятками и даже сотнями. Другие просто проявляют внешне полную лояльность захватившим их населенный пункт террористам: они пытаются таким образом сохранить жизнь себе и своим близким. Был период, когда численность этой организации достигала 200 тыс. человек.

Этот монстр появился на свет не из-за безработицы и не из-за беспросветного существования части населения. Сирия и Ирак никогда не были богатыми странами, но в этих странах не было такой чудовищной нищеты и такой обездоленности, какую можно наблюдать в некоторых странах Азии и Африки. Наоборот, там отмечалось поступательное развитие: экономика росла, а с ней и уровень жизни.

Результат американского вторжения в Ирак оказался далеким от того, который ожидали авторы проекта. США и Великобритания откровенно приняли сторону шиитского населения Ирака, благоприятствовали шиитским и курдским политикам, а те, уволив большинство офицеров и сержантов армии Саддама и фактически лишив их средств к существованию, создали боеготовую оппозицию правительству.

Вторжение западных государств стало катализатором процесса размежевания общества, изоляции значительной части суннитов от попыток восстановления мира и нормальной жизни. Дестабилизация обстановки в стране создала предпосылки для формирования ИГИЛ. Это признали и английские политики, включая Тони Блэра. В Ираке родилось и начало крепнуть суннитское сопротивление, в среде суннитов возникли и повстанческие группы - предшественники ИГИЛ. По сути дела, ИГИЛ было наследником группировки «Аль-Каида», созданной радикально настроенными суннитами после американского вторжения 2003 года и ставшей ведущей силой в повстанческом движении. Вывод американских войск из Ирака создал идеальные условия для развития ИГИЛ.

Когда страны НАТО заявили, что хотят избавиться от Президента Асада, и начали снабжать оружием вооруженные группы, воюющие с правительством САР, ИГИЛ получило от этих групп значительную помощь. Антиасадовские отряды делились этим оружием и снаряжением с отрядами ИГИЛ - часть покупалась у них боевиками, а часть просто отбиралась. Мне известен случай, когда боевики ИГИЛ просто расстреляли отряд антиасадовской оппозиции и забрали оружие, которое перевозилось на его базу.

В ходе президентской гонки на выборах 2016 года в США Дональд Трамп прямо заявил, что своим рождением ИГИЛ обязано Президенту Обаме и Хиллари Клинтон. Его позицию поддержал и афганский Президент Карзай, многие другие руководители государств Азии. Собственно, это признал и сам Барак Обама. Выступая во Флориде в декабре 2016 года с речью о борьбе с терроризмом, он подтвердил, что вторжение США в Ирак и допущенные при этом ошибки стали одной из причин появления ИГИЛ. Это признание означает, что США и их союзники по НАТО совершили целую цепь преступлений на Ближнем Востоке: они осуществили агрессию против Ирака, объявили войну законному сирийскому правительству, создали условия для рождения и укрепления террористической организации, совершившей тысячи тяжелых преступлений против народов Ирака и Сирии, снабжали оружием непосредственно анти-асадовскую оппозицию, а косвенно - ИГИЛ, начали боевые действия в Сирии без всякого одобрения международного сообщества и без санкции ООН и, наконец, в ряде случаев атаковали сирийские правительственные силы и сбивали их самолеты. Все эти преступления вполне заслуживают не только международного осуждения, но и их расследования медународным трибуналом.

Помимо близорукой политики ведущих стран НАТО, огромную роль в рождении ИГИЛ сыграли и еще два важных фактора. Во-первых, то, что Турция фактически открыла широкий коридор для потока джихадистов всех мастей в Сирию и Ирак, тем самым существенно увеличив число боевиков-иностранцев, которые к тому же порой имели боевой опыт. И во-вторых, это тот факт, что Саудовская Аравия, ОАЭ и Катар активно помогали антиасадовскому движению (читай - ИГИЛ) деньгами, оружием и даже подготовкой боевиков. Их важнейшим военно-политическим мотивом было то, что нефтяные монархии всерьез опасались усиления Ирана и его влияния на шиитов во всем регионе.

Начать подрыв иранского влияния они решили с Сирии, которая много лет сотрудничала с Ираном, и Йемена, где шиитские повстанцы провели ряд успешных операций и даже контролируют столицу бывшей Йеменской Арабской Республики - Сану. В обоих случаях Саудовская Аравия и ее союзники сильно просчитались. Для оказания помощи правительству Сирии были не только сформированы добровольческие отряды местных шиитов, но и прибыли подразделения из Ирана. Законное правительство САР поддерживают также бригады Армии освобождения Палестины, иракских и ливанских шиитов. Есть интернациональные части и в Йемене, где коалиция, возглавляемая Саудовской Аравией, несмотря на варварские воздушные бомбардировки, явно завязла и имеет не так уж много шансов на достижение конечной цели - разгрома шиитского движения в подбрюшье Саудовской Аравии.

Сирия понесла в результате спровоцированной войны наибольшие людские потери, но и материальные потери чудовищны. По оценкам Комиссии ООН по экономике и социальному развитию Западной Азии, только за первые пять лет борьбы потери в ВПП и капитальных вложениях составили 259 млрд. долларов. Такой небогатой стране, как САР, понадобятся долгие годы, чтобы восстановить ифраструктуру, жилье, транспорт, систему здравоохранения. Но сирийцы считают, что они сберегли главное - свою страну.

Наиболее значительную роль в сохранении независимой Сирийской Арабской Республики сыграли в самый критический момент ее истории Российские Вооруженные силы. Участие России в противодействии международному терроризму было высоко оценено народами Ближневосточного региона. Неоценимую роль в прекращении кровопролития во многих районах Сирии сыграл российский Центр по примирению враждующих сторон. Благодаря миротворческой деятельности офицеров центра и разъяснительной работе, которая велась в отдаленных районах страны, удалось превратить многие города и села в населенные пункты, в которых течет сейчас мирная жизнь. Территории, находяшиеся под контролем ИГИЛ, постоянно сокращаются. К концу прошлого года террористы потеряли более 14% захваченных ими территорий. В разгар операций ИГИЛ на оккупированных ими территориях находилось около 10 млн. человек, сейчас это число уменьшилось примерно до 6 миллионов.

Не всем на Западе по душе победы сирийского народа. «УордПресс», информационный блог, распространяющий новости на многих языках и принадлежащий американцу и британцу, опубликовал в конце апреля карту Сирии, на которой ИГИЛ контролирует две трети сирийской территории, а относительно небольшие гарнизоны ИГИЛ легко выдерживают натиск правительственных сил в ключевых районах страны. Западные блоги плетут небылицы о российских бригадах спецназа, принимающих участие в боях. Западу, как это понятно, вовсе не нравится, что Россия помогает сирийскому народу и что российские летчики находятся в САР по приглашению правительства страны. Но в России хорошо понимают, как возникают в разных районах мира силы, подобные ИГИЛ, и хорошо знают по опыту боевых действий прошлого, что противника лучше уничтожать на дальних подступах к родным границам. Один из российских офицеров, проходивших службу в САР, как-то сказал: «Я и мои товарищи всегда понимали, что если мы сражаемся за друзей, то сражаемся и за отчий дом».

Новый саудовский король Салман ибн Абдул-Азиз Аль Сауд - опытный администратор, он некоторое время продолжал курс своего покойного брата. Ожидалось, что король Салман будет вести менее жесткий курс по отношению к оппозиции и осторожно осуществлять реформы. В честь своей интронизации он приказал сделать двухмесячные выплаты госслужащим, учащимся и пенсионерам, выпустил из тюрем большое число заключенных, попавших за решетку по гражданским делам, выделил 20 млрд. долларов на строительство новых электростанций и сооружений по снабжению населения питьевой водой. Этими мерами он хотел показать, что его правление будет благотворным для страны, и действительно заслужил похвальные отзывы от миллионов саудовцев. Но тут же выяснилось, что король мало чем отличается от своих предшественников, когда речь заходит о политико-религиозной оппозиции и о так называемых государственных преступлениях. Число казненных им уже в первый год правления перевалило за сотню.

Вообще, расправы с оппозиционерами, особенно с шиитами, стали массовыми. В начале 2016 года он велел казнить шиитского богослова Нимр ан-Нимра, что привело к разрыву дипломатических отношений с Ираном. Племянник богослова Али Мухаммед ан-Нимр был приговорен за участие в демонстрациях в 2011-2012 годах к смертной казни через распятие, несмотря на то что на момент свершения вмененного ему преступления осужденный был несовершенолетним.

Налицо двойные стандарты английской и американской элит. На словах ратуя за демократические преобразования в арабских странах, за отмену смертной казни и религизные свободы, они действуют весьма избирательно. На протяжении десятилетий ими поддерживаются такие режимы, как саудовский, несмотря на то, что казни и антидемократические меры там служат нормой, а также катарский и бахрейнский. Саудовская Аравия не раз помогала эмиру Бахрейна подавлять в его стране народные выступления. В Йемене королевство, а также Катар и ОАЭ продолжают вести жестокую войну, убивая тысячи мирных жителей и не страшась осуждения либералов в Америке и просвещенной Европе.

Саудовский монарх - хранитель двух главных святынь ислама. Королевство имеет большое влияние на многие мусульманские страны мира. Но на тему отношений Саудовской Аравии с другими странами региона надо смотреть шире. Еще 30 лет назад прогрессивные силы на Ближнем Востоке поднимали вопрос о единстве арабских стран, которое необходимо для решения главных политических и экономических проблем региона. Речь шла не о сплочении арабских стран вокруг идеи, как это предлагали баасисты, а о выработке единой позиции по ближневосточной проблематике и полном исключении вооруженных конфликтов между нашими странами.

Если Саудовская Аравия, Катар и другие страны региона будут продолжать оказывать финансовую и материально-техническую поддержку повстанцам, ведущим войны на религиозной почве, против законных правительств, если регион превратится в костер, в котором будут сгорать сотни тысяч мусульман и представителей других конфессий, то Ближний Восток станет регионом скорби и трагедий. Неужели кому-то хочется, чтобы на месте государств региона в конце концов образовались миниформации, созданные по религиозному признаку? Неужели различия в мусульманских конфессиях столь велики, что, воюя за утверждение верховенства одной из них, можно уничтожать сотни тысяч себе подобных?

Проблемы конфессиональных различий и равенства их перед законом внутри государства, безусловно, существуют, но наши страны должны определить для себя пути и методы их решения. Когда мы говорим об арабском единстве, мы прежде всего подразумеваем, что нам надо сообща, непредвзято и честно принимать решения, как исправить положение в той или иной стране. Ближний Восток - это большой и богатый природными ресурсами регион, в котором много активной и не находящей себе достойного применения молодежи, это регион огромных перспектив, если только мы сами не сведем их на нет войнами и междоусобицами. Если мы станем регионом мира, регионом, в котором будет международное разделение труда и развитие общей культуры, нищета, отчаяние и обездоленность уйдут в прошлое. Но для этого прежде всего нужно добиться, чтобы арабские страны не воевали между собой и не поддерживали антиправительственные силы в соседних странах.

Признаем, что добиться этого непросто, учитывая неослабевающее вооруженное противостояние в Северной Африке и на Ближнем Востоке. В настоящее время на месте четырех самостоятельных и развивающихся государств Ближнего Востока - более десятка вооруженных, воюющих анклавов. В Ливии их четыре: правительство в Триполи, власть генерала Хафтара в Тобруке, территория, которую контролируют племена, и участки, захваченные местными отрядами ИГИЛ. В Йемене - три территории, контролируемые противоборствующими силами: хуситы контролируют восток страны и столицу, «Аль-Каида» - центральную часть, а войска бывшего президента - все остальное. В Сирии - четыре зоны, подконтрольные разным силам: на севере - курдам, некоторые районы на западе и востоке - ИГИЛ, остальное в руках правительства республики. Разные районы Ирака контролируются шиитами, курдами и террористами ИГИЛ, которые закрепились в нескольких городах.

Запад делает мало, чтобы прекратить кровопролитие в этих районах мира, напротив, подливает масла в огонь, продолжая вооружать страны, задействованные в конфликтах. Симптоматично, что свое первое зарубежное турне новый американский президент начал с Ближнего Востока. В ходе его визита в Саудовскую Аравию было заключено соглашений на 350 млрд. долларов, из которых контракты на поставку саудовцам современных вооружений составляют почти 110 миллиардов.

Американские компании приветствовали сделки, но народы Ближнего Востока не могли не испытать серьезную озабоченность. 20 мая тысячи демонстрантов вышли на улицы столицы Йемена Саны в знак протеста против заключения сделки по поставке вооружения Эр-Рияду. Ведь пакет контрактов включает поставку саудовцам 150 американских вертолетов «Блэк Хок» на сумму 6 млрд. долларов, и мало кто сомневается, что они рано или поздно будут широко использованы саудовцами в ходе их вооруженного вмешательства в гражданскую войну в Йемене. Неудивительно, что в ряде стран шииты провели массовые митинги под лозунгом «Нет американскому терроризму в Йемене!». Заметим, что еще Барак Обама заморозил в свое время поставки высокоточного оружия Эр-Рияду, так как опасался, что оно может быть использовано против мирного населения в Йемене. Трамп, как видим, превзошел Обаму: новая сделка, заключенная Трампом, предполагает возобновление продажи высокоточного оружия.

Массовые поставки современного американского оружия увеличивают не только арсеналы стран Ближнего Востока, но и арсеналы террористов: можно судить по опыту последнего десятилетия, как это оружие расползается по региону, делая атаки террористов все более эффективными. Но иногда это оружие превращается в своего рода бумеранг. В свое время американцы поставили афганским душманам портативные зенитные ракеты «Стингер» и купленные у Пакистана тяжелые пулеметы ДШК, чтобы сбивать советские самолеты и вертолеты. Когда в 2001 году американские войска начали операцию в Афганистане, те же «Стингеры» и ДШК стали применяться против американской техники.

Ближний Восток все больше напоминает гигантскую пороховую бочку, а пороховые склады, как мы знаем из истории, имеют обычай взлетать на воздух. Кроме того, широкомасштабные поставки американского оружия в Саудовскую Аравию опасны еще и потому, что, по мнению многих экспертов, саудовский режим не обладает особой прочностью. Недавно органами безопасности королевства была предотвращена попытка теракта в Мекке, но попытка эта, надо думать, далеко не последняя. Как известно, жестокостью развитие подпольных движений никогда не удавалось остановить. Среди саудовских эмигрантов, живущих в США и Канаде, есть те, кто ожидает серьезных потрясений в своей стране уже через два-три года. Было бы трагедией, если бы саудовские арсеналы оказались в руках террористов.

В арабских странах и за их пределами самые информированные люди после журналистов - арабы - владельцы кофеен. Они общаются каждый день с сотнями людей и получают от них информацию буквально обо всем. От них можно услышать и шутки на политические темы. Давным-давно из одной такой кофейни прилетело прозвище, которое дали Катару: «дистанционный пультик Вашингтона». Катар действительно всегда покорно двигался в фарватере американской политики. В 34 км от столицы страны Дохи расположена крупнейшая американская военная база в регионе - Эль-Удейд, центр воздушных операций которой контролирует воздушное пространство Ирака, Сирии, Афганистана и еще 17 стран. Здесь базируются более 100 самолетов, включая бомбардировщики В-1. «Пультик», как видим, непростой, серьезный. Хотя у американцев есть еще базы и в Саудовской Аравии, ОАЭ, Омане, а в Бахрейне дислоцируется Пятый флот ВМС США.

Казалось бы, эти страны, которые, как и Катар, в известном смысле тоже «пультики Вашингтона», должны держаться одним косяком, но в начале июня Бахрейн и Саудовская Аравия, а за ними Йемен, Египет, ОАЭ и еще несколько стран разорвали дипотношения с Катаром, а затем выдвинули своего рода ультиматум из 13 пунктов, от выполнения которых зависит восстановление отношений. Важнейшими пунктами были: остановить расширение турецкой военной базы в Катаре, свести к минимуму дипломатические отношения с Ираном и закрыть медиасеть «Аль-Джазира».

Были тут и еще два пункта, которые не могли не вызвать удивления во всем регионе: перестать вмешиваться в дела соседних стран и прекратить поддержку таких организаций, как «Фронт ан-Нусра» и «Аль-Каида», не говоря уже об ИГИЛ. Эти последние два пункта наверняка заставили власти в Дохе криво улыбнуться: уж там-то точно знают, кто был основным спонсором антиправительственных сил в Сирии на протяжении целых пяти лет. Как гласит старая русская поговорка «Чья бы корова мычала...»

Реакция стран, упомянутых в послании эмиру Катара, была именно такой, какую ожидали в Дохе. Турция комментировала его так: у нее нет разногласий в отношениях со странами Залива, но Катар - независимое государство, и эмират волен создавать здесь базы тех стран, с которыми взаимодействует. В Тегеране просто пожали плечами: обычный выпад в адрес Ирана! Но ближневосточные эксперты не могли не заметить, что потенциальное сотрудничество Катара, Турции и Ирана меняет геополитическую игру в Заливе. Турция сближается с Катаром, крупнейшим производителем природного газа в регионе, что, вкупе с уже строящимся российско-турецким газопроводом «Турецкий поток», делает Анкару значительно мощнее с точки зрения поставок газа на Ближний Восток и в Европу. От всего этого выигрывает и Катар, который уже давно зондировал почву для улучшения отношений с Ираном и Россией, но больше всех, думается, выиграет Россия. Сотрудничество Дохи, Анкары и Тегерана в ее интересах. Так что демарш арабских стран вызван не столько их обидой на Катар, сколько меняющейся для них ситуацией в Заливе. Хочется надеяться, что разум восторжествует во всех столицах Ближнего Востока и вершители судеб народов региона начнут думать не о том, что их разъединяет, а о том, что может их объединять.

Трамп перед поездкой на Ближний Восток объявил, что одна из целей поездки - предпринять шаги по решению арабо-израильского конфликта. Трамп всегда показывал, что занимает произраильскую позицию. Когда Президент Обама решил воздержаться от голосования по резолюции Совета Безопасности ООН, осудившей незаконное строительство поселений Израилем, Трамп обрушился на него с критикой. Но став президентом, он решил, что для успешного диалога с палестинцами и арабскими лидерами ему нужно выступить против строительства новых поселений. Израиль спустя всего несколько дней после инаугурации Трампа объявил о планах строительства новых поселений на Западном берегу реки Иордан. Это вынудило Трампа выдавить из себя, что планы Израиля «не помогают» мирному процессу. Ответ Кнессета не заставил себя ждать: он легализовал экспроприацию израильскими властями палестинской земли, принадлежавшей частным лицам, чтобы начать там же строительство тысяч домов для израильтян и иммигрантов. В Израиле не собираются останавливать строительство новых поселений. Ползучая аннексия продолжается. С 1993 года, когда был подписан меморандум о взаимопонимании между Организацией освобождения Палестины и Израилем, число израильтян, живущих в еврейских поселениях на Западном берегу, утроилось.

Если условия жизни и труда на Западном берегу назвать тяжелыми, то какими нужно называть условия существования в секторе Газа? Жизнь большинства молодых людей здесь безрадостна, бесперспективна, полна житейских забот и лишена простых радостей, которые обычны для их сверстников в Европе. Израиль не считает нужным задумываться о будущем оккупированных земель и судьбе миллионов палестинцев, живущих в условиях апартеида. Но тогда об этом должны задуматься миллионы людей на планете. Сейчас война в Сирии и конфликты в других районах земного шара на время скрыли дымом пожарищ ситуацию на оккупированных палестинских территориях, но о них необходимо постоянно напоминать человечеству. Это долг каждого из нас.

Ливия. Сирия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 18 августа 2017 > № 2277216 Рами Мохаммед Аль-Шаер


Монголия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > montsame.gov.mn, 15 августа 2017 > № 2303725

ПОСОЛ КАТАРА ВЫРАЗИЛ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ В ОТКРЫТИИ ПОСОЛЬСТВА В МОНГОЛИИ

Президент Монголии Х.Баттулга принял 15 августа Чрезвычайного и Полномочного посла Государства Катар в Монголии Султана Аль-Мансури. В этом году отмечается 15-летие со дня установления дипломатических отношений между двумя странами и в ходе встречи стороны выразили уверенность в расширении сотрудничества во всех областях.

Глава государства отметил эффективное сотрудничество двух стран в сфере обороны и выразил стремление к сотрудничеству в области туризма, градостроительства и прочих отраслях.

Посол Катара отметил, что он уделит особое внимание на привлечение инвестиции в Монголию и выразил уверенность в активном участии монгольских спортсменов в крупных спортивных мероприятиях, которые состоятся в 2019 и 2022 годах в Катаре. Также посол выразил заинтересованность Катара в открытии посольства в Монголии.

А.Мандирмаа

Монголия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > montsame.gov.mn, 15 августа 2017 > № 2303725


Россия. Бахрейн. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2017 > № 2269045

Специальный представитель президента РФ по Ближнему Востоку и странам Африки, заместитель министра иностранных дел России Михаил Богданов обсудил во вторник с послом Королевства Бахрейн в Москве Ахмеда Аль-Саати кризисную ситуацию вокруг Катара, говорится в сообщении российского внешнеполитического ведомства.

"В ходе беседы состоялся углубленный обмен мнениями по ключевым аспектам ближневосточной проблематики с акцентом на сохраняющуюся кризисную ситуацию в отношениях между Катаром и рядом государств региона, а также актуальным вопросам дальнейшего поступательного развития многоплановых российско-бахрейнских отношений", — говорится в сообщении.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение 13 требований соседей. Катар эти обвинения отверг, но заявил о своей готовности к диалогу.

Россия. Бахрейн. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 августа 2017 > № 2269045


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268109

Два посланника США на этой неделе отправляются на Ближний Восток, чтобы помочь разрешить конфликт Катара с рядом арабских стран, сообщило агентство Рейтер со ссылкой на источник в госдепартаменте.

Тимоти Лендеркинг, зампомощника госсекретаря по делам стран Персидского залива, и отставной генерал морской пехоты Энтони Зинни посетят регион, чтобы "пообщаться со всеми вовлеченными сторонами и поддержать усилия по посредничеству со стороны правительства Кувейта", сообщил представитель госдепартамента агентству.

Ранее регион посетил госсекретарь Рекс Тиллерсон, который подписал соглашение с Катаром о противодействии финансированию терроризма, но не добился урегулирования конфликта.

Отставной генерал Зинни не получил какого-либо формального назначения в госдепартаменте. В прошлом он был начальником Центрального командования ВС США и президентом третьей по величине в мире оборонной корпорации BAE Systems.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение 13 требований соседей. Катар эти обвинения отверг, но заявил о своей готовности к диалогу.

Алексей Богдановский.

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 7 августа 2017 > № 2268109


Иран. Катар > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 4 августа 2017 > № 2263496

Война слов грозит войной

Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи призвал установить международный контроль над Меккой и Мединой – главными святынями мусульман. Этот призыв был поддержан и Катаром, который, конфликтуя с соседями, всё более сдвигается в сторону шиитского Ирана.

Министр иностранных дел Саудовской Аравии Адель аль-Джубейр резко осудил эти призывы:

«Эти заявления – неприкрытая агрессия, объявление войны. Мы сохраняем за собой право дать ответ на любую попытку интернационализации святых мест», – заявил министр в интервью телеканалу «Аль-Арабия».

Аль-Джубейр подтвердил, что Саудовская Аравия рада принять катарских участников хаджа, однако отметил, что королевство не допустит, чтобы данный вопрос стал политическим.

Саудовские источники также утверждают, что катарское руководство само препятствует стремлению своих граждан совершить паломничество, являющееся одним из пяти столпов ислама. При этом ответственность оно пытается возложить на Эр-Рияд.

Напомню, что 5 июня в регионе начался дипломатический скандал. О разрыве дипломатических отношений с Катаром по обвинению в поддержке терроризма и террористических группировок объявили Бахрейн, Саудовская Аравия, Египет и ОАЭ.

Затем Доха получила документ из 13 требований с целью разрешения возникшего конфликта. И хотя точное содержание ответа остаётся нераскрытым до сих пор, известно, что на официальном уровне Доха объявила эти требования нереалистичными. Теперь конфликт выходит на новый виток.

Камиль Мирзаев

Иран. Катар > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 4 августа 2017 > № 2263496


Россия. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 2 августа 2017 > № 2268044

Катарский кризис и южные проекты России

Геоэнергетическая мозаика вокруг Катара: векторы выхода

Пауза в дипломатическом кризисе вокруг Катара затягивается, стороны будто замерли в ожидании какого-то важного сигнала, будто ждут ошибки соперника. Казалось бы — чего ждать саудовской коалиции, за спиной которой стоят США? Ну, что такое против всех них, вместе взятых, какой-то там Катар? Перекрыть Суэцкий канал для его газовозов — и вот он уже практически отрезан от европейского рынка или по меньшей мере поставлен перед необходимостью нести серьезные затраты, позволяющие американскому СПГ конкурировать с ним по ценам. Чего же они ждут, на что может рассчитывать Доха в такой напряженной обстановке?

Первая часть ответа очевидна — вся эта блокирующая Катар публика ждет отмашки из-за океана о том, что введена в строй вторая линия завода по сжижению газа, что найдены решения по дополнительному фрахту газовозов, что Европа готова перейти на американский СПГ. Чисто техническая пауза, не более того. В том случае, если новая порция американских антироссийских санкций вступит в силу, под угрозой срыва оказывается проект «Северный поток — 2», тогда Европа просто вынуждена будет свои растущие потребности в газе покрывать за счет большего объема СПГ. Блокада Суэцкого канала для судов Катара неизбежно приведет к росту цены на газ, что будет на руку американским сланцевым газодобытчикам и инвесторам заводов по сжижению. Повторим, что «Газпрому» до всей этой чехарды пока никакого дела нет — треть европейского газового рынка он будет спокойно удерживать своими трубопроводами, действующими и строящимися. Но пока активной подготовки к решающему удару по Катару просто не видно — противостоящая сторона как будто чего-то опасается. Чего именно?

Перспективы «Новатэка»

В июне этого года на ПМЭФ, в числе прочих выступлений экономических лидеров, была одна очень примечательная речь, произнесенная заместителем председателя правления ПАО «Новатэк» Марком Джетвеем:

«У нас серьезные амбиции — достичь уровня Катара, только как компания. Это станет возможным после запуска двух СПГ-проектов: «Ямал-СПГ» и «Арктик СПГ — 2». Мы ускорим введение в эксплуатацию — первая линия будет запущена в конце 2017 года, вторая — во второй половине 2018-го, и третья — к первому полугодию 2019-го. Что касается «Арктик СПГ — 2», то мы начнем строительство в 2019 году, если будет принято окончательное инвестиционное решение, чтобы обеспечить ввод первой линии в 2023 году».

Выступление Джетвея мгновенно было ретранслировано «дружеским» по отношению к России информационным агентством Reuters, которое дало своему сообщению замечательный заголовок:

«Новатэк» рассчитывает обойти Катар и стать крупнейшим экспортером СПГ».

Еще раз, внимательно. Джетвей говорил о плане достичь уровня Катара, Reuters приписало «Новатэку» стремление догнать, перегнать и заткнуть Катар за пояс. При этом цифры не то чтобы искажены, они просто поданы такой кучей, чтобы откровенно запутать читателя. Следите за руками!

«Россия в 2016 году экспортировала 10,8 млн тонн СПГ, а завершение проекта «Ямал-СПГ» позволит России отгружать дополнительные 16,5 млн тонн в год и выйти на третье место в мире»

Джетвей — о компании, Reuters — о России. 16,5 млн тонн СПГ в год — это и есть мощность трех линий «Ямал-СПГ». На фоне Катара с его 80 млн тонн — значительная цифра, но отнюдь не то, что можно назвать превосходством. «Арктик-СПГ», для которого ресурсной базой станут месторождения на острове Гыдан, потенциально имеет шансы превзойти «Ямал-СПГ», доведя общий объем производимого СПГ до 70 млн тонн — году так к 2030-му. И это — при условии того самого «окончательного инвестиционного решения», о котором говорил Джетвей. Предполагать, что Катар до 2030 года не будет предпринимать никаких усилий по увеличению своего производства СПГ, конечно, тоже можно — вот только стоит ли…

Очевидно, что хлесткий заголовок американского новостного агентства имел под собой ровно одну цель — попытаться таким вот способом обострить только-только налаживающиеся отношения России и Катара. В марте этого года Леонид Михельсон, председатель правления ПАО «Новатэк», уже высказал свои соображения по этому поводу:

«Доля России в общемировых запасах газа составляет 22−24%, считаю, что такую же долю наша страна должна иметь на рынках СПГ».

Подчеркиваем слово «Россия» в этой фразе. Михельсон не витает в облаках, он помнит не только о своих проектах СПГ, но и о тех, которыми занимается «Газпром». Потому стоит обратить пристальное внимание не только на то, что было произнесено на ПМЭФ и в искаженной форме растиражировано Reuters, но и о «тихом» интервью нашего посла в Катаре Нурмахмада Холова, которое он дал ТАСС в феврале этого года. Вот прямая цитата:

«Еще 2 млрд долларов были направлены на развитие проектов по линии «Новатэк» (Ямал СПГ) и другие».

Вот это и есть реальность, а не пропагандистский блеф — Катар не конкурирует с Россией и «Новатэком», он помогает инвестициями нашим проектам. И делать это Катар начал раньше, чем разразился кризис в его отношениях с арабскими странами.

Своповые сделки — страховка Катара

Собственно говоря, на наш взгляд, это и есть тот самый «туз в рукаве», который, в числе прочих, и является основным тормозом на пути дальнейшей эскалации конфликта. Участие в СПГ-проектах России дает Катару основание на своп-сделки по поставкам газа.

«У нас есть обязательства перед европейскими странами, предлагаем вам, уважаемый северный коллега, выполнить их в обмен на выполнение нами ваших обязательств перед потребителями в Юго-Восточной Азии».

Все, на этом проблема Суэцкого канала решается, причем решение окажется таким, что ничего противопоставить ему нельзя. Будущий СПГ Ямала уже законтрактован на азиатский рынок, но своп-сделкам это помешать не может. Посмотрите на географическую карту, и вы убедитесь, что маршруты Ямал — Азия и Ямал — юг Европы практически совпадают по протяженности, «Новатэку» просто все равно, в какую сторону будут двигаться газовозы с его СПГ.

Напомним, что Пакистан официально отказался поддерживать саудовскую группировку в отношении Катара, и снова предлагаем посмотреть на географическую карту, чтобы присмотреться к маршруту Катар — Южная Азия. Территориальные воды Ирана недосягаемы для военных кораблей саудовской коалиции по определению, дальше начинаются территориальные воды Пакистана — и все, дальше вцепиться в караваны газовозов из Катара практически негде. И возможностей помешать заключению своповых сделок между Катаром и Россией тоже ни у кого нет. Потому и продолжается нынешний сюрпляс вокруг Катара — блокада объявлена, торговые операции прекращены, воздушное сообщение прервано, а что делать дальше — совершенно непонятно. На любой резкий шаг — своп в лоб, ставка США бита…

Остается понять, зачем Пакистану потребовалось его неучастие в делах братских суннитских государств, в чем его-то выгода от обеспечения торговых потребностей Катара. Для тех, кто не в курсе или просто забыл, напомним, что Пакистан и Россия уже несколько раз проводили совместные военные учения, что Россия будет строить в Пакистане газопровод от побережья к столице государства, что Пакистан уже подписал с нами договор о поставке все того же СПГ, что, в конце-то концов, Пакистан одновременно с Индией только что вступил в ШОС. Мягко будет сказано, такое развитие отношений разительно отличается от жесткого противостояния советских времен, но не в сравнении дело.

В одной из наших прошлых статей мы уже рассказывали о том, что Россия вполне способна за счет все тех же своповых сделок с Ираном обеспечить поставки СПГ в Индию, и все та же географическая карта показывает, что нет никаких препятствий для того, чтобы точно таким же способом поставлять СПГ и в Пакистан. Если Иран не имеет никаких возражений по поводу такого вот способа сотрудничества с Индией, то что может служить причиной для возражений в случае с Пакистаном? Проект морского газопровода Иран — Пакистан по-прежнему сталкивается с трудностями, не решенными Пакистаном, и когда Исламабаду удастся договориться с племенами белуджей, предсказать трудно. Но интерес Ирана и к Пакистану, и к Индии заключается отнюдь не только в поставках газа, есть и более интересные проекты.

Отношения Китая и Индии

Китай и с недавних пор Индия являются членами ШОС, но даже этот совместный проект не устраняет глубинных противоречий между двумя этими государствами. Напомним, что на протяжении минувшего века между странами трижды вспыхивали военные конфликты из-за спорных территорий на границе — в 1962, 1967 и в 1987 годах. В 2005 году часть конфликта была решена мирным путем: КНР признала штат Сикким индийской территорией, а Нью-Дели назвал Тибет «Тибетским автономным районом». На начало 10-х годов, однако, Индия не признает суверенитет Китая над районом Аксай Чина, Китай «зеркален» в отношении штата Аруначал Прадеш. При этом с 2008 года Китай — крупнейший торговый партнер Индии, но это не мешает странам наращивать военную инфраструктуру вдоль приграничных районов. Схватка двух демографических и экономических гигантов то обостряется, то затухает, и в последнее время наметилась очередная эскалация.

Новый премьер Индии Нарендра Моди сменил концепцию «Look East» на «Act East» — «Действуй на Востоке», тем самым объявив о начале активного укрепления связей со всеми своими восточными соседями. Моди и глава МИД Сушма Сварадж зачастили в страны Юго-Восточной Азии, индийские боевые корабли начали заходить в воды Южно-Китайского моря, заметно активизировались работы по прокладке стратегического шоссе Индия — Мьянма — Таиланд, деньги на которое также выделил Нью-Дели.

Но эта активизация тут же натолкнулась на противодействие со стороны Китая. В Лаосе китайцы на свои деньги и своими силами строят железную дорогу, которая соединит север страны со столицей, китайские военные строители сумели сменить американских в Камбодже, взрывными темпами растет сотрудничество Китая и Шри Ланки, куда Пекин буквально вливает миллиардные инвестиции. Но больше всего Нью-Дели беспокоит китайская активность в Индийском океане. «Жемчужное ожерелье» — сеть китайских баз и опорных пунктов в южных морях, которое, как считают в Индии, постепенно превращается в удавку на ее шее. Раздражение в этом году уже прорвалось вовне — напомним, что Индия бойкотировала международный саммит в Пекине, посвященный китайскому мегапроекту «Пояс и путь».

15 мая было опубликовано официальное заявление МИДа Индии, цитируем:

«Руководствуясь своей принципиальной позицией по этому вопросу, мы настоятельно предлагаем Китаю вступить в конструктивный диалог о его инициативе «Пояс и путь». Мы ждем позитивного ответа от китайской стороны».

Ответ последовал незамедлительно, причем был весьма резким для дипломатического языка.

«Я не понимаю, что пытается нам сказать господин пресс-секретарь индийского МИД, — парировала глава пресс-службы китайского внешнеполитического ведомства Хуа Чуньин. — Какой тип диалога он подразумевает под «конструктивным»? Какой «позитивный ответ», по мнению пресс-секретаря, должен дать Китай? Наши идеи и действия говорят сами за себя. Наши цели ясны и понятны. Мы с самого начала выступали за членство Индии в «Поясе и пути» и продолжаем это делать».

Вот такая примечательная ситуация среди двух членов ШОС, по поводу которой Россия пока не сказала ни слова. О стратегическом партнерстве России и Китая написаны миллионы статей, а мы просто напомним, что людей, благосостояние которых, по западным меркам, позволяет отнести их к среднему классу, в Индии насчитывается не менее 300 (трехсот — прописью, это не опечатка) миллионов. Два стратегических партнера всегда лучше, чем один. Два стратегических партнера, которые не способны выработать общую позицию, чтобы каким-то образом совместно влиять на Россию, — еще лучше. Второй и четвертый в мире потребители энергоресурсов с очевидной тенденцией дальнейшего роста этого потребления в качестве стратегических партнеров — так и вовсе прекрасно. Извините, если кому-то такое высказывание показалось чересчур циничным, но, как говорится, ничего личного, только бизнес. В условиях экономических санкций со стороны Европы и США два стратегических партнера с полуторамиллиардным населением в каждом — более, чем разумно.

