Всего новостей: 2493314, выбрано 1 за 0.010 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Видмарович Бранимир в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Видмарович Бранимир в отраслях: Внешэкономсвязи, политикавсе
Китай. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 декабря 2017 > № 2435899 Бранимир Видмарович

Как Россия и Китай борются за роль главного неевропейца на Балканах

Бранимир Видмарович

Принципиальное отличие в балканской политике России и Китая – это планы. Пусть Китай делает куда меньше, чем заявляет, но он предлагает Западным Балканам долгосрочное видение будущего, где региону отведена не последняя роль. У России такой стратегии экономического развития российско-балканского партнерства попросту нет

Недавний саммит «16+1» в Будапеште, где Китай обсуждал сотрудничество с лидерами только Восточной Европы, показал, что Евросоюз испытывает все большие опасения из-за китайской активности в регионе. Причем переживают в Брюсселе не только из-за того, что Пекин может вбить клин между Западом и Востоком ЕС, но и из-за напора и успехов китайцев на Западных Балканах.

В Евросоюзе и так не могут решить, как им лучше поступить с этим небогатым, коррумпированным и нестабильным регионом. А Китай со своими альтернативными предложениями сотрудничества может еще сильнее замедлить непростой процесс внедрения на Западных Балканах европейских стандартов прозрачности, плюрализма и подотчетности.

Основания для беспокойства есть и у другой присутствующей в регионе стороны – России. Пока прямого соперничества между Пекином и Москвой на Балканах нет – каждый преследует свои интересы, которые практически не пересекаются. Поэтому проблемы возникают не столько в экономике, сколько в позиционировании: Китай плавно и последовательно вытесняет Россию из ниши главной альтернативы Западу для балканских государств.

Расклад интересов

Интересы России на Западных Балканах не ограничиваются желанием создать там атмосферу доверия на случай реализации своих новых (старых) энергетических проектов. Помимо экономических вопросов, для Москвы важно замедлить, а лучше вообще остановить процесс интеграции балканских государств в НАТО, а также сохранить свою мягкую силу в регионе, состоящую из смеси культуры, истории и претензий к Западу.

Цели Китая более туманны. Ясно, что Западные Балканы должны стать частью китайского проекта «Пояс и путь», одной из его магистралей – между портом Пирей в Греции и Центральной Европой. Развертывание базы в африканском Джибути, приобретение греческого порта Пирей, терминала в Валенсии, инвестиции в Клайпеду и планы покупки бельгийского порта Зебрюгге говорят о том, что Пекин намерен всерьез и надолго укрепиться как в Средиземном, так и на других европейских морях.

Также понятно, что низкая по сравнению с ЕС стоимость рабочей силы и отсталая экономика делают регион привлекательным для инвестиций в промышленность, в том числе и для обеспечения занятости китайских работников. Поэтому можно предположить, что в недорогих странах Западных Балкан Китай может развернуть «перевалочный пункт» – производство отдельных видов товаров для (ре)экспорта на соседние рынки.

Закрепившись в Европе, китайским властям также будет проще отслеживать «иррациональные инвестиции», то есть бегство капитала, и давить по этому вопросу на местные правительства. По мере возрастания влияния Пекина раздражающие разговоры про Тибет, уйгуров и религиозные свободы будут угасать. Но вопрос, есть ли у Китая какие-либо планы в области безопасности и создания военных опорных пунктов, например в Средиземноморье, пока остается в сфере догадок и спекуляций.

Дороги, уголь, электричество

Основное различие в подходах Пекина и Москвы к Западным Балканам заметить нетрудно – Пекин готов давать гораздо больше быстрых и дешевых денег на различные местные нужды при минимальных требованиях. Сербия лучший тому пример. Точно подсчитать совокупные китайские инвестиции в Сербию за последние годы невозможно, но их оценки уже колеблются в недостижимых для России объемах: от 1,8 до 5,5 млрд евро.

Китай готов вкладываться в самые разнообразные проекты на Западных Балканах. В той же Сербии это возобновляемые источники энергии, строительство электростанции, которая работает на переработанном мусоре, строительство завода по утилизации медицинских отходов и дорожно-транспортной инфраструктуры. Несмотря на то что пока единственным инфраструктурным проектом, который можно потрогать, является мост «Михайло Пупин» в Белграде (компания CRBC, 211 млн евро), сербские власти доверили компании CCCC строительство участка автодороги E763 Сурчин – Обреновац протяженностью 17,6 км. CCCC также обещала вложить 200 млн евро в строительство объездной дороги вокруг Белграда.

В сфере энергетики Китай вложил свыше 600 млн евро в реконструкцию ТЭЦ Костолац и увеличение мощностей близлежащего угольного рудника Дрмно. Идут переговоры с компанией HEAG по строительству комплекса ветряных турбин мощностью 500 МВт. Параллельно в Сербии началось строительство завода автомобильных частей «Мэй та» за 60 млн евро. Компания Hebei Iron & Steel за 46 млн евро купила убыточный чугунолитейный завод «Смедерево» и теперь намерена вложить 300 млн евро в его модернизацию. Также достигнута договоренность о покупке литейного завода «РТБ Бор». России, которая в последние годы практически прекратила инвестировать в Балканы, уже не может конкурировать с Китаем ни по масштабам, ни по разнообразию вложений.

Без претензий в будущее

Не менее важное различие состоит в том, что Китай, в отличие от России, пока не связывает экономическое сотрудничество с какими-либо политическими условиями. Китайское руководство не давит на балканские страны, требуя сделать выбор в пользу одного геополитического полюса, и не пытается замедлить интеграцию региона в евроатлантические структуры, как это делает Москва. Наоборот, Пекин ясно дает понять, что поддерживает вступление Западных Балкан в ЕС, а вопрос, входит та или иная страна в НАТО или нет, его вообще не волнует. С точки зрения Китая все это разногласия между Россией и Западом, которые он может обходить стороной.

То есть китайские инвестиции не только щедрее российских, но и точнее соответствуют мечте политического класса балканских стран: «деньги ваши – идеи наши». Принимать и соблюдать чужие условия тут не любят. Можно вспомнить пример Черногории, которая, несмотря на многолетние потоки русских денег, развернулась в своей внешней политике на 180 градусов, как только ей представилась реальная возможность вступить в НАТО.

К тому же российские инвестиции несут с собой не только геополитическое давление со стороны Москвы, но и репутационные риски, связанные негативным имиджем российских компаний в Европе. Например, «Газпромнефть» приобрела сербский нефтегазовый гигант НИС еще 10 лет назад, но до сегодняшнего дня не утихают разговоры о том, что Москва использует эту покупку как геополитическое оружие, устанавливает слишком высокие цены, мешает Сербии диверсифицировать поставки и вообще держит страну в энергетической кабале.

С Китаем таких трудностей пока гораздо меньше. Пекин готов просто дать денег да еще и нахваливать своих партнеров. В этом году Китай буквально подарил Сербии 14 млн евро довеском к пакету других договоренностей. Поэтому неудивительно, что на Балканах в китайцах начинают видеть готового помочь старшего брата, хотя раньше в этом амплуа выступала Россия. Министр иностранных дел Сербии Ивица Дачич, хоть и в шутку, сказал: «Нас и китайцев миллиард и 260 миллионов». Это переделка старой сербской пословицы про то, что сербов и русских 300 миллионов.

В сфере символизма Балканы становятся все более прагматичными. Разговоры о братстве, религии и истории, за которыми не стоит ничего, кроме обид, потихоньку теряют свою силу. Но недоверие к Западу сохраняется, поэтому теперь часть балканских государств рвется уже в китайские объятия. А Пекин с удовольствием пользуется таким поворотом событий. Как отмечает эксперт по китайско-сербским отношениям Драган Павличевич, Сербия на государственном уровне приняла политику отказа от присоединения к любым критикующим Китай инициативам.

Хотя и в исторически сентиментальном плане у сербов и китайцев тоже при желании можно найти общее. В сербских и китайских СМИ теперь мелькают упоминания бомбежки китайского посольства в Белграде как объединяющего трагического эпизода общей истории. К этому следует добавить и то, что Пекин отказывается признавать независимость Косова. Китай такой же постоянный член Совбеза ООН с правом вето, как и Россия, и его непризнание имеет не меньшее значение, чем российское.

Наконец, принципиальное отличие в балканской политике России и Китая – это планы. Пусть Китай делает куда меньше, чем заявляет, но он предлагает Западным Балканам долгосрочное видение будущего, где региону отведена не последняя роль. У России такой стратегии экономического развития российско-балканского партнерства попросту нет.

Балканское счастье

Вместе с тем у сотрудничества Китая с Западными Балканами есть свои трудности. На Балканах очень мало знают о Китае, плохо понимают его политику и интересы. Для балканских стран Китай – явление совсем новое. Китайские эксперты жалуются на недостаток фундаментального понимания проекта «Пояс и путь». Да и вообще, к Китаю и китайским товарам здесь до сих пор сохраняется доля презрения.

Чем больше Китай проникает в экономические и политические сети Балкан, тем больше вопросов и трудностей ему приходится встречать на своем пути. Рано или поздно перед Китаем может встать вопрос об измене одному из «пяти принципов»: вмешиваться ему в крайне нестабильную и конфликтную внутреннюю политику Западных Балкан или нет?

В то время как Россия – при всех проблемах – партнер старый и проверенный. Газ, Путин, вставание с колен, альтернатива Западу – все эти понятия на Западных Балканах давно стали своего рода брендом. Российскую политику могут не любить, но ее мотивы всем понятны. В Москве, в свою очередь, тоже гораздо лучше разбираются во всех конфликтах и хитросплетениях региона и умеют ими пользоваться.

Скрытая конкуренция между Китаем и Россией за место главного неевропейца на Балканах будет нарастать. Темпы этого процесса будут зависеть в том числе и от хода диалога ЕС – Китай. Для России Пекин может создать проблемы в самых неожиданных областях – например, в энергетике. Москва пока не обращает внимание на китайские вложения во возобновляемые источники энергии, а Пекин старается открыто не лезть в нефтегазовую или ядерную отрасль. Однако по мере развития технологий в самом Китае и в зависимости от будущих директив ЕС Китай может вдруг оказаться одной из энергетических альтернатив для российского газа в регионе.

Правда, тут остается большой вопрос, нужно ли Китаю такое счастье, как Западные Балканы, и не выйдет ли это влияние ему боком. Пренебрегая экологическими и правовыми упреками ЕС и бравируя партнерством с Китаем, балканские кандидаты в Евросоюз могут сыграть с Пекином злую шутку – Брюссель еще больше укрепится в своих подозрениях по поводу недобросовестности китайских намерений. Уже говорят о подтасовке тендеров в Македонии, а недавно Еврокомиссия начала расследование коронной китайской инвестиции в регионе – скоростной железной дороги Белград – Будапешт, подозревая, что тендер был написан под Китай.

Балканские государства любят играть в жертв и шантажировать своих более могущественных партнеров. Роль страшилки для Запада традиционно играла Россия. Однако с ростом влияния Китая Пекин может сменить Москву на этой почетной должности.

Китай. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 22 декабря 2017 > № 2435899 Бранимир Видмарович


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter