Всего новостей: 1961235, выбрано 247 за 0.026 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 29 декабря 2016 > № 2028587

Фонд недвижимости «Самрук-Қазына»: перезагрузка

Как решается квартирный вопрос казахстанцев

Стереотипы, возникшие в «золотые» 2000-ые, когда считалось, что крыша над головой — это уже показатель достатка, сегодня действительно уходят в прошлое. Ключи от квартиры, бесспорно, по-прежнему, желанное приобретение, но нет того щемящего осознания недоступности квадратных метров. Появилась масса различных инструментов покупки жилья, государственные программы, которые, нужно признать, постоянно совершенствуются. За 25 лет независимости в Казахстане построено 113,2 млн. кв. метров, собственными квартирами обзавелись более миллиона казахстанцев. Сколько еще готовятся отпраздновать новоселье — об этом в беседе корреспондента центра деловой информации Kapital.kz с Председателем Правления АО «Фонд недвижимости «Самрук-Қазына» Бауржаном Мамыталиевым.

-Бауржан Джаймурзынович, согласитесь ли Вы с тем мнением, что доступное жилье сегодня уже давно не миф, а реальность, как бы пафосно это не звучало?

-Потребность в крыше над головой есть у каждого гражданина. И любое уважающее себя государство старается удовлетворять эти нужды. В Казахстане даже в самые трудные годы реализовывались различные жилищные программы. И сегодня существует порядка десяти механизмов — через Жилстройсбербанк, Казахстанскую ипотечную компанию, акиматы — обзавестись собственным жильем за счет государства. В реализации двух из них — строительстве коммерческого и арендного жилья — участвует и АО «Фонд недвижимости «Самрук-Қазына». Если вспомнить историю создания Фонда, то все начиналось в непростом 2009 году, когда правительству пришлось оперативно решать проблемы дольщиков, и в качестве антикризисного института был создан Фонд недвижимости «Самрук-Қазына». На выделенные 200 млрд. тенге за три года по республике было сдано в эксплуатацию порядка 70 жилых и офисных объектов.

Правительственная антикризисная программа не только решила проблемы дольщиков, но и внедрила качественно новые стандарты жилья, снизила ставки по ипотечным кредитам и стабилизировала цены на недвижимость. Что касается дня сегодняшнего: принимать новые финансовые инструменты, существенно оптимизирующие налоговую позицию, в кризис, который мы наблюдаем сегодня, особенно актуально. С 2012 года Фонд направляет свои возможности и ресурсы на реализацию программы «Доступное жилье-2020», которая позже вошла в Программу развития регионов до 2020 года.

Отмечу, Фонд недвижимости «Самрук-Қазына» строил там, где присутствие государства было необходимо в силу особой значимости проектов, а также когда у частных застройщиков не хватало средств или они попросту боялись рисковать.

-Давайте детальнее пройдемся по условиям Программы развития регионов до 2020 года, в чем ее очевидные преимущества?

— Начнем, пожалуй, с организационных моментов, которые, согласитесь, имеют большое значение для участников Программы. Впервые в стране мы внедрили электронную систему подачи заявок для получения квартир. Инновационный веб-проект позволяет обеспечить справедливость и прозрачность процесса, никаких очередей, блата и прочих пережитков решения квартирного вопроса. Следует также отметить, что в рамках данной Программы арендное жилье предоставляется очередникам, с последующим выкупом или путем прямой продажи. Этот новый для страны инструмент был впервые использован ФНСК в кризисные годы и пришелся кстати для тех, кто хочет платить аренду за свое собственное будущее жилье.

Стоимость арендного платежа за 1 кв. метр по объектам Астаны, Алматы, Актау и Атырау варьируется от 1600−1700 тенге, в других регионах 1300−1400 тенге. Выгода для потенциальных покупателей не только в адекватной цене. Главное то, что дома строятся на деньги, выделяемые Фондом недвижимости «Самрук-Қазына», а это является дополнительной гарантией того, что мы не просто несем ответственность за обязательства перед участниками Программы, мы также стараемся сделать проживание в квартире, купленной посредством участия государства, максимально комфортным. Доходы населения растут, потребности в жилье, соответственно, тоже.

И отрадно, что создаются условия, при которых каждый может выбрать наиболее подходящий для себя вариант справить новоселье. Да, одни вынуждены довольствоваться съемной квартирой, но с нашей помощью это будет дешевле и эффективнее, потому что все проблемы жильцов обсуждаются на регулярных встречах с руководством. Фонд, следуя принципам социальной ответственности, не ограничивается сдачей объектов и заключением договоров, а, будучи собственником помещений, готов решать насущные вопросы своих арендаторов. Одним из примеров такого отношения является то, что Фонд добился снижения с 2017 года налоговой ставки на жилье для арендаторов Программы развития регионов до ставок для физических лиц. С этой инициативой ФНСК выступил еще в 2013 году, когда согласно изменениям в налоговое законодательство на арендаторов с последующим выкупом легло обязательство по уплате налога по ставке юридического лица, а это 1,5% от себестоимости жилья. В 2015 году в Налоговый кодекс были внесены изменения, которые позволили создать специальный Перечень юридических лиц, исчисляющих налоги по ставкам физических лиц. Однако, тогда налог снизили лишь для арендаторов АО «КИК».

Мы посчитали своим долгом добиться для своих арендаторов аналогичных условий, и, благодаря многочисленным переговорам с госорганами, вопрос решился положительно. Другими словами, как собственник квадратных метров, Фонд берет на себя достаточную нагрузку и справляется с ней. Возможно, это в какой-то степени сказалось на популярности Программы развития регионов у населения, в рамках реализации которой Фондом недвижимости, на сегодняшний день заключены договора финансирования 15 объектов в 12 регионах страны.

-Каким был уходящий год для Фонда недвижимости «Самрук-Казына»?

-2016 год можно без преувеличения считать для Фонда недвижимости «Самрук-Қазына» прорывным. Фонд стал одним из операторов реализации программы инфраструктурного развития «Нұрлы жол». Глава Государства отметил необходимость пересмотра подходов к строительству и предоставлению доступного жилья населению. В непростой экономической ситуации назрела необходимость оказать максимальное содействие компаниям, которые возводят жилые дома. Так, ФНБ «Самрук-Қазына» предоставляет заемные средства Фонду недвижимости, и мы, в свою очередь, финансируем строительство на основе государственно-частного партнерства.

Другими словами, цель государственной программы инфраструктурного развития «Нұрлы жол» — укрепить строительный сектор через поддержку частных застройщиков. А те, в свою очередь, должны максимально насытить рынок качественными, приемлемыми по цене и оперативно построенными квадратными метрами жилья. У перспективных строительных компаний появляются возможности не только реализовать жилье и вернуть деньги Фонду на поддержание новых проектов, а также создать новые рабочие места. Всего по программе «Нұрлы жол» Фондом недвижимости уже одобрено 12 проектов в 4 регионах страны — в городах Астана, Алматы, Восточно-Казахстанская, Карагандинская области, на общую сумму 121,7 млрд. тенге, из которых доля Фонда недвижимости составляет 96,5 млрд. тенге с площадью жилья свыше 411 тыс. кв. метров.

-О том, кто может претендовать на успешное участие в Программе «Нұрлы жол», рассказано немало. И все-таки, хочу спросить, есть ли какие-либо конкретные ограничения, не позволяющие приобрести жилье через ФНСК?

-Каких-либо условий или ограничений по приобретению квартир нет. Государство определяет правила лишь для застройщиков, гражданам же квадратные метры реализуются без посредников. На коммерческое жилье может претендовать любой казахстанец. Цены также ниже рыночных: минимальная цена квартир для Алматы, Астаны и их пригородных зон, Атырау и Актау составляет 258 тысяч тенге за 1 кв. метров, максимальная — 288 тысяч, для других регионов — 215 и 240 тысяч тенге соответственно. Активизация рынка недвижимости, стабилизация цен, стимулирование рынка стройматериалов, качественное жилье — все эти направления являются для Фонда недвижимости приоритетными. Как показала практика, весь инструментарий, предложенный Фондом застройщикам, оказался востребованным и своевременным, а условия программы «Нұрлы жол» — справедливыми.

-Что касается качества возводимого в рамках государственных программ жилья, какие здесь успехи?

-Сегодня уже возводятся крупные объекты по так называемой универсальной домостроительной системе. С успехом применяются и различные энергоэффективные, энергосберегающие технологии и материалы, обладающие минимальным весом, сейсмоустойчивостью, ударо- и жаропрочностью. Фонд все больше инвестирует в строительство с применением «зеленых» технологий, а также внедрение инноваций в строительную отрасль. Отмечу, что на сегодняшний день ФНСК реализует в Астане амбициозный проект «Зеленый Квартал» — единственный объект на территории СНГ, который будет сертифицирован по стандарту LEED Американского Совета по Зеленому Строительству, что подразумевает застройку с учетом экологических, энергосберегающих условий. Проект завершится до начала ЭКСПО. А результаты, полученные от его реализации, позволят Фонду стать одной из высокотехнологичных компаний, и как члену большой семьи «Самрук-Қазына», внести значимую лепту в достижение целей «Стратегии-2050».

-Ну, и стандартный вопрос, какие задачи стоят перед Фондом недвижимости в будущем году?

— 2016 год, без преувеличения, можно назвать эффективным для компании как в реализации госпрограмм жилищного строительства, управлении активами, так и в деятельности самого Фонда. Проведен ребрендинг компании, запущен новый сайт, колл-центр для организации консультаций, введены новые подходы в ведении бизнес-процессов.

Что касается следующего года Фонд недвижимости намерен и дальше вести последовательную работу, направленную на повышение эффективности своей деятельности, увеличение долгосрочной добавленной стоимости, оптимизацию административно-управленческих функций. В 2017 году ФНСК войдет в Программу трансформации группы компаний ФНБ «Самрук-Қазына». К слову, в настоящее время, в целях определения путей дальнейшего развития Фонда недвижимости «Самрук-Қазына» ведется работа по разработке стратегии компании, отбираются лучшие консультанты из числа известных международных организаций, McKinsey, Boston Consulting Group, PricewaterhouseCoopers, Ernst & Young, KPMG, Jones Lang LaSalle, Colliers и CBRE. И это будет еще один шаг к формированию компании высокого уровня, надежно обеспечивающей жилищный тыл казахстанцев.

-Бауржан Джаймурзынович, благодарю Вас за беседу, успехов!

Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 29 декабря 2016 > № 2028587 Бауржан Мамыталиев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 21 декабря 2016 > № 2013110

Чем обернулось торможение рыночных реформ

Андрей Нечаев

Бывший министр экономики России

Усилилось огосударствление экономики. Ключевая роль принадлежит государственным компаниям, находящимся в привилегированном положении в части регулирования, антикризисной поддержки, доступа к госзаказу и бюджетным инвестициям. Более того, значительная часть бизнеса строит свое благополучие не на инновациях, эффективном управлении и создании других конкурентных преимуществ, а за счет особого доступа к деньгам бюджета и госкомпаний. Конкурентная поле постоянно сжимается.

Налицо регресс в бюджетной сфере. Бюджетный федерализм и местное самоуправление практически ликвидированы в последние годы. Выборы муниципальных органов власти предельно ограничены и заменены назначениями. Большинство регионов финансово не самостоятельно, около 30% регионов де-факто банкроты. Это прямое следствие созданной бюджетной и налоговой системы, когда 65% средств аккумулирует федеральный бюджет.

Налоговая система является сравнительно мягкой по ставкам налогов, но весьма жесткой с точки зрения налогового администрирования. Она характеризуется неравенством прав налогоплательщиков и налоговых органов, которые имеют много возможностей парализовать бизнес. Силовые структуры фактически не подверглись реформированию.

Много вопросов у общества вызывают реформы социальной сферы — пенсионной системы, здравоохранения и образования. Их драйвером является не решение проблем в данных сферах, а ослабление нагрузки на федеральный бюджет. В этих секторах во многом сохранилась советская система функционирования.

В пенсионной сфере взят курс на ликвидацию накопительной системы (три года пенсионные накопления замораживаются), сохранены солидарная система и уравниловка, что чрезвычайно опрометчиво с учетом демографических тенденций.

Ситуация в здравоохранении ухудшается каждый день. Расходные полномочия переданы на региональный уровень без передачи регионам адекватных доходных источников. В результате идет необоснованное сокращение числа больниц, отделений, врачей и младшего медицинского персонала (за первое полугодие 2016 года урезание последнего составило 80 000 человек). Страховой принцип медицины в части обязательного медицинского страхования является формальным.

Платежи в социальные фонды лежат исключительно на работодателях, что, с одной стороны, стимулирует уход от налогов на заработную плату, а с другой — не создает у работников чувства сопричастности к финансированию пенсий, социальной защиты и здравоохранения. Гражданин не стал налогоплательщиком в этой сфере. Ставка на косвенные налоги в 1990-е годы была вынужденной в связи с высокой инфляцией. Но за 25 лет налоговая система фактически не поменялась.

Следствием незавершенности социальных реформ стало сохранение у значительной части граждан патерналистского мышления и соответствующего отношения к государству. Они проявляются в том числе в низкой мобильности рабочей силы, отсутствии инициативы, желания заниматься предпринимательством. Малый и средний бизнес по уровню развития сильно отстает от развитых стран. Не завершено формирование среднего класса, состав и структура которого сильно отличается от западных. Не создана система социальных лифтов для молодежи. В итоге у многих граждан сильны популистские настроения.

В нулевые годы сложилась особая модель отношений власти и большей части населения. Суть этого неписанного консенсуса такова: власть обеспечивает растущий уровень жизни, население закрывает глаза на коррупцию, ограничения демократических свобод и пр. Сейчас этот консенсус подвергается серьезному испытанию в результате второго за последние 6 лет глубокого и устойчивого падения уровня жизни. Пока эта негативная динамика демпфируется пропагандой, поиском внешних и внутренних врагов, но в условиях отсутствия консенсуса элит риски политического кризиса весьма высоки.

Возврат в экономическому росту и повышению уровня жизни возможен лишь при смене выбранной в середине нулевых годов модели развития, но политической воли к таким изменениям пока не чувствуется.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 21 декабря 2016 > № 2013110 Андрей Нечаев


Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 декабря 2016 > № 2010954

«Разговор с Дмитрием Медведевым». Интервью пяти телеканалам.

Председатель Правительства ответил на вопросы телеведущих Валерия Фадеева («Первый канал»), Сергея Брилёва («Россия»), Эльмара Муртазаева (РБК), Ирады Зейналовой (НТВ) и Михаила Фишмана («Дождь»).

Из стенограммы:

С.Брилёв: Здравствуйте, уважаемые телезрители! В эфире ежегодный итоговый формат разговора с Дмитрием Медведевым. Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич!

Д.Медведев: Здравствуйте!

С.Брилёв: За эти годы в программе сложилось два постоянных элемента: постоянными вещателями являются каналы ВГТРК («Россия 1», «Россия 24»), а в центре внимания – Вы.

Люди вокруг стола всё-таки меняются, я представлю своих коллег. С дамы начнём: Ирада Зейналова, которая теперь представляет телеканал НТВ, по левую руку от меня – Эльмар Муртазаев (РБК), Валерий Фадеев (Первый канал) и Михаил Фишман (телеканал «Дождь»).

Дмитрий Анатольевич, давайте традиции не будем нарушать, всё-таки первый вопрос должен быть каким-то общефилософским, хотя конкретики много за этот год.

Год завершается. Каким он Вам запомнится? Каким он стал как минимум с социально-экономической колокольни, скажем так?

Д.Медведев: Знаете, год, конечно, как и всякий год, был в чём-то светлым и в чём-то печальным. Были и хорошие события, и, наверное, не очень хорошие.

Если говорить о социально-экономической проблематике, то, мне кажется, главное, что мы развиваемся, что, несмотря на внешние ограничители и внутренние проблемы, мы сохранили макроэкономическую стабильность, выполняем все социальные обязательства, которые принимали на себя, платим зарплаты, пенсии, идём по пути развития образования и здравоохранения. Наверное, это главный результат социально-экономического развития в весьма непростых экономических условиях.

Если говорить о макроэкономических показателях, то они, конечно, могли бы быть и лучше, потому что в этом году у нас, по всей вероятности, будет небольшое снижение валового внутреннего продукта – чуть меньше процента, может быть, полпроцента, нужно ещё окончательно подвести итоги. В следующем году уже по всем индикаторам, которыми мы располагаем, наша экономика перейдёт к росту. Причины всего этого известны, я неоднократно об этом говорил, но, наверное, мы и сегодня об этом с вами поговорим.

В.Фадеев: Дмитрий Анатольевич, Вы сейчас сказали, что в этом году будет небольшой спад, в следующем году экономика перейдёт к росту. Президент Путин поставил в Послании Федеральному Собранию задачу добиться роста в обозримой перспективе, через несколько лет, выше среднего роста мировой экономики. Это порядка 4%, и это сегодня, как я понимаю, непростая задача. Как её решить?

Д.Медведев: Задача непростая, но вполне осуществимая. Собственно, все наши действия последних лет были направлены именно на то, чтобы вырваться из этих темпов роста, которые сформировались в последние годы, перейти от падения экономики к росту, причём росту, который действительно должен быть опережающим по отношению к росту мировой экономики.

Скажем прямо: нас не устраивают темпы роста в полпроцента, в процент и даже в полтора процента, хотя, конечно, это лучше, чем то, что экономика продемонстрировала в этом году. Почему не устраивает? Потому что нам нужно, чтобы произошли качественные изменения в экономике нашей страны, а этого можно достичь, и об этом было сказано в Послании Президента, только если мы будем прирастать быстрее, чем весь мир.

За последнее время мы старались принимать решения, направленные на изменение структуры нашей экономики. Причём если раньше эти решения были основаны просто на экономических расчётах, то два года назад нам пришлось на них пойти в силу и внешней ситуации, и внутренних проблем. Иными словами, то давление, которое было оказано на нашу экономику, внешнее давление и в части санкций, и в части закрытия рынков кредитования, и целый ряд других проблем, который сложился, включая, конечно, и обвал цен на энергоносители, на нефть и впоследствии на газ, побудили нас к тому, чтобы активнее заниматься изменением структуры экономики.

Так вот для того, чтобы выполнить то поручение, которое содержится в Послании Президента, нам нужно дальше двигаться, меняя структуру экономики. И в этом смысле мы такое движение видим.

В чём оно проявляется? Я приведу несколько примеров, их можно на самом деле умножать, что называется.

Первое – это ситуация в сельском хозяйстве. Посмотрите, ещё совсем недавно сельское хозяйство у нас либо не росло, либо находилось в такой нулевой зоне. А в 1990-е годы сельское хозяйство вообще было принято характеризовать как чёрную дыру. Мол, в сельском хозяйстве нечего ждать каких-то изменений, все продукты будем покупать за границей, страна и так может развиваться в ближайшие десятилетия. Но это же неправильно. Россия исторически была поставщиком продуктов и на внутренний рынок, и на рынок Европы и других стран. За последнее время, буквально за последние несколько лет, с учётом, правда, решений, которые мы принимали 10 лет назад, нам удалось выйти на прирост сельского хозяйства 3% в год – и это в условиях в целом нисходящего тренда в экономике. Мы в этом году вырастили огромный урожай – 118 млн т. Это самый высокий урожай за всю историю современной России, что создаёт для нас возможность и внутренние задачи решать, развивать животноводство, развивать кормовую базу, и в то же время нарастить экспортный потенциал, закрепиться на иностранных рынках. Это тоже очень важно, имея в виду и необходимость притока иностранной валюты, и просто наши позиции по экспорту.

Если говорить о промышленности, за последнее время мы также двинулись в этом смысле вперёд. Только за последние два года в общей сложности мы вложили в импортозамещение в промышленности порядка 250 млрд рублей: приблизительно 120 млрд рублей по линии Фонда промышленности, то есть это государственные средства, ещё практически столько же было вложено инвесторами и за счёт институтов развития. В результате был обеспечен рост целого ряда важнейших отраслей промышленности – я упомяну, например, такие, как химическая промышленность, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность. В этом году они растут, причём растут капитально, на 10–15%.

Очень важными являются изменения в фармацевтической промышленности. Ещё совсем недавно наша страна в полной мере сидела на игле иностранных препаратов. Сейчас мы уже на 65–70% удовлетворяем внутренний спрос за счёт наших препаратов, причём, подчёркиваю, это препараты высокого уровня. Естественно, для населения, для наших граждан это дешевле, потому что они не приобретаются за валюту. Если говорить о так называемых важнейших и жизненно необходимых препаратах, то уже на 77% мы удовлетворяем внутренний спрос. Почему это произошло? Потому, что стала развиваться наша фармацевтическая промышленность.

Есть благоприятные изменения и в металлургии, и в промышленности строительных материалов, и в целом ряде других отраслей, я уж не говорю про автомобилестроение, сельхозмашиностроение и транспортное машиностроение, где есть и проблемы, но в то же время совершенно очевидно, что мы в полной мере сориентировались на внутренний рынок.

По транспортному машиностроению я приведу одну цифру. Потребности нашей страны в транспортном машиностроении удовлетворяются за счёт внутреннего производства приблизительно на 98%, то есть мы ничего за границей не закупаем. В то же время у нас количество и вагонов, и локомотивов становится всё больше и больше. Вот это те результаты, на которые мы выходим. И если в этом направлении мы будем двигаться, мы сможем увеличить темпы роста нашей экономики до четырёх процентов в год или близких, сопоставимых величин, то есть выше, чем темпы развития мировой экономики.

Э.Муртазаев: Дмитрий Анатольевич, но если по тем цифрам, которые Вы привели, экономика сейчас находится в низкой стадии делового цикла, возникает логичный вопрос, который задают многие экономисты. Почему в этой ситуации не снизить налоги, не увеличить госрасходы, стимулируя таким образом экономический рост? Почему Правительство выбрало «бюджет замирания», так называют его депутаты в Госдуме, а не «бюджет развития»?

Д.Медведев: Наверное, не все депутаты так называют бюджет. Конечно, всегда есть выбор между теми решениями, которые нужно принимать. Есть такая русская пословица: «По одёжке протягивай ножки». Иными словами, невозможно планировать какое-то бурное развитие, если для этого нет макроэкономических условий. Именно поэтому, несмотря на все те меры, которые мы принимали (а они действительно сыграли в плюс, в том числе планы антикризисного развития и прошлого года, и этого года), у нас экономика сначала падала на 4%, а в этом году совсем немножко. В следующем году начнётся переход к росту.

Но когда мы принимали такие решения – и в прошлом году, и в этом году – и когда обсуждали бюджет, только что принятый Государственной Думой, мы исходили из реально существующих возможностей экономики, из реально существующих возможностей нашего государства.

Потому что, конечно, можно накачать экономику деньгами, можно увеличить дефицит бюджета, можно увеличить объём государственного долга, но мы с вами понимаем, к каким последствиям это приведёт. Да, в экономике будет больше денег для развития, в результате увеличится инфляция. У нас сейчас инфляция низкая, а если говорить применительно к истории российской государственности последних лет, она у нас гипернизкая. Она у нас была когда-то гипервысокая, а сейчас она у нас гипернизкая.

Так вот, если бы мы пошли по пути накачивания экономики деньгами, у нас бы выросла инфляция, у нас бы в очередной раз обесценились заработки людей, пенсии обесценились бы, у нас было бы невозможно вообще планировать ипотеку, то есть мы вернулись бы к ситуации 1990-х годов.

Поэтому мы принимали исключительно ответственные решения. Не всегда они были простыми, но я считаю, что они были выверенными.

И.Зейналова: Дмитрий Анатольевич, Вы говорите о цифрах, о росте, но средний россиянин, который так глобально не мыслит, видит рост цен. Соответственно, растут цены и на лекарства, и на услуги, и это всё становится менее доступным.

Посмотрим бюджет здравоохранения – ведь на следующий год он практически не вырос. Получается, что государство решило сменить социальную политику?

Д.Медведев: Нет, социальная политика остаётся прежней.

Что касается бюджета здравоохранения, то он у нас не падает, а растёт. Если в этом году он составляет приблизительно 2,6 трлн рублей, то в следующем году бюджет здравоохранения будет уже около 3 трлн рублей. В 2018 году он будет составлять приблизительно 3 трлн 150 млрд рублей, а в 2019 году – 3 трлн 250 млрд рублей, то есть этот бюджет растёт. Конечно, этот бюджет включает все те расходы, которые государство планирует на систему здравоохранения. Это не только федеральные расходы, это региональные расходы и те расходы, которые планируются за счёт федерального Фонда обязательного медицинского страхования, но природа этих денег очевидна – это государственные средства, это бюджетные деньги. Поэтому всё, что запланировано в сфере здравоохранения, мы будем делать.

Но раз уж мы говорим о здравоохранении, очень важно вспомнить, что происходило. Давайте оттолкнёмся от ситуации, которая была относительно недавно. Ещё восемь-десять лет назад у нас в стране практически не было ни одного перинатального центра, у нас высокотехнологичная помощь в этой сфере женщинам практически не оказывалась. Сейчас (у меня свежие впечатления, я вернулся из Оренбурга, там открылся очередной перинатальный центр) практически в каждом регионе они уже заработали.

Если говорить о высокотехнологичной помощи, мы начинали программу по поддержке высокотехнологичной медицинской помощи тоже приблизительно девять лет назад, в 2006–2007 годах. Мы тогда по стране – я прошу вдуматься в эти цифры – делали всего 60 тыс. высокотехнологичных операций. Имеется в виду всё, включая стентирование, включая сложные онкологические операции, в общем всё, что требует сложного хирургического вмешательства с использованием сложной медицинской техники. Сейчас количество таких операций приблизилось к миллиону в год. Нужно просто в сопоставлении посмотреть, как это выглядит.

Для того чтобы сделать такую операцию, значительная часть наших людей вынуждена была ездить за границу (причём я не имею в виду каких-то сверхбогатых людей, а людей со средними доходами) просто потому, что невозможно было дома сделать. Сейчас можно сделать, причём не только в Москве или в Питере, а в центрах, которые мы создали по всей стране, – центрах оказания высокотехнологичной медицинской помощи. Это важнейшее изменение.

В отношении роста цен. Конечно, рост цен происходит, это неизбежная ситуация, особенно в условиях инфляции. Но обращаю внимание на то, что в этом году рост цен существенным образом замедлился и это результат как раз той работы, которую мы проводили.

В прошлом году инфляция была очень высокой, она приближалась к 14%. В этом году инфляция, которая запланирована, составляет 5,8%. Но на самом деле, я думаю (и мы вчера говорили с Министром экономики на эту тему), она будет где-то в районе 5,5%. Это самый низкий результат за всю историю нашей страны.

А что такое инфляция 5,5%? Это усреднённый рост цен. Да, где-то цены чуть больше подрастают, где-то чуть меньше, но это, собственно, та цифра, на которую меняется потребительская корзина. Это касается и лекарств. И в этом контексте я ещё раз хотел бы вернуться к тому, что мы смогли добиться очень существенной доли импортозамещения и теперь значительная часть лекарств производится и продаётся за рубли. Это, на мой взгляд, всё-таки хорошие изменения.

М.Фишман: Дмитрий Анатольевич, Вы говорите, что у нас будет рост расходов на здравоохранение в перспективе. Если посмотреть на бюджет этого года, то мы видим рост военных расходов, причём рост огромный, судя по всему, беспрецедентный для современной России. Это 4% роста в общей структуре расходов в этом году, это цифра, приближающаяся к 24% в структуре расходов бюджета, военные расходы. Если мы ещё посмотрим на расходы на правоохранительную деятельность, то мы в целом получаем бюджет, которому, видимо, нет просто аналогов в мире, силовой бюджет. Это и есть, получается, приоритеты государственной политики?

Д.Медведев: Михаил, я несколько моментов отмечу при ответе на Ваш вопрос.

Во-первых, если брать относительные цифры, которые Вы упомянули… Ведь как выглядят расходы на оборону и безопасность? За них регионы не платят, это всегда федеральные расходы. Если говорить об образовании и здравоохранении, это расходы и федеральные, и региональные. Так вот, если посчитать, то в так называемом консолидированном бюджете (а это бюджет Российской Федерации, регионов Российской Федерации и муниципалитетов) совокупные доли образования, здравоохранения и вот этой силовой составляющей, прежде всего Министерства обороны, приблизительно одинаковые, 23–24% по каждой из составляющих. Поэтому даже в таких цифрах это сопоставимые вещи. Это первая часть ответа.

А вторая часть ответа вот к чему сводится. Когда мы говорим о росте расходов государства на оборону, мы с вами понимаем, что это же не только ради Министерства обороны и не только ради военнослужащих, правильно? Это ради развития всей страны, обеспечения её безопасности и обороноспособности. Мы понимаем, в каком мире живём, и я уверен, что наши люди ценят, что у нас в стране в настоящий момент ситуация стабильная, что её рубежи надёжно защищены, что у нас не происходит событий, подобных тем, которые, к сожалению, в настоящий момент происходят на Ближнем Востоке или периодически даже случаются в Европе. Всё это связано с расходами на обеспечение обороноспособности и безопасности.

Наконец, третья составляющая, также очень важная. Эти расходы в значительной своей части идут на формирование гособоронзаказа. Что такое гособоронзаказ? Это работа сотен и сотен российских предприятий, на которых работают миллионы наших людей, это создание новой высокотехнологичной продукции. Как известно, когда мы создаём какие-либо объекты в рамках гособоронзаказа, то есть виды вооружений, так или иначе это даёт толчок развитию гражданских отраслей. Так всегда было, так происходит у нас, так происходит и в других странах. Но, конечно, с другой стороны, и гражданский сектор тоже влияет на технологии в сфере обороноспособности и безопасности, то есть, иными словами, это даёт работу огромному количеству людей и создаёт значительную часть валового внутреннего продукта (вот эти расходы на обеспечение обороноспособности), и этот сектор демонстрирует уверенный рост.

Я уж не говорю о том, что то, что делает оборонный сектор, то, что происходит в рамках гособоронзаказа и военно-технического сотрудничества, формирует и наш внешний потенциал. Всем известна цифра, которую неоднократно называли, но я её ещё раз назову: у нас сейчас поставляется на экспорт вооружений приблизительно на 17 млрд долларов. В перспективе эта цифра может выйти на 20 млрд долларов. Что означает эта цифра? Она означает, что мы остаёмся крупнейшим поставщиком вооружений в мире. Впереди только Соединённые Штаты Америки. Несмотря на то что все мы заинтересованы в том, чтобы напряжение в мире спадало, чтобы было как можно меньше локальных конфликтов, рынок есть рынок, и мы должны на нём присутствовать. Тем более нам есть что предъявить. Поэтому расходы на обеспечение обороноспособности конвертируются в развитие экономики.

И.Зейналова: И тут я, как всегда, спрашиваю про денежки...

Д.Медведев: Это хорошо.

И.Зейналова: На что мы жить будем?

На все эти прекрасные расходы, на то, чтобы все были здоровы, все были в безопасности, – на всё это нужны денежки. Самое простое наполнение бюджета – за счёт налогов.

Ровно год назад во время такой же беседы Вы сказали, что сейчас нужно оставить плоскую шкалу налогов, нецелесообразно делать прогрессивную. Это была Ваша позиция. А сейчас как? Или сформулирую, как это формулируется в соцсетях: после 2018 года налоги вырастут?

Д.Медведев: Во-первых, я год назад никого не обманул. Мы сохранили плоскую шкалу налогообложения. Более того, мы не только сохранили плоскую шкалу налогообложения, мы вообще сохранили без изменений всю налоговую систему. Ведь как было сказано Президентом страны? Мы берём мораторий на изменение налоговой системы. В условиях, когда рынки лихорадит, в условиях, когда экономика находится в стрессовом состоянии, нельзя трогать налоговую систему, потому что это в ещё больший стресс её загонит. И поэтому, несмотря на то что было трудно и мы, не скрою, много раз собирались, обсуждали это и с Владимиром Владимировичем, и с коллегами по Правительству, мы не пошли на увеличение ни одного налога. Обсуждались вопросы возможности увеличения налога на добавленную стоимость и некоторых других налогов – мы ничего этого не сделали. Мы кое-что перераспределили внутри налоговой системы, но это скорее косметические перераспределения. Действительно, есть поручение проработать контуры налоговой системы начиная с 2019 года. Сейчас этим Правительство занимается, этим занимаются Минфин, Минэкономразвития.

Вопрос ведь в отношении налога на доходы граждан, то есть налога на доходы физических лиц? Так называемая плоская шкала у нас существует уже давно, и я считаю, что она сыграла огромную роль в так называемом обелении доходов. Напомню, что в 1990-е годы у нас была прогрессивная шкала налогообложения. Значительная часть вознаграждений и в крупных компаниях, и в мелких компаниях, и в государственных структурах, и в частных структурах выплачивалась в конвертах, просто для того, чтобы не платить государству налогов. В настоящий момент каждый год происходит увеличение налоговой базы НДФЛ, то есть налога на доходы физических лиц. То есть этот налог не падает, а растёт, просто потому, что люди считают: такой налог надо платить, он умеренный, он нормальный.

Да, я знаю про позицию наших коллег из левых фракций, которые говорят: это несправедливо. Но давайте по-честному признаемся: гораздо более справедливо, чтобы все платили налоги, а не прятались от налогообложения. Я, конечно, не могу исключить, что когда-то государство может вернуться к обсуждению и этого вопроса, но в настоящий момент вопрос изменения налога на доходы физических лиц, то есть подоходного налога, в повестке дня не стоит.

И.Зейналова: А вот эти контуры?

Д.Медведев: А эти контуры мы сейчас прорабатываем, и, как и договорились, доложим их Президенту, для того чтобы понять, как может выглядеть наша налоговая система начиная с 2019 года.

Почему это нужно сделать? Потому что мы должны бизнесу и нашим гражданам давать чёткие сигналы: вот это всё сохранится, вот такой-то налог останется, здесь мы планируем какие-то изменения, чтобы бизнес, который планирует развитие экономики, чтобы обычные граждане, которые планируют свои бюджеты, могли к этому подготовиться. Именно поэтому мы сейчас и занимаемся созданием вот этих контуров налоговой системы.

Но прямо хочу сказать, мы заранее, естественно, всё обсудим и с экспертами, и с общественностью, чтобы не было никаких неожиданностей, чтобы экономика в широком смысле этого слова и каждый гражданин могли к этому подготовиться.

С.Брилёв: Маленькое уточнение. Плоская шкала неприкосновенна, это, понятно, принцип. Но она останется 13% или станет, например, 15?

И.Зейналова: Скажем так, она останется плоской или…

С.Брилёв: Плоской повыше или плоской, как сейчас?

Д.Медведев: Я же сказал, что мы сейчас готовим наши предложения, и привёл (во всяком случае, мне так кажется) достаточно серьёзные аргументы в пользу сохранения в ближайший период плоской шкалы налогообложения.

Что же касается конкретных цифр, дайте возможность Правительству поработать. Очевидно, что эти изменения не должны быть существенными, если они вообще будут.

С.Брилёв: Тогда я спрошу о том, в отношении чего Правительство уже поработало, и произнесу слово, от которого у многих сразу ушки на макушке, потому что оно как объединяет людей, так и разъединяет. Слово это «приватизация». Со времён 1990-х годов для многих это слово ругательное. Но, опять же, мы сейчас говорили о заполнении бюджета, и мы понимаем, как сейчас та дырка, которая в бюджете была, была покрыта за счёт приватизации «Роснефти» и какая это была приватизация. Иностранные инвесторы, причём с политической точки зрения очень изящная история: Катар – нейтралы, швейцарцы… В общем, из всего западного сообщества наиболее спокойные, скажем так. Сигналы во внешний мир отправлены, многочисленные и понятные.

Что касается сигналов внутри страны. Приватизация «Роснефти» – это прецедент? Я к чему? Мы в последние месяцы видели приватизацию, скажем, «Башнефти», «АЛРОСА», и каждый раз приватизировали государственные структуры, такое перекладывание денег из кармана в карман. Впереди же у нас, наверное, «Совкомфлот», наверное, «Аэрофлот», ВТБ, Сбербанк – много кандидатов на приватизацию. Вы будете использовать ту схему, которая сейчас отработана с «Роснефтью», или мы вернёмся к тому, что было, когда, в общем, появляется некий государственный игрок и приватизируют?

Д.Медведев: Помните известное изречение «Неважно, какого цвета кошка, лишь бы она ловила мышей»? Применительно к приватизации в значительной мере неважно, кто приобретает, лишь бы это приобреталось за нормальные деньги. Это касается любой приватизации. Но история приватизации в нашей стране действительно довольно сложная, и если вспомнить 1990-е годы… Вот Вы сказали, что некоторых начинает сразу, так сказать, трясти или напряжение возникает, потому что трудно не согласиться, что целый ряд приватизационных сделок 1990-х годов не был вполне справедливым, подчёркиваю, но это не означает, что они были незаконными. С точки зрения экономической справедливости там есть вопросы. Но мы неоднократно свою позицию формулировали, и я ещё раз хочу её высказать. Эта страница перевёрнута, все сделки исполнены, и обратного хода быть не может, потому что в противном случае это может взорвать ситуацию, как это происходило в целом ряде стран.

Если же говорить о крупнейших сделках последнего периода, то, действительно, они долго готовились и были сложносоставными. Вы упомянули сделку, касающуюся «Роснефти» и «Башнефти». Действительно, мы долго примерялись к тому, как это всё может выглядеть. Когда продавалась «Башнефть», изучали рынок. Потом возникла идея, чтобы «Башнефть» была приобретена «Роснефтью», тем самым увеличив свою капитализацию, что должно было отразиться на последующей продаже «Роснефти».

С.Брилёв: То есть многоходовкой и было задумано?

Д.Медведев: Конечно. В определённый период мы посчитали, что это лучше для экономики, для достижения тех целей, которые были поставлены в плане приватизации. Естественно, это бы не состоялось, если бы «Роснефть» не предложила лучшую цену на тот период за «Башнефть». Таким образом, мы получили довольно значительные средства в бюджет от продажи «Башнефти». Но одновременно, естественно, проговаривалась необходимость исполнения и большой сделки, то есть продажи 19,5% «Роснефти», что должно было решить очень существенные бюджетные проблемы.

Мы в бюджете в этом году пошли на ускоренное погашение кредитов, которые государство, по сути, брало у предприятий оборонно-промышленного комплекса, когда они поставляли продукцию нашей армии и в рамках государственного оборонного заказа. Была так называемая кредитная схема. Сейчас от неё решили отказаться, поэтому эту историю нужно было закрывать. Для этого было необходимо консолидировать дополнительные ресурсы в бюджет, что позволяло исключить целый ряд ненужных платежей в будущий период, в том числе связанных с расходами на оборону. Мы приняли такое решение.

После этого начали искать партнёров, для того чтобы продать 19,5% «Роснефти». Этим занималась сама компания «Роснефть». Я уже говорил о том, что это была большая работа, надо признать, что они с этой работой справились и в целом добились хорошего экономического результата.

О каждом шаге, о проектах возможных, о возможных партнёрах менеджмент докладывал в Правительство, председатель правления компании Игорь Сечин рассказывал о том, какие есть варианты. В конечном счёте сложилась та модель, которая и была предъявлена. Хотя до этого обсуждались и возможности продажи этого пакета японцам, некоторым другим ближневосточным фондам, некоторые европейцы изъявляли интерес, корейцы... Но вы же понимаете, что хороша ложка к обеду. Если кто-то готов заплатить, но потом, да ещё при каких-то условиях, это для нас неприемлемо. Сила предложения, которое сделали Glencore и катарский фонд, заключалась в том, что они готовы быстро исполнить сделку, быстро обеспечить необходимый объём ликвидности, как говорят финансисты, то есть быстро заплатить, причём в бюджет Российской Федерации. И это было сделано. Поэтому я считаю, что эффективность этих решений высока.

Вы спрашиваете про другие сделки. Вы упомянули «Алросу». Но «Алроса» не продавалась государству, «Алроса» продавалась негосударственным пенсионным фондам, это совсем другое. Негосударственные пенсионные фонды – это часть частной экономики, то есть это в чистом виде приватизация, поэтому это, в общем, классический пример того, как продаются компании. У них в портфеле, в портфеле этих негосударственных пенсионных фондов, появился хороший актив, который позволяет им решать их задачи. Это совершенно нормальная международная практика, когда пенсионные фонды участвуют в приватизации, покупают акции компаний не только в плане приватизации, но и просто на рынке.

Вы упомянули и «Совкомфлот», и ВТБ, и Сбербанк. Все эти решения будут приниматься в строгом соответствии с законом, если на то будут побудительные причины. Просто так, для того чтобы исполнить какие-либо планы, никто никаких решений принимать не будет. Действительно, ряд названных Вами активов, а именно «Совкомфлот» и ВТБ, стоял и стоит в плане приватизации. Сбербанк не стоит. И по ним какие-либо решения должны последовать, но мы будем ориентироваться и на международную конъюнктуру, и, конечно, на выполнение бюджетных задач.

Естественно, сделка, о которой мы говорим сегодня, очень крупная. Понятно, что, если бы мы продавали «Роснефть» пять лет назад, когда цена на нефть была другой, деньги, которые мы получили бы, тоже были бы другими. Но нам нужно было исполнять бюджетные задачи в этой ситуации. И конечно, в этих условиях параметры сделки оказались несколько иными, хотя и очень высокими. Мы в итоге собрали больше, чем планировали от этих двух сделок, и обеспечили поступление в бюджет более чем триллиона рублей, что закрывает все наши проблемы текущего бюджетирования и позволяет решать целый ряд других задач.

Э.Муртазаев: Дмитрий Анатольевич, Вы говорите, что Правительство смогло собрать больше денег, чем планировало, но известно, что в рамках этой сделки Правительство снизило минимальную цену продажи акций. Фактически сумма денег, поступившая на счета государства, будет на 18 млрд меньше изначально планируемой. Первый вопрос: почему это произошло?

И второе. «Роснефтегаз», который выступает формально продавцом этих акций по схеме, получается, доплачивает эти 18 млрд в бюджет из своих средств. Это доплата за покупателей?

Д.Медведев: Сделка происходит в конкретный момент. Мы не можем сказать: ребята, продайте 31 декабря по такой-то цене. Это же публичный актив. Он находится в публичном размещении. У него есть свободно обращающиеся акции, как принято говорить, так называемые free float. Поэтому мы не можем продиктовать цену на конкретный день. Когда мы принимали первое постановление Правительства, были одни параметры рынка. Когда мы выпускали уже второе распоряжение Правительства, рынок немножко изменился. Плюс был применён дисконт по предложению оценщика в 5%, который является абсолютно нормальным при таких сделках, потому что это огромный объём денег. Я ещё раз хочу подчеркнуть, это крупнейшая мировая сделка в нефтегазовом секторе 2016 года, это действительно колоссальные деньги. Поэтому мы выпустили новое распоряжение, в котором была оценка по состоянию на 6 декабря текущего года, она несколько отличалась. Там действительно образовалась разница в 18 млрд рублей, но с учётом того, что было специальное бюджетное задание, было принято решение (я подписал специальную директиву) увеличить объём дивидендов «Роснефтегаза», которые направить в государственный бюджет, за счёт этого эта разница, 18 млрд, будет покрыта. Бюджет ничего не потерял.

И.Зейналова: А замораживание добычи ОПЕК и рост цен на нефть не повлияли бы? Скажем, на недельку позже – глядишь, и 18 млрд не потеряли бы?

Д.Медведев: Исходя из таких предположений, можно было бы всё дальше и дальше откладывать продажу, но нам нужно решать наши задачи в текущем году. Применительно к ОПЕК – хорошо, что договорились, но ведь могли не договориться. Спасибо всем, кто принимал участие в переговорах, значительную роль сыграл Владимир Владимирович Путин, когда общался с коллегами, для того чтобы договориться. Мы же не члены ОПЕК, но мы всё-таки старались помогать этому процессу – договориться по нефтяным ценам. Удалось договориться.

Но вы помните, несколько раз мы это всё обсуждали – и не договаривались, и цена начинала проседать. Она могла снова просесть, и тогда условия продажи, например на 6-е число или какое-либо другое, были бы хуже. Поэтому нужно действовать здесь и сейчас, исходя из сложившейся конъюнктуры.

Э.Муртазаев: Дмитрий Анатольевич, тем не менее, если возник разговор о «Роснефтегазе»: не секрет, что у Правительства периодически возникают споры с «Роснефтегазом» о размере дивидендов, которые выплачивает эта компания в бюджет. Во-первых, есть ли уверенность, что деньги, которые поступят (формально они поступят, насколько я понимаю, «Роснефтегазу»), будут перечислены все в полном объёме в бюджет? Это первый вопрос.

И второй. Какова необходимость существования этой прослойки между Правительством и крупными государственными активами?

Д.Медведев: У меня нет неких разногласий и никакой полемики с «Роснефтегазом». Всё, что я им говорю, они делают, на 100%. И куда они могут деться, если это стопроцентно российская компания, принадлежащая российскому государству? Это первое.

Второе. Наверное, в ходе обсуждения с моими коллегами из министерств могут высказываться разные позиции. Есть разные приоритеты: есть приоритеты развития отрасли, а есть бюджетные приоритеты. Ведь «Роснефтегаз» и был создан для того, чтобы решать обе задачи – не только накапливать дивиденды, но и решать задачи, связанные с развитием нефтегазовой отрасли. Она ведь не в идеальном состоянии, мы прекрасно это понимаем, и целый ряд месторождений истощается. Кстати, ещё одно решение, которое я принял в связи с приватизацией, касалось поддержки тех месторождений, у которых уровень обводнённости, как принято говорить, выше, чем у других. У «Роснефти» такие месторождения есть, и ей нужно помочь, чтобы она эти задачи решила. Вот для этих целей в том числе и создавался «Роснефтегаз».

Что же касается перечислений в бюджет, здесь уже издана директива, которая, естественно, на все 100% будет исполнена. Никаких сомнений нет: всё до копейки поступит в бюджет, здесь даже и обсуждать нечего.

В.Фадеев: Дмитрий Анатольевич, позвольте от больших сотен миллиардов рублей и большой приватизации – к малой приватизации, немножко приземлить тему разговора. Жилищно-коммунальное хозяйство. Там долги внутри хозяйства достигли триллиона рублей, и общая идея Правительства – это ставка на частный капитал. Проблема заключается в том, что частный капитал с трудом туда входит. Есть, например, очень много так называемых муниципальных унитарных предприятий, которые становятся воронкой для втягивания денег. Деньги у населения берутся, потом муниципальные унитарные предприятия банкротятся, денег нет, и это важнейший источник этого долга огромного. Начинают говорить: давайте тарифы поднимем, давайте мы фактическое воровство оплатим деньгами населения. Мне кажется, здесь есть очень глубокая, серьёзная проблема, почему частный капитал не может войти в сферу ЖКХ и начать настоящую модернизацию.

Это вопрос, который касается всех.

Д.Медведев: Вы правы, этот вопрос волнует абсолютно всё население страны. Это сверхважный вопрос. Действительно, ситуация в ЖКХ сложная, хотя, на мой взгляд, она тоже начинает меняться.

Первое из того, о чём Вы сказали: нужно убрать неэффективные муниципальные предприятия, эти МУПы и ГУПы. Если они плохо работают или деньги воруют, их нужно убрать, вытащить из этой цепочки, а руководителей наказать. И, кстати, эти процессы сейчас довольно активно происходят.

Если говорить об управляющих компаниях (хотя Вы не спросили об этом, но тем не менее это всё равно связанные вещи), мы эту ситуацию зачистили. Ситуация с управляющими компаниями стала существенно лучше, чем была, скажем, несколько лет назад, притом что пришлось пойти на не очень популярную меру – просто ввести лицензирование. Тем не менее это помогло.

Действительно, бизнес не очень охотно идёт в ЖКХ. Для этого нужно создавать привлекательные условия. Жилищно-коммунальная сфера недофинансирована. Общий объём инвестиций, который необходим жилищно-коммунальной сфере, составляет где-то приблизительно 2–2,5 трлн рублей.

Необходимо вкладывать каждый год приблизительно по 500 млрд. Где взять эти деньги? Что-то мы берём из фонда содействия реконструкции жилищно-коммунального хозяйства, и эти деньги сыграли очень значительную роль в восстановлении жилищного фонда, в ремонте подъездов, домов. Это очень хорошие программы, которые многие люди оценили, и губернаторы просят о том, чтобы эти программы сохранялись. Но что-то необходимо брать с рынка. Я неоднократно встречался с руководителями крупных компаний, они говорят: мы хотим участвовать, но создайте нам понятные и прозрачные условия, чтобы нас никто не грабил, чтобы не выставлял неприемлемых экономических требований. Для этого существует концессионная сделка, существует концессионное законодательство. И в рамках концессии уже всё-таки ряд крупных компаний пришёл в регионы, занимается решением крупных ресурсных задач. Я думаю, что это магистральный путь развития.

Если говорить об энергопоставляющих, то есть ресурсопоставляющих организациях, то, конечно, за ними тоже нужно очень внимательно следить. Им, с одной стороны, нужно давать источник развития, потому что в противном случае они просто не смогут никакие ремонты проводить, но, с другой стороны, всё это должно быть в параметрах, которые позволяют не увеличивать инфляцию и не создавать напряжение на рынке, то есть в параметрах, которые помещаются в прогнозируемый рост инфляции.

Хочу ещё раз подчеркнуть: у нас принято решение на уровне Правительства о том, что рост тарифов в следующем году будет не больше инфляции. Инфляция в следующем году (мы прогнозируем) будет самая низкая опять же за всю историю нашей страны (порядка 4%, ниже у нас никогда не было, это действительно инфляция, уже приближающаяся к европейской), и рост тарифов должен поместиться в эти 4%.

Более того, для того чтобы эту цифру не менять, мы даже специально внесли туда корректировки, в порядок расчёта, чтобы крупные центры, которые оказывают влияние на формирование этих тарифов, исключить из подсчётов, чтобы цифра была именно ниже, а не выше, чем цифра инфляции по стране. Поэтому ситуация в ЖКХ остаётся не самой простой, но мы видим, каким образом её поменять.

В.Фадеев: Дмитрий Анатольевич, капитальный ремонт – это тема уходящего года. Теперь люди сами платят за будущий капитальный ремонт, и платят немало. В Москве, например, уже объявлено о повышении этого платежа до 17 рублей за квадратный метр.

Но возникает вопрос. Вот мы много говорим об экономии ресурсов, об энергосбережении, но капитальный ремонт не предусматривает модернизацию инженерных систем домов. Как же так? Вот дом ремонтируется. Он, как был в 1930-х годах с трубами чугунными, так и будет отремонтирован с чугунными трубами? А где же энергосбережение, где же экономия тепла, где экономия воды, которая выгодна гражданам, которые там живут?

Д.Медведев: Да, это тоже абсолютно справедливо и является продолжением вашего предыдущего вопроса. Очевидно, что невозможно ремонтировать дом и не ремонтировать сети, причём не только внутридомовые сети, но и те сети, которые идут по теплоцентралям, где огромные потери, и которые просто очень большие по своим размерам. Это задача именно ресурсопоставляющих организаций. Я здесь возвращаюсь к тому, о чём уже говорил. Мы должны создать им такие условия, которые всё-таки позволят ремонты проводить. Мы не можем сейчас на все такие ремонты находить деньги непосредственно из бюджета, да это и не наша задача. Все сети принадлежат организациям, которые их эксплуатируют. У них должны быть такие условия, которые позволяют им часть прибыли направлять на реконструкцию сети. Где эта часть прибыли? Эта часть прибыли, естественно, в тарифе. Каким может быть этот тариф? Он должен быть необходимым для такого уровня расходов и достаточным, но не выше, чем проценты, которые мы утверждаем в качестве процентов инфляции. Иными словами, применительно к ресурсопоставляющим организациям мы применяем схему «не выше инфляции» либо – и это, кстати, основной подход – «инфляция минус». Я совсем недавно собирал крупных поставщиков энергии – и тепловой, и газовой – крупнейшие компании в этой сфере, и мы договорились (естественно, это будет оформлено решением нашего антимонопольного органа), что будет применена в следующем году такая же схема, как и в этом году, – «инфляция минус». То есть, если инфляция 4%, значит, будет минус – минус процент, например, – три процента. Вот в этих параметрах и нужно будет решать задачи по капремонтам.

И.Зейналова: И тут я снова с вопросом: где деньги, Дмитрий Анатольевич? Весь этот рост тарифов и тому подобное идёт на фоне заморозки всевозможных индексаций. Недоиндексация пенсий в 2016 году была. Понятно, что будет единовременная выплата 5 тыс. рублей пенсионерам. А дальше на что рассчитывать?

Д.Медведев: Ирада, никаких заморозок нет, всё разморожено. Всё в этом смысле понятно, предсказуемо.

И.Зейналова: То есть деньги есть?

Д.Медведев: Деньги на эти цели запланированы, деньги есть. Действительно, у нас сложилась непростая финансовая ситуация в начале текущего года, и мы вынуждены были принять решение о том, чтобы индексацию пенсий разделить на две части: в начале заплатить часть и во второй половине года. С учётом текущей ситуации мы заплатили первую часть индексации в виде процентов, а вторую часть индексации, как вы знаете и как знают наши пенсионеры, мы приняли решение заплатить в виде единовременной выплаты, для того чтобы не создавать макроэкономических проблем.

Что это дало? В результате у нас с учётом первой части индексации в начале этого года и 5-тысячной выплаты произойдёт рост реального размера пенсии – не номинального, подчёркиваю, а реального размера пенсии. Иными словами, вот эта 5-тысячная выплата, по сути, означает вторую часть индексации. А для части пенсионеров (давайте не будем о них забывать, это, может быть, наиболее уязвимая часть пенсионеров, у которых небольшая пенсия) эти 5 тыс. больше, чем они получили бы от индексации.

Таким образом, мы задачи текущего года по индексированию выполнили, хотя это было непросто. Были дискуссии, было напряжение, тем не менее мы нашли 220 млрд рублей, для того чтобы вот эту 5-тысячную выплату осуществить.

В следующем году в бюджете на выплату пенсий запланирована огромная сумма (я имею в виду бюджет Пенсионного фонда) – в общей сложности это 7 трлн рублей. У нас 40 млн, даже больше – 43 млн пенсионеров. Это очень большая часть нашей страны, наших граждан, поэтому это огромные деньги, которые мы предусматриваем. Все разговоры о том, что пенсии перестанут индексировать или что-то недоплатят, – всё это ерунда. Всё заплатим, всё, что причитается.

По следующему году принято решение о том, чтобы вернуться к обычной системе индексирования и индексировать пенсии по реально сложившейся инфляции предыдущего года. То есть индексация пенсий в следующем году, которая должна происходить уже в I квартале следующего года, будет произведена, она будет составлять 5,8%, то есть процент инфляции за текущий год, хотя инфляция, кстати, будет несколько меньше даже.

Поэтому все решения в области индексирования приняты. Это касается и социальных пособий, и социальной пенсии, и целого ряда других выплат. Мы и дальше будем столь же ответственно себя вести в отношении наших граждан при осуществлении социальной политики. Ещё раз хочу сказать: все социальные расходы – абсолютный приоритет, они в полной мере забронированы от каких-либо секвестров, уменьшений, всё это в бюджете. Это огромные деньги, и мы, естественно, всё это сделаем. Именно так.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, я хотел Вас спросить про те огромные деньги, которые оказываются маркированы, или номера купюр потом записывают следователи. Вопрос про коррупцию. Понятно, что не первый год идёт борьба, но совершенно очевидно, что громких и очень громких дел за последние месяцы здорово прибавилось. Через решётки в залах суда мы наблюдали уже минимум пару губернаторов, было дело господина Захарченко, но, строго говоря, это не Ваши подчинённые. Но недавно в этом списке появился подотчётный Вам бывший министр экономического развития Алексей Валентинович Улюкаев.

Что это было? Как Вы это пережили? Вы традиционно подчеркиваете, что Вы юрист, предлагаете всегда дождаться решения суда, но в данном случае уже назначен его сменщик. То есть улики всё-таки оказались настолько серьёзными?

Д.Медведев: При ответе на этот вопрос я всё-таки начну с того, о чём говорю всегда и считаю это абсолютно справедливым и как юрист, и как Председатель Правительства, и как гражданин Российской Федерации. До момента постановления, решения суда – обвинительного или оправдательного приговора (приговор может быть и оправдательным по любому делу) – мы не можем говорить о виновности того или иного лица. Это первое.

Теперь второе, по поводу борьбы с коррупцией. Действительно, за последние годы в этом важнейшем для нашей страны деле произошли очень существенные изменения. Первое. Были приняты решения… Я когда-то начинал это ещё в 2009 году, когда мы запустили первый антикоррупционный пакет и приняли целый ряд фундаментальнейших, важнейших законодательных решений – и об ответственности госслужащих, и о декларациях, и о конфликте интересов. Впоследствии эти решения были развиты в 2012, 2013 и 2014 годах, и сейчас мы имеем неплохую базу антикоррупционного законодательства, в полной мере соответствующую международной практике.

Но это мало. Законы могут быть мёртвыми, если их не применять. В последнее время эти законы стали гораздо активнее применяться на практике. Только с 2012 года следственные органы направили в суд 50 тыс. уголовных дел о коррупции. Из них приблизительно 3,5 тыс. – с так называемым спецсубъектом, то есть в отношении лиц, занимающих различные должности на государственной службе. Больше тысячи из них – это граждане, которые замещали должности мэров, руководителей муниципальных образований.

Ещё 1300 – это депутаты различных уровней власти. Кроме этого, следствие и судебные процедуры ведутся в отношении лиц, которые замещали должности мэров крупных городов и даже руководителей субъектов Федерации. Это касается высших должностных лиц Республики Коми, Сахалинской и Кировской областей. Все эти дела должны быть доведены до конца. Это очевидно. Я считаю, что это абсолютно правильно.

Теперь ко второй части вашего вопроса. Я уже охарактеризовал, что, на мой взгляд, представляет собой случай бывшего министра Улюкаева. Это очень печальное событие, исключительно печальное. Это событие находится за гранью моего понимания, того, что вообще может произойти с министром. Это высшее должностное лицо в иерархии исполнительной власти. В самом начале я на ваш вопрос сказал, что необходимо дождаться решения суда. Но исполнительная власть не может допускать никаких вакуумов, именно поэтому в связи с тем, что Президентом было принято решение об освобождении бывшего министра от должности в связи с утратой доверия (подчёркиваю, это не приговор суда, это лишь утрата доверия высшего должностного лица в стране, и я тоже такие решения когда-то принимал, они не означают обвинения), – необходимо было этот вакуум заполнить. Поэтому был назначен новый министр, чтобы Правительство работало в полном составе. Сейчас у министерства есть руководитель, который входит в курс дела, решает те огромные задачи, которые возложены на Министерство экономического развития.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, улики всё-таки настолько серьёзны?

Д.Медведев: По уликам, я считаю, комментарии могут давать только следственные структуры. Именно они оценивают эти улики, я здесь воздержусь от комментариев.

М.Фишман: Можно я продолжу эту же тему, она действительно представляется важной в связи с громкими делами этого года, за которыми мы наблюдаем. Вы говорите, утрата доверия – это не приговор, но это часто читается и воспринимается как приговор. «Маркированная валюта» тут прозвучала, мой коллега Сергей сказал. Мы видим не просто аресты, а шоу. Картина этого года: нам показывают чиновника на фоне пачек с долларами. И ощущение такое же, как с утратой доверия, что суд уже не нужен. Вспомню показательный пример – скандальная история с главой таможни Бельяниновым. Человек унижен, уволен по факту того, что произошло. При этом мы даже не знаем, было ли нарушение закона. Мы даже не знаем, состоится ли суд. И это показательная история. У нас в целом есть вопросы к тому, что такое борьба с коррупцией. Вы говорите, очень много случаев – 50 тыс. должностных лиц по всей стране. Мы понимаем, что коррупция в России носит масштабный, может быть, даже тотальный характер, то есть это не взятки, а способ жизни. Когда мы видим то, что видим, то мы с большой долей уверенности предполагаем, что силовые органы и пресса это инструменты для сведения счёта с конкретными чиновниками, начиная от мэров и кончая, может быть, министром федерального правительства. Что в этом проблема, что силовые органы используются избирательно и по разным причинам, а борьба с коррупцией – это повод, смысл не в ней.

Д.Медведев: Сначала про борьбу с коррупцией, потом про позицию журналистов, прессы и так далее. Я всё-таки хочу подчеркнуть ещё раз, что борьба с коррупцией в нашей стране за последние годы приобрела системный характер. Это не кампанейщина, это не желание понравиться, это не какие-то предвыборные лозунги. Ровно поэтому, какой бы политический сезон ни был, когда идут выборы или когда они заканчиваются, всё равно антикоррупционные расследования продолжаются, чиновников, должностных лиц привлекают к ответственности. Эта линия будет продолжена, о чём было сказано и Президентом, и у Правительства в этом смысле абсолютно совпадающая позиция. Кстати, эти расследования, о которых я сказал, касаются и должностных лиц следственных органов. За этот период, о котором я говорил, отвечая на Ваш вопрос, в суды было передано 500 дел в отношении следователей и прокуроров. Это очень существенная цифра. То есть они являются предметом антикоррупционного расследования.

Теперь в отношении того, как всё это показывать. Не мне вам объяснять, потому что вы все как раз представляете средства массовой информации, что очень часто плохие новости гораздо интереснее, чем хорошие, и СМИ стараются найти что-то такое, что вызовет прямой, непосредственный интерес. Этим нельзя злоупотреблять. Ничего нельзя лакировать, но и злоупотреблять нельзя. Именно поэтому Президент в послании сказал, что такого рода расследование не может превращаться в шоу. Вы вспомнили одного нашего коллегу, который руководил таможенной службой, – Бельянинова. Я могу вам прямо, абсолютно откровенно сказать: он год просился, что называется, на выход. Он говорил, что устал, что у него есть другие желания в жизни, что он хотел бы поработать уже в других сферах. Он оставался просто потому, что ему искали замену. Так случилось, что это наложилось на такие мероприятия. И это действительно не очень хорошо. Поэтому это взаимная ответственность и журналистов, и всех, кто причастен к такого рода расследованиям. Президент сказал, что такого рода расследования не могут быть шоу. Это абсолютно справедливые слова. Продолжая то, что сказано Президентом, я хочу сказать, что такие шоу просто не должны продолжаться. Show must not go on!

М.Фишман: Просто я чуть-чуть уточню. Проблема главная, мне кажется, не в журналистах, а в том, чтобы мы понимали, что это не избирательная история.

Д.Медведев: Я когда-то учился на юридическом факультете и учил не только гражданское, экономическое право, коммерческое право, которым там в большей степени занимался, или государственное право, но и уголовное право, уголовный процесс. Коррупция есть в любом государстве, и проблема коррупции является проблемой государственного аппарата далеко не только у нас – мы это отчётливо знаем даже по европейским странам, которые, мы считаем, в этом смысле на более высокой, более продвинутой стадии развития находятся. В любом случае расследование всегда будет носить индивидуальный характер. Будут говорить: «Слушайте, вот рядом такие же находятся, а почему этого привлекли к ответственности?» Всё очень просто. В отношении конкретного гражданина набрали достаточное количество доказательств, и именно поэтому возбуждено уголовное дело. Невозможно же от следственных органов потребовать, чтобы они расследовали сплошняком против всех. У нас такой период был, мы с вами об этом знаем. Он очень плохо закончился. Невозможно говорить ни о коллективной ответственности, ни о том, чтобы возбуждать уголовные дела просто по признаку принадлежности к тому или иному государственному органу.

И.Зейналова: Вопрос про ещё одну замену в Вашем кабинете. Павел Колобков – Министр спорта. Занял эту должность, наверное, в самый страшный и самый тяжёлый для российского спорта период. Допинговый скандал. На прошлой неделе вышла вторая часть доклада Макларена. Они говорят, что у нас государственная система поддержки допинга, несмотря на заявления Президента, чтобы жёстко наказать всех причастных. Макларена это не интересует. Понятно, что сейчас посыпятся имена, WADA начнёт называть тех, кого они считают виноватыми. В Сочи уже отменён чемпионат по бобслею и скелетону. Спортом занимаются Ваши подчинённые. Что они Вам докладывают? Как идёт расследование? Мы сможем доказать нашу чистоту и вернуться в большой спорт?

Д.Медведев: Павел Колобков храбрый человек, раз занял должность министра в столь сложный период, о котором вы говорите. На самом деле он не только нынешний министр, напомню, что он ещё и олимпийский чемпион и шестикратный чемпион мира. Поэтому он на самом деле знает и профессиональный спорт, и спорт любительский.

Ответ на ваш вопрос я бы разделил на две части. Первая касается нашего отношения к допингу. Наше отношение к допингу абсолютно такое же, как и у всех других стран мира. Мы считаем допинг недопустимым в спорте. На использовании допинга должно быть табу. При этом (я и сам об этом говорил, и мои коллеги говорили) надо всё-таки разобраться с тем, что такое допинг. Эти бесконечные манипуляции: мы считаем это допингом, а это не считаем допингом… Да, есть критерии отнесения, но даже в рамках этих критериев, которые были выработаны WADA или какими-то экспертами при WADA, часть препаратов относится к допингу, а часть не относится. История с мельдонием всем хорошо известна. Такого рода сердечные препараты под другим названием, с близкой химической формулой, которые выпускаются в англосаксонских странах, почему-то в этот список не попали. А тот препарат, который когда-то был разработан в Советском Союзе, в этот список попал. Это как минимум внушает сомнения. Поэтому нужно дать абсолютно чёткое, юридически безупречное определение допинга. Более того, каждый спортсмен (мы об этом говорили с нашими спортивными руководителями) должен в любой момент иметь информацию о том, что является допингом, а что допингом не является, чтобы потом не было отговорок, что мы не знали. Но, с другой стороны, чтобы спортсмен, а ещё более важно, его тренер, его врач были проинформированы, что принимает спортсмен. Потому что спортсмен не может достигать спортивных результатов без использования витаминов, различных разрешённых стимуляторов. Это очень тонкая и сложная история. Поэтому здесь наша позиция совпадает: мы принимали и будем принимать решения по очищению нашего спорта от допинга. Действительно, эти проблемы в нашем спорте есть, как и в спорте других стран. Это наша общая задача.

А вторая часть ответа на Ваш вопрос связана уже с другим. Антидопинговая кампания превратилась в антироссийскую кампанию, это абсолютно точно. Нам на это намекали, говорили на разных уровнях, что это будет использовано против нас с учётом общей политической ситуации, сложившейся вокруг России.

Есть поводы нас в чём-то упрекать? Конечно, есть. Есть поводы упрекать другие страны? Тоже есть. Но кампания развёрнута только против наших спортсменов, против нашего государства. Сначала отстранили значительную часть наших спортсменов, которые должны были выступать на летних Олимпийских играх в Рио. Несмотря на это, мы выступили блестяще.

Потом было принято совершенно недопустимое, аморальное, на мой взгляд, решение о недопуске паралимпийцев. Это просто за гранью добра и зла. Мы с вами прекрасно понимаем, кто такие паралимпийцы – это люди с ограничениями по здоровью, иногда существеннейшими. Они же всю жизнь на лекарствах живут! И нам говорят, что эти люди принимали какие-то недозволенные препараты. Мы прекрасно понимаем, кстати сказать, что это и борьба с конкурентами, потому что наша паралимпийская сборная объективно была самой лучшей, потому что сила характера такая! Я считаю, что это просто абсолютно аморальное было решение.

Дальше – больше. Всякие доклады, то одна часть, то вторая. Я вижу в этом часть большой антироссийской кампании. Естественно, никакой государственной системы поддержки допинга не было, нет и быть не может. Это не значит, что отдельные тренеры или спортсмены допинг не используют, но пытаться дело представлять таким образом, что в этом замешана государственная власть, – это абсолютная чушь. Уж я-то знаю, о чём говорю.

Таким образом, борьбу с допингом мы продолжим, но в то же время я хочу, чтобы все наши граждане прекрасно отдавали себе отчёт в том, что решения по спортивным состязаниям, которые в отношении Российской Федерации принимаются, по нашим спортсменам, далеко не всегда продиктованы соображениями борьбы с допингом.

Последнее, свежее решение об отмене проведения у нас, в Сочи, чемпионата по бобслею и скелетону приняла международная федерация. Она действительно вправе такие решения принимать. Но возникает вопрос, во-первых, почему это сейчас было сделано, сразу после какого-то доклада. А раньше атмосфера была другой? Они на какую-то атмосферу ссылаются. И во-вторых, послушайте, что за детский лепет, какая атмосфера? Причём тут атмосфера? Есть договор, который связывает Международную федерацию бобслея и скелетона и нашу федерацию. В этом договоре установлены взаимные обязанности. В этих договорах должна быть установлена ответственность. Я, кстати, проверил, там ответственности серьёзной нет. Я считаю, что нам нужно ревизовать все наши соглашения со всеми структурами, которые занимаются проведением соревнований, для того чтобы в этих договорах содержались чёткие обязательства сторон. Чтобы, прежде чем такие договоры расторгать, другая сторона думала о том, что мы понесли затраты, что и для неё это может обернуться убытками. Это же не шутки. Поэтому этой работой должны заниматься все, в том числе и упомянутый Вами министр Колобков, и те, кто отвечают в Правительстве за спорт.

М.Фишман: А можно я уточню на эту же тему? Действительно, скандал огромный был летом с Олимпиадой, и всё-таки сборную отстраняли не из-за мельдония, насколько мы понимаем.

Д.Медведев: Ну в том числе и из-за мельдония.

М.Фишман: Но далеко не в первую очередь.

Д.Медведев: Там разные препараты упоминались.

М.Фишман: И Вы тоже признаёте, проблемы есть, мы их решаем, хотя отрицаете государственную составляющую, как Вы только что сказали. Тем не менее скандал большой. Сборная не едет. Министр, который олицетворяет этот скандал во всём мире, для всех, и в том числе здесь, в стране, идёт на повышение, становится вице-премьером – Виталий Мутко. Это потому что, как Вы говорите, история политическая и в политическом конфликте своих нельзя сдавать? Или почему?

Д.Медведев: Применительно к Виталию Мутко, он действительно сейчас работает заместителем Председателя Правительства, но он не является министром спорта. Все вопросы, которые ему адресовали различные лица с не очень понятным для меня правовым статусом (типа господина Макларена, я так до сих пор и не могу понять, кто он), эти вопросы и ответы на них никакого развития не получили. Вот посмотрите на последний доклад, который был опубликован. Что говорит этот господин? Он говорит: у меня есть полная уверенность в том, что Мутко причастен к этому скандалу с использованием допинга. И через несколько минут он оговаривается: но у меня нет на эту тему доказательств. Ну что это такое? Поэтому, как Вы сказали, кто-то олицетворяет допинговый скандал… У нас нет доказательств того, что, допустим, министр Мутко к этому скандалу причастен. Если бы такие доказательства были, он бы в Правительстве не работал. Но в то же время люди, которые отвечают за допинговую тему, свою сопричастность всем проблемам чувствуют, поэтому часть людей была освобождена от должности, в том числе заместители министров. Это очень серьёзные должностные лица.

Наконец, в настоящий момент Следственный комитет проводит расследование на тему того, что использовалось, кем использовалось. Давайте дождёмся его результатов. Это уже будут юридически корректные результаты, а не измышления тех или иных лиц с неопределённым правовым статусом, которые обвиняют должностных лиц из других государств бездоказательно.

В.Фадеев: Дмитрий Анатольевич, допинг в спорте, несомненно, имеет отрицательную коннотацию. Можно я вернусь к теме экономической? Мы перешли на тему фактически наших внешних отношений, внешних связей. Вы сказали, что продовольственный рынок у нас очень сильно растёт. Это так, безусловно, – на 3% рост. В частности, он растёт потому, что продовольственный рынок нашей страны был прикрыт от импорта. Он был прикрыт, потому что это контрмеры, наши меры в ответ на антироссийские санкции. Мы видим позитивное влияние таких контрмер.

Но ведь я так понимаю, что не везде влияние позитивное. А технологии? А доступ на рынки капиталов? А процентные ставки у нас в стране высокие, в частности потому, что ограничен доступ на рынки капитала?

Как, по-Вашему, будет развиваться эта тема санкций? Потому что, как бы мы ни боролись и ни старались, всё равно ведь они нам вредят.

Д.Медведев: Валерий, конечно, вредят. Санкции всем вредят, я неоднократно об этом говорил. Тот, кто вводит санкции, в конечном счёте создаёт проблемы. Не мы эту волну породили. В какой-то момент наши партнёры почему-то решили, что при помощи санкций в очередной раз можно склонить Россию к какой-то позиции.

Я неоднократно говорил: эти решения по отношению к Советскому Союзу или к России принимались многократно, они ни к чему не приводили для западных стран. В то же время для нас это создало новую ситуацию, которой мы, как я уже сегодня говорил, решили воспользоваться – и в части сельхозпродукции, и в части импортозамещения. Но, конечно, в целом санкции – это не нормальное явление. Они всё равно бьют и по интересам наших компаний, и по интересам западных компаний, причём по интересам целого ряда стран бьют очень существенно.

Вы сказали про продовольственные вопросы. Действительно, мы хорошо нарастили наш рынок. У нас сейчас продовольственная безопасность обеспечена по очень большому количеству товарных позиций. Мы уверены в том, что в ближайшие годы на 100% закроем все наши потребности на рынке. А наши соседи из-за этого весьма сильно просели. Если говорить о прибалтийских странах, то у них процент уменьшения валового внутреннего продукта в связи с нашими контрсанкциями очень значительный – до 1–1,5% ВВП в некоторых прибалтийских странах. Я только что был в Финляндии, у них тоже из-за этого потери. Поэтому это всё плохая история. Её, конечно, надо заканчивать. Притом что многие наши производители – и промышленники, и аграрии – просят Президента и Правительство не отменять контрсанкции, то есть ответные меры. Подчёркиваю: ответные меры, которые мы ввели не ради того, чтобы насолить нашим западным партнёрам, а для того, чтобы наша экономика начала развиваться. Тем не менее они просят их не отменять, потому что почувствовали возможности для развития. Мы пока эти ответные меры сохранили. Но все должны быть готовы к тому, что рано или поздно эта полоса закончится и возникнет снова чистое конкурентное поле. К этому времени надо развить сельское хозяйство и промышленность до такого уровня, когда они будут сопоставимы по силе с западной промышленностью и сельским хозяйством.

В.Фадеев: В этом году поддержка автомобильной промышленности в России составила 54 млрд рублей. В некотором смысле это несколько сбивает чистое конкурентное поле. Вы планируете продолжать поддерживать эту огромную российскую отрасль?

Д.Медведев: Планируем. Нам Детройт не нужен, нам нужны наши современные автомобильные заводы, которые производят хорошую продукцию теперь. И в прошлом году, и в этом году мы запланировали деньги, и в следующем году – 62 млрд рублей. Это самый большой объём помощи промышленности – 62 млрд рублей. Это касается различных видов автотехники – и легковой, и грузовой, то есть это всё вместе. При этом мы хотим эту программу немного изменить и сделать её более адресной, более приспособленной к интересам конкретных людей. Появятся конкретные пользователи льгот. Малый и средний бизнес, большие семьи, фермеры смогут получить льготы. Чтобы они могли купить новый автомобиль с использованием льготы – той, на которую идут меры поддержки.

С.Брилёв: Наверное, наивно говорить, что у нас будет какая-то совсем позитивная повестка при Трампе, но некие ощущения, что здравомыслия прибавится в российско-американских отношениях, есть. Мы помним, когда в своё время был исчерпан потенциал отношений с Джорджем Бушем, возлагались большие надежды на то, что сейчас Обама придёт и жизнь поменяется. Вы с Обамой тогда объявили о перезагрузке. Или, скажем так, уполномоченные вами главы дипломатических ведомств нажимали на соответствующую кнопку. Чем дело закончилось, мы тоже знаем. Кнопка в музее МИДа лежит, можно посмотреть. Где, Вам кажется, мы с американцами не дорабатывали?

Каким бы могло быть нормальное экономическое сотрудничество со Штатами, тем более что его всегда остро не хватает в наших двусторонних отношениях?

Д.Медведев: Сначала про сотрудничество. В том, что у нас так деградировали отношения... Понятно, что руководитель любого правительства будет исходить из национальных интересов, но мы всё-таки считаем, что в этой деградации, к сожалению, виноваты наши американские партнёры. Мы к этому не стремились. Действительно, предпосылки были весьма неплохие, что-то останется даже на будущее, но в значительной мере фундамент, который был создан, разрушен.

Наше сотрудничество с Соединёнными Штатами Америки всегда будет делиться на два сектора. Первый сектор, где мы друг от друга зависим, где мы являемся обязательными партнёрами, и нам от этого партнёрства никуда не деться. Это вопросы международной безопасности. Две страны, крупнейшие ядерные державы, постоянные члены Совета Безопасности, на нас лежит фундаментальная ответственность за поддержание мира на планете. И мы способны и готовы к этому. Здесь в любом случае всегда консультации велись и будут вестись. Это абсолютно нормально. Это касается всех вопросов – и стратегического паритета, и ядерного сдерживания, и вопросов крупных локальных конфликтов типа Сирии. Это касается вопросов обсуждения важнейших тем для планеты на площадке Организации Объединённых Наций и так далее. Здесь мы в любом случае остаёмся на контакте.

Что касается второй части, или второго сегмента, здесь мы не обязательные партнёры и можем прожить друг без друга. Вопрос в том, надо ли.

С.Брилёв: Экономику имеете в виду?

Д.Медведев: Конечно, это экономика. У нас никогда не было сверхвысокого оборота с Соединёнными Штатами Америки. Посмотрите, крупнейшая экономика мира, а у нас всегда оборот был в районе 25–30 млрд долларов, не более того. В то время как, например, с Германией он был в несколько раз больше. Я уж не говорю про торговый оборот сейчас с Китаем и так далее. Иными словами, там никогда не было чего-то сверхъестественного.

Но сейчас произошла ещё бо?льшая деградация – ещё раз употреблю этот термин – и торговых отношений. Наш торговый оборот за этот год, может быть, будет 17–18 млрд. Это для наших экономик вообще ничего. Да, проекты сохраняются. Многие представители бизнеса с удовольствием говорят об участии в различных наших совместных компаниях, в решении новых задач. Но это вопрос, который в значительной мере будет зависеть от администрации.

А теперь в отношении того, какой курс будет проводить новая администрация: я не знаю. Многие вещи, которые были озвучены избранным Президентом Дональдом Трампом, мне кажутся разумными, прежде всего потому, что это прагматические вещи. Он ведь не говорит о том, что Россия – это друг, что мы хотим какой-то особой дружбы. Он говорит: мы хотим, чтобы были обеспечены прагматические интересы Соединённых Штатов Америки, мы никого не хотим делать врагами, мы хотим со всеми развивать отношения. Это правильные слова для любого национального лидера. И мы то же самое говорим. Ведь мы все решения принимаем не ради американцев, китайцев и ещё кого-то. Мы принимаем их в наших национальных интересах. В наших национальных интересах выстроить с ними нормальные отношения. Проблема заключается в том, что любой избранный президент приходит не в чистое поле, а уже на готовую ситуацию. Есть традиции, есть Государственный департамент, есть решения, ранее принятые Конгрессом, Сенатом. Иными словами, всё это будет сказываться на будущей политике, которую будет проводить новая американская администрация. Но мы, конечно, хотели бы стабильных, нормальных, современных отношений с Соединёнными Штатами Америки, о чём неоднократно говорил Президент Путин.

И.Зейналова: Мы добрались до Трампа, а Трамп добрался до отдела кадров. Он назначил товарища, награждённого российским орденом Дружбы за сотрудничество с Россией. Это Рекс Тиллерсон, госсекретарь. Это как раз и есть та самая современная внешняя политика, на которую мы надеемся и уповаем. Илон Маск сегодня назначен советником. Это такие крепкие хозяйственники от капитализма. Явно не от политики. Вы с ними встречались на полях международных саммитов? Поскольку Вы – по хозяйству и они – по хозяйству. А теперь будут политикой заниматься. Можете предсказать, чего ждать от них?

Д.Медведев: Если говорить о людях из бизнеса, а господин Тиллерсон действительно относится к этой когорте, это люди с очень прагматическим мышлением. Мне кажется, это очень хорошо. Посмотрите, что в Америке произошло? Я не знаю, что в конечном счёте там сложится, но у них такая ситуация, когда во главе страны встал человек, который практически ни дня не был на государственной службе, всю жизнь занимался вопросами развития экономики и бизнеса. Он предлагает свою команду таких же людей. У этих людей – мне кажется, это самое главное – нет врождённых антироссийских или вообще каких-то «анти»-стереотипов. У меня было много контактов с американскими должностными лицами. Я не буду никого конкретно называть, чтобы не обидеть. Но многим из них я говорил: «Твоя беда в том, что ты всю жизнь занимался советологией, у тебя уже есть набор стереотипов, которые тебе дали в Стэнфорде, ещё где-то. И, даже несмотря на природный ум и всё остальное, это довлеет». Эти люди всё начинают с чистого листа. Мне кажется, это неплохо. А господин Тиллерсон всем нам известен как крупный бизнесмен, человек, который много работал на совместных проектах, в том числе на Сахалине, по целому ряду других сделок. В этом смысле с ним хорошие отношения у российских крупных компаний. Ровно поэтому он был когда-то награждён нашим орденом Дружбы. Ну уж не знаю, что это, так сказать, будет значить в процедуре его назначения на должность. Посмотрим.

С.Брилёв: Интересно Вы сейчас и про Кондолизу Райс рассказали, Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Я никого не называл. Это Вы сами домыслили.

С.Брилёв: Дмитрий Анатольевич, давайте вернёмся к нашей повестке. Почти все здесь присутствующие встречались с Вами в течение последнего года тет-а-тет (хотя, наверное, миллионы телезрителей это видели) в канун предвыборной кампании.

Д.Медведев: Да.

С.Брилёв: Мне лично удалось записать с Вами интервью за неделю, по-моему, до выборов.

Д.Медведев: Да, так и было.

С.Брилёв: Вы тогда были нацелены на результат, который, у меня такое ощущение, даже где-то превзошёл Ваши ожидания, – такое конституционное довлеющее большинство. Я неслучайно слово «довлеющее» немножко выделил. Есть даже мнение, что в известной степени можно применить выражение «потерпеть победу», – вот что произошло в сентябре. К чему я это? Конечно, если посмотреть на нынешнюю Думу, после долгого перерыва вновь конституционное большинство. Собственно говоря, дебаты по бюджету сейчас показали, что, да, у оппозиции есть право что-то сказать, но, в общем, сказали и разошлись. Не пугает ли Вас такое большинство, хватает ли Вам качества оппозиции?

Д.Медведев: Ничего не пугает. Всего хватает. И оппозиции тоже. Всё нормально абсолютно.

С.Брилёв: То есть Вам комфортно?

Д.Медведев: Всё по заслугам, что называется. Мы прошли сложную избирательную кампанию. Я лично очень много регионов посещал и как Председатель Правительства, и проводя предвыборные мероприятия. И тот результат, который мы получили, действительно для нашей партии, для «Единой России», очень хороший, я спорить не буду. Но считать, что в Государственной Думе что-то фундаментальным образом изменилось, я не могу по одной простой причине, даже не только с точки зрения большинства, а с точки зрения распределения ролей. Вот посмотрите, все комитеты, которые раньше были закреплены за другими партиями, которые проходили в Государственную Думу, остались за ними. Все высшие должностные лица, которые там замещали должности в руководстве Государственной Думы по пропорциональному, так сказать, принципу, остались на местах. В этом смысле наши коллеги из других оппозиционных партий (кто прошёл, естественно, а прошли те же) своё представительство сохранили. И нам, нашей партии, вполне хватает и критики с их стороны, и жёстких позиций. Это в полной мере проецируется на деятельность Правительства. Они нас как критиковали, так и критикуют, иногда очень жёстко критикуют. Но это полезно, это важно, тем более что и в словах, которые использует оппозиция, и в их аргументах, доводах всегда есть какое-то рациональное зерно. Мы обязаны это изучать.

С.Брилёв: Но и парламент, я так понимаю, сейчас, даже будучи единороссовским, начал с вас строже спрашивать, министров вызывает, я знаю.

Д.Медведев: Министров и раньше всегда вызывали, но мы договорились с новым руководством парламента, я специально обсуждал это с председателем Государственной Думы. Министры должны быть дисциплинированны. Я подписываю, например, распоряжение о том, что представляет закон конкретный заместитель министра. Заместитель министра – это всё-таки серьёзная фигура, это человек, который обладает большими полномочиями. Что делает этот человек? Он не идёт в Государственную Думу, а присылает кого-то менее высокого.

С.Брилёв: Директора департамента.

Д.Медведев: Директора департамента, заместителя директора департамента. Депутаты справедливо обижаются. Поэтому я сказал: знаете, ребята, если я подписал распоряжение про конкретного человека, заместителя министра, пусть он везде и ходит.

Э.Муртазаев: Возвращаясь к парламентским выборам. Ведь не секрет, что на этих выборах явка оказалась рекордно низкой за всю историю выборов в России, при этом особенно низкой она оказалась среди избирателей в больших городах. Вы не считаете, что это такой ответ городского среднего класса, такая форма недовольства существующей технологией выборов, существующей процедурой?

Д.Медведев: Я не считаю, конечно, так. Не потому, что я представляю сейчас ведущую политическую силу, а по вполне понятным статистическим соображениям. В развитых демократиях (мы пока ещё, подчёркиваю, не развитая демократия, мы на пути развития своей правовой системы, наших демократических основ) явка никогда не бывает сверхвысокой, кроме каких-то экстремальных ситуаций.

В среднем по Европе явка 52, 47, 45, в некоторых странах европейских 33, 35 на выборах в парламенты. У нас явка была 48%. Это средняя явка по современным странам. При этом у нас все процедуры используются, которые предусмотрены. У нас сейчас нет такого обильного голосования досрочно, как в некоторых других странах, у нас не голосуют по почте. У нас Президента (хотя сейчас не президентские были выборы) избирают большинством голосов, в отличие от некоторых других стран, где Президента могут избрать меньшинством.

С.Брилёв: Но Вы опять не назовёте их?

Д.Медведев: Опять называть не буду. Но мне когда-то просто коллеги мои американские называли это в качестве преимущества их избирательной системы. Сейчас оставлю это без комментариев.

Поэтому явка, на мой взгляд, нормальная, средняя. Что касается больших городов, Вы правы. Действительно, большие города в чём-то меньшую активность проявляют. Я не знаю, результат ли это разочарований (это всё подлежит отдельному исследованию) или наличия другой повестки дня, большего количества ярких лидеров в провинции, каких-то иных соображений. Но, мне кажется, из того, как проходили выборы в крупных городах, нужно извлечь определённые уроки, в том числе и для «Единой России», конечно. Притом что, надо сказать прямо, наша партия в отличие от многих других реально ходила по дворам, предъявляла свои партийные проекты, включая проекты благоустройства дворов. Мы этот проект тогда засветили, что называется, предложили его осуществлять. Впоследствии он прошёл проработку в Правительстве, был поддержан только что в Послании Президентом, и сейчас по всей стране развернётся программа благоустройства дворов. Я просто к тому, что это и вопрос к конкретным людям, которые занимались избирательной кампанией.

М.Фишман: Я спрошу про гуманитарную сферу. Она мне представляется очень важной, уверен, что не мне одному. Это вопрос по Вашей части, потому что это вопрос про работу правительственных структур, а именно Министерства культуры. Наблюдая за тем, что происходило в течение этого года, мы видели, как Министр культуры видел своё ведомство идеологической инстанцией, а свою работу видел в том, чтобы насаждать единственно верные трактовки, с его точки зрения. Я могу очень много примеров приводить, но возьму последний, а именно обвинение в адрес центра Бориса Ельцина в Екатеринбурге в том, что там неправильно показывают историю, что её надо показывать не так, а этак. Но это просто пример, это происходит постоянно. У меня вопрос очень простой: это вообще входит в должностные обязанности Министра культуры объяснять нам, что правильно, а что нет?

Д.Медведев: Сегодня мы затрагиваем наших коллег, которым трудно работать. Не хотел бы я работать министром культуры с учётом тех вопросов, которые вы задаёте, как и министром спорта. Это сложная работа, нервная.

На мой взгляд, любой министр должен осуществлять координацию, как принято говорить, государственной политики в этой сфере. Относятся ли к вопросам координации государственной политики и издания соответствующих нормативных актов комментарии по конкретным ситуациям? Здесь, мне кажется, нужно исходить из максимально аккуратной, сбалансированной позиции. Вы упомянули Ельцин-центр, говорите, что есть и другие примеры комментариев со стороны Министра культуры или какого-либо другого министра. Но Министр культуры – это идеологическая сфера, это всегда более выпукло выглядит. Когда речь идёт об оценках того или иного предмета искусства, выставки, постановки, на мой взгляд, кто должен это комментировать? Эксперты, соратники по цеху, обычные люди, которые говорят: «мне нравится, мне не нравится», «это годится, это не годится», «это соответствует нашим представлениям, не соответствует нашим представлениям». Когда комментарий осуществляется чиновником в любой сфере, это, к сожалению, в какой-то момент может быть воспринято как окрик. А вот этого допускать нельзя. Даже если должностное лицо и не собиралось заниматься цензурой и что-либо пресекать, просто сразу же формируется тренд: если это позиция министра, значит, нас поставили на место. В этом плане министры – и Министр культуры, и другие министры – должны быть максимально сдержаны в высказывании своих позиций, даже если они абсолютно уверены в справедливости своих суждений.

И.Зейналова: Дмитрий Анатольевич, самым современным из искусств у нас является интернет. Вы активный пользователь. Вы фотографируете, выкладываете. Сейчас, говорят, даже в социальных сетях новый тренд: если раньше все фотографировались на фоне машин, красивых видов и с загаром, то теперь исключительно: офис пустой, а я всё ещё работаю, начальник ушёл, а я всё ещё вкалываю… Вероятно, в ожидании лайков от этого начальства. Самые большие дискуссии в интернете и об интернете: давайте закроем один сайт, давайте закроем другой… Если была бы Ваша воля, что бы Вы закрыли и как бы Вы регулировали этот виртуальный мир? Потому что он уже совсем близко к реальности подошёл.

Д.Медведев: Ирада, я, кстати, не видел в социальных сетях фотографии пустых офисов.

И.Зейналова: Просто у Вас никто не работает. Вы сами говорите, чиновники не хотят!

Д.Медведев: Это навело меня на хорошую мысль, надо мне сделать такого рода публикацию, чтобы было видно, что Председатель Правительства в позднее время на месте!

И.Зейналова: Окно горит…

Д.Медведев: Окно горит, не спит, пульт работает, телефоны все работают, а остальные коллеги где? Поэтому я обязательно возьму это на вооружение.

По поводу интернета и социальных сетей. Мне кажется, что интернет, социальные медиа, социальные сети – это сегодня и не добро и не зло, это просто факт нашей реальности. Вот смотрите: раньше наши предки владели блестящим образом (особенно образованные люди, конечно) эпистолярным жанром, то есть писали прекрасные письма друг другу. Потом, в ХХ веке, появился телефон, они часами висели на телефоне. Звонили, обсуждали какие-то проблемы. Сейчас средством общения стал интернет. Это возможность посмотреть мир, показать себя в этом мире, отреагировать на какое-то событие или получить очень жёсткую, зачастую неадекватную реакцию, причём анонимно. Ещё раз говорю, поэтому это и не зло и не добро, это факт нашего времени. Точно так же нам всем понятно, что в настоящий момент интернет – это неисчерпаемый источник знаний, причём тоже самых разных: и полезных, и бесполезных, и иногда очень вредных. Поэтому в целом моё отношение к социальным сетям такое: это то, что нас окружает, и этим можно пользоваться, если тебе этого хочется, в соответствии с законом и с учётом тех решений, запретов, которые в любой стране существуют. Что здесь очень важно? Я об этом неоднократно говорил и ещё раз вам скажу. Очень важно, чтобы мировое сообщество, как когда-то в середине XIX века, в середине XX века, применительно к авторским правам выработало конвенцию, именно международную конвенцию. Не какие-то решения юрисдикционных органов Соединённых Штатов Америки, где когда-то было принято решение присваивать доменные имена (сейчас, правда, они кое-что изменили, но тем не менее всё осталось в значительной мере как прежде), а именно международную конвенцию, в рамках которой и можно будет отрегулировать все вопросы развития интернета, включая и вопросы развития социальных сетей.

С.Брилёв: В таком случае вопрос от меня на правах подписчика в «Фейсбуке» – на Дмитрия Анатольевича я подписан. Вы там всё-таки часто и фотографии выкладываете... Мы отработали примерно полтора часа, договаривались, что так примерно и будет.

Д.Медведев: Даже больше.

С.Брилёв: Поэтому давайте в качестве завершения. Если языком фотографических вспышек, Дмитрий Анатольевич, чем у Вас 2016 год остаётся в памяти?

Д.Медведев: Если фотографическими вспышками пойти, то, конечно, год, как я уже сказал, был сложный. С другой стороны, год включал в себя и радостные моменты, и позитивные какие-то ситуации. Конечно, я не могу не вспомнить из крупных событий года выборы в Государственную Думу. Что скрывать, это для страны важнейшее было событие.

Я не могу не вспомнить выступление наших спортсменов в Рио, где, несмотря на все ограничения, несмотря на недружественную позицию в отношении нашей страны, нашего спорта, они выступили блестяще. Я хочу их ещё раз за это поблагодарить от всех нас, от всех, кто болел за них.

У нас были примеры совершенно фантастических явлений, связанных с культурой и искусством, несмотря на критику определённую, которая раздавалась в этом направлении. У нас люди стали активно посещать экспозиции крупных художников, туда многотысячные очереди, если вспомнить выставки Серова или Айвазовского. Или же, например, такое фантастическое событие, как выступление оркестра под управлением Гергиева в Пальмире. Всё это создаёт образ 2016 года. А впереди 2017 год. Я желаю, конечно, всем в наступающем году счастья, мира, здоровья и процветания.

С.Брилёв: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, за Ваше время. Спасибо коллегам. На этом наш ежегодный разговор с Дмитрием Медведевым подошёл к концу. Всего доброго и до встречи.

Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 15 декабря 2016 > № 2010954 Дмитрий Медведев


Россия. ПФО > Медицина > premier.gov.ru, 12 декабря 2016 > № 2001370

Об охране здоровья матери и ребёнка.

Селекторное совещание.

Перед совещанием Дмитрий Медведев посетил Оренбургский областной перинатальный центр.

Областной перинатальный центр открылся в октябре 2016 года. По состоянию на 8 декабря здесь родилось уже 526 детей.

На строительство клиники было направлено более 2,5 млрд рублей, приобретено 1832 единицы медицинского оборудования, в том числе 3 рентгеновских аппарата, 34 инкубатора для выхаживания новорождённых, 30 аппаратов искусственной вентиляции лёгких для женщин, 41 аппарат искусственной вентиляции лёгких для детей, 22 фетальных монитора, 61 операционный монитор, 7 ультразвуковых аппаратов. При этом доля импортного медицинского оборудования не превышает 40%.

На подготовку врачей и среднего медицинского персонала для перинатального центра из областного бюджета выделено 2,64 млн рублей. В 2014–2016 годах 226 специалистов прошли обучение в симуляционных центрах по профилю «Акушерство и гинекология».

Сегодня здесь работают 115 врачей, из них 1 доктор медицинских наук, 4 кандидата медицинских наук, 1 заслуженный врач Российской Федерации, 304 средних медицинских работника, 107 человек младшего медицинского персонала.

Центр рассчитан на 170 коек. Его общая площадь составляет 23,5 тыс. кв. м.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Прежде всего хочу поздравить всех с Днём Конституции. Конституция – это Основной закон, по нему наша страна живёт уже более 20 лет. Напомню, что по Конституции Россия является социальным государством. Это в том числе касается здравоохранения, жизни наших людей и заботы о материнстве и детстве. Поэтому, по нашей Конституции, всё это является в том числе прямой обязанностью государства.

Начну с хороших данных. Нам удалось достичь Целей тысячелетия в области развития по таким важнейшим показателям, как снижение материнской и детской смертности. Я напомню, что эти Цели тысячелетия были сформулированы Организацией Объединённых Наций в 2000 году.

За последние 25 лет, то есть с 1990 года, показатель материнской смертности в нашей стране снизился более чем на три четверти. Сейчас он составляет чуть более 10 случаев на 100 тыс. родившихся живыми детей. За всё это время смертность детей в возрасте до пяти лет снизилась практически на две трети. Уровень младенческой смертности по результатам прошлого года составил 6,5 случая на тысячу родившихся живыми. По итогам 10 месяцев текущего года этот показатель выглядит ещё лучше и составляет приблизительно 5,9.

Но за этими сухими цифрами самое главное – это тысячи детей и женщин, которым была вовремя оказана медицинская помощь (причём эта помощь иногда очень сложная, высококвалифицированная) на базе тех решений, которые мы с вами принимали.

Работа по программе охраны материнства и детства, по созданию перинатальных центров началась приблизительно десять лет назад, когда мы приступили к первой версии национального проекта по здоровью. Тогда перинатальных центров в нашей стране было считаные единицы. Я один из них тогда посетил. Это был высокотехнологичный институт, который специализируется именно на поддержке материнства и детства, на выполнении высокотехнологичных медицинских действий. Сейчас эта программа реализована практически по всей стране – это результат нашей с вами работы в последнее время.

Я только что посетил Оренбургский областной перинатальный центр. Он производит очень хорошее впечатление. Там есть всё, чтобы и женщины, и дети получали самую лучшую медицинскую помощь. Специалисты, которые там трудятся, имеют очень хорошую подготовку. Оборудование – высокотехнологичное, сложное. Причём значительная часть его – это российское, абсолютно конкурентоспособное оборудование. И всё это смонтировано в единую систему и работает для решения самых разных медицинских задач. Условия очень приличные, комфортные.

В то же время всё сделано абсолютно разумно, нет ничего лишнего. К сожалению, у нас была такая стадия, скажем так, строительства различных социальных учреждений (это касается и медицинских учреждений, и школ, и даже детских садов), когда старались делать эксклюзивные объекты.

Да, они, может быть, прекрасные, но они очень дорогие, и вместо нескольких объектов появлялся один. Мне кажется, что типовые решения и в области медицинского проектирования, и в области проектирования школ, детских садов – это очень важно, поэтому курс на поддержку типовых решений мы обязательно продолжим.

За последние годы построено 35 таких центров. Эта работа продолжается, хотя планировалось завершить её к концу этого года. Напомню, что с 2008 по 2015 год было построено 25 перинатальных центров. С 2014 года по настоящее время у нас строится 32 перинатальных центра. Но работа эта завершается не во всех регионах. Есть объективные этому причины, но есть и не вполне объективные. Мы об этом поговорим с руководителями регионов, где стройки идут, но отстают, – для того чтобы определиться, как поступить дальше.

Было принято решение перенести сроки на следующий год. Запланированные на перинатальные центры средства из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования выделены. Но в любом случае нужно ускориться, действовать быстрее, не допускать дальнейших задержек. У нас сейчас есть все возможности, для того чтобы открыть эти центры для пациентов.

Тема материнства и детства настолько важна, что мы занимаемся ею в рамках приоритетных проектов, и такие центры являются частью одного из приоритетов. Проект этот называется «Технологии и комфорт – матерям и детям», на его выполнение выделены немаленькие средства: около 25 млрд рублей – из региональных бюджетов и порядка 45 млрд рублей – из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования. Это самый дорогостоящий проект из тех, которые реализуются сегодня в сфере здравоохранения. От его успеха зависит и демографическая ситуация, и будущее наших детей.

Все наши усилия по совершенствованию системы оказания медицинской помощи не имеют шансов на успех, если не будет высококлассных специалистов. От любой техники толка немного, если на ней некому работать или же люди, которые на ней работают, не подготовлены. Поэтому ещё одно направление нашей работы – это повышение квалификации медицинских работников, в том числе тех, которые работают с детьми, с будущими мамами. Для повышения квалификации акушеров-гинекологов, неонатологов, педиатров с 2011 года открылось 18 обучающих центров на базе федеральных государственных учреждений, ещё два создаётся. Надеюсь, что у нас будет больше грамотных специалистов.

У нас в повестке достаточно много вопросов, которые требуют внимания. Это и реабилитация детей после высокотехнологичной медицинской помощи, и профилактика, и лекарственное обеспечение, и паллиативная помощь.

Хочу также проинформировать об одном документе, который я недавно подписал. Этот документ направлен на совершенствование механизма предоставления высокотехнологичного лечения. Со следующего года изменяются правила финансового обеспечения высокотехнологичной медицинской помощи, которая не включена в базовую систему обязательного медицинского страхования. Средства Фонда обязательного медицинского страхования на оказание такой помощи будут направляться напрямую федеральным государственным учреждениям, то есть не через бюджет, как это делалось раньше, а напрямую соответствующим бюджетополучателям. Такое постановление Правительства я подписал 5 декабря.

Россия. ПФО > Медицина > premier.gov.ru, 12 декабря 2016 > № 2001370 Дмитрий Медведев


Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 12 декабря 2016 > № 2000857

Алексей Володин, ВТБ страхование: снижение тарифов в страховании продолжается

Несмотря на то, что в 2016 году страховой рынок буквально «воспрянул духом», страховщики продолжают снижать тарифы. С чем связана такая тенденция?

Если сравнивать периоды 2014-2015 годов и первую половину 2016 года, можно отметить заметное изменение ситуации на страховом рынке в сторону улучшения. Сначала мы видели, что общий спад в экономике оказывал отрицательное влияние на страховой рынок, наблюдалось сокращение объемов страхования. В тот период, рынок вырос всего на 3,6%, но и это произошло за счет повышения базовых тарифов на ОСАГО. А вот уже по результатам первого полугодия 2016 года мы увидели, что рынок, перегруппировавшись, показал достаточно хороший рост, фактически увеличившись на 14%.

Положительная динамика наблюдалась в том числе в сегменте корпоративного страхования: несмотря на общую тенденции к оптимизации расходов, крупные компании не отказывались от страхования. Основными драйверами этого сегмента стали страхование имущества, добровольное страхование гражданской ответственности и финансовых рисков.

Алексей Володин

заместитель генерального директора ООО СК «ВТБ Страхование»

«Что касается«ВТБ Страхование», то мы не отметили оттока клиентов. Да, по многим договорам мы вместе с клиентами оптимизировали набор рисков, за счёт чего произошло сокращение объемов страхования, но в целом все наши клиенты остались с нами. Так, например, по объективным причинам, сократились объемы страхования грузоперевозок и строительно-монтажных рисков в связи с «заморозкой» некоторых проектов, недостаточным финансированием и уменьшением спроса. В 2015 году это оказало серьезное влияние и на рынок корпоративного страхования. При этом в 2016 году их реализация в большинстве своем возобновилась, в частности продолжилось обновление основных средств промышленных предприятий, идет активное строительство жилых комплексов».

Некоторое снижение ранее наблюдалось в сегменте, ориентированном на страхование малого и среднего бизнеса, где спросом пользуются преимущественно не добровольные виды, а страховые программы при сопровождении банковских сделок — страхование залогового имущества, лизинговых проектов, кредитов. С сокращением объемов кредитования, упал спрос и на страхование. Но этот сегмент занимает не столь большую долю в рамках всего рынка корпоративного страхования и на общий объем большого влияния не оказывает.

Стоит отметить, что продолжается тенденция к концентрации рынка вокруг крупных страховщиков. Сегодня у них «в руках» сосредоточено около 80% бизнеса. Этому способствует и активная работа регулирующих органов по очищению рынка от недобросовестных игроков, а также тех страховых компаний, которые в силу ряда причин не способны выполнять свои обязательства. Уход с рынка слабых игроков, безусловно, положительно влияет на дальнейшее развитие страхования. И все же эти меры полностью избавить рынок от демпинга не могут — снижение тарифов связано с другими причинами.

Алексей Володин

заместитель генерального директора ООО СК «ВТБ Страхование»

«Если рассматривать ситуацию по такому виду страхования как авиакаско, то на этом рынке предложение превышает спрос в 3 раза. В связи с этим есть тенденция к снижению тарифов — как на российском, так и на международном рынках. К слову, снижение размера тарифных ставок наблюдается фактически по всем видам корпоративного страхования».

Алексей Володин также отметил, что, конечно, имеют место и случаи повышения стоимости страхования, но это, скорее, частности, вызванные крупными убытками и изменением степени риска.

Доля рынка, приходящаяся на крупных страховщиков, увеличилась и за счет страхования компаний, попавших под санкции. Несколько крупных компаний, до этого размещавших свои риски на западе, теперь распределили их между российскими страховыми компаниями. Для формирования новых перестраховочных емкостей были привлечены фактически все участники рынка, способные их сформировать. Также часть пришлась и на долю восточных и юго-восточных партнеров. Сострахование и входящее перестрахование стало одним из драйверов рынка.

В общей сложности, включая возможности Национальной перестраховочной компании (НПК), общая емкость перестрахования достигла 10 млрд рублей. Как отмечают эксперты, это еще не покрывает полные потребности рынка, но уже оказывает существенную помощь. В следующем году НПК заработает на полную мощность, будут отлаживаться механизмы взаимодействия со страховыми компаниями. И хотя среди страховщиков есть некоторые опасения в связи с необходимостью большой инфраструктурной подготовки этого проекта, абсолютное большинство видит необходимость в дальнейшем развитии системы перестрахования.

По прогнозам ВТБ Страхование в следующем году на рынке корпоративного страхования кардинальных перемен не будет.

«Что касается рынка и ВТБ Страхование в частности, то объемы страхования в корпоративном сегменте останутся примерно на том же уровне. Наибольший прирост, вероятней всего, традиционно будет отмечен в сегменте добровольного медицинского страхования, рост которого обусловлен инфляцией на рынке медицинских услуг. Пожалуй, одно из существенных нововведений — это появление Национального перестраховщика. В остальном рынок достаточно стабилен. ВТБ Страхование занимает прочные позиции и подтверждает высокую надежность, а также готово брать на себя ответственность по самым крупным и серьезным проектам», — подтвердил Алексей Володин.

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 12 декабря 2016 > № 2000857 Алексей Володин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 8 декабря 2016 > № 2001339

Заседание Правительства.

В повестке: о поручениях Правительству по реализации Послания Президента Федеральному Собранию, шесть проектов федеральных законов, субсидии регионам.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Неделю назад Президент выступил с Посланием Федеральному Собранию, в котором обозначил вектор развития страны. Были определены ключевые задачи и в экономике, и в социальной сфере. Бо?льшая часть задач касается непосредственно Правительства.

Я подписал поручения конкретным министерствам для исполнения послания. Эти поручения затрагивают самые разные сферы, касаются практически всех ведомств, которые входят в систему исполнительной власти (не только Правительства, но и других федеральных органов исполнительной власти), а также научных, экспертных, общественных организаций.

Предстоит принять решения, которые должны позволить возобновить рост экономики, оптимизировать механизмы контроля за предпринимательской сферой. Также необходимо повысить устойчивость бюджетов всех уровней к колебаниям цен на нефть и другим внешним и внутренним шокам.

Оборонная промышленность должна нарастить долю продукции гражданского и двойного назначения. Есть важнейшие задачи в социальной сфере. Они тоже всем известны.

Сроки исполнения поручений разные. Тем не менее они являются сжатыми. Прошу всех руководителей федеральных структур за этим следить.

Теперь несколько слов о документах, которые были подписаны.

Во-первых, я утвердил Стратегию по противодействию незаконному обороту промышленной продукции на период до 2020 года и плановый период до 2025 года. Производство подделок и контрафакта мешает созданию цивилизованного рынка. Оценить масштабы бедствия в точных цифрах довольно сложно, поскольку незаконный оборот находится в теневом секторе экономики. Тем не менее, по различным оценкам, в ряде отраслей доля такой продукции может быть очень большой – до 50%.

В результате бюджет недополучает налоги, а люди, которые покупают такие товары, рискуют своим здоровьем, а подчас даже жизнью. Стратегия позволит более системно скоординировать усилия в этом направлении и эффективнее бороться с этим злом на всех уровнях.

Во-вторых, утверждён план мероприятий по стимулированию спроса на продукцию высоких переделов из алюминия на ближайший период – до 2018 года. Мы хотим, чтобы при государственных и муниципальных закупках приоритет отдавали российской продукции. Кроме того, планируется расширение применения алюминия в строительстве, транспорте, энергетике, машиностроении и будет увеличено потребление алюминия в авиа- и судостроении, а также вагоностроении.

В-третьих, я подписал постановление, которое направлено на защиту дольщиков. Минстрою поручено выступить учредителем некоммерческой организации «Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства». Начиная с 1 января следующего года застройщики будут в обязательном порядке делать отчисления, то есть взносы в этот фонд. Он в свою очередь будет выделять средства на достройку незавершённого жилья либо, если это по каким-либо причинам нецелесообразно, выплачивать людям возмещение в случае банкротства застройщика, который уплачивал взносы в этот фонд.

В повестке дня также субвенции, субсидии и межбюджетные трансферты, в том числе дополнительные средства на лекарства и медицинские изделия льготникам, а также для закупки лечебного питания для детей-инвалидов. Кроме того, мы продолжаем поддержку неработающих пенсионеров, доход которых не дотягивает до регионального прожиточного минимума. В этом году на социальные доплаты к их пенсиям уже направлено более 6,7 млрд рублей. Сегодня распределим средства между 11 регионами, которые позволят им в полном объёме исполнить обязательства по выплате таких доплат к пенсиям.

Также мы софинансируем расходы регионов по поддержке многодетных семей. Их число растёт, и чтобы они вовремя получали положенные им выплаты на третьего и последующих детей, в ряд регионов направляется дополнительно более полумиллиарда рублей.

Таким образом, общий объём субсидий 53 регионам на эти цели составит почти 18 млрд рублей.

Сегодня также распределяются трансферты, которые пойдут на выполнение региональных программ в сфере дорожного хозяйства, – это почти 9 млрд рублей. Деньги регионы могут использовать в том числе для того, чтобы привести в нормативное состояние автомобильные дороги регионального и местного значения.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 8 декабря 2016 > № 2001339 Дмитрий Медведев


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 7 декабря 2016 > № 1996929

Выступление Министра Вероники Скворцовой на "Правительственном часе" в Государственной Думе

В своем послании Федеральному Собранию Президент России Владимир Владимирович Путин подчеркнул, что смысл всей нашей политики – это сбережение людей, умножение человеческого капитала как главного богатства России. Применительно к системе здравоохранения, эта задача предполагает серьезную последовательную работу по повышению доступности и качества медицинской помощи.

Сегодня можно уверенно говорить, что даже в условиях действия сильных социально-экономических факторов системе здравоохранения удается добиваться позитивных изменений в плане показателей здоровья населения.

За 2015 и неполный 2016 год продолжительность жизни увеличилась более чем на 1,2 года, впервые в нашей истории превысив 72 года.

Смертность снизилась во всех возрастных группах: детей – на 12,4%, трудоспособного населения – на 3,3 %, старше трудоспособного возраста – на

0,8 % – от всех основных причин. Лишь за 10 месяцев 2016 года в России удалось сохранить на 33 тысячи жизней больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Безусловный вклад в увеличение продолжительности жизни внесло снижение младенческой смертности, которая сократилась в 2015 году на 12,2%, составив 6,5 на 1 000 родившихся живыми. А за 10 месяцев 2016 года снижение составило 10,6% – до 5,9 на 1 000 родившихся живыми. Следует напомнить, что ещё в 2010 году мы прогнозировали на 2020 год достижение показателя 7,5.

Значительно снизилась и материнская смертность – на 6,5 % за 2015 год, достигнув 10,1 на 100 тыс. родившихся живыми. При этом в прогнозах на 2020 год данный показатель должен был достичь 18,7.

Сегодня уровни младенческой и материнской смертности являются наименьшими в истории нашей страны.

Реализация поручения Президента России по строительству новых 32 перинатальных центров позволит завершить формирование трехуровневой системы оказания медицинской помощи в сфере охраны материнства и младенчества и обеспечить дальнейшее улучшение показателей.

Одной из главных задач Минздрава является повышение доступности медицинской помощи, в особенности на селе и отдаленных районах. Известно, что на протяжении десятилетий сельская медицина последовательно деградировала. Так, лишь с 2005 по 2011 годы число ФАПов и ФП сократилось на 12 %, или более чем на 5 тыс.

В 2012 году мы обратились к регионам с требованием прекратить сокращение маломощных медицинских объектов на селе. Были системно пересмотрены и утверждены требования к размещению медицинских организаций, исходя из численности населения и удаленности от другой медицинской организации. Это дало результат. Из 800 медицинских объектов, построенных и введенных в 2015 году, 557 – были новые ФАПы, 58 – офисы врачей общей практики. За 2015 год почти в 2,5 раза увеличилось число отделений врачей общей практики и в 1,6 раза – число сельских врачебных амбулаторий.

Благодаря программе «Земский доктор», на село с 2012 года переехали более 22 тысяч специалистов.

Для обеспечения своевременности медицинской помощи – с 2014 года – рекомендательно, а с 2015 года – в обязательном порядке – впервые были установлены предельные сроки ожидания медицинской помощи разных видов, закрепленные Программой государственных гарантий.

В целях оценки территориальной доступности медицинских организаций Минздравом России совместно с субъектами Российской Федерации с 2016 года разработана и внедрена геоинформационная система, содержащая информацию о населенных пунктах, численности проживающего в них населения, транспортной инфраструктуре, медицинских организациях. Система позволяет оценивать территориальную доступность медицинской помощи разных видов и определять зоны риска по несоблюдению предельных сроков её ожидания для каждого населенного пункта в каждом регионе. В настоящее время геоинформационная система содержит данные о 158 тыс. населенных пунктов и 72 тыс. медицинских организаций и их структурных подразделений.

В соответствии с геоинформационной системой, на сегодня при работающих более 41 тысячи объектов сельского здравоохранения не хватает ещё 1387: 1145 ФАПов и 242 сельских врачебных амбулаторий.

Проведенный анализ позволил Минздраву утвердить в марте этого года комплекс мероприятий по развитию первичной медико-санитарной помощи, на основе которого каждый регион создал региональную программу. Ее компонентами являются, наряду с развитием медицинской инфраструктуры и оптимальной маршрутизации больных, меры по развитию выездных форм работы, санитарной авиации, информационных технологий, а также решение кадровых вопросов.

С 2015 года нами был внедрен еженедельный и ежемесячный мониторинг эффективности мероприятий по снижению смертности на каждом из 60 тыс. терапевтических участков и, в целом, в каждом регионе.

Важным направлением совершенствования первичной медико-санитарной помощи явилось создание единой системы лицензионного контроля за работой медицинских организаций и его централизация на федеральном уровне. Росздравнадзор осуществляет контроль за доступностью и своевременностью ее оказания.

Особую роль в обеспечении своевременности оказания медицинской помощи играет скорая помощь. Благодаря поддержке Государственной Думы, в 2016 году в регионы направлено 2154 автомобиля скорой медицинской помощи класса В и 113 реанимобилей на шасси российского производства. За счет этого, на 37 % обновлен автопарк автомобилей класса В со сроком эксплуатации свыше 5 лет и на 19 % – класса С. Запланировано продолжение программы на 2017 год.

Все машины и станции скорой помощи оснащены спутниковой навигацией ГЛОНАСС. До конца 2018 года во всех регионах будет создана единая централизованная диспетчерская служба скорой помощи, что позволит оптимизировать маршрутизацию больных и сократить время доезда скорой до пациента и доставки пациента в стационар.

Одним из приоритетов развития здравоохранения в 2017–2019 годах является развитие санитарной авиации и обеспечение доступности экстренной медицинской помощи в 34 труднодоступных территориях Российской Федерации. В федеральном бюджете на 2017 год и плановый 2018 и 2019 годы на эти цели предусмотрено 3,3 млрд. рублей.

Отдельное направление – повышение доступности высокотехнологичной медицинской помощи. Для этого в 2014 году создана новая организационная модель, предусматривающая поэтапное погружение методов ВМП в систему обязательного медицинского страхования. Наиболее растиражированные виды ВМП погружаются в базовую программу ОМС, а наиболее сложные и уникальные операции проводятся в ведущих федеральных центрах.

Эта модель на практике доказала свою эффективность и позволила существенным образом увеличить объемы и доступность ВМП: поручение Президента – к 2017 году увеличить объем ВМП в 1,5 раза к уровню 2013 года – выполнено уже в середине 2015 года. Если в 2013 году медицинская помощь была оказана 505,0 тыс. пациентов, то в 2015 году – более 823 тыс., а за неполный 2016 год – более 900 тыс. больных.

При этом особенно значительно увеличились объёмы ВМП по наиболее востребованным профилям: стентированиям коронарных сосудов – более чем в 3 раза, эндопротезирований крупных суставов – на 44%, ЭКО – в 3,6 раза. В результате, в 2015 году через ЭКО родилось более 30 тыс. здоровых детей, что превышает итоговый прирост населения страны.

Изменение организационной модели ВМП потребовало изменения финансовой модели ее обеспечения. В 2016 году принят Федеральный закон, предусматривающий осуществление финансирования ВМП, не включенной в базовую программу ОМС, из обособленного сегмента бюджета Федерального фонда ОМС на основе соглашения с уполномоченными федеральными органами исполнительной власти – учредителями федеральных медицинских учреждений. Закон вступает в силу с 1 января 2017 года.

Это позволит обеспечить дальнейший рост объемов ВМП в 2017 году до 960 тысяч пациентов, а начиная с 2018 года – более 1 миллиона, т.е. доступность ВМП впервые будет соответствовать потребностям населения.

В соответствии с поручением Президента, для обеспечения защиты прав граждан при оказании им медицинской помощи активно формируется пациенто-ориентированная модель деятельности страховых медицинских организаций. Ее ключевым элементом является повышение ответственности страховых медицинских организаций за пациента, перевод их из финансовых операторов в реальных участников системы оказания медицинской помощи.

Для этих целей нами вместе с ведущими страховыми компаниями создаётся институт страховых представителей, которые и должны стать помощниками и защитниками прав пациентов.

В начале этого года определены их функциональные обязанности, механизмы индивидуального взаимодействия с застрахованными лицами на всех этапах оказания медицинской помощи. Принята вся необходимая нормативно-правовая база, а также разработаны специальные образовательные программы для подготовки страховых представителей разных функциональных уровней, которые были внедрены в апреле. К настоящему моменту уже подготовлено более 3 тыс. таких специалистов.

С 1 июля в страховых медицинских организациях созданы контакт-центры и круглосуточные «горячие линии», по которым в любое время обученные операторы отвечают на вопросы, проводят информационные консультации по вопросам получения бесплатной медицинской помощи, условиям и срокам ее предоставления, оказывают помощь в организации диагностических мероприятий и выборе медицинской организации для плановой госпитализации.

C января 2017 года со стороны страховых медицинских организаций начнется индивидуальное информирование граждан о необходимости прохождения диспансеризации, вакцинации, о режиме работы врачей, об отнесении к той или иной группе здоровья по результатам диспансеризации и необходимости диспансерного наблюдения.

С 2018 года дополнительно к этим мероприятиям будут внедрены программы по мотивированию застрахованных к выполнению рекомендаций врача, а также по досудебному разбору конфликтных ситуаций и спорных случаев, оказанию, при необходимости, правовой помощи.

Таким образом, институт страховых представителей станет эффективным механизмом поддержки каждого застрахованного гражданина при получении медицинской помощи и, кроме того, позволит повысить ответственность каждого человека за свое здоровье.

Важно отметить, что сам учет застрахованных в ОМС также совершенствуется: совместно с Государственной Думой, Министерством разработан законопроект об оптимизации системы персонифицированного учета застрахованных, который в настоящее время согласован Правительством РФ и рассматривается в ГПУ Администрации Президента РФ.

Уважаемые коллеги! Движущей силой обеспечения доступности и качества медицинской помощи являются медицинские работники.

Во исполнение Указа Президента, Минздравом России совместно со всеми субъектами РФ реализовывается комплекс мер по совершенствованию кадровой политики.

Впервые были разработаны методики расчета потребности каждого региона во врачебных и сестринских кадрах, позволяющие учитывать региональные особенности, а также структурные преобразования в здравоохранении и типовые отраслевые нормы труда. В каждом регионе утверждена «дорожная карта» преодоления дефицита и дисбаланса медицинских кадров.

В целом по стране, за 2015 год число врачей, работающих в медицинских организациях системы Минздрава, выросло на 1061 человек. Особенно важно, что при этом удалось сократить кадровый дисбаланс. Так, выросло число врачей, работающих на селе. Впервые за последние годы удалось существенно увеличить число врачей по таким традиционно дефицитным специальностям как анестезиология-реаниматология, онкология, рентгенология, психиатрия, патологическая анатомия и др.

Одним из основных механизмов устранения кадровых дисбалансов является адресная целевая подготовка специалистов по заявкам регионов. Её эффективность, т.е. процент возврата на подготовленные рабочие места, в целом по стране превысила 86%.

Важно отметить, что показатель соотношения числа средних медицинских работников к числу врачей в 2015 году увеличился и составил 2,4 к 1.

С 2017 года начнется подготовка по новой специальности «Бакалавр – школьная медицина».

За последние 3 года были обновлены все образовательные программы в рамках новых государственных образовательных стандартов. Программы обучения обогащены современными фундаментальными биомедицинскими и клиническими блоками, существенное развитие получила практическая подготовка как в созданных в каждом ВУЗе симуляционно-тренинговых центрах, так и у постели больного.

Подготовлены 1200 клинических руководств, определяющих критерии качества оказания медицинской помощи при основных заболеваниях, обусловливающих более 90% заболеваемости и смертности населения. В ближайшее время Правительством в Государственную Думу будет внесён законопроект, закрепляющий обязательность применения протоколов лечения на всей территории страны и единые требования к их структуре.

С 2016 года мы внедряем принципиально новую систему допуска к профессиональной деятельности – аккредитацию, которая основана на реализации профессиональных стандартов. Само профессиональное сообщество решает вопрос о допуске специалиста на основе комплексных процедур, соответствующих международной системе допуска к врачеванию включающей, наряду с теоретическим экзаменом, подтверждение навыков и умений, способность решать ситуационные задачи.

В 2016 году завершен первый этап аккредитации специалистов по специальностям «Стоматология» и «Фармация». С 2017 года мы начнем аккредитацию выпускников по всей группе специальностей «Здравоохранение и медицинские науки», а затем планово и поэтапно перейдём к аккредитации всех медицинских работников.

Приведение уровня подготовки медиков к единым требованиям осуществляется через разработанную систему непрерывного медицинского образования. Созданный в этих целях «Портал непрерывного медицинского образования» обеспечивает уже сегодня с автоматизированных рабочих мест врача доступ к реестру дополнительных образовательных программ . На Портале предоставлена возможность формирования индивидуального плана обучения, выбора образовательной программы, в том числе, симуляционных тренингов, стажировок, циклов повышения квалификации.

Частью системы непрерывного медицинского образования является и внедряемый с прошлого года «образовательный сертификат». В соответствии с Посланием Президента, принят полный пакет нормативно-правовых документов, позволяющий в целях финансирования указанной подготовки использовать дополнительно и средства нормированного страхового запаса территориальных фондов ОМС. Полностью система непрерывного медицинского образования охватит всех медицинских работников к 2021 году.

Совместно с регионами мы работаем над выполнением Указа Президента по повышению зарплат у медицинских работников. По данным Росстата, соотношения средней заработной платы врачей, среднего и младшего персонала к средней заработной плате по Российской Федерации, по итогам 2015 года, составили соответственно 156,0%, 88,0% и 54,8%, что превышает установленные отраслевой дорожной картой показатели .

За 9 месяцев 2016 года среднемесячная заработная плата врачей увеличилась, по сравнению с аналогичным периодом 2015 годом, на 5,4% и составила 48897 руб.; среднего медицинского персонала – на 3,5% и составила 27671 руб.; младшего медицинского персонала – на 7,5% и составила 17 669 руб.

Принципиально важной является работа, направленная на изменение самой структуры зарплат медиков с тем, чтобы увеличить ее базовую часть до 50–60% против 20–25%, как это было до 2014 года. Сегодня новые подходы к оплате труда внедрены уже в 2/3 регионов. Рассчитываем, что в течение 2017 года данная работа регионами будет полностью завершена.

Особое значение имеют условия труда медицинских работников: сокращение непрофильной нагрузки, возможность больше времени уделять непосредственной работе с пациентами.

В 2015 году был полностью пересмотрен и сокращён перечень документов, заполняемых врачами: отменены более 20 форм. После детального хронометрического исследования, расчетные нормативы времени приема одного пациента были увеличены.

За 2014–2016 года было информатизировано около 457 тыс. рабочих мест врачей, или 65% от их общего количества. Это обеспечивает не только комфортные условия работы и возможность перехода на электронный документооборот, но и доступ к информационным ресурсам отрасли, консультативным телемедицинским технологиям, дистанционным модулям непрерывного профессионального образования. Наш план – к концу 2018 года достичь 98% покрытия информатизацией всех рабочих мест врачей.

Для действительного преобразования условий труда медицинских работников и повышения эффективности оказания медицинской помощи необходимо активное внедрение в медицинских организациях информационных систем, соответствующих единым требованиям, разработанным Минздравом России, с подключением их к компонентам Единой государственной информационной системе в сфере здравоохранения.

В соответствии с Посланием Президента РФ В.В. Путина Федеральному собранию, подключение всех поликлиник и больниц к высокоскоростному интернету должно быть завершено за 2 года, к концу 2018 года. План подключения разрабатывается в настоящее время Минкомсвязью России совместно с Минздравом России.

На сегодняшний день к высокоскоростному интернету подключено 57% поликлиник и больниц, подключены к ЕГИСЗ – более 6,5 тыс. медицинских организаций, медицинские информационные системы используют 4,6 тыс.

Для обеспечения обязательности подключения регионов к ЕГИСЗ, перехода к электронному ведению медицинской документации без дублирования на бумаге, обеспечения электронного документооборота между медицинскими организациями, в том числе в ходе телемедицинских консультаций, и преемственности лечения пациентов, Минздрав России разработал специальный законопроект, который готовится Правительством РФ к внесению в Государственную Думу.

Проект «Электронное здравоохранение» определен в качестве одного из Приоритетных проектов в сфере здравоохранения, в соответствии с которым к 2019 году для всех застрахованных граждан в системе ОМС будут созданы электронные медицинские карты, и в 2017 году будет сформирован Личный кабинет пациента на Едином портале государственных услуг, с помощью которого поэтапно будут реализованы такие полезные сервисы, как запись на прием к врачу, вызов врача на дом, возможность оценить удовлетворенность работой медицинских организаций, доступ к электронной медицинской карте и другие. Планируется, что активными пользователями Личного кабинета уже в 2018 году будут не менее 14 млн. человек.

Конечно же, выполнение всех планов по формированию ЕГИСЗ зависит от выполнения планов информатизации здравоохранения субъектами Российской Федерации, которые должны выполнить свои «дорожные карты» по развитию региональных сегментов ЕГИСЗ до конца 2018 года.

Важным элементом доступности медицинской помощи является лекарственное обеспечение.

Главной задачей здесь стало сдерживание цен на жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты. Для этих целей как сам Перечень ЖНВЛП, так и порядок его формирования претерпели существенные изменения. Впервые Перечень стал формироваться открыто, с одновременной трансляцией заседания Комиссии в сети Интернет. Несмотря на экономические трудности, в прошлом году список ЖНВЛП был расширен с 608 до 646 МНН, что соответствует примерно 27 тыс. торговых наименований лекарств.

Постоянно проводимый Росздравнадзором мониторинг цен показывает эффективность механизма сдерживания. Так, за 10 месяцев текущего года цены на препараты амбулаторного сегмента ЖНВЛП увеличились на 1%, в дешевом сегменте – на 1,5%, тогда как для препаратов, не входящих в Перечень, – на 7,2% и 27,3% соответственно.

Одним из важных критериев доступности лекарств является количество рецептов для льготных категорий граждан на отсроченном обслуживании. В 2016 году на отсроченном обслуживании находится в два раза меньше рецептов, чем годом ранее.

Анализ практики закупок лекарственные средств в регионах, проведенный совместно с контрольно-надзорными органами, в том числе анализ Счетной палаты РФ, показал сохраняющийся значительный разброс цен на одинаковые препараты. Для того, чтобы исключить подобную практику, Министерство здравоохранения выступило с инициативой, поддержанной Президентом РФ, о создании единой информационно-аналитической системы по государственным и муниципальным закупкам лекарственных препаратов.

Данный проект уже реализуется совместно с Госкорпорацией «Ростех». Система начнёт заполняться информацией в 2017 году и позволит перейти к новому механизму определения начальной цены контракта при государственных и муниципальных закупках лекарств – по средневзвешенный рыночной цене. Это приведёт к значительному сокращению разброса цен по каждому МНН и торговому наименованию и, как результат, повышению эффективности государственных расходов и увеличению охвата населения необходимыми лекарствами.

Отдельно отмечу, что проектный бюджет 2017–2019 гг. позволит сохранить все имеющиеся обязательства в плане лекарственного обеспечения.

Важно, однако, чтобы лекарства были не только доступными и недорогими, но и качественными. Именно поэтому отдельным направлением нашей работы является борьба с недоброкачественной – контрафактной и фальсифицированной лекарственной продукцией. По данным мониторинга, проводимого совместно Росздравнадзором, контрольными и правоохранительными органами, доля контрафактных лекарств на российском рынке составляет менее 0,01%.

С тем, чтобы обеспечить полную защиту населения от фальсифицированных, недоброкачественных и контрафактных лекарственных препаратов и оперативного выведения их из оборота, Министерством инициировано создание автоматизированной системы мониторинга движения маркированных лекарственных препаратов. Планируется, что уже к концу 2018 года все ЖНВЛП будут маркироваться QR-кодом, что сделает возможным прослеживание всего их оборота от производителя до конечного потребителя.

Уважаемые коллеги!

Сегодня российская медицина динамично развивается. И это не остается незамеченным. Одним из индикаторов развития стало существенное увеличение потока въездного медицинского туризма, который за год увеличился на 56%.

Перед здравоохранением сегодня стоят очень серьезные задачи в плане повышения доступности и качества медицинской помощи, прежде всего, как отметил Президент России, через укрепление первичного звена, развитие кадрового потенциала, информационных цифровых технологий, высокотехнологичных методов лечения.

В заключение, позвольте поблагодарить депутатов Государственной Думы и лично Вас, Вячеслав Викторович, за поддержку и совместную конструктивную работу.

Нашей совместной работой мы сможем решить задачи, поставленные сегодня перед отраслью!

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 7 декабря 2016 > № 1996929 Вероника Скворцова


США > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 23 ноября 2016 > № 1981270

Интервью Дональда Трампа изданию New York Times: полный текст

The New York Times, США

Ниже приведен полный текст интервью избранного президента США Дональда Трампа, которое он дал во вторник, 22 ноября, репортерам, редакторам и комментаторам издания The New York Times. В подготовке расшифровки принимали участие Лайам Стэк (Liam Stack), Джона Энгел Бромвич (Jonah Engel Bromwich), Карен Воркман (Karen Workman) и Тим Эррера (Tim Herrera).

Артур Сульцбергер-младший (Arthur Sulzberger Jr.), издатель газеты The New York Times: Благодарю вас за то, что встретились с нами. Я хотел бы еще раз напомнить, что это интервью под запись.

Дональд Трамп, избранный президент США: Хорошо.

Сульцбергер: Итак, у нас состоялась очень приятная встреча в зале Черчилля. Вы — поклонник Черчилля, не так ли?

Трамп: Да, это так.

Сульцбергер: Позади вас — фотография этого великого человека.

Трамп: Вокруг бюста возникло много шума, когда его убрали из Овального кабинета.

Сульцбергер: Я слышал, вы подумываете о том, чтобы его вернуть.

Трамп: Это действительно так.

Сульцбергер: Великолепно. Итак, сейчас здесь собрались наши репортеры, редакторы и комментаторы. Я просто хочу сказать, что у нас была хорошая, спокойная, но полезная и доброжелательная беседа. Я это очень ценю.

Трамп: Я тоже это ценю.

Сульцбергер: Полагаю, я мог бы начать с вопроса о том, не хотите ли вы сами начать нашу беседу, прежде чем мы перейдем к самым простым вопросам, касающимся ваших планов.

[Смеются.]

Трамп: Хорошо. Я благодарен вам за встречу, и я очень уважаю газету The New York Times. Очень уважаю. Это особенное издание. Оно всегда было особенным. Я считаю, что со мной обошлись очень жестко. Со мной обошлись чрезвычайно несправедливо в каком-то смысле, в буквальном смысле. Я бы не стал жаловаться только на The New York Times. Я бы сказал, что The New York Times обошлась со мной жестче всех. Можно сказать, что The Washington Post публиковала скверные материалы, но время от время я встречал хорошие статьи. Нечасто, но время от времени.

Послушайте, я очень уважаю The New York Times, позвольте мне сказать немного иначе. Я думаю, что эта газета может существенно облегчить то, что я делаю. Мы очень много работаем. Мы познакомим вас с замечательными людьми. Полагаю, их имена произведут на вас впечатление. Мы объявим некоторые из них уже очень скоро.

Все хотели это сделать. Люди отказываются от потрясающих карьер, чтобы стать объектами вашего пристального внимания и объектами внимания огромного множества других людей. Но они от многого отказываются. Некоторые бросают очень успешный бизнес, чтобы сидеть здесь четыре, возможно, восемь лет или сколько там нужно времени. Но я думаю, что мы обнаружим чрезвычайно талантливых людей, чрезвычайно талантливые люди встанут у руля. У нас много претендентов на каждую должность. То есть неважно, что это за должность, у нас множество потрясающих людей. Полагаю, Рейнс, вы можете это подтвердить. Способности этих людей на высоте.

Рейнс Прибус (Reince Priebus), будущий глава администрации Трампа: [неразборчиво].

Трамп: Мы очень стараемся найти лучших людей. Необязательно тех людей, которые будут вести себя наиболее политически корректно, потому что это не работает. Мы хотим найти настоящих экспертов в своих областях. Некоторые уже вам известны, другие вам неизвестны, но в их областях их считают лучшими. Для меня это очень важно.

Понимаете, мне выпала огромная честь. Это очень трудно. Это были 18 месяцев жестокой борьбы, но мы победили. Мы одержали уверенную победу. Сейчас появляются окончательные цифры. Или я полагаю, что они как раз появляются. Результаты в Мичигане только что подтвердились. И результаты превзошли все самые смелые ожидания. И я не знаю, была ли это полностью наша заслуга, то есть мы видели толпы людей, видели энтузиазм этих людей, видели многое.

Как вы, вероятно, знаете, я произнес множество речей за прошедшие четыре недели. Я уже говорил Артуру, что я ездил и выступал с речами — в 11 различных местах — и послушать их приходили огромные толпы людей. Если это был стадион, способный вместить — большинство из вас, многие из вас были там — 20 тысяч человек, то еще около 15 тысяч оставались снаружи, потому что внутри им не хватало места.

Поэтому мы придумали отличное решение: мы устанавливали снаружи большие экраны и хорошую акустическую систему, поэтому почти все оставались довольны. В последний месяц перед выборами я произносил по две-три речи за день. Это много. Потому что это непросто, когда собирается много людей. Подобные выступления, когда их по три в день — это нелегко. В последние два дня я решил, что их должно быть шесть и семь. Не уверен, что кто-нибудь когда-либо такое делал. Но мы организовали шесть выступлений, а затем семь выступлений, и последнее из них закончилось в час ночи в Мичигане.

Там собралась 31 тысяча человек, и 17-18 тысяч были внутри, а остальные были снаружи. В Гранд-Рапидс, кажется. Это было невероятно. Я все время повторял: «Как мы можем проиграть Мичиган? Не думаю, что мы можем проиграть Мичиган».

И причина, по которой я это делал, возникла совсем незадолго до этого: в тот день мы узнали, что Хиллари поняла, что они проигрывают Мичиган, который они ни разу не проиграли за 38 лет. За 38 лет. Они не хотели терять Мичиган. Поэтому они отправились — президент Обама и Мишель, Билл и Хиллари — они отправились в Мичиган ближе к вечеру того дня, и тогда я сказал: «Поехали в Мичиган».

Это не было запланировано. Поэтому я закончил в Нью-Гэмпшире и примерно в 10 часов отправился в Мичиган. Мы добрались туда к 12 часам. Я начал выступление примерно в 12:45, и на нем собралась 31 тысяча человек. Тогда я сказал, что там происходит нечто действительно важное. Но мы видели это повсюду.

Мы чувствовали себя очень уверенно. У нас были высокие показатели. Мы думали, что мы победим. Мы полагали, что мы победим во Флориде. Мы думали, что победим в Северной Каролине. Мы легко этого добились, довольно легко. Мы были уверены, что победим в Пенсильвании. Проблема в том, что там никто не побеждал, этот штат, как вы знаете, всегда ускользает из рук. За последние 38 лет все республиканцы думали, что они завоюют Пенсильванию, но они просто не смогли этого сделать.

И я думал, что мы сможем завоевать Пенсильванию. И мы завоевали, завоевали его относительно легко. Во Флориде мы выиграли с преимуществом в 180 тысяч — 180, верно?

Прибус: [неразборчиво].

Трамп: Более 180 тысяч проголосовало, и до сих пор поступают данные от военных, а там мы уже получили более 85%.

Итак, мы победили с существенным перевесом, и это была великая победа. Мы одержали великую победу. Я думаю, все могло быть проще, потому что время от времени я слышу, как кто-то говорит о прямых выборах. Да, победить на прямых выборах было бы гораздо проще, но это должна была быть совершенно другая предвыборная кампания. Я бы поехал в Калифорнию, я поехал бы в Техас, Флориду и Нью-Йорк, и мы вряд ли поехали бы куда-нибудь еще. То есть, если бы мне пришлось бороться на прямых выборах — полагаю, мы достигли бы таких же или даже более высоких результатов — это была бы совершенно другая кампания. Говоря языком гольфистов, это как разница между матчевой игрой и игрой на счет ударов. Это совершенно разные игры.

Но мне кажется, прямые выборы были бы более простой задачей, потому что нам пришлось бы съездить всего в несколько мест. Я думаю, что коллегия выборщиков — это гениальное изобретение. До сих пор я никогда не был поклонником коллегии выборщиков.

Сульцбергер: До сих пор.

[Смеются.]

Трамп: До сих пор. Теперь, полагаю, эта система мне нравится по двум причинам. Она заставляет вас своими глазами увидеть те штаты, которые вы никогда не увидели бы в противном случае. Это очень интересно. Как, к примеру, Мэн. Я был в Мэне четыре раза. Все говорили, что можно получить 269 голосов, но нам никогда не получить 270. Мы выяснили, что это неправда, потому что мы получили 300 с чем-то голосов.

Прибус: Я должен проверить, нужно еще учесть Мичиган.

Трамп: Но нам говорили, что нам никогда не получить 270 голосов, поэтому мы должны были получить один голос в Мэне. И мы ездили в Мэн несколько раз, в итоге получив этот голос. Мы посетили множество других штатов, где в иных обстоятельствах никто не стал бы проводить много времени. В конечном счете, мы посетили 22 штата, тогда как в случае с прямыми выборами мы могли бы посетить всего четыре или даже три штата. Можно было бы надолго задержаться в Нью-Йорке, задержаться в Калифорнии. В этом есть что-то гениальное. Мне это нравится и кажется очень интересным.

Но мы пережили удивительный период времени. Я познакомился со страной — у нас великая страна, у нас великий народ, и его энтузиазм оказался невероятным. Газета Los Angeles Times провела исследование, которое оказалось довольно интересным, потому что, согласно его результатам, я был впереди. Они, я полагаю, воспользовались какими-то современными техниками проведения опросов и учли такой фактор, как энтузиазм. Они учли фактор энтузиазма, а у моих сторонников было много энтузиазма, тогда как у сторонников Хиллари — нет. В конечном итоге, она не получила голоса афроамериканцев, а мы получили почти 15 очков, как вы знаете. Мы начали с одного, а закончили почти 15. Более того, многие люди просто не пришли, потому что я нравлюсь афроамериканскому сообществу. Им нравится то, о чем я говорю.

Итак, не все они проголосовали за меня, но они не пришли, что стало для Хиллари огромной проблемой. Я продемонстрировал очень хорошие результаты среди женщин — я вообще не понимал, почему я должен был получить мало голосов женщин, потому что на наши митинги приходило множество женщин, и они держали плакаты с лозунгом «Женщины за Трампа». Но я просматривал результаты опросов и видел, что среди женщин я не слишком популярен. Однако в конечном итоге мы набрали очень большое число голосов женщин, особенно определенных женщин.

Дин Баквет (Dean Baquet), исполнительный редактор The New York Times: Судя по вашим словам, вы сделали нечто удивительное. Вы побудили к действию множество жителей США, которые действительно хотят видеть перемены в Вашингтоне. Но вместе с тем — и это может обернуться для вас определенными трудностями — вы побудили к действию менее значительное число людей, которые собрались на выходных в Вашингтоне на конвенцию альтернативных правых. И эти люди…

Трамп: Я только сегодня об этом узнал.

Баквет: Мне бы хотелось, чтобы вы рассказали, как вы собираетесь вести себя с этой группой людей, которая, возможно, не слишком велика, но которая возлагает на вас определенные надежды и которая недовольна страной и ее расовым составом. Мой первый вопрос: считаете ли вы, что вы сказали нечто такое, что могло вдохновить и побудить их к действию, и что вы собираетесь с этим делать?

Трамп: Я так не думаю, Дин. Во-первых, я не хочу побуждать эту группу к действию. Я не стремлюсь их вдохновить. Я не хочу их вдохновлять, и я отвергаю это движение. Опять же я не знаю, в чем тут дело. Я не знаю, где они были четыре года назад, где они были, когда баллотировались Ромни, Маккейн и остальные. Я просто не знаю, поэтому мне не с чем сравнивать.

Но я не хочу побуждать эту группу к действию, и, если мои слова и поведение их вдохновляют, я бы хотел разобраться, почему так происходит.

Чего мы на самом деле хотим, это сплотить страну, потому что США очень и очень разобщены. Это сейчас главное. Страна очень разобщена, и я собираюсь приложить все усилия к тому, чтобы сплотить ее.

Много лет мне удавалось налаживать отношения с людьми. Пару лет назад мы с супругой отправились на одно крупное мероприятие. Примерно тогда я стал задумываться о том, чтобы уйти в политику.

Мы пришли туда, и с одной стороны до нас доносились одобрительные возгласы, с другой — недовольные восклицания. И моя жена сказала: «Никто никогда не освистывал тебя».

Прежде никто никогда меня не освистывал, и внезапно люди стали встречать меня неодобрительными возгласами. Она сказала, что такого прежде не было. Это политика. Понимаете, внезапно они решили, что я собираюсь баллотироваться, и я республиканец, скажем так. Это то, с чем мне никогда не приходилось сталкиваться прежде, и я сказал: «Эти люди освистывают меня». А она ответила: «Да». Я никогда прежде не слышал в свой адрес неодобрительные возгласы, а теперь слышу. Это была группа людей, а другая группа вела себя противоположным образом.

Нет, я хотел бы сплотить страну. Это для меня очень важно. Мы живем в очень разобщенной стране. Разобщенной во многих отношениях.

Баквет: Итак, я намереваюсь сделать то, что делают исполнительные редакторы, то есть я собираюсь предоставить репортерам возможность задать вопросы.

Мэгги Хаберман (Maggie Haberman), политический репортер: Спасибо, я начну. Г-н президент, я хотела бы поблагодарить вас за то, что вы согласились с нами встретиться. Этим утром Келлиэнн Конуэй (Kellyanne Conway) говорила о том, что Хиллари Клинтон не будут предъявлены обвинения. Мы надеялись, что вы сможете пояснить, что именно это значит — имеются ли в виду только электронные письма или письма и деятельность фонда — и как вы пришли к такому решению.

Трамп: Поступило сообщение, что кто-то сказал, будто я не в восторге от этой идеи. Послушайте, я хочу двигаться вперед, а не назад. И я не хочу вредить семье Клинтон. Правда, не хочу.

Она через многое прошла. И сильно пострадала во многих смыслах. И я не хочу причинять им вред каким-либо образом. Эта предвыборная кампания была очень тяжелой. Говорят, что это была самая жестокая кампания и праймериз. Полагаю, что в совокупности это была самая жесткая предвыборная кампания. Думаю, вам удалось продать много газет.

[Смеются.]

Могу себе представить. Я просто говорю, Мэгги, что я не хочу причинять им вред. Думаю, они многое пережили. Через многое прошли.

Я хочу… Думаю, сейчас мы все должны сосредоточиться на стране и заставить ее двигаться вперед.

Сульцбергер: Если позволите мне вмешаться, мы хорошо с вами поговорили, мы с вами, и наш разговор был не под запись, но в нем не было ничего секретного — я просто хотел убедиться. Идея о необходимости двигаться вперед была одной из ключевых в нашем разговоре. Идея о том, что сейчас мы должны оставить выборы в прошлом, не так ли?

Мэтью Перди (Matthew Purdy), заместитель исполнительного редактора: То есть вы определенно снимаете этот вопрос с повестки? Я имею в виду расследование.

Трамп: Нет, но вопрос был задан.

Перди: Об электронных письмах или о фонде?

Трамп: Нет, нет, просто это не то, что я сейчас считаю важным. Я думаю, что сейчас надо заняться здравоохранением. Я думаю, что сейчас необходимо заняться подготовкой законопроекта об иммиграции, чему, я полагаю, обрадуются в том числе присутствующие здесь. Понимаете, разговоры о законе об иммиграции ведутся уже 50 лет, но ничего не происходит.

Я думаю, что сейчас нужно подготовить такой законопроект об иммиграции, который был бы справедливым, честным и так далее. Я многим хотел бы сейчас заняться. Я не хотел бы оглядываться назад и снова проходить через все это. Это был болезненный период. Это были очень болезненные выборы, окруженные скандалами, связанными с электронной почтой, с фондом и так далее, через которые приходилось проходить им и всей стране вместе с ними. Это был очень болезненный период. Я недавно прочитал — где это было — говорят, прежде говорили, что это был Линкольн против кого-то, но никто из нас этого не видел. И до нас не дошли какие-либо записи, не так ли?

[Смеются.]

Но суть в том, что в истории были весьма жестокие выборы. Говорят, что эти были самыми агрессивными.

Говорят, что праймериз определенно были самыми агрессивными. И я считаю, что очень важно смотреть вперед.

Кэролин Райан (Carolyn Ryan), старший редактор отдела политических новостей: Как вы думаете, это не разочарует ваших сторонников, которые очень воодушевились, узнав о намерении привлечь Клинтонов к ответу? Что вы им скажете?

Трамп: Не думаю, что они будут разочарованы. Думаю, я все объясню, сказав, что нам во многих отношениях приходится спасать страну.

Потому что наша страна в большой, очень большой беде. У нас множество проблем. Множество трудностей. И одна из главных проблем, о которой я говорю, — разобщенность. Мне кажется, многие люди должным образом оценят это. Но я поступаю так не поэтому. Я поступаю так, потому что пора двигаться в другом направлении. Было много боли, и как мне кажется, именно поэтому люди поддерживали меня с таким энтузиазмом и приходили в час ночи, чтобы меня послушать.

Это был день выборов, в который они голосовали, и мне кажется, что они в полной мере все понимают.

Томас Фридман (Thomas L. Friedman), ведущий колонки мнений: Господин избранный президент, могу я задать вопрос? Одна из тем, которой вы тщательно избегали и не касались во время кампании, и о которой вы пока ничего не сказали, очень близка и дорога моему сердцу. Это вопрос о климатических изменениях, Парижское соглашение, то, как вы будете это решать. Вы владеете одним из самых прекрасных полей для гольфа в мире…

[смех, обмен репликами]

[Трамп смеется] Я читал вашу статью. А некоторые будут еще лучше, как в Дорале… они будут идеальными. [Неразборчиво] Просто те поля, что возле воды, их уберут, но Дорал будет в великолепном состоянии.

[смех]

Фридман: Но для меня это действительно важно, и я думаю, для многих читателей тоже важно знать, что вы собираетесь делать в этом направлении. Знаете, вряд ли кто-то возразит против того, что надо использовать все формы энергии. Намерены ли вы лишить Америку роли лидера в борьбе с климатическими изменениями?

Трамп: Том, я очень внимательно слежу за этим. И вот что я вам скажу. Я готов этим заниматься, открыт для этого. Мы очень внимательно изучим это. Это очень интересный вопрос, потому что по вопросу климатических изменений разногласий больше, чем где бы то ни было. Вы этого не слышите, но есть люди и с другой стороны, которые даже…

Сульцбергер: Мы это слышим.

Фридман: Сегодня утром Джо Кернен (Joe Kernen) выступал на эту тему в программе Squawk Box, на которой я присутствовал, так что у меня этим все уши забиты.

[смех]

Трамп: Джо — один из них. Но многие умные люди не соглашаются с вами. Я совершенно открыт. Я намерен изучить многое из того, что было сделано в этом вопросе, и мы все изучим тщательно. Но я открыт, у меня нет предубеждений.

Сульцбергер: Что ж, поскольку мы живем на этом острове, сэр, я хочу поблагодарить вас за вашу непредвзятость. Мы же видим, что делают эти ураганы и штормы, так? Мы наблюдаем это лично. Своими глазами.

Фридман: И вы смотрите на это непредвзято?

Трамп: Да, у меня нет предубеждений. А потом, Артур, штормы у нас были всегда.

Сульцбергер: Но не такие.

Трамп: Знаете, самый жаркий день был где-то в 1890-х годах, в 98-м. Понимаете, можно приводить множество доводов, отстаивая разные взгляды. И у меня нет никакой предвзятости.

Мой дядя 35 лет работал преподавателем в Массачусетском технологическом институте. Он был великолепным инженером, ученым. Это был великий человек. И… это было очень давно — у него была определенная точка зрения на данную тему. Это очень сложная тема. Я не уверен, что кто-то когда-то в ней полностью разберется. Я знаю, говорят, что на одной стороне стоит наука, но и ученые тоже обменивались этими ужасными электронными сообщениями. Когда это было, лет пять назад, в Женеве или еще где? Это ужасно. Когда их поймали, знаете, все увидели и спросили: в чем дело? А я абсолютно открыт, и предубеждений у меня нет. Скажу вам вот что: чистый воздух жизненно важен. Чистая вода, кристально чистая вода жизненно важна. Безопасность жизненно важна.

И еще. Вы говорили о полях для гольфа. У меня есть великолепные и очень успешные площадки для гольфа. И я получил очень много наград от экологов за то, как они устроены. Я проделал колоссальный объем работы, за что и получил их. Иногда я сам себя называю защитником окружающей среды, а люди порой улыбаются. Но знающие меня люди понимают, что все это правда. Отсутствие предубеждений.

Джеймс Беннет (James Bennet), редактор редакционной полосы: Когда вы говорите об отсутствии у вас предубеждений, вы хотите сказать, что не уверены, является ли человеческая деятельность причиной климатических изменений? Как вам кажется, связаны они с человеческой деятельностью или нет?

Трамп: Вот я сейчас думаю… ну, похоже, определенная связь есть. Определенная, какая-то. Все зависит от того, в каких масштабах. А еще от того, во что это обойдется нашим компаниям. Вы должны понимать, наши компании в данный момент неконкурентоспособны.

Они действительно в основном неконкурентоспособны. Четыре недели тому назад я начал включать в свои речи одно небольшое предложение о том, что со времен Буша мы потеряли 70 тысяч предприятий. 70 тысяч. Впервые посмотрев на эту цифру, я сказал: «Это наверняка опечатка. Может, 70, но никак не 70 тысяч. Не может быть, чтобы 70 тысяч предприятий». Но это не было опечаткой. Цифра правильная, мы потеряли 70 тысяч предприятий.

Мы больше не можем конкурировать с другими странами. Но нам надо снова стать конкурентоспособными. Мы неконкурентоспособны по целому ряду причин.

Вот одна из причин. Многие страны, с которыми мы занимаемся бизнесом, они заключают сделки с нашим президентом или с кем там еще, но при этом не выполняют условия сделок. Вы это знаете. Нашим компаниям гораздо дешевле самим производить продукцию. Поэтому я все очень внимательно изучу, и как мне кажется, в этом вопросе у меня весомый голос. И я думаю, к моему голосу прислушаются, особенно те люди, которые мне не верят. И тогда мы дадим вам знать.

Фридман: Очень не хочется, чтобы гольф-клуб Royal Aberdeen оказался под водой.

Трамп: Северное море, например, хорошее место, не правда ли?

Элизабет Бумиллер (Elisabeth Bumiller), шеф вашингтонского бюро: Я хотела бы продолжить разговор по заданному вам вопросу об отказе от расследования по делу Хиллари Клинтон. Что вы имели в виду: не будет следствия по вопросу электронной почты, не будет расследования по делу о фонде? То есть, не будет обоих расследований?

Трамп: Да, смотрите, люди будут заниматься этим делом, но я склоняюсь к тому, что какой бы властью я ни обладал в этих вопросах, нам нужно идти вперед. Это и так долго расследуют. Надоело до тошноты. Давайте двигаться дальше. Знаете, кто-то может сказать, как много хорошего сделал этот фонд, хотя у него могли быть ошибки, и т.д. и т.п. Знаете, пришло время сказать: давайте будем решать имеющиеся у нас проблемы, которых очень много. Я думаю, они через многое прошли. Проигрыш — это большое испытание. Для нее это был трудный, очень трудный вечер. Поэтому, чего бы это ни стоило, мое отношение таково: надо двигаться вперед, впереди нас ждет множество проблем, которые требуют решения. И я не думаю, что нам надо копаться в прошлом. Я также считаю, что это создаст серьезный раскол. Знаете, я говорю о сплочении, а они вдруг начнут заниматься этим делом. Так что мне кажется, это вызовет очень и очень серьезные разногласия в стране.

Сульцбергер: Согласен. Говорю сейчас не как журналист, и думаю, что это очень правильно. Надо идти дальше.

Майкл Шир (Michael D. Shear), корреспондент в Белом доме: Господин Трамп. Я Майк Шир. Освещаю работу Белого дома, вашей администрации…

Трамп: Там и увидимся.

[смех]

Шир: Одно маленькое разъяснение по климатическим изменениям. Намерены ли вы, как говорили, выйти из Парижского соглашения…

Трамп: Посмотрим.

Шир [перебивает]: А если иностранные лидеры решат ввести пошлины на американские товары в качестве компенсации за те углеродные выбросы, которые Соединенные Штаты обязались сократить, но не сократили, вас это устроит? И второй вопрос по поводу смешения ваших глобальных коммерческих интересов и президентской должности. За те 10 дней, две недели, что прошли с момента вашего избрания, вы уже встречались с вашими индийскими партнерами по бизнесу…

Трамп: Конечно.

Шир: Вы говорили о том воздействии, которое ветроэлектростанции окажут на ваши поля для гольфа. Эксперты по этике, юристы, эти люди говорят, что все это абсолютно неприемлемо. Поэтому вопрос к вам такой. Что вы считаете приемлемым для того, чтобы разделить эти обязанности, и где те линии, которые вы не будете пересекать, находясь в Белом доме?

Трамп: ОК. Сначала о странах. Думаю, зарубежные государства так с нами не поступят. Если во главе там стоит человек, который понимает принципы руководства и переговорного процесса, то они так с нами не поступят, не смогут поступить, что бы я ни делал. Этого не произойдет, однако я намерен изучить данный вопрос. Очень серьезно изучить. Я также хочу посмотреть, сколько это будет стоить, каковы издержки. И в скором будущем я поговорю с вами об этом. А пока мне надо заниматься первоочередными вещами.

А что касается возможного конфликта интересов, то закон полностью на моей стороне. Это значит, что у президента не может быть конфликта интересов. Об этом уже много говорили и писали. Но, несмотря на это, я в любом случае не хочу появления конфликта интересов. Законы говорят, у президента не может быть конфликта интересов. Теперь я понимаю, почему у президента не может быть конфликта интересов. Дело в том, что все, чем занимается президент, в определенном смысле является конфликтом интересов. Но я создал огромную компанию, это большая компания, которая работает во всем мире. Люди видят, когда смотрят на все эти рабочие места, скажем, в Индии. Они видят, что такая работа создает прекрасные отношения с народом Индии, а поэтому все это хорошо. Но я должен сказать, что приезжают партнеры, очень и очень успешные люди. Они приезжают и говорят: «А нельзя ли сделать совместную фотографию?» Но вообще-то этой работой занимаются мои дети. Поэтому я могу сказать этим людям: «Нет, я не хочу сниматься». Или я могу согласиться. Ну, сделать снимок — это же чудесно. Я не против фотографий. Но если это будут решать какие-то там люди, я больше никогда не увижу свою дочь Иванку. Это как вы не увидите больше своего сына. Это нехорошо. Это нехорошо. Я бы больше никогда, никогда не увидел свою дочь Иванку.

Неизвестный: То есть, вам придется сделать Иванку заместителем президента.

Трамп: Да знаю, знаю. [зал смеется] Но и на это я пойти не могу. Не могу, это не сработает. Я не могу делать все что угодно. Ну, я думаю, мне позволят видеться ненадолго только с моим сыном Барроном, потому что ему 10 лет. Но, должно быть [неразборчиво]. Это очень интересный случай.

Неизвестный: Но вы можете продать свою компанию, разве не так? При всем уважении, вы могли бы продать свою компанию, и тогда… Тогда вы могли бы видеться с ними все время.

Трамп: Знаете, сделать это очень трудно, потому что я владею недвижимостью. Я владею недвижимостью по всему миру, и теперь люди понимают это. Когда я заполнял все эти бланки на федеральных выборах, люди говорили: «О, это реально большая компания, очень большая». Это действительно большая компания, она многопрофильная, она по всему миру. Это великолепная компания с великолепными активами. Знаете, продажа недвижимости — это не продажа ценных бумаг. Продажа недвижимости очень сильно отличается, это совершенно иной мир. Я говорю об этом, говорю вполне серьезно, и позавчера говорил в передаче «60 минут»: моя компания не имеет для меня такого большого значения, как то, чем я сейчас занимаюсь, потому что я не нуждаюсь в деньгах. Мне ничего не нужно, и, между прочим, доля заемных средств у меня очень низка. У меня очень и очень мало долгов, очень малая доля задолженности. Банки даже говорят: «Мы хотели бы одолжить вам денег, мы готовы одолжить любую сумму». Но я уже это проходил, видел все плюсы и минусы. У меня была чрезмерная доля заемных средств, была недостаточная доля заемных средств. А с возрастом все чаще думаешь, что чем меньше у тебя долгов, тем лучше.

Неизвестный: Господин избранный президент…

Трамп: Погодите минутку, это важный вопрос. Мне безразлична моя компания. Ну, то есть, если приедет партнер из Индии, или если приедет партнер из Канады, где мы только что открыли прекрасное большое здание, если они захотят прийти ко мне в кабинет, и придут мои дети, а я ранее заключал сделки с этими людьми, то что я скажу? Не буду с вами разговаривать, не буду с вами фотографироваться? Но это надо делать, просто по-человечески, надо фотографироваться. А я хочу просто сказать, что получил право делать нечто очень важное по тем многочисленным вопросам, которые мы обсуждали, в сфере здравоохранения, во многих других вещах. Мне безразлична моя компания. Она не имеет значения. Ею управляют мои дети. Они скажут, что у меня есть конфликт, так как мы только что открыли прекрасный отель на Пенсильвания-авеню, и всякий раз, когда кто-то будет останавливаться в этом отеле из-за того, что я президент, то, могу догадаться, это будет конфликт интересов. Это конфликт интересов, но опять же, я не имею никакого отношения к этому отелю, а они могут. Опять же, заселенность этого отеля может оказаться выше, потому что психологически он стал более ценным активом, чем раньше. Так? Безусловно, бренд станет популярнее, чем прежде. Я ничего не могу с этим поделать, но мне все равно. Я сказал на передаче: «Мне все равно. Потому что это не имеет значения. Единственное, что имеет значение для меня теперь, — руководство нашей страной».

Майкл Барбаро (Michael Barbaro), политический репортер: Господин избранный президент, могу ли я попросить вас подробнее рассказать о том, какие структуры вы создадите, чтобы разделить президентство и бизнес, и чтобы не допустить, скажем, таких вещей, о которых New York Times сообщила в последние сутки — о встрече с лидерами Брексита по поводу ветроэлектростанций…

Трамп: О встрече с кем?

Барбаро:…с лидерами Брексита по поводу ветроэлектростанций, которая может помешать вашей точке зрения на ваше поле для гольфа. Как и какие структуры сохранить. И что, кстати, вы можете сказать об этой встрече?

Трамп: Я имел какое-то отношение к ветроэлектростанциям в последнее время? Нет, насколько мне известно. Ну, у меня проблемы с ветряной…

Барбаро: Но вы подняли этот вопрос на встрече, не правда ли?

Трамп: На какой встрече? Не знаю. Может быть.

Барбаро: C лидерами Брексита.

Несколько голосов: С Фараджем.

Трамп: А, это. Возможно, и поднимал. Но ветер — вещь обманчивая. Прежде всего, мы не делаем в США ветряки. Их делают в Германии и Японии. На них уходит огромное количество стали, в атмосферу летит большое количество выбросов, в нашей стране или нет, но это летит в атмосферу.

Ветроэлектростанции убивают птиц, и они нуждаются в крупных субсидиях. Иными словами, мы выделяем субсидии на ветряки по всей стране. А они в основном не работают. Мне кажется, без субсидий они вообще не будут работать. И это меня беспокоит. И они убивают птиц. Вы поезжайте куда-нибудь на ветроэлектростанцию. В Калифорнии у них есть, как его называют? Золотой орел? Они там типа, убьешь золотого орла — отправишься на пять лет в тюрьму. Но они все равно их убивают, получают лицензии, хотя убивать можно только 30 или около того в год. А ветроэлектростанции — они просто уничтожают популяцию этих птиц. И все нормально. Но при этом для них можно найти место. Но они нуждаются в субсидиях. Я говорю об этом много лет, о ветряной энергетике. Я бы не хотел ее субсидировать. Некоторые экологи полностью согласны со мной из-за всего того, что я сейчас рассказал, включая птиц. А некоторые нет. Но это трудно объяснить. Мне безразлично все то, что не имеет отношения к моей стране.

Барбаро: Но структуры, напомню свой вопрос. Как вы официально оформите разделение этих вещей, чтобы не возникало вопросов о том, пытаетесь ли вы как президент…

Трамп: ОК.

Барбаро:…влиять на некоторые вопросы, скажем, на ветровую энергетику?

Трамп: Так, я не хочу влиять ни на что, потому что для меня это неважно. Это трудно объяснить.

Барбаро: Да, а структуры?

Трамп: Ну, по закону, я так понимаю, есть что-то, что можно передать в доверительное управление, а еще — ничего не написано. Иными словами, теоретически я могу быть президентом США и руководить моей компанией на 100%, подписывать чеки по операциям. Но я очень быстро отхожу от этого. Знаете, чеки я подписываю, я человек старомодный. Я люблю подписывать чеки, так как узнаю, что происходит. И не люблю нажимать компьютерные кнопки, когда бум — и тысячи чеков рассылаются автоматически. Я хочу быть в курсе, показывая подрядчикам, что я за ними наблюдаю. Но теперь я постепенно отхожу от дел, передаю основную часть Эрику Трампу, Дону Трампу, Иванке Трамп и некоторым моим директорам. Процесс идет прямо сейчас.

Однако теоретически я могу идеально руководить своим бизнесом и идеально управлять страной. Но такого рода случаев не было никогда, если посмотреть на состоятельных людей. У них не было одновременно такой должности и такого состояния. Это совсем другое.

Но… полагаю, надо будет создать некое предприятие по управлению доверенным имуществом или что там еще. Вообще-то это стало для меня небольшой неожиданностью. А теоретически мне ничего делать не надо. Но я хочу что-то сделать. Хочу как-то это официально оформить, потому что мне мой бизнес безразличен.

Дорал — там с управлением проблем не будет. Нам принадлежит это невероятное место в Майами. Нам принадлежит много невероятных мест, включая Тернберри. Думаю, вы слышали о нем. Там есть один парень, который очень — когда я говорю Тернберри, вы знаете, что это такое. Там немного надо [неразборчиво]. Но управление там хорошее, у нас хорошие менеджеры, и они будут управлять всем этим замечательно.

Так что делать мне ничего не надо, но я хочу по возможности что-то сделать. Если что-то можно сделать.

Барбаро: Вы можете пообещать нам, что когда решите точно, что можно сделать, вы сообщите об этом New York Times?

[смех]

Трамп: Обещаю. Я уже начал кое-что делать.

Сульцбергер: Один из наших великих продавцов, между прочим.

Трамп: Понимаю вас. Так вот, я уже начал процесс передачи. Я сейчас подписываю гораздо меньше чеков и гораздо меньше занимаюсь бизнесом. У меня сегодня намного меньше встреч с подрядчиками, встреч с различными людьми. Я уже начал, потому что на протяжении двух лет говорил, что когда я решу баллотироваться, то уже не захочу ничего строить. Потому что строительство — например, мы построили здание почты, и вы будете рады услышать, что мы опередили график и вписались в смету. Существенно опередили график. Построили почти на два года раньше срока. При этом даже не выбрали всю смету, и место получилось великолепное. А еще отель в Пенсильвании.

Фридман: Для вашего сведения, у General Electric в Южной Калифорнии есть большой завод по производству ветряных турбин. Просто для вашего сведения.

Трамп: Ну и хорошо. Но в основном их делают в Германии, знаете, Siemens делает. И китайцы много делают, большую часть.

[обмен репликами в зале]

Трамп: Может, они их там собирают — вы проверьте, я думаю, туда доставляют компоненты, а они делают основную часть сборки.

Джули Хиршфельд Дэвис (Julie Hirschfeld Davis), корреспондент в Белом доме: Господин избранный президент, простите за опоздание, но я хотела спросить вас…

Бакет: Следует представиться.

Дэвис: Джули Дэвис, один из корреспондентов в Белом доме.

Трамп: Привет, Джули.

Дэвис: Я прошу прошения, рейс задержали. Я хотела спросил о кадрах. Говорят, кадры — это настоящая политика.

Трамп: Плохо слышно.

Дэвис: Кадры.

Трамп: Кадры.

Дэвис: Вы назначили Стива Бэннона (Steve Bannon) своим главным стратегом в Белом доме. Он — герой альтернативных правых. Кое-кто называет его расистом и антисемитом. Интересно, какой сигнал вы подали, назначив его на такой высокий пост. И что вы скажете людям, которым кажется, что это сигнал о том, кому вы отдаете предпочтение, и каким правительством вы будете руководить.

Трамп: Ммм, я знаю Стива Бэннона много лет. Если бы я считал, что он — расист, альтернативный правый или кто-то еще из той терминологии, которой мы пользуемся, то я бы и не подумал о его назначении. Прежде всего, это я принимаю решения, а не Стив Бэннон или кто-то еще. Келлиан подтвердит.

[смех]

Келлиан Конуэй (Kellyanne Conway): Сто процентов.

Трамп: А если он скажет мне что-то такое в плане своих взглядов, что я посчитаю неуместным или плохим, то, во-первых, я ничего не сделаю по его рекомендации, а во-вторых, ему придется уйти. Но я знаю многих людей, которые знают его, в том числе это люди левых взглядов, и все они очень хорошо о нем отзываются. Стив учился в Гарварде, он там, знаете, добился больших успехов. Он был офицером ВМС. Я думаю, к сожалению, ему будет очень, очень, очень трудно. Потому что это не он, это не он.

Я знаю его давно. Он очень и очень умный парень. И вдобавок ко всему, он работал в Goldman Sachs.

Неизвестный: А как насчет его вебсайта Breitbart?

Трамп: Какого вебсайта?

Неизвестный: Breitbart.

Трамп: Ну, Breitbart — другое дело. Breitbart освещает события, так же как New York Times освещает события. Я тоже могу сказать, что Артур — альтернативный правый, потому что его газета писала об альтернативных правых.

Сульцбергер [смеется]: Да, я такой. Как скажете. Я всегда прав, но я не альтернативный правый.

[смех, обмен репликами]

Трамп: New York Times освещает множество событий, причем событий тяжелых и суровых. Они тоже освещают некоторые из этих вещей, но New York Times пишет гораздо больше. По сути дела, это газета, просто газета. Я знаю этого человека, он — порядочный и очень умный. Он хорошо делает свою работу. Он со мной совсем недавно. Вы знаете, он пришел уже после праймериз. Я уже тогда победил на праймериз. И если бы я считал, что его взгляды относятся к такой категории, я бы немедленно расстался с ним. И скажу вам почему. Как мне кажется, во многих отношениях его взгляды противоположны тому, что думают многие.

Дэвис: Но при всем уважении, вы знаете, сэр, что афроамериканцы, евреи и многие другие из числа тех, кто не согласен с материалами Breitbart и с теми интерпретациями, которые сайт дает по новостям, смотрят на Бэннона именно так.

Трамп: Да, но прежде всего, Breitbart — просто издание. И оно освещает события точно так же, как и вы. Конечно, мягко говоря, это гораздо более консервативное издание, чем New York Times. Однако Breitbart — действительно новостное издание, причем весьма успешное. У него есть читатели, оно пишет о том, что происходит на правом фланге, но также и о том, что происходит на левом фланге. То есть, это очень важно, очень важно. И при его содействии сайт превратился в довольно успешное информационное издание.

Я вот что вам скажу. Я очень хорошо знаю Бэннона. И я скажу так. Если мне покажется, что он делает что-то такое, что его идеи очень сильно отличаются от идей остальных, я очень вежливо попрошу его уйти. Однако я думаю, что отношение к нему очень несправедливое.

Это очень интересно, потому что сейчас многие люди встают на его защиту.

Прибус: Мы не видели ничего из того, в чем его обвиняют, ни единого эпизода. Все как раз наоборот. У нас прекрасная команда, и ничего такого нет. И то, что говорит избранный президент, верно на сто процентов.

[реплики в зале]

Трамп: И кстати — если вы увидите или почувствуете, что я неправ, если у вас появится какая-то информация, я бы очень хотел ее услышать. Единственная, кому я запрещаю звонить мне, это Морин [Дауд (Maureen Dowd), ведущая рубрики мнений]. Она слишком грубо со мной обходится.

Прямо не знаю, что случилось с Морин! Она была такая хорошая. Много лет она была такая хорошая.

[реплики в зале]

Сульцбергер: Мы все говорим так о Морин. Это не ваша вина, просто ваша очередь пришла.

[смех]

Росс Даузет (Ross Douthat), колумнист рубрики мнений: У меня немного другой вопрос, но он все равно связан со Стивом Бэнноном. Мне так кажется. А вопрос о будущем Республиканской партии. В самом начале вы говорили о своей победе во многих штатах, где республиканцы не побеждали десятилетиями, особенно в промышленных штатах Среднего Запада. Мне кажется, многие люди считают, что одна из причин вашей победы в том, что вы во время кампании предстали в образе необычного республиканца. У вас другое мнение по вопросам торговли, льгот, внешней политики, и даже план вашей дочери Иванки по уходу за детьми какой-то особенный. А теперь вы оказались в такой ситуации, что надо управлять страной и укомплектовывать администрацию кадрами из Республиканской партии, чьи лидеры, пусть даже Райнс Прибус возразит мне, не всегда соглашаются с вами в этих вопросах.

Трамп: Зато теперь они меня любят.

[смех]

Неизвестный: Сейчас-то да.

[реплики в зале]

Трамп: Пол Райан меня полюбил, Митч Макконнел меня полюбил. Просто поражаешься, как победа на выборах меняет ситуацию. Мне уже давно нравится сенатор Чак Шумер (Chuck Schumer). Я и деньги для него собирал, и передавал ему много денег за все эти годы. Думаю, я самый первый человек, кто когда-либо пожертвовал что-то на Чака Шумера. У меня был в Бруклине офис, маленький офис в жилом доме в Шипсхед-Бее, и я там работал вместе с отцом.

Однажды пришел Чак Шумер, и я дал ему 500 долларов. Не знаю, захочет ли он это признать, но мне кажется, это был первый взнос на его избирательную кампанию. Но Чак Шумер — хороший парень. Думаю, мы с ним поладим.

Даузет: Тогда я задам следующий вопрос. Как вы сможете руководить администрацией и договариваться с конгрессом во главе с республиканцами, будучи республиканцем иного типа? Не тревожит ли вас то, что пройдет три года, вы снова приступите к предвыборной кампании, отправитесь на промышленный Средний Запад, а люди скажут: да он руководил страной в большей степени как Пол Райан, а не как Дональд Трамп.

Трамп: Нет, меня это не тревожит. Потому что мне не пришлось этого делать. Я уже говорил раньше Артуру: «Артур, у меня не было в этом нужды. Я делаю это, чтобы хорошо работать». Именно это я хочу делать, и? как мне кажется, именно это произошло в промышленном поясе. Они называют его ржавый пояс, и не без причины. Если проехать по нему, у вас возникнет впечатление, что вы вернулись на 20 лет назад. Тогда его не называли ржавым поясом. Вы будете проезжать один завод за другим, которые пустуют и ржавеют. Ржавчина — еще ничего, там есть вещи и похуже. Они разваливаются. Нет, я бы не стал этим жертвовать. Для меня важнее позаботиться о людях, доказавших, что они любят Дональда Трампа, в отличие от тех, кого называют политиками. И откровенно говоря, если политики не будут заботиться об этих людях, они не будут побеждать. И тогда у нас будет совершенно другая страна, абсолютно не похожая на ту, которую мы видим сейчас. Эти люди по-настоящему разозлились. Они умные, они рабочие, и они злые. Я называю их забытыми мужчинами и женщинами. Я говорю об этом в своих выступлениях, говорю, что они забытые люди, преданные полному забвению. Но мы вернем рабочие места. Мы вернем их, и в большом количестве. Я переговорил уже со многими компаниями. Я говорил: не планируйте переезд, потому что вы не сможете перевести свою компанию в другое место, не сможете продавать нам свою продукцию. Вы думаете, что сможете продавать ее через границу, но это будет крепкая граница. По крайней мере, вы знаете, что граница будет. Так что не рассчитывайте на это.

И еще я вам скажу. В предстоящие два месяца вы услышите множество разных заявлений, как мне кажется. Но я побеседовал со многими компаниями — это были пятиминутные беседы с их руководством, — которые переезжают или могут переехать из нашей страны вместе с тысячами рабочих мест.

Фридман: А не беспокоит ли вас то, что эти компании могут оставить свои заводы здесь, но рабочих заменят роботы?

Трамп: Заполнят, но мы и роботов будем делать.

[смех]

Это большое дело, мы будем делать роботов. Сейчас мы их не делаем. Мы ничего не производим. Но будем производить. Что я хочу сказать: роботостроение быстро развивается, и мы будем этим заниматься. У нас будет больше заводов. Мы не можем потерять 70 тысяч предприятий. Просто не можем. Мы займемся производством.

Вчера я имел честь поговорить по телефону с Биллом Гейтсом, и это был прекрасный разговор, мы хорошо побеседовали. А еще мне позвонил Тим Кук из Apple, и я сказал: «Тим, для меня реально большим достижением будет, когда я добьюсь от Apple того, чтобы она построила большой завод в США, или много больших заводов в США вместо того, чтобы размещать их в Китае, во Вьетнаме, или еще где вы их строите, и чтобы вы производили свою продукцию прямо здесь». Он ответил: «Я это понимаю». Я сказал: «Думаю, нам удастся создать для вас стимулы, и мне кажется, вы сделаете это. Мы очень сильно сократим налоги для корпораций, чему вы непременно обрадуетесь». Но идя на такие большие сокращения, мы должны избавиться от нормативных требований, с ними никакие сокращения невозможны. Либерал вы или консерватор, я думаю, мы можем вместе сесть, и я покажу вам эти нормативные требования, и вы согласитесь, что они нелепы. Должна быть конкуренция, в которой могут участвовать все. А компании сегодня этого не могут, они не могут даже начать свою деятельность, не могут расширяться. Они задыхаются.

Скажу вам, я намерен пойти на большие налоговые сокращения и на большие ослабления нормативных требований. Я видел весь этот малый бизнес и его владельцев в США, видел крупный бизнес и его владельцев, встречался со многими людьми. Им гораздо больше хочется ослабления нормативных требований, чем сокращения налогов. Я бы никогда не сказал, что такое возможно, потому что налоговые сокращения будут значительные. Вы знаете, наши компании уезжают из страны, потому что налоги слишком высокие. А еще они уезжают из-за нормативных требований и правил. Я бы никогда не подумал, но из этих двух вещей сокращение нормативных требований намного важнее и пользуется гораздо большей поддержкой, чем даже большие налоговые сокращения.

Неизвестный: Господин новоизбранный президент, я бы хотел спросить вас о прошедшей на выходных в Вашингтоне конференции людей, заявивших о приверженности нацизму.

Трамп: Боже, вам это очень интересно, а?

Прибус: Я думаю, мы ответили на это сразу же.

Неизвестный: Вы собираетесь осудить их?

Трамп: Конечно, я осудил, конечно, осудил.

Прибус: Он уже осудил.

Неизвестный: Вы готовы осудить их сейчас?

Трамп: А, понятно, вас, наверное, не было здесь. Конечно. Хотите, чтобы я осудил их сейчас? Я так и сделаю. Разумеется, я осуждаю. Отвергаю и осуждаю.

Сульцбергер: Мы пойдем дальше. Я хотел бы перейти к инфраструктуре, извините, а затем мы вернемся. Вы много говорили об инфраструктуре, о рабочих местах. Будет ли инфраструктура главной целью ваших первых лет?

Трамп: Нет, не главной, но это очень важная задача. Мы будем заниматься многим, налогами, регуляцией, заменой системы медицинского страхования. Мы обсудим отмену и замену. В области здравоохранения, вы знаете, люди платят на 100% больше, но ничего не получают взамен. Отчисления огромны, вы должны платить 16 тысяч долларов. Они платят все эти деньги, но не получают обслуживания. Поэтому это очень важно. Задач очень много. Но, Артур, инфраструктура будет одной из них.

Сульцбергер: Это часть проблемы рабочих мест, не так ли?

Трамп: Я не думаю, что это крупная часть. Число будет большим, но я думаю, что буду делать и другие вещи, более важные, чем инфраструктура. Но инфраструктура все еще будет частью всего этого. Мы говорим об очень масштабном инфраструктурном проекте. И это не слишком республиканское дело, если честно, я даже не знал этого.

Сульцбергер: Это получилось у Франклина Рузвельта.

Трамп: А у Обамы не получилось, потому что они не тратили деньги на инфраструктуру. Они тратили деньги на другое. Знаете, никто не может выяснить, куда пошли в прошлый раз эти деньги, несколько лет назад. Мы гарантируем, что деньги пойдут на инфраструктуру, дороги и шоссе. У меня есть приятель, владелец компании грузовых автомобилей, одной из крупнейших. Он заказывает обычно эти невероятные грузовики, лучшие, я не хочу называть их, но это автомобили, которые называют «ролллс-ройсами среди грузовиков». Самые дорогие грузовики. Два месяца назад он позвонил мне и сказал, что будет покупать только самые дешевые грузовики. Я спросил его, почему. Он ответил — повторяю, у него крупнейшая компания — его грузовики едут из Нью-Йорка в Калифорнию и приезжают совершенно разбитые. Дороги в таком ужасном состоянии, полно выбоин и ухабов. Он сказал, что больше не будет покупать (дорогие) машины, а только самые дешевые грузовики с самыми прочными покрышками. Так и сказал — самые дешевые грузовики с самыми прочными покрышками.

Мы сталкиваемся со многими помехами. Я спросил его, как давно он занимается этим бизнесом. 45 лет. Больше 45 лет. Я спросил: «Ты раньше видел что-то подобное?» Он сказал: «Таких дорог еще не было». Это интересный…

Бакет: Мне интересно, что сказали Митч Макконнелл (Mitch McConnell) и Пол Райан (Paul Ryan), услышав, что вы собираетесь проводить программу развития инфраструктуры на много миллиардов долларов. Они не хотят тратить эти деньги?

Трамп: Честно говоря…

Дутэт: Триллион. Кажется, речь шла о триллионе.

Бакет: Потому что они относятся к тому крылу Республиканской партии, которое говорит: «Это чудесно, но невозможно сделать это, сохраняя сбалансированный бюджет».

Трамп: Давайте посмотрим, сделаю ли я это. Сейчас они меня обожают. Верно? Четыре недели назад они меня не любили. Не забывайте — если бы я читал The New York Times, и это не обязательно записывать — но можно, если хотите, но вы, возможно, не…

Сульцбергер: Вы сказали «если», но вы читаете газету.

Трамп: Да, читаю. К сожалению. Это чтение стоило мне 20 лет жизни.

Сульцбергер: Это цитата Никсона, если хотите, можете прочесть ее снова…

Трамп: Знаю. Но если вы посмотрите на другое, на все газеты, то я должен был проиграть выборы, я забрал бы с собой Палату представителей, а у Сената не было бы шансов. Это было бы самым большим унижением в истории политики США. Вместо этого выборы я выиграл с легкостью, и я имею в виду — с легкостью, только посмотрите на эти штаты, в некоторых штатах я победил с перевесом в 30 и 40 пунктов. Я легко выиграл выборы, я помог многим сенаторам — только два не смогли добиться избрания, одна в Нью-Гэмпшире, отказавшаяся сказать, будет ли она голосовать за меня, которой, кстати, хотелось бы работать в администрации, и я сказал: «Нет, спасибо». Это для протокола. В этом я отличаюсь от политиков — я знаю, что говорить. Можно сказать, считаю, что это интересно.

Она бы хотела получить работу в администрации, но я сказал: «Нет, спасибо». Она отказалась голосовать за меня. И сенатор в Неваде, который, честно говоря, поддерживал меня, потом перестал поддерживать и пошел на дно, как топор. Они позвонили мне перед выборами и попросили поддержать его, но я сказал: «Нет, спасибо, удачи». Давайте посмотрим, что будет. Не для протокола — я сказал: «Надеюсь, вы проиграете». Не для протокола. Он и проиграл! Он лидировал на 10 пунктов. Вы знаете, о ком я.

А другие — посмотрите на Миссури. [Сенатор Рой] Блант отставал на пять пунктов перед выборами и попросил о помощи. Я помог. Я победил с перевесом в 30 пунктов в Миссури, я лидировал с большим перевесом, 28 пунктов. Я помог ему, и он победил на четыре пункта или что-то вроде того. Часть из этого принес ему я. Пенсильвания, принесена к финишной линии. Мы привели Джонсона, знаете, он был хорош. Мы помогли ему победить в Висконсине. Победа в Висконсине была важна, это нечто…

Фридман: Господин новоизбранный президент, я…

Трамп: Так что сейчас я в очень хорошей форме, но…

Фридман: Я думал, вы будете переживать и нервничать из-за этой работы, но, похоже, вам вполне комфортно.

Трамп: Мне комфортно. Работа внушает мне благоговение, как и всем прочим, но, честно, Том, мне очень комфортно, и вы знаете, что для меня будет большим достижением встретиться здесь через год или два и услышать, как многие скажут: «Вы проделали отличную работу». И я не имею в виду только консервативную работу, я не говорю о консерватизме. Просто, мы проделали отличную работу.

Шир: В дополнение слов Мэтта, после вашей встречи с президентом Обамой он описал вас как человека, потрясенного тем, что он сказал вам. Действительно ли вас потряс объем работы, которую вы унаследовали? И не могли бы вы рассказать нам немного больше о вашем разговоре с президентом и других телефонных разговорах, которые вы провели потом. А еще немного о внешней политике, этой темы мы еще не затрагивали. Верите ли вы в некий мировой порядок, существующий десятки лет мировой порядок под руководством США, в том смысле, что США поддерживают безопасность и свободные рынки.

Трамп: Конечно. Встреча с президентом Обамой была прекрасной. Прежде мы не встречались. Он мне очень понравился. Встреча должна была продлиться 10-15 минут, не больше, потому что многие ждали нас снаружи. Но встреча продолжалась около полутора часов, вы сами были там. Ощущения были замечательными. Думаю, если он сказал «потрясен», то не в плохом смысле. Он имел в виду, что это потрясающая работа, но меня она не потрясла. Можно делать разные вещи и исправить их. Думаю, он имел в виду это. После встречи он говорил очень милые вещи, а я мило говорил о нем. Мне очень понравилась наша встреча. У нас… Вы знаете, мы с ним по разные стороны, но кое-что все-таки было. Я не знал, понравится ли он мне. Я думал, что, скорее, нет. Но он мне понравился, и даже очень. После встречи я с ним еще разговаривал.

Шир: Что вы ему сказали?

Трамп: Простая беседа.

Я считаю, что в плане переходного периода он собирается сделать очень правильные вещи для страны. Говорю вам, Артур, наша встреча длилась полтора часа, но могла продлиться три-четыре часа. Это была очень хорошая встреча.

Неизвестный: Прямо как эта.

[шум, смех]

Трамп: Он перечислил мне то, что считает главными проблемами страны. Я не буду говорить об этом. Если он захочет, пусть скажет, я не против. Но кое-что меня удивило. Он сказал мне о проблемах, сказал как о том, что считает активами, так и о том, что считает большими проблемами, включая одну, которую он назвал самой большой. О ней вам лучше спросить его. Я считаю, что встреча была очень хорошей. Надеюсь, у нас будут хорошие отношения. Это не значит, что мы будем во всем согласны. Но он мне очень понравился, и я немного удивился этому.

Давайте перейдем к внешней политике. Конечно.

Фридман: Какую роль, по-вашему, Америка должна играть в мире? Как вы считаете, эта роль…

Трамп: Это очень большой вопрос.

Фридман: Роль, которую мы играли 50 лет в качестве глобального стабилизатора, платя больше за разные вещи, потому что они, как мы считали, отвечали нашим интересам, но вы говорите, что эту роль следует уменьшить.

Трамп: Я не думаю, что нам следует строить нации. Думаю, мы это уже пробовали. Я думаю, что войти в Ирак — это, возможно… Я имею в виду, можно сказать, что, возможно, мы могли бы уладить гражданскую войну. Понятно? Я думаю, что вторжение в Ирак было одной из самых больших ошибок в нашей истории. Я думаю, что вышли оттуда мы плохо, и произошло много плохого, включая создание ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ). Мы могли бы уйти оттуда иначе.

Фридман: НАТО, Россия?

Трамп: Я считаю, вторжение было ужасной ошибкой. Проблему Сирии необходимо решить, иначе будет бесконечная война. Мой взгляд на Сирию не такой, как у всех. Не у всех, но не такой, как у большинства. Я слышал, как говорил [сенатор] Линдси Грэм (Lindsey Graham). Оставьте. Я слушал Линдси Грэма, который говорил об атаке на Сирию, об атаке, но это все равно, что атаковать Россию, атаковать Иран, атаковать. А что мы получим? Что мы получим? У меня есть очень четкие, очень внятные идеи по поводу Сирии. Я думаю, там происходят ужасные, чудовищные вещи. Посмотрите на эти смерти. Я говорю не только о смертях с нашей стороны, которые ужасны, но и о других. Посмотрите на эти города, Артур, они совершенно разрушены, громадные разрушения, а они говорят, что только два человека были ранены. Нет, тысячи погибли. Вот так. Я считаю, что это ужасно. В идеале мы должны что-то сделать с Сирией. Я поговорил с Путиным, вы знаете, он звонил мне. В общем…

Неизвестный: Какими вы видите эти отношения?

Трамп: В общем, мне все звонили, все главные лидеры, и с большинством я поговорил.

Фридман: У вас будет перезагрузка отношений с Россией?

Трамп: Знаете, после того, что случилось раньше, я не буду использовать это слово. Я бы хотел найти общий язык с Россией, а они, как мне кажется, будут рады найти общий язык с нами. Это отвечает нашим общим интересам. И у меня нет заранее сформированного мнения. Я скажу, что, когда во время кампании они говорили, что Дональд Трамп любит Путина, а Путин любит Дональда Трампа, я отвечал, что разве это не прекрасно, я сказал это тысячам человек, разве это будет не прекрасно, если мы вместе будем бороться с ИГИЛ, что не только опасно, кстати, но и очень дорого, и существования ИГИЛ вообще не следовало допускать. Люди бурно аплодировали. Знаете, они думали, что это плохо. Плохо, что я нахожу с Путиным общий язык, что я верю, что если мы договоримся с Россией, то это будет к лучшему. Было бы хорошо договориться не только с Россией, но и с другими странами.

Джозеф Кан (Joseph Kahn), управляющий редактор: Если вы не против, то расскажите, какие у вас соображения по поводу сирийского конфликта?

Трамп: Я могу сказать только одно. Безумие, творящееся в Сирии, необходимо прекратить. Одно из того, что мне сказали… Можно сказать не для протокола, или все сказанное тут для публикации?

Сульцбергер: Нет, если вы так хотите…

Трамп: Я не хотел бы нарушать…

Сульцбергер: Если вы хотите сказать не для протокола, то мы согласны. Дамы и господа, сейчас разговор неофициальный.

[Трамп говорит не для публикации]

Трамп: Возвращаемся к протоколу.

Сульцбергер: Я сыграю роль полицейского. Осталось две с половиной минуты, потому что необходимо закончить в два. Кстати, еще раз благодарю вас от имени всех нас…

Трамп: Спасибо.

Сульцбергер: Спасибо за эту встречу, правда. Мы снова говорим для публикации. Мэгги, задавайте последний вопрос.

Трамп: Он суровый босс, ребята? Суровый?

Хаберман: У меня два быстрых вопроса. Первый. Ваш вице-президент не возражает против возвращения к пыткам водой. Вы говорили об этом во время кампании. Надеюсь, вы можете рассказать, что думаете о пытках. И еще, что, по-вашему, должен делать в вашей администрации Джаред Кушнер (Jared Kushner), и наймете ли вы его формально?

Трамп: Так, так. Второй вопрос я не расслышал.

Хаберман: Джаред Кушнер. Какую роль в вашей администрации будет играть Джаред Кушнер?

Трамп: О. Может, и никакую. Я не хочу, чтобы люди говорили о «конфликте». Даже хотя президент Соединенных Штатов — надеюсь, кто бы ни писал эту историю, напишет правильно — президент Соединенных Штатов может иметь те конфликты, какие хочет. Но я не хочу руководствоваться этим. Джаред — очень умный парень. Он очень хороший парень. Те, кто знает его, он очень способный. Думаю, он мог бы очень помочь. Я был бы рад стать тем, кто приведет к миру Израиль и палестинцев. Я бы хотел этого. Это было бы огромным достижением. Потому что никому пока этого не удалось.

Хаберман: Думаете, он мог бы быть частью этого?

Трамп: Думаю, он в этом был бы очень хорош. Я имею в виду, что он очень хорошо знает все это. Знает регион, знает людей, знает игроков. Я был бы рад сделать это. Можете добавить к длинному списку вещей, которые я был бы рад сделать. Сейчас многие люди, великие люди говорят мне, что это невозможно. Многие крупные бизнесмены Израиля говорят мне, что это невозможно. Я не согласен. Думаю, мир возможен. Думаю, люди уже устали, что в них стреляют, что их убивают. Когда-нибудь, когда они придут? Думаю, мы можем сделать это. У меня есть основания верить в это.

Хаберман: А по поводу пыток? Что вы думаете о пытке водой?

Трамп: Я встретился с генералом Мэттисом (Mattis), очень уважаемым человеком. Я встречался и с другими, и они сказали, что он лучший. Его кандидатура очень серьезно рассматривается на пост министра обороны. Возможно, пора бы генералу занять этот пост. Смотрите, что происходит. Мы не побеждаем, мы не можем никого побить, мы больше не побеждаем. Ни в чем. Ни на границах, ни в торговле, ни в армии. Генерал Мэттис — сильный, выдающийся человек. У нас была продолжительная встреча, и я задал ему этот вопрос. Я спросил его о пытках водой. Он сказал, к моему удивлению, что никогда не считал их полезными. По его словам, пачкой сигарет и парой бокалов пива можно добиться большего, чем пыткой. Этот ответ произвел на меня большое впечатление. Я был удивлен, так как он считался очень жестким человеком. Я не хочу сказать, что его слова заставили меня передумать. Смотрите, они отрезают головы и топят людей в стальных клетках, а нам нельзя использовать воду. Но этот ответ произвел на меня впечатление. Вряд ли это произведет тот эффект, на которые рассчитывают многие люди. Если для американцев это так важно, я пойду на это. Но генерал Мэттис счел это намного менее важным, чем я от него ожидал. Я думал… Вы же знаете, что его называют «Бешеный Пес Мэттис». «Бешеный Пес» появилось не на пустом месте. Я думал, он скажет, что это классная вещь, от нее нельзя отказываться. А он сказал, что сигаретами и пивом можно добиться большего.

Сульцбергер: Прошу прощения, последний вопрос задаст наш главный редактор Марк Томпсон.

Трамп: Очень могущественный человек…

Марк Томпсон: Спасибо, и у меня очень короткий вопрос. После всех этих разговоров о клевете и законов против клеветы, верны ли вы Первой поправке к Конституции?

Трамп: А я так надеялся, что он этого не спросит. Думаю, вы будете довольны. Думаю, вы будете довольны. Знаете, кто-то сказал мне по этому поводу: «Знаете, смягчить эти законы было бы прекрасно, но на вас будут чаще подавать в суд». Я сказал, что никогда не думал об этом так, но теперь подумаю, как следует. Так что я считаю, что с вами все будет в порядке. С вами все будет хорошо.

Сульцбергер: Спасибо вам большое. Я очень признателен вам.

Трамп: Спасибо всем вам, это большая честь. Я бы сказал, что Times — это большая, огромная американская драгоценность. Всемирная драгоценность. Надеюсь, мы найдем общий язык. Мы хотим одного и того же. Надеюсь, мы найдем общий язык.

США > Госбюджет, налоги, цены > inosmi.ru, 23 ноября 2016 > № 1981270 Дональд Трамп


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 ноября 2016 > № 1978438

Встреча с руководителем Федеральной налоговой службы Михаилом Мишустиным.

В День работника налоговых органов состоялась встреча Владимира Путина с руководителем Федеральной налоговой службы Михаилом Мишустиным. Президент поздравил главу ФНС и всех сотрудников и ветеранов налоговых органов с профессиональным праздником.

Руководитель ФНС информировал главу государства о результатах работы ведомства за десять месяцев и реализации планов по созданию единой системы администрирования налоговых и неналоговых платежей.

* * *

В.Путин: Михаил Владимирович, мы, конечно, обсудим вопросы производственной деятельности, основным из которых является обеспечение собираемости налогов.

Но вначале я хотел бы поздравить Вас с профессиональным праздником, с Днём работника налоговых органов, пожелать Вам всего самого доброго и всем сотрудникам вашего ведомства, которое является одним из ключевых, разумеется, в системе государственного механизма, поскольку обеспечивает как раз финансовую устойчивость в значительной степени, обеспечивает доходную часть бюджета – вместе с таможней, но всё–таки основное решение задачи – за вашим ведомством.

Хочу Вам пожелать успехов.

М.Мишустин: Спасибо, Владимир Владимирович, спасибо за поздравление.

Доложу коротко о ситуации сегодня.

У нас как раз были подведены итоги десяти месяцев по темпам сбора всех соответствующих доходов во все уровни бюджета. Если в первом полугодии нас тревожили цифры, снижались темпы поступлений в сравнении с периодом 2015 года где–то на 1,3 процента, то сейчас произошёл перелом. Мы на сегодняшний день зафиксировали рост поступлений в консолидированный бюджет за десять месяцев 2016 года на 2,6 процента, и это плюс 300 миллиардов рублей.

Увеличение данных поступлений достигнуто за счёт бюджетообразующих налогов, в первую очередь это налог на добавленную стоимость. Темп роста – плюс 8,6 процента. Это стало возможным благодаря работе автоматизированной системы контроля за возмещением налога на добавленную стоимость и интеграции с таможенной службой. Я позже расскажу более подробно.

В.Путин: Это то, к чему мы стремились, объединяя всё под эгидой Министерства финансов?

М.Мишустин: Да. Если позволите, я потом расскажу, как мы работаем над этим, более системно – не только таможня.

И, соответственно, следующим бюджетообразующим налогом является налог на доходы физических лиц. Рост соответствующий – 7,6 процента, это 2,3 триллиона рублей. Это говорит также о том, что у нас восстанавливается реальный уровень зарплат.

В.Путин: Зарплата немножко пошла вверх.

М.Мишустин: Да, совершенно верно. Я знаю цифру, это плюс 7,9 процента за девять месяцев.

Далее – налог на прибыль, он тоже растёт. Сейчас пока консолидированная цифра: темп роста налога на прибыль в сравнении с десятью месяцами 2015 года – 2,9 процента, но это включая также сбор налога на прибыль с дивидендов, которые выплачивают в том числе крупные компании. Там есть уменьшение, поскольку не столь велика была прибыль в 2015 году. Но что мы видим сегодня – мы видим, что если взять по ставке 20 процентов, то темпы роста поступления налога на прибыль – 7,4 процента, это уже оживление идёт в регионах.

Но рекордом является фиксация нами темпов сбора акцизов, в том числе на алкогольную продукцию. За десять месяцев 2016 года общий сбор акцизов – 1,1 триллиона рублей, это на 26 процентов выше соответствующего периода 2015 года, а если говорить про крепкий алкоголь – плюс 25 процентов.

Это стало [возможным] благодаря в том числе всем поручениям, которые Вы давали по созданию межведомственной рабочей группы, которую возглавлял наш Министр финансов Антон Германович Силуанов. Туда входили соответствующие правоохранительные органы, Росалкогольрегулирование, налоговая служба. Занимались достаточно серьёзно всей учётной системой по алкогольной отрасли.

Хочу сказать, что пресечена была масштабная схема уклонения от уплаты акцизов, и у нас фиксируется сейчас рост поступлений в некоторых регионах, в том числе в десять раз, если говорить про Республику Северная Осетия – Алания.

В.Путин: В десять раз?

М.Мишустин: Да. За соответствующий предыдущий период было порядка 300 миллионов рублей; сегодня – 3,1 миллиарда рублей. Это в Республике Северная Осетия – Алания. В Кабардино-Балкарии – плюс 40 процентов. И в принципе мы видим, что динамика отражает в том числе ситуацию обеления и легализации алкогольных рынков.

В.Путин: То есть шаги, которые нами предпринимаются в этой сфере, дают результаты.

М.Мишустин: Да.

Самое главное, что в деньгах по крепкому алкоголю – плюс 25 миллиардов рублей, Владимир Владимирович, за соответствующий период.

Вы говорили о создании единого механизма администрирования налоговых и неналоговых платежей, в частности Вы упомянули таможенную службу, интеграцию. Я бы хотел коротко доложить о направлениях работы.

Первое – это сама интеграция с информационной системой Федеральной таможенной службы. В первую очередь нас интересует фискальный эффект. Что мы сделали: мы проанализировали смежные процессы там, где так или иначе налоговые и таможенные службы пересекаются. Таких процессов – порядка 90. Сделали соответствующий анализ, после чего основные векторы нашей работы сконцентрировали на следующих направлениях.

Первое – это получение информации о таможенной стоимости грузов, которые пересекают границу Российской Федерации, для использования потом в автоматизированной системе контроля за возмещением налога на добавленную стоимость. То есть теперь, если кто–то хочет предъявить вычеты и прочее, мы видим всю цепочку: от ввоза товара, начисления пошлин и налогов до его реализации в розницу. Очень важно, что на сегодняшний день уже есть результаты. В частности, наши совместные начисления после работы и получения информации от таможенной службы – уже около 52 миллиардов рублей. И таможня фиксирует соответствующее повышение собираемости своих платежей. Мы эту работу продолжаем, Владимир Владимирович, это начало.

Второй вектор – это система управления рисками. Ведь все участники внешнеэкономической деятельности, которыми занимается таможенная служба, – такие же налогоплательщики. Мы их видим, как налоговая служба, налогоплательщиками с соответствующими в том числе рисками, если говорить о профиле налогоплательщика – рисками уклонения от уплаты налогов.

Соответствующий обмен дал нам возможность в том числе проведения скоординированных проверок, но мы всегда приходим именно по модели риск-анализа, то есть мы приходим, объясняя, зачем пришли и зачем проверяем. В этом смысле тоже работа очень активно ведётся, и нас радует то, что есть поступления без повышения соответствующих налогов, сборов или пошлин, есть дополнительные поступления во все уровни бюджета.

Страховые взносы – также создание единого механизма администрирования. С 1 января мы будем приступать к администрированию страховых взносов. Это Фонд социального развития, Фонд обязательного медицинского страхования, Пенсионный фонд.

Хочу сказать, что мы подготовились. Для налогоплательщиков, для работодателей не будет никаких изменений. Более того, упрощаются формы отчётности: их было четыре – будет одна ежеквартальная со всеми расчётами. У нас будет один контролёр, то есть фонды теперь не будут ходить и проверять налогоплательщиков. Это также Ваше поручение – уменьшение количества проверок. Потому что в основном администрирование страховых взносов похоже по императиву на администрирование налога на доходы физических лиц. Поэтому мы видим эту информационную базу и будем стараться без лишних проверок администрировать.

И, наконец, мы надеемся, что наши граждане увидят начисления, которые идут по всем страховым взносам, в «личном кабинете». То есть они будут знать, сколько работодатель за них заплатил во все фонды для формирования потом пенсионных прав и вопросов, которые есть у них к государству.

И третий момент, о котором я хотел бы доложить, – это Ваше поручение по созданию как законодательства, так и правоприменительных мер по внедрению инновационных касс для того, чтобы налоговая служба онлайн получала транзакции, связанные с продажей в рознице. Была проведена большая работа. Вы тогда поручили – совместно с Народным фронтом мы по всей стране провели соответствующую работу и работали с бизнес-объединениями: это «Деловая Россия», «ОПОРА», РСПП, Торгово-промышленная палата. Депутатами Государственной Думы, проработав всё и сняв все вопросы, летом был принят закон по контрольно-кассовой технике. Уже близится 1 февраля, когда вся вновь регистрируемая контрольно-кассовая техника (это те кассы, которые будут по закону регистрироваться в налоговой службе) будет идти по новому порядку.

Мы сделали онлайн-кабинет. Теперь не надо будет приходить в налоговую, чтобы что–то приносить, регистрировать, брать бумажки. Но что радует – что сегодня производители уже произвели 40 таких изделий, и будет большая конкуренция. Конкуренция будет снижать стоимость контрольно-кассовой техники, а для бизнеса будет снижение издержек.

Надеюсь, что это пройдёт достаточно безболезненно для бизнеса, но главное – что будут транспарентными для государства все транзакции в рознице. Тогда мы закроем всю цепочку, когда грузы поступают на территорию Российской Федерации с таможни, потом проходят все переделы и продаются в розницу. И, наконец, для государства будут очень прозрачными все налоговые поступления, в том числе от тех налогоплательщиков, которые применяют упрощённую систему налогообложения онлайн, то есть мы уже перестанем их проверять – будем больше видеть это камерально.

Вот в двух словах, Владимир Владимирович, такие результаты.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 ноября 2016 > № 1978438 Михаил Мишустин


Казахстан > Медицина > camonitor.com, 18 ноября 2016 > № 1975225

Болат Садыков. Новь здравоохранения

Автор: Адольф Арцишевский

Он родился и вырос близ Алматы, в Талгаре, в этом светлом, солнечном городе в предгорьях Заилийского Алатау. Искони здесь мирно уживался многоликий люд и наряду с казахским языком звучали десятки наречий. Русские, уйгуры, турки, поляки, немцы, чеченцы… И эта полифония жизни, нравов, языков и этносов с детства казалась Болату естественной, как полноводье реки Талгарки по весне и в пору таяния ледников среди лета.

Семья Садыковых и клятва Гиппократа

Папа работал директором швейной фабрики. Он окончил Московский финансовый институт, а в то время для казаха из глубинки это было большое достижение. Мама с головою была погружена в домашние дела: как-никак в семье произрастали восемь детей – четыре сына и четыре дочки.

– Но, к сожалению, младший братишка наш погиб в автоаварии. Невосполнимая утрата для семьи, – Болат Нурмурзаевич делает невольную паузу, как бы собирая в горсти боль утраты. – Почему-то Аллах первым забрал к себе младшего. Он был самым светлым, самым теплым и желанным из всех нас. Он работал детским врачом-реаниматологом в Талгарской больнице, он стольких спас, а вот себя не уберег…

В их семье пятеро врачей. Быть может, потому что мама всегда говорила: надо людям делать добро. А избавить человека от боли и недуга – что может быть милосерднее и важнее? У мамы было особое отношение к медикам. У них в семье есть стоматолог, терапевт, реаниматолог, гинеколог, хирург.

Болат со школьной скамьи тянулся к точным наукам, окончил математическую школу. Он поступал в Московский мединститут на факультет биофизики. Но волею судьбы пришлось вернуться в Алматы и на лечебном факультете нашего мединститута осваивать профессию врача. Получив диплом, он семь лет был практикующим хирургом в центральной районной больнице родного Талгара. А в райбольнице хирург должен уметь делать все. К тому же он год отдал ординатуре в Ленинграде, научился оперировать легкие и сосуды.

А потом проявилась его та самая аналитическая жилка, его склонность к математике, его пристрастие к расчетам, к поискам оптимального решения задач. И он стал заниматься, скажем так, новыми хозяйственными механизмами в здравоохранении. В течение пяти лет был заместителем, а затем и главврачом райбольницы. Рынок диктовал свои условия. Как раз появилась хозрасчетная линия, появились платные отделения. Нужны были прагматики, люди с деловой хваткой. Не случайно их больница стала именоваться государственным казенным предприятием.

Талгар как предтеча Сингапура

Талгар – город солнца и света, доверчиво приникший с юга к тверди гор, а с севера как бы распахнутый в огромный мир. Говорят, в Талгаре нет реки. Неправда это! Есть, есть Талгарка – норовистая горная речка. И даже есть долинка реки, почти каньон. Ну не Чарын, конечно, но все же. Тот, кто родился здесь и вырос, куда бы ни забросила его судьба, всей дрожью жилок будет помнить эти мирные, тихие улочки, утопающие в зелени, дарующие сердцу покой и как бы дарящие себя всему белому свету.

Однажды он попал в Сингапур, государство-остров, государство-город, государство-мегаполис. Здесь отчего-то возникает поразительное чувство свободы, чувство простора, чувство принадлежности океану и миру. И небоскребы не пригибают тебя к земле, а напротив – ты шире расправляешь плечи. И дышится привольно и легко. Он где-то уже испытывал это чувство предполетности. Где? А все оно лежало на поверхности: родной Талгар мог подарить и дарил это чувство безмерности.

Здесь, в Талгаре, шло становление Болата Садыкова как хирурга. Здесь шло его становление как организатора медицины. Оно проходило уже в новейшие времена. Его анкета бесстрастно фиксирует не только рост по линии занимаемых им должностей, но и укрупнение масштаба видения тех подвижек, которые происходят в здравоохранении страны.

1999-2000 гг. – директор ГКБ «Здравоохранение Талгарского района».

2000-2004 гг. – директор государственного казенного предприятия «Центральная районная больница Талгарского района».

2004-2008 гг. – начальник управления здравоохранения Алматинской области.

2008-2011 гг. – ответственный секретарь Министерства здравоохранения РК.

С 2011-го – консультант ВОЗ.

С 2013-го – главный врач городской клинической больницы №5 Алматы.

При этом надо сказать, что он был одним из разработчиков закона о медицинском страховании, несколько статей которого были написано лично им, Болатом Садыковым, особенно в той части, которая касается сельского здравоохранения. Причем все это не с потолка, не по наитию. Он побывал во многих странах ближнего и дальнего зарубежья, вникая в практику медицины, соотнося ее с нашими реалиями. Москва, Питер, Калининград. Юго-Восточная Азия: Индонезия, Сингапур… Ему довелось посмотреть, что и как там делается. Коллеги спрашивали его, насколько наша медицина отстает от увиденного им в зарубежье.

– Мы не отстаем, – убежден он. – То, что Казахстан сделал за 25 лет независимости, это фантастика и сказка. Такое ни одна страна в мире повторить не сможет, другим для этого понадобится не одно столетие. За четверть века у нас произведена 21 пересадка сердца. В Астане построен лучший в СНГ кардиоцентр, там работает один из лучших кардиологов нашего времени Юрий Владимирович Пя. Любая операция сердечнососудистой системы нам доступна. Нейрохирургия, операции на спинном мозге – это наш Национальный центр нейрохирургии, это наш Серик Куандыкович Акшулаков. Лучшее в мире оборудование, самые современные хирургические разработки. Японцы приезжают – не могут скрыть своего восхищения. Реестр наших достижений в медицине для Болата Нурмурзаевича как заветная сура Корана. И в этот реестр органично входит характеристика городской клинической челюстно-лицевой больницы № 5 Алматы, которую Садыков возглавляет сегодня.

Бывших врачей не бывает

– Как давно вы возглавляете эту больницу и в каком состоянии она вам досталась?

Вторая часть вопроса была нами сформулирована не совсем корректно, в чем мы убедились тотчас же.

– Больницу эту я возглавляю без малого четыре года. И надо сказать, что до меня больницей руководили на редкость хорошие люди.

Он перечисляет своих предшественников, для которых больница № 5 была альфой и омегой их усилий. А это воистину светила медицины. Бекмахан Сыбанбаевич Куралбаев, который впоследствии был начальником Алматинского областного управления здравоохранения, а затем руководил «совминовской больницей», сейчас он один из лидеров казахстанского здравоохранения. Это и Кадыр Токтамысович Омаров, который позже работал первым заместителем министра, а сейчас возглавляет Национальную палату предпринимателей медиков. Возглавляла 5-ю больницу Жанат Какимсеитовна Касымжанова, потом она руководила горздравом Алматы. Каждый из его предшественников внес свою весомую лепту.

– Я сейчас стараюсь работать больше в плане этики и деонтологии, в плане создания хорошего коллектива единомышленников, – говорит Болат Нурмурзаевич. – Хорошие профессионалы есть везде. Надо создать климат, который помог бы людям раскрыть свои возможности.

А клиника очень серьезная. Ежедневно работают шесть операционных, в день делается до тридцати плановых операций. В приемный покой ежедневно приезжают 200-250 пациентов, нуждающихся в медицинской помощи, из них 30 процентов госпитализируется. В год через эту клинику проходят 12 тысяч больных, то есть в среднем одна тысяча в месяц.

– Кто оказал наибольшее влияние на вас, как на врача-профессионала?

– Наверное, мне повезло: я всегда учился у больших специалистов. Это, например, Бекмахан Сыбанбаевич Курабаев. Академик, блистательный организатор здравоохранения, сейчас он работает в совете директоров Глазного института и занимается наукой. Это он в бытность свою руководителем областного здравоохранения рассмотрел во мне зачатки хорошего доктора, когда я еще был врачом Талгарской районной больницы, многому научил. Я сам присматривался к стилю его работы, для меня был бесценен его организаторский опыт. Аман Дуйсекеевич Дуйсекеев, ныне, к сожалению, покойный, тоже один из моих учителей, мы с ним вместе работали. Василий Николаевич Девятко, бывший министр здравоохранения – и с ним мы работали вместе, у него я многое почерпнул. Вот сейчас нами руководит Валихан Исаевич Ахметов, начальник управления здравоохранения города Алматы, доктор медицинских наук, профессор – мы у него тоже учимся. Очень грамотный, креативный руководитель, держит руку на пульсе времени. Под его началом улучшились показатели здравоохранения. Человек выдержанный, интеллигентный. Руководить медициной мегаполиса – дело сложное, нужны крепкие нервы и бойцовские качества. Он никогда не повысит голоса, но настоять на своем сумеет. Слова «сделайте, пожалуйста» для нормального человека много действеннее грозного окрика.

И депутатская стезя возникла в жизни Болата Садыкова не случайно.

– Структура маслихата подразумевает решение многих вопросов. Еще работая в Талгаре, я был депутатом областного маслихата двух созывов. Нас, депутатов, было 42, и я уже видел, что знание законов и депутатская деятельность помогают решать многие неотложные проблемы – и для системы здравоохранения, и для избирателей целого населенного пункта. И, уже зная все это, я принял решение баллотироваться в депутаты маслихата Алматы.

– Вы говорите, как само собою разумеющееся, «знание законов». Но вы же не юрист…

– Когда работаешь первым руководителем, возглавляешь клинику, надо быть и лечебником, и организатором, и финансистом, и юристом. Ну как главврач будет подписывать финансовые документы, не зная финансовой дисциплины? А прием на работу и увольнение с работы? А система поощрений и наказаний? Все это надо знать, все это надо учить.

Семья Садыковых и трудовой десант

– Вы из большой семьи. Что значил в вашей жизни отец?

– Папа ушел из жизни в 2009 году. Он был по преимуществу добытчиком в семье. Утром чуть свет уходил на работу, поздно вечером возвращался. Но его стиль поведения в семейных отношениях, особенно с детьми, я считаю, был очень правильным. Когда мы подросли, отец бросил курить, чтобы сыновья не курили. Когда мы стали взрослее, отец изъял из дома всё спиртное. Он нас научил, в прямом смысле этих слов, трудом и потом добывать пропитание. Он научил нас весной картошку сажать в горах, он научил нас осенью ее выкапывать. Семья большая, мы выезжали всей семьей на посадку картофеля, а это 25-30 соток. Осенью собирали 30-40 мешков. Проветривали, подсушивали, перебирали. То, что лопатой задели при копке, шло на еду в первую очередь. Хорошую картошку – подальше, на хранение. Семенная картошка – отдельно, неприкосновенный запас. Это даже не рачительность, это аккуратность. Она с детства воспитана в нас, она превратилась в стиль жизни, в стиль работы.

Их было четверо братьев, а пацаны – это спорт. Талгар всегда был большим спортивным городом. У всех на памяти знаменитый футболист Александр Хапсалис. Он из Талгара, играл за сборную Казахстана. Также город дал нескольких известных велогонщиков. И все они были кумирами талгарских пацанов.

– Талгар был очень знаменит своими спортивными достижениями. И мы, мальчишки и девчонки, не могли быть в стороне от всего этого. Футбол, волейбол, легкая атлетика, уличные виды спорта. И я всю жизнь старался заниматься спортом, хотя хирургия отнимала много сил. Ночные дежурства, а потом остаешься на день, стоишь как бы вторую вахту. Тут уже не до спорта.

Вопрос не спортивный, на засыпку:

– Когда последний раз стояли за операционным столом?

Ответ как в блиц-турнире:

– Вчера.

И краткий комментарий:

– Стараюсь не забывать свое основное дело.

У него две дочери. Обе в совершенстве знают английский. Старшая окончила КИМЭП, работает финансистом. Младшая пошла по стопам отца, поступила в мединститут. Говорит: хочу стать кардиохирургом. Но это же тяжело, пытался предостеречь ее отец. На что она ответила с несвойственной восемнадцатилетним мудростью:

– Легкой жизни, папа, не бывает.

Вот ему задали как-то вопрос: испытывал ли он в жизни страх перед чем бы то ни было? У меня такое мироустройство, ответил он, что я профилактики ради стараюсь предвидеть, что будет через день, через два, через три. Страх испытываешь перед неожиданностью, а неожиданность в его жизни как бы исключена. Сегодня такое время, что аналитикой надо заниматься, считает он. Знать, что тебя ждет, какие могут быть риски, минусы и плюсы.

– Помню, в детстве мама всегда говорила: кроме Болата, никто не знает, где есть свежий хлеб. Вокруг дома пять-шесть магазинов, и я знал, в какой из магазинов именно сейчас завезли горячий хлеб. Это не просто интуиция, это аналитика, точный расчет. А если на горбушку горячего свежего хлеба намазать сливочное масло – представляете, какая это вкуснятина!

И еще: иногда молчание дает очень многое. Надо уметь слушать людей, тогда не будешь попадать впросак и риски будут сведены к минимуму.

– А маме сейчас 92 года. Живет в Талгаре вместе с нашей младшей сестренкой. Хотя бы раз в неделю я приезжаю в Талгар. Как бы ни было трудно, как бы ни уставал от жизненных передряг, а прикоснусь к маминому плечу – и можно жить дальше, и уже не страшны никакие проблемы.

Ода апендэктомии

Первая операция для будущего хирурга - это как выход в открытый космос. Как любовь на заре туманной юности. Как первая строка в прологе поэмы, которую напишет жизнь.

В тот день студент-четверокурсник Болат Садыков встал к операционному столу не как ассистент, а впервые как хирург. Оперируемый – молодой крепкий мужчина. Его скрутил приступ аппендицита, он в смятении смотрел на приготовления медиков. И самый юный из них воркующим басом пытался его успокоить:

– Все будет хорошо, вы только не волнуйтесь.

Пациенту сделали инъекцию в предплечье. Потом – местный наркоз.

– Сейчас вам станет легче, вы даже не почувствуете боли…

«Ты сам не волнуйся, – сказал Болат самому себе. И самому себе ответил: – А я и не волнуюсь». Он действовал почти на автопилоте, как бы машинально повторяя то, что видел не раз, ассистируя хирургу. Да, да, стоустая молва твердит: банальный аппендицит. Но ведь это, в сущности, сложнейшее заболевание. Вообще-то все хирурги начинают с этой операции. А ощущение и вправду неописуемое, на грани возвышенного чувства, как будто ты соприкоснулся с величайшим из земных искусств. И здесь приходит понимание, что настоящий хирург – явление штучное…

Ну вот, швы наложены. Сейчас больного увезут в палату, он забудется на какое-то время, обессиленный от пережитых треволнений. Потом наркоз начнет отходить, вернутся боли, но это не смертельно, это признак того, что все идет как положено.

К вечеру Болат заглянул в палату. Больной спал. Это был сон здорового человека. Пройдет какое-то время, и он, наверное, наглухо забудет студента-четверокурсника, который спас его от беды. А вот студент-четверокурсник запомнит этого парня навсегда.

– И все же: отчего, почему вы стали врачом? Что подтолкнуло вас к этому?

– Недавно мне попала в руки моя школьная фотография, где я первоклассник. Что любопытно: у меня через плечо полотняная сумка санитара. Уже тогда произошло все это. Наверное, выбор был сделан на подсознательном уровне.

Казахстан > Медицина > camonitor.com, 18 ноября 2016 > № 1975225 Адольф Арцишевский


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 16 ноября 2016 > № 1976903

Стенограмма интервью главы Минстроя России Михаила Меня программе Hard Day's Night (телеканал «Дождь»)

Желнов: Михаил Александрович, вот буквально сегодня «Ведомости» написали статью про то, что правительство Москвы готовит ряд предложений и хочет создать новый план развития города. Собственно, почему мы вас об этом спрашиваем. Не столько об эстетике речь, сколько о том, что правительство же предлагает повысить в будущем налог на недвижимость в центре города. Как вам такой план развития? Что вы вообще об этом знаете?

Мень: Вообще, если честно говорить, то просто квадратные метры мы уже строить научились. Вы знаете, что прошлый год был рекордный по вводу квадратных метров жилья, больше 85 миллионов, и это даже превысило рекорды советского периода. Но сейчас люди требуют совершенно иного, люди требуют нормальной и качественной городской среды, качественного общественного пространства, и, безусловно, это сейчас выходит на первые задачи, это такой тренд, который те застройщики, которые понимают, они безусловно будут добиваться успеха.

Желнов: То есть вы говорите о спросе на какую-то эстетику? Не столько людей волнует собственно жилье, сколько пространство вокруг?

Мень: И не только эстетика, которую мы называем «экология глаза», такой у нас есть в Минстрое термин, но еще и общественное пространство, потому что общественное пространство крайне важно, и даже в том случае, если у молодежи, которая предпочитает небольшие квартиры, малогабаритные квартиры, они хотят общественного пространства, где бы они могли находиться. Многие даже в современной жизни ходят завтракать в кафе и так далее. И это действительно меняет сегодня приоритеты у застройщиков, и естественно, власти, и региональные власти, просто вынуждены двигаться в эту сторону, иначе это будут несовременные города.

Желнов: Ну вот на центре Москвы, если вернуться к этим инициативам мэрским, как это скажется? Действительно ли будет повышен, ожидаете ли вы повышения налога на строительство в центре?

Мень: Ну, это не совсем наша кафедра, потому что все-таки это кафедра наших министерств, которые занимаются экономикой и финансами. Но мне кажется, что любой город, который является столицей большого государства, всегда цена на квадратный метр, если говорить про жилье, в столице всегда выше, в любой абсолютно столице. То, что касается вот этих законодательных инициатив, их нужно смотреть, нужно их понимать для того, чтобы уже конкретно комментировать.

Немзер: Михаил Александрович, если я вас спрошу не как чиновника, а как неравнодушного горожанина, вам нравится самому то, что сейчас происходит в Москве, в центре?

Мень: Вы знаете, вот я хотел бы пережить с этим зиму. Потому что то, что было сделано…

Желнов: И не поскользнуться?

Мень: Немножко не в этом дело. Дело в том, что вот тот проект, который был сделан в рамках «Моей улицы», КБ «Стрелка» принимала активное участие, мне в общем-то импонирует, и мне нравится, как это сделано, и широкие тротуары, безусловно. Но мы все-таки северное государство, и Москва достаточно северный город, очень хотелось бы, чтобы и зимой тоже это выглядело хорошо. Давайте весной обязательно поговорим на эту тему.

Немзер: У вас есть какие-то опасения, что, может быть, этой зимой не сработает?

Мень: Может быть, вот если будет достойная уборка снега, и вот эти все нюансы, которые мы понимаем с вами, то, конечно, тогда этот проект можно считать, что удался. Так, для летнего, весеннего, осеннего периода это очень хорошо выглядит. И город начинает играть совершенно новыми красками.

Немзер: Вот есть некоторые недовольства довольно значительной части горожан, которые говорят, что с ними не обсудили ни ширину тротуаров, ни плитку, ни кадки, ни «Зеленую женщину», которая в какой-то момент на Тверской возникла. Вот как с обратной связью?

Мень: Вы знаете, мне кажется, что у Москвы как раз обратная связь налажена. Насколько я знаю, и консультации проводились. Просто мы должны понимать, что в любом изменении жизненного пространства всегда будут люди, которые недовольны, и их голос всегда громче, чем людей, которые довольны. Знаете, как патриарх строительства в Москве Владимир Иосифович Ресин говорит, что если мы будем реагировать вообще на все сигналы, то ни одного здания мы в Москве не построили бы. Это, к сожалению.

Желнов: Уж действительно, да.

Мень: Действительно это так. Но мне кажется, что все-таки команда Сергея Семеновича Собянина все-таки внимательно относится к тем пожеланиям, всем невозможно угодить, но все-таки то, что сделано, это действительно прорыв. Можно обсуждать, можно быть чем-то довольным, чем-то недовольным, но безусловно это прорыв, это современно, и Москва действительно становится одним из самых красивых городов мира. Единственное, что я меня смущает, дай бог, пережить зиму, чтобы это было так же эстетично и в зимний период времени.

Товкайло: А почему этого прорыва при Юрии Михайловиче не случилось? Вы работали в его команде, что не хватило? Компетентности команды, компетентности самому мэру, денег? Почему?

Мень: Тогда была совершенно другая задача. Тогда речь шла именно о большом объеме квадратных метров. И я помню эти оперативки…

Товкайло: То есть вы отдали Москву строителю?

Мень: У Юрия Михайловича оперативки, когда объем строительства жилья, когда коммерческая нежилая недвижимость начинала только строиться. Совершенно разные эпохи и разные задачи. У Юрия Михайловича, у Сергея Семеновича разные задачи и разное время, поэтому, мне кажется, каждый выполняет свою миссию на определенном историческом участке. Юрию Михайловичу достался этот период, Сергею Семеновичу — этот.

Желнов: Так вам город какой больше нравится, лужковский или собянинский, вот сейчас?

Мень: Честно говоря, мне нравится то, что сейчас делает Сергей Семенович. И дай бог, чтобы вот это и дальше двигалось и дальше развивалось. Во всяком случае, это современно, это сделано для людей.

Иваницкая: В Питере такое сработает?

Мень: Питер, наверное, немножко другой город, и там должен быть другой подход. Там все-таки нужны более серьезные оглядки на историческую ценность.

Желнов: А у нас разве не нужны?

Мень: У нас, безусловно, тоже нужны. Но все-таки в Питере есть определенная специфика. И если там начинать подобный проект, то он должен быть другой, он должен быть совершенно другой. И он должен быть с другим духом, я не могу это словами объяснить, но вы понимаете, о чем я говорю, он должен быть несколько другим. Но это уже пускай решают региональные власти.

Желнов: Михаил Александрович, вот как раз про историческую ценность, которую вы сами затронули. Понятно, что Минкульт отвечает за сохранение наследия, есть Москомнаследие в Москве, но в целом — Министерство культуры. Но учитывая, Лужков или Собянин, мы видим, как продолжаются сносы зданий в Москве. Можно всем вспомнить последние примеры. Понятно, что это не совсем профильная для вас сфера, но вы пытались как-то, имея свой вес, свое положение, свой вкус, влиять на эту ситуацию? Я имею в виду сохранение каких-то объектов культуры, которые уничтожались все последние 15 лет в Москве, не 15 лет даже, а с 1994 года.

Мень: Вот смотрите, действительно то, что касается реставрации, это не наша кафедра, а кафедра Министерства культуры, и работа с памятниками истории и архитектуры — это тоже работа наших коллег.

Желнов: Не про реставрацию, именно про снос зданий, исторических, которые имеют ценность, про снос зданий в центре города. Понятно, что не напрямую это в Министерство строительства, но опять же, пытались ли вы как-то влиять на это?

Мень: Ну, конечно, у нас есть обращения граждан, это такая серьезная работа — обращения граждан и организаций в наш адрес. И на моей памяти было достаточное количество каких-то обращений, когда мы, опираясь на них, обращались в мэрию Москвы или в другие субъекты для того, чтобы там более внимательно посмотрели на тот или иной объект.

Желнов: То есть у вас есть такая возможность?

Мень: Возможность влиять безусловно есть, мы федеральное ведомство. Мы, конечно, в первую очередь регулятор, мы в первую очередь регулируем правила игры, по которым осуществляется градостроительство, в том числе. И через эти механизмы мы стараемся в первую очередь влиять на субъекты, но точечно тоже в каких-то случаях мы стараемся тоже подключаться. Безусловно, это так, хотя это прерогатива региональных властей.

Товкайло: Вот была тоже дискуссионная тема последних месяцев — установка памятника князю Владимиру на Боровицкой площади. Сформулирую вопрос так: вы к этому, как житель этого города, как относитесь, и как министр? Понятное дело, что все-таки у вас есть пост, и он обязывает выбирать выражения, но действительно, решение с точки зрения архитектуры, градостроительной политики довольно смелое. Как вы к нему относитесь, и как житель, и как министр?

Мень: Вот известная история, как в Париже строили Эйфелеву башню, какое было дикое возмущение вот этим уродством, как его называли парижане. И действительно, это казалось настолько диссонансно с имиджем этого города, с ощущениями этого города, казалось какой-то безумной эклектикой вообще. Но в конечном итоге, мы с вами знаем, что именно Эйфелева башня является сегодня символом Парижа. Поэтому, мне кажется, вот так оценивать, плохо или хорошо, очень трудно, потому что это как оценивать живопись или как оценивать музыку, у каждого свой абсолютно вкус.

Товкайло: Но вам нравится проект?

Мень: У меня не вызывает отторжения этот проект.

Товкайло: Разрешите, я все-таки с вами поспорю. Вот вы привели пример Парижа, но башню строили к всемирной выставке, ее хотели потом снести. Потом так сложилась история, что ее оставили.

Мень: Дискуссия основная развернулась именно здесь.

Товкайло: Да, сносить или не сносить. Тут памятник, насколько мне известно, сносить пока не собираются. То есть вы верите, что этот памятник станет символом Москвы, как башня стала символом Парижа?

Мень: Ну, на счет того, что символом, наверное, нет. Все-таки у Москвы есть иные символы, такие как Кремль тот же, например. Но этот памятник, меня он, как в народе говорят, ничем не обломал.

Товкайло: То есть вас не смущает, что напротив, в зоне исторической застройки, в зоне самого Кремля появится памятник, который в принципе выше? Если вы посмотрите на него, он выше и стен Кремля, и перекрывает вид на Кремль, он практически по высоте как дом Пашкова.

Мень: Ну, наверное, только со временем мы сможем уже оценить, как он вписывается. Поверьте, что сейчас любой памятник, вот помните, Столыпину ставили памятник возле Белого дома, тоже была большая дискуссия.

Товкайло: Ну, не такая.

Мень: Ну, наверное, не такая, но была. Была, и сегодня мы видим, что этот памятник, мы его даже уже и не замечаем, когда там проезжаем, он настолько стал нам привычен. Это дело очень такое тонкое, вы знаете, вот мы на последнем Государственном совете подняли один очень важный вопрос: то, что статус главного архитектора субъекта Российской Федерации сегодня крайне низок. Потому что, вот поверьте человеку, который много лет проработал в разных регионах, в трех регионах я работал, статус главного архитектора, он высок в Москве, в Санкт-Петербурге, потому что это города-субъекты. А вот то, что касается традиционных субъектов Российской Федерации, со столицей и с другими городами, то здесь, как правило, главный архитектор это замдиректора департамента по строительству. Притом, директор департамента или регионального министерства по строительству, у него задача какая? Больше квадратных метров жилья. А здесь какой-то ходит зам у него, который говорит, что это эстетично, а это не эстетично, и мешает ему выполнять поставленные губернатором задачи. И было решение, оно, к сожалению, имело рекомендательный характер, но уже ряд субъектов, порядка двадцати, пошли по этим рекомендациям, чтобы подчинить главного архитектора напрямую губернатору. Это очень ключевое действо будет, потому что тогда главный архитектор не будет зависеть от строителей, и его слово будет звучать. Это очень важно, и поверьте, что впереди очень серьезная и большая работа у этих людей.

И сегодня я плотно работаю и с МАРХИ, и с нашей Академией архитектуры, и мы стараемся максимально все-таки этих людей поддерживать, потому что от них зависит очень многое, от них зависит вообще облик наших городов. И то, что вот сейчас, в одном из приоритетных проектов мы делаем, это определенные стандарты благоустройства для наших городов, это очень важно.

Понимаете, вот мы как-то дискутировали, и мне говорят: «Вы знаете, что вы для всей страны рисуете стандарты? Что, мэры городов сами не разберутся?». Им нужно помочь здесь, понимаете. Бывают мэры городов, крепкие хозяйственники, которые хорошо справляются со своими функциями, ЖКХ знают хорошо и так далее. Но они эстетику города не чувствуют и не понимают, и в этом даже нельзя их упрекнуть, это как у человека есть музыкальный слух или нет музыкального слуха. И, конечно, здесь очень важно, чтобы специалист, чтобы главный архитектор субъекта был рядом, главный архитектор города был рядом с мэром, и чтобы его слово было весомым и звучало. Вот это очень важная задача, и я думаю, что мы постепенно от рекомендаций будем переходить дальше.

Желнов: Сейчас перейдем к ЖКХ, к излюбленным темам. Но раз мы стали говорить об эстетике, и вообще об ощущении времени, о том, что происходит, хотел вам задать вопрос как сыну отца Александра Меня. Как вы вообще оцениваете не общественное, в данном случае, пространство, а то, что происходит в общественной жизни в последнее время, я имею в виду те законы. Вы, как верующий человек, наверняка тоже следите за ситуацией с религией, с принятым законом об оскорблении чувств верующих, дело Pussy Riot, которое уже и забылось, потому что после него было наштамповано много еще таких дел, мы уже о них и не вспоминаем. Как вы вообще относитесь, если можно так сказать, к климату и ко всем общественным вещам, которые мы наблюдаем за последнее время?

Мень: Вы знаете, я считаю, что вера — это глубоко личное чувство, которое вообще выставлять напоказ, обсуждать в каком-то публичном пространстве абсолютно не имеет смысла. Это все неофитство, неофитство людей, которые не так давно пришли к вере. У меня есть возможность судить, и я имею на это право, потому что я родился и воспитывался в семье православного священника тогда, когда еще никто в церковь не ходил из власть предержащих, когда мы были изгоями, что называется, верующие люди.

Желнов: Поэтому я вас и спрашиваю. Тогда как вам этот закон об оскорблении чувств верующих? Именно спрашиваю вас, как человека, который вырос в православной семье.

Мень: Я считаю, что вот такие вещи не нужны.

Желнов: Не нужны?

Мень: Не нужны. Такие вещи не нужны, потому что это не дает должного эффекта. Мы должны все-таки воспитывать в наших традиционных конфессиях, должны воспитывать глубокое чувство веры, веротерпимости, и я думаю, что вот этими законами мы не добьемся того результата, на который мы рассчитываем. Это не моя кафедра, и я высказываюсь сейчас не как государственный руководитель, а как гражданин Российской Федерации. Я не считаю, что это дает какой-то эффект.

Товкайло: Вы человек религиозный, даже до эфира говорили, что общаетесь с патриархом. Вот насколько верна информация, что именно патриарх способствовал вашему назначению на пост министра? Что именно он поговорил с Дмитрием Анатольевичем, и уже после разговора с его святейшеством Дмитрий Анатольевич представил вашу кандидатуру Владимиру Владимировичу на утверждение?

Мень: Ну, я не знаю подробностей, но действительно, у нас очень хорошие сложились отношения, так скажем, отношения еще исторические, потому что когда святейший патриарх, еще в советские годы, будучи митрополитом, был в небольшой опале, так скажем, это мне сам святейший рассказывал, то был единственный священник русской православной церкви, который ему написал письмо, которое, естественно, было прочитано соответствующими органами, письмо поддержки. Это был мой отец, и на базе этого у них были очень хорошие отношения, но я не думаю, что как-то в политической сфере здесь какое-то влияние церкви может быть, вообще не готов это комментировать.

Иваницкая: Закрывая религиозную тему, не могу не спросить, как такое может быть, что банк, принадлежащий церкви наполовину, вдруг оказался в таком плачевном состоянии? Как такое возможно?

Желнов: Речь о банке «Пересвет».

Иваницкая: «Пересвет», да.

Мень: Ведь церковь, она создана богом, а находятся в ней люди. Простые люди, и грешные, и правильно, и неправильно рассчитывающие экономические модели, финансовые модели. Здесь естественный, мне кажется, процесс, в каком-то банке может возникнуть, независимо от того, кто учредитель банка. Им так же управляют, те же самые финансисты, абсолютно независимо, еще раз повторю, от учредительства.

Ляув: Раз мы коснулись вашего назначения, я вспомнила, как в одном из первых интервью в должности министра, вы сказали, что прекрасно понимаете, что не станете популярным министром. Вот спустя три года, хотелось ваше мнение узнать, как вы считаете, популярны вы или нет?

Мень: Ну, вы знаете, честно вам скажу, я рейтинги не мерил свои, поскольку у меня нет задачи куда-то избираться и так далее. Но мне кажется, что в деловом сообществе к нашему министерству относятся с уважением. И насколько я знаю, и руководители субъектов Российской Федерации, и бизнес, с которым мы взаимодействуем, считают нас действительно министерством реальных дел, потому что мы за три года все-таки очень серьезно нормативную базу поменяли и серьезно работаем, включаемся вовремя.

В кризис, вы знаете, были предприняты сразу все меры для того, чтобы субсидировать ипотеку, для того, чтобы поддержать застройщиков. Но нас считают вот таким, деловым ведомством, и министра — соответственно. То, что помимо стройки, я еще веду и жилищно-коммунальное хозяйство, этот блок довольно большой у нас в министерстве, естественно, это вызывает определенные вопросы, потому что когда приходит домой платежка, в любой стране мира, поверьте, ни у кого желания оплачивать нет. Тем более, наследство, которое нам досталось, было очень сложное, и нам приходилось принимать серьезные решения, не очень популярные решения, но в любом случае никто не может сказать о том, что мы в этой сфере ничего не делали. В течение этих лет нормативку серьезно меняли, и наводили порядок, и делали все для того, чтобы люди вообще понимали, из чего состоит эта платежка. Это очень важный момент.

Ляув: Одной из главных задач вы также называли уход от долевого строительства. Вот буквально недавно приняты поправки в основной закон, по которому застройщики продают жилье обычным гражданам, закон «О долевом строительстве», он начинает работать с Нового года. И судя по закону, от продажи по этой схеме министерство не собирается отказываться. Вот планы изменились, или что?

Мень: Смотрите, во-первых, мы в конце 2013 года говорили об этом, и на уровне руководства правительства говорили об этом. И в перспективе, конечно, неплохо бы уйти от долевого строительства и перейти к так называемым «счетам эскроу», которые в новой редакции 214 Федерального закона как раз предусмотрены, и для того, чтобы какие-то пилоты сделать и посмотреть, как это будет работать.

Но в сегодняшней ситуации, достаточно сложной с точки зрения экономики в целом, конечно, уходить сегодня от долевого строительства невозможно, потому что долевое строительство — все-таки это реальная возможность для многих людей улучшить свои жилищные условия. И сегодня ипотека и долевое строительство, вот эти два столпа, на которых зиждется вообще строительство жилья в нашей стране. И вот 214 закон в той редакции, старой, он сыграл свою роль, безусловную. И появление обманутых дольщиков, так называемых, в подавляющем большинстве случаев все-таки связано с теми схемами, по которым работали соответствующие застройщики, уходя от 214 Закона, используя именно схемы ТСЖ на целый квартал и так далее. Мы все эти схемы знаем, сейчас это уже все перекрыто в новой редакции 214 Федерального закона.

Но время идет вперед, и, конечно, нужно наводить порядок, и вот последняя редакция, и сейчас еще небольшой блок поправок, которые мы должны будем до конца этого года провести, они в корне меняют 214 закон, и закладывают перспективу на работу на определенное количество времени. А дальше возвращаться к этой идее можно будет после полного стабилизирования экономики в целом, и говорить на эту тему.

Иваницкая: А что сейчас происходит на строительном рынке? Вот есть ощущение, что ситуация непростая и немножко похожа на то, что переживает банковский сектор, я снова про банки, несколько компаний, достаточно крупных, оказались в тяжелом состоянии, кому-то потребовалась санация, кого-то купили. Не наблюдаете ли вы некоторый пузырь, что строительные компании не справляются с объемом взятых на себя обязательств?

Мень: Ну, на самом деле, если говорить о крупных компаниях, то проблема СУ-155, она очевидная, проблема связанная с неправильно выстроенной экономической моделью. Они выстраивали модель таким образом, что она работала только при постоянном росте экономики в целом. В учебниках первого курса…

Иваницкая: Пирамида?

Мень: Не совсем пирамида. Это неправильно выстроенная модель, потому что экономика не может расти, это любой студент первого курса вам скажет, что экономика имеет спады и подъемы, волатильность экономики известный факт. И расчет на то, что всегда будет все расти, потом полупрофильные активы, когда приобретались различные машиностроительные заводы, и все это объединялось в один холдинг, все это в конечном итоге привело к проблемам.

Но мы не могли людей бросить, потому что там порядка 30 тысяч семей могло оказаться без квартир, и сегодня государством, правительством были приняты соответствующие решения, и банк «Российский капитал» санирует, выражаясь финансовым языком, а на самом деле достраивает эти объекты, используя в том числе и активы группы компаний СУ-155. То есть здесь была неправильная модель управления.

Что касается других моментов, что сегодня акционеры группы компаний ПИК стали еще и акционерами компаний «Мортон», это тоже естественный процесс укрупнения компаний. Это не только на рынке строительства жилья происходит, это происходит и на других рынках. И наша главная задача, чтобы люди не пострадали, но нас акционеры заверили, что все взятые на себя обязательства, которые были у «Мортона», они все будут выполнены. Это самое главное.

Желнов: Да, Михаил Александрович, при сжатии экономики в 30%, я говорю о последних годах и о кризисном времени, вы как-то слишком оптимистично звучите, что, может быть, хорошо, но тем не менее, как ваша отрасль, если конкретизировать, пострадала от кризиса, от экономической ситуации в стране? Потому что страдают все, вот вы каким образом пострадали?

Мень: Вот смотрите, мы пострадали таким образом, что в 2015 году дали более 85 миллионов квадратных метров жилья, что, действительно, повторю, было рекордом. В любой кризис, в любой стране, это мировая история показывает, первое, что вытаскивает любую экономику, это строительная отрасль, строительство жилья и инфраструктуры. Это, что называется, дважды два — четыре. И сегодня, мне кажется, вот такие программы государственной поддержки, как субсидированные процентные ставки по ипотеке, вовремя внесенные правительством и заработавшие, реально не просто спасла рынок, а дала возможность вот такого серьезного роста.

Теперь то, что касается этого года, этот год сложнее. Мы сейчас мониторим ситуацию с возможным объемом, который будет введен в этом году, по пессимистическому прогнозу это будет порядка 77 миллионов квадратных метров жилья, по оптимистическому прогнозу — все-таки за 80 мы выйдем. Что мы видим сегодня? Это уровень ввода жилья, на сегодняшний момент, точнее, на 1 октября, на прошлый месяц, это 95% к аналогичному периоду прошлого года. Притом, что интересно, индустриальное жилье не падает, а ИЖС немножко, вот эти 5%, это как раз падение по ИЖС, но это зависит от многих факторов, макроэкономических, так скажем, от возможностей сегодня наших людей.

Поэтому индустриальное жилье пока держится, и мне кажется, если государство и дальше будет продолжать помогать, вот как субсидированная процентная ставка, сейчас, как вы знаете, новый приоритетный проект, мы будем помогать региональным застройщикам, выделено 20 миллиардов по году непосредственно на инфраструктуру. То есть сегодня заложить в цену квадратного метра стоимость инфраструктуры реально дорого, получится дорогой квадратный метр, никто не будет его покупать. То есть мы сейчас будем здесь помогать. Вот во всех кризисах, если почитать учебники экономики, всегда государства вылезали за счет именно строительства, инфраструктуры, дорог и жилья, в первую очередь.

Ляув: Вы много говорите о том, что строительство — это всегда локомотив экономики, но все мы знаем, что строители сейчас себя чувствуют, мягко говоря, очень плохо, подрядчики банкротятся пачками. Цифры есть, в два, в три раза увеличилось количество банкротств. Что вы делаете, чтобы их спасти?

Мень: Я хочу сказать, что в основном речь идет, конечно, о государственном, региональном и муниципальном заказах. Безусловно, бюджетных возможностей меньше, и здесь проблема действительно существует. Вторая проблема, это нежилое строительство в субъектах Российской Федерации, в крупных городах. Больше нету бума строительства офисных центров, офисных зданий, просто пришло время, помимо всяких кризисов, просто уже достаточно, как правило, в крупных городах объемов офисных центров. То же самое касается и торговой недвижимости, поэтому, конечно, у подрядчиков, у субподрядчиков, возникают определенные проблемы.

Что сегодня мы сделали? Вы знаете, что мы большую реформу саморегулирования сейчас проводим, это такая притча во языцех, хотели как лучше, а получилось, как всегда. Хотели уйти от консервативного лицензирования, прийти к саморегулированию. И все это кончилось тем, что саморегуляторы стали друг другу продавать допуски на строительство. Ну, вот сейчас мы делаем последнюю попытку отреформировать саморегулирование в стройке, и важной составляющей является то, что малый бизнес будет освобожден от взносов в саморегулируемую организацию, вообще от обязательств быть членом СРО, а обязанность только генподрядчика. То есть если твоя компания будет претендовать на какой-то генподряд, тогда необходим допуск в СРО и соответствующий взнос в компенсационный фонд. Вот это, мне кажется, несколько облегчит ситуацию сегодня, именно для небольших субподрядных компаний.

Немзер: Скажите, пожалуйста, а вот ситуацию с этим несостоявшимся проектом с саморегулированием, вы как-то объясняете? Почему это не работает? Низовая модернизация невозможна? Что случилось?

Мень: Объясню, очень просто объясню, в чем дело. У нас пока очень низка цена репутации в стране. А саморегулирование все зиждется на репутации. Я специально изучал этот вопрос, может быть, через 10-15 лет, 20 лет, не знаю, не могу дать оценку, когда будет высока цена репутации, то тогда, может быть, саморегулирование, во всяком случае, в нашей отрасли, заработает. По-моему, есть другие отрасли, где неплохо работает, нотариат, по-моему, где-то еще, не изучал специально. Но вот то, что у нас происходит, в части строительства, проектирования инженерных изысканий, то это, конечно, не дало того эффекта. Я напомню, вот президент на Государственном совете говорил об этом, говорил, что вы же просили, уберите от нас чиновников, которые лицензируют нас, дайте, мы сами будем регулировать.

Товкайло: Говоря по-русски, торгуют.

Мень: И кончилось тем, что можно было в интернете, в любом поисковике набить «получить допуск на строительство» и почитать все. Вот сейчас мы попробуем, принят закон соответствующий. Во-первых, мы сделали количество банков считанное, там 12 банков только, которые аккредитовало правительство для того, чтобы размещать средства компенсационных фондов. Сделали два компенсационных фонда, для того, чтобы за невыполненные обязательства, взятые на себя, членам СРО тоже можно было из комфонда расплачиваться. То есть мы ужесточили требования, попробуем. Вообще принцип саморегулирования, я когда объясняю простым языком, очень простой пример, когда в армии кто-то плохо отстрелялся, плохо выполнил какую-то боевую задачу, то вечером после ужина весь взвод марширует по плацу из-за одного провинившегося. Вот принцип саморегулирования.

А у нас изначально и законодательство немножко с хитринкой было сделано, то есть провиниться можно, а маршировать по плацу, можно и не маршировать всему взводу. То есть сегодня мы стараемся это изменить, но все-таки конечно в основе лежит пока низкая еще цена репутации.

Ляув: Ваше министерство отвечает за программу «Доступное жилье», ключевое слово здесь — доступное. Во всем мире доступность жилья измеряется специальным индексом доступности — это соотношение стоимости новой двухкомнатной квартиры к годовому доходу семьи. Во всем мире, продвинутом мире, США, Европа, этот индекс примерно составляет 3. В России 8-9-10, и чем дальше, тем этот индекс выше, из-за того, что платежеспособный спрос падает. Что ваше министерство делает для того, чтобы жилье в России наконец все-таки стало доступным?

Мень: Я повторю, в рамках приоритетного проекта выделены средства, небольшие, но все-таки реальные средства в объеме 20 миллиардов рублей по году для того, чтобы вычленить из стоимости жилья стоимость всей инфраструктуры. Это сейчас очень важно. Вы знаете, вот я по стране много езжу, посмотрел в ряде субъектов Российской Федерации очень хорошие проекты. Вот в Волгоградской области, рядом с Волгоградом, мне очень понравился проект, 35 тысяч рублей за квадратный метр, абсолютно стандартное жилье. Мы, кстати, приняли решение уходить от термина «жилье экономического класса», не совсем, мне кажется, оно справедливо.

Желнов: А как вы будете уходить от этого термина?

Мень: Даже и в нормативке будем его менять на «стандартное жилье». То есть вообще во всем мире этот термин называется «стандартное жилье».

Иваницкая: Хорошо, не смешное, простите.

Мень: Мне кажется, это более правильное определение, «стандартное жилье». Собственно говоря, вот там качество жизни, качество общественного пространства, вот в этом поселке, просто как пример я его привожу, на очень высоком уровне. То есть сделаны дома таким каре, трехэтажные, внутри общественное пространство, где могут находиться люди, дети гулять, машины паркуются вовне, и 35 тысяч рублей за квадратный метр.

Вот такие проекты мы будем поддерживать, для того, чтобы построить там внутриквартальную дорожную развязку, чтобы помочь субсидировать процентную ставку на взятый кредит по инженерии, если нужен детский сад — построить детский сад. Потому что сегодня у региональных властей средств на это нету практически. Потому что раньше было как? В крупных субъектах, где цена квадратного метра достаточно высокая, и платежеспособность выше, там это можно было обременением накладывать на застройщика. А сейчас такая возможность осталась в 4, ну может, в 5 субъектах — Москва, Московская область, Санкт-Петербург, еще ряд. А раньше все это делали в меру сил и возможностей за счет региональных, муниципальных бюджетов. Сегодня возможностей таких ни у региональных, ни у муниципальных бюджетов нет.

Желнов: Михаил Александрович, вот вы сказали про стандарт, про то, что будет новая терминология вместо экономкласса. Вот эта недавняя фраза вице-премьера Шувалова, «это очень смешно», когда ему показывали в одном из регионов квартиры размером в 16 квадратных метров, хвастались и говорили, вот доступное жилье, 16 квадратных метров. Это правда смешно, как вам кажется? 16 квадратных метров?

Мень: Ну, эту фразу вырвали из контекста.

Желнов: Мы видео смотрели все.

Мень: Значит, в этот момент кто-то из ваших коллег засмеялся, может быть, и не по этой теме. И поэтому прозвучала фраза «Смешно».

Желнов: То есть там был смех сзади?

Мень: Конечно. Мне кажется, здесь не совсем справедливо. Но дело в том, что нужна вся палитра квартир. И 20 метров нужны квартиры, и 100 метров нужны квартиры, потому что разный подход и абсолютно разные желания у людей. Вы знаете, еще лет пять-шесть назад, мы в городе Иваново открывали новый микрорайон, и когда мне проект принесли, я сказал, слушайте, кто это будет покупать. Они говорят, ну, мы попробуем. И вот там тоже такие трехэтажные дома, без лифтов, с одной стороны — бюджетные, стандартные, но с очень неплохой внешней инфраструктурой. «Новая Ильинка», по-моему, назывался этот проект, и там появились первые студии. Я зашел и думал, ну кто же это будет покупать? Там студия 22 метра, то есть когда уголок кухонный находится внутри этой комнаты, а потом вдруг застройщики мне докладывают — отбоя нет. Люди — выпускники вузов, кто приехал работать, если молодая пара, нет еще детей, берут это с удовольствием как стартовое жилье. Это очень важно понимать, то, что должна быть вся палитра квартир.

Товкайло: Михаил Александрович, сейчас вот вы так подробно рассказывали про программу. Сейчас время покупать жилье или нет? У нас, по-моему, с 2012 года снижаются и на первичном, и на вторичном рынке цены.

Мень: Да, сейчас самое время покупать жилье, потому что у жилья есть себестоимость, и сейчас постепенно стоимость жилья в большинстве субъектов приближается к себестоимости. И дальше уже падение просто быть не может, поэтому я всем своим знакомым рекомендую сейчас обращать внимание, если уж на семейном совете принято решение заходить в ипотеку или как-то, то, конечно, лучше это делать сейчас.

Желнов: Ну а падение доходов как сказывается на этом решении? Мень: Ну вот смотрите, по объемам я напомню еще, что ИЖС упал где-то на 5%, по первым результатам этого года, по октябрю месяцу, по 1 октября. А индустриальное жилье продолжает строиться в тех же объемах, что и в аналогичный период прошлого года. Поэтому здесь все равно востребованность такого жилья есть. Будем рассчитывать на то, что будущий год будет чуть полегче, и все-таки мы будем из экономически сложного периода постепенно выходить, и в связи с этим нужно думать именно сейчас в этот период, на мой взгляд, это мои оценки, о приобретении жилья.

Товкайло: Разрешите вопрос про ЖКХ? Это одна из ваших сфер, одно из направлений. Вы довольно много говорите про инвестиции, про привлечение крупного бизнеса. Он постоянно жалуется на регулируемость тарифов. Нет ли у вас желания предложить правительству какое-то радикальное решение?

Мень: Отпустить?

Товкайло: Да, отпустить тарифы, выражаясь таким, совсем простым языком, то есть уйти от регулирования, и пусть инвестор сам по согласованию с властями устанавливает эти тарифы.

Мень: Ну вы представляете, что это будет?

Ляув: А вы можете регулировать платежки, чтобы стоимость не увеличивалась.

Мень: Вот смотрите, давайте тогда вам расскажу про заседание Совета по экономическому развитию при президенте страны. Это было где-то как раз в начале 2014 года, когда только было создано наше министерство, там было три предложения. Одно предложение было такое, что нужно отпустить тарифы и сделать их экономически обоснованными. Хотя кто считал эту экономическую обоснованность, тоже вопрос такой. Все лица известны, не буду никого называть, вы примерно понимаете, кто из экономистов что говорил. Другое было мнение, что все тарифы нужно вообще обрубить и зафиксировать, и дальше их вообще не индексировать, и обе позиции на мой взгляд ущербные и не могут сегодня никак ответить на вызовы времени.

Мы пошли по третьему пути и предложили такую схему по ограничению совокупного платежа граждан, по индексу этого совокупного платежа. И эта концепция была принята. Не была принята ни правая, ни левая, радикальные концепции, а именно была поддержана наша концепция, то, что мы регулируем предельный индекс совокупного платежа. Мы это делали вместе с ФСТ, сегодня ФСТ уже нет, этим занимается ФАС, и мы работаем вместе с ФАСом в этом направлении. Мы говорим о том, что вот сегодня это 4%, и предельный индекс совокупного платежа 4%. Дальше дифференцируется по субъектам Российской Федерации, и очень важный момент — субъекты могут дифференцировать это по ресурсам.

Товкайло: То же самое, только вид сбоку. Условно говоря, то, что было, но вы просто чуть перенастроили модель. В чем принципиальная разница?

Мень: Принципиальная разница в том, что если в конкретном муниципалитете есть основания чуть-чуть пробить этот потолок… Например, пришел инвестор, который взял в концессию Водоканал и говорит, что мне нужно на два года поднять тариф, тогда я вот за эти инвестиции строю станцию обезжелезивания.

Товкайло: То есть у него поднимаем, а в другом опускаем.

Мень: Значит, тогда можно решением местного совета пробить этот потолок, но это должны люди через своих депутатов пойти на это, а они должны доказать, что да, через два года будет стоять станция обезжелезивания, будет другого качества вода в кранах. Вот это принципиальное отличие. И мы предельный индекс совокупного платежа договорились держать в районе инфляции, плюс-минус. Мне кажется, что это более-менее справедливая модель. И напомню, что с момента принятия вот таких решений у нас никаких таких скачков по стране не было практически.

Товкайло: Как раз, по-моему, три года назад вот этот кризис случился, когда люди стали получать платежки, и президент подключился, что необоснованно.

Мень: Совершенно верно. И после этого уже было создано министерство, и был мозговой штурм, и вышли вот на такое решение.

Товкайло: Сейчас нет проблем таких социально-политических с неправильным рассчитыванием тарифа, когда проблемы доходят до Путина?

Мень: Нет, сейчас все понимают, что на каждый субъект спускается предельный индекс совокупного платежа, субъект это дифференцирует по ресурсам и по муниципалитетам. Пару раз мы отлавливали, когда была попытка, не буду называть регион, уже время прошло, они уже исправились, когда вдруг мне просто блогер какой-то написал о том, что у нас местный районный совет на грани принятия решения об увеличении тарифа по водоснабжению на 240%, водоотведению на 180%. Я направил туда делегацию, своего зама, комиссию, и даже губернатор не был в курсе. Оказывается, действительно, готовилось такое решение, вызвали руководителя Водоканала вместе с частным инвестором и сказали: «Объясните, что? Зачем?». Они не смогли объяснить, и это решение было обнулено, и было принято другое решение, совершенно уже адекватное.

Немзер: Вот у вас с обратной связью вот так? Вам может написать блогер. Да?

Мень: Да, мне пишут иногда.

Немзер: Я немножко вернусь, задам вопрос про ипотеку, потому что он очевидно напрашивающийся. Вы много в разных интервью говорите, что берут и берут хорошо. Есть некоторый вопрос, как будут отдавать. И ставка, действительно, очень высокая. Вот есть ли какой-то план по снижению ее. Я уже, действительно, боюсь упоминать тех несчастных ипотечников, которые взяли валютные кредиты до кризиса. Оставим эту трагическую историю.

Мень: Вы знаете, если мы сравним те невозвраты, которые есть в потребительском кредите, и те невозвраты, просто точную цифру не буду называть, потому что цифры любят очень щепетильность, они все время меняются, но в разы ниже проблемы в ипотеке. То есть к ипотечным кредитам люди относятся очень ответственно. Это первое, поэтому здесь у нас вот такой обеспокоенности нет. И второй момент, то, что вы говорили по снижению стоимости. Вы знаете, что работает программа до конца года по субсидированию процентной ставки, до 12%. Она спасла рынок, напомню, и то, о чем мы с вами говорили, дала такой результат, но сейчас уже постепенно ее актуальность теряется, потому что уже и коммерческая ставка по ипотечным кредитам постепенно приближается к 12%.

Но решение о продлении или непродлении пока в правительстве нет, эта тема пока обсуждается, и во всяком случае, тема, связанная инфраструктурой, и то, о чем я рассказывал, это в том числе может быть таким подспорьем, и еще раз повторю, что по субсидированию ипотеки пока окончательного решения нет.

Иваницкая: Михаил Александрович, извините. Не прощу себе, если не задам этот вопрос, у вашего министерства есть еще одна головная боль, довольно долго вы уже разрабатываете закон о похоронном деле. И я так понимаю, уже вносили его в правительство, и все он как-то застрял, и в Думу не двигается. Расскажите, на какой все стадии. Есть ли действительно желающие инвестировать в кладбища, частные кладбища, это один из аспектов реформы?

Мень: Действительно, мы ведем этот законопроект. Он очень сложен, и мы его обсуждали очень долго с традиционными конфессиями, потому что это безусловно затрагивает их прямые интересы, поэтому процесс согласования был долог и сложен. Сегодня действительно один вариант был внесен в правительство, потом на площадке правительства договорились, что мы его доработаем, с учетом еще определенных предложений и замечаний. Сегодня мы уже подготовили окончательный вариант, в нашем понимании окончательный вариант, и будем его вносить на площадку аппарата правительства, после всех согласительных процедур будем двигаться в сторону Государственной Думы. Задача наша — сделать этот бизнес более-менее прозрачным для того, чтобы, во-первых, ввести лицензирование на эту деятельность, это необходимо, мне кажется, второе — то, чтобы регионам дать возможность создать территориальные схемы региональных операторов соответствующих, кто будет заниматься этой темой, для того, чтобы максимально выводить этот бизнес из тени.

Дело в том, что бизнес и так строится на горе людей, и мне кажется, нужно очень внимательно, очень осторожно, трепетно подходить к этой законодательной инициативе, но она очень нужна, мы сталкиваемся с этим. Это, в том числе, и просьба была святейшего патриарха, и других традиционных конфессий, мы ее обсуждали и с иудеями, и с протестантами, и с мусульманами. И я думаю, что эта инициатива, не знаю, в эту сессию войдет в парламент или нет, но мы стараемся все сделать для того, чтобы направить в эту сессию парламента.

Желнов: Какие сроки? Вот вы сказали, что вы в аппарат правительства направите.

Мень: Мы, надеюсь, что до Нового года уже рассмотрим на площадке аппарата правительства. И если там все пройдет, то тогда будем вносить уже в парламент.

Желнов: Как это конкретно коснется человека, вот этот закон? Что он, какую сферу его жизни, или смерти в данном случае, улучшит?

Мень: Дело в том, что сегодня основная криминальная тема зиждется на том, кто первый сообщит о смерти гражданина в непосредственную ритуальную контору. И вот здесь необходимо делать соответствующий механизм, и мы его предполагаем, для того, чтобы у любого человека было четко, понятно и ясно, как, куда обращаться за этими услугами, тем более в такой трагический момент жизни, когда у людей не очень есть настрой чем-то заниматься таким хозяйственным, бытовым хозяйственным. Поэтому должна быть полная прозрачная схема и залицензированные официальные структуры, которые этим занимаются. Помимо этого статус необходим у религиозных кладбищ. Если есть желающие, они, похоже, есть, это частные кладбища, и так далее.

Иваницкая: Есть, да?

Мень: Есть, да.

Иваницкая: Крупные компании?

Мень: Не знаю на счет крупных, но предложения такие высказывались, да.

Иваницкая: Михаил Александрович, возвращаясь из загробной жизни в реальность, тут буквально пару дней назад Алексей Кудрин снова ругал правительство. Я процитирую, что он сказал: «Мы настолько научились легко распоряжаться деньгами, когда было благополучие, что сейчас нет четкого понимания ни у правительства, ни у руководства страны, ни у министерств, что мы перешли в другую реальность». Вот вы в начале нашего разговора говорили о том, что продолжаете считать, если я вас правильно поняла, госинвестиции основой экономического роста. Вы чувствуете эту новую реальность? И как планируете ей сопротивляться?

Мень: Не госинвестиции, а поддержку государством строительства инфраструктуры и строительства жилья в любой кризис я считаю крайне важной функцией. И я думаю, что и Алексей Леонидович со мной согласится тоже в этом, потому что во всяком случае опыт американской депрессии или послевоенной Германии и других стран, которые выходили из кризиса, говорит именно об этом, что как раз в этот момент нужно инвестировать в поддержку инфраструктурных проектов, в строительство.

Иваницкая: Все-таки что касается его критики, что правительство, министерства не ощущают, что наступила новая реальность. Вероятно, он имеет в виду, что нефть дешевая и денег в бюджете нет. Вот как бы вы могли это прокомментировать?

Мень: Поверьте, очень ощущаем, потому что сейчас за каждый рубль для бюджетных инвестиций приходится бороться, отстаивать свою позицию, доказывать необходимость и эффективность этих капитальных вложений. И поверьте, что цену денег сейчас все чувствуют.

Желнов: А бюджет какой сейчас? Средства, которые выделяет государство именно Минстрою?

Мень: 72 миллиарда рублей, это на всю поддержку двух наших отраслей по году.

Товкайло: А вы сколько хотели?

Мень: Ну, это…

Желнов: Это 72 миллиарда на 2017 год заложено?

Мень: На 2017 год.

Желнов: Бюджет сократился по сравнению с предыдущим годом?

Мень: Примерно такой же, он сохранился примерно такой же. Дальше, возможно, будут сокращения, но мы пока видим, что такая сумма впритык, но мы справляемся с теми задачами.

Товкайло: Михаил Александрович, довольно часто мы в последнее время читаем, в основном это слухи, видимо, о каких-то возможных отставках в правительстве. Вот внутри кабинета министров вы между собой это как-то обсуждаете? Ждете каких-то изменений? И ожидать ли нам их?

Мень: Нет, у нас и практики такой нет, обсуждать какие-то кадровые изменения. Все работают на своих местах, выполняют свои задачи, а начальство будет уже определяться, кто из нас достоин, а кого будут заменять. Но я это точно…

Желнов: Но вот у вас, тем не менее, какое ощущение? Тем более, скоро президентские выборы. Как правило, за полгода до них происходят ротации в правительстве. Будет как-то меняться система управления?

Мень: Вот таких внешних ощущений проявления этого нет. Вот появился новый вице-премьер, Виталий Леонтьевич Мутко, и это такое реальное изменение, распределение обязанностей между…

Желнов: Ну, Ливанова нет теперь.

Мень: Да, вот пока нет такого ощущения, что…, по нашим внутренним. Но мы не сильно обсуждаем, так скажем. Каждый настолько занят решением собственных задач, что нам, поверьте, не до обсуждения.

Товкайло: Короткий вопрос. Вот сейчас много идет разговоров, в том числе эту идею Греф двигает, об изменении модели управления, переход к проектной работе. Вы с этим согласны, что у нас несколько устарела именно модель управления государством?

Мень: Да, вы знаете, очень интересный вопрос. И то, что мы сейчас делаем несколько приоритетных проектов, порядка десяти, и два из них это наши проекты. Один, самый первый проект, как раз заработал, это то, что касается вообще поддержки жилищного строительства, то, о чем мы с вами сегодня уже говорили. Сюда же входят и ипотека, и арендное жилье, это у нас большой пилотный проект по арендному жилью вместе с АИЖК. И второй проект — это благоустройство — городская среда, коммунальное хозяйство — все, что связано с общественным пространством. Действительно, проектный подход более взвешенный, более выверенный, нежели просто работа по конкретным поручениям. Попробуем. Вот два проекта у нас, и надеюсь, заработают.

Желнов: Спасибо.

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 16 ноября 2016 > № 1976903 Михаил Мень


Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > bfm.ru, 14 ноября 2016 > № 1986406

Глава «Ингосстраха»: «Будущее страховых услуг — в цифровых технологиях»

«Причем «цифра» — это не самоцель, а это комфорт для нашего клиента», — уточнил генеральный директор компании Михаил Волков в интервью Business FM

Генеральный директор страховой компании «Ингосстрах» Михаил Волков в интервью обозревателю Business FM Ивану Медведеву рассказал о преодолении кризиса, успехах компании на рынке и будущем автострахования — электронных полисах ОСАГО и ценах на КАСКО.

Недавно стали известны поправки, которые Минфин разработал к закону об ОСАГО. Там предлагается штрафовать страховщиков за просрочки в выплатах и много чего другого. Как вам кажется, какие из этих поправок здравые, какие могут только помешать рынку, и насколько вероятно вообще их принятие?

Михаил Волков: На мой взгляд, самое важное — это стабильность работающей системы. Мы все время вспоминаем 2013 год, когда система находилась в состоянии кризиса, и мы с большим трудом совместными усилиями вытащили ОСАГО из этого кризиса. Очень большую роль сыграл Центральный банк. Сейчас мои самые большие опасения в том, что будут приниматься какие-то поправки, которые приведут к дальнейшей дестабилизации системы, которые не просчитаны и непонятно к чему приведут, потому что многие из тех идей — а кроме как идеями я это не могу назвать — плохо предсказуемы и имеют плохо просчитываемые результаты. В нашей совместной работе Российского союза автостраховщиков (РСА) с Центральным банком, как мне кажется, мы друг друга слышим, и если предполагаются какие-то изменения, то примерно понятно, на что они направлены и к чему приведут. Последние несколько вбросов пугают именно своей непросчитываемостью.

На каком мы сейчас положении в целом по рынку страхования в России по итогам девяти месяцев 2016 года, и с какими показателями к концу года идет «Ингосстрах»?

Михаил Волков: «Ингосстрах» продолжает развиваться. Мы всегда говорили об ожидаемой консолидации рынка. Мы на своем примере видим, что клиенты продолжают обращаться в стабильные и надежные компании. По МСФО (Международные стандарты финансовой отчетности — Business FM) мы за девять месяцев выросли на 25% — это для нас очень хороший показатель при условии, что рынок такими темпами, конечно же, не растет. Мы продолжаем оставаться одной из самых финансово устойчивых компаний на рынке. Наши собственные средства по результатам девяти месяцев приблизились к 50 млрд — это один из лучших показателей на рынке. Для клиентов страховой компании финансовая устойчивость — это, наверное, один из самых важных показателей.

За счет чего вы растете? Что тянет вниз, а что является драйвером роста?

Михаил Волков: Как раз в розничном страховании, как раз в ОСАГО мы растем быстрее всего. Мы это делали осознанно. Если бы мы были абсолютно вольны в своем выборе, мы бы росли в ОСАГО немножко по-другому и акцентировали свое внимание на тех регионах, которые нам более интересны, более стабильны, и не стали бы расти теми темпами, которыми мы вынуждены расти в убыточных регионах. Это некая социальная ответственность. Мы ожидаем, что по году группа соберет порядка 100 млрд рублей — это просто круглая красивая цифра. Мы с этой цифрой, скорее всего, будем третьими по объему на рынке. Позиция на рынке — это не самоцель, но она отражает нашу значимость, и та цифра, которую я называл — 50 млрд рублей собственных средств, это цифра, которая подтверждает нашу надежность для наших клиентов.

А что происходит с ДМС (дополнительное медицинское страхование — Business FM)?

Михаил Волков: В ДМС все более или менее стабильно. Мы прирастаем не очень быстро. Надо отметить, что те кризисные явления, которые очень жестко ударили по прошлому-позапрошлому годам, сейчас более или менее выравниваются. Те, кто хотел отказаться от ДМС, уже отказались. Те, кто ДМС оставил, отрегулировали свои бюджеты. Нет взрывного роста, но и падения тоже нет. К нам возвращается ряд ключевых клиентов, которые уходили на более дешевые предложения, может быть, не всегда очень профессиональных наших конкурентов. Есть ряд клиентов, которые к нам возвращаются, это всегда приятно.

Если вернуться к ОСАГО, в этом году, можно сказать прямо, была паника, когда заговорили о том, что будут введены новые полисы. Что-то изменилось, или все прошло так, что никто и не заметил?

Михаил Волков: Волноваться должны были по этому поводу мошенники, которые изготавливали поддельные полисы. Для честного гражданина нет абсолютно никакого повода волноваться. Это была техническая процедура. Наверное, принципиальным образом ситуация может измениться, когда будет введен электронный полис ОСАГО, а это планируется сделать с 1 января. Но мы, конечно же, возвращаясь к вопросу законодательных инициатив, увязываем это с изменениями законодательства и считаем, что правильным для рынка будет введение натуральной формы возмещения, причем по выбору страховщика. Дата запуска этого законопроекта должна совпадать — и вроде бы Центральный банк с нами здесь согласен — с введением электронного полиса ОСАГО. Если это будет синхронизировано, то будет хорошо. На сегодняшний день мы не продаем электронные полисы в чистом виде — можно заказать, и вам доставят на какой-то адрес. Но когда это будет введено в обязательном виде, мы тоже будем оказывать такую услугу. Мы продолжаем очень активную работу над актуализацией нашей стратегии, и в рамках новой версии стратегии очень много внимания уделяется, конечно, цифровым технологиям. Мы видим, что будущее и финансовых, и страховых услуг — в «цифре», причем «цифра» — это не самоцель, а это комфорт для нашего клиента.

С точки зрения применения на практике, если клиент, допустим, согласился с тем, что электронный полис — это хорошо, у него нет вопросов, то у конкретного сотрудника ГИБДД эти вопросы смогут возникнуть.

Михаил Волков: Именно поэтому мы и не бежим впереди паровоза и не запускаем электронные полисы ОСАГО в добровольном виде сейчас, потому что мы понимаем, что есть проблемы технического плана и, к сожалению, возможность для мошеннических действий, и для клиентов тоже потенциально могут быть технические сбои. Но я надеюсь, что к тому моменту, когда все-таки будет принято окончательное решение запустить — мы надеемся на поддержку Центрального банка и РСА — эти проблемы будут максимально решены, насколько это возможно.

Чего ждать от следующего года тем немногим, кто еще страхует машины по КАСКО? Цены будут расти, падать, оставаться на том же уровне?

Михаил Волков: Мы лидеры этого рынка. Наши клиенты продолжают страховаться по КАСКО. Наверное, сам продукт видоизменился. Если раньше мы не знали, как придумать, как продать клиенту франшизу, то теперь клиенты ее просят сами, потому что, в общем-то, это дешевле. Сейчас у нас намного более удобные модульные продукты: можно страховать или не страховать колеса, страховать или не страховать окна и так далее. Клиент сам выбирает тот объем риска, который хочет застраховать. Нельзя говорить, что цена повышается или понижается. Мы работаем над тем, чтобы запустить индивидуальный тариф для каждого клиента в соответствии с его риск-профилем. Поэтому, скорее, цена будет зависеть от того, как вы водите машину, какой у вас риск-профиль, но если говорить в среднем по больнице, сейчас тарифы немного будут снижаться.

Иван Медведев

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Транспорт > bfm.ru, 14 ноября 2016 > № 1986406 Михаил Волков


Россия > Госбюджет, налоги, цены > fingazeta.ru, 4 ноября 2016 > № 1963567

Налог Максима Топилина

Конституция опять «что дышло»?

Николай Вардуль

Налоги — особая зона законотворчества. В свое время в ней безраздельно превалировала банальная фискальная тема. Теперь, несмотря на остроту бюджетного дефицита, во главу угла все чаще выдвигается тема социальной справедливости. Причем весьма причудливо, о чем свидетельствуют озвученные в социальном блоке правительства идеи введения налога на тунеядство. Вот только стимулирующая тема, принципиально важная для налоговой системы, увы, никогда не оказывается наверху.

Справедливо?

Социальная справедливость — один из двигателей общественного прогресса. Если угодно, хотя понимаю, что для кого-то такой поворот прозвучит непатриотично, это та же тема прав человека, т. е. равных прав всех, по крайней мере, перед законом. Без этого социальной справедливости не бывает. Но в России большей популярностью всегда пользовалось другое измерение — сугубо материальное. Оно, безусловно, важно. Вопрос в том, как такая справедливость достигается.

В сфере налогов — это прежде всего прогрессивная шкала подоходного налога. Соответствующие идеи в России выдвигаются постоянно, но пока не проходят. Думаю, главным образом потому, что введение плоской шкалы в 13% в 2000 г. было социально-экономической визитной карточкой Владимира Путина, тогда в первый раз ставшего президентом РФ. И, страшно сказать, отстаивавшего принципы либеральной экономики, знаменем которой и стал плоский подоходный налог. С тех пор многое изменилось, но президент остался.

Конечно, есть и другие контраргументы — опасность потери собираемости налога за счет ухода плательщиков в тень, сложности администрирования. Но, думаю, за 16 лет налоговики накопили достаточный опыт, а цифровые технологии вполне в состоянии ликвидировать потенциальные очереди в налоговые инспекции. Тем не менее прогрессивная шкала НДФЛ пока не востребована.

И тут борцы за социальную справедливость внезапно идут на прорыв на противоположном фланге. Вбрасывается идея введения налога на тунеядство. Здесь очень много любопытного, граничащего с прямым нарушением российской Конституции.

Начнем с того, что официально идея на федеральном уровне вброшена руководителями социального блока правительства. А точнее — руководителями министерства, которое называется Министерство труда и социальной защиты. Сами чиновники наверняка не чувствуют противоречия — где социальная защита и где налог на тунеядство?

Если вспомнить другие свершения этого «социального» блока, такие, например, как фактическая ликвидация накопительных пенсий, то от этого блока давно веет оруэловщиной. Но чиновники продолжают «делать свое дело».

Да, у них есть поддержка и в Минфине. Было бы странно, если бы новый налог не получил поддержку у профессиональных защитников интересов бюджета, но они хотя бы не считаются социальными защитниками. К тому же на публике в защиту этого налога выступила первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко. И она, что характерно, руководствуется именно соображениями социальной справедливости, а не бюджета. «С точки зрения справедливости — да, поддерживаем. За всех неработающих взнос на обязательное медицинское страхование платят из бюджетов субъектов. Фактически за счет других налогоплательщиков», — 29 сентября приводит агентство Reuters ее слова.

«А если человек по своему желанию не желает работать? Сидит на иждивении супруга (супруги) или за счет других источников живет. Кто за него должен платить страховку?», — задалась вопросом Нестеренко.

Почему она руководствовалась исключительно интересами социальной справедливости? Потому что Нестеренко, являясь первым замминистра финансов, не может не видеть преград на пути закона о налоге на тунеядцев.

Обратимся к цифрам. Социальный вице-премьер Ольга Голодец 28 сентября сообщила о работе над законопроектом, по которому неработающие должны будут рассчитываться за фактическое использование социальной инфраструктуры. Люди, которые сейчас трудятся неофициально, должны вносить свою лепту в систему обязательного медицинского страхования, считает Голодец. По ее мнению, которым она поделилась 28 октября, размер платежа пока не определен и находится в процессе обсуждения. Хотя ее подчиненный, министр труда и социальной защиты Максим Топилин еще 23 октября размер уже засветил. «20 тысяч рублей в год — это нормально, маловато даже», — сказал он, назвав сумму годового сбора, и пояснил: легально работающий человек платит подоходный налог с МРОТ на сумму в 11,7 тыс. руб. в год, а за гражданина «в тени» регион, в котором он проживает, отдает в фонд ОМС в среднем 8–9 тыс. руб. В итоге бюджет фонда ОМС теряет около 20 тыс. руб., а за «тунеядца», получается, расплачивается более сознательное население. Справедливость предполагается восстановить.

Сколько же составит общий сбор нового налога? Ольга Голодец считает, что в теневой экономике в России занято около 7 млн человек. Итого в год получается 140 млрд руб.

Только вот удастся ли их собрать? Теневая экономика потому и теневая, что официально невидимая. Уж кто-кто, а налоговики и минфиновцы точно знают, что с администрированием налога на тунеядство придется изрядно попотеть. Вполне вероятен негативный исход, т. е. затраты на администрирование нового налога просто не окупятся.

Можно взглянуть на ситуацию с другой стороны. Предположим, гонения на теневую экономику увенчаются успехом. Хотя бы частичным. Проблема в том, что далеко не все занятые в теневой экономике сумеют найти себе место в официальной экономике. А это значит, что изрядная часть выявленных мнимых тунеядцев станут не плательщиками нового налога, а обратятся к государству за разного рода пособиями. В результате бюджет не выиграет, а проиграет.

Кто-нибудь просчитывал риски администрирования и новых обращений за социальными пособиями? Возможно, хотя в соцблоке правительства этим вряд ли озабочены — не по профилю, а минфиновцы без соответствующего указания утруждать себя не станут.

Вот и получается, что цена нового похода за социальной справедливостью неизвестна. А ее, как бы цинично это ни звучало, знать надо.

Хотя у меня есть серьезные сомнения в том, что налог на тунеядство — это путь к социальной справедливости. Скажу больше, теневая экономика в России, если не брать ее откровенно криминальную часть, — это ответ на плохую работу социального блока правительства.

Как получается, что десятки миллионов наших сограждан живут на доходы ниже прожиточного минимума? Если эти люди выживают, то за счет чего? Огородов и других форм натурального хозяйства для этого явно недостаточно. Выручает она, теневая экономика. И в этом качестве как поддержка тех, кто или издевательски мало получает, или просто не находит себе официального применения, теневая экономика выполняет важную социальную функцию. Если угодно, делает работу за социальный блок правительства.

И вообще, когда социальная справедливость — это налог на роскошь, контроль соответствия потребления официальным доходам, прогрессивный налог на доходы, т. е. попытка установления большей справедливости за счет принуждения богатых делиться с бедными, — это понятно. Когда же социальной справедливостью называется попытка обложить налогами тех, кто официально не работает, которая, как мы все прекрасно понимаем, выявит прежде всего совсем не богатых, а тех, кто скрывается от нищеты, занимаясь, например, «помощью по дому», нянечек, сиделок и т. д., то это не продвижение к социальной справедливости, кто бы и что бы ни говорил, а попросту признание бедственного положения нашего здравоохранения и социальной инфраструктуры в целом.

Развивать этот сектор, отстаивать его интересы — прямая обязанность социального блока. А что в его активе? Замороженные накопительные пенсии, которые, по признанию министра финансов Антона Силуанова, пошли на выплату долгов перед оборонкой. Разве этим должен заниматься социальный блок? Точно не выдумыванием нового налога, который к тому же собирать будут, если до этого дойдет, вовсе не приписанные к этому блоку чиновники.

Если же вернуться к теневой экономике, то ее точно не вывести на чистую воду новыми налогами. Она — зеркало невозможности бизнеса уплатить все официальные налоги и соответствовать всем административным правилам и регламентам. Значит, и сокращать ее размах нужно совсем иными мерами. Какими? Ответ есть у Алексея Кудрина. «Я думаю, что создавать благоприятные условия, снижая издержки для легального бизнеса, не повышая налоги — это более правильный путь», — сказал руководитель Центра стратегических разработок 26 октября. Ответ не нов, но он точно ближе к цели, чем введение новых налогов и тем более налога на тунеядство.

Законно?

У подготовки налога на тунеядство есть и другая, юридическая, сторона. Этот налог разрабатывается не только на федеральном уровне. Например, депутаты Заксобрания Санкт-Петербурга весной 2016 г. предлагали ввести уголовную ответственность за тунеядство. Андрей Анохин, депутат Заксобрания Санкт-Петербурга, например, считает: «Труд должен восприниматься как почетная и важная обязанность каждого гражданина. Многие люди сейчас воспринимают личную свободу как некое право на тунеядство и социальное паразитирование».

Для справки: российская Конституция ставит интересы личности выше интересов государства, о чем сегодня «немодно» вспоминать. Что же касается «права на тунеядство», то Анохину ответил Павел Медведев, финансовый омбудсмен: «Недавно исполнилось 75 лет Бродскому, который был посажен в тюрьму за тунеядство. Возвращаются те старые времена. Абсурд полный. Совершенно полный социалистический абсурд. Мало нам Бродского, нам еще кого-то надо наказать».

Медведев отметил очень важную черту: дело не столько в известном «тунеядстве Бродского», сколько в нагнетании некой социальной ярости. Как всегда, против тех, кто не большинство. Против оппозиции, хотя она необходима в демократическом устройстве общества. Против тех, кто живет не так, как это делает большинство, например не ходит на работу с 9 до 18 и т. д. Это еще один социальный риск, и налог на тунеядство — вклад в нагнетание социальной розни.

Федеральная Государственная Дума отклонила питерскую инициативу, признав ее неконституционной. С полным на то основанием. Если от уголовной ответственности за тунеядство вернуться к налогу на тунеядство, то и он противоречит Конституции.

Введение «налога на тунеядство» противоречит сразу нескольким статьям Конституции РФ и наносит ущерб законным правам миллионов россиян, считает управляющий партнер компании Kirikov Group Даниил Кириков. По его мнению, инициатива введения «налога на тунеядство», согласно которой предлагается обязать официально нетрудо­устроенных граждан косвенно оплачивать использование социальный инфраструктуры, прямо противоречит ст. 37 Конституции, которая провозглашает право свободно распоряжаться своими способностями к труду и накладывают запрет на принуждение к работе. «Помимо того, данный законопроект не учитывает того, что ст. 41 Конституции закрепляет право на бесплатную медицинскую помощь, которая осуществляется не только за счет страховых взносов (на чем акцентируют внимание сторонники налога), но и бюджетных средств и иных», — заявил Кириков.

Что же получается инициаторы налога на тунеядство не читали Конституцию? Возможно. Точно они не считают ее тем, чем она является, — основным законом, на котором строится наше государство. Зато профессиональный юрист, премьер-министр Дмитрий Медведев несомненно является знатоком Конституции. Как же он прореагировал на предложения введения налога на тунеядство?

«У нас по действующим правилам или по Конституции, если хотите, можно и не работать, у нас нет ответственности как в советские времена, в том числе уголовной за тунеядство», — сказал премьер. То есть речь не о сборе «со всех, кто не работает», — с этого Дмитрий Медведев начал, дело было 23 октября. «Речь идет о вовлечении в систему платежей за социальные услуги тех, кто не зарегистрирован, — уточнил он. — И тех, кто не участвует в формировании соответствующих фондов, но в то же время пользуется социалкой». И закончил: «Вопрос существует, давайте его проанализируем».

У премьера получается так: российский гражданин по Конституции волен нигде не работать. За это его нельзя ни облагать налогом, ни тем более подвергать уголовному наказанию. Но! Налог может распространяться («вопрос существует, давайте его проанализируем») не на тех, кто не работает, а на тех, кто при этом не зарегистрировался как безработный.

Я юрфак ни Ленинградского, ни Петербургского университета не заканчивал, но если Конституция накладывает запрет на принуждение к работе, то, что меняет регистрация на бирже труда или ее отсутствие? Или главное в Конституции не то, что в ней написано, а то, как она интерпретируется?

В одном можно быть уверенным наверняка: если законопроект о введении налога на тунеядство будет написан и внесен в Думу, без заключения Конституционного суда не обойтись.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > fingazeta.ru, 4 ноября 2016 > № 1963567 Николай Вардуль


Казахстан. Россия > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 4 ноября 2016 > № 1957865

Финансовые пути-дорожки Казахстана и России расходятся

Автор: Тулеген Аскаров

На днях правительство России внесло в Госдуму скорректированный проект федерального бюджета на 2017-2019 годы, удививший своей жесткостью по ряду позиций даже западных аналитиков. После этого стало очевидно, что Москва и Астана придерживаются в своей бюджетной политике весьма отличающихся подходов вопреки общему членству в Евразий­с­ком экономическом союзе.

Вообще-то перед выборами так не делается

О том, что подготовленный правительством РФ бюджет на предстоящие три года «жесткий, очень жесткий, но в то же время адекватный той ситуации, в которой мы находимся», заявил в начале октября российский премьер-министр Дмитрий Медведев. При этом он признал, что в условиях радикально изменившейся экономичес­кой ситуации в России после падения мировых нефтяных цен со $110 за баррель до $50 «кто-то получает минусы, кто-то получает плюсы, в том числе от девальвационного эффекта». Однако г-н Медведев ясно дал понять, что российская казна не собирается «стричь купоны» с тех, кто сумел заработать в этой непростой ситуации: «То, что обычно больше всего волнует бизнес, – это соблюдает государство правила или же как-то от них отступает. Хочу вам прямо сказать: те параметры, которые были объявлены раньше, мы будем соблюдать, включая налоговую сферу и регуляторную среду».

Кстати, ранее, в конце сентября, на совещании в Кремле российский президент Владимир Путин дал четкую установку премьеру и его команде по этому же поводу: «Знаю, что правительство прорабатывает разные варианты повышения собираемости налогов в отдельных секторах экономики, и хотел бы подчеркнуть: эти меры не должны привести к подавлению предпринимательской активности, которая ещё только восстанавливается».

Тогда же г-н Путин, которому в 2018 году предстоит идти на президентские выборы, вполне ожидаемо поручил правительству уделить особое внимание реализации приоритетных проектов в здравоохранении, образовании, жилищно-коммунальном и дорожном хозяйствах, поддержке малого и среднего бизнеса. Он подчеркнул, что «средства на эти цели должны быть заложены в бюджет в полном объеме».

Как видно, поддержка МСБ, включая стабильность налогообложения и регуляторной среды, проходит красной нитью в экономической политике российских властей. Более того, практически одновременно с внесением проекта федерального бюджета в Госдуму правительство РФ подготовило ряд изменений в законодательство в этом же направлении. К примеру, законопроект о налоговом вычете позволит предпринимателям сократить расходы на установку современных контрольно-кассовых аппаратов, автоматически передающих информацию в налоговые органы по электронным каналам связи в режиме онлайн. Стоимость такого аппарата, а это порядка 18 тысяч рублей, можно будет относить на вычет тем предпринимателям, которые платят налог на вмененный доход или же используют патентную систему. Другое новшество увеличивает горизонт планирования расходов малого бизнеса путем применения специального коэффициента-дефлятора, на который индексируется сумма единого налога на вменённый доход, на три года вместо одного ранее.

Но вернемся к проек­ту федерального бюджета России. В наибольшей сте­пени аналитиков удивило резкое сокращение предусмотренных в нем расходов на оборону в следующем году по сравнению с нынешним – более чем на четверть (27%)! Правда, без учета дополнительных разо­вых расходов по этой статье в текущем году для покрытия госгарантий в авансово-кредитных расчетах предприятий военно-промышленного комплекса снижение составит лишь 7%. Но, что показа­­тельно, сокращение оборонных расходов продолжится и в последующие годы: в 2018-м – на 3,2%, в 2019-м – на 4,8%.

Еще одним сюрпризом стало резкое снижение расходов на здравоохранение: в следующем году на 18,8%, а в 2019-м – на 8,6%. В процентном отношении к ВВП планируется еще и сокращение расходов на национальную безопасность и правоохранительную деятельность с 2,2% ВВП в следующем году до 1,9% в 2019-м. Российские власти намерены сэкономить также и за счет отказа от реализации новых дорогостоящих проектов при одновременном снижении расходов на текущие инфраструктурные цели, включая и федеральные целевые программы. В итоге в номинальном выражении бюджетные расходы в предстоящие три года будут меньше запланированных показателей на 2016-й. Более того, согласно долгосрочному прогнозу российского Минфина, снижение этих расходов продлится еще 18 лет из-за сокращения доходов, так как после 2020 года дефицит бюджета должен составить менее 1% ВВП.

Как ни удивительно, такой подход вполне отвечает политике austerity (жесткой экономии), проводившейся после кризиса в ряде развитых государств. Что касается России, то в условиях низких цен на нефть, исчерпания средств Резервного фонда в следующем году, санкций Запада, ведения боевых операций в Сирии и необходимости расходов на содержание аннексированного Крыма, не говоря уже о поддержании высокой боеготовности вооруженных сил, эта страна просто обречена не только на политику жесткой экономии, но и на вполне вероятный переход на рельсы мобилизационной экономики. О том, насколько серьезно сократятся расходы федерального бюджета, говорит и реакция главы Чечни Рамзана Кадырова, выступившего против планов урезания бюджета его республики. Он прямо заявил, что если такая политика федеральных властей продолжится, то Чечня не только не сможет развиваться, но и окажется перед угрозой срыва социальных обязательств!

А российские эксперты и вовсе окрестили проект федерального бюджета на 2017-2019 годы сверхжестким с перекосом в пользу оборонных расходов и государственных компаний, тогда как развитие экономики и социальной сферы оказались задвинутыми на второй план. По их мнению, власти страны не только старательно избегают признания кризиса в экономике, который продлится еще довольно долго, но и переоценили динамику цен на нефть, не сумев сберечь достаточно средств на «черный» день. В итоге Россия оказалась перед фактом исчерпания не только Резервного фонда, но и Фонда национального благосостояния. В качестве выхода из этого тупика они предлагают стандартный набор антикризисных стимулирующих мер опережающего характера, включая значительное увеличение дефицита бюджета до 8-10% ВВП, девальвацию нацио­нальной валюты вдвое к нынешнему обменному курсу со снижением ключевой ставки Центробанка до 2-4% годовых, то есть ниже уровня инфляции. В качестве примера для подражания российские эксперты предлагают ориентироваться на опыт США.

И все бы хорошо, да что-то здесь не так

На фоне жестких мер российских властей бюджетная ситуация в Казахстане выглядит весьма благополучной. Как отмечалось месяц назад в публикации САМ под заголовком «Аналитиков беспокоит падение реальных доходов бюджета и рост его дефицита», согласно официальному прогнозу правительства доходы государственного бюджета (без учета трансфертов) по базовому сценарию вырастут за период 2017-2019 годов на 12,2%, причем ключевая роль здесь отводится увеличению налоговых поступлений. Расходы же бюджета будут расти, за исключением 2018 года, причем значительно – в 1,5-1,6 раза превысят его доходы. Источником этого финансового чуда, по планам правительства, будут гарантированные и целевые трансферты из Национального фонда.

Как подчеркнул во время презентации в мажилисе проекта закона о республиканском бюджете на 2017-2019 годы министр финансов Бахыт Султанов, его макроэкономическая основа стабильна, что обеспечивает реализацию всех задач, поставленных перед правительством. Он отнес к ним: 1) выполнение всех текущих обязательств с принятием мер по сохранению рабочих мест и дальнейшему повышению социальной составляющей бюджета, 2) реализацию стратегических задач по созданию условий для стабильного экономичес­кого роста через поддержку индустриализации, развития аграрного сектора, малого и среднего бизнеса, транспортной, водной, энергетической и жилищной инфраструктуры, 3) обеспечение обороноспособности и безопасности государства, 4) обеспечение экономической безопасности со снижением зависимости от внешних источников капитала за счет принятия минимальных парамет­ров дефицита бюджета и экономного использования средств Нацфонда, 5) дальнейшую децентрализацию и финансовое укрепление регионов.

Министр также подчеркнул, что параметры бюджета сбалансированы и отражают постепенный уход от нефтяной составляющей реализации мер по поддержке экономики. О намерении резко сократить какие-либо из ключевых статей бюджетных расходов он не говорил. Более того, г-н Султанов заявил, что в следующем году правительству вполне по силам снизить размер целевого трансферта из Нацфонда на 278,4 млрд тенге ($0,8 млрд) от ранее одобренного объема в 720 млрд тенге ($2 млрд).

Конечно, в отличие от России наша страна не находится под санкциями Запада и не стоит перед необходимостью наращивания своего оборонного потенциала в условиях усиливающейся напряженности в отношениях со странами НАТО, не говоря уже о дополнительных расходах на содержание аннексированной территории соседнего государства. С другой стороны, Казахстану предстоит провести в следующем году два крупных международных мероприятия – зимнюю Универсиаду-2017 и выставку ЭКСПО-2017. Но и здесь бюджет излучает олимпийское спокойствие! Как отметил в своем докладе г-н Султанов, в следующем году расходы на сферу культуры и спорта даже снизятся на 14,1 млрд тенге – до 70,2 млрд тенге в связи с завершением ряда мероприятий в рамках Универсиады-2017, включая строительство ледовых арен, приобретение спортивного и иного оборудования, проведение тестовых спортивных мероприятий и т.д. А на организацию непосредственно самой Универсиады-2017 резервируется 7,1 млрд тенге. На «ЭКСПО-2017» выделяется на 2017-2019 годы 110,8 млрд тенге, из них на 2017 год – 77 млрд тенге, тогда как оставшиеся средства пойдут на мероприятия по поствыставочному использованию объектов ЭКСПО.

Не претерпят особых изменений и расходы правительства на обеспечение обороноспособности и в целом безопасности государства, охрану правопорядка и поддержание внутренней стабильности, обеспечение защиты населения и устойчивости управления в кризисных ситуациях. На эти цели в 2017-2019 годах предусмотрено 2 трлн 552,1 млрд тенге, в том числе на следующий год – 893,5 млрд тенге. Для сравнения: в бюджете текущего года на оборону закладывалось почти 453 млрд тенге, общественный порядок, безопасность, правовую, судебную, уголовно-исполнительную деятельность – 454,9 млрд тенге, что в сумме дает 907,9 млрд тенге. К ним еще можно добавить 70,2 млрд тенге, выделенные в рамках недавнего уточнения бюджета на дополнительные меры обеспечения безопасности, включая 42,7 млрд тенге на реализацию поручения главы государства по укреплению правопорядка и противодействию религиозному экстремизму и терроризму.

В отличие от России, расходы на здравоохранение в Казахстане в следующем году значительно вырастут: на 22,2% – до 1 трлн 11,9 млрд тенге. Резкое снижение расходов на образование из республиканского бюджета более чем на 20% в Минфине объясняют передачей их в базу местных бюджетов. От крупных инфраструктурных проектов правительство также не намерено отказываться. В частности, в 2017-2019 годах планируется выделить 1 трлн 49,2 млрд тенге на продолжение реализации госпрограммы развития и интеграции инфраструктуры транспортной сис­темы Казахстана до 2020 года. Продолжится и вторая пятилетка индустриально-инновационного развития.

В этот внешне благополучный фон не вписывается разве что усиление налогового бремени на отечественный бизнес. Напомним, что работодателям предстоит выплачивать за своих работников дополнительные 5%-ные обязательные пенсионные взносы плюс 2% от дохода последних в фонд обязательного медицинского страхования в следующем году, причем эти взносы вырастут к 2020 году до 5%. Правительство также предложило снизить порог постановки на учет по НДС для «малых» предпринимателей, что равносильно дополнительному налоговому бремени на эту сферу бизнеса и вызвало вполне предсказуемую критику со стороны экспертов и делового сообщества.

Тем не менее, хотя финансы нашего государства вроде бы и не поют сейчас романсы, возникает стойкое ощущение того, что эта идиллия не вполне отвечает нынешним экономическим реалиям. К тому же издавна у нас повелось, что вместо быстрой и жесткой реакции на изменившиеся условия «наверху» предпочитают убаюкивать налогоплательщиков заверениями об «островке» финансовой стабильности и «тихой гавани» экономического покоя. Так было уже не раз, в том числе и в далеком уже 1998-м после российского финансового кризиса, и в не столь отдаленном году прошлом перед обвальными девальвациями тенге, которые почему-то именуются у нас началом очередного его свободного плавания…

Казахстан. Россия > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 4 ноября 2016 > № 1957865 Тулеген Аскаров


Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 31 октября 2016 > № 1957860

Глупо рассчитывать на дармовые квартиры в Астане после ЭКСПО

Ермек Мусрепов о ситуации на рынке недвижимости

Казахстанский рынок недвижимости снова в центре внимания аналитиков и экспертов. Очередная порция новостей, заключений и прогнозов определила ряд показателей. Так, уже известно, что этой осенью цены на недвижимость в Алматы установили новый рекорд. Средняя стоимость предложений снизилась на 11 400 тенге, или 3,1%, составив 356 800 тенге за квадрат. У оценочных компаний между тем своя статистика. Здесь заявляют, что неадекватность запросов владельцев жилья при продаже все еще имеет место быть. Немало разговоров и вокруг столичного жилья, которое, по некоторым прогнозам, после проведения ЭКСПО-2017 сильно упадет в цене. Где правда, а где вымысел? Об этом в интервью с президентом Казахстанской федерации недвижимости Ермеком Мусреповым.

— Ермек Еркебуланович, говорят, на казахстанском рынке недвижимости новое ценовое дно?

— Очевидно, что состояние рынка недвижимости в настоящее время находится в очень плачевном состоянии. Ценовой индекс, который сейчас мы наблюдаем, будет еще уменьшаться. На протяжении всего времени с момента корректировки курса тенге к доллару мы видим изменение стоимости квадрата, и изменение это в довольно серьезных масштабах. Сначала цена менялась в долларовом эквиваленте, теперь, когда мы начинаем переходить в тенговый, да и уже перешли, то мы будем видеть корректировку в сторону понижения. Это не предел. Другими словами, то, что мы видим на порталах недвижимости, которые предлагают объекты для продажи и покупки, — еще не вечер. Стоимость в тенге будет падать, и в конечном счете сформируется нормальный индекс, который позволит проявлять деловую активность на рынке.

— Давайте разобьем рынок по сезонности. Что происходит осенью, чего ждать зимой и каким будет рынок недвижимости в предстоящие весну и лето?

— С такой экономической ситуацией, которая складывается сегодня в Казахстане, мы не можем привязать сезонность к каким-то определенным показателям. Мы являемся сегодня современниками становления Ренессанса стоимости квадратного метра на рынке недвижимости Казахстана. Почему? Потому что с момента изменения цены в сторону понижения и определения стоимости в тенге мы видим плавное понимание этого вопроса и плавную стабилизацию. Сезонность предусматривается, когда цены на рынке стабильны. Сезонность предполагает некий всплеск. Сегодня мы такового не наблюдаем, а значит, привязки ко времени года нет. Рынок перезагружается, он приходит в какое-то нужное состояние, которое будет являться толчком для определения стоимости жилья. Все это происходит не так быстро, как хотелось бы. Но, как мы в Федерации недвижимости говорили ранее, понимание справедливой цены квадратного метра придет к каждому участнику рынка, к каждому казахстанцу уже в этом году. Все участники рынка, с которыми мы общаемся, с которыми проводятся сделки, все думают в тенге, никакой привязки к доллару уже нет. И это очень хорошо. Тенге — это наша национальная валюта. И на основании тенгового индекса люди будут видеть те возможности, которые помогут им приобрести жилье.

— В одном из интервью вы озвучили мысль о том, что оживление на рынке недвижимости, которое сегодня есть пусть и в слабом проявлении, спровоцировано и поддерживается за счет государственных программ. Так ли хороши действующие госпрограммы и что вы думаете о единой госпрограмме жилищного строительства «Нурлы жер»?

— Программа «Нурлы жер» — это драйвер рынка недвижимости сейчас. Но она предусматривает обеспечение жильем только определенные слои населения. Тот рынок, который остается за этой программой — рынок коммерческого жилья — он пока находится в состоянии стагнации. Да, программа, которая сейчас работает, является неким активом в сегменте и в целом строительной индустрии. Что касается самой инициативы запуска программы «Нурлы жер», мы, как участники рынка недвижимости, двумя руками «за», приветствуем. Государство в лице президента дает возможность не то чтобы ожить рынку, оно дает возможность запустить средства, которые есть в казне, на коммерческий рынок Казахстана. Сама программа «Нурлы жер» предусматривает четыре направления.

Первое направление — это субсидирование ипотечных займов, второе — субсидирование кредитования застройщиков, что позволит последним строить доступное жилье и насыщать рынок той недвижимостью, которая необходима участникам сегмента. Субсидирование ипотечных займов на самом деле оживит рынок, потому что на сегодняшний момент ипотечного кредитования нет, так сказать, в «живом» показателе, где-то, как банковский инструмент в банках второго уровня он существует, но сегодня он находится в мертвой точке.

Следующее направление — это переход от прямого финансирования строительства к созданию кредитного жилья через Жилстройсбербанк. Это уже нацеленная на весь рынок часть программы, на всех участников. Скажем так, вторая часть Марлезонского балета. То есть если первая часть — обеспечение жильем определенных слоев по категориям, то это уже возможность обеспечения жильем всего населения Казахстана. Речь идет о механизмах жилстройсбережений, это будут возвратные деньги, коммерческое строительство и реализация недвижимости через этот механизм. И, наконец, четвертое направление — предоставление земельных участков участникам рынка, жителям страны, с отведением доступной инфраструктуры, что позволит сразу же предоставлять те участки, которые по закону положены каждому гражданину республики. Это уже готовый к использованию надел, коммуникации есть, можно сразу строить. Этот момент очень хорош для рынка недвижимости. Такой инструмент подтолкнет к активности в строительной индустрии, и в том числе жилищной индустрии, которая будет развиваться в рамках ИЖС.

— Вы говорите, в мертвой точке находится ипотечное кредитование как инструмент. Но сейчас БВУ обещают снижение ставок по ипотеке, как думаете, это сможет придать импульс рынку?

— Вообще, инструмент ипотечного кредитования — это единственный инструмент, который дал старт рынку недвижимости на республиканском уровне. Это было в 2000 году, когда привлекались средства из-за рубежа и когда доступные ипотечные кредиты были представлены на рынке. Мы видели взлет сегмента до 2007 года. Естественно, этот инструмент будет оставаться одним из главных трендов, который поможет участникам рынка приобретать то жилье или те объекты недвижимости, которые им нужны. Это касается и жилья коммерческого направления. Если банки второго уровня сделают эти кредиты доступными и некабальными, создадут нужные условия для своих клиентов, тогда на рынке будет наблюдаться активность. Тем более никаких предпосылок для повышения стоимости жилья в ближайшие пять лет не будет. Мы пережили несколько волн кризиса, рынок недвижимости лихорадит, но благодаря и государственным программам, и терпению участников рынка, мне кажется, мы придем к какому-то стабильному, базовому показателю, за счет которого активность на рынке недвижимости будет превалировать над стагнационными явлениями.

— И вы уверены, что этот базовый показатель будет гораздо ниже того, что мы имеем сегодня?

— Конечно. Базовый показатель — это определенный порог в стоимости квадратного метра по госпрограмме. Новое жилье, которое будет вводиться, в том числе в рамках программы «Нурлы жер», тоже будет определено по соответствующей стоимости. И это будет уже цена на недвижимость четвертой категории. Естественно, вторичное жилье будет трендировать в сторону понижения, потому что по законам рынка вторичное жилье всегда находилось на более низком уровне, чем первичное. И, скорее всего, мы будем видеть корректировку в плане уменьшения цены на «вторичку» до 150−200 тысяч тенге за квадрат.

— Но готовы ли участники рынка к таким корректировкам? По наблюдениям оценщиков, сейчас в сегменте до сих пор присутствует неадекватность со стороны продавцов, которые запрашивают додевальвационные цены за свое жилье. Как заставить казахстанцев принять реальность с уже дешевыми квадратными метрами?

— Я согласен, что на рынке необходима адекватная цена и понимание справедливой стоимости продавцами. Но мы знаем также, что принцип оценки основывается на выведении стоимости квадратного метра на основании публикаций в СМИ. На сегодняшний день те объявления, которые существуют на специализированных порталах, не отражают полную, настоящую стоимость объектов. И если смотреть в разрезе всех предложений, нужно сразу определить, что процент корректировки должен быть уменьшен на 10−15%. Потому что, естественно, предложения, которые продавцы выставляют на продажу, они завышены, бывает даже на 50% от реальной стоимости. Какой показатель должен быть — я сказать не могу, потому что опять же мы еще не пришли к базовой стоимости квадратного метра. Адекватность будет зависеть от реальных сделок. И показатель отчета об оценке будет в данном случае приблизительным. Я не знаю, на чем дальше будут основываться оценщики, но мы действительно имеем то, что дешевых предложений нет. И мы, Федерация недвижимости, постоянно проводим работу с участниками рынка недвижимости, информационную пропаганду о том, что участникам необходимо смотреть на настоящие реалии. Если не хотите продавать — не продавайте, но в дальнейшем ситуация будет все равно двигаться в сторону удешевления жилья. Если сегодня одна цена, то завтра она будет значительно ниже. Повышения не будет. И все зависит от того, возьмут ли вашу квартиру на данном конкретном этапе. Спрос всегда был. Но сегодня спрос очень утонченный, все стали профессионалами, читают книги, читают экономические анализы, статьи и все прибегают к услугам специалистов, в том числе оценщиков, для того чтобы понять стоимость квадратного метра.

— Ермек Еркебуланович, вопрос по ситуации на рынке аренды. Есть цифры от сайта kn. kz, что в Астане рост ставок найма составил 14,2% и достиг показателя 184 тысячи за месяц проживания. Подтверждаете такие совсем недешевые расценки на аренду?

— Нет, не уверен. Такие ресурсы тоже являются площадкой получения информации от участников рынка недвижимости. Может быть, на тот период времени был какой-то предсезонный всплеск, повлекший необходимость обеспечения студентов жильем, увеличился какой-то процент миграции, но сейчас эти цифры не соответствуют действительности. Та цена, которая сформировалась в тенге, она снижается по всем сегментам рынка, начиная от 1-й до 4-й категории. Сейчас, как вы знаете, нет понятия бизнес- или экономжилья, сейчас идет категорийность. И вот по всем ним идет понижение по аренде, на рынке Астаны в том числе. Столичный рынок вообще сегодня перенасыщен всеми предложениями, которые есть. Рынок в Астане сложный. Туда едут люди, готовые платить деньги, но предложений больше, чем спроса.

— Вот еще один информационный тренд касательно Астаны: практически все квартиры, которые сданы или будут сданы в эксплуатацию в 2016-м в столице, уже распроданы. При этом из 60 проблемных жилых комплексов республики 45 находятся в столице. Не кажется ли вам, что на рынке недвижимости Астаны вообще происходит что-то непонятное, не складывается некое ощущение хаоса?

— В столице не может быть хаос, он и не нужен. Просто на самом деле есть люди, которые пользуются моментом. Тот же ЭКСПО. Это ажиотаж, который был сложен на протяжении последних трех лет. И вот на этом фоне появились недобросовестные застройщики, которые воспользовались ситуацией. И сейчас мы пожинаем плоды. Они брали участки на освоение, на определенные циклы строительства и в какое-то время со всеми деньгами дольщиков просто скрывались. До настоящего момента, до изменения закона «О долевом строительстве», была лазейка, когда договора не защищали дольщиков от каких-то форс-мажорных моментов. Сейчас это все зарегулировано, и мы очень приветствуем новый закон, который закрывает все риски, на всех этапах долевого жилищного строительства. О том, что идет стопроцентное насыщение всех объектов, — тоже неправильная информация. Такого быть не может, столичные объекты заполнены на 40%. Да, застройщики предлагают множество инструментов покупки, но то, что вся Астана заселена, такого нет.

— А что вы думаете о том, что есть разговоры, назовем это даже прогнозами о том, что после проведения ЭКСПО в Астане будет наблюдаться еще более серьезный переизбыток жилья, и реализовываться оно будет чуть ли не по бросовой цене?

— Строительство жилья вообще никак не связано с проведением каких-то общественных мероприятий. Это обычный жизненный цикл. Проведение ЭКСПО — рекламный ход для застройщиков, для того чтобы люди привлекались, покупали недвижимость. ЭКСПО пройдет, внедрят программу «Нурлы жер», и тогда рынок недвижимости оживится. Конечно, небольшая корректировка будет, но не такая колоссальная, как вы говорите — падение, будут покупать за копейки и так далее. Все будет отрегулировано. Рынок недвижимости, особенно в Астане, он постоянно находится на острие. Это лицо нашего государства, и не может быть такого, чтобы сегмент обрушился. Рынок недвижимости в любой стране — это показатель экономической стабильности. И те объекты, которые для ЭКСПО строились, на территории выставки, это жилье все равно уйдет на рынок, а какую-то часть направят по госпрограммам. И это все будет сделано для граждан Казахстана, для обеспечения их жильем. Недвижимость, которая строится в Астане, будет реализована, но с той корректировкой, которая будет складываться на тот момент времени.

— Ермек Еркебуланович, спасибо вам за беседу, успехов!

Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 31 октября 2016 > № 1957860 Ермек Мусрепов


Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 28 октября 2016 > № 1952688

Интервью Первого заместителя Министра Татьяны Нестеренко «Российской газете»

О социальной политике

Татьяна Геннадьевна, и все-таки удастся ли выполнить все социальные обязательства государства?

Безусловно. Выполнение в полном объеме всех социальных обязательств является базовым принципом формирования бюджета. Бюджетное законодательство гласит, что федеральный бюджет предназначен для исполнения расходных обязательств Российской Федерации. Кроме того, бюджетное законодательство разрешает принимать новые обязательства получателю бюджетных средств, только в пределах доведенных до него лимитов и с учетом уже принятых расходных обязательств. Таким образом, если расходные обязательства не были пересмотрены или изменены, то с точки зрения бюджетных правоотношений они гарантировано будут исполнены. Бюджет создает финансовую основу для исполнения этих обязательств.

Что касается индексации, то в бюджете на 2017-2019 годы предусмотрена индексация всех социальных выплат, включая пенсии. Более того, мы со следующего года переходим на единый порядок индексации всех социальных выплат. Что это значит? Если до настоящего времени индексация большинства выплат осуществлялась исходя из прогнозного уровня инфляции, при этом конкретная дата индексации была везде разная, то со следующего года индексация произойдет одновременно по всем социальным выплатам (с 1 февраля) а для определения ее размера мы будем использовать отчетные данные, то есть более точные.

Такой порядок индексации, на наш взгляд, является более справедливым по отношению к гражданам, поскольку исключает какие-либо неточности прогноза и увеличивает размер пособий исходя из уже сложившегося роста цен.

Как это выглядит в цифрах?

Если при "старом" подходе размер индексации составил бы 4 процента ежегодно (на 2017-2019 годы), то по "новому" механизму он составит в 2017 году 5,8 процента, а в 2018-2019 годах - 4. Бюджетные ассигнования на индексацию пенсий, пособий и социальных выплат в проекте бюджета предусмотрены на 2017 год в размере 332 миллиардов рублей, на 2018 год - 597 миллиардов и на 2019 год - 904 миллиарда.

Если посмотреть расходы федерального бюджета на социальную политику, то можно увидеть их рост в 2017 году на 9,8 процента. С чем это связано?

Действительно, расходы по разделу "Социальная политика" растут в 2017 году на 9,8 процента по отношению к 2016 году. Однако если посмотреть 2018 год, то объем средств даже немного снижается - на 2,4 процента - по сравнению с 2017 годом.

Это объясняется единовременной выплатой пенсионерам в январе 2017 года в размере 5000 рублей. В совокупности на эти цели предусмотрено 222 миллиарда рублей. Поскольку данная выплата будет разовой, то и получается такой всплеск расходов именно в 2017 году.

Однако если исключить единовременную выплату пенсионерам, то темпы роста расходов на социальную политику составят в 2017 году около 5%, что в целом сопоставимо с размером запланированной индексации 5,8% в 2017 году. При этом, приводя расходы на социальную политику в "сопоставимые" условия, расходы ежегодно растут. В 2017 году на 5 процентов, в 2018 году на 2 процента, в 2019 году также на 2 процента.

Несмотря на это, сейчас везде пишут о том, что расходы на соцзащиту снижаются. Так ли это? Есть ли сокращение социальных расходов по отдельным категориям граждан? Что это за категории? С чем связано сокращение?

Это неверно. Расходы на социальную политику растут. Размеры социальных выплат, индексация которых установлена законодательством, ежегодно увеличиваются. Вместе с тем в течение ряда лет действительно снижаются расходы по отдельным видам выплат, отдельным категориям граждан, но это связано с сокращением численности получателей данных выплат. Например, снижаются расходы на компенсации в возмещение вреда гражданам, подвергшимся воздействию радиации, а также компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью граждан в связи с исполнением обязанностей военной службы по призыву.

Произойдет ли в России переход на адресную помощь? По каким выплатам? Можно ли ожидать перемен уже в следующую трехлетку?

Социальная поддержка и сейчас оказывается адресно, но по категориальному принципу. То есть законом определены отдельные категории граждан, которым поддержка должна быть оказана.

При этом важно и другое - по статистике в материальной поддержке больше всех сегодня нуждаются семьи с детьми до 16 лет, особенно семьи с двумя и более детьми и одним работающим родителем. Большинство стран мира принимают активные меры по защите беднейших групп своего населения и предоставляют адресные пособия по бедности. Главный критерий при выборе участников программы - проверка нуждаемости и имущественной обеспеченности: право на участие в программе получают все семьи, доходы и обеспеченность имуществом которых находятся ниже установленного в той или иной стране уровня.

Сегодня было бы правильно и нам перейти на применение принципа нуждаемости при назначении отдельных социальных выплат и обсудить возможность введения нового вида пособия - пособия по бедности.

Однако для этого необходимо законодательно определить понятие "нуждаемость", единые критерии нуждаемости, порядок оценки доходов и имущества семьи или одиноко проживающих граждан, круг лиц, относящихся к членам семьи. А также повысить уровень открытости таких мер господдержки.

Эти предложения нашли отражения в проекте бюджета?

Мы считаем, что такую работу следует проводить и находить приемлемые и согласованные решения. Но с точки зрения бюджета на 2017-2019 годы, изменений по данному направлению в бюджетных проектировках не предусмотрено.

Почему в 2017-2019 годах по сравнению с 2016 годом сокращаются расходы федерального бюджета на здравоохранение?

Часть расходов государства реализуется не через федеральный бюджет, а через государственные внебюджетные фонды. Это Пенсионный фонд, Фонд социального страхования и Фонд медицинского страхования. Поэтому все расходы на здравоохранение нельзя увидеть только в федеральном бюджете.

Бюджет здравоохранения состоит из расходов Фонда медицинского страхования ( в 2017 году - это 1705,9 млрд рублей), из средств региональных бюджетов, направляемых на оплату нестраховых случаев в большей степени относящихся к социально-значимым заболеваниям - туберкулез, психиатрия, ВИЧ, наркология - в общей сумме это 777,5 миллиарда рублей и средств федерального бюджета в 378 миллиардов рублей. Таким образом, расходы Фонда обязательного медицинского страхования( ФОМС) в общих расходах на здравоохранение составляют 60 процентов. И эта сумма находится за рамками федерального бюджета.выплат. Фото: Photoxpress

И если рассматривать динамику всех расходов государства на здравоохранение, то они выросли с 2012 по 2016 год на 18,3 процента.

Что касается федерального бюджета на 2017 год в части здравоохранения, то со следующего года меняется механизм финансового обеспечения высокотехнологичной медицинской помощи. До сих пор эта помощь оплачивалась из федерального бюджета. Со следующего года из Федерального фонда обязательного медицинского страхования. Расходы сохранятся в том же объеме, но поскольку это уже будут расходы ФОМС, то в федеральном бюджете мы увидим сокращение, а в бюджете ФОМС - увеличение.

Если посмотреть динамику расходов год к году, но без учета высокотехнологичной помощи, то бюджетные ассигнования федерального бюджета на здравоохранение увеличиваются на 2,5 процента.

А если говорить о консолидированном бюджете на здравоохранение, то он составит в 2017 году 3004,7 млрд рублей (рост к 2016 году - 9,8 процента), в 2018 году - 3281,3 млрд рублей (рост к 2017 году - 9,2 процента), в 2019 году - 3525,5 млрд рублей ( рост к 2018 году - 7,4 процента).

А что с расходами на образование?

Также как и с расходами на здравоохранение, не все они учитываются в федеральном бюджете. На федеральном уровне финансируется высшее образование, прикладные научные исследования в сфере образования, мероприятия государственной молодежной политики, программы среднего профессионального образования в федеральных образовательных учреждениях. В процентном отношении расходы на образование федерального бюджета составляют 18 процентов от всех расходов на образование в стране. И это понятно, поскольку большая часть расходов направляется на дошкольное и общее (школьное) образование, которое реализуется на уровне субъектов.

Теперь о федеральном бюджете. Расходы на образование на 2017 год в законопроекте определены в сумме 568,5 миллиарда рублей. По сравнению с 2016 годом это составляет 102 процента. Такая динамика объясняется в основном решением задачи по повышению оплаты труда педагогов федеральных государственных образовательных учреждений. При этом дополнительно в рамках приоритетного проекта "Образование" планируется направлять ежегодно 25 миллиардов рублей. Таким образом расходы федерального бюджета на образование будут еще увеличены.

Минтруд предложил не индексировать материнский капитал три года, поддерживает ли Минфин предложение? Сколько денег это сэкономит?

В бюджете это предложение учтено, размер материнского капитала сохранится на уровне 2016 года, а именно 453 026 рублей.

Размер материнского капитала с момента возникновения этой программы в 2007 году значительно вырос. Если изначально он составлял 250 тысяч рублей, то сейчас это уже 453 тысячи (рост - 181 процент за 9 лет).

Однако если вы посмотрите на динамику расходов государства на выплату материнского капитала, то объем средств, несмотря на сохранение размера, увеличивается. И увеличивается в 2017 году почти на 9 процентов. Граждане стали гораздо активнее распоряжаться средствами материнского капитала.

В этом году минфин попросил право использовать из Резервного фонда до 1 триллиона рублей без внесения изменений в бюджет - на случай недопоступления доходов от приватизации. Будете ли вы просить о таком праве в 2017 году, но уже в отношении Фонда национального благосостояния?

Нет. При формировании бюджета на очередной финансовый цикл мы не включаем в текст закона такую норму. Однако это не означает, что при ухудшении макроэкономической ситуации уже в ходе исполнения бюджета правительство не обратится в парламент с законопроектом, расширяющим право использования госрезервов. Собственно говоря, в том числе именно для таких случаев они и создавались.

Становится все более актуальным повышение эффективности государственных расходов. Как вы планируете этого добиться?

Решения в общем-то давно уже приняты, а сейчас требуются постоянные усилия по внедрению в жизнь и совершенствованию. Это касается в том числе государственных программ, в которые во взаимосвязи с целями политики в той или иной отрасли экономики включаются все инструменты по достижению нужного эффекта: нормативное регулирование отрасли, контроль и надзор, бюджетные ассигнования, налоговые льготы и т.п.

Только постоянный анализ хода достижения целей политики, своевременное уточнение задач и создают необходимые условия для эффективного государственного управления.

Справедливости ради скажу, что названные условия далеко не всегда реализуются должным образом, но альтернативы такой организации деятельности исполнительной власти еще не придумано. Это так называемая "функциональная" эффективность, то есть верхний уровень, без которого все остальные меры, направленные на повышение эффективности, не достигнут должного результата.

Если говорить об "операционной" эффективности государственного управления, то в бюджетной сфере она складывается из качественных решений и процедур, применяемых при составлении и исполнении бюджета.

Здесь на первое место я бы поставила своевременность и полноту принятия решений по целому ряду бюджетных процедур: это и сроки подготовки и принятия нормативных правовых актов, необходимых для исполнения бюджета, распределения субсидий их получателям, межбюджетных трансфертов регионам, заключения необходимых соглашений о предоставлении средств из бюджета с их получателями. В этом направлении уже очень много сделано, но в 2017 году требования к участникам бюджетного процесса ужесточаются.

Каким образом?

Устанавливаются нормы, по которым все нераспределенные законом о федеральном бюджете межбюджетные субсидии должны быть распределены до 1 февраля 2017 года, иные межбюджетные трансферты - до 1 апреля 2017 года, а соглашения с субъектами должны быть подписаны до 1 марта 2017 года.

Следующий шаг - это изменение механизма предоставления денег из федерального бюджета.

Начиная со следующего года они будут предоставляться только под фактическую потребность с казначейским сопровождением. То есть все движение бюджетных средств получателями происходит на счетах, открытых ими в федеральном Казначействе под постоянным контролем.

Это также обеспечивает дополнительную ликвидность счета казначейства. Доходы от управления этими средствами поступят в бюджет государства, а не предприятия. Механизм позволяет обеспечить четкое соответствие расходов целям, на которые предназначены средства казны.

В этом же направлении будем совершенствовать процедуры представления средств бюджета в виде взносов в имущество госкомпаний.

А в чем разница?

Сегодня при предоставлении таких взносов на счетах юридических лиц образуются остатки целевых средств, что само по себе уже демонстрирует неэффективность этих расходов. Поэтому мы предлагаем перейти на предоставление субсидий под потребность и с казначейским сопровождением.

В 2017 году мы планируем расширить применение казначейского аккредитива - специальной формы расчетов по государственному контракту. При этом Федеральное казначейство выплачивает исполнителю госконтракта средства только после представления им документов, подтверждающих факт поставки товаров (работ, услуг). Расширение такой формы расчетов существенно сократит суммы дебиторской задолженности по авансовым платежам, что также поможет более эффективному использованию бюджетных средств. В целом могу с уверенностью сказать, что такого направления деятельности, где не было бы резервов повышения эффективности.

В социальной политике, например, это целенаправленная работа по снижению бедности, в том числе за счет перехода на принцип нуждаемости при оказании социальной поддержки граждан. В сфере закупок для государственных нужд - сокращение закупок у единственных поставщиков, создание каталогов товаров для мониторинга и снижения цены закупки, также внедрение типовых контрактов с возможностью заключения их в электронном виде.

Россия > Финансы, банки > minfin.ru, 28 октября 2016 > № 1952688 Татьяна Нестеренко


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 октября 2016 > № 1945941

Проблемы электронного ОСАГО и страховая эко-система

Ханнес Чопра

генеральный директор «Сбербанк страхование»

«Ошибка 173», — раз за разом появлялось сообщение у меня на экране, когда я пробовал через интернет оформить полис ОСАГО для своего автомобиля. «Посетите офис компании», — посоветовали мне на сайте другой страховой компании. Форумы переполнены сообщениями о разных ошибках и неполадках при оформлении полисов электронного ОСАГО. Жителям некоторых регионов вообще не повезло — судя по отзывам, не все жители, например, Ставпропольского края могут купить электронный полис. «Сервис покупки и пролонгации е-ОСАГО работает нестабильно», — честно пишут некоторые компании в ответ на претензии клиентов.

В сфере онлайн страхования сейчас больше проблем, чем удачных решений. Более-менее отлажена и поставлена на поток разве что онлайн продажа страховок для выезжающих за рубеж. Но это капля в море. А вот доля покупок через интернет такого массового продукта, как ОСАГО, пока не превышает 1%, сообщил недавно представитель Центробанка.

Почему?

В чем проблема электронного ОСАГО?

Нельзя сказать, что в нашей стране ничего не делается для развития он-лайн каналов продаж страховых продуктов. Однако изменения в этой сфере пока что идут «сверху», то есть от регулятора в лице Центробанка, а не «снизу», от страховых компаний. Этим и объясняется казус с электронным ОСАГО: продажи он-лайн работают неважно именно потому, что страховщики сами в них не заинтересованы. Для этого есть две причины. Как мы знаем, продавать электронные полисы потребовал Центробанк. Сейчас страховые компании могут компенсировать работу в «убыточных регионах» (где полисы стоят дешево из-за низких территориальных коэффициентов) — сборами в «прибыльных» регионах. Теперь это становится затруднительно: люди из любой области могут покупать полисы через интернет.

Кроме этого, страховщик, развивая онлайн продажи, невольно создает конфликт интересов со своей агентской сетью. Каждая крупная страховая организация стремилась развивать такую сеть — полисы ОСАГО, самый массовый продукт, продавались в основном через нее. Увеличение доли продаж электронных полисов негативно скажется на комиссии агентов. И те компании, которые сделают сейчас ставку на онлайн, могут попросту лишиться агентской сети — её сотрудники перейдут к конкурентам. Для некоторых страховщиков, у которых портфели на 60% формируется за счет продаж через агентов, это чревато серьезными проблемами.

Ситуация, конечно, будет меняться — со следующего года продажа полисов ОСАГО через интернет станет обязательной для всех страховщиков, имеющих лицензию на этот вид деятельности. Кроме этого, будет введено ограничение на комиссионное вознаграждение от продажи полисов ОСАГО на уровне 10%. Плюс к этому, клиенты сами увидят преимущество электронных полисов. Все это приведет к росту популярности электронного ОСАГО. Однако это произойдет не в ближайший год. Следовательно, не стоит пока ожидать и существенного улучшения ситуации с продажей электронных полисов.

Как организована продажа полисов на Западе?

На Западе большинство этих проблем осталось в прошлом. По данным международной консалтинговой компании Oliver Wyman, в Великобритании и США через интернет продается более 30% полисов страхования автогражданской ответственности.

Возьмем для примера крупнейшего игрока на рынке страхования Великобритании — Jane Lloyd. Процесс страхования автомобиля в этой компании устроен очень просто. Клиент заходит на сайт и оставляет заявку. Компания проверяет автомобиль и клиента — запрашивает информацию из различных баз данных. Так она выясняет, были ли у клиента страховые случаи, узнает данные техосмотра (при этом отдельного техосмотра делать не нужно). Далее клиент получает одобрение на покупку полиса — и делает это в пять кликов. Примечательно, что и 80% страховых случаев также можно урегулировать онлайн — используя личный кабинет клиента. Если произошла авария, на место происшествия максимум через полчаса приедет аварийный комиссар (и, при необходимости, полиция). Процесс разбирательства и выплаты проходит, как правило, без посещения офиса страховой компании.

По аналогичной схеме устроена работа и крупнейшего американского страховщика — Progressive Insurance. Эта компания пошла дальше и в массовом порядке оборудует автомобили клиентов телематическими устройствами, которые считывают параметры работы двигателя. В результате, осторожные и аккуратные водители платят за страховку меньше, чем «лихачи».

Первый опыт создания страховой эко-системы

Я уверен, что онлайн страхование в обозримом будущем выйдет за рамки электронных полисов ОСАГО. Во-первых, покупка любых полисов через интернет станет обычным делом — как, например, в Китае. Недавно McKinsey выпустила исследование о работе крупного китайского страховщика — компании PingAn. Она продает через электронные каналы более 30% своих услуг, с каждым годом наращивая эту долю. Взаимодействие с клиентами преимущественно также идет через интернет. Если брать статистику по всему миру, 8% договоров страхования жизни заключается через интернет, сообщает Oliver Wyman. Если брать другие сегменты (например, страхование имущества, бизнеса и т. д.) эта доля еще выше — 10%, отмечают в Oliver Wyman.

Во-вторых, страхование перестанет быть рынком отдельных услуг. Компании будут продавать клиентам не продукты, а страховую эко-систему. Зарождение этого процесса можно наблюдать на примере южно-африканской компании Discovery. Для страховой сферы они применили принципы поведенческой экономики, которые позволили полностью изменить подход к добровольному медицинскому страхованию. 22 года назад один из акционеров Discovery взял результаты медицинских исследований, которые говорили, что на 70% наше здоровье зависит от интенсивности движения и питания, и придумал, как это применить в своем бизнесе. Discovery стала стимулировать людей больше двигаться и лучше питаться. Как она это делает? У компании есть партнерские отношения с магазинами, супермаркетами здорового питания, фитнес-клубами. Клиенты, которые участвуют в программе (а это миллионы людей в 13 странах, где работает Discovery), добровольно предоставляют информацию о своем образе жизни. Они совершают покупку полезных продуктов питания — и это видит страховая компания. Посещают фитнес-клуб — и данные о потраченных калориях с помощью гаджета передаются страховщику. В обмен на это клиенты получают разные преимущества — например, скидки и кэшбек за совершение определенных покупок. И, конечно, более низкую стоимость полиса ДМС — если активно занимаются спортом, едят больше здоровой пищи и не покупают алкоголь и сигареты.

Как будет развиваться рынок в России?

Вернемся к проблемам российского онлайн страхования. Что нам мешает использовать опыт иностранных коллег? Во-первых, это законодательные ограничения. Рост онлайн страхования в Китае обеспечен полным отсутствием каких-либо административных барьеров. У нас же до сих пор существует предел по сумме при покупке электронного полиса. Если цена страховки более 15 000 рублей, оформить полис крайне сложно. На прошлой неделе один из наших клиентов не смог купить страховку путешественника для выезда в США на три месяца, поскольку его полис стоил 15 500 рублей.

Второе препятствие заключается в управленческом подходе топ-менеджеров страховых компаний. Руководители всеми силами стремятся увеличить показатель прибыли. Этот стандарт поддерживают акционеры: без хороших показателей по прибыли директор лишится бонусов или своей должности. Удовлетворенность клиентов, качество их жизни стоит не на первом месте. Чтобы создать страховую эко-систему нам придется отодвинуть на второй план разные финансовые KPI и действительно понять — а что же на самом деле нужно нашему клиенту. И тогда такие показатели эффективности, как индекс удовлетворенности покупателей (CSI), индекс лояльности клиентов (NPS), скорость вывода продуктов на рынок (time-to-market) станут драйверами роста.

Как могла бы выглядеть страховая эко-система? Сейчас мне представляется, что это будет мобильное приложение. В нем не будет страховых продуктов и личного кабинета в обычном понимании. Возьмем нашего обычного клиента в Москве. Это мужчина 35 лет со средним доходом. Он женат, воспитывает двух детей, имеет свое жилье и автомобиль. Через несколько лет дома у нашего москвича будут установлены телематические устройства, которые будут измерять показания электроприборов и скачки напряжения в сети, давление в трубах и расход воды. Это позволит, во-первых, предупредить об опасности (например, резкое повышение давления в водопроводе может привести к аварии). И во-вторых, рассчитать индивидуальный тариф для страхования квартиры. Если у него целый год не происходило аварии — страховка на следующий год будет продаваться с понижающим коэффициентом. В его автомобиле также будет установлен гаджет, который будет фиксировать в режиме онлайн все показатели. В результате, осторожный и аккуратный водитель будет платить меньше среднего тарифа по КАСКО. Через свое мобильное приложение клиент сможет приостановить действие полиса КАСКО на время своего отпуска — или вовсе аннулировать его и получить назад деньги в случае, например, продажи автомобиля. Когда он отправится в отпуск, мы предложим ему туристическую страховку с теми опциями, которые ему действительно нужны.

На следующем этапе развития мобильное приложение перестанет выполнять только страховые функции. Через него можно будет вызвать такси в аэропорт, узнать погоду на курорте и забронировать отель. Конечно, через него можно будет застраховать любой риск — поэтому сервис не будет продавать продукты в классическом смысле, а станет предлагать решения для определенных ситуаций. В принципе, застраховать можно все, на что мы смотрим. Поэтому количество решений увеличится в разы.

И тут надо вернуться к вопросу прибыли и стоимости. Увеличится ли средние расходы семьи по страховке? Уверен, что с внедрением такой системы они даже снизятся. А что будет с прибылью компаний? Конечно, взрывного роста ждать не стоит — ведь средний чек по страховке уменьшатся. Но и прибыль вырастет — за счет осмысленного контакта с клиентами и «умных» продаж.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 25 октября 2016 > № 1945941 Ханнес Чопра


Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 октября 2016 > № 1945109

Заседание Правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Северо-Кавказского федерального округа.

О реализации мероприятий государственной программы «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 года в 2016 году и планируемых мероприятиях в 2017 году.

Перед заседанием Председатель Правительства посетил агрокомплекс «Сад-гигант Ингушетия» в станице Нестеровской, осмотрел строящийся республиканский перинатальный центр, а также возложил цветы к Мемориалу памяти и славы в Назрани.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Заседание Правительственной комиссии по социально-экономическому развитию Северо-Кавказского федерального округа сегодня проходит в Ингушетии. Поговорим о текущих делах, о программе, о том, что мы сделали, где есть проблемы, трудности.

В этом году завершается первый этап выполнения государственной программы развития Северо-Кавказского округа до 2025 года. Этот этап в основном касался социальной сферы. Сегодня мы обсудим, какие проблемы удалось за это время решить и чем ещё предстоит заниматься, причём одновременно с задачами второго этапа государственной программы, который начинается уже в следующем году. Главная его цель – развитие производства в округе.

За время действия государственной программы, в период с 2014 по 2016 год, мы проделали вместе определённую работу, чтобы подтянуть социальную инфраструктуру на Северном Кавказе до среднероссийского уровня. В первую очередь – образование и здравоохранение, потому что это были самые проблемные позиции на Северном Кавказе.

В округе открыты 44 новые школы, ещё 18 должны быть сданы до конца года. Они рассчитаны более чем на 34 тыс. учеников. В целом выросло и качество обучения. Однако строительство школ не успевает за демографией. К сожалению, на Кавказе дети учатся по-прежнему в три смены. И сегодня нам нужно обсудить предложения о том, как эту задачу решать.

Мы построили за этот период 12 новых больниц и диспансеров. Ещё семь должны быть достроены в следующем году. Удалось снизить уровень младенческой смертности, хотя он пока хуже, чем в целом по стране (среднероссийский уровень здесь ещё не достигнут). Нужно эту работу продолжать, в том числе путём ввода новых объектов.

Мы только что посмотрели новый перинатальный центр, который будет сдан в конце этого года. Хороший, современный центр. Такие центры нужны по всему Северному Кавказу. Именно они в значительной мере позволяют решать задачу поддержки будущих матерей и снижения уровня младенческой смертности. И материнской смертности тоже.

Кроме того, ремонтировались и строились инженерные и коммунальные сети. Запущен 21 объект энерго- и водоснабжения. В ближайшее время сдаётся ещё 20 объектов и продолжается строительство жилья. Это происходит во всех республиках. Здесь результаты довольно существенные. Хочу особо подчеркнуть, что все стройки должны быть завершены в намеченные сроки. Будем этим совместно заниматься.

Как всегда в конце года подведём итоги работы по теме энергетики в округе, включая долговую проблематику за газ и электроэнергию. Тема тяжёлая для округа и для регионов. После разбора полётов, что называется, на эту тему сделаем выводы об эффективности предпринимаемых мер, эффективности работы регионального руководства в соответствии с теми правилами, которые существуют.

Очевидно, что ситуация в округе в целом стала лучше, это заметно по всем регионам. Мы сейчас посмотрели различные объекты в Ингушетии – и производственные, и социальные, и аграрные. Но проблемы сохраняются, и мы должны ими заниматься, в том числе безработицей, которая в округе самая высокая по стране. К тому же новая социальная инфраструктура, которую мы с вами вместе создаём, требует денег на содержание. Бюджеты регионов округа с этим не справляются, они дефицитные, и, чтобы исправить положение, нужно в первую очередь развивать производство. Наиболее перспективные отрасли экономики в округе хорошо известны. Это сельское хозяйство, пищевая, перерабатывающая, лёгкая промышленность и, конечно, индустрия туризма, отдыха и оздоровления.

Именно частные инвестиции, а не государственный бюджет в перспективе должны стать главным источником роста региона. Поэтому главная задача второго этапа государственной программы – это поддержка предпринимательства и стимулирование инвестиций, чтобы открывались новые предприятия, чтобы люди получали достойную работу, а региональные бюджеты – дополнительные налоговые поступления.

Конечно, федеральный центр будет и дальше помогать округу. Ряд региональных инвестиционных проектов, которые ещё предстоит отобрать, получат поддержку в рамках второго этапа государственной программы в 2017 году. Регионы уже представили около 100 инвестиционных проектов в разных отраслях. Федеральное софинансирование должны получить наиболее перспективные и хорошо проработанные проекты, которые учитывают возможности производственной кооперации на Кавказе, наши планы по импортозамещению, а также современный проектный подход, который сегодня используется на уровне Правительства. Сегодня обсудим механизмы отбора подобных проектов.

Важную роль в создании точек роста мы отводим институтам развития. Это и Корпорация развития Северного Кавказа, и акционерное общество «Курорты Северного Кавказа». Они занимаются созданием медицинского и туристического кластеров. Эту работу в 2017 году продолжим. Предусмотрена их докапитализация.

Создаётся туристический кластер, продолжается строительство курортов, канатных дорог, лыжных трасс, гостиниц и других инфраструктурных объектов в трёх республиках. Всё это, надеюсь, также будет работать на развитие региона.

Теперь давайте послушаем сообщение Министра по делам Северного Кавказа Льва Владимировича Кузнецова, а потом я попрошу выступить руководителей регионов со своими соображениями о том, что нужно сделать в ближайшее время.

Л.Кузнецов: В рамках своего выступления я постараюсь отразить промежуточные итоги, задачи по дальнейшей реализации программы в 2016 году, а также рассказать о планах и соответствующих предложениях для эффективной реализации второго этапа.

2016 год – ключевой с точки зрения завершения первого этапа и введения большого количества объектов. При этом структуру госпрограммы в этом году можно разбить на три блока: семь подпрограмм каждого из субъектов с общей суммой финансирования около 5 млрд рублей, по которым реализуются в общей сложности 32 социальных проекта; отдельная программа – ФЦП «Ингушетия», которая заканчивается в этом году, и блок проектов, реализуемых институтами развития.

На сегодняшний момент из общей суммы 5 млрд рублей профинансировано 3 млрд рублей, то есть около 60%, за счёт федерального бюджета. За счёт региональных бюджетов профинансировано сегодня 228 млн рублей, то есть 36%. Степень готовности объектов у нас более 74%.

Осталось всего лишь два месяца до завершения отчётного периода. Учитывая, что были приняты решения о том, что все неиспользованные остатки в первую очередь будут направляться на финансирование тех расходных обязательств по федеральному бюджету, которые приняты на 2017 год, для нас критично важно не допускать перехода денежных средств на следующий год и ввести все объекты именно в этом отчётном периоде.

Прошлый год показал, что в принципе мы научились это делать, но (акцентирую внимание в том числе коллег из соответствующих ГРБС) здесь очень важны именно жёсткое взаимодействие и контроль.

Есть один вопрос, я хотел бы, чтобы он нашёл отражение в рамках решения. У нас в связи с качественным составлением проектно-сметной документации Госэкспертизой образовалась экономия – 37 млн рублей по проекту строительства набережной в Дербенте. В то же время в сфере здравоохранения у нас ещё очень много задач. У нас есть ряд уже построенных медицинских объектов в Чеченской Республике, в Карачаево-Черкесии, где наблюдается дефицит медицинского оборудования. Поэтому мы просили бы, чтобы нам дали поручение вместе с Министерством финансов, Министерством здравоохранения эти деньги за короткий промежуток времени перераспределить именно на эти объекты и частично устранить те дефициты (подчеркну: к сожалению, только частично), которые по данным объектам существуют.

Что касается ФЦП Ингушетии: реализуется 18 объектов, количество денежных средств, выделяемых в этом году, – 3,2 млрд. Сегодня уже освоено 1,7 млрд рублей (почти 53%) – это из федерального бюджета. И из 198 млн рублей из республиканского бюджета – 72 млн рублей (38%).

Объём денежных средств, который ещё необходимо реализовать, – это полтора миллиарда. Ключевой ГРБС здесь – Министерство строительства. В принципе обеспокоенности нет, но всё-таки я просил бы обратить внимание и Минстрой, и республику, что все объекты должны быть реализованы. Также я обращаюсь ко всем коллегам: мы видим, что общее софинансирование из региональных бюджетов пока отстаёт от федерального. Просьба до конца года своё финансирование наверстать.

Результат по ФЦП Ингушетии: качественные изменения социальной инфраструктуры, появление большого количества объектов, что нашло отражение в важных показателях: это и снижение младенческой смертности, и в целом показатели по здоровью, и, соответственно, охват жителей, которые занимаются спортом. И самое главное: несмотря на то что в начале учебного года в Ингушетии ещё часть ребятишек (около 700) пошли учиться в третью смену, мы ожидаем, что по завершении программы у нас третьей смены в Ингушетии не будет. Останется два региона – Чеченская Республика и Дагестан, – где у нас данная негативная статистика, к сожалению, будет ещё присутствовать.

Третий блок – это институты развития. Этот год был для нас особенным в связи с тем, что впервые мы делали докапитализацию этих институтов именно в рамках госпрограммы. Несмотря на то что сама система реализации проектов, которыми занимаются «Курорты Северного Кавказа» (имеются в виду особые экономические зоны), претерпела изменения, нам удалось доказать, что необходимость выстраивания в единую технологическую цепочку особых экономических зон на Северном Кавказе, учитывая специфику реализации этого проекта, должна быть закреплена на уровне федерального центра.

У нас принято сегодня четыре приоритетных проекта в четырёх субъектах Северо-Кавказского федерального округа. Мы считаем, что планы, которые утверждены, будут реализованы. Единственная сложность (мы также попросили бы отразить это в протоколе) – мы столкнулись с тем, что в Кабардино-Балкарии особая экономическая зона распространяется на особо охраняемую природную территорию. Здесь есть, скажем так, изъян в законодательстве: непонятно, каков механизм возможного освоения особой природной территории при создании здесь особой экономической зоны. Поэтому необходимо дать поручение Минэкономразвития, Минприроды, Минкавказу, для того чтобы мы разработали предложение – как, не нарушая природоохранное законодательство, найти ту золотую середину, которая позволила бы реализовывать проект.

Подводя итоги 2016 года, я хочу ещё раз обратить внимание всех ГРБСов и регионов на необходимость тщательной концентрации усилий на завершении всех наших программ.

2017 год. Мы приступаем к новому сегменту нашей госпрограммы – это поддержка и развитие реального сектора экономики. Но я бы отметил и такой очень важный аспект: почти 3 млрд рублей мы направляем дополнительно (это была принципиальная договорённость, которую поддержал Александр Геннадьевич (А.Хлопонин)), на завершение всех ранее начатых социальных объектов. Их у нас 12: 5 – по линии Минстроя, 7 – по линии Минздрава.

Я хотел бы, чтобы в протокольном решении нашлось подтверждение того принципа, который был Вами утверждён, – что после завершения социальных объектов в рамках нашей программы остальные вопросы, связанные с устранением дефицита в школах, развитием системы здравоохранения и инженерно-инфраструктурных объектов, реализовывались бы через отраслевые программы. Такое решение было в 2015 году.

Есть протокол совещания у Дмитрия Николаевича Козака, в котором в принципе это отражено, но для нас важно, чтобы в ГРБС такие блоки появились. Региональный сегмент нам позволяет более чётко по каждому из отраслевых социальных блоков вычленить диспаритеты и максимально эффективно в рамках ограниченных финансовых ресурсов, в том числе базируясь на межрегиональном и межотраслевом взаимодействии, их устранить.

Как пример, у нас есть такая проблема в Чеченской Республике – это переселение жителей из оползневых зон. Изначально этот вопрос решался хотя и в рамках нашей госпрограммы, но за счёт дополнительных лимитов, выделяемых Министерством финансов. Сегодня у нас есть принципиальная поддержка Минстроя, чтобы это вошло в их мероприятия – обеспечение доступным и комфортным жильём и коммунальными услугами граждан России. А порядок финансирования и источники – работая уже над бюджетом 2017 года и на последующий период, Министерство финансов, Минстрой и мы смотрели бы уже по возможности. Здесь Минстроем будут уже выстроены правильная программа очереди, правильные механизмы и определены все остальные параметры.

О поддержке развития реального сектора экономики. У нас уже есть перечень предварительных проектов, разработан механизм отбора проектов, сформирована межведомственная рабочая группа. Очень важно, чтобы мы принципиально для себя приняли решение (и Вы поддержали, Дмитрий Анатольевич), что на первом этапе каждому субъекту, входящему в СКФО, мы выделяем изначально одинаковые лимиты. Это даёт нам возможность, с одной стороны, стартовать при равных возможностях, с другой стороны, эффективно оценивать работу каждой из управленческих команд. Те регионы, которые будут стимулировать, развивать инвестиционный климат, создавать необходимые условия в виде упрощения процедур строительства, выделения земельных участков, создания необходимой региональной инженерной инфраструктуры, в дальнейшем будут претендовать на возможность получения денежных средств при распределении их из регионов с менее эффективными показателями работы.

С другой стороны, это даёт возможность те деньги, которые уже закреплены за регионом, на возвратной основе после того, как проект заработал, реинвестировать в новые проекты. Поэтому для нас очень важно до конца года сформировать реестр этих проектов. Есть принципиальная позиция, что каждый проект должен будет при предварительном заявлении в Министерство финансов проходить финансово-экономическую оценку, с точки зрения его социально-экономического эффекта, мультипликативного эффекта. Ключевой является компонента, что более 50% должно быть обязательно частных инвестиций.

Дмитрий Анатольевич, сегодня Вы увидели, что одна из ключевых ниш в рамках тех проектов, которые мы собираемся реализовать, – это проекты в агропромышленном комплексе.

Мы также попросили внести в протокол и нашли понимание положения по двум пунктам. Логистические склады, которые строятся, – у нас сегодня ограничение, всего лишь 20 тыс. т. Всё-таки практика показывает, что иногда бывает выгодно строить и пятидесятитысячники, и другие. Поэтому первая просьба – чтобы всё-таки это ограничение было снято.

Второй вопрос. Мы ориентируемся в первую очередь в рамках программы импортозамещения на использование российской техники, но по садам, по определённым технологиям всё-таки у нас есть техника, которая не производится в России и, наверное, в ближайшее время производиться не будет. Поэтому здесь тоже в проекте протокола нашло отражение поручение нам вместе с Минсельхозом, Минпромторгом проработать эти вопросы.

Первый – это их сертификация, потому что здесь есть процедура, которая принципиально нам не позволяет эту технику завести на территорию Российской Федерации. А второй – на какой-то короткий промежуток времени, до создания и локализации производства (а я уверен, что такие планы, в том числе и на Кавказе, есть), всё-таки изыскать возможность определённого субсидирования, потому что от уровня механизации в конечном итоге зависит и конкурентоспособность проекта.

Пока не нашёл отражения один пункт в протоколе – здесь опять же Минсельхоз нас принципиально поддерживает. У нас на Кавказе очень часто сельхозпроизводитель – это малый и средний бизнес, и построить логистическую инфраструктуру (склад, к примеру, по хранению овощей и фруктов) для него не всегда целесообразно, а с другой стороны, неподъёмно. И мы как раз с институтом развития, КРСК (Корпорация развития Северного Кавказа), планируем вместе с регионами сконцентрироваться на таких системообразующих проектах. Но они не имеют статуса сельхозпроизводителя, поэтому для нас очень важно, чтобы на такие инфраструктурные проекты меры поддержки также распространялись. Это критично важно, чтобы мы могли быстро и эффективно построить такие важные объекты.

Учитывая доведённые лимиты, мы принципиально готовы к завершению первого этапа 2016 года и к началу реализации второго этапа. С учётом показателей снижения безработицы, создания возможностей для дополнительных налоговых поступлений, мы намерены в будущем ставить вопрос о выделении на программу дополнительных лимитов.

Кроме прямых эффектов, мы создаём ещё и косвенные эффекты, но они очень важны для нашего региона. Это прежде всего новый качественный уровень инвестиционного климата с использованием лучших практик России. Приток инвестиций на Кавказ будет ярким тому свидетельством.

Мы считаем, что именно эта программа будет очень мощным стимулом для выхода в открытую экономику тех предпринимателей, которые ещё работают в тени.

Данная программа – это и реальный инструмент оценки региональных команд, занимающихся экономикой.

И самое главное – это дальнейшая реализация планов по улучшению имиджа Кавказа. Для нас очень важно, чтобы Кавказ зарабатывал деньги и мог кормить Россию.

Ю.-Б.Евкуров: Что я хотел бы сказать? У нас довольно серьёзная проблема по социалке, несмотря на то что мы много делаем. Только в этом году, до 20 декабря, мы сдаём 22 новые школы, в том числе школу на 1,5 тыс. мест в Магасе. Это новые учебные места, порядка 8 тыс. школьных мест. И плюс сдаём ещё шесть дошкольных учреждений. Это большое строительство, в советское время таких проектов за один год не было.

При этом мы благодаря ФЦП (за это огромное спасибо Правительству) довольно серьёзно подняли социалку: количество людей, занимающихся спортом, увеличилось с 3% почти до 20%; обеспеченность дошкольными учреждениями возросла с 9% почти до 23%; 20 декабря практически завершаем трёхсменку в республике, на 20% снизили двухсменку. Это хорошие прорывы.

Д.Медведев: Правильно я понимаю, что в следующем году у вас уже не будет трёхсменки?

Ю.-Б.Евкуров: Да.

Плюс мы вышли на трёхуровневое медицинское обслуживание населения, ещё четыре года назад его трудно было назвать даже одноуровневым.

Но мы исторически довольно серьёзно отстаём, поэтому я к Вам, Дмитрий Анатольевич, и обращался. Эта просьба остаётся в силе – поддержать нас (Минкавказ нас в этом отношении поддерживает) или в рамках отдельной программы, или через отраслевые министерства, но чтобы всё-таки социалка не зависла у нас. Потому что мы сейчас – это было правильное Ваше поручение – средства ФЦП по развитию Северо-Кавказского региона пускаем на экономически важные направления.

По агропромышленному комплексу. У нас есть ряд мощных проектов, в том числе и сады, и молочно-мясной комплекс хорошо развивается. Хороший «мясной» проект, в этом году мы первый этап завершаем, – это говядина и баранина. И птицекомплекс – здесь опять же с помощью Минкавказа и Корпорации развития Северного Кавказа берём этот проект на контроль. Я думаю, что это будут хорошие проекты, они создадут много рабочих мест.

Мы примерно на 22% за последние пять лет снизили безработицу, подняли в разы и валовый региональный продукт, и собственные доходы. В этом вопросе мы идём с опережением, вошли в двадцатку успешно развивающихся регионов.

По остальным вопросам мы обязуемся в этом году завершить то, что начато, освоить те средства, которые есть, и не подвести Правительство.

Р.Темрезов: Реализация мероприятий подпрограммы «Социально-экономическое развитие Карачаево-Черкесской Республики» государственной программы «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» ведётся в тесном взаимодействии с Министерством по делам Северного Кавказа. В текущем году средства, предусмотренные на реализацию, на 1 октября освоены на 90%, все оставшиеся средства мы до конца текущего года освоим в полном объёме.

Я хотел бы поблагодарить Правительство Российской Федерации, все министерства и ведомства за поддержку в тех проектах и начинаниях, которые сегодня на территории Карачаево-Черкесской Республики реализуются.

Хотел бы также затронуть один вопрос, о котором Вы говорили, – об институтах развития. Мы с «Курортами Северного Кавказа» достаточно плотно работаем над созданием нашего горнолыжного кластера «Архыз», и я хотел бы, пользуясь случаем, Дмитрий Анатольевич, пригласить Вас ознакомиться с этим объектом.

В.Битаров: В рамках подпрограммы «Социально-экономическое развитие Республики Северная Осетия – Алания на 2016–2025 годы» государственной программы Российской Федерации «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на территории республики ведётся работа по двум объектам: строительство инфекционного корпуса на 100 коек Республиканской детской клинической больницы, завершение которого планируется в 2017 году (объём финансирования – 342,2 млн рублей), а также реконструкция водопроводных сетей населённых пунктов Дигорского района – техническая готовность составляет 86,2%, до конца года мы эту работу завершим.

Основными направлениями реализации подпрограммы с 2017 года являются развитие промышленного производства, агропромышленного комплекса, транспортно-логистической инфраструктуры и туристического кластера. В связи с этим отобраны и направлены на рассмотрение Минкавказа 22 инвестиционных проекта общим объёмом 5,5 млрд рублей, в том числе в сфере АПК – восемь проектов, в сфере промышленности – шесть проектов, в сфере туризма и рекреации – семь проектов.

Надеемся, что после утверждения методических указаний по использованию организационно-финансовых механизмов данный перечень будет дополнительно уточнён и приведён в соответствие с утверждёнными лимитами.

Р.Кадыров: Мы свои предложения и замечания направили в Минкавказа России. Я думаю, что мы будем решать вопросы в рабочем порядке, как и решаем. И хочу поблагодарить Министерство по делам Северного Кавказа и Вас за то, что уделяете внимание региону.

Но у нас особая, сложная ситуация в том, что касается образования. Потому что если в Ингушетии можно завершить трёхсменку в этом году, то у нас это будет чуть дольше и этим надо заниматься. Если не принять конкретную программу или если не будет отдельного подхода, то эту проблему мы не сможем решить.

Поэтому я бы попросил Вас, чтобы Вы лично взяли это под контроль и дали соответствующим министерствам, которые этим вопросом занимаются, поручения.

В.Владимиров: В рамках реализации программы социально-экономического развития в Ставропольском крае остался незавершённым лишь один объект – поликлиника в Юго-Западном районе. Было построено две школы, ещё одна школа спортивная, закончили строительство перинатального центра.

Хотел бы затронуть ещё один вопрос. Звучали предложения разного рода по неработающему населению. Могу цифры по Ставропольскому краю назвать: 863 тыс. человек работающего населения, трудоспособного возраста, но нигде не числящихся – порядка 506 тыс. человек. Я за них плачу в систему обязательного медицинского страхования порядка 11 млрд рублей.

Очень хотел бы, чтобы Правительство поддержало и наш регион, и Максима Анатольевича (Топилина) в части введения налога на тунеядство.

Д.Медведев: Вы имеете в виду лиц, которые у вас находятся, но не работают?

В.Владимиров: Дмитрий Анатольевич, они все работают.

Официальная безработица у нас меньше 1% – порядка 14 тыс. человек. А все остальные люди они все работают. Это ЛПХ, сельское хозяйство. У меня количество зарегистрированных личных подсобных хозяйств полностью коррелирует с количеством неработающих граждан по районам. То есть они все заняты, самозанятые.

Д.Медведев: Прежде всего хотел бы сказать по поводу заявлений касающихся неработающих граждан.

Хочу обратить внимание и вас, и тех, кто анализирует эту проблему, что это никакой не налог на тунеядство и так лучше не называть. Речь идёт о вовлечении в систему платежей за социальные услуги тех, кто не зарегистрирован, и тех, кто не участвует в формировании соответствующих фондов, но в то же время пользуется социалкой. Вот о чём идёт речь, а не о налоге на тех, кто не работает.

У нас по действующим правилам, да и по Конституции, если хотите, можно и не работать. У нас нет ответственности, как в советские времена, в том числе и уголовной, за тунеядство, но те, кто в таких фондах не принимает участия – вот о них действительно министерство ставит вопрос.

Реакция на это очень разная, хочу обратить на это внимание – мы можем даже тут это обсудить, тем не менее вопрос существует, давайте его проанализируем.

Теперь по вопросам сегодняшнего заседания. Не скрою, каждый раз при проведении нашей комиссии на территории одного из регионов Северо-Кавказского округа, отмечаешь и перемены, и новые промышленные, и новые социальные объекты. Это, безусловно, радует. Но в то же время работать ещё нужно много, предстоит ещё большая и серьёзная работа. При этом хотел бы, чтобы в качестве ключа для работы по второй части программы, о которой мы сегодня говорим, мы использовали положения из доклада министра, которые заключаются в том, что основной упор нам сейчас нужно делать на привлечение частных инвестиций. И если это удастся, то тогда вся эта работа будет не зря и критика, которая раздаётся периодически, окажется абсолютно необоснованной. Это будет означать, что мы смогли поднять промышленный и аграрный потенциал Северного Кавказа. Давайте в таком ключе и обсудим будущее программы.

Россия. СКФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 октября 2016 > № 1945109 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 18 октября 2016 > № 1938063

Далеко ли бюджету России до исчерпания резервов

Антон Табах

Процесс проедания резервов и наращивания долга действительно идет, но темпы его не катастрофические, угрозы для стабильности бюджета они не представляют. А Резервный фонд для того и создавался, чтобы смягчить шоки от падения цен на нефть и газ и дать экономике и бюджету время, чтобы подстроиться под новые условия

Даже в хорошие годы процедура принятия госбюджета вызывает у прессы и публики волну вопросов, по сути сводящихся к вечному: «Где деньги, Зин?» В годы кризисные публика ожидает исключительно негатива в стиле «Все украдено до нас». И даже относительно нейтральные новости и события в СМИ и соцсетях начинают интерпретировать как знаки надвигающегося зомби-апокалипсиса.

Например, снижение бюджета Минздрава в проекте федерального бюджета примерно на треть (с 274 до 189 млрд рублей) трансформировалось в панические заголовки «Правительство снижает расходы на медицину на треть». При этом мало кто владеет бюджетной арифметикой и знает, что основные расходы на здравоохранение в России не первое десятилетие идут совсем не через Минздрав. Львиная их доля проходит через Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и его территориальные структуры. В этот же фонд со следующего года переданы и квоты на высокотехнологичную помощь.

Бюджет Фонда ОМС на 2016 год – 1688 млрд рублей, на 2017-й запланировано 1692 млрд рублей. В результате тут действительно можно обнаружить сокращение расходов на здравоохранение в реальном выражении, дыру в случае выполнения «майских указов» в полном объеме, но совсем не снижение на треть.

Судьбы Резервного фонда и Фонда национального благосостояния также волнуют всех не меньше, чем скрытый секвестр бюджета. Согласно проекту федерального бюджета из Резервного фонда (размещен в ликвидных валютных активах) в 2017 году планируется забрать на финансирование дефицита 1,15 трлн рублей. Сейчас в фонде около 2 трлн рублей, но до конца года возможны траты, хотя вряд ли они составят более 500 млрд рублей.

При более высоком курсе доллара и евро размер Резервного фонда вырастет сам собой (впрочем, как и доходы бюджета), а значит, фонд вполне может протянуть и до 2018 года. Строго говоря, нынешняя ситуация соответствует задумке Алексея Кудрина в начале 2000-х – Резервный фонд для того и создавался, чтобы смягчить шоки от падения цен на нефть и газ и дать экономике и бюджету время, чтобы подстроиться под новые условия. Заначка была сделана ровно для той цели, для которой она сейчас используется.

Кроме того, запланировано задействовать Фонд национального благосостояния (ФНБ), из которого в 2017 году должны будут потратить 660 млрд рублей, а в 2018 году – 1,14 трлн рублей. Сейчас в Фонде национального благосостояния активов на 4,6 трлн рублей, но около трети из них – «неликвиды»: кредиты ВЭБу, дефолтные облигации Украины и тому подобные сокровища нации. Еще около полутора триллионов ликвидных запасов должно остаться. Более слабый рубль дополнительно увеличит резервы. Новых пополнений пока не предвидится. Таким образом, даже при довольно пессимистичном прогнозе некоторый запас все равно сохранится.

Но самым главным резервом правительства остается достаточно низкий по сравнению почти со всеми развитыми и развивающимися странами уровень государственного долга России. Суверенный внешний долг сейчас составляет около 6% российского ВВП, внутренний долг (без гарантий) – около 10%. Для сравнения: в 2000 году российский госдолг достигал 160% ВВП.

Кроме того, структура выплат достаточно комфортна, облигации долгосрочные, а ставки весьма умеренны. Некоторая стабилизация российской экономики восстановила интерес к рынку облигаций федерального займа (ОФЗ) России, высокие реальные процентные ставки сохраняют его привлекательность и для внутренних инвесторов, и для иностранцев.

Было бы глупо не использовать такую возможность – а Минфин глупостями, как правило, не занимается. Поэтому на 2017 год запланированы активные заимствования и внутри страны, и за рубежом. Чистые заимствования на рынке ОФЗ должны составить 1,05 трлн рублей – это вдвое больше, чем в 2016 году. С учетом намеченных погашений в 829 млрд рублей ожидается размещений на 1,9 трлн рублей, что при доходах бюджета в 14 трлн рублей не запредельно много.

Кроме того, запланированы заимствования за рубежом на $7 млрд – опыт размещений этого года показал, что спрос (во многом из внутренних источников) на такие бумаги в валюте очень крепкий. Международные рейтинговые агентства также меняют взгляд на Россию к лучшему – в прошлую пятницу Fitch улучшил прогноз развития российского суверенного рейтинга, немного раньше то же самое сделало Moody’s.

Процесс проедания резервов и наращивания долга действительно идет, но темпы его не катастрофические, угрозы для стабильности бюджета они не представляют. Во многом это бюджетная эквилибристика с перекладыванием денег и бумажек из одного казенного кармана в другой. В отличие от 1997 года (последний открытый секвестр) и 2000–2001 годов риски классического дефолта (невыплат по долгам) и кризиса ликвидности в ближайшие три года у России будут не выше, чем шансы выйти на контакт с инопланетянами.

Тем не менее никто не отменяет неизбежного и долгосрочного давления на бюджет со стороны дефицитной пенсионной системы, раздутых расходов на силовые структуры и перевооружение армии, нестабильной налоговой базы и дыр, возникающих в региональных бюджетах, которые тем или иным образом придется затыкать.

Скрытый рост налогов (через штрафы и ужесточение администрирования) также ставит под сомнение бодрые планы по бюджетной консолидации. Именно эти сложные вопросы с неочевидными решениями, а не короткая и яркая судьба резервных фондов или же размеры госдолга должны беспокоить общество и власти.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 18 октября 2016 > № 1938063 Антон Табах


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 13 октября 2016 > № 1931882

Заседание Правительства.

В повестке: о федеральном бюджете и бюджетах государственных внебюджетных фондов, прогнозе социально-экономического развития, основных направлениях бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы завершаем подготовку бюджета – главного финансового закона страны на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов. Обсудим комплекс документов, которые формируют идеологию бюджета, определяют основные условия нашей работы, ключевые задачи на ближайшие три года, чтобы затем направить весь пакет документов в Государственную Думу.

Как мы с вами условились (и с коллегами-депутатами тоже), это должно произойти до 28 октября текущего года. В этот набор документов входят прогноз социально-экономического развития, основные направления бюджетной, налоговой и таможенно-тарифной политики, а также бюджеты государственных внебюджетных фондов. Банк России представит основные направления единой государственной денежно-кредитной политики.

Подготовка бюджета даже в относительно спокойной ситуации – это всегда нелёгкий процесс, и в обычных условиях всегда ищут компромисс между потребностями и возможностями государства. А сейчас нам приходится учитывать и дополнительные факторы, которые появились в последние годы. Так что в этом смысле формирование проекта государственного бюджета было подчинено той же логике, которая была и в прошлом, и в позапрошлом году – я имею в виду наличие санкций и различного рода ограничений, а также те сложные процессы, которые в настоящий момент продолжаются на сырьевых рынках и у наших ключевых торговых партнёров. К сожалению, всё это не добавляет определённости при формировании наших финансовых планов.

Тем не менее всю необходимую работу по подготовке бюджета мы с вами провели. Это длинный, сложный процесс, провели массу разных отраслевых совещаний, было много согласований, споров, но в результате бюджет подготовлен. Он, конечно, непростой, отражает текущую экономическую ситуацию, по отдельным позициям и весьма жёсткий. Но хотел бы сразу настроить всех, кто с ним в дальнейшем будет работать, на максимально рациональный и прагматичный подход, поскольку новый бюджет адекватен тем возможностям, которыми мы сегодня располагаем.

Начнём с прогноза. Ориентиром для бюджета стал консервативный вариант социально-экономического развития нашей страны, нашей экономики. Мы исходили из весьма осторожной оценки будущей динамики цен на нефть. Это тоже вызывало споры. Тем не менее я считаю такой подход правильным, чтобы доходы бюджетников – врачей, учителей, всех, кто получает деньги из бюджета, – меньше зависели от сырьевой конъюнктуры.

Также мы исходили из другого предположения – о вероятности сохранения санкций и ответных мер, которые мы принимали в течение всех трёх лет на протяжении срока бюджетного прогнозирования. Но даже этот базовый сценарий предусматривает постепенный переход экономики от стагнации к росту. Мы ожидаем, что уже в следующем году появятся признаки не только восстановления, но и роста экономики и в дальнейшем этот рост будет укрепляться.

Мы сегодня также рассмотрим проект основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2017–2019 годы. Он подготовлен в соответствии с существующими правилами Банком России.

Каковы задачи в этой сфере?

Во-первых, мы продолжим политику максимального сдерживания инфляции. В текущем году она снизилась почти вдвое – с почти 13% в декабре 2015 года до 6,9% в августе 2016 года. Тем самым мы смогли сохранить и защитить от обесценивания зарплаты, пенсии, социальные пособия, другие выплаты. Это позитивная тенденция, и её нужно поддерживать. Банк России планирует снизить инфляцию до 4% к концу следующего года и в последующем сохранять её на этом уровне. Это цель сложная, амбициозная, но очень важная для нашей экономики.

Во-вторых, нужно сделать кредитные ресурсы более доступными. Низкие и стабильные процентные ставки позволяют более уверенно планировать бизнес, планировать потребительские расходы, включая покупку недвижимости, образование, лечение. В этом году Банк России уже дважды снижал ключевую ставку. Рассчитываем, что экономическая ситуация следующего года позволит продолжить политику стимулирования кредитной активности.

В-третьих, нужно создавать условия, чтобы сбережения становились инвестициями, не лежали, что называется, в чулках, а работали на развитие экономики. Для этого прежде всего необходимо доверие к банковской системе (мы стараемся его в максимальной степени поддерживать), выгодные ставки по вкладам и гарантии их сохранности и возврата.

Ещё один документ – это основные направления таможенно-тарифной политики. В ближайшие три года с помощью мер таможенно-тарифного регулирования мы продолжим создавать благоприятные условия для импортозамещения и поддерживать российские компании, которые экспортируют товары на мировой рынок, прежде всего в несырьевом секторе. В условиях нестабильности глобальной экономики, санкционного давления эффективно решать эти задачи позволяет формат Евразийского экономического союза. Мы намерены наращивать производственную технологическую кооперацию внутри союза, чтобы создавать товары и услуги, которые ранее нам приходилось импортировать, и в целом повысить конкурентоспособность и экспортные возможности компаний, которые работают в странах нашего союза.

Кроме того, нам нужно будет завершить гармонизацию таможенно-тарифной политики в рамках так называемой пятёрки. Это обеспечит максимальные преимущества нашим производителям в рамках зоны свободной торговли и тех зон, которые союз сегодня создаёт с другими государствами.

Защищать интересы российских экспортёров мы сможем в двусторонних переговорах с ведущими торговыми партнёрами и многосторонних форматах, таких как Всемирная торговая организация, будем последовательно устранять барьеры для продвижения российских товаров на внешние рынки.

Мы также обсудим проект основных направлений налоговой политики. На чём здесь нужно сконцентрировать внимание? Во-первых, налоговая система должна обеспечивать доходы бюджета. От этого зависит выполнение приоритетных проектов и социальных обязательств государства, поэтому нужно совершенствовать налоговое администрирование, поощрять добросовестных плательщиков и, конечно, жёстче спрашивать с тех, кто нарушает налоговые правила. Во-вторых, необходимо создавать благоприятные условия для деловой активности. Уже сформирована система налоговых стимулов для малого бизнеса и для индивидуальных предпринимателей. Действуют такие механизмы, как территории опережающего развития и специальный инвестиционный контракт. В ближайшие годы мы продолжим их развитие.

Будем продолжать также совершенствовать систему акцизов и налогообложения добычи полезных ископаемых. Но делать это нужно так, чтобы дополнительная фискальная нагрузка не влияла на инвестиционные программы, не мешала компаниям развиваться, вести разведку и осваивать новые месторождения.

В-третьих, более сбалансированными предстоит сделать региональные бюджеты. Для этого нужно иначе распределить налог на прибыль между территориями и федеральным центром и ввести дополнительные требования к участникам консолидированных групп налогоплательщиков. Кроме того, мы продолжим предоставлять дополнительные льготы по региональным инвестиционным проектам, особенно по таким стратегически важным регионам, как Дальний Восток.

Хочу особо подчеркнуть: в целом уровень налоговой нагрузки на бизнес не должен увеличиваться. Это соответствует и нашим прежним подходам. Более того, для малых и средних предприятий, для людей, которые работают в сфере услуг без создания предприятия, сам механизм учёта и уплаты налогов должен стать проще и прозрачнее.

Несколько слов собственно о бюджетной политике и проекте федерального бюджета.

Первое. Бюджет должен обеспечивать макроэкономическую и социальную стабильность. Всё то, что полагается людям по закону – так называемые публичные нормативные обязательства, – должно быть гарантировано финансовыми источниками. Именно поэтому мы и используем консервативный прогноз.

Бюджет – это ключевой инструмент социальной политики. От него зависит жизнь миллионов людей – не только напрямую, через зарплаты, социальные выплаты, но и косвенно, через те проекты, которые мы ведём в рамках различных государственных программ. Граждане должны быть уверены: все социальные обязательства будут исполняться в полном объёме, как бы ни складывалась экономическая ситуация.

Благодаря резервам, мерам поддержки отдельных отраслей и тем решениям, которые принимались в социальной сфере, мы неплохо прошли сложный период, сохранили устойчивость государственных финансов, хотя желающих заработать на трудностях политические очки, в том числе в предвыборный период, было много. Нас призывали к разным решениям: и фактически включить печатный станок, и отказаться от антиинфляционных действий или срезать социальные расходы, увеличить налоги. Ни на одно такое крайнее решение мы не пошли.

Исходя из консервативного варианта прогноза, мы соответственно планируем показатели доходной и расходной частей государственного бюджета. Приведу некоторые основные цифры укрупнённо: доходы – 13,4 трлн рублей (это 15,5% к ВВП), а расходы – чуть более 16 трлн. Дефицит – порядка 2,7 трлн, это чуть больше 3% ВВП. Такой дефицит в целом адекватен нынешнему состоянию российской экономики, это меньше, чем мы ожидаем по итогам текущего года. Главное, что он просчитан с учётом наших реальных возможностей по его финансированию и обслуживанию государственного долга, поэтому он безопасен для бюджетной системы.

По механизму финансирования дефицита есть разные мнения. Нужно действовать, безусловно, крайне аккуратно. Постоянно жить в долг, как некоторые государства, мы себе позволить не можем. Поэтому Минфин предлагает провести бюджетную консолидацию, поэтапно снижать дефицит на один процентный пункт к валовому внутреннему продукту в год и постепенно привести расходы в соответствие с доходами, как это было у нас некоторое время назад.

Речь идёт о федеральном бюджете, но мы понимаем, что сбалансированность всей системы в немалой степени зависит от региональных бюджетов. Здесь необходимо повысить эффективность межбюджетных отношений. Мы дополнительно поможем тем регионам, которые сегодня сталкиваются с трудностями, в том числе будем стимулировать их снижать долговую нагрузку, стараться наращивать налоговый и экономический потенциал.

Второе, о чём хотел бы сказать. Сохраняя финансовую стабильность, мы не должны топтаться на месте. Наша цель – восстановить рост экономики. Поэтому мы продолжаем адресную поддержку ключевых отраслей – и промышленности, и сельского хозяйства, – причём не разгоняя инфляцию. Будем финансировать важнейшие инфраструктурные проекты, помогать предприятиям реального сектора, будем стараться адаптировать к новой обстановке малый и средний бизнес, продолжим стимулировать инновационную, инвестиционную и предпринимательскую активность.

Для этого нужно задать понятные ориентиры для тех, кто планирует инвестировать в реальный сектор. Именно поэтому мы возвращаемся к трёхлетнему бюджетному планированию – это тоже в целом достижение, о чём вчера на совещании у Президента говорил Министр финансов.

Как и в прошлые годы, будет сформирован специальный резерв – до 100 млрд рублей, по возможности его объёмы могут быть увеличены, – который будет использован в том числе на те приоритетные проекты, приоритетные цели, которыми мы занимаемся.

Будем заниматься и мобилизацией дополнительных доходов. Хочу специально подчеркнуть: сама по себе мобилизация должна не только решать фискальные задачи (хотя они тоже важны), но и стимулировать структурные изменения – сокращать избыточное присутствие государства в экономике, выравнивать конкурентные условия для предприятий и работать в конечном счёте на восстановление роста.

Третье, о чём хотел бы сказать.

Двигаться к этим целям предстоит в условиях жёстких ограничений. Главным распорядителям бюджетных средств придётся ещё более активно заниматься оптимизацией расходов, в том числе перераспределять ресурсы от низкоэффективных программ в пользу приоритетов. Вчера мы об этом говорили с вами на заседании президиума совета по приоритетным проектам.

Именно поэтому мы и переходим на проектное управление. Его смысл очевиден: мы должны направлять ресурсы туда, где возможна максимальная отдача и для людей, и для экономики, где нужно сфокусироваться на конкретных результатах и эти результаты предъявить в виде построенных школ, больниц, жилых домов, безопасных дорог, новых промышленных предприятий, всех тех позиций, которые мы сформулировали в приоритетах.

Есть определённые резервы и в администрировании доходов бюджета. Концентрация ряда полномочий в рамках Министерства финансов, включая таможню, алкогольный рынок, надеюсь, позволит увеличить поступления в казну. Мы на это также рассчитываем.

Теперь о бюджетах государственных внебюджетных фондов – Пенсионного, фондов социального и обязательного медицинского страхования. Через эти фонды идут средства на социальные пособия, которые получают люди, на пенсии, больничные, ежемесячные выплаты инвалидам, ветеранам. Через фонды выделяются деньги на бесплатную медицинскую помощь, выдаётся материнский капитал.

Наша главная задача – поддержать бюджеты фондов и обеспечить выполнение социальных обязательств, чтобы и пенсионеры, и многодетные семьи, все, кто нуждается в помощи, получили такую помощь в необходимых объёмах и вовремя. В бюджетах должны быть заложены все необходимые для этого решения. Сегодня мы обсудим их основные параметры.

В бюджете Пенсионного фонда мы предусмотрели расходы на ежегодную индексацию. Несмотря на то что инфляция замедляется, цены всё-таки растут. Особенно остро это ощущают люди с невысокими доходами, в том числе пенсионеры. Им в этих условиях труднее, поэтому мы провели частичную индексацию пенсий в феврале. В начале следующего года пенсионеры получат единовременную выплату в виде 5 тыс. рублей, а в феврале мы уже проведём индексацию пенсий в полном объёме по итогам накопленной инфляции за 2016 год. Будут проиндексированы и некоторые другие социальные выплаты.

По проектному подходу. Мы действительно меняем способ работы и поэтому рассмотрим проект постановления Правительства, которое создаёт необходимую нормативно-правовую базу для того, чтобы и в Правительстве, и в министерствах был единый порядок проектной деятельности.

Изменятся и межведомственные отношения. Те, кто участвует в проектах, должны напрямую взаимодействовать друг с другом, решать вопросы без долгих и, как правило, избыточных согласований.

На заседании президиума в Сочи было дано поручение по организации проектной деятельности в федеральных министерствах и ведомствах. В ближайшее время мы обсудим состояние этой работы на одном из заседаний президиума совета.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 13 октября 2016 > № 1931882 Дмитрий Медведев


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 октября 2016 > № 1924852

Путь вперед

Президент США пишет о четырех важнейших направлениях экономической политики, по которым работа не была завершена, и которыми должен заняться его преемник

Барак Обама (Barack Obama), The Economist, Великобритания

Куда бы я ни приезжал в эти дни, дома или за границей, люди задают мне один и тот же вопрос: что происходит в американской политической системе? Как страна, которая выигрывала — возможно, в большей степени, чем любая другая страна — от иммиграции, торговли и технологических инноваций, внезапно стала на путь протекционизма, направленного против иммигрантов, против инноваций? Почему некоторые ультралевые и даже скорее ультраправые встали под знамена грубого, примитивного популизма, обещающего возврат к прошлому, которое вернуть невозможно — и которое, для большинства американцев не существовало вообще?

Да, правда, Америку охватила определенная тревога и раздражение по поводу сил глобализации, иммиграции, технологии и даже самих перемен. Тревога эта не нова и ничем не отличается от того недовольства, которое распространяется по всему миру и часто проявляется в виде скептицизма в отношении международных институтов, торговых соглашений и иммиграции. Эти настроения просматриваются и в результатах недавнего голосования Британии за выход из Евросоюза, и в росте влияния популистских партий во всем мире.

Это недовольство в значительной степени вызвано опасениями, по сути своей не являющимися экономическими. Анти-иммигрантские, анти-мексиканские, анти-мусульманские настроения и неприятие беженцев, которые сегодня выражают некоторые американцы, являются отголосками шовинистских перегибов прошлого (серии законов об иностранцах и подстрекательстве к мятежу, принятых в 1798 году, анти-католических, ксенофобских и расистских движений сторонников нативистской партии «ничегонезнаек» середины 1800-х годов, анти-азиатских настроений конца XIX-го и начала XX веков) и других исторических периодов, когда американцам внушали, что они могли бы возродить былую славу, если бы только установили контроль над какой-то группой людей или идеей, которые угрожают Америке. Мы преодолели эти страхи, и преодолеем их снова.

Но в основе этого недовольства лежит отчасти вполне оправданная обеспокоенность, связанная с долгосрочными экономическими факторами. Из-за снижения темпов роста производительности труда и роста неравенства в распределении доходов, продолжавшихся на протяжении нескольких десятилетий, произошло замедление роста доходов в семьях с низким и средним достатком. Глобализация и автоматизация ослабила позиции рабочих и понизила их способность обеспечивать себе достойную заработную плату. Слишком многие потенциальные физики и инженеры на протяжении своего жизненного пути занимались перекладыванием денег в финансовом секторе, вместо того, чтобы применять свои таланты на инновации в реальном секторе экономики. И финансовый кризис 2008 года, похоже, лишь усилил изоляцию корпораций и элит, которые, судя по всему, зачастую живут совсем не по тем правилам, по которым живут обычные граждане.

Поэтому неудивительно, что так много людей согласны с заявлением, что кругом сплошное мошенничество, и игра ведется нечестно. Но при всем этом вполне понятном разочаровании его во многом нагнетают политики, которые не улучшают ситуацию, скорее усугубляют проблему. При этом важно помнить, что капитализм был самым лучшим из известных миру побуждающих стимулов для достижения процветания и создания благоприятных возможностей.

За последние 25 лет доля людей, живущих в крайней нищете, упала почти с 40% до уровня менее 10%. В прошлом году рост доходов американских семей достиг исторического максимума, и уровень бедности снижался быстрее, чем в любой период с 1960-х годов. Реальные зарплаты росли в течение этого экономического цикла быстрее, чем в любой период с 1970-х годов. Эти достижения были бы невозможны без процессов глобализации и технологических преобразований, которые являются источниками тревоги в нынешних политических дебатах

Это парадокс, который определяет наш сегодняшний мир. Мир сегодня процветает, как никогда прежде, но все же, для нашего общества характерны неопределенность и беспокойство. Так что у нас есть выбор — вернуться к старой, закрытой экономике или настойчиво двигаться вперед, признавая неравенство, которое может возникнуть в результате глобализации, но стремясь при этом сделать глобальную экономику более эффективной для всех людей, а не только для тех, кто наверху.

Сила во благо

Стремление к прибыли может стать мощной силой, которая будет направлена на общее благо и будет заставлять предприятия создавать продукты, от которых потребители будут в восторге, или мотивировать банки кредитовать растущие компании. Но само по себе это не приведет к достижению всеобщего процветания и росту. Экономисты уже давно признали, что рынки, предоставленные самим себе, могут обрушиться. Это может произойти из-за стремления к монополии и погони за рентой (о чем писала эта газета), из-за неспособности компаний и предприятий учитывать влияние своих решений на других посредством загрязнения окружающей среды, того, как по причине несоответствия информации потребители могут подвергнуться риску, пользуясь небезопасными товарами, или из-за чрезмерно дорогого медицинского страхования.

С более принципиальной точки зрения капитализм, созданный меньшинством и не подотчетный многим, является угрозой для всех. Экономики более успешны, когда мы устраняем разрыв между богатыми и бедными, и рост тогда благоприятен для всех слоев общества. Мир, в котором 1% населения контролирует такие же богатства, как и остальные 99% жители планеты вместе взятые, никогда не будет стабильным. Разрыв между богатыми и бедными явление не новое, но точно так же, как ребенок в трущобах может видеть стоящий неподалеку небоскреб, техника позволяет любому владельцу смартфона увидеть, как живут самые привилегированные. Ожидания растут быстрее, чем правительства могут их оправдать, и всепроникающее чувство несправедливости подрывает веру людей в систему. Без доверия капитализм и рынок не могут продолжать обеспечивать те прибыли и тот успех, которые они обеспечивали в прошлых веках.

Это парадоксальное сочетание прогресса и опасности формировалось не одно десятилетие. И хотя я горжусь тем, чего добилась моя администрация за эти последние восемь лет, я всегда признавал, что для того, чтобы окончательно усовершенствовать наш союз, потребуется гораздо больше времени. Президентство — это эстафета, требующая от каждого из нас вносить свой вклад, чтобы приблизить страну к реализации ее самых высоких устремлений. Так с чего же придется продолжить моему преемнику?

Для того чтобы двигаться дальше, необходимо признать, что экономика Америки — это чрезвычайно сложный механизм. И, несмотря на то, как привлекательно начинают звучать более радикальные идеи (расформировать все крупнейшие банки или повысить до небес тарифы на импорт), экономика — это не абстракция. Ее нельзя просто полностью переконструировать, а потом снова собрать воедино без реальных последствий для реальных людей.

Вместо этого для полного восстановления веры в экономику, при которой трудолюбивые американцы могут идти вперед и добиваться успеха, необходимо решить четыре основные структурные проблемы: стимулировать рост производительности труда, бороться с растущим неравенством, гарантировать трудоустройство каждому, кто хочет, работать, и создать устойчивую экономику, ориентированную на дальнейший рост.

Восстановление экономического динамизма

Во-первых, в последние годы мы стали свидетелями невероятных технологических достижений за счет использования интернета, мобильного широкополосного доступа и устройств, искусственного интеллекта, робототехники, современных материалов, повышения энергоэффективности и индивидуализированной медицины. Но хотя эти новшества изменили жизнь, они еще не обеспечили значительного измеренного роста производительности труда. За последние десять лет Америка обеспечила самые высокие среди стран «Большой семерки» темпы роста производительности труда, а почти во всех развитых экономиках эти темпы замедлились. Без более быстро растущей экономики мы не сможем обеспечить того увеличения заработной платы, которого хотят люди — независимо от того, как мы разделим пирог.

Основной причиной недавнего замедления производительности была нехватка государственных и частных инвестиций, что отчасти является наследием финансового кризиса. Но оно также было вызвано и добровольными ограничениями: анти-налоговой идеологией, которая отвергает практически все источники нового бюджетного финансирования; фиксацией на дефицит за счет отсроченной квартплаты и платы за ремонт (особенно инфраструктуры), которые мы взваливаем на наших детей. А также политической системой — настолько узкопартийной и ангажированной, что идеи вроде реконструкции моста и аэропорта, которые раньше поддерживали обе партии, изначально обречены на неудачу.

Мы также могли бы помочь частным инвестициям и внедрению инновационных технологий за счет реформы системы налогообложения в части налогов на прибыль, которая понижает официальные налоговые ставки и закрывает лазейки, позволяющие уклоняться от налогов, и за счет государственных инвестиций в фундаментальные исследования и разработки. Для повышения экономического роста и обеспечения того, чтобы это было выгодно всем слоям общества, крайне важно проводить политику, ориентированную на образование. Такая политика предполагает различные меры — от повышения финансирования дошкольного образования до повышения качества образования в старших классах, что позволит сделать высшее образование более доступным и расширить качественную профессиональную подготовку.

Повышение производительность труда и зарплат также зависит от создания глобальной гонки за первенство в правилах торговли. Хотя некоторые сообщества пострадали от иностранной конкуренции, торговля не столько навредила нашей экономике, сколько помогла. Благодаря экспорту мы вышли из рецессии. Согласно докладу моего Экономического совета, американские фирмы, которые занимаются экспортом, в среднем платят своим работникам почти на 18% больше, чем компании, которые не выходят на международный рынок. Поэтому я буду и дальше настаивать на том, чтобы Конгресс проголосовал за Транстихоокеанское партнерство и за соглашение о Трансатлантическом торговом и инвестиционном партнерстве с ЕС. Эти соглашения, а также принуждение в силу торговых правил, позволят создать единые условия конкуренции для работников и предприятий.

Во-вторых, наряду с замедлением роста производительности труда в большинстве стран с развитой экономикой возросло неравенство, причем этот рост наиболее заметен в США. В 1979 году 1% самых богатых американских семей получили 7% от всех доходов после уплаты налогов. К 2007 году эта доля выросла более чем вдвое до 17%. Это ставит под сомнение саму суть американцев как народа. Мы не завидуем успеху, мы стремимся к этому и восхищаюсь теми, кто его добивается. Более того, мы часто допускаем большее неравенство, чем многие другие страны, потому что мы убеждены, что благодаря упорному труду мы сможем улучшить наше собственное положение и стать свидетелями того, как наши дети добьются еще больших успехов.

Как сказал Авраам Линкольн, «при том, что мы не предлагаем воевать с капиталом, мы хотели бы дать самому скромному человеку возможность разбогатеть наравне со всеми остальными». Вот какая проблема возникает с ростом неравенства — он снижает возможность социального продвижения личности. Рост неравенства делает верхнюю и нижнюю ступени социальной лестницы «более липкими» — то есть двигаться вверх и потерять свое место наверху становится труднее.

Экономисты назвали много причин усиления неравенства: технология, образование, глобализация, сокращение союзов и снижение минимальной заработной платы. Во всем этом что-то есть, и мы добились реального прогресса по всем этим направлениям. Но я считаю, что немаловажную роль также играют изменения в культуре и шкале ценностей. В прошлом разницу в оплате труда между руководителями компаний и их работниками сдерживал более высокий уровень социального взаимодействия между работниками на всех уровнях — в церкви, в школах, где учились их дети, в общественных организациях. Поэтому генеральные директора компаний приносили домой примерно в 20-30 раз больше денег, чем средний работник. Одной из причин того, что сегодняшний генеральный директор компании получает в 250 с лишним раз больше, является ослабление этого сдерживающего фактора или его устранение.

Экономики являются более успешными, когда мы ликвидируем разрыв между богатыми и бедными, и тогда рост идет на пользу всем. И это не только вопрос нравственности. Исследования показывают, что в странах с более выраженным неравенством экономический рост более непостоянен, и чаще происходят спады. Концентрация богатства на вершине социальной пирамиды означает снижение потребительских расходов в широких слоях населения — расходов, которые стимулируют рост рыночных экономик.

Америка показала, что прогресс возможен. В прошлом году доходы домохозяйств, находящихся в нижней и средней частях шкалы распределения доходов, повышались больше, чем у тех, кто находится в верхней части. По оценкам министерства финансов, за время моего президентства мы добились того, что к 2017 году доходы самых бедных семей, занимающих самую нижнюю из пяти ступеней шкалы распределения доходов, увеличатся, на 18%. При этом мы повысим почти на 7 процентных пунктов средние налоговые ставки для семей, доход которых составит более 8 миллионов долларов в год (это 0,1% хозяйств, находящихся в верхней части шкалы). Хотя 1% самых богатых семей сейчас платят больше налогов от своей львиной доли, налоговые изменения, принятые в годы моего президентства, увеличили долю от доходов, получаемую всеми другими семьями, в большей степени, чем в ходе налоговых изменений при других президентах — по крайней мере, с 1960 года.

Но даже этих усилий не достаточно. В будущем, принимая меры по преодолению многолетнего роста неравенства по доходам, мы должны действовать еще энергичнее. Решающую роль в этом должны сыграть профсоюзы. Они помогают работникам получить больший кусок пирога, но они должны быть достаточно гибкими, чтобы адаптироваться к условиям глобальной конкуренции. Двигаться в правильном направлении нам помогут такие меры, как повышение федеральной минимальной заработной платы, расширение налогового зачета за заработанный доход для работников, не имеющих без детей-иждивенцев, ограничение налоговых льгот для семей с высоким уровнем доходов, противодействие тому, чтобы колледжи повышали плату за обучение работающим студентам, и гарантии одинаковой зарплаты мужчинам и женщинам за одинаковый труд.

В-третьих, успешная экономика также зависит от реальных возможностей устройства на работу для всех, кто хочет работать. Однако Америка столкнулась с долгосрочным снижением доли работающих в основной группе трудоспособного населения. В 1953 году в состав рабочей силы не были вовлечены только 3% мужчин в возрасте от 25 до 54 лет. Сегодня их доля составляет 12%. В 1999 году в состав рабочей силы не были вовлечены только 23% работоспособных женщин. Сегодня их доля составляет 26%. Начиная с конца 2013 года, люди приходящие или возвращающиеся в состав рабочей силы в условиях укрепления экономики, компенсируют сокращение рабочей силы, связанное со старением и выходом на пенсию представителей послевоенного поколения. Благодаря этому доля рабочей силы в общей численности данной половозрастной группы стабилизируется, но долгосрочная негативная тенденция при этом сохраняется.

Вынужденная безработица влияет на такие показатели, как удовлетворенность жизнью, самооценка, физическое здоровье и смертность. Она соотносится с катастрофическим ростом злоупотребления опиоидами и связанным с этим ростом смертности от передозировок и суицидов среди американцев с низким уровнем образования — группы населения, в которой доля работающих снизилась наиболее резко.

Есть много способов, позволяющих удержать больше американцев на рынке труда, когда они переживают трудные времена. К ним относятся обеспечение страхования заработной платы для работников, которые не могут устроиться на новую работу, за которою платят столько же, сколько они получали на прежнем месте. Этому могло бы способствовать повышение доступности учебы в хороших муниципальных двухгодичных колледжах, учебы в рамках зарекомендовавших себя программ профессиональной подготовки и получение помощи в поиске новой работы. Полезным было бы увеличить число рабочих, получающих пособие по безработице. За счет предоставления оплачиваемых отпусков и гарантированных больничных, а также повышения доступности детских дошкольных учреждений можно было бы вводить гибкий рабочий график, удобный как работодателям, так и работникам. Реформы нашей системы уголовной юстиции и совершенствование процедуры возвращений в состав рабочей силы, получили поддержку представителей обеих партий и могли бы (в случае введения их в действие) также способствовать повышению уровня занятости трудоспособного населения.

Создание крепкого фундамента

И наконец, финансовый кризис высветил острую необходимость создания более устойчивой экономики — экономики, которая стабильно растет и не ведет к разбазариванию резервов ради удовлетворения сегодняшних нужд. Не должно быть никаких сомнений в том, что свободный рынок процветает только тогда, когда существуют правила, защищающие его от системных сбоев и создающие условия для добросовестной конкуренции.

Посткризисные реформы на Уолл-Стрит повысили стабильность нашей финансовой системы и ее способность поддерживать долгосрочный экономический рост — в том числе увеличили приток капитала в американские банки, снизили зависимость от краткосрочного финансирования, а также обеспечили усиление контроля над целым рядом учреждений и рынков. Крупные американские финансовые учреждения больше не получают того льготного финансирования, которое они получили раньше — что является доказательством того, что на рынке все больше понимают, что они больше не являются «слишком большими, чтобы обанкротиться». И мы создали первый в своем роде контролирующий орган (Бюро по защите прав потребителей в финансовой сфере) для привлечения финансовых учреждений к ответственности, поэтому их клиенты получают кредиты, которые они могут погасить авансом в соответствии с ясными условиями.

Но даже при всех этих достижениях слабым звеном по-прежнему остаются сегменты теневой банковской системы, коме того, до сих пор не была проведена реформа в системе финансирования жилищного строительства. Это должно служить аргументом в пользу продолжения работы на основе того, что уже было сделано, а не разрушения сделанного. И те, кто должен выступать в защиту дальнейших реформ, слишком часто не обращают внимания на тот прогресс, которого мы добились, вместо того, чтобы осудить систему в целом. Американцы должны обсудить, как лучше опираться на эти правила, но отрицать при этом, что прогресс делает нас не менее, а более уязвимыми.

Кроме того, Америке следует лучше подготовиться к негативным явлениям, еще до того, как они произойдут. При сегодняшних низких процентных ставках фискальная политика должна играть большую роль в борьбе с будущими кризисными явлениями; денежно-кредитная политика не должна нести все бремя стабилизации нашей экономики. К сожалению, хорошей экономике может помешать плохая политика. В процессе восстановления от кризиса моя администрация проводила гораздо более значительную фискальную экспансию, чем многие оценили — за период с 2009 по 2012 годы благодаря внесению более десятка законопроектов удалось обеспечить финансовую помощь на сумму 1,4 триллиона долларов. Но на то, чтобы «отвоевывать» у конгресса каждую дополнительную сумму, отстаивать каждый шаг, отвечающий здравому смыслу, уходила масса энергии. В некоторых случаях я не смог добиться дополнительного финансирования, за которым обращался, и конгресс заранее требовал жесткой экономии средств, выделяемых на развитие экономики, угрожая историческим дефолтом. Мои преемники не должны будут бороться за принятие неотложных мер в случае необходимости. Напротив, помощь семьям, больше других пострадавшим от кризиса, и экономике — такая как страхование по безработице, должна увеличиваться автоматически.

Чтобы увеличить поддержку экономики в случае необходимости и выполнять наши долгосрочные обязательства перед нашими гражданами, важно поддерживать финансовую дисциплину в благоприятные времена. В решении долгосрочных финансовых проблем без ущерба для инвестиций в развития и без сокращения потенциала может помочь сдерживание роста субсидий, исходя из успешного применения Закона о доступном медицинском обслуживании в вопросах сокращения расходов на здравоохранение, и ограничение налоговых льгот для наиболее благополучных слоев населения.

И, наконец, для устойчивого экономического роста необходимо решить проблему глобального потепления. За последние пять лет идея компромисса между увеличением экономического роста и сокращением выбросов ушла в небытие. Америка сократила выбросы на предприятиях энергетического сектора на 6%, несмотря на то, что наша экономика выросла на 11%. Успех, достигнутый Америкой в этом вопросе, способствовал ускорению подписания в Париже исторического соглашения по климату, которое обеспечивает максимальные возможности сохранения планеты для будущих поколений.

Надежда на будущее

Политическая система США может вызывать раздражение. Я это знаю, поверьте мне. Но на протяжении более двух столетий она была источником экономического и социального прогресса. И прогресс, достигнутый за последние восемь лет, также должен дать миру определенную надежду. Несмотря на всевозможные различия и разногласия, вторую великую депрессию удалось предотвратить. Финансовая система стабилизировалась, и это не стоило налогоплательщикам ни цента, была спасена и автомобильная промышленность. Я принял пакет мер налогово-бюджетного стимулирования — более широких и оперативных, чем система реформ «Нового курса» президента Рузвельта, и курировал переработку правил финансовой системы за период с 1930-х годов, а также реформы здравоохранения и введение новых правил по сокращению выбросов на предприятиях автомобильной промышленности и электростанциях.

Результаты очевидны — более крепкая растущая экономика; 15 миллионов новых рабочих мест в частном секторе за период с начала 2010 года; рост заработной платы, сокращение бедности, и начало коренного поворота в вопросе неравенства; рост числа граждан, имеющих медицинскую страховку, на 20 миллионов человек на фоне минимальных за последние 50 лет темпов роста расходов на здравоохранение; уменьшение годового дефицита почти на три четверти; и сокращение выбросов углерода.

Для проведения всей оставшейся работы заложен новый фундамент. Нам предстоит создавать новое будущее. Это будущее должно обеспечить не только стабильный рост, но и рост, плодами которого пользовались бы все слои населения. Чтобы добиться этого, США должны и дальше стремиться к тому, чтобы, сотрудничая со всеми государствами, построить более сильные и более процветающие экономики для всех наших граждан на многие поколения вперед.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 8 октября 2016 > № 1924852 Барак Обама


Украина > Транспорт > interfax.com.ua, 5 октября 2016 > № 1926053

Президент МТСБУ: делать европейским рынок ОСАГО без изменения профильных законов очень сложно

Эксклюзивное интервью президента Моторного (транспортного) страхового бюро Украины Юрия Гришана агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Рынок обязательного автострахования сейчас вызывает больше нареканий, чем благодарных отзывов клиентов. По Вашему мнению, что в первую очередь необходимо сделать, чтобы изменить данную ситуацию?

Ответ: Действительно, об обязательном страховании гражданской ответственности и, в частности, о Моторном бюро, в прессе и социальных сетях можно увидеть больше негативной информации, чем благодарной. Да, на рынке не все идеально. Но скажите: какая из социальных сфер Украины в настоящее время имеет только положительные оценки? Да, на рынке ОСАГО есть проблемы. Но есть и положительные моменты. Так, за 7 месяцев этого года было выплачено почти 760 млн грн страховых возмещений, за прошлый год - более 1 млрд грн. Разве это не помощь и поддержка людям, оказавшимся в сложной ситуации?

Менять на рынке нужно многое. И начинать надо с законов. Работать по действующему закону, принятому еще в 2005 году, уже очень сложно, поскольку в нем не отражены современные реалии, признанные во всем мире, такие как электронный полис, прямое урегулирование и т.д.

Безусловно, из-за политического кризиса, который не прекращается в Украине, парламент не может своевременно принимать те необходимые для решения. Но самое главное, что в это время мы обратили на себя внимание профильного комитета Верховной Рады, который готов поддержать наши предложения и содействовать принятию положительных решений, направленных, прежде всего, на защиту клиентов.

Вопрос: Парламентарии сейчас не особо спешат принимать экономические законы. Что же делать в сложившейся ситуации, когда, как говорится, есть желание вывести рынок на новый, более высокий уровень, но нет законодательных возможностей?

Ответ: Моторное бюро по этому вопросу ведет работу по двум направлениям: принимает участие в разработке законопроектов и параллельно изучает возможность внедрения на основании нормативных актов таких необходимых для успешной работы рынка механизмов, как электронный полис и прямое урегулирование.

Однако мы все больше убеждаемся, что реформировать систему ОСАГО без законодательного урегулирования будет непросто, поскольку оно затрагивает не одну сферу, которая регулирует данный вид страхования, а целый ряд сопредельных законов, в частности, по налогообложению.

Сейчас регулятор выступил с инициативой до принятия законодательных изменений начать осуществлять выплаты потерпевшим за страховые компании, покинувшие МТСБУ, из их гарантийных средств, находящихся в Фонде защиты потерпевших. Я полагаю, что шаг сделан в правильную сторону. Люди, пострадавшие в ДТП, или их наследники должны получить положенные им средства. Это как в бизнесе: все очень просто, мы хотим достичь цели и достигаем ее, определяя, какие необходимо преодолеть препятствия, где у нас узкие звенья цепи, которые могут порваться, и сразу же об этом предупреждаем всех участников процесса, где будут необходимы дополнительные ресурсы, в частности, для увеличения штата для оперативного оформления дел по выплатам.

Но, так или иначе, эта тенденция все равно - в ту сторону, в которую идет жизнь, вся Украина. Потому рано или поздно этот вопрос нужно будет решать и лучше сделать это раньше, чем позже.

Еще одним актуальным вопросом в настоящее время является сокращение сроков урегулирования дел. Что волнует в основном клиента, это за сколько времени ему заплатят. Последние данные бюро показывают, что количество компаний, которые платят свыше 120 дней, сокращается, при этом средний срок урегулирования дел - 154 дня - остается достаточно большим. В основном это происходит из-за показателей компаний с очень крупными портфелями. Это никак не маленькие компании, которые, безусловно, сейчас не выдержат конкуренции, и многие из них уйдут с рынка в связи с новыми требованиями регулятора к активам, которыми представлены страховые резервы. Особенно этот вопрос будет актуальным с 1 января 2017 года.

Следующее, что необходимо сделать на рынке, это, безусловно, осуществить переход к более жесткому учету реальных резервов компаний. Ранее в своих исследованиях и статьях о том, как работают субъекты рынка, я отмечал: получается интересная ситуация, когда большинство субъектов рынка, набивая портфели такими видами страхования, как ОСАГО, медицинское страхование, не может достаточно хорошо администрировать затраты и удерживаться в рамках прибыли. То, что мне удавалось делать в рамках проекта, то, что называлось СО "Ильичевское". Мы смогли сбалансировать портфель компании и успешно работать без поддержки акционера, поскольку были непрофильным активом, и ему не важны были все вопросы, связанные со страхованием. Поэтому рано или поздно для себя он решал вопрос поиска инвестора. Но самое главное: несмотря ни на что, компания по всем основным продуктам - ОСАГО, КАСКО и ДМС - вышла в прибыльную зону, имела хороший денежный поток по продаже каждого из этих видов продуктов.

Вопрос: Раз уже затронута тема СО "Ильичевское", как Вы прокомментируете сложившуюся ситуацию и связано ли это с Вашей работой в МТСБУ?

Ответ: Безусловно, для меня произошедшее с "Ильичевской" является личной трагедией, как и трагедией ее коллектива. Мы много работали, чтобы поднять компанию, вывести ее с "нуля" в тридцатку ведущих страховщиков страны. Нам удавалось без вливаний акционера развивать региональные подразделения, создавать собственный ассистанс, разрабатывать и внедрять новые продукты. При более чем 300 тыс. клиентов, в основном - физических лиц, за весь 2015 год у регулятора на нас было две жалобы, в первом полугодии 2016 года - одна. Это свидетельствует о том, что нам удалось выполнить задуманное: клиент получал выплаты, был доволен и начинал верить в страхование. Что касается того, связано ли произошедшее с моей работой в МТСБУ, - не знаю. Как президент Моторного бюро, я курировал многие вопросы, но все они были направлены на позитив, на то, чтобы вывести рынок обязательного страхования на совершенно новый уровень и, как видите, эта динамика и тенденции позитивны.

Еще хочу сказать: я никогда не рвался к руководству бюро. Меня уговаривали идти, чтобы внести изменения на этом рынке. Мне нечего скрывать. Если я иду и делаю, то делаю серьезно и делаю так, чтобы потом не было стыдно оглянуться назад.

В ноябре этого года будет два года с момента заседания последнего координационного совета с участием народных депутатов и регулятора в предыдущем составе, на котором мою кандидатуру согласовали в качестве президента МТСБУ. Эти два года пролетели, как мгновение, и мне не стыдно за них. Я не хочу повторяться, достаточно много было интервью, из которых можно узнать, как все это время работал президиум Моторного бюро, какие вопросы я курировал. Хочу только отметить, что это был труд всего коллектива, а моя задача была объединять всех вокруг позитивных и конструктивных дел, что удавалось делать, несмотря на споры, которые были регулярными. За это время мы решили множество вопросов, особенно связанных с высокой коррупцией в Моторном бюро, в частности в сфере регламентных выплат. Когда-нибудь в мемуарах я расскажу, кто мне угрожал, как угрожали, и чего мне стоило вместе с командой, всей группой по регламентным выплатам провести эту реформу в МТСБУ. А еще напишу, как вместе с моими коллегами удалось провести структурную перестройку и реформировать управление Моторным бюро, что процентов на 90 уже завершено. Договориться о взносах, размер которых составлял 500 тыс. евро по курсу НБУ на дату внесения, и много других вопросов, которые были в моем активе.

Украина > Транспорт > interfax.com.ua, 5 октября 2016 > № 1926053 Юрий Гришан


Россия > Госбюджет, налоги, цены > fingazeta.ru, 1 октября 2016 > № 1963548

Налоговый залп

Минфин старается не бить прямой наводкой по гражданам

Николай Вардуль

Что после президентских выборов накатит вал новой налоговой нагрузки, ждали все. Но он уже катится. Пока именно на бизнес, который от этого до 2018 г. обещал оградить президент Владимир Путин. Минфин предлагает повысить НДС, перекроить в пользу бюджета налогообложение нефтяной отрасли. Что же касается планов возвращения единого социального налога вместо страховых взносов в Пенсионный фонд и Фонд социального страхования, то формально нагрузка сокращается. «Ошибку», впрочем, исправляет «Единая Россия», она готовится ввести прогрессивную ставку подоходного налога.

Поствыборный синдром

Выборы прошли. И пусть они пока были непрезидентскими, Минфин, не дожидаясь окончания объявленного Владимиром Путиным карантина на увеличение фискальной нагрузки на бизнес до 2018 г., дал команду: «Налоги, в ружье!».

Первый, пока тренировочный, залп уже состоялся. Пока бизнес пытается сопротивляться, инициативы фискалов получили поддержку от ставшего с тех пор бывшим спикером Государственной Думы Сергея Нарышкина, который, представляя «Единую Россию», правящую если не в стране, то точно в Думе партию, сохранившую 18 сентября контрольный пакет в нижней палате российского парламента, признал возможным введение прогрессивной шкалы подоходного налога. Это неспроста.

Можно было бы сказать, что в небе над Кремлем зажегся фискальный фейерверк, но фейерверк — знак праздника, а впереди у российских граждан и бизнеса совсем не праздник, а новые повседневные тяготы.

Логика действий Минфина понятна. Строго говоря, он пытается действовать на всех фронтах. Сначала, как писала «Финансовая газета», он разыграл карту сокращения расходов. Столкнувшись с отказом правительства повышать налоги, Минфин убедительно нарисовал картину замораживания социальных расходов на 2017—2019 гг. на уровне номинальных расходов 2016 г. и сокращении всех остальных на 6%. Но в Минфине прекрасно понимают неустойчивость такой конструкции и пускаются во все фискальные тяжкие.

Состояние и перспективы развития экономики — это для Минфина вторично, первичен бюджет. А его положение хуже губернаторского, т. е. плачевно. Настолько, что Минфин выдвигает свои инициативы, буквально захлебываясь, а заодно и пугая всех возможным снижением цен на нефть до $30 за баррель, как это сделал замминистра Максим Орешкин.

Социальный налог снижается. Но не для всех

В одном Минфину не откажешь. Как бы его не клеймили за приверженность бездушной бухгалтерии, социальная составляющая в его действиях налицо. Во-первых, как уже было сказано, он предлагает в предстоящей трехлетке сохранить социальные расходы на уровне 2016 г., сократив все остальные. Во-вторых, возвращая единый социальный налог, Минфин фактически снижает его ставку.

Работодатели сейчас платят в Пенсионный фонд 22% с зарплат до 796 000 руб. в год, а сверх этой суммы — 10%. В Фонд социального страхования — 2,9% с годовых заработков до 670 000 руб., в Фонд медицинского страхования — 5,1% со всей зарплаты. Итого 30%. При превышении пороговых значений средней зарплаты ставка может быть выше.

Возвращая единый социальный налог, а делается это, в частности, из-за того, что социальные фонды явно не справлялись с администрированием сбора платежей, Минфин предлагает установить его планку в 2017 г. в 29%, в 2018 г. — 28% и в 2019 г. — 26%.

Снижение ставки до 29% при отмене порога зарплат, как подсчитала в «Ведомостях» Александра Суслина из Экономической экспертной группы, приведет к выпадению доходов внебюджетных фондов в 0,1% ВВП, а до 28% — 0,4% ВВП. Суммы значительные, но расчет делается на то, что из-за повышения уровня налогового администрирования сократятся недоимки. Минус в том, что возрастет фискальный нажим на предприятия с высококвалифицированным и дорогим трудом. По данным Росстата, на конец 2015 г. зарплаты выше порога получали, например, в сфере IT, добычи полезных ископаемых, в пищевой и химической промышленности, на транспорте и в авиапроме.

Минфин, как сообщают «Ведомости», предлагает страховочную сетку: в 2017 г. повысить НДС до 20%, 10%-ную льготную ставку поднять до 12%, а с 2019 г. начать увеличивать ее на 2 процентных пункта в год, пока она не сравняется с нельготными 20%. Уже в следующем году можно получить еще почти 600 млрд руб., еще 400 млрд — в 2018 г. и еще 200 млрд руб. — в 2019 г.

Пока правительство эти предложения не поддержало. Понятно, что если дело дойдет до повышения НДС, а это налог-вездеход, который вынуждены платить даже падающие предприятия, то это серьезный удар по экономике, которая продолжает сокращаться. Понятно также, что подобный шаг сгустит тень над экономикой. Есть надежда, что правительство оставит НДС в покое. Но если вспомнить, что в конце августа оно эти предложения отвергло с порога, а теперь продолжает обсуждать, то Минфин к своей цели приближается.

НДФЛ больше не неприкосновенен

Если возвращаемый единый социальный налог получает плоскую шкалу, которая раньше была регрессивной, то заявление Сергея Нарышкина ставит в плоскость принятия решений вопрос о возвращении прогрессивной шкалы подоходного налога.

Можно по инерции называть эту меру непопулярной, однако на самом деле это совсем не так. Плоская шкала подоходного налога прямо противоречит принципам социальной справедливости. А эта тема в России с ее гигантским социальным расслоением как раз очень популярна.

Адепты плоской шкалы уповают на два обстоятельства. Первое — принципиальное. Это либеральная экономика в действии. Есть данные, что ряд восточноевропейских стран перенимают российский опыт. Есть примеры, когда «звезды», такие как Жерар Депардье и ряд иностранных спортсменов первого ряда выбирали российское гражданство не в последнюю очередь из-за низкого подоходного налога. Второе — техническое. Администриро вание сбора подоходного налога с низкой плоской шкалой никаких затруднений не вызывает в отличие от прогрессивной шкалы. Отсюда вывод: введение прогрессивной шкалы вызывает падение собираемости подоходного налога. Во всяком случае введение плоской шкалы практически удвоило его собираемость. Второе обстоятельство, понятно, имеет больший вес.

Многое зависит от ступеней лестницы прогрессивной шкалы. Вносившиеся в Думу предложения, а недостатка в них никогда не было, включали в себя и такие, которые превращали прогрессивную шкалу в своего рода налог на роскошь, т. е. прогресс в обложении начинался, например, с дохода 3 млн руб. в год. Принятие такой шкалы больших затруднений, скорее всего, не вызовет. Хотя сами депутаты проголосуют, потея, этот порог они оставили внизу.

«Маркером» того, будет ли в ближайшее время принят закон о прогрессивной шкале НДФЛ, можно считать позицию руководителя комитета Думы по бюджету и налогам. Если комитет не будет раздроблен и если пост его председателя сохранит за собой Андрей Макаров, то это в пользу нескорого принятия такого закона. Макаров громко и яростно прогрессивной шкале противодействовал, апеллируя прежде всего к собираемости налога. Хотя можно ли верить словам политиков?

В пользу прогрессивной шкалы всегда приводится аргумент ее общепринятости. Но тогда оборотная сторона — система вычетов из-под обложения подоходным налогом. Если возвращение прогрессивной шкалы в Россию будет сопровождаться вычетом расходов на образование, в том числе детей, содержание престарелых неработоспособных родителей, на оплату медицинских услуг, то эта мера будет соответствовать общепринятым нормам.

Фискальные пляски вокруг нефтяной вышки

Минфин настаивает на налоговой реформе (не путать с маневром) в нефтяной отрасли. Суть — расширение нажима на всю добываемую нефть при снятии обложения экспортируемой нефти за счет экспортной пошлины. Вывозная пошлина ликвидируется, НДПИ и (или) НДД (налог на добавленный налог, его параметры пока неясны) компенсируют потери бюджета. Понятно, с наваром.

Чем не угодила легко собираемая экспортная пошлина? Во-первых, она вечный камень преткновения во всех интеграционных экономических группах стран с участием России. Во-вторых, ликвидация экспортной пошлины камуфлирует зависимость российского бюджета и экономики в целом от внешнего рынка. Если настоящей диверсификации нет, то остается фиговый листок.

Собственно, тот самый маневр, идущий с 2016 г., это подготовка масштабной реформы. Налоговый маневр, вступивший в силу с 1 января 2015 г., предполагает поэтапное повышение НДПИ на нефть при снижении экспортной пошлины. Согласно маневру НДПИ в 2015 г. был повышен до 776 руб. за 1 тонну, т. е. на 46,4% выше плана на 2015 г. В 2016 г. НДПИ вырос до 857 руб. (на 53% выше плана на текущий год), в 2017 г. — составит 950 руб. с каждой тонны добытой нефти. Экспортная пошлина на нефть в 2015 г. сократилась до 42% вместо планируемых 57%. В 2016 г. налоговый маневр предполагал сокращение пошлины до 36%, но Минфин добился осенью 2015 г. сохранения ее на уровне 42%. В 2017 г. пошлина в рамках маневра должна упасть до 30%. Ликвидировать же экспортную пошлину предлагается уже в 2018 г.

И все бы хорошо, только совершенно очевидно, что ликвидация экспортной пошлины означает взлет внутренних цен на нефть к мировым. Понятно, что минфиновская реформа на следующем шаге приведет к росту цен на бензин и другие продукты нефтепереработки. Возникает извечная дилемма: или доходы бюджета, или инфляция для всех и новые издержки для бизнеса.

Что делать? Минфин явно мечется, что прекрасно иллюстрируют две статьи, вышедшие в один день — 21 сентября — в «Ведомостях». В одной говорится о том, что Минфин хотел бы повысить акцизы на бензин, а нефтяники предлагают заморозить уровень акцизов на 2017 г.; во второй — о том, что Минфин готов пойти на небывалое — отрицательные акцизы на бензин. По версии «Ведомостей» они выглядят так: при продаже нефти компании будут выставлять НПЗ акциз на нефть, который будет уплачиваться в бюджет, а затем НПЗ смогут получить вычет на сумму акциза, но с повышающим коэффициентом. Компенсация должна равняться отменяемой пошлине. Если и этого не хватит, то можно понизить акцизы на нефтепродукты. На сколько снижать — вопрос балансировки интересов бюджета и нефтяников.

Идея в том, чтобы при высоких внутренних ценах на нефть НПЗ получали некие субсидии. Но если акциз будет сначала выплачиваться в бюджет, а потом возвращаться в виде субсидий, то возникают риски задержек или невозвращения субсидий. В любом случае, какими бы они ни были, совершенно ясно, что выживут далеко не все НПЗ. И вообще на первых порах реформа точно будет тормозить нефтепереработку, зато ликвидация экспортной пошлины подтолкнет вывоз сырой нефти, что еще больше усугубит положение НПЗ.

Рисков в предложениях Минфина предостаточно. Если учесть, что речь идет о такой системообразующей, в первую очередь для бюджета, отрасли, как ТЭК, то правило «семь раз отмерь, один отрежь» — более чем уместно.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > fingazeta.ru, 1 октября 2016 > № 1963548 Николай Вардуль


Россия > Медицина > portal-kultura.ru, 20 сентября 2016 > № 1917303

Владимир Зеленский: «Телефон страховой компании должен быть всегда под рукой»

Августин СЕВЕРИН

Несмотря на то, что эта система существует уже давно, многие до сих пор не знают, как она работает. О том, что представляет собой ОМС, какие возможности дает полис и как должны быть защищены наши права, «Культуре» рассказал директор Московского городского фонда обязательного медицинского страхования Владимир Зеленский.

культура: Для немалого числа людей остается загадкой, как функционирует система и зачем вообще нужна.

Зеленский: Первоначально она создавалась в качестве замены советскому бюджетному финансированию. Предполагалось, что ОМС станет толчком к развитию, поскольку раньше деньги выделялись не на пациента, а на медицинскую организацию — теперь же во главу угла ставится пациент. При старой схеме часть отчислений работодателя оставалась на региональном уровне, часть уходила на федеральный, была децентрализация и все держалось за счет региональных средств. Сегодня основное финансирование идет из центра. То есть все страховые взносы, собираемые и в Москве, и в любом другом месте, поступают в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, который распределяет эти деньги по подушевому принципу между регионами. В столице на сегодняшний день более 12 миллионов застрахованных граждан. За каждого мы получаем около 13 тысяч рублей. Таким образом, из федерального фонда ОМС в московский перечисляется более 155 миллиардов. Плюс имеем дополнительное финансирование из столичного бюджета. Это первые два уровня — федеральный и региональный. Дальше — в любом субъекте РФ работают страховые компании. Москвичи застрахованы в 11 компаниях, которые выполняют две основные функции. С одной стороны, это расчеты с медорганизациями за оказанные услуги, с другой — защита граждан. Страховщики обязаны работать с жалобами, информировать клиентов о правах и обязанностях, представлять их интересы в разбирательстве с медицинскими организациями, проводить разного рода экспертизы. Думаю, мало кто из обладателей полисов ОМС знает о том, что в год страховые компании только в Москве инициируют несколько миллионов экспертиз. Они проверяют истории болезни, смотрят, есть ли нарушения в лечебном процессе, лекарственном назначении, оформлении документации и так далее.

культура: Многие довольно редко ходят к врачам, в конце концов, обратившись в поликлинику, они могут столкнуться с ситуацией, когда им заявят, что полис старого образца, выданный на работе, больше недействителен, и для получения медпомощи (если это не экстренный случай) необходимо оформить новый по месту жительства. Например, так произошло со мной: я живу в области, а работаю в столице, соответственно полис у меня был московский.

Зеленский: Здесь все просто: переезжая с квартиры на квартиру, каждый должен известить об этом страховую компанию. Так что вам, как жителю Подмосковья, я рекомендую обратиться в местную страховую компанию — это ваша обязанность согласно закону.

культура: В Москве выдают полисы в виде пластиковых карточек. Многие ли успели их получить? Что необходимо сделать для оформления таких полисов?

Зеленский: Процесс стартовал в августе прошлого года, на сегодня выдано уже около семисот тысяч. Порядок получения электронного полиса ОМС практически не отличается от обычного. Единственная разница — при подаче заявления в страховую компанию нужно явиться лично и сфотографироваться, а также оставить свою подпись на специальном планшете. Детям до 14 лет сниматься не надо: их полисы действительны и без фото, а подпись ставит законный представитель. Электронные полисы хорошо защищены, их централизованно изготавливают для всей страны на Гознаке.

культура: Вы планируете заменить все полисы на электронные?

Зеленский: Очень бы хотелось, но они будут действовать наряду с бумажными. Мы предоставляем право выбрать, на каком носителе сделать документ. Это решение принято по нескольким причинам, в частности потому, что электронный полис можете получить лишь вы лично, а обычный — и ваш представитель по доверенности. Так, например, поступают маломобильные группы граждан.

культура: Есть мнение, что действителен не только сам полис, но и его ксерокопия. Это так?

Зеленский: По закону необходимо предъявить именно полис. О ксерокопии нигде ничего не говорится. Впрочем, в экстренных случаях ни скорая, ни стационар не откажут. Хотя в этих ситуациях полис вообще предъявлять необязательно. Другое дело, что потом стационару придется заниматься идентификацией пациента, просить родственников привезти документ.

культура: Если москвичу потребуется медицинская помощь в другом регионе России, достаточно ли полиса? И кстати, работает ли система ОМС в Крыму?

Зеленский: Полис нового образца, как электронный, так и бумажный, действует на всей территории РФ, включая Крым, просто применяется иная система взаиморасчетов: платит не страховая компания, а мы, Московский городской ФОМС, в фонд того региона, где была оказана помощь. Для гражданина, однако, это не имеет никакого значения. Есть одно «но»: полис надо все время брать с собой. Если же его нет, то перед визитом к врачу придется отправиться в местную страховую компанию для оформления временного свидетельства ОМС. Неприятности начинаются по возвращении домой: обратившись в очередной раз в свою поликлинику в Москве, застрахованный обнаруживает, что его столичный полис аннулирован. Дело в том, что после обращения в страховую компанию запускается процесс оформления нового полиса. Через месяц его изготавливают в другом регионе. Но так как забывчивый отпускник подавал заявление по месту отдыха, то и получить новый полис сможет лишь там. Старый же перестает действовать сразу после подачи заявления. Проблема в том, что люди, которые редко обращаются в медучреждения, обнаруживают, что их полис погашен, только через год, а то и два, когда им действительно снова требуется помощь.

культура: Электронный документ — единственное новшество, внедренное столичным ФОМС?

Зеленский: Для застрахованного на территории Москвы есть еще одно — личный кабинет на нашем сайте http://www.mgfoms.ru, где все желающие могут проверить, когда и какие медицинские услуги они получили, оценить их. Это удобный инструмент борьбы с приписками. Дело в том, что некоторые недобросовестные врачи проставляли процедуры, которых не проводили. Систему мы запустили в сентябре 2015-го, а к декабрю, когда многие горожане узнали о новой возможности, разразился скандал: оказалось, что за 2015-й (в базу была вбита информация с начала года) таких приписок сделано большое количество. Когда информация стала достоянием общественности, за короткий срок к нам поступило несколько десятков тысяч обращений. Сейчас ситуация изменилась в лучшую сторону, но время от времени подобные сигналы все-таки приходят.

Кроме того, в личном кабинете можно написать любую важную для врачей информацию, касающуюся своего здоровья (на что аллергия, какие болезни перенесли, переломы и др.), а также о том, как к вам удобнее проехать, оставить номер домофона. Эти сведения будут доступны бригаде скорой помощи.

культура: Как попасть в личный кабинет?

Зеленский: Необходимо зарегистрироваться на федеральном портале Госуслуг https://www.gosuslugi.ru/. Логин и пароль для входа на портал действуют и на нашем сайте.

культура: Еще один актуальный вопрос: обязательно ли прикрепляться к поликлинике?

Зеленский: Дело добровольное. Хотя все-таки прикрепляться важно, и вот почему: вся медицинская помощь у нас организована по участковому принципу. Предполагается, что такой врач следит за вверенной ему территорией и знает, все ли проходят диспансеризацию, скрининги, профилактические осмотры, наблюдает за страдающими хроническими заболеваниями. Естественно, у тех, кто выпадает из этой зоны ответственности, могут возникнуть проблемы.

В Москве из 12,1 миллиона застрахованных около 10,7 миллиона человек прикреплены к поликлиникам, как правило, по территориальному признаку. Это объясняется тем, что в 2013-м столичные медучреждения переведены на подушевое финансирование. Теперь выделение средств напрямую зависит от количества прикрепленных, вне зависимости от того, сколько услуг было оказано или сколько счетов за них выставлено.

культура: Можно ли прикрепиться к конкретному врачу?

Зеленский: Законодательство предоставляет такое право. Однако медицинская организация может вам отказать по причине перегруженности. Если вас по заявке прикрепят к доктору, у которого очень большая нагрузка, то в какой-то момент поликлиника не сумеет обеспечить вам попадание к нему на прием в определенные дни. Предельные сроки ожидания регламентированы, и мы очень жестко за этим следим и наказываем, если они нарушаются. Кроме того, врач должен дать согласие. Представьте ситуацию, когда на участке у терапевта три тысячи человек при норме в тысячу семьсот, и вы пришли три тысячи первым. При этом в той же поликлинике у другого доктора только полторы тысячи пациентов. Именно поэтому закон предоставляет медработнику право отказаться от приема гражданина.

культура: Можно ли лечиться не в той поликлинике, к которой прикреплен?

Зеленский: Это возможно, например, когда требуется неотложная помощь, скажем, при получении травмы. Или если вы прикрепились к медучреждению возле работы, в центре, а живете на окраине, и вам нужно вызвать врача на дом. Тогда та поликлиника, в которую идет ваше подушевое финансирование, оплатит оказанную вам услугу. В большей части остальных случаев потребуется направление из вашей поликлиники. Поскольку для нас основным принципом, определяющим, будет ли оплачена услуга страховой компанией или нет, является назначение врача, точно так же, как и в системе добровольного медицинского страхования, то поликлинике выгоднее принять пациента своими силами. Так как московские поликлиники — достаточно крупные организации (в среднем около тысячи сотрудников и двухсот тысяч прикрепленных, с бюджетом порядка миллиарда рублей), то подавляющее большинство из них оснащены всем необходимым. Конечно, может случиться, что, к примеру, нет гастроэнтеролога: врач на учебе, на больничном или в отпуске. Тогда вам выдадут направление в ближайшую санчасть, где есть специалист, и заплатят соседям за это посещение.

культура: Недавно мой коллега рассказал о том, что, записавшись на прием к терапевту, ждал очереди 10 дней. Когда пришел, то просидел около запертого кабинета 15 минут, после чего выяснил, что расписание врача изменилось, следующий прием ему назначили еще через 10 суток. Это нарушение?

Зеленский: Конечно. У нас сроки регламентированы. Немногие, кстати, знают, что есть документ — «Территориальная программа государственных гарантий», утвержденный постановлением правительства Москвы. В нем очень много различных приложений, которые обычным гражданам не очень-то интересны, но есть вещи, касающиеся буквально каждого, в частности, предельные сроки попадания к врачу, госпитализации и проведения исследований. Так, прием у терапевта должен быть осуществлен через 24 часа после обращения, при этом необязательно это будет ваш участковый доктор. Попадание к врачу-специалисту — семь рабочих дней. Четырнадцать — это рентген, УЗИ и любые анализы, двадцать — компьютерная и магнитно-резонансная томография и так далее. Если к нам поступают жалобы о несоблюдении сроков, то есть, допустим, человек не смог попасть на УЗИ в течение 14 дней, то страховая компания или фонд выходит в медицинскую организацию с проверкой. И если право гражданина на получение медицинской услуги не было вовремя обеспечено, учреждение штрафуется на весьма приличную сумму.

культура: Значит, при любых задержках надо звонить в страховую компанию?

Зеленский: Да. Компании, представленные в Москве, — очень крупные, у всех круглосуточные горячие линии. Звонок будет принят в обработку, и страховщики примут меры, чтобы пациент попал туда, куда ему нужно. Точно так же следует поступать, когда говорят, что та или иная услуга в полис не входит, требуется заплатить. Даже если каких-то экзотических процедур нет в ОМС, всегда существует бесплатный аналог, о чем пациент должен быть проинформирован. В страховых компаниях на горячих линиях работают в том числе врачи-эксперты, которые могут проконсультировать, что входит в полис, а что нет. У нас были случаи, когда люди звонили в страховую компанию и передавали трубку доктору, который вел прием. И дальше происходил разговор лекаря и эксперта.

культура: Как поступать, если застрахованный столкнется с нарушением в другом регионе? Звонить в свою страховую в Москву?

Зеленский: Нужно обращаться в территориальный фонд того региона, в который он приехал. А в Москве помощь иногородним оказываем мы. Даже если приезжие пишут жалобу в свой фонд, ее пересылают к нам. Такая же схема и в других субъектах.

культура: Телефоны горячей линии есть у всех страховщиков?

Зеленский: Да, и мы регулярно проверяем их работу.

культура: У региональных фондов также имеются горячие линии?

Зеленский: Да, только не круглосуточные. Поэтому если москвич столкнется с проблемой в выходной или ночью, ему придется звонить в свою страховую. Так что всем, кто этого еще не сделал, настоятельно рекомендую узнать и сохранить в мобильном телефоне номер страховой компании.

культура: А что все-таки не входит в ОМС?

Зеленский: Например, пластическая хирургия в эстетических целях. Самый главный критерий — наличие медицинских показаний. По закону в ОМС входит все, кроме психиатрии, туберкулеза, наркологии, лечения ВИЧ, СПИДа. Не попадают также самые сложные и дорогие методы высокотехнологичной медицинской помощи, такие, как, допустим, трансплантация органов или замена суставов. Все остальное финансирует ОМС. Бесплатное протезирование зубов, кстати, все же существует, но для определенных категорий граждан и оплачивается из городского бюджета, а не за счет фонда.

культура: Человек, который не прикреплен ни к одной поликлинике, может беспрепятственно получить медпомощь в любой из них?

Зеленский: Безусловно. Но первое, что ему порекомендуют, — прикрепиться. Потому что поликлиники заинтересованы в годичном подушевом финансировании, а не в выплате за один визит к терапевту.

культура: До недавнего времени диспансеризация проводилась по территориально-производственному принципу, то есть поликлиники договаривались с предприятиями и учреждениями о том, чтобы их сотрудники прошли комплексное обследование. Сейчас этот вопрос решается на местном уровне?

Зеленский: Действительно, в определенный период диспансеризация охватывала работающих граждан. Она была частью приоритетного национального проекта в сфере здравоохранения. Вопрос в том, что продолжительность жизни растет, поэтому срок, в течение которого могут быть выявлены те или иные заболевания, зачастую приходится на время выхода на пенсию. Поэтому несколько лет назад было принято решение сделать диспансеризацию правом не только работающих. Теперь ее проходят все граждане по достижении определенных лет. А именно, если ваш возраст кратен трем, то вы можете обратиться в поликлинику и пройти диспансеризацию. У нас есть четкая градация для мужчин и женщин, которая определяет, какие тесты нужны в том или ином возрасте. Сегодня система ОМС оплачивает диспансеризацию вне зависимости от того, работаете вы или нет. Это был дискриминирующий признак, а для ОМС таковых быть не может. Есть полис — есть право.

Россия > Медицина > portal-kultura.ru, 20 сентября 2016 > № 1917303 Владимир Зеленский


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 15 сентября 2016 > № 1896344

Министр Вероника Скворцова дала интервью ТАСС

— Вероника Игоревна, как вам форум во Владивостоке?

— В целом очень хорошо отработали, много полезного было.

— Погода только подкачала. И теперь складывается серьезная ситуация с подтоплениями из-за тайфуна "Лайонрок". Что делают медики?

— Все медицинские организации Приморского края, находящиеся в районе паводка, работают в усиленном режиме. Во всех учреждениях имеется достаточный запас необходимых лекарственных препаратов, медицинских изделий, дезинфицирующих средств. Жителям пострадавших от подтопления районов Приморья оказывается вся необходимая медицинская помощь.

Основное направление работы медиков в районах, пострадавших от тайфуна, — профилактика инфекционных заболеваний, активное выявление рисков здоровья и недопущение осложнения хронических заболеваний. Нами в Приморье направлены уже два спецборта с вакцинами. Сформированы специальные бригады, которые к настоящему моменту провакцинировали уже более 35 тыс. человек, из них почти 4,5 тыс. детей.

Наши медики проводят подворовые профилактические обходы. В ходе таких обходов более 5 тыс. человек были осмотрены врачами.

Для помощи региональным коллегам мы направили в регион мобильный госпиталь ФМБА России. Врачи госпиталя уже осмотрели более 2,5 тыс. человек, из них почти 600 детей.

Иными словами, сейчас все, что необходимо, чтобы сохранить здоровье пострадавших в результате разгула стихии, сделано и делается. Опыт работы по оказанию помощи при паводке у нас есть, в том числе на Дальнем Востоке.

— Недавно вы заявляли о том, что в России будут построены 34 вертолетные площадки. На Дальнем Востоке очень много труднодоступных для скорой помощи мест. Планируется ли на Дальнем Востоке увеличить присутствие санитарной авиации?

— Все девять регионов Дальнего Востока попали в 34 субъекта РФ, которые должны участвовать в приоритетном проекте по развитию санитарной авиации. Проект предусматривает строительство вертолетных площадок при краевых, областных больницах, а также при межмуниципальных учреждениях второго уровня, которые оказывают экстренную помощь при острых сосудистых нарушениях, при травмах. Вместе с региональными министрами мы четко распланировали привязку таких площадок к конкретным учреждениям с учетом маршрутизации пациентов.

Кроме того, мы планируем предусмотреть предоставление регионам субсидий на оплату авиационно-технических услуг. Дело в том, что оплату труда медицинских сотрудников мы с 2015 года осуществляем за счет Фонда обязательного медицинского страхования, а вот техническую сторону перелета оплачивают сами регионы. Но именно технические условия чрезвычайно дороги. В среднем стоимость одного вылета составляет 150–180 тыс. руб. Поэтому для того, чтобы нарастить объемы по потребностям, конечно, хотелось бы оказать помощь регионам, для жителей которых санавиация наиболее значима. Это не исключает их собственного участия, просто дает дополнительную возможность, стимул.

— Когда вы планируете начать этот проект?

— Многое сделано уже сейчас. Но в полной мере проект начнет реализовываться в 2017 году.

— То есть уже с 2017 года вы планируете начать использовать на Дальнем Востоке санитарную авиацию?

— Она и сейчас используется. Сейчас в год на Дальнем Востоке осуществляется 5,6 тыс. вылетов, но это составляет примерно 40–45% от потребности. Важно нарастить эти объемы, чтобы покрыть реальные нужды населения.

— Как в целом вы оцениваете ситуацию со здравоохранением здесь?

— Регионы Дальневосточного округа неравномерны в развитии. У нас есть отстающие регионы в этом округе, есть и те, которые развиваются очень активно. Из девяти регионов — четыре-пять передовых для страны и два таких, скажем, отстающих. Очень активно, например, развиваются Хабаровский край, Камчатка, Республика Саха (Якутия), Приморский край.

Главное достижение, конечно, — это демографические результаты. За семь месяцев текущего года снизилась смертность по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, с 13 до 12,5 случая на тысячу населения.

Второй момент — резко снизилась младенческая смертность. Если в 2014 году было девять смертей на тысячу родившихся живыми, в 2015 году — 7,5, то по результатам семи месяцев этого года — 6,4. Тут мы еще чуть-чуть выше общероссийского показателя, но вы видите, что удалось сделать.

Смертность снижается при всех группах заболеваний: от туберкулеза, от болезней органов дыхания. Кстати, в ДВФО традиционно на первом месте в структуре заболеваемости идут именно заболевания органов дыхания. По всей видимости, это связано с климатом. Поэтому снижение смертности от заболеваний органов дыхания здесь — это очень существенно. Уменьшается смертность и от заболеваний органов пищеварения. И хорошо снижается смертность от внешних причин и от дорожно-транспортных происшествий. Иными словами, последовательное уменьшение идет по всему спектру основных причин смерти.

— А какие регионы ДВФО отстают по показателю смертности?

— Конечно, есть регионы, в которых еще предстоит провести большую работу, чтобы достичь положительной динамики по снижению смертности. Например, в Еврейской автономной области и Чукотском автономном округе. У них большой потенциал для дальнейшего совершенствования организации медицинской помощи. Группы наших ведущих специалистов постоянно работают в этих регионах, в том числе участвуют в организации правильной маршрутизации пациентов непосредственно на местах. Среди командированных специалистов Минздрава России — неонатологи, акушеры-гинекологи, специалисты, занимающиеся острой коронарной патологией, инсультами, в общем, все те, кто сегодня там необходим.

— Что-то вроде стажировок для местных врачей?

— Фактически это стажировка на рабочем месте, когда ведущие эксперты приезжают на неделю и не просто читают лекции и проводят семинары, а именно на месте сами проводят мастер-классы по диагностике, организации и проведению медицинской помощи, обсуждают содержательную часть медицинской помощи. Мы уверены, что и в этих регионах уже в ближайшее время медицина сделает шаг вперед.

— Может быть, и развитие санитарной авиации будет способствовать снижению смертности?

— Безусловно. Для этого санитарная авиация и развивается, чтобы было можно быстро доставлять в стационары больных с экстренной патологией. Это приведет к снижению летальности, то есть частоты смертельных исходов среди заболевших, и в целом повысит качество медицинской помощи.

— А как обстоят дела с оснащением больниц в ДВФО специализированным оборудованием?

— В рамках программы модернизации дальневосточным регионам было выделено 40,5 млрд руб. на ремонты, на оснащение медицинским оборудованием. Из них полтора миллиарда — на информатизацию здравоохранения, внедрение информационных технологий. Поэтому, в принципе, если сравнивать ситуацию сегодняшнюю и пятилетней давности — это рывок в оснащенности и в качестве.

В рамках программы модернизации дальневосточным регионам было выделено 40,5 млрд рублей на ремонты, на оснащение медицинским оборудованием... Если сравнивать ситуацию сегодняшнюю и пятилетней давности – это рывок в оснащенности и в качестве

Но поскольку исходный уровень здравоохранения на Дальнем Востоке был ниже среднероссийского, то, безусловно, все проблемы еще не решены. Мы понимаем, что нам сегодня нужно развивать на всех уровнях системы оказания медицинской помощи, прежде всего на втором — стратегическом, где функционируют межмуниципальные технопарки, ответственные за спасение людей при жизнеугрожающих состояниях. Нам необходимо достроить систему сосудистых центров и травмоцентров, добиться того, чтобы оборудование в них полноценно работало. Это очень важно.

— Неужели не хватает квалифицированного персонала, врачей, которые могут работать на этом оборудовании?

— Врачи есть. Но сама организация медицинской помощи при наличии врачей иногда не соответствует тому, что прописано в порядках оказания медицинской помощи — "золотом организационном стандарте". Причины тому разные. Поэтому мы уделяем особое внимание подготовке и переподготовке врачей. Кроме традиционного обучения применяем и такие способы, как, например, обмен командами между регионами, выезды на места главных специалистов федерального Минздрава, округов и регионов.

— Это позволяет повышать и уровень помощи, внедрять высокие технологии?

— Конечно. Развитие высокотехнологичной медицинской помощи — одна из наших главных задач. Если говорить, например, о системе перинатальной помощи на Дальнем Востоке, то за последние годы было построено четыре перинатальных центра, сейчас строятся еще два в Республике Соха (Якутия) и на Сахалине. Они будут сданы соответственно в конце 2016 — начале 2017 года. И это позволит существенным образом улучшить помощь матери и ребенку.

Кроме того, мы активно выстраиваем систему помощи онкологическим больным. В наших планах строительство онкологических комплексов в Комсомольске-на-Амуре Хабаровского края. Мы хотим построить современный онкологический центр в Республике Саха (Якутия), достроить и дооснастить онкологический диспансер в Приморском крае. Отдельно сейчас обсуждается вопрос развития радиоонкологии — мы планируем открыть на Дальнем Востоке современный центр ядерной медицины.

— Уже определились с местом, где может появиться этот современный центр?

— Есть два региона, которые претендуют на создание такого центра. Это Хабаровский край и Приморский край. Если говорить о Приморском крае, то "Роснано" и "Росатом" с российской стороны и японские коллеги с другой планируют совместный проект по строительству центра на острове Русский рядом с медицинским центром Дальневосточного федерального университета. От момента утверждения проектно-сметной документации потребуется примерно два года до сдачи объекта под ключ. Когда это мероприятие будет реализовано, у нас на Дальнем Востоке появится самая современная протонная терапия, самая современная позитронно-эмиссионная томографическая диагностика, кроме того, дополнительные "активные" койки радионуклидной терапии и мощный циклотрон, который позволит производить радиофармпрепараты в Приморском крае. Пока они завозятся сюда из Хабаровска.

— А стоимость этого проекта какая?

— Аналогичный проект в Санкт-Петербурге стоил около 8 млрд руб. Он тоже создан на принципах государственно-частного партнерства, как и проект в Приморском крае. Вообще в большинстве стран ядерная медицина, как очень затратная и ресурсоемкая область, реализуется совместно государством и бизнес-структурами. Это нормальная практика.

— Если центр частный, получается, все медицинские услуги для населения будут платными?

— Как раз наоборот. Помощь будут оказывать в рамках государственных гарантий по программе ОМС — так, как это сейчас организовано и при других видах высокотехнологичной медицины. Бесплатно для пациента. То есть форма собственности центра будет частная, но при этом для больных услуги будут бесплатными. Мы предусмотрели экономически привлекательные тарифы ОМС на позитронно-эмиссионную томографию и для лечения на "активной" радионуклидной койке. Кстати сказать, сегодня у нас чуть меньше 30% медорганизаций, участвующих в реализации программы госгарантий, частные.

— А как обстоят дела со смертностью в стране в целом? Есть ли новые данные?

— За семь месяцев 2016 года произошло снижение смертности на 3,7% в целом по стране — с 13,5 за семь месяцев прошлого года до 13 за аналогичный период в этом году. Мы достигли исторического минимума по младенческой смертности — шесть случаев на тысячу родившихся живыми, а в большом количестве регионов младенческая смертность еще ниже — на уровне лучших мировых показателей. В целом в стране смертность снизилась от всех заболеваний.

— И даже онкологических?

— Да, на 1,5%. Мы отмечаем снижение смертности по туберкулезу — около 18%, по сосудистой патологии — на 6,5%, по ДТП — на 12%. Сократилась смертность от заболеваний органов дыхания и пищеварения. Мы, конечно, не торопимся делать выводы. Для нас эти цифры — основа для дальнейшего совершенствования системы, ее более точной настройки на реальные потребности населения.

— А это правда, что у нас в стране эпидемия ВИЧ или ситуация, близкая к этому?

— Нет, неправда. В России сейчас живут около 850 тыс. человек, инфицированных ВИЧ. К сожалению, с момента первого случая ВИЧ у нас в стране от этой инфекции умерло около 200 тыс. человек. Поэтому, если считать с первого случая, у нас действительно за прошедшие годы заболело более миллиона человек. Но это не дает оснований говорить об эпидемии.

Ситуация в стране по ВИЧ-инфекции очень неравномерная. У нас до сих пор чаще всего ВИЧ-инфекция передается через кровь. Как правило, у инъекционных наркоманов. Поэтому мы часто по всплеску заболеваемости ВИЧ-инфекцией видим первыми траекторию распространения наркотиков в стране. Те регионы, через которые проходит наркотрафик, дают высокую концентрацию больных, и с этими регионами мы отдельно усиленно работаем.

Но, хотя неправильно говорить об эпидемии ВИЧ в настоящее время, существует реальная угроза распространения инфекции среди россиян. Поэтому мы подняли вопрос о необходимости создания государственной стратегии по борьбе с ВИЧ-инфекцией. В октябре 2015 года председатель правительства РФ Д.А. Медведев провел правительственную комиссию, посвященную ВИЧ, на которой были приняты исторические решения, изменившие подходы к профилактике и лечению ВИЧ, включая перенос методологии комплекса профилактических мер с регионального на федеральный централизованный уровень, более активное подключение НКО, чтобы они помогли обеспечить контакты с социально "сложными" группами населения, которые закрыты для прямого общения с государственными структурами: группами наркоманов и лиц, ведущих беспорядочный и опасный образ жизни, в том числе сексуальной. И еще одно важнейшее решение, которое было принято, — это увеличение охвата современной антиретровирусной терапией ВИЧ-инфицированных в соответствии с требованиями Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) и Организации Объединенных Наций.

Государственная стратегия уже разработана и согласована со всеми федеральными ведомствами и аппаратом правительства РФ. Думаю, что в течение ближайших недель она будет подписана.

— Планируется ли ввести тестирование на ВИЧ в программу диспансеризации?

— Да, планируется. Дело в том, что мы и сейчас бесплатно тестируем на ВИЧ более 30 млн граждан России. Это достаточно много, если сравнивать с прошлыми годами. Но, по требованиям ВОЗ, нужно нарастить это количество примерно до 50 млн человек. Поэтому, внеся в план диспансеризации бесплатное исследование на ВИЧ, мы как раз добавим те 20 млн, которых недостает до 50.

Мы изыскали возможности для такой работы с 2017 года за счет внутреннего перераспределения ресурсов. Те исследования в рамках диспансеризациии, которые фактически являются скорее привычными, чем эффективными в плане скрининга здоровья, мы вывели из алгоритма диспансеризации.

— Летом в СМИ появлялись сообщения о том, что в регионах якобы был секвестирован бюджет на закупку лекарств для лечения ВИЧ-инфекции, что часть средств, которая должна была быть направлена на эти цели из федерального бюджета, была заморожена. Могли бы вы прокомментировать?

— В этом году все ресурсы, которые были запланированы на ВИЧ-инфекцию, были направлены. Они были "разморожены" решениями президента и председателя правительства и направлены в регионы.

— В рамках Восточного экономического форума у вас состоялось несколько встреч с коллегами из Кореи. О чем вы договорились?

— У нас очень продуктивно прошли переговоры. Вчера мы подписали меморандум о взаимопонимании по развитию информационных технологий в медицине и здравоохранении, в том числе на Дальнем Востоке. И это не единственное направление нашей совместной работы. Мы договорились вместе развивать ядерную медицину, медицинскую реабилитацию и санаторно-курортное дело, с учетом наличия и в России, и в Корее очень интересных новых реабилитационных технологий. Важное направление — это прямые контакты между нашими медицинскими школами и медицинскими университетами: обменные программы для преподавателей и взаимные стажировки молодых специалистов. Мы также обсуждали строительство ряда медицинских объектов. Так, например, нашими региональными коллегами был подписан договор по строительству многопрофильной больницы на Камчатке. Корейцы построят в России больницу по современным технологиям, где будут работать российские врачи.

Еще одно очень важное направление нашей работы — обеспечение безопасности и хорошего санитарно-эпидемиологического климата в российском дальневосточном регионе и в Корее. Оно касается быстрого информирования друг друга о наличии инфекционных вспышек, обмена при необходимости штаммами вирусов и бактерий, в том числе для того, чтобы мы могли проводить совместные научные проекты по выработке средств защиты от инфекционных заболеваний. В общем, планы у нас очень серьезные.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 15 сентября 2016 > № 1896344 Вероника Скворцова


Россия. УФО > Медицина > zavtra.ru, 14 сентября 2016 > № 1897138

"Раздай имение своё"

Поступок Владислава Тетюхина ошеломляющ, он требует объяснения в наш немилосердный эгоистический век.

Александр Проханов

Я не раз бывал в Нижнем Тагиле. Этот уральский город для меня — город танков, город "Арматы" и Т-90, город лязгающих конвейеров и полигонов, где только что вышедшие из цехов танки грохочут своими пушками и танцуют чудовищный и восхитительный балет среди рвов, оврагов и гор. Но на этот раз Нижний Тагил поразил меня другим — поразил встречей с сияющим человеком.

Здесь, на Урале, в Нижнем Тагиле живёт Владислав Валентинович Тетюхин. Ему 84 года. Он статен, худ, его движения легки, кажутся почти юношескими. У него живые проницательные глаза. Такую лёгкость, молодость в движениях и в выражении глаз обычно сохраняют люди, которые всю жизнь посвятили любимому возвышенному делу, служению, быть может, исполнению одной — на всю жизнь — мечты.

Владислав Валентинович — металлург. Много лет он работал на Урале в городе Верхняя Салда, где в своё время возникло титановое производство. Плавка, обработка титана, его резка, шлифовка, литьё под давлением — уникальные технологии, позволившие этот металл, лёгкий, тугоплавкий, сверхпрочный, направить в промышленность, где он произвёл переворот. Из титана стали изготовлять элементы и даже целые корпуса подлодок. Титан появился в фюзеляжах и крыльях сверхскоростных самолётов. Из титана стали изготовлять ракетные сопла, обтекатели. И изделия становились лёгкими, выдерживали перегрузки, оказывались стойкими к перегревам. За свои титановые труды Владислав Валентинович был удостоен Ленинской премии.

Когда пало великое советское государство, изготовленное, увы, не из титана, множество великих советских производств перешло в частное владение. Иные владельцы сберегли и развили полученное в дар производство, другие расхитили его, растеряли, погубили безвозвратно. Это была пора, когда гибли тысячи уникальных технологий, закрывалось множество неповторимых заводов. Владислав Валентинович стал одним из владельцев титанового производства. Получив значительную часть акций, управляя заводом, Владислав Валентинович сохранил великое производство. Не дал ему пасть. В тяжёлые 90-е годы сумел найти для титана рынок, в том числе и американский. Изделия из уральского титана стала покупать корпорация "Боинг". И сегодня уральский титан продолжает плавать в глубинах океанов, мчаться по баллистическим траекториям, преодолевать звук в небесах.

Титан нашёл себе ещё одно применение: из него стали изготовлять искусственные суставы. Имплантировать его туда, где естественный сустав изнашивался. Титановые шарниры вставлялись в бёдра, в колени, они заменяли локтевые и плечевые суставы. И у Владислава Валентиновича возникла идея: здесь, на Урале, которому он отдал столько лет своей жизни, проработал и подружился с таким количеством удивительных людей, построить медицинский центр, в котором проводилось бы протезирование. И титан становился не только частью ракет и подводных лодок, но и человеческого тела. Протезирование суставов помогло вернуть к полноценной жизни множество потерявших подвижность людей.

Владислав Валентинович продал свои акции и на вырученные деньги — 3,3 миллиарда рублей — построил Уральский клинический лечебно-реабилитационный центр. Этот центр на окраине Нижнего Тагила ничем не уступает сверхсовременным, восхитительным по своей архитектуре медицинским центрам Швейцарии, Франции, Германии. Его возводили по лучшим образцам европейских клиник, оснастили самым современным оборудованием, приборами, средствами реанимации и реабилитации. Это — краса и гордость Нижнего Тагила, краса и гордость Урала. Здесь ищут и находят исцеление не только жители уральских областей, но и соседних Татарстана, Башкирии, Тюмени, Новосибирска. Лучшие врачи были приглашены Владиславом Валентиновичем со всей России, а иные из Казахстана, Украины. Этот молодой коллектив принёс во вновь созданный центр свою энергию, свою даровитость, свою высочайшую медицинскую этику.

Центр готовится к расширению. Уже созданы чертежи для новых корпусов. Помимо хирургии и протезирования, здесь можно лечить целый спектр человеческих хворей. У центра одна беда: он рассчитан на число пациентов, вдвое превышающее то, что сегодня приезжает лечиться. Государство ограничивает количество квот на лечение в центре, ограничивает количество пациентов, которые могут пользоваться квотами медицинского страхования, а значит — приезжать в этот центр из Кургана или Челябинска, из Омска или Тюмени. В других областях, где нет таких учреждений, пациенты записываются в очередь и ждут своего часа годами, иногда получая медицинские услуги гораздо ниже мировых стандартов. Владислав Валентинович бьётся за эти квоты, посылает письма, прошения, записки во все инстанции, даже президенту, который, прочитав эти обращения, даёт указание министру здравоохранения Веронике Скворцовой рассмотреть вопрос и пойти навстречу просителю. Но ни помощи, ни ответа. Министр Скворцова молчит.

Великолепный центр загружен лишь наполовину. Пациенты из других областей не могут туда попасть, обречены на ожидание и страдания.

Однако в этом центре поражают не столько великолепные операционные, чудесные приборы и механизмы, отработанные технологии и практики, превращающие операцию и последующее исцеление в настоящий индустриальный процесс, где электроника, вычислительная техника и продуманная логистика соизмеримы с самыми совершенными производствами. Поражает сам Владислав Валентинович, его решение отказаться от огромного богатства, от личной собственности, "раздать имение своё", как говорится в Священном писании, направить свои огромные деньги на благо народа, отблагодарить народ за то, что он, народ, вскормил, вспоил его, научил работать. Эта удивительная народность, в которой любовь, благодарность, сострадание, потребность в добре, в духовном возвышенном действии, — это поразительное явление наших дней.

Сегодня насаждается культ богатства, религия денег, поклонение золотому тельцу. Общественным идеалом становится не художник, творец, герой или мученик. Им становится успешный человек, богач, победитель в гонке за благосостоянием, способный потребить больше остальных, удивить всех своим великолепным дворцом, своими личными самолётами, яхтами и драгоценностями, своими пирами и вакханалиями, которые так часто демонстрируются на телевидении. То, что раньше, в пуританские времена Советов, скрывалось, о чём стыдливо умалчивалось, теперь выставляется напоказ кичливыми богачами, которые тратят тысячи долларов на бутылку шампанского, в то время как детям, страдающим онкологией, не могут собрать средства на необходимые операции.

Поступок Владислава Валентиновича ошеломляющ, он требует объяснения в наш немилосердный эгоистический век. Этот поступок подобен религиозному подвигу, служению людям так, как этому учит и проповедует Евангелие, народная этика, родная литература, отечественные предания, что сохранили память о русских богачах: о купцах, фабрикантах и заводчиках, которые отламывали от своих богатств щедрые ломти и отдавали их людям.

Этот поступок не единичен. Всё больше богатых русских людей — предпринимателей и промышленников — проникаются чувством сострадания, любви, а иногда и вины перед страдающим народом, обретают национальное самосознание, помогают больным, жертвуют бедным, заботятся о детских домах, благоустраивают обнищавшие города и посёлки, поддерживают патриотические издания, испытывая от этой помощи духовное удовлетворение. Ибо творящий добро человек по таинственным законам человеческой души сам первый пользуется плодами этого добра.

Об этом я думал, общаясь с Владиславом Валентиновичем среди его великолепных операционных, стерильных палат, разговаривая с пациентами и врачами. Не знаю, как помочь этому подвижнику. Хочу обратиться к министру здравоохранения Веронике Игоревне Скворцовой.

Дорогая Вероника Игоревна! Вы в своих заботах и хлопотах, быть может, не заметили этого подвижника и замечательный, созданный его радениями центр. Прошу вас, обратите на него внимание и в своих поездках по России побывайте в Нижнем Тагиле. И вы увидите там не только танки "Армата", но и поразительного человека, народного героя Владислава Валентиновича Тетюхина. Не сомневаюсь, общение с ним доставит вам великую радость, и вы откликнетесь на его просьбы. Он просит не для себя, а для людей.

Россия. УФО > Медицина > zavtra.ru, 14 сентября 2016 > № 1897138 Александр Проханов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 сентября 2016 > № 1887145

Об охране труда и трудовых отношениях.

Совещание.

810-й авиационный ремонтный завод образован в октябре 1984 года. В январе 2015 года предприятие вошло в состав АО «Вертолёты России» госкорпорации «Ростех».

Завод осуществляет капитальный ремонт и техническое обслуживание вертолётов типа Ми-8Т и МТ (Ми-17), Ми-8МТВ (Ми-17-1В), Ми-8АМТ (Ми-171), Ми-24В (Ми-35), Ми-24/25, главных редукторов ВР-24, ВР-14, утилизацию вооружения и военной техники, разработку, производство и испытания авиационной техники, ремонт компонентов и комплектующих изделий.

Производство имеет замкнутый цикл – от разборки вертолётов до проведения лётных испытаний. Производственные площади при полной загрузке позволяют в течение года проводить капитальный ремонт 50–70 вертолётов типа Ми-8, Ми-24 в три потока. Одновременно на всех стадиях ремонта могут размещаться 18 вертолётов.

Общая численность сотрудников завода – 430 человек.

Совещание об охране труда и трудовых отношениях.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сегодня мы проведём совещание по вопросам охраны труда и регулирования трудовых отношений, сделаем это прямо на производстве.

В нашей стране общее количество работающих людей 72 млн и более 49 млн рабочих мест. Каждый человек, который приходит на работу, должен быть уверен, что его жизни и здоровью ничего не угрожает. Причём независимо от того, где он трудится – в офисе или на шахте, на вредных производствах или в социальных учреждениях, – условия должны быть безопасные и по возможности максимально комфортные. И я, и мои коллеги, когда мы бываем на предприятиях, общаемся с коллективами, такие вопросы слышим, они поднимаются. Многие предприятия в последние годы у нас занялись модернизацией условий труда, тем не менее ещё немало производств, где людям приходится работать на допотопном, старом оборудовании, где нарушаются санитарные нормы, не исполняются элементарные требования к условиям труда. Есть и пресловутый человеческий фактор, привычный расчёт на то, что пронесёт и не будет травм и профессиональных заболеваний. Есть и совсем тяжёлые случаи, когда травматизм становится причиной гибели людей.

За последние 10 лет, то есть с 2006 по 2015 год, ситуация начала меняться. В целом по стране стало меньше производственного травматизма, несчастных случаев. Эти показатели по отношению к 2006 году снизились в два раза. Но даже такая статистика никого не должна успокаивать, поскольку речь идёт об охране здоровья и жизни людей.

В последнее время для улучшения ситуации в этой сфере предпринимались определённые шаги. С апреля 2014 года проведена специальная оценка условий труда на более чем 9 млн рабочих мест, где занято свыше 13 млн работников. Этот механизм у нас появился относительно недавно и позволяет объективно оценивать безопасность труда на конкретном рабочем месте. На основе такой оценки работникам должны устанавливаться соответствующие гарантии и компенсации и, конечно, выдаваться средства защиты.

Ежегодно работодателями тратится на мероприятия по охране труда более 160 млрд рублей, в среднем это получается около 8 тыс. на одного работающего.

Растут также суммы возвратных средств Фонда социального страхования, которые работодатели направляют на предупредительные меры по сокращению производственного травматизма и профессиональных заболеваний. В 2015 году объём таких средств составил свыше 9,5 млрд рублей, и это трёхкратный рост по отношению к 2006 году. Чтобы стимулировать страхователей к соблюдению требований охраны труда и снижению профессионального риска, мы устанавливаем либо скидки, либо надбавки к страховым тарифам на этот вид обязательного социального страхования. Их размер напрямую зависит в том числе от результатов специальной оценки условий труда. Проще говоря, чем лучше условия труда, тем ниже тариф. Также учитывается, прошли ли работники обязательные медицинские осмотры, сколько денег потрачено работодателем на страхование.

В настоящее время готовится законопроект, который позволит внедрить на производстве так называемый риск-ориентированный подход. Будут установлены критерии безопасности работы, а также контроль за их применением. Нам нужно ещё серьёзно доработать трудовое законодательство в этой части, чтобы повысить эффективность профилактических мер и одновременно исключить устаревшие, избыточные или дублирующие требования по обеспечению безопасных условий труда, чтобы дать возможность самому бизнесу, предпринимателям эффективно расходовать деньги на эти цели.

Зарплата тоже является важнейшим условием трудовых правоотношений. Каждый человек должен получать за свою работу адекватные деньги, причём своевременно и в полном объёме. Это аксиома, норма закона, императив, если хотите. К сожалению, у нас есть случаи, когда зарплата задерживается. С 1 августа суммарная задолженность составила чуть более 3,5 млрд рублей. В масштабах страны это не такая огромная сумма, но тем не менее за всеми этими случаями стоят конкретные люди, их семьи, которые не получают деньги, а это безобразие. Таких случаев быть не должно вообще. Сумма эта составляет приблизительно 1% месячного фонда зарплаты работников различных видов экономической деятельности. Но если есть территории (и их большинство), где эта задолженность практически отсутствует, то есть и территории, где эта задолженность имеется и в ощутимых объёмах. Практически во всех случаях это связано с недостаточностью собственных средств организаций.

По этому поводу предусмотрен целый ряд мер. Мы утвердили «дорожную карту» по обеспечению эффективного контроля за выплатой зарплаты. Повышена административная ответственность работодателей: тех, кто задерживает выплаты, штрафуют. Но все эти вопросы всё равно должны быть под контролем и соответствующих надзорных служб, и прокуратуры. И профсоюзы не должны быть в стороне от этих проблем.

Достаточно распространённой является ситуация, когда предприятие обанкротилось и не выплатило человеку деньги, и ему нужно компенсировать потерянный заработок. Понятно, что есть возможности, связанные с распродажей имущества, но очень часто это не приводит ни к какому результату – либо имущества нет, либо эти требования удовлетворяются после исполнения требований другой очерёдности. Здесь есть целый ряд известных предложений, но можно продумать и механизм компенсации, основанный на специальных фондах.

Что касается компаний с государственным участием, мы уже законодательно закрепили требование, по которому размер зарплат управленцев должен зависеть от результатов работы компаний, а в государственных и муниципальных учреждениях, на унитарных предприятиях – зависеть и от среднемесячной зарплаты сотрудников.

Чтобы этот механизм действительно работал, введена ответственность за несоблюдение этих требований. Было бы полезно и государственным корпорациям отчитываться о взаимосвязи зарплаты управленческого персонала и достигнутых результатов деятельности перед Российской трёхсторонней комиссией по регулированию социально-трудовых отношений.

Ещё один аспект затрону. Среди работающих у нас много и тех людей, которые уже вышли на пенсию, но продолжают трудиться. 23 августа мы проводили совещание на тему, связанную с пенсионными выплатами и с различными проблемами, которые существуют у людей пенсионного возраста. Говорили мы и об индексации, тема тоже весьма сейчас резонансная. По итогам было принято решение о единовременной индексационной выплате всем пенсионерам в размере 5 тыс. рублей в январе следующего года, в том числе и работающим пенсионерам, на что ещё раз хочу обратить внимание. Я давал поручение подготовить законопроект. Максим Анатольевич (Топилин), доложите, пожалуйста о ходе исполнения этого поручения.

М.Топилин: Законопроект мы подготовили. Я буквально вчера подписал все бумаги по его внесению в Правительство, он со всеми согласован. Там один вопрос, по которому у нас ещё есть некоторые разночтения с Минфином, но в принципе все документы подготовлены, и на площадке Правительства нужно будет принять окончательное решение.

Д.Медведев: Все разночтения нужно снять в суточный срок и больше к этому не возвращаться. Я по регионам много езжу, наши граждане, я имею в виду пенсионеров, активно интересуются этой выплатой. Рассмотрим этот законопроект на ближайшем заседании Правительства, чтобы никаких проволочек на эту тему не было.

Ещё одна тема, которую хотел бы затронуть, – профессиональные стандарты. На настоящий период утверждено 818 профстандартов в машиностроении, энергетике, сельском хозяйстве, космической отрасли, высоких технологиях, атомной промышленности, жилищно-коммунальном хозяйстве, образовании, здравоохранении. Эту работу надо обязательно продолжить. Появление новой техники на производстве требует повышения квалификации работников с учётом современных требований практически на протяжении всей трудовой жизни.

Надо работать и с теми, кто в открытом доступе получает информацию (чтобы в интернете её было как можно больше) о востребованных на рынке труда профессиях и современных требованиях к квалификациям специалистов. Мы этим занимаемся в последние годы, ресурс этот востребован, его надо совершенствовать.

Прежде чем послушать коллег по Правительству, хотел бы дать высказаться другим нашим товарищам, которые здесь присутствуют. Они в Чите по инициативе Федерации независимых профсоюзов встречались с представителями нашей фракции, думского большинства в парламенте, а также с представителями министерств и ведомств, обсуждали, как создать более благоприятные условия для работы. Хочу послушать, каковы итоги этого обсуждения, что людей прежде всего по этому направлению волнует, как работают в регионах. Часть проблем я обозначил во вступительном слове, давайте продолжим это обсуждение.

М.Шмаков: Сегодня прошло большое трёхстороннее совещание с представителями работников, работодателей и руководством министерств и ведомств Российской Федерации. Мы обсудили ряд важных вопросов, касающихся охраны труда, заработной платы, вопросов развития социального партнёрства. Выступали многие представители и работодателей, и профсоюзов, которые обозначили ряд проблем и предлагали своё решение. Безусловно, за последние годы сделано многое, но останавливаться нельзя, надо наращивать наше эффективное сотрудничество. Сегодня в обсуждениях принимали участие не только представители профсоюзов Забайкальского края, но и Иркутской области, Республики Бурятия, Хабаровского края, а также руководители трёх профсоюзов – здравоохранения, работников госучреждений и строительства. Есть ряд предложений, о которых я хотел бы коротко сказать, на которые сегодня обращали внимание наши коллеги. Во-первых, здесь произошла уникальная встреча, потому что это первая встреча в таком формате в Российской Федерации.

Высказывалась идея, чтобы, не откладывая в долгий ящик, провести по сходной теме заседания региональных трёхсторонних комиссий, чтобы эти темы были более глубоко рассмотрены во всех регионах. Условная тема этих заседаний могла бы быть такая: «Создание благоприятных условий для достойного труда». Более того, мы проводим заседание федеральной трёхсторонней комиссии 7 октября, и было бы целесообразно, чтобы эти заседания прошли до 7 октября, чтобы мы собрали больше материала для последующей оценки и выполнения всех тех поручений, которые предполагаются в протокольном решении по итогам нашего совещания.

Безусловно, проблема долгов по заработной плате волнует всех. Несмотря на то что Вы назвали цифру – менее 1% общего фонда заработной платы месячного, – тем не менее профсоюзная сторона считает, что можно поработать над совершенствованием 855-й статьи Гражданского кодекса, потому что после ратификации Российской Федерацией 173-й Конвенции МОТ у нас не осталось никаких препятствий для того, чтобы имплементировать это в наше законодательство. Высказывались мнения о том, что нельзя откладывать и вообще убирать с повестки дня, несмотря на всю критику, проблему введения прогрессивного подоходного налога. На каком-то этапе нашего развития всё равно придётся к ней возвращаться. Чем раньше мы продумаем, как это лучше сделать, тем будет лучше.

Наконец, обсуждался также вопрос укрепления страховой основы социальных фондов. Сегодня в печатных изданиях, интернет-изданиях появляются различные идеи, где предлагается отойти от той договорённости и тех гарантий, которые обсуждались при поручении Федеральной налоговой службе сбора взносов в социальные фонды. Здесь надо укрепить страховую основу, и так, чтобы в соответствии предполагаемыми поручениями, которые будут даны фондам, они могли бы в полном объёме исполнять свои обязанности – и по профилактике профзаболеваний, и по выплате пенсий, и по соответствующему финансированию медицины через Фонд обязательного медицинского страхования. Я считаю, что это можно было бы добавить в проект протокольного решения.

Д.Медведев: Спасибо, Михаил Викторович. Я два слова скажу по затронутым вами вопросам.

Первое. По поводу этих региональных совещаний. Мне кажется, это хорошая идея, давайте попробуем это всё организовать, в том числе в тот период, о котором вы сказали, до 7 октября текущего года.

По статье 855 Гражданского кодекса. Это известная всем статья (я знаю, что вы недавно и с Владимиром Владимировичем на эту тему беседовали). Она устанавливает, что при недостаточности денежных средств на счёте списание денежных средств на зарплату осуществляется в третью очередь. То есть не в первую, не во вторую, а в третью очередь. Действительно, мы ратифицировали 173-ю конвенцию МОТ. Надо провести окончательную юридическую экспертизу и, если она даст основания для того, чтобы правила гражданского законодательства поменять, это нужно будет сделать. Давайте этим займёмся. Такое поручение, естественно, дам также.

Другие вопросы – по укреплению страховой основы, сборов. Мы договаривались, что, в общем, от страховой природы всех сборов не отказываемся, а, наоборот, исходим из того, что именно саму страховую природу платежей нужно укреплять. Это не налоги в узком смысле этого слова, а всё-таки страховые платежи. Поэтому в этом направлении нужно работать. Тематика прогрессивного налогообложения доходов находится всё время в поле зрения, по ней идут дискуссии, и, естественно, эти дискуссии должны быть продолжены. Мы сейчас никаких решений не принимаем на эту тему, тем не менее обсуждения будут.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 сентября 2016 > № 1887145 Михаил Шмаков


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 5 сентября 2016 > № 1887123

Заседание Правительства.

В повестке: об итогах исполнения федерального бюджета, ходе выполнения федеральных целевых программ и реализации Федеральной адресной инвестиционной программы за первое полугодие 2016 года.

Из вступительного слова Дмитрия Медведева:

Добрый день, коллеги! Начну с ситуации, которая сложилась в Приморье. Там произошло наводнение в конце августа. В результате оказались подтоплены более 2,5 тыс. жилых домов (где проживают около 8,5 тыс. человек), больница, несколько детских садов, три школы и другие социальные объекты. Нарушено дорожное сообщение, энергоснабжение. В ряде случаев повреждены мосты. Основная задача сейчас – минимизировать последствия этого стихийного бедствия, быстро организовать помощь всем пострадавшим. В регионе уже развёрнута спасательная операция. Мы сегодня рассмотрим вопрос о выделении 718 млн рублей на ликвидацию последствий наводнения в крае. Действовать надо оперативно, чтобы обеспечить людей всем необходимым, и в самой короткой перспективе, буквально сейчас, приступить к восстановлению инфраструктуры, которая оказалась разрушена.

Теперь по повестке дня. Начнём с тех вопросов, которые касаются исполнения федерального бюджета, федеральных целевых программ и Адресной инвестиционной программы. Мы с вами такие вопросы рассматриваем регулярно, каждые три месяца, чтобы понимать, с какой эффективностью расходуются бюджетные средства и в целом какова текущая ситуация. Сегодня рассмотрим итоги за первые шесть месяцев, то есть за первое полугодие текущего года. Более подробно доложат коллеги из Министерства финансов и Министерства экономического развития. Я назову лишь основные цифры.

Доходы федерального бюджета за первое полугодие составили около 6 трлн рублей, вернее 5 трлн 869 млрд, причём бо?льшая часть, почти две трети, – это доходы, которые не связаны с продажей нефти и газа (64%). Понятно, здесь есть объективные условия, но есть и определённые последствия для нашей бюджетной системы, экономики в целом, которая уже значительно меньше, чем раньше, зависит от мировых цен на топливо и сырьё. В основном доходную часть формируют налоговые поступления.

Израсходовано за полгода чуть более 7 трлн рублей. На что пошли эти деньги? Основные статьи расходов – это трансферты государственным внебюджетным фондам (Пенсионному, социального страхования и обязательного медицинского страхования), ну и в целом расходы на социальное обеспечение – это почти 2 трлн 300 млрд рублей. Именно за счёт этих средств мы платим пенсии, различные пособия и инвалидам, и ветеранам, и семьям с детьми, то есть тем, кто нуждается в особой поддержке; оплачиваются больничные, обеспечивается бесплатная медицинская помощь, софинансируются региональные программы, которые связаны, например, с адресной помощью пенсионерам или улучшением социального обслуживания.

Другое направление расходов, тоже объёмное, – это зарплата тех, кто работает в бюджетной сфере (по этой статье за полгода было израсходовано более 1,1 трлн рублей), а также помощь региональным бюджетам. Почти 700 млрд рублей мы направили на решение важнейших вопросов, которые сегодня волнуют людей, в первую очередь это и здравоохранение, конечно, и образование, дороги, поддержка сельского хозяйства. Как неоднократно я уже говорил, мы такую поддержку и впредь будем оказывать.

Ещё один важный момент: бюджетным законодательством установлен предельный срок, до которого нужно заключить контракты или объявить о проведении закупки товаров, работ или услуг за счёт бюджетных средств, этот срок – 30 сентября. Времени осталось немного, поэтому обращаю внимание всех руководителей министерств и ведомств, всех распорядителей бюджетных средств, что этот вопрос требует максимального внимания. Нужно обеспечить как можно более быстрое освоение этих лимитов, этих объёмов финансирования.

К сожалению, у нас нередки ситуации, когда деньги выделены, а потом лежат мёртвым грузом. Подобная ситуация была и в прошлом году, и в этом году есть проблемы. По сути, это продолжение ещё советских традиций. Но в любом случае эффективность расходов нужно увеличивать и работать с государственными деньгами, естественно, оперативно и эффективно. Минфин должен держать этот вопрос на контроле и представить в Правительство предложения по перераспределению неиспользуемых средств до 30 сентября. То есть, если средства не будут использованы, соответственно, они подлежат перераспределению, – обращаю на это внимание всех присутствующих.

Теперь о том, как расходовались бюджетные деньги в рамках федеральных целевых программ и Федеральной адресной инвестиционной программы. На реализацию 39 федеральных целевых программ в этом году было направлено более 1 трлн рублей – деньги весьма значительные. Минэкономразвития доложит, насколько эффективно они используются. В целом ситуация достаточно нормальная и по кассовому исполнению, и по привлечению внебюджетных источников. При этом, как обычно, у нас есть программы, которые идут очень неплохо, но есть и программы, где средства расходуются недостаточно эффективно. Нужно ведомствам, которые отвечают за эти программы, ситуацию исправить и доложить предложения.

Несколько слов по выполнению Федеральной адресной инвестиционной программы. В рамках этой программы консолидируются бюджетные деньги, которые целевым образом направляются на строительство и обновление объектов инфраструктуры, на промышленные предприятия, на социальные учреждения (конечно, когда такие объекты требуют значительных инвестиций), на новые дороги, новые мосты, современные дома, на образовательные, медицинские и научные центры, на театры, музеи. Вот основные направления расходования этих средств. На исполнение адресной программы в этом году мы направляем почти 900 млрд рублей. За счёт этих денег должно быть построено или модернизировано, напомню, 1749 различных объектов.

Бо?льшая часть года прошла, по освоению средств ситуация, как я сказал, относительно понятная, а вот сдача готовых объектов – там проблемы есть. Есть, конечно, и причина этого. Тем не менее ещё раз прошу всех внимательно ситуацию проанализировать и сконцентрироваться на том, чтобы завершить работу по этим объектам в течение календарного года.

Сегодня мы распределим субсидии регионам на компенсации пожилым людям оплаты взносов на капитальный ремонт многоквартирных домов. Я напомню, мы соответствующую льготу с вами обсуждали и приняли. Очевидно, что многим в силу возраста трудно самостоятельно такие платежи вносить. Чтобы помочь таким людям, с начала этого года мы ввели льготу для пенсионеров старше 70 и 80 лет, одиноким и неработающим людям старше 70 лет компенсируется, как известно, 50% затрат на капитальный ремонт, а тем, кому исполнилось 80 и больше и кто живёт одиноко или в семьях, где есть только неработающие пенсионеры, компенсируются все 100%, то есть полностью компенсируется этот взнос. Из федерального бюджета на это выделено 3 млрд 760 млн рублей.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 5 сентября 2016 > № 1887123 Дмитрий Медведев


Россия. Весь мир > Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 29 августа 2016 > № 1879055

Дмитрий Медведев принял участие в работе Всемирного форума «В единстве с Россией».

Всемирный форум «В единстве с Россией» организован фондом «Русский мир» в целях обсуждения актуальных вопросов и консолидации соотечественников, проживающих за рубежом. Среди участников форума – наши соотечественники более чем из 90 стран ближнего и дальнего зарубежья: главы профильных ассоциаций и организаций, представители российских и зарубежных общественных организаций, бизнеса, научной и образовательной общественности, журналисты.

Выступление Дмитрия Медведева:

Добрый день, дорогие друзья, дорогие соотечественники!

Очень рад вас видеть в Москве, в России, на родной земле и говорить с вами на русском языке.

Все вы оказались за границей по разным причинам. Одних когда-то увезли родители от потрясений, которые переживала наша страна в XX веке, другие поехали учиться и остались в новом для себя мире, третьи покинули Россию в поисках работы и просто личного счастья. Многие оказались за границей не по своей воле, когда 25 лет назад вмиг изменились наши общие границы. Но всех нас объединяет одно – это любовь к нашей стране, её культуре, её языку и, конечно, неравнодушное отношение к тому, что здесь, у нас, происходит.

Сегодня в зале присутствуют более 300 человек, практически все они граждане России, которые представляют свыше 30 миллионов россиян из 100 стран мира. Вы по-прежнему остаётесь гражданами нашей страны, остаётесь детьми нашей страны, говорите и думаете по-русски, читаете Пушкина, Чехова, Достоевского в оригинале, гордитесь нашими победами и переживаете о наших проблемах, вместе с нами хотите, чтобы Россия была сильной и процветающей страной.

Вообще переезд на новое место жительства, тем более в другую страну, – это всегда вызов человеку, его характеру. Нужно привыкать к местным обычаям, к правовой реальности, устраиваться на работу, находить жильё, снова заводить друзей, то есть, по сути, начинать всё сначала. Но все вы состоялись в новой жизни, доказали, что вы люди сильные и, по сути, являетесь неотъемлемой частью русскоговорящего мира, который превратился в самостоятельный и очень важный элемент мирового развития.

Конечно, у вас у всех есть своя позиция по многим вопросам политики, экономики, международных отношений, и нам очень важно, как вы оцениваете процессы, которые происходят в нашей стране, какой вы видите Россию на современной карте. Ваши предложения, во всяком случае многие предложения, действительно полезны и востребованы в нашей стране, поэтому нам нужно подумать и о механизмах специального представительства русского зарубежья в общественных структурах России. Наших людей, которые живут за рубежом, нужно активнее привлекать в экспертные и консультативные советы при Государственной Думе, Совете Федерации, к работе наших крупных общественных структур, таких как Историческое общество, Общество русской словесности, правозащитные организации, конечно, Общественная палата.

Мы также готовы делать всё, чтобы вы никогда не теряли связи с Россией, чтобы вы оставались в культурном и информационном поле страны. Хотя жизнь многих из вас протекает вдали от России, но точно не в отрыве от неё, особенно с учётом современных коммуникаций. Вы знаете Россию и нашу культуру, её традиции по поездкам, визитам сюда, по рассказам близких, которые посещают нашу страну, по общению в социальных медиа. Всё это сейчас создаёт особую ткань взаимоотношений. Многие, конечно, помнят страну советского образца, значительная часть присутствующих родилась и училась в Советском Союзе. Но сейчас, может быть, гораздо важнее, что вы знаете современную Россию (для нас во всяком случае это точно сейчас очень важно), можете поэтому рассказать о нашей стране правду, которая способна преодолевать и многочисленные стереотипы, и предрассудки. Ваш приезд в Россию – это хорошая возможность сравнить то, что вы видите собственными глазами, с тем, что пишут и говорят о России за границей.

В современном мире рассказ человека – очевидца событий значит ничуть не меньше, чем раньше, но приобретает, может быть, гораздо большее значение с учётом опять же того, как выглядит современное информационное общество. Раньше, чтобы поделиться информацией, нужно было рассказывать тем людям, которые собрались. Сейчас достаточно сделать это в социальных медиа, и это становится достоянием общественности. А диалог между людьми действительно зачастую важнее каких-то экономических проблем, политики и уж тем более силы оружия. Коммуникационные технологии создают возможность говорить из любой точки мира.

Уникальность вашего положения в том, что вы одновременно погружены и в наши российские реалии, и в жизнь государств и наций, в которых вы проживаете. Именно по вам судят о России, её культуре, её традициях, о современной жизни и начинают понимать Россию без посредников.

Мир переживает одну информационную революцию за другой. Скорость распространения информации, её абсолютная доступность, вариативность, степень влияния на политические, общественные процессы в настоящий момент просто беспрецедентны. И мы хотим, чтобы в глобальном мире был слышен и хор российских голосов, известен был наш взгляд на происходящие события.

Здесь огромную роль играют русскоязычные средства массовой информации. Всего, по разным оценкам, в 70 странах мира работает более 3 тыс. СМИ (я имею в виду именно, так сказать, классические СМИ). Мы признательны всем, кто пишет и говорит на русском языке, пытается рассказать о России правду, не приукрашивая, конечно, наши реалии, но и не создавая очередных «русских страшилок».

Сейчас особенно непросто быть журналистом. Это касается независимых русскоязычных СМИ, которые нередко работают, прямо скажем, в откровенно агрессивной среде. В эпоху информационного изобилия, когда информация приходит из самых разных мест самыми разными способами, мало кому хочется погружаться в суть событий, подробно разбираться в деталях. Читают только заголовки, не погружаясь в суть материала. Простые схемы и совершенно примитивные объяснения становятся, естественно, самыми привлекательными. Есть и давление крупных, глобальных СМИ. Всё чаще мы сталкиваемся и с так называемым пропагандистским прессингом, когда вместо честного, объективного анализа событий выдаются штампы, которые не нужно никому доказывать. Он просто предъявляется и уже, так сказать, становится общественным фактом. А зачастую информационным продуктом просто становится вымысел, в то время как правда никому оказывается не нужной.

Хочу прямо сказать, что мы очень благодарны вам за всё, что вы делаете, возлагаем на вас действительно большие надежды – на то, что вы объективно рассказываете о России, о нашей стране, о том, что здесь происходит, как мы живём каждый день. И мы, конечно, обязаны заниматься поддержкой русского слова за рубежом на государственном уровне.

Наверное, здесь ещё многое необходимо сделать, вы об этом тоже говорили и ещё скажете. Отмечу некоторые новые события, которые для нас являются, мне кажется, знаковыми.

В 2013 году в премии Правительства России в области средств массовой информации появилась номинация «Лучшее зарубежное массмедиа на русском языке». Я регулярно такие премии вручаю и считаю, что это очень полезно.

В зоне особого внимания, конечно, должно быть сохранение правового статуса русского языка в странах постсоветского пространства, распространение русского языка среди граждан молодого поколения. Для этого у нас есть ресурсы, есть федеральная целевая программа «Русский язык», которую мы, несмотря на все экономические сложности, о которых вы тоже отлично знаете, продлили на период до 2020 года. Есть и Концепция государственной поддержки и продвижения русского языка за рубежом. Есть, наконец, фонд «Русский мир».

Но это не означает, что мы должны замкнуться только на том, что имеем. Любые интересные идеи должны быть рассмотрены, хочу вам это пообещать как Председатель Правительства.

Важнейшей задачей для нас остаётся защита прав и интересов граждан России за рубежом. Это прежде всего государственная задача, ей занимаются и Министерство иностранных дел, и Россотрудничество. Есть и специальная Правительственная комиссия по делам соотечественников, есть, конечно, общественные организации. Очень важно, чтобы они выступали единой силой, когда речь идёт о помощи нашим гражданам, будь то защита матери, которая не может забрать ребёнка из другой страны, или насильственный перевод русских школ на другой язык обучения (подчёркиваю: насильственный), или помощь нашим гражданам, которых несправедливо осудили на территории других государств.

Мы будем отстаивать ваши права и интересы в любой точке мира, защищать от дискриминации, от притеснений со стороны местных властей или организаций, если это будет необходимо, содействовать в решении социальных вопросов, включая пенсионные вопросы и вопросы медицинского страхования, помогать другими возможными способами.

Россия является сильным и влиятельным государством, и мы обязаны защищать своих людей, своё гражданство, свою историю и культуру. И скажу такую, может быть, несколько пафосную вещь, но она, мне кажется, очень важна: я хочу, чтобы вы, как и все другие граждане нашей страны, чувствовали каждую минуту, что за вами стоит Российская Федерация – страна, которая своих не оставляла и не оставит, как это было и в Южной Осетии, и в Крыму.

При этом вы и сами представляете мощную силу, с мнением которой зарубежные власти не могут не считаться. Вдали от России, конечно, вы все ближе друг к другу, становитесь друзьями, зачастую бизнес-партнёрами, создаёте и семьи, и, с другой стороны, компании для работы, объединяетесь в организации. С 2007 года работает Всемирный координационный совет российских соотечественников, практически в 100 государствах сформированы местные организации соотечественников и проводятся конференции российских общин. При вашем содействии реализуются крупные проекты. Я все называть не буду, упомяну один из последних крупных межгосударственных проектов – Российский духовно-культурный центр в Париже на набережной Бранли. Строительство его началось в июле 2014 года, уже в октябре этого года он откроет свои двери для посетителей, появятся современные площадки для концертов, кинопоказов, выставок. В центре должно быть и большое образовательное пространство с программами обучения на русском языке. Конечно, центральной частью, жемчужиной этого центра станет кафедральный собор Святой Троицы.

Особую роль в консолидации нашей зарубежной общины имеют и другие структуры, такие как Дом русского зарубежья имени Александра Солженицына. Столетие этого писателя мы все будем отмечать в 2018 году. Мы приступили к строительству первого в России музея русского зарубежья при доме Солженицына. Это значит, что домой должны вернуться архивы и культурные сокровища русской эмиграции.

Дорогие соотечественники, мы, конечно, ждём и вас в России. С этой целью мы запустили государственную программу по оказанию содействия добровольному переселению в Россию соотечественников из-за рубежа. В этом году мы отметили приезд в Россию полумиллионного участника этой программы. Более половины из них – это люди, которые бегут с Украины, они напуганы, они были в зоне боевых действий, пережили тяжелейшие потрясения, многие потеряли близких. Они надеются на Россию, на её поддержку, её помощь, её защиту. Для них Россия всегда была второй родиной, да и теперь будет. Многие из них навсегда рассчитывают остаться здесь. Мы помогаем им, обеспечиваем их главным, что в такой ситуации требуется (это крыша над головой, медицинская помощь, работа), ну а детей – нормальным, современным образованием.

Вообще Россия так устроена, что она всегда старалась помочь, очень многим помогала. В нашей поддержке нуждаются и дети наших соотечественников за рубежом. Я хочу, пользуясь этой возможностью, обратиться к нашим молодым согражданам: в любой точке планеты вы должны знать, что у вас есть родина и мы вас ждём. Именно поэтому мы придумали проекты «Здравствуй, Россия!» и «Новое поколение», в рамках которых только в этом году около 1 тыс. молодых людей из 47 стран побывали на родной земле.

Но мы, конечно, хотим, чтобы молодёжь не просто приезжала к нам, а училась и работала – это правильно. Чтобы поступить в российский вуз, необходимо сдавать единый государственный экзамен – так у нас устроена сейчас сфера образования. Мы уже начали работу по организации пунктов сдачи единого государственного экзамена за пределами России. Прежде всего это касается стран Содружества Независимых Государств. Благодаря усилиям Министерства образования, Россотрудничества и фонда «Русский мир» уже этим летом единый государственный экзамен сдавался почти 2 тыс. выпускников в 51-й стране мира.

Для самых маленьких Президентом была утверждена концепция «Русская школа за рубежом». Она открыла новые возможности для наших соотечественников получать образование на русском языке. В разных странах появились уже не только школы, но и детские сады для ребят из семей, где родители говорят на двух, иногда на трёх языках.

Вообще это хорошо, когда наши граждане хотят получать знания в учебных заведениях России или же зарубежных учебных заведениях, которые работают по российским образовательным стандартам. Наша задача – предоставить им такую возможность в полной мере и без всяких ограничений.

Мы также заинтересованы в продолжении обучения в России тех, кто часть образовательного пути прошёл за границей. Считаю, что кроме пользы здесь ничего быть не может. Мы обязаны встретить новое поколение новыми востребованными образовательными программами, предложить им нормальное качественное образование и перспективы собственного роста, широкие возможности для профессиональной и творческой самореализации. Такую Россию мы все вместе строим и очень рассчитываем на вашу помощь и вашу поддержку.

Ну а будущее России, конечно, определяется теми решениями, которые мы принимаем, и теми политическими событиями, которые переживает наша страна. Вы знаете, что 18 сентября пройдут выборы депутатов Государственной Думы. Для того чтобы каждый, у кого есть российский паспорт, мог в любой точке мира принять участие в голосовании, в том числе на площадках Россотрудничества, в зарубежных культурных центрах, мы впервые перешли к так называемым объединённым с зарубежными странами избирательным округам. То есть, по сути, убрали границы между тем, что здесь, и тем, что там. Абхазия, например, будет голосовать вместе с Забайкальем, Воронежской, Ленинградской и Самарской областями, Австрия будет голосовать вместе с Татарстаном, Болгария – с Москвой и Московской областью, Санкт-Петербургом, Великобритания – вместе с Томской областью, Египет – с Алтайским краем, Канада – с Ивановской областью, Украина голосует со Свердловской областью и Ямало-Ненецким автономным округом и так далее. Мы создадим все условия для того, чтобы в день выборов каждый участок мог принять тех, кто хочет проголосовать, чтобы избирательный процесс был и организованным, и безопасным. Но самое главное, что нужно для выборов, – чтобы он был абсолютно прозрачным, и на это нацелена и наша Центральная избирательная комиссия, и загранучреждения Министерства иностранных дел.

Избирательная кампания не может быть полноценной, если в ней отсутствует полемика. Площадки для этого тоже есть, они всегда открыты, я имею в виду представительства Россотрудничества, которые сегодня способны принять гражданские инициативы в 93 странах. Они готовы быть диалоговыми площадками для соотечественников за рубежом, в том числе, и для тех туристов, которые оказались на территории иностранных государств во время избирательной кампании и в день голосования.

Вообще приход граждан на избирательные участки в зарубежных странах – это не просто реализация ими своего избирательного права. Это подтверждение неразрывной связи с Россией и доверия тем принципам, на которых основано наше государство.

Дорогие друзья! Русскими, как известно, за рубежом называют всех, кто говорит по-русски, кто приехал из бывшего СССР. У нас очень большая община, одна из наиболее крупных в мире. И это большая сила, которая способна внести свой вклад в развитие нашей страны.

Название нашего форума – «В единстве с Россией» – как раз несёт в себе такие важные смыслы: где бы ни жили наши люди, их мысли, их сердца неразрывно связаны с нашей страной.

Мы вместе и мы едины, когда болеем за наших спортсменов на Олимпийских играх и переживаем за паралимпийскую сборную, когда в рядах «Бессмертного полка» выходим на улицы Москвы и Петербурга, Лондона и Нью-Йорка, Цхинвала и Тирасполя, Таллина и Риги с портретами наших дедов и прадедов – героев Великой Отечественной войны. Вместе, когда аплодируем концерту Валерия Гергиева в разрушенном Цхинвале или в Пальмире, когда восхищаемся смелыми путешествиями Фёдора Конюхова, когда устраиваем овацию балетным труппам Большого и Мариинки, когда пишем по всему миру «Тотальный диктант» и читаем в онлайн-эфире «Анну Каренину».

Нас нельзя разделить границами. Мы связаны друг с другом на глубинном уровне – красивым и богатым русским языком, славной историей нашей страны, великой культурой наших предков. Всё это останется в нас навсегда!

Спасибо вам!

Заключительное слово Дмитрия Медведева:

Я несколько слов буквально ещё хотел бы сказать, в том числе по следам того, что говорили наши коллеги, выступая с этой трибуны.

Конечно, мы понимаем все те проблемы, о которых вы только что сказали, подводя итог работы нашего форума, и, можете не сомневаться, на все эти проблемы будет реакция. Мне только что передали большое количество обращений. Я обязательно поручу все их проработать. Надеюсь, что и другие мои коллеги в эту деятельность включатся. Так что ни одно обращение без реакции не останется. Были предложения, сделанные прямо в зале. Александр Александрович Трубецкой (А.Трубецкой, исполнительный председатель ассоциации «Франко-российский диалог» (Франция)) говорил о возможности проведения конгресса в Крыму. Я думаю, это хорошая идея.

Есть разные события, трагические и переломные, по которым нужна государственная позиция, нужны экспертные заключения, обсуждения. Я думаю, над этим мы тоже будем вместе работать, для того чтобы все страницы нашей истории получали оценку со стороны общественных организаций, экспертов, да и просто моральную оценку, потому что это тоже очень важно.

Ситуация в мире очень разная, очевидно, что даже прежде спокойная Европа столкнулась с огромным количеством вызовов. В этом плане мы прекрасно понимаем сложности, с которыми вы и раньше сталкивались – все, кто живёт и работает, например, в европейской части нашего материка, в Европе в целом. Но сейчас количество этих вызовов стало больше – это и террористическая угроза, и масса других проблем. Мы должны вместе думать над тем, что будет происходить в нашем общем доме. Наша страна в этом смысле (здесь я не могу не согласиться с тем, что было сказано Александром Александровичем Трубецким) действительно имеет очень серьёзный опыт межнационального развития. Будучи страной с большим количеством конфессий, она тем не менее сохранила межнациональный мир в самые трудные периоды нашей истории.

Я считаю, что многому из этого, наверное, стоило бы поучиться и ряду европейских стран, которые в настоящий момент столкнулись с большими проблемами. Мы же будем делать всё для того, чтобы Россия и впредь была межнациональным островом стабильности, для того чтобы наше государство успешно развивалось в XXI веке.

Если говорить об образовательных проектах, конечно, мы их будем поддерживать. Понятно, что в значительной мере это связано с деньгами. Но знаете, ещё 20 лет назад вообще же ничего не делалось в этом отношении. По сути, вся образовательная инфраструктура деградировала, а сейчас мы, даже несмотря на финансовые издержки, тем не менее открываем школы, запускаем образовательные проекты. Хочу вас заверить, что мы и дальше так будем действовать, даже несмотря на текущую экономическую ситуацию.

Бюрократии много – об этом говорили и вчера, и сегодня об этом коллеги говорили. Придётся объяснять, насколько важна работа с соотечественниками, где-то просто управленческие решения принимать. Вы прекрасно понимаете, что если таких решений не будет, то всё остановится. Есть трудности, будем стараться эти трудности вместе преодолевать. Это касается и образовательных программ, и единого госэкзамена, о котором я уже говорил. Эту работу мы обязательно продолжим.

В резолюции, которая только что была одобрена, говорится об экспертных советах соотечественников при государственных структурах. Мне кажется, это совершенно правильная идея, тем более что, несмотря на то, что все мы – часть русского мира и гражданство у нас одно и то же, действительно иногда из других мест многие наши проблемы или нерешённые задачи видятся несколько иначе, и было полезно получить взгляд со стороны. И поэтому такие общественные советы были бы, мне кажется, весьма и весьма продуктивны и даже необходимы. Я обращаюсь и к коллегам из Государственной Думы, которые этим занимаются, к Вячеславу Алексеевичу (В.Никонову, председателю правления фонда «Русский мир»), к другим. Но мы подумаем и о том, чтобы подобные возможности возникли и рамках исполнительной власти.

Есть темы, которые носят универсальный характер. Здесь Римма Айдыновна (Р.Ризаева, генеральный директор Русского культурного центра) говорила об изменении законодательства о приобретении гражданства. Это, конечно, всегда очень сложный вопрос, но это не значит, что оно должно оставаться неизменным. Человечество развивается, и даже критерии определения гражданства очень сильно поменялись по сравнению с теми, которые использовались в конце XIX – начале XX века. Я думаю, что и мы можем на эту проблему посмотреть под каким-то новым углом, во всяком случае я считаю, что это вполне возможно и поручение по этому поводу дам.

Олимпиады по русскому языку – это прекрасно, конечно, мы будем их продолжать, будем стараться помогать тем олимпиадам, которые идут в других странах, и, может быть, какие-то финальные мероприятия на высоком уровне действительно надо проводить в нашей стране.

Здесь упоминались тендеры по годам культуры, в которых могли бы участвовать фирмы, компании стран, где эти годы культуры проходят. Мне кажется, это совершенно нормально, это даже правильно было бы. Думаю, что это тоже можно обсудить, и уже по государственной линии я такого рода поручения готов также подписать.

У меня ещё много других обращений. Я обязательно со всеми ознакомлюсь. Там, наверное, много интересного, полезного, важного, но не менее, может быть, и для меня, и для моих коллег важно увидеть там ваши оценки. Я уже посмотрел, некоторые из этих оценок очень добрые. Спасибо вам за то, что вы так оцениваете нашу совместную деятельность. Но самое главное, большое вам спасибо за то, что сегодня мы вместе в этом зале.

Россия. Весь мир > Миграция, виза, туризм > premier.gov.ru, 29 августа 2016 > № 1879055 Дмитрий Медведев


Россия > Финансы, банки. Транспорт > forbes.ru, 10 августа 2016 > № 1858830

«Сегодня самим страховщикам не выгодно платить мало»

Игорь Юргенс

президент Всероссийского союза страховщиков/Российского союза автостраховщиков

Вопрос, сколько же на самом деле зарабатывают страховые компании на ОСАГО, всем очень интересен. Жирные ли это коты или они страдают от кризисных явлений, как и все? Чахнут ли над златом или тоже порой вынуждены затягивать пояса, закрывать офисы, сворачивать продажи?

Казалось бы, самый простой способ найти ответ — это посмотреть на сайте Российского союза автостраховщиков (РСА), сколько в каждый год страховщики собирали, а сколько выплачивали. Периодически такие «расследования» проводят то одни, то другие наши оппоненты. Но ведь это не задача уровня «У Васи было два яблока, отдал одно, сколько осталось?», страхование работает по-другому. Это актуарная наука, а не задачка по арифметике для первого класса.

Что ж, пройдемся по прописным истинам еще раз.

Самое главное. Объем страховых премий и страховых выплат в рамках одного календарного года сравнивать нельзя. Потому что то, что собирается за один год, выплачивается не до конца того же года, а в течение нескольких лет. Что-то — на будущий год, что-то — через два, что-то — через три.

К примеру, в 2015 году страховщики производили выплаты в том числе по договорам 2014, 2013 и 2012 годов. Если премию получили в текущем году, то выплаты по таким договорам будут осуществляться как в текущем году, так и в течение нескольких последующих лет, если же следовать логике автоюристов, то страховщики сегодня, получив «прибыль» в виде разницы между сборами и выплатами, купили на эти деньги яхты и кабриолеты и теперь клиентам, пришедшим к ним в следующем году, платить нечем. На самом деле эти деньги вносятся в резервы для будущих выплат, формируемых под четким надзором регулятора, и если страховщики не сформируют резервы, то им грозят санкции Банка России, вплоть до отзыва лицензии, если ситуация не будет исправлена. Мы уже приводили расчеты: за убытки по полисам 2015 года страховщики в этом же 2015 году платят лишь 25% от полученного, основные возмещения — более 60% — идут в следующем году, остальное — на третий год.

Страховые деньги — «долгие».

Еще более простое разъяснение. К примеру, собрано 100 миллиардов, выплачено — 50, 20 миллиардов рублей — расходы на ведение дела. «Страховщики обогатились на 30 миллиардов!» — посчитают оппоненты, тогда как большая часть этого «остатка» распределяется сразу по нескольким резервным фондам для того, чтобы быть выплаченной в последующие годы. На выплаты, кстати, идет именно 80% сборов, как и прописано в законе, просто считать надо по правилам актуарной науки, а не как придется.

Есть и еще «статьи расходов», о которых почему-то не упоминают критики, а они огромны. Возьмем более ранний период, июль 2012 — июнь 2013 гг. В этот промежуток страховщики собрали 136,4 миллиарда рублей, а расходы их составили 139,8 млрд рублей. Из них выплачено пострадавшим: 77,37 млрд рублей, 5,26 млрд рублей ушло на нестраховые выплаты (госпошлина, судебные расходы и пр.), 11,6 млрд рублей — первый резерв, на будущие судебные выплаты, по уже произошедшим и находящимся в производстве страховым случаям, 7,74 млрд рублей — второй резерв, на «долгие» выплаты, которые проводились к концу 2013 года на основании судебных листов с момента окончания договоров со страховыми компаниями, 2,45 млрд рублей составил возврат страховой премии, 4,1 млрд рублей было отчислено в компенсационные фонды РСА, 1,7 млрд рублей ушло на оплату просроченных суброгационных требований по КАСКО-ОСАГО, 818 млн рублей — членские взносы в РСА, 26,46 млрд рублей — расходы на ведение дела (в этой отрасли как-никак заняты 300 тыс. сотрудников, тысячи офисов и пр.), 2,32 млрд рублей было выведено с рынка закрывшимися страховыми компаниями — в ОСАГО действуют компенсационные фонды для выплат по обязательствам обанкротившихся страховщиков и их регулярно надо пополнять.

Убыток с июня 2012-го по июнь 2013-го составил 3,4 млрд рублей. Рынок отреагировал на убытки соответствующе. Когда бизнес перестает быть выгодным, его сворачивают.

Чудес не бывает, ОСАГО — не исключение. К концу 2013 года в наиболее проблемных регионах (читай: почти в каждом третьем) были проблемы с доступностью полисов ОСАГО, страховщики навязывали допуслуги, многие просто уходили из таких регионов. Никто не говорит, что страховые компании вели себя идеально. Но им тоже нужно кормить своих сотрудников, платить за офисы и так далее.

Рост комбинированной убыточности ОСАГО — именно этим показателем оперирует регулятор для оценки эффективности бизнеса компаний — приостановился после корректировки тарифов, но этот эффект уже сходит на нет в том числе из-за влияний фактора роста стоимости иностранной валюты, за которую приобретается большинство запчастей. Комбинированная убыточность в 2015 году, по официальным данным ЦБ, превысила 100%, это означает, что на каждый рубль премии у страховщика приходится рубль убытка. С учетом роста лимитов по жизни и здоровью (+12 млрд рублей к убыточности) и комиссионного вознаграждения и расходов на ведение дела (23% от премий + 50,3 млрд рублей) совокупный финансовый результат по ОСАГО за 2015 год составил минус 0,3 млрд рублей.

После внесения ряда поправок в закон об ОСАГО ситуация на рынке изменилась. Он стал выправляться, и не замечать этого, на мой взгляд, можно только сознательно закрывая глаза. Расчет стоимости ущерба теперь производится по единым стандартам, на основании ценовых справочников. РСА проделал титаническую работу по созданию этого документа, содержащего миллионы наименований, постоянно его обновляет, для чего привлекаются ведущие эксперты рынка. В единую методику, кстати сказать, включены выплаты по утрате товарной стоимости, на фоне чего выглядят чрезвычайно неуместными обвинения оппонентов в том, что страховщики отказываются ее оплачивать.

Компании объективно стали работать по ОСАГО лучше и платить больше. С введением принципа прямого возмещения убытков, когда после ДТП обращаться стало нужно в «свою» страховую компанию, автоматически повысилась их ответственность за качество услуг, иначе бы клиенты просто не продляли договоры у того же страховщика. Частотность по ОСАГО составляет 6%, то есть на 100 полисов приходится 6 убытков. Это означает, что человек, попавший в аварию по своей вине, скорее всего, в следующие несколько лет этого не допустит; компания, так или иначе, заплатит. А перенос центров урегулирования в отдаленные центры имел место быть три года назад, на пике отраслевого кризиса.

Сегодня самим страховщикам платить мало — не выгодно! Поэтому средняя выплата по ОСАГО и достигает 70 000 рублей, на заре существования ОСАГО в России она была втрое меньше.

Навязывание дополнительных услуг сходит на нет и ввиду постепенной стабилизации рынка ОСАГО, и после введения «периода охлаждения», установленного Российским союзом автостраховщиков, а затем закрепленного и нормативными документами Банка России. Если все же вынудили купить ненужную страховку вместе с полисом ОСАГО, то в пятидневный срок вы просто отказываетесь от нее и возвращаете свои деньги. Таких обращений, кстати, меньше 1%.

Теперь о скидке за безаварийную езду, она же — коэффициент бонус-малус (КБМ). Недавно (в конце прошлого года) заработала новая система — «КБМ+». Бонус-малус по договорам ОСАГО, по которым нет информации в базе АИС РСА, исправляется автоматически. В ходе обработки выбирается договор с минимальным КБМ человека. Официальная статистика РСА свидетельствует о том, что число жалоб на неверный расчет скидки резко сократилось — почти вдвое во втором квартале 2016 года по отношению к первому кварталу этого же года.

Можно долго перечислять.

Тема сверхприбылей от ОСАГО и коварства страховщиков (которые вообще-то периодически отказываются от него) была и остается самой востребованной. Но в «автогражданке» есть и более свежие и злободневные темы, на которые хотелось бы обратить внимание уважаемых критиков. К примеру, тема «относительно честных способов отъема денег» у страховщиков. Рынок кишмя кишит мошенниками, лже-«автоюристами», показывающими фокусы почище Дэвида Копперфильда. Никому почему-то не интересно, что они направляют по почте страховщикам требования о возмещении с неполными пакетами документов, с пустыми страницами и «куклами», но предъявляют в суды отметки «Почты России» и добиваются гомерических выплат на основе подложных экспертиз. Разве не удивительны приключения профессиональных скупщиков информации о ДТП с карманными «экспертами» и оценщиками? А сколько познавательных историй о прикидывающихся «аварийными комиссарами» дельцах без высшего юридического, за копейки скупающих права требования и затем с лихвой окупающих свои затраты в судах!

Может быть, пора обратить внимание на то, что из-за «черных автоюристов» ряд регионов снова становится «проблемным», что такие деятели наносят колоссальные убытки отрасли, вызывая проблемы с доступностью ОСАГО?

Может быть, энергию, направленную на производство не вполне компетентных расчетов, пора направить в более конструктивное русло?

Россия > Финансы, банки. Транспорт > forbes.ru, 10 августа 2016 > № 1858830 Игорь Юргенс


Эстония > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 9 августа 2016 > № 1853005

«Э-государство»: почему Эстония победила в рейтинге посткоммунистических демократий

Вадим Штепа

философ, главный редактор журнала «Иначе»

В ежегодном докладе неправительственной правозащитной организации Freedom House, опубликованном в конце июля, сопоставлялось состояние демократии в 29 посткоммунистических странах бывшего СССР и восточной Европы. Эксперты сравнивали различные страны по нескольким критериям: демократическое руководство, выборы, гражданское общество, независимость СМИ, демократия в местных самоуправлениях, правовые нормы и допустимость коррупции.

Уровень демократии оценивался по шкале, в которой 1 – наилучшая ситуация, 7 – наихудшая. В этом рейтинге первое место заняла Эстония (1,93 балла), за ней следуют Словения (2 балла) и Латвия (2,07 балла). Список закрывают Россия (6,5), Таджикистан (6,54), Туркмения (6,93) и Узбекистан (6,93). Украина была названа страной с переходным режимом (4,68 балла).

Каким же образом этой маленькой стране с населением 1,3 миллиона человек (меньше одного района Москвы) удалось добиться столь высокого результата?

По оценке Центра политических исследований Praxis, это произошло потому, что эстонское государство использует «лучшие практики либеральной демократии». Аналитик этого Центра Рауно Винни замечает: «Оценка, которую получила Эстония, мало изменилась по сравнению с прошлым периодом, но она немного улучшилась благодаря хорошо организованному процессу выборов. У нас были гарантированы гражданские свободы и права, система электронных выборов функционировала, в парламент прошли новые партии. Это, согласно отчету, подтверждает, что у нас работает многопартийная система, а выборы являются стабильно демократическими».

Картину того, как проходят выборы в Эстонии, можно наблюдать прямо сегодня. 29 августа в стране состоятся выборы президента, и в эти дни на различных телеканалах и популярных сайтах между кандидатами идут дебаты. Основных кандидатов от разных партий пока определилось по меньшей мере пять, но эта цифра еще может измениться. Однако до сих пор никто из политологов не возьмется с точностью предсказать, кто станет следующим президентом страны. Эта здоровая непредсказуемость как раз и вызывает интерес к выборам и свидетельствует о реальной демократии.

Впрочем, президентские выборы в Эстонии не столь значимы, как парламентские. Эстония – парламентская республика, президент которой является скорее представительской фигурой, и его самого избирает парламент. А вот в парламенте не существует какой-то одной доминирующей партии – поэтому все решения принимаются путем создания коалиций и поиска компромиссов. С российской Госдумой, которую еще прошлый спикер назвал «не местом для дискуссий», это сравнить очень трудно.

Весьма примечательно, что на парламентских выборах с 2007 года граждане Эстонии могут голосовать за своих кандидатов через интернет. На местных выборах эта система была введена еще в 2005 году.

На парламентских выборах 2015 года уже 30% избирателей проголосовали не на традиционных избирательных участках, а в интернете. Технически это осуществляется с помощью ID-карты с электронным чипом, которая есть у каждого гражданина Эстонии и позволяет удостоверять все транзакции уникальной электронной подписью.

По сочетанию демократии и информационных технологий Эстония уже давно опережает не только посткоммунистические, но и многие западноевропейские страны. Еще с начала нулевых годов в стране развернута программа построения «дигитального государства» или «Э-государства». По закону 2000 года цифровая подпись приравнена к обычной, что открыло возможность пользоваться государственными услугами без всяких очередей в кабинеты чиновников. Например, налоговые декларации в Эстонии теперь подаются почти исключительно в интернете. Вообще, все более распространяется «безбумажный» документооборот.

Эстония фактически первой шагнула в «цифровое будущее». Выглядит интересным контрастом, что на средневековых улочках старого Таллинна можно легко поймать бесплатный WiFi (а в каждом кафе он есть обязательно). К пользованию электронными сервисами привыкают с детства. Например, в системе eKool хранятся все школьные оценки, домашние задания и сведения о посещаемости. Не забыто также и старшее поколение, для которого проводятся бесплатные курсы компьютерной грамотности.

На портале «Э-здоровье» каждый гражданин может видеть свои медицинские показатели и пройти предварительную консультацию. Билеты на транспорт, культурные и спортивные мероприятия также приобретаются не в очередях в кассу, а на портале www.pilet.ee.

С 2014 года введено электронное резидентство. Это не аналог реального гражданства, но с тех пор любой иностранец, желающий вести бизнес в Эстонии, может получить digi-ID, а затем через интернет зарегистрировать новую компанию, открыть счет в эстонском банке и пользоваться другими государственными услугами как «э-резидент». В планах министерства экономики и коммуникаций Эстонии, которое курирует программу e-residency, привлечь до 2025 года до 10 миллионов виртуальных резидентов – то есть в 7 раз больше, чем население страны.

О причине успехов Эстонии в построении электронной демократии один из разработчиков Skype Линнар Виик говорит так: «Да, по сравнению с Францией нам было проще, потому что у нас не было старой инфраструктуры».

Многие СМИ в постсоветской Эстонии возникли также «с нуля», причем значительная часть из них – сразу в электронном варианте. По словам Ханса Луйка, президента медиа-концерна Ekspress Grupp, который выпускает в странах Балтии сеть новостных порталов DELFI, он не припомнит случаев того, что эстонские чиновники как-то ограничивали бы свободу прессы. Единственнное, о чем он сожалеет – что Рийгикогу (парламент) принял закон, который позволяет удалять записи прошлых дискуссий. На его взгляд, для демократии важно знать всю историю аргументов, которыми пользуются депутаты. По ним можно установить – находились ли они в то или иное время под влиянием различных лоббистских групп. Луйк считает, что только в этом случае избиратель может сделать осознанный выбор

В России, напротив, принято упрекать страны Балтии, и Эстонию в частности, в «недемократичности» – по причине «дискриминации русскоязычного населения» и наличия института «неграждан». Однако пропагандисты слишком увлеклись старой песней – за последние годы в этой сфере произошли существенные изменения.

Например, осенью 2015 года в Эстонии был открыт государственный русскоязычный телеканал ETV+, который сегодня составляет конкуренцию российским, хотя и они транслируются совершенно свободно. Плюсом этого телеканала является привлечение внимания зрителей к специфике своей страны, развитие ее культурного многообразия, что контрастирует с антиевропейской пропагандой многих российских телепрограмм.

Что же касается эстонского гражданства, то его с 1 января текущего года автоматически получают все дети «неграждан». Да и самих «неграждан» осталось к настоящему времени всего 6% населения, причем в большинстве случаев они сами предпочитают сохранять этот статус. Он по-своему уникален – позволяет без виз путешествовать и в ЕС, и в РФ, тогда как гражданам Эстонии в Россию нужна виза. А в сфере медицинского страхования, пенсионного обеспечения и т.д. «неграждане» ничем не отличаются от граждан. Они не могут лишь голосовать на общенациональных выборах, но имеют полное право участвовать в местных.

Евген Цыбуленко, профессор международного права Таллиннского технического университета, который в 2009 году получил эстонское гражданство за особые заслуги, полагает, что Эстония заняла 1 место в рейтинге Freedom House совершенно заслуженно. Он сам принимает активное участие в политической жизни Эстонии, является членом Свободной партии Эстонии и баллотировался от нее в Рийгикогу на выборах 2015 года.

Некоторые критики указывают, что препятствием для демократии в Эстонии является жесткая языковая политика. Цыбуленко категорически не согласен с этим: «Аналогичные требования существуют практически во всех странах мира, в том числе и в РФ, которая постоянно Эстонию критикует. В большинстве государств этот вопрос даже не возникает. Что вы будете делать в Германии без немецкого или во Франции без французского? Должен признать, что мой эстонский оставляет желать лучшего. Тем не менее, я никогда не сталкивался с каким-то негативным к себе отношением из-за этого. И я прекрасно отдаю себе отчет в том, что это исключительно моя проблема, а не проблема Эстонского государства».

Публицист Андрей Пионтковский однажды высказал мнение о неустойчивости Эстонской государственности, нарисовав виртуальную картину высадки «зеленых человечков» в русскоязычной Нарве. Однако эта картина выглядит очень маловероятной по экономическим причинам. Сегодня пенсии в Нарве выше, чем средний уровень зарплат в соседнем российском Ивангороде. Местное население под влиянием российского ТВ, конечно, может симпатизировать российской политике, но вряд ли пожелает реального присоединения к России.

Конечно, образ Эстонии как «самой демократической страны» разделяют не все ее жители, у некоторых он вызывает скептические оценки. Однако и эти оценки свободно публикуются на популярных порталах, что само по себе – показатель демократии. Но наверное, вообще нет такой страны, которую ее жители бы не критиковали.

Эстония > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 9 августа 2016 > № 1853005 Вадим Штепа


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 5 августа 2016 > № 1854074

Юрий Гришан: Рыночная модель ОМС в Украине наиболее реальная и жизнеспособная

Эксклюзивное интервью председателя комитета Лиги страховых организаций Украины, директора Страхового общества "Ильичевское" Юрия Гришана агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Введение в Украине обязательного медицинского страхования (ОМС) можно сравнить с приливами и отливами. Активная фаза – разработка и регистрация законопроектов, и пассивная - когда о них забывают. Что сейчас происходит в этом сегменте и можно ли ожидать положительных результатов?

Ответ: Могу сразу сказать, что сейчас наступила активная фаза решения этого вопроса, поскольку затягивать его дальше просто невозможно. Ни финансово – государство не может содержать эту отрасль, ни политически - так как мы единственная страна в Европе, в которой одна из важных отраслей экономики существует вне всяких цивилизованных правил.

Я давно занимаюсь этой темой и принимал участие в разработке ряда законопроектов и концепций по внедрению ОМС. Три месяца назад состоялся комитет по социальной политике под руководством Людмилы Денисовой, где заслушали видоизмененную рыночную модель нашей концепции. И в котором страховой рынок принимал активное участие, а именно разработка пакета законопроектов о введении ОМС в Украине и внесении изменений в действующие законодательные акты необходимые для функционирования этой новой системы. Авторами пакета законопроектов выступили народные депутаты Людмила Денисова, Ирина Ефремова, Максим Поляков (все "Народный фронт" - ИФ) и Борислав Розенблат (Блок Петра Порошенко - ИФ).

Начались депутатские каникулы, но видно весь этот пакет законопроектов уж очень сильно взбудоражил умы политиков или неполитиков.

Вопрос: как вы оцениваете нынешнее состояние медицины в стране?

Ответ: Как человек, отвечающий в государстве пять лет за разработку и принятие Верховной Радой государственных программ приватизации, начиная с 1998 года и заканчивая программами 2000-2003 годов, могу сказать, что фактически все отрасли народного хозяйства Украины претерпели серьезную модернизацию. Все кроме медицины. Могу констатировать один факт, или мы хотим постоянно смотреть назад, вспоминая о тоталитарном государстве с жестким контролем, в которое вернуться уже невозможно, поскольку оно базировалось на мощнейших институтах правящей Коммунистической партии, или двигаться вперед в построении экономически развитой, социально защищенной модели развития страны. Мы сейчас начинаем видеть жупелы о коммерциализации медицины в нашей модели. Уважаемые господа чиновники, коллеги, депутаты, а вы зарплату получаете с налогов какой формы собственности? Я вам хочу сказать, как человек, готовивший много лет аналитические материалы для высших органов власти, вы в основном получаете свою зарплату за счет того, что вам платит не государственный бизнес, прибывающий в тяжелейшем положении, поскольку наша страна не является страной, в которой сегодня созданы благоприятные условия для бизнеса. Но, несмотря на это, бизнес платит налоги и как-то умудряется выживать, и, кроме того, вы не забыли единственную отрасль – страховую, которая и так мало рентабельная, обложить двойным налогом. Т.е. и зарплаты и будущее страны зависит только от успешного развития бизнеса.

Сегодня медицинская отрасль осталась единственной недореформированной отраслью Украины, в которой сохранились нерыночные отношения, что вообще противоречит не просто экономическим законам, а какому-либо здравому смыслу.

Вот представьте, все базовые, все обслуживающие отрасли народного хозяйства действуют по принципу: предоставил хорошую услугу, произвел качественную продукцию - получил за это плату. Если за вычетом затрат и налогов получил прибыль, ты живешь и развиваешься дальше.

Что в медицине? А в медицине сегодня финансирование по койко-местам. Интересно спросить любого, кто сейчас идет по улице, вам интересно о том, что там финансируют где-то в районном центре по койко-местам или вам нужно качественное лечение. Говорить о коррупции в отрасли даже не хочется, о ней все знают, говорят что плохо, но при этом платят врачу в "карман" 200-300 грн за консультацию, тем самым порождая ее. Вы такую отрасль, где-нибудь кроме Украины можете найти? Компания TNS Украина провела исследование в Украине, согласно которому наши украинцы поставили на первое место по уровню коррупции медицинскую отрасль, отдав за нее 61% голосов, но никак не страховщиков.

Мы страна номер один по данным ВОЗ по частному финансированию здравоохранения. У нас отрасль здравоохранения на 49% финансируется за счет простых граждан что сравнимо с США, в которых ОМС построено на модели страхования именно через частные страховые компании, и при этом медицина и уровень развития всех современных технологий лечения не сравнимы ни с одним уровнем, ни в одной стране. Так о какой коммерческой основе говорят критики? Она уже давно построена.

Вопрос: На чем базируется новая разработанная модель ОМС и в чем ее отличия от тех десятков законопроектов, которые похожи друг на друга как близнецы, которые вносились все эти 20 лет в парламент?

Ответ: Самое главное в любых экономических взаимоотношениях: есть заказчик, есть поставщик услуг, то, что и преследуются нашей новой моделью. Хочу сказать, что она не особо нова, в 2008-2009 годах, по заказу правительства, с участием Лиги страховых организаций Украины была разработана концепция построения социального медицинского страхования, которая была положительно воспринята в ходе ее обсуждения премьер-министром, министром финансов, здравоохранения и другими специалистами.

Она исключает колоссальные "коррупционные" образования и механизмы, которые скрываются под красивыми названиями типа Государственный фонд обязательного медицинского страхования или Государственная национальная страховая компания. Не важно, как это называется, суть этого всего не меняется.

Это новое государственное образование, при чем это не супер-гигант, который нужно создавать за деньги граждан, на который уйдут не десятки, а сотни миллионов гривен для его внедрения по всей Украине.

Один из критиков закона недавно сказал, что государственный Пенсионный фонд чему-то там научит специалистов Фонда государственного социального страхования.

Коллеги, чему они могут научить? Ведь только сегодня у страховщиков действует рыночная модель, проверенная временем, и она действует не на бумаге, а как организационно-правовая модель обеспечения по формуле заказчик-поставщик услуг. Причем расчет происходит в случае, когда услуга предоставленная потребителю, соответствует объему и качеству, оговоренному программой. И никак иначе.

Для примера, вот только наша компания за полугодие обслужила более 8 тысяч случаев. Такой гигант как Мариупольський металлургический комбинат им.Ильича, который входит в группу "Метинвест" с 2005 года, вместе с нами стал на рельсы финансирования медицинского страхования из зарплат работников, и только три года назад этот платеж стал совместным, одну часть платит работник другую - работодатель.

Вы где-нибудь слышали, что бы работодатели, которые нанимают страховую компанию, внедряя такие масштабные проекты, обращались в государственную медицинскую отрасль, в Минздрав или еще куда-либо с просьбой научить? К людям, которые цинично рассказывают, что это коммерческие фирмы, которые оказывают услуги ради прибыли? А с прибыли, я еще раз напоминаю, мы платим налоги, на которые и содержатся вот те, которые и кричат громче всех.

Вопрос: Что лежит в основе модели ОМС?

Ответ: Основа нашей модели – это рыночные взаимоотношения и рыночные платформы. И, самое главное, что в ней не присутствует, вот тот огромный фонд, куда будут перечисляться по наши подсчетам от 50 до 70 миллиардов гривень будущего бюджета ОМС. Мы строим, так как все устроено в организме.

Вы представьте, если бы сердце захотело иметь свой орган, куда могло бы собирать всю кровь. Мы предлагаем построить систему ОМС по принципу разветвленных сосудов. Когда кровь, рыночная кровь, а это деньги, двигаются от страхователя к поставщику услуг и проходят минимально короткий путь. При этом не тратятся огромные деньги на содержание целой армии чиновников.

Следующим основополагающим моментом является то, что управление этими средствами осуществляет процессинговый центр – это и есть сердце. Ведется полный учет всех средств, поступивших на счета страховщиков от страхователей. А это сегодня все очень просто сделать, для этого надо разработать необходимое программное обеспечение.

Именно так работают сегодня страховые компании, которые занимаются этим сложным видом страхования – добровольного медицинского, при котором большая часть средств сразу же, в текущем месяце, уходит на выплаты клиентам, за вычетом затрат на ведение дела, содержание асистанса, зарплаты сотрудников, оплаты услуг, аренды и т.д. При этом мы считаем, что затраты на ведение дела должны быть строго контролируемыми, ограниченными нормой закона.

Следующий момент, для того, что бы привести это все в движение и обеспечить жесткий контроль над работой системы, нужен уполномоченный орган (национальное медицинское агентство), который является, по сути, регулятором и контролером одновременно. С одной стороны он создает правила игры, и является в нашем представлении, национальным и будет находиться под контролем Кабинета министров, объединения участников рынка и международных фондов. Именно он должен выполнять не присущие государству функции: экономические вопросы, распоряжение имуществом и т.д., а его задача разработать и утвердить в Кабинете министров проведение программы реформ для внедрения ОМС и далее кропотливо выстраивать конкурентную среду для внедрения этих механизмов. Именно под его контролем должен находиться процессинговый центр.

Вопрос: Некоторые противники документа оппонируют тем, что при такой модели, как и в МТСБУ, в случае возникновения проблем у страховщика, может быть потеряна часть средств…

Ответ: Да я слышал и такие высказывания. Но для этого не надо быть специалистом по финансам высокого ранга, чтобы понять, что в нашей модели такие вещи фактически исключаются. Максимум, что можно будет потерять - месячный фонд платежа по ОМС для одной компании. Для этого и делаются механизмы стабильности и предусматриваются специальные гарантийные фонды, которые создаются в рамках этой системы.

Если компания за месяц по подписанным актам предоставленных услуг не оплатила счета клиникам, то это означает немедленная проверка со стороны национально медицинского агентства с последующим возможным лишением аккредитации при этом агентстве, а значит и потеря возможности заниматься этим видом страхования. Здесь все довольно просто. Поэтому сравнение с Моторно (транспортным) Страховым Бюро не уместно. Потому, что уровень выплат по ОСАГО несопоставим по уровню выплат по ДМС - это раз. И, второе, самое главное, что в ОСАГО страховой случай может произойти через месяцы, а что касается медицинского страхования, то это означает, что с момента того, как поступил страховой платеж, в первый же день клиенты будут идти и регистрировать страховые случаи. А страховым случаем будет являться обращение в медицинское учреждение при расстройстве здоровья.

Поэтому проверку страховщик проходит немедленно. И, безусловно, что механизм, когда по выставленным счетам и закрытым актам предоставления услуг по лечению произведена оплата, этот механизм является надежным. И, к сожалению, в Моторном бюро такое в чистом виде применить фактически невозможно.

Вопрос: Есть ли аналоги предлагаемой модели ОМС в других странах?

Ответ: Готовя докторскую диссертацию, я проштудировал модели ОМС целого ряда стран. У каждой страны своя, неповторимая, экономическая и политическая ситуация и предыстория. У нас уникальная история внедрения реформ в отрасли здравоохранения. Такой предисторией могут похвастаться только поляки, но они стали экономически развитой страной, потому, что делали реформы, но реформаторы сожалеют, что не внедрили модель ОМС.

В нашей модели будет собрано лучшее, начиная от сдерживающих элементов систем издержек и противовесов, которые есть в моделях Германии, построенной на больничных кассах, до частных моделей, таких как в США, например, Medicaid и Medicare, или как в небольшой Чехии, в которой все больницы и клиники были переданы в частные руки. И чехи остались очень довольны. Потому, что выводы экспертов за последние годы сводятся к тому, что эффективно распоряжаться деньгами может только частный собственник, и никак не чиновник.

Нам нельзя повторить те глупости, которые сделали, набив шишек целый ряд стран, например, как Россия. Они тоже начинали с того, что собирали деньги в "общий котел". Лет пять назад руководство государственного фонда по решению суда было отправлено за решетку, и сегодня в России действует модель, опирающаяся на рыночное распределение потоков. У нас сегодня есть уникальный шанс идти и смотреть в будущее, построенное на лучшем опыте Украины в сфере реализации ДМС и давайте не оглядываться на затхлое коррупционное прошлое.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 5 августа 2016 > № 1854074 Юрий Гришан


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 5 августа 2016 > № 1850973

Казахстан и международные стандарты качества жизни

Автор: Тулеген Аскаров

Вполне логичное стремление среднестатистического казахстанца жить лучше, худо-бедно реализовавшееся за годы независимости в некий стандарт обеспеченной жизни, в наступившую эпоху низких цен на нефть столкнулось с проблемой: кто будет оплачивать впредь светлое настоящее и как строить еще более светлое будущее?

Успокаиваться рано

Если ранее схема достижения цели была простой и понятной, так как правительство перераспределяло нефтедоллары на благо миллионов граждан, поднимая зарплаты и пособия на 25-30% почти ежегодно, то теперь все выглядит иначе. Не получающее прежнего притока "лишних" нефтяных долларов государство теперь быстро перекладывает ответственность за будущее на плечи населения.

Для этого вводится всеобщее декларирование доходов, правительство предлагает увеличить "плоскую" ставку индивидуального подоходного налога, помимо обязательных пенсионных взносов приходится делать выплаты в систему медицинского страхования, автоматически растут все платежи и сборы в казну, привязанные к минимальному расчетному показателю. Можно, конечно же, возмущаться по этому поводу, но гораздо лучше вспомнить известное высказывание американского президента Джона Кеннеди: "Не спрашивай, что твоя страна сделала для тебя, спрашивай, что ты можешь сделать для своей страны".

Ему же принадлежит и еще одна цитата в тему: "И один человек может что-то изменить, а попытаться должен каждый". Поэтому вполне логично предположить, что в эпоху низких нефтяных цен казахстанцам предстоит в меньшей степени рассчитывать на государство, а в большей - на свою голову, руки, труд и, конечно же, удачу. В противном случае, попав в ловушку среднего дохода, Казахстан вполне реально может начать откатываться назад, теряя позиции, завоеванные за 25 лет независимости. И чтобы этого не произошло, придется как в известной притче про двух лягушек в кувшине с молоком активно барахтаться и бить лапками, чтобы взбить масло, опираясь на которое можно будет выпрыгнуть из ловушки среднего дохода.

Примечательно, что о попадании нашей страны в эту ловушку аналитики говорили еще несколько лет назад, а точнее, в 2012-м, причем момент истины для Казахстана, по их расчетам, приходился как раз на текущий год. И тогда же тревогу забил президент страны - сначала в своем послании к народу "Социально-экономическая модернизация - главный вектор развития Казахстана", а затем и в программной статье "Социальная модернизация Казахстана: Двадцать шагов к Обществу всеобщего труда".

В последней прямо говорилось об опасности, грозящей нации: "Стандарты жизни казахстанцев неуклонно повышаются. Но существенным вопросом является то, насколько эффективно наши граждане используют плоды стабильности и благополучия". Речь шла тогда о тормозящем модернизацию социальном инфантилизме, в основе которого "извращенная мотивация к труду, "навязанная" в переходный начальный период "дикого капитализма" 90-х годов", и возведенные в абсолют "неверные формулы достижения благополучия - "меньше работать - больше получать", "делать деньги из воздуха" и т. п." Как подчеркивал президент, "к сожалению, психология такова, что человек лучше будет "таксовать" у базара, чем пойдет за новой квалификацией".

Тунеядцев вроде бы не наблюдается

И тогда же в качестве альтернативы идеологии потребления была выдвинута идея Общества всеобщего труда (ОВТ), опирающегося на реальный производительный труд. Она должна была стать основой казахстанской политики социальной модернизации. На практике это означало, как писал президент Казахстана, что "молодой и взрослый казахстанец не должен сидеть на месте и все критиковать, а стремиться туда, где есть работа, где можно - ЗА-РА-БО-ТАТЬ!"

Если верить официальной статистике, то наш среднестатистический соотечественник и в самом деле трудится ударными темпами. Как сообщало в прошлом году Министерство инвестиций и развития, за годы первой пятилетки индустриализации наша страна поднялась в мировом рейтинге производительности труда с 54-го на 49-е место. К 2024 году ставится цель выйти на средний уровень производительности труда по странам Организации экономического сотрудничества и развития в $120 тысяч на работника.

Примечательно, что наиболее быстрыми темпами этот показатель рос в 2010-2014 годах в сфере сервисных услуг. Так, оптовая и розничная торговля, ремонт автомобилей показали прирост на 55,2%, сельское, лесное и рыбное хозяйство - 68,3%, операции с недвижимым имуществом - 89,2%, а в деятельности домашних хозяйств, нанимающих домашнюю прислугу и производящих товары и услуги для собственного потребления, рост производительности труда составил и вовсе 3,5 раза! А это как раз те отрасли, где ведут бизнес миллионы казахстанцев и где начать свое дело легче.

Для сравнения: в обрабатывающей промышленности производительность труда выросла на 22,1%, в целом по экономике - 18,5%. При этом в горнодобывающей промышленности за первую индустриальную пятилетку она снизилась на 26,5%, в строительстве - на 3,5%, в финансовой и страховой деятельности - на 28,9%. Иными словами, реальное состояние казахстанской экономики диктует соотечественникам не идти в нефтяники, металлурги и банкиры, а заниматься малым и средним бизнесом. Ведь в конечном итоге нефть и другие невозобновляемые природные ресурсы когда-то закончатся, поэтому уже сегодня лучше ставить на альтернативную им экономику.

Как показывает статистика, заметно выросла в 2010-2014 годах и среднемесячная заработная плата казахстанского работника - с 77 611 до 121 021 тенге, или более чем в полтора раза, а в пересчете на доллары в номинальном выражении с $527 до $675. Правда, из-за февральской девальвации 2014 года последний показатель снизился с $717 в 2013 году.

Лет до 74 нам бы расти как минимум

Впрочем, заработок, как и прочие денежные индикаторы благосостояния, включая размер валового внутреннего продукта на душу населения, в практике международных оценок лучшей жизни является лишь одним из компонентов суммарной оценки. В народе же по этому поводу говорят, что "не хлебом единым жив человек". Если взять, к примеру, индекс человеческого развития (ИЧР, или Human Development Index), используемый аналитиками ООН для межстранового сравнения и измерения основных характеристик человеческого потенциала, то в этом показателе большую роль играют еще и ожидаемая продолжительность жизни наряду с уровнем грамотности населения.

Казахстан в этом рейтинге занимает довольно высокое место - 56-е по итогам оценки, проведенной в прошлом году на основе данных 2014-го - и относится к странам с высоким уровнем человеческого развития, уступая в этой группе среди государств СНГ по значению ИЧР (0,788) только Белоруссии и России (по 0,798). При этом по значениям отдельных составляющих критериев ИЧР - среднему количеству лет, потраченных на обучение (15,0), ожидаемой продолжительности обучения (11,4), валовому национальному доходу на душу населения по паритету покупательной способности ($20 867) - наша страна вполне могла бы претендовать на членство в престижной группе "Топ-50" по значению ИЧР с очень высоким уровнем человеческого развития. Однако подвела относительно невысокая ожидаемая продолжительность жизни в 69,4 года, тогда как минимум в этой группе составил 73,3 года у Литвы.

Поэтому для лучшей жизни по самым высоким международным стандартам даже в условиях низких цен на нефть казахстанцам необходимо в первую очередь заниматься своим здоровьем, как ни парадоксально это звучит. Кстати, об этом же говорится и в уже упомянутой программной статье президента Казахстана: "Каждый казахстанец должен понять, что без здорового образа жизни, без умеренного питания, без движения и спорта долго прожить невозможно. Это суровая правда жизни. И если мы хотим, чтобы средняя продолжительность жизни в Казахстане была как в Европе, то надо задуматься о своем здоровье". Конечно, государство должно гарантировать своим гражданам определенные социальные стандарты качества жизни, создавать условия для повсеместного культивирования активного отдыха, физкультуры и массового спорта в каждом населенном пункте, в том числе и в сельской местности, на предприятиях, учреждениях и в учебных заведениях. Но все остальное зависит от каждого из нас. И если не начать бегать от инфаркта и прочих недугов уже сегодня в буквальном смысле слова, то придется довольно долго топтаться у порога мирового "топ-50".

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 5 августа 2016 > № 1850973 Тулеген Аскаров


Россия. ЦФО > Медицина > mos.ru, 19 июля 2016 > № 1846198

Владимир Макаров: За электронными услугами в поликлиниках следят тайные пациенты

Заместитель руководителя Департамента информационных технологий города Москвы Владимир Макаров — о том, для чего нужен ситуационный центр ЕМИАС.

На прошлой неделе Мэр Москвы Сергей Собянин посетил ситуационный центр Единой медицинской информационной системы (ЕМИАС) Департамента здравоохранения Москвы, которой пользуются 23 тысячи врачей и почти девять миллионов горожан. Замглавы столичного Департамента информационных технологий Владимир Макаров рассказал в интервью mos.ru о том, что за качеством виртуальных сервисов ЕМИАС следит 1000 тайных пациентов, как сдачу анализов переводят в автоматический режим и насколько защищены данные москвичей в электронной системе.

— Владимир Владимирович, расскажите, как работает ситуационный центр Департамента здравоохранения?

— Года два назад благодаря внедрению ЕМИАС у Департамента здравоохранения Москвы появилась возможность дистанционно отслеживать, что происходит в каждом конкретном медицинском учреждении: как выполняются задачи по улучшению доступности медицинской помощи, сколько приходится ждать приёма. Тогда Департамент здравоохранения нанял сотрудников, которые, по сути, круглосуточно начали вести такой мониторинг с использованием созданных нами инструментов.

Понимая всю важность этой работы, в конце 2015 года мы помогли коллегам оснастить специальное помещение для ситуационного центра техническими средствами.

— О каких специальных технических средствах идёт речь?

— Это мультимедийная комната с видеопанелями и современными компьютерами, которые позволяют управлять видеоконтентом с аналитикой из ЕМИАС. Это очень удобно, чтобы выявлять проблемы и рассматривать их с приглашёнными руководителями медицинских организаций.

— А что это за контент и как он появляется в распоряжении ситуационного центра?

— ЕМИАС накапливает огромное количество информации, которую можно использовать для принятия управленческих решений. Например, люди записываются на приём к врачу — мы имеем возможность оценить, какое ближайшее доступное время им было предложено и как быстро они попали в кабинет. Мы можем погрузиться в расписание, в ресурсное обеспечение каждой поликлиники, смотреть кадровую аналитику. Как только Департамент здравоохранения видит, что ситуация с доступностью помощи ухудшается в одном из медицинских учреждений, они приглашают руководство поликлиники, открывают наш инструментарий и вместе пытаются разобраться, в чём проблема и что нужно сделать, чтобы она исчезла.

— Планируется ли расширять функции ситуационного центра Департамента здравоохранения?

— На первом этапе работы сотрудники ситуационного центра концентрировались на обеспечении доступности врачей первого уровня, то есть оказывающих первичную медико-санитарную помощь. Это, например, участковые терапевты, хирурги, офтальмологи, отоларингологи, урологи, гинекологи, стоматологи. С ними проблема как таковая уже разрешена. В большинстве учреждений уровень доступности первичной медико-санитарной помощи составляет порядка 98,5 процента.

Понятно, что сейчас на первый план вышли уже немножко другие проблемы — это доступность узких врачей-специалистов: неврологов, кардиологов, эндокринологов. Сейчас Департамент здравоохранения этим занимается. В холодное время года наступит период высокой заболеваемости, и встанет, скорее всего, вопрос мониторинга и контроля того, насколько эффективно работают службы дежурных врачей в медицинских учреждениях. В период высокой заболеваемости есть определённое количество людей, которые нуждаются в оперативной медицинской помощи без предварительной записи, эту помощь им оказывают дежурные врачи. И мы должны понять, насколько эти специалисты загружены, можно ли привлекать им в помощь в пиковый период посещения (с 12:00 до 14:00) терапевтов, у которых образовалось свободное время из-за не явившихся по записи пациентов.

— А как часто пациенты не приходят на приём?

— Разница между теми, кто записался на приём к врачу, и теми, кто дошёл до кабинета, составляет где-то 24 процента. То есть четверть пациентов записываются на приём к врачу, но по каким-то причинам не приходят. Часть из них при этом приём отменяют или переносят, а часть — нет. Таким образом, у врачей высвобождается некоторое количество времени, которое в том числе можно использовать, например, для приёма в качестве дежурного врача, если у того скапливается очередь.

— Звучали предложения ввести чёрный список пациентов, которые регулярно в онлайн-режиме записываются на приём и не приходят. Появится ли в итоге список «злостных прогульщиков»?

— Я в этом никакой проблемы не вижу, чёрный список не нужен. Доля «злостных прогульщиков» ничтожно мала, не думаю, что она превышает один процент от общего числа пациентов. Большая часть пропусков или переносов приёма врача — единичные случаи. Записаться к врачу можно только на одно время, одну дату, нельзя забронировать сразу несколько вариантов визита к одному специалисту. Это не санкция, это превентивная мера ЕМИАС, которую мы называем «антиспам».

Мы всё это проходили в 2011 году. Были пациенты, которые не знали, когда они придут, поэтому действовали по принципу «запишусь-ка я на сегодня, и на завтра, и на вечер, и на утро, и на всякий случай на пятницу». Теперь система не даст этого сделать. Есть лишь одно исключение — стоматология. Так как сам процесс оказания стоматологической помощи предусматривает несколько визитов, которые планируются совместно с врачом заранее. При этом нельзя забывать о том, что по инициативе пациента нельзя сделать несколько записей на приём к врачу. А регистратура или врач могут сделать хоть сотню записей, если это необходимо для лечения.

— Вы рассказали, что сейчас ситуационный центр ЕМИАС работает над повышением доступности врачей второго уровня, узких специалистов. Значит ли это, что для пациентов откроют онлайн-запись к ним, запись через мобильное приложение?

— Вне зависимости от того, врач это первого или второго уровня, если он работает в системе, то к нему организована запись на приём в электронном виде. Другой вопрос, что сам пациент по своей собственной инициативе записаться к узким специалистам не может. Исключение составляют случаи, когда пациент находится на постоянном наблюдении у данного специалиста. В остальных случаях требуется направление терапевта. Проблема доступности узких специалистов связана с кадровым обеспечением. Техническая возможность записи предоставлена. Но, если открыть запись, врач будет перегружен и у него всё будет занято на ближайшие две недели. А система не сможет записать человека в никуда. И задача ситуационного центра ЕМИАС и Департамента здравоохранения — гармонизировать работу врачей второго уровня, найти баланс между кадровым обеспечением и тем спросом, который есть на помощь того или иного узкопрофильного специалиста.

С другой стороны, надо понимать, что Департамент здравоохранения уже достаточно длительное время внедряет такое понятие, как врачи общей практики. Для того чтобы лечить ангину, отоларинголог не нужен на самом деле, если нет осложнений. Для этого в большинстве случаев достаточно обычного терапевта.

— А появится ли запись к врачу или возможность переноса или отмены визита к нему через СМС?

— Запись на приём через СМС неудобна и не востребована. Пациенту понадобится очень правильно написать текстом, когда, куда, к кому он хочет пойти. Любая ошибка, любой лишний пробел — и система это обработать не сможет.

Для онлайн-записи есть мобильное приложение ЕМИАС, есть московский портал госуслуг pgu.mos.ru, портал ЕМИАС (emias.mos.ru). А для тех, кто не в состоянии пользоваться электронными сервисами (хотя я должен сказать, что их доля очень невелика), организована служба кол-центра — в поликлинике есть номера телефонов. Пациенты активно всеми этими возможностями пользуются.

Я вас уверяю, «фактор бабушек» сильно переоценён. Бабушки всех перещеголяли. Они сами кого угодно научат пользоваться электронной записью к врачу. Когда мы только начинали устанавливать инфоматы в поликлиниках, в конце 2011 — начале 2012 года, бывали разные истории. Но месяца через три-четыре завсегдатаи поликлиник всё настолько освоили, что сейчас любого новичка научат, куда надо нажимать, чтобы получить талон на приём.

— Владимир Владимирович, а есть ли, кроме ситуационного центра, какие-то источники информации о внедрении ЕМИАС и качестве обслуживания в медучреждениях?

— Есть служба качества, которая на регулярной основе занимается разбором жалоб пациентов, анализируются отзывы в соцсетях и блогосфере. Также есть тайные пациенты, которые проверяют для нас качество работы ЕМИАС. Их порядка тысячи человек. У нас достаточное количество волонтёров, которые готовы помогать в получении ценной информации.

— Сколько пациентов с электронными картами сейчас в Москве, увеличивается ли их количество?

— Электронные медицинские карты заведены более чем у одного миллиона пациентов столичных поликлиник. Мы рассчитываем, что к концу года у двух миллионов горожан будут электронные медицинские карты. Сейчас 32 процента врачей-клиницистов, работающих в амбулаторных медицинских центрах, в поликлиниках, уже используют электронную карту в ходе приёма пациентов. Это около 3600 врачей и 760 других медицинских сотрудников. Безусловно, есть ещё пространство для усовершенствования программного обеспечения под те или иные конкретные профили медицинской помощи.

В Департаменте здравоохранения с нашим участием создана рабочая группа и комиссия, которая будет заниматься доработкой структуры медицинских документов, которые используются в составе электронной карты. Мы планируем, что в следующем году возможность вести электронную карту будет предоставлена всем поликлиникам. Сейчас такая возможность есть в 150 учреждениях.

Но я хотел бы отметить, что предоставить возможность пользоваться электронной картой и ввести эту практику в медицинском учреждении — разные вещи. Понятно, что медицинский персонал, врачи — это различные возрастные группы, категории, которые по-разному осваивают те новые возможности, которые мы предоставляем. Мы уже обучили 10 тысяч медиков десятипальцевому слепому методу печати для работы с электронными картами и продолжим обучение.

Пока работа с электронными картами — это задел на будущее. То, что мы пытаемся сделать, — революционная история. Вне зависимости от того, к какой поликлинике прикреплён пациент, все медицинские записи и документы скапливаются в одном месте. Таким образом, обеспечивается преемственность оказания медицинской помощи при смене медорганизации. Чем раньше мы начнём собирать всё в электронном виде, тем быстрее записи накопятся до критической массы, когда бумажная карта как таковая перестанет быть нужной пациенту. Именно поэтому вначале мы стали внедрять электронные карты в детских поликлиниках.

— Информацию о лабораторных анализах тоже переводят в электронную форму?

— Мы достаточно давно и серьёзно работаем в направлении всего того, что связано с лабораторной диагностикой. Отправка результатов некоторых анализов на почту пациента не за горами. В городской поликлинике № 115 (Хорошёво-Мнёвники, СЗАО. — Прим. mos.ru), совместно с лабораторией, расположенной в ГКБ № 67, уже проводят анализы венозной крови с направлением в электронной форме и предоставлением результатов в электронной форме. В скором времени там переведут в электронный вид лабораторные исследования биоматериалов — как взятых самостоятельно, так и на приёме у врача.

Что такое электронные анализы? Врач делает назначение, в процедурном кабинете его видят, автоматически идёт идентификация, в какие пробирки и сколько крови нужно взять. После сдачи анализа кровь идентифицируется, маркируются пробирки. Они автоматически конфигурируются в штативы, а штативы по определённым маршрутам разъезжаются в различные лаборатории.

Большую часть лабораторных исследований мы переведём в электронный вид до конца 2017 года. У нас уже разработан методологический справочник на 3700 видов исследований.

Будет доработано программное обеспечение, и я думаю, что в начале следующего года мы начнём тестировать полную функциональную версию новых рабочих мест врача и медсестры в процедурном кабинете на базе поликлиники № 115, а параллельно с этим — оснащать другие учреждения.

В процедурном кабинете есть своя специфика. На клавиатуре сотрудникам работать неудобно, потому что это очень быстрый конвейер. Работать с чувствительными экранами эти специалисты тоже не могут, так как у них на руках перчатки.

Мы планируем, что ни врач, ни медсестра процедурного кабинета ничего не будут вносить в карты и документы, они лишь выберут пациента из списка, а дальше система всё сделает сама. В том числе автоматически распечатает наклейки для пробирок и расскажет, куда эти пробирки нужно положить. В момент, когда происходит назначение лабораторного исследования, ему уже присвоится уникальный идентификатор, который потом трансформируется в штрих-код.

Наша задача — снять с процедурного кабинета тот безумный учёт, который они ведут. Сейчас каждого пациента записывают в журнал. Это весьма трудоёмкий процесс. На новом рабочем месте ничего записывать будет не нужно. Врачи только отметят, что биоматериал забран, отсканировав штрих-код на пробирке.

— Пациенты по электронной почте будут получать результаты анализов?

— Да, если они этого захотят и подпишут соответствующие документы. Никакой автоматической рассылки не будет. Есть этические моменты, которые просто не позволяют направлять пациенту результаты цитологического анализа клеток, или онкомаркеров в крови, или гистологические анализы. Важен контакт врача и пациента в момент, когда пациента информируют, что у него найдено заболевание.

— Владимир Владимирович, не приведёт ли рост числа электронных карт, перевод анализов в электронный вид к сбоям в системе? Защищена ли информация от взлома и похищения?

— ЕМИАС рассчитана на обслуживание, хранение и пополнение данных всех 12 миллионов московских пациентов. Увеличение количества электронных карт не страшно для системы. В феврале этого года система столкнулась с проблемой: из-за подключения множества сервисов дистанционная запись через ЕМИАС для пациентов была какое-то время недоступной. Мы эту проблему решили.

Что касается защищённости информации, у нас все данные в электронной карте хранятся в обезличенной форме. Там нет фамилий. Даже если попытаться их несанкционированно украсть, связать записи с субъектом будет невозможно.

— Они за кодовыми номерами?

— Да. Чтобы понять, какой пациент стоит за кодом, нужно украсть базу данных не только у нас, но и одновременно у Московского городского фонда медицинского страхования.

Вообще, в ЕМИАС сейчас около 200 терабайт информации. Это на флешке невозможно унести. Такой флешки просто не существует. Но при этом посмотреть данные по конкретному больному возможно. Врач в поликлинике, например, может взять данные, распечатать, но программа покажет, что именно этот сотрудник просмотрел данные. Это ничем не отличается от сегодняшних рисков, ведь и сейчас врачи имеют доступ к медкартам пациентов, только бумажным.

Россия. ЦФО > Медицина > mos.ru, 19 июля 2016 > № 1846198 Владимир Макаров


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 июля 2016 > № 1832730

Рабочая встреча Дмитрия Медведева с мэром Москвы Сергеем Собяниным.

На встрече обсуждалось социально-экономическое развитие Москвы.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Сергей Семёнович, мы начали работу над новыми приоритетами, которые были сформулированы в качестве ключевых задач для развития государства в рамках проектного подхода. В общем и целом, они остаются прежними – это здравоохранение, современное образование. Мы с вами регулярно обсуждаем различные аспекты экономической жизни Москвы. Какие есть предложения по поводу того, каким образом реализовать стратегический приоритет по развитию здравоохранения, сети медицинских учреждений в Москве, а также – заниматься созданием учреждений образования?

С.Собянин: Дмитрий Анатольевич, в Москве, несмотря на то, что, конечно, уровень образования и здравоохранения относительно других регионов выше (это естественно), проблем хватает. Мы с трудом преодолели и решили вопросы дефицита дошкольных мест, а сегодня начинаем сталкиваться с растущим дефицитом школьных мест, в силу того, что демографическая волна переходит из дошкольных учреждений в школьные.

Поэтому совершенно правильно был выбран приоритет по строительству новых школ. Очень важно в новостройках и в тех районах Москвы, где мы видим, что возможен дефицит школьных мест, строить образовательные учреждения.

Д.Медведев: А есть понимание, какое количество школ в ближайшие годы предстоит построить?

С.Собянин: Да. Мы запланировали в ближайшие три года построить 67 объектов школьного образования. В силу того, что в Москве не везде возможно строить новые школы, мы строим блоки начальных классов, пристраиваем их к действующим учреждениям. На самом деле это полноценная начальная школа, по объёму не уступающая действующим корпусам. Она разгружает ситуацию и даёт возможность учиться в первую смену и выполнять все обязательства по дополнительному образованию.

За последние годы нам удалось улучшить ситуацию по единому госэкзамену. Мы на правительстве уже подводили первые итоги.

На всех участках, во всех классах, где проходили экзамены, были установлены видеокамеры, общественность наблюдала. Каких-либо серьёзных замечаний нет. Мы видим, что качество ЕГЭ улучшилось по сравнению с предыдущим годом, а если брать пятилетний временной промежуток, то количество тех, кто сдал на 220 баллов и выше, удвоилось. Это говорит о том, что приоритеты, которые были выстроены в рамках нацпроектов, сработали. Но нам нужно и дальше ставить перед собой задачи, не снижая планку. Наметили на сентябрь международную олимпиаду школьников, куда пригласили ребят из других крупных городов мира.

Что касается здравоохранения. Развитие здравоохранения остаётся приоритетом для работы правительства Москвы, потому что проблем в здравоохранении более чем достаточно. Несмотря на то что мы вкладываем деньги, модернизируем, улучшаем работу наших поликлиник, всё равно много проблем. Это связано и с лекарственным обеспечением. Мы всё больше переходим на отечественные лекарства. Значит, нужно заниматься локализацией производства, чем мы вместе с Правительством Российской Федерации и занимаемся. Нужно повышать квалификацию врачей, нужно делать более доступными поликлиники и больницы. Вся эта работа должна идти непрерывно в сторону улучшения. Поэтому на ближайшие три года мы наметили строительство нескольких десятков объектов здравоохранения.

Вместе с Правительством Российской Федерации мы реализуем проект строительства Морозовской больницы, которая, я думаю, будет одной из лучших в мире, потому что там собраны все лучшие технологии в области онкологии, гематологии, кардиологии и так далее. Я приглашаю Вас посмотреть, как идёт строительство, как идёт поставка оборудования. Это очень важное направление, особенно в области детского здравоохранения.

Д.Медведев: Спасибо за приглашение. Новые объекты здравоохранения, безусловно, должны появляться. И это, конечно, касается не только Москвы, но и всей страны, и на это нацелен новый вариант проекта по развитию здравоохранения.

С.Собянин: Дмитрий Анатольевич, очень важно, что введена страховая медицина. Там есть, конечно, недостатки, как и в любой системе. Но она даёт возможность любому человеку приехать в Москву или в другой регион и получить нормальную качественную помощь бесплатно. И мы видим, как увеличивается количество людей, которые приезжают в московские клиники из Подмосковья и других регионов по направлениям своих врачей, получают полноценную медицинскую помощь, которая оплачивается за счёт Фонда медицинского страхования. Это очень важно, поэтому строительство таких уникальных клиник, конечно, должно быть локализовано там, где наибольший поток пациентов.

Д.Медведев: Вы правы, при всех сложностях становления страховой медицины и её издержках, она даёт возможность получить медицинские услуги там, где человек считает это целесообразным, возможным для себя. Кстати сказать, я напомню, что такой системы в советские времена не существовало и получать медицинскую помощь нужно было по месту прописки, по месту регистрации. Для того чтобы получить медицинские услуги в другом месте, нужно было иметь специальное направление, причём получить его было весьма непросто.

С.Собянин: Буквально ещё недавно мы ограничивали помощь иногородним в силу того, что эти расходы ложились напрямую на бюджет субъекта. А сейчас мы, наоборот, призываем наши учреждения рекламировать себя, приглашать к себе, потому что это дополнительный заработок для клиники, дополнительная возможность повысить заработную плату врачей, улучшить материальную базу. Это выгодно всем, и регионам, и столичным клиникам.

Д.Медведев: Мы продолжим с вами общение и по школьной тематике, и по тематике здравоохранения. У вас отрабатываются многие пилотные технологии, работают очень квалифицированные специалисты. Будем сверять часы, в том числе и в рамках реализации новых приоритетов.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 июля 2016 > № 1832730 Сергей Собянин


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 18 июля 2016 > № 1827944

Андрей Копов: Семь месяцев на должности страхового омбудсмена научили многому

Страховой омбудсмен рассказал, какие конфликты и споры ему уже пришлось разбирать

Чуть больше полугода работает в должности страхового омбудсмена Казахстана Андрей Копов. Имея богатый послужной список, страховой арбитр, назовем его так, взял на себя непростую ответственность – разрешать разного рода споры между участниками рынка – страховыми компаниями и их клиентами. Какими стали эти месяцы для нового страхового омбудсмена Казахстана, какие конфликты и споры ему уже пришлось разбирать и какую в целом оценку дает третейский судья страхового рынка данному сегменту? Об этом Андрей Копов рассказал в интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz.

- Андрей Викторович, главный вопрос: как прошли семь месяцев работы в должности страхового омбудсмена Казахстана?

- Время пролетело достаточно быстро, в постоянной, кропотливой работе со страховыми организациями и их клиентами. Также я постоянно участвую в различных рабочих группах, которые проводятся на базе Ассоциации страховщиков и Ассоциации финансистов Казахстана. В рамках данных рабочих групп я стараюсь внести свою лепту в разработку каких-либо изменений и дополнений в законодательство, касающихся страхового сектора Казахстана. Кроме того, были подготовлены с моей стороны открытые меморандумы, которые дают право страховому омбудсмену рассматривать спорные вопросы по добровольным видам страхования и по договорам перестрахования. На текущий момент ряд страховых организаций уже присоединился к данным меморандумам, тем самым они предоставили мне ряд полномочий для рассмотрения подобных споров.

- Да, давайте подробнее о самих спорах. Какие наиболее резонансные, на ваш взгляд, вам довелось рассматривать за этот период?

- Для начала я бы хотел дать вам немного справочной информации. Омбудсмен был создан и изначально представлялся как арбитр в спорных вопросах между страховыми организациями. Это было в 2007 году. В 2009 году дополнительно были добавлены функции по рассмотрению споров уже между страхователями, выгодоприобретателями и страховыми организациями по обязательному страхованию гражданско-правовой ответственности владельцев транспортных средств. И именно большинство споров, которые я рассматриваю, это как раз споры, возникающие из договоров обязательного страхования ГПО владельцев автомобилей. Сложно сказать, резонансные они или нет. Это такие споры, которые возникают, когда поступают заявления от физических лиц, обиженных на страховые компании.

То есть именно выгодоприобретатели обращаются к страховому омбудсмену по причине того, что страховая компания либо отказала в страховой выплате, либо выгодоприобретатель недоволен, не удовлетворен той суммой страхового возмещения, которую ему готовы выплатить страховые компании. Есть, конечно, споры, которые касаются возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью. Но их пока небольшое количество в моем портфеле. Поэтому я не скажу, что эти дела такие уж необычные с точки зрения накала страстей, но они есть. И это действительно кропотливый труд, когда приходится разбираться по каждому отдельному спору, привлекать в том числе независимых экспертов для дачи с их стороны каких-либо пояснений по некоторым вопросам. При этом я подчеркну, что не всегда мои рекомендации или решения в пользу заявителя. Бывает, когда я рассматриваю споры, выявляется, что не обоснованы те требования, которые заявитель в своем обращении выдвинул. Так что бывают разные случаи.

- Давайте мы все-таки с вами обсудим конкретные случаи, известные нам, журналистам. Например, то противостояние между страховыми компаниями и турагентствами, туроператорами вокруг страхования ответственности последних. Как мы знаем, немало страховщиков отказалось от данного вида страхования, в результате чего участники туристического рынка не могут осуществлять свою деятельность. Найдено ли решение в этом вопросе?

- Мы в поисках. Скажу так, в 2015 году были внесены некоторые изменения и дополнения в законодательство - как о туристической деятельности, так и об обязательном страховании ГПО туроператоров и турагентств. Для туроператоров было обязательным создание фонда защиты прав туристов, и второе – это наличие банковской гарантии для участников туристического рынка. Вообще, чем этот спор или даже, как вы говорите, противостояние, было вызвано? Тем, что страховые компании в течение последних трех лет потерпели громадные убытки, то есть выплаты превысили полученные премии в 4,6 раза за этот период.

Это объясняется, прежде всего, мошенническими действиями со стороны учредителей ряда туроператоров. Если на память, то в прошлом году только по двум операторам - Travel System и Tengri Travel System - убытки составили более 900 миллионов тенге. Второй вопрос - это банкротство авиакомпаний, которое тоже никаким образом невозможно предугадать. То есть, когда туры уже проданы и в моменты, когда нужно улетать, выясняется, что авиакомпания обанкротилась. Я помню 2013 год, когда обанкротилась турецкая компания, после этого были предоставлены самолеты для перевозки пассажиров и обеспечения их возвращения из Турции. И вот эти все события сказались как раз на том, что страховщики стали понимать: они не могут просчитать риски.

В течение короткого времени из 17 страховых компаний, которые имели лицензии на данный вид деятельности, 8 компаний сдали эти лицензии, отказались. Остальные же страховщики изыскивали различные возможности, чтобы не заключать договоры об обязательном страховании. Это привело к тому, что туроператоры и турагентства потеряли право заниматься своей деятельностью, потому что обязательным условием занятия туристической деятельностью является наличие обязательной страховки. А ее не было. И это противостояние вылилось в то, что были созданы рабочие группы, которые встречались на уровне профильного министерства.

В итоге было выработано пока еще не до конца реализованное решение - это как раз внесение изменений в законодательство по туристической деятельности, и в закон о страховой деятельности. Но документы эти, повторюсь, недостаточно еще доработаны, потому что риски как были, так и остались. И даже тот же фонд защиты прав туристов вроде как уже должен быть создан, но он еще не капитализирован, во всяком случае на сегодняшний день капитализирован очень слабо. Но работа ведется, рабочие группы принимают решения в этом направлении. Я думаю, когда-нибудь мы подойдем к завершающей точке и будет создан цивилизованный рынок страхования.

- Не хватает ясности и в отношениях страховщиков с оценочными компаниями. До сих пор из-за имеющегося конфликта интересов непонятно, кто же должен выезжать на место ДТП для оценки ущерба…

- В Закон «Об обязательном страховании гражданско-правовой ответственности владельцев транспортных средств» были внесены изменения. Они вступили в силу с 1 января 2016 года и право проведения оценки причиненного вреда было передано страховщикам. Это опять же, если исторически исходить, связано с мошенническими действиями. Потому что в данном случае страховые компании не могли контролировать правильность расчета размера вреда. На сегодня закон четко определил, что это делает страховщик.

Всегда было так, что выезжал на место аварии представитель страховой компании, аварийный комиссар так называемый. Он производил первичный осмотр, делал фотографии в каких-то случаях и помогал попавшему в ДТП владельцу транспортного средства разобраться в ситуации. Не все компании оказывают такую услугу, к сожалению. Большей частью это конечно те, кто клиентоориентирован, у них есть достаточно широкий штат аварийных комиссаров, есть автотранспорт, который выезжает. И вот что я хочу здесь посоветовать автовладельцам, попавшим в такую сложную ситуацию: обязательно вызывать сотрудников дорожной полиции и не пытаться договориться между собой. Зачастую происходит так, что стороны договорились, ударили, как говорится, по рукам, разъехались с места аварии, а потом одна из сторон возвращается на место аварии, ставит машину и говорит, что вторая сторона скрылась с места ДТП. В данном случае к лицу, которое скрылось с места аварии, не дожидаясь сотрудников дорожной полиции, применяются административные меры наказания. Есть статья 611 Кодекса об административных правонарушениях, которая говорит о том, что лицо, которое покинуло место дорожно-транспортного происшествия, должно быть наказано, вплоть до лишения права вождения. И поэтому я говорю, что в данном случае это обязательно – позвонить в свою страховую компанию.

Сейчас у нас практически все страховщики имеют свои круглосуточные call-центры, так что не составит больших проблем позвонить и рассказать о своей ситуации. Если у страховой компании имеется возможность предоставить аварийного комиссара, то уже вместе с ним нужно дождаться стражей порядка. Теперь в отношении оценщиков и оценки размера вреда, который осуществляется страховой компанией. Да, оценку размера ущерба делает страховая компания. Но независимые эксперты-оценщики - они точно также остались. Если лицо, которому сделали оценку, не согласно с результатом, оно может обратиться к независимому эксперту для того, чтобы он сделал свою оценку, и уже ее предоставить в страховую компанию с требованием осуществить выплату именно по ней. И в том случае, если страховая компания не сделает выплату, тогда уже можно обращаться к страховому омбудсмену для разрешения этого спорного вопроса.

- Спасибо за полезную информацию, Андрей Викторович. Давайте теперь поговорим о тренде последних недель – аналитики отмечают бурный рост по добровольному страхованию имущества. Чем объясняется такая тенденция?

- Да, я видел данные, которые были предоставлены уполномоченным органом - Национальным банком Казахстана на сайте. Действительно, достаточно высокий рост, если не ошибаюсь, более 35 %, именно по добровольному виду страхования. Безусловно, очень радует, что по данному продукту такие хорошие показатели по сборам премий. И этому есть несколько объяснений: либо идет перезаключение договоров страхования крупных клиентов страховых компаний, то есть перестрахование юридических лиц по определенным проектам. Потому что те западные компании, которые инвестируют в казахстанский бизнес и присутствуют в нашей стране, у них уже заложено, что они должны страховать любые риски, и добровольное страхование имущества может подпадать под этот процесс. И второе - это все-таки то, что было принято решение о выделении денежных средств через банки для поддержания экономики, то есть произошло вливание денег в реальный сектор. И здесь банки, конечно, следуя своим внутренним процедурам, обязывают заемщика страховать залоговое имущество. Это может быть как вновь приобретаемое или уже имеющееся имущество, страхуемое от различных катастрофических технологических исков. И надо допускать, что оба эти фактора повлияли на то, что наблюдается значительный рост в первые пять месяцев по данному виду страхования.

- Много шума было и вокруг обязательного медицинского страхования. Что думаете об этом страховом продукте?

- На первоначальном этапе обязательного медицинского страхования страховой сектор, страховщики не участвуют. Создается, как вы знаете, определенный фонд, сейчас продумывается соответствующая инфраструктура. То есть путем приватизации лечебных учреждений создается инфраструктура органов по приему денег, затем по оплате в эти лечебные учреждения, и в данном случае это больше похоже, знаете, на обязательный сбор денег или налогов. Но уже в 2018 году, если не ошибаюсь, включаются страховые компании, то есть непосредственно реальный сектор экономики, который также будет участвовать в обязательном медицинском страховании в качестве посредников. Совсем нас не отстранили, это поэтапное введение. С 2016 года - один формат, с 2018-го подключатся страховщики. Для этого, конечно, должна быть определенная инфраструктура, которая будет работать. Скажу так: для работодателя это, безусловно, дополнительная нагрузка в связи с отчислением обязательных взносов в этот Фонд. Для простых потребителей, для казахстанцев, конечно, это все-таки больше благо - получить более расширенный пакет медицинских услуг, который будет предоставляться за счет данного вида страхования и, возможно, более качественного пакета медицинских услуг.

- Если говорить в целом о страховом рынке Казахстана, о предпочтениях... Какие страховые продукты сегодня наиболее популярны?

- Здесь опять же можно судить по тем цифрам, которые публикует Национальный банк у себя на сайте. Это, как мы с вами уже сейчас проговорили, добровольные виды страхования. Кстати, такая тенденция может быть связана еще и с тем, что больше покупателей путем кредитования приобретают новый автотранспорт, именно новый, а не со вторичного рынка, поэтому здесь идет добровольное страхование автокаско. Да, это может быть где-то навязанная услуга, но я считаю, что те, которые приобретают ее, в дальнейшем смогут оценить. Когда наступает критический момент, когда попадают в ДТП и когда есть обязательства перед банком по погашению кредита, в этом случае страховые компании начинают своими выплатами гасить вот эти обязательства, при этом транспортные средства остаются у заемщика. Это очень выгодно.

Какие еще? По добровольному личному страхованию видно, что рынок просел, то есть количество сбора премий по этим видам уменьшилось. Это опять же связано с чисто экономическими проблемами, с общей ситуацией в Казахстане. Также остаются востребованными обязательные виды страхования, в том числе обязательное страхование ГПО автовладельца транспортных средств. К сожалению, наш рынок пока еще относительно молод, и мы, страховые компании, не можем предложить своим клиентам до 200 различных страховых продуктов, к примеру. Хотя есть попытки создания этих продуктов, но они недостаточно востребованы. Главное – у нас есть перспективы.

- Андрей Викторович, спасибо вам за беседу, успехов!

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 18 июля 2016 > № 1827944 Андрей Копов


Россия > Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 15 июля 2016 > № 1826065

У малого бизнеса появятся новые льготы (интервью статс-секретаря - заместителя Министра экономического развития РФ Олега Фомичева для Российской газеты)

На 10 процентов выросли за год налоговые доходы от малого и среднего бизнеса, увеличилось и число занятых в этой сфере, сообщает Счетная палата РФ. При этом объем господдержки составил почти 346 миллиардов рублей.

В ближайшее время правительство должно определиться с расходами в рамках недавно принятой долгосрочной стратегии развития малого и среднего предпринимательства.

Статс-секретарь - заместитель министра экономического развития Олег Фомичев рассказал "Российской газете", на что может рассчитывать малый бизнес после появления у него "своей" стратегии. Она предполагает амбициозные цели - в частности, оборот малого и среднего бизнеса, стагнировавший в последние годы, должен вырасти более чем на треть к 2020 году.

Олег Владиславович, какова конечная "стоимость" стратегии для малого и среднего предпринимательства (МСП)?

Олег Фомичев: Если брать буквально, то в ней всего три цифры, они же были предусмотрены в антикризисном плане. Это докапитализация Фонда содействия развитию малых предприятий, который поддерживает малые инновационные компании. У нас и так очень небольшие деньги на поддержку такого бизнеса, а в последние годы мы даже не индексировали их на инфляцию. Поэтому выделим 4 миллиарда на следующий год дополнительно к тем 4, которые уже сейчас имеются.

Мы также предлагаем увеличить на 10 миллиардов рублей финансирование по программе поддержки малого и среднего бизнеса, которую Минэкономразвития реализует. Все, что у нас живого создается для малого бизнеса, как для высокотехнологичного, так и для обычного, все реализуется в рамках этой программы - это и технопарки, и бизнес-инкубаторы, промышленные парки для малого бизнеса, инжиниринговые центры. Она тоже подверглась очень жесткому секвестру, фактически в два раза была ужата. Мы в рамках стратегии предлагаем ее хотя бы восстановить до того уровня, на котором она была два года назад. Если мы хотим получать взрывной рост малого бизнеса, нам, безусловно, нужно это направление поддержать.

Третье - это 10 миллиардов на следующий год для Корпорации "МСП" на докапитализацию лизинговых компаний. Это возможность получения в лизинг по льготным ставкам оборудования для начала и расширения собственного дела, то, что очень просят регионы.

Итого совсем не много - 24 миллиарда рублей.

Олег Фомичев: Но на самом деле, на поддержку малого бизнеса направляются средства на порядки выше. Это, безусловно, и гарантии и поручительства по кредитам. Это средства инновационных институтов развития, которые идут на поддержку стартапов, это и Фонд "Сколково", и Фонд посевных инвестиций Российской венчурной компании и т. д. И, безусловно, все, что регионы тратят со своей стороны, софинансируя расходы, связанные с созданием промышленных парков. Сюда же можно условно включить те средства, которые госкомпании и государство стало направлять на закупки у малого бизнеса, а это уже сотни миллиардов, и эти суммы будут только расти.

Почему тогда стратегия так долго не принималась?

Олег Фомичев: Она не принималась долго не из-за того, что были разногласия в части цифр. Просто она "вылеживалась", потому что в аппарате правительства оценивали, надо ли ее сейчас принимать, есть ли в ней необходимость или стоит дождаться большой Стратегии-2030, которая в следующем году должна быть разработана. Но в итоге решили, что лучше продекларировать сейчас публично те цели и задачи, которые государство преследует в части развития малого бизнеса, чтобы и малый бизнес сориентировался, и сами органы власти уже выстраивали свою работу в соответствии с этими приоритетами.

Выпало ли что-то важное при согласовании стратегии с Минфином, в правительстве?

Олег Фомичев: По-крупному, практически все, что хотели там учесть, учли. Поскольку мы до сих пор находимся в дискуссии с Минфином и с Минтрудом, выпал блок в части совершенствования упрощенных налоговых режимов и страховых взносов для индивидуальных предпринимателей и самозанятых. По ним сейчас работа выстроена параллельно со стратегией, и уже принято решение о продлении для самозанятых, Минфин законопроект разрабатывает. Поэтому сказать, что там что-то такое принципиальное мы забыли, нельзя.

Снижение страховых взносов для юридических лиц даже не обсуждалось?

Олег Фомичев: Такой возможности пока нет. Сейчас, наоборот, дискуссия идет о том, как бы все-таки их не повышать с учетом бюджетной ситуации. Даже это не столько бюджетная, сколько ситуация с Пенсионным фондом, с Фондом обязательного медицинского страхования.

В стратегии одна из главных задач - это снижение серой занятости, которая как раз в малом бизнесе особенно велика. Ее разве удастся решить, не снизив "белую" нагрузку?

Олег Фомичев: Во-первых, снижение фискальной нагрузки, безусловно, нужно. Здесь, повторюсь, есть поручение президента о том, что нужно самозанятых, которые продекларируют, что они ведут определенную деятельность, на три года освободить вообще от любых платежей, включая социальные взносы. Это как раз радикальная мера, направленная на то, чтобы люди, к примеру, репетиторы, частные парикмахеры, легализовались, показали свою деятельность и вошли в правовое поле.

Но, безусловно, этого одного недостаточно, потому что кроме фискальной нагрузки есть административная, связанная с контрольно-надзорными органами. И в целом условия ведения предпринимательской деятельности у нас, что для крупного, что для малого бизнеса пока не настолько благоприятные.

Когда вы считали контрольные показатели по малому бизнесу, то в отношении фискальной нагрузки на малый бизнес из чего исходили? Есть гарантия, что она хотя бы останется стабильной?

Олег Фомичев: Мы исходим из того, что до 2018 года действует президентский мораторий на повышение любой налоговой нагрузки. Но о том, что будет дальше, дискуссия предстоит в ближайшие два года. Мы, безусловно, будем стараться изо всех сил удержать, как минимум, на уровне существующем, как максимум, конечно, надо снижать, исходя из задачи кратного увеличения количества малых предприятий, легализации серой занятости и т. д.

Но есть социальный блок правительства, который говорит, что если вы так хотите, конечно, делайте, но тогда дайте нам из других источников деньги, чтобы мы компенсировали дефицит в соответствующих фондах.

Поэтому гарантии никакой сейчас дать невозможно. Но то, что это очень сложная тема и она будет увязана с пенсионной реформой, с реформой медицинского страхования, это факт. В этом сложном треугольнике будут приниматься окончательные решения уже в отношении возможности снижения или увеличения нагрузки.

И риск для всех амбициозных задач по развитию МСП именно отсюда исходит?

Олег Фомичев: Основные риски сейчас даже не в части фискальной нагрузки, хотя там они очень высокие, риски в целом в неопределенности экономической ситуации. Темпы роста, инфляция, внешнеэкономическая ситуация, санкции.

По стратегии доля занятых в МСП должна увеличиться с 25 до 35 процентов за 15 лет. Вы лично верите, что получится?

Олег Фомичев: Все упирается в психологию людей. Если нам все-таки удастся у людей поменять настроение, вызвать в обществе этот драйв к созданию собственного бизнеса, то цифры могут быть и более амбициозные. Мы поставили цифры реальные, но тоже сложно достижимые. Мы рассчитываем, что факторы все сложатся правильно. Иначе смысла нет стратегию принимать, если не ставишь амбициозные задачи.

Малый бизнес - это в основном торговля. Ей на что-то можно рассчитывать? Я наблюдаю, как у одной и той же палатки был один павильончик, через месяц другой, потом третий, еще лучше. И, видимо, торговцы не по своей воле их меняют.

Олег Фомичев: Да, правительства крупных городов экспериментируют с формами упорядочения торговли. Во-первых, меры общего характера, которые мы заложили в стратегию, должны помочь и торговле. Во-вторых, Минпромторг совместно с нами разработал законопроект о мобильной и нестационарной торговле, который призван, с одной стороны, ее, опять же, упорядочить, с другой - ввести регионы и муниципалитеты в определенные рамки, чтобы не было постоянных изменений правил игры с каждым новым мэром. Можно понять Москву, она пыталась как-то облагородить, навести порядок в рамках новой общей градостроительной концепции. Но если каждый следующий мэр будет опять делать то же самое, малого бизнеса просто не останется. Эти поправки скоро должны быть приняты.

История с "Платоном" показала, насколько чувствительными могут быть неналоговые платежи. Что с ними будет дальше?

Олег Фомичев: Есть поручение президента Минфину к концу года представить проект закона, упорядочивающего неналоговые платежи. Плюс к этому продолжает действовать межведомственная рабочая группа при Минэкономразвития, когда мы собираемся по конкретным платежам, рассматриваем проблемы, связанные с его сбором, с расчетом. Тема долгоиграющая, мы просто по ней поступательно идем по конкретным блокам.

Теперь у бизнеса много опасений по поводу утилизационного сбора. При том, что сбор есть, система полноценной утилизации отходов, похоже, так и не заработала.

Олег Фомичев: Там номенклатура была ограничена и ставку мы потребовали на первые два года установить минимальную, чтобы нам просто систему отладить. Будем собираться и смотреть, насколько бизнес начинает развиваться в части утилизации. Задача стоит двойная: с одной стороны, снизить нагрузку на существующий бизнес, с другой стороны, проблему с утилизацией все-таки решать надо. Это значит, что должны появиться все-таки частные предприятия по утилизации. Не просто вывозить мусор на свалки, а заниматься переработкой, раздельным сбором. Для этого, собственно, утилизационные сборы и вводились. Здесь важно найти баланс между скоростью расширения номенклатуры видов мусора, с которого будут собираться сборы, размером ставки и необходимостью формирования реально действующего рынка утилизации.

Если окажется, что новый механизм фактически так и не заработал?

Олег Фомичев: Тогда будем предлагать, как минимум не расширять номенклатуру и сохранить минимальный размер ставки.

Россия > Приватизация, инвестиции > economy.gov.ru, 15 июля 2016 > № 1826065 Олег Фомичев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 13 июля 2016 > № 1824832

Заседание Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Под председательством Владимира Путина в Кремле состоялось первое заседание Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Президент объявил о создании Совета на Петербургском международном экономическом форуме. Глава государства подчеркнул, что Совет будет заниматься реализацией ключевых проектов, направленных на структурные изменения в экономике и социальной сфере, а также на повышение темпов экономического роста.

* * *

Стенографический отчёт о заседании Совета при Президенте по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

Сегодня мы проводим первое заседание Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Он призван стать центром поиска решений по структурным преобразованиям в экономике и социальной сфере. Обозначать направления, которые являются определяющими для ускорения экономического роста, для повышения качества жизни и благосостояния граждан Российской Федерации. При этом крайне важно сохранить преемственность целей, закреплённых в майских указах Президента 2012 года.

По каждому направлению должны быть сформулированы и запущены приоритетные проекты. Совет будет ставить задачи, определять способы их решения и контролировать ход реализации проектов.

Предстоящая работа должна носить общенациональный характер. К ней надо привлекать экспертов, предпринимателей, гражданских активистов. Именно поэтому я сегодня попросил вас здесь собраться, чтобы поговорить об этом, и ранее попросил коллег таким образом сформировать состав, чтобы в него входили представители и деловых объединений, и Общественной палаты.

Совет будет опираться на президиум, который станет штабом проектной работы, играть главную роль в отборе проектов, координировать деятельность министерств и ведомств, регионов Российской Федерации. Президиум Совета возглавит Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев.

Совет по стратегическому развитию и приоритетным проектам призван стать центром поиска решений по структурным преобразованиям в экономике и социальной сфере.

Отмечу, что проектная работа начинается не с чистого листа. Реализовав национальные проекты, удалось добиться значимых результатов в образовании, здравоохранении, сельском хозяйстве, жилищной сфере. Помните, как мы над этими проектами ранее работали. Такой подход был использован и в рамках Совета по модернизации экономики. Этот опыт, успешные практики, безусловно, будут полезны при решении сегодняшних системных задач национального развития.

Но нужно понимать, конечно, и мы, безусловно, знаем это, что они – сегодняшние задачи – намного более сложными являются, чем прежние. Текущая ситуация принципиально отличается от середины 2000-х, когда были запущены эти национальные проекты. Тогда внешняя конъюнктура складывалась более благоприятно, имею в виду и экономическую, и политическую.

Сейчас нужно работать в условиях известных серьёзных ограничений. Но, безусловно, без этого проектного подхода нам сегодня не решить стоящие перед страной задачи, и нужно опираться на то, что мы имели раньше, нужно иметь в виду сегодняшнюю ситуацию и, конечно, наилучшие практики администрирования работы в сфере экономики и решения стоящих перед нами задач.

Необходимо максимально сконцентрировать финансовые, административные, управленческие ресурсы, усилить ответственность за решение поставленных задач, увеличить отдачу от использования финансовых ресурсов.

Нужно выстроить слаженную работу не только между руководителями, но и на уровне коллективов министерств, ведомств, регионов. Избавиться от изматывающего людей бюрократизма, обеспечить быстрое принятие и исполнение решений.

Подчеркну: нельзя рассматривать проекты как заявку на освоение бюджетных средств и всё. Необходимо достигать практических результатов, кардинально повышать эффективность расходов. При этом, если существуют объективные причины для дополнительного финансирования проектов, это должно быть сделано с учётом выбранных приоритетов.

Далее. Какие бы задачи мы ни решали – будь то безопасность на дорогах, лекарственное обеспечение, развитие экспорта, прежде всего, конечно, высокотехнологичного экспорта, – все они требуют чёткого межведомственного взаимодействия.

Нужно выстроить слаженную работу не только между руководителями, но и на уровне коллективов министерств, ведомств, регионов. Избавиться от изматывающего людей бюрократизма, обеспечить быстрое принятие и исполнение решений.

Между тем межведомственное взаимодействие не должно размывать личной ответственности. Всю полноту ответственности за результаты должны нести соответствующие руководители – руководители проектов. Я прошу это чётко зафиксировать в нормативных документах.

И, наконец, ещё один важный момент. Использование проектного подхода не означает, что надо немедленно и радикально менять существующую систему управления. Нам революции в этой сфере не нужны. Нужно всё делать спокойно, взвешенно, рассчитать каждый шаг, с тем чтобы, как говорится, не навредить.

Необходимо максимально сконцентрировать финансовые, административные, управленческие ресурсы, усилить ответственность за решение поставленных задач, увеличить отдачу от использования финансовых ресурсов.

В рамках решения конкретных задач нужно внедрять современные управленческие технологии, распространять, как я уже сказал, лучшие практики, выстраивать механизмы подготовки кадров и привлекать людей с проектным мышлением.

Словом, здесь нужна кропотливая, творческая, неравнодушная работа. Именно тогда реализация проектов будет способствовать повышению качества государственного управления в целом.

Уважаемые коллеги! Обозначу основные подходы к формированию приоритетных проектов.

Первое. Нельзя распылять усилия, браться за пусть важные, но локальные проблемы. Каждый проект должен быть нацелен на ограниченный круг наиболее острых, актуальных, пусть и сложных, задач, решение которых может дать системный позитивный эффект для развития страны, повысить качество жизни граждан. Главное, чтобы цели проектов соответствовали чаяниям, запросам и ожиданиям людей. Только тогда их реализация станет действительно общенациональной задачей.

Второе. Прошу Правительство глубоко, содержательно подойти к формулированию конечных результатов. От этого, без преувеличения, зависит весь ход дальнейшей работы и её успех. Надо максимально чётко и ясно сказать обществу, чего мы хотим добиться. И, конечно, ни в коем случае нельзя морочить людям голову подробным перечислением законов, мер, поручений. Граждане не это хотят услышать.

Результаты должны измеряться позитивными, понятными вещами. Например, снижением очередей в поликлиниках, скоростью оказания медицинской помощи для тех, кто живёт в труднодоступных районах. Условиями ипотеки, которые должны меняться к лучшему, и так далее. Возможностью для каждого проверить и понять, как формируются, например, коммунальные платежи.

Конечно, не все результаты – мы уже с вами, с членами Правительства, обсуждали все эти вопросы, и совсем недавно, – не все эти результаты можно, что называется, «оцифровать». Но эту работу надо сделать по максимуму прозрачной и понятной рядовому гражданину.

Третье. По каждому проекту следует внятно сформулировать, что мы сделаем уже к 2018 году. Одновременно выстроить траектории на среднесрочную перспективу, обозначить задачи, которые должны быть решены к 2020-му и 2025 году. Совсем не значит, что мы должны нивелировать и забыть то, что говорили раньше, забыть те цели, которые мы ставили раньше, к тому же 2020 году. Разумеется, нужно вносить коррективы, которые диктуются самой жизнью.

В рамках решения конкретных задач нужно внедрять современные управленческие технологии, распространять лучшие практики, выстраивать механизмы подготовки кадров и привлекать людей с проектным мышлением.

Четвёртое. Необходимо чётко прослеживать и просчитать все расходы, исключить заведомо неэффективные траты. При формировании федерального бюджета на 2017 год и на период 2018–2019 годов следует обеспечить проекты национального развития финансовыми ресурсами. Иначе всё это сведётся к пустым разговорам и к благим пожеланиям. Сделать это нужно, как уже говорил, в приоритетном порядке, при этом не выходя за границы бюджетной сбалансированности.

И ещё. Решая задачи стратегического развития, формулируя планы на перспективу, конечно, Правительство не должно ослаблять внимание к текущим проблемам. Каждодневная эффективная работа, создание новых возможностей для труда, образования, лечения – лучшая гарантия того, что граждане поверят в успех приоритетных проектов, поддержат их, включая, конечно, реализацию на всех стадиях.

И сейчас хотел бы предоставить слово Председателю Правительства Дмитрию Анатольевичу Медведеву. Пожалуйста, Дмитрий Анатольевич, прошу рассказать, какие направления Вы считаете приоритетными после обсуждения с коллегами и как предполагается организовать эту работу.

Пожалуйста.

Д.Медведев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Президент только что сформулировал смысл проектной работы, новой проектной работы, которой мы будем заниматься, – это концентрация финансовых, управленческих, административных ресурсов на решении наиболее важных задач в экономике и социальной сфере с выходом на ощутимые, реальные результаты.

Такая работа действительно подразумевает более высокий уровень персональной ответственности и, конечно, требует чёткой координации деятельности всех министерств, ведомств, вообще всех структур, которые будут принимать в этом участие.

Конкретные направления работы продиктованы текущей экономической ситуацией и, конечно, также теми целями, которые были заявлены, в том числе в указах Президента от 7 мая 2012 года. Но главное, конечно, это всё–таки сами запросы людей, видение будущего нашей страны. И такая повестка дня находится вне политической конъюнктуры и является базовой для любой ответственной политической силы.

Основной блок проектов должен быть нацелен на решение самых чувствительных вопросов, тех, которые связаны с созданием комфортных условий для повседневной жизни, для работы. В число наиболее значимых направлений – я об этом уже говорил на съезде «Единой России» и хочу ещё раз подчеркнуть – мы предлагаем включить развитие здравоохранения и образования, повышение их качества и доступности, развитие ипотеки и арендного жилья, жилищно-коммунального хозяйства и городской среды, а также экологию и создание сети безопасных и современных качественных дорог. В отдельное направление также предлагается выделить работу по улучшению ситуации в моногородах. Это вполне оправданно.

И вторая ключевая задача, на решение которой необходимо чётко сориентировать проектное управление, – формирование более современной, более конкурентоспособной структуры экономики. Если первая часть – это всё–таки такие отраслевые проекты, то вторая часть инфраструктурная, которая необходима для устойчивого экономического роста.

Для этого необходимо создавать благоприятную среду для малого бизнеса и индивидуального предпринимательства (это один из возможных инфраструктурных проектов), совершенствовать сферу контрольно-надзорной деятельности, повышать производительность труда, стимулировать участие наших предприятий в международной кооперации и наращивать несырьевой экспорт. Это всё возможные направления проектной работы. Их можно было бы зафиксировать на сегодняшнем заседании Совета решением. Владимир Владимирович, я прошу Вас, если это всё получит поддержку, утвердить этот перечень, чтобы в ближайшее время президиум начал по нему практическую работу.

Сегодня мы предлагаем уже не только заниматься такими общими вопросами, а рассмотреть четыре направления из этого перечня: здравоохранение, образование, жилищное строительство и вопросы жилищно-коммунального хозяйства. По ним будут отдельные выступления моих коллег министров, но я бы хотел отметить несколько принципиальных моментов.

Во–первых, начну с темы здравоохранения. Мы уже в целом предприняли довольно много усилий для развития материально-технической базы здравоохранения за последние годы, она действительно изменилась, появилось современное оборудование в медицинских учреждениях. Таких инвестиций, наверное, наше здравоохранение не видело, если сопоставлять с предыдущим периодом, с такой степенью интенсивности, никогда. Но дело не в цифрах, о чём совершенно справедливо сейчас Владимир Владимирович сказал.

Дело не в том, сколько денег в какой–то момент было инвестировано, а дело в том, какой результат мы получаем, это касается абсолютно всех направлений проектной работы. Наши граждане должны почувствовать реальное улучшение ситуации. Что это значит в здравоохранении? Самые очевидные вещи – это меньше очередей в больницах и поликлиниках, доступность современных медицинских центров, доступность новых лекарств и методов лечения для любого человека, внедрение новых технологий, причём не эксклюзивное, а именно широкое внедрение.

Мы также рассчитываем на повышение профессиональной компетенции медицинских работников, это ещё одна тема, на которую обращают внимание люди. Как показывает и наш опыт, и мировая практика, такого рода задачи наиболее успешно решаются именно в рамках проектного подхода. Но особенно важно, чтобы проектная работа была организована без ущерба для текущей работы учреждений здравоохранения, включая вопросы лекарственного обеспечения, строительства перинатальных центров и других важнейших направлений, о чём тоже Владимир Владимирович сказал.

Проектная работа не отменяет и не заменяет обычной работы министерств и ведомств по исполнению тех обязанностей, которые на них возложены. Отдельные направления в этом проекте будут, естественно, ещё доработаны, плюс на стыке с этим очевидно, что необходимо развивать нашу фармацевтическую промышленность. Это не совсем проект здравоохранения, он на стыке между здравоохранением и собственно промышленным развитием, но без этого не может быть нормальных современных дешёвых препаратов, которые нужны нашей стране.

Второе. Такого же подхода, который совмещает и проектную работу с базовой повесткой дня, нам нужно придерживаться и в сфере образования. Будем, в частности, продолжать программу строительства новых школ (она рассчитана на среднесрочную перспективу), поддержку высшего образования, в том числе продвижение наших университетов в рейтинге лучших университетов мира, а стало быть, повышение общего качества университетского образования. В фокусе проектного управления будет развитие электронных форм образования, причём на всех этапах образовательного процесса: в школе, в университете, при повышении квалификации, при переобучении. Последнее особенно важно, имея в виду ситуацию на рынке труда.

Ещё одно важнейшее направление – развитие среднего профессионального образования. Речь идёт о внедрении современных стандартов подготовки с учётом нового технологического цикла и о выстраивании полноценного взаимодействия образовательных учреждений с базовыми предприятиями и потенциальными работодателями. Эта деятельность начиналась и раньше, но всё–таки такого полноценного характера она пока не приобрела.

Третье. Это очень важная, сложная тема – жильё. Нам, прежде всего, сегодня, с учётом экономической ситуации, исключительно необходимо, важно сохранить набранные темпы жилищного строительства, в том числе потому, что это помогает снижать стоимость квадратного метра, а стало быть, делает жильё более доступным для наших граждан. Чтобы привлечь частные инвестиции в жилищное строительство, запущен целый ряд финансовых механизмов, которые свою эффективность в целом показали.

Это прежде всего ипотека. И хотя мы сегодня договорились о цифрах не особенно говорить, потому что не цифры важны, тем не менее отмечу одну позицию. За пять месяцев этого года у нас выдано 322 тысячи кредитов. Это, по сути, 322 тысячи квартир, мы понимаем, или домов, то есть за этими цифрами реальные квартиры или дома. Это почти на 50 процентов больше, чем за аналогичный период прошлого года, когда у нас немножко эти цифры «провалились». Эту динамику, конечно, исключительно важно сохранить. Надеюсь, что проектная работа этому поможет.

И четвёртое, о чём бы хотел сказать. В сфере жилищно-коммунального хозяйства наша главная цель – сделать рынок коммунальных услуг действительно конкурентным, чтобы на нём работали ответственные, эффективные компании, современные компании, прозрачные, с прозрачным механизмом ценообразования и для потребителей, и для поставщиков услуг, а информация аккумулировалась в единой для всей сферы жилищно-коммунального хозяйства информационной системе, потому что очень часто люди жалуются на то, что в информации не разобраться: она сложная либо спрятана таким образом, что не поймёшь, чего и откуда вытекает. Только на этой основе мы сможем избежать необоснованного раздувания стоимости коммунальных услуг. И этот вопрос, конечно, сейчас очень всех волнует.

Несколько слов буквально в заключение о том, как будет организована работа по поручению Президента. В ближайшее время необходимо будет определиться по приоритетам уже в рамках каждого направления, естественно, с учётом того, о чём сказал Владимир Владимирович, этих соображений, о которых я только что доложил, может быть, ещё что–то появится. Я бы просил исходить из того, что мы будем более гибко к таким вопросам подходить.

Считаю также, что имеет смысл ориентироваться на очень ограниченный набор показателей, понятных, структурированных по уровням ответственности и поэтому легко контролируемых. Потому что чем больше показателей, тем больше запутаться или, наоборот, спрятаться в них, для того чтобы сказать: «Мы хорошо поработали, посмотрите, здесь есть подвижки в лучшую сторону и так далее». Нет, показатели должны быть укрупнённые, чтобы каждому было ясно, за что он отвечает, какими ресурсами располагает и какой результат от него ожидается. Только что об этом сказал Владимир Владимирович в своём выступлении.

И до конца года должны быть отобраны не только конкретные проекты и должна начаться их реализация, но и обязательно должны быть достигнуты хотя бы какие–то первые результаты, которые мы для себя должны наметить. А в процессе отбора проектов будут те критерии, о которых сегодня говорил Президент. Вся эта работа должна быть встроена, естественно, в бюджетный процесс. Мы скорректируем целый ряд государственных программ, с тем чтобы в проекте бюджета, который осенью будет направлен в Государственную Думу, все эти изменения были учтены.

Ещё раз хотел бы отметить то, о чём говорил Владимир Владимирович. Приоритетные проекты – это не повод требовать дополнительных бюджетных денег. Тем не менее даже в существующих финансовых условиях мы будем направлять средства в эффективные проекты, где они будут работать с максимальной отдачей. Эта проектная работа – в известной степени тест на умение решать поставленные задачи, выделяя приоритеты за счёт других, менее актуальных направлений, умение искать нестандартные решения, отбирать самые эффективные механизмы и, конечно, грамотно и гибко пользоваться имеющимися финансами, использовать современные информационные, управленческие технологии, которые смогут существенно сэкономить и время, и деньги.

Мы действительно занимались подобной работой некоторое время назад в рамках приоритетных национальных проектов. И понятно, что оптимальная аккумуляция ресурсов – это сложная, но решаемая управленческая задача. По каждому направлению также будут выделяться свои приоритеты, которые будут укладываться в эти жёсткие требования. Должна быть также сформулирована и утверждена инфраструктура проектного управления.

Сегодня проводится первое заседание Совета, в ближайшее время я проведу первое заседание президиума Совета. В дальнейшем его заседания должны проходить регулярно, например каждый месяц. В случае необходимости, конечно, по отдельным направлениям совещания в Правительстве будут проходить на еженедельной основе. Предстоит также большая работа по формированию соответствующих проектных офисов в министерствах и ведомствах по подготовке кадров, по информационным ресурсам, которые позволят вести мониторинг проектов в регионах. В Аппарате Правительства соответствующее подразделение уже моим распоряжением создано.

Это повестка дня на ближайшее время; о первых результатах мы планируем доложить на следующем заседании Совета под руководством Президента.

В.Путин: Спасибо большое, Дмитрий Анатольевич.

У меня просьба к Администрации Президента. Я посмотрел, у нас в составе Совета нет представителей профсоюзов. Надо с ФНПР переговорить, и если заинтересованность есть у лидеров, нужно, чтобы они здесь присутствовали. Мы будем обсуждать вопросы, которые непосредственно должны отражаться на жизни людей. Профсоюзы должны быть в составе Совета.

Спасибо большое.

Пожалуйста, Скворцова Вероника Игоревна.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотелось бы сказать о том, что за последний период времени благодаря реализации государственной программы развития здравоохранения и комплекса мер по повышению доступности и качества медицинской помощи удалось закрепить все положительные тенденции, которые намечались в демографической политике страны за последние годы. За 2015-й и уже половину 2016 года в стране увеличилась продолжительность жизни, снизилась общая смертность и особенно смертность лиц трудоспособного возраста, детей и беременных женщин.

В то же время мы имеем огромные ресурсы для дальнейшего развития. Важнейшим направлением наших действий является совершенствование системы материнства и младенчества. По данным Всемирной организации здравоохранения, именно показатели младенческой и материнской смертности отражают реальную эффективность национальных систем здравоохранения. Благодаря принятым за последние годы системным мерам, в том числе национальному приоритетному проекту «Здоровье», нам удалось достичь исторического национального минимума по этим показателям и только за последние четыре года снизить их на 29 и 38 процентов соответственно.

В 2016–2018 годах запланирована реализация проекта по достраиванию трёхуровневой системы оказания медицинской помощи беременным женщинам и новорождённым детям в 27 субъектах Российской Федерации с вводом в строй новых 29 перинатальных центров, с изменением логистики оказания медицинской помощи на современную, перемаршрутизацией бригад скорой помощи и подготовкой более 3400 соответствующих специалистов – это врачи-неонатологи, детские анестезиологи-реаниматологи, акушеры-гинекологи и так далее.

Проведение этой программы позволит нам уже к концу 2018 года дополнительно снизить младенческую смертность не менее, чем на 15 процентов, – до 5,5 на тысячу рождённых живыми детей – и материнскую смертность не ниже, чем на 10 процентов, – до 9 на 100 тысяч. В перспективе представляется целесообразным распространить эту программу в целом на детскую медицину и достраивать уже трёхуровневую систему оказания помощи детям от трёх лет и старше, включая совершенствование инфраструктуры детских поликлиник и больниц.

Другим приоритетным направлением, определяющим развитие здравоохранения, является переход от инфраструктурной информатизации здравоохранения к широкому применению дигитальных (цифровых) технологий в медицинской практике.

Благодаря программам модернизации 2012–2013 годов установлено коммуникационное и компьютерное телекоммуникационное оборудование более чем в семи тысячах государственных медицинских организаций, организована единая защищённая сеть передачи медицинских данных, разработаны федеральные компоненты единой информационной системы.

Уже в настоящее время в 81 регионе страны внедрены медицинские информационные системы, к которым подключены автоматизированные рабочие места 57 процентов врачей, 83 региона организовали электронную запись на приём к врачу, 66 – внедрили единую региональную систему диспетчеризации скорой помощи.

За 2016–2018 годы мы планируем совместно с Министерством связи Российской Федерации реализовать проект, позволяющий к концу 2018 года не менее 95 процентов всех государственных медицинских организаций подключить к единой государственной информационной системе в сфере здравоохранения путём внедрения единой электронной медицинской карты.

Данный законопроект, обязующий субъекты Российской Федерации к подключению к этой системе, уже подготовлен, прошёл общественное обсуждение, согласован со всеми заинтересованными федеральными органами и в ближайшее время поступит в Правительство.

Граждане России получат доступ к защищённому личному кабинету «Моё здоровье» на портале государственных услуг, который обеспечит широкий набор возможностей: запись на приём к врачу, проверку полиса ОМС, прикрепление к поликлинике, вызов врача на дом, просмотр собственной электронной медицинской карты и получение информации по здоровому образу жизни и по другим важным вопросам.

К системе будут подключены к концу 2018 года не менее 95 процентов врачей, работающих в субъектах Российской Федерации в государственных медицинских организациях. Это позволит полностью перейти на электронный документооборот, отказаться от ведения бумажной документации врачом и тем самым высвободить 30 процентов рабочего времени на непосредственное общение с пациентом.

Кроме того, будет обеспечена преемственность лечения пациента независимо от медицинской организации и введение единых информационных систем, помогающих принять решение врачом. Это система электронного классификатора, которая в настоящее время уже в активной разработке и будет закончена к концу года, включающего клинические алгоритмы, руководство, лекарственные и другие справочники, которые должны быть в любой момент удобны для использования врачами, в том числе и первичного звена.

Кроме того, будут обеспечены дистанционные программы непрерывного медицинского образования. Для повышения доступности качественной медицинской помощи в каждом регионе к концу 2018 года будут внедрены: единая диспетчеризация службы скорой помощи, что позволит обеспечить сокращение времени доезда до пациента, телемедицинское консультирование между специалистами разных медицинских организаций разного профиля и уровня – от районных больниц до ведущих федеральных центров.

Кроме того, будет внедрена автоматизированная система льготного лекарственного обеспечения, которая не только улучшит управление торговыми запасами лекарств, но и сделает лекарственное обеспечение более адресным и комфортным для каждого человека. В перспективе планируется подключить к единой информационной системе все медицинские организации, включая частные, в рамках единой национальной системы здравоохранения, а также распространить телемедицинские технологии на отношения «врач – пациент» с внедрением дистанционного мониторирования состояния здоровья, что особенно важно для удалённых районов страны и для сельской местности. Таким образом, внедрение цифровых технологий позволит оказать комплексное позитивное влияние на доступность и качество медицинской помощи, условия работы врача и удовлетворённость населения.

Важным приоритетом является повышение доступности медицинской помощи в труднодоступных районах страны со сложными климатогеографическими условиями, где отсутствует круглогодичное транспортное сообщение и населённые пункты удалены от тех региональных центров, где расположены медицинские организации, оказывающие специализированную помощь. В таких условиях проживает более миллиона человек в 34 субъектах Российской Федерации – это семь процентов населения страны.

В России развита эффективная система оказания экстренной медицинской помощи. У нас создано более 1,5 тысячи травмоцентров и более 540 сосудистых центров, однако необходимы удобные дороги для того, чтобы этими центрами можно было воспользоваться. Поэтому особую актуальность имеет участие санитарной авиации в оказании медицинской помощи. В настоящее время ежегодное число вылетов санавиации в обозначенных 34 регионах составляет 17,4 тысячи – это 83 процента от всех вылетов на территории страны. Но в то же время это обеспечивает лишь 70 процентов необходимой потребности.

Важно отметить, что число работающих авиационных медицинских бригад у нас достаточно, и с 2015 года они полностью финансируются из системы обязательного медицинского страхования. Необходима лишь поддержка данным регионам в развитии сети вертолётных площадок и в оплате закупаемых у авиапредприятий авиатехнических услуг. При нахождении этих относительно небольших ресурсов мы сможем сохранить жизнь и здоровье не менее восьми тысячам человек, повысить удовлетворённость доступностью медицинской помощи, а также поддержать отечественную вертолётную промышленность.

Одним из достижений последних лет явилось существенное увеличение объёма высокотехнологичной медицинской помощи: за период с 2013 года – на 63 процента, а за десять лет – в 13,7 раза. При этом хотелось бы отметить, что за один 2015 год число региональных медицинских организаций, оказывающих высокотехнологичную медицинскую помощь, увеличилось на четверть – до 800.

Для прорывного скачка в эффективности медицинской помощи необходимо ускоренное инновационное развитие медицины с формированием персонализированных подходов как к прогнозированию предрасположенности к развитию заболевания, так и к индивидуальной профилактике и лечению на основе индивидуального генетического кода и других персональных особенностей человека.

За последние годы благодаря слаженной межведомственной работе, организации научных фондов, институтов развития у нас существенно активизировались посевные и инициативные биомедицинские исследования как на уровне вузов и научных центров, так и в бизнес-структурах. И это привело к существенному расширению спектра фундаментальных и прикладных технологий, которыми уже сейчас владеет наша страна.

В рамках утверждённой Стратегии развития медицинской науки Минздрав разработал программу направленного инновационного развития медицины. На основе скрининга имеющихся технологий как в нашей стране, так и за рубежом вычленяются наиболее значимые приоритеты, формируется запрос на создание необходимого прорывного продукта, разработка которого требует создания отдельного проектного офиса, и команды носителей технологий, как правило, междисциплинарной и межведомственной и достаточно часто – межтерриториальной, а также обеспечивается административное сопровождение реализации каждого проекта. Такой подход позволяет существенно сократить длительность инновационной цепочки в несколько раз, по опыту разработки вакцины против лихорадки Эбола – от идеи до регистрации препарата за 15 месяцев.

Реализация программы в 2016–2018 годах обеспечит разработку и внедрение в практику не менее 36 инновационных лекарственных препаратов, значительно повышающих эффективность лечения сейчас неизлечимых заболеваний, таких как злокачественные метастатические опухоли, в том числе меланомы и рака лёгкого, аутоиммунных и других системных заболеваний, инфекций и общеметаболических расстройств, не менее 37 комбинированных клеточных продуктов, в том числе аутологичных тканей человека, а также 9 биоаналитических детекторных приборов.

С 2015 года законодательно закреплён механизм клинической апробации, который на основе клинико-экономического анализа позволяет принимать решение о включении или не включении инновационных продуктов, лекарств, технологий, медицинских изделий в программы государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи населению. В 2016–2018 годах в рамках клинической апробации пройдут обследования и лечение более 24 тысяч человек, а в рамках госгарантий высокотехнологичную помощь получат более 2,5 миллиона человек.

И последнее. Если можно, остановлюсь на том, что развитие персонализированной медицины подразумевает активное партнёрство врача и пациента, основанное на ответственном отношении пациента к своему здоровью. Важную роль в создании пациентоориентированной системы здравоохранения играет деятельность страховых медицинских организаций, которые должны стать реальными защитниками прав пациента.

В структуре страховых организаций должны быть сформированы службы страховых представителей, обеспечивающих информационное сопровождение застрахованных на всех этапах оказания помощи, помощь в разрешении возникающих вопросов, и главное – мотивирование к ведению здорового образа жизни и прохождению профилактических осмотров, учёт приверженности каждого застрахованного к ответственному поведению. Эти меры наряду с созданием условий, нормативных и организационных, для здорового образа жизни существенно усилят приоритет профилактики в российском здравоохранении.

Организация службы страховых представителей не требует дополнительных средств ОМС и трудовых ресурсов, так как может осуществляться за счёт финансовых и кадровых ресурсов страховых медицинских организаций. Совместно со страховым сообществом, Минздравом и федеральным фондом ОМС определён функционал страховых представителей, проработаны технологические процессы взаимодействия, разработана и внедрена специальная образовательная программа и уже подготовлены первые 500 специалистов, внесены необходимые изменения в нормативную базу, в правила ОМС.

Уже сейчас созданы круглосуточные «горячие линии» в страховых медицинских организациях, на которые можно позвонить в любое время, чтобы задать вопросы и получить консультацию. В полной мере институт страховых представителей должен заработать с 2018 года.

Таким образом, уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые коллеги, есть основание считать, что реализация данных приоритетных проектов направлений позволит обеспечить дальнейшее повышение доступности и качества медицинской помощи, существенно повысит удовлетворённость населения её оказанием и в целом улучшит демографические показатели в нашей стране.

В.Путин: Спасибо большое.

Ливанов Дмитрий Викторович.

Д.Ливанов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Основные направления развития образования, ключевые приоритеты этой отрасли заданы в майских указах Президента 2012 года. Опыт реализации высветил ряд проблем, решение которых требует концентрации сил и проектного управления. Именно на решение этих проблем направлены приоритетные проекты в образовании, которые мы предлагаем.

Выполнение Указа Президента об обеспечении доступности дошкольного образования показало, что мы способны решать задачи масштабного обновления образовательной инфраструктуры в короткие сроки. Нашим приоритетом на ближайшие десять лет в общем образовании мы видим задачу выстраивания современной образовательной среды, интегрирующей школьное и дополнительное образование. Мы будем внедрять на каждом этапе обучения подходы и практики, необходимые для приобретения знаний, самоопределения, профессиональной ориентации, выстраивания каждым школьником успешной жизненной траектории. Это потребует разработки и реализации комплекса серьёзных мероприятий.

Поставлена задача исключения сменного обучения, и мы будем постепенно двигаться к результату. Мероприятия призваны обеспечить эффективное выполнение требований современных школьных стандартов по организации внеурочной деятельности, кружковой работы, в том числе технической и спортивной направленности. Конечно, у ребёнка должно быть и время для таких занятий, и должна быть соответствующая инфраструктура, где они могут проходить. Для этого мы будем развивать соответствующие сети организаций и, безусловно, совершенствовать механизмы взаимодействия между ними. Мы уже знаем очень позитивные примеры сотрудничества школ с музеями, концертными и выставочными залами, спортивными объектами, технопарками.

Строительство и реконструкция школ должны не только позволить обеспечить продуктивную занятость детей в программе основного образования, но и сделать практически универсальным дополнительное образование. Здания школ во вторую смену смогут использоваться для проектной деятельности, занятий по интересам, в том числе совместно с организациями дополнительного образования, в них могут реализовываться и программы образования и отдыха во время каникул.

Развивая школьную среду, мы не можем не думать о безопасности детей. Во–первых, все обучающиеся в школах со значительным износом зданий будут переведены в новые здания. Во–вторых, в крупных городах мы будем создавать механизмы взаимодействия образовательных организаций дополнительного образования и школ, чтобы детям не нужно было проезжать полгорода для того, чтобы позаниматься спортом или научиться рисовать, например.

Это могут быть школьные филиалы организаций дополнительного образования, работающие в школьных зданиях. Такие модели в некоторых регионах уже успешно реализуются. В сельской местности самостоятельные организации дополнительного образования можно и нужно размещать в новых строящихся школах. Это обеспечит эффективное использование бюджетных ресурсов.

Второй проект также связан с образовательной средой, но уже цифровой. В последнее десятилетие мы сделали колоссальный шаг в компьютеризации образования. По уровню развития соответствующей инфраструктуры мы уже догнали первую десятку стран ОЭСР, а по темпам развития – первую тройку. Однако наполнения созданной информационной среды пока недостаточно: и школьники, и студенты всё больше пользуются зарубежными образовательными ресурсами. Мы предлагаем к 2020 году сделать прорыв в доступности отечественных цифровых образовательных ресурсов на всех уровнях образования и выйти на глобальный рынок таких образовательных ресурсов.

Что конкретно нужно сделать? В школьном образовании мы обеспечим не только активное создание образовательных ресурсов, но и их привязку к школьной программе так, чтобы учителю было легко использовать эти ресурсы при планировании и проведении уроков. И, более того, совокупность таких ресурсов позволит обеспечить качественное и персонифицированное образование любому ребёнку в России, в том числе детям с ограниченными возможностями здоровья, детям, живущим в сельской, отдалённой местности.

Аналогичный прорыв мы планируем сделать и в высшем образовании. Мы пока сильно отстаём от стран-конкурентов по предложению современных онлайн-курсов по модернизации дистанционного образования. Сегодня зарубежные платформы подобного рода охватывают аудиторию не менее десятков миллионов человек. К 2020 году по использованию онлайн-ресурсов мы должны догнать страны-лидеры. В части высшего образования мы создадим отечественную систему электронного образования, которая будет включать в себя не менее тысячи открытых вузовских учебных курсов и модулей. В их создании будут участвовать ведущие российские университеты, с обязательным привлечением работодателей к формированию содержания.

Такая сетевая платформа обеспечит доступ для наших студентов к лучшим образовательным программам в стране независимо от того, где сегодня учатся студенты, в том числе исключит практику заочного псевдообразования. Заочные программы будут реализовываться на базе курсов, подготовленных самыми сильными нашими университетами. Для того чтобы вся эта система работала, будут внедрены механизмы по учёту результатов освоения онлайн-курсов в рамках традиционных образовательных программ. Эта система станет и очень мощным фактором популяризации и продвижения русского языка за рубежом, развития культурного влияния нашей страны за границей и источником знаний для организации широкого дополнительного образования взрослых людей.

Третье. Активное включение России в международное движение WorldSkills позволило увидеть потенциал нашего среднего профессионального образования. Сегодня мы чётко видим направление модернизации программ и инфраструктуры среднего профессионального образования, она необходима для подготовки кадров с квалификацией мирового уровня по наиболее востребованным и перспективным профессиям. Для этого мы обновим содержание и технологии среднего профессионального образования, вовлечём бизнес в реализацию программ СПО и в повышение квалификации соответствующих преподавателей, а именно программы среднего профессионального образования, наиболее инвестиционно привлекательные для вложений со стороны частного сектора.

Мы сформируем современную систему мониторинга программы СПО, в том числе с использованием инструментов профессионально-общественной аккредитации, с учётом мониторинга трудоустройства выпускников, наконец, будем мотивировать молодёжь к получению среднего профессионального образования через движение «Молодые профессионалы». Численность его участников к 2020 году достигнет миллиона человек. И, безусловно, важным элементом этой работы будет успешное проведение мирового чемпионата по профессиональному мастерству в 2019 году в Казани.

Наш четвёртый приоритет – это программа повышения конкурентоспособности высшего образования. Эта программа реализуется, Владимир Владимирович, в рамках Вашего Указа, позволит нам обеспечить вхождение не менее пяти вузов в первую сотню авторитетных международных университетских рейтингов к 2020 году. Мы предлагаем дополнить эту задачу ещё одной, чтобы не менее 15 вузов вошли в первые 250 вузов мира. Это обеспечит нам более широкую группу университетов, которая задаст высокую планку развития нашего высшего образования.

Принципиально, что эти рейтинги имеют для нас, безусловно, значение индикаторов наших успехов, но ключевая задача здесь – это создание в наших университетах заделов технологического превосходства, центров капитализации знаний, активного включения их в реализацию проектов национальной технологической инициативы. К 2020 году в наших университетах будет функционировать сеть центров научно-технологического превосходства, характеризующихся высокой результативностью научно-исследовательской деятельности, в том числе высокой степенью коммерциализации результатов исследований.

За последние годы к нам вернулось более тысячи учёных, работающих на самом передовом мировом уровне, публикационная активность наших вузов увеличилась более чем в два раза, число публикаций в топовых мировых журналах – более чем в три раза. Мы уверены, что наши университеты к 2020 году смогут привлечь около пяти тысяч учёных, работающих на переднем крае науки, которые обеспечат научное, технологическое и интеллектуальное лидерство нашей страны.

Доклад закончен.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Пожалуйста, Мень Михаил Александрович.

М.Мень: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

В качестве основных приоритетов деятельности на среднесрочную перспективу мы выделяем две стратегические задачи, которые предлагаем к реализации именно как проектные.

Первый проект – это обеспечение граждан доступным жильём. Сегодня существует серьёзный запрос общества на решение жилищной проблемы, поэтому основной задачей Правительства является достижение показателя по объёму вводимого жилья – 100 миллионов квадратных метров ежегодно. Мы понимаем, что одним из главных условий достижения такого показателя является эффективное вовлечение в оборот в целях жилищного строительства как новых земель, так и неэффективно используемых территорий внутри городов, включая бывшие промышленные зоны. Такая возможность сейчас появилась после подписания Вами, Владимир Владимирович, соответствующего Закона.

Одним из инструментов реализации данного комплексного механизма станет программа Агентства ипотечного жилищного кредитования по вовлечению федеральных земель под жилищное строительство. К 2018 году будет вовлечено более 15 тысяч гектаров, на которых в перспективе дополнительно будет построено жильё для двух миллионов наших семей. Безусловно, такой объём вводимого жилья должен быть обеспечен стабильным спросом.

Повышение доступности ипотечного кредитования возможно благодаря снижению ставки по ипотеке путём механизма, который запускает наш единый институт развития в жилищной сфере – это формирование рынка ипотечных ценных бумаг с поручительством АИЖК, а также внедрение электронной закладной. Реализация этих мер в сочетании с поэтапным снижением ключевой ставки Центрального банка позволит существенно повысить доступность ипотеки и стимулирует спрос на новое жильё.

Правительство также планирует запуск инструмента коллективных инвестиций, основанного на создании паевых инвестиционных фондов для реализации проектов арендного жилья. Для расчёта перспектив и экономических параметров этого нового для страны рынка АИЖК запускает сегодня соответствующие проекты в крупных городах.

Второй проект – это повышение качества работ жилищно-коммунального хозяйства. Мы видим, что проводимая реформа даёт первые результаты, но также и понимаем, что сегодня эта сфера ещё имеет большие, серьёзные проблемы. И наша стратегическая цель – превратить ЖКХ в отрасль, отвечающую современным требованиям людей. Для достижения этой цели Правительство выделяет несколько направлений работы.

Первое – это формирование конкурентного рынка управления жильём. В первую очередь для этого нужно сделать рынок абсолютно прозрачным. Это создаст равные конкурентные условия для всех участников рынка и заставит их повышать качество услуг. А за счёт создания современных удобных сервисов будут снижаться расходы на жилищные услуги и повышаться эффективность управления жильём. Для этого начинает работать государственная информационная система ГИС «ЖКХ», которая позволит оплачивать квитанции, подавать жалобы и контролировать их выполнение онлайн и ещё многое другое.

Система сделает открытой всю информацию о ценах и качестве на услуги ЖКХ. Это позволит управляющим компаниям конкурировать друг с другом, а собственники смогут в удобном онлайн-формате принимать участие в управлении домом. Правительством поставлена задача к концу 2017 года полностью наполнить систему информации по каждому дому, каждой управляющей компании и каждой ресурсоснабжающей организации в стране.

Второе стратегическое направление – это модернизация коммунальной инфраструктуры за счёт привлечения частных инвестиций. Оптимальным инструментом привлечения частного бизнеса в отрасль мы считаем концессию. Реализация заключённых за последние два года концессий показывает рост эффективности коммунальных предприятий. В первую очередь это касается снижения числа аварий и претензий потребителей. При этом государство экономит свои средства, так как бюджетные дотации замещаются частным капиталом.

Важно контролировать и уровень расходов людей на ЖКХ. Правительство считает необходимым продолжить ограничивать рост совокупного платежа в среднем по стране на уровне не выше инфляции. Вся необходимая нормативно-правовая база для работы концессии сегодня создана, сейчас задача – обеспечить её выполнение. Для этого для каждого региона будут установлены чёткие целевые показатели в части модернизации коммунальной инфраструктуры за счёт привлечения частных инвестиций и использования их при оценке эффективности работ региональных властей.

Правительством также планируется сохранить государственную поддержку инвестиционных проектов в малых городах, куда гораздо сложнее привлечь частный бизнес. Это даст возможность поддержать развитие жилищно-коммунального хозяйства во всех малых городах и во всех уголках страны. Результатом такой работы мы видим увеличение доли людей, обслуживаемых концессионерами, а значит, снижение к концу 2017 года в полтора раза количества аварий в коммуналке, сокращение потерь и повышение коммунальных услуг.

И третье направление в рамках проекта жилищно-коммунального хозяйства – это обеспечение существующего качества жилищного фонда (существующего на сегодняшний день). В рамках его реализации запущена масштабная программа модернизации жилья. За прошедшие два года отремонтировано 30 тысяч многоквартирных домов, а к 2018 году мы удвоим эти темпы и выйдем на цифру в 100 тысяч многоквартирных домов общей площадью более 200 миллионов квадратных метров жилья, что позволит улучшить условия проживания около 11 миллионов жителей нашей страны.

Также будет продолжена работа по расселению людей из аварийного фонда. Дома, которые ремонтировать бессмысленно, мы продолжим расселять. В 2018 году мы запустим новый, постоянно действующий механизм расселения. Законопроект и финансовая модель сейчас прорабатываются в Правительстве, и далее будет общественное обсуждение этой инициативы. Комплексная реализация этих мер позволит улучшить жилищные условия граждан и повысить качество оказываемых им жилищно-коммунальных услуг.

Спасибо.

Доклад окончен.

В.Путин: Михаил Александрович, мы понимаем с Вами, что снижение ключевой ставки ЦБ – не единственное условие для понижения ставок по ипотечным кредитам. Поэтому давайте мы будем иметь это в виду, но это не панацея. Это так, между прочим.

А сейчас в рамках обмена мнениями мне бы хотелось некоторых коллег послушать в обязательном порядке, во всяком случае я просил бы вас высказаться, а потом мы в свободном режиме.

Я хочу предложить высказаться Бречалову Александру Владимировичу – секретарю Общественной палаты.

А.Бречалов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я буду краток, поскольку и деятельность Общероссийского народного фронта, и Общественной палаты, наверное, про главное – про эффективность. Проектный подход предусматривает, наверное, два основных элемента – это ключевые показатели эффективности и управление изменениями.

Владимир Владимирович, мы не раз на форумах демонстрировали на основании наших исследований и расследований, что при реализации тех или иных федеральных целевых программ в территориях у нас и с KPI, и с управлением изменениями есть реальные серьёзные проблемы. Мы с Татьяной Алексеевной Голиковой уже второй раз на Санкт-Петербургском экономическом форуме говорим о примерно 15–20 процентах бюджетных средств, которые, на наш взгляд, расходуются неэффективно.

Поэтому хотелось бы обратить Ваше внимание на это и привлечь, в частности, Общероссийский народный фронт по аналогии с мониторингом исполнения майских указов к этой работе. Потому что любые, самые актуальные инициативы, любые самые актуальные проекты без основы ключевых показателей эффективности и управления изменениями будут не столь эффективны.

Спасибо.

В.Путин: Алексей Леонидович Кудрин, пожалуйста.

А.Кудрин: Уважаемые коллеги!

Ныне объявленные проекты, конечно, определяют главные сферы, которые очень важны для населения. В разрабатываемой стратегии развития с 2018 по 2024 год предусматривается также увеличение эффективности в этих направлениях, но не только по тем проектам, которые сегодня названы, но более комплексно, с увязкой с другими отраслями, поскольку мы должны опираться на более высокий темп экономического роста, привлечение больших инвестиций.

С другой стороны, в ближайшие 3–4 года мы ожидаем снижение расходов бюджета всех уровней в реальном выражении. Это означает, что средств в среднем на достижение основных показателей будет меньше. Здесь как раз очень важно сделать то, что сегодня было произнесено: переориентировать часть средств на приоритетные направления. За последние 4–5 лет наиболее высокими темпами развивались сфера оборонных расходов и социальных расходов.

Каждая из них выросла примерно на полтора процента ВВП в общем объёме расходов наших государственных ресурсов. В настоящий момент сохранение этих приоритетных расходов, которые увеличились, позволит по тем названным сегодня приоритетам как минимум не упасть ниже в реальном выражении. Но даже для этого потребуются дополнительные усилия перераспределения средств с других направлений. Это, мне кажется, очень амбициозная задача, которую трудно выполнить.

К Вашим словам, Владимир Владимирович, о том, что нам, с одной стороны, нужно опираться на сбалансированную бюджетную систему, с другой стороны, зачастую не требовать новых финансовых ресурсов, – в этих условиях выполнение многих показателей, о которых здесь говорилось, очень сложно. Я бы, конечно же, поддержал все эти названные проекты и в рамках бюджетной политики на ближайшие несколько лет постарался бы как минимум не снизить в реальном выражении расходы на сферу образования и здравоохранения прежде всего и инфраструктуру. Потому что, повторяю, мы сегодня стоим перед рисками даже снижения.

В более долгосрочной перспективе, до 2025 года, нам нужно сделать манёвр, увеличивая расходы в этих отраслях как минимум на один процент суммарно по всем трём отраслям, а если мы хотим темпов экономического роста больше, чем три процента или желательно четыре процента, то нам нужно нарастить расходы в этих отраслях, по нашим расчётам, на три процента ВВП. Это означает, что в других отраслях нужно снижать. Этот манёвр осуществить очень сложно. Он был неоднократно проработан, сейчас мы ещё раз проводим как бы оценку, ревизию этих подходов. Тем не менее пока такого лёгкого решения в ближайшие как три года, так и до 2025 года нет. Это очень амбициозная задача.

В.Путин: Спасибо.

Пожалуйста, Катырин Сергей Николаевич, президент Торгово-промышленной палаты.

С.Катырин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Мне кажется, что масштабные проекты, о которых здесь сегодня докладывали, невозможно реализовать, если не будут полноценно задействованы все работающие в российских регионах. И я полагаю, что каждый из проектов, тех, которые сегодня прозвучали в докладах, естественно, должны быть и каким–то образом оценки даны тем, кто работает в регионах на уровне губернаторских команд, может быть, и ниже. Я имею в виду муниципальные образования, тех, кто больше всего работает с представителями бизнеса, особенно малого и среднего бизнеса, которые больше всего замкнуты на этот уровень. В любом случае, мне кажется, когда мы будем оценивать конечные итоги, чего мы достигли, было бы очень неплохо, чтобы мы давали оценки и тем, кто работает на местах.

В.Путин: Спасибо большое.

Шохин Александр Николаевич, пожалуйста.

А.Шохин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Мне кажется, что очень важно, действительно, сформировать ограниченное число ключевых показателей эффективности, результативности всей этой работы. И мне кажется, что эти ключевые показатели должны быть достаточно амбициозными. Действительно, они должны быть ориентированы на изменение структуры экономики, не просто на достижение каких–то показателей, связанных с освоением бюджетных ресурсов и так далее.

К примеру, мне кажется, что если говорить о таком направлении, как развитие малого и среднего предпринимательства, такими KPI могли бы быть, может быть, даже более амбициозные, чем в Программе развития МСП до 2030 года, увеличение доли малого и среднего предпринимательства в два раза до 2030 года. Можно было бы поставить амбициозную задачу: сократить долю государственного сектора в экономике за 10 лет в два раза. Она выросла за 10 лет у нас в два раза, с 35 до 70 процентов, стало быть, можно за 10 лет и сделать обратный манёвр.

Если говорить о контрольно-надзорной деятельности как проекте, безусловно, здесь уже обозначены, в том числе в программе «Единой России», такие KPI, как, например, сокращение числа проверок бизнеса в два раза. Можно было бы сократить, скажем, за 2–3 года и количество контрольно-надзорных органов в два раза. Я специально использую одну и ту же цифру: увеличили в два раза, уменьшили в два раза. Это, конечно, вещь счётная, и Экономический совет мог бы, и группа Алексея Леонидовича [Кудрина] посчитать, но, мне кажется, без такого рода амбициозных задач, количественно сформулированных критериев будет трудно выйти на другую структуру экономики, включая и долю социально-инфраструктурных отраслей, и более современную структуру экономики.

Спасибо.

В.Путин: Пожалуйста, Никитин Андрей Сергеевич.

А.Никитин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Проектное управление как способ управления существует довольно–таки давно и имеет очень чёткую методологию своей работы. Две самые главные вещи, которые нужны для того, чтобы такое управление было успешным, – это чёткие цели, предельно чёткие и предельно конкретно измеримые, то есть они должны укладываться буквально в три предложения, никак иначе.

И второе – это наличие независимого контроля. Здесь хотел бы коллег из ОНФ поддержать, что очень важно, чтобы оценку реализации проектов давали в том числе и внешние эксперты.

Спасибо.

В.Путин: Репик Алексей Евгеньевич.

А.Репик: Уважаемый Владимир Владимирович!

Мне кажется, заявленные сегодня задачи всегда для страны приоритетом являлись, и достижение результатов и в краткосрочном, и среднесрочном, и стратегическом горизонте более чем возможно при условии более активного вовлечения предпринимательского сообщества во всех субъектах Российской Федерации.

Поэтому в этом контексте, принимая во внимание, что задачи национальные, всё равно мы должны доводить реализацию их до каждого субъекта, до каждого города, до каждого муниципалитета. Вместе с коллегами мы этим будем стараться заниматься.

В.Путин: Спасибо.

Татьяна Алексеевна [Голикова], по поводу того, что денег всегда не хватает…

Т.Голикова: Вы знаете, Владимир Владимирович, я неоднократно Вам докладывала, и буквально недавно, в преддверии бюджетной комиссии, у нас состоялся разговор с Дмитрием Анатольевичем относительно того, что внутри бюджета можно и нужно найти те резервы, которые можно было бы переориентировать на поддержку тех приоритетных направлений, которые в конечном итоге будут определены и выделены.

И в этом смысле я бы считала, что формулирование тех направлений, показателей и ресурсов, которые под эти направления нужны, нужно искать от тех проблем, которые сегодня существуют во всех этих отраслях. И такие проблемы есть, и реальная статистика нам это показывает. Но, к сожалению, у нас есть такие траты, которые мы осуществляем, не очень заботясь о том, что у нас есть ограничения по макроэкономическим показателям, по дефициту бюджета. Но эти ограничения нас будут ждать в ближайшей перспективе, и мы не можем на это не обращать внимания.

Я могу привлечь ваше внимание лишь к нескольким цифрам, чтобы проиллюстрировать, что такое у нас «неэффективные расходы». Например, ежегодно на создание информационных систем федеральных органов исполнительной власти тратится 103 миллиарда рублей. Это видимые расходы, по этим расходам Министерство связи осуществляет согласование создания информационных систем. Одновременно скрытые расходы, которые не администрирует Министерство связи, и когда по усмотрению соответствующих федеральных органов исполнительной власти информационные системы создаются – это ещё 90 миллиардов рублей. Для чего, почему создаются такие информационные системы – никому не известно.

Если, например, исследовать тему по поводу того, что мы уже создали, то мы увидим, что у нас создано 339 государственных информационных систем. Если мы обратимся к тому, как они функционируют, есть ли на них информация в режиме онлайн, нет ли, – мы, к сожалению, увидим достаточно печальные результаты. Но мы не просто потратили деньги на создание этих информационных систем, мы ещё и отправляем деньги на их поддержание. Но мы буквально смотрели отдельные системы – не буду их называть, хотя примеры их есть, – которые не функционируют так, как они должны функционировать.

Приведу второй пример. 1 января 2018 года у нас не за горами. И согласно всей нормативной базе государственные унитарные предприятия должны завершить своё существование и быть либо приватизированы, либо преобразованы, либо какие–то другие действия с ними должны быть совершены.

Таких предприятий, если мне память не изменяет, на 1 января 2016 года 1247. К сожалению, федеральные органы исполнительной власти выбирают самый простой путь – путь, когда эти предприятия преобразовываются в федеральные бюджетные учреждения, казённые учреждения, автономные учреждения. Тем самым мы вынуждены тратить на них и так скудные финансовые ресурсы. При этом непонятно, какой функционал на себе несут эти государственные унитарные предприятия в ряде случаев сегодня, и непонятно, какой функционал они будут нести в существующей системе бюджетных правоотношений. И если мы не начнём предметно этим заниматься уже сейчас и в преддверии формирования бюджета 2017 года, то мы эту задачу к 2018 году точно не решим, и нам придётся этот груз нести ещё достаточное количество лет.

По–моему, 8884 различных типа бюджетных учреждений с филиалами сегодня администрируют федеральный бюджет, при этом значительное количество этих учреждений вообще по своему функционалу не соответствует государственным функциям. Но мы устанавливаем для них государственные задания, мы устанавливаем для них соответствующие бюджетные расходы.

Стоимость такого учреждения – от 250 до 320 миллионов рублей. Более того, среди них есть такие учреждения, у которых соотношение между установленным госзаданием и теми доходами от предпринимательской деятельности, которые они получают на рынке, от двух раз до четырнадцати. То есть госзадание – единица, а там, соответственно, в два или четырнадцать раз больше. Наверное, они должны работать на рынке, если они обеспечивают себя таким образом.

Но проблема ещё в другом: что уровень услуг на рынке иногда превышает уровень государственных услуг, а иногда наоборот. Но это на самом деле, с одной стороны, расходы, которые нам не нужны, это точно, с другой стороны, это скрытые неналоговые доходы, которые взимаются с бизнеса. Потому что никаким главным распорядителем и руководителем министерства не контролируется работа по поводу того, как устанавливается стоимость этих услуг и почему она таким образом взимается с рынка. А это тот самый предпринимательский климат, о котором мы часто говорим. Но мы всё время говорим в логике доходов и налогового законодательства, но мы никогда не говорим в логике скрытых неналоговых доходов.

Владимир Владимирович, список можно продолжать. Мы с Дмитрием Анатольевичем довольно подробно на эту тему говорили и с моим коллегой Антоном Германовичем, что есть все возможности для того, чтобы уже в 2017 году переориентировать ряд расходов, для того чтобы встроить те приоритеты, которые реально нужны стране, которые реально нужны населению. Потому мне кажется, что, в общем, наше население нас будет оценивать по таким показателям, к которым они привыкли: продолжительность жизни, снижение смертности, улучшение доступности услуг в сфере образования и здравоохранения, где–то снижение платности, где–то улучшение качества дорог и так далее. И мне кажется, что мы должны говорить о том… В отсутствии денег возрастает запрос на справедливость. Мы должны предъявить обществу вот это справедливое распределение тех ресурсов, которые хоть и ограничены, но в государстве сегодня имеются.

Спасибо.

В.Путин: Владимир Евгеньевич Фортов.

В.Фортов: Спасибо, Владимир Владимирович.

Я буквально хочу сказать пару слов об инновационной составляющей медицинского проекта. Речь идёт о том, чтобы с максимальной пользой использовать те кумулятивные эффекты, которые у нас возникли в результате объединения трёх академий в одну. И с этой целью мы разработали программу с условным названием «Физика – медицине», это условное название. И цель – использовать тот мощный потенциал, который накоплен в естественных науках, для того чтобы применить их в практическом здравоохранении.

Мы создали программу буквально месяц назад в трёх организациях: Академии наук, Минздраве и ФАНО. Цель этой программы – попытаться использовать тот потенциал и те компетенции, которые есть в естественных науках, они признаны во всём мире, для того чтобы в медицинскую практику внедрить те или иные методы.

Приведу только несколько примеров. Фемтосекундные лазеры. Сейчас учёные научились делать лазеры, которые дают настолько короткие импульсы, что свет проходит расстояние в 100 раз меньше, чем диаметр человеческого волоса, – очень короткие импульсы. Это значит, что вы можете воздействовать на организм совершенно по–новому. Лазерное излучение таких параметров даёт очень большие мощности, но очень малую энергию, поэтому фактически он не портит здоровые клетки, а часто попадает именно в патогенные клетки. Вот один из примеров. В офтальмологии, в онкологии, во многих других вещах мы уже провели даже клинические испытания в отдельном случае, и у нас есть готовая аппаратура, которую просто надо тиражировать и делать.

Есть интересное направление, которое тоже в России получило серьёзное развитие, – так называемая плазменная медицина. В физике научились делать низкотемпературную плазму. Низкотемпературная – это такая плазма, у которой температура ионов равна комнатной, то есть она холодная, вы можете руками потрогать лампу дневного света и не обожжётесь. Но светит она ярко, потому что электрон имеет температуру порядка десятков тысяч градусов. И вот комбинация таких уникальных условий даёт возможность действовать на микробы, которые не восприимчивы к антибиотикам. Это великая проблема в медицине.

Такие установки тоже есть, они могут использоваться. Я этот список могу очень долго продолжать, я не буду этого делать. Я просто хочу сказать, что уже сегодня есть у нас совместный межведомственный совет, мы заседали несколько раз, рабочую группу сделали. Короче, эта программа готова, её можно без раскачки начинать уже сейчас реализовывать. Она имеет именно целевую направленность, потому что речь идёт о приборах, которые будут стоять в клинике. Поэтому я просил бы обратить на это внимание, и без раскачки мы могли бы приступить к этой программе, она готова.

И второе, что я хотел сказать очень коротко, – это то, о чём Вы сказали в своём вступительном слове: изматывающий бюрократизм. Нам надо пытаться проекты, которые мы ведём, построить таким образом и придумать такие защитные барьеры, чтобы бюрократия была бы сведена к минимуму, потому что она расцветает по экспоненте и приводит к очень серьёзным последствиям. Мы на ровном месте теряем конкурентоспособность, у нас это плодит безответственность и многое другое, что, в общем, тормозит наше движение. Вот я бы просил обратить на это внимание.

В.Путин: Спасибо большое.

Валентина Ивановна Матвиенко, пожалуйста.

В.Матвиенко: Владимир Владимирович, мне показалось, что в рамках утверждённого проекта общенациональных проектов очень важно сосредоточиться на том, чтобы внутри этих проектов были реально перспективные, стратегические вещи, которые бы стали драйвером развития целой отрасли и дали бы наибольший кумулятивный эффект, чтобы не растечься по дереву и не включать туда текущую работу, которую должны выполнять министерства и ведомства. Выбрать чётко, пусть их немного, с конкретными целевыми показателями, тогда от этого эффект будет больше.

Второе. Практика реализации общенациональных проектов – это и Сочи, и строительство космодрома, и программа ускоренного развития Дальнего Востока – показывает их высокую эффективность. Может быть, программы программами, сделать вообще такой отдельный список стратегических, крупных, инфраструктурных, транспортных, инвестиционных проектов, которые Россия собирается реализовать в течение ближайших 10, 15, 20 лет. Это был бы правильный сигнал для бизнеса, это возможность реализации их на принципах частно-государственного партнёрства, это те проекты, которые бы тоже были такими драйверами, точками роста экономики.

Поскольку перечень национальных приоритетных проектов не закрыт, я бы внесла ещё два предложения. Первое, мы всё–таки федеративное государство, мы не должны об этом забывать и постоянно укреплять основы федерализма. Последнее десятилетие очень тревожные тенденции в том, что нарастает разрыв в уровнях экономического и социального развития, уровнях бюджетной обеспеченности, уровнях качества оказания населению услуг и так далее. А устойчивое экономическое и социальное развитие субъектов Федерации – это фактор сохранения суверенитета, территориальной целостности, стабильности в государстве. И я бы предложила отдельно сделать национальный приоритетный проект «Устойчивое экономическое и социальное развитие субъектов Федерации».

Он не потребует больших финансовых ресурсов. Просто назрела необходимость уже в новых взглядах, подходах к региональной политике, начиная от стратегического планирования заканчивая надстройкой межбюджетных отношений, выравниванием условий, созданием условий для более быстрого экономического и социального развития. Если это надо обсуждать, но мне бы казалось, это было важно, и важным сигналом для регионов, и здесь есть уже «мясо», наработанное вместе и Правительством, и Советом Федерации к Совету Безопасности, который готовился по основам региональной политики. Такой проект, мне кажется, позволил бы укрепить основы федерализма.

И второе. Владимир Владимирович, Вы подписали в своё время очень важный Указ о Стратегии в интересах детей. Правительство приняло очень содержательную программу. Эта Стратегия заканчивает своё действие в следующем году, и за эти годы реально очень много сделано. Главное – удалось объединить усилия федеральных, региональных властей, институтов гражданского общества, Общественной палаты, привлечь к этому внимание, и очень многое, начиная от индустрии специальных детских промышленных товаров, которую утвердил Минпромразвития, и заканчивая другими вопросами.

Она заканчивается в 2017 году. Может быть, по опыту Организации Объединённых Наций объявить Десятилетие детства (я условно называю), с тем чтобы сосредоточиться на этой теме. Проблем ещё очень много, начиная от инвалидизации детей. Не буду перечислять, этой аудитории всё известно, понятно. Может быть, это тоже можно было бы обозначить как общенациональный, такой звучный, важный социальный проект «Десятилетие детства».

В.Путин: Спасибо.

Коллеги, кто хотел бы ещё?

Пожалуйста, Сергей Евгеньевич [Нарышкин].

С.Нарышкин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Реализация проектов по обозначенным направлениям с большой вероятностью потребует внесения каких–то корректив, изменений в действующее законодательство. В этой связи я просил бы Вас и Вас, Дмитрий Анатольевич, со временем дополнить состав президиума Совета, наверное, специалистами, председателями профильных комитетов, очевидно, и со стороны Совета Федерации может такая просьба быть.

В.Путин: Хорошо.

Коллеги, кто ещё хотел бы что–то сказать? Будем считать, что мы в этой части нашу установочную встречу закончили. На что хотел бы ещё раз обратить внимание.

Здесь уже говорили об ограничении бюджетных возможностей и ресурсов. Давайте прямо скажем, что даже в самые тучные годы мы всегда говорили о том, что у нас бюджетные возможности ограничены. Это всегда так происходит и везде. Почему? Потому что чем больше доходов, тем больше аппетитов по их уничтожению, если сказать по–честному. Потому что далеко не всегда мы работаем эффективно.

В чём смысл всей нашей работы по тому направлению, ради обсуждения которого мы сегодня собрались? Смысл в том, чтобы сконцентрировать ресурсы на важнейших направлениях развития. И в этой связи возникает необходимость конкретизации задач этого развития. Это первое.

Нам нужны ясные и чёткие понятия того, что мы должны сделать, к чему прийти и какие задачи решить, – с полной персонификацией ответственности за это достижение или, наоборот, за отсутствие результатов. Это принципиально важная вещь.

Второе, на что нужно ещё раз обратить внимание, – на оптимизацию этих самых расходов. Задача – понять наиболее приоритетные и понять, как мы сконцентрируем на решении этих задач имеющийся у нас ресурс. Собственно говоря, самое главное – повышение эффективности управления и отраслями, и экономикой в целом, и ресурсами. Это ключевая задача.

Ради этого, собственно говоря, мы и создали структуру, которая называется нашим Советом, и президиум, который должен возглавить Председатель Правительства. Вопрос в том, чтобы перенять самые наилучшие практики управления и отраслями, и экономикой в целом, и социальной сферой. Это самое главное.

Нам нужны не размытые, непонятные даже специалистам критерии развития, а ясные и чёткие понятия того, что мы должны сделать, к чему прийти и какие задачи мы должны решить, – с полной персонификацией ответственности за это достижение или, наоборот, за отсутствие результатов. Это принципиально важная вещь.

На этом хотел бы закончить. Прошу сконцентрировать нашу работу в ближайшем будущем, в том числе в рамках президиума.

Большое спасибо.

Смотри

Россия > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 13 июля 2016 > № 1824832 Владимир Путин


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 8 июля 2016 > № 1819341

Налоги: пора браться за опору нового экономического курса

Автор: Тулеген Аскаров

Успешное пополнение казны налоговыми поступлениями в этом году позволяет нашему государству вернуться к одной из главных задач, поставленных в стратегии "Казахстан-2050" - созданию эффективного частного сектора экономики через модернизацию макроэкономической политики, включая и ее налоговую составляющую.

Кризис внес свои коррективы

Напомним, что в своем послании народу Казахстана на эту тему глава государства сформулировал цели стратегии в сфере налоговой политики весьма однозначно и ясно - необходимо продолжить ее либерализацию с тем, чтобы "стимулировать участников рынка к конкуренции, а не к поиску способов ухода от налогов". Среди радикальных шагов в этом направлении - "комплекс стимулирующих мер, в том числе предусматривающих практику освобождения от налогов компаний и граждан, вкладывающих средства в образование и медицинское страхование себя, своей семьи, сотрудников". Другая мера - внедрение практики налогового кредитования для стимулирования инвестиционной активности предпринимателей.

Ставилась и задача провести ревизию всех действующих налоговых льгот, чтобы сделать их максимально эффективными. И наконец, совершенно ясно было обозначено требование "покончить с практикой избирательной поддержки отдельных компаний или отраслей".

В стратегии говорится и о том, что движущей силой нового экономического курса выступает отечественное предпринимательство - малый и средний бизнес (МСБ), доля которого в экономике к 2030 году должна вырасти как минимум вдвое, а в конечном итоге достичь 50% от ВВП. "Задача сегодняшнего дня, - указывалось в послании, - создание необходимых условий и предпосылок для перехода мелких предприятий и индивидуальных предпринимателей в разряд средних". Тогда же признавалось, что развитию и росту по этой логичной схеме препятствуют перекосы в системе налогообложения МСБ, а правительству поручалось до конца 2013 года внести соответствующие изменения в законодательство, не увеличивая нагрузку на малый и средний сегменты предпринимательства.

Что ж, с момента оглашения стратегии "Казахстан-2050" в декабре 2012 года, как говорится, много воды утекло, а макроэкономическая ситуация изменилась радикальным образом. Цены на нефть и металлы, экспортируемые из нашей страны, значительно снизились, правительству и Нацбанку пришлось обвалить курс тенге к доллару для поддержки в первую очередь экспортеров, представив девальвацию как начало перехода к инфляционному таргетированию, хотя на самом деле годовая инфляция растет сейчас из месяца в месяц. Не обошлось и без других антикризисных мер, включая урезание бюджетных расходов и расходование средств Национального фонда. Фактически уже со второй половины 2014 года, когда начали быстро снижаться цены на сырьевые ресурсы, а Россия перешла к свободно плавающему курсу рубля, властям Казахстана пришлось отодвинуть на второй план стратегические задачи развития и засучив рукава браться за борьбу с кризисом.

Фискальная жизнь налаживается вопреки "черным дырам"

И вот спустя почти два года после начала боевых антикризисных действий макроэкономическая ситуация вновь изменилась в лучшую сторону. Мировые нефтяные цены стабилизировались у отметки в $50 за баррель, казахстанская экономика явно адаптировалась к новым реалиям, а данные Минфина показывают значительные успехи в пополнении казны. Так, государственный бюджет в целом (см. таблицу 1), объединяющий его республиканский и местный уровни, по итогам пяти месяцев текущего года по доходам был исполнен к аналогичному периоду прошлого года с приростом на 3,9%. При этом по налоговым поступлениям увеличение составило 40,0%, в том числе по корпоративному подоходному налогу - 35,7%, индивидуальному - 16,0%, социальному - 14,0%, а по налогу на добавленную стоимость - и вовсе в 2,2 раза.

Вполне позитивная ситуация сложилась и по республиканскому бюджету. Его доходы за январь-май увеличились к аналогичному периоду прошлого года на 1,9% с ростом налоговых поступлений более чем в полтора раза. А поскольку при этом поступления трансфертов уменьшились почти наполовину, то становится вполне очевидным, что база налогообложения восстанавливается сейчас быстрыми темпами. Это, в свою очередь, вновь ставит в фискальную повестку дня работы правительства возвращение к задачам, поставленным в стратегии "Казахстан-2050", в части либерализации налоговой политики.

Увы, в пылу антикризисной борьбы, как выясняется теперь, власти двигались в налоговой сфере большей частью курсом, противоположным стратегии "Казахстан-2050". Так, летом прошлого года тогдашний министр энергетики Владимир Школьник заявил о готовности кабмина разработать налоговые льготы для каждой нефтяной компании страны с тем, чтобы они оставались прибыльными и не снижали добычу "черного золота". Для участников проекта "Евразия" по бурению сверхглубоких скважин также предусматривались налоговые льготы. В этом году была снижена экспортная таможенная пошлина на сырую нефть, которая служит источником пополнения доходов республиканского бюджета.

Льготы, полученные нефтяниками, побудили добиваться налоговых послаблений и компании горно-металлургической отрасли. В противном случае ее представители угрожают снижением объема производства к 2025 году более чем на четверть. В списке их требований - распространение налоговых и иных льгот на проекты по модернизации действующих производств, пересмотр действующего порядка налогообложения дивидендов недропользователей, увеличение лимита по вычетам для стимулирования социальных инвестиций предприятий отрасли.

С весны этого года начали действовать налоговые льготы и преференции для официальных участников выставки "ЭКСПО-2017" в Астане. Еще одной налоговой "гаванью" стал Международный финансовый центр "Астана" на территории столицы - его участники освобождаются от уплаты корпоративного и индивидуального подоходного налога сроком на десять лет наряду с возвратом им НДС при покупке товаров там. Остается только удивляться тому, как успешно пополняется казна при наличии такого большого числа налоговых "черных дыр"!

А про "слона" почти забыли…

На этом фоне налоговое стимулирование отечественного МСБ выглядит пока далеким от мер, предусмотренных в стратегии "Казахстан-2050". Так, налоговое кредитование до сих пор не предусматривается казахстанским законодательством наряду с инвестиционным налоговым кредитом или рассрочкой по уплате налога. Налогоплательщик может рассчитывать лишь на отсрочку налогов сроком до 12 месяцев. На это обстоятельство указывалось недавно и в запросе депутатов парламентской фракции партии "Ак жол" премьер-министру Казахстана.

По их данным, налоговое кредитование предусмотрено в законодательстве России и Белоруссии, являющихся партнерами Казахстана по Евразийскому экономическому союзу, что дает их производителям определенное конкурентное преимущество. Ведь, к примеру, в России предприниматель может получить инвестиционный налоговый кредит сроком до 5 и в отдельных случаях даже до 10 лет при условии, что высвободившиеся средства пойдут на инновационную деятельность, выполнение госзаказа или выпуск социально значимой продукции. При этом ставка вознаграждения по налоговому кредиту должна быть как минимум на четверть ниже ставки рефинансирования "Банка России" (Центробанка). А в Налоговом кодексе Белоруссии, где предусматривается налоговый кредит наряду с отсрочкой и рассрочкой налоговых платежей, вообще не содержится условий по использованию налогоплательщиком временно высвобождаемых денежных средств.

Получается, что медлительность властей Казахстана с введением механизма налогового кредитования лишает экономику страны дополнительного инвестиционного ресурса, не давая заодно облегчить налоговое бремя для МСБ. Кстати, авторы запроса напоминают правительству и еще об одном неисполненном до конца поручении, данном главой государства в декабре 2013 года, - об освобождении от уплаты налогов малого и среднего бизнеса на первые пять лет деятельности. Как выясняется, такую льготу получил только малый бизнес, да и то в части корпоративного подоходного налога.

Для выхода из создавшегося положения депутаты -"акжоловцы" предлагают правительству рассмотреть вопрос о введении инвестиционного налогового кредитования предприятий агропромышленного комплекса, пищевой, машиностроительной, легкой, фармацевтической и других приоритетных отраслей путём предоставления возможности переноса сроков уплаты налогов до пяти лет, с обязательством инвестировать высвобождающиеся средства в производство. Другое предложение - исполнить поручение главы государства в полном объеме, распространив налоговые каникулы в первые годы деятельности не только на малый, но и на средний бизнес.

И наконец, в целях поддержки даже самых стратегически важных производств правительству предлагается использовать механизм налогового кредитования вместо полного освобождения от налогов, с тем, чтобы после стабилизации положения таких предприятий они возмещали задолженность по налогам.

Кстати, информация о том, каким предприятиям ранее уже предоставлялась отсрочка (или освобождение) от уплаты налогов, относятся ли эти предприятия к приоритетным секторам экономики, а также о том, какие условия и обязательства при этом возлагались на такие компании, в открытом доступе отсутствует. Поэтому требование депутатов предоставить такие сведения выглядит вполне логичным и своевременным - ведь кризисы приходят и уходят, а казну надо наполнять постоянно.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 8 июля 2016 > № 1819341 Тулеген Аскаров


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 1 июля 2016 > № 1825953

Страховка может стать выгоднее депозита

В "Халык-life" рассказали подробности

После прошлогодней августовской девальвации многие вкладчики, которые копили средства на тенговом счете, остались не у дел. Их накопления за день в реальном выражении обесценились почти в два раза. Ситуация усугублялась еще и тем, что переход на плавающий курс был намечен не на август 2015-го, а на более поздний срок – 2017-2020 годы. Доверие к тенге стало постепенно таять. Вкладчики стали изымать свои тенговые депозиты и переводить их в валюту. И это несмотря на то, что ставка по долларовым вкладам на тот момент не превышала 3%, спустя время даже опустилась до 2%. В такой ситуации одной из альтернатив банковским депозитам может стать накопительное страхование жизни. Гарантированная доходность по этому продукту может составить 4,5% годовых. К тому же доходы застрахованного могут вырасти и за счет того, что он получает возможность поучаствовать в прибыли компании. Корреспондент центра деловой информации Kapital.kz поговорил с председателем правления компании по страхованию жизни "Халык-Life" Ерланом Камбетбаевым и узнал, какие еще преимущества дает вкладчику накопительное страхование жизни.

- Ерлан Булатович, насколько комфортно чувствует себя "Халык-Life" в непростое для экономики страны время?

- Как бы парадоксально это ни звучало, в настоящее время наша компания не ощущает кризисных явлений. Все намеченные на 2016 год планы реализуются. Клиенты, которые были с нами в прошлом году и заключали договоры по обязательным видам страхования, остались с нами и в этом году. По пенсионному аннуитету мы продолжаем заключать договоры с теми казахстанцами, которые достигли определенного возраста и накопили определенный объем пенсионных накоплений. Напомню, женщины могут заключить договор пенсионного аннуитета в 50 лет, если сумма их пенсионных накоплений составляет порядка 8-8,5 млн тенге. Мужчины – в возрасте 55 лет при сумме накоплений порядка 6 млн тенге.

- Спустя время после августовского ослабления тенге некоторые банки из-за нехватки тенговой ликвидности заморозили выдачу займов в нацвалюте. Только пересмотрев свои кредитные политики, они стали восстанавливать кредитование. Как это повлияло на вашу компанию?

- Доля премий, собранных за счет страхования банковских заемщиков, у нас ощутима - более 25%. И в январе-марте приток таких премий снизился на 43%, но в апреле объем премий от банковских заемщиков вернулся к уровню 2015 года. Отсюда можно предположить, что и объемы выдаваемых кредитов приближаются к прошлогодним.

- В 2015 году многие банки и страховщики получили головокружительный объем прибыли. Участники финрынка объясняли этот тренд валютной переоценкой активов, которая произошла за счет недавней девальвации тенге…

- У нас была аналогичная ситуация. В прошлом году прибыль компании составила 5 млрд тенге. Наибольшая ее часть была сформирована именно за счет переоценки активов - это нормальный процесс. Мы надеемся, что в 2016 году не будет никаких курсовых потрясений. По нашим предварительным оценкам, этот год "Халык-life" закроет с прибылью около 1 млрд тенге. Это один из неплохих результатов на рынке.

- Как вы думаете, многие ли страховщики сектора life в 2016 году заработают в разы меньше, чем в 2015-м?

- Думаю, что да. Из-за возросшей конкуренции на рынке страхования прибыль, которая генерируется за счет продажи страховых продуктов, уменьшается. Преимущественно страховщики зарабатывают именно за счет инвестиционной деятельности. портфеля составила около 40% годовых.

- Каков этот показатель в среднем по рынку?

- Скорее всего, большинство компаний придерживалось взвешенной политики инвестирования. Соответственно, они получили такую же доходность, как и мы. Но были и примеры с более агрессивным подходом. Так, например, у ряда страховых компаний доля валютных активов в портфеле доходила до 90%. Соответственно, после августовского ослабления тенге они показали и соответствующий инвестдоход. Но такого рода стратегии очень рискованны. Те компании, которые придерживались этой тактики инвестирования, скорее всего, были уверены в неизбежности девальвации тенге.

- Могу предположить, что у вас нет внешних заимствований...

- Верно, мы не привлекали финансирование за рубежом, в этом нет необходимости. У страховщиков бизнес выстроен по-иному, чем у банков. В основном все средства, которые в настоящее время находятся в нашем распоряжении, – это либо собственный капитал, либо обязательства компании по договорам страхования в виде резервов.

- Правильно ли я понимаю, что снижение суверенного рейтинга Казахстана практически не отразилось на вашей деятельности?

- Верно. Доказательством этого также является подтверждение рейтинга компании международным рейтинговым агентством AM Best. Несмотря на изменение суверенного рейтинга нашей страны, в апреле текущего года рейтинг финансовой устойчивости "Халык-life" остался на том же уровне - «В+». Агентство также подтвердило наш кредитный рейтинг эмитента «bbb-».

- Как на вас повлияли рейтинговые действия AM Best?

- В первую очередь это подтверждение того, что наша компания движется в правильном направлении. "Халык-life" – это единственный life-страховщик, которому присвоен международный рейтинг. Не исключено, что другие игроки рынка по страхованию жизни пока не готовы к работе с международными рейтинговыми агентствами. Ведь нужно учитывать, что при рейтинговании страховщик в деталях раскрывает всю информацию о себе, своих клиентах, рисках - не каждый готов пойти на этот шаг.

- Помимо всего прочего, рейтинги влияют при перестраховании рисков... Вы перестраховываете определенные свои риски вне Казахстана?

- Да, мы перестраховываем риски по отдельным продуктам. Но уточню, что при перестраховании рисков наибольшую роль играет рейтинг не того, кто передает риски, а того, кто их принимает. В первую очередь все же оценивается риск, который передается на перестрахование. К слову, рейтинг перестраховщика для нас более важен, чем наш рейтинг для него.

- Где вы перестраховываете риски за рубежом?

- Преимущественно в Германии. В прошлом году за пределами Казахстана был перестрахован портфель обязательств на сумму 110 млрд тенге, из них в Германии на сумму 109 млрд тенге.

- В марте глава Народного банка Умут Шаяхметова заявила, что банк, который она возглавляет, в первой половине 2016 года «будет жить в режиме жесткой экономии». Она заявила, что в банке объявлен мораторий на прием новых сотрудников, которые не связаны с непосредственной работой с клиентами. Вы, как «дочка» Народного банка, скорее всего придерживаетесь аналогичной стратегии?

- Естественно, на политике компании отражается стратегия нашего акционера. И мы придерживаемся режима экономии… Мы сократили некоторые свои расходы, которые для нас не являются столь значимыми. Например, это затраты на командировки, конференции.

- А как насчет моратория на прием новых сотрудников?

- Активное пополнение штата происходило около трех лет назад, когда мы расширяли свою филиальную сеть. Сейчас экономической целесообразности в приеме на работу новых сотрудников практически нет. В настоящее время у нас работает стабильная региональная сеть, мы присутствуем в 22 областных центрах Казахстана.

- Сокращали ли вы штат в 2015, 2016 годах?

- Нет.

- Регулятор не раз заявлял, что в отношении банков он будет придерживаться контрцикличной политики. То есть в благоприятное время Нацбанк закручивает гайки, в кризис, напротив, раскручивает. Можно ли сказать, что в настоящее время регулятор зажимает страховщиков? Или, напротив, снижаются какие-то регуляторные барьеры, лимиты?

- Для того чтобы говорить про ужесточение требований к страховщикам, ситуация в экономике должна нормализоваться. Когда в экономике стали нарастать кризисные явления, Нацбанк стал в первую очередь корректировать свою стратегию в отношении банков, но не в отношении страховщиков. Это объяснимо, ведь именно через банки проходит финансирование крупных значимых проектов.

Впрочем, недавно финрегулятор принял решение откорректировать механизмы взаимодействия на страховом рынке. На прошлой неделе состоялся Совет финансовой стабильности, на котором Нацбанк представил презентацию касательно дальнейшего развития страхового рынка на 2016-2021 годы. Прозвучавшие там инициативы актуальны.

- Что обсуждалось в рамках Совета?

- Одним из самых важных пунктов по моему мнению касался введения стимулирующего налогового режима для клиентов в части добровольного накопительного страхования, по аналогии с банковскими депозитами. Думаю, что реализация этой меры будет правильным шагом. Особенно это актуально сегодня, когда идет дискуссия о будущем пенсионной системы и развитии добровольной компоненты пенсионного обеспечения.

Рассмотрим конкретный пример. Перед тем, как открыть депозит, у вкладчика из зарплаты вычитается индивидуальный подоходный налог (ИПН) в размере 10% и 10% пенсионных отчислений. То есть, например, если заработная плата составляет 100 тыс. тенге, то за вычетом ИПН и пенсионных отчислений сотрудник компании на руки получает 80 тыс. тенге и он может все эти средства положить на депозит. Далее при снятии накоплений с банковского вклада данная сумма не облагается налогом, то есть налог не удерживается. При накопительном страховании жизни ситуация выглядит следующим образом. В настоящий момент при осуществлении взносов на накопительное страхование жизни сумма взноса вычитается из налогооблагаемого объема. Страховые выплаты по дожитию в конце срока договора облагается налогом. На Совете финансовой стабильности как раз обсуждался вопрос об изменении данной нормы. Страховщики выступали за то, чтобы налогообложение премий по накопительному страхованию жизни было разовым и только на «входе». То есть механизм должен работать по аналогии с депозитами.

Кроме того, на Совете также обсуждался вопрос о внедрении нового продукта – совместного пенсионного аннуитета. Суть его заключается в объединении пенсионных аннуитетов супругов. Схема этого продукта еще до конца не проработана. Но основной смысл данного продукта заключается в том, что, если, к примеру, супруг уйдет из жизни раньше, чем его жена, то супруга или иждивенцы будет иметь право на получение аннуитетных выплат кормильца семьи. Когда именно реализуется данная схема, пока не ясно – все в процессе обсуждения.

- Если же все-таки регулятор примет решение по введению стимулирующего налогового режима по накопительному страхованию жизни, насколько может вырасти приток клиентов по этому продукту?

- Предполагаю, что в ближайшей перспективе ощутимого притока страхователей ожидать не придется. Надо учитывать, что есть много аспектов и разнонаправленных трендов. В то же время рынок накопительного страхования, вероятно, станет более прозрачным. Но для развития рынка страхования этого мало. На Совете мы также поднимали вопрос о том, чтобы государство стимулировало казахстанцев к заключению договоров накопительного страхования – это практикуется во всех развитых станах.

- Каким образом государство может это сделать?

- В этом направлении участниками рынка страхования было предложено ввести в накопительное страхование жизни тот механизм, который уже действует в системе жилстройсбережений. Имеется в виду начисление госпремий на депозиты в Жилстройсбербанке. Стоит отметить так называемые образовательные кредиты, ставка по которым субсидируется государством. Подобные механизмы государственной поддержки в большей степени подходят накопительному страхованию жизни.

Внедрение таких конструктивных схем поддержки на государственном уровне выгодно для всех. Во-первых, это способствуют дальнейшему развитию рынка, стимулирует казахстанцев приобретать полисы накопительного страхования жизни. Во-вторых, это приведет к существенному снижению нагрузки на государственный бюджет.

В пользу накопительного страхования можно привести несколько показательных примеров. Жители развитых стран отчисляют часть своих доходов не в пенсионный фонд, а в систему страхования. Это логично. Во-первых, договор накопительного страхования жизни можно заключить и до достижения пенсионного возраста. Во-вторых, если до момента выхода на пенсию с вкладчиком что-то случится, то пенсионный фонд выплатит накопленную сумму его наследникам. При покупке страхового полиса клиент может получить накопленную сумму намного раньше, например, при несчастном случае, повлекшем инвалидность. По истечении срока полиса, к примеру, 15 лет, застрахованный получит всю накопленную сумму вместе с вознаграждением.

Поясню, в договоре накопительного страхования жизни предусмотрено два покрытия: накопительное и рисковое. Например, по истечении срока договора (возьмем 15 лет) застрахованному выплачивается накопленная сумма, гарантированный бонус и вознаграждение. Если же в течение 15 лет с застрахованным что-то происходит, то ему выплачивается рисковая часть.

- Какая у вас доходность по накопительному страхованию жизни?

- Гарантированная доходность незначительна – она составляет 4,5% годовых. Но помимо гарантированной доходности мы предоставляем возможность застрахованному участвовать в прибыли компании. Например, если мы будем закрывать год с приемлемой прибылью, то мы будем ежегодно делиться ей с застрахованным. Сейчас мы как раз собираемся начислить бонусы клиентам по продуктам с участием в прибыли, доходность по которым по итогам 2015 года достигла 40%. Отмечу, что при накоплении средств на депозите в банке гарантируется только обозначенное вознаграждение, банки не начисляют своим вкладчикам бонусы. Подчеркну, что заключив договор накопительного страхования также начинает работать и страховая защита.

- Какие еще были предложения по стимулированию развития накопительного страхования?

- Не всем казахстанцам может быть интересна гарантированная доходность по накопительному страхованию жизни, ведь она меньше, чем по банковским депозитам. В настоящее время страховщики вышли с предложением в Нацбанк по внедрению нового продукта, при котором страхователь сможет управлять своими деньгами. Обсуждался вопрос о том, чтобы дать возможность страхователю самостоятельно выбирать инвестиционный портфель. Это может быть депозитный портфель, портфель облигаций, он может состоять из ПИФов. Кроме того, инвестпортфель может быть валютным. Например, если у вас есть опасения по поводу курса тенге и вы думаете, что нацвалюта будет активно терять свои позиции, то вы можете выбрать этот портфель. Как раз сейчас, к примеру, доходность по вкладам в иностранной валюте небольшая – она не превышает 2%. По облигациям ставка может доходить до 7%. Таким образом, клиент страховой компании будет иметь не только ту же доходность, что и в банках, но и страховую защиту.

Для наглядности приведу пример, который покажет, насколько выгодно накопительное страхование. Если человек планировал ежегодно вносить на счет в банке по 1 млн тенге и после 15 лет получить 15 млн тенге, но скончался по истечении двух лет после заключения банковского договора, то его наследникам выплатят только 2 млн тенге.

Если же он заключил договор накопительного страхования жизни на 15 лет со страховой суммой 15 млн тенге, то в случае его гибели в результате несчастного случая по прошествии двух лет его наследникам выплатят всю страховую сумму (15 млн тенге) плюс те 2 млн тенге, которые человек уже успел внести. Согласно условиям договора, страховая защита вступает в действие сразу после заключения договора и уплаты первого страхового взноса. Причем после первого взноса клиент получает защиту на всю страховую сумму. В этом и заключается смысл страхования.

- Планируете ли докапитализацию компании?

- В этом нет необходимости. На сегодняшний день объем капитала превышает 6,5 млрд тенге – это достаточная сумма. Отмечу, что более половины прибыли, полученной в прошлом году, было вложено в собственный капитал. Напомню, речь идет о сумме порядка 2,5 млрд тенге. А если говорить о ROE, в 2015 году этот показатель составил 100%, то есть капитал вырос в 2 раза.

- Какой вектор развития компании вы намечаете в ближайшей перспективе?

- Бизнес на рынке страхования жизни непростой. Но мы смотрим на него довольно оптимистично, поскольку потенциал его развития достаточно большой. При этом мы придерживаемся главного приоритета - быть лидером на рынке страхования жизни. Думаю, это вполне осуществимая задача.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 1 июля 2016 > № 1825953 Ерлан Камбетбаев


Казахстан > Медицина > kapital.kz, 30 июня 2016 > № 1825899

Медицинский туризм: кому в Казахстане лечиться хорошо?

В прошлом году нашу страну посетили 3623 иностранных пациента

По оценкам специалистов из Harvard Medical International, еще 10 лет назад из Казахстана ежегодно «уплывало» порядка 200 миллионов долларов за счет пациентов, выезжавших за границу на лечение. Тогда ситуация была близкой к возникновению реальной угрозы национальной безопасности. Сегодня ситуация поменялась кардинально. Главным достижением последних лет стало то, что Казахстан вошел в число 22 стран мира, проводящих уникальные высокотехнологичные операции на открытом сердце. По некоторым данным, в прошлом году нашу страну посетили 3623 иностранных пациента. Много это или мало? И что сегодня Казахстан может предложить зарубежным гостям, которые едут в нашу страну за здоровьем? Об этом в интервью деловому еженедельнику «Капитал.kz» рассказал генеральный директор медицинского центра «Сункар» Куаныш Керимкулов.

- Куаныш Джамбирович, как вам показатель по пролечившимся в нашей стране иностранцам. 3623 человека – это может впечатлять?

- Если говорить об этой цифре, то данные сильно занижены. В Казахстане обслуживается в два и даже три раза больше иностранных медицинских туристов. Все дело в том, что многие из них, обращаясь в медицинские организации, не фиксируют, гражданами какой страны они являются, рассчитываются в основном нашей национальной валютой, платежи не проходят через банковские транзакции, и, естественно, вести учет в таких случаях невозможно.

Мы вообще должны понять, что такое медицинский туризм. Он должен иметь четкое определение. Как и во многих странах, у нас есть внешний медицинский туризм и внутренний – для наших граждан, пациентов, которые проживают в Казахстане и приезжают в тот или иной город из других регионов. Внешний – понятно, когда приезжают люди из других стран.

- Как развиваются эти два пласта медицинского туризма в рамках Казахстана?

- Я считаю, что в принципе в Казахстане дела идут неплохо. Эта отрасль развивается очень эффективно. Понятно, что туризма нет в рамках гарантированного объема бесплатной медицинской помощи, в основном он платный и чаще всего оказывается частными медицинскими компаниями. То есть частный сектор в медицине привлекает деньги из-за рубежа.

- Об ассортименте медицинских услуг, интересных иностранцам. Есть вот такие данные: наиболее востребованными в 2013 году были микрохирургическое удаление грыжи диска позвоночника, экстракорпоральное оплодотворение, кардиохирургические операции на клапанах сердца и эмболизация маточных артерий. Что думаете, действительно ли в основном за этими операциями едут в Казахстан?

- Думаю, нет. Основными услугами все-таки являются диагностика, check-up (обследование, которое человек сознательно хочет пройти, чтобы узнать больше о своем здоровье – прим. ред.) и онкология. В основном приезжают из России, Узбекистана и Кыргызстана, редко из Таджикистана. Здесь вообще сложно выявить какую-либо тенденцию, неважно в какой сфере. Вы должны понимать, что в основном, как я уже сказал, эти услуги оказываются частными клиниками, не государственными. Естественно, частные учреждения не предоставляют подобную информацию, да ее никто и не запрашивает. Если бы в Казахстане была какая-то информационная система, может быть, возможно было бы отследить рынок. Но ее нет.

- Ну, давайте будем исходить из того, что имеем, какой информацией располагаем. Вы сказали диагностика, обследования и онкология. На ваш взгляд, этого достаточно для того, чтобы говорить о развитии медицинского туризма?

- Давайте я расширю ваше понимание о том, какие медицинские услуги мы оказываем для граждан других стран. Например, наши врачи могут проводить диагностику, КТ, электроэнцефалографию на расстоянии. Многие наши частные компании это и делают. Да, это не совсем медицинский туризм, но там оборот превышает даже уровень в обычном медицинском туризме. Вы также должны понимать, что стоимость наших врачей в разы дешевле, чем стоимость их коллег в той же России или странах Европы. Нашему врачу не обязательно платить 100 долларов за определенное исследование, наш врач готов и за 10 долларов оказать эту услугу и будет счастлив. Конечно, денежное несоответствие, некая дискриминация есть. Но в целом, если говорить о покупательной способности тенге, то на те же 10 долларов в Казахстане можно купить примерно столько же продуктов, условно говоря, сколько на 100 долларов, скажем, в Европе.

- Да, разброс цен на одни и те же услуги в разных странах удивляет. Вот информация, которая попалась мне на глаза: трансплантация костного мозга в Казахстане обходится в 51 тысячу долларов. В то же время в России такая операция стоит 90 тысяч. Трансплантация печени в нашей стране в пять раз дешевле, чем в Турции. Она обходится в 20 тысяч. В то же время трансплантация почки в Казахстане стоит 16 тысяч долларов, а в России – 40 тысяч. Как нам удается держать такие цены?

- У нас в Казахстане есть три порядка цен на медицинские услуги. Первый порядок – это цены, которые определяет Комитет оплаты медицинских услуг при Минздраве. Это самый высокий уровень цен, например, там почка приблизительно стоит, как вы говорите, 16 тысяч долларов. Есть порядок чуть ниже – это те услуги, которые оплачивают страховые компании. И самые низкие цены на уровне платных услуг. Например, в этой категории в Казахстане платная пересадка почек не дороже 10 тысяч долларов. Иностранцы приезжают и пользуются. Им легче пересадить почку в Казахстане за эти деньги, чем пересаживать ее в Китае, Пакистане или Европе за 50 тысяч долларов.

- Так из чего складывается такая цена? Из работы врачей? А цена на сам биоматериал, то есть та же самая почка в разных странах стоит одинаково или нет?

- Причина вот в чем. В Казахстане медицинские услуги не обременены налогами – ни корпоративным, ни НДС. Плюс материализация наших зарплат достаточно высокая, номинальная стоимость очень низкая. Другими словами, основные затраты в этом направлении – это, да, фонд оплаты труда.

- Так то, что наши врачи не обременены налогами – это плохо?

- Конечно, это очень плохо. Все должны понимать, что любой налог, если он правильный, у него всегда созидательая функция. Когда налог отсутствует, это значит есть высокий ущерб, который наносит политика государства самой отрасли.

- Интересная мысль, а вы ее доносили до нужных людей?

- Конечно, я писал в правительство.

- Какой была реакция?

- Там посчитали, что я немного неадекватен.

- А каков ваш личный опыт, в рамках центра «Сункар»? Как обстоят дела с медицинским туризмом?

- Я постоянно мониторю свой бизнес, объемы, которые нам приносят иностранные пациенты, и те услуги, которые мы оказываем за границу. На сегодня объем небольшой. Он составляет менее 5%, но все равно это достаточно нормальный, средний мировой показатель.

- А что касается выездного туризма, какая тенденция здесь? Как много казахстанцев выезжает за рубеж в поисках лечения?

- Казахстанцы выезжают часто и в больших количествах. И это солидные потери для государства. Понятно, чем больше недоверия общества к нашей медицине, тем чаще люди будут уезжать за границу. Это маркер недоверия. Поэтому, чтобы это устранить, чтобы люди больше лечились в Казахстане, нужно произвести в самой системе немало изменений. Одно из главных – внедрить внутреннюю национальную аккредитацию медицинских организаций. При этом эту аккредитацию ни в коем случае не должна проводить ни одна общественная организация, и не государственная. Аккредитацию должны проводить только частные организации. Налогоплательщик не должен оплачивать нерадивость учреждения и врачей. Что такое аккредитация? Это когда внешнее, третье лицо несет ответственность перед пациентом.

- А как вы сегодня оцениваете уровень доверия к отечественной медицине?

- Я бы сказал так: он мог бы быть лучше, и деньги бы не уходили из Казахстана, а напротив, вливались в страну. И для этого, вот что самое интересное, государству не нужно нести большие затраты, нужно просто изменить соответствующую нормативно-правовую базу. И все.

- И все-таки в продолжение темы выездного туризма, за какими услугами едут казахстанцы за бугор?

- Чаще всего едут на check-up. Выезжают также на некоторые операции, в том числе для лечения онкологии. Немало выездов за лечением по новым технологиям. Таковых в Казахстане еще пока очень мало, или их вообще нет. Например, исследования на позиторном эмиссионном томографе с редкими радиофармпрепаратами у нас в Казахстане пока нет. Человек вынужден выезжать. Или, например, есть некоторые методики лечения онкологических заболеваний, которые используются для лечения запущенных 3, 4 степеней, чего в Казахстане также нет.

- Услышала информацию от ваших коллег о том, что франшизой «Сункара» заинтересовались за рубежом, в Чехии, по-моему…

- И чехи, и россияне, и грузины. В России мы уже внедрились, там наша франшиза уже внутри страны. А с другими государствами пока ведутся переговоры. Больше всего их интересует та форма корпоративного управления и медицинская информационная система, которую мы используем в нашей клинике.

- А в чем уникальность корпоративного управления и информационной системы вашей клиники?

- Уникальность в том, что совет директоров несет полную материальную ответственность за недостигнутый KPI. То есть, если мы возьмем даже простой финансовый результат, к примеру, клиника должна зарабатывать 1000 долларов в год. Если не заработали – члены совета директоров доносят компании недополученную прибыль из своего кармана.

- Как давно вы практикуете такую модель? Насколько уже пришлось раскошелиться членам совета директоров?

- Недавно. Всего полтора года. Пока раскошеливаться не пришлось, напротив, были существенные бонусы.

- Куаныш Джамбирович, давайте подытожим наш разговор. При каких условиях, на ваш взгляд, возможно развитие медицинского туризма в нашей стране? Какой должна быть благодатная почва?

- В первую очередь нужно ввести налоги. И также нужно ввести обязательное медицинское страхование, но не в той форме, которую нам сейчас предлагает закон. Здесь лучше всего ничего не придумывать. Есть 30 стран, модели которых мы должны придерживаться. Все успешные государства почему-то пользуются не английской, не немецкой моделью страхования, а американской, потому что она делает отрасль более устойчивой, более развитой, а граждан более защищенными. У нас же в законе все еще не прописаны такие вещи, как «что является страховым случаем», «кто страховщик», «кто будет перестраховочной компанией», и, естественно, многие вещи упущены. Но я думаю, что наше правительство найдет бреши в этом нормативно-правовом акте и все будет нормально. Я повторюсь: чтобы сделать что-то хорошее, нужно это «что-то хорошее» у кого-то скопировать, внедрить, а потом уже через 5-10 лет потихоньку добавлять свои инициативы. У нас хорошие врачи, хорошие специалисты, у нас шикарные университеты, у нас даже стандарты диагностики на мировом уровне. Ресурсы есть, нужно научиться ими пользоваться.

- Спасибо за интересную беседу и полезную информацию. Успехов вам!

Казахстан > Медицина > kapital.kz, 30 июня 2016 > № 1825899 Куаныш Керимкулов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 28 июня 2016 > № 1841674

«Нужна жесткая линия, вплоть до нанесения превентивного удара»

Лидер ЛДПР Владимир Жириновский дал интервью «Газете.Ru»

Отдел политики

Бессменный лидер ЛДПР Владимир Жириновский объяснил в интервью «Газете.Ru», почему для ЛДПР чем хуже народу, тем лучше для партии, чем для Запада Путин лучше Жириновского и кто, кроме него, способен нанести превентивный удар.

— Начнем с избирательной кампании. Какие будут идеологические посылы вашей предвыборной кампании и на какой результат вы ориентируетесь?

— Это уже седьмые выборы в Госдуму. Хотелось бы утвердиться на втором месте, чтобы стать второй партией. С коммунистами у нас уже есть опережение. А рейтинг «Единой России» за три месяца может еще опуститься, а наш — подняться, так что нельзя исключить и победу по партийным спискам. Но более выполнимая задача — это второе место, обогнать коммунистов.

— Но у ЛДПР есть явная проблема лидерства. Вы однозначный вождь партии. Аналогичных фигур просто нет. Может, поэтому вы традиционно показываете не такие хорошие результаты по одномандатным округам. А без них на грядущих выборах никак.

— Это все объясняется легко. У коммунистов идеологии 150 лет, на политической арене они 100 лет и, как грибница, везде проникли. Только в Российской Федерации у них было 10 миллионов членов партии. А с членами семей — это 30 миллионов. Даже если половина умерли за последние 25 лет, все равно есть еще огромное количество носителей этой идеологии. То же самое «партия власти» сегодняшняя, «Единая Россия». Понятно, все ресурсы: Кремль, все губернаторы, мэры, пресса, огромные финансы. Надо сравнивать ЛДПР с новыми партиями. Теми, кто появились 20 лет назад. Вот «Яблоко», пожалуйста. Мы лучше их по всем позициям уже 25 лет.

А трудности в победах в одномандатных округах связаны лишь с тем, что, будучи оппозиционной партией, трудно раскрутить человека. Вот как мы раскрутим человека в Челябинской области?

— Например, дав ему возможность возглавить региональный список. А вы их предпочитаете возглавлять сами.

— Сидя в Москве, вам кажется так. Мы и сами были бы заинтересованы в этом. Но человека тут же прижмут. Пусть какой-нибудь ректор вуза, популярный, с нами пойдет. У него вуз отберут. Главный врач какой-то известный. Заберут у него все. Вот Дима Билан, не зря же не говорит, что он член ЛДПР. Если скажет, так его не будут ни в какие концерты включать.

А «Единая Россия» что? То Путин возглавляет их список, то Медведев. Оба первых лица. Кого вы там у них назовете? Допустим, Ковалева, бывшего директора ФСБ. Нам же не дадут его. Барсуков, допустим, он нигде. Пусть бы к нам пошел Барсуков. Но они не идут. Они только с властью.

— А есть ли у вас какое-то решение этой проблемы лидерства? Кстати, это же не только ЛДПР проблема. А в России та же ситуация с Владимиром Путиным. Вот есть у вас какой-то рецепт, как выйти из этого порочного круга?

— Это произойдет, когда будут хотя бы две равнозначных партии. Вот если ЛДПР станет второй партией, то перспектив будет больше, чем когда это КПРФ. Она уходящая, по идеологии, по ошибкам, по советскому периоду. Если мы станем второй в сентябре, то на нас люди начнут обращать больше внимания.

Я же почему говорю про возможность победы? Часть тех, кто поддерживал всегда «Единую Россию», они могут быть разочарованы. Но они не пойдут к коммунистам, которые были с ними в жестком клинче. И в «Справедливую» не пойдут, которая каждую неделю требует ухода правительства.

— Вы, утверждаете, что готовы реально бороться за власть. С другой стороны, нам известны несколько случаев, когда ЛДПР сама отзывала своего кандидата, хотя, казалось бы, там шансы были. Например, в 2012 году в Брянской области Михаил Марченко отказался от конкуренции губернатору за место в Совфеде. А потом в 2015 году вы отказали ему от участия в гонке уже с другим кандидатом от власти. А в 2014 году вы сняли своего кандидата в губернаторы по Оренбургской области Сергея Катасонова.

— Марченко мы сделали сенатором случайно. Я хотел другого, из Петербурга. Но Валентина Ивановна (Матвиенко. — «Газета.Ru») сказала, что из Питера и так уже много сенаторов. Поэтому я выбрал Марченко, местного депутата. На следующих выборах мы шли по тому же принципу, но решили, что в сенат должен пойти другой человек. Им стал Сергей Калашников. Но больше мы так не будем делать. Я понял, что толку от таких решений нет.

— Разве это не пример соглашательства?

— Если бы был шанс на победу нашего кандидата, он бы пошел. Но вы же понимаете, что это невозможно. Это невозможно хотя бы потому, что ему надо получить подписи местных депутатов для регистрации. Нас остановят еще на этом этапе. А тут вариант с Совфедом. Но я повторю, мы это уже отменяем и будем участвовать во всех выборах губернаторов.

— С Катасоновым, говорят, были все шансы.

— Да, согласен. Та же история с сенаторством. Поступило предложение: не выставляйте, мы поставим вашего человека в сенат. Вот и все.

— А тогда вы говорили, что дело в возможных уголовных делах против него.

— Да, под него начали копать, и сказали, что его вообще могут арестовать.

Они специально возбуждают дела иной раз. Кандидат от ЛДПР будет сидеть и никакого участия в выборах. Но я говорю еще раз: мы прекращаем размены. Это была ошибка, я признаю.

— Вы не раз сталкивались с угрозами судебных разбирательств. Например, в 2012 году вас пытались привлечь за «Урал и тупых людей». Но при этом до дела никогда не доходило. Почему так получается: угрозы есть, но вам все сходит с рук?

— Никто привлекать меня не собирался. В 2012 году это было большое интервью в передаче «Совершенно секретно» про Ельцина. В рамках этой передачи я пытался понять, почему Ельцин так поступил? Почему все разрушил в борьбе с Горбачевым? Его к этому никто не готовил. И вот я предположил, что, может быть, это из-за семьи? Кто-то ему не дал должного воспитания, разума государственного? И тогда я вышел на его происхождение и местность. И я говорил не про Урал, а конкретно деревню Бутки. Я до этого много раз критиковал Горбачева. У него — Село Привольное Ставропольского края. Ну, как в такой глубинке, глухой провинции мог вырасти и возмужать человек с государственным мышлением? Ведь это деревня, понимаете. Там библиотеки может не быть. В деревне живут люди, для которых первичен физический труд. Там редко будут люди высокого умственного развития… И Сталин то же самое. Маленький город Гори, мать — прачка, отец — сапожник. Ну, откуда там будет государственное мышление?

— У вас были другие резкие заявления. В передаче у Соловьева вы предлагали оградить территорию Кавказа колючей проволокой. Потом Вишневский пытался вас осудить за то, что вы сказали после известных террактов: «Пусть европейцы подыхают в Брюсселе». Скажите, а все-таки есть какая-то «красная черта», которую вы не можете перейти в своих резких высказываниях?

— Я стараюсь вообще не подходить к каким-то таким опасным для понимания сюжетам и определениям. По Кавказу речь шла о террористах. Только об этом шла речь. Не Кавказ как регион.

Сегодня вся Европа оградилась «железным занавесом». Везде колючая проволока. Почему вы это не хотите сказать, что Жириновский предлагал это еще в 2012 году? Просто перекрыть пути прохода в те страны, где террористы готовы совершить теракт?

А это высказывание касалось теракта в Волгоградской области. Там взорвали вокзал, взорвали троллейбус. Как остановить? Просто перекрыть движение автобусов. Останавливать и проверять каждый автобус. Там же прямые автобусы Москва — Махачкала! Давайте снова поставим там блокпосты, чтобы нельзя было просто так объехать. Где надо, можно и колючую проволоку, чтобы они, террористы, не прошли. Она нужна лишь блокировать пути прохода террористов. Сегодня Европа против обычных беженцев поставила везде колючую проволоку. А в отношении меня была неправильная интерпретация. То я против Кавказа, то против Урала.

— И все-таки на тему самоограничения в критике. Вот Владимира Путина, российского президента, вы не критикуете. Мы прочитали массу ваших интервью и нигде такого не нашли. Это для вас «красная линия»?

— Президент у нас отвечает за внешнюю политику. Здесь для критики даже нет особых оснований. Тем более на Россию давят со всех сторон. Навешивают любые ярлыки. «Красная черта» — это время, в котором мы сейчас оказались. С 1970 года по сегодняшний день. Вот представьте себя на месте руководителя страны, если все партии начнут его критиковать. На кого он тогда вообще должен опираться?

Хотя по конкретным направлениям мы критикуем. Например, зачем мы остановились на укрупнении территорий? Пять субъектов убрали — и все. Почему остановились? Мы это критиковали. Но да, это не было прямой критикой.

Жесткой критикой сегодня абсолютно неразумно заниматься. Мы и так находимся в положении, когда войска НАТО подходят к нашим границам и нам нельзя долбать друг друга.

— Скажите, а вот эта обстановка, в которой нас и НАТО «долбает», и прочее, разве это не эффект как раз той внешней политики, которая проводилась под эгидой нашего президента?

— Нет. Это все старые болячки. Нет ни одной новой болячки. Проблеме Польши уже 200 лет. Хотя по Украине есть вопросы: почему Черномырдин там был послом? Какое он имеет отношение к славянам, к украинскому вопросу? Сейчас там Зурабов. Это как раз тот случай, когда назначение — прерогатива главы государства и МИДа.

Возможно, они пытались таким путем не спровоцировать ранний переход Украины на Запад. Если бы они заняли жесткую линию, которую я предлагал, прекратить им поставлять газ и нефть по сниженным ценам, то тогда может быть Ющенко еще 10 лет назад повернул бы на Запад.

А с Турцией возьмите. Великолепные отношения были. Лучше, чем когда-либо. Никогда не было таких отношений. Если бы не этот самолет. Это их ошибка, они это понимают. Они играют. Они думают, что сейчас собьют самолет, все НАТО встанет на их защиту, и под эту сурдинку Сирию захватят. Но не получилось.

— Вы говорили о том, что Турцию ядерным ударом надо уничтожить.

— Речь не шла об этом. Я просто делал прогноз. Что если резко обострится обстановка, то возможно применение ядерного оружия. И возможно применение его превентивно. Об этом должны все знать наши соседи. Те, кто замышляют против нас использовать какие-то провокации. Украина, Турция, Польша, НАТО, и так далее.

— Вы только что сказали, что при реализации ваших идей наши отношения с Украиной были бы хуже еще раньше. Вы постоянно предлагаете еще более жесткие подходы к внешней политике. Не считаете ли вы, что с таким подходом нам опять будет хуже?

— Нет. Возьмите политику Александра III. Самый лучший период нашей истории, хотя он занимал жесткую линию. В Лондоне зашевелились? Он так ударил по столу: всю казну на войну! А из Лондона: «Все-все, мы подготовку прекратили».

На будущий год ЛДПР проведет специальные слушания: 300 лет со дня создания первых масонских лож в 1717 году. Еще там была поставлена задача: бороться только с Российской Империей. То есть война идет уже 300 лет. Это не одни санкции, это и поход Наполеона, и Крымская война, и Первая мировая, и Вторая — все было против России. Австро-Венгрия распалась — это никого не интересует, они сейчас все в НАТО. Османская империя распалась — Турция в НАТО.

Все болячки старые. Но чем мы раньше займем жесткую линию, тем мы быстрее всех охладим. Чем мы больше будем молчать и соглашаться, тем они будут все ближе и ближе подходить и наглеть, наглеть, наглеть.

— Но покупательская способность населения сейчас еще больше упала, этого нельзя отрицать. И тут вы — с вариантом жесткой внешней политики и верой, что якобы будет лучше.

— Так в этом весь смысл именно сейчас. Сейчас, когда люди недовольны, злы, вот они с удовольствием воспримут вариант постоянной жесткой внешней политики.

Сталин, он проиграл, почему? Он мог занять жесткую линию с Гитлером. 1939-й год, Польшу разделили, Прибалтику, Финляндию берем. А ты сиди, Адольф, там в Берлине и молчи. Он проглотил бы. Ему нужна нефть — хорошо, Румынию оставим. Но зато Болгарию беру. Он сидит и молчит. Бессарабию взяли, Украину, Прибалтику. Это всегда была Российская империя, мы же нового ничего не взяли. Даже Польшу не взяли и Финляндию.

Мы ничего нового не взяли. А нужно было взять! Иран можно было взять, Турцию можно было раздолбать, Афганистан, и так далее. Но Сталин ничего не взял. Он боялся. У него не было государственного мышления.

В 1991 г. кто мешал Горбачеву поддержать ГКЧП, чтобы навести порядок в СССР? Но только мы, ЛДПР, вышли тогда на защиту ГКЧП. Никто, в том числе, все коммунисты Москвы, а их был один миллион, не вышли. Зюганов не вышел. Никто. Я и тогда предлагал жесткую линию. Вечером должны были ввести комендантский час. Чрезвычайное положение в шести регионах страны. Вот эта политика!

— То есть вы, в принципе, не против того, чтобы СССР продолжал торговаться с нацистской Германией?

— Да. Произошла ситуация, когда есть мощная европейская фашистская держава. Захватила всю Европу. У нас не было других контактов. Европа, Франция повержены в 1940 году. Вся Европа под Гитлером. И мы знаем дальнейшие планы войны. Нужна была прямая встреча Гитлера со Сталиным, где-нибудь посередине, в той же Прибалтике, в том же Кенигсберге, допустим. И Сталин должен был сказать: «Давай делить до конца сферы влияния, вот тебе, Адольф, ты хочешь нефть — вот иди в Румынию, Ирак. Вот Иран — это наша территория. Ты на Ирак идешь через Турцию, а вот Иран не трогай. И он бы согласился. У Гитлера было бы огромное количество нефти и газа. И этого было бы достаточно. А потом мы поддержали бы не китайскую компартию, а Чан Кайши и разделили бы Китай.

Вот она, жесткая линия! А если мы размазня, то в итоге нам и Китай угроза, и Турция, и НАТО. Почему мы вначале проигрывали в 1941? Потому что армия была готова к наступлению, а не обороне.

— А вас не смущает то, что в Германии тогда был национал-социализм?

— А причем здесь их идеология? Мы же не принимаем их идеологию. Но ситуация сложилась так, что Гитлер захватил всю Европу. И дальше готовился забирать все, что хочет. Мы должны были его остановить и сказать: вы — здесь, а мы — здесь. Мы должны взять много, чтобы потом можно было торговаться. Мы здесь немножко отступим, вот здесь. Тогда в случае войны мы могли бы его остановить еще раньше. Надо было действовать жестко.

Так и с Украиной. Надо было просто посмотреть, что они творят. Переписали учебники, ведут обработку молодежи. Нацисты, взяли идеологию ОУН, УПСА, УНО, и так далее, все это бандеровцы. Примите меры сразу. Я бы еще в 2014 году вызвал Януковича в Москву и сказал: «Виктор Федорович, ты понимаешь, что происходит? В феврале тебя не будет уже здесь».

Но мы введем войска, ты согласишься на передачу Новороссии, а сам останешься в Киеве президентом половины Украины. А иначе тебя уничтожат! Он сам бы пригласил российские войска, а подконтрольная Рада бы одобрила. И запад бы нам ничего не сказал!

— Вы прямо как Игорь Стрелков (экс-глава ДНР. — «Газета.Ru»).

— Я не знаю Игоря Стрелкова. Просто есть всего две позиции: брать — не брать, наступать — не наступать.

— Вот и Адольф Гитлер выбирал позицию наступать, и в итоге потом отступал до Берлина, между прочим.

— Гитлер навязывал идеологию, он уничтожал людей. В этом его проблема. Он хотел сделать в Третьем Рейхе только немецкий порядок. Вот в Турции армяне и курды, там нет русских. Вот мы бы поддержали армян и курдов. Мы бы давали свободу.

— Вот вы сейчас критикуете такую идеологию. Но, тем не менее, сами в 2014 году встречались с Жан-Мари Ле Пеном, который довольно одиозная фигура во Франции, его даже называют фашистом некоторые критики. Зачем вы встречались с ним?

— Мы встречались с любыми «правыми» партиями в Европе, которые представлены в парламентах. Всех их объединяет только одно: ограничение миграции в их страны. И сегодня мы видим, что они начинают получать поддержку избирателей своих стран. Но когда я это 20 лет назад делал, тогда это было: «о, что он там с «правыми», да они радикалы». Ну, 20 лет прошло и кто прав? У Марин Ле Пен есть все шансы стать президентом. Но и ее отец получил 20% 10 лет назад.

— А как вы думаете, почему исторически в советское время «левая» Россия опирается на крайне «правые» силы сейчас в Европе и во всем мире?

— Потому что сегодня Россия уже не «левая». Это был искусственный режим, навязанный, опять же, с Запада. Немцам нужно было лишь вывести Россию из войны. Нам нужен был сепаратный мир с Германией, а не Брестский. Мы стоим там, где мы стоим. Армия Юденича берет Константинополь, а вы долбайте французов. Всё. Немцы раздолбали французов, взяли половину северной Франции, мы сидим в Константинополе. Для этого нужно было уничтожить 20 тысяч большевиков в 2017 году. Но Керенский испугался. И Корнилов был слабенький. И, кстати, опять мужик, опять из деревни без государственного мышления.

— Возвращаясь к современности. Известно, что некоторые представители ЛДПР фактически поддержали погромы наших футбольных фанатов во Франции.

— Где вы взяли, что мы поддержали погромы? Наоборот, заместитель председателя Госдумы Лебедев от нашей фракции, он же член исполкома РФС, сказал, что мы ни в коем случае не оправдываем мордобой, который устроили болельщики.

— Но тот же Лебедев говорил, что Мутко бы тоже дрался, если бы оказался на трибуне.

— Давайте разделим.

Допустим, просто какие-то хулиганские действия болельщиков мы отвергаем. Но если чернят Россию, топчут флаг, швыряются всякой гадостью в наших болельщиков, мы что, должны сидеть смирно? Мы что, второго сорта, раз из России? «Ну, хорошо, хорошо, мы второго сорта, мы тут из России» — так надо было реагировать? Мы флаг британский не срывали, не топтали. На это надо жестко реагировать.

— Так давайте возьмем чужой флаг и тоже его потопчем. Вы правильно сказали, болельщиков много. Но близок к гибели не наш болельщик, а английский.

— Он вышел из комы, начал выздоравливать это раз. Во-вторых, его не бил наш болельщик. Это они в своей какой-то потасовке. Но наших наказали больше всех. Целый автобус задержали. Там очень жарко было. Воду не давали. И, в первую очередь, наших осудили. Тем условные сроки, а нашим реальные! Это опять против русских! Я не думаю, что наши ребята просто так хватали людей на улице. Это общая тенденция поведения болельщиков. Или мы должны запрещать просмотр матчей футбольных на стадионах, или смириться с тем, что они будут так себя вести. Мы успокоим этих – подрастают новые. Они идут подраться, пошуметь, вы можете понять? Как людям выйти вот с накопившейся отрицательной энергией? Вы знаете, кто у нас в заключении сидит часто? Это муж убил жену, или жена убила мужа. У нас таких половина сидящих в заключении. Бытовые ссоры. Ударила сковородкой ему – он лежит. Она в колонии, ребенка в детский дом. Войны же нет. Понимаете, когда война, на войне погибают. А когда долгая мирная жизнь, то бунтует молодежь, бунтует семья, и так далее.

— Вы сказали, что поддерживаете Путина, потому что он ответственен за внешнюю политику. И хотя, как мы увидели, на фоне вас он выглядит скромным либералом, есть еще один вопрос: а неужели вы считаете, что он не ответственен ни за что во внутренней политике? Вот только внешняя — и все.

— Конечно, мы не согласны с деятельностью финансово-экономического блока.

— Все партии не согласны.

— Но мы жестко критикуем эту политику! Мы не согласны с дальнейшей приватизацией. А глава государства может это остановить. Потому что он утверждает правительство. У нас президентская республика. Мы внесли проект постановления Государственной Думы: осудить все ошибки и преступления, совершенные в горбачевско-ельцинский период. «Единая Россия» его в повестку дня даже не хочет включить. А мы хотим там все осудить. Чтобы это прозвучало, и тогда президент мог бы тоже отреагировать.

Но какая критика, когда никто это не хочет даже обсуждать? А еще возьмите все мои выступления на десятиминутках. Жесткая критика по всем позициям, включая сегодняшний день!

— Но все-таки Путина вы как-то обходите. Вы аккуратны с ним, скажем так. Но и он ответственен и за финансово-экономический блок, итоговые все ниточки идут к нему. Почему прямо не сказать, что вот он плохой президент, например?

— Вы понимаете, это вот беда России. У нас все цари плохие, все генеральные секретари плохие. Ведь я живу 70 лет — я только критику слышу. Никто слова хорошего не скажет о собственной стране. Но это самоуничтожение. Это самоедство. Все учебники советские: царская Россия плохая. Теперь советский период: все плохое. А вы говорите, что и президент плохой. А что есть у нас, вообще хорошее?

— Слушайте, но по такой логике вы сами Ельцина и Горбачева критикуете. Чем Путин-то лучше?

— Самые страшные ошибки совершены тогда. А мы даже не можем общественной оценки этого периода дать. Вот Путин заявил недавно, что большевики большую мину подложили под устройство страны. Это уже великое достижение. Он сказал, что распад СССР — это страшная геополитическая катастрофа. Он уже сделал кое-что. Возьмите борьбу с олигархами. Только он начал борьбу, не Горбачев и не Ельцин. И Ходорковский был в тюрьме, и Евтушенко какое-то время отсиживал. И те законы о том, что нельзя иметь имущество, счета за рубежом чиновникам. Он все-таки начал какую-то борьбу с теми, кто использует деньги страны во вред ее. Многое сделано. На Петербургском форуме он заявил, что, если губернатор не будет внимание уделять инвестициям, то ему будет грозить увольнение. Это впервые прозвучало. Никогда Горбачев и Ельцин не угрожали губернаторам. Нам легче судить, мы ничем не управляем. А ему подчиняются все губернаторы

— Ну, так, по вашей логике, если все так хорошо, мы должны за «Единую Россию» голосовать, а не за ЛДПР, ведь Путин ее основатель.

— Если говорить о позиции избирателей, то большинство людей всегда недовольны. И мы — партия недовольных, несогласных. В этом и есть смысл демократии. Вот мы, большинство сегодня не согласны с тем, что происходит в стране. За «Единую Россию» уже 35%, что-то такое. Я вас уверяю, что к 1 сентября будет ниже 40%. Оставшиеся 60% мы и хотим к себе притянуть.

— Так власть же хорошая, по вашим словам, чего ж тогда недовольных так много?

— Но они не согласны. Они не согласны, потому что вот их жизнь ухудшается. Например, в Питере мост Кадырова появился. Пожалуйста, они не согласны, а это же делает власть. Полтавченко, он же подчиненный Путина. Эти люди не хотят и за коммунистов голосовать. Это не те несогласные, которым нужна революция. Вот мы их партия.

— Вы сами, кстати, как к Кадырову-старшему относитесь?

— Мы вообще против названий с именами людей. Мы только за географические названия. Мы за то, чтобы Симбирск был, а не Ульяновск, Вятка, а не Киров. Никому памятников не ставить, и никаких наименований. Никаких имен никаким объектам на территории России.

— Вы говорите про недовольных. А вот если они выйдут на улицы? У многих зарплату задерживают по полгода. Вот если они выйдут на улицу, вы готовы их поддержать?

--. Если они не будут проделывать вариант Майдана киевского, обязательно поддержим. Вот были проблемы в Москве, были митинги по капремонту. Я сам выезжал в Отрадное и выступал перед людьми. Там, где экология, квартплата, обманутые дольщики, валютная ипотека — мы везде поддерживаем.

Но только не трогайте государственные границы. Никаких разговор о расчленении нынешней России. Ничего того, что говорит Альбац и Радзиховский.

— Государственные границы и президент. Вот ваши две «священные коровы», да?

— Вы договариваете за меня. Я этого не говорил. Я говорил, что мы не согласны со многими вопросами деятельности правительства. Но для того, чтобы кардинально навешивать на него отрицательные ярлыки, мы не видим оснований. Хотя бы в той ситуации, в которой находится сегодня страна.

Правительство мы оцениваем на «три с минусом». А коммунисты и «Справедливая» — на «двойку». Вот наша разница уже есть.

Госдума приняла закон о коллекторах. А мы против, потому что он не будет работать. У нас был свой, но его отклонили. Но если мы не будем голосовать в третьем чтении за этот закон, избиратели скажут: а вот вы нас не защитили от коллекторов, вы не голосовали. У меня же не будет времени, как с вами, целый час сидеть, все обсуждать.

— Вы в 2018 году будете баллотироваться в президенты?

— Это решится в 2017 году. В декабре будет очередной съезд партии, и, скорее всего, он опять меня выдвинет. Хотя я не возражал бы, если бы другого подобрали, чтобы вы не задавали вопрос, что вы лидер, вы кандидат… Но никто партию не хочет возглавлять.

— Боятся?

— Я в прямом эфире обращался к стране. Вот «Россия-24», у нас прямой эфир. Я говорю: «Граждане России, кто хочет возглавить ЛДПР?» Никто, ни одного письма, даже в шутку. Потому что люди понимают, что это очень важный пост. Нужно очень многое знать. То же самое президент. Шутка что ли? Это не директором бани, библиотеки, управляющей компании.

— Но помнится, ваш охранник выдвигался.

— Опять ошибка. Он со мной полетел в Америку. Меня пригласили, в частном варианте. Он заполняет анкету. Говорит: «Что мне написать? Написано: место работы». А он был главой администрации района в Ростовской области, но срок полномочий кончился. Не будешь же писать «безработный»? И он написал «охранник» просто. А потом, когда мы его выдвинули, то по интернету раскопали, что вот он со мной ездил в Америку и числился охранником. Ничего подобного и близко не имеет. Он был депутатом Госдумы, был когда-то капитаном СКА (Ростов). А у вас на памяти: вот он охранник. У меня полковники в очереди стоят в охрану, зачем мне нужен из Ростова человек?

А насчет президентских выборов, с точки зрения международных отношений, Путину было бы хорошо, если бы я избирался. На выборах я буду занимать жесткую линию. И тогда Запад как раз сам повернется к Путину. Потому что мой возможный приход к власти — для них это гораздо хуже.

— Но это же игра в поддавки, в таком случае. Кукольный театр такой. Запад повернется в его сторону, он станет президентом…

— Запад может вообще никакого влияния не оказывать. Просто, например, продолжение санкций, вообще ситуация экономическая, сами прогнозы — это, что в ближайшие два-три года улучшения не будет. В этом смысле, у его конкурента на выборах больше шансов. Но это не новый Прохоров, это не Зюганов. Это шансы появятся у меня. Ибо ситуация будет предвоенная.

Нам нужна жесткая линия, вплоть до нанесения превентивного удара, на что не способен никто, кроме меня.

Зюганов — он все проиграет. Явлинский и Прохоров ничего не смогут сделать. Кудрин — давайте изменим политику, так сказать, нам нужны новые технологии, и так далее. Поэтому как раз, вот я писал книгу «Последний бросок на юг». Мы же практически вышли к Индийскому океану. Учения наши ВМФ проходят в Индийском океане. А когда я написал эту книгу, возбудили уголовное дело: пропаганда войны. Но прошло 23 года — и наш флот вышел в Индийский океан, а армия находится на берегу Средиземного моря. То есть мои-то прогнозы оправдываются.

— То есть, сейчас мы живем в России Жириновского, фактически.

— Приближаемся. 2017-2018-2019 год — все будет, как я говорю. Ухудшение, обострение, и народ внутри России потребует жестких мер. И в отношении олигархов, и в отношении других сил, враждебных России. Поэтому я и считаю, что наша позиция выигрышная, мы можем получить поддержку, стать первой партией, и бороться за первое место на выборах президента. В условиях ужесточения, ухудшения, обнищания, кризиса, моральной неудовлетворенности. Нас везде бьют: спортсмены, культура, русский язык. Уже на Украине слово «Россия» запрещают. Что нигде слово «Россия, Москва» не должно звучать вообще. Это какое оскорбление, вообще. Гитлер не додумался. Вот в такой ситуации шансы у меня будут расти каждый день и каждый час.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 28 июня 2016 > № 1841674 Владимир Жириновский


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 21 июня 2016 > № 1799347

Похоже, 100 шагов не хватает до цели…

Автор: Тулеген Аскаров

Прозвучавшее на днях из уст премьер-министра РК Карима Масимова предупреждение о том, что в сентябре правительство обратится к парламенту за поддержкой по внесению корректив в экономическую политику государства, задало главную летнюю интригу текущего года.

Даже депутаты говорят, что такого у нас не было!

Дело в том, что премьер выступал в парламенте в тот же день, когда в Санкт-Петербурге на международном экономическом форуме свое видение по стратегическим вопросам развития экономики озвучивал глава нашего государства, который ни в Северной Пальмире, ни до этого события о таких планах вроде бы не сообщал. К тому же всего год назад Акорда огласила свой четкий план нации «100 конкретных шагов». По идее, нужно сначала реализовать его, а уж только потом приступать к следующему этапу стратегических перемен.

Однако со слов г-на Масимова следовало, что именно по поручению президента правительство будет рассматривать на заседании совета по экономической политике целый комплекс ее важнейших направлений, включая внешние заимствования, использование средств Национального фонда, использование и управление пенсионными активами ЕНПФ, обязательное медицинское страхование и реформирование банковского сектора. Кстати, о планах кабмина в этой части премьер сообщил депутатам, отвечая на вопрос мажилисмена Омархана Оксикбаева, забившего тревогу по поводу быстрого роста внешнего долга Казахстана и заявившего, что «вместо того, чтобы жить по средствам, мы влезаем в долговую яму».

По подсчетам мажилисмена, в прошлом году на погашение дефицита республиканского бюджета было использовано внешних займов более чем на 1,1 трлн. тенге - в девять раз больше, чем в 2013-м. Порядка 16% затрат республиканского бюджета осуществляется за счет бюджетных займов. Кроме того, в прошлом году установленный законом правительственный долг был превышен на 465 млрд. тенге, что привело к образованию свободного остатка бюджетных средств в размере 264 млрд. тенге.

«Такого в истории независимого Казахстана не было», - констатировал депутат, добавивший также к этой грустной картине информацию о том, что на текущий год правительство заняло за рубежом $2 млрд. на покрытие дефицита республиканского бюджета.

Прозвучал из депутатских рядов и вопрос к премьер-министру о состоянии денег Национального фонда – «подушки безопасности» нашей экономики и о том, на сколько лет хватит его накоплений. Согласно подсчетам Екатерины Никитинской, удельный вес трансфертов из Нацфонда в доходной части бюджета вырос с 29,8% в 2011 году до 43% в прошлом. Это означает, что правительство фактически проедает деньги, изначально предназначенные будущим поколениям казахстанцев, которым предстоит жить без большой нефти.

В ответ г-н Масимов пояснил, что этот «вопрос справедливый», ибо «возникает как у внешних наших аудиторов, у международной финансовой общественности, так и внутри страны». Он также пообещал, что помимо темы эффективности работы Нацфонда и других проблем, о которых говорилось выше, правительство намерено также разработать предложения по реформированию бюджетной и налоговой сфер наряду с более эффективным использованием государственных средств.

В принципе, можно было подумать, что премьерский политес является дежурным и ни к чему не обязывающим кабмин впоследствии, если бы не неожиданное резюме г-на Масимова по этому поводу: «… Хотелось бы получить вашу реакцию и совет, поскольку сокращение государственных расходов в силу высокой государственной доли в нашей экономике сразу же влияет на развитие деловой активности и на повышение темпов роста экономики. Это вопрос серьезный, требует взвешенного комплексного подхода и консультации с депутатами парламента»!

К тому же накануне, выступая на съезде Национальной палаты предпринимателей «Атамекен», премьер призвал и отечественный бизнес обдумать предложения правительства по долгосрочному развитию Казахстана и внести в них свои коррективы. Речь в этом его выступлении шла о вопросах занятости и повышения производительности труда, прежде всего в сельском хозяйстве (оно, по мнению г-на Масимова, представляет собой «направление, которое практически беспроигрышно для нашей страны»), мобильности трудовых ресурсов. А также о высоком уровне импорта товаров первой необходимости из соседних стран и о необходимости повышения привлекательности инвестиций в сырьевой сектор экономики.

Выяснилось, что в правительстве обсуждались три новых глобальных тренда, способные изменить многое в существующем раскладе дел, - падение стоимости электроэнергии от возобновляемых источников, как минимум, до уровня стоимости ее получения от углеводороводов, появление батарей, основанных на новых технологиях и способных сделать дома независимыми, отказ от автомобилей с двигателями внутреннего сгорания в пользу электроавтомобилей.

У МВФ просили год

После этого стало понятно, что власти Казахстана и впрямь оказались в весьма сложной ситуации в части государственного управления экономикой, вследствие чего к осени от них можно ждать новых радикальных предложений, выходящих за рамки плана «100 конкретных шагов». Действительно, данные официальной статистики об итогах развития экономики страны за январь-май, то есть практически за первое полугодие, весьма неутешительны. Краткосрочный экономический индикатор по сравнению с тем же периодом прошлого года составил 99%, что вполне ясно указывает на продолжающееся движение к рецессии.

Объем промышленного производства сократился на 2,2%, в том числе в горнодобывающей промышленности и разработке карьеров - на 4,3%, в электроснабжении, подаче газа, пара и воздушном кондиционировании - 1,9%, в водоснабжении, канализационной системе, контроле над сбором и распределением отходов - 5,7%. В связи спад составил 4,6%, в торговле – 5,1%, в том числе в оптовой – 6,9%, розничной – 1,3%. Внешнеторговый оборот, по данным за январь-апрель, снизился на 29,8%, в том числе экспорт – на 31,2%, импорт - 27,7%. Инфляция в годовом выражении поднялась в мае до 16,7% с 13,6% по итогам прошлого года вопреки заверениям руководства Нацбанка об ее затухающем характере. Реальные денежные доходы, по оценкам статистиков, снизились в апреле на 6%.

Весьма пессимистичны и оценки аналитиков международных рейтинговых агентств. Так, в агентстве «Fitch Ratings», которое в начале мая понизило суверенный рейтинг Казахстана, указывают на расширение бюджетного дефицита до 5% в прошлом году по сравнению с профицитом в 3,5% в предыдущее пятилетие, что вызвано инвестициями в инфраструктуру из Нацфонда и поддержкой госкомпаний, испытывавших трудности.

Констатируется и быстрый рост государственного долга из-за увеличения внешних займов и девальвации тенге – с 13,9% к ВВП в 2014 году до 22,1% в прошлом. Весьма туманны перспективы перехода к инфляционному таргетированию по причине высокого уровня долларизации и невысокой долгосрочной ликвидности в тенге. Доверие к отечественной финансовой системе и национальной валюте остается ограниченным.

Неутешительны и прогнозы «Fitch Ratings» на ближайшее будущее. В агентстве ожидают сокращения ВВП нашей страны в этом году на 1% при том, что у государств этой же рейтинговой категории «ВВВ» медианное значение составляет прирост на 3,3%. Снижение реальной заработной платы и резкое падение долларовых доходов неминуемо влекут сокращение потребительских расходов на фоне падения ВВП на душу населения с $14 828 в 2013 году до $7 102 в нынешнем. Неблагоприятным рейтинговым фактором по-прежнему остается банковский сектор страны.

Напомним читателям и о недавнем эпохальном визите в Казахстан главы Международного валютного фонда Кристин Лагард, настоятельно советовавшей официальной Астане переходить к «добродетельному кругу» мер государственной политики в экономической сфере. Они включают укрепление макроэкономических основ, модернизацию денежно-кредитной и налогово-бюджетной политик, развитие более эффективных и прозрачных институтов, открытой и интегрированной экономики, охват экономической жизнью более широких слоев населения, в первую очередь женщин и молодежи.

В социальных сетях информированные пользователи иронично напомнили в этой связи о том, что в 2001 году казахстанские власти решительно указали на дверь МВФ, выплатив досрочно все долги этой организации и фактически дав понять ей, что не нуждаются отныне в экспертной поддержке в части масштабного реформирования экономики. Теперь же г-жа Лагард прибыла в Астану на фоне сообщений о том, что условия экстренных займов от МВФ обсуждают власти Таджикистана и Азербайджана. А ее предложения по переходу к «добродетельной» политике, по мнению экспертов, больше напоминают перечень условий для предоставления такого займа и Казахстану.

Кстати, на совместной пресс-конференции с главой МВФ г-н Масимов отметил активные дискуссии, ведущиеся в Казахстане по вопросам экономической и денежно-кредитной политики, включая новый Налоговый кодекс и модернизацию Бюджетного кодекса. Он же заявил тогда о намерении провести необходимые консультации с МВФ и другими международными финансовыми организациями в течение примерно года, после чего уже выходить на принятие соответствующих законодательных актов. Но, по всей видимости, в последнее время появились новые неотложные обстоятельства, потребовавшие от властей Казахстана значительно ускорить темпы разработки новой программы масштабных реформ в экономике.

Мы в проигрыше при любом раскладе?

Одним из новых негативных факторов, безусловно, стала безопасность иностранных инвесторов после недавних драматических событий в Актобе, которые показали слабую готовность правоохранительных органов к борьбе с даже плохо вооруженными экстремистами и отсутствие должной координации между силовиками. Эти события вызвали заметный резонанс за рубежом и в ведущих иностранных СМИ, не говоря уже о вполне ясном заявлении г-на Масимова на заседании правительства и поручениях, данных им соответствующим министерствам.

Другим фактором, явно указывающим на разбалансировку механизмов управления государственными финансами, стало неожиданное появление в бюджете суммы в 240 млрд. тенге, образовавшейся за счет экономии средств. Об этом стало известно на совещании в Акорде, прошедшем 14 июня под председательством главы государства. Между тем во время принятия парламентом соответствующих поправок в бюджет в марте текущего года правительство всячески обосновывало необходимость сокращения расходов и таких сюрпризов не обещало.

Напомним, что ныне действующая версия бюджета опирается на курс доллара в 360 тенге и цену нефти в $30 за баррель наряду с 15%-ным снижением котировок на металлы, экспортируемые из Казахстана. Реальные же значения этих параметров значительно отличаются в лучшую сторону, что, скорее всего, повлекло за собой перекосы в исполнении бюджета, задуманного как антикризисный.

Далее, вполне очевидным стало, что государство не лучшим образом управляет не только бюджетом и Нацфондом, но и пенсионными накоплениями, которые по определению являются частной собственностью казахстанцев. Это вызывает растущее недовольство населения и острую критику со стороны экспертного сообщества. Г-н Масимов, выступая на съезде НПП, был вынужден признать: «Я лично считаю, что рыночное использование – оно всегда лучше, чем какое-то административное. К сожалению, мы сейчас делаем это административно, хотя это не наши деньги – это деньги вкладчиков, то есть это деньги наших пенсионеров».

Однако наиболее весомым и непредсказуемым фактором, с нашей точки зрения, все же выступает Россия, с которой Казахстан тесно связан в рамках Евразийского экономического союза. Вполне очевидно, что российская экономика сумела вынести двойное бремя падения цен на нефть и западных санкций, проявив в очередной раз способность быстро адаптироваться к новым условиям. Более того, на прошедшем в Санкт-Петербурге международном экономическом форуме российский президент Владимир Путин заявил о конце экономического спада в стране и создании базовых условий для выхода на траекторию роста.

Разработкой новой модели развития экономики России на новом этапе занимаются сразу три группы высококвалифицированных экспертов – Минэкономразвития, Столыпинского клуба и Центра стратегических разработок. В принципе, они сходятся в одном: России необходимы высокие темпы развития, так как в противном случае эта страна потеряет не только свою долю в мировой экономике, но и конкурентоспособность наряду с дальнейшим падением уровня жизни населения. Кроме того, г-н Путин объявил о создании Совета при президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам – он будет работать над повесткой следующего политического цикла в России.

Но, как ни странно, Казахстан окажется в незавидной роли в обоих сценариях для экономического будущего России. Какие перипетии повлекли у нас кризисные явления в экономике северного соседа и обмен санкциями с Западом, известно всем, поэтому ничего хорошего вариант дальнейшего ослабления России нам не сулит. Однако и быстрый подъем российской экономики, включая значительное укрепление рубля, чреват весьма значительными потрясениями для Казахстана.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 21 июня 2016 > № 1799347 Тулеген Аскаров


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 18 июня 2016 > № 1827741

Интервью Михаила Меня информационному агенству «Rambler News Service»

Глава Минстроя Михаил Мень в интервью RNS рассказал о санации СУ-155, налоговых вычетах на аренду жилья и о том, почему строительство по типовым проектам не станет возвращением в «Иронию судьбы».

Первый зампред правительства Игорь Шувалов в ходе сессии ПМЭФ дал поручение Минстрою разработать льготы для рынка арендного жилья. Каких позиций это коснется?

Первое, что я хочу сказать, — законодательная база была создана Минстроем совместно с АИЖК в течение последних 1,5 лет. Был принят соответствующий закон, выстроен понятийный ряд, определены все позиции. Кроме того, было выпущено пять подзаконных актов, которые это регулируют. Но сегодня очевидно, что время предъявляет новые требования.

Мы обозначили три позиции, по которым мы и должны двигаться дальше для изменения нормативно-правовой базы. Это меры налогового стимулирования, в том числе отмена налога на имущество по наемным домам. Если не отмена, то корректировка. Это очень важный вопрос. Мы постараемся до конца года выстроить вместе с Минфином единую позицию. Второй момент — это механизм регистрации или, как раньше мы говорили, прописки для граждан, которые планируют жить в наемных домах, в том числе апартаментах. Тоже достаточно необходимый механизм. Третье — предоставление налоговых вычетов по расходам физических лиц на аренду по аналогии с вычетами при покупке жилья. И, наконец, последнее, что предстоит разрабатывать, — этим предстоит заниматься АИЖК при нашей поддержке, безусловно, — создание условий для привлечения средств частных и институциональных инвесторов в строительство арендного жилья с использования механизмов ЗПИФ (закрытых паевых инвестиционных фондов. — RNS).

Я думаю, это как раз то, что может в сумме сработать, потому что обычные рыночные механизмы при такой ставке ЦБ, при такой стоимости денег, работать не будут. Нужны точечные решения. Конечно, мы понимаем, что пилотные проекты, которые сейчас разрабатываются совместно с АИЖК, смогут сработать в крупных городах — Москве, Санкт-Петербурге или в тех субъектах Российской Федерации, где ведется строительство крупных промышленных предприятий, где необходимо привлечение трудовых ресурсов, обеспечение их мобильности. Например, на Дальнем Востоке строится судостроительный завод «Звезда», мощное предприятие. «Роснефть» занимается этим проектом. В случае если «Роснефть» даст гарантии заполнения жилья, то здесь АИЖК готово инвестировать даже часть своих средств для реализации этого проекта. Но на самом деле рыночные примеры даже при сегодняшней цене ресурса есть. Недавно мы выезжали посмотреть, как это работает в Калужской области. Очень интересный проект, расположенный недалеко от Обнинска, где достаточно мощный индустриальный парк, нуждающийся в рабочих руках. Это работает, поэтому здесь очень серьезный маркетинг необходимо проводить, прежде чем принимать решение о подобного рода инвестициях. А за нами — шлифовка нормативной базы.

Девелопер «Интеко» планирует выделить часть квартир в своих новостройках под арендное жилье. Какие-то другие компании готовы подключиться?

У «Интеко» мы видели интересную модернизацию серии И-209а, к которой мы привыкли и к которой скептически относимся. Но там основа неплохая на самом деле, они перепроектируют эту серию, планируют торцевые окна и т. д., но совершенно иные конфигурации квартир. Это, кстати, интересно. Помимо «Интеко», еще есть интересная программа. Я знаю, что АИЖК ведет переговоры с компанией Capital Group по одному из пилотных проектов и с рядом крупных компаний, которые могут сделать какие-то интересные проекты.

Министр промышленности и торговли Денис Мантуров предложил ввести льготную ипотеку на покупку деревянных домов. Какова ваша позиция по этому вопросу?

Этот вопрос мы обсуждали на совещании под руководством председателя правительства Дмитрия Медведева. По оценке АИЖК, сегодня сделать отдельную ипотечную программу по одному из видов субсидирования одного из видов домостроения достаточно сложно. Поэтому мы предлагаем пойти по следующему пути: у нас на выходе закон — совместное детище с нашими партнерами из Государственной думы, — закон о проектах повторного применения, или, как мы называем, типовые проекты. Абсолютно по всем сегментам рынка — начиная от социальной инфраструктуры и заканчивая жильем. Еще раз хочу подчеркнуть, что нас пытаются упрекнуть, что мы опять хотим загнать страну в так называемую «Иронию судьбы, или с легким паром», в которой рассказывается о типовых, одинаковых домах, но архитектурные решения, или, как говорят архитекторы, архитектурные «рубашки», могут быть абсолютно разными. Речь идет о типовом конструктивном решении. После вступления этого закона в силу типовое проектирование для всех органов государственной власти — от федеральных до муниципальных — будет обязательным.

Сегодня мы предлагаем компаниям — производителям конструкций деревянного домостроения сделать набор типовых проектов, для того чтобы эти типовые проекты вошли в обязательный реестр. Сегодня уже мы провели переговоры с руководством АФК «Система», которые также владеют несколькими крупными лесоперерабатывающими комбинатами, в том числе в Карелии и Ленинградской области. Мы им предлагаем самостоятельно сделать такие проекты повторного применения: проект деревянной школы для небольшого населенного пункта, детского сада, многоквартирного двух-трехэтажного дома, ФАПа (фельдшерско-акушерского пункта. — RNS) и т. д. Мы эти проекты поместим в базу типовых проектов, в которой уже почти 300 проектов. Оттуда будут черпать информацию все органы государственной власти. И, конечно, регионы, в которых лесопереработка на серьезном уровне, обратят на это внимание, если это будут эффективные с точки зрения экономики проекты. Деревянное домостроение бывает разным — затратным или совершенно недорогим в производстве.

Банк «Российский капитал» создал государственного застройщика для завершения проектов СУ-155 Михаила Балакина. Можно ли говорить о том, что новая компания сможет впоследствии участвовать в санации других девелоперов и станет застройщиком-санатором?

Опыт по условному санированию СУ-155 неплохой. Я сам езжу по регионам, был недавно в Туле, Иваново и ряде других субъектов. Мы видим, что люди успокоились, они видят, что государство их спасает. Не группа компаний СУ-155, а государство спасает людей: там почти 30 тысяч обманутых дольщиков образовалось. Слава богу, у компании есть ряд активов и пассивов, и «Российский капитал» сейчас работает над тем, чтобы, реализовав эти активы, в том числе и земельные, чтобы можно было выйти хотя бы в ноль. По их расчетам, на это потребуется не менее пяти лет. Даже не менее семи.

Но пять, семь или три — это будет зависеть от общей экономической ситуации, потому что вчера, например, два лифтовых завода, которые входят в число активов группы компаний СУ-155, могли бы закрыть все проблемы. А сегодня стоимость этих заводов уже меньше. То есть все зависит от макроэкономических показателей, от них можно будет отталкиваться и говорить о каких-то сроках. Понятно, что это долгоиграющая история, но она связана не со спасением компании, а со спасением людей, которые попали в сложную жизненную ситуацию из-за неграмотных экономических расчетов руководства СУ-155.

Второй момент заключается в том, что, конечно, этот опыт не хотелось бы тиражировать, так скажем. Но для того, чтобы подстраховать подобные ситуации, этот опыт может быть востребован. В том числе, на базе компании, создаваемой «Российским капиталом», потому что «Российский капитал» — это банк и, конечно, они создают компетентную профильную компанию. По нашей рекомендации направлены серьезные профессионалы в команду, и я думаю, что сейчас у них дело пойдет гораздо более динамично. Помимо этого, будет создаваться государственный компенсационный фонд вместо страховых компаний, который будет в случае каких-то проблем решать вопросы с компенсацией в случае потерь инвестиций. Возможно, эти конструкции в дальнейшем можно будет как-то склеить.

Передать средства государственного компенсационного фонда в управление «Российского капитала»?

Вполне возможно, но пока говорить об этом рано, потому что в поправках к ФЗ-214, которые были одобрены профильным комитетом Госдумы, предполагают в качестве основной позиции, что фонду — быть. Это некое политическое решение, озвученное президентом на Госсовете. Дальше будем разрабатывать подзаконные акты. Впереди большая работа, большая дискуссия, большой разговор.

«Rambler News Service»

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 18 июня 2016 > № 1827741 Михаил Мень


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2016 > № 1789981

Беседа Дмитрия Медведева с губернатором Владимирской области Светланой Орловой.

Стенограмма начала беседы:

Д.Медведев: Светлана Юрьевна, у вас всегда интересно бывать, вы человек энергичный. Считаю, что за последнее время регион стал гораздо активнее развиваться. Это очень важно, тем более что у региона очень хорошее расположение, потому что вы между двумя столицами, такое очень мощное туристическое место.

Тем не менее, помимо развития бизнес-составляющей, очень важно заниматься социальными вопросами. Мы с вами сейчас ехали, затрагивали несколько тем, которые, по сути, измеряют социальное самочувствие региона, – детские сады, школы и строительство жилья. Как обстоят дела с этими тремя позициями, что удалось сделать за последнее время и каковы перспективы?

С.Орлова: Дмитрий Анатольевич, спасибо большое за оценку. Действительно, что касается школ – хорошая программа. Мы сдали в прошлом году три новые школы и в этом – сдаём тоже три новые школы.

Нам помогло Правительство Российской Федерации, 500 млн выделило на новейшую школу во Владимире.

По детским садам. От года до трёх – эту проблему мы практически решили. В этом году сдали два детских садика – в Камешкове и Кольчугине. Великолепные детские сады, очень хорошее настроение у ребят, у родителей. И до 2017 года мы закрываем всё, что осталось по детским садикам.

По жилью. 646 тыс. кв. м мы сдали. Хорошая программа жилья экономкласса, она у нас успешно пошла. Сейчас есть небольшой спад по ипотеке, но в целом эта программа идёт хорошо, и очень благодарны семьи.

По многодетным семьям у нас программа. Дома они строят. Они строят, это Кольчугинский район и Ковровский район. Мы выдаём по 200 кубов леса, потому что, слава богу, лес у нас есть, больше пилили из-за жучка, так теперь хоть на дело лес идёт. Помимо этого по дольщикам мы программу для 120 человек завершили и в течение следующих лет закрываем в целом программу по дольщикам, у нас всё расписано. Люди очень довольны, ведь они получают жильё, которое ждали по пять-десять лет.

Если говорить по экономике, конечно, большую помощь нам оказали корпорации. Я очень благодарна за поддержку, Дмитрий Анатольевич, потому что идёт рост станкостроения: «РЖД» – большой заказ по Мурому; «Вояж» – это Камешково, это обшивка вагонов, крупнейшее наше предприятие; стрелочный завод. Это и то, что касается «Газпрома». Большой заказ они дали сегодня нашим предприятиям. Вот за пять месяцев плюс 10% у нас налогов и 18% налога на прибыль.

По инвестициям. Никто из инвесторов не ушёл. Мы сдали «Генериум», сдаём в 2018 году фабрику по производству суспензии от рака, сдали «Мондэлис» (там печенья делаются),«Де Хёс» (это прикорм для животных). Сельское хозяйство хорошо идёт, мы плюсуем по молоку, и первые сегодня в ЦФО. Сельское хозяйство стало драйвером экономики.

Д.Медведев: Это здорово на самом деле, надеюсь, что так и дальше будет. Что касается социальных программ, то они остаются важнейшими. По поводу школ мы ещё с вами обсудим. Надо всё распланировать, расписать, каким образом и когда что будет вводиться, потому что эта программа у нас и в масштабах страны рассчитана на 10 лет. Вы мне сказали, сколько приблизительно нужно будет в общей сложности построить у вас во Владимирской области, с учётом потребностей в ремонтах и создании новых школ. Нужно будет расписать и методично, год за годом создавать базу для новых школ, естественно, не забывая ремонтировать то, что у нас так или иначе приходит в негодность. В общем, это такой процесс, который постоянный характер носит.

Но самое главное – видеть перспективу, потому что мы должны школьную программу за ближайшие 10 лет полностью закрыть по стране. Надеюсь, то же самое и у вас будет.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2016 > № 1789981 Светлана Орлова


Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 6 июня 2016 > № 1780355

Топ-10 страховщиков держат 80% рынка

2015 год и начало 2016 года характеризуются паднием спроса на рынке корпоративного страхования. Тем не менее крупнейшие страховщики сохраняют позиции. О проблемах развития страхования корпоративных рисков мы поговорили с Алексеем Володиным, заместителем генерального директора ВТБ Страхование

Алексей, с чем рынок корпоративного страхования начал 2016 год? Какие прогнозы и тенденции подтвердились? Какие основные тренды в 2016 году?

Алексей Володин: 2016 год, в целом, повторяет то, что мы видели в 2015 году. По крайней мере, по нашим предварительным данным за 1 квартал 2016 года вырисовывается похожая картина — это второй кризисный год, с приблизительно той же динамикой практически по всем линиям бизнеса, кроме ОСАГО. Рост рынка в 2015 году на 3,6% основывался на повышении тарифов по ОСАГО с апреля 2015 года, к настоящему моменту этот рост уже отыгран (а без учета ОСАГО рынок упал бы на 3,8%). Реальный рост показывают только два сегмента — страхование жизни и страхование имущества физических лиц, там есть нереализованный потенциал, уровень проникновения пока крайне низкий. Будет прирастать ДМС — на размер инфляции стоимости услуг ЛПУ. Все остальное будет стагнировать, как и в 2015 году, по крайней мере, по итогам прошедших 4 месяцев эта тенденция сохраняется.

А что вы видите по вашей компании? Тоже стагнация?

Алексей Володин: ВТБ Страхование, в отличие от рынка, показало реальную положительную динамику, при том, что моторное страхование не является нашим приоритетом (менее 10% от сборов). Наша доля на страховом рынке растет по ряду причин, главная из которых — нам удается выигрывать в конкуренции, привлекать клиентов из других страховых компаний. Наша достаточно агрессивная стратегия в отношении нашего ключевого сегмента — крупного корпоративного, индустриального бизнеса — дает свои результаты. По итогам 2015 года корпоративный портфель компании вырос на 21%. Значимая часть этого бизнеса переходит от средних страховщиков, компаний за пределами топ-10. До кризиса клиенты, даже достаточно крупные, были готовы с ними сотрудничать, но сейчас ищут более надежных партнеров. Как итог, например, по страхованию имущества юридических лиц у нас наблюдался прирост сборов в 2 раза до 3 миллиардов рублей, в то время как на рынке было падение на 11%.

Каков масштаб влияния кризиса на корпоративное страхование? Сократились ли бюджеты предприятий на страхование, на чем экономят в первую очередь?

Алексей Володин: Кризис, конечно, оказал влияние на рынок корпоративного страхования. В первую очередь снижается количество реализуемых инфраструктурных проектов, а значит и страхования таких объектов. Рынок страхования имущества юрлиц впервые с 2013 года снизился на целых 11%, крупнейшие страховщики сократили свои портфели. С другой стороны, ВТБ Страхование увеличило свой портфель в этом сегменте на 89%.

При этом умеренный рост показывает сегмент ДМС. В основном это связано с инфляцией на медуслуги. Хотя при этом, объективный спрос на ДМС снижается. Некоторые предприятия, где был широкий социальный пакет, предлагают перейти на ЛПУ попроще, чтобы оптимизировать стоимость страхования. От страхования имущества никто не отказывался. В спецрисках и ответственности, где страхование, по сути, обязательно — тем более.

Алексей Володин

Заместитель генерального директора ВТБ Страхование

В страховании имущества мы сталкивались с другой проблемой. Когда началась волатильность курса доллара, многие клиенты захотели зафиксировать страховую сумму и премию в рублях, хотя до этого они были номинированы в долларах или евро. Нам пришлось провести довольно большую информационную работу с клиентами. Мы объясняли, что если говорить о восстановительной стоимости и указывать сумму в рублях, то при убытке, когда будет, утрачено, например, оборудование, которое закупается за валюту на Западе, выплаты в рублях не хватит — сработает оговорка о недостраховании и пропорциональной выплате. И откуда тогда клиент будет брать недостающую часть средств? В итоге практически все клиенты либо ничего не стали менять, либо перешли на так называемые «трехвалютные договоры» или «двухвалютные договоры». В них отдельно выделяется рублевая составляющая (все то, по чему можно определить восстановительную стоимость в рублях — конструктивные элементы, строения и т.д.), а уникальное оборудование, которое заказывают за рубежом, номинируется в валюте и при страховом случае возмещается с учетом изменившегося курса.

Никакой другой активности страхователей, никаких вопросов «у нас не хватает бюджета, подскажите, что делать, иначе мы вообще ничего страховать не будем» — практически не звучало нигде.

В кризис наблюдается перераспределение рынка в сторону крупнейших страховых компаний, поскольку клиенты не уверены, выживет ли та или иная компания. Насколько актуален этот тренд?

Алексей Володин: Да, безусловно, такой тренд есть. Это обычная практика: в кризис клиенты переходят к крупнейшим страховщикам, которые обладают достаточным капиталом, чтобы нести ответственность перед своими клиентами. По итогам 2015 года топ-10 страховщиков держат 80% рынка.

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 6 июня 2016 > № 1780355 Алексей Володин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 мая 2016 > № 1769075

Встреча Дмитрия Медведева с членами Общероссийского объединения работодателей «Российский союз промышленников и предпринимателей» (РСПП).

В повестке: о реформе администрирования системы обязательного социального страхования и других неналоговых платежей, о развитии системы третейского разбирательства.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Вчера у вас был профессиональный праздник, День предпринимателя. Коллеги, я вас поздравляю! Предпринимательство стало у нас уже, по сути, сословием российским, значительная часть людей себя относит именно к предпринимателям, и от того, как себя чувствуют предприниматели, зависит практически всё в экономике.

Мы с вами регулярно встречаемся – и со мной, естественно, и с моими коллегами вы проводите различные мероприятия, встречи. Такой диалог, безусловно, полезен, потому что важно слышать, с какими проблемами сталкивается бизнес, именно в таком укрупнённом формате получать обратный сигнал по поводу тех решений, которые приняты. Эти решения никогда не бывают идеальными, поэтому важно, чтобы такой обратный сигнал, фидбэк, так сказать, постоянно поступал в Правительство.

Сегодня нелегко, наверное, всем. Задачи по возобновлению роста экономики, по расширению доли несырьевой составляющей сохраняют свою актуальность, мы над этим работаем, в том числе и через механизмы поддержки предпринимательства. Есть у нас и относительно неплохие по нынешним меркам результаты. Во всяком случае по линии различного рода индикаторов типа Doing Business наши позиции последовательно улучшаются. По понятным причинам индикаторы – это всего лишь индикаторы, тем не менее это тоже важно.

С другой стороны, бизнесу важно не упустить время, более активно пользоваться возможностями, которые открываются, развивать экспортный потенциал, интенсивнее продвигать проекты на нашем внутреннем рынке. Скажем, наши производители неоднократно выступали за сохранение продовольственного эмбарго на аграрные товары, на сельхозтовары из стран, которые ввели санкции в отношении Российской Федерации или впоследствии к ним присоединились. Я поручил подготовить предложения по продлению ответных мер не на год, а до конца 2017 года. Будет, соответственно, подготовлено обращение к Президенту и оформляющее необходимые решения постановление Правительства. Поэтому те, кто занимается сельскохозяйственным бизнесом, агропромом, получат и более длительный горизонт планирования своих инвестиций, о чём они нас неоднократно просили – и крупные аграрные компании, и относительно небольшие. И получат возможность всё-таки посчитать, как и что будет происходить в более дальней перспективе.

Теперь в отношении рейтингов. Действительно, мы на них обращаем внимание, но финальную оценку, конечно, ставят не рейтинговые агентства (международные или наши внутренние), а сами предприниматели. Неоднократно предприниматели на разном уровне и мне, и моим коллегам говорили, что важнее льгот, преференций сам принцип стабильности, и понятно почему. Именно устойчивость подходов, стабильность регулирования создают важнейшее условие развития бизнеса. Вообще, насколько государство способно обеспечить предсказуемость правил на рынке, стабильность налоговой системы, гарантии защиты прав предпринимателей – это всё и определяет климат.

Главный показатель на самом деле такой, он связан с количеством частных компаний, которые готовы, хотят работать в нашей стране, потому что государство свои компании в обиду не даёт, это естественно, государство является их собственником. Но если частных компаний становится больше, значит мы идём в правильном направлении, если меньше – значит у нас есть проблемы.

Несколько моментов, которые касаются текущей повестки дня. Первое. Правительство начало реформу администрирования системы обязательного социального страхования. Взносы во внебюджетные фонды на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование теперь включены в систему налогов и сборов. Собирать их будет Федеральная налоговая служба – мы сегодня об этом поговорим, – при этом налоговики не включены в сам процесс формирования пенсионных и иных социальных прав людей, это не их обязанность. Все элементы взимания взносов, тарифы, льготы, естественно, сохраняются, но само администрирование переходит к единому администратору – Федеральной налоговой службе, которая является составной частью нашего Министерства финансов, что вполне логично.

Второй вопрос – это неналоговые платежи. Работа над проектом закона, который определяет принципы их начисления и взимания, уже началась, идёт инвентаризация подобных платежей, выработка подходов к созданию единой системы их регулирования. У крупного бизнеса, который у нас представлен в РСПП, есть свои идеи на этот счёт, думаю, их тоже можно было бы обсудить, а также вопросы, которые связаны с тарифами естественных монополий. Тема всегда актуальная. В этом году мы запланировали небольшую индексацию цен, в том числе цен на газ, но, понятно, никогда довольными все не бывают. Инфраструктурные монополии показывают нам свои расчёты, как им будет тяжело, в случае если мы не будем применять более высокую индексацию, – они не смогут инвестиции делать. С другой стороны, все остальные, в том числе промышленность, говорят о том, что такая индексация душит их развитие. И здесь дело Правительства – весьма, кстати сказать, непростое – найти баланс таких интересов.

Ещё одна тема, которую хочу сейчас анонсировать, – это третейское разбирательство. Мы об этом с вами тоже давно говорим. Дискуссия об активизации третейский судов идёт уже несколько лет. Здесь присутствуют коллеги, которые со мной это и лично обсуждали, и на совещаниях. Сейчас эта дискуссия перешла уже в область практики. Закон принят в конце прошлого года. В его подготовке активное участие принимали члены РСПП, за что большое спасибо.

Благодаря их инициативе появился новый вариант некоммерческой организации, при которой создаётся постоянно действующий арбитраж.

Оценивать выполнение требований закона, его действенность в бизнес-кругах, конечно, будете вы сами, будет совет по совершенствованию третейского разбирательства, тем более что туда должны быть включены и представители делового сообщества, и, конечно, юристы.

Давайте поговорим об этих и иных вопросах.

Для начала разговора передаю слово президенту объединения работодателей «Российский союз промышленников и предпринимателей» Александру Николаевичу Шохину. Пожалуйста.

А.Шохин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Уважаемые коллеги, несмотря на кризис, действительно, как сказал Председатель Правительства, за последнее время удалось добиться серьёзных успехов по целому ряду застарелых проблем бизнеса, и те же рейтинги Doing Business подтверждают, что по таким вопросам, как подключение к электросетям, регистрация предприятия и так далее, мы продвинулись очень сильно.

Но одновременно к старым проблемам добавляются новые, и среди этих проблем я хотел бы просто назвать как минимум две системные: во-первых, параллельно с работой Открытого правительства, Экспертного совета при Правительстве, общественных советов и так далее наблюдается рост закрытости органов власти, которые ранее были достаточно открыты для предпринимательского сообщества и для совместной работы. В частности, многие ФОИВ (федеральные органы исполнительной власти) злоупотребляют грифом «Для служебного пользования», даже на такие публичные решения, как поправки в Налоговый кодекс. Внесение идёт, понятно, по укороченной программе, но не должен гриф «ДСП», сокращая процедуры, в то же время отторгать бизнес от обсуждения этих вопросов.

Иногда, мы понимаем, технологически гриф «ДСП» ставится не для того, чтобы что-то утаить от прессы или от бизнеса, а просто времени не хватает для того, чтобы пройти стандартную процедуру типа ОРВ (оценка регулирующего воздействия) и так далее. Но можно продумать какую-то укороченную процедуру публичного обсуждения, и может быть, по решению Председателя Правительства такую укороченную процедуру в конкретных случаях можно было бы устанавливать, но не злоупотреблять этим грифом. Может быть, и в регламенте Правительства такие прописать технологии. В частности, было бы правильно запретить ставить эти грифы на законопроекты, кроме тех, которые относятся к оборонному сектору, к отдельным приложениям к федеральному бюджету и так далее.

Не всегда доклады, подготовленные во исполнение поручений Президента, Председателя Правительства, доклады по реализации «дорожных карт», решения, которые готовятся по итогам встреч с бизнесом, размещаются в публичном доступе. Поэтому, конечно, хотелось бы, чтобы и здесь тоже было взаимопонимание у нас.

Как Вы правильно отметили, Дмитрий Анатольевич, не хватает нам предсказуемости и прогнозируемости социально-экономической политики. Позавчера на заседании президиума экономического совета у Президента все докладчики фактически начинали с того, что необходимо повысить предсказуемость экономической политики. Мы, РСПП, безусловно, поддерживаем эту тему. Мы понимаем прекрасно, что подготовка стратегических документов – «Стратегии-2030», иных стратегических документов по отдельным направлениям – это достаточно длительный процесс, но мы хотели бы на ранних подступах, что ли, участвовать вместе с соответствующими ведомствами в этой работе. Та же «Стратегия-2030». Хорошо начали в декабре прошлого года, создали рабочие группы (хотя не во все из них бизнес был приглашён), а потом в связи с переносом на год этой работы всё застопорилось, хотя, я так понимаю, перенос делался для того, чтобы, наоборот, качественно эту работу сделать, а не притормозить её.

И если говорить уже о конкретных сюжетах, то, безусловно, они касаются, как было отмечено, и системы соцстраха, и фискальной нагрузки. В частности, при передаче функции администрирования страховых взносов от страховщиков в Федеральную налоговую службу мы, безусловно, хотели бы, чтобы чётко было зафиксировано сейчас, что передаётся именно администрирование сборов. И там много вопросов, которые ФНС предстоит решать, с тем чтобы, как мы и договаривались на ранних этапах обсуждения этого закона, административная нагрузка была снижена при новом администраторе. В частности, и количество проверок было снижено, и количество различного рода платёжек, и так далее. Мы считаем, что не надо сейчас перегружать соответствующее законодательство поправками субстантивного толка, потому что они на самом деле могут и помешать выстроить качественное администрирование.

В частности, очень много дискуссий сейчас идёт (может быть, в силу того, что гриф «ДСП» не ставится, правда) по поводу того, что можно и пороги убрать, и в целом увеличить страховые взносы в те или иные фонды или реформировать некоторые элементы пенсионной системы и так далее. Нам кажется, что в равной степени и к налогам относится, и к страховой системе положение Послания Президента о моратории на повышение фискальной нагрузки до 2018 года включительно. Здесь было бы правильно, обсуждая эти темы, как говорится, готовиться к тому, что будет после 2018 года, но не пытаться сейчас с колёс как бы вбросить отдельные элементы, вырывая их из стратегических документов. В частности, стратегия пенсионной системы у нас существует, это повод для такого длительного, серьёзного обсуждения и компромисса между социальными партнёрами, ведомствами и так далее.

В то же время сейчас, когда обсуждаются те или иные элементы реформирования пенсионной системы, то лишь отдельные элементы обсуждаются, которые явно облегчают нагрузку на федеральный бюджет по трансфертным и иным аспектам. Нам кажется, что этот подход как раз неправильный, поскольку многие элементы тогда либо останутся в тени, либо потом, как говорится, тихой сапой будут изменены. Это касается и существующего тарифа, и судьбы накопительной пенсионной системы, и так далее.

Мы хотели бы, например, в этих вопросах, наоборот, зафиксировать долговременность и стабильность. Например, тариф 22% в пенсионную систему действует как льготный и временный, ежегодно мы его продлеваем. Поэтому хотелось бы лучше на 10 лет, как минимум на пять лет зафиксировать этот тариф. Пусть он даже называется льготным, но чтобы он не менялся, потому что годовое продление оптимизма не добавляет.

Есть какие-то вопросы, которые, не затрагивая системы в целом, той же нагрузки на бизнес, мы давно обсуждаем, и можно было бы их решить. В частности, мы давно обсуждаем, что социальные фонды можно было бы передать под управление социальных партнёров. Социальные партнёры присутствуют в правлениях всех фондов, но это не реальное партнёрское управление, поэтому было бы правильно, наверное, даже в нынешнем политическом цикле, так сказать, решить этот вопрос.

Теперь по фискальной нагрузке. Я не буду обсуждать все темы, связанные с администрированием. Хотел бы, чтобы, может быть, Михаил Владимирович (М.Мишустин) нам рассказал, как реально будет улучшено администрирование, чтобы не просто смена администратора была, в контексте, о котором я говорил, и чтобы Министерство финансов подтвердило, что роста фискальной нагрузки через упрощение технологии типа снятия порогов тоже не будет.

Если говорить о фискальной нагрузке, то я напомню коллегам, которые участвовали в наших съездовских дебатах, что мы на съезде презентовали методологию оценки совокупного уровня фискальной нагрузки на бизнес, провели соответствующие расчёты. Мы предлагаем считать эту фискальную нагрузку как соотношение суммы налоговых платежей за вычетом налогов на доходы физлиц в консолидированный бюджет, а также взносов в социальные фонды и страховых премий на обязательное страхование ответственности владельцев опасных производственных объектов и соотносить это с валовой добавленной стоимостью за вычетом амортизации.

Минэкономразвития в принципе поддержало нашу методологию. Нам хотелось бы, чтобы Минфин отреагировал. Соответствующее поручение Президента есть, но нам хотелось бы, чтобы уже в текущие Основные направления налоговой политики был включён раздел, который подтверждает эту методологию как совместную, понятную и бизнесу, и Минфину, и другим ведомствам. Если сумеем это сделать, нам легче будет оценивать каждую налоговую новеллу с точки зрения изменений совокупной фискальной нагрузки.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 мая 2016 > № 1769075 Дмитрий Медведев, Александр Шохин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 26 мая 2016 > № 1767064

Заседание Правительства.

В повестке: об исполнении федерального бюджета и бюджетов государственных внебюджетных фондов за 2015 год; об эффективности выполнения государственных программ.

Стенограмма:

Д.Медведев: Бюджетная проблематика является у нас сегодня основной на заседании Правительства. Но прежде чем мы к ней обратимся, хочу сообщить, что я подписал распоряжение о создании Агентства по технологическому развитию, которое давно планировалось к запуску. Оно будет заниматься трансфером перспективных российских и иностранных технологий, развитием высокотехнологичного производства промышленной продукции, будет помогать нашим компаниям в получении патентов, ноу-хау, содействовать продвижению в России проектов, которые направлены на локализацию технологий, и поддерживать наш бизнес при проведении лицензионных сделок и создании совместных производств.

Всё это будет способствовать импортозамещению, повышению конкурентоспособности наших компаний за счёт их модернизации и росту несырьевого экспорта. Эти направления остаются важнейшими для развития российской экономики.

Перед агентством поставлена задача по выходу на самоокупаемость, что тоже немаловажно.

Теперь по повестке. Мы рассмотрим итоги исполнения в 2015 году бюджета нашей страны, бюджетов так называемых внебюджетных фондов, то есть Пенсионного фонда, Фонда социального страхования и Фонда обязательного медицинского страхования, и обсудим эффективность выполнения государственных программ. Мы входим в следующий бюджетный цикл, поэтому важно проанализировать, какие результаты мы имеем по итогам прошедшего года.

Начну c федерального бюджета. В соответствии с Бюджетным кодексом отчёт о его исполнении после рассмотрения на Правительстве будет представлен в Государственной Думе и Счётной палате. Подробнее по этой тематике доложит Министр финансов. Назову несколько моментов.

Вы, конечно, хорошо знаете условия, в которых мы работали в течение прошлого года. Мы этот период прошли. Ситуация в целом всё-таки меняется. Меры, которые мы предпринимали, свой эффект дали, о чём было сказано в ходе отчёта Правительства в Государственной Думе. Бóльшая часть этих мер была профинансирована из федерального бюджета, в том числе в рамках выполнения плана первоочередных мер по стабилизации экономики.

В чём была основная трудность? Проводя оптимизацию бюджетных расходов, которая, к сожалению, была неизбежна, как это ни трудно и больно было делать, нужно было тем не менее сохранить хотя бы минимально необходимый уровень бюджетных инвестиций, не разгоняя инфляцию, не увеличивая существенно дефицит бюджета, продолжить финансирование важнейших инфраструктурных проектов и программ импортозамещения, а также жилищного строительства, поддержать ключевые отрасли промышленности, сельского хозяйства и, конечно, помогать регионам исполнять социальные обязательства.

Д.Медведев: «Доходы бюджета превысили 13,5 трлн рублей. Больше половины доходной части (больше 57%) было сформировано за счёт доходов, которые не связаны с продажей нефти и газа».

Второе. Мы завершили прошлый год, имея стабильную бюджетную систему, что, собственно, отмечают все, кто её анализируют, – агентства рейтинговые, да и вообще те, кто следит за развитием нашей экономики, консультанты. Мы имеем весьма значительные резервы пока, низкий уровень государственного долга и бюджетного дефицита. По итогам прошлого года он составил 2,4% от ВВП. При нынешнем состоянии экономики это вполне приличный результат.

Доходы бюджета превысили 13,5 трлн рублей. Больше половины доходной части (больше 57%) было сформировано за счёт доходов, которые не связаны с продажей нефти и газа. Это изменение структуры доходов, очень важное изменение, хотя оно имеет и свои причины, не только связанные с перестройкой экономики, но и причины конъюнктурного порядка. Я напомню, что в 2014 году этот уровень не дотягивал даже до 49%. Израсходовано по кассовому исполнению около 15,5 трлн рублей, это несколько меньше, чем планировалось.

Третье. Больше всего средств из федерального бюджета было, как и прежде, направлено на финансирование социальной политики, это приблизительно 27,3% бюджета. На поддержку регионов тоже значительные средства пошли: объём трансфертов превысил 1 трлн 600 млрд рублей. Деньги эти использовались на выравнивание социальной и медицинской помощи, на государственные и муниципальные услуги и целый ряд других направлений.

Четвёртое – это кассовое исполнение бюджета. Вопрос технический, но тем не менее всё равно важный. В целом в прошлом году расходы федерального бюджета исполнены на достаточно высоком уровне – 98,5% к уточнённой бюджетной росписи. Это неплохо, но, к сожалению, нам пока не удаётся избавиться от так называемого навеса, когда значительная часть денег начинает использоваться к концу года. В IV квартале прошлого года была израсходована почти треть бюджетных денег, причём 16% пришлось на декабрь. Эта ситуация улучшается год от года, это тоже правильно, но, к сожалению, пока она не идеальна. Нужно обязательно этому уделить внимание не только Министерству финансов, но и всем другим министерствам, которые являются главными распорядителями бюджетных средств.

Ещё одна тема касается эффективности расходования бюджета. Речь идёт о государственных программах. Через этот механизм проходит больше половины бюджетных расходов по открытой части, Минэкономразвития представляет доклад об их исполнении по итогам прошлого года. Было 39 государственных программ, общий объём их финансирования – 7,5 трлн рублей, 4 трлн, чуть меньше, привлечено из региональных и муниципальных бюджетов.

Если говорить в целом, то по тем индикаторам, которые использует Минэкономразвития, далеко не по всем программам работа ведётся эффективно. Приблизительно половина программ считается весьма эффективной, другая половина реализуется хуже, чем нужно было бы. Это разговор, который не сегодня возник. Есть и объективные предпосылки, и, наверное, субъективные проблемы. Будем дальше в этом разбираться.

Д.Медведев: «Больше всего средств из федерального бюджета было, как и прежде, направлено на финансирование социальной политики, это приблизительно 27,3% бюджета. На поддержку регионов тоже значительные средства пошли: объём трансфертов превысил 1 трлн 600 млрд рублей».

Теперь об исполнении бюджетов государственных внебюджетных фондов – пенсионного, социального страхования и обязательного медицинского страхования. В 2015 году доходы фондов росли, что позволило исполнить все социальные обязательства. За счёт государства оказывалась бесплатная медицинская помощь, которая гарантирована базовой программой ОМС, в полном объёме выплачивались пенсии, больничные и пособия. Там, где это требовалось, мы выделяли возможную дополнительную помощь.

Обязательное медицинское страхование исполнялось в рамках тех правил, которые устанавливал фонд. Все финансовые обязательства были исполнены на 100,9% по оплате медицинской помощи в рамках базовой программы. Также в регионах выделялось финансирование высокотехнологичной помощи, которая не включена в базовую программу, – свыше 82 млрд рублей. Финансировали компенсационные выплаты медикам, которые переехали на село. Это важная программа, всё время мы о ней говорим во время встреч с селянами.

Деньги также шли на медицинскую помощь женщинам во время беременности, в родовой и послеродовой периоды; на проведение профилактических медосмотров детей в течение первого года жизни; на программу развития перинатальных центров (несмотря на крайне сложную финансовую ситуацию, мы её не остановили и продолжили исполнять). Считаю, что это весьма и весьма полезно для нашей страны было. В прошлом году фонд выделил на это все 100% запланированных средств.

Основная часть денег Фонда социального страхования перечислялась на выплаты пособий в связи с материнством и уходом за ребёнком – это 270 млрд рублей с лишним, а также по временной нетрудоспособности – это порядка 194 млрд рублей. Это, собственно, те обязательства, которые покрываются за счёт Фонда социального страхования.

Д.Медведев: «Через механизм государственных программ проходит больше половины бюджетных расходов по открытой части. Было 39 государственных программ, общий объём их финансирования – 7,5 трлн рублей, 4 трлн, чуть меньше, привлечено из региональных и муниципальных бюджетов».

Что касается Пенсионного фонда, он сейчас несёт серьёзную нагрузку. В последние годы мы принимали меры, чтобы пенсионная система была устойчивой, даже с учётом проблем, которые в ней накопились, совершенствовали тарифную политику, реформировали институт досрочных пенсий, вносили изменения в накопительный компонент, повышали надёжность негосударственных пенсионных фондов. В результате всё-таки несколько снижена зависимость бюджета Пенсионного фонда от трансфертов из федерального бюджета. Нужно и дальше мобилизовать собственные возможности. Увеличение поступления страховых взносов по обязательному пенсионному страхованию также является важнейшей задачей фонда.

По остальным позициям доложат коллеги. Первым выступает Антон Германович Силуанов.

А.Силуанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Прошлый год стал годом больших стрессов для российской экономики и бюджета. Снижение поступлений иностранной валюты в страну составило 13% валового внутреннего продукта – такого снижения страна не знала даже в 80-е годы прошлого столетия. Принятые в ответ на изменившуюся ситуацию меры в бюджетной и денежно-кредитной сфере позволили экономике пройти процесс первичной адаптации быстрее и с наименьшими последствиями.

В 2015 году произошло изменение структуры экономики, увеличилась доля ненефтегазовых торгуемых секторов, а доля неторгуемых секторов сократилась, произошёл существенный рост прибыли и уровня рентабельности. Особенно это показательно в таких отраслях, как сельское хозяйство, внутренний туризм, химическая, пищевая промышленность, деревообработка и целый ряд других. Положительная динамика этих секторов, отраслей возникла не только благодаря той поддержке, которую бюджет оказывал в рамках мер реагирования, но и в рамках тех макроэкономических последствий от бюджетной политики, которую мы реализовывали.

Принятые решения по оптимизации бюджетных расходов, по аккуратному подходу к текущим обязательствам способствовали быстрой подстройке экономики к новым условиям, стабилизации ключевых макроэкономических показателей.

Удалось сдержать дефицит бюджета. За прошлый год дефицит бюджета составил 2,4% ВВП. Такой уровень дефицита способствовал стабилизации денежной кредитной политики и снижению инфляции. Поскольку основным источником денежного предложения в прошлом и текущем году является бюджет, дефицит бюджета, общий объём денежной массы в прошлом году вырос на 11,5%.Основным источником был также дефицит бюджета, поэтому ограничение дисбаланса бюджета является одним из ключевых макроэкономических параметров.

Основным источником финансирования дефицита бюджета стали накопленные средства резервного фонда, позволившие избежать чрезмерного сокращения расходов и обеспечить реализацию первоочередных антикризисных мероприятий. По итогам прошлого года было израсходовано 2,6 трлн рублей из резервного фонда. Все заимствования, которые мы осуществляли на внутреннем рынке, пошли на погашение и расчёты как по внутренним, так и по внешним долгам.

Доходы. На фоне значительного снижения общего объёма поступлений существенно изменилась структура доходов. Доля нефтегазовых доходов впервые снизилась ниже 50% и составила по итогам года 43% всех доходов. В I квартале текущего года эта доля и дальше продолжала снижаться и составляет 34% от всех доходов бюджета.

Расходы исполнены в сумме 15,6 трлн, или 98,5% к уточнённой росписи. Особенностью исполнения 2015 года стало то, что практически все остатки, которые остались по итогам года, а это около 200 млрд рублей, были мобилизованы и пошли в большей части на увеличение антикризисного фонда, который мы задействуем в текущем году. Кроме того, необходимо отметить, что по сравнению с 2014 годом снизились остатки средств как в автономных и бюджетных организациях, так и в субъектах Российской Федерации.

Особенностью прошлого года было то, что продолжался рост в значительных объёмах дебиторской задолженности. Об этом мы и несколько совещаний проводили, и неоднократно говорили. Общая дебиторская задолженность увеличилась на 700 млрд рублей и составила 3,3 трлн рублей. Она продолжает расти и в текущем году, поэтому министерствам и ведомствам – главным распорядителям бюджетных средств необходимо уделять внимание авансированию и финансированию исполнения своих бюджетов, с тем чтобы дебиторская задолженность не увеличивалась.

В прошлом году был отмечен рост и просроченной дебиторской задолженности, которая составила на начало текущего года 429 млрд рублей. Поэтому такая задолженность (как просроченная, так и просто дебиторская задолженность) была образована в результате авансирования в первую очередь силовых ведомств, где можно было авансировать до 100% предусмотренных бюджетных ассигнований на соответствующий год. Поэтому ещё раз обращаюсь к нашим коллегам из министерств и ведомств, с тем чтобы авансы, если уже предоставляются, то были под контролем и требовалось исполнение по этим авансам поставок, работ и услуг для государственных нужд.

Субъекты Российской Федерации. За прошлый год отмечено несколько положительных тенденций. Мы видим, произошёл умеренный рост доходов примерно на 4,5%, а налоговые и неналоговые доходы выросли на 6,2% при росте расходов на 1,4%. Основные источники роста – это налог на прибыль в связи с ростом общих объёмов прибыли прибыльных предприятий. Налог на прибыль увеличился на 7,3%, а налог на доходы физических лиц – на 4,2%.

В этих условиях значительно снизился дефицит – в 2,6 раза, до 171,5 млрд рублей. Это позитивный фактор, который позволил лишь несущественно нарастить государственный долг регионов, составивший 2,3 трлн рублей, или 36,5% к налоговым и неналоговым доходам. Рост государственного долга субъектов Российской Федерации в прошлом году замедлился впервые начиная с 2012 года и составил 11% – чуть выше, чем рост налоговых и неналоговых доходов субъектов Российской Федерации.

Действительно, есть ещё ряд регионов, которые находятся в зоне риска (таких регионов 14) – у них государственный долг выше 100% налоговых и неналоговых доходов. К таким регионам мы особенно относимся: заключаем с ними соглашения, требуем соблюдения уровня дефицита, контролируем бюджет субъектов Российской Федерации и изменения, которые вносятся в этот бюджет.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! В заключение хотел сказать следующее. В настоящее время Счётной палатой осуществляется внешняя проверка отчёта об исполнении федерального бюджета за 2015 год, результаты которой оформляются заключением Счётной палаты и будут внесены в Государственную Думу вместе с отчётом.

Хотел бы просить, также как и в прошлые годы, до утверждения сводного заключения палаты на коллегии предметно рассмотреть все замечания, которые были высказаны нашим аудитором, и в первую очередь по финансовой отчётности, потому что много неустранённых замечаний именно в рамках финансовой отчетности к исполнению бюджета за прошлый год. Речь идёт не о цифрах кассового исполнения, а о переоценке, сроках постановки на баланс имущества и так далее. Поэтому хотел бы обратить внимание: за короткое время нам нужно быстро внести необходимые изменения в части замечаний, высказанных Счётной палатой.

Кроме того, хотел бы также коллег ориентировать на то, что мы уже приступили к подготовке бюджета на 2017 год. Срок первого заседания бюджетной комиссии, на котором будут рассмотрены предельные объёмы бюджетных ассигнований, – 27 июня, поэтому нам нужно уже готовить предложения по проекту бюджета на следующий год.

Следующий год будет сложным годом в отношении подготовки бюджета: нам нужно будет сокращать дефицит бюджета, который также будет являться ключевым макроэкономическим параметром, ответственным за рост, за балансировку бюджета, за снижение инфляции и стабилизацию макроэкономических показателей. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Антон Германович. Давайте послушаем заместителя Министра экономического развития Евгения Ивановича Елина, о госпрограммах. А потом всё вместе обсудим.

Е.Елин (заместитель Министра экономического развития): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Правительства! Реализация государственных программ Российской Федерации в 2015 году осуществлялась в условиях значительной экономической неопределённости. В связи с этим было принято решение о приостановке действия отдельных положений Бюджетного кодекса, и госпрограммы не были приведены в соответствие с принятым законом о федеральном бюджете.

С одной стороны, указанные условия оказали негативное воздействие на реализацию госпрограмм в 2015 году, добавив ответственным исполнителям значительную долю неопределённости, но с другой стороны, особенности реализации позволили проверить способность ответственных исполнителей осуществить концентрацию ограниченных бюджетных ресурсов на ключевых направлениях государственной политики.

Анализ того, насколько эффективно в 2015 году ответственные исполнители смогли использовать все имеющиеся у них возможности, содержится в подготовленном нами сводном годовом докладе.

Сводный доклад основан на анализе сведений, отражённых ответственными исполнителями в рамках уточнённых годовых отчётов, а также на представленной Министерством финансов информации о финансовом обеспечении госпрограмм в рамках федерального бюджета.Хочу напомнить, что в 2015 году реализовывалось 39 госпрограмм. Пять госпрограмм на текущий момент не утверждены и не реализовывались.

Основную долю расходов на реализацию госпрограмм по-прежнему берёт на себя федеральный бюджет. Доля же средств юридических лиц остаётся достаточно низкой и составляет около 13% от общего объёма кассового исполнения госпрограмм в 2015 году. При этом хочу обратить внимание на низкое кассовое исполнение госпрограмм в части юридических лиц, которое составило менее 50%. Эта особенность, на наш взгляд, является проблемой. Дело в том, что хозяйствующие субъекты являются партнёрами по многим государственным программам, и если они не выполняют свои задачи, о чём свидетельствует низкий уровень софинансирования, то и общие цели не будут достигнуты.Поэтому необходимо усилить синхронизацию мероприятий между ответственными исполнителями и привлекаемыми для реализации госпрограмм юридическими лицами.

Необходимо коснуться изменений в методике оценки эффективности госпрограмм. Методика оценки эффективности позволяет оценивать результативность работы по четырём критериям. Такой критерий, как деятельность ответственных исполнителей, то есть менеджмента, в прошлом году отсутствовал в методике. Кроме того, методика расчёта остальных критериев была существенно изменена. В новой методике предусмотрено использование как повышающих, так и понижающих коэффициентов при расчёте оценки эффективности реализации программ. Так, установлены повышающие коэффициенты для показателей уровня госпрограмм, а также для показателей, обеспечивающих выполнение указов Президента.

Мы, таким образом, хотим сообщить ответственному исполнителю, что не столь важно, какие у него успехи на промежуточных этапах реализации госпрограммы. Для оценки эффективности главное, достигает ли он целей самой госпрограммы и достигает ли он целей, поставленных в соответствующих указах Президента.

В методике также впервые при расчётах указывалось фактическое значение показателей, достигнутых за предыдущий год реализации госпрограммы, что позволяет анализировать и учитывать складывающиеся тенденции.

По результатам интегральной оценки реализация трёх госпрограмм признана эффективной. Указанные госпрограммы получили высокую оценку практически по всем критериям эффективности. Работа ответственных исполнителей по реализации девяти госпрограмм была оценена как недостаточно эффективная.

Основные причины связаны с низкой оценкой достижения плановых значений (то есть план-факт), с низкой оценкой эффективности реализации мероприятий, то есть в рамках указанных госпрограмм большое количество контрольных событий либо не наступило, либо наступило с нарушением сроков. Помимо этого, госпрограммы получили низкую оценку либо по критерию кассового исполнения, либо по критерию эффективности деятельности ответственного исполнителя.

Указанные госпрограммы, которые получили низкую оценку, требуют, по нашему мнению, корректировки уже в этом году в рамках бюджетного процесса, в связи с чем предлагаем поручить ответственным исполнителям в рамках разработки проекта бюджета на 2017 год и плановый период 2018–2019 годов осуществить внесение в Правительство проектов новых редакций госпрограмм. Соответствующий проект протокольного решения представлен в Правительство.

Хотел бы ещё раз отметить, что описанные выше результаты оценки отражают эффективность госпрограмм, утверждённых Правительством в 2014 году, то есть два года назад.

Ряд госпрограмм признаны эффективными, исходя из высоких оценок достижения плановых значений, хотя ключевые события, которые должны были привести к этим значениям, не были выполнены в значительной степени. Такие госпрограммы тоже подлежат, по нашему мнению, корректировке в 2016 году.

Подводя итоги, хотел бы коротко отметить три недостатка, которые касаются практически всех госпрограмм.

Во-первых, есть существенные недостатки на этапе планирования госпрограмм, которые заключаются в том, что цели, задачи и целевые показатели, заявленные в госпрограммах, в значительной степени не соответствуют друг другу и не соответствуют отраслевым стратегиям, изложенным в соответствующих стратегических документах. Достаточно сказать, что в госпрограммах представлено более 2 тыс. показателей. Конечно, такое количество показателей администрировать практически невозможно.

Во-вторых, отсутствует нормативно определённое понятие ответственного исполнителя, и, соответственно, нет распределения ответственностей и прав, законодательно не установлено, а также не определён работающий механизм взаимодействия ответственных исполнителей, соисполнителей и участников госпрограмм. Это необходимо сделать.

Третья проблема, на наш взгляд, заключается в том, что количество госпрограмм в настоящее время является избыточным. Их цели во многом являются либо однотипными, либо друг друга дублируют. В этой связи целесообразно рассмотреть возможность оптимизации количества госпрограмм.

Описанный в сводном докладе анализ говорит об имеющихся фактах несовершенства применяемого программно-целевого метода, в связи с чем, а также во исполнение соответствующих поручений Правительства, мы представили предложения по перечню госпрограмм для апробации новых подходов. В наши предложения попали восемь госпрограмм.

Предлагаемая апробация предполагает пересмотр значений ключевых целевых показателей госпрограмм, расширение полномочий ответственного исполнителя госпрограмм в рамках формирования и распределения предельных объёмов финансирования, и в том числе она предполагает включение мероприятий федеральных целевых программ в состав соответствующих госпрограмм.

Мы рассчитываем на основе полученных от апробации результатов сформировать предложения по уточнению положений как бюджетного законодательства, так и законодательства в сфере формирования и исполнения госпрограмм.

И в заключение хотел бы ещё раз подчеркнуть, что мы не собираемся останавливаться на представленных сегодня мной изменениях. В следующем году при оценке итогов реализации госпрограмм мы будем более широко привлекать внешний аудит и сотрудничать с экспертным сообществом. Мы планируем осуществлять оценку макроэкономической эффективности реализации мероприятий и их вклад в ВВП и оценку потенциала оптимизации мероприятий госпрограмм.

Таким образом, представленные новые подходы к разработке сводного годового доклада станут надёжным инструментом принятия управленческих решений Правительства Российской Федерации в бюджетном цикле. Прошу поддержать проект протокольного решения. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, теперь про Пенсионный фонд и соцстрах – Максим Анатольевич Топилин.

М.Топилин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В принципе те характеристики, которые были запланированы в законе, исполнены, все обязательства по Пенсионному фонду тоже выполнены. Хотел бы обратить внимание на то, что мы действовали в рамках запланированной стратегии долгосрочного развития пенсионной системы, постоянно оптимизируя вопросы, связанные с трансфертами из федерального бюджета, соценками условий труда.

В качестве цифровых подтверждений хотел бы сказать, что, если в 2012 году у нас объём трансфертов составлял 2,8% от ВВП, то уже по итогам 2015 года это всего лишь 2,2%. Если бы меры постепенно, из года в год, не принимались бы, у нас трансферт был бы не 1,8 трлн рублей, которые в ходе исполнения реализованы, а 3,6 трлн рублей. Это очень важно с точки зрения оценки тех действий, которые производились по исполнению бюджета Пенсионного фонда.

В ходе 2015 года была проведена индексация пенсий, и стоимость одного пенсионного коэффициента была увеличена с 1 февраля на 11,4%. Эти обязательства были исполнены в полном объёме. Также в исполнении отражены индексации всех социальных выплат: прежде всего ежемесячные денежные выплаты, которые предусмотрены законодательством для инвалидов Великой Отечественной войны, для инвалидов различных групп, ветеранов боевых действий, различных других категорий населения. Здесь индексация была произведена в размере 5,5%, и расходы составили 358 млрд рублей – это трансферты из федерального бюджета в силу законодательства, не связанные с пенсионными обязательствами.

Пенсии были проиндексированы на 11,4% и составили за 2015 год в среднем 12 830 рублей – это 1,6 от прожиточного минимума пенсионера. Здесь у нас ещё много задач, которые мы перед собой поставили.

Тарифы были реализованы в соответствии с действующим законодательством, 22% – стандартная ставка. Соответственно, трансферт на выпадающие доходы – между ставкой 26 и 22%, плюс 10% сверх величины, нормируемой для взносообложения.

На что хотел бы также здесь обратить внимание, мне кажется, это очень важно для последующей работы: 342 млрд рублей – это трансферт в связи с льготными режимами взносов в Пенсионный фонд. Нам всё-таки представляется, что если мы не можем эти льготы поменять или перевести в субсидии по различным отраслям, то по крайней мере надо принять решение о том, что больше мы не будем ни вводить новые льготы, ни продлевать те режимы, которые предусмотрены действующим законодательством. Сейчас нам очень много предложений сыпется из министерств и ведомств о том, что надо продлевать льготные тарифы. Но тогда мы не выйдем из этого положения вообще, тем более что все были предупреждены и все в силу закона знают, как тариф увеличивается из года в год, когда льготная ставка завершается.

Также профинансированы все обязательства по материнскому (семейному) капиталу. 1 млн 40 тыс. государственных сертификатов было выдано в прошлом году и реализована программа, связанная с поддержкой тех семей, которые в рамках антикризисных мер обратились за 20 тыс. (это более 2 млн человек). Мы сейчас завершаем последние выплаты.Законопроект всеми согласован, замечаний по нему нет. Сейчас мы также отрабатываем по результатам проверки Счётной палатой исполнение бюджета.

Что касается исполнения бюджета Фонда социального страхования, он состоит из двух частей: это страховые взносы и обязательства по временной нетрудоспособности и семейным различным пособиям, в том числе и при рождении ребёнка. Здесь есть небольшой дефицит, но он в прошлом году был профинансирован с учётом 55 млрд рублей тех остатков, которые не были использованы как трансферт в прошлые годы, поэтому дополнительных средств из федерального бюджета не потребовалось. И в этой части бюджет фонда был исполнен в полном объёме, с учётом индексации тех страховых выплат, которые были предусмотрены на 5,5%, а потом ещё с 1 февраля этого года на 7%, но в исполнение вошла только первая индексация.

Также важно подчеркнуть, что у нас остаётся профицитной страховая часть фонда по несчастным случаям на производстве и накоплены дажесоответствующие резервы, это порядка 100 млрд рублей. Здесь тоже исполняются все обязательства. У нас продолжается снижение почти на 10% выплат по несчастным случаям на производстве в связи с тем, что падает и смертельный травматизм, и травматизм в принципе. Это всё связано в том числе с профилактическимимерами, которые проводятся по линии работодателей.

В прошлом году была исполнена на 20 млрд рублей программа обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации. По сравнению с 2014 годом, когда у нас было исполнение заявок порядка 76%, это фактически 99%.Также были профинансированы дополнительные меры, по которым были специальные решения в отношении санаторно-курортных организаций, расположенных в Крыму и Севастополе. Законопроект со всеми согласован.Просьба поддержать.

Д.Медведев: Спасибо. Теперь, пожалуйста, Вероника Игоревна.

В.Скворцова: Спасибо большое. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Отчёт о кассовом исполнении бюджета Фонда обязательного медицинского страхования согласован Федеральным казначейством без замечаний. Доходы бюджета фонда в 2015 году составили 1 трлн 573,5 млрд рублей. Важно отметить, что отмена ограничений по предельной базе для начисления страховых взносов дала существенный прирост страховых взносов по сравнению с 2014 годом на 319 млрд рублей, или на 26%. Вместе с тем доходы фонда составили на 2,9% меньше, это 46 млрд рублей, по сравнению с предполагаемыми и утверждёнными объёмами в результате недопоступления страховых взносов на работающее население.

Все текущие расходные обязательства, утверждённые в бюджете фонда, выполнены в полном объёме. Расходы бюджета фонда произведены в сумме 1 трлн 638,8 млрд рублей. На реализацию территориальных программ обязательного медицинского страхования направлено субвенций в размере 1 трлн 427,1 млрд рублей. Указанная субвенция обеспечила установленный программой государственных гарантий подушевой норматив в размере 8260,7 рубля, который на 19% больше подушевого норматива в 2014 году.

Впервые в 2015 году вся высокотехнологичная медицинская помощь, не включённая в базовую программу ОМС, была оплачена за счёт средств ОМС. На эти цели из нормированного страхового запаса было направлено 82,7 млрд рублей, из которых 77,7 – на федеральные государственные учреждения и 5 млрд – на региональные медицинские организации. В связи с удорожанием лекарственных средств из-за изменения курсов валют территориальные фонды ОМС дополнительно получили 9,4 млрд рублей на финансовое обеспечение территориальных программ государственных гарантий.

Полностью удовлетворены заявки субъектов Российской Федерации на предоставление компенсационных выплат медицинским работникам по программе «Земский врач», что позволило в 2015 году привлечь на село почти 4 тыс. врачей, молодых специалистов. По заявкам Фонда социального страхования на оплату родовых сертификатов перечислено 18,4 млрд рублей.

Важно отметить, что после исполнения всех текущих обязательств бюджета фонда в федеральный бюджет направлена дотация на сбалансированность в размере 92,1 млрд рублей. Проект федерального закона согласован всеми ведомствами, получено положительное заключение Института законодательства и сравнительного правоведения, имеется положительное заключение Минюста. Просим одобрить и внести в Государственную Думу. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 26 мая 2016 > № 1767064 Дмитрий Медведев, Вероника Скворцова


Япония. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 мая 2016 > № 1765773

Программа встречи Большой семерки в Японии: курс на глобальное процветание

На нашей встрече мы обсудим такие вопросы, как терроризм, международное морское право и глобальное здравоохранение

Синдзо Абэ (Shinzo Abe), The Wall Street Journal, США

Саммит G7, который пройдет в Исэ-Сима 26-27 мая, состоится в переломный момент для стран Большой семерки и для всего мира.

За тот год, который прошел после саммита Большой семерки в замке Эльмау в Германии, мир столкнулся с массой чрезвычайно тревожных событий. Мировые экономические прогнозы утратили устойчивость и начали снижаться, и природные катаклизмы, усугубляющийся конфликт в Сирии, положение беженцев и теракты в Европе тоже внесли свой печальный вклад в развитие нестабильности.

Лидеры стран Большой семерки — Канады, Франции, Германии, Италии, Японии, Соединенного Королевства и США — должны представить четкое видение того, как нужно решать эти проблемы, и разработать те меры, с помощью которых их страны и весь мир смогут справиться с негативными тенденциями и восстановить стабильность и рост. Я хотел бы отметить, что мы встречаемся на острове Кашикоджима — «Острове Мудрости».

В борьбе с негативными тенденциями у членов Большой семерки есть существенное преимущество, а именно — такие общие ценности, как свобода, демократия, диктатура закона и уважение к правам человека. В центре обсуждения на саммите будет вопрос о восстановлении глобальной экономики, которого можно добиться путем сбалансированного сочетания кредитно-денежной политики, ускорения структурных реформ и гибкой бюджетно-налоговой политики. Мы также рассмотрим возможности решить проблемы, существующие в ключевых сферах, в том числе терроризм, проблемы в инфраструктуре, глобальном здравоохранении и международном морском праве.

Хотя перед нами стоит множество сложных вопросов, у нас есть и поводы для надежды. Во-первых, мы наблюдаем огромный спрос на инфраструктуру на глобальном уровне. Множество развивающихся стран смогут развиваться еще быстрее, если у них будет больше дорог, портов, телекоммуникационных объектов и других объектов инфраструктуры. Развитые страны могут сосредоточиться на повышении качества и ремонте устаревших объектов инфраструктуры, а также на создании более экологически устойчивой инфраструктуры.

Что касается предложения, нам необходимо увеличить производительность. Мы должны начать закладывать основы экологически-ориентированного роста и решать проблему стареющего населения — с этими проблемами столкнутся не только развитые страны. Нам будут необходимы инновации во всех сферах, в том числе расширение области применения информационных технологий.

Чтобы увеличить производительность, нам также потребуется найти способы обеспечить всех людей возможностями и мощными стимулами для того, чтобы они работали на благо своего общества, независимо от пола, возраста и физического состояния. В Японии создание такого общества, в котором женщины могут в полной мере себя проявить, стало краеугольным камнем моей внутренней политики, и я намереваюсь обсудить этот вопрос на саммите.

Если нам удастся гармонично соединить факторы спроса и предложения, это позволит нам добиться экономического роста здесь и сейчас и повысить вероятность роста в будущем. Саммит Большой семерки станет идеальной возможностью еще раз заявить о нашей приверженности принципам свободной торговли. Япония выступит за ускорение вступления в силу и расширение списка участников соглашения о трансатлантическом партнерстве и скорейшее заключение договора, касающегося торгового соглашения между Японией и Евросоюзом.

Свободная и честная конкуренция должна стать основой этого и других соглашений. Я предложу участникам саммита Большой семерки обсудить стратегии, которые позволят убедить страны не прибегать к мерам, приводящим к переизбытку предложения на рынках, что в свою очередь вредит торговле. Мы должны рассмотреть вопрос о чрезмерном предложении на рынках нефтепродуктов, стали и другого сырья, а также о нечестных путях защитить национальную промышленность. Страны Большой семерки должны также возглавить борьбу против коррупции и выработать меры по борьбе с уходом от налогов.

Однако мер по восстановлению глобальной экономики недостаточно в мире, дестабилизированном терроризмом и вооруженным экстремизмом. Борьба с терроризмом требует, чтобы мы уделяли больше внимания помощи в развитии, позволяющем устранить главные причины терроризма, среди которых можно назвать экономическую и социальную депривацию, а также отсутствие возможностей получить образование. Мы должны усилить поддержку развития стабильных и терпимых обществ — на Ближнем Востоке и по всему миру. Участники саммита, который пройдет на этой неделе, разработают «План действий Большой семерки по борьбе с терроризмом и вооруженным экстремизмом».

Глобальное здравоохранение — это еще один ключевой фактор для обеспечения процветания развивающихся и развитых стран. Я буду призывать лидеров Большой семерки развивать систему всеобщего медицинского страхования и бороться с кризисами здравоохранения.

Гарантия свободы судоходства — это необходимое условие для экономического роста, стабильности и мира. К сожалению, не все страны признают это, и мы наблюдаем, как некоторые из них в одностороннем порядке предпринимают шаги, подрывающие диктатуру закона в море, меняющие статус кво и приводящие к росту международного напряжения. Основываясь на Заявлении министров иностранных дел Большой семерки по морской безопасности, принятом в Хиросиме в апреле, я призову лидеров Большой семерки выступить в поддержку принципа свободных и открытых морей.

Члены Большой семерки являются движущей силой мира и процветания не только благодаря размеру своих экономик, но и благодаря общим ценностям. В нынешние неспокойные времена мне выпала честь стать председателем саммита Большой семерки и руководить ходом дискуссий, поэтому вместе с моими коллегами я буду работать над тем, чтобы направить мир по пути, ведущему к процветанию.

Синдзо Абэ — премьер-министр Японии.

Япония. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 мая 2016 > № 1765773 Синдзо Абэ


Россия > Авиапром, автопром. Финансы, банки > gazeta.ru, 24 мая 2016 > № 1765277

«Позволили себе автомобиль — перестаньте жаловаться»

Что будет с авторынком в России, рассказал глава Mazda Motor RUS

Алина Распопова

Каким автокомпаниям в России невыгодно продавать автомобили, почему цены на новые машины будут расти и почему, несмотря на все негативные факторы, российский рынок обязательно выйдет из кризиса. Об этом и многом другом в интервью «Газете.Ru» рассказал председатель комитета автопроизводителей АЕБ и глава Mazda Motor Rus Йорг Шрайбер.

Председатель комитета автопроизводителей Ассоциации европейского бизнеса (АЕБ) Йорг Шрайбер — одна из самых весомых фигур в автомобильном бизнесе. Комитет не только ежемесячно публикует подробные данные о результатах продаж новых автомобилей в России, полученные от членов организации, но и ведет переговоры с правительством, представляя интересы всей отрасли в целом. Уроженец Берлина, помнящий времена ГДР и получивший образование в Москве, он прекрасно знаком с реалиями российского авторынка и свободно говорит по-русски. Господин Шрайбер также много лет занимает пост главы Mazda Motor Rus. В беседе с «Газетой.Ru» он рассказал о будущем локализации производства в России после вступления во Всемирную торговую организацию (ВТО), смысле экспорта автомобилей из России и о том, почему машины продолжают дорожать.

— В мае все автопроизводители, подписавшие соглашение о промышленной сборке, сдали отчеты о своей работе в Минпромторг. Вместе с этим российское правительство пообещало изменить ряд условий соглашения по причине кризиса и падения спроса: не все могут выполнять взятые ранее обязательства. Что сейчас происходит между автокомпаниями и Минпромторгом?

— Все переговоры относительно квот, локализации каждый автопроизводитель ведет сам только по своему бренду. Это объясняется принципом конфиденциальности, который и заложен в этих договоренностях с министерством. Не существует какого-то общего тайного согласования. Но в целом вызовы и задачи общие у всех. Поэтому, действительно, ведутся разговоры с министерством и правительством о возможной помощи автокомпаниям. Если говорить о соглашении о промышленной сборке, о постановлении №166, то текущие рамочные условия для автопроизводителей в России уже истекают. Кто-то подписывал первый вариант, кто-то второй.

Но в 2018 году срок действия подписанных соглашений истекает практически у всех. И главный вопрос: что дальше?

Сейчас есть два основных вопроса, с которыми придется разбираться. Первый — это обязательства, которые уже взяли на себя автопроизводители в рамках переговорах о промсборке. Как их выполнять? И есть определенные проблемы с емкостью рынка. Сейчас он небольшой, его объемов не хватает, чтобы обеспечить загруженность существующих производственных мощностей. В правительстве относятся к этому с пониманием, но при этом не хотят предоставлять никому из игроков особых условий — все должны играть по одним правилам.

Сейчас переговоры ведутся относительно того, как стимулировать потребительский спрос, чтобы можно было продавать больше машин и загружать производственные мощности.

В этом плане господдержка есть. Можно много спорить, достаточны ли ее размеры. Но ее могло бы и не быть вовсе. Поэтому нужно быть благодарными за то, что мы имеем.

— И на какие ответные шаги правительства сейчас рассчитывают автокомпании, которые ведут локальное производство в России? Ведь им были обещаны послабления, что же это за помощь?

— С автопроизводителями обсуждается рынок в целом, локализация и то, как можно ее считать с учетом изменения курса валют. Есть два типа автопроизводителей. У первых невысокие объемы выпуска. И второй — те, которые подписали обязательство производить до 300 тыс. автомобилей в год и достичь уровня локализации 60%, на этот уровень выйти очень непросто. Поэтому по взятым на себя обязательствам мы находимся далеко не в одной лодке.

Только General Motors, «АвтоВАЗ», Renault, Nissan, Volkswagen, Ford и Sollers подписали соглашение о промсборке в высоких объемах.

Если все условия, которые взяли на себя автопроизводители, выполняются, то ввозимые комплектующие и запчасти освобождаются от таможенной пошлины. А сейчас они доходят до 25–40%.

— Давайте поговорим об экспорте из России. Сейчас эту идею всеми способами продвигают в правительстве. Главные надежды в этом плане на «АвтоВАЗ», и это логично. Но как насчет Renault, VW и других автопроизводителей. В принципе, насколько это интересно любой компании, которая решилась открыть завод в России?

— Как временная мера экспорт это довольно интересно. Но эту тему каждая автокомпания должна рассматривать индивидуально с учетом того, где еще в мире она ведет свое производство. Где у вас основной рынок сбыта, где вы хотите получить прибыль и где производить.

Если говорить про «АвтоВАЗ», действительно, этот процесс должен осуществляться в обязательном порядке.

Его мощности огромны, их нужно загружать, и, если они будут простаивать, предприятию будет еще сложнее. Поэтому «АвтоВАЗу» нужно искать возможности для экспорта. Они ведь были раньше, пусть на других условиях. Но в советские времена доля экспорта была велика, доходила примерно до 40%. В целом смысл в экспорте есть, если у вас есть крупное производство в России. К этому также добавляется еще один фактор.

Когда местная валюта относительно слабая, то это становится экономически выгодно для международных автомобильных концернов.

Именно на этот момент обращают мировые автопроизводители, когда говорят об основном месте сборки. Конечно, у «АвтоВАЗа» выбора нет. А для других это интересно. Но кому-то, к примеру, было бы выгоднее поставлять автомобили из Германии или из других стран, где дистанции короткие, есть выход на море, ниже другие издержки.

И поэтому государство выдвинуло предложение покрывать транспортные издержки тех компаний, которые подписали соглашение о промсборке и которые экспортируют автомобили из России в другие страны.

Кроме того, есть и политический момент, ведь те компании, которые вложили существенные инвестиции в Россию, не хотят их потерять. Как, к примеру, General Motors. Большинство решило идти другим путем, оставаться в России. Поэтому им и нужны временные меры поддержки ведения локализованного производства на территории России. Чтобы они продолжали это делать, даже есть у них есть более выгодные варианты в другой стране. Сейчас поддержка экспорта из России со стороны государства покрывает только часть расходов. Но это лучше, чем ничего.

— Но наверняка есть что-то еще…

— Почти два года назад в Санкт-Петербурге президент Владимир Путин объявил о новом виде инвестиций в российскую экономику. Так называемые специальные инвестиционные контракты (СИК). Инструмент должен заработать во всех отраслях, включая автопромышленность. С тех самых пор идет обсуждение условий. И тут оказалось, что Mazda — первая автокомпания в очереди на подписание этого контракта.

У нас есть завод во Владивостоке, и речь идет о расширении инвестиций в этот завод, увеличении производимой там модельной линейки и производстве моторов.

Сейчас получается, что после отживающего свое соглашения о промсборке СИК — это следующий этап. В 2018 году существующие соглашения продлить будет уже нельзя, Россия вступит в ВТО. У кого-то действие соглашения истечет в 2019 году. Но это уже непринципиально. Эти СИК — совершенно новая тема, которая, возможно, даст ответ: а что дальше, что после этих соглашений о промсборке? Я не могу решать за японский совет директоров Mazda, но, скорее всего, оно будет подписано компанией.

— Давайте перейдем к более простым темам. Так, сейчас производители сокращают количество моделей в России, откладывают вывод новинок. Это такой новый тренд?

— Это не тренд, это экономическая необходимость для большинства автокомпаний.

Валютные курсы таковы, что если продажа автомобиля неприбыльна, то в чем смысл его продавать? Особенно если машину нужно привезти из другой страны.

Одно дело, когда у вас есть завод, производственные мощности, сотрудники, тогда, конечно, мощности нужно загружать. Но если машину экономически невыгодно привозить из-за рубежа, то не нужно этого делать. Это относится и к Mazda — мы сократили свой модельный ряд и не привозим новые модели, которые уже продаются в других странах. Они очень красивые, но мы посчитали, что это будет дорого. Когда мы начали бизнес в России, курс рубля была в два раза выше, и мы получали хорошую маржу. Но когда курс плохой, маржа быстро уходит вниз. Автопроизводители вынуждены сокращать модельный ряд и ждать улучшения ситуации. Если машина не продается, она будет стоять и стоить денег. Это ведь не интернет-магазин. Нужно ее привезти, поставить. Ее должен выкупить дилер и потом платить высокие банковские проценты. Сейчас пробовать, рисковать — это плохая стратегия. Особенно это касается недорогих автомобилей. Но эта ситуация не навсегда. Если говорит о Mazda, то после подписания СИК мы расширим модельный ряд.

— А что сейчас происходит со спросом?

— Спрос в России есть огромный, но он неплатежеспособный. Немецкая аналитическая компания посчитала, что нереализованный спрос на автомобили в России — около 2 млн единиц. То есть в стране есть столько людей, которые хотели бы купить автомобиль, но не могут или не хотят.

У них в приоритете вернуть кредит, купить квартиру. Но при этом они очень хотели бы новый автомобиль. А на Западе ситуация другая. Там у людей есть деньги, но автомобиль им не нужен, поскольку он у них уже есть.

— Получается, что в целом для автокомпаний Россия этим и будет интересна в ближайшее время?

— Сейчас ситуация плохая. Но то, что спрос накапливается, — это хорошо. В будущем, когда экономика стабилизируется, он появится вновь. Люди увидят прирост в зарплате, уволенные коллеги вернутся на работу. Тогда можно будет потратить деньги на машину. В России очень старый автопарк, машины разваливаются, их нужно заменять. Рано или поздно это произойдет. Придут новые или почти новые автомобили, которые оживят рынок. Сейчас автопроизводители должны принять решение, что делать. Мы в Mazda решили терпеть, выжидать. Мы не пытаемся продать как можно больше автомобилей, но и не работаем в убыток. Имеется в виду общая картина глобального бизнеса.

Так, в рублях можно быть прибыльным, а вот пересчете на иены эта прибыльность быстро рассеивается. Но я верю в Россию.

— То есть, на ваш взгляд, новых громких уходов, как это было с брендами General Motors, уже не будет?

— Я уверен, что нет. GM была членом «большой пятерки» с серьезным опытом работы на рынке. Поэтому такое внимание. Это было неожиданным решением, в том числе для меня. При этом сокращение присутствия компании на рынке совпало с осложнением отношений между Россией и США. Пошли неоправданные спекуляции на политическую тему. В целом такое повторяться уже не будет. К тому же они не исключали возможности вернуться.

— Давайте снова ближе к людям. Сейчас человек должен серьезно думать не только о стоимости автомобиля, но и, к примеру, технического обслуживания, страховки, платной парковки. Почему стоимость владения автомобилем становится все выше и выше?

— Повысилась в первую очередь стоимость ОСАГО. Потому что выплаты по ней раньше были очень низкие и с этим нужно было что-то делать.

По своему полису ОСАГО в Германии я могу рассчитывать на покрытие €2 млн при ущербе имуществу. За ущерб жизни и здоровью выплаты €10 млн!

А то, что было тут, — это смешно. Поэтому и взносы, и выплаты нужно было повышать. Есть у меня мнение и относительно платной парковки. Хотя меня это касается не так сильно, поскольку я живу в доме за городом, где у меня есть свой гараж. Но я рад, когда, приезжая в центр, я вижу свободные места для парковки. Нет больше автомобилей, припаркованных в два-три ряда. Но вы правы: владение автомобилем будет все дороже и дороже. Это факт.

Есть высокая инфляция, около 10%. Поэтому издержки на владение автомобилем также должны вырасти на эти 10%.

Ведь расходы автопроизводителей — их не спрячешь под диван! Одновременно автомобили стали более доступны в плане выбора, конкурентной борьбы. За тебя дерутся, клиентов облизывают с головы до пят. Но это стоит денег.

— Ведется ли сейчас сотрудничество между автопроизводителями и страховыми компаниями, которое позволило бы хоть немного снизить расходы автовладельцев по этой статье?

— Автопроизводители работают со страховыми компаниями, чтобы смягчить эти издержки, предложить клиентам свои спецпрограммы. Расходы на страхование в России очень высоки, особенно каско.

В Западной Европе я таких доплат за каско нигде не встречал. Каждый год надо платить по 10–12% от стоимости автомобиля!

Но существуют тарифы с франшизой, когда, к примеру, весь ущерб до $1 тыс. клиент возмещает сам. А если ущерб окажется выше, то в дело вступает страховая компания. Это позволяет заметно сэкономить. То есть не надо страховать все, а только самое необходимое. По такому принципу я беру машина напрокат в Германии: я готов заплатить $1 тыс., но не готов $50 тыс.

— Одна из моих знакомых рассказала, что владение Range Rover Evoque в столице каждый год обходится ей в 450 тыс. руб. в год с учетом всех расходов на топливо, ТО и парковку, не слишком ли это?

— Получается, что такие люди могут себе это позволить. Если нет, то нужно покупать себе другой автомобиль.

Нужно жить в реальном мире. И автомобиль сейчас — это дорого.

Сейчас люди стали уделять много времени изучению стоимости владения, и есть много вариантов. Поэтому нужно посчитать свои деньги. Ведь когда ты берешь кредит, без каско не обойдешься. Нужно задать вопрос, действительно ли вам нужен автомобиль или же это предмет имиджа, роскоши? Если вы можете себе это позволить, то перестаньте жаловаться на издержки. Если он вам нужен, потому что вы устали ездить из Подмосковья на электричке, то выбирайте себе бренд и машину по карману.

Россия > Авиапром, автопром. Финансы, банки > gazeta.ru, 24 мая 2016 > № 1765277 Йорг Шрайбер


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter