Всего новостей: 2292101, выбрано 352 за 0.033 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2016 > № 1789981 Светлана Орлова

Беседа Дмитрия Медведева с губернатором Владимирской области Светланой Орловой.

Стенограмма начала беседы:

Д.Медведев: Светлана Юрьевна, у вас всегда интересно бывать, вы человек энергичный. Считаю, что за последнее время регион стал гораздо активнее развиваться. Это очень важно, тем более что у региона очень хорошее расположение, потому что вы между двумя столицами, такое очень мощное туристическое место.

Тем не менее, помимо развития бизнес-составляющей, очень важно заниматься социальными вопросами. Мы с вами сейчас ехали, затрагивали несколько тем, которые, по сути, измеряют социальное самочувствие региона, – детские сады, школы и строительство жилья. Как обстоят дела с этими тремя позициями, что удалось сделать за последнее время и каковы перспективы?

С.Орлова: Дмитрий Анатольевич, спасибо большое за оценку. Действительно, что касается школ – хорошая программа. Мы сдали в прошлом году три новые школы и в этом – сдаём тоже три новые школы.

Нам помогло Правительство Российской Федерации, 500 млн выделило на новейшую школу во Владимире.

По детским садам. От года до трёх – эту проблему мы практически решили. В этом году сдали два детских садика – в Камешкове и Кольчугине. Великолепные детские сады, очень хорошее настроение у ребят, у родителей. И до 2017 года мы закрываем всё, что осталось по детским садикам.

По жилью. 646 тыс. кв. м мы сдали. Хорошая программа жилья экономкласса, она у нас успешно пошла. Сейчас есть небольшой спад по ипотеке, но в целом эта программа идёт хорошо, и очень благодарны семьи.

По многодетным семьям у нас программа. Дома они строят. Они строят, это Кольчугинский район и Ковровский район. Мы выдаём по 200 кубов леса, потому что, слава богу, лес у нас есть, больше пилили из-за жучка, так теперь хоть на дело лес идёт. Помимо этого по дольщикам мы программу для 120 человек завершили и в течение следующих лет закрываем в целом программу по дольщикам, у нас всё расписано. Люди очень довольны, ведь они получают жильё, которое ждали по пять-десять лет.

Если говорить по экономике, конечно, большую помощь нам оказали корпорации. Я очень благодарна за поддержку, Дмитрий Анатольевич, потому что идёт рост станкостроения: «РЖД» – большой заказ по Мурому; «Вояж» – это Камешково, это обшивка вагонов, крупнейшее наше предприятие; стрелочный завод. Это и то, что касается «Газпрома». Большой заказ они дали сегодня нашим предприятиям. Вот за пять месяцев плюс 10% у нас налогов и 18% налога на прибыль.

По инвестициям. Никто из инвесторов не ушёл. Мы сдали «Генериум», сдаём в 2018 году фабрику по производству суспензии от рака, сдали «Мондэлис» (там печенья делаются),«Де Хёс» (это прикорм для животных). Сельское хозяйство хорошо идёт, мы плюсуем по молоку, и первые сегодня в ЦФО. Сельское хозяйство стало драйвером экономики.

Д.Медведев: Это здорово на самом деле, надеюсь, что так и дальше будет. Что касается социальных программ, то они остаются важнейшими. По поводу школ мы ещё с вами обсудим. Надо всё распланировать, расписать, каким образом и когда что будет вводиться, потому что эта программа у нас и в масштабах страны рассчитана на 10 лет. Вы мне сказали, сколько приблизительно нужно будет в общей сложности построить у вас во Владимирской области, с учётом потребностей в ремонтах и создании новых школ. Нужно будет расписать и методично, год за годом создавать базу для новых школ, естественно, не забывая ремонтировать то, что у нас так или иначе приходит в негодность. В общем, это такой процесс, который постоянный характер носит.

Но самое главное – видеть перспективу, потому что мы должны школьную программу за ближайшие 10 лет полностью закрыть по стране. Надеюсь, то же самое и у вас будет.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 14 июня 2016 > № 1789981 Светлана Орлова


Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 6 июня 2016 > № 1780355 Алексей Володин

Топ-10 страховщиков держат 80% рынка

2015 год и начало 2016 года характеризуются паднием спроса на рынке корпоративного страхования. Тем не менее крупнейшие страховщики сохраняют позиции. О проблемах развития страхования корпоративных рисков мы поговорили с Алексеем Володиным, заместителем генерального директора ВТБ Страхование

Алексей, с чем рынок корпоративного страхования начал 2016 год? Какие прогнозы и тенденции подтвердились? Какие основные тренды в 2016 году?

Алексей Володин: 2016 год, в целом, повторяет то, что мы видели в 2015 году. По крайней мере, по нашим предварительным данным за 1 квартал 2016 года вырисовывается похожая картина — это второй кризисный год, с приблизительно той же динамикой практически по всем линиям бизнеса, кроме ОСАГО. Рост рынка в 2015 году на 3,6% основывался на повышении тарифов по ОСАГО с апреля 2015 года, к настоящему моменту этот рост уже отыгран (а без учета ОСАГО рынок упал бы на 3,8%). Реальный рост показывают только два сегмента — страхование жизни и страхование имущества физических лиц, там есть нереализованный потенциал, уровень проникновения пока крайне низкий. Будет прирастать ДМС — на размер инфляции стоимости услуг ЛПУ. Все остальное будет стагнировать, как и в 2015 году, по крайней мере, по итогам прошедших 4 месяцев эта тенденция сохраняется.

А что вы видите по вашей компании? Тоже стагнация?

Алексей Володин: ВТБ Страхование, в отличие от рынка, показало реальную положительную динамику, при том, что моторное страхование не является нашим приоритетом (менее 10% от сборов). Наша доля на страховом рынке растет по ряду причин, главная из которых — нам удается выигрывать в конкуренции, привлекать клиентов из других страховых компаний. Наша достаточно агрессивная стратегия в отношении нашего ключевого сегмента — крупного корпоративного, индустриального бизнеса — дает свои результаты. По итогам 2015 года корпоративный портфель компании вырос на 21%. Значимая часть этого бизнеса переходит от средних страховщиков, компаний за пределами топ-10. До кризиса клиенты, даже достаточно крупные, были готовы с ними сотрудничать, но сейчас ищут более надежных партнеров. Как итог, например, по страхованию имущества юридических лиц у нас наблюдался прирост сборов в 2 раза до 3 миллиардов рублей, в то время как на рынке было падение на 11%.

Каков масштаб влияния кризиса на корпоративное страхование? Сократились ли бюджеты предприятий на страхование, на чем экономят в первую очередь?

Алексей Володин: Кризис, конечно, оказал влияние на рынок корпоративного страхования. В первую очередь снижается количество реализуемых инфраструктурных проектов, а значит и страхования таких объектов. Рынок страхования имущества юрлиц впервые с 2013 года снизился на целых 11%, крупнейшие страховщики сократили свои портфели. С другой стороны, ВТБ Страхование увеличило свой портфель в этом сегменте на 89%.

При этом умеренный рост показывает сегмент ДМС. В основном это связано с инфляцией на медуслуги. Хотя при этом, объективный спрос на ДМС снижается. Некоторые предприятия, где был широкий социальный пакет, предлагают перейти на ЛПУ попроще, чтобы оптимизировать стоимость страхования. От страхования имущества никто не отказывался. В спецрисках и ответственности, где страхование, по сути, обязательно — тем более.

Алексей Володин

Заместитель генерального директора ВТБ Страхование

В страховании имущества мы сталкивались с другой проблемой. Когда началась волатильность курса доллара, многие клиенты захотели зафиксировать страховую сумму и премию в рублях, хотя до этого они были номинированы в долларах или евро. Нам пришлось провести довольно большую информационную работу с клиентами. Мы объясняли, что если говорить о восстановительной стоимости и указывать сумму в рублях, то при убытке, когда будет, утрачено, например, оборудование, которое закупается за валюту на Западе, выплаты в рублях не хватит — сработает оговорка о недостраховании и пропорциональной выплате. И откуда тогда клиент будет брать недостающую часть средств? В итоге практически все клиенты либо ничего не стали менять, либо перешли на так называемые «трехвалютные договоры» или «двухвалютные договоры». В них отдельно выделяется рублевая составляющая (все то, по чему можно определить восстановительную стоимость в рублях — конструктивные элементы, строения и т.д.), а уникальное оборудование, которое заказывают за рубежом, номинируется в валюте и при страховом случае возмещается с учетом изменившегося курса.

Никакой другой активности страхователей, никаких вопросов «у нас не хватает бюджета, подскажите, что делать, иначе мы вообще ничего страховать не будем» — практически не звучало нигде.

В кризис наблюдается перераспределение рынка в сторону крупнейших страховых компаний, поскольку клиенты не уверены, выживет ли та или иная компания. Насколько актуален этот тренд?

Алексей Володин: Да, безусловно, такой тренд есть. Это обычная практика: в кризис клиенты переходят к крупнейшим страховщикам, которые обладают достаточным капиталом, чтобы нести ответственность перед своими клиентами. По итогам 2015 года топ-10 страховщиков держат 80% рынка.

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 6 июня 2016 > № 1780355 Алексей Володин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 мая 2016 > № 1769075 Дмитрий Медведев, Александр Шохин

Встреча Дмитрия Медведева с членами Общероссийского объединения работодателей «Российский союз промышленников и предпринимателей» (РСПП).

В повестке: о реформе администрирования системы обязательного социального страхования и других неналоговых платежей, о развитии системы третейского разбирательства.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Вчера у вас был профессиональный праздник, День предпринимателя. Коллеги, я вас поздравляю! Предпринимательство стало у нас уже, по сути, сословием российским, значительная часть людей себя относит именно к предпринимателям, и от того, как себя чувствуют предприниматели, зависит практически всё в экономике.

Мы с вами регулярно встречаемся – и со мной, естественно, и с моими коллегами вы проводите различные мероприятия, встречи. Такой диалог, безусловно, полезен, потому что важно слышать, с какими проблемами сталкивается бизнес, именно в таком укрупнённом формате получать обратный сигнал по поводу тех решений, которые приняты. Эти решения никогда не бывают идеальными, поэтому важно, чтобы такой обратный сигнал, фидбэк, так сказать, постоянно поступал в Правительство.

Сегодня нелегко, наверное, всем. Задачи по возобновлению роста экономики, по расширению доли несырьевой составляющей сохраняют свою актуальность, мы над этим работаем, в том числе и через механизмы поддержки предпринимательства. Есть у нас и относительно неплохие по нынешним меркам результаты. Во всяком случае по линии различного рода индикаторов типа Doing Business наши позиции последовательно улучшаются. По понятным причинам индикаторы – это всего лишь индикаторы, тем не менее это тоже важно.

С другой стороны, бизнесу важно не упустить время, более активно пользоваться возможностями, которые открываются, развивать экспортный потенциал, интенсивнее продвигать проекты на нашем внутреннем рынке. Скажем, наши производители неоднократно выступали за сохранение продовольственного эмбарго на аграрные товары, на сельхозтовары из стран, которые ввели санкции в отношении Российской Федерации или впоследствии к ним присоединились. Я поручил подготовить предложения по продлению ответных мер не на год, а до конца 2017 года. Будет, соответственно, подготовлено обращение к Президенту и оформляющее необходимые решения постановление Правительства. Поэтому те, кто занимается сельскохозяйственным бизнесом, агропромом, получат и более длительный горизонт планирования своих инвестиций, о чём они нас неоднократно просили – и крупные аграрные компании, и относительно небольшие. И получат возможность всё-таки посчитать, как и что будет происходить в более дальней перспективе.

Теперь в отношении рейтингов. Действительно, мы на них обращаем внимание, но финальную оценку, конечно, ставят не рейтинговые агентства (международные или наши внутренние), а сами предприниматели. Неоднократно предприниматели на разном уровне и мне, и моим коллегам говорили, что важнее льгот, преференций сам принцип стабильности, и понятно почему. Именно устойчивость подходов, стабильность регулирования создают важнейшее условие развития бизнеса. Вообще, насколько государство способно обеспечить предсказуемость правил на рынке, стабильность налоговой системы, гарантии защиты прав предпринимателей – это всё и определяет климат.

Главный показатель на самом деле такой, он связан с количеством частных компаний, которые готовы, хотят работать в нашей стране, потому что государство свои компании в обиду не даёт, это естественно, государство является их собственником. Но если частных компаний становится больше, значит мы идём в правильном направлении, если меньше – значит у нас есть проблемы.

Несколько моментов, которые касаются текущей повестки дня. Первое. Правительство начало реформу администрирования системы обязательного социального страхования. Взносы во внебюджетные фонды на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование теперь включены в систему налогов и сборов. Собирать их будет Федеральная налоговая служба – мы сегодня об этом поговорим, – при этом налоговики не включены в сам процесс формирования пенсионных и иных социальных прав людей, это не их обязанность. Все элементы взимания взносов, тарифы, льготы, естественно, сохраняются, но само администрирование переходит к единому администратору – Федеральной налоговой службе, которая является составной частью нашего Министерства финансов, что вполне логично.

Второй вопрос – это неналоговые платежи. Работа над проектом закона, который определяет принципы их начисления и взимания, уже началась, идёт инвентаризация подобных платежей, выработка подходов к созданию единой системы их регулирования. У крупного бизнеса, который у нас представлен в РСПП, есть свои идеи на этот счёт, думаю, их тоже можно было бы обсудить, а также вопросы, которые связаны с тарифами естественных монополий. Тема всегда актуальная. В этом году мы запланировали небольшую индексацию цен, в том числе цен на газ, но, понятно, никогда довольными все не бывают. Инфраструктурные монополии показывают нам свои расчёты, как им будет тяжело, в случае если мы не будем применять более высокую индексацию, – они не смогут инвестиции делать. С другой стороны, все остальные, в том числе промышленность, говорят о том, что такая индексация душит их развитие. И здесь дело Правительства – весьма, кстати сказать, непростое – найти баланс таких интересов.

Ещё одна тема, которую хочу сейчас анонсировать, – это третейское разбирательство. Мы об этом с вами тоже давно говорим. Дискуссия об активизации третейский судов идёт уже несколько лет. Здесь присутствуют коллеги, которые со мной это и лично обсуждали, и на совещаниях. Сейчас эта дискуссия перешла уже в область практики. Закон принят в конце прошлого года. В его подготовке активное участие принимали члены РСПП, за что большое спасибо.

Благодаря их инициативе появился новый вариант некоммерческой организации, при которой создаётся постоянно действующий арбитраж.

Оценивать выполнение требований закона, его действенность в бизнес-кругах, конечно, будете вы сами, будет совет по совершенствованию третейского разбирательства, тем более что туда должны быть включены и представители делового сообщества, и, конечно, юристы.

Давайте поговорим об этих и иных вопросах.

Для начала разговора передаю слово президенту объединения работодателей «Российский союз промышленников и предпринимателей» Александру Николаевичу Шохину. Пожалуйста.

А.Шохин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Уважаемые коллеги, несмотря на кризис, действительно, как сказал Председатель Правительства, за последнее время удалось добиться серьёзных успехов по целому ряду застарелых проблем бизнеса, и те же рейтинги Doing Business подтверждают, что по таким вопросам, как подключение к электросетям, регистрация предприятия и так далее, мы продвинулись очень сильно.

Но одновременно к старым проблемам добавляются новые, и среди этих проблем я хотел бы просто назвать как минимум две системные: во-первых, параллельно с работой Открытого правительства, Экспертного совета при Правительстве, общественных советов и так далее наблюдается рост закрытости органов власти, которые ранее были достаточно открыты для предпринимательского сообщества и для совместной работы. В частности, многие ФОИВ (федеральные органы исполнительной власти) злоупотребляют грифом «Для служебного пользования», даже на такие публичные решения, как поправки в Налоговый кодекс. Внесение идёт, понятно, по укороченной программе, но не должен гриф «ДСП», сокращая процедуры, в то же время отторгать бизнес от обсуждения этих вопросов.

Иногда, мы понимаем, технологически гриф «ДСП» ставится не для того, чтобы что-то утаить от прессы или от бизнеса, а просто времени не хватает для того, чтобы пройти стандартную процедуру типа ОРВ (оценка регулирующего воздействия) и так далее. Но можно продумать какую-то укороченную процедуру публичного обсуждения, и может быть, по решению Председателя Правительства такую укороченную процедуру в конкретных случаях можно было бы устанавливать, но не злоупотреблять этим грифом. Может быть, и в регламенте Правительства такие прописать технологии. В частности, было бы правильно запретить ставить эти грифы на законопроекты, кроме тех, которые относятся к оборонному сектору, к отдельным приложениям к федеральному бюджету и так далее.

Не всегда доклады, подготовленные во исполнение поручений Президента, Председателя Правительства, доклады по реализации «дорожных карт», решения, которые готовятся по итогам встреч с бизнесом, размещаются в публичном доступе. Поэтому, конечно, хотелось бы, чтобы и здесь тоже было взаимопонимание у нас.

Как Вы правильно отметили, Дмитрий Анатольевич, не хватает нам предсказуемости и прогнозируемости социально-экономической политики. Позавчера на заседании президиума экономического совета у Президента все докладчики фактически начинали с того, что необходимо повысить предсказуемость экономической политики. Мы, РСПП, безусловно, поддерживаем эту тему. Мы понимаем прекрасно, что подготовка стратегических документов – «Стратегии-2030», иных стратегических документов по отдельным направлениям – это достаточно длительный процесс, но мы хотели бы на ранних подступах, что ли, участвовать вместе с соответствующими ведомствами в этой работе. Та же «Стратегия-2030». Хорошо начали в декабре прошлого года, создали рабочие группы (хотя не во все из них бизнес был приглашён), а потом в связи с переносом на год этой работы всё застопорилось, хотя, я так понимаю, перенос делался для того, чтобы, наоборот, качественно эту работу сделать, а не притормозить её.

И если говорить уже о конкретных сюжетах, то, безусловно, они касаются, как было отмечено, и системы соцстраха, и фискальной нагрузки. В частности, при передаче функции администрирования страховых взносов от страховщиков в Федеральную налоговую службу мы, безусловно, хотели бы, чтобы чётко было зафиксировано сейчас, что передаётся именно администрирование сборов. И там много вопросов, которые ФНС предстоит решать, с тем чтобы, как мы и договаривались на ранних этапах обсуждения этого закона, административная нагрузка была снижена при новом администраторе. В частности, и количество проверок было снижено, и количество различного рода платёжек, и так далее. Мы считаем, что не надо сейчас перегружать соответствующее законодательство поправками субстантивного толка, потому что они на самом деле могут и помешать выстроить качественное администрирование.

В частности, очень много дискуссий сейчас идёт (может быть, в силу того, что гриф «ДСП» не ставится, правда) по поводу того, что можно и пороги убрать, и в целом увеличить страховые взносы в те или иные фонды или реформировать некоторые элементы пенсионной системы и так далее. Нам кажется, что в равной степени и к налогам относится, и к страховой системе положение Послания Президента о моратории на повышение фискальной нагрузки до 2018 года включительно. Здесь было бы правильно, обсуждая эти темы, как говорится, готовиться к тому, что будет после 2018 года, но не пытаться сейчас с колёс как бы вбросить отдельные элементы, вырывая их из стратегических документов. В частности, стратегия пенсионной системы у нас существует, это повод для такого длительного, серьёзного обсуждения и компромисса между социальными партнёрами, ведомствами и так далее.

В то же время сейчас, когда обсуждаются те или иные элементы реформирования пенсионной системы, то лишь отдельные элементы обсуждаются, которые явно облегчают нагрузку на федеральный бюджет по трансфертным и иным аспектам. Нам кажется, что этот подход как раз неправильный, поскольку многие элементы тогда либо останутся в тени, либо потом, как говорится, тихой сапой будут изменены. Это касается и существующего тарифа, и судьбы накопительной пенсионной системы, и так далее.

Мы хотели бы, например, в этих вопросах, наоборот, зафиксировать долговременность и стабильность. Например, тариф 22% в пенсионную систему действует как льготный и временный, ежегодно мы его продлеваем. Поэтому хотелось бы лучше на 10 лет, как минимум на пять лет зафиксировать этот тариф. Пусть он даже называется льготным, но чтобы он не менялся, потому что годовое продление оптимизма не добавляет.

Есть какие-то вопросы, которые, не затрагивая системы в целом, той же нагрузки на бизнес, мы давно обсуждаем, и можно было бы их решить. В частности, мы давно обсуждаем, что социальные фонды можно было бы передать под управление социальных партнёров. Социальные партнёры присутствуют в правлениях всех фондов, но это не реальное партнёрское управление, поэтому было бы правильно, наверное, даже в нынешнем политическом цикле, так сказать, решить этот вопрос.

Теперь по фискальной нагрузке. Я не буду обсуждать все темы, связанные с администрированием. Хотел бы, чтобы, может быть, Михаил Владимирович (М.Мишустин) нам рассказал, как реально будет улучшено администрирование, чтобы не просто смена администратора была, в контексте, о котором я говорил, и чтобы Министерство финансов подтвердило, что роста фискальной нагрузки через упрощение технологии типа снятия порогов тоже не будет.

Если говорить о фискальной нагрузке, то я напомню коллегам, которые участвовали в наших съездовских дебатах, что мы на съезде презентовали методологию оценки совокупного уровня фискальной нагрузки на бизнес, провели соответствующие расчёты. Мы предлагаем считать эту фискальную нагрузку как соотношение суммы налоговых платежей за вычетом налогов на доходы физлиц в консолидированный бюджет, а также взносов в социальные фонды и страховых премий на обязательное страхование ответственности владельцев опасных производственных объектов и соотносить это с валовой добавленной стоимостью за вычетом амортизации.

Минэкономразвития в принципе поддержало нашу методологию. Нам хотелось бы, чтобы Минфин отреагировал. Соответствующее поручение Президента есть, но нам хотелось бы, чтобы уже в текущие Основные направления налоговой политики был включён раздел, который подтверждает эту методологию как совместную, понятную и бизнесу, и Минфину, и другим ведомствам. Если сумеем это сделать, нам легче будет оценивать каждую налоговую новеллу с точки зрения изменений совокупной фискальной нагрузки.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 мая 2016 > № 1769075 Дмитрий Медведев, Александр Шохин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 26 мая 2016 > № 1767064 Дмитрий Медведев, Вероника Скворцова

Заседание Правительства.

В повестке: об исполнении федерального бюджета и бюджетов государственных внебюджетных фондов за 2015 год; об эффективности выполнения государственных программ.

Стенограмма:

Д.Медведев: Бюджетная проблематика является у нас сегодня основной на заседании Правительства. Но прежде чем мы к ней обратимся, хочу сообщить, что я подписал распоряжение о создании Агентства по технологическому развитию, которое давно планировалось к запуску. Оно будет заниматься трансфером перспективных российских и иностранных технологий, развитием высокотехнологичного производства промышленной продукции, будет помогать нашим компаниям в получении патентов, ноу-хау, содействовать продвижению в России проектов, которые направлены на локализацию технологий, и поддерживать наш бизнес при проведении лицензионных сделок и создании совместных производств.

Всё это будет способствовать импортозамещению, повышению конкурентоспособности наших компаний за счёт их модернизации и росту несырьевого экспорта. Эти направления остаются важнейшими для развития российской экономики.

Перед агентством поставлена задача по выходу на самоокупаемость, что тоже немаловажно.

Теперь по повестке. Мы рассмотрим итоги исполнения в 2015 году бюджета нашей страны, бюджетов так называемых внебюджетных фондов, то есть Пенсионного фонда, Фонда социального страхования и Фонда обязательного медицинского страхования, и обсудим эффективность выполнения государственных программ. Мы входим в следующий бюджетный цикл, поэтому важно проанализировать, какие результаты мы имеем по итогам прошедшего года.

Начну c федерального бюджета. В соответствии с Бюджетным кодексом отчёт о его исполнении после рассмотрения на Правительстве будет представлен в Государственной Думе и Счётной палате. Подробнее по этой тематике доложит Министр финансов. Назову несколько моментов.

Вы, конечно, хорошо знаете условия, в которых мы работали в течение прошлого года. Мы этот период прошли. Ситуация в целом всё-таки меняется. Меры, которые мы предпринимали, свой эффект дали, о чём было сказано в ходе отчёта Правительства в Государственной Думе. Бóльшая часть этих мер была профинансирована из федерального бюджета, в том числе в рамках выполнения плана первоочередных мер по стабилизации экономики.

В чём была основная трудность? Проводя оптимизацию бюджетных расходов, которая, к сожалению, была неизбежна, как это ни трудно и больно было делать, нужно было тем не менее сохранить хотя бы минимально необходимый уровень бюджетных инвестиций, не разгоняя инфляцию, не увеличивая существенно дефицит бюджета, продолжить финансирование важнейших инфраструктурных проектов и программ импортозамещения, а также жилищного строительства, поддержать ключевые отрасли промышленности, сельского хозяйства и, конечно, помогать регионам исполнять социальные обязательства.

Д.Медведев: «Доходы бюджета превысили 13,5 трлн рублей. Больше половины доходной части (больше 57%) было сформировано за счёт доходов, которые не связаны с продажей нефти и газа».

Второе. Мы завершили прошлый год, имея стабильную бюджетную систему, что, собственно, отмечают все, кто её анализируют, – агентства рейтинговые, да и вообще те, кто следит за развитием нашей экономики, консультанты. Мы имеем весьма значительные резервы пока, низкий уровень государственного долга и бюджетного дефицита. По итогам прошлого года он составил 2,4% от ВВП. При нынешнем состоянии экономики это вполне приличный результат.

Доходы бюджета превысили 13,5 трлн рублей. Больше половины доходной части (больше 57%) было сформировано за счёт доходов, которые не связаны с продажей нефти и газа. Это изменение структуры доходов, очень важное изменение, хотя оно имеет и свои причины, не только связанные с перестройкой экономики, но и причины конъюнктурного порядка. Я напомню, что в 2014 году этот уровень не дотягивал даже до 49%. Израсходовано по кассовому исполнению около 15,5 трлн рублей, это несколько меньше, чем планировалось.

Третье. Больше всего средств из федерального бюджета было, как и прежде, направлено на финансирование социальной политики, это приблизительно 27,3% бюджета. На поддержку регионов тоже значительные средства пошли: объём трансфертов превысил 1 трлн 600 млрд рублей. Деньги эти использовались на выравнивание социальной и медицинской помощи, на государственные и муниципальные услуги и целый ряд других направлений.

Четвёртое – это кассовое исполнение бюджета. Вопрос технический, но тем не менее всё равно важный. В целом в прошлом году расходы федерального бюджета исполнены на достаточно высоком уровне – 98,5% к уточнённой бюджетной росписи. Это неплохо, но, к сожалению, нам пока не удаётся избавиться от так называемого навеса, когда значительная часть денег начинает использоваться к концу года. В IV квартале прошлого года была израсходована почти треть бюджетных денег, причём 16% пришлось на декабрь. Эта ситуация улучшается год от года, это тоже правильно, но, к сожалению, пока она не идеальна. Нужно обязательно этому уделить внимание не только Министерству финансов, но и всем другим министерствам, которые являются главными распорядителями бюджетных средств.

Ещё одна тема касается эффективности расходования бюджета. Речь идёт о государственных программах. Через этот механизм проходит больше половины бюджетных расходов по открытой части, Минэкономразвития представляет доклад об их исполнении по итогам прошлого года. Было 39 государственных программ, общий объём их финансирования – 7,5 трлн рублей, 4 трлн, чуть меньше, привлечено из региональных и муниципальных бюджетов.

Если говорить в целом, то по тем индикаторам, которые использует Минэкономразвития, далеко не по всем программам работа ведётся эффективно. Приблизительно половина программ считается весьма эффективной, другая половина реализуется хуже, чем нужно было бы. Это разговор, который не сегодня возник. Есть и объективные предпосылки, и, наверное, субъективные проблемы. Будем дальше в этом разбираться.

Д.Медведев: «Больше всего средств из федерального бюджета было, как и прежде, направлено на финансирование социальной политики, это приблизительно 27,3% бюджета. На поддержку регионов тоже значительные средства пошли: объём трансфертов превысил 1 трлн 600 млрд рублей».

Теперь об исполнении бюджетов государственных внебюджетных фондов – пенсионного, социального страхования и обязательного медицинского страхования. В 2015 году доходы фондов росли, что позволило исполнить все социальные обязательства. За счёт государства оказывалась бесплатная медицинская помощь, которая гарантирована базовой программой ОМС, в полном объёме выплачивались пенсии, больничные и пособия. Там, где это требовалось, мы выделяли возможную дополнительную помощь.

Обязательное медицинское страхование исполнялось в рамках тех правил, которые устанавливал фонд. Все финансовые обязательства были исполнены на 100,9% по оплате медицинской помощи в рамках базовой программы. Также в регионах выделялось финансирование высокотехнологичной помощи, которая не включена в базовую программу, – свыше 82 млрд рублей. Финансировали компенсационные выплаты медикам, которые переехали на село. Это важная программа, всё время мы о ней говорим во время встреч с селянами.

Деньги также шли на медицинскую помощь женщинам во время беременности, в родовой и послеродовой периоды; на проведение профилактических медосмотров детей в течение первого года жизни; на программу развития перинатальных центров (несмотря на крайне сложную финансовую ситуацию, мы её не остановили и продолжили исполнять). Считаю, что это весьма и весьма полезно для нашей страны было. В прошлом году фонд выделил на это все 100% запланированных средств.

Основная часть денег Фонда социального страхования перечислялась на выплаты пособий в связи с материнством и уходом за ребёнком – это 270 млрд рублей с лишним, а также по временной нетрудоспособности – это порядка 194 млрд рублей. Это, собственно, те обязательства, которые покрываются за счёт Фонда социального страхования.

Д.Медведев: «Через механизм государственных программ проходит больше половины бюджетных расходов по открытой части. Было 39 государственных программ, общий объём их финансирования – 7,5 трлн рублей, 4 трлн, чуть меньше, привлечено из региональных и муниципальных бюджетов».

Что касается Пенсионного фонда, он сейчас несёт серьёзную нагрузку. В последние годы мы принимали меры, чтобы пенсионная система была устойчивой, даже с учётом проблем, которые в ней накопились, совершенствовали тарифную политику, реформировали институт досрочных пенсий, вносили изменения в накопительный компонент, повышали надёжность негосударственных пенсионных фондов. В результате всё-таки несколько снижена зависимость бюджета Пенсионного фонда от трансфертов из федерального бюджета. Нужно и дальше мобилизовать собственные возможности. Увеличение поступления страховых взносов по обязательному пенсионному страхованию также является важнейшей задачей фонда.

По остальным позициям доложат коллеги. Первым выступает Антон Германович Силуанов.

А.Силуанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Прошлый год стал годом больших стрессов для российской экономики и бюджета. Снижение поступлений иностранной валюты в страну составило 13% валового внутреннего продукта – такого снижения страна не знала даже в 80-е годы прошлого столетия. Принятые в ответ на изменившуюся ситуацию меры в бюджетной и денежно-кредитной сфере позволили экономике пройти процесс первичной адаптации быстрее и с наименьшими последствиями.

В 2015 году произошло изменение структуры экономики, увеличилась доля ненефтегазовых торгуемых секторов, а доля неторгуемых секторов сократилась, произошёл существенный рост прибыли и уровня рентабельности. Особенно это показательно в таких отраслях, как сельское хозяйство, внутренний туризм, химическая, пищевая промышленность, деревообработка и целый ряд других. Положительная динамика этих секторов, отраслей возникла не только благодаря той поддержке, которую бюджет оказывал в рамках мер реагирования, но и в рамках тех макроэкономических последствий от бюджетной политики, которую мы реализовывали.

Принятые решения по оптимизации бюджетных расходов, по аккуратному подходу к текущим обязательствам способствовали быстрой подстройке экономики к новым условиям, стабилизации ключевых макроэкономических показателей.

Удалось сдержать дефицит бюджета. За прошлый год дефицит бюджета составил 2,4% ВВП. Такой уровень дефицита способствовал стабилизации денежной кредитной политики и снижению инфляции. Поскольку основным источником денежного предложения в прошлом и текущем году является бюджет, дефицит бюджета, общий объём денежной массы в прошлом году вырос на 11,5%.Основным источником был также дефицит бюджета, поэтому ограничение дисбаланса бюджета является одним из ключевых макроэкономических параметров.

Основным источником финансирования дефицита бюджета стали накопленные средства резервного фонда, позволившие избежать чрезмерного сокращения расходов и обеспечить реализацию первоочередных антикризисных мероприятий. По итогам прошлого года было израсходовано 2,6 трлн рублей из резервного фонда. Все заимствования, которые мы осуществляли на внутреннем рынке, пошли на погашение и расчёты как по внутренним, так и по внешним долгам.

Доходы. На фоне значительного снижения общего объёма поступлений существенно изменилась структура доходов. Доля нефтегазовых доходов впервые снизилась ниже 50% и составила по итогам года 43% всех доходов. В I квартале текущего года эта доля и дальше продолжала снижаться и составляет 34% от всех доходов бюджета.

Расходы исполнены в сумме 15,6 трлн, или 98,5% к уточнённой росписи. Особенностью исполнения 2015 года стало то, что практически все остатки, которые остались по итогам года, а это около 200 млрд рублей, были мобилизованы и пошли в большей части на увеличение антикризисного фонда, который мы задействуем в текущем году. Кроме того, необходимо отметить, что по сравнению с 2014 годом снизились остатки средств как в автономных и бюджетных организациях, так и в субъектах Российской Федерации.

Особенностью прошлого года было то, что продолжался рост в значительных объёмах дебиторской задолженности. Об этом мы и несколько совещаний проводили, и неоднократно говорили. Общая дебиторская задолженность увеличилась на 700 млрд рублей и составила 3,3 трлн рублей. Она продолжает расти и в текущем году, поэтому министерствам и ведомствам – главным распорядителям бюджетных средств необходимо уделять внимание авансированию и финансированию исполнения своих бюджетов, с тем чтобы дебиторская задолженность не увеличивалась.

В прошлом году был отмечен рост и просроченной дебиторской задолженности, которая составила на начало текущего года 429 млрд рублей. Поэтому такая задолженность (как просроченная, так и просто дебиторская задолженность) была образована в результате авансирования в первую очередь силовых ведомств, где можно было авансировать до 100% предусмотренных бюджетных ассигнований на соответствующий год. Поэтому ещё раз обращаюсь к нашим коллегам из министерств и ведомств, с тем чтобы авансы, если уже предоставляются, то были под контролем и требовалось исполнение по этим авансам поставок, работ и услуг для государственных нужд.

Субъекты Российской Федерации. За прошлый год отмечено несколько положительных тенденций. Мы видим, произошёл умеренный рост доходов примерно на 4,5%, а налоговые и неналоговые доходы выросли на 6,2% при росте расходов на 1,4%. Основные источники роста – это налог на прибыль в связи с ростом общих объёмов прибыли прибыльных предприятий. Налог на прибыль увеличился на 7,3%, а налог на доходы физических лиц – на 4,2%.

В этих условиях значительно снизился дефицит – в 2,6 раза, до 171,5 млрд рублей. Это позитивный фактор, который позволил лишь несущественно нарастить государственный долг регионов, составивший 2,3 трлн рублей, или 36,5% к налоговым и неналоговым доходам. Рост государственного долга субъектов Российской Федерации в прошлом году замедлился впервые начиная с 2012 года и составил 11% – чуть выше, чем рост налоговых и неналоговых доходов субъектов Российской Федерации.

Действительно, есть ещё ряд регионов, которые находятся в зоне риска (таких регионов 14) – у них государственный долг выше 100% налоговых и неналоговых доходов. К таким регионам мы особенно относимся: заключаем с ними соглашения, требуем соблюдения уровня дефицита, контролируем бюджет субъектов Российской Федерации и изменения, которые вносятся в этот бюджет.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! В заключение хотел сказать следующее. В настоящее время Счётной палатой осуществляется внешняя проверка отчёта об исполнении федерального бюджета за 2015 год, результаты которой оформляются заключением Счётной палаты и будут внесены в Государственную Думу вместе с отчётом.

Хотел бы просить, также как и в прошлые годы, до утверждения сводного заключения палаты на коллегии предметно рассмотреть все замечания, которые были высказаны нашим аудитором, и в первую очередь по финансовой отчётности, потому что много неустранённых замечаний именно в рамках финансовой отчетности к исполнению бюджета за прошлый год. Речь идёт не о цифрах кассового исполнения, а о переоценке, сроках постановки на баланс имущества и так далее. Поэтому хотел бы обратить внимание: за короткое время нам нужно быстро внести необходимые изменения в части замечаний, высказанных Счётной палатой.

Кроме того, хотел бы также коллег ориентировать на то, что мы уже приступили к подготовке бюджета на 2017 год. Срок первого заседания бюджетной комиссии, на котором будут рассмотрены предельные объёмы бюджетных ассигнований, – 27 июня, поэтому нам нужно уже готовить предложения по проекту бюджета на следующий год.

Следующий год будет сложным годом в отношении подготовки бюджета: нам нужно будет сокращать дефицит бюджета, который также будет являться ключевым макроэкономическим параметром, ответственным за рост, за балансировку бюджета, за снижение инфляции и стабилизацию макроэкономических показателей. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Антон Германович. Давайте послушаем заместителя Министра экономического развития Евгения Ивановича Елина, о госпрограммах. А потом всё вместе обсудим.

Е.Елин (заместитель Министра экономического развития): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые члены Правительства! Реализация государственных программ Российской Федерации в 2015 году осуществлялась в условиях значительной экономической неопределённости. В связи с этим было принято решение о приостановке действия отдельных положений Бюджетного кодекса, и госпрограммы не были приведены в соответствие с принятым законом о федеральном бюджете.

С одной стороны, указанные условия оказали негативное воздействие на реализацию госпрограмм в 2015 году, добавив ответственным исполнителям значительную долю неопределённости, но с другой стороны, особенности реализации позволили проверить способность ответственных исполнителей осуществить концентрацию ограниченных бюджетных ресурсов на ключевых направлениях государственной политики.

Анализ того, насколько эффективно в 2015 году ответственные исполнители смогли использовать все имеющиеся у них возможности, содержится в подготовленном нами сводном годовом докладе.

Сводный доклад основан на анализе сведений, отражённых ответственными исполнителями в рамках уточнённых годовых отчётов, а также на представленной Министерством финансов информации о финансовом обеспечении госпрограмм в рамках федерального бюджета.Хочу напомнить, что в 2015 году реализовывалось 39 госпрограмм. Пять госпрограмм на текущий момент не утверждены и не реализовывались.

Основную долю расходов на реализацию госпрограмм по-прежнему берёт на себя федеральный бюджет. Доля же средств юридических лиц остаётся достаточно низкой и составляет около 13% от общего объёма кассового исполнения госпрограмм в 2015 году. При этом хочу обратить внимание на низкое кассовое исполнение госпрограмм в части юридических лиц, которое составило менее 50%. Эта особенность, на наш взгляд, является проблемой. Дело в том, что хозяйствующие субъекты являются партнёрами по многим государственным программам, и если они не выполняют свои задачи, о чём свидетельствует низкий уровень софинансирования, то и общие цели не будут достигнуты.Поэтому необходимо усилить синхронизацию мероприятий между ответственными исполнителями и привлекаемыми для реализации госпрограмм юридическими лицами.

Необходимо коснуться изменений в методике оценки эффективности госпрограмм. Методика оценки эффективности позволяет оценивать результативность работы по четырём критериям. Такой критерий, как деятельность ответственных исполнителей, то есть менеджмента, в прошлом году отсутствовал в методике. Кроме того, методика расчёта остальных критериев была существенно изменена. В новой методике предусмотрено использование как повышающих, так и понижающих коэффициентов при расчёте оценки эффективности реализации программ. Так, установлены повышающие коэффициенты для показателей уровня госпрограмм, а также для показателей, обеспечивающих выполнение указов Президента.

Мы, таким образом, хотим сообщить ответственному исполнителю, что не столь важно, какие у него успехи на промежуточных этапах реализации госпрограммы. Для оценки эффективности главное, достигает ли он целей самой госпрограммы и достигает ли он целей, поставленных в соответствующих указах Президента.

В методике также впервые при расчётах указывалось фактическое значение показателей, достигнутых за предыдущий год реализации госпрограммы, что позволяет анализировать и учитывать складывающиеся тенденции.

По результатам интегральной оценки реализация трёх госпрограмм признана эффективной. Указанные госпрограммы получили высокую оценку практически по всем критериям эффективности. Работа ответственных исполнителей по реализации девяти госпрограмм была оценена как недостаточно эффективная.

Основные причины связаны с низкой оценкой достижения плановых значений (то есть план-факт), с низкой оценкой эффективности реализации мероприятий, то есть в рамках указанных госпрограмм большое количество контрольных событий либо не наступило, либо наступило с нарушением сроков. Помимо этого, госпрограммы получили низкую оценку либо по критерию кассового исполнения, либо по критерию эффективности деятельности ответственного исполнителя.

Указанные госпрограммы, которые получили низкую оценку, требуют, по нашему мнению, корректировки уже в этом году в рамках бюджетного процесса, в связи с чем предлагаем поручить ответственным исполнителям в рамках разработки проекта бюджета на 2017 год и плановый период 2018–2019 годов осуществить внесение в Правительство проектов новых редакций госпрограмм. Соответствующий проект протокольного решения представлен в Правительство.

Хотел бы ещё раз отметить, что описанные выше результаты оценки отражают эффективность госпрограмм, утверждённых Правительством в 2014 году, то есть два года назад.

Ряд госпрограмм признаны эффективными, исходя из высоких оценок достижения плановых значений, хотя ключевые события, которые должны были привести к этим значениям, не были выполнены в значительной степени. Такие госпрограммы тоже подлежат, по нашему мнению, корректировке в 2016 году.

Подводя итоги, хотел бы коротко отметить три недостатка, которые касаются практически всех госпрограмм.

Во-первых, есть существенные недостатки на этапе планирования госпрограмм, которые заключаются в том, что цели, задачи и целевые показатели, заявленные в госпрограммах, в значительной степени не соответствуют друг другу и не соответствуют отраслевым стратегиям, изложенным в соответствующих стратегических документах. Достаточно сказать, что в госпрограммах представлено более 2 тыс. показателей. Конечно, такое количество показателей администрировать практически невозможно.

Во-вторых, отсутствует нормативно определённое понятие ответственного исполнителя, и, соответственно, нет распределения ответственностей и прав, законодательно не установлено, а также не определён работающий механизм взаимодействия ответственных исполнителей, соисполнителей и участников госпрограмм. Это необходимо сделать.

Третья проблема, на наш взгляд, заключается в том, что количество госпрограмм в настоящее время является избыточным. Их цели во многом являются либо однотипными, либо друг друга дублируют. В этой связи целесообразно рассмотреть возможность оптимизации количества госпрограмм.

Описанный в сводном докладе анализ говорит об имеющихся фактах несовершенства применяемого программно-целевого метода, в связи с чем, а также во исполнение соответствующих поручений Правительства, мы представили предложения по перечню госпрограмм для апробации новых подходов. В наши предложения попали восемь госпрограмм.

Предлагаемая апробация предполагает пересмотр значений ключевых целевых показателей госпрограмм, расширение полномочий ответственного исполнителя госпрограмм в рамках формирования и распределения предельных объёмов финансирования, и в том числе она предполагает включение мероприятий федеральных целевых программ в состав соответствующих госпрограмм.

Мы рассчитываем на основе полученных от апробации результатов сформировать предложения по уточнению положений как бюджетного законодательства, так и законодательства в сфере формирования и исполнения госпрограмм.

И в заключение хотел бы ещё раз подчеркнуть, что мы не собираемся останавливаться на представленных сегодня мной изменениях. В следующем году при оценке итогов реализации госпрограмм мы будем более широко привлекать внешний аудит и сотрудничать с экспертным сообществом. Мы планируем осуществлять оценку макроэкономической эффективности реализации мероприятий и их вклад в ВВП и оценку потенциала оптимизации мероприятий госпрограмм.

Таким образом, представленные новые подходы к разработке сводного годового доклада станут надёжным инструментом принятия управленческих решений Правительства Российской Федерации в бюджетном цикле. Прошу поддержать проект протокольного решения. Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, теперь про Пенсионный фонд и соцстрах – Максим Анатольевич Топилин.

М.Топилин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В принципе те характеристики, которые были запланированы в законе, исполнены, все обязательства по Пенсионному фонду тоже выполнены. Хотел бы обратить внимание на то, что мы действовали в рамках запланированной стратегии долгосрочного развития пенсионной системы, постоянно оптимизируя вопросы, связанные с трансфертами из федерального бюджета, соценками условий труда.

В качестве цифровых подтверждений хотел бы сказать, что, если в 2012 году у нас объём трансфертов составлял 2,8% от ВВП, то уже по итогам 2015 года это всего лишь 2,2%. Если бы меры постепенно, из года в год, не принимались бы, у нас трансферт был бы не 1,8 трлн рублей, которые в ходе исполнения реализованы, а 3,6 трлн рублей. Это очень важно с точки зрения оценки тех действий, которые производились по исполнению бюджета Пенсионного фонда.

В ходе 2015 года была проведена индексация пенсий, и стоимость одного пенсионного коэффициента была увеличена с 1 февраля на 11,4%. Эти обязательства были исполнены в полном объёме. Также в исполнении отражены индексации всех социальных выплат: прежде всего ежемесячные денежные выплаты, которые предусмотрены законодательством для инвалидов Великой Отечественной войны, для инвалидов различных групп, ветеранов боевых действий, различных других категорий населения. Здесь индексация была произведена в размере 5,5%, и расходы составили 358 млрд рублей – это трансферты из федерального бюджета в силу законодательства, не связанные с пенсионными обязательствами.

Пенсии были проиндексированы на 11,4% и составили за 2015 год в среднем 12 830 рублей – это 1,6 от прожиточного минимума пенсионера. Здесь у нас ещё много задач, которые мы перед собой поставили.

Тарифы были реализованы в соответствии с действующим законодательством, 22% – стандартная ставка. Соответственно, трансферт на выпадающие доходы – между ставкой 26 и 22%, плюс 10% сверх величины, нормируемой для взносообложения.

На что хотел бы также здесь обратить внимание, мне кажется, это очень важно для последующей работы: 342 млрд рублей – это трансферт в связи с льготными режимами взносов в Пенсионный фонд. Нам всё-таки представляется, что если мы не можем эти льготы поменять или перевести в субсидии по различным отраслям, то по крайней мере надо принять решение о том, что больше мы не будем ни вводить новые льготы, ни продлевать те режимы, которые предусмотрены действующим законодательством. Сейчас нам очень много предложений сыпется из министерств и ведомств о том, что надо продлевать льготные тарифы. Но тогда мы не выйдем из этого положения вообще, тем более что все были предупреждены и все в силу закона знают, как тариф увеличивается из года в год, когда льготная ставка завершается.

Также профинансированы все обязательства по материнскому (семейному) капиталу. 1 млн 40 тыс. государственных сертификатов было выдано в прошлом году и реализована программа, связанная с поддержкой тех семей, которые в рамках антикризисных мер обратились за 20 тыс. (это более 2 млн человек). Мы сейчас завершаем последние выплаты.Законопроект всеми согласован, замечаний по нему нет. Сейчас мы также отрабатываем по результатам проверки Счётной палатой исполнение бюджета.

Что касается исполнения бюджета Фонда социального страхования, он состоит из двух частей: это страховые взносы и обязательства по временной нетрудоспособности и семейным различным пособиям, в том числе и при рождении ребёнка. Здесь есть небольшой дефицит, но он в прошлом году был профинансирован с учётом 55 млрд рублей тех остатков, которые не были использованы как трансферт в прошлые годы, поэтому дополнительных средств из федерального бюджета не потребовалось. И в этой части бюджет фонда был исполнен в полном объёме, с учётом индексации тех страховых выплат, которые были предусмотрены на 5,5%, а потом ещё с 1 февраля этого года на 7%, но в исполнение вошла только первая индексация.

Также важно подчеркнуть, что у нас остаётся профицитной страховая часть фонда по несчастным случаям на производстве и накоплены дажесоответствующие резервы, это порядка 100 млрд рублей. Здесь тоже исполняются все обязательства. У нас продолжается снижение почти на 10% выплат по несчастным случаям на производстве в связи с тем, что падает и смертельный травматизм, и травматизм в принципе. Это всё связано в том числе с профилактическимимерами, которые проводятся по линии работодателей.

В прошлом году была исполнена на 20 млрд рублей программа обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации. По сравнению с 2014 годом, когда у нас было исполнение заявок порядка 76%, это фактически 99%.Также были профинансированы дополнительные меры, по которым были специальные решения в отношении санаторно-курортных организаций, расположенных в Крыму и Севастополе. Законопроект со всеми согласован.Просьба поддержать.

Д.Медведев: Спасибо. Теперь, пожалуйста, Вероника Игоревна.

В.Скворцова: Спасибо большое. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Отчёт о кассовом исполнении бюджета Фонда обязательного медицинского страхования согласован Федеральным казначейством без замечаний. Доходы бюджета фонда в 2015 году составили 1 трлн 573,5 млрд рублей. Важно отметить, что отмена ограничений по предельной базе для начисления страховых взносов дала существенный прирост страховых взносов по сравнению с 2014 годом на 319 млрд рублей, или на 26%. Вместе с тем доходы фонда составили на 2,9% меньше, это 46 млрд рублей, по сравнению с предполагаемыми и утверждёнными объёмами в результате недопоступления страховых взносов на работающее население.

Все текущие расходные обязательства, утверждённые в бюджете фонда, выполнены в полном объёме. Расходы бюджета фонда произведены в сумме 1 трлн 638,8 млрд рублей. На реализацию территориальных программ обязательного медицинского страхования направлено субвенций в размере 1 трлн 427,1 млрд рублей. Указанная субвенция обеспечила установленный программой государственных гарантий подушевой норматив в размере 8260,7 рубля, который на 19% больше подушевого норматива в 2014 году.

Впервые в 2015 году вся высокотехнологичная медицинская помощь, не включённая в базовую программу ОМС, была оплачена за счёт средств ОМС. На эти цели из нормированного страхового запаса было направлено 82,7 млрд рублей, из которых 77,7 – на федеральные государственные учреждения и 5 млрд – на региональные медицинские организации. В связи с удорожанием лекарственных средств из-за изменения курсов валют территориальные фонды ОМС дополнительно получили 9,4 млрд рублей на финансовое обеспечение территориальных программ государственных гарантий.

Полностью удовлетворены заявки субъектов Российской Федерации на предоставление компенсационных выплат медицинским работникам по программе «Земский врач», что позволило в 2015 году привлечь на село почти 4 тыс. врачей, молодых специалистов. По заявкам Фонда социального страхования на оплату родовых сертификатов перечислено 18,4 млрд рублей.

Важно отметить, что после исполнения всех текущих обязательств бюджета фонда в федеральный бюджет направлена дотация на сбалансированность в размере 92,1 млрд рублей. Проект федерального закона согласован всеми ведомствами, получено положительное заключение Института законодательства и сравнительного правоведения, имеется положительное заключение Минюста. Просим одобрить и внести в Государственную Думу. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 26 мая 2016 > № 1767064 Дмитрий Медведев, Вероника Скворцова


Япония. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 мая 2016 > № 1765773 Синдзо Абэ

Программа встречи Большой семерки в Японии: курс на глобальное процветание

На нашей встрече мы обсудим такие вопросы, как терроризм, международное морское право и глобальное здравоохранение

Синдзо Абэ (Shinzo Abe), The Wall Street Journal, США

Саммит G7, который пройдет в Исэ-Сима 26-27 мая, состоится в переломный момент для стран Большой семерки и для всего мира.

За тот год, который прошел после саммита Большой семерки в замке Эльмау в Германии, мир столкнулся с массой чрезвычайно тревожных событий. Мировые экономические прогнозы утратили устойчивость и начали снижаться, и природные катаклизмы, усугубляющийся конфликт в Сирии, положение беженцев и теракты в Европе тоже внесли свой печальный вклад в развитие нестабильности.

Лидеры стран Большой семерки — Канады, Франции, Германии, Италии, Японии, Соединенного Королевства и США — должны представить четкое видение того, как нужно решать эти проблемы, и разработать те меры, с помощью которых их страны и весь мир смогут справиться с негативными тенденциями и восстановить стабильность и рост. Я хотел бы отметить, что мы встречаемся на острове Кашикоджима — «Острове Мудрости».

В борьбе с негативными тенденциями у членов Большой семерки есть существенное преимущество, а именно — такие общие ценности, как свобода, демократия, диктатура закона и уважение к правам человека. В центре обсуждения на саммите будет вопрос о восстановлении глобальной экономики, которого можно добиться путем сбалансированного сочетания кредитно-денежной политики, ускорения структурных реформ и гибкой бюджетно-налоговой политики. Мы также рассмотрим возможности решить проблемы, существующие в ключевых сферах, в том числе терроризм, проблемы в инфраструктуре, глобальном здравоохранении и международном морском праве.

Хотя перед нами стоит множество сложных вопросов, у нас есть и поводы для надежды. Во-первых, мы наблюдаем огромный спрос на инфраструктуру на глобальном уровне. Множество развивающихся стран смогут развиваться еще быстрее, если у них будет больше дорог, портов, телекоммуникационных объектов и других объектов инфраструктуры. Развитые страны могут сосредоточиться на повышении качества и ремонте устаревших объектов инфраструктуры, а также на создании более экологически устойчивой инфраструктуры.

Что касается предложения, нам необходимо увеличить производительность. Мы должны начать закладывать основы экологически-ориентированного роста и решать проблему стареющего населения — с этими проблемами столкнутся не только развитые страны. Нам будут необходимы инновации во всех сферах, в том числе расширение области применения информационных технологий.

Чтобы увеличить производительность, нам также потребуется найти способы обеспечить всех людей возможностями и мощными стимулами для того, чтобы они работали на благо своего общества, независимо от пола, возраста и физического состояния. В Японии создание такого общества, в котором женщины могут в полной мере себя проявить, стало краеугольным камнем моей внутренней политики, и я намереваюсь обсудить этот вопрос на саммите.

Если нам удастся гармонично соединить факторы спроса и предложения, это позволит нам добиться экономического роста здесь и сейчас и повысить вероятность роста в будущем. Саммит Большой семерки станет идеальной возможностью еще раз заявить о нашей приверженности принципам свободной торговли. Япония выступит за ускорение вступления в силу и расширение списка участников соглашения о трансатлантическом партнерстве и скорейшее заключение договора, касающегося торгового соглашения между Японией и Евросоюзом.

Свободная и честная конкуренция должна стать основой этого и других соглашений. Я предложу участникам саммита Большой семерки обсудить стратегии, которые позволят убедить страны не прибегать к мерам, приводящим к переизбытку предложения на рынках, что в свою очередь вредит торговле. Мы должны рассмотреть вопрос о чрезмерном предложении на рынках нефтепродуктов, стали и другого сырья, а также о нечестных путях защитить национальную промышленность. Страны Большой семерки должны также возглавить борьбу против коррупции и выработать меры по борьбе с уходом от налогов.

Однако мер по восстановлению глобальной экономики недостаточно в мире, дестабилизированном терроризмом и вооруженным экстремизмом. Борьба с терроризмом требует, чтобы мы уделяли больше внимания помощи в развитии, позволяющем устранить главные причины терроризма, среди которых можно назвать экономическую и социальную депривацию, а также отсутствие возможностей получить образование. Мы должны усилить поддержку развития стабильных и терпимых обществ — на Ближнем Востоке и по всему миру. Участники саммита, который пройдет на этой неделе, разработают «План действий Большой семерки по борьбе с терроризмом и вооруженным экстремизмом».

Глобальное здравоохранение — это еще один ключевой фактор для обеспечения процветания развивающихся и развитых стран. Я буду призывать лидеров Большой семерки развивать систему всеобщего медицинского страхования и бороться с кризисами здравоохранения.

Гарантия свободы судоходства — это необходимое условие для экономического роста, стабильности и мира. К сожалению, не все страны признают это, и мы наблюдаем, как некоторые из них в одностороннем порядке предпринимают шаги, подрывающие диктатуру закона в море, меняющие статус кво и приводящие к росту международного напряжения. Основываясь на Заявлении министров иностранных дел Большой семерки по морской безопасности, принятом в Хиросиме в апреле, я призову лидеров Большой семерки выступить в поддержку принципа свободных и открытых морей.

Члены Большой семерки являются движущей силой мира и процветания не только благодаря размеру своих экономик, но и благодаря общим ценностям. В нынешние неспокойные времена мне выпала честь стать председателем саммита Большой семерки и руководить ходом дискуссий, поэтому вместе с моими коллегами я буду работать над тем, чтобы направить мир по пути, ведущему к процветанию.

Синдзо Абэ — премьер-министр Японии.

Япония. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 мая 2016 > № 1765773 Синдзо Абэ


Россия > Авиапром, автопром. Финансы, банки > gazeta.ru, 24 мая 2016 > № 1765277 Йорг Шрайбер

«Позволили себе автомобиль — перестаньте жаловаться»

Что будет с авторынком в России, рассказал глава Mazda Motor RUS

Алина Распопова

Каким автокомпаниям в России невыгодно продавать автомобили, почему цены на новые машины будут расти и почему, несмотря на все негативные факторы, российский рынок обязательно выйдет из кризиса. Об этом и многом другом в интервью «Газете.Ru» рассказал председатель комитета автопроизводителей АЕБ и глава Mazda Motor Rus Йорг Шрайбер.

Председатель комитета автопроизводителей Ассоциации европейского бизнеса (АЕБ) Йорг Шрайбер — одна из самых весомых фигур в автомобильном бизнесе. Комитет не только ежемесячно публикует подробные данные о результатах продаж новых автомобилей в России, полученные от членов организации, но и ведет переговоры с правительством, представляя интересы всей отрасли в целом. Уроженец Берлина, помнящий времена ГДР и получивший образование в Москве, он прекрасно знаком с реалиями российского авторынка и свободно говорит по-русски. Господин Шрайбер также много лет занимает пост главы Mazda Motor Rus. В беседе с «Газетой.Ru» он рассказал о будущем локализации производства в России после вступления во Всемирную торговую организацию (ВТО), смысле экспорта автомобилей из России и о том, почему машины продолжают дорожать.

— В мае все автопроизводители, подписавшие соглашение о промышленной сборке, сдали отчеты о своей работе в Минпромторг. Вместе с этим российское правительство пообещало изменить ряд условий соглашения по причине кризиса и падения спроса: не все могут выполнять взятые ранее обязательства. Что сейчас происходит между автокомпаниями и Минпромторгом?

— Все переговоры относительно квот, локализации каждый автопроизводитель ведет сам только по своему бренду. Это объясняется принципом конфиденциальности, который и заложен в этих договоренностях с министерством. Не существует какого-то общего тайного согласования. Но в целом вызовы и задачи общие у всех. Поэтому, действительно, ведутся разговоры с министерством и правительством о возможной помощи автокомпаниям. Если говорить о соглашении о промышленной сборке, о постановлении №166, то текущие рамочные условия для автопроизводителей в России уже истекают. Кто-то подписывал первый вариант, кто-то второй.

Но в 2018 году срок действия подписанных соглашений истекает практически у всех. И главный вопрос: что дальше?

Сейчас есть два основных вопроса, с которыми придется разбираться. Первый — это обязательства, которые уже взяли на себя автопроизводители в рамках переговорах о промсборке. Как их выполнять? И есть определенные проблемы с емкостью рынка. Сейчас он небольшой, его объемов не хватает, чтобы обеспечить загруженность существующих производственных мощностей. В правительстве относятся к этому с пониманием, но при этом не хотят предоставлять никому из игроков особых условий — все должны играть по одним правилам.

Сейчас переговоры ведутся относительно того, как стимулировать потребительский спрос, чтобы можно было продавать больше машин и загружать производственные мощности.

В этом плане господдержка есть. Можно много спорить, достаточны ли ее размеры. Но ее могло бы и не быть вовсе. Поэтому нужно быть благодарными за то, что мы имеем.

— И на какие ответные шаги правительства сейчас рассчитывают автокомпании, которые ведут локальное производство в России? Ведь им были обещаны послабления, что же это за помощь?

— С автопроизводителями обсуждается рынок в целом, локализация и то, как можно ее считать с учетом изменения курса валют. Есть два типа автопроизводителей. У первых невысокие объемы выпуска. И второй — те, которые подписали обязательство производить до 300 тыс. автомобилей в год и достичь уровня локализации 60%, на этот уровень выйти очень непросто. Поэтому по взятым на себя обязательствам мы находимся далеко не в одной лодке.

Только General Motors, «АвтоВАЗ», Renault, Nissan, Volkswagen, Ford и Sollers подписали соглашение о промсборке в высоких объемах.

Если все условия, которые взяли на себя автопроизводители, выполняются, то ввозимые комплектующие и запчасти освобождаются от таможенной пошлины. А сейчас они доходят до 25–40%.

— Давайте поговорим об экспорте из России. Сейчас эту идею всеми способами продвигают в правительстве. Главные надежды в этом плане на «АвтоВАЗ», и это логично. Но как насчет Renault, VW и других автопроизводителей. В принципе, насколько это интересно любой компании, которая решилась открыть завод в России?

— Как временная мера экспорт это довольно интересно. Но эту тему каждая автокомпания должна рассматривать индивидуально с учетом того, где еще в мире она ведет свое производство. Где у вас основной рынок сбыта, где вы хотите получить прибыль и где производить.

Если говорить про «АвтоВАЗ», действительно, этот процесс должен осуществляться в обязательном порядке.

Его мощности огромны, их нужно загружать, и, если они будут простаивать, предприятию будет еще сложнее. Поэтому «АвтоВАЗу» нужно искать возможности для экспорта. Они ведь были раньше, пусть на других условиях. Но в советские времена доля экспорта была велика, доходила примерно до 40%. В целом смысл в экспорте есть, если у вас есть крупное производство в России. К этому также добавляется еще один фактор.

Когда местная валюта относительно слабая, то это становится экономически выгодно для международных автомобильных концернов.

Именно на этот момент обращают мировые автопроизводители, когда говорят об основном месте сборки. Конечно, у «АвтоВАЗа» выбора нет. А для других это интересно. Но кому-то, к примеру, было бы выгоднее поставлять автомобили из Германии или из других стран, где дистанции короткие, есть выход на море, ниже другие издержки.

И поэтому государство выдвинуло предложение покрывать транспортные издержки тех компаний, которые подписали соглашение о промсборке и которые экспортируют автомобили из России в другие страны.

Кроме того, есть и политический момент, ведь те компании, которые вложили существенные инвестиции в Россию, не хотят их потерять. Как, к примеру, General Motors. Большинство решило идти другим путем, оставаться в России. Поэтому им и нужны временные меры поддержки ведения локализованного производства на территории России. Чтобы они продолжали это делать, даже есть у них есть более выгодные варианты в другой стране. Сейчас поддержка экспорта из России со стороны государства покрывает только часть расходов. Но это лучше, чем ничего.

— Но наверняка есть что-то еще…

— Почти два года назад в Санкт-Петербурге президент Владимир Путин объявил о новом виде инвестиций в российскую экономику. Так называемые специальные инвестиционные контракты (СИК). Инструмент должен заработать во всех отраслях, включая автопромышленность. С тех самых пор идет обсуждение условий. И тут оказалось, что Mazda — первая автокомпания в очереди на подписание этого контракта.

У нас есть завод во Владивостоке, и речь идет о расширении инвестиций в этот завод, увеличении производимой там модельной линейки и производстве моторов.

Сейчас получается, что после отживающего свое соглашения о промсборке СИК — это следующий этап. В 2018 году существующие соглашения продлить будет уже нельзя, Россия вступит в ВТО. У кого-то действие соглашения истечет в 2019 году. Но это уже непринципиально. Эти СИК — совершенно новая тема, которая, возможно, даст ответ: а что дальше, что после этих соглашений о промсборке? Я не могу решать за японский совет директоров Mazda, но, скорее всего, оно будет подписано компанией.

— Давайте перейдем к более простым темам. Так, сейчас производители сокращают количество моделей в России, откладывают вывод новинок. Это такой новый тренд?

— Это не тренд, это экономическая необходимость для большинства автокомпаний.

Валютные курсы таковы, что если продажа автомобиля неприбыльна, то в чем смысл его продавать? Особенно если машину нужно привезти из другой страны.

Одно дело, когда у вас есть завод, производственные мощности, сотрудники, тогда, конечно, мощности нужно загружать. Но если машину экономически невыгодно привозить из-за рубежа, то не нужно этого делать. Это относится и к Mazda — мы сократили свой модельный ряд и не привозим новые модели, которые уже продаются в других странах. Они очень красивые, но мы посчитали, что это будет дорого. Когда мы начали бизнес в России, курс рубля была в два раза выше, и мы получали хорошую маржу. Но когда курс плохой, маржа быстро уходит вниз. Автопроизводители вынуждены сокращать модельный ряд и ждать улучшения ситуации. Если машина не продается, она будет стоять и стоить денег. Это ведь не интернет-магазин. Нужно ее привезти, поставить. Ее должен выкупить дилер и потом платить высокие банковские проценты. Сейчас пробовать, рисковать — это плохая стратегия. Особенно это касается недорогих автомобилей. Но эта ситуация не навсегда. Если говорит о Mazda, то после подписания СИК мы расширим модельный ряд.

— А что сейчас происходит со спросом?

— Спрос в России есть огромный, но он неплатежеспособный. Немецкая аналитическая компания посчитала, что нереализованный спрос на автомобили в России — около 2 млн единиц. То есть в стране есть столько людей, которые хотели бы купить автомобиль, но не могут или не хотят.

У них в приоритете вернуть кредит, купить квартиру. Но при этом они очень хотели бы новый автомобиль. А на Западе ситуация другая. Там у людей есть деньги, но автомобиль им не нужен, поскольку он у них уже есть.

— Получается, что в целом для автокомпаний Россия этим и будет интересна в ближайшее время?

— Сейчас ситуация плохая. Но то, что спрос накапливается, — это хорошо. В будущем, когда экономика стабилизируется, он появится вновь. Люди увидят прирост в зарплате, уволенные коллеги вернутся на работу. Тогда можно будет потратить деньги на машину. В России очень старый автопарк, машины разваливаются, их нужно заменять. Рано или поздно это произойдет. Придут новые или почти новые автомобили, которые оживят рынок. Сейчас автопроизводители должны принять решение, что делать. Мы в Mazda решили терпеть, выжидать. Мы не пытаемся продать как можно больше автомобилей, но и не работаем в убыток. Имеется в виду общая картина глобального бизнеса.

Так, в рублях можно быть прибыльным, а вот пересчете на иены эта прибыльность быстро рассеивается. Но я верю в Россию.

— То есть, на ваш взгляд, новых громких уходов, как это было с брендами General Motors, уже не будет?

— Я уверен, что нет. GM была членом «большой пятерки» с серьезным опытом работы на рынке. Поэтому такое внимание. Это было неожиданным решением, в том числе для меня. При этом сокращение присутствия компании на рынке совпало с осложнением отношений между Россией и США. Пошли неоправданные спекуляции на политическую тему. В целом такое повторяться уже не будет. К тому же они не исключали возможности вернуться.

— Давайте снова ближе к людям. Сейчас человек должен серьезно думать не только о стоимости автомобиля, но и, к примеру, технического обслуживания, страховки, платной парковки. Почему стоимость владения автомобилем становится все выше и выше?

— Повысилась в первую очередь стоимость ОСАГО. Потому что выплаты по ней раньше были очень низкие и с этим нужно было что-то делать.

По своему полису ОСАГО в Германии я могу рассчитывать на покрытие €2 млн при ущербе имуществу. За ущерб жизни и здоровью выплаты €10 млн!

А то, что было тут, — это смешно. Поэтому и взносы, и выплаты нужно было повышать. Есть у меня мнение и относительно платной парковки. Хотя меня это касается не так сильно, поскольку я живу в доме за городом, где у меня есть свой гараж. Но я рад, когда, приезжая в центр, я вижу свободные места для парковки. Нет больше автомобилей, припаркованных в два-три ряда. Но вы правы: владение автомобилем будет все дороже и дороже. Это факт.

Есть высокая инфляция, около 10%. Поэтому издержки на владение автомобилем также должны вырасти на эти 10%.

Ведь расходы автопроизводителей — их не спрячешь под диван! Одновременно автомобили стали более доступны в плане выбора, конкурентной борьбы. За тебя дерутся, клиентов облизывают с головы до пят. Но это стоит денег.

— Ведется ли сейчас сотрудничество между автопроизводителями и страховыми компаниями, которое позволило бы хоть немного снизить расходы автовладельцев по этой статье?

— Автопроизводители работают со страховыми компаниями, чтобы смягчить эти издержки, предложить клиентам свои спецпрограммы. Расходы на страхование в России очень высоки, особенно каско.

В Западной Европе я таких доплат за каско нигде не встречал. Каждый год надо платить по 10–12% от стоимости автомобиля!

Но существуют тарифы с франшизой, когда, к примеру, весь ущерб до $1 тыс. клиент возмещает сам. А если ущерб окажется выше, то в дело вступает страховая компания. Это позволяет заметно сэкономить. То есть не надо страховать все, а только самое необходимое. По такому принципу я беру машина напрокат в Германии: я готов заплатить $1 тыс., но не готов $50 тыс.

— Одна из моих знакомых рассказала, что владение Range Rover Evoque в столице каждый год обходится ей в 450 тыс. руб. в год с учетом всех расходов на топливо, ТО и парковку, не слишком ли это?

— Получается, что такие люди могут себе это позволить. Если нет, то нужно покупать себе другой автомобиль.

Нужно жить в реальном мире. И автомобиль сейчас — это дорого.

Сейчас люди стали уделять много времени изучению стоимости владения, и есть много вариантов. Поэтому нужно посчитать свои деньги. Ведь когда ты берешь кредит, без каско не обойдешься. Нужно задать вопрос, действительно ли вам нужен автомобиль или же это предмет имиджа, роскоши? Если вы можете себе это позволить, то перестаньте жаловаться на издержки. Если он вам нужен, потому что вы устали ездить из Подмосковья на электричке, то выбирайте себе бренд и машину по карману.

Россия > Авиапром, автопром. Финансы, банки > gazeta.ru, 24 мая 2016 > № 1765277 Йорг Шрайбер


Россия > Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 17 мая 2016 > № 1756202 Михаил Мень

Заседание Госсовета по вопросам развития строительного комплекса и совершенствования градостроительной деятельности.

Владимир Путин провёл в Кремле заседание Государственного совета Российской Федерации, посвящённое вопросам развития строительного комплекса и совершенствования градостроительной деятельности.

Обсуждались меры по развитию строительного комплекса, касающиеся, в частности, реализации инвестиционных проектов, применения новых технологий, гармонизации законодательства в строительной сфере, применения механизмов государственно-частного партнёрства.

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Нам предстоит сегодня обсудить вопросы развития строительного комплекса и совершенствования градостроительной деятельности.

Не нужно лишних слов говорить по поводу того, насколько важна эта тема. Строительная отрасль – важнейшее, стратегическое направление социально-экономического развития страны. Это один из самых динамичных, перспективных сегментов рынка, на который приходится почти 6 процентов ВВП страны.

У отрасли есть все возможности, чтобы стать одним из ключевых драйверов роста российской экономики, и для этого важно в полной мере реализовать её огромный колоссальный потенциал.

10 лет назад мы приняли Градостроительный кодекс, который упорядочил нормативную базу в области строительства. За этот период нам удалось достичь заметных показателей в строительстве жилья, если не сказать рекордных показателей. В 2014 году было введено 84,2 миллиона квадратных метров, в прошлом году ещё больше – 85 миллионов, при этом на 20 процентов увеличился объём жилья экономического класса.

Однако потребность людей в улучшении жилищных условий остаётся по–прежнему высокой, и удовлетворить этот спрос можно только с использованием надёжных рыночных механизмов, в том числе и ипотечного кредитования. За последние пять лет именно этот инструмент позволил обеспечить рост объёмов ввода жилья на 60 процентов, а по объёмам эконом-класса – на 90 процентов.

Ипотека – это мощный двигатель жилищного строительства, и Правительству совместно с Центральным банком, безусловно, нужно искать пути снижения ставки по таким кредитам, искать новые механизмы привлечения финансовых ресурсов в ипотеку, при этом не нагружать бюджет новыми дополнительными расходами. Знаю, что у рабочей группы Госсовета есть предложения на этот счёт – давайте их сегодня обсудим.

Добавлю, что одним из распространённых способов приобретения жилья является долевое строительство. Однако здесь ещё достаточно проблем, и, прежде всего, это неисполнение застройщиками своих обязательств. К сожалению, обманутых дольщиков всё ещё много, и за каждым случаем стоит судьба конкретной семьи, конкретного человека.

Ситуации с недостроенными, брошенными домами, с фирмами, которые прикарманили, если прямо сказать, чужие деньги и, как в народе говорят, смылись после этого, – всё это подрывает доверие граждан к долевому строительству, а значит, снижает их возможности улучшить жилищные условия.

Сейчас законодательно установлены дополнительные гарантии для участников долевого строительства, определены новые требования к страховым организациям, заключающим договоры с застройщиками. Но мы с вами видим, что существующих мер, к сожалению, пока недостаточно, чтобы предотвратить риски незавершённого строительства и надёжно защитить права граждан. Так, пока нет ни одного примера завершения жилищных объектов за счёт страховых средств. Надо признать, что наши страховые компании ещё недостаточно накопили ресурсов, чтобы справиться с такой задачей, – во всяком случае так они об этом говорят. И конечно, можно в этих условиях рассмотреть предложение о создании государственного компенсационного фонда в жилищном строительстве, я бы попросил высказаться на этот счёт.

Вместе с тем мы не должны создать такого механизма, который бы вечно прикрывал чьи–то огрехи, неэффективную работу, либо ещё хуже – чьё–то жульничество. Государство не должно быть спонсором такой некорректной работы.

Надо также провести инвентаризацию незавершённого строительства, разработать порядок его достройки и оформления прав собственности. Здесь необходимо активнее использовать механизмы государственно-частного партнёрства.

Отмечу и важность формирования современного рынка арендного жилья, мы об этом много раз уже говорили. Да, конечно, это задача непростая, но её решение, безусловно, нужно продвигать. Прошу Правительство рассмотреть возможность реализации пилотных проектов в этой сфере. И конечно, начать нужно с крупных городов.

В целом хотел бы отметить следующее: в структуре строительной отрасли три четверти принадлежит именно жилищному строительству. Надо всемерно поддержать этот сектор, без проволочек выделять земли для строительства жилья, помогать инвесторам в обеспечении коммунальной инфраструктуры.

Нужно также посмотреть, за счёт чего можно ещё сократить количество разного рода разрешительных процедур и сроки согласований. Мы уже многократно возвращались в этой проблеме, и особенно ярко выглядят здесь проблемы, когда на территориях, близких даже географически, административные процедуры являются совершенно разными и по срокам, и по качеству исполнения.

Кроме того, важно проанализировать, что дополнительно надо сделать для успешной реализации проектов в рамках программы «Жильё для российской семьи».

Уважаемые коллеги! Особое внимание я просил бы уделить сегодня и темам, которые относятся к базовым, определяющим состояние отрасли: это техническое регулирование, ценообразование в строительной отрасли. Здесь, безусловно, накопилось очень много острых и застарелых проблем.

Кстати говоря, обращаю внимание наших коллег из Правительства. Вопрос ценообразования там, где расходуются государственные деньги, у нас из года в год не решается. Только что в Сочи обсуждали с военными и представителями ОПК ту же самую тему. Она до сих пор является одной из ключевых.

Решение подобных вопросов должно иметь системный и синергетический эффект, должно значительно повлиять на экономию бюджетных средств, на улучшение делового климата, развитие конкуренции и, конечно, на повышение прозрачности на всех стадиях строительства объектов, на снижение уровня коррупции, а также на активное внедрение современных, в том числе энергосберегающих, технологий и безопасных экологических материалов.

Выделю некоторые, на мой взгляд, наиболее важные проблемы.

Известно, что действующая сметно-нормативная база уже давно устарела, отсутствуют чёткие, обоснованные и достоверные сведения о расходах и в проектировании, и в строительстве. Безусловно, такая, с позволения сказать, вольница позволяет составлять сметы на основе некой сложившейся практики, а если говорить честно, часто просто с неба берутся эти цифры, от фонаря. В итоге невозможно проконтролировать обоснованность и эффективность вложения бюджетных средств, направленных на строительство различных объектов. Похожая ситуация и в сфере технического регулирования, которое значительно отстаёт от современных требований и международных стандартов.

Очевидно, что необходимо законодательное установление строительных норм, обязательных к применению. Нужно создавать государственную систему информирования о ценообразовании в отрасли, вводить технологический и ценовой аудит обоснования инвестиций в строительство, формировать единый комплекс нормативных документов в области технического регулирования.

Необходимо также исключить ситуацию, когда к уже готовым к строительству объектам предъявляются новые требования. Их постоянно выдвигают то МЧС, то Роспотребнадзор, то пожарные службы, другие структуры. Они вводят свои новые правила без согласования с Минстроем, и можно себе представить положение инвесторов, застройщиков. В итоге вся проектная база будущих строек просто рассыпается: нужно заново всё просчитывать, переделывать, тратить дополнительные средства, ну и время, конечно. Такое положение дел, безусловно, нужно поменять и выстроить деловое, эффективное межведомственное взаимодействие.

Мы уже не раз обсуждали, уважаемые коллеги, практически все обозначенные только что мною вопросы. И хотелось бы сегодня получить информацию о том, как они решаются.

Ещё одна важная тема – работа саморегулируемых организаций. Этот институт действует с 2009 года. Сейчас в его рядах 502 структуры, которые должны были бы обеспечивать качество, надёжность и безопасность инженерных изысканий, проектирования и в конечном итоге самого строительства, а по большому счёту эти цели так и остались на бумаге. Деятельность саморегулируемых организаций зачастую сводится к выдаче свидетельств о допуске к определённым видам работ, причём часть из них просто торгует такими разрешениями. Помню, как мы с представителями бизнес-сообщества горячо обсуждали эту тему и как в своё время доказывали наши партнёры, что это совершенно необходимое нововведение.

Напомню, этот институт был организован именно по просьбе самих предпринимателей, создан для преодоления административных барьеров, для утверждения честного, неподкупного профессионального отношения к делу. А на деле, к сожалению, мы получили практически ту же бюрократию, но уже в лице бизнес-сообщества, те же чиновничьи подходы и использование, к сожалению, даже, это мы тоже отмечаем, своего положения в этих структурах отдельными предпринимателями в корпоративных интересах. Только с худшими всё последствиями, потому что дискредитируется сама по себе идея саморегулирования.

Но отказываться от этого института, конечно, не нужно. Нужно учесть все ошибки, провести необходимую реформу и направить потенциал профессионального сообщества на те направления, где оно действительно может принести пользу.

Уважаемые коллеги! Любая территория – это единый живой организм со своей историей и со своими традициями. Каждый третий город в России, множество посёлков и сёл обладают уникальными архитектурными и культурными достояниями, культурным наследием. И всё это нужно учитывать при принятии градостроительных решений, при формировании схем территориального планирования.

Также важно соотносить эти планы с запросами граждан, смотреть, чтобы строительство новых кварталов не приводило к критической перегрузке инфраструктуры, прежде всего, конечно, имею в виду социальную и транспортную инфраструктуры, ведь градостроительство – это создание благоприятных, комфортных условий для жизни и работы людей. Мы должны вместе с вами сделать всё необходимое, чтобы уровень благоустройства городов, посёлков соответствовал ожиданиям наших граждан. Нужно обновлять и создавать новые парки, скверы, зоны отдыха, пешеходные улицы, площадки для занятий спортом. Правительство должно поддержать те регионы, которые готовы включиться в создание таких современных городских пространств, комфортных и необходимых людям.

Вы знаете, ничего нового не скажу. Ясно, что там, где есть инфраструктура, легче строить. Понятно, но всё хорошо в меру. Нужно инфраструктуру развивать не только потому, что там легче и дешевле построить, а в конечном итоге для того, чтобы людям лучше жилось на этих территориях.

Уважаемые коллеги! Тема, вынесенная на сегодняшний Госсовет, многогранная и многоплановая, и сейчас мной обозначены только наиболее важные вопросы. Несомненно, у вас есть своё мнение, свой взгляд, свои предложения.

Мне Игорь Евгеньевич Левитин только что рассказывал, как шли дискуссии, вплоть до последней секунды, что называется. И естественно, потому что тема–то очень важная. Она и экономически очень важная, и в социальном смысле очень важная для людей – одна из важнейших, что говорить, наряду с образованием, со здравоохранением.

Давайте начнём работать. Слово Виктору Александровичу Толоконскому.

В.Толоконский: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Государственного совета! Коллеги!

Подготовка доклада на заседание Государственного совета по данной проблеме вызвала большой интерес у экспертного сообщества, руководителей субъектов Федерации и муниципальных образований, общественных объединений и ассоциаций строителей и проектировщиков. Более 120 предложений поступило в рабочую группу, которая стремилась проанализировать положение дел в строительном комплексе, определить сдерживающие факторы и проблемы развития, лучшие региональные практики, рассмотрела предложения по совершенствованию градостроительной политики.

Материалы доклада вам представлены. И мне хотелось бы остановиться только на некоторых основных задачах обновления и усиления градостроительной политики. Эти задачи главным образом затрагивают, с одной стороны, механизмы стимулирования инвестиционной деятельности в целом и, с другой, совершенствование нормативного регулирования собственно градостроительного процесса.

Формулируя первый блок задач, мы должны понимать принципиальную важность системного улучшения условий кредитования частных инвесторов, создание более благоприятных условий для привлечения инвестиций в производственную сферу и в инфраструктуру, активизации внешнеэкономических связей для реализации инвестиционных проектов. Рост инвестиций – гарантия развития и повышения эффективности функционирования строительного комплекса. Огромный потенциал инвестиционного роста заложен в сфере жилищного строительства.

Уже освоенные в последние годы объёмы строительства жилья, порядка 85 миллионов квадратных метров, дают более 4 триллионов рублей валовой выручки. При этом социальная потребность далеко не удовлетворена, а платёжный спрос при эффективном регулировании может в ближайшие годы расти. В настоящее время основный объём ипотечных кредитов был обеспечен за счёт специального фондирования Центрального банка, гарантирующего 12-процентную ставку. Её нужно сохранять, а в дальнейшем, как Владимир Владимирович справедливо отметил, и снижать.

Мы также должны гораздо масштабнее использовать возможности жилищно-строительной кооперации с участием в этом процессе корпоративных бюджетов. В ряде регионов страны такая практика есть. Так, в Красноярске научно-производственное предприятие «Радиосвязь» построило для своих работников одновременно четыре жилых дома, 420 семей (а всего на заводе 2 тысячи рабочих и специалистов) получили квартиры. Предприятие выделяло новосёлам беспроцентный кредит для уплаты первого взноса. Цена квадратного метра квартиры благодаря земельному участку Фонда развития жилищного строительства была ниже рыночной на 15 тысяч рублей, процентная ставка по ипотечному кредиту – 11,9 процента.

По такому принципу мы сейчас строим дома для молодых учёных, работников бюджетной сферы, и этот механизм может быть серьёзно масштабирован. Если мы будем развивать жилищно-строительную кооперацию, то сможем снять ряд проблем в отношениях дольщика и застройщика. При всём несовершенстве долевого строительства жилья дефицит кредитных ресурсов диктует необходимость сохранить и этот механизм стимулирования строительного рынка, чтобы обеспечить его стабильность.

Необходимы дополнительные меры государственного стимулирования, создания инженерной инфраструктуры для развития индивидуального малоэтажного жилищного строительства. Здесь также есть наработанные механизмы и практики. Есть опыт, когда специально создаваемые государственные структуры обеспечивали инженерное обустройство по всем рыночным правилам, а затем передавали эту инфраструктуру жилищным кооперативам на такой срок, который уже не влиял на себестоимость квадратного метра. Средства были возвратные и рыночные, но растянуты на длительный период времени, чтобы это не влияло на себестоимость строительства жилья.

Большие резервы повышения эффективности работы строительного комплекса кроются в сфере государственного регулирования проектной и строительной деятельности. За счёт изменения подходов к формированию генеральных планов застройки, схем территориального планирования, правил землепользования можно существенно повысить эффективность этого процесса. И такие предложения в докладе рабочей группы есть.

Для повышения эффективности каждого рубля, вложенного в строительство, и экономии бюджетных ресурсов надо повысить качество проектно-изыскательских работ. Проектировщики работают сегодня с большим числом дублирующих и противоречащих друг другу норм. Это затрудняет государственный контроль строительства объектов, вносит путаницу в ценообразование.

Стратегически важно создать единую согласованную систему технических правил и стандартов всех этапов строительного процесса: от изысканий и проектирования объектов – до их эксплуатации и требований к строительным материалам.

Параллельно необходимо создать прозрачную и понятную систему сметного нормирования и ценообразования. Законотворческая работа по этим направлениям тоже уже идёт.

Для упорядочивания процесса и совершенствования сметных работ нам надо не бояться вводить специальные нормативы для государственных заказчиков, чтобы жёстко определять, сколько стоит метр социального жилья, школьное место, гигакалория тепловой мощности и так далее.

Сейчас идёт формирование федерального реестра типовой документации. В типовых проектах нового поколения должны быть предусмотрены решения, наиболее выигрышные по техническим и экономическим показателям. При этом требуются новые методы возведения зданий, новые материалы и технологии, позволяющие при высокой степени унификации строить разные варианты зданий для разных климатических зон. Для этого предлагается создать межведомственный орган по разработке нормативных требований, повышающих эффективность проектных решений.

Единые требования нужны и для качественного проведения экспертиз в сфере строительства, иначе мы не справимся с потоком безответственных, но совершенно небескорыстных решений множества экспертов-любителей. На законодательном уровне необходимо закрепить порядок государственной аккредитации субъектов, имеющих право проводить экспертизу строительных объектов, в том числе и по решению судов.

Безусловно, важная задача – совершенствование в строительстве государственного и технического регулирования и качественное саморегулирование. В законодательстве необходимо более точно согласовать задачи градостроительства и права собственности. Никто не покушается на собственность, но город должен иметь возможность построить то, что требуется, исходя из генеральных планов и схем. Обеспечить комплексность застройки с учётом интересов общества можно при законодательно закреплённом приоритете градостроительной документации.

Не могу не сказать ещё об одной важной теме. Строительный комплекс, от которого мы ждём высокотехнологичных решений по созданию современной, комфортной и эффективной среды жизни, сам испытывает серьёзный дефицит квалифицированных кадров. Нам нужна обновлённая эффективная отраслевая модель подготовки инженерных кадров, тесная связь профильных вузов с наукой и работодателями, теоретического обучения с производственной практикой и, конечно, качественная перестройка начального и среднего профессионального образования.

Уверен, свою роль в решении кадровой проблемы строительного комплекса сыграют и Национальная система квалификации, которую Минстрой России формирует вместе с профессиональным сообществом, и независимая система профессиональной общественной аккредитации отраслевых образовательных программ и образовательных организаций.

Уважаемые участники заседания! В своём выступлении я обозначил лишь ряд тем, над которыми мы работали при подготовке этого доклада. Доступность кредитных ресурсов, развитие жилищно-строительной кооперации, повышение качества проектно-изыскательских работ, меры государственного технического регулирования в сфере строительства, решение проблем отраслевого образования – всё это часть большой и стратегически важной для экономики страны программы.

Хочу поблагодарить всех членов рабочей группы и государственных органов, которые помогали в подготовке доклада.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Спасибо большое.

Мень Михаил Александрович, Министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства, пожалуйста.

М.Мень: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Государственного совета! Уважаемые коллеги!

В 2014–2015 годах зафиксированы рекордные объёмы ввода жилья. При этом надо отметить, что более 80 процентов из общего объёма занимает строительство с привлечением средств граждан по договорам долевого участия. Правительством проводится системная работа по совершенствованию законодательства о долевом строительстве, направленная на повышение защищённости граждан, которые вкладывают свои денежные средства в строительство жилья. Появление так называемых обманутых дольщиков во многом было спровоцировано использованием недобросовестными компаниями «серых» схем привлечения средств дольщиков в обход 214-го Федерального закона через квазижилищно-строительные кооперативы. На сегодняшний день законодательство уже откорректировано, и сегодня ЖСК имеют право строить только один многоквартирный дом, что соответствует вообще духу жилищно-строительного кооператива. Эта мера позволила исключить возможность обхода требований закона о долевом строительстве, а деятельность кооперативов поставлена под контроль государства.

Также в декабре 2015 года вступили в силу нормы закона о банкротстве, которыми установлен приоритет требований граждан – участников долевого строительства к застройщику в рамках процедуры банкротства перед удовлетворением требований иных кредиторов. Ужесточены требования к наличию собственных средств и размеру уставного капитала страховых организаций, заключающих договоры страхования гражданской ответственности застройщика. Но это не дало в полном объёме ожидаемого результата и желаемого эффекта.

Озвученный Вами, Владимир Владимирович, во вступительном слове механизм обеспечения прав граждан в жилищном строительстве в формате создания государственного компенсационного фонда долевого строительства, безусловно, позволит эффективно решать проблему обманутых дольщиков, а также на следующем этапе может стать финансовым инструментом проектного финансирования в жилищном строительстве через соответствующий уполномоченный банк. В работе такого механизма планируется использовать уже имеющийся опыт у государственного банка «Российский капитал», который в соответствии с решениями Правительства занимается сегодня санацией и достройкой жилищных объектов группы компаний «СУ-155», находящейся в процедуре банкротства.

Также в настоящее время Государственной Думой принят в первом чтении правительственный законопроект, ключевыми аспектами которого являются установление требований к финансовой устойчивости застройщиков, а также механизмов контроля использования средств дольщиков. Идёт работа по подготовке к рассмотрению законопроекта во втором чтении, мы готовы оперативно подготовить законодательные предложения для внесения нового механизма и дополнить ими предлагаемые поправки уже в весеннюю сессию работы Государственной Думы.

Основным рыночным инструментом решения жилищного вопроса является ипотека. Благодаря ей порядка 5 миллионов семей за последние 12 лет улучшили жилищные условия и приобрели более 300 миллионов квадратных метров жилья.

В настоящее время реальную поддержку ипотечного рынка оказывает разработанная Правительством по Вашему, Владимир Владимирович, поручению государственная программа субсидирования процентной ставки по ипотечным кредитам на приобретение жилья на первичном рынке. В прошедшем году каждый третий ипотечный кредит был взят именно в рамках этой государственной программы.

В настоящее время единый институт развития в жилищной сфере, созданный на базе АИЖК и Фонда РЖС, работает над следующим этапом развития рынка ипотеки, которым станет выпуск ипотечных облигаций, обеспеченных его гарантиями. Данный формат соответствует лучшим международным практикам и позволит банкам, кредитующим население, максимально быстро рефинансировать вложенные средства в отечественные кредиты. По оценкам экспертов АИЖК, реализация данной инициативы также повлияет на снижение ставок по ипотеке.

Важным направлением развития жилищного рынка также является арендное жильё. Аренда – один из факторов повышения мобильности трудовых ресурсов в целом по экономике. Стоимость банковских финансовых ресурсов сегодня не позволяет развернуть в полном объёме эту программу, хотя законодательная база для развития института арендного жилья сегодня уже сформирована полностью. Но уже рядом субъектов Российской Федерации реализуются региональные программы, в рамках которых построено более 1 миллиона квадратных метров арендного жилья, а единым институтом развития в жилищной сфере готовятся к реализации соответствующие пилотные проекты, основанные на привлечении средств широкого круга инвесторов.

Ещё одним актуальным вопросом является строительство зданий смешанного использования и так называемых апартаментов. Данный сегмент недвижимости ориентирован на граждан, которым необходимо проживать вблизи от места своей работы или места своей учёбы. Совместно с правительством города Москвы готовится проект закона, определяющий статус апартаментов. Эту работу планируем завершить в текущем году.

Стратегически важной задачей является не только повышение доступности жилья, но и создание комфортной среды проживания. Для решения данной задачи необходимо законодательно урегулировать вопросы, связанные с разработкой документации по планировке территорий и редевелопменту неэффективно используемых промышленных зон. Соответствующий правительственный закон уже принят Государственной Думой в первом чтении.

Кроме того, на наш взгляд, необходимо усиление роли архитекторов в принятии градостроительных решений, которые формируют облик наших городов. Это может быть достигнуто путём подчинения главных архитекторов непосредственно руководителям регионов и обеспечит принятие сбалансированных градостроительных решений. В свою очередь Правительство сможет оказать поддержку регионам по разработке пилотных проектов благоустройства в целях создания комфортной среды проживания за счёт ресурсов единого института развития в жилищной сфере.

Снижение административных барьеров в отрасли остаётся приоритетнейшей государственной задачей. Утверждение Правительством исчерпывающего перечня административных процедур в жилищном строительстве дало бесспорный положительный эффект. Контроль исполнения принятых в данном направлении решений обеспечивается штабом с участием представителей Генеральной прокуратуры Российской Федерации и аппаратов полномочных представителей Президента Российской Федерации в федеральных округах.

Правительством продолжается работа по оптимизации перечней в жилищной сфере и разработка аналогичных перечней в других подотраслях строительства включая технические подключения к инженерным сетям.

Также Правительство работает над совершенствованием законодательства в части саморегулирования. Более подробно в своём содокладе расскажет президент Национального объединения саморегулируемых организаций Андрей Юрьевич Молчанов.

Актуальнейшей и острейшей остаётся задача по совершенствованию технического регулирования в строительстве. В рамках такой работы за прошлый год разработано и актуализировано 124 свода правил, которые остро востребованы строительной отраслью. В общей сложности в соответствии с утверждённым государственным заданием к концу 2017 года будет разработано 300 нормативно-технических документов, обеспечивающих соответствие нормативно-технической базы требованиям времени.

Кроме того, в целях гармонизации отраслевой нормативно-технической базы в настоящее время подготовлен законопроект, предусматривающий введение принципа «одного окна» в техническом регулировании.

Впервые за 20 лет в рамках реформирования системы ценообразования Правительством принято решение о реализации государственного задания по разработке и актуализации сметных нормативов, отвечающих современным технологиям строительства, реальным рыночным условиям и обеспечивающих определение достоверной стоимости строительной продукции.

Законодательной основой этого станет внесённый в Государственную Думу правительственный законопроект, предусматривающий создание системы государственного мониторинга стоимости строительных ресурсов и общедоступной и прозрачной государственной информационной системы ценообразования и сметного нормирования в строительстве, обеспечивающей соблюдение прав коммерческих организаций-производителей, добросовестно представляющих конфиденциальную информацию в эту базу.

В результате с 2018 года планирование бюджетных капитальных вложений будет осуществляться на основе новой системы ценообразования, которая станет комплексным, современным и эффективным инструментом, обеспечивающим максимально достоверную начальную цену контракта для последующего проведения конкурсных процедур.

На реализацию данной задачи также направлена работа по формированию реестра типовой проектной документации. В настоящее время в реестр включены сведения о проектной документации в отношении 337 объектов капитального строительства, в целях совершенствования института типового проектирования подготовлен законопроект, предусматривающий установление обязательности применения типовых проектов как органами государственной власти, так и органами местного самоуправления.

С целью повышения эффективности капитальных вложений и учёта при планировании бюджетных инвестиций не только стоимости строительства, но и затрат на дальнейшее содержание объекта на протяжении всего жизненного цикла ведётся работа по внедрению технологий информационного моделирования в строительстве, позволяющих управлять реализацией проекта от стадии инвестиционного замысла до стадии эксплуатации.

Представленный проект реформ позволит удержать набранный темп развития отрасли и повысить её вклад в экономику и социальное развитие страны.

Спасибо. Доклад окончен.

В.Путин: Спасибо большое.

Пожалуйста, Воробьёв Андрей Юрьевич, губернатор Московской области.

А.Воробьёв: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Спасибо за возможность выступить по актуальной и важной для Подмосковья теме. Ежегодно объёмы строительства у нас составляют 12,5–13 миллионов квадратных метров, 7–8 миллионов – это жильё.

Тема обманутых дольщиков, которую Вы затронули в своём выступлении, к сожалению, очень актуальна для нас. С 2012 года 18 тысяч человек не могли получить жильё, за которое заплатили вперёд. За три года нам удалось обеспечить квартирами 14 тысяч человек. Ещё почти пять – проекты находятся в стадии реализации. Всего на работу по устранению этой несправедливости мы привлекли 21 миллиард рублей от других застройщиков. К сожалению, в последнее время турбулентность на рынке недвижимости прибавила нам хлопот, и дополнительно порядка 8 тысяч человек также находятся в зоне риска. Поэтому мы поддерживаем идею создания компенсационного фонда, считаем его крайне важным, востребованным и инструментом, который, так же как и АСВ в банковской сфере, поможет решить, застраховать права граждан.

Также хотел бы отметить регулярную работу на уровне федерального Правительства в комиссии под руководством Игоря Ивановича Шувалова по обеспеченности, открытости застройщиков и достаточности средств тех, кто работает по системе договоров долевого участия. Был внесён законопроект, и 19 февраля 214-й закон уже в модернизированном варианте принят в Государственной Думе. Очень хотелось бы, чтобы в весеннюю сессию, уважаемый Владимир Владимирович, этот закон уже начал работать. Считаем его также важной лептой в части защиты тех, кто вложил деньги по договору долевого участия.

Вторая важная тема, на которой я хотел бы остановиться (мы столкнулись с ней при разработке генеральных планов), – это наложение данных Государственного лесного реестра и Государственного кадастра недвижимости. В Московской области таких наложений порядка 200 тысяч. Ситуация такова, что у людей есть свидетельства о собственности с записью в Государственном кадастре недвижимости, но по документам Гослесфонда это лесные территории, то есть де-юре федеральная собственность. Таким образом, люди рискуют потерять своё имущество, и уже стали возникать случаи судебных разбирательств, в которых добросовестные собственники вынуждены отстаивать своё право в судах. Необходимо принять закон о так называемой лесной амнистии в целях защиты интересов граждан. Он должен признать приоритет сведений Государственного кадастра недвижимости. Мы знаем, что такой законопроект разработан Министерством экономического развития, и считаем крайне важным его принять. Здесь хотелось бы просить, уважаемый Владимир Владимирович, Вашего политического решения для прохождения этого закона.

И третья тема, которой я хотел коснуться. У нас в стране есть государственная и негосударственная экспертиза. Что касается государственной, то она находится под контролем Минстроя, и с 1 января 2017 года документы, которые подаются в МФЦ, подаются в электронном виде. Негосударственная экспертиза живёт своей жизнью, и, к сожалению, те МФЦ, которые мы развиваем по Вашим указам, Владимир Владимирович, сегодня испытывают колоссальную нагрузку. Если это большой объект, то привозят «газель» – в четырёх экземплярах. Если объект поменьше, то привозят соответственно увесистые папки бумаги, которые в ручном режиме сотрудники, операторы МФЦ разбирают, а затем направляют по различным инстанциям.

Считаю очень важным всё–таки ввести с 1 января 2017 года также электронную форму подачи документов. И вообще что касается частной экспертизы – на наш общий взгляд, она должна иметь чёткий контролирующий орган, который позволяет и работать чётко, и обеспечивать безопасность как экологическую, пожарную, так и техническую.

Вот вопросы, с которыми я хотел бы обратиться к Вам. Спасибо.

В.Путин: Спасибо.

Пожалуйста, Молчанов Андрей Юрьевич, президент ассоциации «Общероссийская негосударственная некоммерческая организация».

А.Молчанов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Остановлюсь на трёх темах, которые считаю наиболее важными.

Первая – совершенствование системы саморегулирования в отрасли. Она действует уже почти семь лет, и за это время при участии профессионального сообщества разработано более 150 нормативных актов технического регулирования, приняты профессиональные стандарты для рабочих и инженерных специальностей.

Однако, как уже отмечалось, деятельность большинства таких организаций сводится к выдаче свидетельств о допуске к определённому виду работ. Отсюда и появление недобросовестных СРО, которые торгуют такими свидетельствами и таким образом извращают саму суть саморегулирования, превращая систему в бизнес.

Для того чтобы исключить подобные явления, повысить контроль и вывести саморегулирование на новый качественный уровень, предлагается строительным или проектным компаниям вступать в СРО по месту их регистрации. Для малого бизнеса при заключении договоров на сумму не более 3 миллионов рублей исключить требование обязательного членства в саморегулируемой организации. Обязательное членство оставить только для генеральных подрядчиков.

В связи с тем, что значительная часть компенсационных фондов многих СРО утеряна в банках, чьи лицензии отозваны, предлагается средства таких фондов консолидировать в уполномоченных банках, требования к которым будут установлены Правительством России.

По всем этим направлениям подготовлен и внесён в Госдуму пакет поправок в Градостроительный кодекс. Просим поддержать их скорейшее принятие.

Вторая тема – это развитие рынка долевого строительства жилья. Этот вопрос остаётся по–прежнему острым, и ему в предыдущих выступлениях уделялось особое внимание, в том числе инновациям проекта закона, который в феврале принят Госдумой в первом чтении и направлен на усиление защиты прав граждан и добросовестных застройщиков. Однако данный законопроект не учитывает несовершенство системы страхования рисков в долевом строительстве.

Мы полностью поддерживанием предложение о создании специального государственного компенсационного фонда, в который все застройщики будут производить обязательные отчисления в размере того же 1 процента, который сейчас взимается как страховая премия.

Кроме того, важнейшим фактором, обеспечивающим государственную поддержку сектору жилищного строительства, является льготная ипотечная ставка. Мы просим продлить её действие на 2017 и 2018 годы.

Ещё одна проблема – это порядок проведения публичных слушаний перед утверждением градостроительной документации. Сегодня различные инициативные группы, не имеющие отношения к гражданам, проживающим на территории, активно участвуют в таких слушаниях и отстаивают свои собственные интересы, зачастую не связанные с тематикой обсуждений; с другой стороны – требование только личного присутствия ограничивает права жителей.

Мы предлагаем вовлечь в общественное обсуждение более широкий круг лиц, проживающих на территории, упорядочить процесс учёта всех предложений и замечаний граждан путём использования в том числе информационной сети «Интернет». Материалы слушаний должны размещаться на публичных ресурсах, это повысит их доступность для населения. Каждое высказанное мнение должно учитываться.

И третья тема – это повышение эффективности подрядной деятельности при исполнении государственных и муниципальных контрактов. Их объём в прошлом году составил 2 триллиона 70 миллиардов рублей. При этом на контракты размером до 60 миллионов рублей пришлось лишь 25 процентов этой суммы, а количество таких контрактов составляет более 90 процентов.

Сегодня предусмотрена возможность снижения цены контракта на 25 и более процентов. Да, в период кризиса строительные компании для сохранения коллективов могут отказаться от прибыли, но это максимум 10 процентов. Дальнейшее снижение цены подталкивает строителя выплачивать зарплату в конвертах, привлекать неквалифицированных рабочих, экономить на качестве материалов. Построить объект за цену, которая на 25 процентов ниже установленной заказчиком и подтверждённой заключением экспертизы, по–другому невозможно. А зачем вообще надо строить такие некачественные объекты?

Мы предлагаем ограничить возможность снижения начальной цены для государственных строительных контрактов не более чем на 10 процентов. В случае если все участники конкурса покажут готовность снижать цену на 10 процентов, заказчик свой выбор должен основывать на квалификационных требованиях.

Первый – это объём ранее введённых объектов. Сейчас этот показатель равен 20 процентам. Мы предлагаем допускать к торгам только тех подрядчиков, которые за последние три года выполнили работы на сумму не менее 50 процентов от стоимости нового контракта. Такой подход усложнит фирмам-однодневкам участие в государственных и муниципальных закупках.

Второй важнейший критерий – это профессиональный стаж руководителей и главных инженеров подрядных компаний. Требования здесь должны быть предельно жёсткими. Они будут стимулировать строителей сохранять свои компании и персонал, растить их, заботиться о положительной истории отношений с государственными заказчиками.

Предлагаем такие требования установить в законе о государственной и контрактной системе.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Спасибо большое за Ваши предложения.

Пожалуйста, уважаемые коллеги, кто хотел бы высказаться? Пожалуйста.

Г.Зюганов: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги!

Хочу поблагодарить Президента, он в который раз на Государственный совет выносит самые ключевые вопросы. У народа есть блестящая поговорка: «Бог создал Землю, а остальное – строители». Иисус Христос, к слову сказать, начинал плотником. Если в стране каждый десятый профессионально работает в строительстве, то эта страна преуспевает. У нас пока далеко от этого критерия, и вместе с тем у нас есть уникальный опыт решения целого ряда проблем.

Для любого руководителя есть три задачи, которые он вынужден решать каждый день. Первая – это размещение производительных сил. Если бы наша страна профессионально не решила эту проблему накануне войны, мы бы не справились в мае 1945-го.

Вторая задача – это народонаселение. Сегодня у нас провинция страдает, многие тянутся в крупные, большие города. И нам предстоит решить проблему, как поддержать местные стройки, потому что муниципальное строительство сейчас застопорилось. Больнее всего эта проблема бьёт по регионам.

И третья проблема – это комплексная застройка. Кстати, наш уникальный опыт должен быть обобщён, и, думаю, Владимир Владимирович, Государственный совет сейчас сделает хороший толчок.

К слову сказать, Москва – самый крупный город в Европе. Москва в последнее время показывает примеры, как можно центр даже в условиях кризиса повернуть лицом к человеку. Здесь мы можем принимать миллионы туристов, на этом зарабатывать огромные средства. Сам Кремль, посмотрите на это уникальное изделие, – почти 500 лет назад зародилась идея, но ничего лучше Московского Кремля человечество на этом свете не построило. Ваш родной город Питер, Ленинград является лучшим и самым красивейшим городом на планете, это признают все, кто бывал в нём. Но, как всегда, он требует поддержки с учётом климатических условий. К слову сказать, подтянулась и Казань, она стала одним из лучших городов страны и превратилась в жемчужину поволжских городов, каждый из которых имеет своё лицо. Кто бывает у наших братьев-белорусов, Минск отстраивали на площадке, где ни одного уцелевшего капитального здания не было – была идея перенести его на новое место, тем не менее Машеров вместе со своей командой воссоздал уникальный город. Сегодня Минск является образцом европейской культуры, градостроительства и соединения городских поселений с природными условиями. Один из специалистов переехал к нам в Москву, даёт хорошие примеры для решения местных проблем.

В целом мы построили 10 уникальных атомных городов, «Ленгипрогор» проектировал эти города. Кто бывал там, видят, насколько профессионально и умно решены многие проблемы. Но, мне кажется, напрасно мы забываем опыт моей родины – «орловской непрерывки». В своё время, в советское время, опыт орловских градостроителей был обобщён на заседании Совета Министров и руководства страны, там проводили крупнейший международный форум. Город на 300 тысяч строил по 200 тысяч квадратных метров жилья, за пять лет построил шесть самых лучших современных заводов и максимально вписал это в свою уникальную историю. В этом году Орёл будет отмечать 450 лет, и я, как почётный гражданин города, приглашаю вас посмотреть. Это третья литературная столица нашей державы.

Но в условиях кризиса те, кто жалеет деньги на стройку, все проигрывают, ибо стройка съедает примерно 30 процентов металла, кирпич, цемент, фаянс, плитку и тянет за собой минимум 10 тысяч предприятий производственного комплекса.

Сегодня, Владимир Владимирович, стройка страдает, особенно муниципальная, и мы должны подумать. Если резервные средства вкладываются в этот объект, они всегда окупятся, но очень важно – под конкретный проект, под личную ответственность губернатора и тех, кто строит, с самым строгим спросом.

К сожалению, мы в Думе анализировали, у нас незавершёнка – почти 9 тысяч объектов, размазали деньги, 2 триллиона рублей заморозили. Просто надо пожёстче спрашивать и заставлять вовремя вводить объекты. И соответствующие нормативы сплошь и рядом не выполняются.

Вот сейчас Воробьёв выступал. Они многое делают, но, когда я проезжаю по «Риге», всегда удивляюсь. Ведь «Новую Ригу» отгрохали, она максимум может поглотить два-три десятка посёлков. Вокруг неё построили почти сотню, и она уже задохнулась. Создали ещё одну длинную пробку в 10 километров, не решив многие проблемы, потому что градостроительные и общестроительные проблемы жёстко увязаны.

И здесь тесное взаимодействие Москвы и области, которое, показывает последнее время, может дать очень плодотворные решения. Но строить Москву от Мытищ до Калуги абсолютно бессмысленно. И нет смысла стягивать всё в центр, когда начиная от севера до юга многие бегут на работу в Москву. Эти проблемы сегодня очевидны, и мы должны их решить.

Ну и последнее – дольщики. Мы не справились с этой проблемой. Владимир Владимирович, Вы три года назад дали мощный толчок – почти половина тех, кого тогда мы понудили срочно сдавать и решать проблемы. Но приросло снова почти 900 замороженных строек, 100 тысяч семей, коэффициент семейности – 3–4, это 400 тысяч человек обманутых в таком плане, что никто им не позавидует. Но попробуйте даже брошенный объект достроить – у вас ничего не получится: нынешние нормативы не позволяют это сделать. Нам надо срочно пересмотреть и минимум внести три-четыре поправки в законы. Те, кто подписывал, давал разрешение на эту стройку, должны нести полноту ответственности. Ниже зампреда местного муниципалитета их не подписывает.

Деньги должны аккумулироваться жёстко на счету и направляться только на эту стройку. В противном случае будут расти брошенные объекты, а это весьма печально.

Ну и Золотое кольцо России и Поволжье: если мы поработаем как следует, у нас будут дополнительные огромные ресурсы не только за счёт нефти и газа, но и за счёт культурно-исторических традиций нашей державы.

Но главная проблема – это доступное жильё. Полстраны получает от 15 тысяч рублей в среднем в месяц и ниже. Без мощной государственной подпитки и поддержки, использования резервов мы эту проблему не решим.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Геннадий Андреевич упомянул о некоторых наших городах. Действительно, мы можем ими гордиться: и Москвой, и Петербургом, и городами Золотого кольца, Поволжья. Я вспомнил бы ещё один – Грозный: Грозный отстроили прекрасно. Помню, в каком состоянии он был и как при помощи всей страны Чеченская Республика смогла его воссоздать в таком виде, в котором он, наверное, никогда раньше и не был.

Но проблем действительно ещё много.

Владимир Вольфович, пожалуйста.

В.Жириновский: Я согласен по тем городам, которые перечислили, но моя позиция – всё–таки дать больше всем остальным, потому что у нас 85 субъектов. И если четыре города очень красивые, то 81 станут красивыми через сто лет, поэтому немножко всё–таки спускать деньги и туда, где особенно нечем похвалиться.

Никто из докладчиков не сказал про страшную монополию на строительном рынке. Это вызывает у меня подозрения. Впечатление, что они сторонники монополии. Невозможно войти на строительный рынок. Есть фирмы, которые готовы строить дешевле с привлечением только российских рабочих, – не пускают в те самые города, которые сейчас перечисляли. Поэтому надо здесь поломать. Если могут строить другие строители дешевле и не нужны мигранты, надо дать им дорогу.

Про ЖСК немножко так слабо у нас. Я не понимаю, почему упор на ипотеку? Долго, дорого и ненадёжно. ЖСК всегда был дешевле и надёжнее, сами граждане контролировали. Поэтому, мне кажется, больший упор сделать на жилищное строительство в формате кооперативов. Здесь банки больше обогащаются и фальшивые фирмы.

Вот мы про жильё говорим, и семья вроде бы связана с жильём. Говорят: давать жильё, если двое-трое детей. А получится наоборот: если нет жилья, так и не будет двое-трое детей. Заколдованный круг. Нужно здесь ускорять, облегчать.

Вообще жильё – это проблема, это ссоры, это плохой психологический климат в семье, трудовых коллективах, браки по расчёту, а потом и разводы по расчёту, переписывание жилья, раздел его. То есть эта проблема очень важна в целом, когда появляются дети или они исчезают, большое влияние оказывает на семью.

При строительстве остаётся очень сложным присоединение к инженерным коммуникациям, очень дорого, завышают цены. Надо всё взять в руки государства – и выделение участков с подведёнными коммуникациями, а вот потом уже пойдут деньги частных инвесторов и наших граждан, когда будет известно, что всё подведено и здесь можно вкладывать деньги.

У нас всё красиво, может быть, в Москве, Петербурге, другие города назвали, но у нас нет парламентского центра. Царь отдал чужой Таврический дворец, советская власть тоже чужие дворцы отдала. И сто лет депутаты Государственной Думы не имеют собственного помещения. Орган власти как бомж, нет своего места жительства, и до сих пор вопрос не решён. Хотя во всех странах мира парламентские центры – самые красивые, в самом центре, самые впечатлительные. Это здания для народа, ибо там находятся только избранные населением депутаты. Это проблема.

Стройматериалы очень дорогие – гравий, песок. У нас огромное количество стройматериалов. Или дерево, очень многое можно делать из дерева, например одноэтажные коттеджи. При массовом строительстве они будут стоить очень дёшево, и аренда в рассрочку – люди быстрее решали бы свои проблемы.

В строительстве парадокс: построить переход между двумя зданиями – то же самое, что построить целое здание. Переход всего-навсего. Нет, чиновники закладывают такое количество документов, что легче вообще в другую страну поехать, там что–то построить, чем наших чиновников удовлетворить. Элементарный переход. Почему? Потому что зуд у чиновников на количество документов, количество приходов к ним, унижать: придёт, будет просить, просить. И прямо говорят: если за взятку, быстро всё сделаем; без взятки – два-три года. И люди думают, что им делать: быстро сделать или же всё–таки идут деньги уже. Это тоже проблема есть.

Мы строим, хорошо. А вот потом как удержать жильё за гражданами? Я уже предлагал, одиночкам не разрешать никаких сделок с их жильём, очень часто это кончается плохо. Поэтому единственное спасение, как и с теми, кто у нас долги выбивают, коллекторы, – это запрет на любые сделки. Пусть до смерти живёт, потом это будет социальное жильё. Если частное было, то наследники получат.

Или доли – зачем это придумали, кто это сделал вообще? Делят жильё и каждую долю отдельно продают, появляются чужие гости на этой территории, скандал, выживают бывших истинных владельцев, устраивают там общежития. Это же недопустимо. Какие доли? Должно быть бюро обмена: у вас трёхкомнатная – меняйте на две однокомнатные. То есть тоже в руках должно держать государство, людей нельзя оставлять с мафией, так сказать.

Статус здания. Мы строим, хорошо. А вот почему в центре Москвы находится гостиница «Москва», кому она принадлежит? Кто владелец, кто хозяин? Рядом Кремль, рядом Государственная Дума, ФСБ. Попробуйте с этими владельцами вступить в переговоры какие–либо. А вот в случае обострения обстановки в городе, какую позицию они займут? Мы видели в Киеве, как гостиницы превратились в штабы антигосударственной деятельности.

Надо запретить частникам владеть огромными помещениями, особенно в формате гостиниц, в самом центре города. Это касается инициативных центров, пускай владеют на окраинах городов. В самом центре всё должно принадлежать только государству.

Сейчас пожары у нас с вами идут. И что с этими пожарами? Почему нельзя вырубить лес около всех жилых посёлков? И вот лес подошёл к жилью, горит жильё. Но не подойдёт к жилью пожар: надо вырубать зимой, весной. Когда горит, уже сложно очень. Сухую траву, понятно, можно запретить поджигать, но верховой пожар дойдёт и до жилых посёлков. И вот нам показывают, сколько сгорело. Не должно гореть, если мы сделаем обработку и уберём всё, что там мешает нам.

Ну и, конечно, есть ещё ряд вопросов, связанных с жильём. Наши граждане готовы участвовать в жилье. Нам сообщают, что очень много денег у граждан на счетах находится. Но нигде нет объявления, что создаётся какой–то жилищный кооператив или где–то дешевле. Надо проверить компоненты, стоимость жилья, сколько действительно работа, стройка, а сколько процентов, возможно, составляют коррупционные схемы.

Вот точечная застройка. Почему не запретить её полностью? Дышать нечем, закрыли свет гражданам: кому–то хочется поближе к центру быть и наплевать на всех жильцов вокруг этой точечной застройки, поэтому это надо запретить. В этом плане это, конечно, работа администрации. Это только на пользу пойдёт, чтобы перед домами людей, которые живут в не очень хороших, красивых домах, хотя бы не будет стоять других небоскрёбов. Ведь там места нет для прогулок, для стоянок автомобилей, дом к дому стоит, примыкает. И опять же в случае пожара, землетрясения это тоже приведёт к определённым отрицательным последствиям. Надо строить дальше от городов, полно пространства. И строить одноэтажные дома, а не поднимать опять башни, где тысячи жителей, сотни машин и нет рабочих мест. Это просто издевательство.

Развивают строительство, хорошо. Поселили – поликлиники нет, школы нет. Начинают строить поликлиники, школы. Потом что? Рынки закрывают. Вот только сейчас додумались остановить закрытие рынков. Это тоже объекты недвижимости, кто–то хочет построить быстрее торговый центр. Нам не нужны торговые центры – нам нужны наши рынки по продаже сельхозпродуктов. Поэтому надо остановить, запретить сносить рынки и восстановить там, где их уже снесли. Всё.

В.Путин: Спасибо большое.

Сергей Михайлович, пожалуйста.

С.Миронов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Жилищное строительство – это, конечно, ключевой вопрос не только для строительной отрасли, для многих смежных отраслей, как говорилось, но и, конечно же, для миллионов, десятков миллионов граждан нашей страны. Поиск ответа на этот вопрос в последнее десятилетие сводился к двум решениям: целевая государственная поддержка и механизм ипотечного кредитования.

Ипотека, привитая нам по образцу американской системы залога недвижимости, не стала чудесной вакциной для решения больного вопроса. Даже в период экономического подъёма стабильные доходы не позволяли большинству наших граждан угнаться за растущими ценами на квадратные метры и накопить на первоначальный взнос. Ив тучные годы примерно для 70 процентов граждан России ипотека оставалась недоступной, а для 30 оставшихся становилась тяжким, зачастую пожизненным бременем.

Сегодня нам нужно искать новые варианты ответов на существующие вызовы, развивать качественно иные формы поддержки жилищного строительства. Государство и частный сектор могут и должны взаимодействовать эффективно, когда бюджетные средства не просто подпитывают финансовую систему, а реально работают в интересах граждан и отрасли.

Такие формы государственно-частного партнёрства есть, и в первую очередь это механизм строительных сберегательных касс. Этот механизм успешно зарекомендовал себя в Европе, вся послевоенная Германия была отстроена таким образом. Характерно, что во время кризиса 2008–2009 годов именно система стройсберкасс в Европе в отличие от банковского и ипотечного краха никуда не делась, а выстояла, даже ещё и прибавила. И кстати, тоже далеко за примером ходить не надо. Наш соседний Казахстан очень успешно и эффективно внедряет строительные сберегательные кассы.

Предложение нашей партии «Справедливая Россия» о строительных сберегательных кассах было в целом одобрено на высшем уровне ещё несколько лет тому назад. И если бы уже тогда механизм заработал, то к сегодняшнему дню многие миллионы российских семей могли бы решить жилищный вопрос. Этому реально помешали, вероятно, подспудные опасения финансового блока нашего Правительства, который опасался, что стройсберкассы станут конкурентами для банковского сектора. Да, это конкуренция, конкуренция в интересах граждан и отрасли. И нам, вероятно, всё–таки нужно расставлять приоритеты, что важнее: поддержка банковского сектора или населения и реальных секторов экономики.

Строительные сберегательные кассы принципиально не заточены на высокую маржу и вообще на получение какой–либо прибыли. Это некоммерческие кредитные организации, единственная задача которых – накопление средств граждан на получение жилья. При этом кредитование через стройсберкассы, как показывает практика, в два-три раза дешевле, чем ипотека.

Для государства этот механизм также выгоден, поскольку в случае со стройсберкассами государственные вложения реально оседают, что называется, «на земле», работают непосредственно на нужды людей.

Ещё один вид частно-государственного партнёрства, стимулирующий рынок жилья, – это жилищно-накопительные кооперативы.

Уважаемый Владимир Владимирович, в феврале на встрече с Вами я рассказывал об очень позитивном опыте моего коллеги, заслуженного строителя, депутата Государственной Думы Юрия Алексеевича Селиванова, который работает в Белгородской области и успешно реализует – я вижу, Игорь Иванович Шувалов кивает, он тоже встречался с Юрием Алексеевичем – как раз механизм жилищно-накопительного кооператива.

С его помощью сегодня приобретают квартиры не только жители Белгорода, но и ещё граждане 92 городов Российской Федерации. Участники кооператива успешно кредитуют друг друга без всяких фантастических банковских процентов, без рисков ипотеки.

Безусловно, этот механизм работает при условии господдержки, в данном случае на уровне области при прямой официальной поддержке губернатора Савченко.

И вот тоже очень характерный пример. С нового года увеличились ставки на имущество, в частности, для жилищно-накопительных кооперативов ставка налога на имущество стала достигать 2 процентов от кадастровой стоимости. И эта мера, конечно, в целом грозит «похоронить» полезную инициативу в зачаточном состоянии.

Но в регионе губернатор внимательно отслеживает, и тут же эта ставка для жилищно-накопительного кооператива была снижена до 0,3 процента. Это показывает, что поддержка жилищно-накопительных кооперативов для местного бюджета выгоднее. И если бы этот механизм получил распространение по стране, то действительно стал бы ещё одним очень эффективным элементом самоорганизации граждан, взаимного такого контроля, а самое главное, появилась бы реальная альтернатива долевого строительства и ипотечного кредитования.

Подобные формы обеспечения граждан жильём требуют государственного участия, но гарантируют значительно большую отдачу, нежели мы получаем от госвложений сейчас. Сегодня эта отдача минимальна. Например, государство выделило 4,5 миллиарда рублей Агентству по ипотечному жилищному кредитованию для реструктуризации ипотечных кредитов. И в результате, как известно, было реструктурировано лишь несколько десятков займов. Социальная льготная ипотека также фактически не заработала, программа «Жильё для российской семьи» реализована, по данным Минстроя, на февраль этого года буквально на сотые доли процента. И как мы видим, ипотека не единственный механизм, тем более очень такой прожорливый, тяжеловесный механизм, который сложно прокормить и которым тяжело маневрировать. Вероятно, нужно действительно искать и находить иные пути.

Также считаю, что государство может помогать отрасли не просто в экстренном, но и в эффективном режиме, и это не только те примеры, которые приведены. Сегодня уже и Вы упоминали, и говорилось о расширении арендного жилья. Необходимо, безусловно, за бюджетные деньги расширять строительство социального жилья. Соответствующие предложения также находятся и в Государственной Думе на рассмотрении в виде поправок, и в соответствующих министерствах. Надеюсь, что сегодняшнее заседание Госсовета поможет в дальнейшем идти не по накатанным рельсам, а всё–таки действительно вырабатывать и реализовывать принципиально новые пути решения проблем в жилищном строительстве.

Спасибо за внимание.

В.Путин: Спасибо большое.

И.Шувалов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Поскольку много говорилось про 214–й закон, об обманутых вкладчиках, по этой проблеме. Владимир Владимирович, Ваше поручение выполнено, законопроект подготовлен, и Государственная Дума в первом чтении закон приняла. Мы надеемся, что до окончания работы весенней сессии закон будет принят в целом, и Совет Федерации его одобрит. Все проблемы, которые сегодня коллеги поднимали, этим законопроектом решаются.

По стройсберкассам. Мы не против наряду с долевым строительством и ипотекой развивать другие формы, которые будут помогать гражданам решать их жилищные проблемы, но мы бы не хотели стимулировать создание пирамид. И это большая сложность.

Мы работаем вместе с Министерством строительства и с Центральным банком. Когда мы будем уверены, что будет создан контрольный механизм, который будет наблюдать за такими строительными кооперативами или другими накопительными механизмами, тогда мы, конечно, на федеральном уровне начнём это поддерживать. Надеюсь, что это случится скоро. Пока гарантии того, что мы контролировать можем все эти организации, у нас нет. Но действительно на региональном уровне, если губернаторы будут поддерживать такие проекты, законодательство не запрещает сегодня это делать.

Я подтверждаю, что белгородский опыт очень успешный. Граждане накапливают не только в рамках приобретения жилья для себя, но в том числе могут приобрести метры и, таким образом, за годы накопить квадратные метры, которые потом будут конвертированы в отдельную квартиру.

Владимир Владимирович, Вы очень интересно сказали про благоустройство. Это действительно сегодня становится проблемой, поскольку запросы наших граждан меняются. И Геннадий Андреевич сказал про Москву. Мы видим, что, конечно же, люди уже привыкли к тому, что жилья стало строиться много, но запрос на совершенно иную городскую среду. В Москве, в Московской области, в городах Московской области мы видим, что, конечно, благоустройство – это отдельный проект, по которому действуют власти. И жители сначала, конечно, проявляют недовольство, что город раскопан и достаточно сложно проживать. Но, например, по итогам прошлого года по завершении летнего сезона все отмечают, что качество городской среды значительно изменилось, и Москва, например, превратилась в один из лучших и самых благоустроенных городов мира. Это отмечают сами горожане.

Конечно же, одной Москвой Россия сильна быть не может. Надо это делать в том числе и для малых городов. По Вашему поручению мы работаем с моногородами и проводили семинар с мэрами таких городов. Так вот проблема для них обустройства города, например, создание современной благоустроенной среды – это приблизительно в графике, который мы потом в виде анализа по итогам обучения смотрели, девятое-десятое место, а граждане ожидают, что для городских властей это будет первое-второе место. И конечно, нам эту работу на федеральном уровне надо будет проводить.

Владимир Владимирович, Вы в своем Послании в 2004 году поставили задачу перед Правительством о том, что необходимо переходить к формированию совершенно нового жилищного рынка и вообще модернизировать накопленный жилищный фонд. По сравнению с тем, сколько мы строили в 2004 году, мы в этом году или к этому году строим ежегодно больше чем в два раза, чем в тот период, когда Вы поставили это в качестве цели. А в 2006 году мы запустили приоритетный национальный проект, в том числе по комфортному жилью для граждан России. Так вот с момента запуска проекта мы прибавили ежегодно на 35 миллионов квадратных метров жилья. Это большие достижения.

По большому счёту кризис нам, если можно так сказать, извините, но помог, конечно же, сделать бизнес застройщиков более прозрачным. Банки научились работать с компаниями и теперь открывают строительство по проектному способу. Раньше этого было добиться крайне сложно, и вся стройка была достаточно непрозрачной. Мы в том числе в связи с этим имеем накопленную проблему группы компаний «Су–155», поскольку они отказывались открывать свой бизнес, например, Сбербанк во время предыдущего кризиса отказался с ними работать. И теперь застройщики приобретают совершенно другую привычку работать с кредитными организациями, даже не привычку, а метод и способ. Они полностью открывают свой бизнес, и мы понимаем, сколько действительно компании зарабатывают при строительстве жилья и продаже его гражданам. Это дальше будет развиваться.

В целом, Владимир Владимирович, сейчас ситуация такая, что от достигнутых 85 миллионов квадратных метров жилья, притом как банки научились работать с застройщиками, сильнейшие застройщики пережили кризисные явления 2008–2009 годов и 2014–2015 годов, мы по большому счёту готовы к новому этапу приоритетного национального проекта по жилью, с тем чтобы в ближайшие годы добиться цифры не менее 100 миллионов квадратных метров жилья ежегодно. Это должно быть такой целью, которая достижима.

Ещ' раз хочу сказать, что мы действительно обязуемся перед Вами отработать с субъектами Российской Федерации все возможные формы привлечения денежных средств граждан для того, чтобы они могли свои жилищные условия улучшать. Но главное, чтобы мы не способствовали созданию «пирамид».

В.Путин: Вопросы к Вам и Минфину, что касается ипотечных ценных бумаг: какое отношение к этому и сделаем мы это когда–то или нет?

И.Шувалов: Владимир Владимирович, ипотечная ценная бумага в том виде, как она работает на зарубежных рынках, в том числе нам всё время говорят про опыт Соединённых Штатов Америки… Мы внимательно этот опыт изучали, но для того, чтобы начинать выпуск такой бумаги, нам, во–первых, нужна была достаточно низкая инфляция и достаточно развитый рынок. Сегодня в том виде, как ипотека существует, за последние 10 лет 5 миллионов семей получили или взяли ипотеку. Даже притом что товарищи говорят, что это очень сложный и обременительный в финансовом смысле для семей механизм, тем не менее это большое количество людей. И мы сейчас в предварительном плане согласовали с Центральным банком, Банк России пошёл навстречу, что мы попытаемся в качестве пилотного проекта выпустить такую ценную бумагу, которая будет иметь в своей основе первоклассную, безрисковую ипотеку. И эти денежные средства будут направлены на формирование в том числе и арендного жилого фонда.

Мы сейчас уже отобрали несколько проектов, которые будут строиться в крупнейших городах. Это жильё от самого небольшого, от квартир-студий от 18 квадратных метров, и дальше больше, такое жильё тоже востребовано, для того чтобы поддержать первоклассную ипотеку, безрисковую, там, где семьи в состоянии зарабатывать и обслуживать. Мы это сделаем в этом году, Владимир Владимирович.

В.Путин: Мы говорили, что если эта практика будет внедряться, то в горизонте двух-трёх лет можно будет сократить ипотечные кредиты вплоть до 1,5 процента – от 0,8 до 1,5 процента. Но в то же время говорили и о гарантиях какого–то единого института развития в жилищной сфере. Что это за институт развития?

И.Шувалов: Владимир Владимирович, у нас существовало раньше два института развития. Один финансовый – это Агентство по ипотечному жилищному кредитованию. Это как раз тот агент, который способствовал вместе с кредитными организациями на рынке тому, чтобы все привыкли, что такое ипотека. Десять лет назад, вы помните, мы говорили про ипотеку, но она не была таким общепризнанным и принятым институтом. Сегодня уже АИЖК в этой части свою функцию выполнило.

И Фонд РЖС – Фонд содействия жилищному строительству. Это там, где был государственный земельный ресурс. Несколько лет назад был запрос, чтобы государственный земельный ресурс поставлялся по достаточно прозрачной схеме или по абсолютно прозрачной схеме на рынок, и на этих землях возводилось жильё. К настоящему моменту введено в эксплуатацию и заканчивается строительство, всё вместе, за годы существования этого Фонда, около 6 миллионов квадратных метров жилья. Нельзя сказать, что это на фоне всех возводимых 85–ти огромная цифра, но с точки зрения того, как это должно работать – процедура, аукцион, подключение, работы с компаниями, которые обеспечивают электрическим, водным, канализационным ресурсом, – мы научились это делать. Мы совместили законодательно все эти функции в одном институте развития, Фонд РЖС прекратит своё существование к концу этого года, и единый институт развития будет заниматься и финансированием, то есть развитием финансового механизма, и предоставлением земельного ресурса.

Но должен сказать, что земельный ресурс сейчас уже предоставлять достаточно сложно, потому что, как только мы пытаемся дополнительные земельные участки получить – а их приходится изымать либо у Академии наук, есть определённый мораторий, Вы сказали, что только как раз для целей жилищного строительства можно его получить, а так относиться к этому очень осторожно, и у вузов, и у государственных учреждений, и у ГУПов, – как только мы говорим: у вас земельные участки излишние, отдайте это для развития городской среды, – поднимается сразу огромная волна недовольства, жалоб, в том числе жалуются Вам, чтобы мы оставили эти организации в покое и земельные ресурсы их не трогали. То есть мы от этой работы не отказываемся. И единственное надо понимать, что теперь она будет занимать больше времени, поскольку придётся публично доказывать правоту такой позиции, что этот земельный ресурс излишний для этой организации, и он нужен для жилищного строительства.

А этот институт единый должен будет ещё вместе с Банком России как раз эту единую бумагу ипотечную выпускать, деньги собирать, перезакладывать. Это будет мультипликационный, мультиплицирующий эффект от получения новых и новых средств, и мы будем их расходовать в том числе и на арендное жильё.

В.Путин: Спасибо.

Антон Германович, всё–таки вернёмся к этой ценной бумаге. Какое Ваше отношение? И потом я попросил бы Эльвиру Сахипзадовну тоже.

А.Силуанов: Мы считаем, что наряду с ипотекой можно развивать и такой инструмент, как ипотечная ценная бумага. Здесь действительно самое главное – обеспечить надёжность в обращении этой ценной бумаги, с тем чтобы эти бумаги были обеспечены реальными метрами, создать механизмы, для того чтобы граждане, желающие приобрести новое жильё, могли приобрести эту бумагу с последующей гарантией того, что эта бумага будет в конечном счёте обеспечена квадратными метрами. Такой механизм наряду с ипотекой мы готовы разработать, Владимир Владимирович.

В.Путин: Спасибо.

Эльвира Сахипзадовна, пожалуйста.

Э.Набиуллина: Мы хорошо относимся к механизму ипотечных ценных бумаг. Надо сказать, что уже сейчас Центральный банк рефинансирует коммерческие банки и принимает в обеспечение ипотечные ценные бумаги, ценные бумаги с ипотечным покрытием. У нас сейчас принимается 62 выпуска таких облигаций и с ипотечным покрытием около 369 миллиарда рублей – это банков, и у АИЖК – 25 выпусков, это старых, номиналом 172 миллиарда рублей. Но мы хотели бы, мы обсуждали с Правительством, с Игорем Ивановичем, расширить эту базу. Для того чтобы её расширить, нужно сделать более качественную бумагу, которая находила бы спрос. Мы сейчас с АИЖК работаем над тем, чтобы мы могли применять к этой бумаге меньшие коэффициенты риска. Для этого нужны некоторые изменения в законодательстве. С АИЖК мы их сейчас готовим. Если они будут приняты, этот инструмент может пойти.

Но здесь, конечно, нам очень важно учиться на ошибках других, именно создавать качественную ипотечную ценную бумагу. Мы помним, какие бывают кризисы в других странах на рынке ипотечных, поэтому очень внимательно должны смотреть за качеством ипотечных кредитов и бумаг, для того чтобы они обслуживались и не вызывали проблем в будущем.

В.Путин: Нужно ещё работать с ними. Бумага бумагой, но нужно работать с ними, обеспечение должно быть.

Пожалуйста.

Л.Казинец: Владимир Владимирович, спасибо.

Леонид Казинец, президент Национального объединения застройщиков жилья.

Мы как национальное объединение активно работали с рабочей группой. Почти все наши предложения вошли, но тем не мене я хотел бы на словах сказать ещё два важных пункта.

Всё–таки мы видим, что в начале 2016 года, в I квартале, количество зарегистрированных ДДУ, разрешений на строительство, особенно во многих регионах, не самых богатых, меньше, чем в аналогичный период 2014 года. Это не очень хорошо.

Причины понятны, и Вы их называли, и в докладе они указаны. Конечно, и стоимость кредитов от банков, и стоимость ипотеки, и стоимость инфраструктуры, и процедуры. Процедурами с 2012 года мы занимаемся по Вашему поручению, я руководитель рабочей группы АСИ. Очень много удалось сделать, но процедуры как сорняки: пока мы их в одном месте косим, в другом месте ведомства их создают. Победить, наверное, сорняки невозможно, нужно их просто более интенсивно косить. Но, наверное, какой–то баланс между процедурами и способами регулирования будет оставаться, хотя спасибо: следующая редакция «дорожной карты» Правительством готовится, очень надеемся, что ещё улучшим эту ситуацию.

Но кроме чётко оцифрованных проблем есть проблемы, которые нельзя оцифровать. Я сказал бы, что это уверенность людей в том, что покупать квартиры нужно именно сейчас. Мы видим, что у большого количества граждан есть накопления, есть накопления на банковских депозитах, они их держат зачастую в валюте. То есть они надеются на какую–то спекулятивную историю с иностранной валютой. И мне кажется, что государственная позиция, если бы была поддержана, должна быть на уровне разъяснительной работы о том, что не нужно ждать каких–то спекулятивных возможностей. Сегодня достаточно дешёвое жильё, вряд ли оно будет сильно дешевле, потому что строители исчерпали возможность удешевления. Конечно, есть удешевление за счёт тех факторов, о которых мы говорили, но оно не будет уже радикальным. И наверно, время покупать квартиры тогда, когда они недорогие.

Есть пример. У нас есть проект в Новой Москве, где мы маленькие квартиры от 1,5 миллиона рублей под ключ продавали, сейчас на этапе, уже близком к сдаче, 2 миллиона даже с отделкой. Игорь Иванович Шувалов очень поддерживает такие проекты, спасибо ему. И вот за 1,5 миллиона рублей можно купить квартиру в Новой Москве – народ не ломится. Народ думает: полтора миллиона есть, а может быть, будет миллион? Но миллиона не может быть за квартиру, это абсурд.

Мне кажется, что государство и представители органов власти должны более чёткий давать сигнал людям о том, что сегодня время покупать. Если дальше спрос будет расти, то цены будут расти вместе со спросом, и квартиры станут менее доступными.

Ещё одна вещь. Это, наверное, просьба, может быть, дать сигнал губернаторам и мэрам городов создать какие–то консультативно-разъяснительные центры для людей, которые хотят купить квартиры, потому что очень много людей, покупая квартиры, не имеют экономической грамотности. Мы школьникам объясняем, как уберечь свою жизнь во время дорожного движения или своё здоровье на уровне медицины, гигиены. Но нет организации, куда сегодня покупатель квартиры пришёл бы и получил в любом регионе или городе бесплатную консультацию о том, что этот застройщик выполняет жёстко законодательство, у этого застройщика есть поддержка Сбербанка или ВТБ, что гарантировано хорошо, а вот этот застройщик проходит по грани. Тогда в этой ситуации, если бы эти центры были дешёвые или почти бесплатные, то любой человек, который хочет купить квартиру, получал бы государственную, не заинтересованную [информацию], когда ему застройщик говорит: купи у меня. Это же реклама.

Когда на уровне мэрии создаётся консультативный центр, он, с одной стороны, получает информацию об уровне достоверности исполнения застройщиками закона, с другой стороны, житель получает достоверную консультацию. И гораздо дешевле содержать консультационные центры, чем потом решать вопросы с дольщиками, которые стали жертвами мошенников и нарушения закона. Наверное, это нельзя прописать в законе, но с уровня губернаторов и мэров, если бы Вы дали такое поручение, организовать, безусловно, было бы можно.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо.

Дмитрий Николаевич, пожалуйста.

Д.Козак: Несколько слов, уважаемый Владимир Владимирович, по поводу тех вопросов, проблемных вопросов строительства, которые здесь поднимались.

Оскомину набил вопрос об избыточных административных барьерах в строительстве. Правительство на эту тему работает. Знаете, принят исчерпывающий перечень процедур в жилищном строительстве, которые невозможно сегодня преодолеть на региональном и муниципальном уровне. Дальше работаем, отменяем соответствующие законы. Но хотел обратить внимание, что 50 процентов, не менее 50 процентов административных барьеров лежит в плоскости утверждения генеральных планов городов и правил землепользования и застройки. И мы на эту тему тоже неплохо, казалось бы, по статистике, продвинулись за последние два года.

Сегодня 90 процентов населённых пунктов имеют генеральные планы, имеют правила землепользования и застройки. Они обеспечивают как раз предсказуемость для бизнеса параметров застройки соответствующих территорий, показывают планы по развитию соответствующей территории. Но выборочная проверка отдельных муниципалитетов показала, что эти документы утверждены формально и никакой информации, никакой предсказуемости для бизнеса действия муниципальных властей не дают. В подавляющем большинстве из проверенных 30 муниципалитетов в 28–ми доступа к информации о предельных параметрах застройки соответствующих земель, о планируемом развитии территорий просто нет. Такое поручение год назад было дано всем руководителям регионов.

Я хочу обратить внимание: на руководителей регионов возложен контроль за градостроительной деятельностью органов местного самоуправления – проверить законность деятельности органов местного самоуправления в этой области и добиться, чтобы правила землепользования и застройки содержали всю необходимую информацию, она была размещена на публичных информационных ресурсах, с тем чтобы была доступна и для граждан, и, самое главное, для предпринимателей. Это чрезвычайно важно сегодня, в условиях, когда наблюдается падение объёма строительной продукции. Нам необходимо сегодня стимулировать спрос. Это один вопрос.

И второй. Пользуясь присутствием здесь руководителей палат Федерального Собрания и руководителей фракций, хочу также сообщить о том, что для стимулирования спроса, для обеспечения большей доступности инвесторов к земельным участкам, как правило, обустроенным, необходима инженерная и транспортная инфраструктура. Это застроенные территории, брошенные промышленные зоны в центре городов, которые исторически сложились. Правительством разработаны поправки к действующему федеральному закону о комплексном развитии территорий, где устанавливаются новые механизмы, которые облегчают принятие решений по реновации застроенных территорий в центрах городов. Большая была бы просьба эти поправки Правительству в ближайшее время принять, для того чтобы дать новый толчок развитию населённых пунктов и обеспечить дополнительные возможности для инвесторов к этим территориям.

Следующий вопрос – это вопрос по ценообразованию в строительстве. Застаревшая, со множеством негативных исторических наслоений тема, в «чёрную дыру» улетают триллионы рублей, по предварительным оценкам.

В настоящее время подготовлен соответствующий проект федерального закона, он находится в Государственной Думе, который позволит осуществлять мониторинг стоимости строительных ресурсов – прежде всего строительных материалов, рабочей силы, – для того чтобы радикально обновить те застарелые сметные нормативы, которые в настоящее время действуют.

У меня на столе лежит замечательный отчёт с Керченской переправы. Там идёт масштабная стройка, где все строительные материалы закупаются через посредников, и посреднические цены увеличивают стоимость в три раза – на 200 процентов.

Эту работу необходимо осуществить как можно скорее. Но оказывается, что у нас даже ни в Правительстве, ни в федеральных органах исполнительной власти таких законных полномочий нет, поэтому подготовлен соответствующий законопроект, который позволяет эту работу провести.

И ещё поднимались два вопроса – законопроекты, которые не нуждаются в скорейшем принятии. Это вопрос о саморегулировании, о котором Вы говорили, Владимир Владимирович. Он действительно превратился в свою противоположность, я называю это открыто, в мазохистскую организацию, где профессиональные сообщества издеваются друг над другом, занимаются поборами друг с друга без всякой необходимости.

И тот законопроект, который в настоящее время подготовлен в Правительстве, позволяет оздоровить ситуацию, освободить от обязательного участия в саморегулируемых организациях малый и средний бизнес, который не претендует на государственные муниципальные заказы в качестве генподрядчиков. И в то же время сделать это профессиональное сообщество действительно ответственным за своих членов, которые участвуют в строительных подрядах в качестве организаторов стройки. На мой взгляд, это позволит в короткие сроки оздоровить ситуацию и навести порядок.

Спасибо.

В.Путин: Что касается участков, которые пригодны для строительства, особенно в центрах, районах, близких к центру городов, населённых пунктов, территорий, – как бы решение этого вопроса не постигло участь похожего на этот вопроса о неиспользуемых землях сельхозназначения. Где решение–то? Когда это состоится в конце концов? Ладно, сейчас не будем, это другая тема. Всё время там возникают какие–то сложности. Нужно, чтобы и другие вопросы, о которых вы сейчас сказали, решались быстрее.

В завершение хотел бы некоторые цифры привести. По достаточно объективным опросам 2003 года, потребность в улучшении жилищных условий в 2003 году испытывал 61 процент граждан Российской Федерации, сейчас – примерно 41 процент. То есть снижение в полтора раза. Средняя площадь квартиры в 2005 году составляла 45 квадратных метров, в 2015–м – 54 квадратных метра. Это то, что было, и то, что есть.

А теперь то, что нас может ожидать или ожидает. Общий объём спроса на ближайшие пять лет – конечно, не считая предоставления жилья по государственным обязательствам, расселения аварийного и так далее, – примерно 300 миллионов квадратных метров жилья. И этот спрос сформирован, тоже примерно, конечно, 6 миллионами российских семей. Причём 50 процентов из них – это ответ на вопрос, как ипотека работает, – планируют улучшить свои жилищные условия с помощью ипотеки.

С 2004 по 2016 год, Игорь Иванович Шувалов сказал уже об этом, 5 миллионов российских семей улучшили свои жилищные условия, именно взяв ипотечные кредиты. Это, конечно, не значит, что не нужно работать над другими инструментами, нужно внимательно смотреть. Только вопрос, конечно, не в конкуренции с банками, не потому, что кто–то заботится в данном случае о неконкурентной среде для банков. Вопрос в надёжности этих инструментов. Но, конечно, об этом всё равно нужно думать и над этим нужно работать.

А объём ипотечных кредитов в реальном выражении за последние годы вырос в 22 раза. Сегодня 50 процентов участников ипотеки – это молодые люди до 30 лет. То есть ипотека стала реальным механизмом решения жилищных проблем для молодёжи и молодых семей. Конечно, если есть возможность поработать над улучшением условий предоставления ипотечных кредитов, то нужно это делать.

С марта 2015 года, как вы знаете, у нас действует программа субсидирования процентной ставки из федерального бюджета, которая позволяет удерживать её на достаточно приемлемом для населения уровне. И благодаря этой мере, кстати говоря, которая была принята Правительством и принята, судя по всему, своевременно, удалось избежать обвала объёмов выдачи ипотеки, как это было в 2009 году. Тогда объёмы выдачи ипотечных кредитов упали сразу на 75 процентов. Снижение ипотечного кредитования в 2015 году не имело такого критического характера, в том числе и, наверно, прежде всего благодаря своевременным решениям, которые были приняты Правительством Российской Федерации. Сегодняшняя ключевая ставка, как вы знаете, средняя – 12 процентов.

Надо поработать обязательно над возможностями выпуска ценных бумаг. И будем рассчитывать на то, что это, а также и другие меры, о которых мы сегодня говорили, сработают.

Чем бы я хотел сегодня закончить нашу встречу? Вы знаете, жилищная проблема – это вечная проблема России, начиная вообще с незапамятных времен, она всегда остро стояла и никогда не была решена. От людей, которые находятся сейчас в этом зале, зависит решение этого вопроса.

И вы знаете, что интересно и что очень важно, что я хотел бы до вас довести? Все вы, все мы вместе взятые можем решить эту историческую задачу. Казалось бы, что она неподъёмная, так же как и строительство дорог в России с её необозримыми территориями. Построить нужное количество дорог кажется невозможным, а вот нужное количество жилья точно возможно. Ясно, что всегда будут какие–то отдельные проблемы и нерешённые какие–то проблемки, вопросики, но в целом в историческом плане мы можем эту проблему решить, у нас есть такой исторический шанс.

Но для этого нужно сделать немногое, но только нужно это сделать. Нужно разбюрократить принятие решений по выдаче земли. Не раздавать её своим да нашим, а понять, что если мы будем действовать эффективно, будем действовать настойчиво, то и в каждом регионе, и в стране в целом ситуация кардинально может поменяться, понимаете? Кардинально. Инструменты эти заработали. Мы будем их совершенствовать, может быть, включим ещё нечто такое целесообразное, что коллеги предлагают из Думы, из общественных организаций, из профессионального сообщества. Но, поверьте мне, у нас есть такой исторический шанс! И мы все, вы все будете участниками решения этого вопроса, который никогда не был решён в России. А мы можем это сделать! Землю выдавать нужно, в целом разбюрократить систему принятия решений, избавиться от всяких коррупционных схем, освободить от ненужного давления правоохранительных органов бизнес. На правительственном уровне, на уровне субъектов Российской Федерации сконцентрировать не только материальные, финансовые, но и административные ресурсы.

Я очень попрошу тех, кто работал сегодня над этими вопросами, самым внимательным образом доработать окончательные решения с учётом тех предложений, идей, которые здесь прозвучали. Исполнителями должны быть не только федеральные органы власти. Мы собрались именно в таком составе, потому что от эффективного решения этих вопросов зависит наша консолидированная работа: начиная от муниципалитетов, на которые, конечно же, руководители регионов самым активным образом влияют, и крупные города, в основном это муниципальные образования, за исключением Москвы и Петербурга… Так вот: муниципальный уровень, региональный и федеральный.

Всё, что касается муниципального и регионального, и всё, что будет в этих решениях прописано и будет их касаться, я прошу полпредов Президента самым внимательным образом изучить и вместе с коллегами в регионах дорабатывать и внедрять. Не ходить и не пугать никого, а именно помогать руководителям регионов довести принятые сегодня решения до реализации.

Давайте пожелаем друг другу успехов и поблагодарим рабочую группу за проделанную работу.

Спасибо.

Россия > Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 17 мая 2016 > № 1756202 Михаил Мень


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 12 мая 2016 > № 1757371 Олег Мусий

Олег Мусий: "Я бы не преувеличивал значение законопроекта об автономизации клиник, это только первый шаг к новой системе"

Интервью заместителя главы Комитета Верховной Рады по вопросам здравоохранения Олега Мусия агентству "Интерфакс-Украина".

Вопрос: Комитет по здравоохранению поддержал депутатский законопроект об автономизации клиник, который впоследствии был принят Верховной Радой в первом чтении, хотя ранее категорически был против такого законопроекта, разработанного Минздравом. Почему комитет изменил свое отношение к этой теме?

Ответ: Комитет Верховной Рады по вопросам здравоохранения последовательно выступает за автономизацию учреждений здравоохранения. Отражением последовательности этой позиции было внесение и регистрация альтернативного законопроекта через три для после регистрации Кабминовского законопроекта.

Законопроект Кабмина (№2309а), который был зарегистрирован в 2015 году, не в полной мере отвечал тем принципам, которые были задекларированы Минздравом. Я взял на себя ответственность и для того, чтобы по-сути спасти ситуацию с вероятным разворовыванием всей государственной системы здравоохранения заложенным в правительственном законопроекте, внес альтернативный законопроект №2309а-1.

Когда мы получили заключения главного научно-экспертного управления Рады и внимательно изучили с юристами и медиками то, что заложено в правительственном законопроекте, мы поняли, что там на самом деле предусматривался полный "дерибан" всей системы здравоохранения. А именно, превращение государственных учреждений здравоохранения в общества с ограниченной ответственностью – ООО и АО, открытие их счетов в коммерческих банках, а самое ужасное - это то, что имущество, средства, помещения и земля, на которой находятся эти учреждения, должны были стать основной уставного капитала новосозданных коммерческих предприятий, и эти активы должны были передаваться без аудита и без бухгалтерского учета, только по данным бухгалтерии на день передачи.

Здесь как раз была "зашита" вся эта схема по расхищению, даже не приватизации, а просто по бесплатному отбору наиболее привлекательных лечебных учреждений и земли, на которой они находятся.

Альтернативный законопроект мы готовили очень быстро, потому, что регламент отводит на это только две недели. Мы определились, что пойдем по пути доработки альтернативного законопроекта и попробуем всем комитетом найти общую точку зрения на автономизацию учреждений здравоохранения, что и произошло еще в июле 2015 года.

Потом были каникулы и за сентябрь мы подготовили уже согласованный со всеми членами комитета законопроект, который несколько отличался от альтернативного. Например, были внесены уточнения относительно названия неприбыльных некоммерческих предприятий, которыми станут государственные и коммунальные учреждения здравоохранения. Посоветовавшись со специалистами по хозяйственному праву, мы оставили в законопроекте только два вида создаваемых автономных предприятий, в которые может быть преобразовано существующее медучреждение - казенное предприятие, и коммунальное некоммерческое предприятие, хотя раньше законопроект предусматривал четыре вида подобных предприятий.

Вопрос: В чем же заключаются основные отличия вашего законопроекта от предложений Кабмина/Минздрава?

Ответ: Мы убрали все риски, которые были заложены в правительственном и минздравском законопроекте. А а именно риски, касающиеся организационной формы предприятий, связанные с размещением счетов в коммерческих банках, а также добавили возможность влияния общественности на новосоздаваемые медицинские предприятия в виде обязательности существования общественных наблюдательных советов.

Вопрос: Как это будет воплощено практически?

Ответ: Если примут нашу редакцию, то те медицинские учреждения, в которые превратятся существующие учреждения здравоохранения, будут обязаны создать наблюдательные общественные советы с привлечением пациентских и врачебных организаций, профсоюзов и т.д. Механизм создания таких НС будет прописан подзаконными актами.

Это позволит общественности контролировать учреждения здравоохранения, в т.ч. и расходование ими бюджетных средств. Даже в районной поликлинике (сейчас они называются консультативно-диагностическим центром), если она превратится в коммунальное некоммерческое предприятие, там обязательно будет создан НС.

Вопрос: Для чего это нужно?

Ответ: Смысл закона об автономизации в том, что мы убираем бюджетную классификацию и постатейное бюджетное финансирование, которые на сегодня существует во всех учреждениях здравоохранения. Сегодня бюджет клиники формируют так называемые "защищенные статьи", где 80% бюджетных средств, которые выделяются государством через субвенцию или бюджет идет на зарплату врачей, 7-8% идет на коммуналку, до 5% - на лекарства, и почти ничего не остается на развитие.

Автономизация предполагает, что на финансирование этого некоммерческого коммунального предприятия будет выделяться глобальный бюджет. Он будет поступать во все учреждения здравоохранения, и его руководитель будет сам им распоряжаться.

Для того, чтобы у руководства клиники не было соблазна потратить эти средства не на учреждение здравоохранения и нужен НС, чтобы обеспечить контроль представителей коммунальной общины.

Вопрос: Какие еще важные новации вводятся законопроектом об автономизации клиник?

Ответ: Я бы отметил, что в проголосованном в первом чтении законопроекте об автономизации введена норма о контрактных отношениях с руководителями учреждений здравоохранения и о конкурсе на назначение руководителя – контракт будет заключаться с победителем конкурса. Порядок проведения конкурса будет разрабатываться Минздравом, но понятие конкурса мы ввели.

Законопроект также узаконивает статус медиков как физических лиц-предпринимателей, которые смогут на первичном уровне оказывать медицинскую помощь.

Кроме того, важна норма, которая оставляет в распоряжении учреждения здравоохранения средства, которые не были использованы до завершения бюджетного года – на сегодня они возвращаются в бюджет. Неиспользованные или сэкономленные средства будут переходить на следующий бюджетный год и клиника получит возможности для расходование средств на собственное развитие.

Статус коммунального некоммерческого предприятия предусматривает, что учреждение здравоохранения сможет легально зарабатывать, предоставляя платные услуги, перечень которых будет утверждать Кабмин, а их стоимость должна быть определена Минздравом и будет универсальной для всей страны. Эти средства будут оставаться в учреждении здравоохранения, и оно само будет ими распоряжаться. Сегодня эти средства находились на полулегальных счетах, и использовать их можно было только по статьям бюджетного финансирования, т.е. например, только на зарплату или только на оплату коммунальных услуг.

Теперь бюджетом может распоряжаться руководитель учреждения здравоохранения, и эти средства смогут переходить на любую статью, которая предусмотрена уставом. Кроме того, устав некоммерческого предприятия предусматривает, что заработанные средства могут быть распределены только на это учреждение. Таким образом, все, что заработает клиника, она будет вынуждена потратить на свое развитие.

Вопрос: Значит, может быть такая ситуация, что одно учреждение здравоохранения заработает больше, а другое меньше?

Ответ: Да. И то, которое больше заработало, будет иметь возможность, например, обновить свою технику или повысить зарплату, или нанять лучшего специалиста, который будет приносить большую прибыль. Учреждение здравоохранения сможет экономически развиваться, а сегодня по существующему бюджетному кодексу это невозможно.

Вопрос: Какими будут следующие этапы реформирования здравоохранения, после принятия закона об автономизации?

Ответ: Несмотря на ряд принципиальных новаций, заложенных в законопроекте об автономизации, я бы не преувеличивал его значение. Это первый шаг к переходу на новую модель финансирования и управления учреждениями здравоохранения. Гораздо важнее наш законопроект об организациии медицинского обслуживания (№4456), в котором уже детально расписано, каким образом будет осуществляться финансовая и хозяйственная деятельность учреждений здравоохранения.

Так законопроект об организации медобслуживания предусматривает, что какие-то услуги будут платными, и описывает, как будет формироваться цена на них. Очень важно, что в законопроекте предусмотрено создание государственного закупочного агентства. Это фундаментальный закон, который изменяет всю систему организации здравоохранения и механизмы хозяйственной деятельности новосоздаваемых автономных учреждений здравоохранения, которые будут организованы в соответствии с законом об автономизации.

Кроме того, законопроект №4456 предусматривает, что Минздрав будет обязан разработать на основе протоколов лечения перечень стоимости медуслуг. Эта стоимость будет унифицирована и обязательна для всех учреждений здравоохранения, чтобы не было такой ситуации как сегодня, когда, например, МРТ в одной клинике стоит 500 грн, а в другой – 1000 грн.

Клиники будут получать деньги в соответствии с перечнем и количеством предоставляемых услуг. Расчеты будут осуществляться через закупочное агентство, и через него же будут заключаться контракты с учреждениями здравоохранения, например, вторичного уровня. Так, в Украине, условно говоря, в год проводится 10 тыс. аппендэктомий. Будет определена стоимость этой операции, и закупочное агентство будет заключать с конкретным учреждением здравоохранения в конкретном населенном пункте договор на эти операции, и будет выделять на них средства.

Вопрос: Эти два закона формируют законодательную базу реформирования системы здравоохранения?

Ответ: Также мы разработали законопроект №2409д - об основах государственной политики здравоохранения, он может быть рассмотрен в пакете с предыдущими. В нем прописаны принципы и основания, на которых будет базироваться новая украинская система здравоохранения.

Еще раз повторюсь: я бы не преувеличивал значение законопроекта об автономизации, это только первый шаг, даже не фундамент новой системы. Базовые и основные законы – это №2409а и №4456. Они зарегистрированы в Верховной Раде, одобрены всеми членами комитета по здравоохранению и комитет дает им зеленый свет. Есть решение комитета о незамедлительном включении этих основных двух законопроектов в повестку дня, чтобы мы могли в течение месяца получить заключение главного научно-экспертного управления, дать рекомендацию комитета и вынести в зал на голосование.

Если так произойдет, то уже в конце мая или в начале июня они могут быть проголосованы в первом чтении. Тогда же может быть проголосован во втором чтении и доработанный законопроект №2309а-д.

Вопрос: К этому законопроекту есть принципиальное замечание, озвученное, в частности, вашим коллегой Константином Яриничем: в законопроекте не прописаны сроки реорганизации учреждений здравоохранения, поэтому реформа может затянутся бесконечно долго…

Ответ: Сроки – очень дискуссионный вопрос. На мой взгляд, автономизация должна быть возможностью, а не обязанностью. Если мы пропишем, что автономизация должна пройти в течении года, как предлагал К.Яринич, то может возникнуть большая проблема, связанная с тем, что сегодня многие учреждения здравоохранения не имеют качественных менеджеров и управленцев, которые понимают, как управлять предприятием. У главных врачей в этом нет опыта, они привыкли жить по бюджетному кодексу, поэтому есть риск, что эти учреждения здравоохранения не смогут эффективно предоставлять услуги.

Но если бы я предлагал ввести сроки автономизации, то установил бы, например, срок до 2020 года.

Срок в один год, который предлагал Кабмин и депутат Ярынич, по сути загонял все клиники в автономизацию. Я не сторонник этой идеи насилия. Я сторонник того, чтобы государственное закупочное агентство, которое будет создано, закупало услуги именно в лучших учреждениях здравоохранения. Такими учреждениями могут быть только автономные. Те, кто не перешел в автономный режим, будут получать государственное финансирование, но его как и сегодня хронически не будет хватать даже на простые услуги. Так мы получаем возможность показать преимущества новой системы и дать возможность естественного развития автономных медучреждений. Я думаю, что три-четыре года дадут возможность обкатать эту систему, и развить учреждения здравоохранения в эффективные многопрофильные клиники.

Вопрос: Вы будете вносить сроки в законопроект об автономизации?

Ответ: Это пока что дискуссионный вопрос.

Вопрос: Когда будет понятен ответ?

Ответ: Если в процессе подготовки законопроекта ко второму чтению кто-то подаст эти предложения, мы рассмотрим их на заседании комитета.

Вопрос: Если вернуться к законопроекту об организации медицинской помощи, нет ли риска, что его постигнет та же судьба, что и у Кабминовского законопроекта об автономизации - его будут критиковать за ликвидацию бесплатной медицины?

Ответ: В этом законопроекте мы нашли формулу, как наконец совместить 49-ю статью Конституции о бесплатном медобслужвивании с 95-й статьей, которая говорит, что все социальные расходы осуществляются исключительно в рамках госбюджета.

Госбюджет здравоохранения, который на сегодня составляет 55 млрд грн. После определения стоимости всех медуслуг, станет понятно, на что бюджет государства может быть направлен - например, гарантированную скорую помощь, на родовспоможение, на первичную медицину. Станет понятно, какую часть вторичной и третичной медпомощи мы можем закрыть за счет бюджетных денег.

Законопроект об организации медицинского обслуживания через создание государственного закупочного агентства откроет путь к созданию государственного медицинского страхового фонда и заложит основу для перехода на дополнительный источник финансирования – общеобязательное государственное социальное медицинское страхование. Будет известна стоимость услуги, будет государственное закупочное агентство, которое в перспективе трансформируется в медицинский страховой фонд, а также государственное агентство контроля качества оказываемой медицинской помощи. А это уже гарантия защиты прав пациентов и защита от некачественных услуг. В течение примерно пяти лет эти механизмы будут налажены, и тогда мы сможем запустить страховую медицину - дополнительный и необходимый источник финансирования. Таким образом, мы получим бюджетно-страховую модель здравоохранения.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 12 мая 2016 > № 1757371 Олег Мусий


Абхазия > Миграция, виза, туризм > ved.gov.ru, 11 мая 2016 > № 1752969 Артур Миквабия

Артур Миквабия: «Традиции чтим, люди - главная ценность»

Если вы отдыхали в Абхазии в советское время, узнать те самые города, курорты и пляжи не составит труда. Почему страна так мало изменилась за последние 20 лет, и что препятствует развитию туристической инфраструктуры, рассказал премьер-министр республики Абхазии Артур Миквабия в эксклюзивном интервью TURIZM.RU.

- Артур Артемович, говорят, что сезон 2015 года был едва ли не самым успешным для туризма Абхазии за последнее время. Сколько отдыхающих вы приняли?

- Учет посещений у нас ведет пограничная служба. По ее данным, в течение 2015 года границу с Россией туда и обратно пересекли семь миллионов человек. По сравнению с прошлыми сезонами, это серьезная цифра. И я рад отметить, что с потоком туристов мы справились. Но вскрылись и проблемы, которые необходимо оперативно решать. Так, в этом году мы планируем обустроить пляжные зоны, особенно в крупных городах. Нужно сделать их более современными, комфортными и безопасными для отдыха. Кроме того, нам предстоит реконструировать очистные сооружения. Это позволит улучшить химико-биологический состав прибрежных вод. Для этого мы сейчас закупаем новое российское оборудование.

- Что еще нового ожидает туристов в этом году?

- Мы продолжим работать над тем, чтобы сократить время перехода границы. Летом прошлого года было введено несколько дополнительных контрольно-пропускных пунктов. Теперь терминал способен обслуживать до 25 тысяч человек в сутки, время ожидания сократилось с шести часов до полутора. Но этого не достаточно, ведь в период с мая по октябрь поток туристов возрастет более чем в два раза.

В 2015 году мы вместе с РЖД запустили электропоезда из Адлера в Гагры. Это удобно, так как проверка документов осуществляется прямо в пути. Думаю, что в сезон мы дополнительно организуем морское сообщение с курортами Краснодарского края. \

Вы, наверняка, знаете, что в Абхазии есть свой аэропорт. В свое время он считался лучшим на всем черноморском побережье. В сутки удавалось отправить и принять до 10 тысяч человек. Рейсы осуществлялись в Москву, Баку, Алма-Ату, - во все столицы бывших советских республик. После провозглашения независимости по требованию международных организаций полеты запрещены. Хотя для восстановления воздушного порта даже не требуется больших финансовых вложений.

- А новые гостиницы, пансионаты появятся?

- Бурное строительство средств размещения идет в западной части Абхазии - в Гагре, Пицунде, Гудауте. Там возводятся по большей части мини-отели на 10-30 номеров. Восточные районы пока отстают в развитии, но, думаю, это временно. Гостиницы строит частный бизнес, а государство занимается развитием инфраструктуры - электросетями, коммунальным хозяйством, дорогами. У нас сохранилось большое количество санаториев и пансионатов, которые ранее принадлежали советским республикам, различным ведомствам СССР. Мы еще немного подождем, не вернутся ли бывшие владельцы, а потом будем восстанавливать эти объекты своими силами.

- Люди, которые приезжали в Абхазию во времена Советского Союза, смогут узнать те места?

- Конечно, узнают. Не знаю, хорошо это или плохо. Но вы должны понять, что Абхазия переживает сложный период в истории. Двухлетняя отечественная война унесла тысячи жизней наших сограждан, героически защищавших Отечество. Эти трагические события пагубно отразились на нашей экономике. Долгое время мы жили в блокаде, а позднее под жесткими санкциями со стороны других государств. Мы бесконечно благодарны Президенту России Владимиру Владимировичу Путину за признание нашей республики и плотное взаимовыгодное сотрудничество во всех сферах жизни. Отношения с Россией - один из главных наших приоритетов. Да, восстановление и модернизация всей инфраструктуры еще займет некоторое время. Но и потенциал Абхазии практически не ограничен.

- Вы имеете в виду туристический потенциал?

- Туризм является локомотивом всей нашей экономики. Но проблема еще и в том, что Абхазия как независимое государство признана лишь четырьмя странами, в том числе и Россией. Для остального мира мы до сих пор спорная территория. Еще в 2008 году Соединенные Штаты ввели санкции для компаний, которые будут строить бизнес в нашей стране. Не могу сказать, что инвестиций у нас нет совсем, но их явно недостаточно.

- Говорят, в России развитию внутреннего туризма мешает слабое сельское хозяйство. Еда очень дорогая...

- Не хочу хвастаться, но мы увеличили поставки продуктов питания в Россию почти в два раза. По итогам 2015 года оборот составил 4 миллиарда рублей. Ежегодно наши предприятия завозят в Россию до 20 миллионов бутылок вина. В этой сфере у нас работают два крупных завода, а в последнее время стали появляться мелкие, частные производители. Кроме того, в больших объемах из Абхазии экспортируется рыбная мука (она, в основном, используется в животноводстве), фрукты, питьевая вода. А в ближайшие годы мы планируем возродить производство чая и табака

В Москве много грузинских, армянских ресторанов. А абхазских очень мало. Почему?

- За последние несколько лет мы наладили отношения с 50 регионами России. И знаете, почти в каждом втором нас просили открыть ресторан абхазской кухни. Но это дело частного бизнеса, а не государства. А вообще было бы здорово, если бы люди могли приходить в такие заведения не только, чтобы попробовать фирменные абхазские блюда, но послушать наши песни, увидеть выступления наших артистов. Мы подумаем, как это организовать.

- А какое блюдо лучше всего отражает особенности абхазской кухни?

- Наша кухня - это экологически чистые, свежие и полностью натуральные продукты. Все виды мяса, в том числе и козлятина (она у нас особенная), много зелени, кисломолочные продукты, орехи и невероятно вкусный, ароматный мед. А еще у нас богатый выбор рыбы. Султанка, барабулька, камбала, форель... В специализированных ресторанах вы можете сами ее выловить, и вам тут же ее приготовят.

Абхазская кухня - это очень здоровая еда. Помните, еще в советское время ученые изучали феномен долгожителей, - людей, достигших возраста более 100 лет. В Абхазии их всегда было больше, чем где-либо еще. Почему? Исследователи пришли к выводу, что один из главных секретов - это правильное питание.

- Отдых в Абхазии возможен только летом, или зимой и ранней весной тоже можно приехать?

- На новогодние праздники все места в действующих пансионатах и санаториях были раскуплены. Надо сказать, что с советских времен у нас сохранилась прекрасная лечебная база - термальные источники, радоновые воды, грязи. Зимой и в межсезонье лучше всего приезжать к нам для восстановления здоровья. Правда, и тут есть свои трудности. В Абхазии нет газа, поэтому вся страна отапливается электроэнергией. Киловатт стоит дешево, и мы уже давно планируем повысить тарифы. Но пока не будем этого делать - люди не готовы. А еще нам бы очень хотелось построить горнолыжный курорт. Для этого есть все возможности.

- А как бы вы оценили безопасность страны для туристов?

- Не буду скрывать: мелкие карманники, и даже плохо воспитанные люди встречаются... Но чтобы милиционер не помог, проигнорировал или, не разобравшись в ситуации, сразу взял чью-то сторону - такого нет и быть не может! Недавно приезжали высокие гости из Карачаево-Черкесии. Спрашивают: что это у вас на улице так много милиции? Я удивился - у нас всегда так.

Большинство гостиниц в Краснодарском крае в будущем сезоне сделали ставку на туроператоров. А вы?

- У нас налажены контакты со всеми крупными российскими туроператорами. Экскурсия в Абхазию включена, например, в сочинские турпакеты. Мы очень ждем российских туристов. Создаем в этом году информационный центр, где каждый сможет подробно узнать обо всех возможностях отдыха в республике. Планируем ввести обязательное медицинское страхование для туристов. Не буду скрывать: у нас есть проблемы. Но мы с уверенностью смотрим в будущее. И никакие трудности нам не страшны, когда за нами стоит такая крупная и мощная держава, как Россия. Светлана Тучкова

«Apsny.ru», 27.04.2016 г.

Абхазия > Миграция, виза, туризм > ved.gov.ru, 11 мая 2016 > № 1752969 Артур Миквабия


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 29 апреля 2016 > № 1754835 Михаил Мень

Доклад Михаила Меня на итоговой коллегии Минстроя России за 2015 год

Уважаемый Игорь Иванович! Уважаемый Дмитрий Николаевич! Уважаемые коллеги!

Прошедший год был экономически сложным как для строителей, так и для жилищно-коммунального комплекса.

Отрасли столкнулись с серьезными вызовами, связанными с дефицитом проектного финансирования и рисками снижения деловой активности субъектов строительного рынка.

Однако несмотря на все эти трудности, нам удалось удержать ситуацию в отраслях и завершить год с неплохими результатами.

Строительство нового жилья

В прошедшем году построено более 85 миллионов квадратных метров жилья, что почти на 1,5% превышает результат 2014 года и становится новым рекордом жилищного строительства.

При этом больший позитив мы видим не в общем объеме ввода жилья, а в увеличении объема строительства жилья экономического класса, который в прошлом году превысил показатели 2014 года на 20,8% и составил 43,5% от общего количества построенного жилья.

Важнейшим инструментом стимулирования темпов строительства жилья является ипотечное кредитование. Благодаря принятым Правительством решениям о реализации программы субсидирования ипотеки из федерального бюджета, удалось удержать процентную ставку по ипотечным кредитам на приемлемом для населения уровне.

При действующей ключевой ставке Банка России ипотечная ставка для населения в размере 12% экономически обоснована и является востребованной гражданами.

Благодаря реализации программы удалось избежать обвала объемов выдачи ипотеки, как прогнозировали некоторые эксперты. Снижение ипотечного кредитования в 2015 году произошло, но не имело критического характера, в том числе благодаря государственной поддержке.

В целом за 2015 год выдано 692 тысячи ипотечных кредитов на сумму 1,1 триллиона рублей.

Созданный в прошедшем году на базе АИЖК Единый институт развития в жилищной сфере активно подключается к решению проблем, стоящих перед отраслью. Основные задачи института сформулированы в Стратегии развития Единого института развития в жилищной сфере на период 2016–2020 годов и направлены на:

- содействие развитию жилищного строительства и ипотечного кредитования, в том числе стимулированию строительства жилья экономического класса и наемных домов;

- содействие комплексному освоению территории, обеспечению земельных участков, предоставленных для жилищного или иного строительства, объектами инженерной, социальной и транспортной инфраструктур;

- стимулирование развития и внедрение передовых, энергоэффективных технологий и материалов, создание условий для их использования в жилищном строительстве.

Одним из приоритетов работы Минстроя является реализация программы «Жилье для российской семьи». В настоящее время подписаны 70 соглашений об обеспечении строительства жилья экономического класса с заявленным объемом ввода более 19,5 миллионов квадратных метров.

В настоящее время в рамках программы введено 256,7 тысяч квадратных метров жилья экономического класса на территории 17 регионов.

Основной проблемой реализации программы «Жилье для российской семьи» является недостаток земельных участков, обеспеченных необходимой инфраструктурой.

Планом действий Правительства, направленных на обеспечение стабильного социально-экономического развития страны в 2016 году предусмотрено мероприятие, направленное на обеспечение инженерной инфраструктурой земельных участков, выделенных под реализацию проектов комплексного освоения территории в рамках программы «Жилье для российской семьи».

Вместе с тем, в соответствии с указанным Планом, объем и источник финансирования мероприятия будут определены по итогам работы в I полугодии 2016 года.

Проведенный анализ показал, что подготовленных к реализации комплексных проектов жилищного строительства земельных участков, обеспеченных необходимой инженерной инфраструктурой, хватит для строительства лишь 58 миллионов квадратных метров жилья.

В условиях имеющихся бюджетных ограничений, понимая, что способность крупных городов развиваться путем точечной застройки практически исчерпана, Минстроем запускается новый механизм поддержки жилищного строительства путем развития неэффективно используемых территорий.

Теперь об участии граждан в индустриальном домостроении.

За 10 лет существования институт долевого строительства жилья стал одним из самых распространенных способов приобретения жилья гражданами.

Минстроем, с учетом практики реализации законодательства в данной сфере, организована работа по обеспечению защиты прав и интересов граждан - участников долевого строительства, первым этапом которой стало установление дополнительных гарантий для участников долевого строительства.

На законодательном уровне было установлено специальное правовое регулирование процедуры признания застройщика банкротом, главной целью которого стало установление приоритетности требований участников долевого строительства к застройщику в рамках процедуры банкротства перед удовлетворением требований иных кредиторов.

С целью минимизации рисков граждан, возникающих в результате участия в долевом строительстве, исполнение обязательств застройщика по передаче жилого помещения участнику долевого строительства, помимо залога, стало обеспечиваться поручительством банка или страхованием гражданской ответственности.

С 1 октября 2015 года вступили в силу изменения в законодательство, в соответствии с которыми установлены новые требования к страховым организациям, заключающим договоры страхования гражданской ответственности застройщика – наличие собственных средств в размере не менее чем один миллиард рублей, в том числе уставного капитала в размере не менее 120 миллионов рублей.

Как показала практика, большинство граждан, чьи права на оплаченное жилье были нарушены застройщиками, «обманутые дольщики», это те, кто инвестировал свои денежные средства не по 214-ФЗ, а по схеме жилищно-строительных кооперативов или по так называемым «серым схемам».

Жилищно-строительные кооперативы долгое время являлись обходной схемой закона о долевом строительстве. Это было вызвано отсутствием возможности государственных органов контролировать деятельность кооперативов. Теперь ситуация изменилась. С июля 2015 года ограничена деятельность ЖСК в части строительства более чем одного многоквартирного дома.

Вторым этапом совершенствования законодательного механизма стал законопроект, который принят Государственной Думой в первом чтении и предполагает поэтапное введение новых требований, направленных на повышение защиты прав граждан-участников долевого строительства и повышение прозрачности деятельности застройщиков.

Устанавливаются требования к финансовой обеспеченности застройщиков, привлекающих средства населения для строительства многоквартирных домов – размер уставного капитала застройщиков теперь будет зависеть от площади возводимого им жилья в рамках закона о долевом строительстве.

Законопроект урегулирует механизмы банковского проектного финансирования строительства с открытием счетов эскроу для размещения средств участников долевого строительства. Право использовать указанный механизм получат только банки, соответствующие требованиям, установленным для банков, имеющим право на размещение средств федерального бюджета.

Практическое применение введённых норм уже началось, так, в соответствии с решениями Правительства, организована санация группы компаний «СУ-155».

Минстроем при участии Банка «Российский капитал» создан инструмент, реализация которого позволит достроить объекты незавершённого строительства, обременённые требованиями граждан.

В настоящее время сформированы графики достройки объектов и разработан алгоритм последовательных действий, который предполагает активную работу не только предприятий группы компаний «СУ-155» и Банка «Российский капитал», но и содействие со стороны региональных властей, на территории которых находятся «проблемные» объекты.

Главами регионов в целях реализации предложенной концепции созданы рабочие группы с участием Банка «Российский капитал» и инициативных групп граждан и уже подготовлены и утверждены графики финансирования строительных работ по каждому региону.

Минстроем в рамках реализации 600-ого указа Президента проводится мониторинг реализации региональных программ развития рынка арендного жилья.

В настоящее время введено 996 тысяч квадратных метров арендного жилья, из них 131 тысяча - в 2015 году. Программы развития рынка арендного жилья приняты в 60 субъектах Российской Федерации.

В качестве инструмента долгосрочного финансирования проектов создания фонда арендного жилья прорабатывается возможность создания паевых инвестиционных фондов недвижимости, в которых АИЖК выступит в качестве первичного инвестора путем внесения в состав имущества таких фондов денежных средств на строительство.

По оценкам экспертов, реализация указанного механизма позволит снизить стоимость квадратного метра арендного жилья, установить арендную плату не выше среднерыночного уровня. Доходность инвестора в данном случае будет сопоставима с доходностью на банковских депозитах.

В рамках выполнения социальных обязательств государства по обеспечению жильем отдельных категорий граждан Минстроем в 2015 году профинансированы мероприятия по обеспечению жильем:

- 10,8 тысяч ветеранов Великой Отечественной войны;

- 4 тысяч ветеранов боевых действий, инвалидов и семей, имеющих детей-инвалидов;

- 15,2 тысяч молодых семей;

- 5,7 тысяч военнослужащих, уволенных или увольняемых с военной службы; граждан, выезжающих из районов Крайнего Севера; граждан, пострадавших в результате радиационных аварий и катастроф и других социальных категорий граждан.

Техническое регулирование

В 2015 году Правительством впервые в истории современной России принято решение о реализации комплексной программы реформирования системы технического регулирования и сметного нормирования в строительстве в формате государственного задания подведомственным Минстрою учреждениям.

За первый этап реализации программы реформирования разработаны и актуализированы 124 свода правил, 22 из которых утверждены в 2015 году, еще 102 свода правил размещены для публичного обсуждения. Среди обновленных СП - актуальные и остро востребованные строительной отраслью уточненные климатические параметры и общее сейсмическое районирование, уточненные требования, предъявляемые к проектированию зданий и сооружений, обеспечивающие условия доступности для инвалидов жилых помещений, объектов социальной, инженерной и транспортной инфраструктур.

В рамках исполнения государственного задания до конца 2017 года будут пересмотрены действующие своды правил и актуализированы строительные нормы и правила в объеме, необходимом для преодоления существующего отставания в технологическом развитии и устранения выявленных дублирований и противоречий по результатам проводимого на регулярной основе мониторинга, разработаны новые своды правил, в соответствии с потребностями отрасли. В общей сложности планируется утвердить более 300 нормативных технических документов.

Что касается реформирования ценообразования и сметного нормирования, то тут Правительством поставлена задача обеспечить разработку и актуализацию сметных нормативов, отвечающих современным технологиям строительства, реальным рыночным условиям и обеспечивающих определение достоверной стоимости строительной продукции.

Также необходимо создать механизм последующей актуализации сметно-нормативной базы на постоянной основе, который позволит в короткие сроки формировать стоимость строительства с учетом текущего уровня стоимости строительных ресурсов на основе государственного мониторинга текущего уровня стоимости всех строительных ресурсов.

В целях реализации данной задачи Минстроем разработан проект соответствующего федерального закона и в настоящее время, в соответствии с Вашим, Дмитрий Николаевич, поручением идет активная работа по подготовке необходимых подзаконных актов, создается государственная информационная система «Ценообразование и сметное нормирование в строительстве».

В результате выполнения поставленной задачи в 2017 году мы будем иметь на вооружении полномасштабный, комплексный, современный инструмент государственного управления ценообразованием в строительстве.

В рамках работы по повышению эффективности бюджетных капитальных вложений Минстроем продолжается формирование Реестра типовой проектной документации.

В настоящее время в реестр включены сведения о проектной документации в отношении 337 объектов капитального строительства.

В целях совершенствования института типового проектирования Минстроем совместно с депутатами Госдумы подготовлен законопроект, предусматривающий установление понятия «экономически эффективная проектная документация повторного применения» и понятия «реестр экономически эффективной проектной документации повторного применения», а также установление обязательности применения органами государственной власти и местного самоуправления проектной документации, информация о которой включена в реестр типовой проектной документации.

В рамках деятельности по инновационному развитию отрасли Минстроем реализуется План поэтапного внедрения технологий информационного моделирования в области промышленного и гражданского строительства.

В соответствии с Планом завершен отбор 23 «пилотных» проектов, подготовленных с использованием технологий BIM, выполнена их экспертиза с целью установления требований, необходимых для применения технологий BIM.

До конца 2016 года должны быть полностью актуализированы нормативно-техническая и законодательная базы.

Жилищно-коммунальное хозяйство

За прошедший год Минстрой России сумел значительно продвинуться в решении приоритетных задач в сфере жилищно-коммунального хозяйства. Успешно расселяется аварийное жилье; несмотря на сложности, заработала программа капитального ремонта; настоящий прорыв совершен в части привлечения в отрасль частных инвестиций, за счет которых модернизируется коммунальная инфраструктура. В результате, несмотря на все сложности в отрасли, растет качество предоставляемых жилищно-коммунальных услуг.

Расскажу подробнее.

По данным оперативной отчетности, в 2015 году расселеноболее191 тысячи человек из 3 миллионов квадратных метров аварийного жилья. Целевой показатель перевыполнен на 7,6% и 9,8% соответственно.

Результата удалось достичь, реализовав комплекс управленческих решений:

увеличен объем федерального софинансирования региональных программ;

предоставлена возможность регионам более оперативно получать средства Фонда ЖКХ сразу на весь период реализации программ;

введена финансовая ответственность за несвоевременную реализацию программы и представление отчетности;

установлены конкретные плановые показатели для каждого региона.

Несмотря на то, что серьезные недостатки по качеству имеют около 1 % от общего количества возведённых домов, мы этот вопрос держим на особом, ежедневном контроле.

Для недопущения переселения граждан в некачественное жилье мы запустили многоступенчатую систему контроля качества, возводимого в рамках программ расселения аварийного жилья.

Теперь строительство осуществляется только по проектной документации, прошедшей экспертизу, под контролем стройнадзора.

Приемка домов осуществляется комиссией с участием жилищных инспекторов и центров общественного контроля в ЖКХ.

Созданы федеральная и региональные комиссии по рассмотрению и проверке обращений, связанных с качеством построенных домов.

Открыта «горячая линия», таблички с телефоном которой размещаются на всех домах для «переселенцев», информацию о проблемах качества оперативно рассматривают специальные комиссии в регионах, а Минстрой осуществляет постоянный контроль данной работы.

Ведется специальный реестр "проблемных" домов, за исправлением недостатков в которых мы внимательно следим. Информацию о проблемах мы получаем по телефону «горячей линии», от активистов Народного фронта и от других общественников, а также через обращения, поступающие напрямую в Министерство.

Для продления «жизни» жилого фонда мы запустили программу капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах – это самая масштабная программа реновации жилого фонда в нашей стране, включая советский период.

За 2015 год отремонтировано более 21 тысячи многоквартирных домов общей площадью более 65 миллионов квадратных метров.

За реализацией капитального ремонта тщательно следит целый пул контролеров, в числе которых Госжилинспекция, прокуратура, федеральное казначейство, Счетная палата.

Действует федеральная автоматизированная система мониторинга и контроля функционирования региональных систем капремонта, которая обеспечивает прозрачность и контроль реализации мероприятий по капремонту многоквартирных домов.

Созданы условия для контроля собственниками средств фонда капитального ремонта, формируемого на счете регионального оператора.

Работа по повышению прозрачности отрасли - это отдельное важное направление работы Министерства, которому мы уделяем большое внимание. Так, нами введен стандарт раскрытия информации управляющими компаниями, в соответствии с которым в сети Интернет публикуются сведения об установленных тарифах, планируемых расходах и фактических расходах организации.

Совместно с Минкомсвязи России завершается доработка отдельных разделов государственной информационной системы жилищно-коммунального хозяйства, и система готовится к полномасштабному вводу в эксплуатацию, но уже сейчас в ней имеется огромный массив информации, в том числе о выданных управляющим компаниям лицензиях и проведенных проверках в рамках лицензионного контроля.

Данная система позволит обеспечить для граждан и профессиональных участников рынка максимальную информационную открытость в сфере жилищно-коммунального хозяйства.

Как я уж отметил, определенного успеха успеха удалось достигнуть в части модернизации коммунальных сетей – за счет привлечения в отрасль частного капитала, введения долгосрочного тарифного регулирования и закрепления прибыли инвестора. За 2015 год число заключенных концессий выросло более, чем в 2 раза, а объем инвестиционных обязательств по ним – в 10 раз. 70,9 миллиардов рублей будет вложено в совершенствование ЖКХ благодаря этим соглашениям. В целом инвестиционными программами предусмотрены инвестиции в размере 431 миллиарда рублей.

Уже сейчас мы видим результаты работы частных операторов на рынке ЖКХ – в отдельных регионах, где реализуются проекты государственно-частного партнерства, аварийность по теплоснабжению снизилась на 47%, а по водоснабжению – на 21%.

Для активизации работы регионов с потенциальными инвесторами в каждом субъекте России проведена оценка эффективности коммунальных предприятий. Теперь имущество всех МУПов и ГУПов, управление которыми признано неэффективным, передается в концессию, являющуюся наиболее эффективной формой государственно-частного партнерства, при которой частному бизнесу передаются в долгосрочное пользование государственные объекты. Главным отличием концессии от долгосрочной аренды является то, что частный бизнес должен вкладывать инвестиции и модернизировать объект, находящийся в концессии, и его обязательства четко фиксируются в условиях соглашения.

Таким образом, передача коммунальных объектов в концессию позволит решить сразу две глобальные задачи – обеспечить население качественными коммунальными услугами, сдерживая при этом рост тарифов за счет внедрения современных технологий и ремонта основных фондов коммунальной отрасли.

По итогам анализа ситуации в отрасли и практики реализации концессионных соглашений Минстроем разработан проект федерального закона, дающий дополнительные возможности привлекать средства частных инвесторов для модернизации объектов ЖКХ даже в тех случаях, когда имущество предприятия должным образом не оформлено и в бюджетах нет средств для завершения оформления. Кроме того, для дополнительной защиты инвестора стороной концессионного соглашения планируется сделать регион, который устанавливает тарифы на соответствующие услуги.

В настоящее время, проводится более 300 конкурсов на заключение концессионных соглашений – отрасль жилищно-коммунального хозяйства является здесь безоговорочным лидером, порядка 90% от всех объявленных и 40% от всех действующих концессионных соглашений в России связаны со сферой жилищно-коммунального хозяйства.

Коммунальным объектам в «малых городах», а также иным инвестиционным проектам в сфере ЖКХ будет оказываться дополнительная поддержка со стороны государства.

Правительством принято решение о запуске механизма финансовой поддержки проектов по модернизации систем коммунальной инфраструктуры в «малых городах», население которых не превышает 250 тысяч человек.

В бюджете Фонда ЖКХ на 2016 год предусмотрено порядка 3,4 миллиарда рублей для оказания такой поддержки.

Основные задачи на 2016 год

Основными задачами, стоящими перед Министерством в 2016 году мы видим:

1. Стимулирование роста жилищного строительства, увеличение объема ввода жилья экономического класса.

Здесь основными нашими инструментами будут субсидирование ипотеки, поддержка комплексных проектов жилищного строительства и, конечно, выполнение публичных государственных обязательств перед отдельными категориями граждан.

2. Повышение защиты граждан – участников долевого строительства жилья.

Здесь мы сосредоточимся на сокращении «проблемных» объектов в регионах страны и совершенствовании инструментов контроля за использованием застройщиками средств граждан – участников долевого строительства.

3. Завершение реформы ценообразования, сметного нормирования и технического регулирования в строительстве, развитие института типового проектирования.

В рамках реформирования ценообразования наша главная задача обеспечить формирование и ведение единого государственного реестра сметных нормативов, обеспечивающего актуальность, достоверность и защиту информации, а также открытость и доступность включенных в него данных, возможность их интеграции в иные информационные системы.

В техрегулировании мы продолжим работу, направленную на обеспечение актуализации и взаимной согласованности нормативно-технических документов в строительной сфере.

4. Совершенствование института саморегулирования в строительстве.

Здесь мы сконцентрируем свои усилия на «выводе из тени» компенсационных фондов саморегулируемых организаций, установление требований к размещению средств компенсационных фондов в кредитных организациях, позволяющих обеспечить их сохранность, а также на установление порядка имущественной ответственности членов саморегулируемых организаций по обязательствам, возникшим вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договорам подряда в строительстве.

5. Выполнение планов по ликвидации аварийного жилищного фонда, совершенствование системы управления многоквартирными домами, обеспечение эффективной работы системы капитального ремонта многоквартирных домов.

В 2016 году нам предстоит расселить не менее 2,82 миллиона квадратных метров жилья.

Анализ обращений граждан говорит нам о необходимости создания дополнительных условий, стимулирующих «приход» на рынок управления жильем добросовестных и профессиональных управляющих организаций.

6. Развитие механизмов государственно-частного партнерства в ЖКХ и реализация существующих инструментов.

Здесь мы продолжим работу, направленную на создание дополнительных условий для привлечения инвестиций в сферу жилищно-коммунального хозяйства.

В заключение, хочу поблагодарить курирующих Минстрой России Вице-премьеров, Администрацию Президента Российской Федерации, представителей отрасли, экспертного и научного сообщества за поддержку и конструктивное взаимодействие!

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 29 апреля 2016 > № 1754835 Михаил Мень


Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 28 апреля 2016 > № 1747436 Ермек Мусрепов

Дольщиков надежно защитили от афер и обмана

Что предполагает обновленный профильный закон рассказал Ермек Мусрепов

На базе существующего в Казахстане Фонда гарантирования ипотечных кредитов создается Фонд гарантирования жилищного строительства. Эту инициативу предусматривает Закон о внесении изменений и дополнений в Закон РК «О долевом участии в жилищном строительстве», подписанный президентом 7 апреля 2016 года. Главная задача создаваемой структуры – предоставление гарантий дольщикам по завершению строительства жилого здания в случае неисполнения уполномоченной компанией обязательств по строительству жилого объекта. Насколько надежны эти гарантии и какие что еще предполагает обновленный профильный закон – об этом в интервью корреспонденту делового еженедельника «Капитал.kz» рассказал президент Казахстанской федерации недвижимости Ермек Мусрепов.

- Ермек Еркебуланович, хотелось бы для начала услышать вашу оценку развития рынка долевого строительства в нашей стране, как сильно он изменился за последние годы?

- Долевое строительство – это очень болезненная тема. Мы, как участники рынка недвижимости, наблюдали всю историю становления данного инструмента в Казахстане. И на сегодняшний день, увы, здесь немало печальных моментов.

В 2003 году мы видели взлет этого инструмента, так называемый бум, затем на протяжении последующих пяти лет он не останавливался и начал падение только с первым экономическим кризисом.

Сама по себе идея долевого участия очень хороша. Первые строительные компании, которые существовали на рынке недвижимости, тоже начали экспериментировать, строить посредством долевого участия. Потом, когда государство поняло, что жилищное строительство и строительная индустрия набирают свои обороты, появилась необходимость в создании закона, который будет регулировать конкретно долевое строительство. Я тоже один из первых участников долевого строительства и могу сказать, что первые проекты, построенные до 2007 года, были исключительными, входили в рамки самого понятия «долевое строительство». Строительные компании-застройщики выдерживали свои обещания, свои обязательства по отношению ко второй стороне договорных обязательств, и объекты недвижимости, которые были начаты, обязательно завершались и вводились в эксплуатацию. Это потом уже началось – некоторые предприимчивые строители, которые на самом деле не знают, что такое стройка, быстро сообразили, что этот рынок пока еще непрозрачен и несильно зарегулирован, как следствие, начались мошеннические действия. Но теперь и рынок недвижимости, и сам инструмент долевого строительства претерпели большие изменения. Наконец-то, ввиду поправок в Закон о долевом строительстве этот сегмент будет качественно зарегулирован и надежно защищен по отношению ко всем участникам долевого строительства.

- И все-таки, что мы имеем сегодня? Я имею в виду, есть ли спрос на этот инструмент – долевое участие?

- Сегодня есть возможность участвовать в долевом строительстве, но пока действуют не те правила, которые необходимы в рамках Закона о долевом строительстве. Мы видим трансформированные договоры, которые на самом деле не являются договорами долевого участия. Они позволяют уйти от тех требований, которые были поставлены застройщикам в рамках самого закона. Поясню. В первой редакции документа были определенные рамки, дополнительные изменения, ужесточались требования к застройщикам, к участию банков второго уровня. Здесь речь идет о строительстве определенного процента жилья – нулевой, первый, третий, четвертый уровень, то есть нужно, чтобы долевое строительство было видно. А что мы имеем? Немало прецедентов, когда люди подписывают договоры, и на том месте, где должен быть построен жилой комплекс, есть только земельный участок, без котлована. Ничего, кроме пустых обещаний.

- Давайте рассмотрим долевое строительство с учетом последних изменений на рынке. Чего все-таки больше – преимуществ или недостатков?

- То регулирование, которое на сегодняшний день проводит государство, это правильные действия. Соотношение отрицательных и положительных моментов в строительной индустрии Казахстана где-то 50/50. Положительные – это все госпрограммы, которые есть в этом сегменте. Отрицательные – то, что на сегодняшний день застройщики, которые обещают в рамках договоров о долевом участии построить, завершить и передать участникам долевого строительства квадратные метры, не исполняют свои обязательства. Но, повторюсь, новшества, которые мы сегодня наблюдаем в Законе о долевом строительстве, все меняют. Это в первую очередь стопроцентная гарантия для участников долевого строительства. В любом случае даже если застройщик уйдет в отрицательную тенденцию и не будет справляться с обязательствами по закону, фонд гарантирования жилищного строительства будет отвечать по всем принятым обязательствам и достроит начатый жилой комплекс, введет его в эксплуатацию и передаст по акту приема передач. Это прописано в законе.

- То есть клиенты строительных компаний, дольщики, могут быть уверены, что без жилья они не останутся?

- Это точно. Опасений как таковых нет.

- А если не устроит качество построенного жилья?

- Эти моменты, которые предусмотрены в процессе исполнения договорных обязательств, ложатся на уполномоченные компании, на застройщика. То есть компания и несет ответственность за качество строительства. И все претензии, которые будут выдвинуты физическими лицами, они будут приняты и должны быть решены в рамках гарантийных обязательств по завершению строительства. Государство здесь ни при чем, здесь регулятивные меры будут приниматься по отношению к самим исполнителям, уполномоченным компаниям.

- Известно, что в полномочия создаваемого фонда будет входить следующее – предъявление квалификационных требований к участникам долевого строительства по финансовой устойчивости, наличию опыта и применение механизма контроля за целевым использованием денег дольщиков. А кто всем этим занимался до сегодняшнего дня, до того, как было принято решение создать фонд?

- На сегодняшний день есть уполномоченный орган, который выдает лицензию на привлечение денег дольщиков. То, чем будет заниматься фонд гарантирования, – это самые основные критерии, по которым будут отбираться участники долевого строительства. Допуски очень серьезные. В случае, если зайдет какой-либо застройщик с какими-то проблемами, по этим обязательствам будет отвечать государство. Критерии при этом очень правильные, они расшифровывают, какая компания может зайти, с каким опытом, сколько квадратных метров она должна построить. Это на самом деле очень серьезные моменты, для того чтобы компания, которая заходит, смогла своими силами, своими финансовыми потоками, своим профессиональным опытом построить и передать построенное жилье.

- Также предполагается, что фонд будет формировать специальный резерв за счет гарантийных взносов, целевым назначением которых будет исключительное покрытие расходов, связанных с урегулированием гарантийного случая. Что это за гарантийные взносы и кто должен их выплачивать?

- Гарантийный взнос будет вносить уполномоченная компания, которая будет участвовать в проекте строительства долевого жилья. Естественно, в этом фонде предусматривается определенная «подушка», которая выделяется государством, – в размере 15 миллиардов тенге. Но по большому счету это гарантийный взнос определенного строительного объема, который должна внести уполномоченная компания. Пусть это будут свои средства или привлеченные, но это должно быть проплачено фонду, и тогда уже он будет рассматривать критерии, по которым участник долевого строительства будет получать определенные лицензии и разрешения.

- А насколько выгодно тогда уполномоченным компаниям-застройщикам создание данного фонда?

- Рынок и сам инструмент долевого строительства находятся в состоянии стагнации. Долевое строительство – это коммерческое строительство, оно не может иметь определенную стоимость квадратного метра, это уже сами застройщики должны выносить на рынок свою стоимость, свой потенциал, который они закладывали. Застройщики должны понимать, что для того чтобы участвовать в этой программе и брать на себя обязательства, нужно быть финансово устойчивым. В рамках закона есть три входа в программу строительства – первое: посредством фонда гарантирования жилищного строительства, второе: посредством участия банка второго уровня через финансирование банка и третье: это возведение каркаса, практически 70% строительства, после чего дается разрешение на привлечение дольщиков. Все строители должны понимать, что это большая ответственность. Фонд гарантирования жилищного строительства будет наиболее корректным с точки зрения финансового вливания инвестора.

- В понятие «гарантийный случай» включены такие наиболее частые прецеденты, как нарушение сроков ввода в эксплуатацию жилого здания, нецелевое использование денег, несостоятельность застройщика, установленная решением суда. Что все-таки чаще всего является причиной наступления гарантийного случая?

- Cегодня практически все строительные компании строят не в рамках профильного Закона о долевом строительстве. Наиболее частые проблемы – это нецелевое использование денег и вытекающие отсюда последствия, когда при «нецелевке» возбуждаются уголовные дела и проводятся суды, устанавливается несостоятельность застройщика. Это все как единый ком. Тенденция нарушения сроков ввода в эксплуатацию есть, но она терпимая. Бывают моменты, когда дом почти построен, остались определенные виды работ для сдачи в эксплуатацию, но это уже дает надежду на то, что дольщики получат свои квадратные метры и в скором времени заселятся. Вся проблема долевого строительства в нецелевом использовании средств. Если бы застройщики все инвестиции использовали в нужном направлении, на выполнение своих обязательств, то никаких вопросов бы не возникало.

- А как вы считаете, это больше вопрос в изначальной непорядочности застройщика, в его желании получить деньги и ничего не дать взамен, или все-таки нехватка опыта, неумение грамотно распределить средства?

- Скорее всего, второй пункт. Немало застройщиков, которые действительно хотят построить, но они не могут правильно распределить проект и денежные потоки, которые нужно считать и правильно направлять. Недобросовестность застройщика, конечно, тоже имеет место. Если взять весь рынок строительной индустрии, то порядка 0,5% – это те, которые по таким схемам просто обманывают наших жителей.

- Какие наиболее резонансные случаи за последние год-два на вашей памяти?

- Мы уже устали по новостям смотреть эти случаи, если честно. Их много, и с каждым годом, когда и экономическая ситуация в стране становится сложнее, все больше проблем всплывает с долевым строительством. Самые резонансные, я могу сказать, связаны с Астаной, этот город – лидер по проблемным объектам. В прошлом году, когда прокуратура проводила проверки, там более 150 застройщиков не соответствовали Закону «Об архитектурной, строительной деятельности», и в том числе Закону «О долевом строительстве».

- Что касается более глобальных задач, которые преследуют и законотворцы, и инициаторы данного фонда. Считается, что обновленный механизм жилищного строительства обеспечит снижение рисков в данной отрасли, повысит доступность жилья широким слоям населения, будет способствовать увеличению темпов жилищного строительства. Как вы такие амбиции оцениваете?

- В программу долевого строительства каждого застройщика не затащишь. В первую очередь каждая компания будет просчитывать свои риски. Это на самом деле очень сложный процесс, потому что деньги берутся у участников долевого строительства на определенной стадии, а квадратные метры должны передаваться уже через два года, в зависимости от проекта.

Те задачи, которыми наделен фонд, – это правильные вещи. Например, требование по выделению определенных участков под строительство. На сегодняшний день есть жесткие условия – участки должны быть в шаговой доступности от коммуникаций. Если построили в поле девятиэтажку, конечно, через некоторое время ее снесут, потому что она не соответствует требованию застройки. Развитие инфраструктуры, подведение коммуникаций за счет государства дают участникам, застройщикам также ту вероятность, что квадратный метр будет дешеветь. Потому что подведение коммуникаций – очень затратная вещь, и она требует больших вложений. Иными словами, одно зависит от другого, но в целом амбиции эти вполне оправданы, на мой взгляд, если будет системный, качественный подход к реализации поставленных задач.

Казахстан > Недвижимость, строительство > kapital.kz, 28 апреля 2016 > № 1747436 Ермек Мусрепов


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 22 апреля 2016 > № 1732903 Михаил Задорнов

Михаил Задорнов: «Россияне стали досрочно погашать кредиты»

Милена Бахвалова, редактор Банкир.Ру

Как попытки россиян сэкономить в кризис сказываются на банковской системе и на работе отдельного банка, рассказал президент — председатель правления банка ВТБ24 Михаил Задорнов, подводя итоги работы банка за первый квартал 2016 года.

Проблема роста просроченных кредитов осталась для рынка в прошлом году. Точнее, просрочка по-прежнему растет (на начало года доля просроченной задолженности в кредитах населению составила 8,1%), но темпы ее роста существенно снизились.

Что касается банка ВТБ24, то там этот показатель и вовсе снизился до 8,4%, по сравнению с 9,6% полугодием ранее.

Тревожной ситуация с просрочкой остается лишь в одном банковском сегменте — банках-монолайнерах, которые специализируются на выдаче необеспеченных кредитов. На начало года в среднем в банках «Русский стандарт», «Восточный», ОТП, «Хоум кредит» и т. п. она составила 23,8% — почти четверть портфеля. Годом ранее просрочка в этом сегменте составляла 15,6%, а в 2014 году — 10,7%. Рост такими сильными темпами Михаил Задорнов объясняет спецификой бизнес-модели банков-монолайнеров и спецификой их клиентского сегмента.

«Российское население в прошлом году сбросило кредитную нагрузку»,— отметил глава ВТБ24. Если в 2014 году россияне тратили в среднем 19% своих денежных доходов на обслуживание кредитов, то в 2015-м — всего 15,6%. Это показатель уровня 2012 года. В то же время увеличилось число регионов с кредитной нагрузкой выше 35%. Если в 2012 году таких регионов было девять, то в 2015-м — уже 12.

Больше всего задолжали банкам жители юга России, например, в Карачаево-Черкессии на выплату кредитов жители тратят 75% своих денежных доходов, а в Дагестане — 59%.

Однако комментируя эти цифры, Михаил Задорнов обратил внимание на специфику северокавказских регионов, где традиционно высоки уровни официальной безработицы и неформального сектора экономики.

С ноября-декабря 2015 года россияне стали активнее погашать долги перед банками. И с куда большей, чем прежде, осторожностью берут новые, отметил Задорнов. По всем кредитным продуктам в банке отмечают рост досрочного погашения. Особого внимания заслуживает ситуация с автокредитами. Здесь основная причина досрочного погашения — резкое подорожание услуг страхования, в первую очередь каско. В ВТБ24 от заемщиков требуют оформления полного каско на весь срок, пока машина остается в залоге у банка. В итоге клиенты предпочитают побыстрее погасить долг, чтобы обойтись вообще без каско.

Из-за кризиса россияне стали чаще покупать отечественные автомобили. С 2012 года их доля в продажах автокредитов выросла с 27% до 42% (по количеству).

А в регионах число проданных иномарок и российских автомобилей практически сравнялось — 52% простив 48% (данные первого квартала 2016 года). Но в попытке сэкономить россияне промахнулись. Теперь им чаще приходится бывать в автосервисах и магазинах автозапчастей. Только за прошлый год объем транзакций по картам ВТБ24 в этих местах вырос на 27%, а количество операций — на 37%. Да, конечно, за это время в целом выросло число клиентов, активно пользующихся картами, но этот общий рост меньше роста в автосервисах и магазинах запчастей.

Россияне по-другому стали тратить деньги — свои и заемные. Например, продажа тех же автокредитов за последний год (1 кв. 2016-го по сравнению с 1 кв. 2015-го) выросла в полтора раза. Для сравнения, ипотеки продали в два раза больше. Но самым главным продуктом стали кредиты наличными — их продажи выросли за год в семь раз. А вот среди аутсайдеров в сегменте розничного кредитования — кредитные карты. Их продажи остались примерно на уровне прошлого года.

Россияне стали меньше тратить за границей — объем транзакций, проведенных по картам за рубежом, снизился за год на 40%. В целом же более аккуратное отношение к деньгам и стремление к досрочному погашению привело к тому, что, несмотря на рост продажи кредитов, прирост кредитных портфелей банка для населения и малого бизнеса сократился.

Темпы роста кредитов населению и малому бизнесу по-прежнему находятся в отрицательной зоне. Однако падение притормаживается, что особенно заметно в сегменте кредитования малого бизнеса. Если в 2015 году темп прироста таких кредитов составил минус 9,2%, то по итогам первого квартала 2016-го — минус 5,6% (по сравнению с 1 кв. 2015-го).

Кредиты населению притормозили с минус 5,7% по итогам 2015-го до минус 4,8% по итогам первого квартала.

Падение темпов роста кредитов может полностью прекратиться уже во втором квартале, считает Михаил Задорнов, и по итогам года оба сегмента покажут рост, хоть и весьма скромный, в пределах 2–3% в целом по рынку.

Что касается объема кредитного портфеля физлиц, то в ВТБ24 он вырос за год на 3% (1 кв. 2016-го к 1 кв. 2015-го). Учитывая, что по рынку портфель кредитов населению сократился на 1,2%, ВТБ24 смог нарастить свою долю на рынке до 14,6%, а если взять показатель всей группы (то есть с учетом Банка Москвы и Почта банка), то доля составит уже 18%.

Депозиты населения покажут в этом году рост по рынку на 12–13%, привел оценки Михаил Задорнов. Из-за укрепления рубля, которое по итогам первого квартала составило 7%, а к середине апреля — около 10%, произошла переоценка доли валютных и рублевых вкладов. Доля валютных вкладов в портфеле банка с начала 2016 года снизилась с 51,8% до 50% и продолжает снижаться.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 22 апреля 2016 > № 1732903 Михаил Задорнов


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kremlin.ru, 14 апреля 2016 > № 1722702 Владимир Путин

Прямая линия с Владимиром Путиным.

В эфире телеканалов «Первый», «Россия 1», «Россия 24», радиостанций «Маяк», «Вести FM» и «Радио России» вышла 14-я специальная программа «Прямая линия с Владимиром Путиным».

За время телеэфира глава государства ответил на 80 вопросов. Продолжительность программы составила 3 часа 40 минут. Всего в рамках программы поступило более трёх миллионов вопросов.

* * *

В.Кораблёва: Здравствуйте! В эфире «Прямая линия с Владимиром Путиным» и её ведущие Евгений Рожков и Валерия Кораблёва.

Е.Рожков: Это совместный проект «Первого канала» и телеканала «Россия». Нашу программу можно также посмотреть в прямом эфире на телеканале «Россия-24» и послушать на радиостанциях «Маяк», «Вести FM» и «Радио России».

В.Кораблёва: Помогать нам в студии будут наши коллеги Ольга Ушакова и Вера Красова, Наиля Аскер-заде и Ольга Паутова. В колл-центре работают Татьяна Ремезова и Наталия Юрьева.

Е.Рожков: И несколько слов о наших гостях.

Сегодня здесь герои репортажей, представители практически всех сфер общества: врачи, учителя, рабочие, бизнесмены, аграрии, студенты, учёные, военные, сотрудники правоохранительных структур и многие другие.

В.Кораблёва: Рост цен, снижение уровня жизни, плохие дороги, ЖКХ, проблемы медицины, горячие точки – старые и новые. Сегодня мы поговорим о том, что действительно волнует россиян. Вопросов очень много, и они продолжают поступать.

Е.Рожков: И основные темы мы сегодня обсудим и зададим основные вопросы главному герою сегодняшней программы – Президенту Российской Федерации.

Итак, в прямом эфире Владимир Путин.

В.Кораблёва: Здравствуйте.

Е.Рожков: Добрый день!

Владимир Владимирович, это центр обработки сообщений, по–другому его называют колл-центр, один из немногих, который «Ростелеком» специально сделал, чтобы собирать вопросы, которые адресованы Вам, для этой «прямой линии».

Он не один, их несколько, потому что один бы просто не справился. Каждую секунду поступают десятки сообщений, СМС, ММС, звонки. Если посмотрите вокруг, девушки принимают звонки, их много.

За тем компьютером и ещё несколькими принимают видеозвонки. Прямо сейчас человек хочет спросить Вас о чём–то в прямом эфире. Кстати, сразу скажу, это одна из новинок сегодняшней «линии».

В.Путин: Отлично.

В.Кораблёва: Давайте я покажу Вам, как всё устроено. Телефонистка в данный момент принимает звонок. Мы видим, что этот звонок из Омской области. Кстати, это видеозвонок, и вот девушка, которая хочет задать вопрос. Видно, что этот звонок про дороги.

В.Путин: Давайте послушаем.

В.Кораблёва: В этом году просто шквал звонков про дороги. Давайте послушаем, что она хочет спросить.

В.Путин: Да, пожалуйста. Про дороги – это значит, без разогрева мы с вами сегодня будем работать.

Вопрос: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Екатерина, я представляю граждан Омской области, Омска. У нас проблема, вопрос такой, один из немаловажных, – это наши дороги. Посмотрите, пожалуйста, в каком они у нас состоянии: яма на яме. У нас машины ломаются, колёса отваливаются.

Власть никак не реагирует на наши проблемы, просьбы. Мы устраиваем акции, петиции – власть мимо проходит. У нас нет ни дорог для граждан, ни велодорожек, вырубаются деревья, грязь.

В.Кораблёва: А это центр города или окраина?

Вопрос: Это центр города. Вот метро долгожданное, которое ждёт весь город, которое просто не строится. Нам говорят, что когда–нибудь оно построится.

Владимир Владимирович, у города Омска скоро 300-летие, это знаменательная дата. Все граждане надеются, что хотя бы к этому празднику наш город будет благоухать – с дорогами, в зелени, о чём мы очень просим. Спасибо Вам большое.

В.Путин: Как Вас зовут? Она меня слышит?

В.Кораблёва: Да, она Вас слышит. Вы можете говорить.

Реплика: Меня зовут Екатерина.

В.Путин: Катя, проблема действительно обострилась, как ни странно, потому что некоторое время назад мы создали региональные дорожные фонды и направляем туда значительное количество ресурсов. Но в последнее время – я вчера смотрел вопросы, целый день этим занимался – по дорогам в этом году, по состоянию дорог, очень много вопросов.

И, видимо, не случайно. Потому что, когда я увидел структуру вопросов и что дорожная тема занимает там очень большое, значительное место, обеспокоенность у людей большая, и не только в Омской области, в Омске, но и других регионах Российской Федерации; посмотрел, как тратятся эти дорожные фонды, выяснилось, что денег там, в общем–то, и немало, но очень много средств уходит нецелевым образом на решение других задач.

И в этой связи, мы с Правительством ещё подумаем, но я считаю, что, конечно, надо будет, первое, окрасить расходы из дорожного фонда, против чего раньше всегда возражали руководители регионов Российской Федерации. Потому что это было для них и является до сих пор определённым загашником, что ли, из которого можно взять средства на другие цели, потому что это не запрещено законом. Нужно окрасить эти средства и сделать так, чтобы средства шли именно на дорожное строительство или на капитальный ремонт, тем более что на капитальный ремонт из дорожных фондов расходуется не больше, чем 10 процентов сегодня. Первое.

Второе, что можно сделать оперативно и дополнительно. В этом году принято решение увеличить акцизы на моторное топливо на два рубля. Изначально мы планировали, что все эти деньги пойдут как раз в региональные дорожные фонды, но Минфин, сейчас стало известно, в силу известных сложностей с бюджетом (Минфину тоже нелегко приходится, чтобы сбалансировать бюджет, об этом мы ещё поговорим) планирует забрать эти два рубля в федеральный бюджет. Думаю, что здесь нужно найти компромисс и как минимум один рубль всё–таки оставить в дорожных фондах регионов Российской Федерации. Это примерно около 40 миллиардов рублей, и в целом это, надеюсь, повлияет на качество дорог.

Но что касается Омска, то, конечно, нужно к 300-летию привести город в порядок и тем более дорожную сеть. Для этого необходимо и в регионах Российской Федерации переходить на то, что сейчас делается на федеральном уровне. Имеются в виду так называемые контракты полного цикла: от строительства дорог до их обслуживания и ремонта – так, чтобы фирма была заинтересована в качестве работы изначально. Для начала, наверное, такие меры нужно принять, и думаю, что в ближайшее время мы это и сделаем.

Е.Рожков: Возможно, к этой теме мы ещё вернёмся. Начало положено. Предлагаем переместиться в студию. Нас там уже ждут.

В.Путин: Спасибо. Да.

Н.Юрьева: Как вы видели, только что впервые за всю историю программы мы принимаем видеозвонки в прямом эфире. Для того чтобы задать вопрос Владимиру Путину, необходимо скачать бесплатное приложение, зарегистрироваться (это можно сделать с помощью социальной сети) и нажать кнопку вызова.

У нас уже десятки тысяч скачиваний, более 10 тысяч видеозвонков. Операторы нашего центра по обработке обращений также традиционно принимают и записанные вами заранее видеовопросы и, конечно, ММС-сообщения, мы их ждём на номер 0–40–40.

Т.Ремезова: Центр по обработке сообщений за неделю принял сотни тысяч обращений к Президенту России. Операторы наших колл-центров, расположенных по всей стране, фактически в круглосуточном режиме фиксировали все обращения в адрес главы государства. По состоянию на эту минуту нами получено почти полтора миллиона звонков, 400 тысяч СМС, а общее количество обращений уже перевалило за 2 миллиона 300 тысяч.

Я напомню: задать свой вопрос вы можете по бесплатному телефонному номеру 8–800–200–40–40, короткий номер для отправки СМС-сообщений: 0–40–40. И новинка этого года: теперь можно оставлять свои вопросы в социальной сети «ВКонтакте», в официальной группе нашей программы. Этим способом активно пользуется молодёжь, те, кому до 30 лет. 20 тысяч зарегистрированных пользователей, более 70 тысяч вопросов. То есть этот новый способ общения с Президентом оказался очень востребованным.

И напомню: прямая трансляция программы на нашем сайте сегодня будет сопровождаться сурдопереводом.

Е.Рожков: Итак, Россия пережила ещё один сложный год своей истории: санкции Запада, обвал цен на нефть. Всё это просто не могло не сказаться на российской экономике. И статистика показывает, что впервые за многие годы в стране зафиксирован спад производства, снижаются зарплаты и сокращаются рабочие места. Но, несмотря ни на что, а может быть, даже и вопреки всему этому российская экономика выстояла, и она не «порвана в клочья», как говорил и пророчил Ваш коллега Барак Обама.

В.Кораблёва: Безусловно, за минувший год в нашей жизни было и хорошее. Но такова уж специфика нашей программы, что о хорошем люди обычно не спрашивают, а спрашивают как раз о том, что беспокоит, о том, что не получилось. Ведь для граждан России «Прямая линия» – это главный способ разобраться с тем, что действительно тревожит.

Готовясь к этой программе, мы просмотрели огромное количество вопросов, и их значительная часть касается экономики, причём не столько экономики в глобальном смысле, сколько в более узком. Ведь каждого в первую очередь волнует его личный бюджет, а многим пришлось его пересмотреть, и люди стали экономить.

Е.Рожков: Давайте сразу, что называется, ряд вопросов на злобу дня. Они приходят к нам и в СМС, как говорили, и через интернет.

Людмила Сафронова из Москвы спрашивает про цены, естественно, про цены: «В прошлом году я покупала продукты на всю семью, на неделю я тратила 5 тысяч рублей. Спустя год, то есть сейчас, это не меньше 10 тысяч, то есть получается, в два раза больше, а вот Правительство говорит, что инфляция 12,5 процента в год. Так кому верить всё–таки, Правительству или чеку из магазина?»

В.Путин: И чеку, и Правительству, и скажу почему. Здесь нет никакого противоречия. Правительство говорит о средней инфляции по году, но она не 12,5, она 12,9 процента. Что касается вклада в инфляцию различных составляющих, то рост цен на продукты питания является существенным в этом смысле. В прошлом году, особенно в начале, цены подросли существенным образом, где–то, по–моему, на 14 процентов, но в третьем квартале прошлого года цены на основные продовольственные группы даже снизились. В начале этого года рост составил где–то 2,2 процента, поэтому Правительство нас не вводит в заблуждение, так и есть действительно. 12,9 процента – это немало.

Но на продовольствие нужно обратить особое внимание. В известной степени рост цен на продовольствие – это, честно говоря, и «рукотворный» результат. Почему? Потому что мы же в качестве ответных мер на санкции Запада ввели ограничение на ввоз продуктов питания из–за границы. Мы сознательно пошли на этот шаг, имея в виду, что это создаст условия для развития нашего сельского хозяйства, освободит рынок. Так и получилось.

На фоне общего падения ВВП в 3,7 процента и промышленности в 3,4 сельское хозяйство выросло на три процента. Это существенная составляющая нашей экономики и жизни людей, потому что на селе проживают, напомню, 40 миллионов граждан Российской Федерации.

Но и в целом, что называется вдолгую, мы исходим из того, что это даст позитивный, безусловно, эффект: повысит нашу продовольственную безопасность, создаст нормальные условия, улучшит условия для жизни на селе, поскольку перспективы будут улучшаться. Поэтому, надеюсь, даже почти уверен, что это временное явление и постепенно, по мере насыщения рынка российским, отечественным продовольствием, будут снижаться и цены. Во всяком случае они будут стабилизироваться, сейчас мы это как раз и наблюдаем. Но в целом, конечно, я прекрасно понимаю, отдаю себе отчёт в том, что для людей, потребителей – всё–таки для них это нагрузка.

В.Кораблёва: А вот как раз: «Все в России начали экономить. На чём стали экономить лично Вы? Тамара Георгиевна, Москва».

В.Путин: На времени, это самое дорогое, что у нас есть.

Е.Рожков: Приходько Наталья из Москвы спрашивает: в экономическом блоке Правительства с завидным постоянством говорили о том, что мы нащупали дно кризиса, оттолкнулись от него, семь раз уже насчитали такие слова, – как Вы оцениваете, где сейчас находится российская экономика? И вспоминая большую пресс-конференцию (видимо, ту, в конце 2014 года, полтора года назад) – какая сейчас полоса: чёрная или белая?

В.Путин: Серая, и скажу почему. Потому что ситуация ещё не исправилась, но всё–таки тренд положительный. Смотрите, я уже сказал, что у нас спад ВВП был 3,7 процента. В этом году Правительство исходит из того, что у нас сохранится небольшой спад, но уже только 0,3 процента, а в следующем году ожидается рост 1,4 процента. В этом смысле, действительно, достаточно трудно нащупать это дно, но оно нам показано Правительством. В этом году ещё небольшой спад, а в следующем году – подъём.

Я специально взял таблицу с собой, чтобы не напутать в цифрах. Я уже говорил о ВВП, о промышленном производстве; к сожалению, есть и другие минусы, существенные для наших людей, о чём мы никогда не должны забывать и работать над тем, чтобы преодолеть эти тенденции, а именно располагаемые реальные доходы населения снизились на четыре процента, а реальная заработная плата ещё больше.

Но что вселяет оптимизм: есть абсолютно позитивные вещи, например рост в сельском хозяйстве, я уже сказал, три процента; жилищное строительство в прошлом году достигло максимума – 85 с лишним миллионов квадратных метров, это рекорд.

У нас сохраняется не очень, но на низком уровне безработица – 5,6 процента всего; очень небольшой рост есть, но очень небольшой по сравнению с докризисным временем. Материнский капитал мы проиндексировали – 453 тысячи рублей.

Что очень важно, сальдо торгового баланса, несмотря на падение цен на нефть, а цены упали в два раза практически, сальдо торгового баланса, то есть мы зарабатываем больше, чем мы тратим, – 146 миллиардов рублей, это хороший показатель. Сохраняются резервные фонды. Международные резервы России вернулись к началу 2014 года – 387 миллиардов рублей, и дефицит на минимальном уровне находится, даже меньше, чем планировали, – 2,4 процента.

В.Кораблёва: Да, ещё вопрос: «Говорят, национальных резервов остаётся на один год. Хватит ли у нас их, чтобы пройти кризис?»

В.Путин: Я только что сказал, резервы вернулись, резервы Центрального банка, или так называемые международные резервы государства, на уровень начала 2014 года, даже чуть больше: были 385,5 миллиарда долларов, а стали 387 миллиардов долларов. И резервные фонды Правительства (напомню, что у нас их два: Резервный фонд, так он называется, и Фонд национального благосостояния) – они уменьшились, но на очень незначительную величину и сегодня составляют соответственно в долларовом эквиваленте 50 и 71 миллиард долларов, это 10,5 процента ВВП страны.

Что это значит? Это значит, что если тратить их в том режиме, в котором мы тратили, скажем, в прошлом году, если не пополнять и ничего не делать, то как минимум мы их сохраним ещё в течение четырёх лет. Но мы–то планируем, что в следующем году будет уже рост экономики, и поэтому резервных фондов, наверное, не потребуется столько тратить – даже столько, сколько мы тратили. Так что здесь никаких опасений быть не может.

Вот это, 10,5 процента, значит что: если вообще прекратить всё делать, совсем, прекратить всем работать, как говорят – шило в стенку, четыре месяца можно жить, вообще ничего не делать, страна может замереть на четыре месяца и будет существовать.

Е.Рожков: Надеюсь, замирать не будем.

Тема дна кризиса не перестаёт волновать людей: «Не смущает ли Вас, что экономическая дискуссия сейчас сводится всего к трём темам: то самое дно кризиса, когда достигнем; когда подорожает нефть, и не напечатать ли ещё денег в нашу казну? На этом фоне в мире происходят технологические сдвиги, появляются новые рынки, создаются новые торговые союзы по типу Транстихоокеанского партнёрства – то, что сейчас называют альтернативой ВТО. Нет ли у Вас ощущения, что мы замкнулись внутри себя, внутри страны, и можем оказаться где–то за бортом глобальных экономических процессов?» – спрашивает Оксана Стычинская, Липецкая область.

В.Путин: Можно сказать и Оксане, и всем другим нашим гражданам, которые внимательно следят за тем, что происходит в нашей экономике, и за тем, как она развивается, можно сказать следующее, что это только на поверхности обсуждается, в прессе, и то не в экспертном сообществе, обсуждаются эти три основные темы, которые Вы сейчас назвали: напечатать ли деньги, включать ли станок, цены на нефть и так далее.

На самом деле настоящие дискуссии сосредоточены совсем на другом. Главное – это как обеспечить приток инвестиций, как повысить эффективность и как обеспечить спрос, то есть поднять доходы населения. И Правительство сейчас думает над этим. Мы совсем недавно обсуждали эти вопросы, как оказать помощь наиболее уязвимым категориям граждан – чрезвычайно важная вещь, потому что у нас уровень людей, проживающих за чертой бедности, чуть-чуть приподнялся, – что это тревожная тенденция. Мы это видим и обязательно будем на это реагировать.

И что здесь Правительство собирается делать? Главное – это не напечатать деньги, главное – изменить структуру экономики. Это очень сложная вещь, но всё–таки, всё–таки движение по этому направлению у нас есть, и признаки этого заключаются, например, в том, что у нас увеличилось промышленное производство. Кстати, впервые в феврале мы отфиксировали изменение этой тенденции в положительную сторону. И экспорт высокотехнологичной продукции – он тоже увеличивается по сравнению с экспортом природных ресурсов. Так что в реальной жизни мы, конечно, никак не ограничиваемся теми составляющими, о которых Вы сейчас сказали.

В.Кораблёва: Ещё вопрос: правда ли, что Алексей Кудрин возглавит Центр стратегических разработок и будет писать новую экономическую программу?

В.Путин: Мы с Алексеем не так часто встречаемся, может быть, как нам с ним хотелось бы, но всё–таки эти встречи проходят регулярно.

Я очень высоко ценю его вклад в прежнее развитие нашей экономики, и он является, безусловно, одним из очень крепких и полезных экспертов. Как вы знаете, он отказывался работать в административных органах, теперь я вижу, что у него позиции несколько изменились.

Ситуация непростая, он готов внести свой вклад в решение тех задач, перед которыми стоит страна. Мы договорились, что он более активно будет работать в Экспертном совете при Президенте, может быть, будет одним из заместителей [председателя] этого Экспертного совета. И на площадке одной из эффективно работающих структур, в том числе созданных ранее, может быть, и этого Центра стратегических исследований, будет заниматься вопросами, связанными со стратегией развития на ближайшее время, после 2018 года и на более отдалённую перспективу.

Е.Рожков: Давайте теперь от экономики к внешней политике. Сирийская кампания, безусловно, стала большим успехом, который не может не признать никто.

В.Путин: Мы с вами только втроём будем разговаривать?

Е.Рожков: Сейчас передадим слово.

В.Кораблёва: Всё будет.

В.Путин: Ладно.

Е.Рожков: Всё–таки давайте проговорим про сирийскую кампанию, про Сирию, тем более что успехи России тут действительно признали все в мире.

Операция наших ВКС серьёзно подорвала потенциал ИГИЛ, но большая часть наших ВКС ушла из Сирии, часть осталась, но большая часть ушла. Хочу спросить, не отрастёт ли у этой игиловской гидры новая голова?

В.Путин: Такая опасность всегда существует, если не уделять должного внимания борьбе с терроризмом. Мы видим, что от этой опасности, от этой заразы страдают многие страны мира: и Ближний Восток, и Азия, и Соединённые Штаты, и европейские страны. Про Россию не говорю, мы знаем, что это такое, несли большие потери в борьбе с терроризмом, и угроза эта сохраняется.

Но дело ведь не в том, что мы ушли и всё бросили. Обращаю ваше внимание на что? На то, что мы значительную часть нашей группировки вывели, но после вывода основной части нашей группировки мы оставили сирийскую армию в таком состоянии, что она при поддержке оставшейся части группировки в состоянии проводить серьёзные наступательные операции и уже после вывода части наших войск заняла Пальмиру, заняла ряд других важных в стратегическом отношении населённых пунктов.

Количество населённых пунктов, присоединившихся к перемирию, увеличилось за это время. И мы очень рассчитываем, что неприменение вооружённой силы с обеих сторон при поддержке кого бы то ни было, в том числе при нашей поддержке, приведёт к умиротворению. А политический процесс – нужно договориться, всем сесть за стол переговоров, принять Конституцию, на основе этой Конституции провести досрочные выборы и, таким образом, выйти из кризиса.

Е.Рожков: Как считаете, далеко до освобождения Алеппо, а потом и Ракки, где «сердце» ИГИЛ?

В.Путин: Проблема в том, что вокруг Алеппо очень сложная ситуация. Это стратегически важный регион Сирии. Почему? Потому что это второй по величине город и, может быть, даже промышленная столица страны. Там и так называемая вооружённая оппозиция присутствует, рядом с ней «Джабхат ан-Нусра», это международно признанная террористическая организация. Разделить их очень сложно. Ведут они себя по–разному и в настоящее время предпринимают попытки улучшить своё положение.

Сирийской армии не нужно улучшать этого положения, потому что она перед объявлением о перемирии сделала то, что хотела, мы им помогли, им не нужно ничего улучшать. А вот оппозиция пытается вернуть то, что она утратила. Кстати говоря, воюет там в основном не сирийская армия, а курдские формирования и некоторые другие вооружённые группировки – и между собой, и против курдов. Но мы внимательно за этим смотрим и, конечно, сделаем всё, чтобы ситуация не ухудшилась.

В.Кораблёва: Давайте вернёмся к нашему Центру обработки сообщений, слово Наталье Юрьевой.

Н.Юрьева: Спасибо. Судя по тем видеовопросам, которые мы получаем в нашем Центре, одна из самых острых и болезненных проблем – задержка зарплат. Эта, казалось бы, забытая тема вернулась в кризис. Людям не на что покупать продукты, лекарства, нет денег ни на коммунальные услуги, ни на выплаты по ипотеке. Причём география проблемы – буквально вся страна. Не платят зарплаты строителям Московского метро, домов в Хакасии, работникам «Дальспецстроя» в Хабаровске, рабочим завода «Электроаппарат» в Новгородской области, сотрудникам 20-го авиаремонтного завода в Санкт-Петербурге, «Сибводоканалпроекта» в Кемеровской области, новосибирским хлебопекарям.

Люди не требуют ничего сверхъестественного, просто чтобы им заплатили заработанные ими же деньги. Предлагаю посмотреть видеовопрос, который нам прислал Дмитрий Дудкин из Челябинска.

Д.Дудкин: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Вас беспокоят из города Челябинска. Меня зовут Дмитрий. Я работаю на ЧМЗАП, то есть «Уралавтоприцеп», выполняем госзаказ на оборонку, делаем прицепы. У нас проблема такая: задержка идёт очень большая, на три месяца задерживают зарплату. Плюс ещё не выплачивают полностью: если дают, то небольшими кусками. Беда в этом. Зарплата маленькая. У меня четверо детей.

В.Путин: Дмитрий, как предприятие называется? (Можно вернуть картинку?)

В.Кораблёва: Он нас не слышит, это записанное видео. Предприятие называется «Уралавтоприцеп».

В.Путин: «Уралавтоприцеп», это предприятие относится к автомобильной отрасли. Эта отрасль является одной из наиболее пострадавших в результате кризиса. Объёмы продаж значительным образом сократились. Ведь у нас что происходит, если сказать совсем коротко: цены на нефть упали – заказы от нефтегазового сектора сократились, сократились для металлургов, сократились соответственно по цепочке для всех подряд, доходы в этой связи припали.

Я сказал, у нас на минимальном уровне, на низком уровне, скажем, находится безработица. Я вижу, что многие предприятия стараются что делать – не увольнять работников. Но, конечно, не выплачивать зарплату при этом тоже не дело. Что касается этого предприятия, я, конечно, не знаю, что там конкретно происходит, но поскольку оно относится к автомобильной отрасли…

Вообще, в антикризисном плане Правительства прописана поддержка конкретных, наиболее страдающих от кризиса отраслей. Среди них первое место занимает автопром. На его поддержку выделено свыше 40 миллиардов рублей. Конечно, всё там расписано, но я обязательно поговорю с коллегами, в том числе с Минпромом, с Министром, чтобы они обратили внимание на это предприятие. И если хоть какая–то возможность есть, то ему, конечно, можно помочь.

В чём ещё там может быть проблема? Проблема может быть в том, что некоторое время назад мы с целью, как ни странно, поддержки наших производителей ввели так называемый утилизационный сбор, который удорожает конечную продукцию, но имея в виду эти инструменты поддержки – в конечном итоге это не должно влиять в худшую сторону, а, наоборот, должно им помочь в конкурентной борьбе с иностранными производителями.

Что касается автоприцепов, которые завод производит, на них тоже распространяется этот утилизационный сбор. Ввели его совсем недавно, и я не уверен, что это решение было до конца продумано. Считаю, что в данном конкретном случае и для данного вида продукции этот утилизационный сбор должен быть отменён. И мы обязательно с Правительством об этом поговорим. И это должно привести и к улучшению финансового состояния самого предприятия. Я обещаю, что мы посмотрим повнимательнее, что там происходит.

В.Кораблёва: Так получилось, что задержки зарплаты – это проблемы именно этого года. В регионах.

В.Путин: Да.

В.Кораблёва: Да, раньше такого не было.

В.Путин: Тоже были задержки, но …

В.Кораблёва: Не в таком количестве.

В.Путин: …но не было такого количества, да.

Е.Рожков: Давайте примем ещё один телефонный звонок, он есть у Татьяны Ремезовой.

Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Владимир Владимирович, помимо задержки зарплат ещё одна очень больная тема – это лекарства. Вот несколько обращений: «Цены в аптеках – как в ювелирном магазине», это Ивановская область; «Жадная аптечная мафия грабит беззащитных людей», это Архангельск. Вижу звонок на эту тему, давайте попробуем вывести его в эфир. Звонит нам Дмитрий из Москвы.

Дмитрий, добрый день, мы Вас слушаем. Пожалуйста, задавайте Ваш вопрос.

Дмитрий, Москва: Здравствуйте, Владимир Владимирович! У меня вопрос про лекарства. Мои родители жаловались мне, что в аптеках нет недорогих отечественных лекарств, а недавно я и сам столкнулся с этой проблемой. Так почему так получается, что на полках лежат только дорогие импортные лекарства? Спасибо.

В.Путин: Я не думаю, что на полках лежат только дорогие импортные лекарства (некоторые хотят, кстати говоря, чтобы они там были), есть и отечественного производства. Мы, кстати говоря, несколько лет назад целую программу анонсировали и осуществляем её, программу развития национальной фармацевтической промышленности. Я уже не помню точно, но где–то 148, примерно такой порядок, миллиардов рублей предусмотрено. И в этом году тоже миллиардов, по–моему, 16 предусмотрено на эту программу.

Что происходит в этой сфере? Во–первых, хочу Вам сказать, что, несмотря на все проблемы, как бы ни казалось, что никому до этого нет дела, Правительство постоянно этому уделяет внимание.

Что там происходит? Действительно есть определённое сокращение отечественных дешёвых препаратов, примерно на 2,5 процента, но это сокращение по наименованиям, а по химической формуле таких сокращений нет, то есть появляются аналоги. Эта часть дешёвой продукции, особенно если она входит в жизненно важные препараты, регулируется государством, и в сегодняшних условиях, в условиях, когда припали и доходы граждан нашей страны, Правительство пошло на сдерживание роста цен. И если в целом эти жизненно важные лекарственные препараты выросли на 8,8 процента, то дешёвые выросли в прошлом году, я могу ошибиться, по–моему, на 16 процентов.

Но в чём дело? Дело в том, что производители утверждают, что и этого роста им недостаточно и сдерживание Правительством роста цен, по сути, приводят к тому, что, по мнению производителя, производить эти лекарственные препараты для них становится невыгодно. Почему? Потому что они, хоть и отечественные, но компоненты, которые входят в это лекарство, в значительной степени поступают из–за рубежа (так называемые субстанции) – в большом объёме, скажем, из Китайской Народной Республики. И этот компонент с учётом курсовой разницы не покрывается ростом цены.

В этой связи у Правительства два возможных пути решения вопроса: либо субсидировать промышленность, но надо понять, есть ли в бюджете на это соответствующие средства, либо в какой–то степени отпустить эту цену. В течение 1,5–2 месяцев, может быть, какие–то другие будут найдены решения. Во всяком случае перед Правительством стоит такая задача: в ближайшие 1,5–2 месяца эту проблему так или иначе решить. Вот таким образом.

Е.Рожков: У нас в студии есть представители фармацевтических компаний, давайте у них узнаем, что лучше, субсидировать или отпускать цены.

В.Путин: Здесь, в студии?

Е.Рожков: Да, здесь. Наиля, пожалуйста, дайте слово.

Н.Аскер-заде: Среди наших гостей есть один из владельцев фармзавода в Самарской области – это Виталий Олейников, именно он производит такие востребованные лекарства, как анальгин, бромгексин, и уверяет, что делает это качественно. Хотим предоставить ему слово.

Виталий Анатольевич, Вам есть что сказать себе в оправдание?

В.Олейников: Добрый день! Завод медицинских препаратов «Озон», город Жигулёвск, Самарская область. Виталий Олейников.

Я бы хотел начать с того, что не хотелось бы «говорить в своё оправдание», потому что мы с коллегами уже 13 лет только тем и занимаемся, что выпускаем лекарства нижнего и среднего ценового сегмента. Делаем это ответственно, я Вас уверяю, с высоким качеством.

Я сам лечусь нашими лекарствами, детей лечил и всем знакомым и друзьям рекомендую. Но, к сожалению, Владимир Владимирович всё правильно сказал, в последнее время значительная часть нашей продукции производится, будем говорить, почти в убыток, а некоторые препараты действительно пришлось снять с производства.

Проблемы – сырьё, не только сырьё, материалы, комплектующие, оборудование, для того чтобы выпускать качественные лекарства, приобретается в основном за рубежом за валюту. С валютой все знают, что происходит. А предельные отпускные цены действительно зафиксированы в рублях государством и с 2009 года практически не менялись. Причём самый удивительный лично для меня в этом аспект – то, что на одинаковые лекарственные средства иностранных и отечественных производителей эти цены зафиксированы на разном уровне. Иногда…

Н.Аскер-заде: Виталий Анатольевич, не забывайте, что краткость – сестра таланта.

В.Олейников: Я не могу так кратко. Наболело, правда. Иногда иностранные лекарства в 20 раз дороже русских, одни и те же препараты, Вы поймите просто. Что получается?

Сырьё подорожало, в дешёвых таблетках сырьевая составляющая – 70 процентов, и она в два раза увеличилась. Продавать надо по цене 2009 года. Кто будет в убыток продавать? Никто не будет. Значит, их не выпускают, вместо них на полки в аптеки ложатся более дорогие лекарства, как правило, иностранные. Мы неоднократно пытались обратить на это внимание.

Пользуясь случаем, Наиля меня останавливает, хочу попросить, Владимир Владимирович, разобраться в этом вопросе. Вопрос стоит действительно остро. Просим, во–первых, уравнять нас в правах с иностранными партнёрами, а во–вторых, я, может быть, неожиданную вещь скажу, но мне кажется, что на самые дешёвые лекарства, на лекарства низкого ценового сегмента, надо отменить ограничения цен, чтобы стимулировать их производство. Потому что Вы говорили про компенсации, компенсации – механизм, на наш взгляд, не рыночный. Как он будет осуществляться, сложно сказать. А если мы отменим, тогда дешёвые лекарства в аптеки придут, их там будет больше, отечественная промышленность будет развиваться лучше. А так – закроются наши заводы совсем.

Н.Аскер-заде: Спасибо большое, Ваш вопрос понятен.

В.Путин: Если цены резко поднять, они уже не будут дешёвыми. Но надо сбалансированное решение. Я сказал, в течение полутора-двух месяцев Правительство обещало, я надеюсь, это обещание будет выполнено, решение примет, но мы с Вами сказали, какие пути здесь возможны для исправления ситуации. Может быть, баланс какой–то. Наверное, баланс должен быть найден. Но то, что некоторые предприятия действительно на грани рентабельности работают, – здесь коллега наш не покривил душой, так оно на самом деле и есть – в этом дешёвом сегменте стоимостью в районе 50 рублей. Так я говорю, правильно?

В.Кораблёва: А вот очень любопытное СМС-сообщение в тему: какими лекарствами лечат Президента, импортными или отечественными?

В.Путин: Я стараюсь до этого не доводить, я стараюсь спортом заниматься, вести здоровый образ жизни.

В.Кораблёва: А всё–таки, если приходится?

В.Путин: Если приходится, простуды бывают, я стараюсь делать что–то вроде прививок своевременно, перед гриппозным периодом.

В.Кораблёва: А если всё равно зацепило?

В.Путин: То, что дают, то и принимаю. А там наверняка есть и отечественные, и импортные, там набор, но они самые простые. Я думаю, что как раз из дешёвого сегмента.

В.Кораблёва: Давайте продолжим со студией. Меняем тему, слово Ольге Ушаковой.

О.Ушакова: Спасибо.

Владимир Владимирович, я предлагаю ещё раз обратиться к теме внешней политики. У нас в студии сегодня присутствует Андрей Георгиевич Быстрицкий, руководитель дискуссионного клуба «Валдай». Насколько я знаю, у него вопрос как раз на эту тему.

А.Быстрицкий: Добрый день!

Буквально в сентябре прошлого года Реджеп Эрдоган считался Вашим другом, а Турция чуть ли не стратегическим партнёром. Вы вместе открывали новое здание Соборной мечети в Москве. И что теперь получается, что дружбе конец – вражда? И вообще, Украина, Молдавия, Грузия, упомянутая Турция, ещё другие страны, такое впечатление, что мы окажемся во враждебном кольце. Может ли в таких условиях эффективно и успешно развиваться Россия?

В.Путин: Мы не оказываемся и не окажемся во враждебном кольце. Это абсолютно исключено. У нас очень добрые отношения с подавляющим большинством стран мира. Я уже не говорю про такие эффективно работающие организации, как ШОС – Шанхайская организация сотрудничества, которая расширяется за счёт великих держав, наши интеграционные объединения, Евразийский экономический союз, это БРИКС и так далее.

У нас с соседями в целом очень добрые отношения. Ту же Турцию мы считаем нашим другом, а турецкий народ – дружественным нам народом, с которым мы, безусловно, будем выстраивать самые добрые и добрососедские отношения.

У нас есть проблемы с некоторыми политическими деятелями, поведение которых мы считаем неадекватным и соответствующим образом на это реагируем. Но мы работаем, как Вы видите, спокойно, без всяких рывков. Уверен, такая линия, с одной стороны, реагирования на недружественные в отношении России действия… А реагировать обязательно надо, иначе на шею сядут и погонять будут, такое уже в нашей истории было, в новейшей истории. Допустить возврата к этому невозможно, и мы этого не будем делать. Но при учёте наших интересов мы, конечно же, будем развивать отношения со всеми нашими партнёрами, в том числе и с нашими соседями.

В.Кораблёва: Владимир Владимирович, ещё граждане интересуются. В прошлом году Вы сказали, что спасли бы тонущего Обаму. Если бы сейчас тонули Порошенко и Эрдоган, кого бы Вы спасли первым? Варя Кузнецова, 12 лет. (Аплодисменты.)

В.Путин: Варя, ты ставишь меня в трудное положение. Даже не знаю, что сказать. Пожалуй, так: если кто–то решил утонуть, спасти его уже невозможно. Но мы, конечно, готовы протянуть руку помощи и руку дружбы любому нашему партнёру, если он сам этого хочет.

Е.Рожков: Раньше отдых россиян в основном был связан с Турцией (туда много ездили: чартеры и всё такое), теперь в основном с Крымом, по большей части с Крымом. Я предлагаю перенестись в Крым, это первая точка нашего включения, и там работает наш корреспондент Николай Долгачёв.

Н.Долгачёв: Мы сейчас на острове Тузла, это Республика Крым, строительная площадка моста через Керченский пролив. Очертания колоссального сооружения уже хорошо видны. Это будет самый длинный, самый большой мост России – 19 километров.

Возводят его одновременно с восьми точек, работы идут и на море, и на Керченском полуострове, и на Таманском, и здесь, на Тузле. Потом все эти участки объединятся в единый транспортный переход и Крым соединится с материком, этого очень ждут крымчане.

Сейчас рядом со мной начальник технической службы Юрий Бесков. Работы ведь прямо сейчас продолжаются, что сейчас делается?

Ю.Бесков: Сейчас мы бетононасосом укладываем бетонную смесь во вторую опору по очерёдности транспортного перехода через Керченский пролив, первая опора уже построена. На сегодняшний день погружено, забурено около 500 свай. Здесь мы видим металлические трубосваи.

Н.Долгачёв: Эти цифры – это метраж, на который их забивать ещё будут?

Ю.Бесков: Да, это промежуточное значение, наибольшая глубина до 90 метров.

Н.Долгачёв: Давайте на карте примерно посмотрим, где мы находимся, для того чтобы понять масштаб, вот эти 19 километров, где мы?

Ю.Бесков: Мы находимся сейчас на четвёртом участке строительства, это остров Тузла, вот здесь.

Н.Долгачёв: Это середина моста?

Ю.Бесков: Да, это экватор строительства.

Н.Долгачёв: Спасибо Вам большое.

Тузла приветствует Москву. Здравствуйте, коллеги! Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте.

Н.Долгачёв: Сюда, на остров Тузла, приехали люди из Крыма, из разных городов, у них есть свои вопросы, говорите, представляйтесь.

О.Кузнецова: Добрый день, Владимир Владимирович! Кузенкова Ольга, отель «Пальмира-Палас», Ялта.

Мы, крымчане, с нетерпением ждём открытия моста. Крым может и должен быть самодостаточным. Как представитель туристической отрасли хочу отметить, что на сегодняшний день идёт активная подготовка к курортному сезону 2016 года.

Курортный Крым располагает предприятиями высокого уровня сервиса и гостеприимства. Очень хочется пригласить всех со всех уголков нашей большой страны на отдых и оздоровление.

В.Путин: Ваш вопрос.

О.Кузнецова: Собственно говоря, может быть, я покажусь нескромной, но всё–таки вопрос задам. Владимир Владимирович, а Вы когда собираетесь в Крым на отдых?

В.Путин: Пока я об этом не думал, но обязательно в Крым приеду, как минимум на несколько дней, в том числе и для отдыха. Спасибо за приглашение.

Е.Рожков: Можно я всё–таки спрошу про Турцию, поскольку многие вспоминают отдых в Турции, и я там был не раз с семьёй, и многие мои знакомые, про Египет тоже спрашивают. Вот как Вы считаете, когда? Когда будут открыты авиасообщение с Египтом и чартеры в Турцию? Когда это случится?

В.Путин: Прежде всего всё–таки про Крым хочу сказать. Я с удовольствием посмотрел, как идёт строительство моста. Должен сказать, сказать честно, обычно на объекты такого рода много желающих – здесь мы, честно скажу, с трудом нашли компанию, которая согласилась реализовывать этот проект и в силу ограниченности в финансах, и в силу различных других ограничений, которые могут быть возложены на людей, которые занимаются этой работой.

Но всё–таки компания есть, она работает, и работает успешно, прошла и соответствующие процедуры отбора, и очень жёсткие, несколько спорили по стоимости, но всё–таки наши соответствующие службы Правительства даже немножко снизили эту цену конечную. Надеюсь, что всё будет сделано качественно и в срок.

Что касается поездок в Турцию и Египет. Это же не от нас зависело. Там причины ограничений разные, но результат один. Почему разные? В Египте действующие власти борются с радикалами, но это далеко не всегда удаётся сделать. И мы видим, что там происходит, на Синае чуть ли не каждый день боестолкновения идут. Прежнее руководство, отстранённое нынешним Президентом, и его сторонники действуют весьма активно.

В этих условиях просто мы не имеем права не сказать людям, что ездить в эту страну опасно. В чём может быть решение? Вместе с египетскими властями мы должны найти такой способ досмотра пассажиров, багажа, бортового питания, обслуживания самолётов, который сделает пребывание, приезд и отъезд, прилёт и отлёт наших граждан безопасными. Пока такого алгоритма в работе с египетскими коллегами не найдено, хотя наши специальные службы и правоохранительные органы работают с египетскими друзьями над этим вопросом. Первое.

Второе, что касается Турции. Здесь мы видим похожую картину, правда, на наш взгляд, сегодняшнее руководство Турции не столько борется с радикалами, сколько сотрудничает с ними. Но внутренние проблемы этой страны тоже заставляют задуматься о вопросах безопасности – там же на юге фактически идёт гражданская война.

Мы стараемся её не замечать, международное сообщество это как бы не замечает, но это факт, причём с применением крупной техники, тяжёлого вооружения, танков, артиллерии и так далее. И теракты в Турции чуть ли не каждую неделю.

Е.Рожков: Постоянно.

В.Путин: Но где гарантия, что ничего не может произойти с нашими отдыхающими? Тем более что мы знаем: в некоторых странах региона, скажем, в Тунисе, прямо на пляже расстреляли отдыхающих.

Я более чем уверен в том, что руководство Турции, кстати сказать, будет стремиться к тому, чтобы обеспечить безопасность туристов, в том числе и наших, поскольку это значительная статья дохода в турецкий бюджет, почти пять миллионов отдыхающих туристов из России было в прошлом году.

Они, конечно, будут стараться, в этом у меня сомнений нет. Но смогут ли они это сделать – это большой вопрос. И поэтому мы, так же как и в случае с Египтом, не имеем права не сказать гражданам, что сейчас отдых в Турции опасен.

Е.Рожков: Значит, поедем в Крым. Там тоже хорошо.

В.Путин: Крым, Кавказ. Много других стран в мире, кроме этих двух. Почему они привлекательны? Подешевле вроде бы, ближе добираться туда. Но много других стран.

И сейчас многие из этих стран предпринимают попытки уменьшить цену пребывания, уменьшить тарифы. Наши компании тоже думают над тем, как организовать подешевле трансферты туда и обратно. Надо работать над этим.

Е.Рожков: Крым ждёт ещё одной возможности задать вопрос. Николай, ждём от вас ещё одну тему.

Н.Долгачёв: Да, вопросы есть. Задавайте.

Ю.Ерёменко: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

Ю.Ерёменко: Меня зовут Ерёменко Юлия, я студентка Крымского федерального университета, жительница города-героя Керчь. На данный момент электроэнергию нам дают по часам, но мы не унываем, потому что наши дети стали меньше играть в гаджеты, больше читают книги, с родителями больше общаются. Но, несмотря на это, мы с нетерпением ждём запуска энергомоста. Скажите, пожалуйста, когда же это произойдёт? Спасибо.

В.Путин: Что касается энергетики, то Министр энергетики Александр Валентинович Новак буквально три-четыре дня назад докладывал мне о том, как идёт работа по этому самому энергомосту.

Как мы помним, две цепи положены, они работают. Буквально сегодня должна быть включена третья цепь, это дополнительно 200 мегаватт. В целом это приближается к тому объёму перетоков, которые осуществлялись с украинской территории. В течение, думаю, двух-трёх недель максимум будет запущена и четвёртая цепь. Это плюс ещё 200 мегаватт. И, таким образом, будет 800 по энергомосту между Кавказом и Крымом. Это полностью закроет тот объём, который Крым получал в своё время с Украины.

Была проблема, связанная с тем, что поскольку раньше электричество поступало с северной части и доходило уже до Керчи, скажем, до других регионов в последнюю очередь, то сети здесь всё–таки, скажем, не очень хорошего качества. Минэнерго об этом подумало, – надеюсь, что это так, потому что Министр мне об этом докладывал, – вводят соответствующие подстанции, реконструируют сетевую составляющую. Надеюсь, что это будет сделано должным образом.

Но напомню, что в 2017 году там, по–моему, ещё должно быть два блока введено, свыше 400 мегаватт, в 2018 году – ещё два блока по 400 с лишним мегаватт. То есть, по сути дела, Крым становится не просто обеспеченным электроэнергией, но и возникает большая составляющая для развития экономики и социальной сферы.

В.Кораблёва: Владимир Владимирович, здесь есть срочное сообщение. Мы как раз в самом начале с Вами говорили про дороги. И вот омские чиновники уже отрапортовали, что к 1 мая починят 21 дорогу.

Кстати, Омск – это не единственный регион, ещё есть проблемы в Волгограде, Челябинске, Саратове.

В.Путин: Надеюсь, что нас руководители этих регионов тоже услышат, а мы с ними обязательно поговорим на эту тему, так же как и с Правительством России, с Минфином, с Минтрансом по поводу решения вопроса с этим дополнительным рублём из акцизов, который предполагалось, или, вернее, который Минфин хотел забрать в федеральный бюджет. Но я считаю, отдать их нужно именно в региональные дорожные фонды и окрасить расходы. Посмотрим, как это будет работать.

Там у вас так холодно, да?

Н.Долгачёв: Сейчас здесь ветреная погода, хотя вчера было очень тепло, переменчивая погода.

В.Путин: Отдыхать приглашаете, а гарантируете, что у вас будет нормально?

Ю.Ерёменко: Гарантируем, Владимир Владимирович.

В.Путин: Спасибо.

В.Кораблёва: Спасибо, Крым.

Развивая внутренний туризм и создавая новую инфраструктуру, важно не забывать об экологии. Как раз 2017 год у нас объявлен Годом экологии. У нас в студии есть экологи, давайте дадим им возможность задать вопрос.

В.Путин: Пожалуйста.

В.Кораблёва: Вера, они в Вашем секторе, я даю Вам слово.

В.Красова: Вопросов на тему экологии действительно очень много, и вот один из них прямо сейчас готов задать экологический активист Эльдар Неверов.

Пожалуйста. Здравствуйте. Вам слово.

Э.Неверов: Добрый день, Владимир Владимирович. Меня зовут Неверов Эльдар, я предприниматель, занимаюсь мусором, вторичным сырьём. Меня крайне беспокоит вопрос о том, что до сих пор у нас не создана полноценная система по обращению с твёрдыми бытовыми отходами: в частности, у нас нет раздельного сбора мусора в современном понимании этого слова, когда ценное вторсырьё отделяется из общего объёма мусора. Как результат, полигоны захламлены, завалены, скажем так, неразлагающимся мусором, вплоть до экологической катастрофы в ряде случаев.

Поэтому не стоит ли нам всем – власти, бизнесу, гражданам – засучить рукава и прибраться в нашей стране?

В.Путин: Да, там коллега сидит и кивает головой, он, видимо, с Вами согласен. Дайте, пожалуйста, ему микрофон.

А.Репик: Владимир Владимирович, добрый день!

Считаю, что у Эльдара очень хорошая идея. Спасибо за Год экологии. Мы ждём, конечно, и Года предпринимателей, но я думаю, что сделаем нашу страну чище, и это нам по силам.

В.Путин: А кто ещё хотел бы что–то сказать по экологии?

Вопрос: Добрый день, Владимир Владимирович! Я депутат от Астраханской области. Нас, астраханцев, очень беспокоит Нижняя Волга. Мы очень благодарны за Год экологии. Мы с активистами Общероссийского народного фронта провели акцию в поддержку Нижней Волги, потому что Нижняя Волга – это нерест рыбы, это сельское хозяйство, это и питьевая вода.

Владимир Владимирович, мне кажется, что гидросооружения на Волго-Камском бассейне не отрегулированы на подачу воды, и от этого в основном страдают волжане. Меня поддержали мои коллеги в Государственной Думе, партия «Единая Россия». Мы собираем сейчас подписи, провели акцию. На Ваше имя уже собрали более 50 тысяч подписей. На сегодняшний день эта проблема встала, вопросы ЖКХ ушли на второе место. Все люди, и партийные, и беспартийные, поднялись поддержать эту инициативу. Это очень важно.

Владимир Владимирович, будьте добры взять под личный контроль, отрегулировать систему гидросооружений на Волго-Камском бассейне: маловодие, судоходство и то, что, как говорится, влияет на нерест рыбы, а это жизнь, вода – это жизнь.

В.Путин: Да, согласен.

Давайте буквально два слова скажу по Волге и по другим водным путям, нашим большим рекам. Действительно, проблема есть, и она требует особого внимания со стороны региональных и федеральных властей.

Это и судоходство, в некоторых местах сейчас не знаю, как будет, а в некоторых местах в прежние годы судно доходило до определённой точки, пассажиры высаживались, проезжали часть пути на автобусах, а потом опять садились на судно, потому что мелководье и судно не проходит.

Надо чистить русло рек, надо внимательно относиться к гидросооружениям, там есть проблемы, действительно, сейчас не будем углубляться, они причём, эти проблемы, не решаются уже годами, если не сказать десятилетиями.

И конечно, чистота воды в дельте Волги, где у нас осётры, много фауны там прекрасной, совершенно необычной… У нас, знаете, ширина Волги сколько, дельта Волги? Не знаете: 290 километров, это одна из самых больших дельт в мире, сравнима с Миссисипи. Это отдельный мир, и, конечно, он требует отдельного повышенного внимания.

Теперь что касается отходов, это проблема, это правда. В нашей стране проблема отходов: у нас примерно 5,4 или 5,6 миллиарда тонн в год, мы продуцируем столько отходов, – только половина из них утилизируется, а половина просто закапывается. Причём эта вторая половина, которая закапывается или выбрасывается куда–то, вот этот процесс является неконтролируемым и очень криминализированным.

И в этой связи, конечно, нужно совершенствовать и нормативно-правовую базу, нужно повысить внимание, прежде всего, региональных властей к этой работе. Безусловно, востребован контроль со стороны общественности, потому что в некоторых местах людям просто жить невозможно рядом с этими свалками. Я прошу активистов Общероссийского народного фронта обратить особое внимание на это. С учётом высокой криминализации этой сферы – действительно, это фронтовая работа, это без всякого преувеличения.

Теперь по поводу самих этих заводов и того, что нужно делать. Закон принят у нас в конце 2014 года, в ноябре или в декабре 2014 года, но эти заводы можно строить, и они будут эффективно работать, и всё будет экономически обоснованно, если будет осуществляться так называемый экологический сбор. Начало этого сбора отнесено на 2017 год. Почему? Да как раз в силу экономических сложностей, чтобы дополнительно не нагружать производителя, чтобы он не сокращал рабочие места, чтобы вовремя он смог выплачивать заработную плату. И сейчас много проблем по этим самым чувствительным, самым важным для наших граждан направлениям.

А Правительство посчитало, что если нагрузить ещё и утилизационным сбором, то промышленности будет совсем тяжело, но всё–таки с начала 2017 года он должен быть введён. И здесь существует три варианта (сейчас я закончу) решения вопроса.

Первый – это когда те, кто производят этот мусор, предприятия, они большие и самодостаточные, они могут сами строить утилизационные заводы.

Второй вариант – это когда предприятие, генерирующее эти отходы, само не может, тогда они могут объединиться в рамках региона и нанять оператора.

И третий вариант, когда это вообще экономически нецелесообразно для частного бизнеса, потому что отдача будет слишком нескорой. В этом случае государство само тогда должно построить такие заводы. Но это касается таких сложных отходов, как батарейки, промышленные отходы, телевизоры, холодильники и так далее.

Е.Рожков: Я прошу прощения, мы работаем уже час, и несправедливо оставаться только в студии. У нас уже 2,5 миллиона звонков. Давайте послушаем следующий.

Центр обработки сообщений, Татьяна Ремезова. Пожалуйста, Татьяна.

Т.Ремезова: Спасибо, коллеги.

Владимир Владимирович, мы знаем, что Вы очень не любите вопросы о личной жизни и принципиально не комментируете эту тему. Но всё–таки вопросов у нас столько, что обойти её нам, к сожалению, не удастся. Причём эта тема особенно почему–то волнует Ваших земляков – петербуржцев. И давайте сейчас попробуем вывести в эфир звонок Александры Кирилловны Козловой из Гатчины.

Добрый день! Мы Вас слушаем.

А.Козлова: Добрый день, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

А.Козлова: У меня вопрос о личной жизни. Недавно в газетах было написано, что Людмила Александровна вышла замуж. А когда Вы представите нам первую леди нашей страны?

В.Путин: Вы знаете, мы с Людмилой Александровной иногда видимся, не часто, но встречаемся. У нас очень добрые отношения – может быть, даже лучше, чем были раньше. Да, и знаю, что у неё всё в порядке. Что там в газетах пишут, это отдельная тема, но она своей жизнью довольна, всё хорошо. Я тоже доволен, у меня тоже всё хорошо.

Нужно ли на первый план выдвигать вопросы, которые Вы сейчас затронули, честно говоря, не знаю – как бы это не повлияло на курсовую разницу или на цену на нефть. Но если по–серьёзному, то люди ведь выбирают и в Государственную Думу депутатов, и Президента выбирают для того, чтобы мы работали.

А вещи, о которых Вы сказали, вещи, которые касаются личной жизни, конечно, представляют интерес для людей, я с этим давно смирился и понимаю это, но всё–таки они не являются первостепенно важными. Может быть, когда–нибудь я и смогу удовлетворить Ваше любопытство. Спасибо большое.

В.Кораблёва: Что ж, давайте теперь поговорим о допинге.

В.Путин: О чём?

В.Кораблёва: О допинге, болезненная тема. Мы всегда гордились успехами наших спортсменов, и во многих видах спорта наши атлеты были признанными лидерами – и были признанными лидерами долгие годы. Но теперь нам говорят, что многие победы дались нечестным путём. В нашей студии есть и болельщики, и сами спортсмены, давайте дадим им возможность высказаться.

В.Путин: Пожалуйста.

В.Кораблёва: Ольга, слово вашему сектору.

О.Ушакова: Да, Валерия, Вы совершенно справедливо заметили, что тема волнует не только представителей спортивного сообщества, но и, безусловно, миллионы, миллионы болельщиков по всей стране, потому что спорт – это, как известно, такая объединяющая сила, и у нас представители разных профессий здесь сегодня присутствуют, но многим интересен этот вопрос. Например, у нас есть предприниматель Ян Березин, который сегодня приехал к нам с вопросом не про бизнес, а как раз про спорт.

Я.Березин: Здравствуйте, Владимир Владимирович. Ян Березин, Москва, «Клуб лидеров».

Совершенно очевидно, что действительно есть вещи, объединяющие всех нас, несмотря на то, что мы разные, и спорт – это одна из ключевых. Мы всегда рады, переживаем за наших спортсменов, за наши «бриллианты», за их победы, когда они представляют Россию на международной арене.

И этот вопиющий скандал с мельдонием, честно говоря, откровенно бесит, это история, которая у нас идёт уже несколько месяцев. До сих пор непонятно, уже спортсменов собираются лишать их статуса, вплоть до того, что карьеры их, по сути, могут быть закончены. Что тогда может произойти со спортивным руководством нашей страны? Что следует – может быть, какие–то наказания? Честно, I speak from my heart, как говорится.

О.Ушакова: Нет, from the bottom of my heart.

В.Путин: Это Вас Мутко английскому учит? (Аплодисменты.)

Я.Березин: Слава богу, нет.

В.Путин: Уроки не берёте у него?

Я.Березин: Нет.

В.Путин: Что можно сказать про этот мельдоний – уже так много сказано. Этот препарат никогда не относился к разряду допинга, он не влияет, это совершенно точно, не влияет на результаты, он просто поддерживает сердечную мышцу в хорошем состоянии при очень сильных нагрузках. Но почему–то решили его вдруг включить.

В основном мельдоний изобретён был, мы сейчас знаем об этом, я сам об этом не знал, ещё в Советском Союзе, в Латвии. Изобретатель его, он не считал никогда этот препарат допингом: он применяется в медицине широко, кстати говоря.

Что самое важное, когда его включили, то не было достоверных данных о том, как быстро этот препарат выводится из организма. Сейчас, по–моему, WADA внесла корректировки буквально вчера-позавчера, где–то на днях, в свои решения. Я не думаю, что это решение, кстати, которое состоялось раньше, что оно какой–то политический подтекст имеет, хотя мельдоний применялся исключительно спортсменами Восточной Европы, странами бывшего Советского Союза и Восточной Европы вообще. Потому что здесь он был найден, произведён, и производится, и никогда не считался допингом.

Я не думаю, что здесь какой–то есть политический подтекст, о чём говорит и то, что WADA скорректировала свою позицию. Насколько мне известно, наши коллеги из этой международной организации по антидопингу сейчас рассматривают возможность проведения клинических испытаний по поводу того, как быстро выводится из организма человека этот препарат. И первое исследование показывает, что у разных людей по–разному это происходит.

И в зависимости от этого могут быть сделаны какие–то выводы практического плана, в том числе касающиеся конкретных спортсменов. Исхожу из того, что все эти решения будут объективными, но это не значит, что нам нужно почивать на лаврах и как–то хихикать по этому поводу, нет. Нам нужно улучшить свою работу с международными организациями, вовремя реагировать на их требования – и своевременно реагировать. И конечно, нужно обеспечить внимание к здоровью наших спортсменов и к тому, чтобы спортивная борьба была честной и чтобы болельщики получали удовольствие именно от этой честной борьбы. Но и, разумеется, уже точно совершенно, ни в коем случае не должны пострадать такие спортсмены, а у нас большинство таких спортсменов, которые к допинговому скандалу вообще не имеют никакого отношения.

Е.Рожков: А давайте послушаем самих спортсменов, тем более что, действительно, они это заслужили; они в секторе Ольги Паутовой. Оля, пожалуйста.

О.Паутова: Мы пригласили в нашу студию главного тренера сборной России по лёгкой атлетике Юрия Борзаковского. Многократный чемпион Европы, чемпион мира, первый, пока единственный российский бегун, который завоевал ещё и олимпийское золото. Юрий, пожалуйста, Вам слово.

Ю.Борзаковский: Добрый день, Владимир Владимирович!

Со стороны антидопинговой ассоциации ко многим спортсменам вопросов, в общем–то, нет, их совесть чиста, действительно. Но за чужие грехи всех легкоатлетов, абсолютно всех, отстранили от участия в Олимпийских играх.

Говорят, что Всемирная федерация вернётся к этому вопросу в ближайшее время, буквально в мае. В таком случае сейчас моя команда задаётся вопросом, как им готовиться, к чему готовиться, тренироваться, не тренироваться к Олимпийским играм? Спасибо.

В.Путин: Я понимаю, что наши спортсмены, которых мы очень любим и надеемся на их результаты, без преувеличения могу сказать, любители спорта знают каждого поимённо, – конечно, они в трудной ситуации находятся, но нужно быть готовыми ко всему, мне кажется, если Вы спрашиваете моё мнение.

Тем более что сейчас, мы сейчас знаем, я только что сказал, и WADA пересматривает некоторые свои подходы к использованию препарата, о котором мы все знаем, и изучает клинические свойства не только препарата, но и его выведения из организма. Посмотрим.

И, конечно же, мы будем бороться за то, чтобы решения были справедливыми. Министерство спорта Российской Федерации, наши спортивные организации сотрудничают с хорошими адвокатами международного уровня в этом плане и изучают все аспекты этой проблемы.

Е.Рожков: Давайте теперь поговорим о другой теме, которая волнует уж точно, без преувеличения, всех, – о ЖКХ.

В.Путин: Да, пожалуйста.

Е.Рожков: Люди жалуются, что им приходится тратить значительную часть своих средств, своих доходов именно на это. Здесь такие приходят сообщения «ВКонтакте», в социальную сеть: «Очень волнует тема платежей ЖКХ и дополнительных сборов». Речь в первую очередь, конечно, идёт о капремонте. Это действительно тема большой дискуссии сейчас: «Когда наведёте порядок и закончатся эти бесконечные поборы?»

И ещё также один вопрос: «Раньше всё объясняли растущей ценой на нефть, сейчас, когда цена на нефть упала, цены и тарифы всё равно продолжают расти. Родители нам рассказывают, что в их молодости тарифы ЖКХ оставались неизменными десятилетиями, почему бы сейчас не остановить рост тарифов?» Людмила Камышникова из Московской области спрашивает.

В.Путин: По сути, три вопроса: тарифы ЖКХ, дополнительные сборы, капремонт. Вы хотите, чтобы я последовательно по всем этим вопросам пошёл?

Е.Рожков: Да, я думаю, людям интересно.

В.Путин: Хорошо.

Что касается стабильности, которая в вопросах ЖКХ, в плате за ЖКХ, в которой жили ещё советские люди в Советском Союзе. Другая жизнь была совсем. Да, была стабильность в этом вопросе, и могу вас заверить, мы сейчас это видим, уже это стало понятно, что эта сфера ещё в советское время систематически страшным образом недофинансировалась.

То есть держали низкий тариф, само государство нужных денег не вкладывало, и постепенно у нас жилищный фонд разрушался. Но зато вкладывали деньги, часто и не очень эффективно, скажем, в оборонку. Количество разных типов самолётов, судов, другого вооружения было безграничным, безмерным. Нужно ли это было или нет? Сейчас многие специалисты говорят, что затратно и не очень–то и нужно.

В конце концов к чему это привело? Давайте вспомним. Привело к тому, что мыло и сахар начали выдавать по талонам. Конечно, люди даже не заметили, как страну потеряли в этих условиях. Хорошо ли это? Да, плохо, конечно. Но и сегодня, тем не менее, прежде чем принимать какие–то решения в этой сфере, а она очень чувствительна для людей, я полностью согласен с Вами, нужно, конечно, подумать о доходах человека и о потребностях отрасли, и это должно быть сбалансировано.

А что у нас происходит в тарифах? В прошлом году запланированный рост тарифа был 8,7 процента – это средний, я сейчас скажу, это очень важно, то, что я сейчас скажу. Реально он вырос в среднем тоже на 8,5 процента. С июля этого года тариф может подняться в среднем – таково решение – на четыре процента. При этом регионы могут сами принимать решение: или вообще не повышать, либо повышать чуть больше, вплоть до 10 процентов.

Но губернатор имеет право принять это решение только по согласованию с депутатами муниципальных собраний. То есть люди, которых население избрало, должны согласовать вот это повышение свыше четырёх процентов, и в том случае, если это дополнительное повышение вызвано необходимостью каких–то ремонтных инвестиционных работ, чтобы подготовиться, скажем, к зиме, чтобы электростанция, тепловая составляющая, сети не развалились, а, наоборот, содержались в нормальном состоянии.

У нас 24 тысячи муниципалитетов в стране всего. Сегодня 600 с лишним приняли решение о выходе за эту четырёхпроцентную составляющую, но это всего три процента населения страны примерно. Там тоже люди живут. Но, повторяю, депутаты местных собраний должны за это проголосовать, поддержать мнение губернатора.

Очень важным является прозрачность принятия решения. И если этот тариф регулируется государством, то дополнительные услуги (сейчас об этом скажу), они не регулируются. Но чтобы тариф был прозрачным, Правительство в ближайшее время должно завершить работу, связанную с полной информацией по структуре этого тарифа, с тем чтобы любой гражданин мог проверить и понять, за что и сколько он платит. И, таким образом, я думаю, в значительной степени мы повлияем и на сам тариф.

Теперь что касается дополнительных услуг. Это состояние подъездов и так далее. Это не регулируется государством в соответствии с действующим законом. Как должна строиться работа? Граждане на общем собрании должны сами определять, какой перечень услуг они хотят получить и сколько они готовы за это заплатить. Если граждане это не сделали, то тогда это должен и может сделать муниципалитет.

Е.Рожков: Капремонт…

В.Путин: Перед капремонтом я скажу ещё одну вещь, которая, в принципе, известна, но я считаю, что нужно сказать об этом ещё раз. У нас давно принят закон и давно действует правило, согласно которому если совокупный доход семьи таков, что свыше 22 процентов от этого совокупного дохода уходит на оплату тарифа ЖКХ, то семья имеет право потребовать компенсацию.

Я просто хочу напомнить людям, особенно когда мы наблюдаем снижение реальных доходов, располагаемых населением, на четыре процента: если такие люди появляются, они имеют право на компенсацию. Уже сегодня, и цифры очень солидные, эту поддержку оформили и получают через систему соцподдержки 30 миллионов граждан Российской Федерации. И из субъектов Российской Федерации государство тратит на эту поддержку 300 миллиардов рублей. Но повторяю ещё раз, могут появиться сейчас люди, которые не вошли пока в эту систему, но такая возможность у них есть.

Теперь что касается капремонтов. Тоже очень важная сфера и очень чувствительная для людей. Я знаю, что многих людей это злит, и по праву злит. Конституционный Суд подтвердил правильность принятого Правительством решения, но и здесь при всей правильности нужно исходить всё–таки из реального состояния финансов, из реальных доходов населения и, конечно, реальных потребностей отрасли, а потребности большие.

У нас свыше двух миллиардов квадратных метров жилой площади в стране, не помню точно, 2,4, что ли, и миллиард нуждается в ремонте, причём всё нуждается в ремонте, но миллиард нуждается в ремонте немедленно. А знаете, сколько мы ремонтируем сегодня в год? 50–70 миллионов. Если мы так будем ремонтировать, у нас количество аварийного жилья будет расти в геометрической прогрессии. Катастрофа может когда–то наступить.

Поезжайте в некоторые страны, не буду их называть, чтобы не обижать, крупные, большие, великие страны. Приезжаешь, смотришь – дома рушатся. Я так удивился и говорю: почему? Потому что выселить нельзя, те, кто живут, в ремонт не вкладывают, владельцы тоже не хотят. Просто рушатся дома, нельзя же такое допустить.

Повторяю, аккуратно надо подходить. Смотрите, собрали в прошлом году 97 миллиардов рублей, а контрактов заключили на ремонты всего 25, 70 миллиардов «зависло». Значит, не готовы были к этому. И нужно делать это очень аккуратно, и размер, конечно, должен соответствовать доходам. И Правительство должно, конечно, подходить к этому очень аккуратно, взвешенно и без всяких рывков.

Е.Рожков: Тема как минимум дискуссионная, давайте её обсудим с трибунами.

Наиля, пожалуйста.

Н.Аскер-заде: Многих ещё волнует вопрос уплаты налогов на недвижимость. Это касается и физических лиц, и юридических. И у нас в студии есть предприниматель из Москвы с многолетним опытом – Сергей Дёмин.

Сергей Аркадьевич, пожалуйста, Ваш вопрос.

С.Дёмин: Добрый день, Владимир Владимирович. Для меня это уже третий кризис, я предприниматель, занимаюсь предпринимательской деятельностью с 1990-х годов. И вот восемь лет ждал случая, чтобы сказать Вам слова искренней благодарности за 2008 год, когда принятые Вами решения позволили сохранить экономику, не упасть снова в 1998-й нам, выжить и развиваться дальше.

В.Путин: Поскольку Вы это всё проходили, что называется, на себе, хочу отметить, что вот тогда у нас кризис был гораздо более жёстким: падение ВВП сейчас у нас, я сказал, мы считаем, большое – 3,7, а в 2008 году падение было 10,7. И конечно, тревога была очень серьёзная. Сегодня, слава Богу, такого нет, но нам нужно добиться восстановления устойчивого роста.

Извините, пожалуйста. Прошу.

С.Дёмин: Да, и ещё, Владимир Владимирович, моя жена Татьяна просила Вам передать спасибо за работу.

В.Путин: Ну, дай ей Бог здоровья. Передайте ей тоже благодарность за такую оценку. Спасибо большое.

С.Дёмин: Владимир Владимирович, в последние годы кадастровая стоимость объектов недвижимости и земли резко увеличилась. Это послужило дополнительным бременем – и нелёгким бременем – для предприятий, особенно промышленных. Сегодня кадастровая стоимость часто выше рыночной. Это доказывают многочисленные суды, выигранные предпринимателями, и те деньги, которые тратятся на судебные издержки, могли бы тратиться на развитие и модернизацию предприятия.

Кроме того, для физических лиц тоже наступают непростые времена, так как теперь исчисление налога на недвижимость будет исходить из кадастровой стоимости. Вопрос: могли бы Вы рассмотреть и, по возможности, поддержать следующие два предложения? Первое – установить мораторий на повышение кадастровой стоимости объектов недвижимости и земли на пять лет, в ближайшее время привести кадастровую стоимость к рыночной, привлечь к этой работе представителей делового сообщества, например «Деловой России» и других, а также собственников, с обязательной ответственностью оценочного сообщества за свою работу. Сейчас никакой ответственности за завышенную кадастровую стоимость они не несут.

И второе предложение: учитывая, как Вы сказали, экономическую сложность сегодняшнего дня, увеличить необлагаемую стоимость для граждан: комната – с 10 до 15 квадратных метров, квартира – площадью с 20 до 50 квадратных метров, и загородный дом – с 50 до 100 квадратных метров? Спасибо большое.

В.Путин: Переход к кадастровой оценке – это инициатива некоторых регионов Российской Федерации, это даже не инициатива Правительства. Почему? Потому что в некоторых регионах, в частности в Москве, у руководства города сложилось впечатление, что они недополучают доходы, которые могли бы и должны бы получать, и направить их, прежде всего, на решение общегородских проблем, так как имевшаяся оценка считалась московскими властями заниженной и проведённой таким образом, что, скажем, от крупных торговых сетей в год получали почти ноль в городскую казну, и это, конечно, несправедливо.

И москвичи, которые не занимаются бизнесом, конечно, вправе были спросить у руководства города: почему вы это допускаете? Но, разумеется, этот процесс, действительно, должен привести к большей справедливости, но не к перегибам в другую сторону, и здесь я с Вами согласен. Это касается и предпринимательского сообщества, это касается и граждан, потому и граждан этот вопрос волнует. Можно ли увеличить облагаемую часть, количество метров, – наверное, можно, над этим нужно подумать. Я с голоса просто сейчас не могу ответить по конкретным цифрам, но точно совершенно подумать в этом направлении можно и нужно.

Теперь по поводу моратория. Вы знаете, можно говорить и о моратории, конечно. Но дело–то в чём? Дело в том, что ведь эта система должна быть введена к 2020 году, причём по мере готовности регионов. Собственно говоря, решение и так достаточно мягкое, и оно где принято–то – буквально в единицах из субъектов Федерации, в одном, двух, трёх. Но все остальные – по мере готовности к 2020 году; собственно говоря, это и есть такой мораторий. Можно, конечно, поговорить, определить критерий этой готовности региона, ну вот, собственно говоря, это и будет мораторием. Но регион сам решает, готов он или нет. Пока так предлагается решить проблему.

Теперь по поводу привлечения делового сообщества к оценке кадастровой стоимости. Дело–то в чём? Дело в том, что сейчас этой кадастровой стоимостью занимаются как раз частные компании, а мне–то казалось бы, что нужно, наоборот, сделать так, чтобы эту оценку проводили государственные учреждения. Почему? Потому что сегодня, к сожалению, эти частные компании не несут никакой ответственности за результаты своей работы по этой самой кадастровой оценке. Получается совершенно парадоксальная ситуация часто – я это видел, кстати говоря, в вопросах, которые вчера читал в большом количестве, – когда две рядом расположенные квартиры оценены совершенно иначе, они на порядок одна от другой отличаются. Это просто не только несправедливо, это даже неумно.

Поэтому здесь нужно всё привести в соответствие со здравым смыслом. Будет правильно, если таким образом будет построена работа, что ответственность будут нести государственные учреждения. Но это будет означать, и думаю, что это тоже можно и нужно сделать, чтобы люди могли обращаться за защитой своих прав не только через судебную систему, что считается очень малоподвижным и долгим по времени, но и во внесудебном, в административном порядке.

На что ещё хотел бы обратить внимание, что все льготы, которые есть у граждан в связи с оплатой жилья, сохраняются вне зависимости от того, это оценка БТИ либо кадастровая оценка, рыночная либо кадастровая.

В Ваших предложениях есть определённые вещи, на которые нужно точно обратить внимание, я об этом сказал. Спасибо Вам.

В.Кораблёва: Владимир Владимирович, Вам задают вопросы не только взрослые, но и дети – судя по вопросу о спасении утопающих, мы уже это поняли. У меня есть подборка коротких вопросов от «Классного журнала», это общероссийское издание для детей и создаваемое детьми. Вот несколько из них: «Какие бы три желания Вы загадали, если бы поймали золотую рыбку?» – Соломенникова Анжела, Пермский край, 11 лет.

В.Путин: Одиннадцать?

В.Кораблёва: Одиннадцать.

В.Путин: Анжела?

В.Кораблёва: Анжела.

В.Путин: Я надеюсь, Анжела нас слышит, – три желания, надо подумать. Вы знаете, по большому счёту лучше не уповать на каких–то сказочных персонажей. Помните, в советское время была песенка такая: «Никто нам не поможет – ни бог, ни царь и ни герой». Всё своей собственной рукой мы должны сделать. Поэтому, если мы будем ждать чудес от золотой рыбки, то мы можем оказаться, как в сказке Пушкина, у разбитого корыта в конце концов. Лучше работать, засучив рукава, самим.

В.Кораблёва: Это же дети, они в чудо верят ещё.

Дальше: «Я вундеркинд, в восемь лет учусь в пятом классе, а уроки химии прохожу с учениками восьмого класса, говорю на английском и создаю роботов. Почему таких, как я, не отправляют в лагеря «Сириус», «Артек», ссылаясь на малый возраст, ведь, когда подойдёт возраст, будет уже неинтересно? Можете ли Вы как Президент учесть это в программе «Одарённые дети»?» – Раевский Илья, Ярославская область.

В.Путин: Илья, это явное упущение, оно говорит о том, что те, кто организует эту работу, не были вундеркиндами. И мы это исправим.

В.Кораблёва: Дальше: «Почему у взрослых два выходных в неделю, а у детей ни одного? В субботу учимся, а в воскресенье делаем уроки. Где справедливость?» Рябчинский Денис, Великий Новгород, 11 лет.

В.Путин: Справедливость заключается в том, что вы лучше, чем мы, и поэтому вы можете нести такую нагрузку и большее количество знаний получите. Так на самом деле и происходит. Но, без всяких сомнений, есть и проблема.

Если уж по–взрослому говорить, то она заключается в том, что часто нагрузка на детей, на школьников, несоизмерима с тем, что прописывается или должно прописываться специалистами в области детской психологии. Вот с этой стороны нужно обязательно все, конечно, проблемы посмотреть.

В.Кораблёва: Если бы у Вас была проверка знаний, что бы Вы выбрали: ЕГЭ или устный экзамен? Смирнова Елизавета, Иркутская область, 9 лет.

В.Путин: Устный экзамен.

В.Кораблёва: И последнее. Как Вы относитесь к кашам на завтрак? Все ли каши любили в детстве и что делали, если Вас заставляли есть нелюбимую кашу? Зайцева Анастасия, Санкт-Петербург, 9 лет.

В.Путин: Я так жил, что меня не заставляли делать то, чего я не хотел. А что касается каш, то я их с удовольствием ем каждый день по утрам и сегодня тоже ел, перловую ел сегодня.

В.Кораблёва: Добавление: поменялось ли отношение к кашам с возрастом?

В.Путин: Поменялось, в лучшую сторону. Чем меньше зубов, тем больше любишь кашу. (Смех, аплодисменты.)

В.Кораблёва: Спасибо.

Е.Рожков: Самое время включить такой далёкий от нас сейчас и такой близкий всем нам Сахалин. Там работает наш коллега Павел Зарубин. Павел, пожалуйста.

П.Зарубин: Здравствуйте, Москва. Вас приветствует Сахалин, село Озёрское. Мы находимся в цехе по производству рыбных консервов, именно поэтому в таком виде – сапоги, халат, – таковы санитарные требования.

Это сравнительно новое производство, запущенное около двух лет назад. И пусть Вас, кстати, не удивляет, что, несмотря на то, что сейчас на Сахалине уже почти 10 часов вечера, предприятие работает. Завод действительно работает в это время. Более того, вторая смена длится до четырёх утра.

Здравствуйте, скажите, пожалуйста, что это за рыба?

Реплика: Сайра.

П.Зарубин: А как много банок Вы делаете в день?

Реплика: 50–68 тысяч баночек за смену.

П.Зарубин: А рыба откуда, кстати?

Реплика: Из Китая.

П.Зарубин: Китайская рыба – надо признаться честно, нас, конечно, несколько удивило, что здесь, на Сахалине, используют китайскую рыбу. Но, как нам объяснили на предприятии, сейчас на Сахалине межсезонье, именно поэтому используют китайскую рыбу, своя рыба появится ближе к лету.

Мы здесь, в этом посёлке, находимся уже несколько дней, подробно поговорили с местными жителями, знаем, что людей волнует ЖКХ, здравоохранение, конечно, рыба. Люди удивляются и возмущаются, почему здесь, в прибрежных небольших посёлках, трудно или даже невозможно купить, как ни странно, сахалинскую рыбу, а рыбодобытчики не выбирают при этом и половины государственных квот.

Вот кстати, продукция завода, готовая, пока, напомним, с китайской рыбой. Но сейчас я хотел бы предоставить слово работникам предприятия, людям, которые ещё недавно трудились на другом рыбном комбинате, на Курильском острове Шикотан. Эти люди рассказали нам просто вопиющие вещи, на которые мы считаем необходимым обратить внимание.

Так вот, люди говорят, что там, на острове Шикотан, они оказались фактически на положении рабов, на положении заложников. Им обещали высокие зарплаты и заманили на остров из центральных и сибирских регионов России. Когда они оказались на острове, зарплаты им не платили месяцами, и даже при всём желании покинуть остров они не могли, на это нужны деньги, чтобы купить билет; зарплата, напомню, не платится.

В связи с этим люди вынуждены были жить в некоем общежитии этого предприятия. Из невыплаченной зарплаты это предприятие ещё и вычитало деньги за проживание в этом предприятии. В итоге люди оказались ещё и должны деньги этому, с позволения сказать, заводу.

Более того, когда мы узнали об этой ситуации и пригласили пострадавших сюда, на «Прямую линию», в адрес некоторых из них последовали прямые угрозы, поэтому некоторые люди сюда действительно просто испугались прийти. Но вот некоторых пострадавших мы всё–таки убедили прийти сюда и рассказать, что происходит на Шикотане.

Пожалуйста, Татьяна, расскажите, что там происходит, какова там ситуация.

Реплика: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Татьяна. Осенью прошлого года мы работали на острове Шикотан, «Рыбокомбинат Островной». Заработную плату нам не платили, людей туда ввозят обманом через кадровые агентства. Условия труда и проживания ужасные, люди бомжуют.

Помогите, пожалуйста, разобраться с этой проблемой.

П.Зарубин: Елена, скажите, пожалуйста (Елена – это ещё одна пострадавшая), действительно оттуда выбраться практически невозможно?

Реплика: Да, невозможно, потому что это остров, кругом вода, поэтому людям некуда деваться, денег нет.

П.Зарубин: А сколько месяцев людям не платят зарплату?

Реплика: По два, по три месяца, по полгода.

П.Зарубин: Спасибо большое. Вот такая ситуация на Шикотане.

В.Путин: Вы знаете, мне даже нечего сказать. Это в прошлом году было или это в течение какого–то более длительного срока?

Реплика: С 9 августа 2015 года.

В.Путин: Вы обращались в какие–то инстанции по этому вопросу?

Реплика: Да, мы написали в прокуратуру Сахалинской области.

В.Путин: И что?

П.Зарубин: Другие пострадавшие, я должен добавить, говорили нам, что они обращались в прокуратуру, однако никакого реагирования не было, и какая–то реакция началась только после письма в Администрацию Президента.

В.Путин: Я, к сожалению, не видел этого письма в Администрацию Президента, но уж местные чиновники, особенно правоохранительные органы, прокуратура, служба надзора за условиями труда должны были своевременно отреагировать.

И я хочу, чтобы Генеральный прокурор Российской Федерации услышал эту часть нашего разговора, посмотрел на эту ситуацию и принял решение о соответствии занимаемой должности прокурора Сахалинской области, а Министерство труда обязательно посмотрело с этой же позиции на работу вверенного ей подразделения на Сахалине.

И надеюсь услышать информацию о том, что происходит в этой сфере и в кадровом отношении, и с точки зрения наведения порядка. А людям, которые стоят сейчас перед нашим корреспондентом и перед нами, я хочу принести извинения. Сделаем всё для того, чтобы ситуация была исправлена.

Е.Рожков: Давайте ещё один вопрос с Сахалина. Паша, пожалуйста.

П.Зарубин: У нас, конечно, здесь много вопросов. Пожалуйста, Алексей.

А.Обрезков: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Обрезков Алексей Александрович. Я хотел бы задать вопрос об ответственности чиновников и бизнеса перед народом. Понимаете, с 1990-х годов наши рыбацкие посёлки просто разрушаются, стареет флот, не обновляется никак, а при этом выделяются какие–то деньги, и они куда–то просто уходят. Уходят, видать, в карманы чиновников, которые воруют, нечестных бизнесменов.

Также наш бывший губернатор Хорошавин, который сейчас находится под следствием, как пишут СМИ, своровал миллиарды. Просто интересно, он получит достойное наказание, которое бы было уроком для других? И вернутся ли эти деньги в сахалинский бюджет? И не будет ли с ним так же, как с госпожой Васильевой? Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, говорить о том, чем закончится это разбирательство, пока преждевременно и некорректно, даже и с точки зрения действующего закона неправильно. Но точно совершенно, могу Вас в этом заверить, идёт тщательная работа и по данному факту, и по другим, а их много, сейчас не буду перечислять, они есть в стране, резонансные дела.

Никакого смягчения этой работы и соответствующего наказания, если он этого заслуживает, не будет, можете в этом абсолютно не сомневаться. Удастся ли вернуть какие–то средства, если будет признано, что это государственные средства, сейчас тоже сказать трудно, но часть имущества Хорошавина арестована. Разумеется, в этой части можно говорить о возврате в пользу государства.

В.Кораблёва: А по поводу другого бывшего губернатора Вячеслава Гайзера, который руководил в Республике Коми?

В.Путин: То же самое. Идёт работа, я знаю. Следственный комитет мне регулярно об этом докладывает в письменном виде. Знаю, что работа двигается, но она должна быть квалифицированной, проведена на высоком профессиональном уровне, и материалы будут переданы в суд.

Е.Рожков: Скажем спасибо Сахалину. Спасибо, Павел. А мы переходим в колл-центр, слово Татьяне Ремезовой.

Т.Ремезова: Спасибо, Евгений. У нас уже более 2,5 миллиона обращений.

В.Путин: Извините. Если два слова сказать по самой рыбе. Сейчас готовится проект закона о деятельности в этой сфере. Коллеги нас слышат или нет?

Е.Рожков: Я думаю, слышат.

В.Путин: По поводу того, что наши заводы не загружены и там рыба китайская. Сегодня ведь что происходит? Сегодня рыба, которая доставляется на берег, и она должна была бы перерабатываться на наших предприятиях, она доставляется в замороженном виде. Она берега касается, её оформляют, сразу перегружают или в этом же судне увозят на экспорт, а потом как китайская поступает на наши предприятия.

Смысл изменения в закон, который готовят, заключается в том, что рыба должна доставляться на берег в свежем либо охлаждённом виде. Тогда по экономическим соображениям, как говорят эксперты, работающие в этой сфере, замораживать и куда–то отправлять уже невыгодно, по деньгам невыгодно. Есть надежда на то, что это пойдёт как раз на наши предприятия.

Более того, квоты предполагается давать тем, кто занимается именно такого вида деятельностью, и 70 процентов – именно тем предприятиям, которые используют свои собственные суда. Те, кто будут выполнять эти условия, им как бонус будут давать дополнительную квоту 20 процентов от того, что они имеют, а те, кто нарушат это соглашение с государством, будут лишаться квот вообще. При этом 20 процентов предполагается направить на инвестиционную деятельность.

Вы сказали про то, что у нас суда стареют, а именно из этих 20 процентов 5 – для вложения в инфраструктуру на берегу и 15 процентов – для того, чтобы строить новые суда, так называемые квоты под киль. Всё это должно быть принято Правительством окончательно в виде проекта закона. Там идут бесконечные сейчас согласования между различными ведомствами, но я исхожу из того, что этот проект закона превратится уже в закон, принятый Государственной Думой в весеннюю сессию этого года.

Е.Рожков: Спасибо, Сахалинская область.

Мы переходим в колл-центр. Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Спасибо, Евгений.

У нас уже более 2,5 миллиона обращений. По темам традиционно всё ещё лидирует ЖКХ и социальные вопросы, но в этом году очень много интересуются политикой, политикой региональной, внутренней политикой, но и политикой внешней, то есть нашими отношениями со странами Запада. Кстати, есть у нас даже звонки из США.

Прямо сейчас на связи город Балашиха, Эдуард Ладов. Добрый день! Мы Вас слушаем. Пожалуйста, задавайте Ваш вопрос.

Э.Ладов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

Э.Ладов: Почему Вы не реагируете на клевету со стороны западных СМИ? Может быть, Вам нанять хороших адвокатов и засудить средства массовой информации за то, что они публикуют недостоверную информацию об офшорах? Спасибо большое.

В.Путин: Я думал, что эта тема уже закрыта, но если Вас интересует, могу сказать.

Во–первых, как это ни странно покажется, они не публикуют недостоверной информации об офшорах. Информация достоверная. Такое впечатление, что её готовили даже не журналисты, а скорее всего юристы – и по стилю изложения, и по фактам. Ведь они конкретно никого ни в чём не обвиняют, в этом–то всё и дело, – они просто наводят тень на плетень. Кто–то там из числа моих друзей занимается каким–то бизнесом. Вопрос: не попадают ли деньги из этих офшоров каким–то чиновникам, в том числе и к Президенту? Но и в голову не могло прийти, что тот же Сергей Павлович Ролдугин, о котором идёт речь, что он мог додуматься до того, чтобы все заработанные там деньги направить на приобретение музыкальных инструментов.

У нас ещё в России можно представить себе взятку в виде борзых щенков, но скрипками и виолончелями – я что–то о таком не слышал. Тем более что эти деятели, они попали пальцем в небо, а может и в какое–то другое место, неожиданно для себя. Кроме всего ещё и потому, что эти вещи, о которых я говорю, индивидуальные, они понятны всем коллекционерам, у кого они находятся, продать и как–то реализовать невозможно, просто невозможно.

То, что Сергей Павлович Ролдугин купил, а он купил, по–моему, две скрипки, две виолончели, – это уникальные вещи! Последняя, которую он приобрёл (я скажу, потому что это было уже в интернете), – около 12 миллионов долларов. У нас не знаю, есть ли такие инструменты в стране вообще. Была одна у Ростроповича, но мы, к сожалению, не смогли её выкупить, у государства не было денег, – она ушла в Японию.

А инструменты, о которых я говорю (я с Сергеем Павловичем встречался), имеют, во–первых, наименования, имена собственные. Эта виолончель называется «Стюарт». Недавно Сергей Павлович выступал в Москве, по–моему, в филармонии, и журналисты написали, что играл на стареньком, видимо б/у, инструменте, но, по всей видимости, любимом. Действительно, это инструмент, бывший в употреблении: в употреблении находится с 1732 года, – и это работа гениального мастера Страдивари. Первый её владелец – легендарный король Пруссии Фридрих Великий.

Конечно, с такими инструментами ничего нельзя сделать, кроме как порадовать любителей музыки. Но никому в голову не пришло, что у нас есть такие люди, как Сергей Павлович: он ещё и задумался о передаче этого в собственность государства, занимается этим оформлением.

Но всяких жуликов и прочих прошу успокоиться: у Сергея Павловича уже ничего нет, потому что он на приобретение этих инструментов истратил больше денег, чем у него было, и остался должен даже тем структурам, тем фондам, через которые он это покупал.

Но кто этим занимается, этими провокациями? Мы знаем, что там есть сотрудники американских официальных учреждений, а написали статью, она впервые где появилась – я вчера у Пескова спрашивал, у пресс-секретаря, – в «Зюддойче цайтунг». «Зюддойче цайтунг» входит в медийный холдинг, а этот медийный холдинг принадлежит американской финансовой корпорации «Голдман Сакс», то есть везде торчат уши заказчиков – они торчат, но даже не краснеют.

И мы не должны ждать от них какого–то раскаяния, они всё равно будут этим заниматься, и, чем ближе к выборам, тем больше будет таких вбросов. Но они должны понять, что дело не в конкретных людях, не в физических лицах, какую бы должность они в России ни занимали, – дело в стране, которой нельзя манипулировать, нельзя заставить её действовать и плясать так, как кому–то хочется, плясать под дудку.

А если с нами будут разговаривать уважительно, если будут искать компромиссы, так, как мы это делаем, то тогда мы всегда найдём такое решение, которое устроит всех: и нас, и наших партнёров. Нужно просто работать с Россией как с равным партнёром – в этом и есть правильный вывод из того, что сейчас происходит.

В.Кораблёва: Вопрос про выборы, не про наши, про американские: «Уважаемый Президент, кто для России хуже, Клинтон или Трамп?»

В.Путин: Вы знаете, нам нужно искать тех, кто лучше. И я могу сказать только то, чем я закончил ответ на предыдущий вопрос, а именно: у нас были в нашей истории двусторонних отношений моменты, когда мы очень тесно взаимодействовали и добивались очень хороших результатов на национальном и на международном уровне. И сегодня есть примеры подобного сотрудничества. Оно касается и вопросов нераспространения оружия массового уничтожения, борьбы с терроризмом, решения, скажем, иранской ядерной проблемы, химического оружия в Сирии, борьбы с террором в целом.

Есть и другие примеры положительного взаимодействия, но наши партнёры, повторяю ещё раз, если они будут исходить… Понимаете, дело даже не в конкретных людях там. Но если они будут исходить из ложной посылки своей исключительности, то это будет означать, что они будут претендовать всегда на особое положение и на особые права. Это гносеологическая, как говорят некоторые специалисты, ошибка. Нужно посмотреть в корень проблемы и действовать не с позиции силы и диктата, не с позиции имперских амбиций, а действовать уважительно со всеми своими партнёрами, и конечно, с Россией. Без этого невозможно выстроить современные демократические международные отношения.

Е.Рожков: У нас в студии много гостей, и знакомых Вам, и неизвестных, и у каждого наверняка есть свой вопрос.

Может быть, Вы сами предоставите им такую возможность – задать эти вопросы?

В.Путин: Да, пожалуйста.

Е.Рожков: Выбирайте.

В.Путин: Пожалуйста. Да, коллега руку поднял.

М.Ханжин: Максим Ханжин, «Клуб лидеров».

Владимир Владимирович, добрый день! Мой вопрос касается ОСАГО. Недавно было подорожание, тем не менее не все автомобилисты довольны, и, на мой взгляд, самая большая проблема в ОСАГО связана с мошенничеством. Вопрос мой звучит так. Не могли бы Вы рассмотреть возможность поручить Центробанку проработать переход на натуральную форму возмещения, то есть создать сеть региональных сервисов, на которых автомобилисты будут получать возмещение в виде ремонта от страховых компаний. Таким образом мы, первое, критически снизим мошенничество, что позволит снизить цены в ОСАГО, второе – создадим рабочие места, и третье – повысим собираемость налогов. Спасибо.

В.Путин: Вы знаете, мы этот вопрос не вчера, но не так давно с Эльвирой Сахипзадовной Набиуллиной обсуждали. Ваше предложение, наверное, хорошее и правильное, просто Центральный банк такого вида работами не занимается. Но, тем не менее, я считаю, надо подумать, как можно вмонтировать Вашу идею в то, что входит в компетенцию Центрального банка и как это трансформировать в реальной жизни. Мы подумаем. Хорошо. Спасибо.

Пожалуйста, прошу Вас.

Р.Кармазина: Кармазина Раиса Васильевна.

Владимир Владимирович, в 2010 году Вы принимали постановление, будучи Председателем Правительства, по созданию казённого предприятия «Красноярье» (я из Красноярского края, с Севера, из Норильска) и затем передать – уже второй этап – это казённое предприятие в оперативное ведение субъекту, для того чтобы можно было содержать северные аэропорты. До сих пор это постановление не выполняется. Находятся всякие причины, а это стратегические аэропорты Диксон, Хатанга, Енисейск. Вы сами понимаете, кто там у нас расположен.

В.Путин: Мы обязательно к этому вернёмся. Я знаю, что работа идёт слишком медленно, по сути, там было два решения, направленных на то, чтобы обеспечить транспортное сообщение между регионами Российской Федерации, особенно удалёнными регионами. Это первое – по аэродромам. И второе – по созданию региональной компании. Она в центре создаётся, но должна работать по регионам. И там, и там работа идёт не так быстро, как бы нам хотелось. Обязательно займёмся, то есть будем заниматься и будем ускорять.

В.Мельниченко: А можно деревню?

В.Путин: Деревню? Конечно.

В.Мельниченко: Село Галкинское Свердловской области.

Владимир Владимирович, у нас есть «Стратегия–2020», в 2016 году согласно, видимо, этой стратегии в сёлах Российской Федерации закроется 426 школ, 300 с лишним больниц и 215 детских садиков. Может быть, мы всё–таки перестанем писать такие программы, потому что мы читаем поручение Президента от 6 мая 2014 года, Вы знаете, тут ни слова нет про закрытие школ, деревень, больниц. Здесь есть только то, чтобы было нормальное местное самоуправление ответственное, чтобы были созданы рабочие места и наконец ликвидирована безработица. Здесь написано про то, чтобы мы жили достойно и богато, Владимир Владимирович. Мау будет писать Грефу, Греф – Мау. Нам–то чего делать? Давайте выполним поручение Президента, и, может, этого будет достаточно.

В.Путин: По поводу сокращения социальных учреждений. Возможно, какая–то оптимизация и нужна. Я сейчас не буду говорить, что в том, что написано, всё ерунда, но полностью с Вами согласен в том, что мы должны учитывать особенности нашей страны. А особенности заключаются в том, что в ряде наших обширных территорий населённые пункты расположены друг от друга на достаточно большом расстоянии.

При такой ситуации точно совершенно нам нужно сохранять, к сожалению, даже избыточную, если кому–то так думается, социальную сеть. Это касается и больниц, ФАПов, точнее, может быть, поликлиник. Где–то можно объединить в районную больницу, а где–то невозможно, и ФАПы надо сохранить. Более того, их даже расширять нужно. Ну невозможно беременной женщине за сотни километров ехать рожать по бездорожью. Об этом, конечно, надо заранее подумать. И бездумное сокращение сети недопустимо.

Конечно, обратим на это внимание. Я уже об этом многократно говорил. И в плане социального развития села (знаете, что такой план тоже существует) ничего подобного механически заносить нельзя, и тем более нельзя исполнять. Нужно двигаться, наоборот, к другим показателям и к положительным примерам.

У нас стояла задача, допустим, обеспечить дошкольными учебными заведениями страну. На 99 процентов сегодня эта задача выполнена. Так нужно работать и по другим. Ни в коем случае нельзя закрывать социальную сеть, сокращать там, где она нужна и востребована. Поговорим об этом.

В.Мельниченко: А если выполним поручение Президента, это будет экономическое чудо России. Ничего другого не надо делать – выполнить.

Н.Юрьева: Владимир Владимирович, если позволите, представителям культуры, справедливости ради, дать слово. Никита Сергеевич Михалков.

Н.Михалков: Спасибо.

Добрый день, Владимир Владимирович! Мы видели, что чиновники отозвались на то, что плохие дороги в Омской области. Потом посмотрели Сахалин. Сейчас я подумал, что хорошо бы, чтобы после этого заявления из этой девочки не сделали бы «лежачего полицейского», во–первых. А во–вторых, я, когда сюда шёл, то меня остановили в дверях два инвалида, молодых совсем. И они сказали, что их приглашали, что–то там сорвалось, их не позвали, и могу ли я их провести. Я сказал, что, конечно, не могу, но спросил, что они хотят. Это Баталов Андрей Александрович, он председатель общественной организации инвалидов в Ростове-на-Дону. Они очень просят своё руководство, чтобы как–то им помогли, они хотят заниматься бизнесом, и они не просят денег, они просто просят помощи. Поэтому, мне кажется, было бы правильным, уж коли их не пустили сюда, я имею такую возможность эту просьбу озвучить.

В.Путин: Хорошо. Передайте потом этот документ. Данные есть там?

Н.Михалков: Нет, ничего, просто я записал, когда шёл сюда. Общество инвалидов Ростова-на-Дону.

В.Путин: Хорошо, постараемся их найти.

Н.Михалков: Спасибо.

В.Путин: Кстати говоря, в антикризисном плане Правительства солидные ресурсы заложены как раз на помощь инвалидам (это не имеет прямого отношения в данном случае к бизнесу, но на средства реабилитации, на передвижение и так далее). Но это другая тема, конечно.

Давайте сюда переедем. Пожалуйста, кто?

О.Криволапова: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Ольга Криволапова, я доцент научно-исследовательского технологического университета МИСИС.

Во–первых, очень хочется Вас поблагодарить за поддержку, которую Вы сейчас оказываете науке; во–вторых, отметить программу развития, повышения конкурентоспособности вузов, которая уже сейчас даёт ощутимые результаты. Мы, например, благодаря ей смогли сделать разработку нового защитного костюма и получили за неё высокую оценку – премию Правительства Российской Федерации в области науки и техники для молодых учёных. Наш вопрос: останется ли финансирование в таких же объёмах или будет всё–таки уменьшено в связи с кризисом в стране?

В.Путин: Там есть небольшие корректировки, но мы часть финансирования переносим в грантовую поддержку. Вы программы свои осуществляли, наверное, на гранты: по какой программе вы гранты получили – через Российский научный фонд либо через фонд фундаментальных исследований?

О.Криволапова: Нет, через МЧС.

В.Путин: Напрямую?

О.Криволапова: Да, конкурс у них выиграли и соответственно в рамках него работали.

В.Путин: Сколько у вас работало над этим?

О.Криволапова: У нас на самом деле работала целая команда, но молодых ребят получилось шесть человек.

В.Путин: У вас средний возраст учёных какой сейчас?

О.Криволапова: В проекте или в вузе?

В.Путин: В вузе.

О.Криволапова: В вузе – порядка 53 лет.

В.Путин: Средний?

О.Криволапова: Да.

В.Путин: У вас даже чуть выше, чем в среднем по стране, но тоже хорошо.

Пожалуйста, дайте микрофон.

Н.Говорин: Говорин Николай Васильевич, депутат Государственной Думы от Забайкальского края.

Уважаемый Владимир Владимирович! В своём послании Федеральному Собранию в 2013 году Вы дали поручение Правительству разработать положение о ТОР-территориях по Дальнему Востоку и Сибири. Забайкальский край, к сожалению, не вошёл в эту территорию. Более того, Забайкальский край получает самую мизерную долю федеральных средств за счёт федеральных программ — скажем, всего лишь один процент: если Иркутск – 4,5 процента, Бурятия – 4,5 процента, Забайкальский край – один процент.

Экономическое положение в Забайкальском крае очень трудное. Сейчас произошла смена губернатора, нарастает миграционный отток населения из Забайкальского края. Просьба: дайте указание, пожалуйста, федеральным министрам, отраслевым министрам, чтобы Забайкальский край был всё–таки включён в ТОР-территорию и имел возможности для развития.

В.Путин: Это, действительно, вопрос, который требует дополнительного исследования. Действительно, Забайкальский край не попал в те программы, которые предусмотрены для Дальнего Востока, но для Дальнего Востока мы делали эти программы, исходя из того, что там наиболее сложная ситуация, связанная с тарифами, прежде всего на электроэнергию. Там уже решения приняты по поводу смягчения этой ситуации – там, где она действительно острая, с оттоком населения, гораздо большим, чем из Забайкальского края. Это правда.

Но вам нужно не включение в эту систему – вам деньги нужны, а эти деньги уже расписаны между регионами Дальнего Востока. Тем не менее это не значит, что нужно забыть проблемы Забайкальского края, здесь я с Вами согласен. Нужно определиться не с тем, куда Забайкальский край включить – либо в территории Дальнего Востока, либо куда–то в другую территорию, а важно, чтобы средства были найдены для решения злободневных вопросов. Я знаю об этом, мы недавно обсуждали это с Правительством, с Министром по Дальнему Востоку и с Юрием Петровичем Трутневым.

В.Кораблёва: Мы в эфире уже два часа, количество звонков превысило три миллиона. Давайте дадим слово колл-центру.

В.Путин: Конечно, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Валерия. У нас очень много видеовопросов, наш центр выходит на пиковые показатели. Конечно, людей волнует, каким будет завтрашний день, причём не только для их семьи, но и для всей России в целом, а будущее страны всегда определяют выборы. Напомню, до выборов в Государственную Думу остаётся пять месяцев и ровно два дня. Ролик, который мы сейчас посмотрим, нам прислал Дмитрий Бочаров из Московской области.

Д.Бочаров: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Бочаров Дмитрий, Москва.

Все говорят, что нужно идти на выборы в Госдуму, якобы они будут чистыми и прозрачными. А стоит ли идти на выборы, если всё равно всё будет подсчитано в пользу «Единой России»? Спасибо.

В.Путин: Да не за что пока. Это отец народов когда–то говорил, что неважно, кто как голосует, – важно, кто как считает, но надеюсь, что это не тот самый случай. Во–первых, потому, что никто не сомневается в эффективности и объективности работы избирательных комиссий, а если у кого–то такие сомнения есть, то есть и способ защиты своих интересов.

Но дело даже не в этом. Во–первых, скажу два слова про «Единую Россию». Вы знаете, партия, которая много лет находится у власти, – она всегда несёт на себе большой груз ответственности за все нерешённые вопросы, в том числе даже, может быть, за те, за которые она напрямую не отвечает. Люди вправе требовать и ждать эффективной работы, и они правы в этом.

Но правда заключается также и в том, что «Единая Россия» является стабилизирующим элементом нашей политической системы. Почему на ней лежит такой груз? Можно принимать, конечно, какие угодно решения, как это было, скажем, в середине 1990-х, когда все всем всё обещали и никто ничего не исполнял: мы просто разрушали экономику, социальную сферу и бюджетный процесс.

А когда нужно принимать ответственные решения, как решить вопрос с этим капитальным ремонтом, что делать с ЖКХ, как обеспечить, скажем, людей, нуждающихся в лекарственных препаратах, достойным образом по достойным ценам, – это всегда какие–то компромиссы, понимаете, всегда. И на 100 процентов, конечно, невозможно удовлетворить эти запросы – к сожалению, это везде так, везде так.

Посмотрите в самых развитых странах Европы, посмотрите, там 100-процентно все довольны медициной, что ли? Нет, уверяю вас. Там все довольны образованием? Тоже нет. Там все довольны, скажем, пенсионным обеспечением? Да проблем полно, везде полно. У нас их, может быть, больше, у нас они острее. Но мы ещё и должны поработать в этом отношении побольше, чем другие страны. В этом смысле роль «Единой России», конечно, чрезвычайно важна, но это совсем не значит, что у неё есть какие–то преференции.

Более того, были недавно выборы в Иркутской области, там претендент на должность губернатора Иркутской области, представитель «Единой России», в первом туре проиграл, не набрал нужного количества, точнее. Сколько недобрал? 0,36 процента. Но если исходить из Вашей логики, то уж подкрутить эти 0,3 процента труда большого бы, наверное, не составило. Нет, никто не подкручивал. И во втором туре он проиграл представителю КПРФ. В крупных городах-миллионниках, в Екатеринбурге, Новосибирске, ещё в некоторых городах, недавно в Петрозаводске представители разных партий, разных, не «Единой России», победили на выборах.

То есть о чём я говорю? Если люди, которые хотят проголосовать за «Единую Россию» или хотят проголосовать за какого–то другого кандидата, которого считают более достойным, будут относиться ответственно к своим обязанностям избирателя, то мы получим ту власть, которую страна хочет. И поэтому я всё–таки поддержал бы тех, кто придёт, хочет прийти, собирается прийти на избирательные участки и проголосовать на выборах депутатов Государственной Думы.

Е.Рожков: Давайте поговорим о теме выборов подробнее, тем более что они – и парламентские, и многорегиональные – совсем скоро уже, в сентябре.

Ольга, слово Вам и Вашим гостям.

О.Паутова: Спасибо, Евгений.

Когда мы готовились к «Прямой линии» и общались с нашими гостями, стало понятно, что эта тема волнует практически всех, но особенно остро высказываются, конечно же, политические эксперты. И сегодня у нас в студии политолог Алексей Мухин.

Алексей, пожалуйста, задавайте Ваш вопрос.

А.Мухин: Центр политической информации, Москва.

Здравствуйте, Владимир Владимирович! У нас избирателям предлагается довольно устоявшаяся линейка партийных брендов – это и «Единая Россия», упомянутая Вами сейчас, это и КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия». Их возглавляют вполне себе уважаемые политики и так далее. Но, к сожалению, так получилось, что никаким другим брендам, никаким другим партийным объединениям хода нет.

И мне кажется, что в этом есть некий заговор со стороны уже тех брендов, которые устоялись и составляют такую системную среду в парламенте, и они просто не дают возможности выдвигаться другим. Помимо этого такая же ситуация складывается и в несистемной оппозиции, там те же лики на протяжении долгих лет. Скажите, пожалуйста, мы на такую стабильность уже обречены либо всё–таки есть шанс?

В.Путин: Во–первых, всё–таки я бы не называл наши политические партии брендами, это всё–таки общественные организации, достаточно крупные, это не какой–то рыночный товар. Всё–таки за ними стоят миллионы избирателей.

Е.Рожков: Бренды – это, скорее всего, имеются в виду лидеры этих партий.

В.Путин: Я понимаю и всё–таки позволю себе высказать своё отношение к тому, как был сформулирован вопрос. Первое.

Второе, ведь и в странах, которые претендуют на то, чтобы называть себя странами развитой демократии, на самом деле всё то же самое происходит. Здесь чехарда – она может быть и опасной даже. Посмотрите, на протяжении веков уже в Соединённых Штатах две партии только наверху: Демократическая и Республиканская. А, скажем, в Европе, во Франции – социалисты и консерваторы; в Федеративной Республике – христианские демократы, «Христианский демократический союз», вместе они, «Социал-демократическая партия», либералы, но они так где–то.

Сейчас появляются новые партии на фоне кризисов и большого потока беженцев, недовольства – «Альтернатива для Германии». Я приводил пример Екатеринбурга, мэром одного из крупнейших городов страны стал представитель, как она называется, «Демократическая платформа» или что–то в этом роде, то есть, пожалуйста, это тоже у нас происходит.

А что касается конкретных лиц, возьмите те же Штаты, там сначала Буш-старший был у власти, потом Буш-младший – семья всё равно. Клинтон был два срока подряд, теперь жена его претендует, семья опять может остаться у власти. Где там сменяемость какая–то? Как у нас говорят: «Муж и жена – одна сатана», – то есть вот они там и будут руководить, как у нас в народе говорят иногда. И я не говорю, что это совсем уж плохо, здесь есть и минусы, и плюсы.

Что касается лидеров наших партий, вы знаете, революционные события начала 90-х годов подняли на поверхность очень ярких людей, которые могут повести за собой, – первое. И второе, что самое главное, – у них есть позиция. Это чрезвычайно важные вещи. У КПРФ есть своя идеология, у либеральных демократов есть своя идеология. В целом своя социалистическая идеология есть и у партии Миронова Сергея Михайловича, у «справедливороссов».

У «Единой России», считаю, что у неё в целом такая консервативная платформа, центристская. Она проводит наш государственный корабль между Сциллой и Харибдой, выбирая варианты, приемлемые для больших групп населения, для наших граждан, и на себя берёт ответственность за не очень популярные решения.

В целом ситуация такая сложилась, но это не значит, что у нас нет расширяющегося списка политических партий. Есть. Мы же приняли решение о чём? О том, чтобы снять определённые ограничения при доступе на выборах. Я уже сейчас не помню в цифрах, боюсь ошибиться, но на порядок изменилось количество партий, допущенных к региональным и федеральным выбором, на порядок изменилось. Вопрос, оказалось, не в том, чтобы их допустить на выборы, а в том, чтобы они показали избирателям, чего они хотят и как они хотят добиться тех целей, которые перед собой ставят.

В.Кораблёва: Давайте дадим возможность Сергею Доренко задать вопрос, как Вы хотели. Ольга, это в Вашем секторе.

О.Ушакова: Да, я так предполагаю, мы продолжим разговор об оппозиции.

Е.Рожков: Но чтобы зрители слышали, давайте всё–таки микрофон.

О.Ушакова: Наш коллега, журналист, главный редактор радиостанции «Говорит Москва» Сергей Доренко.

С.Доренко: Когда Вы заговорили о выборах, год выборный, Владимир Владимирович, я уверен, что будут нервы, и нервы будут срывать, и уже началось. Нам уже рассказали, что оппозиция – это «враги народа», нам уже показали вашего бывшего премьер-министра в оптическом прицеле винтовки.

Думаю, что роль государства в том, чтобы задать форматы, задать «берега», то есть сказать, за какие «берега» не выходить. Не могли бы Вы здесь и сейчас сказать своим губернаторам, пользуясь своим гигантским авторитетом, и общественным силам, где в конкуренции за горизонты будущего драться можно без правил, а где есть правила?

В.Путин: Без правил нигде нельзя! Если мы цивилизованное государство…

С.Доренко: Значит, можно искать «врагов народа»? Понимаете, мы этот год, если начнём искать «врагов народа», закончим чёрт те чем. Я даже говорить не хочу – чем.

В.Путин: Да, я понимаю и знаю, о ком Вы говорите. Вы говорите об одном из руководителей наших регионов на Кавказе, понятно. Я лично с ним разговаривал по этому вопросу. Но, Вы знаете, давайте исходить из реалий нашей жизни. Каковы эти реалии? Кто этот человек, о котором Вы говорите?

Да, он сегодня руководитель одного из регионов – Чеченской Республики. А с чего он начал? Он воевал с нами в лесу, Вы не забыли про это? С оружием в руках, вместе с отцом, которого никто не заставлял, отца, никто не вербовал, никто не принуждал, он сам пришёл к выводу о том, что Чечня должна быть с российским народом и должна быть с Россией.

Это выгодно, это соответствует интересам чеченского народа. Это трудная очень трансформация внутренняя, причём она действительно изнутри шла. И я знаю, что с этими же убеждениями работает и Рамзан Кадыров. Он бы никогда не стал возглавлять никакую республику в составе Российской Федерации, если бы не был убеждён, что это правильный выбор. Понимаете, это люди, которые готовы рисковать всем, в том числе и своей жизнью. Как–то он мне сказал такие слова: «Дайте умереть достойно!» Они готовы к этому, но в интересах своего народа. Но надо понимать всё–таки, что это за люди. Я уже не говорю про то, что это Кавказ, люди горячие. Но и становление этих людей как людей, занимающихся государственной работой на высоком политическом уровне, оно тоже идёт непросто.

Мы же все люди, мы все из своего собственного прошлого, но надеюсь, что и руководитель Чечни, и другие руководители регионов Российской Федерации будут осознавать уровень и степень своей ответственности и перед людьми, которые живут на их территории, и перед Россией в целом. И к ним придёт понимание, что действовать или формулировать своё отношение к тем или иным оппонентам крайними способами – это не значит способствовать стабильности в нашей стране. Наоборот, это значит наносить ущерб этой стабильности. И если это осознание придёт, уверен, что так и будет, потому что они искренне работают на общенациональные интересы, тогда не будет таких высказываний. Наверное, в этом есть и мои упущения.

Е.Рожков: Переключаемся снова от политики к экономике, к прикладной экономике, к импортозамещению. У нас на связи новый регион.

Итак, Воронежская область, молочный комбинат «Молвест». Там работает наш коллега Дмитрий Кайстро.

Д.Кайстро: Добрый день! Это Воронежская область, Аннинский район и село Архангельское.

И сейчас мы находимся на одном из предприятий одного из крупнейших производителей молочной продукции в нашей стране – компании «Молвест». Но надо сказать, что не только в нашей стране, потому что если присмотреться к этой молочной ферме, то она самая крупная в Европе: здесь пять тысяч коров разных мастей, и они, конечно, дают самую разнообразную продукцию, но в первую очередь это товарное молоко и то молоко, из которого потом делают разнообразные сыры, которые поступают на российские прилавки.

Сегодня для разговора мы пригласили людей, которые работают на земле, живут на земле и пытаются изменить свою жизнь и жизнь в стране. Скажите, с какими проблемами, с какими вопросами Вы пришли сегодня?

Д.Зыков: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Зыков Дмитрий, я фермер, занимаюсь животноводством.

Наше беспокойство сегодня вызывает отмена санкций. Если санкции уберут, то наша продукция будет на рынке просто не востребована. У нас существуют также обязательства перед банками – кредиты, которые мы брали. Если пойдёт дешёвая продукция иностранная, то мы не сможем, к сожалению, вернуть эти кредиты. И получается тогда, что нам хана.

В.Путин: Ну это, так понимаю, не вопрос…

Е.Рожков: Крик души.

В.Путин: Вы ситуацию обрисовали и сказали то, что Вас волнует. Вы знаете, я не думаю, что в ближайшее время наши партнёры пойдут на отмену рестрикций и ограничений в отношении нашей страны. И даже несмотря на то, что минские соглашения выполняются по юго-востоку Украины из рук вон плохо и не по нашей вине, а по вине, я уверен, все это уже понимают, киевских властей, но всё равно им как бы невозможно признать, что они не туда забрались, в тупик зашли. Поэтому что–нибудь будут придумывать и эти рестрикции держать, значит, и мы будем держать соответствующие ограничения по доступу их товаров продовольственной группы на наш рынок.

Если они всё–таки додумаются до того, что в их собственных интересах предпринять шаги по отмене этих ограничений, тогда, конечно, они поставят нас в трудное положение, потому что в соответствии с правилами ВТО мы будем незащищёнными, если будем сохранять наши антисанкции, контрсанкции.

Будем внимательно следить за этим процессом. Здесь много всяких вариантов существует поддержки агропромышленного сектора. Мы видим, я уже об этом сказал, что сельхозпроизводители, крестьяне (крестьяне – в широком смысле этого слова) набирают обороты и по молоку, и по мясу, и по фруктам и овощам, по переработке. Большая программа поддержки, мы будем её, безусловно, исполнять. Но давайте не будем пока смотреть на эту проблему со страхом, а, наоборот, с оптимизмом.

Е.Рожков: Воронеж. Дмитрий, давайте ещё спрашивать.

Д.Кайстро: Знаете, очень много вопросов у аграриев и фермеров по качеству продукции. Один из этих вопросов от нашего героя.

А.Князев: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Князев Александр Викторович, фермер с 20-летним стажем.

Мы занимаемся производством продукции растениеводства и молочного животноводства. У нас вопрос о пальмовом масле. Молоко не может выдержать конкуренции с пальмовым маслом, потому что пальмовое масло в разы дешевле, чем стоимость молока. И самое главное, это ещё и здоровье нации. Даже на пачке сигарет написано: «Курение убивает». Владимир Владимирович, нельзя ли и здесь поступить точно так же?

В.Путин: Написать, что пальмовое масло убивает? Это перебор. Не все считают, что это уж так вредно для здоровья, хотя определённое надувательство потребителя, конечно, есть. Если в сыре, сливочном масле, ещё в каких–то продуктах большое количество этого пальмового масла, а продаётся это как натуральный продукт, то это, конечно, в известном смысле есть доля надувательства потребителя.

Что касается того, можно ли написать на упаковке какого–то товара то, что в этом товаре есть внутри, в том числе и про пальмовое масло написать, конечно, это написать можно и даже нужно, я с Вами полностью согласен. Этот вопрос решается в рамках так называемых технических регламентов, то есть мы должны принять решение, которое обязало бы производителя написать то, о чём Вы говорите, на пачке, и крупными буквами.

Но решение вопросов подобного рода сегодня отнесено к компетенции нашей комиссии Евразийского экономического союза. И здесь мы должны согласовывать это решение с нашими партнёрами, в том числе и с Казахстаном, и с Белоруссией, представитель которой сейчас возглавляет соответствующую комиссию или подкомиссию в этой общей структуре.

Надо, чтобы наши партнёры в Белоруссии, и Правительство, и Президент, чтобы поддержали это решение, тем более что всё–таки они так же, как мне представляется, заинтересованы не столько в транзите, завозе этого пальмового масла и использовании его в пищевых продуктах, сколько заинтересованы в развитии своего собственного сельского хозяйства. А Президент Белоруссии к этому относится весьма трепетно и уделяет действительно этому большое внимание.

Если по каким–то причинам нам не удастся это сделать, то существует ещё один путь, а может быть, даже полтора. Вот какие: ввести акцизы на пальмовое масло, но тогда это может привести к повышению стоимости части продукции, которая поступает на прилавки, или договориться с производителями, что они в добровольном порядке пишут на этикетках того, что они продают, состав продукта, который предлагается к продаже, а за это Правительство не вводит акциз на пальмовое масло. Это такой предмет переговоров с производителем. Но я полностью на Вашей стороне, хочу, чтобы Вы это знали. Потребитель точно имеет право и должен знать, что он потребляет. Давайте попробуем этот вопрос порешать, хотя бы так, как я сейчас сказал, предложил, посмотрим, что из этого получится.

В.Кораблёва: Спасибо, Воронеж.

Вернёмся в студию. Я видела, что вопрос хотел задать Константин Хабенский. Может быть, предоставить ему такую возможность, если Вы не против?

В.Путин: Пожалуйста.

О.Ушакова: Я с удовольствием, если Вы позволите. Константина Хабенского, конечно же, многие знают как актёра и народного артиста России, но сегодня здесь Константин прежде всего как основатель Благотворительного фонда Константина Хабенского, который помогает детям с тяжёлыми заболеваниями головного мозга. Насколько я знаю, Ваш вопрос носит как раз медицинский характер.

К.Хабенский: Мой вопрос носит больше медицинский характер. Я больше сегодня уполномочен озвучить одну из тем, которая остро нуждается в Вашей поддержке, а именно истории с реанимациями и палатами интенсивной терапии.

У нас есть такой замечательный закон, который действительно работает, он принят, о том, что родители, близкие ребёнка или молодого человека до 18 лет, попавшего в сложную ситуацию, имеют право находиться в этих палатах реабилитации и интенсивной терапии. Это замечательно, потому что объяснять не надо, что человек, открывая глаза, фактически с того света, ему важно видеть не только потолок, но и чувствовать тепло рук и так далее.

Но получается, что к этому закону могут делать «добавочки» на местах. Они иногда бывают, конечно, сумасшедшие, они являются просто препонами. Хотя я тоже понимаю, что главврачи и директора хотят, чтобы было и стерильно, и всё по порядку, тем не менее иногда доходит до сумасшествия. Получается ситуация такая, что родственники бегают, тратят нервы, и так попав в сложную ситуацию, собирая какие–то справки и думая, не придумают ли за ночь ещё что–либо.

Нужно просто объединиться и дополнить этот закон законопроектом, который 22 марта был внесён в Госдуму, просто договориться, чтобы не было никаких неожиданностей на местах. Мне кажется, это не так сложно. Мне кажется, туда нужно ещё добавить: не только до 18 лет, мне кажется, все люди, попавшие в такую ситуацию, имеют право. Они, во–первых, беспомощные и нуждаются в человеческом тепле и в человеческой помощи.

Мне кажется, это не стоит таких серьёзных денежных вливаний. Просто договориться и сказать: ребята, давайте у всех будет одинаково, строго, но одинаково. Мне кажется, это не так сложно, просто собраться и договориться. В отличие от той истории, которая была озвучена (и спасибо огромное за то, что Вы поддержали в прошлом году по искусственной вентиляции лёгкого), спасибо огромное за то, что молниеносно откликнулись и решили, что государство должно взять на свои плечи именно оснащение детей этими машинками по искусственной вентиляции лёгкого для того, чтобы они не занимали больничные койки, для того, чтобы продолжали жизнь дома, а не в больнице.

Нам отписались, действительно были встречи, действительно размышляли, отписалось Министерство здравоохранения о том, что всё понятно… Я сейчас буквально две секунды ещё. Вот письмо Минздрава России от 6 июля: «Вопрос оказания медицинской помощи тяжелобольным детям, нуждающимся в искусственной вентиляции лёгких на дому, в настоящее время урегулирован и не требует внесения изменений в законодательство Российской Федерации».

Это прекрасно, но 10 дней назад – я не могу не доверять своей команде, которая провела своё параллельное изучение этой темы, они отписались мне очень просто. По факту всё точно так же, как было до вопроса и поручения Президента. Несмотря на внимание, которое на некоторое время удалось привлечь к проблеме этой группы пациентов, многочисленные совещания, вопрос остаётся нерешённым. Неделю назад ещё ни один ребёнок не получил на руки то, о чём в принципе практически договорились год назад. Спасибо большое.

В.Путин: Второй вопрос связан просто с бюджетным финансированием, вот и всё.

К.Хабенский: Понятно.

В.Путин: И там, где есть в стационарах приборы искусственной вентиляции лёгких, они работают и, конечно, пациентам предлагают пользоваться услугами стационаров. Но я понимаю, что это же люди, которые нуждаются в постоянном применении этих препаратов, им, получается, жить нужно в этих больницах. Конечно, это тяжело.

Понимаете, не хочется говорить, но как же не сказать: раньше в стационарах–то этого не было, теперь хоть это есть, количество увеличивается. Но по мере того, как возможности региональных и федерального бюджетов будут расти, конечно, Минздрав будет решать эту задачу. Вы правильно сказали: нет хотя бы нормативных ограничений. Это может быть размещено на дому, и если родственники прошли соответствующую подготовку, то они могут использовать эти аппараты.

Что касается первого вопроса, который Вы задали, это пребывание в реанимации родственников, конечно, это чувствительная тема. И я понимаю, что Вы обратили на это внимание, почему Вы обратили на это внимание. Закон не запрещает, действительно, находиться родственникам в реанимации, но руководители лечебных заведений чаще всего не разрешают.

Тоже вроде понятно почему, имея в виду, что это же, как правило, не индивидуальные палаты, а рядом там находятся люди, которые тоже нуждаются в каком–то особом внимании. И если пребывание других людей как–то нарушает покой других пациентов, то в этом случае администрация лечебного заведения принимает решение о соответствующих ограничениях. Постановка вопроса тем не менее мне понятна.

К.Хабенский: Владимир Владимирович, поверьте мне, я знаю это не понаслышке, всегда можно найти место, где устроиться человеку, который хочет помочь. Поверьте мне, всегда от этих людей в подобных палатах есть большая польза, в том числе и медперсоналу, который очень часто обращается за помощью.

В.Путин: Наверное. Я обязательно поговорю на этот счёт с Вероникой Игоревной, попрошу её продумать, как можно хотя бы методически повлиять на изменение ситуации к лучшему, провести соответствующую работу.

К.Хабенский: Спасибо.

В.Кораблёва: Владимир Владимирович, если не возражаете, давайте вернёмся к проблемам сельского хозяйства. Вера, слово Вашему сектору.

В.Красова: В нашей студии присутствует представитель сельского хозяйства Калужской области, это потомственный сельхозпроизводитель Александр Саяпин. Александр Владимирович, Вам слово.

А.Саяпин: Добрый день! Владимир Владимирович, я был участником программы «Гранты – семейным фермам» в 2012 году, и тогда у меня было 40 коров. Сейчас их почти 500, и больше мы гранты не получаем, они нам не нужны.

И фермерство развивается, Вы знаете, активно, но на полки сетей попадаем рядом с мошенниками. Вы сказали, что они должны писать, это уже в законе прописано, – «пальму» они обязаны писать, они этого просто не делают. Когда их начнут за это наказывать?

А вместо наказаний мошенников ветеринары придумали нам электронную ветсертификацию, которая вступит в действие с 2018 года: на каждую партию отдельный ветсертификат. То есть на две тонны продукции – я каждый день вожу свежую – я буду выписывать полторы тысячи ветсертификатов в день. Это безумие полное, это надо как–то остановить. Спасибо.

В.Путин: Конечно, благими намерениями, как известно, вымощена дорога в ад, так у нас говорят, и ветеринарные службы наверняка объясняют такое своё рвение защитой интересов потребителя. Но мы понимаем, к чему это может привести и как это может быть организовано. И, если Вы видите, что там избыточное зарегулирование, избыточный контроль, я сейчас прямо вот тоже с голоса вряд ли скажу что–то конкретное, но мы обязательно посмотрим на работу ветеринарных служб. И, Вы знаете, общая тенденция – к тому, чтобы разбюрократить сферу деятельности малых и средних предприятий вообще и в сельском хозяйстве в частности.

Нельзя оставить это и без контроля – я надеюсь, Вы тоже с этим согласитесь: нужна качественная продукция, чистота должна быть, и состав продукции должен быть соответствующий, не разбавленный водой, и так далее, но всё должно соответствовать здравому смыслу. Обещаю, что на эту сторону мы посмотрим отдельно.

В.Кораблёва: У нас давно занимается законопроектами о торговле Ирина Яровая, давайте дадим ей возможность высказаться.

В.Путин: Да, и что касается закона, вернусь к этому закону о торговле, о котором Вы сказали, где должно быть и так прописано. Но вопрос–то ведь, коллега, задавал какой: написать крупными буквами, как на пачке сигарет. Если там написано мелкими, что не разобрать ничего, то тогда это вроде формально исполнили, а по сути, нет – как Владимир Ильич Ленин в своё время говорил: по форме – правильно, по сути – издевательство. Мы посмотрим.

Е.Рожков: Ирина Анатольевна Яровая, по–моему, очень давно занимается законом о торговле, в том числе.

О.Паутова: Да, добавлю буквально пару слов, что этот закон как раз таки должен облегчить жизнь фермерам, таким как Александр Саяпин, и помочь им наконец выйти к широкому потребителю.

Ирина Анатольевна, когда будет принят этот закон?

И.Яровая: Добрый день, Владимир Владимирович!

Когда ещё далеко было до санкций, когда все грезили импортом – и казалось, что это спасёт мир, – Вы в 2009 году, помните, провели, на мой взгляд, судьбоносное совещание в Правительстве с участием торговых сетей, производителей, когда перед этим сами заехали в торговую сеть и, что называется, произвели осмотр «места происшествия», установив, что на самом деле сколько стоит и за сколько это достаётся покупателю. И тогда именно благодаря Вам удалось принять закон, потому что у многих была уверенность, что правила как будто бы не нужны, хоть, мы понимаем, фермер и торговая сеть – субъекты разной экономической силы, и уравнять их в правах можно только через закон.

И тогда были приняты важнейшие решения: именно благодаря Вам появились сроки оплаты, появились правила, появились запреты. Но Вы помните, что были тогда и компромиссы, потому что торговые сети дали много обещаний, мы, как люди ответственные, поверили в обещания, но не теряли бдительность и проверяли.

В настоящее время мы можем констатировать две проблемы, которые, наверное, мы сможем решить при Вашей поддержке. А именно бизнес всегда говорит: высокие налоги – дорогие деньги; сегодня 10 процентов премии с оборота, которую мы тогда согласились оставить торговым сетям, превратились в постоянный налог со всех и за всё производителей при поставке в торговую сеть.

И вторая проблема – это, конечно же, сроки оплаты. Наверное, трудно себе представить, чтобы предприниматель, который понёс затраты, который несёт высокие риски, имел компенсацию за свою поставленную уже продукцию, где он перестал быть собственником, не через 30 и 45 дней даже, как мы с вами предполагали в законе, а под разными ухищрениями плюс ещё 30 и плюс ещё 45. Поэтому, Владимир Владимирович, год назад мы подготовили поправки, понимая, что если обещания не исполняются – значит, ситуацию нужно корректировать и защищать нашего производителя, защищать нашего покупателя. Но вот уже год ко второму чтению это всё утопает в бюрократических согласованиях, которые лоббисты осуществляют через профильные ведомства и фактически препятствуют принятию окончательного решения. Целиком и полностью поддерживаю наших фермеров.

О.Паутова: Ирина Анатольевна, давайте всё–таки ближе к вопросу. Как Вы можете сформулировать вопрос Президенту?

И.Яровая: Дело в том, что вопроса нет – есть просьба. Владимир Владимирович, поскольку именно Вы приняли самое непосредственное участие в принятии первичного решения – если мы сможем принять в эту весеннюю сессию во втором и третьем чтении и прекратим лоббистские проволочки и бюрократию в этом вопросе, думаю, это будет серьёзная поддержка в вопросах импортозамещения наших фермеров.

В.Путин: Действительно, вопрос очень остро стоял во время кризиса 2008–2009 годов. Нужно было предпринять дополнительные усилия для поддержки наших сельхозпроизводителей, для крестьян. Мы тогда этим активно занимались, приняли закон. Я вижу, что он, действительно, к сожалению, сползает немножко с тех позиций, которые должен был бы занимать.

Это сползание происходит потому, что соответствующие правительственные структуры сегодня не уделяют этому должного внимания. В целом если бы он работал в нужном ключе, то, может быть, не создавалось сегодняшнего положения, не было бы необходимости вносить какие–то дополнения, изменения в него. Но тогда, как Вы помните, не благодаря мне, а благодаря работе Виктора Алексеевича Зубкова, который создал определённую специальную комиссию и каждую неделю её собирал, старался поддерживать баланс между интересами производителя и между продавцами, между торговыми сетями.

Да, действительно, я вижу, что идут явные проволочки: с одной стороны, действуют лоббисты торговых сетей – ясно, в лице Министерства по торговле, это естественно, это их работа; с другой стороны – Министерство сельского хозяйства должно лоббировать интересы сельхозпроизводителей.

Три направления здесь, Вы, по сути, сейчас уже сказали об этом; мне казалось, что тогда уже решили этот вопрос ускорения оплаты продукции, поступающей в торговую сеть, и тогда же были приняты решения, связанные со скоропортящимися продуктами (там, по–моему, 10 дней давалось на оплату и так далее). Но, если там чего–то не хватает, надо к этому вернуться и закрепить это в законе. Первое.

Второе. Нужно понять и определить справедливую цену так называемого бонуса за место на полке. Есть разные предложения: от нуля до достаточно большой величины. Насколько я представляю, мне говорили, что найден компромисс где–то в районе пяти рублей, пяти процентов от стоимости товара.

И конечно, что совершенно точно нужно сделать, на мой взгляд, – это расширить полномочия ФАС в этой области, потому что Федеральная антимонопольная служба в этой сфере экономики почти не работает. Нужно это тоже в законе отразить. И уж точно совершенно, тянуть с этим нельзя. Рассчитываю, что Правительство закончит эти согласования, а Государственная Дума рассмотрит в весеннюю сессию.

Е.Рожков: Новости продолжают поступать. Агентство ТАСС сообщает, что возбудили уголовное дело по комбинату на Шикотане, про который рассказывал недавно наш корреспондент Павел Зарубин. Пока без подробностей, но следим за лентой новостей, реакция идёт.

Наиля, пожалуйста, в Вашем секторе наверняка есть вопросы по бизнесу ещё.

Н.Аскер-заде: Да, в нашем секторе много предпринимателей. Один из наших гостей – это человек, который не даёт покоя министерствам и ведомствам, потому как мониторит их взаимодействие с малым и средним бизнесом. Это Артём Аветисян из Агентства стратегических инициатив, председатель «Клуба лидеров».

Артём Давидович, опять будете ругать контролёров?

А.Аветисян: Добрый день, Владимир Владимирович!

Мы не только с «Клубом лидеров» ездим в Антарктиду и на Северный полюс, но мы ещё постоянно мониторим ситуацию среди предпринимателей.

Недавно мы посмотрели, что происходит с проверками бизнеса. Ради объективности должен сказать, что кому–то действительно стало легче. Но когда большинству – я подчеркну, большинству – задаёшь вопрос: «Ну, что, у вас стало меньше контролёров?» – такие глаза делают и говорят: «Вы что! Как с цепи сорвались, и не дай бог пожаловаться». Некоторых проверяют по четыре раза в год, есть и такие. Мы постарались разобраться, в чём же дело, почему так?

Выяснилось, что есть некий принцип, я бы его назвал карательным, когда на предприятие приходят, и даже если всё в порядке, то уйти просто так нельзя. Обязательно хоть по мелочи, но нужно придраться. Это чем–то похоже на ту палочную систему, которая была раньше в милиции. И вместо того, чтобы в наше непростое время бережно к бизнесу относиться, всё–таки продолжают прессовать. И сколько бы государство ни делало, а государство много делает, и какие бы каникулы ни вводило, бизнес как был, так и остаётся, я прошу прощения, может быть, за старомодное сравнение, дойной коровой. А в связи с этим, Владимир Владимирович, у меня вопрос достаточно простой: когда же власть наконец в отношении бизнеса перейдёт всё же на новый уровень, от одностороннего кормления к нормальному, здоровому партнёрству?

Н.Аскер-заде: Если позволите, у нас много предпринимателей, которые тоже столкнулись с этой проблемой, можно ещё кому–то слово предоставлю?

Представьтесь, пожалуйста.

В.Зыков: Зыков Вячеслав, компания «Брис-Босфор», Новороссийск, производим обувь, самые крупные производители обуви в России. Начинал свой бизнес обычным частным предпринимателем в 90-е годы, в конце 90-х построили завод и доросли до сегодняшнего дня, работает больше 2 тысяч человек на предприятии. Как предприятие сейчас достаточно хорошо мы развиваемся, мы растём в производстве. Вопрос у меня в этой же теме: когда от нас отстанут как от бизнеса, потому что проверки действительно замучили?

В.Путин: Понятно. Всё, достаточно по проверочной теме?

Вы знаете, что мы занимаемся этой проблемой постоянно. Но вот такой у нас менталитет, особенно у чиновничества, если уж кто на чём стоит, тот старается максимально использовать своё статусное положение и обеспечить ренту (Смех.). Смешно им там, но ничего смешного нет. Но всё–таки я думаю, что и первый задававший вопрос, и второй наш коллега не могут не знать, что после введения правила, согласно которому все проверки должны быть согласованы с прокуратурой, всё–таки на одну треть количество заявок на проверки сократилось, на одну треть. А из сделанных заявок в прокуратуру прокуратура не подтверждает необходимость 50 процентов заявок, 50 процентов проверок. И эта работа будет продолжена, но также вместе с предпринимательским сообществом мы будем искать дополнительные средства и внедрять их по созданию благоприятного делового климата.

Вы знаете, что принято решение о каникулах для малого и среднего бизнеса на проверочную деятельность. Коллега, занимающийся сельским хозяйством, говорил о том, что «подзамучили» их санитарные службы, тоже на это посмотреть нужно отдельно, и мы обязательно это сделаем. Вместе с вами постоянно нужно работать и искать те точки, которые вызывают особую озабоченность. Будем вместе работать.

Е.Рожков: Люди, которые занимаются проверками, тоже есть у нас сегодня в зале, в этом секторе.

В.Путин: Можно дать слово, Вы активно руку поднимали. Вы, да, пожалуйста. Дайте, пожалуйста, микрофон.

А.Смирнова: Добрый день, господин Президент!

Меня зовут Авдотья Смирнова. Я возглавляю Фонд помощи людям с аутизмом в России. И у меня такой вопрос. У нас принят очень хороший закон об образовании, очень прогрессивный. По этому закону доступ к образованию гарантирован абсолютно всем детям, включая детей с тяжёлой формой аутизма. Однако на уровне школ и детских садов во всех регионах, кроме Воронежской области, где к вопросу подходят системно, и сейчас ещё Белгородская область подтягивается, во всех регионах сплошь и рядом родители получают отказ. Школы отказывают по самым разным причинам: по подзаконным актам, потому что нет особых условий, потому что нет специалистов. Предлагают родителям перевести детей на надомное обучение. Таким образом, мы получаем не одного ребёнка, а целую семью, запертую в четырёх стенах. Что нужно сделать, для того чтобы закон об образовании заработал в части инклюзии для детей с аутизмом? Спасибо.

В.Путин: Вам спасибо. Не мне, а Вам спасибо, что Вы этим занимаетесь. А мне пока в этой части спасибо говорить рано, не за что, потому что Вы сейчас как раз обратили внимание на то, что у нас в этой части закон–то не работает. Так что за что нам спасибо?

Но дело, наверное, не в нас, если по большому счёту. А дело в том, что общество к полному инклюзивному образованию пока, к сожалению, не готово. Но государство должно поддерживать начинание таких людей, как Вы, и само должно продвигать идеи инклюзивного образования. Тем более что дети с аутизмом вполне такой поддержки заслуживают. Вы, поскольку этим занимаетесь, сами, наверное, знаете (то есть не наверное, а на сто процентов знаете) это не хуже, чем я, что это очень часто весьма талантливые дети, если не сказать одарённые. Они могут сосредоточить внимание на каком–то одном предмете так, как это недоступно другим людям, и добиваются удивительных результатов, просто выдающихся. И конечно, семьи таких детей надо поддержать. Что я могу сказать? Будем напряжённо работать в этом направлении.

Е.Рожков: Позвольте мы вернём инициативу ведения программы в свои руки и вернёмся к тем, кто проводит проверки. Потому что несправедливых тоже тысячи, даже десятки тысяч.

В.Путин: Вы знаете, пока мы с Вами разговаривали, я посмотрел, что бежит на картинке. Интересный вопрос, я считаю: «Будет ли ввод национальной валюты в ЕврАзЭС»? Такой большой вопрос. В принципе, это интересная тема и это, наверное, когда–то станет возможным, но на том этапе, когда уровни развития экономик и структура экономик стран, входящих в Евразийский экономический союз, сравняются.

Нам нельзя ни в коем случае допустить ошибки, которые допустил Евросоюз, когда ввёл единую валюту, а уровни экономик стран сильно друг от друга отличаются и поэтому возникают такие сложности, как сложности, скажем, с Грецией. Именно в силу того, что им дают подачки из общего котла, но эти подачки не способствуют развитию экономики и её структуры в лучшую сторону.

Мы должны у себя, в нашем Союзе, учитывать все эти проблемные вопросы и двигаться поэтапно. И конечно, это добровольная вещь, в этом вопросе у нас должен быть полный консенсус. Нужно, чтобы все мы этого захотели: и Россия, и наши партнёры по ЕврАзЭС.

Ещё одно, это даже не вопрос, а замечание. Кто–то пишет: «У Вас тяжёлая работа, но за прилавком и в шахте – не легче». Это точно, я с этим не могу не согласиться. И хочу пожелать всего самого доброго и тем, кто в шахте работает, за прилавком и на других рабочих местах.

Да, вот, интересно. Многодетная семья в Ставрополе, ей дали участок, здесь было написано, а потом отобрали, потому что был введён какой–то региональный закон, и семья не попадает в категорию нуждающихся. Если многодетная семья, как у неё можно отобрать участок? Я не понимаю. С Владимиром Владимировичем – мой двойной тёзка, губернатор Ставропольского края, – мы обязательно это обсудим, это я Вам обещаю.

Е.Рожков: Дадим всё–таки слово проверяющим структурам?

В.Путин: Дадим.

Е.Рожков: А то те, кого проверяют, высказались, а они – нет.

В.Путин: Давайте.

Е.Рожков: Оля, пожалуйста.

О.Паутова: Да, действительно у нас очень много гостей, которым есть что возразить представителям бизнеса. Я хочу передать слово Алексею Михану – инспектору противопожарного надзора.

Алексей, Ваш вопрос Президенту.

А.Михан: Добрый день, Владимир Владимирович!

К сожалению, совсем отказаться от проверок невозможно, даже в рамках этой встречи мы поняли, что роль государства велика. Но всё–таки для достижения некоего баланса, некоего компромисса с предпринимателями можно подумать над законом или над системой, которая позволяла бы не сразу наказывать, а на первом этапе ограничиваться выдачей предписания. А если оно уже не будет выполнено, тогда возвращаться к мерам наказания.

Е.Рожков: По полной программе.

В.Путин: Мы с Вами на одной волне работаем и думаем. Потому что есть уже поручение Президента Российской Федерации действовать контрольно-надзорным органам именно таким образом. Более того, готовятся и соответствующие изменения, я надеюсь, что Правительство сделает это как можно быстрее, в нормативную базу. (Аплодисменты.)

В.Кораблёва: Что ж, меняем тему – вопрос с сайта нашей программы. Вы сегодня уже упоминали минские договорённости. Вопрос такой: «Почему говорят о «Минске-2»? Ведь минские договорённости не выполняются и, похоже, не будут выполнены Киевом. Что будет дальше с Донбассом, опять война?»

В.Путин: Да, действительно там многое «зависло», в исполнении этих минских соглашений. Я постараюсь быть очень аккуратным, тем не менее есть вещи, которые являются очевидными. Очевидность этих вещей в следующем.

Самым важным и первым в решении всех этих проблем на юго-востоке Украины являются вопросы политического характера. Нужно, чтобы люди, которые проживают на этих территориях, чувствовали себя в безопасности и чтобы они понимали, что у них есть цивилизованные современные права, на которые они имеют право.

Что имеется в виду? Первое – это конституционные изменения. В минских соглашениях написано: до конца 2015 года принять изменения в Конституцию Украины. Но, как мы знаем, в первом чтении проголосовано, а во втором – нет. Мы же не можем внести изменения в Конституцию Украины.

Написано, что в течение 30 суток после подписания должен быть фактически введён закон об особом статусе. Но он не введён. Написано, что должен быть принят закон об амнистии. Он принят, но не подписан Президентом. Не мы же это должны делать, понимаете? И всё время начинают ссылаться на то, что на линии соприкосновения время от времени стреляют. Кто не хочет выполнять минских соглашений, для него это очень хорошая, извините за моветон, «отмазка».

Сами постреляли, им ответили – вот, пожалуйста, стрельба. Значит что – не нужно выполнять минских соглашений? Нет! Другого пути для урегулирования проблемы не существует, кроме как исполнение минских соглашений. Теперь мы слышим от наших партнёров, в том числе из Соединённых Штатов и из Европы: вы знаете, там сложная внутриполитическая ситуация, они не могут. Они не могут, а мы–то здесь при чём? Понимаете, в этом проблема реально.

Но если и украинские власти и если наши партнёры в Европе и в США всё–таки хотят, чтобы мы прошли этот путь и достигли нужных результатов, нужно тогда работать со своими партнёрами в Киеве. А там и Президент, и премьер бывший и будущий, и вся оппозиция так или иначе связаны с западными странами. Окажите на них влияние тогда. Что талдычить, извините, каждый раз, что Москва должна что–то исполнить? Всё, что мы должны были исполнить, мы исполнили. Сами–то должны что–то сделать?

Посмотрим, как эта ситуация будет развиваться. Мы готовы всячески содействовать этому процессу. Исхожу из того, что никаких активных боевых действий не будет. Наоборот, у нас не так давно был разговор с Петром Алексеевичем Порошенко, он предложил, это его предложение было, усилить присутствие ОБСЕ, в том числе его предложение, чтобы сотрудники ОБСЕ были с оружием на линии разграничения, и добиться полного прекращения огня.

Я считаю, что это правильное предложение, мы это поддерживаем. Но нужно теперь с западными партнёрами проработать, чтобы ОБСЕ приняло такое решение, значительно увеличило бы количество своих сотрудников и, если нужно, прописало бы в мандате возможное наличие у них огнестрельного оружия.

В.Кораблёва: Пока мы эфире, Украина обрела нового премьера. Как и ожидалось, главой кабинета министров стал Владимир Гройсман. Что Вы думаете о новом украинском Правительстве?

В.Путин: Ничего. Как могу думать о новом украинском правительстве? Я его даже не знаю. Не знаю его состав, не знаю, какие приоритеты оно для себя определит в качестве таковых, что оно намерено делать. Я знаю только, что планировалось сделать и что сделано.

По–моему, в конце 2014 года был принят план украинским правительством, но теперь уже прежним украинским правительством, который состоял из девяти пунктов. Выполнено, и то не полностью, два. Я сейчас не буду их перечислять, в интернете можно прочитать.

Результаты, конечно, тяжёлые. У нас часто говорят: перекладывают то–то и то–то на плечи народа. Сегодняшняя Украина – этот тот самый случай. Мы говорим, у нас инфляция очень большая – 12,9 процента. Да, большая, но она у нас имеет тенденцию к снижению, причём существенно снижается. Но инфляция на Украине 48 с лишним процентов, представляете? Это запредельная вещь. Цена на газ поднялась не в какие–то проценты, а в 3,3 раза; тепло увеличилось, по–моему, на 50 с лишним процентов; плата за электроэнергию увеличилась в прошлом году, по–моему, на 53 процента, а в этом году планируется ещё на 63.

Мне кажется, что это даже экономически нецелесообразно. Почему? Потому что собираемость, скажем, платежей за газ с населения была самая низкая на пространствах СНГ: не помню, сколько – процентов 20, мне Миллер говорил в своё время. Но, если в три с лишним раза увеличить стоимость газа, тогда вообще платить не будут, в этом же проблема.

Но нам тем не менее нужна стабильная, процветающая Украина. Мы очень рассчитываем на то, что так и будет. Хотя кризис, который начался там из–за известного соглашения с Евросоюзом, вообще рукотворный какой–то, какая–то чушь. Не понимаю, зачем это сделали. И вообще мне представляется, что это просто был инструмент для смены власти, вот и всё, о народе никто не подумал.

Вот заключили соглашение, оно вступило в силу: «Это был цивилизационный выбор». Ну какой цивилизационный выбор? Как были олигархи у власти, так и есть. Там кто–то пытается скандал какой–то у нас устроить по офшорам, но там прямо первые лица страны – сами миллиардеры-предприниматели и в офшорах сидят. Ну да, вот он заработал несколько миллиардов, а потом милой девушке, допустим она замечательный юрист, передал управление – ну и что, он забыл, что ли, про это? Да никогда никто в это не поверит. Всё равно будет там сидеть и рулить, давать указания, что конкретно делать, это первое. Деолигархизация, что ли? Она не происходит – наоборот, усиливается. Дело даже не в конкретных людях, а дело в том, что клановая система управления укрепилась за последнее время, и это оценки не только наши, но и наших западных партнёров, уверяю вас, я знаю, о чём говорю.

Но мы тем не менее заинтересованы в том, чтобы Украина встала на ноги, чтобы у нас был надёжный партнёр и чтобы не происходило то, что происходит, даже в экономике: обнулили им таможенные тарифы с Европой, а товарооборот с Европой упал на 23 процента, с Россией – на 50 процентов. Кто выиграл–то? Зачем это сделали? Непонятно.

Да, мы ввели ответные меры на то, что Украина присоединилась к санкциям Евросоюза в отношении России, но мы ввели через полгода после того, как они это сделали. А потом мне коллеги мои говорят: «Зачем вы это сделали?» Я говорю: «Слушайте, но вы ввели против нас санкции, как Евросоюз, а мы полгода ничего не делали, ждали – может быть, вы опомнитесь». – «Ну да, для вас это ведь ничего не значит, а для нас это чувствительно, потому–то и потому–то». Так не надо было это делать.

Тем не менее я надеюсь, что новое правительство сделает выводы из того, что происходило в последнее время, будет действовать прагматически, в интересах народа, своего собственного народа, а не руководствоваться какими–то фобиями либо в угоду каким–то иностранным структурам.

Е.Рожков: Мы работаем уже почти три часа. Мне сообщают, что на сайт нашей программы пришло уже больше 3 миллионов вопросов. Скорость поступления звонков тоже только растёт. Давайте включим центр обработки сообщений. Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Спасибо, Евгений. Скорость поступления звонков, могу вам её озвучить, это 2,5 тысячи звонков в минуту и 8 тысяч СМС и ММС в минуту.

Очень большой интерес у россиян вызывает решение, о котором Вы, Владимир Владимирович, объявили буквально на прошлой неделе, – это создание национальной гвардии. Звонок на эту тему мы готовы вывести в эфир. На связи с нами Дагестан, Абдурахман Хавчаев. Пожалуйста, мы Вас слушаем.

А.Хавчаев: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

Я бы хотел спросить, что сподвигло Вас на Указ о создании национальной гвардии? Почему внутренние войска перестали отвечать требованиям? И будут ли у национальной гвардии функции и права, которых не было у внутренних войск? Спасибо.

В.Путин: Что сподвигло? Должен Вам сказать, что этот вопрос обсуждался давно и многократно с разных сторон. Первое и, пожалуй, основное, что лежит в основе этого решения, заключается в необходимости поставить под особый контроль оборот оружия в стране. И если Вы обратили внимание, это решение связано не просто с выделением внутренних войск из состава Министерства внутренних дел, а с тем, что в этой структуре теперь сосредоточено всё, что связано с оружием, с огнестрельным оружием. Это и охрана различного рода, и разрешительная система, и курирование охранных частных структур, и сами, собственно, внутренние войска.

Мы рассчитываем на то, что мы сможем повысить эффективность этой работы и снизить затраты на содержание различных служб. Эту позицию активно проводило и Министерство финансов Российской Федерации. За счёт оптимизации структур, прежде всего управленческого и штабного назначения. Это относится и к тому, что происходит и должно происходить в Министерстве внутренних дел и в самой Национальной гвардии.

Е.Рожков: Реформа МВД получилась весьма масштабной. Приходит много вопросов от сотрудников ФМС и ФСКН, Федеральной миграционной службы и Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков: «Почему всё–таки расформировали эти службы?» Вот такие сообщения: «Скажите, что теперь будет с госслужащими ФМС, ведь в МВД мест нет?» От себя добавлю: не скажется ли эта реформа на скорости выдачи паспортов? Хочется узнать.

И ещё. ФСКН тоже ликвидирована, что будет с тысячами сотрудников? Массовое сокращение и, как следствие, тысячи безработных?

В.Путин: Нет, никаких массовых сокращений не будет, не предвидится. Оптимизация определённая неизбежна, я уже об этом сказал, но главным образом за счёт обслуживающих структур: штабных, финансовых и так далее.

Но, скажем, что касается ФСКН, Федеральной службы по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, что там должно происходить. Скажем, есть следственное подразделение. Естественно, оно должно влиться в Следственное управление МВД России. То же самое касается обслуживающих структур: бухгалтерии и так далее. И здесь, наверное, возможна какая–то оптимизация, на что и рассчитывает Минфин.

Что касается оперативного состава, основного контингента работающих, то мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, что его и нельзя сокращать, и никто не собирается этого делать в силу значимости тех задач, которые решает эта структура. Но при этом мы считаем, что мы сможем избежать параллельной работы МВД и бывшей ФСКН, поскольку на МВД также лежала задача борьбы с наркотиками. Ну зачем параллельно работать двум ведомствам? Здесь мы рассчитываем, наоборот, на положительный эффект.

То же самое относится и к деятельности Миграционной службы. Во–первых, исхожу из того, что никаких сбоев в выдаче паспортов и других документов не будет, а во–вторых, есть другая составляющая – отследить миграционные потоки без активного участия МВД невозможно. Это просто невозможно. А с учётом остроты миграционных процессов внимание государства к этим вопросам не должно понижаться, а наоборот, должно это внимание повышаться.

Собственно говоря, вот такими соображениями и были продиктованы эти решения. Мы обсуждали их, повторяю, многократно, в том числе и на уровне Совета Безопасности.

В.Кораблёва: Другая тема – Нагорный Карабах. Среди граждан России более миллиона этнических армян и более полутора миллионов этнических азербайджанцев, часто они живут рядом, имеют общий бизнес, даже родственные связи, и, естественно, происходящим в Нагорном Карабахе очень обеспокоены. Вопрос: «Какие перспективы урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта видите лично Вы?»

В.Путин: Это очень чувствительная тема, и мне представляется, что мы должны относиться к ней очень осторожно, по врачебному известному принципу: «Не навреди». Это давняя проблема, давний конфликт, он находился в замороженном состоянии. К сожалению, произошла эта вспышка насилия, и мы сделаем всё для того, чтобы её урегулировать, найти приемлемые для обеих сторон решения.

И конечно, здесь нужны долгосрочные решения по Карабаху. Они могут быть достигнуты исключительно, хочу подчеркнуть, это как бы такая вроде бы как расхожая фраза, но другой не могу подобрать, политическими средствами должен быть найден компромисс.

Мы несколько лет назад практически, мне казалось, подобрались к тому, чтобы найти этот компромисс с обеих сторон. Но оказалось, что это, к сожалению, не так. В рамках международных структур будем работать и в двустороннем порядке будем продолжать это сотрудничество, эту деятельность по урегулированию карабахской проблемы.

Россия, кто бы что ни говорил, заинтересована в решении этого вопроса, потому что мы хотим полноценно работать как с Азербайджаном, так и с Арменией. У нас, Вы правильно сказали, в России проживает очень большое количество армян и азербайджанцев, счёт идёт на миллионы, на миллионы идёт счёт. Слава богу, на территории России у нас нет никаких проблем. Более того, я знаю и армян, и азербайджанцев, которые, несмотря на все трагические события, продолжают сохранять очень добрые межличностные отношения. И я считаю, что это очень правильно. Россия будет вносить свой посильный вклад. Но, разумеется, конечное решение должно быть за народом Армении и за народом Азербайджана.

Е.Рожков: Самое время перейти в следующий регион – это Томск. И на связи Томский государственный университет, там работает Павел Краснов.

П.Краснов: Добрый день, студия, Москва!

Вас приветствует Томск – город студентов, город учёных, один из важнейших научно-образовательных центров не только Сибири, но и всей России.

Мы сейчас находимся в Томском государственном университете. Это исторически первое высшее учебное заведение в России, которое появилось за Уралом. Было это в конце XIX века, и тогда вуз носил гораздо более длинное название – первый сибирский Томский императорский государственный классический университет. С тех пор название стало короче, но сам вуз только рос и расширялся, не только он один. В Томске сейчас несколько сильнейших университетов, а студентом является каждый пятый житель города. Разумеется, студентов невозможно представить без их преподавателей, без тех, кто занимается научной деятельностью. Все они сегодня здесь: и студенты, и преподаватели, учёные, те, кто живёт наукой, проблемами науки, проблемами высшего образования. Мы пригласили их сюда, это так называемый профессорский зал научной библиотеки Томского университета.

Позвольте в первую очередь как раз предоставить слово профессору, доктору наук, академику РАН Евгению Чойнзонову – директору Томского НИИ онкологии. Евгений Лхамацыренович, прошу, Ваш вопрос Президенту.

Е.Чойнзонов: Добрый день, Владимир Владимирович!

Вот уже около 2,5 года наша страна занимается реформированием Российской академии наук. В этот процесс сейчас вовлечены практически все научные учреждения страны, и в Томске создаётся крупный исследовательский медицинский центр. Однако научное сообщество неоднозначно в оценках сроков, этапов, форм реформирования Академии наук. Может быть, сейчас рано даже подводить предварительные итоги, но тем не менее я хотел бы спросить у Вас, Владимир Владимирович, оправдались ли Ваши ожидания первых лет реформы Российской академии наук? И как Вы оцениваете эффективность взаимодействия Федерального агентства научных организаций и Российской академии наук?

Спасибо.

В.Путин: Скорее да, чем нет, скорее оправдались. У нас ведь одна из задач, которая ставилась в начале пути по реформированию Академии наук, заключалась в том, чтобы привлечь к научной работе, к исследовательской работе людей молодых. И количество молодых исследователей у нас растёт в последнее время очень заметными темпами. Я тоже боюсь ошибиться, но на память скажу, что количество молодых учёных в возрасте до 35 лет у нас теперь составляет свыше 40 процентов, чуть ли не 50, 49 процентов. И это очень хороший показатель – первое.

Второе. Мы говорили об оптимизации работы научных учреждений, о том, чтобы они сосредоточили свою работу на прорывных направлениях. И в этом отношении, на мой взгляд, тоже есть положительные сдвиги, потому что, Вы знаете это гораздо лучше, чем я, современная наука развивается в основном на стыке дисциплин, а при объединении крупных научных центров, ещё доставшихся нам из советского времени, мы можем получить и получаем очень хорошие, эффективные, молодые и перспективные научные творческие коллективы, работающие на прорывных направлениях современной науки, работающие на перспективу.

Ну и полагаю, что мы действуем весьма аккуратно, потому что действовал мораторий на использование недвижимости, материальных ценностей, всего того имущества, которое досталось нам ещё, повторяю, из советских времён. И это тоже, в общем и целом, было сделано правильно, имею в виду, что мы ничего не растеряли. Тем не менее мы идём по пути реформирования хотя бы в том смысле, что объединяем некоторые достаточно крупные и перспективные исследовательские центры. Так что движение есть, и оно положительное.

В.Кораблёва: Томск, у вас ещё один вопрос.

П.Краснов: Спасибо. Но я хотел бы ещё отметить, что Томск, как город с богатейшими научными и образовательными традициями, известен не только в России, но и далеко за её пределами. В здешних вузах учатся студенты из почти 50 стран, и есть даже преподаватели из–за рубежа. И вот один, точнее одна из них, находится сегодня здесь. Ева Бурбо родом из Литвы, но к нам в Томск приехала после учёбы в Голландии, тоже хотела задать вопрос Президенту России. Ева, пожалуйста, мы Вас слушаем.

Е.Бурбо: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Я являюсь выпускницей университета Маастрихта в Голландии, факультет международного права. Для меня, честно скажу, большая честь сегодня Вам задавать вопрос, потому что я ежегодно слежу за «Прямой линией».

Мой вопрос связан с безопасностью – с одной стороны, в том, что на данный момент в Европе ситуация после последних происшествий складывается не совсем гладко и слово «безопасность» для меня больше не связывается со словом «Европа», нет ощущения сохранности. Я работаю здесь, в Томске, в Томском государственном университете, уже полгода и, честно говоря, чувствую себя очень комфортно, уверенно и, могу с уверенностью сказать, безопасно. Кроме меня, здесь также другие коллеги из других стран Европы: Италии, Германии. И в связи с этим у меня вопрос: как Вы относитесь к тому, что, может быть, в скорейшем времени ещё больше студентов и сотрудников из Европы прибудет в Россию, и есть ли возможность упростить систему приёма этих граждан в вузы Российской Федерации? Спасибо.

В.Путин: Действительно, Европа столкнулась с тяжёлыми испытаниями, и, может быть, в Сибири Вы чувствуете себя безопаснее, чем, скажем, в Париже либо Брюсселе, говорю это без всякой иронии – наоборот, отдавая должное нашим коллегам, которые в непростых условиях европейского либерализма пытаются эффективно бороться с террористическими вылазками, я тоже говорю это совершенно серьёзно.

Потому что свобода перемещения, шенгенская зона и многие другие вещи, связанные со свободами сегодняшнего дня, – они террористами, к сожалению, эффективно используются, и противостоять этому, оставаясь в рамках действующего законодательства, достаточно сложно.

Россия в шенгенскую зону не входит – думаю, что Вы по праву можете сказать о чувстве безопасности больше, чем в Европе, находясь сегодня в Сибири, в Томске. Мы будем приветствовать, безусловно, приезд к нам на работу, на учёбу иностранных специалистов, иностранных студентов, их приезжает всё больше и больше, надо сказать. И я не знаю, есть ли какие–то ограничения; по–моему, их не существует – есть только ограничения, связанные с бюджетными местами для иностранных студентов, это да, это правда.

То есть российский бюджет, в основном это касается развивающихся стран, предоставляет бюджетные места для бесплатного обучения, но в основном это, конечно, платные. Но по платным формам обучения ограничений, по–моему, никаких нет. Но, если вы видите, что что–то там мешает этому увеличению количества желающих, мы посмотрим на это ещё раз.

А какие дополнительные могут быть способы привлечения, скажем, иностранных специалистов: это грантовая поддержка – мы сохранили те же мегагранты, которые даются всем учёным, вне зависимости от того, они российские, либо иностранные, либо российские, проживающие за границей. Если их направления исследований представляют для нас особую ценность, они приезжают сюда, нанимают здесь персонал, привлекают отечественных исследователей и работают. Вот такую практику мы будем продолжать.

Вам хочу пожелать успехов. Всего доброго!

В.Кораблёва: Спасибо, Томск.

На сайте нашей программы есть вопрос, который касается Тимирязевской академии. Пишет аспирант Российского государственного аграрного университета Лаврова Екатерина Михайловна. Она спрашивает следующее: «В нынешнем положении, когда в России остро стоит вопрос импортозамещения и подготовки высокопрофессиональных кадров, внезапно встал вопрос о надобности изъятия земель нашей Тимирязевки. Скажите, пожалуйста, неужели так необходимо отбирать земли у академии, на которой проводят уникальные опыты, и чем это обосновано?»

В.Путин: Совсем недавно, несколько дней назад, мне эту ситуацию докладывал мой сегодняшний помощник, бывший Министр науки и образования Андрей Александрович Фурсенко. Мы договорились о том, что, во–первых, Тимирязевку оставят в покое, хотя, конечно, Москва должна развиваться и жилищное строительство должно продолжаться. С Правительством обязательно мы этот вопрос обсудим; думаю, здесь не будет никаких проблем.

Но и сама академия, Тимирязевка, всё–таки должна эффективно использовать те ресурсы, в том числе и земельные, которые у них имеются. И если эта земля предоставлена была в своё время для исследований, для осуществления основной деятельности, то эта деятельность и должна эффективно осуществляться.

В.Кораблёва: Давайте дадим слово центру обработки звонков – Татьяна Ремезова.

Т.Ремезова: Спасибо, Валерия.

Не будем терять времени, давайте сразу возьмём один из звонков. Мне подсказывают редакторы, у нас на линии Москва и Наталия Киндикова.

Наталия, мы Вас слушаем. Задавайте Ваш вопрос, пожалуйста.

Н.Киндикова: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Киндикова Наталия. Я выступаю сейчас от лица всех дольщиков из Солнечногорского района Московской области, это 850 семей. На строительство двух посёлков, Белый город и Немецкая деревня, мы сдали более 4,5 миллиарда рублей. Владельцы же строительной компании «Сабидом» начали строительство, а потом просто бросили его, присвоив все наши деньги. А ведь часть дольщиков воспользовались материнским капиталом для оплаты жилья. Несмотря на сотни обращений в МВД, уголовное дело не возбуждалось почти год.

Мы понимаем, что Вы не можете вернуть нам наши деньги, но можем ли Вы попросить Вас дать указание следствию найти и наказать строителей-мошенников и помочь нам решить вопрос о привлечении уже надёжных инвесторов для завершения строительства? Спасибо.

В.Путин: А Вы обращались уже в правоохранительные органы?

Н.Киндикова: Конечно, да, обращались.

В.Путин: Ещё раз скажите, пожалуйста, адрес, где это всё находится?

Н.Киндикова: Это Солнечногорский район Московской области, сельское поселение Кутузовское, деревня Николо-Черкизово, и уже название есть у нашего не существующего ещё посёлка – микрорайон Белый город, и рядом ещё соседская Немецкая деревня.

В.Путин: Обещаю Вам, что обязательно добьюсь того, чтобы правоохранительные органы обратили на это особое внимание. Сейчас неизвестно, чем это закончится, но работать будут интенсивно.

Пока мы с Вами разговаривали, посмотрел здесь тоже бегущий экран – не строка, а экран, один из вопросов, касающийся национальной гвардии: «Национальная гвардия подчиняется Президенту. Что, нет доверия силовым министрам?». Дело не в доверии – дело в том, что национальная гвардия создана как отдельный, самостоятельный федеральный орган на праве министерства, а все силовые министерства и ведомства подчиняются Президенту.

В.Кораблёва: Сейчас ещё одна точка, где работают наши коллеги, это Тула – оружейная столица России, и слово Антону Верницкому.

А.Верницкий: Тула – оружейная столица России. Конструкторское бюро приборостроения корпорации «Ростех», сами рабочие называют своё предприятие КБП. Здесь, на этом военном заводе, собирается новейшее российское оружие и вооружение, например, вот этот комплекс как называется?

Реплика: «Бахча».

А.Верницкий: «Бахча» – уникальный модуль, который может устанавливаться практически на любую платформу, от БМП до боевых машин десанта, а также на военные корабли. Стреляет практически в автоматическом режиме, так что без участия человека. Это уже комплекс ПВО «Панцирь», вернее, его боевая часть, которая также делается на этом заводе.

Такие комплексы защищают российское небо, в том числе небо над Москвой. Несколько подобных машин сейчас работают в Сирии, они расположены вокруг авиабазы Хмеймим, где работают наши российские лётчики. И здесь мы собрали представителей совершенно разных профессий этого завода и поговорим, конечно же, об оборонке.

Первый вопрос от молодого специалиста.

Вопрос: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Наша операция в Сирии продемонстрировала блестящее оружие нашего производства. А как бы нам закрепить этот успех и заключить ещё контракты с зарубежными странами на поставку нашего оружия?

В.Путин: Так и будет.

Во–первых, совсем недавно мы проводили совещание специальной Комиссии по военно-техническому сотрудничеству. И в открытой части я говорил о том, чего добились наши оружейники за последнее время по освоению международных рынков вооружения.

Мы занимаем устойчивое второе место. Первое место – Соединённые Штаты, они больше всего оружия продают. Мы от них сейчас немножко отстаём, но ненамного, но за нами разрыв очень большой, там уже разница в разы происходит.

Мы в прошлом году, по–моему, продали где–то на 15 миллиардов долларов оружия, в позапрошлом – на 15, а в прошлом – на 14,5 миллиарда. Общий портфель заказа на ближайшие годы – 50 миллиардов долларов.

И интерес к нашему оружию, особенно (и Вы правильно об этом сказали) после или в ходе операции наших ВКС, вообще Вооружённых Сил в Сирии резко возрос. По некоторым видам вооружения мы не можем исполнить запросы внешнего рынка, скажем, по системам ПВО (противовоздушной обороны).

И именно поэтому – или в том числе поэтому – вынуждены даже были построить два новых завода по производству этой техники. Даже можно сказать, три, на одном из них я недавно был. Так что в этом отношении у нас всё находится на подъёме.

В.Кораблёва: А как себя проявила боевая техника в Сирии? Может быть, какие–то недостатки вскрылись?

В.Путин: Да, есть всё, в том числе и вскрытые недостатки. И должен сказать прямо, их немало. Это всё внимательно анализируется специалистами. Более того, в ходе применения боевой техники в боевых условиях специалисты многих предприятий выезжали на место и доводили эту технику до нужных кондиций. Работа продолжается.

Е.Рожков: Ждём ещё один вопрос от наших оружейников. Итак, Антон.

А.Верницкий: Владимир Владимирович, Вы неоднократно бывали в Туле, и в том числе на этом предприятии. И, общаясь с рабочими перед нашим прямым включением, вспомнили историю, как один из рабочих попросил у Вас что–нибудь на память и выпросил у Вас Ваши часы. Пытались мы его позвать на эту «Прямую линию»…

В.Путин: Я сегодня без часов пришёл. (Аплодисменты.)

А.Верницкий: А мы хотели позвать этого рабочего на «Прямую линию», но руководство сказало, что он уехал в срочную командировку. Но у нас вопрос от начальника цеха этого замечательного человека, где мы сегодня собрались.

В.Путин: Передайте, во–первых, привет вашему сотруднику. Надеюсь, что он пользуется этим хронометром.

Ю.Кузнецов: Он им пользуется. Он сейчас находится в Алабино, готовит технику к параду.

В.Путин: Понятно.

Ю.Кузнецов: Добрый день, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте!

Ю.Кузнецов: Я Кузнецов Юрий Николаевич, начальник сборочного цеха тяжёлых машин. Мой вопрос наверняка интересует всех оборонщиков. В настоящее время у нас много заказов, много работы. Мы покупаем новую технику, к нам пришло очень много молодёжи. Но в последнее время участились разговоры о том, что надо сокращать гособоронзаказ. Не получится ли так, что мы останемся без работы и нам, как в 90-е, придётся осваивать производство кастрюль, сковородок, прочей бытовой техники?

В.Путин: Да, это непраздный вопрос. Но первое, что я хочу Вам сказать: гособоронзаказ не сокращается. Мы сокращаем, действительно, бюджетирование Министерства обороны и некоторых, да практически всех, силовых ведомств. Да, мы это делаем в связи с известными бюджетными ограничениями. И это абсолютно естественная вещь в современных условиях.

Мы должны поджать аппетиты силовых ведомств так же, как мы поджимаем и аппетиты ведомств гражданских. Нужно повышать эффективность использования бюджетных ресурсов. Но эти ограничения касаются текущей деятельности, хочу это подчеркнуть, текущей деятельности, а не гособоронзаказа. Гособоронзаказ должен быть и будет исполнен в полном объёме.

Но Вы правы абсолютно в том, что пик заказов, пик загрузки предприятий как раз сейчас, на следующий год, через год, потом он будет снижаться по мере комплектования наших Вооружённых Сил новейшими образцами техники, которые должны быть доведены до 70 процентов. И, конечно, встанет вопрос о том, чем загружать дальше?

Разумеется, об этом нужно подумать именно сейчас, и не только нам, но и вам. Нужно думать о конверсии предприятий. В ходе переоснащения оборонных предприятий современной техникой, в целом около трёх триллионов рублей предусмотрено на это, мы исходим из того, что будет закуплено такое оборудование, которое можно будет использовать и в рамках конверсионной работы будущего. Может быть, есть смысл делать мягко исполнение самого гособоронзаказа, подвинув некоторые позиции, что называется, вправо. Но, кстати говоря, мы так и делаем, но без всякого его сокращения.

Мы собираемся для обсуждения, в том числе и этих вопросов, регулярно, два раза в год в Сочи. Почему в Сочи? Мы уезжаем, я всех с собой увожу, чтобы не отвлекаться, как правило, на другие какие–то, тоже не менее важные, вопросы. Но говорим как раз об исполнении гособоронзаказа, о состоянии оборонки и о задачах, которые стоят по переоснащению Вооружённых Сил, о том, как исполняются эти планы и что нужно сделать для того, чтобы всё было исполнено в срок и качественно.

В.Кораблёва: Спасибо, Тула. Давно мы не давали слово Наталье Юрьевой. Итак, колл-центр.

Н.Юрьева: Спасибо, Валерия.

На этот час у нас уже почти 50 тысяч ММС-сообщений, почти 12 тысяч видеозвонков и более 10 тысяч видеовопросов. Помимо серьёзных вопросов мы получаем и необычные. Кто–то приглашает Вас, Владимир Владимирович, в гости на день рождения, кто–то, наоборот, просится в гости к Вам в Кремль.

Больше всего вопросов мы получаем от Центрального федерального округа, на втором месте – Южный, а на третьем – Северо-Западный. Интересно, что впервые мужчины отправляют чаще видео, чем женщины. Очень активны дети. И тут, кстати, девочки всё–таки в лидерах. Предлагаю посмотреть видеоролик, который нам отправила первоклассница Алина.

Алина: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуй.

Алина: Меня зовут Алина, я учусь в первом классе. Скажите, пожалуйста, а может стать Президентом нашей России женщина? А то папа говорит, что с этой Америкой может справиться только Путин. (Аплодисменты.)

В.Путин: Дорогая Алина, нам нужно думать не о том, как справиться с Америкой. Нам нужно думать о том, как справиться с внутренними вопросами и проблемами, с дорогами, с решением проблем здравоохранения, образования, с развитием нашей экономики, с восстановлением её, с приданием ей необходимых темпов роста.

Если мы это всё сделаем, то тогда нам не нужно будет ни с кем справляться, потому что в этом случае, – но надо сказать, что только в этом случае, – мы будем чувствовать себя неуязвимыми, перспективными людьми, которые хотят жить в этой стране и гордятся ею. А что касается, может ли женщина быть главой государства, то с этими проблемами, может быть, женщина лучше всего и справится.

Н.Юрьева: Предлагаю посмотреть ещё один детский видеовопрос.

Вопрос: В какое образовательное учреждение надо поступить, чтобы стать Президентом? Спасибо.

В.Путин: В любое, главное – хорошо учиться.

Н.Юрьева: Давайте на этот раз дадим высказаться не одному ребёнку, а сразу целому детскому коллективу?

В.Путин: Пожалуйста.

Вопрос: Уважаемый Владимир Владимирович!

Мы просим Вас от всей нашей хоккейной команды, чтобы Вы нам построили крытый ледовый дворец для нашей команды и нашего города.

В.Путин: Я вижу, ребята занимаются так называемым русским хоккеем. Как в Биробиджане не помочь построить площадку для тех, кто занимается русским хоккеем? Обязательно это сделаем.

Я совсем недавно встречался с нашими выдающимися, без всякого преувеличения, игроками, которые добиваются из года в год блестящих результатов. В целом принимаются решения по поддержке этого вида спорта, которому мы, мне кажется, незаслуженно не уделяем нужного внимания. Посмотрим, что можно сделать и для вот этой замечательной команды из Биробиджана.

Е.Рожков: Мы уже работаем более трёх с половиной часов. И, если позволите, мы сейчас зададим Вам вопросы, которые сами отобрали в ходе подготовки к сегодняшней программе.

В.Путин: Смотрите, там у вас, на бегущих экранах, две вещи есть, но просто там не было адресов: «Помогите спасти дворец, он лицо города, в бюджете нет денег». Я не знаю, это где–то сохраняется, надо бы найти. Там адреса нет. О чём идёт речь?

В.Кораблёва: Бывает, нет имени, фамилии, но есть телефон. По телефону можно найти.

В.Путин: Да, вот это первое. И второе – «Гидрострой» или что–то там ещё, оно проскочило быстро, зарплату задерживает на пять месяцев. Надо посмотреть, где это. Ладно?

Е.Рожков: Итак, вопросы, если не возражаете, от нас с Лерой. Мы отобрали в ходе подготовки к этой программе такие вопросы. Александр из Дубны спрашивает: «Как бы Вы прокомментировали признание Барака Обамы о том, что его главной ошибкой была Ливия?»

В.Путин: Во–первых, это лишний раз подтверждает, что действующий Президент Соединённых Штатов – порядочный человек. Говорю это без всякой иронии, потому что сказать такие вещи – дело непростое. Барак, будучи ещё сенатором, критиковал действия тогдашней администрации за действия в Ираке. Но, к сожалению, будучи сам уже Президентом, допустил те ошибки, о которых он сам сказал, в Ливии. И это правильно, это очень хорошо, что мой коллега имеет мужество делать такие заявления, не все могут это сделать. Его могут по–разному там подкусывать с разных сторон, но это может сделать только сильный человек на самом деле. Это хорошо.

А вот плохо то, что вот эта череда ошибок продолжается, ведь ту же самую ошибку чуть не сделали в Сирии, ещё неизвестно, чем закончится. Но хочу обратить ваше внимание, что нам всё–таки удалось в последнее время выстроить эту работу в достаточно позитивном ключе: у нас и по военной линии, и по линии спецслужб, и по линии Министерства иностранных дел идёт достаточно интенсивная совместная работа по поиску решения для сирийского урегулирования. Надеюсь, что эта совместная работа, так же как это было в недавнем прошлом по другим направлениям, приведёт нас к совместному позитивному результату.

В.Кораблёва: Владимир Владимирович, Никита, студент МИФИ, интересуется, по каким ещё врагам России ударят наши ВКС?

В.Путин: Вы знаете, нам нужно ударить, прежде всего, по бездорожью и разгильдяйству в самом широком смысле этого слова. И если мы сделаем это хорошо, эффективно, добьёмся результата, то тогда наши Вооружённые Силы будут действительно непобедимыми и лучшими в мире, будут такими, какими мы их хотим видеть, а именно компактными, недорогостоящими и современными. И тогда мы вспомним вот эту замечательную песню ещё советских времён: «От тайги до британских морей Красная армия всех сильней». Она и так всех сильней, но нужно, чтобы она укрепилась в этом своём состоянии.

Е.Рожков: Сначала про ту информацию, которую Вы видели на экране: «Гидрострой», предприятие и организация, находятся в городе Алагир, Северная Осетия.

В.Путин: Я потом запишу.

Е.Рожков: Хорошо.

Вопрос из Крыма, город Симферополь, Олег Красов спрашивает у Вас: «Владимир Владимирович, можете ли Вы пообещать крымчанам, что будете баллотироваться в Президенты в 2018 году?»

В.Путин: Спасибо большое за вопрос, но, мне кажется, об этом рано говорить. Я в таких ситуациях говорю одно и то же и хочу это повторить ещё раз: нам сейчас нужно думать не о том, где и как мы будем работать в будущем – нужно думать о том, как оправдать доверие людей сегодня, как добиться тех целей, которые мы перед собой ставим, тех обещаний, которые мы сделали. А в зависимости от того, как будет складываться ситуация и как будет идти работа, будут приняты соответствующие решения.

В.Кораблёва: Ещё один вопрос: «Удобно ли иметь такое слабое Правительство?» – Иванова Елена, Нижний Новгород.

В.Путин: Я не считаю наше Правительство слабым. Повторяю, проблем очень много. Правительство и Центральный банк работают профессионально. Конечно, это сложная работа. Я, как Вы знаете, сам работал в Правительстве. На мой взгляд, это самое сложное, что у нас есть, но и самое интересное.

Конечно, многое нужно сделать для того, чтобы работа была лучше. Мы много обсуждали этот вопрос, в том числе с Председателем Правительства, совсем недавно. И наше общее мнение заключается в том, что у нас не хватает так называемого целевого метода в работе министерств и ведомств. То есть общая задача стоит, но, как мы двигаемся к цели, подчас непонятно: подчас всё вязнет в текучке сегодняшнего дня вместо того, чтобы отслеживать, вот цель такая–то, вот такой–то параметр должен быть достигнут для такого–то министерства и ведомства к такому–то времени; что сделано за квартал, за полгода, за год, что сделано за какой–то более длительный период. И тогда будет ясно, кто как работает, кто за что должен отвечать и каким способом на него воздействовать. Этого точно не хватает, и мы должны совершенствовать работу не только Правительства, но и всего государственного аппарата.

Е.Рожков: Вопрос, пришедший в СМС, очень интересный: «Владимир Владимирович, Вы ругаетесь матом, когда точно знаете, что Вас не снимают? Если да, то на кого?»

В.Путин: Бывает, на себя только.

Е.Рожков: А на подчинённых?

В.Путин: Значит, недоволен собой. Виноват, может, не надо было говорить, но что же греха таить. В России есть такой грех. Отмолим.

В.Кораблёва: «Мы слышали, что Правительство России разработало законопроект, который разрешает деятельность так называемых лотерейных домов. Согласно законопроекту там будут работать не только спринт-лотереи, но и игральные автоматы. Зачем тогда десять лет назад закрывали казино по всей стране, чтобы открыть их снова?»

В.Путин: Да, такой вопрос сейчас действительно в Правительстве обсуждался. Договорились, что этого делать не будем. Честно вам скажу, я против такого решения, потому что это действительно, как бы ни камуфлировалось под какие–то там современные методы и способы игровой деятельности, всё равно это игральные автоматы в конечном итоге. Мы приняли это решение для того, чтобы не алкоголизировать в этом смысле наше население, а сосредоточить игровые зоны в четырёх или пяти местах. Кстати говоря, если мы сейчас примем решение по этим автоматам, то мы и капитализацию, и интерес к этим зонам понизим, и люди, которые вкладывают туда деньги как в весьма доходный бизнес, окажутся в невыгодном положении, поэтому со всех сторон лучше этого не делать. И этого делать не будем.

Е.Рожков: Ну что ж, мы работаем уже 3 часа 38 минут. Больше трёх миллионов вопросов поступило, пять населённых пунктов мы посетили. Возбуждено уже несколько уголовных дел, как мне сообщают. Так что какой–то результат у нашей «Прямой линии» уже есть. Мы надеемся и выражаем надежду, что смотревшие нашу программу чиновники увидели проблемы своих подчинённых, своего населения, услышали озабоченности простых людей и оперативно отреагируют на Ваши поручения, которые уже прозвучали и, мы надеемся, ещё будут. Так что спасибо большое.

В.Путин: Спасибо.

Мы заканчиваем, но, знаете, перед тем как закончить, я хотел бы ещё раз сослаться на экран. Я заметил очень интересное послание, я его прочитаю: «Долгих лет жизни Вам. Баба Зина». Вот баба Зина, так я полагаю, желает долгих лет жизни не только всем присутствующим в студии, но и всем гражданам России. А мы, в свою очередь, давайте поблагодарим бабу Зину за это послание и выразим надежду на то, что и её здоровье останется в целости, сохранности, что она будет счастлива и здорова. Большое вам всем спасибо.

И ещё. Я вчера смотрел эти вопросы, знаю и вижу, что есть много не хамских, но достаточно сердитых вопросов. Я в большинстве своём, почти на 100 процентов, разделяю озабоченности, мягко говоря, тех людей, которые эти вопросы формулируют. Мы это видим, не всегда только удаётся сделать всё так, как бы хотелось, но мы все вместе будем активно работать, чтобы проблем было меньше, а счастливых дней – побольше. Спасибо вам большое!

Е.Рожков: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > kremlin.ru, 14 апреля 2016 > № 1722702 Владимир Путин


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 6 апреля 2016 > № 1713594 Максим Топилин, Вероника Скворцова, Ольга Голодец

Заседание Правительства.

Первый вопрос повестки – о плане мероприятий по реализации в 2016–2020 годах Концепции демографической политики.

Стенограмма:

Вступительное слово Дмитрия Медведева на заседании Правительства

Д.Медведев: Добрый день!

Сегодня мы рассмотрим несколько существенных вопросов, имеющих общегосударственное значение, включая план мероприятий по реализации в период с 2016 по 2020 год Концепции демографической политики.

Я напомню, она была принята в 2007 году. В прошлом году завершился второй этап её реализации, мы приступаем к третьему этапу, который рассчитан на 10 лет. Но госпрограммы спланированы до 2020 года, поэтому мы рассмотрим план на период до 2020 года.

Кризисные явления в демографии Россия испытывала с конца 1980-х годов, они усугубились в 1990-е годы. Демографическая проблема, естественно, не изолирована, она автоматически тянет за собой самые разные трудности – и экономические, и социальные, причём изменить положение в короткие сроки невозможно. Но хотелось бы прямо сказать, что нам удалось не только остановить смертность, сокращение населения, но и добиться его увеличения, что, безусловно, общий результат той политики, которую проводило государство в последние десятилетия.

За годы реализации концепции продолжительность жизни возросла почти на четыре года (это очень хороший результат), достигла в целом, подчёркиваю, исторического максимума, то есть это вообще исторический максимум за всё время наблюдений, включая, конечно, и советский период. В 2015 году он составил 71,39 года.

Впервые с 1991 года мы фиксируем естественный прирост населения – более 30 тыс. человек ежегодно. Рождаемость растёт, в семьях всё чаще появляется и второй, и третий ребёнок, причём рождаемость часто растёт вопреки опасениям демографов. Поколение, которое сейчас как раз является наиболее активным в демографическом смысле, не такое многочисленное, как предыдущее, оно родилось на рубеже 1990-х годов, в известных экономических условиях, тем не менее рождаемость действительно всё равно увеличивается.

Можно с полным основанием сказать, что рост рождаемости стал возможен благодаря эффективным мерам, которые принимались, включая материнский капитал, выплаты на третьего ребёнка, предоставление земельных участков, решение ряда экономических проблем, таких как детские сады, создание условий для работающих матерей. Всё это даёт общий, нераздельный результат.

Но, чтобы сохранить тенденцию, динамику рождаемости, необходимо принимать и дополнительные решения. В плане предусмотрено порядка 50 мероприятий. Прежде всего речь идёт о том, чтобы снижать смертность за счёт повышения качества и доступности медицинской помощи, занятий физкультурой и спортом, создания безопасных условий на производстве, отказа от вредных привычек, ну и ряда других мер. Планируется и дальше поддерживать молодые и многодетные семьи, стимулировать рождение вторых и последующих детей. В том числе будут разработаны дополнительные механизмы, которые позволят многодетным семьям приобретать жильё по льготному ипотечному кредитованию, сделают для них ипотеку более доступной. Недавно на форуме я давал поручение в течение трёх лет ликвидировать очередь на земельные участки для таких семей, очередь эта ещё большая. Будем искать и другие возможности, чтобы выполнить задачи, которые определены в Концепции демографической политики.

В результате к 2020 году численность населения должна вырасти до 147,5 млн человек, ожидаемая продолжительность жизни – до 74 лет, суммарный коэффициент рождаемости – до 1,87, ну и, конечно, должна дальше сокращаться смертность, включая младенческую.

Коллеги расскажут об отдельных моментах, связанных с реализацией этой программы и плана соответствующего.

Сегодня мы рассмотрим три законопроекта, которые оптимизируют администрирование страховых взносов в рамках тех решений, которые будут приняты. Надеюсь, это позволит увеличить собираемость этих платежей, как это удалось сделать по налогам, во-вторых, снизить административную нагрузку на добросовестный бизнес, ну и в-третьих, исключить дублирование функций ФНС и внебюджетных фондов.

И целый ряд других вопросов вынесен в повестку дня. Я только что проводил встречу с Президентом Австрийской Республики. У нас сегодня рассматривается вопрос подписания протокола о внесении изменений в Российско-Австрийскую конвенцию, которая направлена на избежание двойного налогообложения.

Давайте приступим к обсуждению первого вопроса. Максим Анатольевич Топилин.

М.Топилин: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Представляя на рассмотрение план мероприятий по реализации концепции демографической политики на предстоящее пятилетие, хотел бы отразить ряд моментов, которые являются особенными для этого периода. Как уже сказал Дмитрий Анатольевич, мы за предыдущее пятилетие и даже чуть раньше, с 2007 года, достигли очень серьёзных успехов в демографии.

Я напомню, что ещё в 2006 году, когда только начиналась реализация демографической программы, у нас естественная убыль населения составляла 700 тыс. человек в год. Мы перешли за этот небольшой срок, за десятилетие, к естественному приросту, три последних года – естественный прирост населения. Совершенно другие коэффициенты рождаемости: если в начале реализации стратегии это было 1,3 (суммарный коэффициент рождаемости – 1,3 ребёнка на одну женщину), то сегодня это уже почти 1,8, то есть это действительно серьёзный позитивный результат.

При этом реализация мер осуществлялась как в моменты, когда у нас была положительная структура и динамика населения, положительная динамика доходов населения, благоприятная структура внутри различных групп населения, так и тогда, когда уже численность женщин в репродуктивном возрасте начинала стремительно падать. Это мы наблюдаем последние четыре года, уже с 2010–2011 годов. При этом рождаемость росла и не падала.

Это свидетельствует о том, что меры были выбраны правильные и эффективные, поэтому мы в плане мероприятий попытались сформулировать меры таким образом, чтобы постоянно предусматривать дополнительные решения в зависимости от тех финансовых возможностей, которые будут у страны на протяжении 2016–2020 годов.

Я хотел бы сразу обратить внимание на то, что если мы сравним себя с европейскими странами прежде всего, то мы уже перегнали многие страны по суммарному коэффициенту рождений и не догнали лишь такую страну, как Франция. Если брать европейские страны, там суммарный коэффициент около 2. Подавляющее большинство европейских стран имеет коэффициенты рождаемости от 1,2 до 1,4–1,5. И здесь, конечно, с учётом того, о чём сказал Дмитрий Анатольевич… У нас количество женщин в репродуктивном возрасте сокращается, а к 2021 году, к сожалению, это сокращение ещё составит около 3 млн человек – это практически четверть всех, кто относится к этим возрастам. Конечно, нам нужно решить задачу стабилизации рождений и того, чтобы рождения сохранить, по оценке демографов, на уровне порядка 1,75–1,8 млн рождений в год.

Поэтому мы предполагаем, что нам необходимо будет в течение этого периода и за пределами 2018 года сохранить прежде всего такие эффективные меры, как материнский (семейный) капитал, возможно, предусмотрев некие совершенствования по его предоставлению, что мы в принципе делаем постоянно и постоянно находим дополнительные механизмы реализации материнского (семейного) капитала для различных групп населения.

Также нам представляется целесообразным, и эти мероприятия в плане предусмотрены как подготовка мероприятий, – продление за пределы 2018 года программ поддержки семей с третьим ребёнком. Эти программы тоже себя позитивно зарекомендовали, и в тех регионах, где эта поддержка существует, и из федерального бюджета субсидируются эти программы, там суммарный коэффициент рождаемости растёт почти в три раза быстрее, чем в тех регионах, где такой поддержки нет.

И, безусловно, мы наблюдаем, что у нас происходит повышение, увеличение возраста матерей при рождении первенца. Это в принципе общемировая тенденция, но в плане мероприятий мы предусмотрели меры, которые позволят нам в последующем всё-таки скорректировать меры поддержки именно на молодые семьи. Дмитрий Анатольевич сказал о том, что предусмотрены мероприятия по совершенствованию предоставления кредитов и возможных вычетов для молодых семей при предоставлении ипотечных кредитов в том числе.

Самое главное, и это показывает практика и советского периода, и практика нашей страны, заключается в том, чтобы новые меры через какой-то определённый период прирастали. Потому что, безусловно, население, люди привыкают к тому, что уже есть, и необходимо в рамках бюджетных возможностей постоянно эти меры поддерживать и актуализировать, исходя из тех тенденций, которые мы наблюдаем.

Безусловно, также предусмотрены мероприятия по разработке региональных «дорожных карт» для обеспечения доступности дошкольного образования. Эта программа реализована для детишек в возрасте от трёх до семи лет. Мы предусмотрели эти мероприятия продолжать до 2020 года для детей в возрасте до трёх лет. Такие мероприятия необходимо будет подготовить и «дорожные карты» с субъектами реализовать.

Предусмотрены также меры по поддержке занятости женщин, когда они находятся в отпуске по уходу за ребёнком. Эти программы реализуются регионами и тоже показали свою эффективность.

Я хотел бы сказать, что основной резерв, безусловно, мы видим в снижении смертности. Эти мероприятия соответствуют государственной программе развития здравоохранения до 2020 года, которая у нас действует, и тот общий коэффициент смертности (11,4 на тысячу населения, а сегодня это чуть больше 13) позволит нам к 2020 году сохранять ежегодно нарастающим итогом до 200 тыс. жизней. И тогда, если эти действия реализуются и эти прогнозы сбудутся, нам удастся сохранить естественный прирост населения.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в программе впервые предусмотрены меры, направленные на улучшение охраны труда на предприятиях в отраслях экономики, так как, безусловно, статистика и все исследования показывают, что основной резерв в снижении смертности – это снижение смертности мужчин в трудоспособном возрасте. Поэтому программой предусмотрено изменение и в законодательство о страховании от несчастных случаев на производстве. Мы законопроект готовим, который позволит нам переформатировать этот вид страхования с компенсации уже случившихся профзаболеваний, несчастных случаев на превентивные меры, на возможность возвращения человека к трудовой деятельности, на возможность раннего выявления профессиональных заболеваний и, соответственно, реабилитации.

Также планом мероприятий предусмотрена разработка программы «Безопасный труд» на 2018–2025 годы, в которой мы предусмотрим меры по сокращению числа рабочих мест с вредными и опасными условиями труда. Это тоже непосредственным образом влияет на сохранение здоровья.

Несколько слов о региональных мерах. Мы очень часто говорим, что есть сложные регионы, регионы центральной полосы прежде всего, где количество женщин в репродуктивном возрасте ещё меньше, чем в Российской Федерации в целом, и уменьшение этого контингента происходит ещё большими темпами.

Но практика показывает, что субъекты Российской Федерации, которые разрабатывают и реализуют свои программы дополнительных мер, более активно реализуют программу регионального материнского капитала и связывают его не просто со всеми группами населения, но ориентируют его на молодые семьи прежде всего, вводят в силу возможностей какие-то дополнительные пособия, исходя из принципов в том числе нуждаемости, – эти регионы прирастают по количеству рождений, а не падают.

Поэтому на региональном уровне также мы предусмотрели разработку таких мер и предусмотрели утверждение на уровне Правительства целевых показателей по основным демографическим параметрам для всех субъектов Российской Федерации. Такой документ тоже будет подготовлен.

О результатах, Дмитрий Анатольевич, которые мы планируем, Вы сказали. Мы исходим из того, что это является реальным. Будем готовить предложения по реализации плана по линии Минтруда, Минздрава, Минобрнауки, Минстроя, Минспорта – достаточно большое количество участников программы. Документ со всеми согласован. Вчера мы ещё обсудили этот вопрос с Министерством по развитию Дальнего Востока. Коллеги готовят концепцию особенностей развития на Дальнем Востоке. Мы тогда с Вашего разрешения в рабочем порядке в Аппарате Правительства соответствующий дополнительный пункт о таком плане сформулируем. Доклад окончен.

Д.Медведев: Спасибо. У нас концепция, действительно, реализуется не только в министерстве, а прежде всего в регионах. Эта концепция общегосударственная, поэтому я бы хотел, чтобы приглашённые коллеги выступили.

Анатолий Дмитриевич Артамонов, губернатор Калужской области, у нас участвует в заседании. Пожалуйста, Анатолий Дмитриевич.

А.Артамонов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Как и во всей стране, нам удалось значительно улучшить демографические показатели. Так, естественная убыль населения за год сократилась на 30%, и число новорождённых выросло на 7,8%. Это, кстати, второй результат в стране после Севастополя. Коэффициент рождаемости составил 12,7 – это тоже второй показатель, только по регионам ЦФО.

Мы установили доплату будущим мамам на полноценное питание, а также выплату дотаций при естественном вскармливании детей, увеличили вдвое денежную компенсацию на приобретение молочных продуктов для детей второго и третьего годов жизни, продлили до трёх лет срок выплаты детского пособия по уходу, начиная со второго и последующих детей. Оказываем помощь одиноким мамам, семьям военнослужащих-срочников. Замещающую семью получило 93% детей, оставшихся без попечения родителей.

К лету в городе Калуге завершится строительство областного перинатального центра. Пользуясь случаем, я бы хотел пригласить Вас, уважаемый Дмитрий Анатольевич, на его открытие, которое мы планируем приурочить к Международному дню защиты детей.

В результате целенаправленной политики количество многодетных семей в области увеличилось за пять лет в два раз, 70% многодетных семей получили земельные участки, а банк данных таких участков сформирован уже на всю потребность.

Положительным остаётся миграционное сальдо. По количеству прибывших соотечественников наша область также занимает второе место в России.

Хорошим подспорьем в улучшении демографической ситуации станут, безусловно, реализация программы «Жильё для российской семьи» и поддержка ипотечного кредитования жилищного строительства.

В прошлом году мы завершили пятилетнюю программу по обеспечению детей местами в дошкольных образовательных учреждениях. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, люди с огромной благодарностью восприняли решение Правительства о том, что программа по детским садикам нашла своё продолжение в программе по строительству школ.

Однако только деньгами вопросы демографии решить, конечно же, вряд ли удастся. В этой связи считаю, что на государственном уровне должны быть созданы механизмы стимулирования населения к здоровьесбережению. Должно быть выгодно бросить курить и перестать злоупотреблять алкоголем, для наркоманов должно быть предусмотрено не только лечение, но и общественно полезный труд. Выгодным должен стать сам здоровый образ жизни.

В этой связи надо, во-первых, законодательно закрепить для занятого населения обязанность проходить диспансеризацию и сопутствующие скрининги, а отказ от диспансеризации должен повлечь за собой обязательную оплату гражданином части медицинских услуг. Во-вторых, для предприятий можно было бы ввести дифференцированные ставки отчислений в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования в зависимости от степени охвата сотрудников здоровьесберегающими мероприятиями. В-третьих, в перспективе для тех, кто декларирует обязательства по здоровому образу жизни, можно было бы предусмотреть существенные льготы, а для тех, кто такие обязательства нарушит, – значительное уменьшение услуг по медицинской страховке.

Прошу Вас, уважаемый Дмитрий Анатольевич, дать поручение проработать эти предложения. Спасибо за внимание и поддержку.

Д.Медведев: Спасибо, Анатолий Дмитриевич. На самом деле эти предложения нужно проработать, это правильно. Нам нужно понять, какие из них внедрять немедленно, какие попозже. Но в целом нам нужен такой режим регулирования этих отношений, который предполагает взаимную ответственность и органов здравоохранения за профилактику и поддержание, естественно, здоровья самого человека, и наоборот. Потому что, по понятным причинам, далеко не всё способна сделать медицина, если человек сам ничем не занимается. И с точки зрения работодателя это тоже большая проблема. Вероника Игоревна, что-то хотели сказать?

В.Скворцова: Да, спасибо большое. Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Главным вкладом в здравоохранение, в динамику демографической ситуации в нашей стране является увеличение продолжительности жизни за 2015 год на полгода, а в целом, как Вы уже сказали, за время реализации концепции – более чем на четыре года. Важно отметить, что рост продолжительности жизни в значительной мере связан со снижением смертности лиц трудоспособного возраста, и за

2015 год у нас снизилась смертность лиц трудоспособного возраста более чем на 21 тыс. человек – это 4,5%, из них 18 тыс. – это молодые мужчины. Разница между ожидаемой продолжительностью жизни мужчин и женщин сократилась, соответственно, тоже практически на полгода, сейчас она составляет 10,8 года. По сравнению с 11,6 ещё три года назад, это уже, конечно, лучше.

В связи с ростом продолжительности жизни у нас произошли изменения в возрастной структуре населения, в том числе увеличилась доля старших возрастных групп с 22% в 2011 году до 25% в 2015 году, и вклад этих групп в общую смертность увеличился почти до 75%.

В связи с этим для увеличения шага в снижении общей смертности населения при меняющейся возрастной структуре был разработан и утверждён комплекс дополнительных мер, направленных на предотвращение смертности, включающий в том числе еженедельный, ежемесячный мониторинг ключевых показателей доступности и качества медицинской помощи.

Реализация этого комплекса мер, который был запущен в апреле 2015 года, позволила закончить год со снижением смертности на 3,8 тыс. человек. Хотя, как мы помним, I квартал был очень тревожным не только для России, но и для большинства стран Европы в связи с неконтролируемой эпидемией гриппа и ошибкой в вакцинальном штамме, разработанном ВОЗ. В январе – феврале текущего года тенденция к снижению смертности не только сохраняется, но она окрепла. Умерло на 4,9 тыс. с лишним человек меньше, это почти 3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Хотелось бы также отметить особый вклад здравоохранения в увеличение рождаемости, который вносят прежде всего снижение младенческой и материнской смертности. В 2015 году по этим показателям мы достигли абсолютного исторического минимума национального. По данным за 12 месяцев 2015 года, младенческая смертность у нас снизилась более чем на 12% – до 6,5. В 2012 году это было 8,6, то есть снижение за три года на 24%. И хотелось бы также отметить, что в январе – феврале 2016 года младенческая смертность уже 6,1, и более чем в половине наших регионов младенческая смертность ниже, чем среднероссийский уровень.

Материнская смертность, по оперативным данным ведомственного мониторинга, снизилась более чем на 11%, а с 2011 года – в два раза.

Важно отметить также, что благодаря активным мерам по психологической поддержке беременных женщин и организации службы доабортного консультирования в женских консультациях и родильных домах за 2015 год на 8% сократилось число абортов. Это 67 тыс. родившихся детей. А по сравнению с 2011 годом – на 24,5%, 242 тыс. родившихся.

Таким образом, я хочу закончить тем, Дмитрий Анатольевич, что у нас разработан чёткий алгоритм действий, еженедельный, ежемесячный мониторинг всех основных целевых показателей, которые позволяют нам в постоянном режиме контролировать ситуацию.

И я хотела бы согласиться с губернатором Калужской области Анатолием Дмитриевичем в том плане, что все медицинские наши активности вносят максимальный вклад – до 40% – в изменение демографической ситуации. 50–60% – это образ жизни, это вредные бытовые привычки, это ответственность за своё здоровье каждого. Поэтому мы включили целый ряд мероприятий данной направленности, популяционной, соответственно, в ту концепцию, которую мы сегодня утверждаем, и готовы детально дополнительно проработать эти вопросы. Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо.

Пожалуйста.

О.Голодец: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, мы сегодня обсуждаем итоги предыдущей программы и говорим о будущей концепции. Я хочу напомнить, что в прошлом году, когда ситуация у нас зимой действительно обострилась, Вы проводили всероссийское совещание по демографии, которое дало дополнительный импульс в достижении тех результатов, которые мы перед собой ставили. И, что очень важно, результаты достигнуты практически во всех субъектах Российской Федерации.

То, что мы сегодня слышали в докладах Максима Анатольевича (Топилина) и Анатолия Дмитриевича (Артамонова), – очень важно, потому что достичь результатов в таких регионах, как, например, Калужская область (мы об этом говорили), Псковская область, критически труднее, чем в целом по Российской Федерации. Очень сложная возрастная структура населения, и очень сложны те параметры, которые заложены в наших региональных программах.

Я обращаю внимание, что сегодня не просто каждый субъект сформировал программу, которая соответствует своим демографическим проблемам, но и управление этим проектом даёт чёткие результаты вопреки всем ожиданиям и прогнозам.

Принятие этой концепции позволит создать устойчивую демографическую ситуацию на перспективу до 2020 года. Поэтому я тоже за то, чтобы её принять и реализовывать в том же темпе, в тех же объёмах, в которых мы её реализовывали до этого.

Д.Медведев: Спасибо. Есть ещё комментарии? Нет комментариев. Хорошо, спасибо. Нам нужно двигаться по этой концепции. Ещё раз хочу сказать, что вопреки мнению многих аналитиков и всякого рода измышлениям, которые мы слышали из разных мест (кстати, из-за границы их очень много было), нам действительно удалось в значительной мере переломить демографический тренд. Это реальное достижение последних лет. Здесь нечего стесняться.

Нам предрекали абсолютное вымирание населения в стране, а цифры говорят совершенно о другом. Поэтому нужно обязательно закрепить все те успехи, которые были достигнуты в ходе работы над этой концепцией в режиме поддержки наших людей и стимулирования их к рождению детей, развитию семейных отношений.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 6 апреля 2016 > № 1713594 Максим Топилин, Вероника Скворцова, Ольга Голодец


Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 5 апреля 2016 > № 1711131 Николай Никифоров

Брифинг Николая Никифорова по завершении заседания комиссии.

Стенограмма:

Н.Никифоров: Уважаемые коллеги! У нас сегодня состоялось заседание Правительственной комиссии по использованию информационных технологий для работы органов власти и повышения качества ведения предпринимательской деятельности в России, которую возглавляет лично Дмитрий Анатольевич Медведев.

Мы рассмотрели ряд актуальных вопросов. Из важных отметил бы утверждение плана гарантированных закупок российской микроэлектроники. Это часть нашего системного движения в части импортозамещения, в том числе поддержки таких высокотехнологичных отраслей промышленности, как микроэлектроника.

Микроэлектронные изделия используются во многих сферах, это и различного рода идентификационные документы, которые могут использоваться для удостоверения личности гражданина, водительские удостоверения, специальные документы для военнослужащих, электронные полисы медицинского страхования, и многие-многие другие сферы.

Такие перспективные планы ведомства сегодня обсуждали, и был принят ряд решений по дальнейшему внедрению этих технологий.

Кроме того, мы обсудили эффективность расходования средств на информатизацию федеральных органов власти, договорились внедрять единые принципы унификации информационных систем. Смысл в том, чтобы каждое ведомство не создавало свой отдельный набор систем, не проектировало свою собственную инфраструктуру, а максимально использовало уже имеющиеся, созданные мощности, чтобы мы перешли от модели ведомственной информатизации к общему использованию сервисов, в том числе на основе отечественных облачных технологий, как это принято называть в нашей среде специалистов в области информационных технологий.

Также утвердили целый ряд новых планов по переходу к предоставлению услуг в электронном виде, в частности услуг, связанных с органами ЗАГС, выдачей охотничьих билетов, ряда услуг в сфере рекламы и некоторых других.

Кроме того, договорились создать отдельную подкомиссию в рамках нашей правительственной комиссии, которая будет заниматься как раз координацией работы органов власти в части внедрения отечественной микроэлектроники и систем вычислительных комплексов. Мы считаем, что эта подкомиссия также позволит значительно усилить работу по импортозамещению и использованию именно российских изделий в общефедеральных проектах по использованию информационных технологий.

Вопрос: Николай Анатольевич, можно поподробнее про план закупок российской микроэлектроники? Есть какая-то сумма, на которую бюджет будет ежегодно закупать российские микрочипы? Определена она?

Н.Никифоров: Все расходы, которые предусматриваются планом закупок, на самом деле уже сбюджетированы в соответствующих разделах федерального бюджета, закреплённых за теми или иными ведомствами. Самые крупные закупщики с точки зрения гражданского блока – это Министерство внутренних дел, это Минздрав – примерно такие ведомства. Дополнительное выделение финансирования пока не предусмотрено и не планируется, но в целом мы считаем, что переход на электронные, к примеру, различные идентификационные документы позволяет в конечном итоге значительно повысить эффективность, а на самом деле даже сократить в целом расходы ведомств за счёт того, что уходит дублирование, исключаются факты мошенничества с этими документами. То есть это долгосрочный задел, который в том числе поддержит отечественную микроэлектронную промышленность. В целом речь идёт об утверждении плана закупок примерно на 50 млн единиц различных видов изделий с отечественными микрочипами.

Вопрос: Это в год?

Н.Никифоров: Это на период с 2016 по 2018 год. Но ещё раз: это некий базовый план, который, я думаю, будет достаточно быстро расширяться. К примеру, по линии Минкомсвязи России мы уже имели опыт объявления закупки даже серверного оборудования на отечественных процессорах, которые называются «Эльбрус».

Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 5 апреля 2016 > № 1711131 Николай Никифоров


Казахстан > Недвижимость, строительство > inform.kz, 2 апреля 2016 > № 1709656 Анет Нурмагамбетов

На сегодня проблема дольщиков - один из наиболее острых социальных вопросов, требующих своего решения. По словам прокурора управления по надзору за законностью в социально-экономической сфере прокуратуры Астаны Анета Нурмагамбетова, неисполнение застройщиками своих обязательств по строительству объектов недвижимости привело к тому, что тысячи дольщиков не получили свои квартиры в обозначенный срок, и, более того, вложенные денежные средства должным образом не были защищены.

- Закон РК «О долевом участии в жилищном строительстве», принятый в 2006 году, был направлен на минимизацию рисков физических лиц, желающих приобрести квартиру в строящемся объекте недвижимости. Принимая указанный закон, законодатель закрепил правовой механизм, который должен был защитить дольщиков от последствий неисполнения недобросовестным застройщиком своих обязательств. В частности, была определена компетенция местных исполнительных органов в сфере долевого участия в жилищном строительстве, закреплен порядок осуществления контроля деятельности застройщиков и проектных компаний, введено обязательное лицензирование деятельности по организации строительства жилых зданий за счет привлечения средств дольщиков и так далее.

Однако, несмотря на благие намерения, вышеназванный закон фактически не работал. Такая ситуация стала возможной в связи с тем, что привлечение средств дольщиков в соответствии с Законом «О долевом участии в жилищном строительстве» налагает на застройщика множество обязательств, но, с другой стороны, позволяет снизить контроль со стороны государства, упрощает схему привлечения инвестиций от населения, исключает банки-агенты в качестве посредника при заключении договора о долевом участии в жилищном строительстве и прочее. Это в свою очередь породило практику заключения гражданско-правовых договоров, отличных от договора долевого участия (об инвестировании, о предварительной купле-продаже). Более того, привлечение средств дольщиков осуществлялось с использованием застройщиками обычной формы некоммерческого юридического лица - жилищно-строительного кооператива. Следовательно, использование такой нестандартной формы привлечения средств дольщиков также может быть одним из возможных способов ухода от контроля со стороны уполномоченных органов и лишает дольщиков даже тех минимальных гарантий, которые закреплены в Законе «О долевом участии в жилищном строительстве».

Учитывая важность разрешения проблем дольщиков, государством были приняты беспрецедентные по масштабу и объему вкладываемых средств действия по завершению строительства объектов, не достроенных недобросовестными застройщиками. Так, только в последние годы Астане на эти цели выделено 50,8 млрд тенге, в результате чего завершилось строительство 19 жилых комплексов и обеспечены жильем более 7 тыс. дольщиков. В данном случае с точки зрения социальной направленности деятельности государства решение о финансировании завершения строительства недостроенных объектов отвечает высшим ценностям социального государства, при том что обязанности по компенсации потерь граждан вследствие действий недобросовестного застройщика государству не вменялись.

В настоящее время принят новый Закон «О долевом участии в жилищном строительстве», предусматривающий иную концепцию построения отношений между дольщиком и застройщиком. Основным нововведением законопроекта стала обязательность страхования ответственности застройщика перед дольщиками. Данный механизм призван обеспечить гарантию со стороны государства об окончании строительства в случае, если застройщик по каким-либо причинам не достроит объект недвижимости. Для целей страхования будет создана компания с участием государства, которая обеспечит исполнение застройщиком своих обязательств, а также организует завершение строительства в случае наступления страхового случая. Использование такого способа организации долевого участия в жилищном строительстве защитит дольщика от действий недобросовестного застройщика, гарантирует получение им объекта недвижимости, на приобретение которого он рассчитывал при заключении договора. Положительным моментом будет являться также наличие гарантии со стороны государства об окончании строительства, что позволит привлечь большее количество дольщиков на фоне минимизации их рисков.

Несмотря на довольно стройную концепцию гарантирования завершения строительства со стороны государства, новым законом предусмотрены, помимо указанного, два альтернативных способа организации участия в жилищном строительстве: участие в проекте банка второго уровня, а также привлечение средств дольщиков после возведения каркаса жилого здания.

Предлагаемый механизм участия банка второго уровня в целом не сильно отличается от способа организации участия в жилищном строительстве, закрепленном в прежнем Законе «О долевом участии в жилищном строительстве», и сводится к аккумулированию средств дольщиков у банка и предоставлению займа застройщику на сумму, необходимую для завершения строительства.

Третьим способом организации участия в жилищном строительстве презюмируется возможность привлечения средств дольщиков только после завершения строительства каркаса здания. В данном случае, по всей видимости, придерживается логика потенциального снижения риска незавершения строительства при условии, что застройщик самостоятельно возведет каркас за счет собственных средств, стоимость которого составит приблизительно 30% от всей стоимости строительства.

Необходимо отметить, что в новом законе установлен прямой запрет на привлечение денег физических и юридических лиц для строительства жилых зданий иными способами, не предусмотренными законом. Данный запрет должен лишить возможности застройщиков привлекать денежные средства граждан на основании предварительных договоров купли-продажи, инвестирования, о совместной деятельности и так далее.

Полагаем, что включение в новый закон альтернативных способов произошло не без участия Ассоциации застройщиков Казахстана и направлено на предоставление им возможности самостоятельно выбирать желаемый способ организации участия в жилищном строительстве.

Однако, на наш взгляд, необходимо учитывать существующий опыт, который показывает, что участие банка в проекте не служит гарантией окончания строительства, как не является гарантией окончания строительства завершение возведения каркаса здания.

Иными словами, принятие нового закона, при условии сохранения альтернативных способов организации участия в жилищном строительстве, позволит застройщикам вновь привлекать дольщиков без предоставления гарантий завершения строительства.

Сегодня в Казахстане рынок жилищного строительства - самый быстрорастущий и привлекательный, следовательно, ярко отражает многие проблемы, вызванные долевым строительством. На данный момент на стадии строительства только в Астане находится 345 объектов жилья, это около 9 млн кв. м, или 90 тыс. квартир, в том числе коммерческого жилья - 224 объекта. К сожалению, среди широкого круга застройщиков имеются недобросовестные субъекты, которые в обход Закона «О долевом участии в жилищном строительстве» привлекают денежные средства граждан под видом предварительных договоров купли-продажи, инвестирования, о совместной деятельности и так далее, неисполнения обязательств перед своими «инвесторами», «партнерами» (зачастую так называют граждан застройщики в договорах) ввиду нецелевого использования денежных средств или, хуже того, с целью завладения ими мошенническим путем.

Низкая цена, красивый эскизный проект, солидный офис лишь усыпляют бдительность граждан. По результатам проводимого мониторинга и в рамках межведомственной комиссии по вопросам долевого участия в жилищном строительстве при акимате столицы выявлен не один десяток проблемных объектов. Так, одна из строительных компаний в Астане начала продажу будущих квартир, не имея права на земельный участок и при полном отсутствии разрешительных документов. Поэтому закономерно, что по данному факту возбуждено уголовное дело и идет следствие. В связи с этим необходимо отметить, что граждане сами должны быть крайне внимательными при выборе застройщика.

Прежде чем вложить деньги в долевое строительство, необходимо удостовериться в добросовестности застройщика, наличии у него всех разрешительных документов и права на земельный участок.

«Казахстанская правда»

Казахстан > Недвижимость, строительство > inform.kz, 2 апреля 2016 > № 1709656 Анет Нурмагамбетов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 30 марта 2016 > № 1707130 Андрей Мовчан

Особое мнение

Андрей Мовчан, Ольга Журавлева Выступление на телевидении/радио

Эхо Москвы, «Особое мнение»

О.Журавлева — Добрый вечер! Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостях экономист Андрей Мовчан. Здравствуйте!

А.Мовчан — Добрый вечер!

О.Журавлева — И как раз пришли новости по статистике трудовых протестов. Подведены некоторые итоги. 132 случая трудовых протестов в 57 регионах, есть некоторые выводы – вот то, что произошло за первые месяцы 2016 года. В основном претензии по невыплатам зарплат, 50% протестов связано этим. И лидируют, разумеется, регионы, можно сказать депрессивные: Самарская, Свердловская, Кировская области. Это знак чего, как вам кажется?

А.Мовчан — А это, мне кажется, знак ни о чем. Я не знаю.

О.Журавлева — Это ни о чем? Это просто к выборам так удачно совпало?

А.Мовчан — А с чем? Это, во-первых очень

О.Журавлева — Движуха какая-то.

А.Мовчан — Ну, это очень низкий уровень протестной активности в любом случае. Потом, никто же не говорит про количество участников, про объем требований, про накал этого протеста. Под протест подпадает любая активность, связанная с несогласием с действительностью. Она есть в любой нормальной стране.

В Америке в период кризиса, чуть не оккупировали центр Нью-Йорка протестанты, если помните. И, вообще говоря, я бы даже сказал, что протестная активность характеризует здоровье общества а не нездоровье. Тем более, что, если вы обратите внимание на тематику протестов, вообще говоря, тематика протестов весьма пассивна. Никаких политических требований, никаких структурных требований даже против местной власти и руководителей предприятий. Есть общее пожелание, чтобы зарплату выплатили вовремя, которое естественно для любого человека.Это говорит также о том, что в протесте принимают участие люди, которые достаточно пассивны экономически. Они зависят от зарплаты, которую хотят получить. Это не предприниматели, это не индивидуальные предприниматели, это не бизнес, это не менеджмент – это рабочие, это те сотрудники в основном даже бюджетных или крупных как бы моно бизнес-учреждений, которые сегодня находятся в тяжелом положении. Такие протесты ни к чему не приводят с точки зрения структурной. Они будут заканчиваться выплатами зарплат, естественно. Зарплаты всегда выплачиваются рано или поздно, больше или меньше. И вряд ли на социальную ткань как-то повлияют.

О.Журавлева — Скажите, пожалуйста, а протест он такой тихий, подспудный, но постоянно существующий дальнобойщиков, связанный с «Платоном». Ведь были же какие-то шаги: Мы сократим штрафы, мы пока не введем чего-то еще. Но какое-то ядро осталось, оно даже получило разрешение на митинг в 300 человек против «Платона». Это тоже знак ничего? Это ни о чем?

А.Мовчан — Это, с одной стороны, ни о чем, с другой стороны, очень хороший знак. Это же очень хорошая ситуация. Это то, что приближает Россию к самым развитым странам мира.

О.Журавлева — Каким же образом?

А.Мовчан — У нас есть множество небольших клапанов, через которые выходит пар. Вот протест дальнобойщиков. Ядро протеста, митинг в Москве; переговоры с правительством, принятие решений по изменению тарифов – это те самые здоровые системы выпуска пара и оптимизации процессов, которые должны быть в нормальной стране.Не бывает стран, где не может быть протеста. Не бывает идеальных государств. Бывают государства, где протест невозможен, а ситуация неидеальная – и тогда пар разрывает котел рано или поздно. Вот у нас, слава богу, в каких-то аспектах эти устройства для сброса пара и для регулирования системы начинают появляться – это очень хорошо.

О.Журавлева — А как вам кажется по поведению властей, они протестов, на самом деле, боятся? Вот были у нас решения приравнять автопробеги к митингам, любые выходы даже в одиночные пикеты вызывали какое-то особое оживление среди полиции, и так далее. Это страх протестов или просто рефлекторные движения?

А.Мовчан — Я не психолог и не настолько приближен к кругам, чтобы слушать исповеди высших чиновников. Потому мне очень сложно судить, что это. Я думаю –я совершенно не уверен, что я прав, здесь я поступаю как не профессионал — что, на самом деле, психологическая ситуация очень сильно поменялась за годы. В 12-м году они были очень сильно напуганы волной «цветных революций». И тогда их отношение к общественной деятельности, к протестам, наверное, было не вполне адекватно, потому что был страх, действительно, и, возможно, внутренние конспирологи его активно поддерживали за хорошие за хорошие деньги, что волна «цветных революций», она является абсолютным злом для авторитарных режимов, и она докатывается всюду. И вот видите, там Тунис и Египет, и в Сирии началось. И более ранние ситуации в Центральной и Южной Америке – и как же быть? И если мы сейчас разрешим 100 тысячам людей выйти на площадь, значит завтра это будет 10 миллионов, а послезавтра у нас экстремисты возьмут власть. Сегодня отношение к протестам выглядит значительно более индифферентно и в каком-то смысле более рабочее. И это очень хорошо, потому что вне зависимости от того, нравится мне или не нравится то, что делает власть, чем она адекватней, тем лучше. А с другой стороны, существует же инерция системы, а в систему вообще существуют страты, слабо связанный, условно, с Кремлем. Какая-нибудь страта местных силовиков или силовое лобби в Госдуме. И поэтому мы можем видеть законы сегодня, которые продолжают приниматься на волне нервического расстройства 12-го года. И еще через два года можем увидеть то же самое. Потому что негативный сигнал тогда дошел, а позитивный сигнал дать забыли – и вот он продолжает ходить по коридорам. В авторитарной командной системе мы в разных странах, в самых разных моментах можем встречать такие сигналы — «летучие голландцы», которые идут через 10 лет, через 15 лет. Уже все давно прошло, а они все равно бродят, и люди на уровне городничего гоголевского продолжают принимать решения так, как будто всё в силе, а оно уже давно не в силе. Поэтому я бы не стал удивляться, что у нас может быть параллельно конструктивный диалог с дальнобойщиками и запрет бабушкам выходить на улицу. Ну просто из разных страт идет…

О.Журавлева — Возникает тогда вопрос. Если на самом деле здоровое отношение к протестам существует, то значит, власти могут принимать, в том числе, и экономические решения, которые будут непопулярны, значит, они не сильно обращают внимание на то, что… вот «Да ты что! У тебя народ с кастрюлями на улицу выйдет». Есть у них такие рычаги, могут они сейчас этим заниматься, или они так напуганы еще 12-м годом, что стараются народ не злить?

А.Мовчан — Вы все время спрашиваете меня о том, чего я не знаю. Я не знаю.

О.Журавлева — По действиям. Например.

А.Мовчан — Судя по действиям, значительно более здоровое отношение. Значит, меньше напуганы. А, с точки зрения непопулярных мер, так непопулярные меры принимаются. Просто любые непопулярные меры, кроме отнять и поделить, они касаются узких групп граждан страны. Сокращение финансирования медицины, например, реформа медицины — мера крайне непопулярная у врачей, да и у пациентов.

О.Журавлева — У больных.

А.Мовчан — Да. Но, тем не менее, она идет. Она сделана частично, частично будет продолжаться. Все, что связано с постепенным, ползучим повышением налогов и увеличением их количества, и структуры – меры непопулярные у разных групп плательщиков, но они идут. Постоянное увеличение контроля и администрирования в области предпринимательства идет – идет очень быстро. Если вы посчитаете, скажем, темп увеличения количества НРЗБ законов, он экспоненциальный.

О.Журавлева — Много очень согласных и много непонятных слов. Нам нужно будет поговорить об этом поподробнее. Я напомню, что у нас в студии экономист Андрей Мовчан. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева. Ваши вопросы присылайте на +7 (985) 970 45 45. Встретимся после небольшого перерыва.

О.Журавлева — И снова с вами программа «Особое мнение». У нас в студии экономист Андрей Мовчан, который уже начал объяснять, как все устроено непонятными словами, что некие финансовые телодвижения нашего руководства связаны с тем, чтобы нашему руководству как-то подольше продержаться – я правильно понимаю? – на самом деле, а не для того, чтобы нам с вами стало лучше жить и страна наша процвела.

А.Мовчан — Я такого не стал объяснять.

О.Журавлева — Это я пытаюсь понять.

А.Мовчан — Я бы сказал так… Давайте будем аккуратно, чтобы зря никого не обидеть. Я бы сказал так, что нынешняя стратегия поведения нашей власти наводит на мысль о том, что, возможно, основная цель этой стратегии – это сохранение стабильности относительно собственной власти, а не развитие страны. При этом, конечно, мы не можем знать наверняка, какая цель есть. И, более того, даже, учитывая, что у нас система, конечно, тяжело бюрократизированная… вообще, Россия, как и Российская империя 200 лет назад, превратилась в тяжело больную бюрократизмом страну, и все, что писал Салтыков-Щедрин, всё абсолютно присутствует сейчас в России. Вот мы только во время паузы говорили про закон о регулировании всего, который бесконечно издается.

О.Журавлева — Да. Минкомсвязи разрабатывает закон для регулирования краудфандинга и всякие другие удивительные вещи. Каждый день что-нибудь такое разрабатывается.

А.Мовчан — Вот. Я к чему это говорю? Вполне возможно, что мы имеем дело не с сознательным желанием остаться у власти любой ценой, а просто с непониманием небюрократических подходов к управлению. Бюрократические подходы, они очень токсичны для страны. Они развиваются, но когда ты вступаешь на этот путь, вырываться из этой машины очень сложно. Потому что ты видишь любой росток живого как предмет регулирования, как врага, как опасность, а должно все, на самом деле, быть отлито в бетоне, прямоугольно и подчинено циркуляру. А отлитое в бетоне не производит, оно не может ничего создавать. Оно уже отлито в бетоне, оно умерло. И у нас постепенно все заливают бетоном, считая, что, если дерево залить бетоном, то оно имеет более правильную форму для управления.

О.Журавлева — Возможно, порыв-то неплохой – чтобы все было в порядке, чтобы все было стабильно.

А.Мовчан — Как порыв – плохой, но, возможно, из лучших побуждений. Вот этого мы с вами не знаем.

О.Журавлева — Так. Кстати говоря, из таких тоже прекрасных вещей, которые нам обещают… Медведев нам обещает не трогать налоговую систему до 18-го года. Вы уже говорили о том, что это, мягко говоря, неправда, потому что ее уже потрогали и будут трогать дальше.

А.Мовчан — Опять же, что значит, «неправда»? Вот мы с вами имеем дело с тем странным статутом, когда не как в доброй сказке – что говорят, то и делают, и не как в злой сказке – говорят одно, а делают другое, а вот как у нас в России — говорят и делают вещи, друг с другом не связанные никак. Иногда случайно совпадает, а иногда случайно не совпадает. Вот количество налогов растет, и мы это знаем. Ставки, эффективные ставки растут за счет дополнений и изменений в инструкции. К ним добавляются разные пошлины, сборы, акцизы, то есть то, что не совсем как налоги, но живет как налог. Сейчас у нас со всех сторон готовится введение нового очень серьезного налога. Он называется инфляционный налог. Когда у вас, поскольку денег в стране мало, печатают деньги и раздают их очень правильным и очень важным предпринимателям – в стране увеличивается инфляция и это эквивалентно обложению всей нации налогом. Вот вам еще один налог, который вроде как уже и РСПП и специальная новая комиссия по реформам и другие органы при власти общественности начинают маркетировать. Будем мы это делать или нет, пока неизвестно. Но если будем, это будет работать ровно как новый налог на всю страну в пользу конкретных получателей этих денег.

О.Журавлева — Но на самом деле, тогда Медведев и все остальные делают очень правильно. Они говорят хорошие вещи, что «мы будем бороться с безработицей, не будем повышать налоги, будем социальные обязательства выполнять» – вот это все они рассказывают. А то, что на самом деле происходит, никто не заметит. Может такое быть?

А.Мовчан — Ну как «может»? Кто-то заметит…

О.Журавлева — Вот то, что вы сейчас рассказали про инфляцию – люди же не свяжут эти два понятия с налогами или с чем-то еще.

А.Мовчан — Скорей всего, не свяжут. Более того, какие-то конкретные будут довольны от того, что деньги появились у них, и общего довольства в стране, наверное, на краткосрочном этапе станет больше. И вообще, тот вопрос, который мы всегда обсуждаем с западными экономистами, которые говорят: «Как же? У вас катастрофа, у вас падает ВВП, как это вообще все может происходить?» — это катастрофа в обществе, где есть конкуренция и борьба за власть. Когда у вас есть конкуренция, ваш оппонент поднимает на свой флаг вопрос экономической неудачи — и вы теряете власть. Когда у вас нет конкуренция, ну в чем катастрофа? Ну упал ВВП, ну да. Ну мы меньше импортируем. Ну отложили люди свои расходы немножко. Ну через год еще немножко отложат. А с другой стороны, внутреннее производство становится дешевле. Вон недвижимость подешевела драматически и еще будет дешеветь, и скоро рынок вернется в состояние начала века. Поэтому, когда вы боретесь не за стабильность власти, а не за процветание, у вас диапазон возможностей намного больше, и те вещи, которые на Западе кажутся ой-ей-ей! – вы будете воспринимать как мелкие издержки. Ну упал ВВП в долларах на 40%, а в реальных рублях – на 10%. Ну, еще на столько же упадет – ну и что? Главное – чтобы не было протестов массовых. Массовые протесты возникают когда? Когда ты являешься причиной проблемы и об этом говоришь. А когда ты являешься причиной проблемы, а говоришь, что виноват Обама, тогда протест против Обамы может быть всенародным. Ничего страшного не произойдет.

О.Журавлева — Действительно, все делают правильно, все разумно. И в общем, никаких слабых мест нету в этой позиции. Это прекрасно: рассказываем одно, делаем другое, получаем третье.

А.Мовчан — Да. Но все-таки, чтобы быть совсем справедливыми, многие вещи, действительно, делают совсем правильно. Смотрите, рыночная ситуация удержана в стране. Цены образуются через спрос и предложение, их никто не регулирует…

О.Журавлева — Пока.

А.Мовчан — Пока. Но это нет. Центральный банк ведет очень разумную политику, очень жестко контролирует ситуацию, не давая ей сорваться в пропасть никуда, и в общем, провел нас через кризис. Мы уже из кризиса, в общем-то вышли.

О.Журавлева — Вот это радостное событие! Разверните, пожалуйста: что значит, «мы вышли из кризиса»? И значит, дальше – что? – рост начнется?

А.Мовчан — Нет, абсолютно нет. Кризис – это резкое изменение ситуации негативное. Оно прошло. У нас никакого резкого изменения нет. Рубль стабилизировался в достаточной степени как и нефть. ВВП тоже стабилизируется. Падение в этом году будет на 2%, 3%... НРЗБ Но не кризис. Мы перешли в этап затяжной печальный ползучей рецессии, которая может быть много лет, выхода из которой не видно, не просматривается. Но это не кризис, это стабильная ситуация.

О.Журавлева — Стабильность – признак мастерства – это широко известно. Вот еще сегодня пришла новость, которая меня заставила задуматься. Путин – обещали уже – подписал закон об уголовной ответственности за пирамиды. Вроде бы и «пирамидальных» людей и привлекали к ответственности, один даже уже и освободился, как мы знаем, был встречен своими бурными поклонниками. Это зачем нужно? Чтобы что?

А.Мовчан — Еще раз: вы просите меня толковать сны – я это не умею делать. У нас очень много законов, по отношению к которым у меня, как у непрофессионала возникает недоуменный вопрос: это зачем?

О.Журавлева — А как можно с этим поиграть? Какой может быть эффект?

А.Мовчан — Смотрите, есть же статья за мошенничество. Пирамида – это форма мошенничества, потому что явно мотивация у создателей пирамиды отличается от декларируемой мотивации, и в конечном итоге они наносят ущерб. Зачем нужен дополнительный закон? Я могу предложить к нему два использования. Первое использование: если вы делаете пирамиду, то вы неприкосновенное лицо. И тогда пирамиду вы сделали, но по закону о пирамидах вы не на сто процентов попадает, и поэтому вас как бы не за что осуждать, потому что это почти пирамида, но не пирамида. Таким образом, определяя пирамиду в законе, вы даете возможность обхода этого закона. Можно использовать с другой стороны. Например, вы не делали никакую пирамиду. Например, вы собираете фонд и, как для любого фонда, естественно, вы, когда старые клиенты хотят выйти из него, вы за счет денег новых клиентов выдаете им их выгоды. Формально это может подпасть под признаки пирамиды по новому закону о пирамиды, и поэтому вас можно атаковать и даже посадить, поскольку уголовная ответственность. И вы можете очень долго кричать, что, конечно, пирамида – это как во всем мире фонд, — а вам следователь в районном отделе скажет: «Нет, извините, вот закон – читайте, — все вежливо, все правильно, — у вас тут написаны признаки пирамиды – вот у вас есть признаки пирамиды». Вообще, когда человечестве превышает определенную критическую массу, то эти законы дальше работают не на упрощение и уточнение ситуации, а наоборот, на запутывание и усложнение. У нас этого опять же не понимают. Не понимают со времен Салтыкова-Щедрина, и поэтому я бы отослал вас к нему. Если он придет на «Особое мнение» он вам лучше объяснит.

О.Журавлева — К сожалению, Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович просил передать, что пока не может. У нас пока в студии экономист Андрей Мовчан. Это его особое мнение. Меня зовут Ольга Журавлева. Мы вернемся после небольшого перерыва.

О.Журавлева — И снова с вами программа «Особое мнение». В студии экономист Андрей Мовчан. Народ очень оживился. Все вспомнили сбор денег на капитальный ремонт: «Пирамида или нет», — интересуется «Нищий российских пенсионер, дед из Свердловской области». Вот просто классический человек, которого интересует капитальный ремонт. Вот, кстати, а с этими пирамидами… ну хорошо, с этими инструментами при помощи которых власть потихонечку подгребает отсутствующие у нее средства, под себя – с ними, невозможно, бороться, или нас все будет устраивать еще долго?

А.Мовчан — Я не очень понимаю, что такое «с ними бороться».

О.Журавлева — Ну почему? Капитальный ремонт – вроде все закричали где-то, а потом тихо съели. Вот что еще нужно сделать? «Платон» ввели – там есть несколько человек, которые протестуют. Остальные – вроде так тихо разошлись. Что еще можно сделать, какой еще вариант отнять у нас денег?

А.Мовчан — Вариантов отнять денег очень много. И все-таки, возвращаясь к логике протеста, здесь же надо, что понимать? Что мир тысячелетия вырабатывал эффективные механизмы балансировки интересов, и ничего умнее выражения своих интересов на выборах, он не придумал. Потому что на самом деле очень сложно миноритарным группам отставать свои интересы другим способам, а при подобных экспериментах всегда страдает либо ваш миноритарный интерес, либо миноритарная группа интересантов. И в этом смысле скорее надо задавать вопрос, насколько российской общество будет готово не иметь инструмента выборов эффективного. Что значит, неэффективного инструмента выборов? Не потому что власть его испортила. Испортить инструмент выборов власть не может. А, потому что его само общество не принимает как инструмент. Общество продолжает голосовать за «кто мне понравился»…

О.Журавлева — «За кого на работе сказали»,

А.Мовчан — «За кого на работе сказали», «за кого заплатят сто рублей». Общество продолжает не голосовать, потому что «ничто не поменяется никогда», и так далее.

О.Журавлева — Но мы же знаем, что там придет какой-то условный Чуров или ныне уже Памфилова и все равно посчитают, как им надо

А.Мовчан — Но это же неправда. Это неправда в том смысле, что Чуров, конечно, посчитает, как им надо – мы это видели – но это ничего не изменит. Потому что, как по мнению статистиков, неадаптированные Чуровым результаты «Единой России», были 35%, а адаптированные типа 48% — а что это меняет? У «Единой России» все равно было 35% на самом деле. И все равно с коммунистами и ЛДПР они бы имели свои не 70, но 60, 50. То есть, на самом деле, у нас парадоксальная ситуация в некотором смысле в стране: у нас не надо, вообще говоря, фальсифицировать выборы для того, чтобы получить тот же самый результат. И вот здесь вопрос, который, я думаю, не мне решать, не мне отвечать. Я всего лишь экономист, я не большой социолог и совсем не психолог. И когда страна придет к состоянию, когда люди всерьез отнесутся к выборам, я не знаю. Пока они относятся не всерьез, никаких других методов выражения протеста у них не будет. Не с дубинами же идти на усадьбу барскую. И люди это понимают. Вообще говоря, мы живем недостаточно плохо, чтобы с дубинами идти, в своей массе. Даже дед-пенсионер из Сибири, он живет недостаточно плохо, чтобы брать в руки дубину. И в этом смысле у нас запас еще лет на 5 точно. А если правительство, власть будет вести себя разумно, так, может, и 15.

О.Журавлева — Ух, ты! А вот, кстати, о разумности. Разумное поведение в этой ситуации. Понятно, что они не по злому умыслу сейчас как-то пытаются немножко отобрать денег – вполне для конкретных целей. У них есть задачи, которые надо решать раньше, чем выплачивать тете Маше ее пенсию или что-то индексировать. К чему приведет недостаток денег в этой сфере – когда одни из структур, требующая этих денег, вдруг этих денег не получит? Что произойдет? Тоже можно как-то будет и дальше жить.

А.Мовчан — Ничего. Потому что, во-первых, очень много структур. И существует достаточно хорошо построенный баланс интересов, и в принципе заменимость достаточно высокая. То есть, если какая-то структура взбунтуется, ее достаточно легко привести в порядок. Мы видели громкие исчезновения. Лужков и Якунин – только два наиболее понятных на слуху примера. Громкие исчезновения не сопровождаются ничем, потому что как только человек элиминируется из общей системы, он оказывается один против всей системы. И это работает. Поэтому будут договариваться. Поэтому каждый из элементов системы будет получать несколько меньше, потому что денег дет, и будет на это соглашаться, потому что это лучше, чем ничего. И это очень стабильная конструкция сама по себе. Должно стать совсем ничего для того, чтобы много элементов сразу решили, что им это невыгодно. А, с точки зрения тети Маши, так тетя Маша тоже еще пока жива. У нас даже еще при нынешней ситуации количество официально бедных людей в разы меньше, чем в Индии или в Китае. А в Индии в Китае, в общем, тоже все стабильно.

О.Журавлева — Да, хотя тоже не то чтобы очень лучезарно. «А как вам нравится идея, чтобы каждый гражданин оплачивал свои налоги сам? Может, так институт выборов заработает как надо?» — пишет Костя из Вологды. На самом деле таких идей я за последнюю недели в социальных сетях – таких высказываний – встретила сразу несколько от самых разных людей. Хот, по-моему, еще в программе «Фискал» покойного Александр Петровича Починка о этом много раз говорилось – что, когда человек платит налоги сам, он хочет знать, на что их тратит и становится совсем другим гражданином. В этом смысле может пойти власть на то, чтобы граждан сделать настоящими налогоплательщиками, или ей это невыгодно?

А.Мовчан — Мне кажется, что ей это невыгодно. Эта идея, безусловно, контрпродуктивна для стабильности, потому что на сегодняшний день ответственность и восприятия размазаны по трем точкам приложения. Одна точка приложения – работодатель. Вторая точка приложения – работник, как получатель денег. И третья точка приложения денег – работник как плательщик денег. И когда вы изымаете больше денег за счет налогов на работодателя, налогов на работника и повышение цен – то болевой эффект значительно ниже. Человек субъективно чувствует это значительно меньше, хотя результат тот же. Повесьте это все на работника – и он увидит, что это не 13% платит на самом деле, а 50%. Да еще плюс огромный объем денег выплачивает в опосредованных налогах через свои затраты. И вообще, окажется, что он все 70 платит, и остается ему только 30 на реальное потребление, и он очень расстроится, потому что продавать ему историю о том, что у нас низкие налоги в отличие от Европы, будет тяжело. С другой стороны, с точки зрения развития страны, это было бы, конечно, крайне позитивно. И, я бы сказал, что во многих вещах работнику и, вообще, гражданину нужно предоставлять выбор: например, платить в Пенсионный фонд деньги или самостоятельно накапливать. Сделать минимальный объем, который он платить должен. Почему – потому что, если ты потеряешь все деньги, мы тебя в старости все равно будем кормить. И все остальное – позволять ему принимать решение. Вот то, чего у нас сейчас нет. С медициной то же самое: платить минимальный объем…

О.Журавлева — Покупай себе страховку.

А.Мовчан — Как бы плати минимальный объем, потому что, если ты без страховки, то мы все равно тебя лечим, а в общем, покупай себе страховку того уровня, на который ты претендуешь. Но здесь еще проблема… Если бы даже правительство сказало: «О’кей, мы рискнем, мы поставим на развитие страны в ущерб стабильности», — но надо же еще преодолеть мощнейший бюрократический заслон. Вот пойдите попробуйте, чтобы тариф обязательного медицинского страхования был частичным покрытием расходов, чтобы человек мог прийти и сказать: «Нет, я хочу более высокий уровень обслуживания, поэтому пусть тариф будет заплачен, а я сверху заплачу». Но для этого же надо издать 150 подзаконных актов. Кто их будет издавать? Сколько министерство должно их между собой согласовать и в каких формах.

О.Журавлева — Это дорого обойдется.

А.Мовчан — Да. Может быть, даже проще ничего не менять иногда.

О.Журавлева — Ужасная перспектива. Вы все-таки считаете, что недостаток денег еще не настолько катастрофичен для государственной машины, чтобы она предприняла какие-то резкие реформы.

А.Мовчан — Я читаю, что недостатка денег еще нет совсем, во-первых, мы понимаем, что мы всего лишь спустились на уровень середины нулевых по реальным объемам денег. И на уровне середины «нулевых» жили вполне себе прилично в государстве. Во-вторых, потому что внутренние карманы и резервы бюджета все еще такого размера, что явно видно, что наверху есть расслабленность. Потому что, если бы ее не было, пошли бы по очевидным местам сокращений. Они, действительно, очень большие, бюджет, действительно, можно очень сильно сокращать без ущерба.

О.Журавлева — А давайте вот посокращем бюджет без ущерба? Вот скажите, когда публикуются статьи бюджета, там описывается всё, он похож на разумный бюджет, или там есть какие-то перекосы? Вот что там можно было сократить?

А.Мовчан — Ну смотрите. Еще раз: я на себя очень много беру сейчас, грубо говоря об этом…

О.Журавлева — Ну мы фантазируем! Чего нам не посокращать бюджет-то?

А.Мовчан — Ну, давайте безответственно попробуем посокращать бюджет. На мой взгляд, там есть четыре очень важных места. Первое самое просто место. У нас государство попало в заколдованный круг регулирования. Чем больше ты регулируешь, тем больше тебе нужно регуляторов. Чем больше у тебя регуляторов, тем больше тебе хочется регулировать. У нас количество чиновников, по-моему, процентов на 20 превышает количество чиновников Советского Союза, в котором регулировалось все, включая спаривание мух.

О.Журавлева — Вы имеете в виду все 15 республик, 15 сестер?

А.Мовчан — Я имею в виду на 100 тысяч населения, удельное количество. Я имею в виду пропорцию, долю населения. Это говорит мне косвенно, что: а) наши чиновники очень малоэффективны, и можно просто было попросить их работать эффективнее, и б) что у нас невероятное левое, избыточное регулирование, потому что рыночная экономика не может регулироваться сопоставимо с социалистической; объем регулирования должен упасть норматически. Это первое место. Ну, просто пройтись, посмотреть, а зачем мы это регулируем вообще? Может быть, это не надо регулировать? И волшебным образом 10 тысяч чиновников сразу вывалились из бюджета вместе с зарплатой.

О.Журавлева — Так они ничего делать не умеют.

А.Мовчан — Так это их проблема. В некотором смысле мы для того, чтобы сделать лучше в стране в целом, мы должны заставить людей хотеть, чтобы было лучше в стране, в том числе и, таким образом: пойти поработай, найди работу, перестань перекладывать бумаги с места на место. Помните, был замечательный фильм, по-моему, Эльдара Рязанова «Забытая мелодия для флейты». У нас страна превратилась в этот НИИ уже практически полностью сейчас. И надо от этого как-то избавляться. Вот это первая область. Вторая область – это огромный объем вещей, которые мы делаем, которые можно было не делать. Вот я слышал недавно – я боюсь соврать, я не военный эксперт – что у нас в два с половиной раза больше проектов межконтинентальных ракет, чем в Америке. Ну, наверное, нам не нужно много разных межконтинентальных ракет, наверное нужно сократить количество проектов.

О.Журавлева — Начинаете…

А.Мовчан — Да, я еще раз говорю, я не военный эксперт. Третий очень серьезным момент. Можно просто пройтись по статьям бюджета и выловить те, которые сделаны ради собственного удовольствия.В бюджете Министерства финансов я видел огромную, очень дорогую программу усовершенствования эффективности межрегиональных расчетов.

О.Журавлева — О прелесть какая!

А.Мовчан — За огромные деньги. Ну, может быть, можно избежать временно совершенствования эффективности – сэкономить сотни миллиардов рублей? И если вы пойдете по этим пунктам – вы неожиданно замечаете, что бюджет процентов на 30 сократился и очень все хорошо.

О.Журавлева — В любом случае это оптимистичные слова, потому что какие еще резервы есть прекрасные в стране, сколько еще денег можно найти – это же прекрасно! Спасибо, что вы нам об этом рассказали. Это экономист Андрей Мовчан со своим особым мнением. Всем спасибо, всего доброго!

Россия > Госбюджет, налоги, цены > carnegie.ru, 30 марта 2016 > № 1707130 Андрей Мовчан


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 24 марта 2016 > № 1704892 Вероника Скворцова

Интервью Министра Вероники Скворцовой газете "Аргументы недели"

-Вероника Игоревна, знаю, что, еще будучи врачом, вы предложили программу, которую Минздрав РФ включил в Национальный приоритетный проект "Здоровье". Как это произошло?

- Отчасти положительное стечение обстоятельств. В правительстве как раз всерьез размышляли над созданием прорывных национальных проектов в сфере здравоохранения. А тут и я, как говорится, удачно зашла. Объясняю. Дело в том, что тогда я работала директором Научно-исследовательского института инсульта Российского государственного медицинского университета, совмещая свою деятельность с международной: была избрана исполнительным директором Всемирной федерации инсульта и руководила Международной экспертной группой по организации медицинской помощи при инсульте. Нашей группой была разработана система наиболее эффективной помощи, основанная прежде всего на максимально быстрой госпитализации в специально созданные инсультные центры (stroke units) двух уровней - первичные, имеющие все необходимые базовые элементы, и высокотехнологичные (или региональные), не только содержащие дополнительные высокотехнологичные методы лечения, но и контролирующие соподчиненные первичные центры через телемедицинскую связь. Словом, была создана уникальная модель тщательно выстроенной сетевой структуры инсультных отделений с учетом времени перевоза больных, каких-то особенностей регионов. Эта наша разработка получила 1-й приз Всемирной федерации инсульта. Обидно было, что признанная лучшей в мире наша российская программа сразу начала внедряться в большинстве стран Европы, также американо-канадским консорциумом по инсульту, но в России она казалась нереализуемой и более того - фантастичной. Я решила попробовать убедить Минздрав в необходимости перехода к современной и эффективной системе помощи при инсульте. Записалась на прием к директору профильного департамента Руслану Альбертовичу Хальфину. Руслан Альбертович, психиатр по образованию, услышал меня и поддержал. На следующий день он уже докладывал программу Михаилу Юрьевичу Зурабову, тогдашнему министру, а тот - дальше и выше. Все начало сдвигаться! Но когда я настойчиво доказывала, что инсульт - не приговор, что нам нужно лишь в течение так называемого "золотого часа" довезти больного до клиники, а затем в течение 15-20 минут от ее порога сделать томографию, чтобы определить характер заболевания и оперативно начать правильное лечение, то меня называли фантазеркой. Что ж, понятно. Ведь на всю страну в 2007 году было четыре круглосуточно работающих компьютерных томографа. Но ведь сбылось! Начиная с 2008 года нам удалось снизить смертность от инсульта в два раза. Такого рывка история еще не знала!

- Что ж, еще советский классик Юрий Герман в романе о враче "Дорогой мой человек" призывал служить избранному делу, бороться за него - самозабвенно и бесстрашно.

- Все правильно. И книгой Германа я зачитывалась в юности. Я много лет проработала в клинике неврологии, руководимой моим учителем академиком Евгением Ивановичем Гусевым, в 1-й Градской больнице, где возглавляла службу нейрореанимации - одну из первых в стране. Это был колоссальный опыт, увы, зачастую печальный. Когда в 1980-х годах я пришла в неврологию, хуже и страшнее отделения не было. Тяжелый запах. Кровати огорожены досками, удерживающими парализованных больных от падения.

В общем, полное ощущение безнадежности. Летальность (частота смертей) - высочайшая: при ишемическом инсульте - до 35-40%, при геморрагическом - до 80-90%. С этим нельзя было мириться. И мы начали свою работу, еще не слишком веря в успех. Но, забегая вперед, скажу: сегодня летальность при ишемическом инсульте составляет до 10%, а при геморрагическом (в лучших клиниках) - примерно 30-35%. Сравните - есть разница?

- Действительно, Вероника Игоревна, цифры поражают воображение. Но расскажите, как вы пришли к формированию вашей программы?

- С 1997 года я заведовала кафедрой фундаментальной и клинической неврологии в Российском государственном медицинском университете. Занимались не только клиникой, но и фундаментальными нейронауками, биофизикой, биохимией, кибернетикой. Вначале моя кафедра работала на базе 20-й московской больницы, а с 2001 года меня пригласили в клинику №31, чтобы открыть там специализированное инсультное неврологическое отделение. К слову, это был первый в стране так называемый "stroke unit" - инсультное отделение, созданное нами по собственной, тщательно продуманной модели. Замечу, что наша модель и разработанный четкий алгоритм действий позволили лишь за первый год работы снизить летальность на... На сколько, как вы думаете?

- Ну, положим, процентов на 30. Угадал? - В три раза! И это при всех формах инсульта. Резко, просто обвально... Разумеется, мы тщательно проанализировали и систематизировали полученные результаты. Меня пригласили возглавить группу во Всемирной федерации инсульта. Наш проект - по организации и структуре инсультных отделений в мире был признан наиболее эффективно работающим. А мы с коллегами решили пойти дальше. Смоделировали сетевую структуру из 2-уровневых инсультных отделений. Как я уже говорила, основу составляют так называемые первичные (или межрайонные, межмуниципальные) отделения. На целый их куст (как правило, от 3 до 6 первичных отделений) формируется один региональный центр, у которого те же функции, однако вдобавок он еще оснащен нейрохирургическими, эндоваскулярными, сосудистыми технологиями, позволяющими делать сложнейшие операции. Словом, один центр как бы держит на себе куст первичных отделений, оказывая им помощь - по телемедицинским каналам связи и выездными бригадами. Такова в общих чертах разработанная структура. Собственно, с этим я и пришла в Минздрав. И к моему удивлению, вскоре мне было предложено стать заместителем министра здравоохранения и социального развития - куратором медицинского направления.

- Но, по слову поэта: "И невозможное - возможно..." Ведь так?

- Спорить не стану... Сегодня межмуниципальные и межрайонные первичные центры созданы и еще создаются на базе либо сильных городских, либо центральных районных больниц. Самое важное - идет стратегически верное их размещение, чтобы из любой точки региона в течение того самого "золотого часа" больного можно было бы доставить туда, где ему окажут своевременную и квалифицированную помощь. Тут учитывается все: и наличие дорог, и их состояние, и тому подобное. Сейчас сосудистых центров в России - уже более 540. Это, по сути, технопарки, обеспеченные подготовленными медицинскими кадрами. Мы в министерстве успели привыкнуть, что каждый регион ежемесячно отчитывается - по количеству проведенных стентирований коронарных сосудов, тромболизисов при остром коронарном синдроме и ишемическом инсульте, по другим видам помощи. И все это делается - и успешно - в глубинке, вдали от столичных клиник. Буднично и спокойно. Обычная практика - вот что самое главное.

- Мне кажется, еще лет десять назад мало кто верил, что такое возможно в нашей стране, переживающей непростой период. С тревогой говорили о сокращении населения, повышении уровня смертности, невозможности получить в глубинке квалифицированную медицинскую помощь. Наверное, проблем и сегодня хватает. Минздрав РФ то и дело критикуют. Заслуженно?

- Когда - да, когда - и нет. Честно говоря, мы дорожим конструктивной критикой. Сигналы с мест позволяют устранять недоработки, усовершенствовать всю эту сложную систему. Но не забывайте, мы не компактные Латвия или Швеция, мы - огромная страна. У нас каждый из 85 регионов имеет своеобразие - как географическое, климатическое, экономическое, так и демографическое, культурное. Сейчас ведется большая работа - по созданию единых для всей страны "правил игры" - единых порядков и критериев качества оказания медицинской помощи, критериев ее доступности, единых перечней гарантированных лекарств и имплантов, единых аккредитационных требований к подготовке медицинских работников. Мы поддерживаем все форматы открытого общения с нашими коллегами - через горячие линии, сайты, встречи и т.д. Мы рассчитываем вместе с населением "зачистить" наше здравоохранение от тех несовершенств, которые накопились за долгие годы и, увы, не все еще изжиты, а также от тех нарушений, которые встречаются на местах. К примеру, выяснилось, что в 20 регионах нет должного количества тромболитиков - жизнеспасающих препаратов, растворяющих тромбы в сосудах. Как бороться с инфарктами миокарда и ишемическими инсультами без них? При этом системой ОМС были выделены необходимые средства. В чем дело? Ответ прост: халатность на местах. Просто беда. И нужно снова дергать за ниточки, переходить на ручное управление...

Не знаю точно, сколько лет потребуется, чтобы заставить систему действовать бесперебойно, по разработанным нормативам, но для себя я поставила временную планку - до 2020 года.

- Когда-то в юности вы задумали, что станете врачом. И все сбылось. Что оказалось решающим в выборе профессионального пути? Запомнившаяся книга, советы бабушки или дедушки, наставления родителей?

- Мои родители после мединститута по распределению попали в подмосковный поселок Красный Строитель. Они поженились рано, когда еще учились, и я все прекрасно помню: и нашу однокомнатную квартирку, и то, как зимой машина довозила маму до больших сугробов, а дальше она шла к больному по глубоким снегам. Нередко в стужу, в метель, а зимы были суровые. И возможно, именно тогда я впервые начала осознавать важность этой профессии.

Родители впоследствии защитили диссертации, стали известными детскими неврологами. Отец - ученик знаменитого академика Левона Оганесовича Бадаляна, основателя детской неврологии в нашей стране.

- Известно, что вы - врач в пятом поколении. Четыре поколения врачей трудилось до вас, создавая династию. И все это не случайно и не напрасно...

- Думаю, не напрасно. Мой прапрадед Петр Георгиевич Аврамов стал профессором Военно-медицинской академии в 1896-м, в год коронации Николая II. Еще он был главным врачом Казанской железной дороги, основателем и первым деканом медицинского факультета Нижегородского университета. Писал книги, по которым училось не одно поколение студентов. Умер достаточно рано - в 64 года, от инсульта. От болезни, которой я занимаюсь много лет. Мне кажется, я могла бы ему помочь... И еще удивительное совпадение: его дочь Ксения Петровна, моя прабабушка, была выпускницей Высших женских курсов, где получила медицинское образование. А из этих курсов со временем и возник наш 2-й Московский государственный мединститут имени Пирогова, знаменитая Пироговка, которую я и окончила в 1983 году и с которой была связана моя врачебная и научная деятельность.

-Что вы делаете, когда нелегко, когда наваливается усталость?

- Слушаю музыку. Я окончила две школы: математическую - с золотой медалью и музыкальную. Всегда любила учиться. В какой-то момент хотела стать аранжировщиком или дирижером, управлять оркестром. Но выбор был сделан все-таки в сторону медицины. А музыка и так всегда со мной. Люблю Рахманинова, особенно его 3-й концерт. Но в моей жизни все стремительно меняется, и мне порой кажется, что его музыка излишне эмоциональна. И когда нужно что-то решать - жестко, бескомпромиссно - требуется другая музыка, алгебраическая, левополушарная. И приходят Моцарт, Вивальди. За инструментом сидеть некогда. Слушаю в машине. Но могу просто закрыть глаза, и мой мозг способен воспроизвести мелодию - в точной партитуре, разложенную по партиям...

- Вот вы произнесли: мозг. Ваше многолетнее направление - неврология. Директор НИИ инсульта РГМУ, вице-президент Национальной ассоциации по борьбе с инсультом, директор Всемирной федерации инсульта, генеральный секретарь Европейского совета по проблемам инсульта - это все о вас. Кроме того, вы - автор более 400 научных работ, обладатель десятка патентов на изобретение. Что же такое человеческий мозг? Все ли науке о нем известно?

- Наш мозг - это целый мир, это космос. Да, за последние 20-30 лет мы многое узнали о нем. И все же основные тайны мозга остаются непостижимыми. Прекрасно, что созданы самые современные компьютеры, основанные на концентрации огромного объема памяти в очень малом пространстве. Но все это позволяет лишь отдаленно представлять, как сложно устроен мозг, состоящий из миллиардов клеток. Причем каждая малая часть мозга устроена по-своему, на всех уровнях - молекулярном, биохимическом, нейрофизиологическом. Человечество радуется, что может воспроизводить малые фрагменты мозга. Думаю, что надеяться на то, что удастся полностью расшифровать структуру мозга, - это большая самоуверенность. Не уверена, что людям вообще когда-нибудь будет дано познать мозг в полной мере. Более того, в последние годы были открыты таинственные зоны мозга, в которые отсылается определенная информация, воспринятая из окружающей среды, для ее погашения и не-осознания: мозг сам защищает человека от "излишних", возможно, травматичных сигналов.

- Но почему вдруг внезапно приходит беда, и мозг взрывается катастрофой: инсульт?

- Насчет катастрофы - кровоизлияния в мозг (геморрагического инсульта), инфаркта мозга (ишемического инсульта)... Причины возникновения этих страшных поражений - самые разные. В основе - атеросклероз и гипертоническая болезнь. Только ишемического инсульта существует более 100 форм. У каждой - свое сочетание причин. Но во многом влияют на развитие сосудистых заболеваний социальные факторы. К примеру, образ жизни - это более 60%. Такие вредные привычки, как курение, злоупотребление алкоголем, недостаточная физическая активность, избыточное потребление соли, сахара, животных жиров, так же как и хронический стресс, уныние и пониженное настроение - во много раз увеличивают риск инсульта и дополнительно осложняют его течение.

Тем не менее в лечении этих тяжелых недугов мы продвинулись, и существенно. Больные не только выживают, но и сохраняют свои функции, уходят из стационара на своих ногах. Новые технологии диагностики, лечения и ранняя комплексная реабилитация, начинающаяся с первого дня в реанимационном отделении, - важнейшие смысловые компоненты нашей сосудистой программы, которые внедряются так же активно, как и организационная структура отделений и центров.

- Понимаю, Вероника Игоревна, вы прежде всего профессор невролог. Само собой, это направление вам ближе. А как же с другими заболеваниями?

- Разумеется, и они не забыты. Работает множество программ развития - по снижению смертности от острого коронарного синдрома и инфаркта миокарда, тяжелых комбинированных травм, в том числе связанных с ДТП, онкологических заболеваний, пневмоний, туберкулеза, ВИЧ и других недугов. Эти программы тоже являлись частями Национального приоритетного проекта "Здоровье". По сути, заложена новая матрица в сознании современной российской медицины.

Да, трудностей и сбоев хватает, но многое изменилось, меняется до неузнаваемости. Если обратили внимание, то президент Российской Федерации в своем Послании отметил: когда запустили программу поддержки высокотехнологичной медпомощи, то в год делали всего 60 тысяч таких операций - на всю страну. А в 2015 году - более 800 тысяч. Сам перечень этих операций многократно расширился. И то, что считалось высокими технологиями в 2006 году, - сегодня просто растиражированная специализированная медицинская помощь, включенная в базовую программу обязательного медицинского страхования. А жизнь идет, и в России уже проводят- ся сложнейшие операции по комплексной трансплантации сердце-легкие. А 80% операций по пересадке почек делают в региональных клиниках, а не в столичных центрах.

- Признайтесь, бывают дни, когда вы жалеете, что оставили науку, практическую медицину и ушли в министерство?

- Я очень любила и люблю то, чем занималась до прихода в министерство. Но если раньше могла помочь тысячам человек в год, то сегодня появилась возможность помочь миллионам. Благодаря моим предшественникам был создан фундамент, на основе которого представилась возможность строить "здание" современной медицины. Это очень важная и творческая работа, требующая полного посвящения и самоотдачи. Все медицинские, научные и организационные навыки прежней профессиональной жизни здесь полностью востребованы и более того - являются необходимыми для понимания путей развития.

- Один мудрый человек советовал судить о своем здоровье по тому, как мы радуемся утру и весне. Неплохой совет, правда?

- Очень верное высказывание. Весну я люблю. А каждому утру радуюсь, потому что оно всегда обещает день, наполненный интересными открытиями, встречами и делами. Ведь медицина - это действие, а не ожидание.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 24 марта 2016 > № 1704892 Вероника Скворцова


Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 23 марта 2016 > № 1697678 Сергей Иванов

Заседание рабочей группы по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательства.

Под председательством Владимира Путина состоялось первое заседание рабочей группы по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательства. Обсуждался ряд предложений бизнес-сообщества, касающихся законодательного обеспечения прав предпринимателей.

Рабочая группа сформирована в феврале 2016 года для организации взаимодействия предпринимательских объединений с федеральными органами исполнительной власти. В её состав вошли представители Администрации Президента, МВД, ФСБ, СК и Генеральной прокуратуры, а также крупнейших ассоциаций бизнеса: ТПП, РСПП, «ОПОРЫ России» и «Деловой России».

* * *

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Я регулярно встречаюсь и с представителями бизнес-сообщества, и, разумеется, так же систематически с руководством различных правоохранительных органов и специальных служб. И от тех, и от других слышу претензии в адрес противоположной стороны, причём на постоянной основе.

В общем и целом это понятно, есть определённый конфликт. Правоохранители защищают интересы всего общества и государства, и это их святая обязанность. Предприниматели указывают на то, что сотрудники правоохранительных органов преувеличивают или, так скажем, превышают свои полномочия и, действуя таким образом, разрушают так нужную нам благоприятную бизнес-среду.

Что эта сфера чрезвычайно важна – не подлежит никакому сомнению. Потому что только при создании благоприятного бизнес-климата мы можем рассчитывать на то, что наша экономика, в целом экономика Российской Федерации будет конкурентоспособной и эффективной.

Нам нужно обеспечить главное – безусловное выполнение законов со стороны всех граждан России, чем бы они ни занимались: и правоохранительной деятельностью, и бизнесом.

На одной из встреч с Александром Николаевичем Шохиным, даже не на одной – на последней встрече мы договорились, что создадим такую площадку для анализа правоприменительной практики. Но руководители бизнес-объединений ставили этот вопрос неоднократно, неоднократно ставили вопрос о необходимости создания таких возможностей встречаться и обсуждать волнующие и одну, и вторую сторону вопросы.

Конечно, правоохранительные органы должны обеспечивать, как я уже говорил, интересы государства, и, что греха таить, есть коррупционные проявления в среде правоохранительных органов, это понятно. Это то, с чем мы боремся и будем продолжать бороться, но нередки случаи нарушения закона и со стороны предпринимательского сообщества.

Нам нужно, безусловно, обеспечить главное – обеспечить безусловное выполнение законов со стороны всех граждан Российской Федерации, чем бы они ни занимались: и правоохранительной деятельностью, и бизнесом.

Только при создании благоприятного бизнес-климата мы можем рассчитывать на то, что наша экономика будет конкурентоспособной и эффективной.

Но, разумеется, в ходе таких встреч я исхожу из того, что, во–первых, эта площадка не будет использована для лоббирования кого бы то ни было и чего бы то ни было, а будет посвящена только одному – анализу правоприменительной практики и выработке предложений для того, чтобы создать здесь, в этой важнейшей сфере, более благоприятную обстановку и создать баланс интересов, в том числе и путём совершенствования действующего законодательства. Все эти действия должны быть абсолютно прозрачными, как сейчас принято говорить, транспарентными и публичными, что особенно важно.

Мы сегодня проводим первую встречу подобного рода. Эту группу возглавит Сергей Борисович Иванов по моему поручению, а секретарём, ответственным за ведение текущей работы, будет заместитель Министра внутренних дел Миронов. Я прошу вас подойти к этому очень серьёзно, и уверен, что при такой заинтересованной работе с обеих сторон мы можем и должны добиться положительных результатов так, как мы с вами добиваемся этих результатов в последнее время в рамках так называемой предпринимательской инициативы, где сформулированы задачи по совершенствованию правовых механизмов и этой самой правоприменительной практики в сфере ведения бизнеса.

Рабочая группа будет посвящена анализу правоприменительной практики и выработке предложений для того, чтобы создать в сфере предпринимательства более благоприятную обстановку и баланс интересов, в том числе путём совершенствования действующего законодательства.

Рассчитываю и надеюсь на то, что и эти встречи будут служить той же самой цели, не подменяя собой ни Генеральную прокуратуру, ни контролирующие органы, но выполнят свою важнейшую функцию – анализа ситуации и совершенствования нормативно-правовой базы.

Сергей Борисович, пожалуйста.

С.Иванов: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Сразу после того, как Вы 16 февраля подписали распоряжение о создании нашей рабочей группы, мы уже провели несколько предварительных совещаний как с представителями бизнеса, так и правоохранительных структур и с участием, конечно, сотрудников Администрации Президента.

Хотел бы вначале подчеркнуть одну очень важную, принципиальную вещь. Все участники одинаково понимают поставленную задачу: качественно улучшить деловой климат, пресечь любые попытки использовать уголовное преследование для давления на бизнес, для нечестной конкуренции и иногда – и Вы говорили об этом в Послании – просто отъёма чужой собственности.

Действительно, мы пришли к выводу, что в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве есть немало очевидных пробелов, которые создают возможности для злоупотреблений.

Начну с конкретного примера, всем понятного и хорошо известного. Правоохранительные органы заводят уголовное дело на предпринимателя, в рамках расследования изымают документы, жёсткие диски, иные материальные ценности, товары на складе. Как долго правоохранители могут держать их у себя – неизвестно, в законодательстве это вообще не оговаривается, вообще никак не регулируется. Тем временем работа компании, естественно, в таких условиях фактически останавливается, бизнес разрушается или, что греха таить, отнимается. Считаем целесообразным и выносим сегодня предложение внести соответствующие корректировки в Уголовно-процессуальный кодекс, чтобы срок, по которому арестованное имущество может находиться в таком состоянии, был всё–таки как–то определён, чтобы это не было 3, 5 лет, сколько угодно.

Следующий вопрос – это ответственность за преступления в сфере экономики. Разумеется, и Вы об этом сказали, никто не говорит о том, что надо закрывать глаза на нарушения со стороны предпринимателей. Но дело в том, что наказание должно быть, конечно, адекватным, справедливым и соответствовать тяжести правонарушения. И здесь возникает закономерный вопрос: по каким критериям оценивать степень правонарушения в экономической сфере?

Кстати, этот вопрос уже перед Вами, Владимир Владимирович, поднимался, когда Вы встречались с отдельными представителями наших уважаемых бизнес-сообществ. В законодательстве указаны минимальные пороговые значения размеров причинённого ущерба, которые служат основанием для определения крупного и особо крупного. Вот на этом я бы хотел остановиться: что такое крупное и особо крупное.

Эти показатели, в том числе по налоговым статьям, не менялись с начала нулевых годов, около 12 лет. Обороты бизнеса за это время, стоимость товаров, услуг за последнее десятилетие выросли, и выросли кратно, а возбудить уголовное дело на предпринимателя сейчас можно за хищение одной тысячи рублей. Получить несколько лет заключения он может не за самый значительный по нынешним меркам размер ущерба. Сейчас хищение 250 тысяч рублей – это крупный размер и один миллион рублей – особо крупный. Очевидно, что пороговое значение ущерба надо приводить в соответствие с существующими сейчас экономическими реалиями. И этот вопрос мы тоже хотели бы сегодня вынести и обсудить.

Теперь о формах, механизмах ответственности предпринимателей. Нельзя, конечно, руководствоваться целью обязательно наказать, упрятать за решётку, посадить. Если предприниматель впервые совершил правонарушение, добровольно, подчёркиваю, добровольно возместил ущерб всем без исключения пострадавшим, то есть веские основания освободить его от уголовного наказания. То есть если он впервые, если он добровольно полностью возместил ущерб всем, а иногда это сотни людей или юридических лиц, то тогда можно ставить вопрос об освобождении от уголовного наказания. Такой подход, кстати, и сейчас применяется в налоговой сфере. Считаем целесообразным распространить это правило и на экономические правонарушения.

Ещё одно предложение, это предложение бизнеса, причём всех бизнес-организаций. Бизнес предлагает закрепить в законе право на допуск нотариуса к предпринимателям, находящимся в следственных изоляторах, чтобы на время заключения под стражу у них была возможность делегировать право управления компанией или своим предприятием, своим бизнесом. Но здесь важно сделать одну принципиальную оговорку. Конечно, нельзя допустить, чтобы предприниматель с нотариусом за это время провели отчуждение или сокрытие имущества или денежных средств, которые подлежат аресту с целью возмещения ущерба. Вот этого допускать, конечно, нельзя категорически. Но в то же время здесь рабочая группа согласна с деловым сообществом, что у предпринимателя должна быть возможность в рамках закона защитить свой бизнес, обеспечить его нормальное функционирование, пока он находится под арестом. Это предложение тоже звучало.

И в заключение я хотел бы ещё раз сказать о ставшей притчей во языцех статье 159.4 Уголовного кодекса «Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности». Бизнес, прежде всего малый и средний, активно ставит этот вопрос, постоянно ставит этот вопрос. Напомню, что по этой статье за мошенничество предпринимателям назначалось в прошлом более мягкое наказание, чем другим гражданам. Но в 2014 году Конституционный Суд постановил, что данные нормы нарушают принцип равенства всех граждан перед законом и не обеспечивают адекватную защиту прав потерпевших. Мы, естественно, должны уважать решение Конституционного Суда и исполнять его постановление. Главное здесь – найти баланс между соблюдением законности в предпринимательской среде и созданием благоприятного инвестиционного климата.

Действительно, предприниматели, юридические лица, обвиняемые в мошенничестве, причиняют зачастую гораздо более серьёзный ущерб или вред, чем мелкие мошенники и по суммам ущерба, и по числу пострадавших. За примерами далеко ходить не надо, достаточно упомянуть известную историю с дольщиками в строительстве или некоторыми руководителями некоторых банков, которые фактически похищают вклады своих вкладчиков. Это огромный ущерб, огромный материальный ущерб.

Но здесь есть одна существенная оговорка. В большинстве случаев за мошенничество на практике наказывают предпринимателей, которые просто не смогли выполнить своих обязательств, зафиксированных в договоре или контракте. Причин здесь множество, причём они не по злому умыслу их не выполняют, а из–за сложившихся обстоятельств. Например, изменилась ситуация на рынке, конъюнктура, возросла конкуренция, разорились партнёры или подрядчики. Подрядчики исчезли с горизонта, и что делать? А виноват конкретный предприниматель. Или, что тоже бывает очень часто, сам предприниматель совершает ошибку, неоправданный риск, не рассчитывает последствия и оказывается виновным. Поэтому далеко не всегда можно ставить знак равенства между теми предпринимателями, которые в силу обстоятельств не выполнили свои обязательства, и теми мошенниками, кто намеренно и сознательно идёт на обман, на нарушение закона и приносит зачастую многомиллиардный ущерб многочисленным гражданам.

Поэтому рабочая группа считает целесообразным по статье о мошенничестве дифференцировать пороговые значения нанесённого ущерба в зависимости от того, кто совершил мошеннические действия, то есть действовал ли человек индивидуально, в качестве индивидуального предпринимателя, либо в качестве представителя юридического лица, либо в составе организованной группы, что тоже имеет место.

Эти вопросы, Владимир Владимирович, мы сегодня выносим на наше заседание, предлагаем их обсудить, а по итогам, если Вы согласитесь, дать поручение подготовить по всем обозначенным вопросам проекты поправок в законодательство.

В.Путин: Хорошо.

Россия > Приватизация, инвестиции > kremlin.ru, 23 марта 2016 > № 1697678 Сергей Иванов


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 17 марта 2016 > № 1687726 Владимир Акентьев

Хороших новостей от страховщиков в этом году не ждите

Может ли переход на обязательное медицинское страхование означать гибель добровольного?

Гаухар Ануарбек

Плановые отчеты страховщиков за квартал или полугодие традиционно разбавляются информационными трендами, больше близкими к практике и понятными для рядового потребителя. За последние месяцы таковых у страховых компаний скопилось немало. До сих пор казахстанцам непонятно, кто должен приезжать на место ДТП для оценки ущерба – оценщики или участники страхового рынка, почему развитие туристического рынка тормозит, как выяснилось, не столько скачущий доллар, сколько недоверие страховых компаний и может ли переход на обязательное медицинское страхование означать гибель добровольного? Об этом в интервью корреспонденту «Капитал.kz» рассказал первый заместитель председателя правления компании «Коммеск-Омир» Владимир Акентьев.

- Владимир Леонидович, понятное дело, у нас есть свой кейс вопросов, которые мы составляли на основе самых свежих информационных трендов. Но прежде хотелось бы услышать все-таки, вашу оценку, что такого значимого, резонансного произошло на казахстанском страховом рынке за последние месяцы?

- В общем-то, на страховом рынке прорывного ничего не случилось. Как всегда предлагаются какие-то новшества, они обсуждаются рабочими группами, в составе которых представители разных профессий, разных направлений по разработке и внедрению новых видов страхования. Либо обсуждаются поправки в законы, которые уже существуют. Вы знаете, что вечных законов нет, со временем они устаревают, приходится чем-то дополнять. В принципе за последний год самое значимое то, что произошло на страховом рынке, это поправки, которые были внесены в Закон об обязательном страховании работников от несчастных случаев на производстве, они уже приняты парламентом и подписаны президентом. Поправки эти позволили перераспределить ответственность, которая раньше возлагалась только на страховщиков, теперь она на плечах работодателя, потому что причинение вреда – прямая забота работодателя. Понятно, что сами руководители предприятий не с восторгом приняли эти поправки, но они приняты. И это, пожалуй, самое значительное. Сейчас также внесены поправки в Закон «об обязательном страховании ГПО автовладельцев, где часть функций от оценщиков перешла к страховщикам. То есть мы теперь имеем право сами оценивать ущерб, что, кстати, и было до 2003 года.

- Вот, кстати, об этом. Известно, что согласно названным вами поправкам, представители страховых компаний должны были начать выезжать на место ДТП с 1 января 2016 года, однако до сих пор оценкой ущерба занимаются представители оценочных компаний. Одна из официальных версий – просто не готова, не утверждена методика оценки. Так ли это?

- Отчасти так. Дело в том, что, по закону, все стороны должны руководствоваться единой методикой, и это совершенно правильно. Чтобы не было разногласий, как было раньше у оценщиков – захочу, своему человеку оценю в два раза больше. Да, такая практика была массовой, эти поправки и прошли как раз потому, что страховщики пришли в парламент и принесли горы материалов, свидетельствующих о данном факте. И поэтому в принципе не было объективной оценки, едиными материалами не руководствовались. Теперь договорились о том, что эта методика будет существовать. Ее разработку взял на себя Национальный банк Казахстана как регулятор, проект методики я уже видел, хотя он еще не вышел. Там за основу взята методика судебной экспертизы. Чтобы не было разногласий, если человек обратится в суд, то право оценки независимого оценщика у пострадавшего остается. То есть если он не согласен с оценкой страховой компании, он может пойти к независимому оценщику и с этим результатом обратиться в суд. Вся разница только в одном: в старом законе было прописано то, что оценка обязательна для страховщика, неважно, что машина пострадала на сто тысяч тенге, а нам принесли оценку на миллионы, мы были обязаны платить эти миллионы. Теперь же каждая сторона имеет право доказать: если пострадавший недоволен величиной суммы оценки, он имеет право обратиться к независимому оценщику, и судья будет решать: правильна или нет оценка. По единой методике она в принципе не может быть неправильной, потому что любая из сторон будет руководствоваться данными правилами.

Когда я только начинал работать в страховании, в начале 90-х годов, моя первая учительница Айжан Бокейханова сказала: «Плоха та страховая компания, которая не платит, но еще хуже та, которая платит напрасно». Выплата должна соответствовать ущербу.

- Владимир Леонидович, давайте поговорим о другом страховом продукте – обязательном медицинском страховании. На рынке он начнет работать с 1 января 2017 года, тогда же начнутся и первые выплаты, все ли готово?

- Давайте определимся с терминами. Вот это называется система медицинского страхования, на самом деле по большому счету это не совсем страхование. Страхование предполагает свободу выбора страхователем страховщика. Он имеет право выбрать любую страховую компанию, поскольку страховые компании отстранены от этого дела.

Создается фонд, как вы знаете, который будет аккумулировать средства и распределять их по клиникам. Раньше говорили, что вся система страхования должна вводиться с точки зрения здравоохранения. Ведь мы имеем очень большой опыт добровольного медицинского страхования, у нас очень много лет страхуются тысячи людей, никогда жалоб на страховые компании не было. Жалобы идут на врачей, на медицинские центры.

В фонде будут аккумулированы огромные, колоссальные деньги. По крайней мере часть этих денег будет вложена в приобретение современного оборудования, на переподготовку врачей, и, я думаю, что если фонд будет работать справедливо, как работают сейчас страховые компании, в добровольном страховании все будет хорошо. Мы, например, ведем селекцию. Когда начинают учащаться жалобы на какую-либо клинику, мы мгновенно разрываем договор, у нас в компании больше 350 договоров с клиниками подписаны, если есть жалобы, отношения заканчиваются, денежный поток туда прекращается. Я думаю, этот принцип должен работать всегда и везде. Если в какой-либо клинике делают вид, что они лечат и зарабатывают деньги, на самом деле нужно все выстраивать по результату. Хороший результат – значит можно работать.

- А как вы думаете, с вводом в действие обязательного медицинского страхования можно ли будет говорить о том, что добровольное перестанет быть интересно потребителю, страхователю?

- Обязательное медицинское страхование очень сильно потеснит добровольное. Наша компания несколько раз предлагала: для того чтобы сделать привлекательным добровольное медицинское страхование для работодателей, надо затраты, которые идут на страхование, отнести к вычетам из налогов. Работодатель практически выполняет часть государственной функции, то ли государство из бюджета платит за больных, то ли работодатель. Многие крупные предприятия имеют свои клиники, свои профилактории. То есть работодатели содержат их на свои деньги и, естественно, для них было бы каким-то подспорьем, если бы эти затраты отнесли к вычетам из налогов, в любом случае эти деньги потратили бы на своих работников. Чем здоровее работник, тем лучше производительность труда.

- Не могу не спросить вас о недавнем конфликте, который возник между участниками туристического рынка и страховщиками из-за нежелания последних выдавать туркомпаниям полисы ГПО. Известно ли вам, на какой стадии сегодня разрешение данного вопроса?

- Наша компания в данном споре участия не принимает, нас эта проблема не коснулась, потому что у нас никогда не было соответствующей лицензии. Марина Шаповалова, исполнительный директор Фонда гарантирования страховых выплат, несколько раз озвучивала цифры выплат, они превышают цифры премий в три-четыре раза. Почему? Потому что не предполагается страхование намеренного мошенничества. То, что произошло за последние два-три года с туристическими агентствами, – это чистой воды мошенничество. Куда-то пропали деньги или они работали по принципу пирамиды – у этих деньги забирали, за тех рассчитывались, потом в итоге последние остались ни с чем. Страховые компании, естественно, попытались сдать лицензию. Дело в том, что, когда сдаешь лицензию, пока не приняли решение о том, что лицензия сдана, ты не имеешь права отказывать в страховании.

Что такое обязательный вид? Когда приходит клиент и ты не имеешь права ему отказать в страховании, хотя ты твердо знаешь, что он недобросовестный, я здесь не говорю о туристических компаниях, имею в виду любого клиента. На то оно и обязательное. То есть это не просто убыточный, это суперубыточный бизнес.

Насколько я знаю, заседание рабочей группы в последний раз не состоялось. Посредником выступила Национальная палата предпринимателей, Ассоциация турагентств выступила просителем, чтобы «Атамекен» стала посредником между страховыми компаниями и туркомпаниями. Такая схема была предложена в качестве решения конфликта. В феврале была видеоконференция, была предложена схема, которая не устраивает теперь деятелей туристического рынка. Те гарантии, которые предложены сейчас в проекте, – это создание фонда, куда туристические подразделения должны сдавать какую-то часть выручки для формирования его бюджета. Создается он для того, чтобы при недобросовестности какого-либо из представителей туристической области были деньги, на которые можно было бы просто вывезти туристов, оплатить им проживание. В принципе это нормально. Второе – они должны застраховать свою ГПО и третье – они должны обеспечивать гарантию. Что касается нашей ситуации, я не знаю, как она разрешится. Страховым компаниям тем более стало невыгодно страховать туристический бизнес, даже если это будет гарантийный фонд.

В результате августовской девальвации резко упало количество выездов за рубеж, по оценке самих же туристских агентств, на 80%, соответственно, на 80% упадут и страховые премии страховщиков. А ведь страхование строится, в общем-то, на больших цифрах. Особенно в массовом и обязательном страховании. Что вообще такое страхование? Существует мое любимое определение: страхование – это вклад многих в несчастье некоторых. Для того чтобы несчастье некоторых обеспечить, нужен вклад многих, а многих уже становится колоссально меньше, чем было. В Казахстане, по разным подсчетам, до миллиона граждан выезжали за рубеж на отдых. Сейчас если одна пятая осталась – хорошо. Поэтому для страховщиков этот бизнес будет неинтересен. Просто сборы совершенно низкие по сравнению с другими страховыми продуктами. Выход надо искать. Его ищут уже очень давно, но тут замкнутый круг, потому что то, что устраивает одну сторону, не устраивает другую.

- И в завершение традиционно хочется услышать ваш прогноз касательно развития страхового рынка в краткосрочной перспективе, скажем, на этот год?

- Позитивных новостей в этом году не будет. Рынок упадет, в лучшем случае вырастет процента на два-три. Особенно упадут объемы по добровольному медицинскому страхованию, резко вырастет убыточность по автомобильным видам страхования, вы ведь знаете, запчасти выросли в два раза, соответственно, и ремонтные центры подняли свои расценки за ремонт, а некоторые и не в два, а в три-четыре раза. То, что страхование грузов тоже идет вниз, всему этому причина одна – российские санкции и падение тенге. Все это вызвало резкое снижение оборотов экспорта и импорта, просто физически грузов стало намного меньше. Соответственно, пострадают еще и таможенные брокеры. Я реалист, я за этим всегда наблюдаю и здесь завидую оптимистам, которые всегда стремятся найти позитив во всем. Мне это пока не удается.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 17 марта 2016 > № 1687726 Владимир Акентьев


Россия > Медицина > kremlin.ru, 10 марта 2016 > № 1685419 Вероника Скворцова

Рабочая встреча с Министром здравоохранения Вероникой Скворцовой.

Накануне поздно вечером Президент провёл рабочую встречу с Министром здравоохранения Вероникой Скворцовой.

В.Путин: Вероника Игоревна, мы договаривались, что Вы мне расскажете о текущей ситуации, по результатам ещё прошлого года и по результатам работы за первый квартал, фактически два месяца.

В.Скворцова: Спасибо, Владимир Владимирович.

Мы сегодня можем подвести предварительные итоги 2015 года, по результатам 12 месяцев, и результаты января.

Хотелось бы отметить, что, несмотря на известные финансово-экономические колебания, нам удалось удержать те позитивные тенденции, которые до этого в течение ряда лет развивались.

Важным положительным результатом явилось дальнейшее и очень существенное снижение младенческой и материнской смертности. Младенческая смертность снизилась на 12 процентов, даже больше за 2015 год, достигнув 6,5 на тысячу родившихся живыми, а в январе снизилась еще на 4,6 процента – до 6,2. Это абсолютный исторический минимум.

В.Путин: А в 2014 году было…

В.Скворцова: 7,4.

Важно при этом сказать, что более чем в половине регионов – в 44 из 85 – показатели младенческой смертности ниже средней по России, и есть показатели лучшие в мире. Скажем, в Томской области – 1,7, в Тамбовской и в Тульской – 2,3, в Кабардино-Балкарии – 2,9. То есть у нас около 20 регионов имеют показатели ниже 3,5–4. Это действительно очень хорошие показатели.

Материнская смертность тоже снизилась более чем на 11 процентов и достигла тоже исторического минимума.

Конечно, мы надеемся, что в 2016 году мы выстроим 32 перинатальных центра в 30 регионах, мы за этим следим очень строго и в постоянном режиме. Мы надеемся, что к декабрю все строительства будут готовы. Это даст дополнительный мощный импульс дальнейшему развитию, и, в общем, сейчас нет сомнений, что мы можем выйти на лучшие в мире показатели и по материнской, и по младенческой смертности.

Хотелось бы также отметить, что продолжительность жизни россиян увеличилась – до 71 и двух с небольшим десятых года, причем в большей степени увеличилась у мужчин – на полгода за 2015 год. И таким образом, хотя у нас пока сохраняется большое различие в продолжительности жизни мужчин и женщин, но оно сократилось. И если [раньше оно] превышало 11 лет, было 11,2, то сейчас стало 10,8.

Прежде всего сокращение этого различия и увеличение продолжительности жизни возникло в связи со снижением смертности…

В.Путин: Пить стали меньше?

В.Скворцова: Отчасти да, потому что смертность трудоспособного населения существенно снизилась – в среднем на 4,5 процента. Это больше 21 200 человек, и прежде всего это мужчины в возрасте от 35 до 60 лет. Это огромный потенциал для дальнейшего снижения смертности, мы над этим работаем. Прежде всего это формирование здорового образа жизни, снижение курения и бытового пьянства и ряд других факторов.

В.Путин: Курение, бытовое пьянство, условия труда, очень важна безопасность на дорогах, своевременное оказание медицинской помощи и профилактика, конечно.

В.Скворцова: Да. К счастью, сейчас, в общем, положительная динамика всех показателей, о которых Вы говорили. Мы в этом направлении дальше работаем.

Хотелось бы отметить, что у нас по–прежнему проявляется тенденция к старению населения, и 24 процента нашего населения – это уже лица старше 60 лет. Вклад в смертность старших возрастных групп составляет 74,5 процента. И я специально принесла карту распределения смертности. Те регионы, которые имеют максимальную, выделены [на карте] красным цветом. И практически идентичная карта – это карта с населением старше 60 лет, существенно превышающим, соответственно, другие регионы.

Таким образом, основным фактором, влияющим сейчас на показатели общей смертности, является фактор старения населения. И в этой связи мы провели очень жёсткий анализ, каким образом увеличить шаг в снижении смертности, с тем чтобы старение не явилось препятствием к снижению смертности, а мы могли эти два процесса – увеличение продолжительности жизни и снижение смертности – ускорить оба. У нас есть большой ресурс, в этом направлении мы работаем.

В целом по году у нас снизилось число умерших на 2200 человек, это не очень много, это в связи с тем, что нам пришлось достаточно с большим трудом нивелировать тот подъём, который был в первом квартале в прошлую гриппозную эпидемию.

Но в этом году мы прошли благополучно через эпидемию, с минимальными потерями. Уже за январь у нас снижение умерших – на более чем 5000 человек. Поэтому есть надежда, что в этом году мы без каких бы то дополнительных препятствий будем достаточно твёрдо идти в правильном направлении снижения смертности.

Хотелось бы также, Владимир Владимирович, сказать, что мы особое внимание уделяли повышению доступности медицинской помощи разных видов.

В.Путин: Здесь очень важно и лекарственное обеспечение, мы ещё поговорим об этом сегодня. Особенно в сложные периоды, гриппозные. Вы мне уже об этом докладывали, прошу Вас потом вернуться к этому.

В.Скворцова: Да, обязательно.

По высокотехнологичной помощи нам удалось достаточно резко увеличить объём. Поручение Вы нам давали в 2014 году. В 2013 году у нас объём был 505 тысяч человек. Сейчас уже больше 816 тысяч. То есть мы не просто в полтора раза увеличили, мы увеличили больше чем в полтора раза. При этом хотелось бы отметить, что более разнообразной стала высокотехнологичная помощь, она пополняется действительно высокими технологиями, самыми современными.

Кроме того, это не только фокус федеральных учреждений, но достаточно широко в субъектах Федерации высокотехнологичная помощь оказывается.

Хотелось бы сказать, что в этом году мы впервые вышли на более чем 120 тысяч стентирований, причём уже более 20 процентов больных с острым коронарным синдромом без всяких очередей, в экстренном порядке в течение первых трёх часов с момента госпитализации стентируются.

В.Путин: Хорошо, что сейчас в регионах это появилось.

В.Скворцова: И если брать, скажем, такие плановые виды помощи, как трансплантация, то более 80 процентов трансплантаций почек проходит уже в региональных клиниках, не федеральных.

Наряду с высокотехнологичной помощью мы большое внимание уделяли повышению доступности первичной и скорой медицинской помощи. Это была достаточно серьёзная проблема, особенно в регионах с низкой плотностью населения и плохой транспортной инфраструктурой. Поэтому, во–первых, мы полностью пересмотрели те советские нормативы, которые до 2015 года работали, сделали все требования к доступности более гибкими.

Они основываются теперь не только на численности проживающего населения в том или ином населённом пункте, но и предельном времени ожидания медицинской помощи, на возможностях транспортной инфраструктуры – ближайшее расстояние до медицинской организации. То есть фактически это комплексный подход, который позволил нам создать геоинформационную карту для всей страны, для каждого региона.

Нанеся на эту карту все населённые пункты с численностью, всю транспортную инфраструктуру, мы в интерактивном режиме нанесли по слоям всю медицинскую инфраструктуру. Это позволяет нам на примере каждого региона анализировать доступность медицинской помощи, самой разнообразной, и проводить работу над ошибками, устраняя те нюансы, которые есть, и, кроме того, там, где нужно, развивать точечную выездную форму работы.

В.Путин: А что делается для увеличения доступности на селе?

В.Скворцова: Хотела бы сказать, что, во–первых, несколько модульных производств за последние два года открыто в стране. Это достаточно дешёвые, но очень качественные ФАПы и фельдшерские пункты разного метража с учётом проживания или непроживания фельдшера. Мы строим достаточно много, около 500 ФАПов в год, причём это есть практически во всех регионах.

Конечно, трудно компенсировать тот износ, который накопился за десятилетия по старой инфраструктуре. Но именно поэтому мы сейчас фактически точечно для каждого региона определяем, где нам нужно обновить инфраструктуру, а где обойтись мобильными передвижными комплексами, если они будут приходить регулярно – не реже двух раз в год – для тотального профилактического обследования населения.

Кроме того, конечно, особое внимание экстренной медицинской помощи, чтобы независимо от того, где бы человек ни проживал, он мог менее чем за 20 минут вызвать и получить скорую помощь.

Наши геоинформационные ресурсы позволяют как раз прежде всего для сельской местности спланировать развитие инфраструктуры и активностей на местах.

Кроме того, мы в 2015 году впервые начали прикреплять наше население не к конкретным медицинским организациям, а к конкретным врачам или фельдшерам, если речь идёт о сельской местности. И более 97 процентов, сейчас уже 144 миллиона человек, уже приписаны к конкретным медицинским работникам.

Это позволило нам начиная с марта 2015 года мониторировать работу каждого из 60 тысяч участков и анализировать работу каждого участка по числу смертей за неделю, количеству вызовов скорой помощи, в том числе необоснованных, количеству экстренных госпитализаций. И в ближайшее время мы опубликуем рейтинг качества работы терапевтических участков. Это позволяет нам точечно «дотягивать» определённые районы и принимать меры вместе с регионами, для того чтобы повысить качество и доступность медицинской помощи.

На наш взгляд, здесь есть достаточно серьёзные подвижки, хотя, конечно, и на сегодняшний день система совсем не совершенна, и можно привести массу негативных примеров, которые ещё в регионах есть. Постараемся системно, шаг за шагом их поправить.

В отношении доступности лекарственных препаратов. За январь и февраль цены на жизненно важные препараты повысились на 0,4 процента. В несколько большей степени повысились на дешёвый сегмент, лекарства до 50 рублей за упаковку – 0,7 процента.

В.Путин: Это же в основном отечественные препараты.

В.Скворцова: В основном отечественные препараты.

В.Путин: А почему же на отечественные идёт повышение?

В.Скворцова: Если вспоминать первые два месяца прошлого года – там повышение было 5,5 процента, то есть больше чем в 10 раз. В принципе, если опять–таки сравнивать это с рыночным сегментом, – там повышение существенно превышающее. То есть 0,4 процента – это достаточно стабильная цена, которая на потребительской возможности населения никак не сказывается.

Мы отдельно, очень внимательно контролируем ассортиментную доступность, потому что были сигналы, что в конце года были перебои с определёнными лекарствами именно из дешёвого сегмента.

На сегодняшний день из отечественных дешёвых препаратов у нас выпадения с точки зрения международных непатентованных наименований нет вообще и ассортимент стабильный. Но на 2,5 процента снизилось количество торговых форм.

С точки зрения медицинской помощи это не только не критично – это никак не снижает качество помощи, потому что достаточно большое количество аналогов по всем МНН, которыми легко заменить отсутствующие препараты.

Если говорить об импортных препаратах дешёвого сегмента – там выпадение более существенное, снижение на 18 процентов и в ассортиментном, и в ценовом выражении. Имеется в виду в целом рынок дешёвых препаратов. Но поскольку мы держим весь спектр МНН стабильным, то, по сути, речь идёт о перераспределении рынка дешёвых препаратов с акцентом на отечественные препараты.

По данным маркетинговых компаний, которым мы специально заказывали исследования, какого–то сокращения коммерческого рынка препаратов нет.

В.Путин: Мы несколько лет назад создали целую программу развития отечественной медицинской и фармацевтической промышленности. Сколько мы выделили? 156 или 186 миллиардов? Помните? Значительные средства. Как эта программа работает? Результаты–то какие?

В.Скворцова: Это программа Министерства промышленности и торговли, но мы при этом очень тесно общаемся.

В.Путин: Вы же потребители результатов работы.

В.Скворцова: Владимир Владимирович, хотелось бы сказать, что на первых этапах, в первые годы реализации программы, в основном речь шла о локализации производств, причём поверхностной локализации.

В.Путин: Там были цели и свои формулы иметь, и развивать на собственной базе – в общем, создавать основу фармацевтики, именно промышленности.

В.Скворцова: За последние три года около 70 отечественных производств было развито. Сейчас уже речь идёт о полноцикловом производстве, о глубокой локализации и об оригинальных препаратах тоже. Поэтому положительная динамика налицо.

Я докладывала Вам по перечню жизненно важных препаратов – их 23,5 тысячи торговых наименований, 646 международных непатентованных наименований. Если взять весь спектр торговых препаратов – 81 процент уже в том или ином виде производится на территории Российской Федерации. Из них по полному циклу, имею в виду производство субстанции или изменение субстанции, – где–то 67 процентов. Пока ещё достаточно большая доля, так скажем, поверхностно локализованных производств.

В.Путин: По субстанциям – 67 процентов. А было сколько, скажем, лет пять назад?

В.Скворцова: Было совсем ничего: какие–то копейки. Могу здесь ошибиться, но менее 10 процентов.

В.Путин: То есть существенно выросло отечественное производство.

В.Скворцова: Да.

Нас волнует одна проблема, которая сводится к тому, что население сейчас меньше тратит собственных ресурсов для получения лекарств в амбулаторном сегменте: по данным социологических опросов, примерно на 11 процентов. И в этой связи падает приверженность к лечению, в том числе пациентов из тех групп, которые должны принимать постоянную терапию в течение года – двух лет: после операций на сосудах самых разнообразных, в том числе аортокоронарного шунтирования, стентирования или после инфарктов и инсультов, чтобы они не повторялись.

В этой связи мы разработали программу и провели пилотный проект по частичному государственному возмещению стоимости этих лекарств.

В.Путин: Правильно. В современных условиях, когда реальные доходы снижаются, а стоимость препаратов, хоть и незначительно в этом году, а в прошлом году было значительно, всё–таки растёт, ничего удивительного здесь нет, людям просто тяжело.

В.Скворцова: Да. Хотелось бы помогать. Тем более что экономия будет очень большая, просто отсутствие повторных таких тяжёлых заболеваний, на которые мы тратим несколько сот тысяч рублей на одного пациента. Поэтому здесь и прямая будет экономия, и непрямая.

В.Путин: Так, ещё раз: в чём предложение заключается?

В.Скворцова: Предложение заключается в том, чтобы предусмотреть уже в бюджете 2017 года, в общем, небольшую сумму денег в Фонде обязательного медицинского страхования, для того чтобы дифференцированно, в зависимости от собственной мотивации человека на постоянное лечение, компенсировать часть стоимости лекарств.

В.Путин: Сколько это примерно?

В.Скворцова: Если говорить о тех 120 тысячах, которые прошли стентирование, 100 процентов лечения на один год стоит 4,7 миллиарда. Если исходить из того, что мы хотя бы 50 процентов будем компенсировать, это для страны в целом не очень, так скажем, большая сумма денег, но она решает проблему: мы на 50 процентов как минимум уменьшим повторные сосудистые события.

В.Путин: Это 2 миллиарда с небольшим, да?

В.Скворцова: Да. Если это будет возможно, мы бы просто отдельно доложили по этому проекту.

В.Путин: Подготовьте это предложение. Но уже сейчас нужно обсуждать, имею в виду, что работа над бюджетом 2017 года уже практически начинается.

В.Скворцова: Спасибо большое.

Россия > Медицина > kremlin.ru, 10 марта 2016 > № 1685419 Вероника Скворцова


Россия > Госбюджет, налоги, цены > ria.ru, 10 марта 2016 > № 1681179 Андрей Воробьев

Подмосковью, как и всей стране, приходится строить свою жизнь в непростых экономических условиях. О том, какие сферы считаются приоритетными в регионе в 2016 году, как решаются проблемы обманутых дольщиков и военных городков, а также о пользе санкций и грядущих выборах в Госдуму в интервью РИА Новости рассказал губернатор Московской области Андрей Воробьев. Беседовала Маргарита Коржук.

— В связи со сложной экономической ситуацией какие приоритетные сферы в регионе в 2016 году?

— Действительно, мы все видим, что ситуация вокруг непростая. Она связана с ценами на нефть, на энергоресурсы, свою роль сыграли санкции. Тем не менее бюджет области растет немного за счет НДФЛ и за счет налога на прибыль. Это приятные цифры, мы, естественно, их мониторим каждый месяц, сравниваем с предыдущими периодами, смотрим структуру этого роста для того, чтобы понимать, где мы окажемся завтра. Совершенно очевидно, что без денег, без ресурсов мы не сможем реализовать те программы в сферах, которые направлены на человека: здравоохранение, образование, дороги, развязки, общественный транспорт и так далее. Нам удается удерживать стабильную ситуацию. В этом помогает диверсифицированная экономика. У нас нет ни нефти, ни газа, ни ценных природных ископаемых, только промышленность, сельское хозяйство, торговый сектор, строительство — все это нам дает относительно неплохие показатели.

Например, мы планируем в 2016 году отремонтировать не менее 100 поликлиник, привлечь на работу в область не менее 2 тысяч медиков, построить 23 новые школы, а в 2020 году ликвидировать вторую смену в начальной школе.

Активно ведем поиск инвестиций. В прошлом году в ручном режиме сопровождали 47 компаний, в этом году также ведем работу по привлечению иностранных и отечественных инвесторов. В основные фонды, модернизацию прямые инвестиции составили 640 миллиардов рублей. При валовом региональном продукте в 3 триллиона это, считайте, больше, чем четверть. Нам важно создавать рабочие места. Проблема в том, что у нас 1,2-1,5 миллиона человек каждый день ездят в Москву и обратно. Классическая ситуация для любой территории, прилегающей к мегаполису, в любой стране мира. И наша задача — развернуть этот поток. В прошлом году мы создали порядка 75 тысяч высококвалифицированных рабочих мест, то есть таких, где зарплата выше 45-50 тысяч рублей.

— Отток жителей региона в Москву в связи с этим уменьшился?

— Конечно, и каждое новое предприятие создает новые возможности для работы рядом с домом без потери времени в пробках и электричках.

— Или все-таки приезжают из регионов, занимают эти ниши?

— В Московскую область каждый год приезжает 85-90 тысяч новых жителей. Поэтому стараемся работать на опережение. Например, при каждом муниципалитете созданы специальные площадки для открытия новых предприятий. В Реутове это 20 гектаров, в Талдомском районе 600 гектаров. На эти площадки заводим воду, газ, коммуникации, проводим дороги, чтобы у вновь созданных предприятий была возможность думать только о собственном развитии. Это стратегическая работа, которой мы занимаемся, чтобы появлялись новые вакансии, чтобы достичь высоких бюджетных показателей, а они нам очень нужны. Территория большая, в 18 раз больше Москвы, а бюджет в три раза меньше. Мы делаем все, чтобы выровнять такую диспропорцию.

— Федеральные власти говорят о том, что социальные обязательства будут выполняться. Как с этим обстоят дела в Подмосковье, на что будет направлено особое внимание?

— В любом российском субъекте бюджет где-то на 65%, где-то на 70% социально ориентирован. Это, с одной стороны, очень хорошо, потому что показывает приоритетные направления, на которые идут деньги, но, с другой стороны, хотелось бы иметь больший бюджет, чтобы заметная часть все-таки шла в инвестиции, в инфраструктуру, в новые проекты. Нужно иметь ресурсы для развития территории.

Что касается социальных обязательств, то и в Москве, и в Подмосковье два самых больших социальных бюджета и в абсолютном, и в относительном плане. У нас огромное количество льготных категорий: инвалиды, многодетные семьи, ветераны. Например, все пенсионеры ездят на общественном транспорте бесплатно и порой просто не знают, сколько стоит билет, потому что им не нужно этого знать. Мы компенсируем затраты на капитальный ремонт пенсионерам старше 70 лет и доплачиваем 700 рублей ежемесячно для одиноко проживающих пенсионеров этой возрастной группы.

У нас самые большие льготы и по поддержке многодетных семей. Мы с 1 сентября 2016 года введем в школах бесплатное питание для всех многодетных. Подмосковье — один из немногих регионов, где есть своя дополнительная выплата материнского капитала в 100 тысяч рублей, причем при рождении второго ребенка, а не третьего, как это принято в других субъектах. Мы также рассматриваем возможность предоставить многодетным семьям компенсацию на приобретение школьной формы. В конце концов, именно мы строим рекордное количество детских садов: 102 сада было построено только в прошлом году, а за три года — 317.

— Расскажите о программе диспансеризации в Московской области.

— У нашего человека есть проблема — мы все оставляем на потом. Но каждый, кому за 30, должен четко понимать, что если есть планы прожить долго, то надо за здоровьем следить.

Мы претендуем на создание новой культуры отношения к своему здоровью. Пытаемся разрушить стереотипное поведение, когда вроде ничего не болит, то и проверяться не нужно. Нужно! Сегодня медицина достигла такого уровня, что действительно способна продлить жизнь. Только для этого нужно проходить обследование. Почему-то многие мужчины не забывают отправить свой автомобиль на ТО, а свое здоровье игнорируют. Относятся как к второстепенной задаче. Поэтому у нас существуют группы риска: это сердце, это онкология.

Мы с этого года организовали специальные дни для прохождения диспансеризации. Буквально кинули клич. Выбрали для этого субботы. Каждый человек может совершенно спокойно прийти в поликлинику и провериться. Для людей это бесплатно и будет бесплатно по ОМС. Первые обследования дали ощутимый результат. По всей области были случаи, когда врачи обнаружили у людей серьезные заболевания на ранней излечимой стадии. В Клину у мужчины 46 лет выявили ишемию сердца, назначили лечение с хорошим прогнозом. В Подольске молодая женщина 34 лет, благодаря тому, что решилась пройти субботнюю диспансеризацию, помогла врачам вовремя обнаружить новообразования. В Химках мужчину 54 лет жена уговорила пойти провериться, и тоже вовремя определили диагноз — панкреатит. И таких случаев мы узнаем много и, уверен, узнаем еще больше. Люди поймут, что спокойнее и дешевле не полениться и выделить пару часов на свое здоровье. В конце концов, это просто ответственное поведение перед собой и близкими.

Также мы создали 14 клинико-диагностических центров (КДЦ), это не просто поликлиника, где есть аппарат УЗИ. Там проводится углубленное обследование на современной аппаратуре, которое можно пройти раз в год, и чувствовать себя уверенно.

— Как вы решаете проблему с дольщиками? Как обстоят дела с СУ-155?

— С дольщиками мы решаем проблему следующим образом. Нас обманули где-то на 50 миллиардов рублей со стоимостью земли, без стоимости земли — на 25-26 миллиардов рублей. Я имею в виду те случаи, когда застройщик обманул жителей и регион, не построив школу, поликлинику, детский сад и не предоставив квартиру. Просто собрал деньги и ушел. К сожалению, мы вынуждены признать, что такая проблема у нас в Подмосковье существует, и мы это безобразие ликвидируем.

В 2013 году в Московской области было 18 тысяч обманутых дольщиков. На сегодня решены проблемы более 14,5 тысячи из них. Полностью проблему планируется решить до конца 2018 года при условии, что не возникнут новые проблемные объекты.

Мы составили черный список компаний и в марте опубликуем первые 20 контор, с которыми нельзя иметь дело. В Подмосковье работало порядка 550-600 строительных организаций, но я думаю, что теперь останется не более сотни.

Очевидно, что такая безответственность и обман жителей доставляет не только бессонные ночи тем, кто расстался с последними деньгами, но и создает большую головную боль муниципальным, региональным и даже федеральным властям. Мы благодарны правительству РФ, потому что они сейчас при нашем региональном участии ужесточают контроль за строительным бизнесом. У тебя должен быть капитал, достаточный, чтобы гарантировать права людей.

Например, в Московской области 66 объектов компании СУ-155. Минстроем РФ согласован график финансирования завершения строительства первой очереди — 38 объектов. Из оставшихся 28 объектов по 15 поддержана переуступка новому инвестору, по 13 ведется поиск решений.

— Какие конкретные действия предпринимаются для решения проблем с дольщиками?

— Сейчас мы берем нового застройщика, обременяем его, даем дополнительные этажи или увеличиваем плотность для того, чтобы у него появились ресурсы достроить то, что не закончил предыдущий девелопер. Мы не можем позволить себе использовать для этого бюджет области. У нас нет возможности вместо образования и здравоохранения взять и бросить деньги на застройку.

Мы вынуждены использовать высокий спрос на жилье в Московской области, находя решения в партнерстве со строительными компаниями.

— Сколько жилья планируется построить в 2016 году и будет ли проводиться дальнейшая работа по внедрению моратория на строительство по примеру Королева и Балашихи?

— В Москве 9 миллионов квадратных метров построили в 2015 году, в Московской области — 13,2 миллиона, из них 8,5 миллиона квадратных метров жилья. Планируемый ввод жилья в 2016 году — 6 миллионов квадратных метров.

Мы сейчас не гонимся за объемом, мы, скорее, наоборот постепенно сдерживаем стройку. Отказываем в разрешении на строительство, если не создаются объекты инфраструктуры, если стройка не решает проблем. Я имею в виду переселение из бараков, ремонт и расселение ветхого жилья или квартиры для обманутых дольщиков.

Мы исключили точечную и уплотнительную застройку. То есть у нас на градсовете в 99 случаев из 100 рассматривается только комплексная застройка. Ни одно решение не принималось без сбалансированного понимания по социальной инфраструктуре и дорогам, то есть нигде мы не даем зеленый свет, пока не будет построено соответствующее количество дошкольных и образовательных учреждений, поликлиник и так далее.

По мораторию: мы сейчас активно обсуждаем генеральные планы, в 2016 году утвердим 258 генеральных планов подмосковных городов. До сих пор в нашем регионе, как и во всей стране, не существует генпланов. Вся застройка на больших территориях, по сути, до сих пор велась хаотично. Генпланы, которые мы принимаем в 2016 году, позволят это сделать только после публичного обсуждения.

Кроме Балашихи и Королева, на особом контроле находится застройка всех городов в зоне притяжения Москвы: Химки, Мытищи, Красногорск, Люберцы.

— Мораторий на строительство может коснуться дальнего Подмосковья?

— Нет, в дальнем Подмосковье мы поощряем строительство. Например, в Егорьевске у нас безработица 0,7%, но там другая проблема. Мы привлекаем бизнес, но нам нужно строить жилье, чтобы было кому работать, когда приходят новые инвесторы, когда создаются рабочие места. Конечно, мы заинтересованы, чтобы города при удалении на 50 километров и дальше развивались, потому что стройка — это жизнь. И если она сбалансирована, она параллельно решает много сопутствующих задач: новые детский сад, новая школа, новая поликлиника.

— Недавно была встреча с Сергеем Шойгу. Во сколько перевод военных городков может обойтись бюджету Московской области?

— Это вопрос для нас очень болезненный. Всего в Московской области 400 городков, там живет порядка 200 тысяч человек. Передали уже 187. В этих городках ничего не делалось в течение нескольких десятилетий. Люди оказались в абсурдной ситуации, потому что региональные и муниципальные власти не имеют права вкладывать деньги в объекты, которые им не принадлежат, не находятся на балансе. Это просто нецелевое использование со всеми вытекающими. При этом Минобороны также не может туда что-то инвестировать. И вот на протяжении жизни целых поколений там ничего не происходило.

Министр обороны РФ Сергей Шойгу знает о таком состоянии, и у нас есть договор, по которому все, что не задействовано в хозяйственной деятельности министерства, передается в область. Для нас это головная боль, но жители этих городков находятся в тяжелейшей ситуации. И мы не имеем право бросить их в таком положении. Это наши жители.

Мы в прошлом году выделили 680 миллионов на модернизацию военных городков, в этом году предусмотрели полтора миллиарда рублей. А буквально вчера приняли решение о направлении еще двух миллиардов. Это все из нашего регионального бюджета. В общей сложности для капремонта, реконструкции переданных и планируемых к передаче объектов жилищного комплекса и недвижимого имущества военных городков необходимо более 46 миллиардов рублей.

Но военные также передают нам пустые земли, которые уже давно не работают на оборону, а это инвестиционно привлекательные территории.

Допустим, нам передан городок в Красногорском районе. Мы его можем выставить на аукцион, там построить жилье, но взамен получить деньги на аукционе, чтобы направить их на модернизацию. У нас появляется источник, пусть недостаточный для решения всех проблем, но он есть.

— Есть ли конкретные планы по использованию таких свободных земель?

— Да, на прошлой неделе нам передали нефтебазу в Балашихе — это 60 гектаров земли, прилегающих к МКАДу. Сейчас мы объявляем конкурс, и одна из ведущих компаний уже предложила создать там профицитное количество рабочих мест — 40 тысяч. Для справки, самая высокая необеспеченность рабочими местами у нас это именно Балашиха. Там живет порядка 430-450 тысяч человек, и каждое утро половина едет в Москву, что совершенно ненормально.

Эта компания, создавая рабочие места, будет строить жилье. Мы только что говорили про мораторий. Но это жилье будет строиться лишь в комплексе с созданием рабочих мест. Инвестор должен заработать. Он создает рабочие места — это будет торговые центры, это будут офисные помещения, это будут площадки для малого бизнеса, но при этом, чтобы бизнес-модель, как говорится, летела, нужно дать определенное количество квадратных метров.

— Будете ли просить на военные городки деньги из федерального бюджета?

— Просить можем, но нам денег не дадут. Мы всегда просим, это нормальное явление. Обычно на совместные программы с совместным финансированием. Вопрос в том, 5% или 25%, но сам факт такого партнерства существует. Последняя федеральная программа была очень заметна — это строительство переездов на пересечении с железной дорогой. Они очень дорогие, это инженерные сооружения, и, благодаря этому решению, мы расширили проблемные места для автомобилистов. Например, южный обход Подольска также строится за федеральные деньги.

— Планируется ли оставшиеся у Минобороны городки передавать области?

— Не все. Там, где поселения военного назначения, это закрытые городки. Ну а те, где нет войск и техники, могут передаваться дальше.

— Как обстоит ситуация с украинскими беженцами в Московской области? Какие социальные льготы им предоставляются, как их защищают на территории области и встраиваются ли они в жизнь региона?

— Беженцы из Украины на 100% встраиваются в жизнь региона. В 2015 году самая высокая динамика миграции — это юго-восток Украины. Они оформляют временное разрешение на проживание. Мы помогаем и детям, которые приехали из Донецкой и Луганской областей, помогаем взрослым с трудоустройством, с жильем, предоставляем различные услуги, в том числе и медицинского характера, поскольку у некоторых просто нет полиса.

К концу 2016 года планируется ликвидировать пункты временного размещения, людей переведут в социальные учреждения Московской области при условии добровольного согласия и оформления вида на жительство.

Украинцы — народ трудолюбивый, поэтому и в школы приходят, и в социальную сферу, и на производство. Мы оказываем максимальное содействие. Дети приезжали сюда на летний отдых. Там много городов-побратимов с нашими муниципалитетами, и мы эту работу всячески поддерживаем.

— Вы говорили об иностранных инвесторах. Что Московская область может предложить зарубежным инвесторам и международным компаниям и чем она им интересна?

— Самый главный закон экономики — это спрос. Там, где есть спрос, будет предложение. Здесь, в столичном регионе, очевидно, что спрос огромный, потому что есть деньги. Мы создаем благоприятные условия, мы предоставляем субсидии инвесторам, которые приходят, и оказываем поддержку и сопровождение в ручном режиме. Например, если новое производство будет нуждаться в нормальном взаимодействии с торговыми сетями, с которыми у нас подписано соглашение, то мы просим торговые сети обеспечить максимально благоприятный режим взаимоотношений.

Когда к нам приходят инвесторы в сельском хозяйстве, мы компенсируем им капитальные затраты, процентную ставку и предоставляем бесплатно землю.

Эти три слагаемых заставляют оставаться у нас, потому что экономическая модель показывает более высокую доходность. Мы стараемся встречаться с инвесторами регулярно для того, чтобы решать вот такие рабочие, технические моменты. Например, предоставление за номинальную стоимость земли, в том числе и частной. Мы благодарны владельцам частных земель, что и они идут навстречу в своей индустриальной зоне, нередко предоставляя инвестору участок за фактически номинальную сумму.

В планах на ближайшие годы — проработка 18 проектов с участием Финляндии, Мексики, ФРГ, Италии, Франции, Норвегии, США и Чехии.

— Ведутся ли переговоры с кем-то из крупных иностранных инвесторов?

— Ведутся уже более полутора лет очень важные переговоры с одним из гигантов, но у нас подписано соглашение о неразглашении. Очень надеемся, что никакие ситуации, политические в том числе, не помешают. Это европейская мультинациональная компания.

У нас есть согласованная дорожная карта, и из десяти реперных точек мы прошли восемь. Обнародуем, когда пройдем остальные две. Это может случиться в этом году.

— Планируете ли вы дополнительное финансирование сельского хозяйства?

— Конечно. Мы стараемся делать так, чтобы каждый клочок земли заработал. Мы три года подряд ежегодно вводим в оборот по 50 тысяч гектаров. Этому мы очень рады, как и тому, что собственники земли пересмотрели свое отношение, предоставляют в среднесрочную аренду на три-пять лет землю фермерам и агропромышленным компаниям.

В этом году планируем увеличить финансирование агропромышленного комплекса из областного бюджета более чем на 60%. Это 3,2 миллиарда рублей. Еще 5 миллиардов должны быть направлены из федерального бюджета.

Также начинаем серию больших проектов — молочное и мясное животноводство, теплицы, аквакультура, овощехранилища. Это программа на несколько ближайших лет.

У нас есть сегодня осязаемых реальных инвестиций где-то на миллиард долларов — на 2016-2017 годы. Самое наглядное направление — это теплицы. Три компании готовы развивать это направление, все три — российские. Одна из них это "Луховицкие овощи": если мы подтвердим им компенсацию капитальных затрат, они готовы реализовать три очереди, это порядка 50-60 гектаров. Есть "Агрокультурагрупп" в Каширском районе, они приступили уже ко второй очереди, в совокупности порядка 100 гектаров хотят построить. И третье — это "Андрей Коркунов", известный больше как производитель конфет. В Ногинском районе он ведет амбициозный проект — порядка 80 гектаров теплиц. Есть еще три инвестора поменьше, но тоже с миллиардными инвестициями.

Второе важное направление — это молоко. Его катастрофически не хватает в Москве и Московской области. И здесь тоже, помимо процентной ставки, существует федеральная программа, где предполагается до 25% компенсации капитальных затрат.

Самый крупный инвестор в агропромышленном комплексе — вьетнамский молочный концерн THTrueMilk — планирует построить девять животноводческих комплексов в пяти районах Московской области, а также комбикормовый и молочноперерабатывающий заводы. Строительство планируется уже весной 2016 года.

Сельское хозяйство я бы поставил сегодня на первое место по привлекательности. В прошлом году мы увеличили производство овощей на 40%, это в открытых грунтах.

— А сбыт они планируют на территории Подмосковья и Москвы или планируется какой-то экспорт?

— Сегодня обеспеченность собственными овощами в Москве, наверное, не более 5%. При реализации всех проектов в Подмосковье собственная обеспеченность будет составлять 40-50%. С точки зрения продовольственной безопасности рынок сбыта огромный. Естественно, такой рост инвестиций произошел не на пустом месте, а по причине санкций и контрсанкций. И сейчас инвесторы готовы вкладывать десятки миллиардов рублей, но под гарантии, что мы их не бросим. И мы, конечно, будем их защищать, чтобы они дальше наращивали свою производительную мощь.

— У недобросовестных арендодателей будете отбирать землю?

— Такую возможность законодательство предусматривает, но наша практика показывает, что мы со всеми договоримся. Конечно, такая угроза, скорее всего, добавляет уверенности в наших намерениях, но все чаще и чаще собственник приходит к пониманию того, что земля должна работать, а не простаивать и не ждать непонятно чего.

В 2016 году впервые запланировано инициирование изъятия участков в судебном порядке с последующим предоставлением их для перспективных инвестиционных проектов по приоритетным направлениям.

Мы объявили мораторий в начале 2015 года: мы не переводим земли сельхозназначения в многоэтажное строительство. В промышленное — да. Министерство сельского хозяйства показывает нам, где нужно перевести землю промышленности. У нас один из индикаторов эффективности работы муниципалитета — это управление земельными ресурсами. Мы можем перевести землю промышленности там, где есть экономический эффект.

— Возникли ли проблемы в связи с оттоком мигрантов из-за колебания курсов валют? Дефицит кадров чувствуется? Они ведь занимали нишу, в основном ту, куда местные жители не идут.

— Дефицит кадров не чувствуется, ни по доходам, ни по дефициту рабочей силы. Мы были буквально дней десять назад на строящемся Щелковском перинатальном центре: девять из десяти отделочников — жители Щелковского района. Раньше, вы правы, было бы в лучшем случае 30% наших граждан.

Имеет место замещение гражданами РФ (в меньшей степени гражданами Украины) рабочих мест, занимаемых в 2013-2014 годах иностранными работниками. Это позитивный момент

Мы много патентов выдаем, в бюджет Московской области за патенты поступило 5,1 миллиарда рублей. 1,2 миллиона мигрантов регистрируются ежегодно.

— Не чувствуется ли в регионе национальная напряженность после убийства ребенка няней в Москве?

— Нет. Работа соответствующая проводится, нет предпосылок для образования напряженности. У нас было напряжение в 2013-2014 годах, когда было засилье мигрантов, они не были нигде зарегистрированы. У некоторых из приезжих было впечатление, что раз они не стоят нигде на учете, то могут делать все, что захотят. Сейчас напряженность спала и, я надеюсь, не вырастет снова.

— Планируются ли в этом году новые сокращения в правительстве и Мособлдуме?

— У нас идет оптимизация. Мы были на 29 месте по численности госаппарата. Мы сократили на 45% число чиновников и вошли в пятерку. В частности, мы видим потрясающий эффект от преобразования муниципального района в городской округ. Мы экономим деньги, создаем мобильную вертикаль, которая позволяет решать проблемы без излишней бюрократии и проволочек.

Представьте себе Одинцовский район: если это городской округ, то есть 20 депутатов и глава района, которые распоряжаются бюджетом и решают в том числе проблемы военных городков, распределяя ресурсы туда, где они нужнее всего. А теперь, в реалиях сегодняшнего дня, это 16-18 сельских поселений, в каждом из которых работают собрания депутатов по 20 человек.

Мы объединили ряд муниципалитетов, мы сделали городские округа в Мытищах, в Озерах, в Кашире, в Подольске. От этого выигрывают люди, потому что, чтобы решить проблему, они идут в одну администрацию.

— Когда планируете завершить полное формирование таких вертикалей?

— В конце года у нас будут большие преобразования, порядка 10-12 территорий мы предложим преобразовать в городские округа, чтобы система управления была оперативнее, быстрее и удобнее.

Сейчас мы приступаем ко второму этапу — оптимизация численности госучреждений, а также предприятий несоциальной сферы. Их у нас безумное количество — ГУПы, МУПы. Там работают порядка 22 тысяч человек, которые тоже сидят на бюджете.

Мы ликвидируем все неэффективные ГУПы, учреждения, которые высасывают ресурсы, и оставим только те, которые дают результат. Я думаю, что и там сможем добиться существенных сокращений.

— Сколько это позволит сэкономить денежных средств?

— Экономия прошлого года по машинам и чиновникам составила 2,1 миллиарда рублей в год. Все эти деньги мы направляем на здравоохранение.

Например, на жилье для врачей. Хороший врач просто так не поедет к нам работать, никаких иллюзий у нас нет. Врачи, а в Подмосковье был дефицит, приезжают к нам со всей страны только тогда, когда мы даем служебную квартиру.

Я убежден, что после завершения оптимизации у нас будет эффективная рабочая структура. При этом мы понимаем, что люди, которые хорошо работают, должны получать хорошие деньги. Экономия этого года будет направляться в том числе и на приглашение лучших специалистов.

— Ожидается ли дефицит бюджета по итогам 2016 года?

— Ежегодно у нас заложен дефицит бюджета. Он имеет ограничения как в бюджетном кодексе, так и на основании распоряжения Минфина РФ. Мы укладываемся в параметры, сейчас дефицит бюджета 34,8 миллиарда рублей — порядка 10%. Этот уровень нормальный для устойчивого региона.

— А какие-нибудь меры будете принимать для сокращения этого дефицита?

— В наших условиях избежать дефицита практически невозможно. Конечно, при условии, что ты стремишься развивать регион. Люди оценят, если у тебя не будет дефицита педиатров, или не будет ям на дорогах, или будет избыточное количество площадок для новых производств. Поэтому государственное и муниципальное бюджетное регулирование нацелено на развитие территории. Мы очень надеемся на продолжение эффективного взаимодействия с Министерством финансов РФ, потому что соблюдение всех требований Минфина и бюджетного кодекса, наша надежная репутация позволяют нам рассчитывать на конструктивные партнерские отношения.

Частично покрытие дефицита предполагается за счет нескольких источников: остатки средств бюджета на начало 2016 года, мобилизация дополнительных доходов в бюджет области, оптимизация не первоочередных расходов.

— Новые линии метро появятся в ближайшем Подмосковье?

— Этот вопрос больше нужно Сергею Семеновичу Собянину адресовать. Наверное, самый громкий запрос — это Мытищи. Но это решение — предмет переговоров, нужен целый ряд технических решений. Новый участок подземного метро — это новое депо, инфраструктура, транспортный узел. Это расчет нагрузки, поскольку есть пример нескольких конечных станций, как, например, Выхино, на которой иногда просто невозможно войти в вагон.

Нужно думать над перенаправлением и распределением потоков.

Мы развиваем свое легкое метро. Мы еще в начале пути, но движение есть. Будем строить хорды там, где высокая плотность населения, где нужно связывать крупные центры. Например, между Долгопрудным и Химками. Между Подольском, Домодедово и Раменским. Первая такая ветка в процессе разработки.

— Какие основные проблемы дорожной сети планируется решать в этом году?

— Мы сдадим южный обход Подольска в первой половине 2016 года. Строители, к сожалению, сорвали по разным объективным и субъективным причинам срок ввода в конце 2015 года. Сейчас на подходе несколько важных и долгожданных объектов, в том числе переезд у платформы Новодачная. Строим обход Сергиева Посада, защищаем Лавру от сумасшедшего транзита. Приступаем к строительству стратегически важной развязки Ильинского и Волоколамского шоссе в Красногорском районе. Работаем и ищем деньги для моста в Дубне, запрос на него огромный.

— Планируется ли введение платной парковки в области по примеру Москвы? Если да, то с какого района начнете? Как будет решаться вопрос об их введении?

— Подмосковье на четвертом месте среди регионов по уровню автомобилизации. У нас 340 машин на тысячу жителей. Это много. Поэтому тема парковочных мест стоит остро. Особенно в районах с плотной застройкой. Сейчас мы приступаем к созданию преимущественно бесплатных парковочных мест в Химках, Королеве, Одинцове, Реутове, Балашихе, Мытищах, Долгопрудном, Люберцах и Красногорске. Каждый адрес будет обсуждаться с жителями. Точно так же, как и концепция платных парковок на наиболее загруженных центральных улицах. Тут все решения будут приниматься в диалоге, поэтому подождем результатов слушаний и предметных предложений.

— Как будет проходить WorldSkills в Московской области?

— Национальный чемпионат WorldSkills пройдет с 23 по 27 мая на территории Крокус Экспо. До сих пор Казань уделяла этому проекту особое внимание, теперь — наш регион. У нас традиционно большое количество ребят участвовало в WorldSkills. Порядка 187 миллионов рублей выделили из своего бюджета. Это очень хорошее дело, поднимает престиж рабочих профессий. Приятно, что наши участники занимают достойные места — Московская область занимает второе место в рейтинге после Татарстана.

— Насколько популярна Московская область у иностранных туристов? Что может быть для них интересно? Есть ли какое-то видения того, как должна развиваться эта сфера?

— Строятся отели, есть запрос на то, чтобы воздухом подышать, отдохнуть. Последние два года — аншлаг и летом, и в зимнее время. Очевидно, что семейные бюджеты пострадали от девальвации рубля и не все могут позволить себе заграничный отдых, к тому же в некоторых странах он становится небезопасным. У нас развивается сеть гостиниц, отелей, пансионатов, мы работаем над тем, чтобы сервис был на должном уровне. Конечно, приветствуем инвесторов, которые строят отели. Создаем брендовые туристические маршруты по усадьбам и кремлям Подмосковья, развиваем агро- и экотуризм.

— Рассчитываете ли на увеличение числа туристов в регионе во время проведения чемпионата мира по футболу в 2018 году?

— Прогнозируемый поток туристов только в Московскую область — около 15 миллионов человек. Подгоняем под этот поток наш гостиничный фонд. 13 гостиниц уже заключили специальные договоры на время соревнований. У нас будут готовиться к матчам сборные разных стран. Готовим для них 12 тренировочных баз. Это значит, что на наших полях будут тренироваться настоящие звезды мирового футбола. Полуфинал и финал будут в Москве, соответственно, кульминация событий будет совсем рядом. В общем, ждем большой футбол к нам в гости.

— Будете участвовать в праймериз?

— В праймериз будут участвовать все кандидаты от "Единой России", но не губернаторы. У нас в дебатах примут участие Ирина Роднина, Максим Сураев, Оксана Пушкина. Праймериз, или, точнее, предварительное голосование в нынешнем формате, это совершенно новая история. Я считаю, что весьма полезная для развития политической культуры.

— Возглавите ли вы список от "Единой России" по Московской области?

— У нас областные выборы и федеральные совпадают. Если доверят, то возглавлю. Решения принимаются на съезде и на конференции. Областной список — на конференции, а федеральный — на съезде. Так что подождем решения коллег.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > ria.ru, 10 марта 2016 > № 1681179 Андрей Воробьев


Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 2 марта 2016 > № 1670249 Замирбек Осмонов

Глава ГНС З.Осмонов: ГНС должна будет обеспечить исполнение налоговых и неналоговых поступлений в полном объеме

Председатель Государственной налоговой службе в своем интервью Tazabek рассказал об итогах 2015 года, о невыполнении руководителями плана по сбору налогов, о передаче дополнительных функций ведомству, о порядке перемещения товаров через границу КР с 10 марта и многом другом.

- Недавно ГНС подвела итоги за 2015 год, а также определила задачи на этот год. Скажите, пожалуйста, как налоговики завершили прошлый год и над какими задачами будете работать в году нынешнем?

- В феврале мы провели заседание коллегии ГНС, где обсудили ряд важных вопросов, в том числе исполнение доходной части государственного бюджета за 2015 год, состояние работы по взысканию налоговой задолженности. Также рассмотрели итоги работы налоговых органов по проведению налоговых проверок за прошлый год и другие важные вопросы.

За 2015 год Государственной налоговой службой собрано 60,9 млрд сомов налогов и платежей. План выполнен на 100,2%. По сравнению с 2014 годом поступление налогов увеличилось на 18,7 млрд сомов, или на 44,5%.

На этом же заседании коллегии ГНС определила ряд основных задач на 2016 год. В частности, ГНС должна будет обеспечить исполнение государственного, республиканского и местного бюджетов, налоговых и неналоговых поступлений в полном объеме, а также реализацию задач как национальных программных документов, так и внутриведомственных.

Для решения задач, определенных в Стратегии развития ГНС на 2015-2017 годы, ведомство продолжит работу в нескольких основных направлениях: совершенствование функций и рабочих процессов ГНС, усиление кадрового потенциала ГНС, развитие мотивации налогоплательщиков, увеличение потенциала собираемости налогов.

Так, в связи с передачей ведомству дополнительных функций – это администрирование косвенных налогов по импорту, государственная регистрация индивидуальных предпринимателей, а также администрирование страховых взносов в пилотных УГНС, а также в целях эффективного их исполнения, проводится реорганизация и создается новая структура Налоговой службы.

Намечены мероприятия по расширению как перечня электронных услуг, предоставляемых ГНС, в том числе через сайт ведомства, так и сферы их применения налогоплательщиками, по увеличению количества налогоплательщиков, предоставляющих налоговые отчеты в электронном виде и уплачивающих налоги через банковские, платежные терминалы, а также количества сервисных центров, оказывающих услуги по принципу «единого окна» с внедрением системы видеонаблюдения.

Также запланирован ряд мероприятий, направленных на увеличение потенциала собираемости налогов. В числе этих мероприятий - инвентаризация субъектов предпринимательства и объектов налогообложения для расширения налоговой базы, пересмотр существующего механизма банкротства и мер ответственности за непогашение налоговой задолженности, внедрение проекта он-лайн фискализации контрольно-кассовых машин на всей территории страны, работа по сокращению объема налоговой задолженности налогоплательщиков и другие.

- Что стало с теми руководителями, которые не выполнили план по налогам в 2015 году?

- Мы недавно произвели ряд ротаций руководителей налоговых органов и их заместителей.

Ротация проведена в целях оптимизации управленческой деятельности, а также повышения эффективности работы налоговых органов в сборе налоговых платежей.

Думаю, в перспективе ротация как часть кадровой политики будет способствовать стимулированию антикоррупционного поведения и формированию нового профессионального, нравственного облика сотрудника налоговой службы.

Кроме того, по итогам коллегии ГНС на руководящий состав ряда налоговых органов наложены дисциплинарные взыскания. Так, строгий выговор объявлен 33 начальникам и заместителям начальников налоговой службы, еще 19 получили выговор, 7 сделано замечание.

- Как вы выше говорили, ГНС переданы новые функции. Расскажите об этом.

- Одно из направлений в работе ГНС связано с передачей ведомству трех дополнительных функций – функции администрирования косвенных налогов по импорту от Таможенной службы, страховых взносов от Соцфонда и государственной регистрации индивидуальных предпринимателей от Статкома.

Так, с декабря прошлого года ГНС определена уполномоченным органом, имеющим функции и полномочия по сбору страховых взносов. С этого времени в двух пилотных районах – налоговых органах по Октябрьскому району Бишкека и Сокулукскому району Чуйской области началась реализация поэтапного внедрения проекта по администрированию страховых взносов.

Предварительные итоги первого этапа, в рамках которого индивидуальные предприниматели, не имеющие наемных работников, должны были получать полиса и уплачивать страховые взносы, показали положительные результаты. Так, по итогам двух месяцев индивидуальным предпринимателям без права найма на работу реализовано около 8 тысяч страховых полисов на 6,9 млн сомов.

В начале реализации проекта возникли определенные проблемы, в частности, в связи с повышением тарифов страховых взносов, которые совпали с моментом запуска пилотного проекта по передаче функций Соцфонда в ГНС. Однако граждане, уплачивающие страховые взносы, начинают понимать удобство получения услуг в одном месте – в Налоговой службе, так как теперь не надо ходить в два разных госоргана, что экономит время и расходы.

С 1 марта 2016 года в этих двух районах начнется реализация второго этапа пилотного проекта. Он коснется индивидуальных предпринимателей, имеющих наемных работников, физических лиц, владеющих земельной долей или ее частью, но не являющихся членами крестьянского (фермерского) хозяйства, а также крестьянских (фермерских) хозяйств без юридического лица.

Начало третьего этапа запланировано на 1 мая 2016 года, он охватит уже юридические лица и крестьянские (фермерские) хозяйства с образованием юридического лица.

Кроме этого ГНС с 1 января 2016 года начала осуществлять государственную регистрацию физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей, крестьянских (фермерских) хозяйств без образования юридического лица.

Это создает удобства для физических лиц, решивших заняться предпринимательской деятельностью. Во-первых, они имеют возможность пройти государственную и налоговую регистрацию в одном месте – налоговом органе, в то время как ранее им приходилось становиться отдельно на государственный учет в Нацстаткоме.

После присоединения Кыргызстана к ЕАЭС и отмены таможенных барьеров на пунктах пропуска кыргызско-казахстанской границы Налоговой службе Кыргызстана перешли функции Таможенной службы по администрированию косвенных налогов по импорту. Разработана и действует необходимая нормативно-правовая база, в целях обмена информацией в режиме онлайн между государствами-участниками ЕАЭС внедрены соответствующие программные модули и подмодули в системе ИСНАК, проводится другая необходимая работа по администрированию косвенных налогов по импорту.

- В прошлом году была начата работа по фискализации контрольно-кассовых машин. Можете подробно рассказать об этом?

- Существующий механизм применения ККМ при расчетах с населением не позволяет в полной мере обеспечить контроль за полнотой отражения в учете фактического объема выручки субъекта, что, в свою очередь, отрицательно сказывается на сборах налогов, и что самое главное, способствует недобросовестной конкуренции и соответственно, препятствует развитию законопослушного бизнеса.

Учитывая это, ГНС в 2015 году начала внедрять в Кыргызстане надежную систему контроля по учету денежных средств через фискализацию контрольно-кассовых машин с функцией онлайн передачи информации в базу данных Налоговой службы. Экспериментальный проект, внедренный в Бишкеке и Чуйской области, показал хорошие результаты. В проекте добровольно приняли участие 35 субъектов, где было установлено 45 контрольно-кассовых машин.

Переход на фискализацию платежей даст возможность эффективно контролировать правильность и полноту производимых расчетов и уплату налогов, администрировать налоги, что принесет ощутимые выгоды не только государству, но и добросовестным налогоплательщикам. Увеличатся налоговые сборы за счет легализации денежного оборота, будет создана прозрачная фискальная система, создана конкурентная среда для налогоплательщиков, а также сократятся различные формы контроля (рейдовые и хронометражные проверки) в отношении добросовестных субъектов.

- С 10 марта импортеры и экспортеры должны будут уведомлять налоговые органы о предстоящем перемещении товаров в рамках ЕАЭС. В связи с этим у граждан возникает много вопросов: Почему вводится новая процедура провоза товаров через границу? В чем отличие уведомления от талона, куда должны обращаться импортеры, чтобы получить бланк уведомления, как его должны заполнять? Как отразится нововведение на администрировании косвенных налогов?

- До 12 августа 2015 года администрированием косвенных налогов занималась Таможенная служба республики. С момента вступления в силу Договора о присоединении Кыргызской Республики к Договору о Евразийском экономическом союзе, на Государственную налоговую службу возложены функции по налоговому администрированию хозяйствующих субъектов, осуществляющих перемещение товаров при взаимной торговле с государствами-членами Евразийского экономического союза.

С отменой таможенного контроля на кыргызско-казахстанской границе возникли определенные проблемы и сложности, в первую очередь связанные с администрированием косвенных налогов. Мониторинг прошедших пяти месяцев выявил множество проблем, связанных с нарушением налогового законодательства со стороны недобросовестного бизнеса, что негативно сказывается на объемах налоговых поступлений в бюджет и нарушает принцип конкуренции, ставя в неравные условия отечественных товаропроизводителей.

Проще говоря, талонная система показала свою недейственность. Многие налогоплательщики недобросовестно заполняют талон о прохождении госконтроля – неправильно или не полностью указывают реквизиты, в том числе свою фамилию, ИНН, адрес, а также цену ввозимого товара. По этим талонам налоговикам трудно потом отыскать следы предпринимателя. К примеру, с момента вступления республики в ЕАЭС (12 августа 2015 года) по февраль 2016 года всего заполнено более 46 тысяч талонов. Из них более 20 процентов талонов практически не подлежат обработке. По ним невозможно осуществлять розыск и дальнейшее администрирование налогоплательщиков.

Это открыло дорогу контрабандному ввозу товаров и как результат - бюджет недополучает налоги.

Учитывая все эти факторы и риски, а также в целях обеспечения полноты учета импортированных товаров, определения даты принятия на учет товаров правительство Кыргызстана постановлением от 27 января 2016 года № 38 утвердило «Порядок предварительного уведомления о предстоящем перемещении товаров в целях осуществления предпринимательской деятельности в рамках торговли с государствами-членами ЕАЭС».

- Каков будет порядок перемещения товаров через границу КР с 10 марта?

В соответствии с указанным порядком налогоплательщик должен заранее (предварительно) информировать налоговые органы о намерении осуществить перемещение товаров через государственную границу Кыргызской Республики в рамках торговли с государствами-членами ЕАЭС.

Для этого в течение 30 дней до даты предстоящего перемещения товаров он должен заполнить уведомление о предстоящем перемещении товаров. Уведомление должно быть заполнено в 3-х экземплярах и подается в налоговый орган по месту регистрации.

Один экземпляр Уведомления остается в налоговом органе, а два экземпляра заверенного Уведомления налогоплательщик забирает с собой. Их перевозчик (получатель или собственник товара) должен будет предъявить сотруднику Государственной пограничной службы при перемещении товара через государственную границу КР автомобильным путем, либо ответственному лицу Кыргыз Темир жолу или Международного аэропорта «Манас» при перемещении соответственно железнодорожным, либо воздушным путем.

После уточнения соответствия товаров, указанных в Уведомлении, фактически перемещаемому грузу, на обоих экземплярах Уведомления проставляется штамп о прохождении товара через государственную границу, с указанием даты и названия пункта пропуска.

- А как быть с транзитным грузом?

- При транзите товаров через территорию Кыргызстана уведомление не заполняется. Штамп с датой и названием пункта пропуска проставляется сотрудником ГПС или сотрудником уполномоченной организации на копии транзитной декларации. По транзитным грузам ведется отдельный учет.

- Каковы должны быть действия налогоплательщика в случае утери или порчи уведомления? Или если он укажет в нем недостоверные сведения?

В случае утери (порчи) Уведомления налогоплательщик может получить дубликат уведомления, который выдается после письменного обращения в налоговые органы в течение двух рабочих дней.

Если в уведомлении будут обнаружены неточность либо указаны недостоверные данные, то этот бланк уведомления подлежит возврату в налоговый орган с последующей заменой на уточненное уведомление.

Если будет отсутствовать Уведомление или указанные в нем сведения будут недостоверны и будут расходиться с фактическими данными, сотрудник уполномоченного органа (Пограничная служба, Кыргыз Темир жолу, Международный аэропорт «Манас») информирует соответствующую мобильную группу, состоящую из ГНС, МВД, ГСБЭП, и приостанавливает процедуру пропуска (отпуска) товаров до оформления и представления перевозчиком соответствующего заверенного Уведомления о ввозимом/вывозимом товаре.

- Какие правила применяются к товарам, ввозимым из Казахстана, в отношении которых предусмотрено применение льготных таможенных пошлин по сравнению с теми тарифами, которые действуют в ЕАЭС?

При ввозе товаров из республики Казахстан, в отношении которых предусмотрено применение пониженных размеров таможенных пошлин по сравнению с Едиными таможенными тарифами, действующими в государствах-членах ЕАЭС, к уведомлению, представляемому в налоговый орган, прилагаются копии договоров с поставщиком товара и копии счетов-фактур (инвойс).

При этом в соответствии с требованиями протокола «О некоторых вопросах ввоза и обращения товаров на таможенной территории ЕАЭС» и Решения Высшего Евразийского экономического совета от 16 октября 2015 года, счета-фактуры на указанные выше товары должны быть заверены соответствующими органами Комитета по доходам Казахстана.

- Что будет с талонами?

Вышеназванным постановлением правительства КР отменяется талон о прохождении государственного контроля, который заполняли организации и физические лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью, при ввозе или вывозе товаров на транспортных средствах через государственную границу Кыргызстана.

- В настоящее время физические лица, не занимающиеся предпринимательством, не ограничены при ввозе товаров в личных целях. Изменятся ли после 10 марта правила в связи с введением в действие предварительного уведомления?

Действительно, постановлением правительства КР от 27 января 2016 года № 38 утвержден также Перечень, объем (количество) и частота перемещения товаров, которые могут ввозиться/вывозиться физическими лицами для личного пользования без требования предварительного уведомления.

Если физическое лицо превысит утвержденные нормы ввоза/вывоза товаров, к нему будут применяться требования по прохождению вышеупомянутой процедуры предварительного уведомления о предстоящем перемещении товаров в целях осуществления предпринимательской деятельности.

Кстати, хотел бы через ваше издание попросить граждан, предпринимателей с пониманием отнестись к нововведению, цель которого - обеспечить полноту учета импортированных товаров и равные конкурентные условия для отечественных производителей.

Киргизия > Госбюджет, налоги, цены > kg.akipress.org, 2 марта 2016 > № 1670249 Замирбек Осмонов


Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 1 марта 2016 > № 1675106 Михаил Волков

Глава «Ингосстраха»: жизнь заставила людей выбирать страховые продукты с франшизой

Михаил Волков поделился прогнозами развития рынка страхования в 2016 году и рассказал, как его компания завершила 2015 год

Глава страховой компании «Ингосстрах» Михаил Волков в интервью обозревателю Business FM Ивану Медведеву рассказал о влиянии политики Центрального банка на рынок страхования, о перспективах его развития и о планах по замене полисов ОСАГО.

Не секрет, что ЦБ активно занимается зачисткой рынка, в том числе и по страхованию, то есть то же самое, что ЦБ уже делает несколько лет на банковском рынке, в прошлом году началось еще и на рынке страхования. По-моему, 61 компания ушла с рынка за 2015 год. Если говорить о начале 2016 года, как активность ЦБ в этом направлении развивается и как рынок относится к такой активной позиции ЦБ?

Михаил Волков: К счастью, мы тоже наблюдаем за этим немножко со стороны. К «Ингосстраху» вопросов нет, потому что у нас очень неплохие результаты работы за 2015 год. Я думаю, что у нас один из самых сильных балансов, то есть, говоря нормальным, нефинансовым языком, сегодня мы являемся одним из самых финансово устойчивых страховщиков на российском рынке. Поэтому вопросы, которые вы задаете, нас касаются косвенно. Мы действительно тоже наблюдаем за тем, как отзываются лицензии, точно так же проводим параллели с банковским рынком. Но еще буквально десять лет назад компаний было более тысячи. Сейчас их осталось примерно 300. Центральный банк делает заявления о том, что 130 компаний, совсем мелких, вообще находятся в «красной» зоне и, скорее всего, в ближайшее время лишатся лицензии. Про них особенно сказать нечего, потому что это менее 2% сегодняшнего рынка и, если честно, они особенно страхованием и не занимались. Важно сказать, что экономика масштаба играет очень большую роль. Если компания меньше, чем отдел «Ингосстраха», наверное, ей очень сложно инвестировать такие деньги, которые мы инвестируем в развитие проектов, в улучшение нашей работы. Экономика масштаба играет существенную роль. Намного больше меня беспокоит то, что, опять-таки по заявлению Центрального банка, к 14 из 22 системно значимых компаний — а мы понимаем, что это, видимо, самые крупные — есть существенные вопросы. Как они эти вопросы будут решать, будут ли они уходить с рынка или смогут все-таки выжить и эти вопросы решить — от этого, конечно, будет зависеть весь страховой рынок. Особенно это важно, потому что на сегодняшний день нет хорошего проработанного механизма ухода крупного страховщика с рынка. Очевидно, что если компания занимается обязательным страхованием, есть компенсационные фонды, как по ОСАГО, то по добровольным видам таких механизмов на сегодняшний день никто не гарантирует, и страхователь, ошибившись с выбором страховой компании, в конечном итоге может остаться без страховой выплаты. Скажу еще два слова о другом влиянии Центрального банка. Центральный банк не только предъявляет претензии, не только пишет предписания страховым компаниям, он еще регулирует определенные сферы деятельности страховых компаний. Например, сейчас очень активно обсуждается внедрение нового плана счетов, переход на международные стандарты финансовой отчетности. Точно так же не все те, кто сегодня есть на рынке, смогут это реализовать. Я надеюсь, что все крупные компании, конечно же, реализуют. Мы в «Ингосстрахе» ведем международный учет уже более 10 лет, поэтому даже нам будет сложно это сделать, но мы это совершенно точно сделаем.

Если говорить не только о влиянии активности ЦБ, но и о других факторах, которые будут влиять и уже влияют в 2016 году на рынок страхования, каковы основные тренды, к чему мы, по вашим прогнозам, придем к концу года?

Михаил Волков: Конечно, самое большое влияние оказывает макроэкономика. И то, что на сегодняшний день прогнозы достаточно пессимистические, расстраивает. Это значит, что меньше объектов для страхования, меньше желания у и розничных, и у корпоративных клиентов тратить деньги на страхование. Хотя, с другой стороны, хочу обратить внимание на то, что как раз в кризис, наверное, стоит вспоминать и больше задумываться о страховании, потому что, если вы теряете ваше единственное имущество и в кризис не можете восстановить, то с использованием метода страхования это сделать намного проще. Наверное, сейчас сложно говорить о каких-то новых видах страхования. Похоже, таких точек развития, как новые виды страхования, не будет. Если говорить про розницу, все очень сильно будет зависеть от продаж новых автомобилей. И мы вводим много новых продуктов. Это касается и таких продуктов-«конструкторов», когда можно выборочно застраховать отдельный элемент автомобиля или, например, только угон, только тоталь. И мы очень много делаем в сфере цифровых технологий. Мы надеемся, что и нашим клиентам, и партнерам будет комфортнее, удобнее с нами работать. Мы будем предоставлять новые цифровые услуги в комфортном, понятном формате в первую очередь для клиентов.

Новость, которая недавно просто взбудоражила весь рынок, да и граждане очень сильно озаботились этим вопросом, когда вдруг Российский союз автостраховщиков (РСА) заявил о том, что этим летом нужно будет одномоментно поменять все полисы ОСАГО. Потом выяснилось, что делать этого вроде будет не нужно. Что это было и надо ли будет все-таки менять полис?

Михаил Волков: То, что на руках у населения, по оценкам экспертов, находится несколько миллионов поддельных полисов, конечно же, это очень плохо, поэтому с любым мошенничеством нужно жестко бороться. Я всегда за это выступал и буду выступать. Другое дело, что одномоментной замены, как мы теперь понимаем, производиться не будет. Видимо, будет нормальная, плановая замена бланков.

То есть когда срок действия полиса подходит к концу, уже тогда человек меняет, получает новый?

Михаил Волков: Это наше текущее понимание. Понятно, что РСА может принять какие-то другие решения, но это наше текущее понимание.

Если уж мы заговорили о моторном страховании, я не могу не спросить про КАСКО. Правда ли, что КАСКО, как все его привыкли понимать — страхуем сразу все, полное КАСКО — такого продукта, по большому счету, больше нет, что этот продукт стоит столько, что люди перестали его выбирать и страхуются либо по технологии «Умное КАСКО», либо по франшизе?

Михаил Волков: Конечно же, есть полное страхование. Тем, кто хочет за него заплатить, и тем, кто хочет полностью застраховать автомобиль, мы такой продукт предлагаем. Понимая, что в момент кризиса бюджеты меняются, мы разработали и внедрили много других продуктов. Если несколько лет назад мы активно продвигали франшизу, а она плохо продвигалась, то сейчас жизнь людей заставила: многие ее сами спрашивают, и более 60% нашего портфеля на сегодняшний день — это продукты с франшизой.

Ну и об итогах 2015 года. В двух словах о том, как «Ингосстрах» закончил 2015 год.

Михаил Волков: На фоне сложной макроэкономической ситуации мы в целом выросли и в доле на рынке, и в абсолютных цифрах. Прирост по «Ингосстраху» составил примерно 12%, по группе компании «Инго» — 15%. Мы эти деньги реинвестируем в развитие. С гордостью могу сказать, что 2015 год мы закончили неплохо, и у нас есть все необходимые ресурсы для того, чтобы активно и устойчиво развиваться и дальше.

Иван Медведев

Россия > Финансы, банки > bfm.ru, 1 марта 2016 > № 1675106 Михаил Волков


Россия > Транспорт. Финансы, банки > rospotrebnadzor.ru, 1 марта 2016 > № 1670976 Николай Галушин

Страховые компании, несмотря на сложности в экономике, завершили 2015 год в основном в плюсе — драйвером роста оказался рынок ОСАГО благодаря повышению тарифов. В текущем году оснований для оптимизма у страховщиков нет: роста в автогражданке на фоне падения продаж автомобилей ждать не приходится. А самим компаниям предстоят дополнительные финансовые и административные издержки в связи с планируемой на лето текущего года заменой полисов ОСАГО.

Новых источников для роста сборов на страховом рынке тоже пока не предвидится, при этом ЦБ, лишивший лицензий более 60 страховщиков в прошлом году, уже объявил о намерении продолжить расчистку рынка. Будет ли 2016 год для российских страховщиков легче, чем 2015, попадут ли под "чистку" регулятора крупные страховые компании и каких изменений в законодательстве ждут страховщики, рассказал в интервью РИА Новости первый зампред правления СОГАЗа и член правления Всероссийского союза страховщиков (ВСС) Николай Галушин.

— Николай Владимирович, самой заметной новостью последнего месяца в области страхования стало объявление планов о замене полисов ОСАГО. Планируется, что с 1 июля 2016 года полисы будут выдаваться на новых бланках. Как будет проходить замена старых бланков на новые? Насколько этот процесс будет проблемным и затратным для клиентов и страховщиков?

— Замена должна пройти гладко. Именно такое требование будет выдвигать ЦБ. Каким бы ни был формат и дизайн нового БСО ОСАГО, наш регулятор будет настаивать на том, чтобы интересы граждан были соблюдены. Затратность процесса для страховщиков зависит от количества старых и неиспользованных бланков, которые остались на руках на момент замены бланков (это прямые потери — бланки безвозвратно потеряны, расходы на их приобретение не компенсированы), а также из расходов на покупку новых бланков и на обеспечение всей логистики — от получения БСО на Гознаке до их доставки в самую отдаленную точку продаж. В целом получается недешево.

Каким образом будут менять полисы — это будет позиция РСА, согласованная с ЦБ. До текущего года замена осуществлялась по мере возобновления договоров ОСАГО — старая серия была выведена из продаж, а все новые договоры заключались на новых бланках полисов. В этот раз говорится о единомоментной замене, но такое решение должен поддержать регулятор. И с такой нагрузкой должны справиться страховщики, их офисы, их клиенты.

Не говоря уже о клиентах по ОСАГО.

— По мнению многих экспертов, текущий год будет непростым для российского страхового рынка. Рентабельность страхового бизнеса в целом будет снижаться?

— В России, как и во всем мире, страховой бизнес давно балансирует на грани рентабельности. Коэффициент убыточности на уровне 98-100% является абсолютно нормальным. В течение одного года резко исправить рентабельность бизнеса невозможно. Поэтому я считаю, что одной из важных составляющих всех стратегий, которых придерживаются страховые компании, должен стать переход от борьбы за долю рынка, за валовые объемы собираемой премии к обеспечению приемлемой рентабельности, повышению качества андеррайтинга, КПД сотрудников, эффективности работы и так далее.

В хорошие годы многие страховщики привыкли к такому явлению, которое получило название cashflow-андеррайтинг. Все ценообразование было построено на том, что ошибки в оценке рисков и в определении стоимости страхования компенсировались бурными темпами роста рынка. Оплата убытков производилась "с колес" за счет еще больших объемов премии, поступавшей в следующем году. Эта эпоха осталась позади. Сейчас основное, за счет чего компании могут выживать, это оптимизация бизнес-процессов, снижение стоимости привлечения бизнеса в компанию.

Многие ли из страховщиков, даже крупных, это видят и пытаются что-то предпринять? Судя по тому, что мы наблюдаем сегодня на рынке, ответ будет скорее отрицательным. Когда увидят, будет, наверное, уже поздно, и не у всех страховщиков, полагаю, есть такие акционеры, которые будут готовы их поддерживать и тянуть наверх из финансовой пропасти.

— В прошлом году многие страховщики, несмотря на падение продаж, получили рекордные прибыли. Возможно ли повторение ситуации в нынешнем году?

— Практически во всех случаях компании получили прибыль исключительно за счет роста тарифов по ОСАГО. Но это повышение не сможет долго подпитывать страховщиков, так как вслед за ростом премий начнут наступать и убытки, которые нужно будет урегулировать, причем уже в рамках новых, расширенных лимитов ответственности. Из-за некоторой инерции этого процесса не для всех страховщиков 2016 год будет печальным с точки зрения прибыли, но надо понимать, что это краткосрочное преимущество. Так или иначе, прибыльность страховщиков в 2016 году будет совсем другой.

— То есть вы согласны с зампредом Банка России Владимиром Чистюхиным, который рекомендовал страховым компаниям использовать полученную в 2015 году прибыль для укрепления своей стабильности?

— Да, конечно. Но это вопрос не к менеджменту, а к акционерам страховых компаний. Будут ли они забирать прибыль в виде дивидендов или будут капитализировать свои компании за счет нераспределенной прибыли? Вполне допускаю, что в условиях ухудшения конъюнктуры и макроэкономической ситуации акционеры могут выбрать именно первый вариант. Особенно в тех компаниях, которые не видят для себя каких-то перспектив на рынке.

— В прошлом году ЦБ отозвал лицензии у более чем 60 страховых компаний. Следует ли ждать продолжения этой тенденции в 2016 году и массового ухода с рынка страховщиков? Есть ли риск, что рука регулятора в этом году доберется и до крупных компаний?

— На одном из мероприятий с участием страховых компаний в конце прошлого года представитель Центробанка откровенно сказал, что через год он, скорее всего, со многими уже не увидится. Это означает, что чистка рынка и его освобождение от финансово-нездоровых компаний продолжится. Уверен, что 60 компаний в год, покидающих рынок, — не является пределом. Честно говоря, не вижу в этом серьезных проблем, хотя мне жаль несколько компаний, которые были старожилами и прекратили существование в прошлом году. Такие случаи, безусловно, оставляют определенный отпечаток на репутации всего рынка.

— Банк России в начале года представил проект доклада, посвященного избыточному регулированию деятельности страховщиков. Насколько эта проблема актуальна сегодня?

— Мне трудно комментировать этот вопрос. Несмотря на сам факт подготовки такого доклада, я не думаю, что регулирования в нашей отрасли станет меньше. Напротив, все, что сейчас делает ЦБ, предусматривает еще большее его вовлечение в регулирование рынка и усиление контроля за отчетностью страховщиков. Речь идет и о переходе на новый план счетов, и о переводе отчетности на формат XBRL, и о постепенном движении к Solvency II. Здесь же можно упомянуть большую работу с жалобами, поступающими на страховые организации в связи с их некорректным поведением по отношению к страхователям. И это далеко не предел — в той же банковской сфере регулирование сегодня гораздо более жесткое. Поэтому я не вижу оснований для его смягчения в отношении страховых компаний — пока рынок не будет "воспитан", ЦБ не стоит ослаблять свою хватку.

— Как может повлиять на ситуацию на рынке появление национальной перестраховочной компании (НПК)?

— Вопрос очень сложный. В качестве ответа на него можно нарисовать картинку в виде спидометра со шкалой от нуля до бесконечности. Если НПК будет коммерческим страховщиком, который со временем должен будет найти свою нишу на рынке, предоставляя услуги другим страховым компаниям, и на равных конкурировать с ними за объемы бизнеса, то в этом случае степень влияния этой компании на рынок будет нулевой. Ее появление никоим образом не будет затрагивать интересы других страховщиков. Она должна будет научиться продавать свои услуги, суметь завоевать уважение к себе со стороны других игроков.

И, напротив, степень влияния может быть огромной. Подобную модель мы видим в Белоруссии, где госперестраховщик фактически определяет всю ценовую политику на рынке, является единственной компанией, которая может размещать риски за рубежом и без участия которой ни один договор перестрахования не может состояться в принципе.

В каком месте этой шкалы будем находиться мы — это вопрос к регулятору. В чем сходятся все страховщики и в чем мы не можем пока найти понимания с ЦБ, это вопрос о том, что будет входить в сферу деятельности НПК. По мнению страховщиков, она должна быть связана исключительно с поддержкой тех отраслей хозяйства и тех компаний, которые попали под режим международных санкций. А также со всем комплексом недострахованных рисков, которые невозможно разместить в перестрахование. Например, по страхованию ответственности застройщиков перед дольщиками. По всем остальным вопросам НПК должна быть исключительно рыночным игроком без каких-либо преимуществ или протекционизма со стороны ЦБ. Мы против обязательной передачи части рисков НПК. Мы против того, чтобы только в этой компании могли быть перестрахованы интересы госкомпаний и тех компаний, которые осуществляют закупки в рамках 223-го и 44-го федеральных законов. Но вопрос о том, какие положения лягут в окончательный текст законопроекта о НПК, пока остается открытым.

— Насколько своевременным вы считаете предложение повысить минимальные требования к размеру уставных капиталов страховщиков? Есть мнение, что это убьет региональный бизнес.

— Не знаю, насколько корректно рассуждать о данной инициативе с позиции компании, чей уставный капитал в ближайшее время будет увеличен с 15 до 25 миллиардов рублей, — интересы СОГАЗа повышение минимальных требований к уставному капиталу до 300 миллионов рублей не затрагивает вообще. На наш взгляд, это абсолютно нормальные требования, особенно если конвертировать эту сумму в доллары с учетом его текущего курса.

С другой стороны, повышение требований, безусловно, сократит количество страховщиков, акционеры которых не готовы сейчас вкладывать в компании живые деньги в таком объеме. Но раз речь зашла о региональном бизнесе, давайте зададимся вопросом: а что такое региональный бизнес? У нас основными игроками на региональных страховых рынках уже давно выступают филиалы федеральных страховых компаний. В большинстве субъектов федерации уже не осталось компаний, зарегистрированных на их территории. Поэтому повышение требований к уставным капиталам региональный бизнес не убьет — он как был, так и останется, в регионах по-прежнему будут доминировать филиалы федеральных страховщиков.

Но есть аспект, который вызывает сожаление. Во многих других странах, в том числе европейских, компании-монстры с миллиардными сборами спокойно сосуществует с небольшими нишевыми игроками, некоторые из которых работают уже 100 и более лет и занимаются обслуживанием определенных клиентских сегментов или развивают определенные линии бизнеса. Они оказывают те услуги, которые в силу разных причин не могут оказать крупные компании. К сожалению, у нас нет таких ниш, на которых присутствовали бы специализированные страховщики. И повышение планки уставного капитала до 300 миллионов рублей точно не приведет к их появлению в будущем. Во всех сегментах будут доминировать филиалы крупных страховых компаний.

— Что станет, по вашему мнению, главной рыночной тенденцией на страховом рынке в 2016 году? Будет он легче для страховщиков, чем 2015-й?

— Я консервативен в своих прогнозах — полагаю, что рынок уйдет в минус. В прошлом году основным драйвером роста сборов было ОСАГО. Но тот потенциал, который был обеспечен повышением тарифов по этому виду страхования, уже почти исчерпан, а других значимых стимулов я не вижу.

При этом большинство других сегментов рынка в условиях кризиса будет сжиматься.

Основной тенденцией в нынешнем году станет еще большая концентрация рынка и сокращение количества страховщиков. Ужесточение политики регулятора, неблагоприятная конъюнктура и острая конкуренция будут способствовать уходу с рынка небольших игроков.

— Ожидаете ли вы роста убыточности в розничном и корпоративном сегментах в 2016 году?

— Да, ожидаем. В корпоративном сегменте рост убытков будет связан с увеличением количества природных катастроф и техногенных аварий. В том числе из-за недостаточных вложений в безопасность предприятий на фоне общего сокращения инвестиций в производство.

Что касается розницы, то мы уже видим, как, например, растет размер среднего убытка по ОСАГО. Он будет расти и дальше, в то время как новых премий по этому виду страхования за счет повышения тарифов не ожидается.

— В каких видах страхования, на ваш взгляд, все-таки возможна положительная динамика?

— В 2016 году я вижу несколько потенциальных точек роста. Во-первых, это инвестиционное страхование жизни, которое может показать двузначные темпы роста. Во-вторых, страхование имущества физических лиц. Впрочем, в обоих этих случаях прирост объясняется в основном "эффектом низкой базы", поскольку сборы и уровень проникновения страхования в этих сегментах ранее были очень невелики, а их доля в общем объеме рынка составляла лишь несколько процентов.

Продолжат расти сборы по ДМС, подстегиваемые инфляцией в сфере медицинских услуг. Аналогичную картину мы наблюдали и в прошлом году.

Наконец, свой вклад, пусть и не такой весомый, как годом ранее, внесет ОСАГО. Поскольку в последний раз повышение тарифов произошло в апреле 2015 года, в первом квартале текущего года мы еще будем наблюдать валовый рост премий по договорам, заключаемым по новым тарифам. Учитывая вес ОСАГО в общем объеме сборов, этого будет достаточно, чтобы обеспечить рынку положительный импульс. При этом сохранится тенденция сокращения продаж полисов ОСАГО.

Но в целом этих факторов будет недостаточно, чтобы обеспечить общую положительную динамику рынка.

— Следует ли ожидать роста тарифов в добровольных видах страхования? Или, напротив, страховщики в борьбе за клиентов будут снижать тарифы?

— Я не вижу сейчас каких-либо факторов, которые могут способствовать росту тарифов по добровольным видам страхования. Есть несколько сегментов, где тарифы на протяжении последних лет растут. Например, по страхованию ТМЦ и складских комплексов. Но это связано с убыточностью этого направления страхования, а не с сегодняшней ситуацией в экономике. То есть это исключительно рыночная корректировка. По остальным направлениям оснований для роста тарифов нет.

— Многие страховщики возлагают надежды на принятие законопроекта по страхованию жилья от ЧС. Когда вы ожидаете его принятие?

— Несмотря на то что Госдума может принять его уже в весеннюю сессию, перспективы закона по страхованию жилья туманны. К текущей версии законопроекта есть серьезные замечания со стороны страховщиков. Мы по-прежнему считаем, что в таком виде проект по страхованию жилья является нерабочим. Страховое сообщество предлагало существенно упростить и унифицировать механизм страхования, разработать стандартный коробочный продукт, который будет легче продавать и покупать, доступный для любого гражданина. Вместо этого ко второму чтению конструкция законопроекта стала еще более тяжеловесной, поскольку предполагается, что риски по страхованию жилья необходимо будет перестраховывать. При этом остается неясным, где они будут перестрахованы, если учесть, что еще не создана НПК, которая, собственно, должна определять ценовую политику по перестрахованию этих рисков. В целом конструкция страхования жилья от ЧС становится настолько сложной, что, боюсь, эта махина просто не взлетит.

— Тем не менее, по мнению многих экспертов, появление такого массового сегмента страхования может кардинально изменить масштабы всего рынка. Согласны ли вы с этим?

— Давайте будем реалистами: закон, в каком бы виде он ни был принят, ситуацию с вовлечением граждан в страхование не изменит радикальным образом и сразу. Если с принятием закона мы со временем достигнем планки в 30% охвата страхованием, это будет большой победой, поскольку сегодня, по нашим оценкам, в стране страхуется всего около 5% объектов жилой недвижимости. У нас есть пример Москвы, где льготная программа страхования жилья действует уже 20 лет. Уровень проникновения страхования здесь поднялся до определенного уровня — чуть более 50% — и дальше не пошел. В последние годы он не растет.

— С 1 июля все страховщики должны стать членами саморегулируемых организаций. Как вы относитесь к формированию СРО на страховом рынке? В чем, на ваш взгляд, преимущества этой модели объединения страховщиков?

— Эта правильный шаг. Но важно понимать, что само по себе создание СРО это не самоцель. Основная цель для страхового сообщества — самоорганизоваться и демонстрировать эффективное саморегулирование, в том числе для того, чтобы часть полномочий по регулированию рынка можно было в будущем перенести на СРО. Такой механизм регулирования рынка был бы более оперативным и действенным. Если формат работы страховщиков с точки зрения правил, отчетности, этических норм будет единым для всего рынка, то это в конечном итоге должно повысить доверие потребителей и государства к институту страхования в целом. Пусть не сразу, но это даст стимул развитию рынка, повысит его роль в экономике страны.

Россия > Транспорт. Финансы, банки > rospotrebnadzor.ru, 1 марта 2016 > № 1670976 Николай Галушин


Россия > Агропром > agronews.ru, 19 февраля 2016 > № 1655296 Василий Узун

Комментарий. Чего хочет Минсельхоз: улучшить использование земли или увеличить выплаты ее контролерам и захватчикам?

Василий Якимович УЗУН, д.э.н., профессор, заслуженный деятель науки, главный научный сотрудник Центра агропродовольственной политики РАНХиГС при Президенте РФ – постоянный автор «Крестьянских ведомостей». По просьбе редакции он раскрыл очень острую тему землепользования.

В Послании Президента РФ В.В. Путина Федеральному Собранию РФ от 3 декабря 2015 г. была поставлена задача: «Нужно ввести в оборот миллионы гектаров пашни, которые сейчас простаивают… Прошу Правительство к 1 июня 2016 года подготовить конкретные предложения, включая проекты нормативных актов, а депутатов Государственной Думы и всех членов Федерального Собрания прошу внести поправки в законодательство в течение следующего года и в осеннюю сессию следующего года принять соответствующие законы».

Минсельхоз РФ оперативно среагировал на поручение Президента РФ и уже в декабре 2015 г. представил проект федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения» и иные законодательные акты Российской Федерации». Как министерские чиновники поняли поставленную задачу, и каким образом предлагают ее решить?

Суть и масштаб проблемы

Президент РФ в Послании 2015 г. говорит о пашне (ее в России 121 млн га). В проекте закона речь идет уже о землях сельскохозяйственного назначения (таких земель в три с лишним раза больше – около 386 млн га). Столь расширительное толкование указаний Президента вряд ли оправдано. Исходя из того, что признаки неиспользования земель установлены для сельскохозяйственных угодий (для пашни, сенокосов, пастбищ и многолетних насаждений), а для остальных угодий (например, болот, оврагов и т.д.) проблемы использования не актуальны, в законе целесообразно ограничиться рассмотрением только сельскохозяйственных угодий.

Судя по пояснительной записке к проекту закона, основную задачу Минсельхоз РФ видит в вовлечении в оборот 19,4 млн га неиспользуемых земель сельскохозяйственного назначения, принадлежащих гражданам и юридическим лицам. Если целью закона является «оштрафовать и изъять», то такая постановка задачи оправдана, если же цель — вовлечение в оборот неиспользуемых сельскохозяйственных угодий, то она явно некорректна.

В России на 01.01.2013 г. было 220,2 млн га сельскохозяйственных угодий (данных за последующие годы Росреестр не публикует). Первая задача государства – закрепить эти земли за сельхозпроизводителями. В советское время такое закрепление осуществлялось по решению государственных органов, поэтому почти вся площадь была отдана, как тогда говорили, в вечное пользование колхозов, совхозов и хозяйств населения.

В рыночных условиях ситуация изменилась. Прежде чем претендовать на землю, сельхозпроизводитель оценивает, окупятся ли расходы на ее приобретение (аренду) и использование. Если расходы не окупаются, то земля остается у государства. На начало 2013 г. за сельхозпроизводителями было закреплено 191,1 млн га, т. е. государство не смогло передать сельхозпроизводителям 29,1 млн га сельхозугодий, в том числе 7,3 млн га пашни, залежей и многолетних насаждений, 6,9 — сенокосов. Незакрепленная за сельхозпроизводителями площадь в 1990 г. составляла 8,3 млн га. В последние 25 лет она систематически росла. В двадцати субъектах РФ более четверти сельхозугодий не закреплено за сельхозпроизводителями.

В проекте закона о введении в оборот этих громадных площадей нет ни слова. Однако причины отказа сельхозпроизводителей от этих земель очень часто связаны не только и не столько с плохим качеством и местоположением этих земель, сколько с высокими расходами на их оформление и регистрацию, с теми препятствиями, которые законодатели и чиновники чинят претендентам на землю. Это и не удивительно, ведь в стране с десяток федеральных ведомств, которые пишут законы о земле, регистрируют участки с землей, контролируют разные параметры, но ни одно ведомство не несет ответственности за введение земель в оборот. За не переданную пользователям государственную землю не с кого спросить. Поэтому брошенный Президентом в Послании 2015 года упрек «Слушайте, мы уже сколько лет об этом говорим? А воз и ныне там» никого в зале не смутил.

Часть закрепленных за сельхозпроизводителями сельхозугодий тоже не используется. В пояснительной записке к проекту закона указано, что из 196,1 млн га сельхозугодий в составе земель сельскохозяйственного назначения, по данным субъектов РФ, более 56 млн га не используется. Этот показатель видимо завышен, так как включает 5 млн га не закрепленных за сельхозпроизводителями сельхозугодий и их, вполне очевидно, отнять у сельхозпроизводителей ни по суду, ни без суда невозможно. С другой стороны, он, вероятнее всего, занижен, так как учитывает неиспользуемые сельхозугодия только в составе земель сельскохозяйственного назначения, и не включает неиспользуемые сельхозугодия в землях поселений и других категорий земель. По данным Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2006 г. из закрепленных за сельхозпроизводителями земель не использовалось около 65 млн га (из 190,6 млн га, закрепленных за сельхозпроизводителями, только 126,4 были указаны, как используемые). Если добавить к этой площади не закрепленные за сельхозпроизводителями земли, то получим 94 млн га неиспользуемых сельхозугодий.

Косвенное подтверждение этому получаем при сравнении данных Росреестра и сводных годовых отчетов сельскохозяйственных организаций (СХО). По данным Росреестра из закрепленных за сельхозпроизводителями 191,1 млн га сельхозугодий, 119,8 было закреплено за СХО. Однако по сводному годовому отчету Минсельхоза РФ за действующими СХО в 2013 г. было закреплено только 84,2 млн га сельхозугодий, из которых лишь 3,9 млн га указаны как неиспользуемые. Куда делись еще 35,8 млн га? Они, скорее всего, не используются. Часть этой земли (8,2 млн га) принадлежит хозяйствам, которые уже ликвидированы, но их земли еще не переданы новым пользователям. Но есть еще хозяйства, которые находятся в стадии банкротства и их земли тоже не используются. Есть и такие, которые прекратили свою деятельность, все люди из них ушли, висят долги, процедура банкротства не возбуждена, за нее нужно заплатить, но некому. Таким образом, общая площадь переданных СХО, но не используемых сельхозугодий составляет 39,7 млн га.

За хозяйствами населения закреплено 71,3 млн га сельхозугодий. Эти земли выделены для КФХ, индивидуальных предпринимателей, ЛПХ, садоводов, огородников, дачников, ИЖС и т.д. Процент неиспользуемой площади здесь относительно небольшой. Однако в этой группе землевладельцев есть две категории, которым выделено почти 22 млн га сельхозугодий (собственники земельных долей – 13,2 млн га и собственники земельных участков – 8,7 млн га), однако используется эта земля или нет – неясно. Дольщики и собственники этих участков не передали их в аренду или пользование СХО или КФХ, не присоединили к ЛПХ. Вероятнее всего эти участки тоже не используются, так как население не может их выделить и зарегистрировать в связи с дороговизной процедуры. Если сложить не переданные сельхозпроизводителям земли, неиспользуемые земли СХО и хозяйств населения, то опять получим площадь порядка 90 млн га.

Из пояснительной записки к закону следует, что 36,6 млн га неиспользуемых земель – это государственные земли. В проекте закона не затронут вопрос о том, как их вернуть в оборот. Вместе с незакрепленными за сельхозпроизводителями землями получается огромная площадь – более 60 млн га. Из этого следует, что подавляющая часть оставшихся в государственной собственности земель не используется. Кажется, что вернуть их в оборот легко, ведь для этого не надо ни с кем судиться, проводить сложные процедуры изъятия участков и т.д.

Однако, не все так просто. Найти собственника основной части участков государственной земли трудно. Государственная земля может быть в собственности Российской Федерации, субъекта РФ, районного или сельского муниципалитета. Разграничение земель между указанными категориями собственников было предусмотрено Земельным кодексом еще в 2001 г., однако оно не проведено до сих пор: из 264 млн га земель сельскохозяйственного назначения разграничено лишь 20. Предъявлять претензии по неиспользованию неразграниченных участков некому, так как собственник неизвестен.

Механизмы вовлечения сельскохозяйственных угодий в оборот.

Разграничение и использование государственных земель сельскохозяйственного назначения (240 млн га)

Вставить в проект закона статьи:

а) о разграничении государственных земель на федеральные, субъектов РФ, районных и сельских муниципалитетов.

Определить орган управления, ответственный за эту работу, предусмотреть источники финансирования, сроки и порядок проведения работы.

б) о формировании участков неиспользуемых государственных сельскохозяйственных угодий и создании публичных каталогов неиспользуемых земель.

Определить органы управления, ответственные за проведение этой работы на каждом уровне управления, предусмотреть источники финансирования, сроки и порядок проведения работы

в) о подготовке неиспользуемых государственных земель к передаче в аренду или собственность новых владельцев.

Определить требования к подготовке участков: строительство подъездных путей, обеспечение электричеством, сетевым или индивидуальным водоснабжением и т.д. Определить органы управления, ответственные за проведение этой работы на каждом уровне управления, предусмотреть источники финансирования, сроки и порядок проведения работы

Запрет бесплатного перевода сельскохозяйственных угодий под застройку (закрыть главную лазейку для спекулянтов и коррупционеров)

В Послании Президент говорит, в первую очередь, о землях, «которые сейчас простаивают, находятся в руках крупных землевладельцев, причем заниматься сельским хозяйством многие из них не спешат». Некоторые землевладельцы действительно приобретали и продолжают приобретать земли сельскохозяйственного назначения в надежде перевести хотя бы часть площадей в земли поселений, дачные, садоводческие и иные участки, на которых можно вести строительство. При таком переводе стоимость участка возрастает в среднем в 100 раз. К. Маркс писал, что при рентабельности 300%, капитал готов на любые преступления. Вполне очевидно, что при рентабельности 10000% предприниматели и чиновники не только готовы, но и каждодневно совершают преступления. Строго говоря, в соответствии с российским законодательством получить указанные проценты можно, формально не нарушая действующее законодательство.

Перевод сельскохозяйственных земель в другие категории осуществляется по решению органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации (статья 8 Земельного кодекса РФ). Собственник земельного участка подает заявку на перевод, она рассматривается и принимается решение. Если решение положительное, можно считать барыши. Некоторые губернаторы подписывали в среднем одно такое решение в день. Формально за такое решение плата не предусмотрена. Фактические выплаты производятся по коррупционным схемам.

Для того, чтобы предприниматели осознали, что впредь им не удастся получить свои 10000%, в проект данного закона необходимо внести две статьи:

а) о запрете бесплатного перевода сельскохозяйственных угодий под застройку;

б) о продаже права застройки сельскохозяйственных земель.

В соответствии с действующим российским законодательством право частной собственности на земли сельскохозяйственного назначения изначально было не полным. Из большого пучка прав было исключено право на застройку. Частный собственник, даже купивший землю сельскохозяйственного назначения у государства, право застройки не покупает. На этих землях строить нельзя. Чтобы строить, надо сначала перевести землю в другую категорию или изменить ее целевое назначение. Поэтому включение двух предлагаемых статей в проект закона не нарушит права землевладельцев.

Как только бизнес осознает, что заработать на сельхозугодиях можно только занимаясь сельским хозяйством, он сам, без судов и иных принуждений начнет избавляться от неиспользуемых земель.

Внесение обременений на неиспользуемые участки.

В проекте закона много места уделено ужесточению срока, в течение которого участок нужно подготовить к использованию и начать использовать. В реальной жизни действовавшие ранее и предлагаемые новые более жесткие ограничения легко обойти, так как в любой момент можно переоформить право собственности на аффилированное лицо и отсчет начнется сначала. Поэтому новые ужесточения не помогут, нужно закрыть имеющуюся лазейку. Для этого в проект закона целесообразно ввести статью:

а) обременение неиспользуемого участка.

Если проверкой установлено, что участок не используется, то на него накладывается обременение. Новые проверки на таком участке не нужны, отмена обременения должна быть заботой собственника. Обременение должно сохраняться даже при переходе участка к другому собственнику. Вполне очевидно, что цена на обремененный участок будет падать по мере приближения к установленному сроку, в течение которого участок мог быть неиспользуемым. По истечении такого срока по решению суда такой участок должен быть объявлен как неиспользуемый, выставлен на публичные торги и продаваться по рыночной цене претендентам на его использование. Если претендентов нет, то ни штрафовать, ни отбирать участок у прежнего владельца не нужно. В России много земель, использование которых экономически неэффективно. Если государство считает целесообразным их вовлечение в оборот, то оно должно не штрафовать собственников, а разработать меры господдержки освоения и использования таких земель или их передачи с нулевыми трансакционными издержками новым пользователям.

Распределение выручки от продажи неиспользуемых участков

Проект закона обязывает орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации в месячный срок приобрести непроданный неиспользуемый земельный участок в собственность за 50% его кадастровой стоимости. Во-первых, федеральный центр не может принуждать субъекты РФ тратить свой бюджет на такие цели. Во-вторых, компании, захватившие сотни тысяч гектаров земли и не заплатившие за них ничего, могут неплохо заработать. Например, при кадастровой цене 60 тыс. руб. за гектар компания, имеющая 150 тыс. га, может получить 4,5 млрд руб.

Чтобы избежать несправедливых выплат из бюджета за неиспользуемые участки, необходимо из законопроекта исключить указанное положение и ввести следующую статью:

а) Распределение средств, полученных от продажи неиспользуемых участков.

Вырученные от продажи неиспользуемого земельного участка средства передаются собственнику земли, кроме случаев: получения земли бесплатно (государственные земли, земли дольщиков, иным образом полученные бесплатно земли). В этом случае компенсации подлежат только затраты собственника на оформление земли, остальные средства направляются в бюджет субъекта РФ и муниципалитета, на территории которых находится участок. Если при продаже участка были затрачены бюджетные средства на его выделение и регистрацию, то они тоже должны компенсироваться из выручки.

Ставка на малый бизнес

Неиспользуемые земельные участки, как правило, не составляют единого крупного массива, а разбросаны по мелкоконтурным, часто удаленным от центральных усадеб участкам. Их использование неэффективно для крупного бизнеса, но может быть выгодно для малого. Ставка на освоение таких заброшенных земель должна быть сделана на фермеров и местное население. Соответствующую статью целесообразно включить в проект закона

Заключение.

Для выполнения поручения Президента и вовлечения неиспользуемых земель в оборот необходима коренная переработка проекта закона. Для этого нужно создать рабочую группу из квалифицированных специалистов, занимающихся данной проблемой, и поручить ей разработать концепцию закона, дать тщательный анализ сложившейся ситуации в целом по стране и в отдельных субъектах РФ, четко сформулировать цели, которые предполагается достигнуть. На этой основе разработать проект закона, а затем провести его тестирование в отдельных субъектах и районах. Только на основе такой работы может появиться выдерживающий критику проект закона, который создаст новые возможности для решения проблемы, а не новые трудности, которые могут привести к расширению площади неиспользуемых земель и к дальнейшему росту коррупции.

Автор: Василий УЗУН, главный научный сотрудник Центра агропродовольственной политики РАНХиГС при Президенте РФ

Россия > Агропром > agronews.ru, 19 февраля 2016 > № 1655296 Василий Узун


Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 21 января 2016 > № 1624440 Алексей Кудрин

Кудрин: Нынешний обвал временный, рубль вернется к своим позициям

В эксклюзивном интервью Business FM экс-министр финансов сказал, что российская нацвалюта вернется к своим позициям подобно тому, как это было в декабре 2014 года

Нефтяные цены могут упасть до 18-ти и даже до 16 долларов за баррель, заявил Алексей Кудрин на деловом завтраке «ВТБ Капитала» в Давосе. Что будет делать правительство — секвестировать бюджет или девальвировать рубль, будет ли усилено налоговое бремя в новом году? На эти вопросы сам экс-министр финансов отвечал в эксклюзивном интервью Business FM.

Вы выступали на завтраке «ВТБ-Капитал», речь шла о ценах на нефть, вы назвали новую цифру. По вашим словам, показатель может упасть до 16 долларов за баррель. Чуть подробнее: на какой период упасть, чем такие цены в действительности грозят российской экономике в этом году?

Алексей Кудрин: Во-первых, мы сегодня видим, что цены снижаются. То есть снижаются по ряду факторов, их несколько. Они связаны и с замедлением роста мировой экономики, и с Китаем, и с увеличением предложения нефти на фоне ситуации по Ирану, достаточно высокими резервами, применением альтернативных источников энергии. Целый ряд технологий сегодня выходит на коммерческое, промышленное освоение. Это ряд факторов, которые в этот момент оказали совместное влияние. И говорить о том, что мир может контролировать такую тенденцию, не приходится. Даже усилия Саудовской Аравии, которая целенаправленно, как считают, ставит своей задачей снизить мировую цену на время и сохранить свою долю, выбить с рынка своих конкурентов, даже это важное обстоятельство является только одним из факторов. И Саудовская Аравия тоже не может в полной мере контролировать падение цены. Тем не менее, пока, в ближайшие несколько месяцев, пока ОПЕК не приняла никаких других решений, и Саудовская Аравия, похоже, будет следовать своей старой цели, мы можем говорить, что цена на нефть может еще снизиться. А вот глубина может быть сравнена с 1998 годом. Я напомню, что в 1998 году несколько месяцев цена на нефть была 8 долларов за баррель. Если перевести это в цены нынешнего года, когда, если посчитать индексы инфляции за все эти годы, это означает 13-14 долларов в нынешних ценах. И это означает, что это может случиться. Поэтому говорить, сколько цена будет окончательно, мы не можем, мы можем говорить, что она может быть низкой. Конечно, она не удержится на такой величине, это сильно подрывает позиции добытчиков нефти, их инвестиции, поэтому в какой-то момент она отойдет назад. В 1998 году это произошло в течение года, средняя цена на нефть там была 12 долларов, я думаю, что и в этом году она чуть-чуть отойдет после такого падения на какую-то более умеренную позицию, может, это будет 25-30, не знаю. Но я не исключаю на очень короткий период, на несколько месяцев, очень низкую цену.

Теперь к последствиям. Вы уже вчера говорили, что даже при среднегодовой цене 30 дефицит бюджета составит 6%, но это, что называется, математика. А что, на ваш взгляд, с этим нужно делать, и что, как вы предполагаете, будут делать: налоги повышать, секвестировать бюджет или очень сильно девальвировать рубль?

Алексей Кудрин: Первое: я уверен, что Центральный банк не проводит специально политику девальвации рубля. И все эти прогнозы, что бюджет балансируется при цене 210 рублей за доллар, или при 3% дефицита — при 140, это все действительно арифметика, не имеющая отношения к реальной жизни, это просто расчеты — вот так бы бюджет балансировался. Но Центральный банк не исходит из этого, Центральный банк обязан поддерживать режим плавающего курса, это значит, что курс будет следовать за объективными условиями на рынке. В данном случае это за снижением цен на нефть пока. Тем не менее, даже влияние снижения цен на нефть меньше, чем на более высоких, когда цена на нефть падала с более высоких значений. И тем самым Центральный банк, я думаю, будет следовать своим принципам, и ради бюджета ничего специально делаться не будет. Во-вторых, дефицит бюджета 6% — это очень высокий показатель, его очень сложно покрыть. Это значит — значительно больше использовать Резервный фонд, увеличить заимствование на внутреннем рынке, что будет болезненно для частных заемщиков, это сокращение расходов. Изменение налога в этом году уже не произойдет. То есть, если даже правительство решит, что им недостаточно средств для выполнения социальных обязательств и других важных жизнеобеспечивающих расходов, то изменение в налогах произойдет, скорее всего, уже в расчете на следующий год, то есть это произойдет осенью по налогам, которые вступят в действие со следующего года. Тем самым, я думаю, что правительство примет меры по сокращению дефицита, он все равно будет высоким, можно ожидать четыре или больше процентов, в зависимости от того, какие меры, связанные с сокращением расходов, будут осуществлены. Он, конечно, будет меньше шести. Шесть — это расчетно, с учетом падения доходов, связанных с падением цен на нефть.

Сейчас уже начинается обсуждение, и вы сказали, что повышение налогов, в общем-то, неизбежно, ну, допустим, говорим про 2017 год. Уже сообщается, что есть планы от страховых взносов вернуться к Единому социальному налогу и фактически ввести прогрессивное налогообложение, причем с довольно низкой базы повысить — с 800 тысяч рублей в год. Как вы эту идею прокомментируете? Где еще налоговое бремя, вы ожидаете, может быть усилено, допустим, в следующем году?

Алексей Кудрин: Я бы не хотел рассуждать на тему, как повысить налоги. Я сам не сторонник этого, я считаю, что были сделаны ошибки, и надо было снижать обязательства государства или не наращивать их в предыдущий период, тогда не пришлось бы сейчас повышать налоги. И уж точно я не буду советовать правительству, как повышать налоги. Я просто анализирую, просто предсказываю, как эксперт, говоря о том, что правительство, взяв на себя определенные решения и обязательства — социальные, в сфере обороноспособности, у нас есть более важные еще расходы в образовании и здравоохранении — оно вынуждено будет при таком снижении доходов прибегать к каким-то мерам, сокращением расходов всем не обойтись. Я не исключаю, что будет повышение налогов, даже, думаю, с высокой вероятностью. Тем не менее, я не хотел бы предсказывать, какие налоги будут повышать. По вашему вопросу могу ответить, что я не сторонник возвращения прогрессивной шкалы подоходного налога. Единый социальный налог — это не повышение налогов, это просто технологический, скорее, вопрос. Я считаю, это целесообразно в этих условиях делать. Мы убедились, что тот порядок, когда страховые взносы, пенсионные, в Фонд медицинского страхования, в социальное страхование имели большие...

Пока мы с вами разговаривали, у нас тут, в Москве, курс доллара превысил уже 84,25. Мы в последние двое суток наблюдаем обвальную девальвацию, что бы там мы ни говорили о пользе свободного плавания курса, что вы считаете нужным делать в этот момент? Потому что у нас здесь, в Москве, ощущение, что мы приближаемся к состоянию паники, хоть у населения нет лишних денег, чтобы покупать доллары, но мы знаем, что происходило в декабре прошлого года. Как бы вы этот момент прокомментировали, что нужно сделать сейчас?

Алексей Кудрин: Я бы сейчас ушел от комментариев публичного характера на этот счет, это уже работа Центрального банка, и я не хочу сейчас говорить об этом.

Тот темп девальвации, который в последние двое суток мы наблюдаем, на ваш взгляд, он локальный или рубль догоняет то падение нефти, от которого он отставал некоторое время назад?

Алексей Кудрин: Я думаю, что это временное падение, безусловно, рубль вернется к каким-то своим позициям, как это было в декабре 2014 года.

Илья Копелевич

Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 21 января 2016 > № 1624440 Алексей Кудрин


Россия. Весь мир > Медицина > gazeta.ru, 15 января 2016 > № 1611558 Джим Костанцо

«Медицинская помощь везде одинакова»

О мировом опыте оптимизации медицины — партнер EY Джим Костанцо

Елена Малышева

Россию ожидают сокращения больниц и врачей. Но мировой опыт говорит, что начинать оптимизацию надо не с федерального уровня, а с регионов, а прежде чем сокращать врачей — повысить эффективность их работы. Об этом и о том, почему в Африке не закрывали окна во время операций, а Бразилия завозила медиков с Кубы, «Газете.Ru» рассказал Джим Костанцо, руководитель глобальной практики по консультационным услугам в области здравоохранения, партнер EY.

— Главный вопрос в российском здравоохранении на сегодня — это оптимизация, которая становится синонимом сокращения числа больниц, больничных коек и врачей. В ряде случаев о повышении эффективности работы говорить не приходится, и медики бьют тревогу в связи с нехваткой кадров и ресурсов. Вы как международный эксперт можете оценить ситуацию и сказать, как вообще должна проходить оптимизация сферы здравоохранения, какой опыт есть в мире?

— Оптимизировать здравоохранение означает сделать его таким эффективным, как это только возможно, за счет имеющихся ресурсов. И когда я думаю об оптимизации, я не всегда подразумеваю под этим сокращение врачей или больниц — это может стать ее частью, но необязательно. Иногда оптимизация подразумевает даже привлечение новых врачей, которые могут делать работу более эффективно, перемещение докторов из региона в регион. Оптимизацию надо проводить очень аккуратно, учитывая все аспекты. Нельзя оптимизировать в общем, надо смотреть на детали, изучать специфику территорий, например изучать снабжение лекарствами и управление кадрами, проверять, достаточно ли врачей по всей цепочке — от терапии до операционных.

Интересный пример дала Бразилия, когда правительство этой страны попросило EY изучить ситуацию с кадрами, и мы посоветовали им привлечь 2 тыс. врачей с Кубы, потому что у них местами не хватало докторов. Они сделали это и получили хороший результат, хотя в целом в стране у них было достаточно врачей — даже более чем достаточно. Вот только не во всех регионах: врачи неравномерно распределялись по территории. У них было много докторов в Амазонасе (крупнейший штат) и не хватало в других регионах.

— У нас в России та же проблема.

— Конечно, я полагаю, да. Оптимизация системы здравоохранения в Бразилии потребовала где-то сократить больницы, а где-то, наоборот, нарастить количество врачей. Поэтому оптимизация в целом необязательно дает сокращение общего числа докторов в стране. Нужно смотреть специфику каждого региона — это большая сложная работа.

— Когда чиновники аргументируют сокращение коек и врачей, они упоминают о европейском опыте, где на 1 тыс. человек населения приходится значительно меньше коек, чем в России, но другие эксперты отмечают, что и заболеваемость, например, в Европе ниже. Как найти баланс и удачные примеры для нашей страны?

— Я, к сожалению, не изучал глубоко российскую систему здравоохранения, но я бы предположил, что количество коек, время пребывания пациента на койке, качество помощи, например, в Великобритании, соответственно, гораздо меньше, выше и эффективнее, чем в России. Я не могу утверждать, лишь предполагаю. Соединенное Королевство, для примера, с одной стороны, маленькая страна, и они долгие годы работали над оптимизацией каждого аспекта большой системы. В ходе этой оптимизации им удалось сократить число коек и врачей, когда каждый доктор, каждая койка в больнице стали работать с максимальной эффективностью и отдачей.

Не знаю, как это обстоит в России, но я бы предположил, что, если ваша страна будет работать над сокращением времени пребывания пациента на койке, над программами контроля над заболеваниями, повышением продолжительности жизни и другими аспектами, тогда вы сможете сократить число коек, врачей и получить лучшую систему здравоохранения, чем сейчас.

Но Россия гораздо больше, чем многие европейские страны, будь то Великобритания, Германия, а они провели много времени над повышением эффективности. Возможно, в России стоило бы начать с одного региона, с какого-то географического центра, и модернизировать тестовые больницы — пять или семь, после чего распространить позитивный опыт.

Но я слышал от министра здравоохранения сегодня на Гайдаровском форуме, что вы это делаете, и если так, то это правильно. Тем не менее даже в странах меньшего размера, чем Россия, это занимало много времени.

— С чего именно, по вашему мнению, следует начинать, чтобы обеспечить эффективное расходование ресурсов, все же с сокращения, чтобы затем улучшать, или с улучшения всей неповоротливой системы, как она есть?

— Я бы начал с аналитики, выявления заболеваний, которые влекут наибольшую смертность: сердечно-сосудистые или онкология, другие болезни. В регионах надо внимательно смотреть количество пациентов, время пребывания на койке, число врачей и больниц — это можно сделать довольно быстро, за несколько недель. Затем делаются выводы, на чем следует сфокусироваться, на лечении каких заболеваний в первую очередь, потому что в разных регионах может быть разная ситуация.

--Может ли сама система здравоохранения отличаться в регионах: можно ли в Москве выстраивать ее одним образом, на Дальнем Востоке — совершенно иначе? Надо ли, на ваш взгляд, финансировать здравоохранение больше через регионы или распределять средства из федерального центра?

— Системы могут быть разные от региона к региону, это точно. Например, если мы возьмем Южную Африку — Йоханнесбург, Кейптаун, там фантастическое качество медицины, отличные врачи. Но по мере того, как мы будем продвигаться вверх по континенту, смотреть Центральную и Северную Африку, мы увидим, что там доступность здравоохранения гораздо ниже, вероятно, на востоке России тоже есть эта проблема.

В Африке возникали локальные проблемы, которые долго не удавалось преодолеть. Например, я посещал больницу, где был высокий процент послеоперационных осложнений из-за инфекций. Наша первая рекомендация была закрывать окна во время операций, потому что мы заметили, что они держат их открытыми из-за жары. Но, увы, оказалось, что это невозможно.

— Хорошо, что у нас в операционных не открывают окна, по крайней мере зимой.

— Конечно, это просто пример. Это то, чего не может быть, например, в Йоханнесбурге и Кейптауне — вот простая разница между регионами. Каждая территория имеет свои особенные проблемы, которые должны получить локальные решения. Где-то сердечно-сосудистых заболеваний много, где-то диабет, где-то не хватает койко-мест, где-то пациенты лежат в больнице подолгу. А что касается финансирования, то в США, например, у каждой территории свой бюджет и своя система управления здравоохранением — разное законодательство, страховые компании. В каждом конкретном случае используется определенная модель финансирования.

— У нас сейчас, с одной стороны, новая система финансирования достроена, одноканальная, через Федеральный фонд обязательного медицинского страхования (ФФОМС). Деньги собираются с регионов в ФФОМС, затем распределяются обратно по территориям, при этом есть еще федеральная бюджетная часть для федеральных клиник. Но сейчас мы сталкиваемся с недостаточным контролем за качеством медицины, который возложен на страховые компании. Как, на ваш взгляд, можно решить проблему контроля и, с другой стороны, распределить деньги справедливо, потому что некоторые регионы жалуются, что дают больше, чем получают обратно?

— В некоторых странах здравоохранением управляет правительство, в других — независимые организации, аккредитованные властями. Не знаю, есть ли такие в России, но в США есть федеральная система контроля за страховыми компаниями, и, если они не работают как положено, их ожидают санкции. Такая проблема возникает часто в разных странах. Как правило, на федеральном уровне разрабатываются общие принципы, процедуры, порядок сдачи отчетности и штрафы. В развитых странах существует определенная плата за определенные процедуры, и они более или менее унифицированы.

Системы разнятся от страны к стране. В Латинской Америке до сих пор каждый визит к врачу оплачивается, а дальше клиент решает свои отношения со страховой компанией. Доктор получает плату каждый раз.

— В США, как известно, по большей части медицина частная, у нас, наоборот, в большей степени государственная, частный сегмент пока не занял большой ниши. Есть ли, на ваш взгляд, какой-то разумный баланс, какая система лучше?

— Это сложный вопрос. Думаю, вы удивитесь, но в США федеральное правительство тратит на здравоохранение больше денег, чем вы думаете. Люди всегда говорят о главной роли страховых компаний и частного сектора, однако главным плательщиком в стране и в мире остаются Medicare и Medicaid (две государственные программы в США, обеспечивающие здравоохранение и медицинскую помощь. — «Газета.Ru»). Они огромные.

Мы близки к соотношению 50 на 50% (между государственным и частным сектором) в США, просто вы больше слышите о частном секторе, потому что компании стараются быть заметнее, развивать медицинский туризм и так далее. Что касается России, ей также, вероятно, нужны обе системы, ведь в страну приезжают люди из других мест, им нужны частные услуги.

Другой пример — Бразилия. У них есть и частный, и государственный сектор, обязательная страховка. Есть первый уровень услуг, доступный всем по государственной страховке, есть медицина другого уровня, которую вы можете оплатить за свой счет. Но если у человека возникает какое-то очень серьезное заболевание вроде онкологии, то он снова вправе рассчитывать на свою обязательную страховку.

И причина, по которой это хорошо работает, — законодательное требование, что качество услуг, и частных, и государственных, не должно отличаться, это должна быть одинаковая медицинская помощь.

Полагаю, что надо искать разумный баланс, точных ответов нет для каждой конкретной страны. В Бразилии смешанная модель, не знаю точный процент, возможно, тоже 50 на 50% или 40 на 60%. Медицинская помощь везде одинакова: могут быть новые технологии, но если у человека сердечный приступ, его, по идее, должны лечить одинаково и в Китае, и в Бразилии. А вот система, обеспечивающая эту работу врачей, очень разная в зависимости от региона — везде своя.

— То есть оптимизация медицины в крупных странах, таких как Россия, должна идти снизу вверх, от регионов к федеральному центру?

— Полагаю, что так. И я думаю, что надо вести эту работу постепенно, от больницы к больнице, не все сразу. Это непростая работа, которая занимает годы и годы. Надо сделать пациентов более ответственными за свое здоровье, научить врачей соблюдать все процедуры, научить чиновников экономить деньги и ресурсы. Это большие перемены. Начинать следует с одной больницы, одного региона, одной группы людей за раз. Даже в США с нашей устоявшейся за долгие годы системой вдруг появляется Obamacare (реформа здравоохранения 2010–2014 годов), и мы продолжаем совершенствоваться.

Россия. Весь мир > Медицина > gazeta.ru, 15 января 2016 > № 1611558 Джим Костанцо


Россия > Госбюджет, налоги, цены > vz.ru, 13 января 2016 > № 1625938 Владимир Слепак

«Нужен механизм, компенсирующий людям что-то на фоне потерь в финансах»

Текст: Иван Чернов

«Если сегодня даже нет соответствующих финансовых ресурсов, почему бы не подтвердить социальный статус государства?» – заявил газете ВЗГЛЯД председатель комиссии Общественной палаты России по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан Владимир Слепак, который с коллегами предлагает организовать в стране социальные суды.

Комиссия Общественной палаты России по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан предложила создать в России особые, социальные суды. Письмо с соответствующей инициативой направил уполномоченному по правам человека в России Элле Памфиловой глава этой комиссии Владимир Слепак, передает ТАСС.

«Создание института социальных судов не оригинальное предложение, а многолетняя, успешно сложившаяся практика, существующая во многих странах, четко определивших приоритет рассмотрения в судах исков граждан, нуждающихся в защите их прав при решении социально-трудовых споров», – отметил он.

По мнению Слепака, специализированное судебное рассмотрение социально-трудовых споров позволит укрепить авторитет государственной власти, а также создаст дополнительные возможности по совершенствованию социальной политики.

Согласно тексту письма, компетенция предлагаемой судебной отрасли «должна включать вопросы всех видов социального, пенсионного и медицинского страхования, государственных пенсий, пособий и иных гарантий социальной защиты и обеспечивать защиту гарантированного Конституцией Российской Федерации каждому гражданину права на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законодательством РФ».

Подробнее об этом газета ВЗГЛЯД попросила рассказать автора инициативы Владимира Слепака.

ВЗГЛЯД: Владимир Анатольевич, как вообще родилась идея организовать в России социальные суды?

Владимир Слепак: Начнем с того, что по Конституции мы являемся социальным государством. При этом в последнее время наблюдается довольно странная и недопустимая картина. Я имею в виду битву за социальный бюджет между экономическим и социальным блоками российского правительства. Хотя в России дефицитный бюджет, но я неоднократно уже говорил о том, как исправить ситуацию, и даже публиковал 20 пунктов на эту тему. Почему мы, например, смотрим так лояльно на то, что творится в алкогольной отрасли, в отрасли табакокурения? Из-за этого ежегодно теряются миллионы и даже миллиарды рублей. Или сфера туризма, которая создает миллионы рабочих мест, но не приносит той пользы государству, какую могла бы принести. Вместо этого экономический блок правительства ищет, как урезать финансирование инвалидов и других социально незащищенных групп граждан. Да, у нас действует материнский капитал и другие меры поддержки, но на фоне существующей инфляции и ситуации в экономике эти меры недостаточны.

ВЗГЛЯД: И чтобы защитить социально незащищенные категории граждан, вы предлагаете организовать социальные суды?

В. С.: Если сегодня даже нет соответствующих финансовых ресурсов, почему бы не подтвердить социальный статус государства по-другому? Через проведение административных реформ и создание социальных судов. Не секрет, что наши суды представляют собой, наверное, наиболее бюрократизированную систему. Взять судебные решения по потребителям. Только в 30% случаев, а то и меньше, выносятся решения о том, что потребителю действительно нанесен ущерб. А ведь потребители – это все граждане России. В то же время во многих других странах действуют специальные суды, куда люди могут обратиться для решения трудовых споров, по вопросам пенсионного оформления, из-за потери кормильца, не дай бог, и т.д. Есть масса вопросов, требующих особого внимания.

ВЗГЛЯД: Как будут работать новые суды?

В. С.: Вопросы, требующие особого внимания, о которых я сказал, должны решаться в порядке, подчеркиваю, бесплатной и понятной любому гражданину системы. Таким образом можно будет хотя бы сейчас, во время острого кризиса, показать гражданам, что государство о них заботится. То есть нужен механизм, компенсирующий людям что-то на фоне потерь в финансах и т. д. Напомню, что у нас, даже по официальным данным, которые озвучивала вице-премьер Ольга Голодец, 23 млн человек находятся за чертой бедности. Еще 15 млн – инвалиды. Из них 600 тыс. – дети. Людей, которые попросту выброшены из общества, то есть бомжей, около 5 млн. Речь идет о миллионах людей и действенном механизме защиты их прав.

ВЗГЛЯД: При создании новой структуры наверняка потребуются не только судьи, но и их аппарат, помещение и т.д. А ведь это стоит больших денег?

В. С.: Думаю, что в данном случае уместно выражение: цель оправдывает средства. У нас в Общественной палате работает горячая линия по проблемам в сфере трудовых отношений. И на нее уже позвонили порядка 7 тыс. человек! При этом мы волонтеры. Наверное, и у государства, кроме волонтеров, должны быть ответственные за эту сферу люди, те, к кому люди будут не бояться обращаться.

ВЗГЛЯД: Как вы собираетесь донести свою идею до руководства страны? И, может быть, кто-то уже отреагировал на нее: политики, судьи?

В. С.: Я направил эту идею уполномоченному по правам человека в России Элле Памфиловой. Учитывая, что она регулярно встречается с президентом, если она решит, что этот вопрос приоритетный, то он может быть рассмотрен и на самом высоком уровне. Мы – я имею в виду комиссию Общественной палаты по социальной политике, трудовым отношениям и качеству жизни граждан – высказываем только свои предложения, вносим инициативы. И надеемся на то, то когда-нибудь они станут законами.

ВЗГЛЯД: Расскажите немного о международном опыте. В каких странах социальные суды уже есть?

В. С.: Как юрист я постоянно отслеживаю ситуацию. И могу сказать, что подобные структуры успешно работают во многих, почти во всех европейских странах. Это Германия, Франция, Дания и другие. Там несколько разные механизмы. Где-то совмещенные социально-трудовые суды, где-то – отдельно социальные и отдельно трудовые. Но везде этому вопросу уделяется особое внимание.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > vz.ru, 13 января 2016 > № 1625938 Владимир Слепак


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 января 2016 > № 1622779 Барак Обама

Послание президента США конгрессу о положении в стране

The White House, США

Белый дом снова публикует в интернете полный текст президентского послания о положении в стране перед его выступлением в том виде, в котором оно подготовлено. Делает он это для того, чтобы данная речь была максимально доступна. Люди смогут следить за выступлением президента в режиме реального времени на сайте WhiteHouse.gov/SOTU, просматривая схемы и инфографику по основным вопросам, смогут делиться понравившимися отрывками из выступления и давать свои комментарии.

— —-----------------

Господин спикер, господин вице-президент, члены конгресса, сограждане.

Сегодня наступает восьмой год с тех пор, как я впервые выступил здесь с посланием о положении в стране. Это последнее мое послание, и я постараюсь сделать его короче. Я знаю, кое-кому из вас не терпится вернуться домой в Айову.

Я также понимаю, что поскольку наступил избирательный сезон, ожидания по поводу наших достижений на этот год невысоки. Тем не менее, господин спикер, я высоко ценю тот конструктивный подход, который вы и другие руководители продемонстрировали в конце прошлого года в вопросе утверждения бюджета и постоянных налоговых сокращений для работающих семей. Поэтому я надеюсь, что и в этом году мы сможем совместно работать по приоритетным для обеих партий направлениям, таким как реформа уголовного права, а также помогать людям, борющимся против злоупотреблений с лекарствами рецептурного отпуска. Мы можем в очередной раз удивить циников.

Но сегодня я не хочу углубляться в традиционный перечень предложений на предстоящий год. Не беспокойтесь, таких предложений у меня множество, от помощи студентам в написании компьютерных кодов до персонализации медицинской помощи больным. И я буду продолжать ту работу, которую нужно делать. Наводить порядок в нарушенной иммиграционной системе. Защищать наших детей от насилия с применением оружия. Добиваться равной оплаты за равный труд и оплачиваемых отпусков. Поднимать минимальную заработную плату. Все эти вещи по-прежнему важны для работающих семей, и их по-прежнему надо делать, поскольку это правильно. И я не успокоюсь, пока это не будет сделано.

В своем последнем послании конгрессу я не хочу говорить только о наступившем годе. Я хочу сосредоточить внимание на следующих пяти, десяти годах, и даже далее.

Я хочу сосредоточить внимание на нашем будущем.

Мы живем в эпоху необычайных перемен, перемен, которые преобразуют наш образ жизни, нашу планету и наше место в мире. Эти перемены обещают нам поразительные прорывы в медицине, но они также чреваты экономическими потрясениями, которые создадут дополнительную нагрузку для работающих семей. Эти перемены обещают образование для девочек в самых удаленных деревнях, но они также создают возможности для взаимодействия между террористами, плетущими свои заговоры за океаном. Эти перемены могут дать нам новые благоприятные возможности или усилить неравенство. И нравится нам это или нет, но темпы этих перемен будут только ускоряться.

Америка и раньше сталкивалась с большими переменами: войны, депрессия, наплыв иммигрантов, борьба рабочих за справедливое отношение и движения за расширение гражданских прав. Всякий раз находились те, кто говорил, что нам надо бояться будущего, кто утверждал, что нам надо притормозить перемены, обещая возродить былую славу, если мы возьмем под свой контроль какие-то группировки или идеи, угрожающие Америке. И всякий раз мы преодолевали эти страхи. Говоря словами Линкольна, мы не хотели придерживаться «догматов спокойного прошлого». Вместо этого мы начинали думать по-новому, действовать по-новому. Мы заставляли перемены работать на нас, мы всегда продвигали надежды Америки вперед, к новым рубежам, давая эти надежды все большему количеству людей. Поступая таким образом и видя новые возможности там, где другие видели только опасность, мы становились все сильнее и лучше.

То, что было верно тогда, верно и сегодня. У нас как у нации есть уникальные преимущества — наш оптимизм и трудолюбие, наш дух первооткрывательства и новаторства, наше разнообразие и приверженность нормам права. Эти вещи дают нам все необходимое для обеспечения процветания и безопасности на многие годы вперед.

На самом деле, именно этот дух сделал возможным прогресс последних семи лет. Именно так мы вышли из самого серьезного за многие годы экономического кризиса. Именно так мы реформировали систему здравоохранения и перестроили свой энергетический сектор. Именно так мы предоставили новые льготы и привилегии нашим военнослужащим и ветеранам. Именно так мы закрепили в каждом штате наше право вступать в брак с теми, кого мы любим.

Однако такой прогресс не является неизбежным. Это результат принимаемых нами совместно решений. И такие решения нам предстоит принимать прямо сейчас, делая свой выбор. Как мы отреагируем на перемены нашего времени: со страхом, самоизолируемся как нация, выступим друг против друга как народ? Или же мы будем смотреть в будущее с уверенностью в том, кто мы есть, за что мы выступаем, с верой в те невероятные достижения, которые мы можем осуществить вместе?

Давайте же поговорим о будущем, о тех четырех важных вопросах, на которые мы как страна должны ответить — вне зависимости от того, кто будет президентом, и кто будет руководить в новом составе конгресса.

Во-первых, как мы можем обеспечить каждому новые возможности и защищенность в новых экономических условиях?

Во-вторых, как заставить технологии работать на нас, а не против нас — особенно когда речь заходит о решении неотложных проблем, таких как изменения климата?

В-третьих, как обеспечить Америке безопасность и мировое лидерство, не превращая ее в полицейского?

И наконец, как сделать так, чтобы наша политика отражала лучшее, что есть в нас, а не худшее?

Позвольте начать с экономики и с того непреложного факта, что у Соединенных Штатов Америки в настоящее время самая сильная, самая прочная экономика в мире. У нас сейчас самый длительный период в истории по созданию рабочих мест в частном секторе. Более 14 миллионов новых вакансий, самый мощный двухгодичный рост занятости с 90-х годов, снижение безработицы наполовину. У нашей автомобилестроительной отрасли был лучший год за всю ее историю. В сфере производства за последние шесть лет появилось почти 900 тысяч новых рабочих мест. И мы сделали это, почти на три четверти сократив свой дефицит.

Любые разговоры об упадке экономики Америки — выдумки. Но надо сказать — и из-за этого многие американцы встревожены — что экономика переживает глубочайшие изменения, начавшиеся задолго до Великой рецессии и не прекращающиеся по сей день. Сегодня технологии не только заменяют рабочие места на сборочных конвейерах, но и приходят на смену всем тем рабочим, чей труд можно автоматизировать. Компании в глобальной экономике могут размещаться где угодно, и конкуренция между ними становится все жестче. В результате у рабочих становится все меньше рычагов воздействия, позволяющих им добиваться повышения зарплаты. Компании утрачивают лояльность по отношению к своим сотрудникам. А богатство и доходы все больше и больше концентрируются на самом верху.

Все эти тенденции выжимают соки из трудящихся, даже когда у них есть работа, и даже когда экономика растет. Упорно работающей семье становится все сложнее выбиться из бедности, молодежи становится все сложнее начать карьеру, а рабочим — все сложнее уйти на пенсию, когда они хотят это сделать. И хотя ни одна из этих тенденций не является уникальной и не ограничивается одной только Америкой, они оскорбляют нашу неповторимую американскую веру в то, что каждый, кто работает, должен иметь равные возможности.

Последние семь лет наша цель состояла в том, чтобы растущая экономика лучше работала на благо всех и каждого. Мы добились в этом успехов. Но нам предстоит сделать больше. И несмотря на все политические споры, идущие в последние годы, есть некоторые области, где между всеми американцами существует согласие.

Мы согласны с тем, что в стране благоприятных возможностей каждый американец должен получать образование и профессиональную подготовку, необходимые для высокооплачиваемой работы. Важным началом стала двухпартийная реформа No Child Left Behind. Совместно мы увеличили объемы раннего школьного образования, подняли на новые высоты процент выпускников школ, а также увеличили количество выпускников вузов по таким специальностям как инженерное дело. В предстоящие годы мы должны развить этот успех, обеспечив всем дошкольное образование, предложив каждому студенту практикум по компьютерным наукам и занятия по математике, благодаря которым они с самого первого дня будут готовы к своей работе. Кроме того, мы должны искать и поддерживать лучших учителей для наших детей.

Кроме того, мы должны сделать так, чтобы образование было доступно каждому американцу. Дело в том, что ни один прилежно учащийся студент не должен вязнуть в долгах. Мы уже сократили выплаты по студенческим займам до 10% от дохода заемщика. А сейчас нам надо сократить стоимость обучения. Один из лучших способов выполнить эту задачу — сделать обучение в двухгодичных колледжах бесплатным для каждого ответственного студента. Я буду бороться за то, чтобы начать это уже в текущем году.

Безусловно, хорошее образование это еще не все, что нам нужно в условиях новой экономики. Нам также нужны льготы и меры социальной защиты, которые являются базовым мерилом защищенности населения. В конце концов, не будет особым преувеличением сказать, что в этом зале сидят люди, многие из которых будут выполнять одну и ту же работу на одном месте в течение 30 лет, после чего получат медицинские льготы и пенсионный пакет. Но всем остальным, особенно тем, кому за сорок и за пятьдесят, стало намного труднее зарабатывать на пенсию и оправляться после потери работы. Американцы понимают, что в какой-то момент в своей карьере им придется менять род занятий и переучиваться. Но они не должны терять то, что уже заработали своим упорным трудом.

Вот почему программа социального обеспечения и государственного медицинского страхования приобретают особую значимость. Мы не должны их ослаблять, мы должны их укреплять. А для тех американцев, которые еще не вышли на пенсию, базовые льготы должны быть такими же мобильными, как и все остальное в наши дни. Именно на это направлен Закон о доступном медицинском обслуживании. Нужно заткнуть прорехи в существующей системе, когда о медицине для своих сотрудников думает работодатель. Надо сделать так, чтобы когда люди теряют работу, возвращаются на учебу или начинают новое дело, страховка у них сохранялась. На сегодня страховое обеспечение получили почти 18 миллионов человек. Рост цен в здравоохранении замедлился. А с тех пор, как был принят этот закон, наши компании создавали новые рабочие места каждый месяц.

Я догадываюсь, что ни в ближайшее время, ни в более далекой перспективе мы не придем к единому мнению о здравоохранении. Но должны быть и другие способы, посредством которых обе партии смогут совершенствовать экономическую безопасность. Скажем, упорно работающий американец теряет работу. Мы не должны ограничиваться только тем, чтобы он получал пособие по безработице. Эта программа должна создавать ему стимулы для переподготовки, чтобы он мог получить работу, которую бизнес готов ему предоставить. Если эта новая работа не дает ему высокую зарплату, должна включаться система страхования зарплат, чтобы этот человек мог как и прежде платить по счетам. И даже если он переходит с одной работы на другую, у него должна оставаться возможность копить деньги на пенсию и забирать накопленные сбережения с собой. Таким образом мы сможем заставить новую экономику наилучшим образом работать на всех.

Я также знаю, что спикер Райан говорит о необходимости бороться с бедностью. Америка вот-вот будет готова подать руку помощи каждому, кто хочет работать. Я выступаю за серьезную дискуссию о той стратегии, которую мы все могли бы поддержать, например, о расширении налоговых льгот для бездетных рабочих с низкими доходами.

Но есть другие области, в которых за последние семь лет было гораздо труднее найти общий язык. Речь идет о том, какую роль должно играть государство в обеспечении такого положения, чтобы система не была нечестным образом выстроена к выгоде самых богатых и крупных корпораций. Здесь американскому народу предстоит сделать свой выбор.

Я считаю процветающий частный сектор главным источником жизненной силы нашей экономики. Я думаю, существуют устаревшие нормы и правила, которые нужно менять, есть бюрократия и волокита, с которыми необходимо бороться. Но после долгого периода рекордных корпоративных прибылей трудящиеся семьи не получат новые благоприятные возможности или повышенные зарплаты, если позволят крупным банкам, ведущим нефтяным компаниям и хедж-фондам устанавливать собственные правила в ущерб всем остальным, а также смирятся с тем, что атаки на коллективные договоры между профсоюзами и нанимателями остаются без ответа. Причиной финансового кризиса были не получатели продовольственных талонов, причиной была беспечность Уолл-стрит. Зарплаты повышаются недостаточно быстро не по причине иммигрантов. Эти решения принимаются правлениями компаний, которые квартальную выручку ставят превыше долгосрочной выгоды. И конечно же, не среднестатистические трудовые семьи прячутся от налогов, выводя средства на оффшорные счета. В условиях новой экономики рабочие, начинающие компании и малый бизнес должны иметь больше прав, а не меньше. Правила должны работать на них. В этом году я планирую помогать тем многочисленным компаниям, которые пришли к выводу, что справедливое отношение к работникам в итоге идет на пользу их акционерам, клиентам и всем окружающим. Мы должны распространять эту передовую практику по всей Америке.

Надо сказать, что компании с высокой гражданской ответственностью являются самыми творческими и изобретательными. И здесь я подхожу ко второму важному вопросу, на который мы должны ответить как страна: что нужно сделать для возрождения новаторского духа, дабы достойно встретить самые серьезные вызовы?

60 лет назад, когда русские опередили нас в космосе, мы не стали отрицать, что спутник побывал там. Мы не затевали научных споров и не сокращали наши ассигнования на исследования и разработки. Мы в одночасье разработали программу космических исследований и уже 12 лет спустя высадились на Луне.

Дух первооткрывательства — в нашей ДНК. Мы — это Томас Эдисон, братья Райт и Джордж Вашингтон Карвер. Мы — это Грейс Хоппер, Кэтрин Джонсон и Салли Райд. Мы — это те иммигранты и предприниматели от Бостона до Остина и Кремниевой долины, которые стремятся улучшить наш мир. И последние семь лет мы всячески укрепляли этот дух.

Мы защищаем открытый интернет, предпринимаем смелые шаги для того, чтобы все больше студентов и американцев с низкими доходами получали выход в онлайн. Мы запускаем производственные центры нового поколения, а также онлайновые инструменты, которые предоставят предпринимателям все необходимое для начала нового бизнеса за один день.

Но мы можем сделать намного больше. В прошлом году вице-президент Байден сказал, что Америка может победить рак. В прошлом месяце он вместе с конгрессом предоставил ученым из Национальных институтов здравоохранения самые крупные ресурсы за десятилетие. Сегодня я объявляю о новых общенациональных усилиях по достижению этой цели. А поскольку Джо выходит на ринг за всех нас, решая множество вопросов последние сорок лет, я ставлю его во главе центра управления. Ради близких, которых всем нам доводилось терять, ради родственников, которых мы еще можем спасти, давайте сделаем Америку страной, которая победит рак раз и навсегда.

Здесь крайне важны медицинские исследования. Нам нужна та же преданность делу и решимость, которую мы проявляем, разрабатывая чистые источники энергии.

Если кто-то еще хочет оспорить доводы науки о климатических изменениях, продолжайте в том же духе. Но вы окажетесь в одиночестве, ибо вам придется выступить против наших военных, против большей части американского делового сообщества, против большинства американского народа, против едва ли не всего научного сообщества, против 200 стран мира, которые считают это проблемой и намерены ее решать.

Но даже если бы на кону не стояла судьба планеты, даже если бы 2014 год не стал самым теплым за всю историю наблюдений, пока 2015-й не стал еще жарче — почему американский бизнес должен упускать свой шанс и отказываться от производства и продажи энергии будущего?

Семь лет назад мы вложили самые крупные инвестиции в чистую энергию за всю историю. И вот результаты. В полях от Айовы до Техаса ветровая энергия сегодня обходится дешевле, чем обычная грязная энергия. Установленные на крышах домов от Аризоны до Нью-Йорка солнечные батареи дают американцам экономию на десятки миллионов долларов в год. Сейчас в сфере производства солнечной энергии занято больше американцев, чем в угольной промышленности, причем зарплата там выше средней. Мы предпринимаем шаги, чтобы домовладельцы могли сами вырабатывать и хранить энергию. Это начинание нашло поддержку как у защитников окружающей среды, так и у Чайной партии. Кроме того, мы сократили импорт нефти из-за рубежа почти на 60%, а углеродные выбросы в атмосферу уменьшили больше всех на нашей планете.

Бензин по цене менее двух долларов за галлон это очень даже неплохо.

Теперь нам надо ускорить процесс ухода от грязной энергии. Вместо того, чтобы субсидировать прошлое, мы должны инвестировать в будущее, особенно там, где население пользуется органическим топливом. Вот почему я буду настаивать на изменениях в использовании наших нефтяных и угольных ресурсов, чтобы это лучше отражало те издержки, которые несут наши налогоплательщики и наша планета. Таким образом, мы сможем вернуть деньги людям и дадим десяткам тысяч американцев работу по созданию транспортной системы XXI века.

Все это не может произойти в одночасье, и конечно же, существует множество групп с особыми интересами, которые хотят отстоять существующее положение вещей. Но мы будем создавать новые рабочие места, будем экономить деньги, будем сохранять нашу планету. Наши дети и внуки заслуживают такое будущее.

Климатические изменения — один из многих вопросов, где наша безопасность связана с безопасностью остального мира. Вот почему третий важный вопрос, требующий от нас ответа, заключается в том, как обеспечить Америке безопасность и силу, но при этом не изолировать страну и народ от внешнего мира и не пытаться заниматься государственным строительством повсюду, где только возникают проблемы.

Ранее я отмечал, что все разговоры об упадке экономики США — пустая болтовня. То же самое можно сказать по поводу разглагольствований о том, что наши враги становятся сильнее, а Америка слабеет. Соединенные Штаты Америки — это самая сильная страна на Земле — и точка. Никто даже близко к нам не стоит. Мы тратим на наши вооруженные силы больше, чем следующие восемь стран вместе взятые. Наша армия — самая лучшая военная сила в мировой истории. Ни одна страна не осмелится напасть на нас или наших союзников, поскольку знает, что это приведет ее к краху. Исследования показывают, что наши позиции в мире прочнее, чем в то время, когда я был избран президентом. А когда речь заходит о важных международных проблемах, народы мира не ждут, пока роль лидера возьмет на себя Пекин или Москва — они зовут нас.

Поскольку каждый рабочий день у меня начинается с доклада разведки, я знаю, что мы живем в опасное время. Но это вызвано не ослаблением американской мощи и не действиями какой-то усиливающейся сверхдержавы. В сегодняшнем мире нам в меньшей степени угрожают империи зла и в большей — несостоятельные государства. На Ближнем Востоке происходят перемены, которые будут оказывать воздействие на целые поколения, и коренятся они в конфликтах, которым тысячи лет. Лобовой ветер дует со стороны китайской экономики, находящейся на переходном этапе. Несмотря на сокращение экономики, Россия направляет ресурсы на поддержание Украины и Сирии — государств, которые прямо у нее на глазах уходят с ее орбиты. Та международная система, которую мы построили после Второй мировой войны, не поспевает за этой новой реальностью.

Мы можем изменить эту систему, если захотим. А это значит, что нам надо расставить приоритеты.

Приоритет номер один — защита американского народа и борьба с террористическими группировками. «Аль-Каида», а теперь и ИГИЛ создают прямую угрозу нашему народу, потому что в сегодняшнем мире даже небольшая кучка террористов, ни во что не ставящая человеческую жизнь, включая собственную, может нанести огромный ущерб. При помощи интернета они отравляют сознание людей в нашей стране, они ослабляют наших союзников.

Но сосредоточившись на уничтожении ИГИЛ, мы своими зашкаливающими заявлениями о начале третьей мировой войны играем им на руку. Группы боевиков, разъезжающих в кузовах пикапов, и извращенные умы, готовящие теракты в квартирах и гаражах, представляют огромную опасность для гражданского населения, а поэтому их необходимо остановить. Но они не угрожают существованию нашей страны. Это лишь миф, в который ИГИЛ хочет заставить нас поверить. Это та пропаганда, при помощи которой они пополняют свои ряды. Нам не стоит зацикливаться на них, показывая серьезность наших намерений; нет необходимости и в том, чтобы отталкивать жизненно важных союзников в этой борьбе, повторяя ложь о том, что ИГИЛ представляет одну из крупнейших мировых религий. Надо просто сказать, кто они есть на самом деле: убийцы и фанатики, которых надо найти, поймать и уничтожить.

Именно этим мы и занимаемся. Более года Америка возглавляет коалицию из 60 с лишним стран, созданную для того, чтобы лишить ИГИЛ финансирования, сорвать его заговоры, остановить наплыв террористов-боевиков и искоренить его порочную идеологию. Нанеся почти 10 тысяч авиаударов, мы уничтожаем их руководство, их нефть, лагеря подготовки и оружие. Мы обучаем, вооружаем и поддерживаем те силы, которые настойчиво и упорно освобождают все новые территории в Ираке и Сирии.

Если Конгресс нынешнего созыва серьезно настроен выиграть эту войну и хочет подать сигнал нашим войскам и всему миру, то вы должны наконец разрешить использование вооруженных сил против группировки ИГИЛ. Проголосуйте. Но американский народ должен знать, что с решением конгресса или без него ИГИЛ усвоит все те уроки, которые до него усвоили другие террористы. Если вы сомневаетесь в решимости Америки — или в моей решимости — добиться справедливости, спросите Усаму бен Ладена. Спросите лидера «Аль-Каиды в Йемене», который был ликвидирован в прошлом году. Спросите автора нападения в Бенгази, который сидит в тюремной камере. Когда вы начинаете охоту на американцев, мы начинаем охоту на вас. На это уйдет какое-то время, но у нас хорошая память, а наши возможности беспредельны.

Свою внешнюю политику мы должны сфокусировать на угрозах со стороны ИГИЛ и «Аль-Каиды», но нам нельзя на этом останавливаться. Ибо даже без ИГИЛ нестабильность будет сохраняться в течение многих десятилетий в разных частях света — на Ближнем Востоке, в Афганистане и Пакистане, в некоторых районах Центральной Америки, Африки и Азии. Некоторые из этих мест станут безопасным пристанищем для новых террористических группировок; другие станут жертвами этнических конфликтов или голода, который породит очередную волну беженцев. Мир будет обращаться к нам за помощью в решении этих проблем, и мы в ответ не должны ограничиваться жесткими заявлениями и призывами проводить ковровые бомбардировки гражданского населения. Это неплохо смотрится по телевизору, но такие действия окажутся неприемлемыми для мирового сообщества.

Мы также не можем вмешиваться и перестраивать каждую страну, оказавшуюся в кризисном положении. Это не лидерство — это путь в трясину, который ослабляет нас, так как мы даем согласие на то, чтобы проливалась американская кровь и тратились средства. Это урок Вьетнама и Ирака — и мы должны были его усвоить.

К счастью, существует и более разумный подход. Это стратегия терпения и дисциплины, в которой используются все элементы нашей национальной мощи и влияния. Она гласит, что Америка всегда будет защищать свой народ и своих союзников, при необходимости действуя в одиночку; но по вопросам, вызывающим обеспокоенность во всем мире, мы будем сплачивать мировое сообщество на совместную работу с США, добиваясь того, чтобы другие страны вносили свой посильный вклад.

Таков наш подход к конфликтам типа сирийского, где мы наладили сотрудничество с местными силами и возглавили международные усилия, дабы помочь этому расколотому обществу обрести прочный мир.

Вот почему мы, используя санкции и принципиальную дипломатию, создали глобальную коалицию для недопущения создания ядерного оружия в Иране. В настоящее время Иран сворачивает свою ядерную программу, вывозит из страны накопленные запасы урана, и благодаря этому миру удалось избежать очередной войны.

Именно так мы остановили распространение Эболы в Западной Африке. Наша армия, наши врачи, наши сотрудники из организаций помощи и развития создали ту основу, которая позволила другим странам присоединиться к нам в целях подавления этой эпидемии.

Так мы сформировали Транс-Тихоокеанское партнерство, чтобы открыть рынки, защитить рабочих и окружающую среду, а также укрепить американское лидерство в Азии. В рамках этого соглашения было сокращено 18 тысяч налогов на продукцию американского производства и заложены основы для создания дополнительных хороших рабочих мест. Теперь, когда существует ТТП, не Китай устанавливает правила в этом регионе, а мы. Вы хотите продемонстрировать нашу силу в XXI веке? Ратифицируйте это соглашение. Дайте нам инструменты для его реализации.

Пятьдесят лет изоляции Кубы не смогли продвинуть демократию, ослабив наши позиции в Латинской Америке. Вот почему мы восстановили дипломатические отношения, открыли двери для торговли и поездок, и нацелились на улучшение жизни кубинского народа. Вы хотите укрепить авторитет и лидерство США в нашем полушарии? Признайте, что холодная война закончилась. Снимите эмбарго.

Американское лидерство в XXI веке это не выбор между игнорированием остального мира за исключением тех случаев, когда мы убиваем террористов, с одной стороны, и оккупацией и перестройкой тех обществ, которые распадаются, с другой. Лидерство означает мудрое применение военной силы и сплочение мира вокруг правого дела. Это означает, что нашу помощь иностранным государствам следует рассматривать как элемент обеспечения нашей национальной безопасности, но не как благотворительность. Когда мы ведем за собой почти 200 стран мира к подписанию самого амбициозного соглашения в истории о борьбе с изменениями климата, это помогает уязвимым странам, но это также защищает наших детей. Когда мы помогаем Украине защитить ее демократию, или помогаем Колумбии остановить длящуюся десятилетиями войну, это укрепляет международный порядок, от которого мы зависим. Когда мы помогаем африканским странам кормить свое население и лечить больных, это предотвращает распространение пандемии на нашу территорию. Сейчас мы близки к тому, чтобы покончить с проклятием ВИЧ/СПИДа, и у нас появилась возможность сделать то же самое с малярией. В этом году я буду настаивать на том, чтобы конгресс профинансировал данные усилия.

В этом сила. В этом лидерство. И это лидерство зависит от силы нашего примера. Вот почему я продолжу работу по закрытию тюрьмы в Гуантанамо. Это дорого, это не нужно, и это помогает нашим врагам набирать новобранцев в свои ряды.

По этой причине мы должны отвергать любую политику, которая нацелена против людей из-за их расы или религии. Это не вопрос политкорректности. Это понимание того, что делает нас сильными. Мир уважает нас не только за наши военные арсеналы; он уважает нас за наше разнообразие, за нашу открытость, за наше уважение ко всякой вере. Его святейшество папа Франциск заявил конгрессу с того самого места, где сейчас стою я: «Подражание ненависти и жестокости тиранов и убийц это лучший способ занять их место». Когда политики оскорбляют мусульман, когда совершаются акты вандализма в мечетях, когда запугивают детей, наша безопасность не укрепляется. Это неправильно. Это унижает нас в глазах всего мира. Нам становится труднее добиваться своих целей. И это предательство по отношению к нам как к стране.

«Мы, народ».

Наша конституция начинается с этих двух простых слов; слов, которые означают всех людей, а не только часть из них; слов, которые говорят о том, что мы все вместе — в победе и в поражении. Это подводит меня к четвертому, пожалуй, самому важному моменту, на котором я хочу сегодня остановиться.

То будущее, которого мы хотим — новые возможности и безопасность для наших семей, повышение уровня жизни, экологически чистая и мирная планета для наших детей — все это в пределах досягаемости. Но это произойдет лишь в том случае, если мы будет действовать сообща. Это произойдет лишь в том случае, если мы сможем вести разумные и конструктивные дебаты. Это произойдет лишь в том случае, если мы наведем порядок в своей политике.

Порядок в политике не означает, что мы должны соглашаться во всем. У нас большая страна с разными регионами, взглядами и интересами. Это одно из наших четырех преимуществ. Отцы-основатели распределили полномочия между штатами и ветвями власти в расчете на то, что мы, как и они, будем спорить о размерах и форме государственной власти, о коммерции и международных отношениях, о значении свободы и требованиях безопасности.

Но демократия не требует прочных уз доверия между гражданами. Она не будет работать, если мы станем думать, что несогласные с нами люди действуют исключительно из злобных побуждений, или что наши оппоненты непатриотичны. Демократия глохнет, когда отсутствует готовность к компромиссам, когда оспариваются даже основополагающие факты, а мы слушаем только тех, кто с нами согласен. Наша общественная жизнь чахнет, когда мы прислушиваемся только к сторонникам крайних взглядов. И прежде всего, демократия рушится, когда обычный человек чувствует, что его голос не имеет значения, что система выстроена в пользу богатых и влиятельных, либо каких-то узких интересов.

Сейчас слишком много американцев чувствуют именно это. Это одно из немногих огорчений моего президентства — ощущение того, что злопамятство и подозрительность, существующие между партиями, не ослабли, а только усилились. Нет сомнений, что президент с талантами Линкольна или Рузвельта мог бы преодолеть этот раскол, и я гарантирую, что буду стараться сделать это из всех сил до тех пор, пока остаюсь на своем посту.

Но, мои сограждане американцы, это не только моя задача как президента. Это задача не только для президента, кто бы им ни был. В этой палате немало людей, которым хочется большего сотрудничества, более активных дебатов в Вашингтоне, но они ощущают себя в ловушке потребности быть избранными. Я знаю; вы говорили мне об этом. И если нам нужна более совершенная политика, недостаточно сменить конгрессмена, сенатора или даже президента. Надо менять систему, чтобы она лучше отражала нашу суть.

Нам надо покончить с такой практикой, когда избирательные округа по выборам в конгресс кроятся таким образом, чтобы политики могли выбирать избирателей, а не наоборот. Нам надо уменьшить влияние денег на политику, чтобы горстка семей и деловых кругов с тайными интересами не могла финансировать наши выборы. А если существующая система финансирования избирательных кампаний не пройдет испытание в судах, нам надо будет совместно заняться поисками настоящего решения проблемы. Процесс голосования надо упрощать, а не усложнять. Его надо модернизировать, чтобы он соответствовать нашему сегодняшнему образу жизни. И в этом году я намереваюсь поездить по стране, чтобы обеспечить поддержку реформам в этом направлении.

Но в одиночку я это сделать не смогу. Изменения в нашем политическом процессе — не только в том, кто будет избран, но и как его изберут — возможны лишь тогда, когда этого потребует американский народ. Это будет зависеть от вас. Именно это и есть власть народа в интересах народа.

То что я прошу, будет непросто. Проще демонстрировать цинизм, проще признать, что перемены невозможны, что политика безнадежна. Проще сказать, что наш голос и наши действия не имеют никакого значения. Но если мы сегодня сдадимся, мы отречемся от лучшего будущего. Люди с деньгами и властью обретут больший контроль над принятием решений, в соответствии с которыми молодых солдат будут отправлять на войну, страна подойдет к новой экономической катастрофе, либо же будет уничтожено равноправие и право голоса, за которые боролись и погибали многие поколения американцев. Усилится недовольство, начнутся призывы поделиться на племена и расы, люди станут искать козлов отпущения среди сограждан, которые не похожи на них, иначе молятся, голосуют не так как мы и имеют иное происхождение.

Мы не можем себе позволить пойти таким путем. Этим не построишь нужную нам экономику, не обеспечишь нужную нам безопасность. Но самое главное, это противоречит всему тому, что заставляет весь мир завидовать нам.

Итак, мои сограждане американцы, во что бы вы ни верили, какую бы партию ни поддерживали, наше коллективное будущее зависит от вашей готовности выполнять свой гражданский долг. Голосовать. Высказывать свое мнение. Бороться за других, особенно за слабых и незащищенных, исходя их понимания того, что мы достигли своего положения лишь благодаря тому, что кто-то где-то боролся за нас. Сохранять активность в общественной и государственной жизни, чтобы это отражало добродетели, добропорядочность и оптимизм, которые я наблюдаю в американском народе каждый день.

Это будет нелегко. Наша демократия трудна. Но я могу пообещать, что через год, когда я уже не будут занимать этот пост, я буду вместе с вами как гражданин, вдохновляемый голосами справедливости и дальновидности, упорства, добродушия и доброты, которые помогли Америке добраться до ее высот. Это голоса, помогающие нам видеть в себе прежде всего не черных или белых, азиатов или латиноамериканцев, геев или натуралов, иммигрантов или коренных жителей, демократов или республиканцев, а американцев, которые связаны общими убеждениями. Это голоса, за которыми будет последнее слово, как считал доктор Кинг — голоса безоружной правды и бескорыстной любви.

Эти голоса есть, они звучат. Они не привлекают к себе особого внимания, да и не стремятся к этому, потому что деятельно занимаются той работой, которая нужна нашей стране.

Я вижу их везде, куда бы ни поехал в нашей чудесной стране. Я вижу вас. Я знаю, вы есть. Именно из-за вас у меня такая невероятная вера в будущее. Потому что я постоянно вижу, как спокойно, но непреклонно вы несете на себе бремя гражданской ответственности.

Я вижу это в рабочем с конвейера, который отработал несколько дополнительных смен, чтобы не закрылась его компания; я вижу это в его начальнике, который платит ему повышенную зарплату, чтобы он не ушел.

Я вижу это в мечтателе, который трудится допоздна, чтобы закончить свой научный проект; вижу в учителе, который рано приходит на работу, зная, что когда-нибудь он сможет излечить чей-то недуг.

Я вижу это в американце, который отбыл свой срок наказания и хочет начать все с чистого листа; вижу в руководителе компании, который дает ему второй шанс. Вижу в демонстранте, стремящемся доказать, что справедливость это важно. Вижу в молодом полицейском, совершающем обход, относящемся ко всем с уважением, и храбро, но спокойно делающем свою работу по обеспечению нашей с вами безопасности.

Я вижу это в солдате, который готов пожертвовать почти всем ради спасения своих собратьев; вижу в медсестре, которая ухаживает за ним до тех пор, пока он не сможет бежать марафон; вижу в болельщиках, которые его поддерживают.

Я вижу это в сыне, который находит мужество, чтобы рассказать о своей ориентации, и в отце, чья любовь к сыну превозмогает все то, чему его учили.

Я вижу это в пожилой женщине, которая до конца будет стоять в очереди, чтобы проголосовать; вижу в волонтерах на избирательных участках, верящих каждому бюллетеню, который им надо посчитать, потому что все они знают, насколько ценно это право.

Это та Америка, которую я знаю. Это страна, которую мы любим. Проницательная. Великодушная. Верящая в то, что последнее слово будет за безоружной правдой и бескорыстной любовью. Это позволяет мне с надеждой смотреть в будущее. Благодаря вам. Я верю в вас. Именно поэтому я полностью уверен в том, что положение в стране прочное и надежное.

Спасибо, Благослови вас Бог. Боже, благослови Соединенные Штаты Америки.

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 января 2016 > № 1622779 Барак Обама


Казахстан > Транспорт > kapital.kz, 12 января 2016 > № 1606453 Максим Сарсенов

Максим Сарсенов: В РК высокая конкуренция в сфере такси. О какой монополии мы говорим?

О ситуации на рынке таксомоторного бизнеса Казахстана и вопросах, которые требуют решения

Председатель Ассоциации таксомоторного бизнеса и акционер «Эко Taxi» Максим Сарсенов - настоящая находка для журналиста. На вопросы отвечает четко, апеллирует конкретными цифрами, каждый комментарий взвешен и аргументирован. Все это нужными пазлами ложится в один понятный портрет – предприниматель действительно любит свое дело и не стесняется демонстрировать - каждая гайка каждой машины у него на счету. Взрастив своими руками бизнес, он со свойственной его молодости горячностью при этом очень по-отечески его защищает. В эксклюзивном интервью корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz Максим Сарсенов рассказал о проблемах, которые сегодня переживает рынок таксомоторного бизнеса Казахстана, и тех, кто эти самые проблемы искусственно создает.

- Максим, вопрос о кризисе, реакции того или иного сегмента на августовскую девальвацию уже стал традиционным в СМИ. Не будем оригинальничать и мы. Что происходит сегодня на рынке такси?

- У всех таксомоторных парков увеличились затраты ровно в два раза на запчасти, потому как запчасти все импортные. Нужно понимать, что, когда мы говорим о казахстанском производстве, мы ведем речь о сварке, о покраске, о сборке, но запчасти мы не производим. И на сегодняшний день мы столкнулись с большими проблемами, когда дилеры автозапчастей за счет того, что плавающий курс, хеджируются соответственно. То есть, если условно курс у нас сегодня 350 тенге, они обозначают примерный коридор до 10%, другими словами, рассчитывают на курс в 370 тенге. Подсчитать несложно: если у нас был курс 185 тенге, то в настоящее время запчасти подорожали ровно в два раза. Если бампер стоил 30 тысяч тенге, сейчас уже 60 тысяч тенге. И так по многим другим составляющим - колодки, диски сцепления, резина и так далее - здесь все то же самое, наблюдаем повсеместный рост на содержание машины. Также хочу добавить, что цены поднялись и на автомобили. Соответственно, обновлять автопарк будет гораздо тяжелее.

- Значит ли это, что потребителям стоит ожидать всплеска цен на услуги такси?

- Мы вынуждены сейчас не повышать ощутимо стоимость. Максимум мы рассчитываем поднять тарифы на 10-15%, скорее всего, на 10%. То есть вы понимаете, да? Притом что мы говорим о росте расходов на содержание машины в два раза, цена на услуги вырастет не более чем на 10-15%. И у нас есть понимание, как мы это сделаем. Как-никак кризис учит жить и работать. Также мы четко понимаем, что рынок не сможет адаптироваться, нет такой покупательской способности, чтобы выдержать сильное подорожание. Мы уже сейчас видим, что спрос падает. Будем внедрять более оперативный менеджмент, будем больше работать, активизировать новые бизнес-процессы, в общем, уходить во внутреннюю структуру и грамотно как-то выводить, чтобы эффективность была больше на 50-70% как минимум. К ним прибавим 15% от роста тарифов, ну и так далее. Мы планируем отладить правильную географию стоянок, видимость заказов – все это сейчас активно обсуждается в рамках круглого стола, с привлечением участников таксомоторного легального рынка.

- То есть можно говорить, что есть единство, понимание проблем и стремление их решать?

- Не совсем так. Да, мы встречаемся, делимся мнениями. Но сейчас, вы знаете, некоторые службы ушли с рынка, а с диспетчерскими службами, такими как «Лидер такси», «Эконом такси», Indriver, мы не работаем. Напротив, мы призываем их постоянно к соблюдению действующего законодательства и в скором времени хотим, чтобы на эту проблему обратили внимание, так как на сегодняшний день складывается недобросовестная конкуренция. Почему кто-то должен содержать свой штат, следовать всем правилам и действующему законодательству РК, а кто-то нет? Проблема с нелегальным извозом существует и всегда существовала во многих развитых странах. На это требуется определенное время. Мы над данными инициативами активно работаем. Есть статья 26 «О правилах пассажирских перевозок и багажа», в этой статье очень четко, по пунктам расписано – что должно быть в такси, то есть эти самые правила перевозок пассажиров и багажа. Каждый из этих пунктов, понятно, несет определенную добавленную стоимость. Это требования по единой цветовой гамме, наличие опознавательной буквы «Т», шашечный пояс, предрейсовый контроль водителей и так далее. Так вот, те компании, которые соблюдают данный перечень, с ними мы встречаемся и разговариваем.

- Давайте четко проясним, какие именно действия вы называете недобросовестными?

- Когда вы заказываете такси через диспетчерскую службу, условно это было организовано так: водитель зашел в интернет или приехал в офис диспетчерской службы, получил логин и пароль и стал водителем такси. Далее он пошел, взял машину в аренду за 2 тысячи тенге - любого года выпуска и состояния, сел за руль опять же в любом состоянии, никто его не проверил, и он поехал таксовать. Наркоман, алкоголик, бандит, преступник, в розыске он или маньяк - никто не знает. Что же происходит в службе такси? Водитель приезжает к нам в офис, собирает абсолютно все необходимые справки, с ним плотно работает отдел кадров. Далее ему предоставляется наш автомобиль, который соответствует всем требованиям, прошел техобслуживание, у которого есть техосмотр, КАСКО, страхование пассажира. Машина эта не старше четырех лет, и в ней есть все, в чем нуждается таксист для легального извоза. Кстати, во многих таксопарках большая часть машин отечественного производства. Покупая и инвестируя деньги в эти автомобили, мы тем самым оставляем деньги внутри страны. Завод-изготовитель этих машин оплачивает этими средствами зарплату и создает новые рабочие места, выполняет функцию самого настоящего казахстанского большого предприятия, где есть трудовые коллективы, профсоюзы и так далее. Вы сами видите разницу. Соответственно, стоимость у нас не может быть такой же, как у нелегальных извозчиков, ну просто не может! Мы покупаем машины за 4-5 миллионов тенге, машины нелегального извозчика оцениваются в 700 тысяч-1,5 миллиона тенге. Да, людям без разницы, на какой машине ездить, наверное, для них самое главное – добраться из точки А в точку Б. Но при таком раскладе, если данный подход применить к другим сферам – авиации, медицине, общепиту, транспорту, то произойдет просто хаос. Я приведу в пример аналогию - стоит большой торговый центр, и здесь продают джинсы Levi's, и рядом стоит контейнер, здесь тоже продают джинсы с биркой Levi's. Как вы думаете, где будет дороже? Сейчас популярно говорить - в кризисное время неважен комфорт. А как быть с безопасностью? Ведь когда мы говорим о пассажирских перевозках, в первую очередь речь идет о безопасности. Так же как и обо всем уже сказанном - рестораны, значит, мы говорим о безопасности еды, чтобы никто не отравился. Медицинские услуги – важность безопасности даже не обсуждается. Авиация - также безопасность на первом месте. Законодательство для этого и существует, чтобы регламентировать и сделать правильным бизнес, чтобы он не представлял опасности для граждан республики.

- Вы уже подметили, что спрос упал, а в процентном соотношении насколько сильно?

- Мы наблюдаем откат в размере 15-20%. Еще хочу назвать такую цифру в разрезе легальных и нелегальных извозчиков. Так вот, доля нелегальных извозчиков в Алматы составляет порядка 91-92%.

- Максим, а мы можем говорить с вами о работе «Эко Taxi»?

- Конечно, как один из акционеров «Эко Taxi» я могу дать определенные комментарии.

- Здесь интересен ваш комментарий к посту, который на своей странице в Facebook разместил Санжар Бокаев. Он рассказал о том, что при выходе из столичного аэропорта наблюдал монополию «Эко Taxi», что заставило его принципиально не пользоваться услугами данной службы.

- Никакой монополии в аэропорту Астаны нет. Более того, я скажу, что в Казахстане самая большая в мире конкуренция в сфере такси. Каждый десятый – конкурент для нас. Все могут заниматься нелегальным извозом. Стоит поднять только руку, как в погоне за тем, чтобы выторговать у потенциального клиента 100 тенге, нелегальный извозчик создает стометровую пробку на дороге, нарушая при этом правила дорожного движения. Не говоря уже о тех конкурентах, которые едут из разных концов страны в наш город, чтобы 10-15 дней жить в машине и заниматься нелегальным извозом на своем собственном авто с номерами соседних регионов. А потом весь Facebook постит фотографии с Шымбулака нашего загазованного города и делится впечатлениями о проведенных в пробке часах. Я так понял, это и есть цена за создание конкуренции и ценового демпинга со стороны нелегальных извозчиков, о которых пишет в своих постах Санжар Бокаев. Также хочу добавить, что в прошлом году мы проиграли тендер в аэропорту Астаны и стояли на второй линии, но провели работу над ошибками, докупили автопарк и организовали несколько инватакси. В абсолютно честной конкуренции мы выиграли этот тендер в нынешнем году. Я хотел бы, чтобы господин Бокаев обратил внимание, что не только мы стоим там. На второй линии, как стояли мы в 2015 году, теперь стоят ZHeBe Taxi, также другие автопарки заезжают туда. Никакой монополии нет! Вообще, неизвестно происхождение этого поста и непонятен его умысел. Я не исключаю, что некоторые силы извне послужили созданию данного высказывания в Facebook. В любом случае, пока кто-то бросается неосторожными высказываниями в социальных сетях, мы ведем совершенно прозрачную работу. Вместе с алматинским и столичным филиалами мы платим порядка 6 миллионов тенге за аренду стоянок на вокзалах, торговых центрах, в других каких-то местах большого скопления людей, в том числе в аэропортах. Ежемесячно 6 миллионов тенге, повторюсь! Аэропорту Астаны, понятное дело, мы тоже платим аренду. Аэропорт, в свою очередь, как грамотный менеджер, который должен из всего извлекать прибыль, этим пользуется. Это нормальная практика. Аэропорт Франкфурта, аэропорт Кеннеди… во всех аэропортах больших городов службы такси платят аренду. А кто должен тогда помогать аэропортам покупать системы безопасности, кто должен оплачивать уборку прилегающей территории? Мы платим им, они платят в свою очередь из этих денег за определенные услуги другим. Это же простая экономика! Нормальный рыночный механизм. В чем проблема? Теперь касательно наших тарифов. Если говорить о том, что можно поймать частника за полторы тысячи тенге - хорошо, давайте прибавим 12% НДС, 20% КПН, зарплату диспетчера, зарплату механика, и не одного (!), чтобы содержать 150 машин. У нас только фонд оплаты труда по астанинскому филиалу выходит порядка 5 миллионов тенге ежемесячно. Что заложено в наш тариф? C каждой стоимости поездки клиент платит зарплату таксиста, амортизацию машины, страховку, страховку пассажира, налог, эмиссию за выброс в окружающую среду и так далее, социальные отчисления - ИПН, КПН - это же все понятные вещи. Нас нельзя сравнивать. Это неправильно. Также мы столкнулись с большими штрафами. Наши водители, которые приезжают из близлежащих населенных пунктов, не всегда знают расположение камер, они просто не привыкли к жесткому мониторингу. За их воспитание, образно говоря, платит компания, так как видеофиксация направляется непосредственно в администрацию. И здесь вопрос: не нарушай и не плати штрафы. Это все понятно, конечно. Но я думаю, с моим мнением каждый будет согласен, что, как только появились первые камеры, даже коренные алматинцы и астанчане, которые привыкли ездить по правилам, неправильно пересекали стоп-линии или попадались на скоростные фоторадары. И мы понимаем этих людей и вынуждены усиливать работу отдела кадров, потому что в случае неоплаты штрафов приходит судебный исполнитель и опечатывает машину. Другими словами, мы справедливо можем ставить цену в две с половиной тысячи тенге. Эти же деньги уходят на создание рабочих мест, из этих же денег люди получают зарплату, эти же люди завтра выходят в магазины, оставляют там наличные, пользуются различными услугами. Что за однобокий взгляд на очевидные вещи? У меня тоже есть страница в Facebook, мне тоже люди пишут, и я им всегда объясняю: у нас есть налоговая нагрузка, мы платим соцотчисления и так далее. Они мне отвечают: мол, это никого в кризис не волнует. Это что за ответ? Налоги в кризис не волнуют? Если этих людей не волнует, тогда государство волнует. А потом мы идем в поликлиники и возмущаемся, почему нет бесплатного врача или почему ямы на дорогах. Мы о чем говорим? Еще раз подчеркну, мне непонятна природа создания этой статьи. Я очень сильно задумываюсь, кому это нужно.

- Еще хотелось бы услышать несколько цифр. Сколько у вас автомобилей в парке и планируете ли вы сокращать их количество?

- По «Эко Taxi» у нас сегодня в общем 550 автомобилей в Алматы и Астане. По поводу сокращений глава государства четко сказал: не допустить сокращения рабочих мест. И мы, как социально ответственный бизнес, будем стремиться выполнить это поручение. Мы четко понимаем, что ни один пост, ни одна провокация не размоет наше сознание и не пустит нас по пути наименьшего сопротивления. Мы понимаем и знаем, что мы делаем. У нас есть четкий стратегический интерес, и, поверьте, в долгосрочной перспективе мы добьемся своего. Этот бизнес будет таким же, как и везде.

- А сколько рабочих мест создано в рамках «Эко Taxi»?

- 670. У нас также есть индивидуальные предприниматели, с которыми мы заключаем договора. 670 – это количество созданных рабочих мест. Мы довольно крупное предприятие. В проект «Эко Taxi» мы инвестировали около 2 миллиардов 700 миллионов тенге с 2013 года.

- Максим, давайте продолжим тему безопасности. Вы все правильно сказали, в вашем деле она особенно нужна. Какие требования у вас к водителям при трудоустройстве?

- Справка о несудимости, запрос в прокуратуру мы отправляем, тест на вождение, также безаварийное вождение в последние четыре года, полный пакет медсправок - 086, справка из СПИД-центра и так далее, копии военного билета, копии всех приписных свидетельств. Мы всегда рассчитываем на то, что, если что-то произойдет, мы должны знать, кто этот человек, насколько он адекватен, находился ли он под следствием. Это большая ответственность на самом деле. Конечно, у нас бывали разные случаи. За всем не уследишь. Но мы стараемся. И потом, даже в госструктурах, силовых, военных структурах случаются форс-мажоры. Я думаю, мы сделаем все возможное, чтобы минимизировать самые мелкие риски, но исключить их невозможно, потому что мы работаем с людьми. Еще хочу подчеркнуть такой момент: у каждого таксиста в голове есть свой счетчик. Он по-своему предприниматель, старается прощупать психотип клиента, он хорошо понимает, с кем, о чем и когда разговаривать, надеясь получить дополнительные чаевые или стать персональным водителем данного клиента, а возможно, он ставит себе цель завести деловые связи. Хорошо это или плохо – я не знаю, но человек развивается. И в будущем с такими навыками и качествами ему будет легче открыть свое личное дело. А это и есть то, о чем так часто говорит глава нашего государства.

- Спасибо за интересный разговор, Максим, успехов вам в бизнесе!

Казахстан > Транспорт > kapital.kz, 12 января 2016 > № 1606453 Максим Сарсенов


Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 7 января 2016 > № 1602840 Мурат Темирханов

Социально-экономическая ситуация в Казахстане: что было, что есть и что будет?

Автор: Сауле Исабаева

В 2015 году заметно ухудшилась социально-экономическая ситуация в стране. Виной тому не только катастрофическое падение цен на нефть, но и недальновидная политика правительства и Нацбанка, считают эксперты. Сегодня у нас в гостях финансист Мурат Темирханов, с которым мы попытаемся понять причины неудач года уходящего и заглянуть в год наступающий.

- Как, на ваш взгляд, изменится в новом году социально-экономическая картина в стране и в целом уровень благосостояния казахстанцев?

- Прежде всего, необходимо отметить, что экономика Казахстана характеризуется глубокой сырьевой зависимостью, на нас также сильно влияет то, как идут дела у наших крупнейших соседей – в России и Китае. Если предположить, что в следующем году цены на нефть останутся на текущем уровне - 30–40 долларов за баррель, а в экономике РФ и КНР никаких серьезных изменений не произойдет, то ситуация в нашей стране будет продолжать постепенно ухудшаться.

Однако какого-то катастрофического кризиса не ожидается. Динамика роста экономики будет на уровне около нуля, а в случае дальнейшего снижения цен на нефть могут быть и отрицательные значения.

Тенге, по моему мнению, уже максимально девальвирован, то есть его курс достиг равновесного состояния. В теории, если цена на нефть не продолжит дальнейшее падение, то больше не должно быть «шоковых» девальваций нацвалюты. Однако это хорошо в теории, а на практике все упирается в вопрос доверия к денежно-кредитной политике Нацбанка.

Это доверие уже давно подорвано, и, к сожалению, первые шаги нового руководства Нацбанка пока не дают оснований для оптимизма. В таких условиях сильное давление на тенге будут оказывать девальвационные ожидания и высокая степень долларизации депозитов в банках.

Пока не появится доверие к нацвалюте и к политике Нацбанка, шоковые колебания тенге будут происходить регулярно. Как правило, доверие к политике Нацбанка теряется в один момент, а потом восстанавливается в течение нескольких лет. То есть тенге еще долго будет лихорадить.

Уровень благосостояния населения в 2016 году продолжит свое снижение. В долларовом эквиваленте зарплаты уже упали почти в два раза. Поскольку в потреблении высока доля импортируемых товаров, это означает, что всем нам нужно будет потуже затянуть свои пояса. В результате спрос населения на товары и услуги сильно упадает, что негативно скажется на финансовом состоянии компаний и частных предпринимателей, а это, в свою очередь, приведет к дальнейшему сокращению работников либо к урезанию зарплат.

Из-за резкого снижения потока нефтедолларов в страну правительство и сырьевые госкомпании уже сильно сократили свои расходы и будут продолжать делать это в ближайшем будущем. Помимо населения, крупными потребителями товаров и услуг компаний и частных предпринимателей являются государство и госкомпании. То есть снижение цен на нефть негативно повлияет не только на сырьевые компании, но и на весь несырьевой бизнес, который ориентируется не на экспорт, а на продажи внутри страны.

Поскольку несырьевой экспорт у нас очень маленький, то из-за падения цен на нефть и связанной с этим девальвации тенге будет страдать практически весь бизнес Казахстана.

Резкое снижение спроса со стороны населения, государства и сырьевых компаний приведет к тому, что наблюдаемый сегодня рост цен на товары и услуги в течение 2016-го замедлится, и к концу года инфляция вернется в докризисные рамки (6-8%), а скорее всего, будет еще ниже. Однако это не станет поводом для радости, поскольку причиной снижения инфляции будут не монетарные или фискальные меры властей, а резко ухудшившееся финансовое состояние населения и бизнеса.

- В связи с усугубляющимся кризисом такой вопрос: насколько вероятно то, что в Казахстане наступит ситуация 1990-х с резким падением уровня жизни, безработицей, многомесячными невыплатами зарплат и т.д. Что говорит в пользу такого сценария, а что против?

- По сравнению с 1990-ми сейчас ситуация гораздо лучше. Тогда у нас не было Нацфонда, куда в «тучные» годы направлялись избыточные нефтедоллары. Сейчас в нашей нефтяной «заначке» накоплена большая сумма, что дает государству значительно больше возможностей для сдерживания резкого падения экономики и преодоления кризиса.

Как известно, Нацфонд создавался для будущих поколений, чтобы помочь экономике страны, когда истощатся наши недра или когда цена на сырье упадет сильно и надолго. Еще год назад никто не мог предположить, что долгосрочное падение цен произойдет не в далеком будущем, а сейчас. Так что сегодня самое время использовать средства Нацфонда. Однако делать это надо очень эффективно, а не так, как это происходило в «тучные» 2010–2014 годы.

- Какие у правительства есть возможности для того, чтобы бороться с кризисом и переломить ситуацию в экономике в 2016-м?

- Из-за глубочайшей сырьевой зависимости страны (что означает отсутствие диверсификации экономики) все благополучие Казахстана держалось, держится и еще долго будет держаться только на нефти.

К великому сожалению, в период высоких цен на нефть нас поразило «ресурсное проклятие», которое затмило глаза как государственной власти, так и всему населению. Так, применительно к правительству «ресурсное проклятие» привело к тому, что оно перестало реформировать и диверсифицировать нашу экономику.

Буквально до конца 2014 года (до того, как цены на нефть резко упали) власти считали, что экономическое благополучие Казахстана – это целиком их заслуга. Теперь, когда стало понятно, что низкие цены на нефть пришли надолго (если не навсегда), всем очевидно – без нефти наша экономика глубоко больна, и ее лечение займет долгие годы.

Процесс диверсификации экономики является очень сложным, он охватывает все стороны жизни страны – от образования до политики. Даже если мы отправим в отставку нынешнее правительство, которое не смогло провести реформы в самое подходящее и удобное для этого время, и наймем лучших в мире экспертов, то все равно это займет много лет и не поможет облегчить кризисные явления в ближайшее время.

А применительно к населению можно сказать так: «ресурсное проклятие» привело к тому, что вследствие нефтяных доходов мы стали жить не по средствам. Высокие зарплаты в нефтяном секторе повлекли за собой рост зарплат и в других секторах экономики, и они перестали соответствовать уровню производительности труда.

Махровым цветом расцвели государственный капитализм и связанная с ним коррупция. Каждому чиновнику и бизнесмену хотелось участвовать в дележе мощного потока нефтедолларов, который лился в страну в «тучные» годы высоких цен на нефть.

Проблему несоответствия уровня производительности труда уровню зарплат власти решили очень болезненно для всех, но при этом быстро, проведя ряд шоковых девальваций. Теперь в долларовом эквиваленте наши зарплаты практически вернулись в 1990-е гг., в результате чего конкурентоспособность наших товаров и услуг резко выросла.

Однако такая конкурентоспособность важна только для экспорта, а у нас, как я сказал ранее, несырьевой бизнес развит плохо и его доля в экспорте крайне мала. Поэтому быстрого улучшения дел в экономике ждать не стоит.

- То есть, в распоряжении правительства нет способов для достаточно быстрого улучшения ситуации?

- В мировой практике есть способы, благодаря которым можно достаточно быстро улучшить экономическую ситуацию в период кризиса. Такие меры называются «контрциклической экономической политикой» - она является общепринятой концепцией во всем мире.

В соответствии с ней в период «перегрева» экономики (для нас это высокие цены на нефть) происходит ужесточение бюджетной и денежно-кредитной политики. За счет такого ужесточения государство осуществляет накопление резервов на «черный день» (в нашем случае отчисления в Нацфонд).

В период же экономического спада (для нас это время низких цен на нефть) происходит смягчение экономической политики. С точки зрения денежно-кредитной политики осуществляются снижение процентных ставок и увеличение денежной массы (увеличение кредитования экономики), а бюджетной политики - снижение налогов и увеличение государственных расходов за счет накопленных резервов (Нацфонд).

Контрциклическая экономическая политика понятна и очевидна. Однако применять ее можно только в условиях, когда у населения и бизнеса есть доверие к национальной валюте, а также к монетарной политике Нацбанка и фискальной политике правительства. Но именно с этим у нас имеются очень серьезные проблемы. Как следствие, у Казахстана нет возможности применить общепринятую контрциклическую (антикризисную) политику, и нам остается только ждать, пока экономические власти смогут вернуть доверие к себе. А это займет, как минимум, несколько лет.

Давайте посмотрим на несколько примеров невозможности применения контрциклической политики.

Напомню, что управление процентными ставками в банковском секторе и денежной массой нацвалюты в стране – одни из ключевых элементов денежно-кредитной политики Нацбанка.

Как было сказано ранее, для стимулирования роста экономики в кризисное время центральные банки наращивают денежную массу (чтобы увеличить рост кредитования экономики) и снижают процентные ставки (чтобы облегчить жизнь бизнесу), а правительство увеличивает государственные расходы, чтобы компенсировать падение спроса на товары и услуги со стороны населения. Однако из-за отсутствия доверия к тенге и к самому Нацбанку наш регулятор и правительство вынуждены делать совсем противоположное, что только усугубляет текущий кризис.

Такая ситуация вызвана тем, что как только Нацбанк и правительство начинают вливать дешевые деньги в экономику Казахстана, эти деньги вместо того, чтобы стимулировать спрос на товары, услуги и идти на инвестиции в бизнес, немедленно конвертируются в доллары в ожидании последующих девальваций.

В результате на курс тенге оказывается огромное давление, и происходит либо сжигание валютных резервов страны, либо следующая резкая девальвация, которая никак не связана с текущими фундаментальными факторами (прежде всего – с ценой на нефть).

В настоящее время, чтобы сдержать давление на курс национальной валюты, Нацбанк вынужден создавать дефицит тенге в стране, в результате чего процентные ставки на межбанковском рынке взлетели до заоблачных высот, и объемы кредитования экономики банками вместо роста характеризуются снижением. Все это очень негативно сказывается на состоянии экономики.

Именно поэтому государственная антикризисная программа «Нурлы Жол» не сможет выполнить свою основную задачу – стимулировать деловую активность и занятость в период кризиса. Основная цель программы соответствовала общепринятой контрциклической политике. То есть в кризисное время нужно было увеличить госрасходы и направить их туда, где они создадут задел для дальнейшего роста экономики в будущем (развитие инфраструктуры, финансирование МСБ и несырьевого экспорта и так далее).

Однако увеличение госрасходов по программе «Нурлы Жол» полностью компенсировалось их снижением в госбюджете. В результате вместо увеличения госрасходов в целом по стране произошло просто их перераспределение, что является правильным в условиях, когда вместо увеличения денежной массы экономические власти вынуждены сокращать ее.

Кстати, именно из-за недоверия к денежно-кредитной и курсовой политике Нацбанка не работает еще один достаточно быстрый способ улучшить экономическую ситуацию в период кризиса. Я имею в виду привлечение иностранных инвестиций. Сегодня Казахстан имеет одни из лучших в мире инвестиционные и налоговые стимулы по привлечению прямых иностранных инвестиций, но они, тем не менее, не идут к нам.

- Почему?

- Правительство называет разные причины, но почему-то не упоминает одну из самых главных – недоверие к денежно-кредитной политике Нацбанка. Потенциальный иностранный инвестор, прежде всего, смотрит на историческое поведение курса нацвалюты, поскольку во многом от этого будет зависеть доходность его инвестиций.

То есть понимание того, как формируется курс тенге, важен для отечественных инвесторов, но еще больше он важен для иностранных. Если население и отечественный бизнес не доверяют тенге и Нацбанку, то это однозначно будет отпугивать иностранных инвесторов.

- Получается, что власти не могут применить антикризисную контрциклическую политику только из-за недоверия к тенге и к Нацбанку?

- Нет. Не только Нацбанк совершил очень дорогостоящие ошибки...

Как говорилось выше, в соответствии с общепринятой контрциклической политикой в период экономического бума правительство может увеличить налоги и другие отчисления, чтобы накопить денежные резервы. В период же экономического спада –напротив, снизить их, а недополученные в итоге доходы бюджета компенсировать за счет резервов, накопленных в период бума.

Сейчас наше правительство действует с точностью до наоборот и, хуже того, продолжает оказывать громадную экономическую помощь госкомпаниям фактически за счет частного бизнеса. Например, из-за сокращения доходов госбюджета было принято решение повысить налоговую нагрузку на частные компании. В скором времени для них будут введены новые налоговые отчисления в фонды условно-накопительной пенсионной системы и медицинского страхования.

Наши частные компании и без того кое-как выживают в текущей кризисной ситуации, а увеличение налоговой нагрузки еще больше ударит по их финансовому положению. При этом, если посмотреть финансовую отчетность ФНБ «Самрук-Казына» за девять месяцев нынешнего года, то можно увидеть, что государство влило в него 1 621 млрд. тенге (119 млрд. из бюджета, 752 млрд. из Нацфонда и 750 млрд. из Нацбанка).

Хотя за счет государственных денег, переданных в ФНБ, можно было не только избежать повышения налогов, но даже снизить их. Однако правительство предпочитает повышать налоги для бизнеса и за счет этого помогать финансово госкомпаниям. С такими подходами нам очень долго придется преодолевать текущий кризис.

Казахстан > Госбюджет, налоги, цены > camonitor.com, 7 января 2016 > № 1602840 Мурат Темирханов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 25 декабря 2015 > № 1594925 Ольга Голодец

Интервью Ольги Голодец телеканалу «Россия 24».

Стенограмма:

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, здравствуйте!

О.Голодец: Здравствуйте!

Ю.Богданов: Скажите, насколько сильно на выполнении социальных обязательств в прошедшем году сказались экономические проблемы? Всё ли было выполнено?

О.Голодец: По тем задачам, которые мы перед собой ставили, нам удалось достичь результатов, на которые мы были ориентированы. Прежде всего это задачи в области демографии, в образовании и здравоохранении. В части демографии, действительно, сегодня нам сложно, потому что мы идём как бы против течения, против экономических условий и объективной реальности, которая сегодня существует. Население стареет, и, действительно, бороться за рост продолжительности жизни, а именно продолжительность жизни в каждой стране является главным гуманитарным показателем… Но нам удаётся достичь тех целей, о которых мы говорили. Нам пришлось поработать довольно серьёзно, мы изменили принципы вакцинации населения, мы изменили сами подходы к ведению больных после того, как им оказывается высокотехнологичная помощь. Во многом изменена работа терапевтических служб на территории Российской Федерации. Всё это приводит к одному серьёзному показателю – рост продолжительности жизни. И если в прошлом году мы гордились тем, что перешагнули отметку 70 лет, то в этом году мы перешагиваем отметку 71 год, и это серьёзное достижение для нашей системы здравоохранения. Но я напомню, что нам есть куда стремиться. И мы будем плотно этим заниматься.

Конечно, серьёзным достижением стало строительство детских садов на территории Российской Федерации. За три года удалось по всей России создать дополнительно 1,3 млн мест, и ровно столько детишек получили возможность ходить в детские сады. 56 регионов Российской Федерации уже справились с задачей – мы ставили задачу безусловного устройства детей от трёх до семи лет в детские сады. Остальные подтягиваются. У нас есть пять регионов, которые не смогут справиться с этой задачей в силу того, что они позднее вступили в программу (например, Крым, Севастополь), или в силу исторических причин, то есть в этих регионах не было традиционно детских садов (например, Дагестан, Ингушетия, Тыва). Для этих регионов будут разработаны отдельные программы, которые будут реализованы в ближайшие годы.

Ещё, я думаю, серьёзным достижением стало изменение отношения общества вообще к теме сиротства и устройства сирот в семью. Если в 2012 году сирот в Российской Федерации было 119 000, то сегодня у нас сирот осталось 72 400 – это много, но это совсем другая цифра. И я благодарна всем людям, которые сегодня проявляют внимание, заботу к детям-сиротам, к детям-инвалидам. Мы смогли изменить отношение общества к нашим самым серьёзным проблемам, и это вселяет уверенность в будущем.

Ю.Богданов: Давайте от важных, несомненно, достижений перейдём к конкретным проблемам. Тревожные новости в последнее время приходят из Забайкальского края, где учителя, а до них врачи устроили акции протеста. Скажите, какая сейчас там ситуация и есть ли что-то подобное в других регионах?

О.Голодец: Это единственный регион, который допустил такие проблемы. Доля расходов на оплату труда в этом регионе составляет 49% бюджета, то есть нет объективных оснований для того, чтобы не выплачивать зарплату. Сегодня есть проблемы, мы несколько раз проводили совещание с губернатором, с его аппаратом, и сегодня делается всё, чтобы регион в ближайшие сроки погасил все имеющиеся задолженности и впредь их не допускал.

Ю.Богданов: После решения поднять пенсионный возраст для чиновников, после того, как Президент комментировал эту тему, создаётся впечатление, что вопрос неприятный и перспективы неприятные, но неизбежные. Какая у вас позиция по этому вопросу? Изменилась ли она? И когда всеобщее повышение пенсионного возраста может произойти?

О.Голодец: До 2018 года – на тот период, на который мы расписали движение стратегии, мы пока не предполагаем повышение пенсионного возраста и не рассматриваем эту меру. И нужно обратить внимание, что, да, у нас сегодня средняя продолжительность жизни 71 год, но у мужчин она составляет 65 лет, а у женщин – 76 лет. Такая большая разница – это серьёзный сигнал для всех нас. Это и образ жизни, и отношение к своему здоровью. Поэтому нам придётся потрудиться, прежде чем будет стоять вопрос о повышении пенсионного возраста.

Ю.Богданов: Что касается выбора пенсионного обеспечения. Сейчас в Правительстве, насколько я знаю, обсуждается вопрос о том, стоит ли этот выбор продлевать. В связи с этим вопрос к вам: вообще насколько актуальна эта дискуссия на фоне того, что идёт речь об отказе от обязательного накопительного элемента?

О.Голодец: Действительно, негосударственные пенсионные фонды инициативно вышли с предложением продлить право выбора, которое было установлено несколько лет назад и которое заканчивается 1 января 2016 года.

Мы рассматривали на совещании такое предложение, и мы решили не продлевать эту историю в сегодняшних условиях. И основным аргументом является то, что, к сожалению, сами НПФ ведут себя неустойчиво. К сожалению, те НПФ, которые не могут войти в систему гарантирования, фактически теряют средства вкладчиков. В этом году мы столкнулись с ситуацией, когда 52 млрд средств граждан (это 1,4 млн человек) фактически оказались в такой сложной ситуации. 40 млрд были возвращены, остальные средства не возвращены, то есть каждый гражданин фактически потерял свой доход.

Буквально ежемесячно мы сталкиваемся с ситуацией, сложной финансовой ситуацией в том или ином негосударственном пенсионном фонде. И вообще финансовая система ведёт себя сегодня очень… Имеет серьёзные риски. Именно поэтому сегодня мы ориентируемся прежде всего на страховую систему как систему, гарантирующую в полном объёме все права и защищающую права граждан, права на их пенсию и в настоящем времени, и в будущем времени.

Ю.Богданов: Значит ли это, что всё-таки откажутся от обязательного накопительного элемента?

О.Голодец: Пока таких решений нет.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о медицине. Этот блок вопросов хотелось бы, конечно, начать с чудовищной истории обгоревшего мальчика Матвея. Скажите, на ваш взгляд, все ли ответственные понесли наказание? И что нужно сделать для того, чтобы подобное никогда больше не происходило?

О.Голодец: Здесь должно разобраться следствие, и только по результатам следствия мы будем делать выводы. Потому что само по себе возгорание медицинской техники – это очень серьёзный прецедент, и мы ждём результатов (и решения суда, и результатов всего следствия), чтобы принять меры для того, чтобы действительно такое не происходило, чтобы и врачи и пациенты были уверены в том, что техника нас не подведёт и никакие действия персонала не смогут привести к таким трагическим результатам.

Вместе с тем мы сегодня все, всей страной, переживаем за судьбу Матвея, потому что нашлось сразу несколько семей, которые готовы взять сегодня Матвея к себе. И я надеюсь, что в ближайшее время суд урегулирует эти отношения и у Матвея появятся любящие родители.

Ю.Богданов: А вы лично будете следить за его судьбой?

О.Голодец: Насколько я понимаю, одна из семей претендует на тайну усыновления, поэтому, я думаю, это будет уважение и к семье, которая примет мальчика, и к самому мальчику, чтобы мы уважали это право, которое даётся каждой семье, которая усыновляет ребёнка.

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, ещё одна очень острая и важная тема. Правительство ограничило госзакупки иностранных лекарств. Скажите, может ли это как-то сказаться на качестве оказания медицинской помощи и достаточно ли качественные российские аналоги?

О.Голодец: Работа была проведена очень скрупулёзно, и очень небольшой перечень вошёл в эти ограничения. Закон внутри государства называется «третий лишний», когда на российском рынке присутствует несколько компаний-производителей, производящих ту же самую химическую формулу, при этом действительно встают ограничения по государственным закупкам в отношении лекарств иностранных производителей.

Я думаю, что нам сегодня нужно вообще предметно разговаривать с потребителями, с пациентским сообществом о лекарствах, о лекарствах российского производства, потому что сегодня есть в том числе и внутренняя предубеждённость в отношении российских производителей. Между тем они активно продаются не только на нашем рынке, но сегодня они активно завоёвывают и другие рынки. Наши лекарства продаются в Латинской Америке, наши лекарства продаются на пространстве стран СНГ. Поэтому сегодня у наших лекарств точно есть преимущества. И точно есть очень чётко выверенный процесс производства лекарственных средств.

Мы сейчас усилили контроль за тем, что происходит на рынке, потому что иногда попадают фальсификаты, и нам очень отрадно, что именно производители сегодня активно включились в этот процесс. Они сами отслеживают, какие продукты, не являющиеся их продуктами, попадают на рынок, и активно с этим борются. Я думаю, что в ближайший год мы увидим результаты, проблема будет решена.

Ю.Богданов: А коммерческие клиники смогут закупать зарубежные лекарства по своему усмотрению?

О.Голодец: Такое право есть у всех.

Ю.Богданов: Что происходит с обезболиванием онкобольных? Удалось ли окончательно решить эту проблему? В первую очередь опять же речь идёт о детях.

О.Голодец: Мы эту проблему решали вместе с гражданским обществом, и изменены очень многие подходы для решения проблемы обезболивания. Увеличен срок действия рецепта – это самая главная просьба, с которой обращались абсолютно все, потому что нельзя выписывать рецепт на 5 дней. Сегодня этот срок увеличен до 15 дней, для удалённых регионов может быть увеличен срок и за пределами 15 дней. Сокращены все бюрократические процедуры, терапевт сам имеет право выписывать, и не нужно ни с кем согласовывать такого рода рецепт.

Ещё применено очень много конкретных мер, для того чтобы эти лекарства стали доступны пациентам. Но здесь очень важна обратная реакция общества. У нас есть горячая линия, по горячей линии Минздрава ответ вы можете получить незамедлительно, и все обращения, которые идут на горячую линию, не остаются без ответа. Поэтому, если вдруг у вас, у ваших знакомых, у ваших родственников, друзей возникает такая ситуация с обезболиванием, не надо решать её каким-то запутанным путём, надо немедленно обратиться в Министерство здравоохранения или в региональный департамент здравоохранения по месту жительства, и вам тут же будет оказана помощь. Мы должны быть уверены, что каждый человек, который нуждается в такой помощи, её получит. Абсолютно вся помощь профинансирована, лекарства есть, деньги есть – вопрос чёткой работы здравоохранения.

Ю.Богданов: В Минздраве обратили внимание на финансовый дефицит в регионах, в том числе сказали, что это может повлечь определённые последствия и в сфере оказания медицинской помощи. По вашим оценкам, насколько остро может встать проблема?

О.Голодец: Тот бюджет, который сегодня принят, полностью закрывает всю программу обязательного медицинского страхования, то есть все виды помощи у нас профинансированы, в том числе и высокотехнологичная помощь, причём высокотехнологичная помощь предусматривается в увеличенном размере по сравнению даже с 2015 годом. Мы очень пристально следим за ситуацией, потому что, к сожалению, она меняется месяц от месяца. В прошлом году мы прибегли к помощи антикризисного фонда, для того чтобы дофинансировать тему лекарственного обеспечения. Если мы увидим, что возникают сложности, мы также будем обращаться, для того чтобы из резервного фонда дофинансировать тему лекарственного обеспечения или какие-то проблемные точки. На сегодняшний день все средства заложены. Вся помощь должна неукоснительно оказываться в том объёме, в котором она предусмотрена законодательством Российской Федерации.

Ю.Богданов: Была поставлена задача навести порядок среди организаций, которые работают в системе обязательного медицинского страхования, и вот Вероника Скворцова как раз говорила о том, что в будущем количество страховых компаний, которые работают в системе ОМС, может сократиться вдвое. Расскажите, с чем это связано, какие претензии?

О.Голодец: Прежде всего увеличиваются требования по страховому обеспечению самих страховых организаций. То есть организации, которые управляют большими деньгами, сами не имеют никакого капитала, и это в страховом деле просто недопустимо. Но когда проводился полный анализ страховых организаций, выяснилось, что результаты работы разных страховых организаций по медицинскому результату отличаются друг от друга в разы. У нас есть немало страховых организаций, которые по итогам года показывают самый главный наш результат – это смертность населения – существенно выше, чем в среднем по Российской Федерации. По результатам года с такими компаниями Фонд обязательного медицинского страхования будет проводить работу, мы будем разбираться и будем ставить вопрос о том, что такие организации или должны принять меры и включиться серьёзно в программу сопровождения каждого больного, или должны уйти из системы медицинского страхования.

Ю.Богданов: Как раз программа сопровождения, насколько я понимаю, начинает работу с января 2016 года?

О.Голодец: Да.

Ю.Богданов: Расскажите, как это будет действовать, какой механизм.

О.Голодец: Мы объявляли долго, что у нас страховая программа, но как реально она действует, мало кому известно. Вот вы знаете своего терапевта?

Ю.Богданов: Нет.

О.Голодец: К сожалению, часть населения Российской Федерации действительно о своём терапевте знает понаслышке.

Ю.Богданов: А он у меня есть, личный?

О.Голодец: Да, у вас есть терапевт, и ваш полис ОМС где-то находится, и ваш терапевт получает за вас взносы. Но поскольку ни вы его не знаете, ни он о вас скорее всего никогда не задумывается, у нас получаются случаи, что пропущен человек, и мы о человеке узнаём, только когда уже случится беда, когда у человека инфаркт, инсульт, ещё какое-нибудь сложное происшествие, которое вполне можно было бы заранее предвидеть, профилактировать.

Сегодня вся система ОМС очень чётко построена в плане терапевтической службы. Мы видим, сколько людей прикреплено к каждому терапевту. Были курьёзные случаи: мы видели терапевта, к которому прикреплено 20 тыс. населения. Это означает, что помощь не оказывается вообще.

Стандартное число застрахованных у одного терапевта не может превышать 1800 человек. 1800 человек, и этот терапевт, этот доктор действительно должен понимать, где у него зоны риска: кому нужно напомнить о диспансеризации, к кому нужно послать медицинскую сестру или патронаж на дом, о ком нужно вспомнить, кому нужно напомнить какие-то вещи. Для этого существует специальная служба внутри поликлинической службы. Как только такая система заработает и действительно каждый человек будет охвачен реальной службой терапевтической, наши показатели пойдут вверх более стремительно, я имею в виду показатели продолжительности жизни населения. К этому мы всё и ведём.

Ю.Богданов: Сразу несколько крупных, в том числе московских, клиник оштрафовали за то, что они занимались приписками. Что это за приписки? Почему это происходит? Врачи таким образом мошенничают или это, как говорят сами медики, необходимость, потому что иначе им не выплатят нормальную зарплату?

О.Голодец: У нас не должно быть никаких серых схем. Мы должны отражать те задачи, которые мы ставим в отношении каждого врача и каждого терапевта. И когда расходятся система отчётности и система реальности, то и получается, что население не получает должной помощи медицинской, а врачи вынуждены что-то там приписывать и сочинять. Эта система должна быть полностью устранена, и сегодня вся система нацелена на то, чтобы отчётность была очень чёткой, прозрачной и понятной. Человеку нужна помощь – её необходимо оказать. Нужно человека пригласить на диспансеризацию, на медицинский осмотр – это нужно сделать. Нужно напомнить человеку, что он сегодня или каждый день должен принимать лекарства, – пожалуйста, через поликлинику организуйте систему, которая человеку в режиме онлайн будет напоминать, что этот человек без лекарств не может обходиться.

Ю.Богданов: А для того чтобы не происходили такие приписки, наверное, должны более качественно работать как раз те самые страховые компании и за этим следить?

О.Голодец: Конечно, конечно.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о трудовых отношениях. Какие последние данные по безработице и как сказались на уровне занятости экономические сложности в стране?

О.Голодец: Да, экономические сложности прежде всего привели к падению уровня заработных плат, и это самый серьёзный сигнал, который мы получаем от рынка труда.

В этом году реализовывалась большая программа по занятости населения, и она была нацелена на те регионы и предприятия, которые объявили о том, что их персонал находится под угрозой увольнения. Более 100 тыс. человек в этом году получили прямую поддержку, для того чтобы смягчить эти экономические последствия. Предприятия проходили санацию, они переоборудовались, в это время работники переподготавливались в рамках специальных курсов или были заняты на временной работе.

Начала работать программа содействия трудовой мобильности граждан. Мы видим точки роста. У нас есть предприятия, которые развиваются, и у нас есть проекты, которые требуют сегодня дополнительных рабочих мест, например строящиеся предприятия на Севере, строящийся порт. У нас есть несколько таких предприятий на Дальнем Востоке (например в Комсомольске-на-Амуре), и они постоянно заявляют о растущем спросе на рабочую силу. Мы помогаем людям переехать, получить квалификацию и адаптироваться на новом месте. Работа очень серьёзная, но она позволила удержать безработицу на относительно низком уровне – 5,8. Мы понимаем, что в 2016, грядущем, году должны будем быть готовы к более активным действиям, потому что, если экономика поведёт себя сложно и мы будем сталкиваться с более серьёзными трудностями на предприятиях, то должны будем быть готовы ответить на эти вызовы. Мы к ним готовы.

Ю.Богданов: А сколько условно безработных, тех, кто на самом деле уходит от налогов, удалось в прошлом году вывести из тени?

О.Голодец: Тех, кого просто перевели на трудовые договоры, было больше 1,5 млн. Это огромная заслуга Роструда прежде всего, и это серьёзные поступления в наш Пенсионный фонд Российской Федерации.

Ю.Богданов: Мы с вами традиционно уже в интервью отслеживаем динамику по количеству бедных в стране. Какие цифры у вас к концу года?

О.Голодец: 22 млн – это люди, которые сегодня, по российской статистике, относятся к числу бедных. Здесь есть серьёзнейшая проблема того, что среди бедных у нас сегодня большая часть населения – это семьи с детьми. Мы стараемся помочь этим людям. Например, было принято в этом году решение о том, что из материнского капитала можно получать сумму в 20 тыс. рублей. Как только мы объявили об этой опции, более 1,5 млн людей немедленно воспользовались этой помощью, и она оказалась очень востребованной.

Сегодня мы внимательно смотрим на тех детишек, которые посещают дошкольные учреждения, для того чтобы иметь возможность помочь с питанием, с социальной поддержкой именно семьям, которые имеют много детей.

Ю.Богданов: А прогноз на следующий год? Количество бедных увеличится?

О.Голодец: Мы будем делать всё, чтобы этот процесс остановить и приступить к тому, чтобы сокращать число бедных. Это наша основная задача.

Ю.Богданов: Вы упомянули материнский капитал, решено его продлить ещё на два года. На ваш взгляд, насколько это всё-таки эффективный инструмент? Может быть, действительно стоило бы подобную помощь оказывать только малоимущим семьям?

О.Голодец: Вы знаете, когда в семье рождается ребёнок… Вы тоже папа?

Ю.Богданов: Дважды!

О.Голодец: Дважды папа. Вы помните, что это очень сложный период с точки зрения материального благополучия семьи, и любая нормальная семья, которая по всем оценкам не относится к числу бедных, переживает материальные трудности. Как правило, папа ещё молодой и не достиг пика своей квалификации, его зарплата не самая топовая, даже по той профессии, в которой он работает. А мама вынуждена оставить работу, и хорошо, если это полтора года, а у некоторых этот отпуск по уходу за ребёнком выходит за пределы полутора лет. В этот момент семья оказывается в самой сложной ситуации, и семьи с детьми нуждаются в поддержке, более чем кто бы то ни было. И то, что сегодня материнский капитал предоставляется именно адресно, матерям… Материнский капитал – он не бедным, это не капитал по бедности. Если людям нужна помощь из-за того, что они бедны, малоимущие, им оказывается социальная помощь. Материнский капитал имеет другое предназначение – это поддержка молодых семей, молодых мам, для того чтобы действительно сделать более комфортным воспитание детей в самый сложный для них период, чтобы этот период был для них счастьем на всю жизнь.

Ю.Богданов: Давайте поговорим о состоянии туристической отрасли, которую вы тоже курируете. Не самые простые, как мне представляется, переживает она времена. Звучат даже алармистские оценки о том, что турбизнес находится на грани гибели, по крайней мере в том виде, в котором он существовал. Как вы сами оцениваете ситуацию?

О.Голодец: Действительно, ситуация сложнейшая, потому что 40-процентное падение выездного туризма не может не сказаться на туроператорах и не может не сказаться на туристическом бизнесе. Мы видим примерно такое же увеличение объёма внутреннего туризма, но это разные компании и разный бизнес. Сегодня мы делаем всё для того, чтобы помочь тому бизнесу, который был ориентирован на выездной туризм, переориентироваться на внутренний туризм, и коллеги для этого немало работают, здесь есть успешные проекты.

Мы сейчас внимательно смотрим за программами по развитию туризма. Я напомню, что такая программа у нас развивается в последние три года. У нас есть 36 регионов Российской Федерации, так называемых туристических кластеров, где мы целенаправленно поддерживаем развитие инфраструктуры, для того чтобы там развивалась инфраструктура туризма. Это такие регионы, как, например, Камчатка, Алтайский край, это, конечно, регионы Кавказа, это туристические посёлки Краснодарского края, сейчас это Крым и ещё очень много регионов Российской Федерации. Мы сейчас будем проводить совещание, ставить вопрос о том, чтобы туризм развивался другими темпами. В очень короткий промежуток времени нам нужно создать условия для развития туризма внутри страны ещё как минимум 8 млн человек дополнительно. И это очень разные группы, это разные экономические группы, то есть должен быть запрос удовлетворён в отношении разных групп. Есть семьи с детьми, которые претендуют на познавательный отдых, но комфортный для детей. Есть запрос на отдых для старшего поколения, который тоже должен быть удовлетворён. Есть отдых для больших туристических групп – как школьных, так и разновозрастных. Под все виды туризма мы должны создать инфраструктуру. Будем думать, будем стремиться, чтобы уже этим летом наши туристические возможности были существенно расширены.

Ю.Богданов: И о нареканиях по качеству сервиса. Как вы думаете, в чём причины? И удастся как-то переломить эту ситуацию?

О.Голодец: Да, как только туризм выйдет на принципиально новый качественный уровень, наладится сервис. Сервис работает в зависимости от спроса.

Ю.Богданов: То есть приедут люди, заплатят деньги, и подтянется сервис. Может быть, лучше наоборот?

О.Голодец: Люди требуют. И люди не поедут, если не будут уверены в сервисе, поэтому те регионы сегодня, которые ориентированы на туризм, выдерживают уровень сервиса.

Я сама недавно ездила в Белокуриху. Мы смотрели, у нас там было большое совещание, и я скажу, что это действительно замечательный уровень сервиса, это место, в котором приятно отдыхать, интересно отдыхать. Хорошее место.

Ю.Богданов: Пляжный отдых – это навязанный нам стереотип, как высказался глава Ростуризма, или всё-таки нормальное, здоровое желание?

О.Голодец: Пляжный отдых был, есть и будет. Конечно, солнце, воздух и вода – это лучшие лекари для любого человека. И сегодня наша задача – те возможности, которые у нас есть на побережье, максимально использовать. Здесь, конечно, огромный потенциал прежде всего у Крыма. Я думаю, что превращение инфраструктуры Крыма в абсолютно комфортную для разных запросов и будет серьёзным спасением туристического бизнеса в России.

Мы проделали огромный путь, например, с реконструкцией «Артека». И то, что «Артек» в этом году 1 июня принял большое количество детишек в абсолютно обновлённом лагере, и то, что сегодня мы можем там работать качественно, хорошо и уверенно, – это один из примеров действительно создания серьёзной инфраструктуры.

Ю.Богданов: Здесь вопрос стоит в масштабах – смогут ли наши морские курорты (Краснодарский край, Крым) заместить поток туристов, которые ездили в тот же Египет или Турцию. Не получится так, что, как в советское время, нам придётся где-то по блату получать путёвки, доставать билеты и так далее, чтобы приехать в Сочи?

О.Голодец: Задача такая стоит, чтобы такого не было. Никто не хочет стоять в очередях, никто не хочет доставать билеты по блату. Я сама помню эти времена. И если такое будет, то турист никогда не проголосует в пользу российского туризма. Туристический бизнес должен подстраиваться под клиента.

Ю.Богданов: Ольга Юрьевна, я благодарю вас за это подробное и интересное интервью.

О.Голодец: Большое спасибо.Давайте всех поздравим с Новым годом и пожелаем нашим слушателям всего самого доброго. Здоровья, благополучия в Новом году!

Ю.Богданов: Вас тоже – с Новым годом!

О.Голодец: Спасибо. И вас!

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 25 декабря 2015 > № 1594925 Ольга Голодец


Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 24 декабря 2015 > № 1592183 Борис Уманов

Страховые компании должны думать о выплатах, а не о своих зарплатах

Как будет развиваться страховой рынок в новом году

Страховой сектор достаточно успешно развивался в последние годы, это подтверждает и то, что августовские события и падение курса тенге не слишком затронули игроков данного рынка. Однако девальвация, высокая зарегулированность и не всегда честные правила игры могут «притормозить» развитие сектора в ближайшие годы. Как с этим бороться и чего ожидать в будущем, «Капитал.kz» обсудил с Борисом Умановым, председателем правления страховой компании «Евразия».

- Борис Григорьевич, как страховой рынок развивался в уходящем году и как он справился с девальвацией?

- Страховой сектор достаточно устойчивый, на протяжении последних 10 лет он демонстрирует стабильный рост. В этом, кстати, имеется и немалая заслуга Национального банка. Несмотря на то что сегодня его модно критиковать, но в части страховой системы он внес большой вклад. За это время была мудро выстроена система страхования, создана тарифная система (правда, сейчас она немного устарела, но для того времени она была адекватной). Кроме того, за эти годы был создан Фонд гарантирования страховых выплат. Когда произошли дефолты двух крупных компаний в конце 2000-х годов – «Алтын Полис» и «Premier Страхование», фонд смог рассчитаться с клиентами. После этого дефолты были только в казахстанских банках.

Сегодня возникают попытки приватизировать этот фонд или тратить его деньги на побочные цели. Наша компания всегда выступала против этого. Важно, чтобы деньги фонда были в целости и сохранности. Более того, он должен быть под пристальным вниманием не только Нацбанка и проверяющих органов, но и вас, прессы, потому что благосостояние автолюбителей зависит от данного фонда.

Если говорить об отдельных игроках, то они очень успешно пережили девальвацию и, более того, заработали на том, что не доверяли тенге и вкладывали свои средства в доллары. В дальнейшем, конечно, будут возникать новые вызовы – какие-то компании с ними будут справляться лучше, какие-то хуже. Но радует, что, скорее всего, все страховые компании по итогам этого года будут прибыльными. Это хорошо, поскольку означает, что страховщики платят налоги. Но другой вопрос в том, как они платят страховые выплаты? Это уже большая проблема. Клиентов мало интересует, есть ли фонд или сколько страховых компаний в стране, для них важно, как они осуществляют страховые выплаты. И, к сожалению, сегодня суды завалены исками недовольных клиентов.

Если эта проблема не будет решена в ближайшие годы, то клиенты просто не будут страховаться. У нас даже по обязательным видам страхования не 100% выплат, в некоторых регионах этот показатель составляет всего 20-30% по таким видам, как гражданско-правовая ответственность владельцев транспортных средств или обязательное страхование от несчастных случаев. Клиенты иногда не хотят судиться со страховыми компаниями, потому что им дороже выйдут адвокат и судебные издержки. К тому же гарантии того, что они выиграют, нет. Поэтому очень важно, чтобы страховые компании думали о выплатах, а не о своих зарплатах.

Что касается нас, мы долгое время остаемся лидерами по страховым выплатам и гордимся не тем, что мы самые большие, а тем, что больше всех осуществляем выплаты. К концу года, по нашим ожиданиям, эта сумма составит 18-19 млрд тенге, что в 2-3 раза больше, чем следующая за нами страховая компания.

В целом же отмечу, что рынок достаточно развитый – появилось много специалистов, если раньше в Казахстане было всего 10 андеррайтеров, то сейчас их около 100.

- Согласны ли вы с тем, что в Казахстане кризис?

- Люди, которые пережили 90-е годы, не считают это кризисом. Все зависит от точки зрения: для людей, которые зарабатывали, арендуя площади в торговых центрах и сдавая их под бутики Pierre Cardin, – это кризис. Для тех, кто торговал «сникерсами» 25 лет назад, нет. Я, кстати, не стесняюсь своего опыта – я тоже торговал «сникерсами» и «марсами», утюгами и чайниками.

- Однако эксперты все же предрекают снижение экономики. Не ожидаете ли вы в связи с этим увеличения количества сделок слияний и поглощений на рынке?

- Слияния были и в этом году, а какие-то компании и вовсе ушли, например, «БТА Страхование». Другой вопрос, что казахстанский финансовый рынок – это касается банков, страховых компаний, брокеров, дилеров – настолько непрозрачный, что никто не хочет с ним связываться, поэтому слияния происходят очень редко. Обычно, когда компания идет под банкротство, приходит инвестор и ее выкупает. А вот чтобы две нормальные компании сливались, я не припомню. Поэтому слияний не ожидаем.

- А сокращения числа игроков?

- Сокращение, скорее всего, будет. Однако не в следующем году, так как девальвация произошла не так давно, а вот в 2017 году число игроков может сократиться. После девальвации выросли цены на услуги автосервиса, увеличилась стоимость медицинского страхования, поскольку выросли цены на лекарства, по некоторым позициям рост составил 100%. В итоге страхование становится убыточным.

- Вы уже поднимали вопрос критики Национального банка… Как вы могли бы оценить регулирование страхового сектора и собственно саму критику?

- Критиковать главу Нацбанка – это очень выгодная позиция не только журналистов, но и обычных людей. Это воспитано в поколениях, это было еще в 90-х годах. Ведь очень просто свои личные неудачи или неуспехи компании объяснять не собственными провалами в стратегии, а тем, что Кайрат Нематович (Келимбетов – прим. ред.) не доглядел за парой «тенге – доллар». Но хочу вас разочаровать: от главы Национального банка не так много зависит – он не может влиять на цены на нефть, темпы роста в Китае или цены на медь. Насчет обсуждений публики, на мой взгляд, лучше создать стартап в интернете, чем сидеть в социальных сетях и ругать бывших председателей Нацбанка.

Отвечая на первую часть вопроса – страховой рынок сильно зарегулирован. Нам есть с чем сравнивать, поскольку мы работаем в 100 странах мира и ни в одной нет такого регулирования. Как правило, там ты получаешь лицензию, а раз в квартал у тебя запрашивают какие-то данные. У нас необходимо отчитываться каждые 10 дней. Почему это делает Нацбанк, ведь он заинтересован в развитии страхового сектора? Какое может быть развитие, если 20-30% цены вашего личного страхового полиса – это то самое регулирование. Мы могли бы сократить людей и продавать продукт дешевле, если бы не зарегулированность. Если бы Нацбанк регулировал мясокомбинаты, мясо было бы еще дороже... В итоге автовладельцы переплачивают 20-30% за полисы, потому что половина из этой суммы лежит в регулировании. Повторюсь, в других странах такого нет. Более того, за рубежом любые попытки ужесточить регулирование натыкаются на очень серьезную оппозицию со стороны рынка.

Приведу в пример внедрение Solvency II у нас и за рубежом. Эта программа имеет общие модели, которые необходимо внедрять, но есть одно большое отличие. Solvency II предполагает возможность создания регулирования под свою компанию. Что это означает? Я предоставляю документы и говорю, что вот по таким позициям вы меня будете регулировать, а то, как регулируется другой игрок, неважно. В Англии уже 18 компаний прошли эту процедуру и могут самостоятельно выстраивать модель. В Казахстане же не разрешается создавать индивидуальную модель регулирования, а применяется одна и та же как к маленьким, так и большим компаниям. Мы поддерживаем внедрение аналога Solvency II, но в классическом варианте, а не частично. Нельзя все компании грести под одну гребенку.

- Предлагали ли вы свое видение внедрения этой программы и прочих инициатив?

- Мы люди не молчаливые и, безусловно, предлагали ряд мер в прошлом и этом году, но пока на наши вопросы мы не получили ответы. Конечно, Нацбанк должен учитывать мнения всех игроков, но всегда найдется тот, кто не доволен.

- Есть ли какие-то ожидания от нового председателя Нацбанка?

- У нас нет, пусть поменьше внимания обращают на нас. Мы платим налоги, даем рабочие места, делаем выплаты. Наша социальная ответственность заключается в том, что мы берем людей на работу, а не увольняем. Это, собственно, касается и заводов, и рудников, и прочих компаний.

- Удастся ли новому главе Нацбанка вернуть доверие к тенге?

- Вполне, но не за один день – нужно набраться терпения. Доверие будет восстановлено в том случае, если у нас будет последовательная и долговременная политика Нацбанка. Дайте подольше поработать новому председателю, не надо его все время критиковать. Полгода не будем его критиковать и посмотрим, что получится.

- Не обсуждая главу Нацбанка, поговорим о переходе на инфляционное таргетирование… Своевременно ли оно было внедрено?

- Я бы не очень хотел уподобляться тем людям, о которых говорил раньше… Если же в общих чертах, это сложный вопрос, и понятно, что ни у кого нет понимания, как это делать. Единственное, что я могу сказать, что теперь пара «доллар – тенге» будет волатильной. Эту проблему вряд ли удастся решить в ближайшее время, еще два-три года эту пару будет лихорадить. Я уже не говорю о влиянии геополитики, или цен на сырьевые товары — это все накладывает отпечаток. Необходимо мыслить в тенге и товары продавать в тенге.

Добавлю также, что невозможно выстроить инфляционное таргетирование и стабильный валютный рынок на падающем рынке, он должен достичь хотя бы дна. Когда же цены постоянно меняются, выстроить нормальный курс будет невозможно.

Мы со своей стороны, конечно, рады, что половина нашего бизнеса находится за рубежом – мы зарабатываем в долларах, евро, фунтах, рублях и т.д. Мы продаем их на нашем рынке и платим людям зарплату в тенге. В этом смысле мы меньше зависим от этой волатильности.

- Очень удачно, когда бизнес географически диверсифицирован…

- Да, но мы много потеряли от наших инвестиций в рубли, однако еще больше заработали на наших инвестициях в доллары.

- Кстати, как-нибудь сказались события в России на вашем бизнесе?

- Нам легко понимать Россию, потому что мы говорим на одном языке и наши менталитеты похожи. Но любопытно, что после создания Таможенного союза перестраховочный бизнес сжимается. Почему это происходит, мы не знаем. Но в ближайший год мы не ожидаем роста этого бизнеса в России.

- Несколько лет назад вы говорили о том, что Казахстан использует пустые советы МВФ и Всемирного банка?

- Поясню: я их назвал глупыми. Но сразу разграничу: сам Международный валютный фонд является очень серьезной и уважаемой организацией, а вот советы его консультантов иногда никуда не годятся. Почему? Они нанимают на работу лузеров и ауткастов. Если у человека не сложилась карьера в Германии, он идет работать советником или консультантом для развивающихся стран в тот же МВФ. При этом если он неудачлив в Германии, что он может посоветовать для Казахстана? Вот как раз рекомендации таких сотрудников глупые. Я вам скажу больше, для нас, как для компании общего страхования рекомендации иногда дают консультанты по страхованию жизни. Мы с этим неоднократно сталкивались за годы, которые в бизнесе.

Если бы сюда приехал директор МВФ, мы бы с удовольствием с ним поговорили. Но приезжают нанятые им консультанты, советы которых вызывают вопросы и улыбку.

- Немного о банковском секторе… Как вы могли бы его оценить в настоящее время?

- За меня это уже сделали все рейтинговые агентства, которые негативно оценивают перспективы казахстанского банковского сектора, как, впрочем, российского и других стран. В Штатах, например, негативный прогноз для 8 крупнейших банков – то есть в стране, где добывают сланцевую нефть, а национальной валютой, между прочим, является доллар.

Я думаю, что в ближайшие годы банковский бизнес будет не очень прибыльным, я бы даже сказал, проблемным. Но это даже хорошо, потому что можно дешево купить банк – если не в США, то в Казахстане. Многие, кстати, не против избавиться от этого бизнеса, другое дело, что избавляться уже поздно...

- Как простимулировать финансовый сектор Казахстана, чтобы он вышел из кризиса?

- Почему страховой сектор здоровый и нас никто не стимулирует? Мы живем без стимулов, я бы даже сказал жестче, мы живем без допингов. На мой взгляд, самый лучший способ стимулирования банковского рынка – оставить его в покое и не требовать от него невозможного. Чрезмерное внимание не всегда хорошо. Вспомним хотя бы, как у нас стимулировали пенсионную систему... Стимулировать нужно плохих банкиров, потому что они без этого не могут, а хороших лучше оставить в покое.

- О рисках... Во время прошлого кризиса вы говорили, что важен вопрос управления рисками. Не изменилась ли ваша точка зрения в нынешний кризис?

- Нет. Когда рынок растет, экономика развивается, цены на наши товары растут, никто о рисках думать не хочет – накачивают банки, госкомпании – сотрудниками... Когда же все падает – они задумываются, а зачем мы эти деньги тратили? В свое время у нас был создан Нацфонд, резервы которого мы сейчас расходуем. В России, например, по нашим расчетам, эти резервы закончатся через год или два. В Казахстане резервов хватит на больший срок, если мы сейчас будем правильно управлять нашими рисками, а самое главное – не тратить больше, чем зарабатывать. Это касается как семьи, компаний, так и всей страны. Я, например, никогда не езжу на джипах, потому что это не экономично.

- Кстати, говоря о покупке, нет ли у вас планов по приобретению «дочек»?

- В Казахстане нет, но всегда готовы приобрести страховую компанию в Европе. Хотим воспользоваться тем, что там вводится Solvency II и на рынке есть компании для продажи. За последние полтора-два года мы посмотрели две компании в Германии, но они нам не понравились, сейчас смотрим еще одну.

- Многие компании в период кризиса начинают оптимизировать свой бизнес. Нет ли у вас таких планов?

- Нет, увольнять никогда не собираемся. Нет, конечно, бездельников мы увольняем, но хороших сотрудников нет. Сокращений у нас не было последние пятнадцать лет.

- Рынок страховых компаний не слишком большой, как складываются отношения внутри сообщества?

- Мы дружим со всеми компаниями, нам делить нечего. Мы не самая бедная компания, поэтому не боимся, когда нам кто-то вставляет палки в колеса. А это иногда бывает. Сейчас, например, госфонд «Самрук-Казына» решил, что не будет работать со страховой компанией «Евразия». Хорошо, мы будем работать с фондом Temasek Holdings в Сингапуре или другими фондами в других странах.

- Почему?

- Не хотелось бы вдаваться в подробности, но могу сказать, что цена вопроса была 3 доллара. И это не фигура речи. Госфонд «Самрук-Казына» решил не работать с самой крупной страховой компанией Казахстана по причине разногласий ценой 3 доллара США. Но в целом мы спокойно к этому относимся, потому что работаем за рубежом и имеем самый высокий рейтинг. Если «Самрук-Казына» не хочет с нами работать, есть 30 других компаний, которые хотят.

- Небольшие прогнозы на следующий год…

- Наша компания продолжит развиваться, и следующий год мы планируем закончить с прибылью. Мы ожидаем падения по автоКАСКО, медицинскому страхованию, поскольку год будет тяжелым. Но мы восстановим эти деньги, работая за границей.

Казахстан > Финансы, банки > kapital.kz, 24 декабря 2015 > № 1592183 Борис Уманов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > ach.gov.ru, 23 декабря 2015 > № 1597019 Татьяна Голикова

Доклад Председателя Счетной палаты Российской Федерации,

Председателя Совета КСО при Счетной палате

Т.А. Голиковой

на совместном заседании Президиума и Совета КСО при Счетной палате

на тему: «Аудит государственных программ Российской Федерации»

Уважаемые Коллеги!

Я напомню, что Президент в своем Послании к Федеральному Собранию выделил необходимость обеспечения сбалансированности бюджета, как важнейшего условие макроэкономической устойчивости и финансовой стабильности. Президент подчеркнул, что каждый бюджетный цикл должен начинаться с чёткой фиксации приоритетов и в этой связи предложил вернуть определяющую роль государственных программ.

Вы знаете, что в течение последних трех лет Правительство формирует бюджет в программном формате, меняет поэтапно методологию и подходы к бюджетному процессу.

По итогам работы Счетной палаты Российской Федерации с госпрограммами отмечу следующее.

Но прежде хочу сказать, что для многих замеченным, а для многих незамеченным прошел закон о стратегическом планировании. К сожалению, на федеральном уровне Правительство относится к срокам и мероприятиям этого закона весьма скептически. Хотя в соответствии с эти законом Госпрограммы определены как нижний уровень стратегического планирования, уровень программный, а над ним уже – прогнозы и стратегии. Поэтому в госпрограммах отражаются все достоинства и недостатки общеэкономических, отраслевых и региональных стратегий, равно как и ошибки прогнозирования. Госпрограммы – это индикатор качества планирования экономики нашей страны и у нас в Счетной палате работа с госпрограммами построена по трем направлениям: во-первых, экспертиза госпрограмм до того, как они принимаются Правительством, во-вторых - это ежегодный аудит госпрограмм с выходом при необходимости на объекты контроля, и третье направление – это мониторинг на регулярной основе хода реализации госпрограмм.

Основные выводы Счетной палаты по аудиту госпрограмм

Первое. Счетной палатой в 2014 году по поручению Президента Российской Федерации был проведен комплексный анализ всех 40 госпрограмм, которые функционируют на федеральном уровне. Были проанализированы сбалансированность целей, задач, индикаторов, мероприятий и финансовых ресурсов госпрограмм, а также их соответствие существующим долгосрочным документам социально-экономического развития и всем стратегиям, которые ранее были приняты на федеральном уровне. Такая же масштабная работа была проведена в 2015 году и будет проводиться в 2016 году в соответствии с планом работы.

Общий вывод – государственные программы пока не стали инструментом надлежащего бюджетного планирования. И у нас имеются основания констатировать, что пока не удалось установить четкую взаимосвязь между бюджетными ассигнованиями и результатами, которые получаются за эти бюджетные ассигновнаия, а также изжить практику планирования расходов от «достигнутого». По существу, произошло простое обличие «ведомственных» бюджетов в формат государственных программ. И естественно тот переход, который ожидался в связи с тем, что госпрограммы должны охватывать междисциплинарные области, не произошел.

Что же обращает на себя внимание в большей степени?

Чем заметнее ограничения финансовых возможностей, тем точнее должны быть определены приоритеты в расходах. В этой связи я хочу привлечь Ваше внимание к одной проблеме, которая у нас возникла в федеральном бюджете. Возможно, она была и у Вас.

2015 год. Сложный год. Был принят Антикризисный план. Появились определенные ограничения в финансирование расходов. Правительство приняло срочные меры по проведению секвестра на 10% расходов федерального бюджета и, не дожидаясь итогов 2014 года и первого квартала 2015 года, приняло поправки в закон о бюджете на 2015 год, сократив расходы на 10%. При этом оставшиеся 90% было предложено перераспределить соответствующим главным распорядителям. То есть приоритеты были выбраны ровно перпендикулярно по отношению к антикризисному плану. Получилось так, что Минфину и Правительству для того, чтобы реализовать антикризисный план, пришлось иные финансовые источники искать, чтобы эти приоритеты поддержать. А собственно перераспределение в рамках оставшихся 90% осуществили сами министерства с известным результатом. Но самое главное, что потом эти 10% были благополучно восстановлены, даже еще в большем объеме и с меньшим эффектом, чем ожидалось. При этом государственные программы вместе с мероприятиями поправлены не были. И чтобы не делать, как выразилось Правительство, «зряшную» работу, сначала приняли решение скорректировать госпрограммы одновременно с проектом бюджета на 2016 год (к 1 октября 2015 г.), а потом, понимая, что это сделать невозможно, решение было отнесено на три месяца после принятия бюджета на 2016 год. То есть сейчас максимальный срок принятия государственных программ– 1 апреля 2016 года, когда все показатели и мероприятия должны быть приведены в соответствие с бюджетом.

Должна сказать, что мы сейчас получаем проекты программ. К сожалению, они не выдерживают те приоритеты и те задачи, которые перед страной стоят. Например, у нас по линии Минпромторга насчитывается два десятка плановых документов по импортозамещению, содержащих 2300 различных позиций. По факту работа выполняется по 462 позициям. Стоит этот план по импортозамещению 2,5 трлн. рублей. При этом 1 трлн. 900 – это средства предприятий и коммерческие заимствования, 600 млрд. рублей – средства бюджета. При этом они не распределены по годам и, как отреагировать на эту ситуацию, пока непонятно. Очевидно, что 600 млрд. – это достаточно большой объем финансовых ресурсов при тех финансовых ограничениях, которые мы имеем уже в утвержденном бюджете, и которые возможно будем иметь в скорректированном бюджете, если цена на нефть будет оставаться на том же критическом уровне, на котором она находится сейчас.

Что еще следует отметить - в программах отсутствует системность. Цели многих госпрограмм абсолютно неконкретны, содержат нечеткие формулировки и недостаточно согласованы с задачами госпрограмм. Типичны ситуации, когда достижение цели не обеспечивается ни одной из задач или задача не направлена на достижение ни одной из целей.

Как я уже сказала, предполагалось, что госпрограммы будут иметь межотраслевой и междисциплинарный подход, но, к сожалению, пока госпрограммы – это узковедомственные документы и в первую очередь туда включается финансирование мероприятий, которые связаны с функционированием того министерства, которое эту программу разрабатывает. Не важно, что в эту программу попадают учреждения, которые подведомственны другому министерству. В любом случае приоритет отдается своим. И мы это наблюдаем практически повсеместно.

Есть еще один существенный момент, по которому у нас есть жесткий спор со структурами Правительства и мы намерены отстаивать свою позицию. Речь идет количественных и качественных измерителях госпрограмм.

Приведу пример. Как я уже сказала, Правительство не смогло к 1 октября представить проекты Госпрограмм, но оно представило паспорта программ и мероприятия с финансовой оценкой и некими натуральными показателями. Так вот, в 2016 году исполнение госпрограмм будет осуществляться по 1962 показателям. По сравнению с 2014 годом – больше на 258 показателей.

В 2014 году было предусмотрено 1704 показателей госпрограмм. При этом по фактическим данным исполнено 979 показателей, или 57,4%. Кассовое исполнение расходов составило 99,1%. Понятно, невозможно отследить такое количество показателей, потому что данные Росстата такое количество не охватывают. Отраслевая статистика тоже страдает определенными проблемами. В связи с этим мы выступаем за резкое сокращение количества показателей. Во-первых, должны быть показатели, по которым есть официальная статистка. Во-вторых, эти показатели должны именно характеризовать деятельность соответствующей отрасли. Но, к сожалению, пока министерства с трудом идут на это. В результате программы страдают перенасыщенностью мероприятиями, подпрограмм и никто не может до конца эффективно провести работу по структурированию программ. Как правило, в этих программах указываются легкодостижимые показатели, по которым легко отчитываться.

Орган, который представляет отчетный доклад по реализации госпрограмм - это Минэкономразвития. Так вот, если смотреть на отчет Минэкономразвития по исполнению госпрограмм за 2014 год, то ситуация в целом благоприятная. По открытой части Минэкономразвития России оценивало 32-госпрограммы. При этом по 5 программа отмечена «высокая эффективность реализации» (свыше 97,5%); «эффективность реализации выше среднего уровня» (от 92,5% до 97,5%) – по 13 госпрограммам; «эффективность реализации ниже среднего уровня» (от 90% до 92,5%) – по 6 госпрограммам; «удовлетворительная эффективность реализации» (ниже 90%) – по 6 госпрограммам; «низкое качество отчетов» – 2 госпрограммы. При этом рассчитывались эти показатели очень любопытно, на основе среднего арифметического значения 3 показателей - степень достижения целевых показателей; реализация контрольных событий и уровень кассового исполнения расходов. При этом порядок такой оценки не утвержден.

Например, анализ эффективности реализации госпрограммы «Экономическое развитие и инновационная экономика» показал, что для фиктивного завышения результатов могут быть применены самые простые методы, методы элементарной математики. Что я имею в виду? Фактическое значение показателя «доля устраненных нарушений в общем числе выявленных нарушений антимонопольного законодательства» в 2012 году составило 83,4%, в 2013 году – 83% (при запланированном уровне 85%). Если мы так смотрим на показатели, то видим реальное ухудшение фактической ситуации. Что сделало Минэкономразвития. В силу особенностей использованной методики оценки эффективности реализации госпрограммы, показатель 2013 года (83%) был поделен на показатель 2012 года (83,4%). В результате оценка эффективности по данному показателю составила 0,99, то есть эффективность оценивается как «высокая».

Конечно, это невозможно не критиковать, но показателей слишком много, и оценить каждый показатель физически невозможно. Поэтому Счетная палата, основываясь на собственных методических разработках, провела и получила самостоятельно экспертные оценки эффективности 32-х госпрограмм. В итоге получилось, что 12 госпрограмм оценить невозможно, так как фактических показателей нет, «низкий уровень эффективности» присвоен 17 госпрограммам и только 3 госпрограммы имеют «средний уровень эффективности». Мы оценивали эти программы по множеству показателей, в том числе по объему дебиторской задолженности, по введенным в эксплуатацию объектам, по доведению до конечных получателей. Когда мы эти данные представили, к реальности они оказались приближены больше, что данные Минэкономразвития. Причем коллеги объективно это признали.

Финансовое обеспечение госпрограмм

У нас, к сожалению, на федеральном уровне есть такая проблема, я постараюсь ее коротко охарактеризовать. Я затронула сейчас проблему дебиторской задолженности, проблему авансов. Наверное, она вам присуща, но в меньшей степени, чем нам. Но мы жестко очень мониторим ситуацию с дебиторской задолженностью, с авансированием контрактов.

У нас на федеральном уровне по состоянию 1 октября 2015 г. уровень неотработанных авансов, то есть состояние дебиторской задолженности в авансах составил 4,2 трлн. руб. Это 25% расходной части бюджета, которая утверждена на 2016 год. В этом смысле главные распорядители, несмотря на то, что авансы не отработаны, на те же объекты продолжают заявлять соответствующие ресурсы, по многим направлениям эти ресурсы предусматриваются даже в условиях тех финансовых ограничений, которые мы на сегодняшний день имеем. Мы, конечно, настояли на том, чтобы было подписано соответствующее поручение Президента в адрес Правительства по этому поводу. Оно вышло в августе. Сейчас Правительство в лице Министерства со всеми главными распорядителями работает в этом направлении. Создана на базе Федерального казначейства соответствующая рабочая группа, в которой мы участвуем. Что будет результатом этой работы трудно сказать пока, но сегодня ситуация складывается таким образом, что это вполне корректный ресурс для оптимизации расходов в 2016 году, если это потребуется.

ФАИП

Вторая часть работы, которую мы провели в 2015 года по итогам 2014 года – это инвентаризация объектов незавершенного строительства. У нас на федеральном уровне оказалось более 9000 объектов незавершенного строительства на сумму 1 трлн. 969 млрд. рублей. Причем, когда мы осуществляли проверки формирования проекта бюджета на 2016 год, мы пришли к выводу, что объекты, по которым подготовлена проектно-сметная документация, в ФАИП не включаются. Они остаются в стороне, включаются новые, на которые снова начинает разрабатываться проектно-сметная документация.

Я не знаю, прошло это у вас или не прошло, но принятые поправки в Бюджетный кодекс, когда Правительство Российской Федерации теперь обязано одновременно с бюджетом предоставлять всю информацию, которая касается Федеральной адресной инвестиционной программы. И соответственно туда же попала оценка реестра расходных обязательств, включая сбалансированность бюджетов субъектов Российской Федерации на базе этих реестров. Внимательно посмотрите эти поправки, так как это имеет сущностное значение для последующего выстраивания межбюджетных отношений.

Госзадания

Я не знаю, столкнулись вы или не столкнулись с проблемой разработки базовых отраслевых перечней госуслуг и выполняемых работ. На федеральном уровне мы просто какими-то нечеловеческими усилиями бьемся с этим со всем. С 1 января 2016 года у нас идет жесткое нормирование по госуслугам. По работам оно идет с 1 января 2017 года. Но, к сожалению, пока тот проект бюджета на 2016 год, который был внесен в Думу и был принят, до конца не соответствовал тем базовым и отраслевым перечням услуг, которые должны были бы быть приняты. И собственно сейчас по нашему настоянию Министерство финансов проводит работу по полной актуализации этих перечней и приведения в соответствие объемов обоснований бюджетных ассигнований, которые введены в электронный бюджет строго в соответствии с базовыми отраслевыми перечнями госуслуг.

Хотя, хочу вас сказать, что проблем еще здесь предостаточно. К сожалению, мы фиксируем нереалистичность, я бы так сказала, тех государственных заданий, которые устанавливаются подведомственным учреждениям их учредителем. И у нас либо идет перевыполнение, либо недовыполнение. Но ответственности за это никакой не наступает, поэтому мы вынуждены были инициировать предложение Президенту по установлению ответственности за выполнение государственного задания, в том числе посредством внесения изменений в бюджетное законодательство. Я думаю, что скоро это поручение увидит свет. Либо до конца 2015 года, либо в начале 2016 года.

При этом я хочу обратить ваше внимание на следующее. Я не знаю, как это происходит у вас, но мы фиксируем достаточно приличный рост платных услуг в сфере обеспечения государственных заданий. При этом понятно, что часть того, что получается при аккумулировании платных услуг идет на заработную плату и иные цели, но мы также видим, что значительная часть остатков по платным услугам остается и не используется. При этом по данным статистики, если вы внимательно смотрите, вы видите, что растут платные услуги и в сфере образования, и в сфере здравоохранения. Возникает вопрос, ради чего мы индексируем тарифы по платным услугам, особенно в сегодняшних условиях. И зачем накапливать остатки, если эти средства оказываются в конкретном финансовом году невостребованными ни на какие цели. Я не знаю, есть ли у вас такая ситуации. Но у нас порядка 570 млрд. было саккумулировано за 2014 год и 79,5 млрд. оказалось неспользованными на цели, связанные с деятельностью бюджетных учреждений в 2014 году. Я думаю, что в 2015 году мы будем наблюдать иную ситуацию. Но объем средств от внебюджетной деятельности будет еще больше, чем в 2014 году. Потому что сейчас, в условиях недостатка бюджетных ресурсов, они стараются поднимать, конечно, платные услуги.

О сбалансированности региональных бюджетов

Теперь спорная тема. Она присутствует как спорная и на площадке Правительства, и на площадке идеологов, которые разрабатывают институт государственных программ. Вы помните, когда инструментом части бюджетного планирования были федеральные целевые программы, то в федеральных целевых программах было три источника: средства федерального бюджета, средства бюджетов регионов или консолидированных бюджетов регионов или естественно доходы от предпринимательской деятельности или внебюджетные средства. Возвращаясь к закону о стратегическом планировании, напомню, что по этому закону новые федеральные целевые программы не должны приниматься. Они должны дорабатываться, заканчиваться, и все это должно инкорпорироваться в государственные программы, как отдельные мероприятия. Вот пока это не приобрело силу закона. Пока отдельные ФЦП продлеваются, даже есть желание принять новые федеральные целевые программы. Если мы обратимся к той части, которая касается регионов, то у нас из 40 программ, включая закрытые программы, по 20 программам есть средства регионов, в той или иной форме, в том или ином объеме. Но по той информации, которая у нас есть за 2014 год за счет консолидированных бюджетов субъектов по 20 программам, как я уже сказала, были привлечены средства регионов в объеме 3,5 трлн. рублей. Это достаточно серьезная сумма. Но исполнение по отдельным программам, особенно по программам, которые касаются регионального развития, такие как Калининград, экономическое развитие, инновационная экономика и т.д., оказалось не на должном уровне. Но при этом надо сказать, что когда планируются эти расходы, конечно, никак не учитывают сегодняшнюю ситуацию со сбалансированностью бюджетов регионов, и это имеет принципиальное значение, поскольку если эти средства не будут профинансированы, значит не будут исполнены мероприятия.

Не знаю, коллеги, насколько вас привлекают к работе по сбалансированности бюджетов регионов, но, несмотря на то, это чуть выходит за рамки аудита государственных программ, я хочу обратить внимание на следующую вещь. Картинка по сбалансированности бюджетов регионов выглядит весьма нерадостно.

Во-первых, на 1 декабря 2015 года, если сравнивать с 1 ноября, у нас вроде чуть-чуть сократился государственный долг в региональных бюджетах - на 19,7 млрд. рублей. Маленькая сумма, при том, что он составляет 2 трлн. 192 млрд. рублей. Но проявилась негативная тенденция. На протяжении всего 2014 и 2015 года Минфин и Правительство боролись с тем, чтобы сократить долю коммерческих кредитов и увеличить долю бюджетных кредитов. Так вот. Ноябрь нам дал прирост коммерческих кредитов, чего и следовало ожидать, на 2,2 пункта по Российской Федерации в целом и сокращение на 1,8 пункта бюджетных кредитов. И у нас снова исказилась пропорция, то есть у нас 38,3% - это доля коммерческих кредитов в общем долге регионов и 36,9% – это бюджетные кредиты.

На что еще я хочу обратить особое внимание. Уже очень серьезно в умах устоялось, что основное влияние на несбалансированность бюджета оказали майские указы Президента 2012 года. А давайте посмотрим на ситуацию с другой стороны.

Госдолг регионов начал расти с 2011 года. С 2011 года по 1 декабря 2015 года он возрос на 1 трлн. 20 млрд. рублей. Это очень серьезная сумма. И не было ни одного года в этом интервале, когда он бы сокращался. И все время росла доля коммерческих кредитов. А Минфин сражался с последствиями. И собственно 2016 год – тоже не исключение. В бюджете снова та же сумма предоставления бюджетных кредитов, как была в 2015 году (310 млрд. рублей). Но с точки зрения влияния на общую ситуацию с бюджетами регионов ничего не происходит.

Вернусь к указам. По данным ваших губернаторов указы стоят в 2015 году 2,9 трлн. рублей. В бюджетах предусмотрено 2,5 трлн. рублей. При этом Минфин, когда считает сбалансированность, он считает стоимость указов около 700 млрд. рублей. На вопрос, откуда берется эта цифра, ответ простой: мы считаем это по нормативам. По каким нормативам, пока ответа нет. Сейчас мы направили в Минфин официальный запрос по поводу того, по каким мероприятиям и какие нормативы используются. Более того, отчасти по нашему настоянию заместитель Председателя Правительства Дмитрий Козак, курирующий вопросы межбюджетных отношений, принял решение, что к 1 февраля 2016 года Минфин должен завершить работу по инвентаризации расходных полномочий субъектов Российской Федерации для того, чтобы начать вырабатывать предложения по дальнейшей сбалансированности бюджетов. Потому что бесполезна дальнейшая работа по кредитованию бюджетными кредитами хоть и под низкую ставку. Все равно ситуация с долгом не меняется.

Еще одна тема, на которую я хочу обратить ваше внимание, и которая приводит к серьезной несбалансированности бюджетов регионов. Речь идет о платежах за неработающее население в систему ОМС. Эта ситуация уже достигла критического предела.

Уполномоченные органы субъектов Российской Федерации, к которым относятся территориальные фонды ОМС и департаменты здравоохранения, ненадлежащим образом проводят свою работу по выверке регистра работающих и неработающих граждан. Сегодня в регистры неработающих попадают военнослужащие и приравненные к ним лица. Как минимум по стране это 2,8 млн. человек. При этом, поскольку эти данные являются закрытыми, то должна производиться соответствующая сверка и соответствующее взаимодействие. Но ни в коем случае нельзя относить эту численность к категории неработающих. За них по закону о статусе военнослужащих платит Минобороны и соответствующие правоохранительные органы в случае если статусные больные попадают в учреждения регионов.

Кроме того, никаким образом не учитывается то работающее население, которое получает иные доходы. Что получается в результате? Мы провели приблизительную оценку по 2016 году. В 2016 году субъекты будут переплачивать от 40 до 43 млрд. рублей в Фонд обязательного медицинского страхования. И это при сегодняшней ситуации. Вы должны обращать на это самое серьезное внимание.

Еще на что хотела обратить ваше внимание. У нас нет системы управления рисками госпрограмм. Также отсутствует система ответственности за неисполнение тех или иных показателей. И вообще пока программы – эта некая оболочка, модная, красивая, но не приводящая пока ни к какому результату. Хотя, должна сказать, что на федеральном уровне Минфин изменил классификацию и теперь мероприятия программ можно будет отследить более аккуратно, чем то, как это происходило в 2014 и 2015 годах. Надеемся, что это даст результат и мы посмотрим, как это будет реализовано на практике.

Уважаемые коллеги!

В ходе нашей контрольной работы мы использовали Классификатор нарушений, который мы с вами одобрили на предыдущем заседании в декабре 2014 года. Мы договорились в 2015 году осуществить его практическую апробацию. Работа шла непросто, не все контрольно-счетные органы перешли на новый классификатор. Но в целом можно констатировать, что Классификатор состоялся. По итогам практической апробации Классификатора обобщены те недостатки и достоинства, которые мы увидели в 2015 году. И сейчас соответствующие подразделения, которые этим занимаются, в том числе рабочая группа нашего Совета, готовы доработать классификатор. Надо понимать, что это живой организм, который меняется вместе с изменением нормативной правовой базы. Поэтому мы будем осуществлять мониторинг и проводить эту работу дальше.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > ach.gov.ru, 23 декабря 2015 > № 1597019 Татьяна Голикова


Россия > Образование, наука > rusnano.com, 23 декабря 2015 > № 1595652 Никита Торопков

Из инженера сделать бизнесмена. Почему сейчас науке нужны 20-летние инженеры со знаниями 60-летних профессоров.

В конце ноября магистрант Томского политехнического университета Никита Торопков стал лучшим наноинженером страны. Он разработал материал для 3D-принтера, способный воспроизводить костную ткань, и выиграл с этой разработкой Всероссийский нанотехнологический инженерный конкурс Фонда инфраструктурных и образовательных программ РОСНАНО. Корреспондент Сиб.фм поговорил с Никитой о том, как решить научную проблему, над которой бьются много лет, за 4 месяца, об инновационных колпаках для стартаперов и российских реалиях.

Никита Торопков

— В чем, собственно, инновационность твоей разработки?

— Я вообще-то не инноватор. Очень много вышло новостей с заголовками, что я инновационный инженер, наноинженер — нет, просто начало получаться то, что у других до этого не получалось. Получен материал на основе гидроксиапатита, из которого можно печатать имплантаты костей. Гидроксиапатит кальция — основной минерал, из которого состоят кости и зубы человека. В медицине он применяется в качестве цементных паст и фрагментов для заполнения костных дефектов.

— Почему напечатать кость не получалось раньше?

— Здесь ключевыми факторами были время и развитие технологий. В 80-е попробовали сделать имплантат с помощью лазера — не получилось. Лазерное спекание здесь невозможно, потому что все начинает разлагаться на элементарные составляющие.

В 2007 была запатентована технология 3D-печати методом послойного наплавления. Получалось отливать формы, но не получалось сделать пористую поверхность, такую же, как у человеческой кости.

За рубежом все развивалось успешнее. То, что я сейчас разрабатываю, китайцы уже давно сделали.

Они купили финскую, польскую, бельгийскую компанию, которые занимаются имплантатами, вместе их скооперировали, дали один большой НИОКР — и уже печатают имплантаты с хорошей прочностью и биосовместимостью. Но у них немного другая технология. Они печатают не кость, а фрагмент. Допустим, есть открытый перелом, который нельзя собрать. Кость с двух концов торцуется, вживляется фрагмент, человек ходит в гипсе три месяца. Через три месяца в этот фрагмент начинают произрастать коллагеновые волокна, а через четыре месяца — прорастает костный мозг. И если коллагеновые волокна проросли — значит, материал прижился. Он уже организмом не будет отторгаться.

— А почему за рубежом не печатают кости целиком?

— Я не знаю, исследования закрыты. Я не видел вживую их материал, а итогах исследования они не приводят результаты ни in vitro, ни in vivo. Я только знаю, из чего они делают — примерно из того же, из чего и я. Но мой метод — дешевый. Те результаты, которые мы получили, говорят о том, что можно применять метод практически в любой форме за деньги в четыре раза меньшие, чем у зарубежных компаний.

— Как может изменить медицину твоя разработка?

— Ежегодно проводится 85 тысяч операций по имплантологии и трансплантологии. А в связи с военной обстановкой эта цифра увеличилась в два раза. Причем такие операции — они бывают — ну, скажем прямо, — не у богатых людей. У производственников, у тех, кто в аварию попал на дешевенькой машине, потому что не было подушек безопасности.

После таких травм один из шести больных ходит с имплантатом, просто потому, что только один из шести смог себе это позволить. А 5 из 6 остаются с культей. Вы знаете, сколько стоит имплантат? С учетом операции — полмиллиона. Где среднестатистический калека найдет себе эти деньги?

Как посчитали ребята-экономисты из Next Capital, даже если с каждого имплантата будет доход в 20 процентов, с различными отчислениями его цена будет 200 тысяч. Это с учетом изготовления материала, изготовления имплантата, сживления. Представьте, полмиллиона и 200 тысяч. В два раза увеличивается доступность. Теперь не один из шести, а три из шести смогут себе это позволить. То есть один из двух уже будет с имплантатом.

— Чем твой материал лучше, чем имеющиеся титановые штифты?

— С штифтами люди мучились: костный мозг в кость не поступает в нужном количестве, потому что пробка из титана этому мешает, и кость начинает изгибаться. Это страшные вещи. Такое всего лишь у пяти процентов людей происходит, но, тем не менее, когда происходит, это страшно, потому что необратимо. То есть их организм теперь так будет функционировать всегда.

— Ты раньше занимался композитными материалами, а теперь ушел в разработку материала-аналога костной ткани. Почему решил поменять область исследования?

— Если я вам скажу, почему я этим начал заниматься, вы посмотрите на меня косым взглядом. Начал я это делать из зависти. Очень много знакомых делают исследования, условно говоря, высосанные из пальца, которые потом нигде не применяются.

На эту тему куча докторских написана, куча кандидатских защищена. Я перечитал порядка 150 диссертаций, и все занимаются примерно одним и тем же: делают исследование материала, и на этом все заканчивается. А как применять его в аддитивных технологиях, то есть как реально начать из него что-то печатать на 3D-принтере, никто не мог понять.

На третьем курсе я начал эту тему исследовать — не получилось — и потух интерес. Потом начал встречать на конференциях очень много людей, занимающихся ей. Стал общаться с людьми из лаборатории гибридных материалов ТПУ. Книжки начали давать по этой теме...

Я совместил несовместимые вещи: я, вот керамист-композиционщик, — залез в имплантаты. Тот неловкий момент, когда междисциплинарная составляющая дает большой вклад.

Я не биолог, я не хирург, я даже не биокерамикой занимаюсь! У меня работа была связана с пористой нерегулярной структурой в керамзите. И теперь я тоже занимаюсь пористыми нерегулярными структурами, но уже в имплантологии.

— Когда что-то начало получаться?

— Сейчас моему проекту меньше четырех месяцев, я начал заниматься им в августе. Я разве что не ночевал в лаборатории: с восьми утра до десяти вечера стабильно был там. Уходил последним с кафедры. Куча синтезов, куча проб, куча ошибок, что-то начало получаться — начали отрабатывать технологию. У меня нет ни одного патента, ни одной публикации об этой разработке. Ни одного выступления на конференции. Проект, условно, сразу вырос с примитивного уровня до очень высокого.

Я показываю, и меня спрашивают: это что, результат за четыре месяца? Правда, что ли?

— Из этого композита, который ты разработал, можно распечатать любую кость?

— Можно сделать любую трубчатую кость. Позвонок тоже можно напечатать. Но как его вживить — другая проблема, решением которой мы не занимаемся: с нейрохирургами надо связываться. На данный момент я точно знаю, что с переломами в шейном отделе позвоночника никто в мире ничего сделать не может. Даже когда человеку под микроскопом эти нервы сращивают, соединяют, он потом все равно ходить не может, руку не чувствует. Это все в перспективе, но не сейчас. Вот череп — вот это да. Недавно в Австралии череп из титана напечатали. Просто пористость нулевую делаешь, и все.

— На какой рынок ты собираешься это внедрять? Клиникам продавать?

— Эта технология приживается в конкретных медицинских учреждениях. Человеку это не продать. Ему это нужно, только когда конкретная проблема возникает. Продать это можно государству, а государство будет внедрять в клиники. Наверняка это не войдет в пакет обязательного медицинского страхования, но, может быть, хотя бы дополнительного. Может быть, будет использоваться в частных клиниках по коррекции костей.

Если, например, у ребенка искривление кости, он ходит, бедный, ковыляет, — можно срезать нездоровую кость, распечатать, походить в гипсе несколько месяцев — и все.

Или, скажем, чтобы не ходить четыре года в аппарате Илизарова, когда одна нога короче другой, — разрезал, расширил, туда фрагмент из кости вживил, скрутил полилактидными штифтами, походил в гипсе шесть месяцев — и все.

— В чем сейчас состоит твой ежедневный труд над разработкой?

— Мы совершенствуем состав. Проблема состоит в чем: я хочу сделать как можно меньше полимерную составляющую и как можно больше — кальциевую составляющую, чтобы как можно больше было бы похоже на кость. Пока что мы достигли только 60-процентного содержания. Я уверен, что 99-процентного тоже можно добиться.

— Тебе в награду за победу в конкурсе досталась возможность стажировки в одном из наноцентров страны. Почему ты выбрал новосибирский?

— Потому что больше ни один не подходит для моей разработки. У каждого наноцентра своя специфика: в Обнинске занимаются искусственными алмазами, в Екатеринбурге занимаются ортопедией, но не занимаются имплантологией. В Новосибирске есть возможность сотрудничества с НИИТО — институтом травматологии и ортопедии.

— В современной науке ни одно исследование не проводится в одиночку. Твоя команда — это кто?

— Начиная от лицеистов, которые проводят элементарные исследования, обрабатывая материал — для них это интересно, прикольно — заканчивая аспирантами и консультациями с докторами наук ТПУ, СибГМУ, московского медуниверситета Сеченова, екатеринбургскими учеными. Работают сразу все, хотя кто-то с кем-то не общается, кто-то кому-то конкурент. Но при этом никто не знает, что все работают сразу над одним и тем же проектом. Я просто прихожу и сразу же открыто спрашиваю: есть проблема — посоветуйте, как решить!

— И люди готовы помогать?

— В Политехе все открыты. Да, конечно, иногда меня воспринимают в штыки, как в Сеченова, например, было: «Парень, ты вообще кто? Ты что, засланный казачок?». Ведь не секрет, что в научных кругах многие друг у друга воруют.

— А ты не боишься?

— А что воровать? Ни одной публикации, ни одного патента...

— Это же важно для ученого?

— В этом смысле я не ученый, я инженер. Я не хочу и не могу заниматься наукой ради науки. Например, в СПБГУ, где я учился по академобмену, делают сплавы из 20 металлов. Я спрашиваю: а какое конкретное применение? Они говорят: да хоть где можно применять. — Ну а в какой отрасли это решает проблему? — Да в любой! Можно, например, катализатор сделать. — Для чего? — Для синтеза. — Синтеза чего? — Любого синтеза!

— Насколько тебе важно заниматься наукой конкретно здесь, в этой стране, в этом регионе?

— Раньше было важно делать это в принципе. Сейчас я понял, что и здесь это делать можно. Но все равно склоняюсь к тому, что за рубежом проект можно было бы реализовывать эффективней.

Особенно на востоке, в Корее и Китае, где медицина развивается по экспоненте. Так как это медицинский материал, нужно проводить доклинические, клинические испытания, получать лицензию, сертификацию. В России все это длится годами. Для сравнения: «Берлин хеми» выводит свои препараты за полгода, «Р фарм» — за полтора года. «Пфайзер» — за полтора года.

Если я буду сотрудничать с РОСНАНО — я посчитал, что пройду этот путь за три года. В одиночку — лет 10. Это Россия, я должен на ее реалии опираться.

— Но почему ты здесь?

— Я сторонник того, что в России жить хорошо, а в других странах лучше. Потому что чем бы ты ни занимался — уже есть 14-летний китаец, который занимается тем же самым.

Но то, что я увидел в нанотехнологических центрах РОСНАНО, вообще потрясает. Это кардинально поменяло мой взгляд на науку. Например, в Троицком наноцентре делают искусственные алмазы на холодной плазме.

Название-то какое — холодная плазма!

Обычно такие названия псевдонаучностью попахивают и вообще никакого научного применения не подразумевают. А там холодной плазмой скальпели делают из искусственных алмазов, которыми можно делать операции на глаза.

Центр 3D-технологий тоже впечатляет: лазеры, 3D-принтеры, сканеры оптические и лазерные. Оснащение сейчас в наноцентрах — на 10 лет вперед. Суперкомпьютеры, свой дата-центр. Это инкубатор такой... Вуз — тоже своего рода инкубатор. Когда стеклянным колпаком накрыли, очень хорошая температура, климат хороший — и там цветок произрастает. Но в пределах этой стеклянной колбы цветок никуда не может деться. Точно так же с проектами происходит: любой проект, который вузы продвигают, в вузе цветет, пахнет, столько классных публикаций! Из вуза выйдет — все, его компании сжирают, он загибается через первые полгода. Есть какие-то проекты, которые выживают, но это из трех тысяч — один. РОСНАНО — это сейчас самый объективный инкубатор российских технологий.

— Так РОСНАНО — это ведь тоже по сути такой же стеклянный колпак?

— Но только колпак-то пошире будет, и, чтобы дорасти до его краев, нужно постараться. Либо быть сорняком, как многие делают, попадая туда. Ведь на это сверхточное оборудование никого не допускают, просто потому, что нет таких людей, которые достойно работают. Ученые-дедушки еще не «доросли» до этого, потому что они документ вордовский не всегда могут открыть, а там нужны молодые инженеры со знаниями, как у 60-летнего профессора. И в этом основная проблема.

— А в вузах и школах понимают, как сделать таких инженеров с мозгом профессора? Вот, например, в твоем университете есть элитное техническое образование?

— Вам нужно поговорить с несколькими ребятам из «элитки» и спросить, что она реально им дала. Раньше «элитка» давала углубленное изучение математики, физики и химии, и там учились 600 человек, а сейчас там учится каждый 10-й. «Элитка» пытается сформировать в инженерах «бизнесовую» составляющую.

Сейчас есть такая проблема — как сделать инженерный продукт прибыльным. Для этого нужно из инженера сделать бизнесмена.

Поэтому есть какие-то бизнес-инкубаторы, отделы элитного образования, которые пытаются коммерциализировать инженерные проекты.

Но коммерциализация не из пальца высасывается, а «элитка» просто заставляет это делать: каждый студент должен посчитать экономическую эффективность. Раньше, если есть какой-то стоящий проект, ему дирекция элитного технического образования предлагает его коммерциализировать.

Сейчас все перевернулось с ног на голову: мы хотим сначала коммерциализировать, а потом уже делать проект.

Как было в советской школе: была «свинья» одна большая — космос и оборонка. К этой «свинье» были «привязаны» вузы, от вузов — школы, профессиональное обучение. Сейчас у нас что: школа отдельно, детсады отдельно. В дошкольном возрасте говорят: нам нужны развивающиеся одаренные дети, в школе говорят: нам нужен ЕГЭ, а в вузах нужны инженеры, которые будут делать инновационные проекты. А какие — мы тоже не знаем. Вот она, проблема.

Система загибается уже в дошкольном возрасте, когда ребенок смотрит «Смешариков» и «Свинку Пеппу».

А вообще принцип образования какой? Закладываем вот здесь — и через 17 лет получаем целевой продукт.

— А что делать?

— Смотреть на восточное образование — китайское, японское. Оно как построено: есть вуз, который начинает разрабатывать, условно, 3D-технологии. Преподаватель из вуза идет в школу, с 7 класса вся программа удаляется, школьникам читают 3D-технологии, IT, микроэлектронику. Школьников «подгребают» к вузам. Поэтому Китай сейчас в IT — первый.

А у нас вузовские преподаватели вместо этого подрабатывают, объясняя, как лучше сдать ЕГЭ. И пока такое будет, ни о какой коммерциализуемости, ни о каких инновационных проектах речи не может идти.

Россия > Образование, наука > rusnano.com, 23 декабря 2015 > № 1595652 Никита Торопков


Россия > Медицина > customs.ru, 21 декабря 2015 > № 1608216 Татьяна Зыкова

Статья Татьяны Зыковой "ФТС развивает ведомственную медицину" в газете "Российская газета" от 21.12.2015 г. Комментарии заместителя начальника Главного управления тылового обеспечения - начальника медицинской службы ФТС России Константина Круглова, начальника Центрального клинического госпиталя ФТС России Николая Дасаева.

Федеральная таможенная служба активно развивает ведомственную медицину. Теперь и рядовым гражданам "вход в нее" разрешен. Об этом "РГ" сообщил заместитель начальника Главного управления тылового обеспечения - начальник медицинской службы ФТС России Константин Круглов.

Переход российского здравоохранения к одноканальному финансированию по принципу обязательного медицинского страхования уравнял в финансовом плане все медучреждения. Это ударило по ведомственной или, как ее еще называют, "автономной", "закрытой" медицине. Сеть амбулаторий, медицинских пунктов при органах исполнительной власти, министерствах и ведомствах, научных организациях, имевших свои поликлиники и стационары, начинает резко сокращаться. Исключение составляют силовые и правоохранительные органы, крупные госкорпорации.

По словам начальника госпиталя Николая Дасаева, нужно поднимать уровень российского здравоохранения до лучших образцов ведомственной медицины. Для этого понадобится смена существующей модели здравоохранения. Например, в замкнутой системе ведомственного лечения: поликлиника - стационар - санаторий, действует обратная связь, это значит, что медики досконально знают о здоровье своих пациентов, принимают при необходимости оперативные решения.

По мнению Дасаева, многие элементы такой системы можно уже сегодня внедрять в здравоохранение в крупных российских городах.

Перспективным он считает объединение в единые больничные комплексы амбулаторной и стационарных видов помощи. Приведение их к одному стандарту. "Большой объем современного диагностического оборудования, на которое государство не жалеет денег, наличие квалифицированных врачей разных специальностей, владеющих сложной медицинской техникой, - все это позволяет своевременно, в полном объеме и в одном месте обследовать больных", - говорит Дасаев.

И поясняет, что "правильно организованная амбулаторная помощь сама по себе позволила бы сократить лишние койки, на которых сейчас старается экономить бюджет". Реформировать надо не только систему организации медпомощи, но и отдельные нормы законодательства. В том числе, по госзакупкам, с учетом специфики медицины. Сейчас, чтобы закупить необходимое лекарство, главным врачам приходится переквалифицироваться в финансистов и хозяйственников.

"Знаете, какой основной мотив высокой производительности труда у большинства японских граждан трудоспособного возраста? То, что, работая не покладая рук на свои компании, они знают, те берут на себя всю заботу об их здоровье", - говорит Николай Дасаев.

Ведомственным казенным медучреждениям в России дано право развивать платную медицину, при этом все заработанные средства уходят в казну. Например, наравне с таможенниками, в госпитале ФТС России обследуются и лечатся по договорам и полисам добровольного медстрахования. Госпиталь сотрудничает с 30 страховыми компаниями. Недавно Центральный клинический госпиталь ФТС провел для журналистов пресс-тур "Ведомственная медицина открыта обществу". Конечно, здесь многое не так, как в обычных клиниках. Например, время ожидания плановой госпитализации - не более 9 дней. По нормативам Минздрава - до 30 суток. Более 90 процентов полостных операций - эндоскопические, то есть через прокол, не такие травматичные.

Помогает "своя медицина" следить и за здоровьем сотрудников. Без обязательной ежегодной диспансеризации - никуда, иначе руководство ставит под вопрос возможность прохождения службы по состоянию здоровья должностных лиц. Это еще и дополнительный социальный бонус сотрудникам таможни и членам их семей. Доступное, бесплатное, высококачественное медицинское сопровождение - это и государственная необходимость поддерживать личный состав в отличной форме, говорят в ФТС.

В госпитале 19 лечебно-диагностических отделений, в которых ежегодно лечатся более 4 тысяч пациентов. Все отделения и операционные компьютеризированы и связаны с единой информационной сетью госпиталя. Не нужны бумажные карты больных и снимки - все в он-лайн. В сложных случаях есть возможность обратиться к телемедицине, она позволяет транслировать происходящее в операционной в любую точку России и мира, а хирург получать помощь и консультацию.

В системе таможенных органов есть два санатория и пансионат. В 2016 году построят еще один санаторий, где будет реабилитационное отделение. А недавно правительство передало ФТС крымский санаторий "Ясная поляна". В июле планируется приезд первых отдыхающих. Шесть процентов мест каждый заезд санаторий вправе продавать всем желающим. В капремонт здравницы уже вложено около 70 миллионов рублей, а в следующем году планируется потратить еще 150 миллионов.

Россия > Медицина > customs.ru, 21 декабря 2015 > № 1608216 Татьяна Зыкова


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 14 декабря 2015 > № 1581482 Михаил Мень

Глава Минстроя Михаил Мень: «Стройка — обычный бизнес без фантастической прибыли»

Ирина Грузинова

корреспондент Forbes

В интервью Forbes министр рассказал о кризисе в строительной отрасли и том, как его преодолеть. Единственным механизмом по-прежнему остаются государственные деньги, которыми Минстрой планирует подпитывать и спрос, и предложение на рынке жилья. Обсуждая российские проблемы, министр вспоминает послевоенную Германию и «великую депрессию» в США.

«Ситуация устаканилась…»

— Вы подготовили поправки в закон о дольщиках. Основной пункт – это минимальный объем уставного капитала в размере 5% от стоимости портфеля застройщика. Как это отразится на рынке, который государство старается поддержать?

Михаил Александрович Мень

– родился 12 ноября 1960 года, сын священника и богослова отца Александра Меня;

– вице-губернатор Московской области в 1999-2002 гг.;

– заместитель мэра Москвы в 2002-2005 гг.;

– губернатор Ивановской области в 2005-2013 гг.;

– министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ с 1 ноября 2013 года.

— Мы сделали законопроект максимально жестким, чтобы иметь возможность во время обсуждения отступить от каких-то позиций. Есть вещи принципиальные, от которых, я считаю, отступать нельзя. Например, то, что касается открытых данных застройщика: создание единого реестра, обязательное наличие официального сайта застройщика и т.д.

Минимальный объем собственного капитала для застройщика, который привлекает деньги дольщиков, безусловно должен быть установлен. А вот какой именно: 5%, 2% или 1%? Мы готовы обсуждать. Законопроект внесен в правительство, предстоят обсуждения в Госдуме.

— Другая принципиальная новация последнего времени касается обязательного страхования строителей, привлекающих деньги дольщиков. После вступления в силу 1 октября новых требований ЦБ к страховым компаниям на этом рынке почти не осталось игроков. Как решать эту проблему?

— Да, новым требованиям (минимальный размер капитала увеличен с 400 млн рублей до 1 млрд рублей — Forbes.) соответствуют только 19 страховых компаний (всего их в России около 400 — Forbes.) и Общество взаимного страхования застройщиков (ОВС создано года назад отдельным законом, работает по принципу общего котла с солидарной ответственностью — Forbes.). В октябре работали две страховые компании, потом три, сейчас их количество постепенно увеличивается. Со временем ситуация наладится. Была проблема, что делать с договорами, которые были заключены до 1 октября, до вступления в силу новых правил, но ЦБ дал разъяснения, эти договоры остаются действительными, и ситуация устаканилась. Сейчас все нормально.

На этом рынке порядок надо было наводить. Понятно же было, что подобное страхование — это профанация, если страховые компании с маленьким лимитом ответственности страховали по тарифу 0,3%. Ну, кто и что будет выплачивать, если наступит страховой случай?

Сейчас активно стало развиваться ОВС, мы подталкиваем их к тому, чтобы открывались представительства во всех регионах, недавно открыто представительство в Крыму.

— Обеспечивать состоятельность застройщиков должны другие структуры, также работающие по принципу общего котла — саморегулируемые организации, СРО. Разве не так?

— Отчасти да. Но сегодня я не вижу, чтобы эта конструкция работала. По логике, СРО создано в том числе для таких вот кризисных моментов в жизни застройщиков и подрядчиков, чтобы помогать и предохранять рынок. Они же зачастую просто продают допуски строителям, а толку от них немного.

Надо либо запускать компенсационные фонды СРО (по оценке экспертов, их объем составляет 70 млрд рублей) внутрь отрасли, чтобы они не лежали мертвым грузом, а начинали работать, либо вообще ликвидировать эти структуры и возвращаться к старому, может и не такому доброму, но лицензированию. Жалоб на СРО очень много.

— Какова вероятность такой меры? Вы что-то предпринимаете уже?

— Технически это возможно, хотя и грустно от этой мысли. Другой вопрос, что все-таки делать со средствами компенсационных фондов? Очень важно, чтобы они работали на отрасль. Но это отдельный большой разговор.

Пока что мы внесли правку в закон и наделили большими полномочиями Национальное объединение строителей по контролю за СРО, чтобы бороться с несостоятельными СРО. Определенный эффект есть, но не глобальный. Готовим еще поправки в закон о СРО, касающиеся ужесточения субсидиарной ответственности. Мы возлагаем на него большие надежды.

— Строительная отрасль в кризисе. Есть ли опасения, что история СУ-155, которая сегодня находится на пороге банкротства, может повториться с другими строителями?

— Да, я знаю, что проблемы есть у многих, не буду называть имена.

Большинство строительных компаний в сложном положении, но пока явных кандидатов в банкроты я не вижу.

— Спрос падает. Как строителям загружать эти мощности, ведь без заказов домостроительные комбинаты, заводы не выживут?

— Ну, пока мы не видим такой опасности, но во всей производственной цепочке люди сегодня должны понимать, что уровень прибыли уже не будет прежним и надо сокращать свои желания. Это касается как производственников, так и застройщиков. У нас застройщики некоторые привыкли иметь сверхприбыли, а во всем мире стройка — это обычный бизнес без фантастической прибыли.

— Какой процент маржинальности вы считаете нормальным для девелоперов? И какая у них сегодня прибыль?

— Ну, 15-20% — нормальный уровень, я считаю. А какая у кого сегодня прибыль, я не могу точно сказать. У всех по-разному.

Государство снова поможет

— Какие основные проблемы вы видите на рынке? И как их решить?

— Основных проблем две: снижение спроса среди граждан и высокая цена денег для застройщиков. Как раз по этим направлениям мы и работаем над различными мерами поддержки.

Министерство строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ

– образовано указом президента России от 1 ноября 2013 года путем преобразования профильного федерального агентства;

– курирует госполитику в сфере строительства, архитектуры, градостроительства и ЖКХ;

– оказывает госуслуги и управляет госимуществом в сфере строительства, градостроительства и ЖКХ;

– координирует работу Федерального фонда содействия развитию жилищного строительства, госкорпорации Фонд содействия реформированию ЖКХ и Главного управления государственной экспертизы.

Проблему дорогих кредитов будем решать через АИЖК и его банки-партнеры. У АИЖК есть пул, крупные банки: Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк и другие — они будут выдавать в качестве проектного финансирования кредиты застройщикам по льготной ставке, до 10,9% годовых. Для этого АИЖК уже предоставила 5 млрд рублей ВТБ. У АИЖК есть 60 млрд рублей собственных средств. Это возвратные деньги (Деньги АИЖК были выделены из федерального бюджета в 2008 году на реализацию программы ФЦП «Жилище», которая предусматривала строительство к 2015 году 25 млн кв. м по цене не дороже 30 000 за кв. м — Forbes.). Сейчас они будут выдаваться застройщикам, участвующим в программе «ЖРС». («Жилье российским семьям», цель — построить 25 млн кв. м жилья эконом-класса по цене 35 000 за кв. м — Forbes.).

Идея АИЖК работать вместе с банкам не новая, но до сих пор не могли никак определиться с критериями по отбору банков-партнеров.

— А спрос вы поддерживаете за счет государственного субсидирования ипотеки. После того как премьер Дмитрий Медведев положительно оценил эту программу, вопрос о ее продлении можно считать решенным?

— Дискуссия по этому поводу сегодня лишена смысла. На совещании у первого вице-премьера правительства Игоря Шувалова решили пока отложить решение этого вопроса. Если ставка ЦБ останется относительно высокой, то мы будем выступать за продление программы, срок которой истекает в апреле 2016 года. Если к тому времени ключевая ставка ЦБ не будет выше 8,5% годовых, то банки и так смогут выдавать ипотеку под 12%, и субсидировать ее будет не нужно.

Нам потребовалось всего 9 млрд рублей, чтобы раскрутить маховик и поддержать ипотечный спрос.

Всего ипотечных кредитов по этой программе граждане уже взяли на сумму около 300 млрд рублей. Было запланировано, что общий объем ипотечных кредитов, взятых благодаря программе субсидирования, составит 700 млрд рублей. Каждая четвертая квартира покупается по ипотеке через эту программу, а в Московской области — каждая вторая. Это самая эффективная госпрограмма в антикризисном плане.

В прошлом году средняя ставка была 12,5%, и граждане набрали кредитов на покупку жилья на 1,765 трлн рублей. Это на 30% больше, чем в 2013 году. После введения в действие программы поддержки ипотеки банки стали конкурировать между собой и опускать ставку до 11% в рамках собственных программ: военная ипотека и другие. Девелоперы сами стали предоставлять рассрочки и прочие льготы. Плюс никто не обирал право у регионов дополнительно субсидировать ставки по этой программе.

— Есть еще третья проблема — инфраструктура. Девелоперы жалуются, что эта социальная нагрузка стала слишком тяжелой?

— Президент же подчеркнул в послании, что строительство оказалось в зоне риска, нужны меры поддержки. И одной из таких мер может стать помощь застройщикам в инфраструктуре. Уже принято предварительное решение, чтобы в антикризисном плане было зарезервировано около 20 млрд рублей на следующий год, которые пойдут на социальную инфраструктуру, внутриквартальные дороги и инженерию. Субсидии будут предоставляться региональным бюджетам, но с условием, что в этих регионах будет построено определенное количество жилья эконом-класса по цене не дороже 35 000 рублей за 1 кв. м для потребителя в рамках программы «Жилье для российской семьи». И по итогам определенного периода глава региона должен отчитаться о сданных в эксплуатацию квадратных метрах.

В Москве и области цена квадратного метра по-прежнему позволяет социальную нагрузку с бюджета перекладывать на застройщика, а вот в большинстве регионах ценам падать уже некуда.

— Получается, что и спрос, и предложение поддерживается за счет бюджетных инвестиций, а где же рынок? Как долго придется его заливать государственными деньгами?

— Мировой опыт говорит о том, что все страны проходили сложные периоды, оказывая поддержку, в первую очередь, строительной отрасли в жилищном и инфраструктурном секторах. Это общеизвестный факт. Вспомните послевоенную Германию, Америку времен Великой депрессии. Ничего другого человечество не придумало.

А насчет того, как долго придется помогать? Не знаю. Макроэкономическими прогнозами другое ведомство занимается — министерство экономического развития.

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 14 декабря 2015 > № 1581482 Михаил Мень


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 11 декабря 2015 > № 1591027 Елена Бойко

Интервью директора департамента Елены Бойко интернет-изданию CNews

Информатизация здравоохранения – один из крупнейших и наиболее заметных государственных проектов в сфере ИТ. Каких результатов удалось достичь на сегодняшний день? Как будет развиваться «электронное здравоохранение» в России в ближайшие годы? Об этом в интервью CNews рассказала Елена Бойко, директор департамента информационных технологий и связи Минздрава России

CNews: Программу информатизации здравоохранения в России обсуждают довольно часто на разных площадках, акцентируя внимание на сроках и миллиардных бюджетах. Расскажите, на какой стадии сейчас находится проект?

Елена Бойко: ИТ, медицинские информационные системы должны существенно повысить эффективность процессов отечественного здравоохранения. Начиная с 2011 года в стране реализуется масштабный государственный проект по внедрению Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения (ЕГИСЗ), другими словами, происходит поэтапное создание современного «электронного здравоохранения». Основные цели и принципы изложены в Концепции создания ЕГИСЗ, в их числе повышение доступности, качества медицинской помощи для пациентов, предоставление гражданам электронных услуг, а также улучшение процессов управления за счет создания единого информационного пространства в сфере здравоохранения. Особое значение имеет внедрение медицинских информационных систем, автоматизирующих процессы медицинских организаций и обеспечивающих информационную поддержку работы врачей. Стартом для «электронного здравоохранения» послужила программа модернизации здравоохранения Российской Федерации, проводившаяся в 2011–2013 годах, в рамках которой на закупку компьютеров, сетей, серверов и специализированных информационных систем для медицинских организаций, участвующих в системе обязательного медицинского страхования, было потрачено почти p29 млрд. В первую очередь были оснащены крупные государственные медицинские организации – около 7,3 тыс. учреждений.

CNews: Каков текущий уровень информатизации здравоохранения в регионах?

Елена Бойко: В тех субъектах, которые концентрировались на получении эффекта от внедрения информационных технологий в виде оптимизации процессов, управления ресурсами и глубокой проработки подходов к автоматизации, получены очень хорошие результаты. В ряде регионов работают достаточно зрелые медицинские информационные системы, модули которых интегрированы с лабораторными системами, развита медицинская аналитика. Например, врач может быстро получить результаты диагностики, посмотреть динамику медицинских показателей пациента. В прошлом году во всех федеральных округах прошли совещания, на которых представители субъектов выступали с докладами о ситуации в области информатизации здравоохранения. Мы обсудили сервисы, которые уже удалось реализовать, существующие проблемы и подходы к дальнейшему развитию проектов. Проанализировав полученную информацию, мы разработали дорожную карту развития ЕГИСЗ, и в этом году весной утвердили ее на правительственной подкомиссии по развитию электронного здравоохранения. Она рассчитана на 3 года и содержит основные показатели, которые должны быть достигнуты к 2018 году, и план мероприятий для их реализации.

CNews: Какая часть региональных систем интегрирована с федеральными сервисами? Есть ли какие-то цифры, характеризующие объем и полноту передаваемых данных?

Елена Бойко: Вопрос интеграции медицинских информационных систем с федеральными компонентами ЕГИСЗ уже не настолько актуален. В настоящее время практически все разработчики медицинских информационных систем (МИС), используемых в субъектах, реализовали функционал, необходимый для взаимодействия с сервисами «Интегрированная электронная медицинская карта», «Федеральная электронная регистратура», «Федеральный регистр медицинских работников», «Реестр медицинских организаций». Следующей задачей является подключение к МИС всех структурных подразделений медицинских организаций на уровне субъекта для ведения врачами медицинских документов в электронном виде и передачи данных в федеральные компоненты. Если говорить про сервисы, обеспечивающие учет ресурсов, то они содержат данные о всех врачах, медицинских организациях. Пользователями транзакционных сервисов являются не более четверти всех государственных учреждений страны. Таким образом, если граждане не видят информацию о себе на ЕПГУ, это значит, что та медицинская организация, в которой они обсуживаются, еще не выгружает данные в федеральную систему в необходимом формате.

CNews: Насколько серьезная доработка потребуется региональным МИС после того, как на федеральном уровне будут окончательно сформулированы единые требования к передаваемой информации?

Елена Бойко: При развитии федеральных сервисов Минздрав России обеспечивает преемственность, обратную совместимость интеграционных сервисов. Фактически, разработчики медицинских информационных систем проходят процесс интеграции единожды. Дорабатывать региональные решения, конечно, придется, но это будет происходить поэтапно, в той части, которая необходима для реализации нового функционала сервисов для граждан, врачей и руководителей. Одна из центральных систем в архитектуре ЕГИСЗ – система ведения нормативно-справочной информации – будет существенно дополняться новыми справочниками. Для того, чтобы разработчики своевременно получали информацию о планах развития федеральных сервисов, мы планируем создать Технический совет, куда смогут войти представители компаний-разработчиков, чьи продукты используются в регионах. Соответственно, у них будет достаточно времени для планирования и реализации доработок систем и возможность принять участие в формировании планов развития ЕГИСЗ.

CNews: Кроме упомянутого вами Техсовета в Минздраве существует Проектный офис по развитию Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения Российской Федерации (ЕГИСЗ). Расскажите о нем подробнее.

Елена Бойко: Идея создания Проектного офиса появилась после того, как мы пообщались с коллегами из всех субъектов на окружных совещаниях. Основные задачи Проектного офиса – это обеспечение оперативного взаимодействия с нашими коллегами, которые реализуют региональную часть ЕГИСЗ, координация мероприятий, методологическая поддержка. Очевидно, что федеральные сервисы будут развиваться настолько успешно, насколько быстро и качественно будет реализован функционал региональных медицинских информационных систем. Также успех их развития зависит и от принятия необходимых федеральных нормативных и методических документов, единой нормативно-справочной информации. Таким образом, вместе с региональными коллегами мы совместно решаем общие задачи.

CNews: Какие преимущества электронной медкарты доступны гражданам уже сегодня?

Елена Бойко: Граждане должны почувствовать преимущества не от того, что данные ведутся в электронной медицинской карте, а от сервисов, предоставляемых региональными медицинскими информационными системами. Им должно быть удобно получать информацию о врачах, медицинских организациях, доступных медицинских услугах, порядке оказания медицинской помощи. Важно быть уверенным, что лечащий врач обладает необходимой информацией о здоровье пациента, которую он может оперативно получить из информационных систем других медицинских организаций (например, результаты исследований, анализов). Во многих субъектах в настоящее время гражданам доступна услуга дистанционной записи на прием к врачу, и популярность ее растет. Сейчас в государственные поликлиники дистанционно записывается около 5 млн. человек в месяц (не считая Москву и Санкт-Петербург). Наша цель – обеспечить такой бесперебойный сервис для граждан во всех субъектах. Также во многих городах реализуется сервис по выписке электронных рецептов и связанные с ним электронные приложения, когда на мобильном телефоне можно посмотреть местонахождение аптеки, в которой есть выписанный лекарственный препарат по минимальной цене. Эти и другие сервисы становятся доступны при условии создания единого информационного пространства. Поэтому одна из задач, зафиксированных в плане развития, – создание региональных медицинских информационных систем, которые обеспечивают интероперабельность МИС различных медицинских организаций на территории субъекта.

CNews: Будут ли подключены к единой федеральной системе частные медицинские учреждения?

Елена Бойко: Концепцией ЕГИСЗ предусмотрено создание единого информационного пространства между медицинскими организациями всех форм собственности. Граждане должны обладать равной возможностью в получении информационных сервисов. Сейчас Минздрав России разрабатывает законопроект, нормами которого закреплена возможность подключения частных медицинских организаций к ЕГИСЗ.

CNews: Все мероприятия, о которых вы говорили, реализуются на средства регионов. Готовы ли они к таким затратам, особенно в сегодняшней непростой ситуации?

Елена Бойко: В любом проекте финансы – это всегда ограничивающий фактор. Те субъекты, которые видят реальную отдачу от внедрения информационных систем, в том числе и экономию средств за счет оптимизации процессов, эффективного расходования ресурсов, готовы в них инвестировать, понимая, что эти инвестиции оправданы. Финансирование сопровождения и развития созданных медицинских информационных систем и инфраструктуры медицинских организаций в настоящее время производится за счет тарифа ОМС и не всегда очевидно, какой процент тарифа из раздела «прочее» целесообразно расходовать именно на ИКТ. Вместе с тем, определение единого фиксированного размера не решает задачу, так как субъекты различаются, инфраструктура медицинских организаций также различна. Поэтому в настоящее время мы с коллегами разрабатываем единые подходы для определения необходимой суммы затрат на ИКТ-обеспечение медицинской организации. Важно отметить, что в соответствии с Концепцией региональной информатизации, такие ИКТ-компоненты как единый ЦОД, каналы связи, базовое программное обеспечение целесообразно обеспечивать за счет регионального бюджета централизованно.

CNews: Значительную часть времени врачи тратят не на общение с пациентом, а на заполнение всевозможных отчетных форм. Как решается эта проблема?

Елена Бойко: Одной из ключевых целей создания медицинских информационных систем является однократный ввод и многократное использование информации. Зрелые медицинские информационные системы обеспечивают этот принцип – не нужно каждый раз заполнять повторяющиеся поля утвержденных форм различных медицинских документов, справочники позволяют в разы ускорить введение нужного набора данных, нет необходимости содержать целые статистические группы для того, чтобы заполнять счета. Основной «прорыв» в применении внедренных систем будет после принятия нормативно-правовых документов, легитимизирующих электронные медицинские документы. Их принятие – задача Минздрава в 2016 году.

CNews: Еще один важная тема – развитие телемедицины. Какова позиция Минздрава по этому вопросу?

Елена Бойко: Концепция развития телемедицины была разработана Минздравом еще в 2001 году. Но если в те времена на первом месте стоял вопрос обеспечения устойчивой и доступной по стоимости связи, то сегодня задачей телемедицины в первую очередь является клиническая диагностика. В настоящее время в 64 субъектах РФ проводятся дистанционные медицинские консультации. В этом году мы начали реализацию первой очереди единой телемедицинской системы. Она позволит проводить обучение врачей региональных медицинских организаций специалистами ФГБУ Минздрава России, организовать научные исследования, дистанционные консультации и диагностику. В первую очередь к единой телемедицинской сети, интегрированной с компонентами ЕГИСЗ, будет подключено 21 федеральное учреждение, специалисты которых смогут консультировать врачей по разным профилям одновременно. Кроме организационно-технологической организации проекта, для его реализации необходим закон, в котором нормативно закреплено определение телемедицины, порядки оказания телемедицинских консультаций, номенклатура услуг. Соответствующие поправки в закон об охране здоровья граждан разрабатываются.

CNews: За рубежом все более популярной становится мобильная медицина. Как это направление развивается в России?

Елена Бойко: Применение мобильных устройств – это общемировой тренд, и российская медицина не является исключением. В первую очередь технологии передачи данных с медицинских мобильных устройств востребованы для удаленной диагностики. Мы видим, что в последние годы здоровый образ жизни стал гораздо популярнее, в том числе благодаря распространению различных гаджетов, фитнес-браслетов, с помощью которых люди следят за своим организмом. Вместе с тем, такие устройства не являются медицинскими приборами, а врачи при оказании медицинской помощи должны использовать устройства, сертифицированные соответствующими органами. Тем не менее, существуют медицинские приборы для диагностики на расстоянии, позволяющие снимать ЭКГ, контролировать артериальное давление, температуру тела, частоту пульса и дыхания, отслеживать насыщение крови кислородом. Эти и другие показатели жизненно важны для пациентов, проходящих реабилитацию или страдающих хроническими заболеваниями. Для того чтобы эти технологии стали массовыми, необходимо проработать вопросы безопасности их использования в части защиты информации, программного обеспечения, в том числе от вредоносных программ, ответственности на всех этапах передачи, приема, обработки информации. Сегодня Минздрав России совместно с некоторыми федеральными учреждениями и заинтересованными органами проводит подготовку пилотных проектов. Безусловно, впоследствии потребуется соответствующее изменение нормативно-правовых документов. Тем не менее, я уверена, что использование мобильных устройств – перспективное направление в медицине, которое поможет многим пациентам.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 11 декабря 2015 > № 1591027 Елена Бойко


ОАЭ. ЦФО > Недвижимость, строительство > rosbalt.ru, 11 декабря 2015 > № 1577699 Алексей Бинецкий

Один из крупнейших иностранных инвесторов — арабская компания Limitless, реализующая строительный проект "Загородный квартал" в Химках, — может уйти из России. Слухи о финансовых сложностях, которые компания якобы испытывает в Арабских Эмиратах, появившиеся в СМИ в качестве объяснения этого шага, убедительными не выглядят: Limitless полностью принадлежит государству, недавно получила в управление один из знаменитых на весь мир островов роскоши "Пальма" и успешно реализует проекты в Арабских Эмиратах, Саудовской Аравии, Иордании, Вьетнаме.

Что стоит за решением арабского девелопера и чем оно может обернуться для российской экономики, "Росбалту" рассказал доктор политических наук, профессор Дипломатической академии МИД России Алексей Бинецкий.

Напомним, Limitless вышла на российский рынок в 2008 году, создав партнерство с российской RDI Group. Совместная компания под названием Dentra Holding была создана на Кипре. В России проектом управляла ее стопроцентная дочка — компания Шереметьево-4. Сам проект получил название "Загородный квартал" в Химках и предполагал строительство на 113 га 730 тыс. "квадратов" недвижимости, из которых 530 тысяч "квадратов" – жилье. Строительство первой очереди стартовало в 2013 году, но вскоре остановилось.

— В последнее время в СМИ появляются довольно противоречивые сведения: по одним данным, в виду финансовых трудностей Limitless готова выйти из проекта в Химках и продать свою долю российскому партнеру, согласно другим, все эти слухи опровергаются. Вы понимаете, что там происходит?

— Насколько мне известно, арабская компания не намерена оставлять проект. Кроме того, из источника, близкого к Limitless, мы точно знаем, что RDI никогда не обращалась к партнеру с предложением продать свою долю. Более того, никогда они не предлагали и какого-то другого выхода из ситуации, в отличие от Limitless. Арабская компания понимает, что на выходе стоимость проекта может достигнуть $2-2,5 млрд. На этом фоне деньги, которые уже вложены — порядка $150 млн, и те, что, возможно, еще придется вложить, не представляются нереальными. Что касается проблем Limitless, может, они и есть, но они не имеют отношения к этому проекту.

— Я так понимаю, стройка сейчас не ведется?

— Да, вопреки заявлениям RDI, строительство сейчас не ведется. При этом, заявления российской стороны о том, что она, наконец, взяла проект под свой контроль и возобновила строительство, выглядят весьма странно еще и потому, что в руководстве компании Шереметьево-4 никогда не было никаких иностранных менеджеров: все — от руководства до бухгалтерии — изначально было под контролем российской стороны (RDI Group). Limitless в управлении никогда не участвовала.

— Однако дольщики утверждают, что проект тормозит арабская сторона.

— Летом этого года, в период, когда шли активные переговоры между партнерами, дольщики обратились в Управление по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД по Московской области с обвинениями в адрес Limitless о возможной потере их денег. По результатам проверки областная экономическая полиция оснований для обвинения не нашла. Интересно другое: в августе появились сообщения о поджоге бухгалтерии в Шереметьево-4, а после кто-то проник в офис и украл компьютер. Что происходит с расследованиями этих обстоятельств, нам не известно.

— Но если арабская сторона от проекта не отказывается, что мешает его реализации?

— Чтобы было понятнее, зайду издалека. На момент начала переговоров с Limitless RDI Group принадлежала Дмитрию Аксенову и Дмитрию Саблину. В какой-то момент, перед стартом проекта с инвесторами из Дубая, партнеры разделили RDI. Подобную схему вывода основной части активов из-под возможного удара российский бизнес иногда использует, готовясь к полузаконному отъему денег инвестора. Компания Шереметьево-4 была создана как стопроцентная дочка Dentra Holding (Кипр), в которой 50% акций принадлежат Limitless, а остальными владеет RDI. Точнее, как выяснилось недавно, уже не владеет. По установившейся традиции, свои 50% RDI продало какой-то неизвестной компании, не сообщив об этом партнеру. На этот счет в суде Кипра рассматривается дело против RDI о нарушении прав акционера Limitless. Еще одно дело против RDI слушается в Лондоне.

— Вернемся к Dentra Holding...

— Да. Созданная партнерами компания учреждает Шереметьево-4. Проект возник на базе 113 га земли, находящихся в аренде от физического лица по фамилии Егоров. Взнос в уставной капитал должен был составлять $50 млн с каждой стороны. Инвесторы из Дубая свою часть денег внесли, а российская RDI, по некоторым сведениям, попросила сумму у партнера в долг. Как стало известно из осведомленных источников, арабские партнеры согласились дать займ.

На эти средства от имени Шереметьево-4 был произведен выкуп прав аренды у господина Егорова, и дальнейшие согласования с администрацией города Химки и другими государственными органами разрешений на строительство, этажность, которая была изменена с малоэтажной на 17-этажную. Кстати, интересно, что за все время существования Шереметьево-4, по каким-то причинам не уплачивался налог за землю.

Limitless привлекли американских архитекторов, был разработан проект, началось строительство первой очереди. После этого, по данным источников, знакомых с ситуацией, компания RDI попросила еще $25 млн у арабских партнеров. Насколько мне известно, за все время Аксенов с товарищами вложили в проект порядка $5 млн, и то, неясно, на какое время эти деньги задержались на счете Шереметьево-4. Мы подозреваем, что не долго.

— Проблемы, как я понимаю, возникли позже?

— В 2013 году, когда в нашей стране якобы начался кризис, а на самом деле — обычный спад продаж. Шереметьево-4 заявила о том, что у компании кассовый разрыв и необходимы дополнительные средства. Их было предложено взять в ExpoBank, которым владеет господин Ким (последующие события позволяют предположить, что Ким и Аксенов были если не приятелями, то соратниками). Арабская сторона не была в восторге от необходимости брать кредит, тем более, что залогом по нему должно было стать не просто права аренды 98 га, а со всей документацией на строительство. Российская сторона взяла кредит, правда, с молчаливого согласия арабской.

Через короткий промежуток времени деньги кончились, Шереметьево-4 перестала обслуживать кредит. В результате длительных переговоров, в том числе, с привлечением арабской стороны, выяснилось, что Limitless, как это ни странно, готова выплатить сумму кредита вместе с процентами, о чем было официально заявлено банку. Однако российский акционер и банк под разными предлогами уклонялись от решения вопроса. Арабский инвестор предлагал снизить цены на квартиры, чтобы увеличить продажи, но и это предложение было отвергнуто партнерами под предлогом того, что это якобы запрещено российским законодательством. Более того, арабская сторона также предлагала выкупить долг у ExpoBank.

— То есть, получается, что Limitless пыталась спасти проект?

— Да. Видимо, испугавшись этого обстоятельства, банк организовал регистрацию компании "Игрек-бренд" в Новосибирске. Единственным стопроцентным бенефициаром этой компании является сам владелец ExpoBanka Ким. Итак, ExpoBank продает права на долг Шереметьево-4 новосибирской компании. Причем, опять же, без согласования с арабской стороной.

К этому моменту дело о взыскании задолженности Шереметьево-4 слушалось уже в арбитражном суде. Limitless, стремясь вернуть бизнес в нормальное русло и спасти проект, предложили купить "Игрек-бренд" вместе с долгом. Генеральный директор "Игрек-бренд" такого предложения отказался, аргументируя это тем, что процедура слишком долгая — проходит через Росфинмониторинг, поскольку деньги, пришедшие из Дубая, могут быть "серыми", "черными", и вообще, это неприемлемо.

Арбитражный процесс движется дальше. При этом нужно заметить, что в силу корпоративной структуры, которая была придумана, не имея своих представителей в Шереметьево-4, арабская сторона юридически была лишена возможности участвовать в арбитражном суде. Судебный процесс шел без их участия. В итоге мировое соглашение заключалось между Шереметьево-4 и фактически ExpoBank в лице "Игрек-бренда" с одной единственной целью — получить в качестве оплаты по кредиту те самые 98 га с разрешительной документацией на строительство. Здесь нужно подчеркнуть, что это не просто земля, это бизнес, это право на застройку этой земли. Даже самый безграмотный оценщик подтвердит, что сумма задолженности перед банком в разы меньше стоимости залога.

В настоящий момент можно предполагать с высокой долей вероятности, что инвестиции в размере около $150 млн и активы Шереметьево-4, принадлежащие на 50% компании Limitless, будут потеряны.

— Тогда возникает вопрос: что же RDI собирается выкупать у Limitless?

— Складывается впечатление, что это пустое заявление, направленное лишь на то, чтобы успокоить группу активных покупателей, которые не получили свои квартиры. Эти разговоры ведутся в прессе с мая, и каждый раз RDI пытается представить дело таким образом, что все проблемы исходят от арабской стороны .

— Но Limitless — не просто крупный инвестор, это государственная компания. Во что может вылиться вся эта история в широком смысле?

— Конечно, потеря Limitless таких инвестиций в России, и при таких обстоятельствах, ударит по инвестиционному имиджу страны. Кроме того, ОАЭ — одно из немногих дружески настроенных к России государств в ближневосточном регионе. Там проводятся чрезвычайно важные для России выставки по продаже технологий и вооружения, которым президент Путин уделяет огромное внимание. История с Limitless может подорвать эти усилия. Тогда еще один источник наполнения российского бюджета может оказаться под вопросом.

Дарья Истомина

ОАЭ. ЦФО > Недвижимость, строительство > rosbalt.ru, 11 декабря 2015 > № 1577699 Алексей Бинецкий


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 декабря 2015 > № 1577481 Дмитрий Медведев

Заседание Правительства.

В повестке: об исполнении федерального бюджета, ходе выполнения федеральных целевых программ и реализации Федеральной адресной инвестиционной программы за девять месяцев текущего года.

Стенограмма:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги, у нас сегодня обширная повестка дня, много вопросов. Часть из них носит, может быть, относительно технический характер, часть – вполне содержательный. Прежде чем мы начнём их рассматривать, хочу сказать, что я подписал документ, который касается тоже вроде бы момента достаточно технического, тем не менее важного. С 1 января следующего года во всех правительственных документах, где была упомянута ставка рефинансирования Центрального банка, будет использоваться ключевая ставка Банка России, кроме случаев, когда это прямо предусмотрено законом Российской Федерации. Сегодня ключевая ставка является основным индикатором денежно-кредитной политики в стране, поэтому такое решение (мы о нём говорили в ходе различных совещаний, консультировались с Центральным банком, с коллегами) вполне закономерно. Просил бы этим и руководствоваться.

Теперь по повестке дня. Сначала идёт блок вопросов, который касается исполнения федерального бюджета, федеральных целевых программ и адресной инвестиционной программы. Это традиционный набор вопросов. Мы такой анализ проводим каждые три месяца, с тем чтобы понимать, с какой эффективностью расходуются бюджетные средства. И посмотрим сегодня также итоги за первые три квартала текущего года. Несколько слов буквально об этом.

Несмотря на сложный экономический фон, бюджетная система по основным параметрам остаётся стабильной и сбалансированной, обязательства государства по выплате пенсий, по различным пособиям и субсидиям выполняются в полном объёме, в том числе за счёт резервов, которые были сформированы в предыдущие годы. Подробнее доложит Министр финансов.

Я несколько цифр назову тем не менее. Доходы бюджета превысили 10 трлн рублей, это на 10% больше запланированного. Постепенно улучшается структура доходной части за счёт увеличения доли доходов, которые не связаны с нефтью и газом. В течение последних двух кварталов они формируют больше 55,5% доходов бюджета, это приблизительно на 5% больше, чем за девять месяцев прошлого года. В основном это налоговые поступления от целого ряда платежей.

Доля нефтегазовых доходов, соответственно, уменьшается, сейчас она составляет около 44%. Конечно, в определённом смысле это объясняется динамикой нефтяных цен. Вместе с тем это всё-таки результат некоторого сдвига, который наметился в структуре внешней торговли и в производственной деятельности.

За девять месяцев израсходовано почти 11 трлн рублей – на 7% меньше, чем прогнозировалось. Это 70% от плана. Неплохой показатель по кассовому исполнению бюджета за последние годы.

За прошедшие три квартала мы получили дефицит федерального бюджета в районе 650 млрд рублей, или 1,2% ВВП, – чуть меньше, чем в первой половине года.

Что касается резервов, объём средств резервного фонда на 1 октября составляет около 4,7 трлн рублей, Фонда национального благосостояния – более 4,8 трлн рублей.

Теперь о расходовании бюджетных денег.

На сегодняшний день утверждено более 40 федеральных целевых программ – строго говоря, 45 ФЦП и одна подпрограмма. Объём финансирования ФЦП на этот год составляет почти 1 трлн рублей. Это солидные средства, если учитывать жёсткие бюджетные ограничения, которые сегодня существуют. По оценкам Минэкономразвития (коллеги ещё эти оценки воспроизведут), только 22 программы можно назвать абсолютно эффективными, по двум программам результаты неудовлетворительные. Это у нас, к сожалению, история повторяющаяся. Нужно думать, каким образом поступать с такими программами в будущем, даже при понимании важности тех расходов, которые в них запланированы.

И по адресной инвестиционной программе. Общий объём бюджетных ресурсов, которые планируется направить на её выполнение в этом году, – около 900 млрд рублей. Должно быть построено или модернизировано почти 1900 различных объектов (без учёта гособоронзаказа), более 600 из них вводится в эксплуатацию до конца года.

Теперь по другим вопросам.

Мы с вами рассмотрим сегодня документ, который касается амнистии капиталов, по сути, это уже исполнение Послания Президента. Речь идёт о продлении на шесть месяцев, до 30 июня 2016 года, срока, когда можно подать так называемую специальную декларацию о своих активах, о счетах в иностранных банках. Соответствующие изменения предлагается внести в федеральный закон, который регулирует проведение этой декларационной кампании. Решение по известным причинам принимается для того, чтобы по этому направлению те, кто ещё не решил, пользоваться этим механизмом или нет, могли бы ещё раз подумать и сделать это.

Следующая тема, которая волнует, пожалуй, всех, кто занимается планированием семьи. Мы рассмотрим законопроект, который продляет программу материнского капитала на два года, до конца 2018 года, что также основано на Послании Президента. Сегодня это, наверное, самая эффективная форма поддержки семьи, она остаётся и самой востребованной.

Мы многократно к этой теме возвращались, обсуждали основные проблемы – они, конечно, финансовые, эта программа дорогостоящая. В этом году возможности использования материнского капитала тем не менее были расширены. Продление программы материнского капитала позволит выдать сертификат на такие деньги более чем 1,5 млн семей. Конечно, это дополнительная нагрузка на бюджет, но решения все приняты, и мы на это пойдём, имея в виду исключительно важный положительный эффект от такого рода решений.

Ещё один законопроект касается защиты участников долевого строительства. Тема тоже сложная, потому что случаи, когда люди вкладывают деньги, а их обманывают, к сожалению, распространены до сих пор. Недобросовестные застройщики затягивают и сроки строительства, и нарушают договорённости, деньги иногда просто исчезают. Целый ряд решений был принят раньше.

Предлагается также уточнить целый ряд других полномочий, целей, на которые, например, застройщик может направить средства участников долевого строительства. Предлагается разрешить использовать эти деньги на возмещение затрат на строительство объектов социальной инфраструктуры, которые предусмотрены проектами по строительству жилья.

Также для обеспечения прав участников долевого строительства можно будет использовать механизм банковского проектного финансирования. Банк, который предоставляет застройщику кредит на строительство жилья, это делает, деньги дольщиков будут храниться на специальных счетах в этом банке, а к застройщику они поступят только после того, как он закончит все работы и люди получат квартиры. Посмотрим, насколько востребованной окажется такая система работы.

Целый ряд документов носит международный характер, в том числе связан с нашими контактами и переговорами, которые на следующей неделе будут в Китайской Народной Республике, также посмотрим на эти документы.

Вопросов, ещё раз повторяю, достаточно много. Просил бы всех выступать предельно компактно, но, конечно, освещая основные положения того или иного вопроса.

Сначала по федеральному бюджету – Антон Германович Силуанов.

А.Силуанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Макроэкономические условия в январе – сентябре текущего года складывались несколько хуже, чем мы ожидали, что, естественно, повлияло и на ход исполнения бюджета. Основные испытания пришлись на первое полугодие текущего года. Во второй половине ситуация несколько стабилизировалась, и, несмотря на начавшийся с октября текущего года виток снижения цен на нефть, ряд показателей, касающихся промышленного производства, валового внутреннего продукта, показывают устойчивое положение.

Исполнение бюджета. За девять месяцев федеральный бюджет исполнен с дефицитом 1,2% ВВП. Доходы, если мы рассмотрим их по аналогии с соответствующим периодом прошлого года, снизились примерно на 1,7% валового внутреннего продукта, что связано с макроэкономическими показателями. Нефтегазовые доходы снизились за девять месяцев по сравнению с прошлым годом на 17,9%, но в то же время ненефтегазовые доходы выросли на 8,3%.

Связано это в первую очередь с доходами, поступившими от налога на добавленную стоимость, и ростом налога на прибыль в связи с ростом прибыли прибыльных предприятий. Рост налога на добавленную стоимость связан как с мерами по улучшению администрирования налоговых доходов, так и с всплеском продаж в конце прошлого года, результат которых мы увидели в виде доходов уже в этом году.

Ненефтегазовый дефицит федерального бюджета по итогам девяти месяцев составил 9,7% валового внутреннего продукта, что выше, чем в прошлом году, на 1,3 процентного пункта.

Оценка исполнения в текущем году. Мы ожидаем в 2015 году дефицит бюджета в размере 2,9% ВВП. Напомню, что бюджетом предусматривался этот показатель на уровне 3,2% ВВП. За счёт этого, мы видим, сокращение дефицита будет связано с тем, что часть расходов будет оставлена в остатках и перейдёт на следующий год. Сумма таких остатков составит 192 млрд рублей, из которых 35 млрд – это оплата заключённых контрактов, которые не будут заключены, но будут оплачены в следующем году; 43 млрд рублей – это мероприятия в сфере национальной обороны, которые в соответствии с законодательством также переходят на следующий год; 11 млрд рублей – это средства федерального дорожного и инвестиционного фондов; 99,2 млрд рублей – это те остатки, которые могут быть направлены в антикризисный фонд следующего года в целях их использования в следующем году по решениям Правительства Российской Федерации.

Несколько слов об исполнении бюджета в разрезе министерств и ведомств. В целом на 1 декабря расходы исполнены на уровне 83,3% к уточнённой росписи, но по целому ряду министерств и ведомств необходимо предпринять дополнительные усилия по использованию тех бюджетных ассигнований и выполнению целей, которые учтены в бюджете. Министерство Российской Федерации по развитию Дальнего Востока использовало свои ассигнования на 13,4%, Федеральное агентство по обустройству госграницы – 49%, Космическое агентство – тоже 49%, Агентство воздушного транспорта – 51%. И целый ряд других министерств и ведомств. Вся информация представлена в отчёте. Этим нашим коллегам нужно подтянуться. Осталось меньше месяца. Тем не менее необходимо принять меры для более полного исполнения бюджетных ассигнований.

Расходы. Большая часть расходов, как у нас исторически складывается, в декабре. В декабре предстоит профинансировать около 2,4 трлн бюджетных расходов, или 15,1% к уточнённой росписи. Этот показатель лучше, чем в других, более ранних годах. Я хочу сказать, что в 2013–2014 годах показатель составлял около 16–17%. Это связано с тем, что мы в первый месяц текущего года большие объёмы авансов выдали в экономике и тем самым снизили давление на декабрьские расходы.

Хотелось бы отметить, что предстоят большие расходы в части контрактуемых расходов и бюджетных инвестиций – 991 млрд рублей, межбюджетные трансферты государственным внебюджетным фондам – 358 млрд рублей. Это все ассигнования, которые нам необходимо профинансировать в декабре.

Межбюджетные трансферты субъектам – 258 млрд рублей. Из ведомств бо?льшая часть этих расходов падает на Минфин в части финансирования межбюджетных трансфертов государственным внебюджетным фондам и бюджетам субъектов Российской Федерации. Также большие расходы предстоит осуществить министерствам силового блока, Роскосмосу и Минпромторгу.

Резервы. Резервный фонд в этом году будет использован в сумме 2,6 трлн рублей. Мы не воспользуемся в этом году правом задействовать дополнительно 500 млрд рублей резервного фонда на случай, если нам не будет хватать доходов. В результате на конец года Резервный фонд Правительства составит 3,4 трлн рублей, а Фонд национального благосостояния – 4,9 трлн рублей. Общий объём резервов составит 8,3 трлн, или 11,3% ВВП.

Хотелось бы доложить, что средства ФНБ в этом году активно направляются на инфраструктурные проекты. На 1 декабря вложено 427 млрд рублей в семь инфраструктурных проектов, среди которых Байкало-Амурская магистраль, сооружения АЭС в Финляндии, приобретение тягового подвижного состава, Центральная кольцевая автомобильная дорога.

Регионы. Исполнение бюджетов регионов складывается лучше, чем в прошлом году, собственные доходы, налоговые и неналоговые, возросли на 8%, при этом рост наблюдается в 67 регионах, падение доходов – в 16 регионах.

Наиболее высокие темпы мы видим в Сахалинской области – 52%, связано это с тем, что поступают доходы от СРП; в Якутии и Бурятии, Магаданской и Мурманской областях это связано с дополнительными поступлениями, более высокими темпами роста поступлений налога на прибыль.

Наиболее низкие темпы в Республике Мордовия, Тюмени, Омской области и Калининградской области, это также связано с тем, что в отдельных регионах база была достаточно высокая в прошлом году, в отдельных регионах мы видим просто сокращение поступлений по налогу на прибыль. Налог на доходы физических лиц исполняется достаточно стабильно, и темп его роста составляет около 5% к уровню прошлого года.

У нас, напомню, доходы выросли на 8%, расходы выросли на 1,9%, при этом профицит составил 392,7 млрд рублей по состоянию на 11 месяцев. При этом за соответствующий период прошлого года профицит бюджетов регионов составил 65 млрд рублей. То есть в этом году, мы надеемся, будет лучше исполнение бюджета в целом по году, хотя мы ожидаем всё равно дефицитный уровень бюджетов субъектов Российской Федерации, если смотреть в целом по консолидированному бюджету.

Долги. Долги регионов за 10 месяцев (пока есть такая отчётность) выросли на 4%, но если посмотреть долю к налоговым, неналоговым доходам, то их доля пока снижается, потому что налоговые, неналоговые доходы выросли на 8%. Регионы, которые наиболее нас беспокоят, – это Мордовия (долг – 156% к налоговым, неналоговым доходам), Астрахань – 152%, Костромская область – 124%. В этой связи мы принимаем меры поддержки регионов, и до конца года, в декабре, будет дополнительно оказана поддержка этим трём регионам как в виде дотаций на сбалансированность, так и в виде кредитной поддержки, с тем чтобы снизить давление долговой нагрузки, чтобы эти регионы могли исполнить свои расходные обязательства.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Меры бюджетной политики, которые мы принимаем в текущем году, дали результат. Инфляция за последние месяцы, последние два квартала, не превышает 2%. Замедлился существенно отток капитала, и это тоже результат наших действий в области бюджетной политики. За 11 месяцев отток составил 53 млрд долларов США, это более чем в два раза ниже (наша оценка – 60 млрд долларов по концу года), чем первоначальные оценки.

Приток инвесторов мы видим на рынок государственных бумаг (более 140 млрд рублей), вернулись иностранные инвесторы к нам на рынок. Это также позитивно сказывается на заимствованиях наших корпораций. И нам удалось прекратить падение ВВП начиная с июня текущего года. Считаю, что меры, которые мы приняли в области денежно-кредитной и бюджетной политики, сыграли положительную роль. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Антон Германович. Давайте сразу послушаем по ФАИП, это будет логично. Алексей Валентинович, прошу вас.

А.Улюкаев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

У нас очень большая просьба к Веронике Игоревне (обращаясь к В.Скворцовой), мы тоже подключимся, для того чтобы это навёрстывать. Ещё несколько актуальных позиций, связанных с возможностями эффективно реализовывать федеральные целевые программы и ФАИП в целом в следующем бюджетном периоде.

Первое. У нас есть серьёзная проблема с тем, чтобы мы включили в соответствии с поручениями Президента в ФАИП не только объекты, финансируемые непосредственно из бюджета, но и объекты акционерных обществ, государственных корпораций и компаний с государственным участием. Для этой цели мы подготовили соответствующие поправки в Бюджетный кодекс. К сожалению, законодатели ещё не приняли этих решений, поэтому нам нужно сейчас на уровне актов Правительства принимать решение о переходном периоде 2016 года, о тех переходных положениях, которые позволят выполнить поручение Президента без изменений в Бюджетный кодекс. Такие поправки подготовлены, нам необходимо их максимально быстро реализовывать.

Второе. Мы подготовили предложения о том, чтобы перейти на двухэтапную процедуру включения крупных инвестпроектов, тех проектов, которые не относятся к числу проектов повторного применения, в Федеральную адресную инвестиционную программу. Это позволит нам обеспечить и более точные решения, потому что предполагается, что первый этап, ещё до разработки проектной документации, представляет собой обоснование инвестиций с учётом результатов инженерных изысканий, геоподосновы, определения мощностей, после этого принимается решение о бюджетных инвестициях принципиальное, и потом уже, на втором этапе, принимается решение о строительстве объекта с учётом полученных на первом этапе результатов. Мы надеемся, что это обеспечит большую публичность, прозрачность всей процедуры и создаст возможность заключения контрактов сразу и на проектирование, и на строительство объектов.

Третья позиция. У нас изменилась процедура парламентского контроля за ходом формирования и реализации Федеральной адресной инвестиционной программы. И новые изменения в закон о парламентском контроле, который уже принят Государственной Думой, требуют предоставления главными распорядителями бюджетных средств большого количества новых документов, причём таких документов, как, например, документов, связанных с оформлением земельных участков, что для ряда объектов (прежде всего линейные объекты: трубопроводы, сети) чрезвычайно сложно будет для главных исполнителей. Надо к этому готовиться, чтобы не допустить здесь срыва нормативного обеспечения реализации Федеральной адресной инвестиционной программы.

И ещё одно. В ходе парламентской работы мы, к сожалению, допустили ситуацию, при которой у нас были перераспределены средства 17 объектов. Это примерно 8 млрд рублей. Причём это объекты, по которым заключены контракты, есть обязательства по этим контрактам. В этой ситуации контракт оказывается в сложном положении. При этом в результате распределения только 3 млрд были закреплены за определёнными объектами, а 5 млрд были оставлены в резерве и оставлены на главе Минфина. Нам нужно, мне кажется, избегать таких ситуаций, потому что возникают риски по контрактам, с одной стороны, а с другой стороны, зарезервированные средства не могут быть направлены на начало работ, и работа отодвигается на более поздние периоды, соответственно, возникают риски неввода объектов. Концентрация нашей работы на этих направлениях, мне кажется, позволит повысить эффективность реализации ФЦП и ФАИП и увеличить количество действительно вводимых в строй объектов. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, коллеги, есть два сообщения, они носят текущий характер. Мы действительно делаем это каждые три месяца, но если есть какие-то соображения, которыми хотелось бы поделиться, пожалуйста. Есть?

В.Скворцова: Да. Если можно, Дмитрий Анатольевич, я хотела бы откомментировать ситуацию с Федеральной целевой программой химической и биологической безопасности. Она была принята 28 апреля постановлением Правительства, и в связи с необходимостью принять нормативную базу – и, самое главное, внести изменения в государственный оборонный заказ с учётом, что мероприятия этой программы имеют двойное назначение, – начало реализации пришлось на вторую половину сентября.

В настоящий момент 92% всех средств законтрактовано, и в течение ближайшей недели будет законтрактовано 98% средств. В связи с тем, что это долговременные контракты, двух- и трёхгодичные, никаких вопросов по реализации программы не будет. У нас при конкурсных процедурах образовалась экономия – 134 млн, эти деньги будут возвращены в федеральный бюджет с учётом оптимизации медико-экономического задания и их образования. Опасений реализация этой программы не вызывает на сегодняшний момент. Спасибо.

Д.Медведев: Хорошо. Тогда продолжите общение на эту тему с коллегами, чтобы все нюансы отразить также в дальнейшей работе. Есть ещё комментарии? Нет. Давайте тогда примем эти сообщения к сведению.

Единственное, на что хотел бы обратить внимание: действительно, кое в чём меняется законодательство, в том числе в части, касающейся Адресной инвестиционной программы, о чём сказал Алексей Валентинович Улюкаев. Об этом, собственно, нас просили наши коллеги – депутаты Государственной Думы, полагая, что это будет способствовать лучшему взаимодействию между парламентом и Правительством, лучшему погружению, что называется, в материал.

Мы об этом договорились, просто я просил бы всех, в том числе и Министерство экономического развития, смотреть за тем, как эти процессы пойдут, потому что это новелла. Если всё-таки мы почувствуем, что там что-то буксует, я не исключаю, что нам придётся снова сесть и эти вопросы проговаривать с коллегами-депутатами, потому что это было сделано именно по просьбе наших товарищей.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 декабря 2015 > № 1577481 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 декабря 2015 > № 1577479 Антон Силуанов

Брифинг Антона Силуанова по завершении заседания Правительства.

Стенограмма:

Вопрос: Программа «Вести». Антон Германович, здравствуйте. Если можно, вопрос про материнский капитал: продление программы, есть ли оценки, сколько средств на это, может быть, понадобиться, учитывая, что, Дмитрий Анатольевич сегодня сказал, 1,5 млн семей примерно за два года получат эту поддержку.

А.Силуанов: Что касается материнского капитала, необходимые ресурсы у нас в бюджете есть, это чуть больше 300 млрд рублей ежегодно предусматривается в бюджете. Каждый год эта цифра уточняется, исходя из прогнозируемого количества получателей материнского капитала. Сейчас спрашивают: в бюджете на следующий год предусмотрены эти деньги? Хочу сказать, что в бюджете на следующий год деньги предусмотрены, в первую очередь для тех семей, которые раньше получили, раньше встали, что называется, за соответствующим получением материнского капитала. Поскольку рождение второго ребёнка и оказание поддержки со стороны государства таких семей осуществляется не разово, не сразу в этом или в следующем году… Вы знаете, что использование материнского капитала предусмотрено на определённые цели, в том числе на обучение детей, в том числе на покупку жилья и инвестирование в жильё, ипотеку и так далее. То есть это те ресурсы, которые тратятся не сразу, а имеют достаточно длительный период использования. Поэтому на следующий год однозначно денег дополнительно не потребуется, а в последующие годы будем мониторить объём потребности с учётом семей, которые будут вставать в очередь как бы, то есть попадать в число тех, кто будет обеспечен материнским капиталом. Финансовое обеспечение этих дополнительных потребностей будет осуществляться уже не в 2016 году, а в последующие годы, поскольку использование, повторю, подразумевает не разовое снятие этих денег с так называемого счёта материнского капитала, а постепенное их задействование.

Вопрос: Антон Германович, хотелось бы узнать, принято ли сегодня на заседании Правительства решение о продлении программы амнистии капитала на полгода? И за счёт каких конкретно мер она будет расширена? То есть что в ней будет нового?

А.Силуанов: Такое решение принято. Мы действительно на следующие полгода продлеваем эту норму. Мы намерены обсудить вопрос работы амнистии и не очень, будем так говорить, широкое использование преимуществ, которые даёт амнистия, с бизнесом. Кроме того, есть ряд вопросов, которые мы запросили у Верховного суда. И в связи с анализом сложившейся практики, с учётом анализа тех запросов, которые нам представят наши предприниматели, мы будем готовы подправить действующее законодательство.

Считаю необходимым уже в текущем году начать такие консультации, с тем чтобы в начале следующего года внести изменения в закон и чтобы был срок, необходимый для того, чтобы наши предприниматели могли использовать все механизмы так называемой амнистии капитала, которая продлевается ещё на полгода.

Вопрос: Антон Германович, у меня два вопроса. Первый про ВЭБ, про вчерашнее поручение. То есть в поручении сформулировано, что дефицит у нас ограничен 3% без учёта помощи ВЭБу. Правильно ли мы понимаем, что дефицит всё-таки будет больше, и как не учитывать помощь ВЭБу в дефиците? И второй вопрос. Как будет меняться бюджет 2016 года с учётом рисков снижающейся цены на нефть и всё-таки помощи ВЭБу?

А.Силуанов: Вы знаете, не случайно Президент в своём Послании обратил внимание на необходимость сохранения размера дефицита бюджета в размере 3%, несмотря на все складывающиеся риски следующего года. При этом абсолютно правильно заявлено было о том, что 3% – это не самоцель, 3% – это та величина, которая обеспечивает макроэкономическую устойчивость и стабильность финансов. Если мы будем раздувать размеры дефицита бюджета, соответственно, вы знаете, к каким последствиям это может привести. В первую очередь это приведёт к тому, что сбережения граждан, предприятий будут не направляться на экономическое развитие, в экономику, а будут перераспределяться через бюджет на расходы бюджета. Причём мы видим, что бюджет в нынешних условиях, его объём избыточен, поскольку доходы, которые формирует сегодня экономика, значительно ниже, чем те обязательства, которые у нас сегодня есть. Поэтому наша задача, которая стоит перед Правительством, заключается в том, чтобы уже в этом году до момента доведения лимитов иметь чёткий план действий, как мы будем исполнять бюджет в 2016 году с точки зрения обеспечения его сбалансированности на уровне дефицита не выше 3%. Это должно решаться, как я уже неоднократно говорил, мерами стимулирования экономического развития, мерами, дополнительно принимаемыми в области администрирования доходов, и мерами по пересмотру и уточнению наших обязательств, которые учтены в бюджете следующего года.

В первую очередь, конечно, речь пойдёт о тех резервах, которые у нас есть. Да, действительно, мы возлагали достаточно большие надежды на резервные источники, которые не распределены в бюджете следующего года. Но если меняется серьёзно ситуация с доходами, то считаю, что мы должны пересмотреть наши планы с точки зрения принятия дополнительных решений за счёт нераспределённых резервов в бюджете следующего года. Эти резервы наряду с другими источниками должны стать тем ресурсом, который позволит нам обеспечить минимизацию дефицита бюджета.

Что касается ВЭБа и поручения (о чём вы говорили): да, действительно, в поручении Президента по итогам послания говорится, что необходимо обеспечить дефицит бюджета в следующем году на уровне 3%, за исключением расходов, необходимых для капитализации ВЭБа. Это действительно так и есть. Все обязательства, внешние обязательства ВЭБа, будут исполнены ВЭБом, в том числе за счёт финансовой поддержки из федерального бюджета. Это как бы дополнительное решение, будем так говорить, сверх тех, которые принимались при подготовке и принятии бюджета следующего года. Поэтому в поручении так и говорится, что в случае необходимости оказания поддержки ВЭБу из бюджета такая поддержка скорее всего будет оказана в необходимых объёмах, как мы уже говорили. Если у ВЭБа не будет достаточного объёма ресурсов для расчётов по своим обязательствам, то эти средства могут выходить за пределы 3-процентного дефицита. Именно такой смысл заложен в поручении Президента.

Вопрос: Я вас правильно поняла: ВЭБ получит деньги и в 2015-м, и в 2016 году, бюджетную поддержку?

А.Силуанов: Мы сейчас говорим о бюджетном дефиците 2016 года, поэтому в ответе на ваш вопрос я имел в виду именно 2016 год.

Вопрос: Антон Германович, скажите, пожалуйста, кроме поручения про 3% есть поручение обеспечить оптимизацию состава и функций институтов развития. Какие функции исчезнут у ВЭБа в том числе? И правильно ли мы понимаем, что снова встанет вопрос о продаже Россельхозбанка, может быть, ещё каких-то институтов развития?

А.Силуанов: Речь идёт, действительно, о более эффективном функционировании институтов развития, поскольку мы видим, что ряд таких институтов испытывает проблемы с капитализацией, и зачастую результат финансовой деятельности таких институтов отрицательный. Поэтому Президент дал поручение разобраться с действующими институтами развития. Да, действительно на повестке дня, честно говоря, стоит вопрос о Внешэкономбанке. Ещё раз повторю, что финансовых ресурсов для выполнения своих обязательств у Внешэкономбанка достаточно с учётом средств, которые будут оказаны из федерального бюджета. Но вопрос деятельности таких институтов требует дополнительного обсуждения. Возможно и принятие решения о преобразовании отдельных институтов развития и отделение ряда функций, которые сегодня совмещены на практике. Такие предложения будут рассмотрены в Правительстве, я не хочу сейчас забегать вперёд, и, соответственно, предложения будут подготовлены и представлены Президенту на рассмотрение.

Вопрос: «Россия 24». Антон Германович, сегодня Дмитрий Анатольевич упомянул, что будет рассмотрен в том числе механизм проектного финансирования для долевых проектов. Каким он будет? Будет ли какой-то перечень банков, которые будут в нём участвовать, или обсуждается какая-то иная схема?

А.Силуанов: Мы сегодня рассматривали вопрос участия наших граждан в долевом финансировании. Поскольку, мы видим, есть в том числе ряд проблем при участии в такой форме приобретения жилья, то рассматривались инструменты обеспечения надёжности вложений средств граждан в такого рода инвестиции, будем так их называть, с тем чтобы у нас было как можно меньше так называемых обманутых дольщиков. Поэтому сегодня рассматривались инструменты для обеспечения сохранности и надёжности вложений наших граждан в долевое участие в строительстве жилья. Не скрою, что была определённая дискуссия по замечаниям, которые были у Центрального банка, у Министерства финансов по этому законопроекту. Договорились его доработать и представить в Государственную Думу уже в несколько уточнённом варианте. Но задача состоит в том, чтобы задействовать все возможные инструменты и обеспечить надёжность для наших граждан, которые приняли для себя решение участвовать в долевом строительстве жилья. Именно этому были посвящены предложения в законодательство, которые рассматривались на Правительстве. Спасибо.

Вопрос: Хотела бы спросить про МВФ. После их решения как изменятся отношения России с МВФ? Может, мы выйдем вообще из фонда?

А.Силуанов: Да, действительно, позавчера было принято решение о том, что суверенные кредиторы страны, которой оказывается поддержка за счёт средств Международного валютного фонда, могут не иметь преимуществ по сравнению с другими коммерческими кредиторами. Конечно, мы говорили уже, что это решение предвзятое и принято прямо перед платежом Украины по своим долгам в конце декабря перед Россией. То есть 8 декабря рассматривается вопрос об изменении порядка расчётов с официальными кредиторами, 20-го числа Украина должна заплатить нам по долгам. Очевидно, здесь можно не рассуждать – связь прямая.

Что хотелось бы на этот счёт сказать? Россия предложила, на наш взгляд, очень выгодные для Украины условия реструктуризации задолженности. На три года мы предлагаем рассрочить уплату долга. То есть даже не в этом году, а, как вчера правильно было сказано, почти на четыре года мы предлагаем рассрочить долг Украины перед Россией. Мы предлагаем, действительно, дать нам гарантии, для того чтобы Украина могла рассчитаться по такой рассрочке, и мы предлагаем трёхлетний период, в том числе исходя из того, что программа поддержки Украины Международного валютного фонда длится именно три года. Тем не менее, зная, какие есть риски платёжеспособности этой страны, мы всё-таки попросили гарантии.

Что, казалось бы, нужно было сделать? Нужно было увеличить объём программы фонда на 3 млрд долларов и включить обязательства Украины перед Россией в программу. Этого не делается. И гарантии, которые мы запросили от ключевых стран «Группы семи» или от крупного банка, также не предоставляются. В этих условиях нам говорят, что ресурсов ни у стран, ни у фонда нет. В этих условиях, конечно, вызывает особые вопросы тот факт, что валютный фонд в последнее время не может увеличить свой капитал по той причине, что Конгресс Соединённых Штатов Америки не может ратифицировать поправку в устав фонда, а это, соответственно, является условием удвоения капитала фонда.

Уже пятый год ведутся переговоры о ратификации соответствующей поправки в устав фонда и, соответственно, капитализации, и никак Конгресс это не может сделать. А фонду как раз очень нужны деньги. Если бы это произошло, то и вопрос наполнения программы поддержки Украины за счёт ресурсов Международного валютного фонда решался бы гораздо быстрее и гораздо проще. Сейчас фонд вынужден привлекать заёмные средства, что, по сути дела, не является капиталом фонда. Увеличение капитализации, считаю, могло бы как раз пойти на пользу реализации программы поддержки Украины и, соответственно, расчёту Украины со своими кредиторами, в том числе и с Россией. К сожалению, такого не происходит. К сожалению, мы видим, что наши предложения не воспринимаются коллегами, основными участниками Международного валютного фонда, поэтому нам ничего не остаётся, как защищать свои интересы в судебном порядке, как это и предусмотрено проспектом эмиссии тех бумаг, которые выпускала Украина два года назад. Мы уже вчера говорили, Российская Федерация готовится к таким действиям. Нам ничего другого не остаётся делать, как защищать наши интересы в судебном порядке. Спасибо.

Вопрос: А что касается отношений с МВФ?

А.Силуанов: Что касается отношений с валютным фондом, то мы являемся одним из ключевых участников фонда. Мы не считаем необходимым из-за сложной ситуации, которая сегодня возникла, выходить из состава участников фонда. Считаем, что Международный валютный фонд реализует правильную политику, политику, направленную на поддержку платёжного баланса, бюджета стран, нуждающихся в финансовой помощи, структурных реформ. Там очень много высококлассных специалистов, которые работают в странах, которые содействуют развитию и финансовой стабилизации. Поэтому это очень важный и нужный институт, особенно в нынешней непростой ситуации в мировой экономике. Поэтому считаю выходить из состава фонда, как вы предложили, абсолютно нецелесообразно. Мы как были, так и останемся участниками этого важного международного финансового института, и надеемся, что объёмы поддержки, которую может осуществлять Международный валютный фонд в случае его дополнительной капитализации, могли бы быть более весомыми, и принципы работы могли быть более справедливыми и эффективными, о чём мы сейчас и говорим. Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 10 декабря 2015 > № 1577479 Антон Силуанов


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 9 декабря 2015 > № 1577482 Дмитрий Медведев

«Разговор с Дмитрием Медведевым». Интервь