Индия не только возмущается действиями Китая на дипломатическом уровне, бывают случаи и куда как более жесткие и жестокие. В рамках проекта «Шелкового пути» Китай ведет строительство Каракорумского шоссе через территорию, которую Пакистан и Индия делят уже десятилетия — через штат Джамму и Кашмир, который Пакистан оккупировал во время войны 1949 года. За последние 50 лет Индия уже десять раз обращалась к Китаю с нотами протеста, напоминая, что, согласно нормам международного права, любая деятельность Китая оккупированной территории незаконна. Китай все десять раз проигнорировал эти ноты, но сейчас это молчание приводит к тому, что Индия начинает рассматривать проект «Шелкового пути» как совершенно недружественный, если не агрессивный по отношению к ней. И ситуация дошла до совсем уж нецивилизованных действий — не так давно некие «местные сепаратисты» умудрились просто расстрелять восьмерых китайских строителей прямо на месте работ. Китай, разумеется, возмутился, Индия в ответ напомнила, что штат оккупирован Пакистаном, которому и надлежит разбираться с этими «неизвестными террористами»…

Но в Нью-Дели прекрасно понимают прописную истину — важно не только быть «против» чего-то, важно уметь предложить проект собственный, более привлекательный, более выгодный. И такой проект у Индии имеется — индийский ответ на «Шелковый путь» Китая. Назван он без изысков, вполне функционально — «Международный транспортный коридор «Север — Юг».

МТК «Север — Юг»

Вполне традиционно об этом проекте мало пишут в наших СМИ, хотя он заслуживает самого пристального внимания. Транспортный коридор призван соединить два города — Мумбаи (бывший Бомбей) на юге и Санкт-Петербург на севере. Сухо звучит, но, согласитесь, — все равно фантастически. Прямой путь из Индии на север Европы!

«Стартуем» из Мумбаи морем, добираемся до порта Бендер-Аббас на юге Ирана. Далее — до станций Казвин, Решт и до границы с Азербайджаном, где по обе ее стороны расположены два города с одинаковыми названиями — Астара. Здесь должны переставляться ж/д тележки (в Иране колея 1430 мм, в Азербайджане и далее в России — 1520 мм), и по территории Азербайджана составы отправляются к границе России, к городку Самур на берегу одноименной реки. А дальше все в руках РЖД, от юга до Москвы и Санкт-Петербурга.

Проект не нов, генеральное соглашение между транспортными компаниями Индии, Ирана и Индии было подписан еще в 1999 году, межправительственное соглашение появилось в 2000-м, которое было ратифицировано Госдумой в 2002 году. В настоящее время к этому соглашению присоединились Азербайджан, Армения, Белоруссия, Казахстан, Оман и Сирия. Как видите, интерес к проекту весьма основателен, более короткую дорогу в Европу ищет не только Индия.

МТК «Север — Юг» на 40% сокращает путь и втрое — время в пути, что означает ощутимый финансовый выигрыш для каждого участника проекта. Долгое время проект был заморожен, хватало весьма серьезных технических трудностей, немало потеряли во время санкций против Ирана, но сейчас проект набирает обороты.

5 марта этого года в ходе своей поездки в Иран президент Азербайджана Ильхам Алиев посетил иранскую Астару, чтобы лично посмотреть на пробный запуск состава через переход в Астару азербайджанскую. Все в порядке, железнодорожники справились со своей работой. Теперь остается подождать, пока будут закончены последние «штрихи к портрету» на иранской территории, поскольку 200-километровый участок Казвин — Решт — Астара проходит по чрезвычайно сложной местности, содержит несколько десятков мостов и тоннелей. Работы выполнены на 90%, окончание намечено на начало следующего года. По предварительным оценкам, пропускная способность железной дороги составит 1,4 млн пассажиров и от 5 до 7 млн тонн груза в год с дальнейшим расширением до 15−20 млн тонн.

Не так уж и много, но ведь западный маршрут — это только часть МТК «Север — Юг», проектируются еще морской — через Каспийское море, и восточный — по степям его восточного побережья, через территории Туркмении, Узбекистана и Казахстана. В этом случае индийский проект действительно способен стать альтернативой «Шелкового пути», поскольку обеспечит транспортировку грузов, связность Центральной Азии и стран Персидского залива с Россией и с севером Европы. Но эти маршруты пока только в проектах, а западный, через Азербайджан, активно реализуется. Однако наше, российское железнодорожное ведомство, родное РЖД, тоже имеет свое мнение по этому вопросу.

МТК «Север — Юг» и РЖД

Вот перечень мероприятий, которые РЖД планирует реализовать до 2025 года для развития МТК «Север — Юг»:

организация скоростного движения поездов на участке Санкт-Петербург — Бусловская;

развитие Московского железнодорожного узла;

реконструкция с электрификацией участка Ртищево — Кочетовка;

строительство обхода Саратовского железнодорожного узла;

комплексная реконструкция участка Трубная — Верхний Баскунчак — Аксарайская;

проекты организации скоростного и высокоскоростного движения и др.

Впечатляет, не так ли? А еще вам наверняка показалось, что мы ушли куда-то совсем в сторону от проблем Катара. Давайте свяжем этот вопрос и эти сомнения, благо сделать это совсем не сложно. Мы ведь не ответили еще и на самый главный вопрос — а зачем России эти самые своповые сделки с Катаром, которые, не исключено, потребуются полуострову для того, чтобы не свалиться в финансовую яму? Интерес Катара очевиден, но России-то какое дело до его проблем? Контракты о будущих поставках СПГ с Ямала в Юго-Восточную Азию уже имеются, можно будет спокойно выполнять их, наращивать мощность заводов по сжижению природного газа, строить новые и не обращать никакого внимания на проблемы Катара. Можно. Но так ли это выгодно? На наш взгляд, причины для этого имеются, и мы только что показали одну из них.

Запросы РЖД в МКТ «Север — Юг» — это финансы, и финансы немалые. Но транзитные услуги для Европы и Индии, Ирана, Омана для России — это всерьез и надолго, это выгодно. И маршрут через Каспий нам выгоден, и маршрут через Центральную Азию — тоже, поскольку каждый из них заставляет вспоминать присказку «Все пути ведут в Рим. В Четвертый Рим» — все маршруты будут идти через Россию, делая ее центральным связующим звеном для всего материка Евразия. При этом, как все мы знаем, Европа и США свои антироссийские санкции отменять не собираются, они их только старательно усиливают, в том числе и для нашего финансового сектора. Времена длинных и относительно дешевых кредитов для нашего бизнеса закончились в 2014 году, но инвестиционные суверенные фонды Катара ни к каким санкциям не присоединялись и присоединяться не думают.

Конечно, все вышеописанное — всего лишь наши предположения, гипотеза, не более того, но почему бы России не обеспечить вот таким способом финансирование крупного международного транспортного проекта, который вполне способен не только многие годы приносить прибыль бюджету и давать новые рабочие места, но еще и усилить наши взаимоотношения с Индией? Да, сейчас на Индию большое влияние оказывают США, поскольку противостояние Индии и Китая Америке выгодно, но влияние это основано на сугубо политических вопросах. А что может противопоставить этому Россия, за счет чего она может понизить позиции проамериканского лобби? Давайте бегло напомним, каким может быть условный «пакет мер».

Газовые перспективы Индии и Россия

Сегодня Индия — относительно небольшой игрок на газовом рынке. По данным ВР, Индия занимает 21-е место по объемам доказанных запасов газа — 1,4 трлн кубометров, 25-е место по объемам добычи — 33,7 млрд кубометров в год, и 15-е место по объемам потребления — 52,2 млрд кубометров в год. В то же время, согласно прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), в ближайшие годы Индия будет демонстрировать самые высокие в мире темпы роста потребления энергоносителей. Оценка МЭА дает 3% ежегодного роста, то есть в два раза выше, чем такая же оценка для Китая с его 1,6%. К 2030 году Индия станет вторым в АТР потребителем газа еще и потому, что стране предстоит решать проблемы с экологией. На сегодня 50% генерации электроэнергии Индия обеспечивает за счет угля, а доля газа в топливо-энергетическом балансе составляет всего 8% при среднемировых показателях в 24%. Не стоит забывать и о быстрорастущем населении, и о темпах развития индийского ВВП, которые в последнее десятилетие составляют в среднем 7,6% в год. Так что рост потребления газа просто неизбежен, вот только оценки этого роста разными аналитиками дают очень большой разброс. По данным Агентства энергетической информации США, к 2030 году потребление достигнет 95 млрд кубометров — это низшая отметка, а по оптимистичной оценке Совета по регулированию нефтегазовой промышленности самой Индии цифра окажется и вовсе фантастической — 272 млрд кубометров. Реалистичный сценарий — 169 млрд кубометров, при этом к 2020 году Индии придется импортировать не менее 60 млрд кубометров, к 2030-му — до 90 млрд кубометров.

Индийские компании прекрасно понимают обстановку и уже сейчас ведут переговоры с производителями газа в разных странах. Список выглядит следующим образом: Россия, Иран, Катар, Нигерия, Мозамбик, США, Австралия. Географическая карта показывает, что в случае СПГ минимальные расходы на транспортировку будут при поставках из Ирана и Катара, всем остальным поставщикам конкурировать возможно исключительно за счет все тех же своповых сделок или работать с прибылью, мало отличной от нуля. Альтернатива — газовые трубопроводы, проектов которых имеется три штуки.

Газопровод ТАПИ, о котором муссируются различные слухи уже больше десяти лет, должен привести в Индию газ Туркмении по маршруту Туркмения — Афганистан — Пакистан — Индия, длиной 1700 км при планируемой мощности 30 млрд кубометров в год. Маршрут просто потрясающий, поскольку место «входа» трубопровода в Афганистан — Герат, и далее через Кандагар до юга, то есть на протяжении всего маршрута трубопровод должен идти по местам наибольшей активности боевиков «Талибана». По территории Пакистана трубопровод должен пройти через Кветту, а это те самые места, где сосредоточены талибы пакистанские. Блестящие перспективы, одним словом. Да и для Индии ТАПИ проблемы решит только частично, поскольку Пакистан соглашается на такой транзит только при условии, что и сам он будет получать газ из этой же трубы. Как в таких случаях говорится — удачи вам, господа!

Газопровод «Мир» по маршруту Иран — Пакистан — Индия максимальной мощностью 55 млрд кубометров в год практически заморожен из-за политических разногласий между Пакистаном и Индией. Если эти разногласия удастся снять окончательно, то этот газопровод становится реальностью, а надежды на снятие противоречий не просто есть — они растут, наиболее явным симптомом стало совместное и синхронное вступление Пакистана и Индии в состав ШОС. Вот только судьба месторождения «Фархад Б», которое должно стать ресурсным источником для этого газопровода, оказалась весьма замысловатой.

Достаточно подробно мы писали об этом в статье «Энергетика России разворачивается на юг», но можем повторить и совсем коротко. Месторождение найдено консорциумом индийских компаний, по плану они и должны были стать его разработчиками. По договору с Ираном все инвестиции должны быть сделаны индийской стороной, а после того, как они окупятся, дальнейшая прибыль должна стать совместной. Предлагаемые Индией проекты технико-экономического обоснования раз за разом кажутся Ирану чрезвычайно дорогостоящими, переговоры ведутся с 2012 года, но надежды на успех тают. Иран, однако, не желает, чтобы это перспективное месторождение оказалось заброшенным, и с мая этого года рассматривает возможность приглашения в проект другого инвестора. Какого конкретно «другого», Иран вслух не говорит, обозначив его секретным словом «Russians». Чтобы сохранить интригу, не будем писать слово «Газпром» и мы. Да, в этом проекте Пакистана нет и в помине — если проект будет реализован, то трубопровод пройдет через территориальные воды этого государства, но все 33 млрд кубометров газа в год будут идти по нему только в Индию. Причины, по которым высока вероятность того, что Пакистан не будет возражать этому транзиту, мы рассматривали в той же статье, повторяться не станем.

Российский СПГ для Индии

Давайте теперь посмотрим, какие заделы имеются у «Газпрома» уже сегодня. Труб нет, но есть СПГ, который охотно принимают и Индия, и Пакистан. В январе этого года была достигнута договоренность с Пакистаном, запланированный объем поставок — 1,5 млн тонн СПГ ежегодно. С 2018 года должны начаться поставки СПГ в Индию по контракту с компанией Gail, запланированный объем — 2,5 млн тонн ежегодно. Кроме «Газпрома», в игру вполне способен вступить и «Новатэк», но не с «Ямал-СПГ», а в более отдаленной перспективе — с проектом «Арктик-СПГ». Из прочего — переговоры «Газпрома» с еще двумя индийскими компаниями, Gujarat State Petroleum Corporation и Petronet&Oil о заключении контрактов на поставки СПГ до 3,5 млрд кубометров в год начиная с 2019-го. Если переговоры закончатся успешно, то даже без реализации трубопроводных проектов «Газпром» получит на индийском газовом рынке до 16%. И это, на наш взгляд, очень важный момент — пока ведутся переговоры по трубным проектам, очень полезно закрепиться на таком растущем рынке.

Вот только автоматически возникает вопрос — откуда России выгоднее всего поставлять СПГ для Индии, чтобы транспортные издержки были минимальными? Разумеется, чем короче маршрут — тем выгоднее. И вот тут мы снова сталкиваемся все с тем же Катаром, поскольку Иран только-только начинает переговоры с потенциальными иностранными инвесторами о строительстве первых СПГ-заводов. В этом, кстати, скрыта и причина отказа Пакистана от участия в блокаде Катара, ведь с 2015 года Qatargas поставляет в Карачи 3,5 млн тонн СПГ ежегодно. Известна и контрактная цена, которая составляет 5,35 доллара за MBTU или 191,5 доллара за 1000 кубометров. Очевидно, что эта цена служит ориентиром на переговорах «Газпрома» как с Пакистаном, так и с Индией, «продавить» более высокие цены будет весьма проблематично, поэтому протяженность маршрута поставок становится весьма важной. Очевидно, что наиболее оптимальный вариант для России — суметь договориться с Катаром все о тех же своповых поставках СПГ с его территории, а не гонять газовозы с Сахалина. И это — вторая причина, по которой Катар может рассчитывать на заключение своповых сделок с Россией о поставках СПГ в Европу в случае обострения кризиса, возникшего у него с Эр-Риядом и его союзниками.

Позволим себе напомнить о том, что в планах Индии не только увеличение потребления природного газа, но и наращивание генерации электроэнергии на АЭС. Мы уже касались этой темы и в ближайшее время ее продолжим, проведя сравнение с американскими предложениями строительства АЭС в этой стране.

Получается, что Россия заинтересована в дальнейшей нормализации отношений с Катаром по причине наличия сразу двух проектов, участие в которых этой страны было бы для нас чрезвычайно полезным. Как будет развиваться в связи с этим дипломатический кризис вокруг этого государства, покажет ближайшее время, но нам представляется, что дальнейшее экономическое сближение наших стран обоюдовыгодно. Объективно оценивая инвестиционные возможности Катара и его производственные мощности по сжижению газа, мы видим, что и то, и другое можно использовать в нынешней обстановке, когда страны Запада продолжают становящуюся уже откровенно истеричной тактику введения все новых антироссийских санкций.

Борис Марцинкевич

Россия. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 2 августа 2017 > № 2268044


США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 1 августа 2017 > № 2266787

Chatham House: Кризис в Персидском заливе обнажает слабость подхода Трампа

Выбранная главой Белого дома Дональдом Трампом стратегия, заключающаяся в следовании курсом непредсказуемости, не способствует разрешению кризисов на Ближнем Востоке, лишь обостряя их

С тех самых пор, как Дональд Трамп стал президентом США, его склонность к «непредсказуемости» выступила со всей очевидностью. Невзирая на то, являются ли действия Трампа тщательно выверенной стратегией или попросту прикрытием бесконтрольного, хаотического и, на первый взгляд, не основанного ни на какой стратегии вообще подхода к политическому лидерству, последствия выбранного Трампом курса остро ощущаются как в Вашингтоне, так и во всем мире. И нигде это не соответствует действительности больше, чем в Персидском заливе, где разворачивается политический кризис, в рамках которого неопределенность в отношении следующего шага США равносильна отсутствию какого-либо плана, пишут Джейкоб Паракилас и Питер Солсбери в статье для Chatham House.

Противостояние между Катаром и его соседями - Саудовской Аравией, Бахрейном и ОАЭ - стало первым внешнеполитическим кризисом, случившимся после прихода в Белый дом Трампа. Безусловно, с момента его инаугурации в Сирии, Ираке и КНДР происходили определенные события, однако кризис в Персидском заливе отличается определённой новизной. Процесс по изоляции Катара — страны, в чью энергетику США сделали огромные инвестиции, а также месторасположения базы США, на которой находится 11 тыс. военнослужащих и которая играет ключевую роль для военных кампаний в Афганистане, Ираке и Сирии — возглавили ОАЭ и Саудовская Аравия.

Они посчитали, что могут пойти на этот шаг вопреки интересам Вашингтона в Катаре потому, что им показалось, что они успешно смогли перетянуть Трампа и его ближайшее окружение на свою сторону с помощью тщательно выверенных личных связей и горячего приема делегации США во время визита Трампа в Эр-Рияд в мае 2017 года. Карьерные дипломаты Государственного департамента США считают, что кризис идет вразрез с интересами страны, а также вредит их репутации. На ранних его стадиях Трамп пошел вопреки устоявшейся практике и рекомендации собственного правительства и выступил с заявлением о том, что Катар является «страной-спонсором терроризма», тем самым он встал на позиции, противоречащие главе дипломатического ведомства Рекса Тиллерсона.

До того как были сделаны соответствующие заявления Трампа, аналитики, иностранные дипломаты и большое число официальных лиц Вашингтона ожидали, что вот-вот заработает машина американской дипломатии. Они надеялись, что США смогут канализировать неудовольствие Саудовской Аравии и ОАЭ в менее открытую площадку для обсуждений, где Вашингтон мог бы встряхнуть представителей обеих стран и принудить их пойти на компромисс.

Вместо этого, США, казалось, были парализованы нерешительностью. Со стороны Пентагона, Государственного департамента и других ведомств звучали противоречащие друг другу заявления, что углубляло стратегическую пропасть. Тиллерсон совершил ряд визитов по странам Персидского залива в июле, почти через два месяца после начала кризиса. Вернулся он из него тем не менее с пустыми руками. Не в последнюю очередь это было обусловлено тем, что ни Эр-Рияд, ни Абу-Даби не видели причин соглашаться на его план посредничества. Дипломатам из Франции и Великобритании также не сопутствовала удача. Западные эксперты пришли к выводу, что этот кризис — «дело семейное», поэтому и разрешаться он самими сторонами.

Непредсказуемость может быть полезным инструментом в получении преимуществ над партнером по переговорам при заключении двухсторонних деловых сделок, однако этот инструмент серьезно ограничен при решении комплексных, многосторонних дипломатических кризисов. В глубине дипломатического кризиса в Персидском заливе происходит намного более сложный процесс, нежели несогласие с поддержкой Дохой террористов и давних соперников.

Катар воспринимается как одновременно угроза внутреннему порядку в соседних странах — отчасти из-за его поддержки СМИ, критикующих эти государства, и организации «Братья-мусульмане» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) — и барьером на пути формирования нового регионального порядка, возглавляемого Саудовской Аравией и ОАЭ. Он, возможно, не будет соответствовать тем ценностям, которые поддерживают США.

Ситуация в Персидском заливе вскрывает фундаментальную проблему со столь ценимой Трампом непредсказуемостью. Дело не просто в том, что его действия непредсказуемы, а в том, что исключение предсказуемости США из уравнения будет иметь вторичные и третичные воздействия, последствия которых просчитать невозможно. В качестве главы государства Дональду Трампу было лишь небольшое число прецедентов, тогда как в качестве лидера США и, таким образом, международного порядка, который Вашингтон помог построить после Второй мировой войны, их нет в принципе.

Трамп критиковал своего предшественника Барака Обаму за то, что его слабость при руководстве международными процессами позволила странам-соперникам США получить над ними преимущества. Однако те же самые обвинения могут быть выдвинуты и в отношении его хаотического подхода и вопиющей подверженности к лести.

Та медлительность, с которой он номинирует официальных лиц Государственного департамента среднего звена — которые играют ключевую роль в урегулировании подобных катарскому кризисов — лишь обостряет сложившуюся ситуацию, поскольку способность бюрократии интерпретировать и воплощать на практике директивы от высшего руководства ограничена. Кроме того, ряд официальных лиц в Вашингтоне отмечает, что Саудовская Аравия и ОАЭ эксплуатируют политический вакуум везде, где им это удается. Нет причин для того, чтобы остальные государства не последовали примеру Эр-Рияда и Абу-Даби.

Нормальные средства, с помощью которых регулируются такие кризисы, отсутствуют на данный момент в арсенале США. Более того, по-прежнему непонятно, сколько еще должно пройти времени, чтобы возобновилась нормальная работа, если такое вообще произойдет. Кризис в Персидском заливе не только служит объективным уроком того, какую опасность представляет собой непредсказуемость подхода Трампа, но и те семена хаоса, которые с ее помощью сеют.

Максим Исаев

США. Катар. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 1 августа 2017 > № 2266787


Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 1 августа 2017 > № 2264500

Власти Катара направили жалобу во Всемирную торговую организацию (ВТО) из-за экономического бойкота со стороны Саудовской Аравии, Бахрейна, Египта и ОАЭ, передает в понедельник "Би-би-си".

В Дохе заявляют, что блокада идет вразрез с правилами торговли, а также нарушает право на интеллектуальную собственность.

При этом в случае, если договоренность не будет достигнута в течение 60 дней, то спор будет рассматриваться отдельной комиссией в рамках ВТО.

В самой организации пока не предоставили комментариев по поводу переданной Дохой жалобы.

5 июня Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн разорвали дипотношения с Катаром, объявив ему фактическую блокаду. Страны обвинили катарское руководство в поддержке и финансировании террористических группировок и вмешательстве во внутренние дела других стран. В то же время некоторые наблюдатели считают, что истинной причиной послужило то, что в ходе прошедшего саммита стран Персидского залива катарское новостное агентство распространило речь эмира Катара, который заявил о поддержке нормальных отношений с Ираном, что вызвало волну критики на саммите.

Катар. Саудовская Аравия. Бахрейн > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 1 августа 2017 > № 2264500


США. ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 1 августа 2017 > № 2261460

Министерство экономики ОАЭ заявило, что бойкотирующие Катар страны не нарушают правил Всемирной торговой организации (ВТО), сообщает во вторник эмиратское информационное агентство WAM.

По заявлению министерства, к подобным мерам могут прибегнуть все страны-члены организации в случае угрозы национальной безопасности.

"ВТО позволяет приостанавливать действие преференций в отношении страны-члена в определенных случаях, которые подтвердились в отношении Катара",- говорится в заявлении.

Ранее Доха подала жалобу в ВТО в связи с торговой блокадой со стороны ОАЭ, Саудовской Аравии, Египта и Бахрейна, заявив, что они нарушают правила торговли товарами и услугами, а также право на интеллектуальную собственность.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей.

Ультиматум содержал 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира". Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

США. ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 1 августа 2017 > № 2261460


Катар. Саудовская Аравия. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 июля 2017 > № 2259612

Четыре арабские страны, объявившие бойкот Катару, признают только Кувейт в качестве посредника в урегулировании этого конфликта, заявил в воскресенье в Манаме глава МИД Бахрейна Халед бен Ахмед Аль Халифа.

"Помимо роли эмира Кувейта Сабах Аль Ахмеда Аль Джабера Ас-Сабаха, нет больше никаких ролей, он с самого начала выступает в этом качестве, все его поддерживают, и мы надеемся, что его миссия увенчается успехом", — сказал бахрейнский министр на пресс-конференции.

В воскресенье в столице Бахрейна Манаме прошли переговоры глав МИД Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна и Египта, объявивших Катару бойкот. По итогам встречи арабская четверка заявила, что сохраняет в силе все требования, выдвинутые катарским властям. Кроме того, министры выразили готовность к диалогу с Катаром, если катарские власти на деле подтвердят прекращение поддержки терроризма.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение 13 требований соседей. Катар эти обвинения отверг, но заявил о своей готовности к диалогу.

Помимо эмира Кувейта, ряд стран, в том числе неарабских, предлагали свою помощь в урегулировании конфликта. Так, президент Турции Тайип Эрдоган совершил турне по странам Персидского залива с целью поиска путей для урегулирования катарского кризиса. Ранее госсекретарь США Рекс Тиллерсон совершил несколько челночных поездок по странам региона, пытаясь достичь примирения сторон.

Надим Зуауи.

Катар. Саудовская Аравия. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 30 июля 2017 > № 2259612


Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июля 2017 > № 2257283

Религиозные круги Саудовской Аравии продвигают проект «экспорта» идей ваххабизма

Кадыр Маликов, Akipress.org, Киргизия

По сути агрессивные действия Королевства Саудовская Аравия (КСА) и ее союзников в отношении суверенитета Катара ведут к кризису не только внутри Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), но и косвенно влияют на весь остальной арабо-мусульманский мир.

Жесткое давление на Катар со стороны Саудовской Аравии и ее союзников имеет цель устранить альтернативу многополярного расклада сил в регионе. Кризис продолжится, пока Катар не заставят отказаться от поддержки «Братьев-мусульман», канала «Аль-Джазира», и пока эта страна не согласится идти в фарватере политики КСА, ОАЭ и Египта. Выход же Катара из членства ССАГПЗ сильно может повлиять на всю систему безопасности и сотрудничества в регионе Персидского залива.

Примечательно и то, что скандал произошел сразу после саммита, на котором Вашингтон еще раз озвучил двух главных врагов в регионе: 1) Иран и его союзники и 2) движение «Ихван аль-Муслимун» («Братья-мусульмане» — террористическая, запрещенная в России организация — прим. ред.).

Однако на этом фоне возникают вопросы, кто стоит за этой блокадой? Саудовская Аравия как стратегический «партнер», ввиду географического расположения, наличия запасов нефти и статуса хранителя исламских святынь (Мекка и Медина), всегда являлась объектом традиционного политического влияния сначала Великобритании и затем США.

Визит Дональда Трампа в Королевство в начале лета 2017 ясно показал, что США будут продолжать проводить политику, направленную на разжигание противоречий и противостояния внутри исламского мира с целью обеспечения интересов Израиля и США, а также сохранения и консервации правящих королевских династий в странах Персидского залива.

Ясно, и то, что президент Трамп оценивает политическую и религиозную значимость Саудовской Аравии, также как бизнесмен. Ведь за гарантию безопасности режимов аравийских монархий нужно платить.

Формирование американского порядка в мусульманских странах направлено также на разжигание и еще большее усугубление конфликтов руками некоторых стран и деструктивных групп. Ведь многомиллиардный заказ КСА на американское оружие, предназначен не просто для хранения. Против кого будет это оружие направлено?

Проамериканская явная ориентация саудовской династии в религиозном плане предоставляет повод подвергать сомнению статус королевской династии Саудовской Аравии как хранителя святынь ислама и религиозного лидера всего мусульманского суннитского мира. Начавшаяся блокада и изоляция в месяц Рамазан в отношении Катара, когда народ целой страны страдает — это не гуманно и нарушает принципы ислама и суверенитета Катара.

В данном случае необходимо искать пути урегулирования кризиса политическим путем за столом переговоров, а не ультиматумов. И чтобы сохранить свой религиозный авторитет среди мусульман всего мира как лидера, необходимо использовать ресурс ислама и свой географический статус «родины ислама» в делах объединения мусульман и защиты дела народа Палестины, символов и интересов ислама от внешнего вмешательства, а не достижения краткосрочных политических задач.

К сожалению, можно сказать, что религиозные круги королевства в большей степени продвигают проект «экспорта» идей ваххабизма в разных странах. И в свете последних политических событий в регионе ваххабизм выступает одним из главных инструментов «консервации» обществ и продвижению саудовских политических интересов.

Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 июля 2017 > № 2257283


Катар. Египет. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256080

Посол Катара в России Фахад Мухаммед аль-Аттыйя не исключил возможность войны с арабскими странами, объявившими Катару бойкот.

"Не думаю, но вообще все может быть", — сказал он, отвечая на вопрос о вероятности войны между Катаром и арабскими странами, объявившими Катару бойкот.

"Эти страны приняли действия против нас, которые не имеют никакого основания, такие неразумные шаги. Это угрожает миру во всем мире. Это может создать хаос, если международные державы и гаранты мира не вмешаются и не помогут решить вопрос", — добавил дипломат в эфире радиостанции "Эхо Москвы".

Катар. Египет. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256080


США. Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256071

США будут приветствовать роль России в урегулировании конфликта вокруг Катара, заявила на брифинге официальный представитель госдепа Хезер Науэрт.

"Если Россия сможет сыграть роль и помочь привести стороны за стол переговоров, то мы будем это приветствовать, но мы можем быть скептичны, смогут ли они это сделать, но мы определённо будем это приветствовать", — сказала она.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей.

Ультиматум содержал 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира". Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

США. Россия. Катар > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 25 июля 2017 > № 2256071


Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2255023

Президент Турции Тайип Эрдоган заявил, что его визит в Саудовскую Аравию, Кувейт и Катар стал важным шагом к урегулированию катарского кризиса.

Эрдоган воскресенье и понедельник совершил турне по Саудовской Аравии, Катару и Кувейту с целью поиска путей для урегулирования катарского кризиса.

"Я думаю, что наш визит и контакты были важным шагом на пути к восстановлению стабильности и взаимного доверия. Конечно, легче что-то разрушить, чем восстановить то, что было разрушено. В отношениях между государствами это занимает много времени и вызывает много хлопот", — сказал Эрдоган на пресс-конференции в Анкаре по возвращении из Катара.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела. К решению позднее присоединился ряд других государств. Кувейт выступил посредником в разрешении конфликта. Позже арабские страны предъявили ультиматум Катару, призвав его в 10-дневный срок согласиться на выполнение требований соседей.

Ультиматум содержал 13 требований, среди которых понижение уровня дипломатических и военных отношений с Ираном, закрытие турецкой военной базы в стране, прекращение финансирования террористических организаций, отказ от вмешательства во внутренние дела арабских стран, поддержки оппозиционных деятелей, а также закрытие всей спутниковой телевизионной сети "Аль-Джазира". Катар отверг обвинения арабских соседей и заявил, что выдвинутые требования нереалистичны и не могут быть выполнены, а также нарушают его суверенитет.

Турция. Саудовская Аравия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2255023


Россия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2254905

Россия будет готова оказать посреднические усилия в урегулировании кризиса вокруг Катара, если такие обращения поступят, заявил глава МИД РФ Сергей Лавров.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела.

"Мы поддерживаем посреднические усилия, которые предпринимает эмир Кувейта Сабах аль-Ахмед аль-Джабер Ас-Сабах. Если в рамках этих усилий или в дополнение к ним все стороны сочтут, что Россия может также сделать что-то полезное, мы будем готовы откликнуться на такие обращения", — сказал он в интервью курдскому телеканалу "Рудав".

По словам Лаврова, Москва находится в контакте практически со всеми участниками этого конфликта. "Мы заинтересованы в том, чтобы этот кризис был преодолен на основе учета взаимных озабоченностей, поиска таких решений, которые будут приемлемы для всех участников этого процесса", — отметил глава МИД РФ.

Он указал, что Москва видит усилия, которые предпринимают другие страны, заинтересованные в нормализации ситуации в районе Персидского залива, в частности, США. "Как я понимаю, Франция и Великобритания тоже были бы готовы помочь. Мы будем поддерживать все, что ведет к недопущению ситуации, когда этот важнейший регион мира будет превращен в зону хронического кризиса", — сказал Лавров.

Россия. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 24 июля 2017 > № 2254905


Россия. Катар. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253384

Желание Катара помочь в урегулировании ситуации в Сирии надо приветствовать, но сделать Доху новой платформой для переговоров будет трудно в связи со сложной политической ситуацией, считает зампред комитета ГД по международным делам Алексей Чепа.

Ранее катарский посол в России Фахад Мухаммед аль-Аттыйя рассказал в интервью РИА Новости, что Катар предлагает Доху как платформу для переговоров всех сторон сирийского конфликта и сам готов принять участие в любых возможных переговорных форматах.

"Мы сегодня используем активно две площадки для мирного урегулирования: это площадка женевских переговоров и площадка в Астане. Я думаю, что дополнительной площадкой в сегодняшней сложной политической ситуацией Катара будет трудно воспользоваться, для урегулирования нам бы правильнее в полной мере загрузить две имеющихся площадки", — заявил Чепа РИА Новости.

При этом депутат отметил, что намерение Катара принимать участие в решении конфликта в Сирии надо одобрять и приветствовать.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет в начале июня разорвали дипломатические отношения с Дохой и прекратили с Катаром всякое сообщение, обвинив его в поддержке терроризма и вмешательстве в их внутренние дела.

Россия. Катар. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253384


Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253383

Агентство гражданской авиации Саудовской Аравии заявило, что паломники из Катара смогут приехать в королевство на хадж через два аэропорта, сообщает эмиратское информагентство WAM.

Согласно заявлению, паломники смогут прибывать в аэропорт короля Абдельазиза в Джидде или аэропорт принца Мохаммеда бен Абдельазиза в Медине. При этом граждане и резиденты Катара смогут пользоваться любыми авиалиниями, кроме Qatar Airways, и следовать транзитом, поскольку прямое сообщение между странами было приостановлено ранее.

Также отмечается, что те, у кого есть официальное разрешение на посещение Саудовской Аравии от властей королевства, смогут прибывать в страну напрямую из Катара при условии, что выбор авиакомпании будет одобрен агентством гражданской авиации.

Саудовская Аравия. Катар > Внешэкономсвязи, политика. Транспорт > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253383


Россия. Катар. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253371

Желание Катара участвовать в сирийском урегулировании скорее всего искреннее, следует его поддержать, считает первый замглавы международного комитета Совфеда Владимир Джабаров.

Посол Катара в РФ сообщил РИА Новости, что страна предлагает организовать в Дохе переговорную площадку по урегулированию ситуации в Сирии.

"Это неожиданное предложение, но оно вписывается вполне (в ситуацию сирийского урегулирования)", — сказал Джабаров РИА Новости в воскресенье.

Он подчеркнул, что Катар находится во внутриарабской изоляции из-за конфликта с Саудовской Аравией. "Ему хочется восстановить свои позиции и в мире, и в арабском мире, отсюда такое предложение", — отметил парламентарий.

Он напомнил, что Катар остается одним из самых крупных союзников США на Ближнем Востоке, на территории страны размещена крупная американская военная база. Кроме того, страна восстановила и практически нормализовала отношения с Россией. "Были крупные инвестиционные сделки с акциями Роснефти", — пояснил Джабаров.

"Поэтому я думаю, что это их искреннее желание (участвовать в сирийском урегулировании) и если это действительно может помочь сторонам конфликта в Сирии, предложение Катара надо поддержать", — считает политик.

Он считает позитивным моментом, если Катар готов участвовать в вопросах снижения напряженности сирийского конфликта.

"Посмотрим, как поведет себя Саудовская Аравия, которая говорит о необходимости борьбы с терроризмом. Готова ли она принять предложение со стороны Катара", — сказал замглавы комитета СФ.

По его словам, несмотря на непростую ситуацию вокруг Катара, многие страны-соседи и европейские государства зависят от катарского газа. Поэтому в целом никто не заинтересован в дальнейшем обострении отношений с Дохой.

Россия. Катар. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 23 июля 2017 > № 2253371


США. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 июля 2017 > № 2254408

Первая международный визит Трампа и кризис в Катаре

Дэниел Ларисон (Daniel Larison), The American Conservative, США

С самого начала было похоже на то, что первая поездка Трампа в Эр-Рияд послужила катализатором кризиса в Катаре, а теперь мы получили некоторые подтверждения этому от одного из членов возглавляемого Саудовской Аравией блока.

Министр иностранных дел ОАЭ Анвар Гаргаш (Anwar Gargash) подтвердил на этой неделе, что «весьма, весьма успешная» поездка Трампа в мае в страны Персидского залива помогла ускорить принятие решения его страной — вместе с Саудовской Аравией, Египтом и Бахрейном — о начале политического и экономического давления на Катар.

Это допущение укрепляет предположение, что начало первого зарубежного турне Трампа имело значительные негативные последствия. Оно доказывает, что его чистосердечная доброжелательность по отношению к аравийцам и их союзникам послужила для них стимулом предпринять неосторожные действия, противоречащие интересам США. Точно так же самонадеянное мнение Трампа, что он якобы объединил правительства регионов в общем деле, стало одной из причин сведения счетов между клиентами США, что в результате превратило видимость единства и претензии Трампа на роль лидера в полную насмешку.

Трамп доверчиво принял просьбы клиентов о борьбе с терроризмом в Эр-Рияде. Они развернулись и цинично осуществили вендетту против одного из своих соседей, сделав вид, что это эпизод борьбы с терроризмом, и Трамп снова принял их заявления за чистую монету. Саудовский этап считался одной из наиболее успешных частей первой зарубежной поездки Трампа в качестве президента, а два месяца спустя мы понимаем, что на самом деле это был дестабилизирующий и неловкий эпизод, до сих пор вызывающий головную боль у США и региональных правительств.

США. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 июля 2017 > № 2254408


Китай. Катар > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 21 июля 2017 > № 2252267

Министр иностранных дел КНР Ван И сегодня встретился с прибывшим в Китай с рабочим визитом министром иностранных дел Катара Мухаммедом бен Абделем Рахманом Аль Тани. Ван И заслушал мнение катарского коллеги по текущему кризису в Персидском заливе и обозначил позицию Китая по соответствующим вопросам.

Ван И отметил, что поддержание стабильности и согласия в районе Персидского залива отвечает основополагающим интересам стран района и общим ожиданиям международного сообщества. Он выразил уверенность, что страны Персидского залива имеют возможности для эффективного контроля текущей ситуации и разрешения разногласий в рамках Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива. В настоящее время стороны должны сохранять сдержанность, избегать эскалации и расширения неблагоприятной обстановки, как можно скорее начать прямые переговоры, подавая позитивный сигнал внешнему миру о том, что они намерены отстаивать политические и дипломатические средства разрешения кризиса.

Ван И также подчеркнул, что борьба против терроризма в любых формах -- широкий консенсус международного сообщества. Странам Персидского залива следует на основе совместной антитеррористической борьбы в полной мере выполнять свои международные обязательства и посредством откровенного и искреннего диалога постепенно искать возможности разрешения существующих проблем. Китай ценит и поддерживает посреднические усилия Кувейта и призывает международное сообщество сформировать необходимые усилия для разрешения этого кризиса на региональном уровне.

В свою очередь, М. бен Абдель Рахман Аль Тани отметил, что Катар высоко оценивает и полностью одобряет позицию КНР. Он выразил надежду, что кризис будет разрешен посредством переговоров и диалога. Катар намерен, исходя из предпосылки уважения суверенитета, невмешательства во внутренние дела и уважения международного права, вести конструктивный диалог с соответствующими сторонами, постепенно формировать взаимодоверие и тем самым в целом разрешить текущий кризис. Катар выступает против терроризма и экстремизма в любых формах и принял необходимые меры в данном направлении. Китай -- крупная страна с большим влиянием. Катар высоко оценивает объективную и справедливую позицию КНР по кризису в районе Персидского залива, надеется на то, что Китай будет продолжать играть позитивную роль в этом направлении.

Стороны также обменялись мнениями по вопросам двусторонних отношений и достигли взаимопонимания об усилении практического сотрудничества по различным направлениям в рамках совместного формирования "Пояса и пути".

Китай. Катар > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 21 июля 2017 > № 2252267


ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > dxb.ru, 21 июля 2017 > № 2250546

В четверг утром в интервью для BBC Омар Саиф Гобаш, посол ОАЭ в России, заявил, что у Эмиратов есть доказательства поддержки Дохой террористов и обеспечении убежища для экстремистов.

“Многие правительства на Западе действительно имеют представление о том, что делают катарцы”, — сказал Омар Саиф Гобаш.

Он имел в виду поддержку Катаром террористических группировок, пропаганду экстремистских идей на Ближнем Востоке и вмешательство во внутренние дела соседей.

Посол подтвердил, что правительство ОАЭ располагает голосовыми и видео-записями, которые доказывают, что Катар контактирует с террористическими группировками на Ближнем Востоке. Он упомянул инцидент, когда официальные лица Катара передали Аль-Каиде в Йемене точное местоположение военных сил ОАЭ, которые планировали атаковать членов группировки.

“Затем у нас на пороге оказались четыре террориста-смертника, и мы получили потери”, — сказал посол.

Он рассказал о видеоматериалах, подтверждающих участие высокопоставленных людей в выдаче указаний о проведении определенных действий в Ливии, Йемене и Сирии.

“Всем известно, что последние несколько лет у Катара были тесные отношения с ан-Нусрой, которая связана с Аль-Каидой”, — заявил посол.

Он сказал, что четыре арабские страны, разорвавшие отношения с Катаром — Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет — настаивают на том, чтобы Катар прекратил поддерживать террористические и экстремистские группировки, а также вмешиваться в дела других стран. Омар Саиф Гобаш заявил, что международное сообщество понимает эти требования, и четыре страны ожидают их соблюдения. Он также сказал, что вышеназванные государства предпочитают сохранять список, содержащий 13 требований, в конфиденциальности, чтобы не компрометировать катарскую сторону.

ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > dxb.ru, 21 июля 2017 > № 2250546


Катар. ОАЭ. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248923

Блокада Катара терпит неудачу

Ишан Тарур (Ishaan Tharoor)? The Washington Post, США

Трудно представить себе, чтобы лидеры Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратов думали, что все так произойдет. В начале июня чиновники их правительств, а также их младшие партнеры Египет и Бахрейн, ввели штрафные санкции в отношении Катара и назвали их проблемным, но необходимым шагом, направленным на то, чтобы усмирить надоедливый Катар. Словно Катар, обвиняемый соседями в разжигании экстремизма, — это непослушный ребенок, которого нужно дисциплинировать.

Но во взрослом мире геополитики мера Саудовской Аравии и ОАЭ против Дохи, похоже, не помогла им достичь цели. Катар не оказался в изоляции, вместо этого он укрепил связи с региональными державами — Турцией и Ираном. Оман и Кувейт, другие два государства в Совете сотрудничества стран Персидского залива, не присоединились. Продовольственные и другие товары по-прежнему поступают в доки и аэропорты Катара. И, несмотря на неясные сообщения Белого дома, американские дипломаты, похоже, стремятся к примирению и компромиссу с Катаром, и не собираются принуждать Доху выполнять требования Саудовской Аравии и Эмиратов.

«Как и в случае катастрофической войны в Йемене, Саудовская Аравия и ОАЭ радикально переоценили перспективы своего успеха и не смогли составить надежный план Б на случай, если дело пойдет не по плану, — пишет Марк Линч (Marc Lynch), специалист по Ближнему Востоку в Университете Джорджа Вашингтона. — Квартет, выступающий против Катара, похоже, переоценил страх Катара перед изоляцией Совета и их собственной способностью причинить вред своему соседу».

Новый отчет The Washington Post на этой неделе усугубил неловкость, с которой столкнулись инициаторы блокады. По словам анонимных чиновников разведки США, именно ОАЭ стояли за недавним спорным взломом правительственных новостных СМИ Катара и сайтов социальных сетей, что помогло спровоцировать кризис. Взломщики приписывали ложные высказывания эмиру Катара шейху Тамиму бин Хамаду аль-Тани, в которых он приветствовал Иран как «исламскую власть» и восхвалял палестинскую исламистскую группировку Хамас.

Несмотря на громкие опровержения Дохи, скандал привел к тому, что Саудовская Аравия, ОАЭ, Бахрейн и Египет запретили катарские СМИ, а затем разорвали отношения с Дохой и начали торговый и дипломатический бойкот. Чиновники США «на прошлой неделе узнали, что недавно проанализированная информация, собранная спецслужбами США, подтвердила, что 23 мая старшие члены правительства ОАЭ обсуждали план и его реализацию», — сообщают мои коллеги Карен Деюнг (Karen DeYoung) и Эллен Накасима (Ellen Nakashima). «Должностные лица заявили, что пока неясно, осуществляли ли ОАЭ атаки самостоятельно или заключали контракты на их выполнение».

Посол ОАЭ в Вашингтоне Юсеф аль-Отайба (Yousef al-Otaiba) опроверг эти заявления. «ОАЭ не имеют никакого отношения к предполагаемой хакерской атаке, описанной в статье, — сказал он, прежде чем повторить жалобы своей страны в отношении внешней политики Катара. — Правда сказана о поведении Катара. Финансирование, поддержка и пособничество экстремистам — от Талибана (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. ред.) до Хамаса. Подстрекательство к насилию, поощрение радикализации и подрыв стабильности соседей».

Существует множество прецедентов для слухов и мрачных инсинуаций, которые подпитывают напряженность в этой части мира. Разрыв в отношениях в 2014 году привел к волне ложных сообщений о том, что гражданам Саудовской Аравии и Эмиратов было запрещено посещение Harrods, лондонского универмага, принадлежащего фонду национального благосостояния Катара.

Аналитики объясняют, что нынешний тупик — это продолжение длительных разногласий и напряженности с Катаром, который раздражал более крупных соседей тем, что использовал свои богатства, чтобы оказывать гораздо большее влияние на мировой арене. Речь идет о спорах из-за поддержки разных сторон в конфликтах от Сирии до Ливии, а также о провокационной работе канала «Аль-Джазира», финансируемой Катаром сети, которую Эр-Рияд и Абу-Даби хотят закрыть.

Катар также выбрал другой дипломатический путь, который отличается от плана соседей. В стране размещены офисы таких группировок, как Талибан и Хамас, для посредничества в региональных конфликтах. «На фоне урчащих лимузинов и лодок, пришвартованных в бухте, Доха стала домом для экзотического множества бойцов, финансистов и идеологов, нейтральным городом вроде Вены во времена холодной войны или персидской версией вымышленного пиратского бара в фильме „Звездные войны"», — пишет Деклан Уолш (Declan Walsh) из The New York Times.

«Страна всегда была местом, где оседали бездомные, бродяги и нежелательные люди, — сказал The Times Дэвид Робертс (David B. Roberts), автор книги „Катар: обеспечение глобальных амбиций города-государства" (Qatar: Securing the Global Ambitions of a City-State). — На полуострове не было всеобъемлющей власти, поэтому если бы вас разыскивал шейх, вы могли бы сбежать в Катар, и вас никто не потревожил бы».

Таким образом, кризис среди богатых стран Персидского залива продолжается. На прошлой неделе госсекретарь США Рекс Тиллерсон провел спорный раунд дипломатических переговоров в Кувейте, Катаре и Саудовской Аравии в попытке разрядить ситуацию. Все страны-участницы конфликта — союзники США. В Катаре находится самая большая военная база Соединенных Штатов на Ближнем Востоке, и Тиллерсон предпочел бы, чтобы все успокоились и вернулись к другим вопросам, в частности к борьбе с «Исламским государством» (запрещенная в РФ террористическая организация — прим. ред.). Но его усилия пока не принесли особых плодов.

Тиллерсон провел публичный гамбит в Дохе, подписав меморандум о взаимопонимании, в котором Катар пообещал сделать все возможное, чтобы заблокировать финансирование экстремистских групп на Ближнем Востоке и в других местах. Это быстро превратилось в фарс. «Катарцы хвастались, что они первыми в регионе подписали такой пакт и призвали арабов, настроенных против них, сделать то же самое, — пишет моя коллега Кэрол Морелло (Carol Morello). — Четыре страны, поддерживающие блокаду, заявили о том, что именно они заставили Катар подписать пакт и одновременно отвергли его как „недостаточную" меру, чтобы положить конец их эмбарго».

В понедельник, когда ОАЭ опровергали обвинения в хакерских атаках, посольство Саудовской Аравии в Вашингтоне процитировало в Twitter интервью с президентом Трампом, где он нападал на Катар. Это было еще одно доказательство диссонанса между Белым домом и Государственным департаментом в вопросе кризиса — и еще одно напоминание о том, что в ближайшее время спор в Персидском заливе не прекратится.

Катар. ОАЭ. Саудовская Аравия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 19 июля 2017 > № 2248923


США. ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 июля 2017 > № 2247382

По данным американских спецслужб, взлом катарских государственных сайтов и региональный кризис организовали ОАЭ

Эллен Накасима (Ellen Nakashima), Карен Деюнг (Karen DeYoung), The Washington Post, США

Объединенные Арабские Эмираты организовали хакерский взлом сайтов катарского государственного информагентства и социальных сетей, разместив там фальшивые и провокационные заявления, якобы сделанные эмиром Катара шейхом Тамимом бен Хамадом аль-Тани (Tamim Bin Hamad al-Thani), о чем сообщили представители американских спецслужб. Этот осуществленный в конце мая взлом вызвал кризис в отношениях Катара и его соседей, который продолжается до сих пор.

На прошлой неделе стало известно, что американские разведывательные ведомства проанализировали новую собранную ими информацию, которая подтверждает, что члены правительства ОАЭ 23 мая обсуждали данный план и детали его реализации. Американские представители отметили, что пока неясно, занимались ли взломом специалисты ОАЭ, или правительство наняло хакеров из другой страны. В ложных сообщениях, среди прочего, говорилось о том, что эмир называл Иран «исламской державой» и хвалил ХАМАС.

Хакерские атаки и размещение фальшивой информации имели место 24 мая, вскоре после того, как президент Трамп провел продолжительную встречу по вопросам контртерроризма с лидерами стран Персидского залива в соседней Саудовской Аравии и заявил, что эти страны едины.

Сославшись на прозвучавшие в эфире комментарии, приписанные эмиру, саудовцы, ОАЭ, Бахрейн и Египет немедленно запретили все катарские СМИ. Затем они разорвали отношения с Катаром и объявили этой стране торговый и дипломатический бойкот, из-за чего в регионе произошло резкое обострение политической обстановки, и начался дипломатический кризис. Госсекретарь США Рекс Тиллерсон предупредил, что региональный раскол может ослабить контртеррористические усилия США в борьбе с «Исламским государством» (организация, запрещенная в России — прим. ред.).

Посол Объединенных Арабских Эмиратов в США Юсеф аль-Отайба (Yousef al-Otaiba) назвал ложной информацию из статьи в Washington Post.

«ОАЭ не имеют ни малейшего отношения к описанной в этой статье кибератаке, — говорится в заявлении посла. — Но поведение Катара — это правда. Он финансирует, поддерживает и потакает экстремистам, начиная с талибов и ХАМАС, и кончая Каддафи. Он разжигает насилие, поощряет радикализацию и подрывает стабильность своих соседей».

Эти разоблачения появились после того, как журналисты в последние несколько месяцев ознакомились с содержанием почтовых сообщений, якобы украденных хакерами с личного аккаунта Отайбы. Ответственность за этот хакерский взлом взяла на себя поддерживающая Катар организация под названием GlobalLeaks. Во многих украденных почтовых сообщениях говорится о том, что ОАЭ долгие годы стремятся заручиться поддержкой вашингтонских аналитиков и политических деятелей в вопросах, оказавшихся в центре его спора с Катаром.

Все страны Персидского залива входят в коалицию во главе с США по борьбе против «Исламского государства» (запрещенная в России организация — прим. пер.). На катарской авиабазе Аль-Удейд размещено более 10 тысяч американских военнослужащих, а также региональный штаб американского Центрального командования. А в Бахрейне базируется Пятый флот ВМС США. Все эти страны закупают американскую военную технику и во многом связаны с американскими внешнеполитическими приоритетами.

Этот конфликт также обнажил острые разногласия между Трампом, который в своих твитах и заявлениях явно встал на сторону Саудовской Аравии и ОАЭ, и Тиллерсоном, который призывает к компромиссам и большую часть прошлой недели посвятил челночной дипломатии, летая между столицами заливных государств, но не добившись пока никакого успеха.

«Мы не рассчитываем на скорейшее урегулирование», — сказал в субботу помощник Тиллерсона Р. Хаммонд (R.C. Hammond). По его словам, госсекретарь предложил «саудовскому блоку» и Катару ряд идей по разблокированию ситуации, включая «общий набор принципов, на которые могли бы согласиться все страны, чтобы создать общие стартовые позиции».

Катар неоднократно утверждал, что его сайты подверглись хакерской атаке, но результаты своего расследования пока не опубликовал. Представители спецслужб заявляют, что у них есть рабочая теория по поводу хакерских взломов катарских сайтов. Она состоит в том, что Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет или некое сочетание этих страны были причастны к осуществленным взломам. Но пока непонятно, участвовали ли в этом плане и другие государства.

Представители американских спецслужб и прочие официальные лица поделились информацией на условии сохранения анонимности, поскольку речь идет о весьма деликатных вопросах.

Аппарат директора национальной разведки и ЦРУ от комментариев отказались. Не стало комментировать происходящее и ФБР, которое, по словам Катара, помогало в проведении расследования.

Представитель катарского посольства в Вашингтоне привлек внимание к заявлению генерального прокурора своей страны Али бен Фетаиса аль-Марри (Ali Bin Fetais al-Marri). Он в конце прошлого месяца сказал, что «у Катара есть доказательства того, что при осуществлении атаки против него использовались смартфоны, проданные в странах, которые подвергли Катар осаде».

Хаммонд заявил, что ему ничего не известно о проанализированных американской разведкой материалах по ОАЭ и о том, знал ли о них Тиллерсон.

Из-за инцидента с хакерской атакой вспыхнула острая ссора между монархиями Персидского залива, которая назревала годами. Последняя вспышка напряженности произошла в 2013 году, когда Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн обвинили Катар в предоставлении убежища политическим диссидентам и в поддержке всеарабской организации «Братья-мусульмане», а также в финансировании террористических группировок, таких как ХАМАС и «Хезболла», и в использовании государственных СМИ для дестабилизации обстановки в соседних странах.

Богатый энергоресурсами Катар, где правит никем не избранная монархия, увидел в этих инспирированных саудовцами обвинениях попытку соседних самовластных правителей удушить в колыбели его либеральные тенденции. Соединенные Штаты же предупредили Катар о необходимости закрутить гайки своим богачам, которые исподтишка финансируют исламистские террористические организации. Вашингтон в прошлом также предупреждал об этом саудовцев и прочие страны Персидского залива. Катар вместе с остальными подписал в 2014 году соответствующее соглашение, в котором пообещал принять меры, но на деле почти ничего не предпринял.

Во время двухдневного визита в Эр-Рияд Трамп встретился с членами Совета сотрудничества стран Персидского залива в составе Саудовской Аравии, ОАЭ, Кувейта, Бахрейна, Омана и Катара, а также провел индивидуальные беседы за закрытыми дверями с рядом лидеров этого совета, в том числе, с катарским эмиром. Перед отъездом 22 мая Трамп выступил с речью, в которой говорил о религиозной терпимости и единстве в борьбе с терроризомом. Его слушали 50 с лишним мусульманских лидеров, собравшихся по этому случаю со всего мира.

Но наибольшее внимание он уделил саудовскому королю Салману, назвав его мудрым руководителем и человеком, который контролирует огромные нефтяные запасы своей страны. Саудовцы решили приобрести американское оружие на 100 миллиардов долларов, что администрация назвала наивысшим успехом визита Трампа, а также подписали письма о намерении инвестировать сотни миллиардов долларов в сделки с американскими компаниями.

Давая в среду интервью Christian Broadcasting Network, Трамп рассказал, как заранее сообщил саудовцам, что контракты и соглашение это обязательное условие его приезда. «Я сказал: вы должны это сделать, а иначе я не приеду», — заявил президент.

Первые приписанные эмиру заявления появились на вебсайте Qatar News Agency рано утром 24 мая в сообщении о его присутствии на военной церемонии, когда Трамп находился в Израиле, завершая свое девятидневное зарубежное турне. По сообщению катарского правительства, уже через 45 минут оно разослало срочные уведомления о том, что информация фальшивая.

Но в то же утро этот же самый информационный вброс появился в бегущей строке видеозаписи участия эмира в военной церемонии, которая была размещена на канале YouTube катарского информационного агентства. Аналогичный материал появился на государственных информационных лентах в Твиттере.

Саудовские государственные СМИ неоднократно передали эти сообщения в эфир, делая это даже после того, как катарцы предупредили, что материал фальшивый. ОАЭ прекратило передачи всех катарских СМИ в пределах своих границ, в том числе, финансируемой Катаром спутниковой сети Al Jazeera, которая пользуется наибольшей популярностью в арабском мире.

В первую неделю июня арабские страны во главе с Саудовской Аравией разорвали отношения с Катаром, приказали всем живущим на их территории катарцам покинуть свою страну, и закрыли границы для наземного, воздушного и морского сообщения с Катаром. Эта страна находится на полуострове в Персидском заливе, и ее единственная сухопутная граница проходит с Саудовской Аравией.

Обвинив Катар в поддержке терроризма и в провоцировании нестабильности в регионе, эти страны заявили о его чрезмерной близости с Ираном, который является главным соперником Эр-Рияда в борьбе за региональную власть, а также основным пособником глобального терроризма, о чем заявляют Соединенные Штаты. Иран активно торгует с большинством стран Персидского залива, в том числе, с ОАЭ, и кроме того, у него общее с Катаром газовое месторождение, являющееся крупнейшим в мире.

На следующий день после объявления бойкота Трамп косвенным образом поставил это себе в заслугу. «Это замечательно — наблюдать за тем, что визит в Саудовскую Аравию к королю и встреча с представителями 50 стран уже приносит свои плоды, — написал он в Твиттере. — Они заявили, что будут жестко противодействовать финансированию экстремизма, и все при этом указывали на Катар».

В то же время, Тиллерсон и министр обороны Джим Мэттис призвали провести переговоры и оперативно разрешить возникший спор. Когда группа стран во главе с Саудовской Аравией опубликовала перечень «не подлежащих обсуждению» требований к Катару, включая закрытие Al Jazeera и выдворение из страны целого ряда людей, которые считаются террористами, Госдепартамент назвал их необоснованными, заявив, что вопрос о финансировании терроризма это дымовая завеса, за которой скрываются давние региональные противоречия и недовольства, которые надо разрешать через посредников и путем переговоров.

Катар эти требования отверг. Тиллерсон как будто согласился с тем, что они драконовские. Но когда он призвал облегчить бойкот, сказав, что это вызывает гуманитарные трудности и проблемы безопасности, Трамп заявил, что это мера жесткая, но необходимая.

Одним из конкретных результатов поездки Тиллерсона в этот регион на прошлой неделе стало подписанное с Катаром новое двустороннее соглашение о прекращении финансирования терроризма. По словам Хаммонда, Катар стал единственной страной в Персидском заливе, которая откликнулась на данное приглашение.

Беседуя с репортерами на борту самолета, возвращавшегося в пятницу в Вашингтон, Тиллерсон назвал эту поездку полезной, потому что он «услышал и почувствовал, насколько серьезна ситуация, и какие бурные эмоции вызывают данные проблемы». По его словам, он оставил обеим сторонам американские предложения и предположил, что «по некоторым направлениям мы можем продвинуться вперед».

Как заявил Тиллерсон, все причастные к этому страны «реально важны для нас с точки зрения национальной безопасности. Нам нужно, чтобы эта часть мира была стабильна, однако данный конфликт между сторонами явно этому не содействует».

Отвечая на вопрос о твитах и комментариях Трампа, Тиллерсон заметил, что должность госсекретаря очень сильно отличается от должности руководителя Exxon, где он работал ранее. «Все дело в том, что там я был конечной инстанцией при принятии решений», — сказал госсекретарь. Там он знал, чего ждать от давних коллег, а процесс принятия решений в компании был упорядочен и «хорошо структурирован».

«Нельзя сказать, что это характерно для правительства США. И я говорю это не в качестве критики, а просто констатирую факт», — отметил Тиллерсон. По его словам, они с президентом пришли в Белый дом не из мира политики, однако по характеру своей прежней работы он часто контактировал с внешним миром, а поэтому «общаться и сотрудничать с другими мне довольно легко».

Трамп, со своей стороны, во время интервью Christian Broadcasting Network согласился с тем, что у него с Тиллерсоном «есть небольшие разногласия, но только в плане тональности» конфликта в Персидском заливе.

Катар, отметил Трамп, «сейчас оказался в небольшой изоляции, но как мне кажется, скоро он выйдет из нее». Отвечая на вопрос об американской военной базе в Катаре, Трамп сказал, что этот вопрос его не беспокоит.

«Все будет нормально, — сказал он. — Смотрите, если нам придется оттуда уходить, у нас есть 10 стран, готовых построить еще одну базу, поверьте мне. И они еще заплатят за это».

Свой материал для статьи предоставили Карим Фахим (Kareem Fahim) и Кэрол Морелло (Carol Morello).

Карен Деюнг — заместитель редактора и старший корреспондент по вопросам национальной безопасности газеты The Washington Post.

Эллен Накасима — репортер The Washington Post, освещающий вопросы национальной безопасности.

США. ОАЭ. Катар > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 июля 2017 > № 2247382


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter