Всего новостей: 2226246, выбрано 329 за 0.032 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 25 июня 2015 > № 1410884 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов

Заседание Правительства.

Основной вопрос повестки – об основных направлениях бюджетной политики и характеристиках федерального бюджета на 2016-2018 годы.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, коллеги! Несколько слов по теме, которая имеет большое значение для развития страны.

Как вы знаете, вчера Президент подписал Указ о продлении действия отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации. Я только что утвердил Актом Правительства перечень товаров, в отношении которых ещё на один год продлён запрет на импорт в нашу страну – до 5 августа следующего года.

Перечень в принципе ничем не отличается от того, что было, за исключением отдельных конкретных позиций по биоматериалам. В нём остаются те же продукты животноводства, включая мясо крупного рогатого скота, свинина, пищевые субпродукты, рыба и ракообразные, молоко и молочные продукты, овощи, колбасы и так далее. Все эти позиции остаются прежними, обращаю на это внимание всех, кто отвечает за работу. При этом просил бы внимательнее относиться к своим обязанностям и до выхода документов ничего не комментировать, потому что это смущает рынок и вносит неопределённость.

По понятным причинам мы приняли эти решения год назад и продлеваем их в ответ на известные решения Европейского союза и целого ряда других государств. Не мы начинали это санкционное противостояние, и для того, чтобы прекратить его, нужны взаимные усилия. К сожалению, со стороны этих государств мы пока никаких позитивных изменений не видим.

Но хочу отдельно подчеркнуть, что наши действия обусловлены в этом направлении прежде всего экономическими, а не политическими причинами.

Наши аграрии просили сохранять продуктовое эмбарго по этим видам продукции как можно дольше. Это понятно. Когда мы были вынуждены ввести ответные ограничительные меры почти год назад, этот шаг оказался для нас достаточно сложным и чувствительным, в том числе из-за всплеска цен на продукты. В то же время он придал импульс всему сельскому хозяйству.

Сегодня сельское хозяйство развивается достаточно динамично, в том числе благодаря целевой поддержке со стороны государства и введённым ограничениям на импорт. Стабильно растёт животноводство. С введением ограничений на импорт российские производители получили уникальные возможности для сбыта своей продукции, гораздо более заметным стало их присутствие в торговых сетях. Но, конечно, нам нужно ускоренными темпами развивать и отдельные направления того же самого животноводства, где у нас есть проблемы. Садоводство, овощеводство, селекционные предприятия – здесь пока дела обстоят чуть сложнее. И как раз главная задача остаётся прежней: поддержать наших аграриев в сложившихся экономических условиях и сделать всё, чтобы наше сельское хозяйство обеспечивало всем нашим гражданам продовольственную независимость.

Ограничительные меры продлены. Мы учитываем при принятии этого решения, годичного решения, и сезонные циклы сельхозпроизводства. Надеюсь, что аграрные предприятия воспользуются этими возможностями, а наши люди получат качественные и вкусные российские продукты.

Тем не менее этот перечень, конечно, не является константой и может быть изменён в зависимости от целого ряда причин, в том числе и от того, как будут складываться наши отношения с европейскими партнёрами и партнёрами из целого ряда других стран.

Теперь к повестке дня. Большой блок сегодняшних вопросов связан с формированием федерального бюджета на 2016 год и последующие два года. Мы обсудим его базовые параметры, проект основных направлений бюджетной политики на период 2016–2018 годов, предельные объёмы бюджетных ассигнований по государственным программам, а также проекты бюджетов Пенсионного фонда, Фондов социального и медицинского страхования.

Предложения Минфина мы уже обсуждали с большинством членов Правительства, в том числе вчера на заседании Правительственной комиссии по бюджетным проектировкам. Принятые сегодня решения станут основой для разработки проекта бюджета. После рассмотрения на заседании Правительства он будет представлен в Государственную Думу, но уже сегодня нужно начинать активно работать с коллегами из Государственной Думы и Совета Федерации.

На какие моменты хотел бы обратить особое внимание.

Первое. Бюджетная политика на ближайшие три года должна учитывать долгосрочные риски и вызовы, с которыми сталкивается наша экономика, о чём я и вчера говорил, в том числе те, которые связаны со структурными и демографическими дисбалансами, – это как бы наши внутренние проблемы. По сравнению, правда, с прошлым бюджетным циклом их, к сожалению, меньше не стало. Сохраняется неопределённость на мировых финансовых и сырьевых рынках, продолжают действовать санкционные ограничения – это внешние проблемы. Всё это нужно иметь в виду, планируя доходы и расходы бюджета, и крайне аккуратно принимать решения по использованию резервов.

Второе, о чём хотел бы сказать. Одной из основных задач бюджетной политики остаётся обеспечение долгосрочной устойчивости экономики к внешним шокам и сбалансированность бюджетной системы. Прежде всего это касается региональных и местных бюджетов.

Нам необходимы энергичные меры, которые позволят сократить дефицит и ограничить неэффективные расходы, их ещё предостаточно, там есть где работать, есть чем заниматься, есть что сокращать. Обращаю на это внимание, это ответственность всех федеральных органов исполнительной власти без исключения. С другой стороны, нужно увеличивать доходную базу, рассчитываю, что у коллег будут конкретные предложения на сей счет.

Третье. Бюджетная политика должна стимулировать структурные изменения и развитие реального сектора, создавать такие условия, чтобы наши промышленные и сельскохозяйственные предприятия могли использовать возможности, которые возникли в том числе в связи с ослаблением рубля и введением ответных ограничительных мер.

Нам не нужен бюджет, который провоцировал бы необоснованный рост цен, и понятно почему. Небольшая инфляция означает, во-первых, снижение процентных ставок, а это напрямую повлияет и на текущую предпринимательскую активность, и, конечно, на инвестиционные планы бизнеса. Понятно, что и на темпы импортозамещения повлияет, и – что особенно важно, на что мы всё время обращаем внимание, – на то, сколько денег будет в региональных бюджетах.

И наконец, в отношении сокращения неэффективных расходов. Начиная с прошлого года федеральный бюджет планируется и исполняется на основе госпрограмм. Через этот механизм проходит более половины бюджетных расходов, по открытой части это 57%. Недавно на заседании Правительства мы отдельно обсуждали, как идёт их выполнение. Информации, чтобы понять, какие программы работают эффективно, а какие не очень, достаточно. И мы договаривались, что каждая госпрограмма, каждое направление бюджетных расходов будут ещё раз самым внимательным образом проанализированы, чтобы решить, на какие проекты и в каком объёме необходимо выделить деньги из бюджета. Знаю, что по многим программам такая работа уже проведена, есть конкретные предложения по оптимизации этих программ.

Вчера на Комиссии по бюджетным проектировкам мы говорили о предельных объёмах финансирования госпрограмм. Сегодня мы ещё раз обсудим этот вопрос с участием всех членов Правительства. Затем начнём работу с лимитами финансирования. И, как я вчера сказал, я проведу все необходимые совещания по отраслям лично.

Также мы рассмотрим перечень ФЦП, которые финансируются в текущий период за счёт федерального бюджета. Федеральные целевые программы должны быть сконцентрированы на самых важных направлениях, среди них обеспечение обороны и безопасности, социально-экономическое развитие регионов, строительство жилья, коммунальной инфраструктуры, развитие сельских территорий, развитие водохозяйственного комплекса, фармацевтической промышленности, медицинской промышленности, сооружение транспортного перехода на Крымский полуостров и целый ряд других очень важных направлений.

Отмечу, что перечень целевых программ разрабатывался в условиях жёстких бюджетных ограничений. Тем не менее, несмотря на трудности, в следующем году планируется запуск ряда новых федеральных целевых программ.

Принципиально важно повышать эффективность бюджетных расходов, работать так, чтобы государственные инвестиции приносили максимальную отдачу. Конечно, нужно завершить уже начатые стройки, особенно те, которые находятся в максимальной степени готовности. Часть федеральных программ, которая не вписалась в лимиты финансирования и, соответственно, не включена в перечень, перешла в так называемый лист ожидания. Решение по этим программам мы примем позже с учётом того, как будет складываться ситуация с исполнением бюджета.

Мы также рассмотрим бюджеты государственных внебюджетных фондов – пенсионного, социального страхования и обязательного медицинского страхования. Они должны быть увязаны с общими подходами к бюджетной политике, с параметрами федерального бюджета, конечно, учитывать сложившуюся ситуацию и прогнозы. Бюджетные параметры фондов в рамках трёхлетнего периода будут уточняться.

Сегодня мы рассмотрим вопрос о подписании Российской Федерацией Соглашения по Азиатскому банку инфраструктурных инвестиций. Этот банк был создан по предложению наших партнёров из Китая для финансирования инфраструктурных проектов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Участие в нём России, тем более на одной из ведущих ролей, нашим интересам отвечает в полной мере: появляется новый финансовый институт, который расширяет доступ наших компаний к кредитным ресурсам, а это немаловажно, особенно в сегодняшних условиях. Кроме того, наш российский Дальний Восток может стать одной из зон ответственности банка. Что это означает на практике? Это возможности привлекать также недорогое финансирование, пользоваться финансовыми гарантиями банка и технической помощью. Надеюсь, это будет работать на развитие нашего Дальнего Востока. Сегодня у нас, кстати, заседание Правительственной комиссии по развитию Дальнего Востока.

Теперь, пожалуйста, по бюджетной политике. Основное сообщение у Антона Германовича Силуанова.

А.Силуанов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Бюджет на 2016–2018 годы составлен в условиях макроэкономического прогноза, учитывающего новые параметры по динамике валового внутреннего продукта, ценам на нефть, то есть те параметры, которые определяют возможности федерального бюджета. А возможности федерального бюджета снижаются по сравнению с теми параметрами, с теми объёмами, которые мы предусмотрели при утверждении бюджета на 2015–2017 годы.

В связи с этим какие цели и задачи бюджета мы закладываем в бюджетную политику. Несмотря на снижение доходов, тем не менее бюджет в этих условиях должен содействовать экономическому росту за счёт, первое, неизменности налогового бремени для хозяйствующих субъектов и, наоборот, стимулирования вложения средств в новые проекты за счёт совершенствования налогового законодательства, стимулирования развития малого и среднего предпринимательства, а также стимулирования развития экономической активности в отдельных территориях – мы создаём территории опережающего развития.

Второе, создание условий для запуска внутренних инвестиций. Через бюджет мы влияем на инфляцию, она будет снижаться, и принятое решение по текущему году доказывает правильность этих решений – инфляция в последние месяцы значительно снижается, а за снижением инфляции идёт снижение ставок и, соответственно, повышается доступность кредитных ресурсов для экономики.

Третье, содействие изменению структуры валового внутреннего продукта за счёт снижения текущих расходов в пользу сбережений инвестиций, которые нам необходимы для экономического роста.

Бюджет, действительно, Дмитрий Анатольевич, как Вы сказали, должен решать не только проблемы сегодняшнего и завтрашнего дня, но и учитывать последствия сегодняшних решений на средний и долгосрочный период, учитывать риски, включая демографические. Это значит, что формировать параметры бюджета сегодня нам нужно, исходя из тех возможностей, которые будут исполнены в обязательном порядке не только в 2016–2018 годах, но и в последующие периоды.

Как определялись параметры бюджета, которые мы предлагаем сегодня рассмотреть?

Первое, сохранение и продолжение реализации тех приоритетов, которые ранее были определены на 2016, 2017 и 2018 годы в той трёхлетке, которую мы сегодня реализуем.

Это адаптация бюджета и к новым условиям и вызовам, потому что мы не можем сохранять на прежнем уровне те объёмы наших расходов, возможностей, которые мы формировали в совершенно других макроэкономических условиях.

И третье – это, конечно, рачительная трата резервов и, наоборот, восстановление резервов уже после 2018 года при цене на нефть более 70 долларов за баррель. Исходя из таких посылов, мы предлагаем сформировать параметры бюджета.

Плановые значения на 2016–2017 годы мы предлагаем сохранить в соответствии с теми решениями, которые были приняты при принятии бюджета на 2015–2017 годы, за исключением уменьшения этих параметров на так называемые нераспределённые условно утверждённые расходы. Они не были распределены по госпрограммам, они не были распределены по другим ассигнованиям, по министерствам и ведомствам, поэтому это тот резерв, которым мы пользуемся, если доходы снижаются по сравнению с ранее утверждёнными характеристиками бюджета. А 2018 год мы предлагаем определить, исходя из задачи снижения дефицита бюджета, сохранения резервов и незадействования резервного фонда.

Мы не можем не реагировать, действительно, на снижение того объёма нефтегазовых доходов, который за трёхлетку составляет около 4 трлн рублей. В этих условиях мы каждый год будем снижать и дефицит бюджета, постепенно будем снижать, и он составит в следующем году 2,4% ВВП, в 2017 году – 1,9% ВВП и в 2018 году – 0,7% ВВП.

Возможно ли уложить ранее принятые решения в конструкцию такого бюджета? Да, очевидно, возможно, но при соблюдении двух условий.

Первое – это учёт в бюджете 2016–2018 годов результатов работы по повышению эффективности расходов. В рамках комиссии, которая проводилась в Правительстве под руководством Игоря Ивановича Шувалова, мы прошли практически по всем госпрограммам и видим возможность сокращения на 10% расходов за счёт неэффективных расходов и трат, поэтому это решение мы предлагаем дальше продлить, не только на 2015 год, но и на 2016, 2017 и 2018 годы. Это первое соображение.

И второе – это индексация пенсий, социальных выплат, пособий на том уровне, который был учтён в бюджете 2015–2017 годов, а именно: в 2016 году – это 5,5%, в 2017 году – это 4,5%, в 2018 году мы предлагаем проиндексировать эти расходы на целевой показатель инфляции, то есть 4%.

Почему требуется изменить порядок индексации? Потому что рост доходов Пенсионного фонда на одного пенсионера, мы видим, в текущем году составляет всего 1,7%. Соответственно, если мы будем увеличивать индексацию на более высокие темпы, то это будет приводить к разбалансировке Пенсионного фонда и, соответственно, дополнительному увеличению бюджетных трат. Это первое соображение. Второе. Снижаются темпы роста заработных плат. В реальном выражении в этом году это отрицательные величины, в следующем году – практически нулевой рост. С учётом этого фактора мы не можем разгонять другие выплаты. Индексация сверх целевых параметров, которая предлагается, может привести к росту инфляции и, соответственно, к росту инфляционной спирали, что мы не можем допустить. Реализация этого предложения должна сопровождаться, на наш взгляд, неиндексацией зарплат государственным гражданским служащим и военнослужащим. Мы считаем, необходимо довести до конца решение о сокращении на 10%, которое мы приняли в текущем году, численности государственных гражданских служащих и фонда оплаты труда, другие меры по снижению гарантий в области государственной гражданской службы.

Если этого не делать, то нам необходимо будет сокращать расходы дополнительно к тем решениям, которые мы принимали в текущем году, ещё на 7,6% в 2016 году, на 13,7% в 2017 году и почти на 20% в 2018 году. Это означает снижение качества других не менее важных услуг, таких как образование, здравоохранение, снижение оборонных расходов, и нереализацию темпов, заложенных в прогнозе социально-экономического развития.

Поэтому мы предлагаем осуществить индексацию сверх возможностей Пенсионного фонда, с одной стороны, но с учётом возможностей и федерального бюджета.

Что в результате мы получаем? Мы видим, что расходы на госпрограммы в целом растут в 2016 году по сравнению с 2015 годом, растут расходы на транспорт, на космическую деятельность, растут расходы на программу по Дальнему Востоку почти в два раза, расходы на программы образования, здравоохранения, фармацевтики, растут расходы и на федеральные целевые программы, в том числе «Развитие российских космодромов». То есть та структура, которую мы определяли при подготовке бюджета на 2015–2017 годы, сохраняется с учётом работы по повышению эффективности.

Мы считаем, что нам необходимо продолжить работу по снижению неэффективных расходов внутри госпрограмм, бюджетных ассигнований, с тем чтобы найти ресурсы и резервы на наши новые задачи. Эта задача как раз относится к нашим министерствам и ведомствам, которые должны рачительно распорядиться теми лимитами, которые мы доведём.

У нас не будет ресурсов на разногласия, поэтому все те решения, которые были приняты, которые министерства и ведомства считают необходимым дополнительно реализовать к бюджету, они должны осуществляться за счёт и внутри тех ассигнований, которые мы сегодня определяем.

И с учётом принятых сегодня решений мы доведём лимиты бюджетных ассигнований, начнём работу по детальному рассмотрению бюджетных проектировок с министерствами и ведомствами – это сегодня определение бюджетных параметров на предстоящую трёхлетку. Основную работу по распределению бюджетных ассигнований, по работе над эффективностью бюджетных расходов мы сейчас будем проводить, и к середине сентября уже окончательно выйдем на итоговые решения, которые также будут рассмотрены на Правительстве.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 25 июня 2015 > № 1410884 Дмитрий Медведев, Антон Силуанов


Казахстан > Миграция, виза, туризм > kapital.kz, 20 июня 2015 > № 1411469 Рашида Шайкенова

Изменения, внесенные в закон, ухудшают ситуацию на рынке

На казахстанском туристическом рынке вновь неспокойно

На казахстанском туристическом рынке вновь неспокойно. До сих пор идут активные споры вокруг поправок в Закон «О туристской деятельности в РК», вступивших в силу 1 января этого года. Часть игроков поддерживает их введение, другая часть, в частности, Казахстанская туристская ассоциация (КТА) категорически с ними не согласна. О том, почему внести изменения в закон было необходимо, уже не раз высказывались члены недавно созданной Ассоциации туристских агентств Казахстана. Обычно открытая для общения с прессой глава КТА Рашида Шайкенова до сих пор хранила молчание по этому вопросу. Озвучить свою позицию и объяснить, почему члены КТА выступают за отмену внесенных в закон изменений, она согласилась в эксклюзивном интервью нашему изданию.

- Поправки буквально раскололи казахстанский туристический рынок. Как вы можете прокомментировать сложившуюся ситуацию? Почему они так неоднозначно восприняты?

- Мы, к сожалению, проект внесения изменений в закон до их вступления в силу не получали и не участвовали в обсуждении этой нормы закона. Хотя в составе КТА есть большая рабочая группа профессионалов, которые по 18-20 лет работают на рынке и имеют большой опыт и авторитет среди коллег. Поправка, которая была внесена в закон летом прошлого года, прошла через какие-то согласования в НПП, комитете индустрии туризма (сейчас – департамент туризма Министерства по инвестициям и развитию Казахстана – прим. ред.), а потом вдруг 31 декабря 2014 года появилась в законе, а уже 1 января 2015 года вступила в силу. Хотя в соответствии с законом о частном предпринимательстве и правоустанавливающими документами НПП любая законодательная акция, меняющая ситуацию на рынке, должна проходить отраслевую экспертизу.

Внесенные поправки мы рассматриваем как кардинальное изменение. И это не относится к разграничению деятельности туроператора и турагента. В результате очень многих встреч, дебатов, споров мы не увидели моментов, которые могут повлиять на структурирование рынка. Казахстанская туристская ассоциация написала очень много писем в НПП, мы обратились к депутатам с обращением о том, что этот закон родился спонтанно, непродуманно и ухудшает ситуацию на рынке.

Сейчас мы даем свою редакцию и обоснование этого законодательного акта. 8 мая мы пригласили заместителя председателя правления Национальной палаты предпринимателей Гульнар Курбанбаеву и провели заседание совета и рабочей группы КТА, чтобы еще раз озвучить свою позицию. Мы считаем, что эта норма является ограничением на пути развития МСБ в сфере туризма и, несмотря на то, что целью внесения поправок предполагалось структурирование рынка, очевидно, что эта поправка не решает вопрос.

Мы все малый бизнес, нас не надо регулировать. О дерегулировании малого бизнеса говорил и президент страны, выступая недавно на Совете иностранных инвесторов. У НПП вообще должен быть иммунитет на все то, что может ограничивать предпринимательскую деятельность.

- Так каковы же основные аргументы против введенных поправок?

- Их несколько. Во-первых, на рынке работает очень много туроператоров, которые формируют и продают индивидуальные туры, это так называемые нишевые туроператоры. Давным-давно прошли те времена, когда мы работали, ориентируясь на группы, сегодня мы имеем дело с опытным туристом, который знает, что такое качественная услуга, знает, чего он хочет, и требует особого внимания. Это не массовый турист. Так вот эта статья закона ограничивает предпринимательскую деятельность нишевых туроператоров. Существует понятие оптовой и розничной торговли, по сути, нам запретили заниматься розничной торговлей. Нишевые туроператоры долго обучали своих сотрудников, вкладывали в них средства, формировали команду, а это очень большая работа, так как в целом вопрос подготовки кадров в индустрии туризма на сегодняшний день оставляет желать лучшего. Туроператоры, работающие по организации индивидуальных туров, годами нарабатывали клиентскую базу, а теперь получается, что, сформировав свой турпродукт, который они обычно продавали сами, должны отдать его какому-то турагентству.

Есть еще и такой момент – договоры на оказание услуг деловых поездок для корпоративных клиентов. Они, как известно, заключаются на основании тендеров, где в техническом задании оговариваются все требования к поставщику услуг. Существует достаточно большой сегмент корпоративных клиентов, которые выносят на тендер свои услуги. И компании должны работать именно с теми, кто выиграл тендер, условия тендера нельзя нарушить. А получается, что турагентство ни при каких обстоятельствах не сможет продать турпродукт корпоративному клиенту, потому что турагент не формирует турпродукт.

Кроме этого, присутствует искусственное завышение потребительской цены для конечного клиента. Получается, что туроператор сформировал турпродукт, продал турагенту за определенную цену, а турагент в свою очередь начисляет свою комиссию, тем самым повышая стоимость турпродукта для конечного потребителя в не самые лучшие времена для потребительского рынка.

Чтобы не оказаться в роли нарушителей закона, туроператоры вынуждены создавать второе юридическое лицо в форме турагентства, а это влечет за собой дополнительные финансовые затраты. Теперь создано огромное количество юридических лиц, которые по сути не являются самостоятельными представителями МСБ. А чтобы создать турагентскую компанию, нужны деньги, онлайн-системы бронирования, кассовый аппарат, надо повысить зарплату бухгалтеру, у которого увеличивается нагрузка. Все это может стоить от $10 тыс. до $15 тыс.

У меня остается вопрос: так что же улучшают эти поправки?

- Как я понимаю, разграничивают ответственность между туроператором, который не может работать напрямую с физлицом, и турагентом. Теперь на туроператоре лежит больше ответственности. Получается, в итоге от неприятных инцидентов, которые были на рынке в прошлом году, застрахован турист.

- Нет, эти поправки не имеют никакого отношения к страховке.

- Тогда в чем смысл, польза внесенных поправок для рынка или для непосредственно туриста?

- Так мы тоже всем задаем этот вопрос. Причем закон называется «Об улучшении предпринимательской среды», мы же увидели ее реальное ухудшение. Мы просим НПП: расскажите, покажите нам, убедите, что это благо для нашего рынка. Ни одного весомого, реального аргумента мы не услышали.

- Получается, что фактически только разграничены понятия «турагент» и «туроператор»?

- Так они и так были разграничены: туроператор лицензируется, а турагент нет. Турагент не имеет права напрямую работать с зарубежным партнером, такое право имеет только туроператор.

- От внесенных поправок больше всего пострадали нишевые операторы. Мне хотелось бы понять масштаб проблемы. Сколько, к примеру, среди членов КТА таких туроператоров?

- На нашем рынке всего несколько туроператоров-чартеродержателей, я могу их всех перечислить. Это KOMPAS, Tez tour, TRAVELSYSTEM, Kazunion. Следующий сегмент операторов – это так называемые блочники, которые выкупают блоки мест на бортах у основных туроператоров, и, наконец, самый большой сегмент – это нишевые туроператоры. К примеру, из 164 действительных членов КТА 90% – это именно нишевые туроператоры.

- Это понятно, что вы, как глава отраслевой ассоциации, должны защищать интересы своих членов. Но кто защитит туриста?

- А что даст туристу то, что вы придете покупать путевки не к туроператору, а к турагенту?

- Какие меры предлагаете вы, чтобы обезопасить предстоящий горячий сезон?

- Сейчас и в НПП, и в департаменте туризма активно обсуждается идея создания некоего фонда по защите туристов, в который все турфирмы должны будут перечислять определенную сумму.

- Это же принципы работы производственного кооператива «Байтак» и отраслевой ассоциации «АТАК».

- Фонд защиты туристов должен быть независимой структурой, его учредителем может быть туристский страховой бизнес, управление фондом осуществляется избранным советом директоров, в нем должны быть широко представлены госорганы, депутаты, НПП, отраслевые объединения, туроператоры и турагенты. В частный фонд люди не пойдут, так как главный вопрос здесь – доверие. Доверие вызовет только тот фонд, в котором есть представители различных инстанций, где решения принимаются коллегиально, а структура прозрачна.

Сумма взносов в фонд должна определяться советом директоров в соответствии с реальной обстановкой на предприятиях малого бизнеса в сфере туристских услуг.

Таким образом, я вижу два инструмента стабилизации ситуации на туристском рынке: страхование и создание такого фонда.

- Поддержите ли вы идею о том, что страховать надо не объект туризма, а субъект, то есть непосредственно туристов?

- В этом нет ничего революционного, страховщики предлагают всем нам страховаться. Существуют два вида страхования – гражданско-правовой ответственности турагента и туроператора и медицинское страхование для туристов. Наши туристы в обязательном порядке оформляют страховку только, когда подают документы на получение Шенгенской визы, причем берут самую дешевую. Это вопрос нашей низкой страховой культуры, и мы давно говорим об этом страховому рынку.

Если говорить о страховании рынка, гражданско-правовой ответственности, то мы на подходе к тому, чтобы увеличить страховую суму для туроператоров и турагентов. Существует масса цивилизованных инструментов повышения ответственности игроков рынка, и в первую очередь это страховой инструмент. Мы не против увеличения, но хотим в ответ видеть повышение ответственности страховых компаний. Опыт тех компаний, которые «грохнулись», показал, что страховой рынок хочет только зарабатывать, а не возвращать. Это взаимоотношения двух бизнесов: страхового и туристского, здесь важно прийти к консенсусу через договор. Государство может повысить самый низкий страховой полис, а это в свою очередь повысит ответственность туроператора.

Страхование туристов – это тоже инструмент, но это должен быть добровольный инструмент. Не должны происходить ситуации, когда нас не выпускают из страны из-за отсутствия страхового полиса, эту норму нельзя вводить в закон. Необходимо разрабатывать разные страховые продукты, которые можно предложить на выбор туристам. Это вопрос безопасности туриста и ответственности рынка. Но, повторюсь, что к изменениям в законе это не имеет никакого отношения.

- На какой стадии ваша работа по отмене этих поправок находится сейчас?

- Состоялось заседание в департаменте индустрии туризма, там есть несколько членов с правом голоса, по-моему, из 13 или 14, семеро из них проголосовали против этой нормы.

У нас есть еще одна проблема. В Астане не всегда слышат голос алматинского рынка, а между тем Алматы сегодня – это 70% доходов от туризма в республиканский бюджет, это самое большое количество турфирм. Скидывать со счетов этот сегмент рынка нельзя, поэтому мы пригласили сюда заместителя председателя правления НПП и сейчас по итогам совместного заседания готовим протокол и намереваемся добиваться отмены этих изменений.

Мы вообще привыкли работать системно. Последние события на рынке сыграли очень плохую роль для выездного туризма в Казахстане. Мы теряем доверие потребителей, и нас это очень беспокоит. А комментировать неразумные выпады в наш адрес, полоскать наше «грязное белье» перед всем народом, тем самым создавая имидж туристского рынка как малокультурного, мы не хотим, и воду на эту мельницу лить не будем. У нас и без этого огромное количество нерешенных проблем.

- И в заключение традиционный вопрос о ваших прогнозах по рынку на предстоящий сезон?

- Сецчас происходит падение спроса на туристские услуги. Рынок выездного туризма до сих пор был наиболее динамично развивающимся, ежегодно мы имели увеличение на 25-28%. Сегодня же мы видим падение спроса на 18-20%.

Среди причин этого февральская девальвация, потом ожидание второй девальвации, общая финансовая нестабильность на рынке, а также утрата доверия со стороны потребителя к туристскому рынку. У нас есть очень серьезный конкурент – интернет. Молодое поколение уходит туда, бронирует самостоятельно, возможностей сейчас там много. Интернет дает возможность снизить стоимость турпродукта. Хотя это не всегда работает, например, туроператор, который много лет качественно работает на рынке, имеет серьезные скидки от турецких отелей. Но спрос падает, конечно, не столько из-за цены, а все-таки из-за утраты доверия к рынку.

В целом я не думаю, что этот сезон будет отличаться от других. Самыми популярными направлениями остаются Турция и озеро Иссык-Куль в Кыргызстане, несмотря на то, что там по туристской статистике цифры занижены, но это происходит потому, что большое количество казахстанцев ездит туда не через турфирмы. Традиционно популярны Болгария и Греция, куда в этом году будут летать чартеры. Пляжные европейские страны системно утверждаются на нашем рынке. Есть чартер на Барселону. Повышается спрос на свежие, новые впечатления, мы ищем эти новые рынки и ставим на них чартеры, дающие возможности уменьшения цены. Большим интересом у более обеспеченных людей пользуется Западная Европа. Примерная география на летний туризм такая.

Казахстан > Миграция, виза, туризм > kapital.kz, 20 июня 2015 > № 1411469 Рашида Шайкенова


Украина > Медицина > interfax.com.ua, 19 июня 2015 > № 1409757 Олег Мусий

Олег Мусий: "Необходимо легализовать доходы учреждений и медиков"

Эксклюзивное интервью заместителя главы Комитета Верховной Рады по здравоохранению Олега Мусия агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос:Насколько необходимо реформировать систему здравоохранения? Почему? В чем заключается основная проблема существующей системы? К чему может привести ее сохранение?

Ответ: Реформирование - не совсем удачное слово. Большинство граждан воспринимает его как резкие изменения. А любые резкие изменения чреваты неприятностями и для системы, и для населения, и для тех, кто на такое пойдет. Поэтому Всемирная организация здравоохранения рекомендует применять более спокойное понятие "укрепление системы".

У нас же задача все-таки более сложная. Много лет в сферу здравоохранения страны не вносились существенные изменения. Финансирование резко снизилось, а эффективность использования средств не менялась. Мы продолжаем содержать избыточные мощности стационаров, отсутствует мотивация к повышению качества обслуживания как на уровне учреждений, так и на уровне отдельного исполнителя. Кадровая политика – полный провал: пополнение давно не перекрывает убыль, возрастает удельный вес работающих пенсионеров, лучшие, наиболее активные кадры, уходят в частный сектор или уезжают за границу. Кроме того, низкий уровень качества управленческой информации из-за фальсификации статистических данных. Система очень закрыта и коррумпирована, управление крайне неэффективно.

Отражение этих проблем в работе учреждений здравоохранения ощущают практически каждый работник отрасли и пациент. Современный мир знает, что развиваться "от проблем" - это путь в никуда, это - движение, обреченное на неуспех. Успех - это движение к цели, к видению идеального будущего. Общеизвестно, к чему может привести отсутствие изменений, - это разрушение и смерть! В природе все, что не развивается, - гибнет. Поэтому нужно не дыры латать, а планомерно строить новую национальную модель здравоохранения.

Вопрос:Сколько времени должна занять медицинская реформа?

Ответ: По большому счету, она не должна заканчиваться никогда. Наука и практика лидеров идет впереди и непрерывно дает новые ориентиры для движения вперед.

Нам есть чему поучиться хотя бы у наших соседей из Восточной Европы. Еще не все понято и оценено из опыта эксперимента реформирования медицины в пилотных регионах. Кстати, Европейское бюро ВОЗ расценивает опыт "пилотов" в целом как правильный, но не завершенный в силу недостаточной продолжительности. Ведь известно: даже если реформа эффективна и охватила большую часть системы, это позитивно отражается на показателях здоровья не ранее чем через пять лет.

По оценкам экспертов, на формирование основных элементов новой национальной системы здравоохранения может потребоваться до пяти лет. Темп частично зависит и от финансирования реформ. Но говорить, что реформа зависит только от ресурсов, тоже неправильно. Многие задачи, как например, разработка законодательства, подготовка кадров, научное обоснование шагов реформы, не требуют значительного финансирования. А, скажем, оптимизация структуры стационарного сектора даже позволяет перераспределять и более эффективно использовать имеющиеся ресурсы. Попытаться такую махину развернуть быстро – гарантированно отправить ее на дно.

Предлагаемая нами Концепция построения новой национальной системы здравоохранения и план действий по ее реализации предусматривают временной период от пяти до 10 лет. Даже на введение известного всем медицинского страхования нужна отсрочка приблизительно два-три года после принятия соответствующего закона и упреждающих изменений налогового законодательства.

Также после принятия плана по реформированию одним из главных условий его успешной реализации является упреждающая информационно-разъяснительная работа как среди населения, так и среди медработников. Только в случае понимания и участия в реформировании всех сторон отрасли (государства, врачей, фармсектора, пациентов, общественных организаций) таким реформам гарантирован успех. На все это, естественно, необходимо не очень ограниченное время.

Вопрос: Как вы оцениваете возможную конкуренцию между частной и государственной медициной? Нужно ли ограничивать перечень услуг, которые могут предоставлять частные медицинские учреждения?

Ответ: Частный сектор в большинстве стран охватывает лишь небольшую часть рынка медицинского обслуживания. Правильность преобладания государственного сектора в социальной сфере доказана многими примерами и исследованиями. Но сегмент частного сектора, конечно же, может и должен быть значительно, в разы, расширен. Прежде всего, это касается высокотехнологичных услуг, высоких стандартов сервиса. Наша задача - содействовать снижению цен на такие услуги, возможно, путем налоговых преференций для медицинского бизнеса. И никаких ограничений для частных поставщиков медуслуг по номенклатуре. Учреждения здравоохранения всех форм собственности и хозяйствования должны быть уравнены в праве получить госзаказ. Только равные права и живая конкуренция между частными и государственными медучреждениями могут гарантировать украинскому пациенту лучшее качество медицинской помощи, а медработникам - достойную заработную плату.

Однако правила такой работы еще не отработаны, законодательство - в стадии разработки. Безусловно, в этом нам может помочь положительный европейский опыт. Уверен, что перспектива и большое будущее в Украине есть и у частно-государственного партнерства, как в вопросах строительства больниц, так и во внедрении новых современнейших медицинских технологий.

Вопрос: Нужно ли предоставлять возможность государственным лечебным учреждениям оказывать платные медицинские услуги? Какие это могут быть услуги? Кто и как должен формировать цену на медуслуги госклиник?

Ответ: Сегодня это один из ключевых вопросов. Государственные гарантии медицинского обслуживания и возможности адекватно эти гарантии финансировать не сбалансированы. Население сегодня оплачивает более половины потребностей отрасли из собственного кармана. Это и коррупцией язык не поворачивается назвать – без этих платежей отрасль давно бы перестала существовать. Если запретить подобное дофинансирование – лучшие врачи уедут, технологии остановятся. Да что там - простой аппендицит без перевязочных материалов и скальпеля не сделаешь.

Бюджетных денег хватает только на неадекватно низкую зарплату, воду в кранах и свет в лампочках. Это результат несогласованности 49 и 95 статей Конституции. Необходимо легализовать доходы учреждений и медиков. Но сделать это можно ой как по-разному. ВОЗ предупреждает: нерегулируемая коммерциализация здравоохранения приводит к крайне негативным последствиям.

Систему здравоохранения "отпускать" нельзя как минимум пока не сформированы тарифы на медицинские услуги и не обусловлены четкие гарантированные государством минимумы бесплатной медицинской помощи. А это задача на не менее, чем несколько лет. Что бы там ни говорили "эксперты", которые в этом ничего не смыслят, - никому в мире не удалось провести реформы быстро. Сегодня важно решить вопрос принципиально - куда мы движемся - и разрабатывать гарантированный объем медицинской помощи (что тоже за полгода-год да еще при отсутствии тарифов не сделаешь). Думаю, можно рискнуть - ввести оплату, например, за гостиничные услуги. Оплачивают же пациенты коммуналку и питание, когда находятся дома. Одновременно нужно понимать, что гостиничные услуги при родах - это не "полежать, поесть, погреться", это часть необходимого обслуживания.

Не исчерпаны возможности государственно-приватного партнерства. В этой сфере у нас законодательство слишком рамочное, не имплементированы важнейшие европейские нормы. Частные инвестиции в государственные и коммунальные учреждения не защищены, процесс практически не идет.

Далеко не исчерпаны возможности добровольного медицинского страхования – его емкость в Украине, согласно мировому опыту, в 5-10 раз больше, чем сейчас. Сегодня, возможно, нужны определенные протекционистские меры, чтобы отдельные люди и корпоративные клиенты больше страховали свое здоровье в частных страховых организациях. Я не имею в виду, что нужно позволить ь частным страховщикам распоряжаться бюджетными средствами. Кто бы что нам не рассказывал, доказано: это конртпродуктивно, неэффективно. Мы не можем себе позволить из нынешнего и так скудного бюджета обеспечить еще и прибыль страхового бизнеса, а также расходы на содержание аппарата, которые выше чем в бюджетной системе, в 4-5 раз.

В этом вопросе нет простых и очень быстрых решений. В перспективе, когда уравняются права государственных и частных клиник, когда государственные клиники будут иметь статус неприбыльных, некоммерческих, возможно и предоставление ими платных медицинских услуг. Перечень подобных услуг и их цена обязательно должны находиться под контролем государства и местных органов власти.

Вопрос: Как вы видите возможность привлечения инвестиций в сферу здравоохранения? Нужно ли это или здравоохранение должно развиваться за счет государственного или местного бюджета?

Ответ: Первый источник – частные инвестиции, здесь необходимо новое законодательное поле. Будем над этим работать.

Второй источник – местные бюджеты. Здесь должен быть баланс между централизацией и децентрализацией, т. н. диалектическое "взаимодействие и борьба противоположностей" (кто изучал философию, помнит). Роль государства – обеспечить равную доступность и качество медицинского обслуживания повсеместно. Так называемый "государственный стандарт". Нельзя лишить медицинской помощи жителей даже депрессивных городов, сел и районов только потому, что там идет быстрая депопуляция. Поэтому финансы здравоохранения должны объединяться на максимальном уровне и распределяться равномерно – так работает вся Европа. Контроль качества - тоже функция в первую очередь государственная, хотя в некоторых странах его контролируют и профессиональные врачебные корпорации. Одновременно у местного самоуправления должно быть право и возможность дополнительно финансировать здравоохранение, в т.ч. инвестировать в развитие технологий, материально-технической базы, усиление кадрового потенциала, профилактические программы и т. д.

Третий источник – это инвестиции международных организаций. Европейский Союз немало помогал новым членам в развитии социальной сферы. Мы тоже можем рассчитывать на такую помощь. Но тут важно, чтобы политика в здравоохранении была быть понятной, прозрачной и прогнозируемой. Для этого она должна быть хотя бы задекларирована и корреспондироваться с рекомендациями ВОЗ, Всемирного банка, европейской практикой, результатами доказательных исследований. А вот этого как раз у нас пока и нет.

Четвертым источником могут быть благотворительные фонды, меценатство, религиозные организации, добровольные благотворительные взносы самим учреждениям здравоохранения. Здесь необходимо особо подчеркнуть: все эти взносы должны быть исключительно добровольными и никоим образом не влиять на предоставление или непредоставление медпомощи, а не так, как происходит сейчас – условно добровольные взносы, а по сути, оплата за медицинские услуги. Также должен быть контроль за использованием взносов. Эти вопросы тоже нужно четко отрегулировать в законодательном и правовом аспекте.

Вопрос: Как вы оцениваете деятельность Минздрава по реформированию системы здравоохранения? Какие действия/шаги вы считаете правильными, какие - неправильными? Что, по вашему мнению, нужно сделать Минздраву и что он не делает?

Ответ: Сейчас ситуация с оценкой работы Минздрава приобрела даже скандальный характер. Уже два комитета Верховной Рады – по здравоохранению и по борьбе с коррупцией - приняли решения о неудовлетворительной работе министерства. По поручению премьера проводится служебное расследование о бездеятельности руководства Минздрава. Непрофессионализм и непрозрачность кадровой политики в министерстве вызывают у подавляющего большинства общества полное недоумение.

Ни одного принятого документа относительно реформирования ни в Кабмине, ни в Минздраве до настоящего времени нет. Как можно оценивать то, что просто отсутствует? Красивые картинки и рассказы о все более прекрасных наших перспективах уже никого не впечатляют. Законопроекты, которые были столь широко и эффектно анонсированы в прессе как настоящая реформа, свелись к изменениям нескольких статей в "Основах законодательства о здравоохранении" и в правках одного-двух слов в еще нескольких законах. Предлагаемый законопроект затрагивает исключительно одну хотя и важную, но маленькую часть системы здравоохранения – статус медицинских учреждений.

Предлагаемые изменения в результате реализации ничего, кроме неприятностей, не несут. Отброшены все наработки предыдущих лет. Вместо этого предлагается просто отпустить систему в свободное плавание. Для продвижения этой идеи используются модные тезисы – о свободе больниц в зарабатывании и использовании бюджетных средств, "деньги идут за пациентом", гарантии - незащищенным слоям населения (я уже говорил, как это получилось в Грузии). При этом умалчиваются предостережения Всемирного банка и ВОЗ относительно огромных рисков для отрасли и населения, да что там говорить – для всей страны, ведь просчеты власти в здравоохранении - это отличный повод расшатать, разбалансировать всю систему власти. А впереди - выборы.

Поэтому нужно, прежде всего, вернуться к Концепции построения новой национальной системы здравоохранения, наработанной в 2014 году, стратегии и плану ее реализации. Начинать целесообразно с определения модели здравоохранения, общих принципов и видения перспектив. Любой вырванный из контекста шаг может оказаться или преждевременным или даже не в ту сторону. Сейчас Минздрав декларирует интенсивную работу над новым законом о медицинском страховании. Их предыдущие наработки вселяют опасения, что эта инициатива будет того же качества. А если речь идет только о том, чтобы поделиться бюджетными деньгами с частными страховщиками, это будет просто прикрытое лозунгами воровство.

Вопрос: Нужно ли проводить реорганизацию Минздрава?

Ответ: Конечно, нужно. Но сначала необходимо изменить его функции. Пока функции не изменены, любые реорганизации – это не более чем перетасовка кадров по должностям или метод "на выход" для неугодных. В то же время, бесспорно, нуждаются в усилении такие направления, как координация реформы, общественное здравоохранение, первичная помощь, управление качеством, информационно-комуникационное обеспечение. Сестринство вообще не имеет своего "начальника", хотя во всех европейских странах оно мощно представлено на всех уровнях управления. Конечно, должны уйти из Минздрава и закупки.

Часть функций должна быть передана организациям профессионального самоуправления врачей, медсестер, провизоров. Нами, кстати, подготовлен первый из необходимых в этом направлении законопроектов – "О врачебном самоуправлении". Предприятия, которые работают на медицинском рынке, должны иметь возможность создания саморегулирующихся объединений с передачей им некоторых регуляторных функций министерства. Такой подход используется в большинстве демократических стран мира.

При назначении кадров на высшие руководящие должности в министерстве необходимо, наконец, исключить квотный партийный принцип. Нужно ввести по всей вертикали переаттестацию руководителей и назначать их по результатам прозрачного конкурса с обязательным участием общественности. Необходимо скорее завершить процесс люстрации.

Новая структура Минздрава, в первую очередь, должна соответствовать новым функциям. Переход на электронный документооборот, электронный реестр пациентов и ограничение личных контактов с чиновниками даст возможность минимизировать коррупционную составляющую работы ведомства.

Вопрос: Как вы оцениваете действия Минздрава/правительства по регулированию фармрынка?

Ответ: По состоянию на сегодня считаю эту сферу наиболее коррумпированной как государственными чиновниками, оставшимися от предыдущей власти, так и новыми, назначенными уже в послемайданный период, которые быстро освоили старые схемы предшественников. "Крышевание" фармацевтического бизнеса и особенно его регулирования происходит на самых верхушках украинской власти.

Яркое свидетельство тому – очередная попытка монополизировать фармрынок. Свести регистрацию медикаментов, лицензирование, контроль качества и все проверки в едином государственном органе-монополисте. Идея со времен пресловутого Азарова продолжает жить и процветать в стенах нового Кабмина.

Непродуманное введение правительством референтного ценообразования при госзакупках медикаментов и изделий медицинского назначения на сегодня практически парализовало закупку медикаментов во всех больницах в стране. И Минздрав вместо отмены неуклюжего постановления и обещаний решить этот вопрос еще в марте до сегодняшнего дня неспособен предложить необходимые решения для выхода из паралича.

Ликвидация правительством Госслужбы по лекарственным средствам и отсутствие на протяжении более полугода новой структуры, которая бы перебрала на себя ее функции, привело к очередному коллапсу на фармрынке.

Убежден: демонополизация, деоффшоризация, понятные, прозрачные, одинаковые для всех участников рынка правила игры и саморегулирование будут способствовать скорейшему продвижению украинской фармации в ряды европейской. Вмешательство правительства и Минздрава здесь должны быть минимизированы и касаться исключительно регулирования общих правил игры и разработки методических рекомендаций.

Во многом разрешить существующие проблемы в фармотрасли позволит принятие новой редакции закона "О лекарственных средствах", полностью адаптированного к директивам ЕС. Такой законопроект уже зарегистирован в Верховной Раде, сейчас он проходит процедуру согласований, на его принятие есть политическая воля парламентского комитета по здравоохранению.

Украина > Медицина > interfax.com.ua, 19 июня 2015 > № 1409757 Олег Мусий


Россия > Медицина > kremlin.ru, 17 июня 2015 > № 1400773 Владимир Путин

Заседание президиума Госсовета по вопросу реализации государственной антинаркотической политики.

Под председательством Владимира Путина состоялось заседание президиума Государственного совета по вопросу «О ходе реализации государственной антинаркотической политики». Обсуждались меры по повышению эффективности борьбы с незаконным оборотом и потреблением наркотических средств.

В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Сегодня мы обсудим одну из наиболее острых и чувствительных проблем, мы регулярно к ней обращаемся: речь – о повышении эффективности борьбы с наркопреступностью. От этого, и все это хорошо понимают, напрямую зависят жизнь, здоровье большого количества наших граждан, и, можно сказать, национальная безопасность России.

Важно, что за последние годы, несмотря на то, что проблем осталось очень много, всё–таки удалось сформировать тенденцию снижения потребления наркотиков, сократилась смертность среди молодёжи, в том числе вызванная наркотической зависимостью. Если взять определённый возраст – от 15 до 34 лет, то с 2005 по 2014 год смертность сократилась на 30 процентов по этой категории.

Особо отмечу принятую пять лет назад Стратегию государственной антинаркотической политики России до 2020 года. По сути, этот документ стал планом борьбы с наркоугрозой, помог консолидировать усилия органов власти и гражданского общества в решении этой проблемы.

Вместе с тем ситуация с наркотизацией в России остаётся непростой. Не прекращаются попытки распространения наркотиков в регионах Российской Федерации, в том числе героина, поставляемого из Афганистана. К сожалению, – здесь мы вынуждены это констатировать – наши партнёры, которые присутствуют в Афганистане, не идут на совместную активную работу по этому направлению.

Новой серьёзной угрозой стали синтетические наркотики – так называемые курительные смеси, «спайсы», поставляемые из Европы и Юго-Восточной Азии. В этой связи хочу обратить ваше внимание на ряд приоритетных задач.

Первое. Учитывая, что основная масса так называемых тяжёлых наркотиков поступает к нам из–за рубежа, необходимо усилить оперативную работу не только ФСКН, но и ФСБ, Пограничной службы, всех, кто работает на границе, по пресечению наркотрафика.

Дополнительные меры нужно принять и для предотвращения распространения наркотиков через интернет, использования информационной среды для втягивания в наркоманию новых жертв, особенно, конечно, молодёжи.

Второе. Практика показывает, что успешная борьба с наркоугрозой прямо зависит от тесного взаимодействия с соответствующими органами иностранных государств и международными структурами. От постоянного обмена информацией и опытом работы действительно многое зависит, и при необходимости необходимо проводить и совместные оперативные мероприятия, информационные мероприятия.

Отмечу, что по инициативе России состоялся ряд крупных международных антинаркотических форумов. ФСКН совместно с международными организациями должна активно выстраивать сотрудничество в сфере противодействия наркомании и наркобизнесу. Нужно использовать все авторитетные международные площадки, прежде всего ООН, Краткая справка Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) Шанхайскую организацию сотрудничества, Краткая справка БРИКС (англ. BRICS) БРИКС, Краткая справка Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) ОДКБ.

В ходе подготовки к специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по наркотикам, которая состоится весной следующего года, необходимо выработать консолидированную позицию. Важно сосредоточить усилия мирового сообщества на ликвидации глобальных центров производства героина и кокаина и при этом способствовать созданию условий для социально-экономического развития стран, граждане которых из–за бедности вынуждены заниматься преступным промыслом.

И конечно, мы не можем не учитывать в нашей текущей работе, что ряд государств начали настоящую кампанию по легализации отдельных видов наркотиков, так называемых лёгких наркотиков. Мы, безусловно, выступаем против таких подходов, и эту точку зрения необходимо активнее продвигать на всех международных площадках.

Третье. Нужно повысить эффективность работы с теми, кто только начинает или только начал принимать наркотики. И здесь, прежде всего, требуются не карательное воздействие, не карательные меры, а эффективная система профилактики, лечения, реабилитации.

Необходимо усилить целенаправленную работу по формированию в обществе негативного отношения к наркопотреблению через средства массовой информации, молодёжные, волонтёрские организации.

Отмечу также, что наша страна одна из немногих в мире, где в системе здравоохранения действует специализированная наркологическая служба. Конечно же, нужно её поддерживать, внедрять самые современные лечебные технологии. По состоянию на 1 января текущего года в стране действуют 98 наркологических диспансеров, 10 наркологических больниц, 2082 амбулаторных [наркологических] кабинета.

Необходимо решать проблему освобождения людей от наркотической зависимости, но исключительно медицинскими мерами, конечно, здесь не справиться. Нужна последующая социальная реабилитация, возвращение к нормальной полноценной жизни.

До 1994 года, если кто помнит, этими вопросами в значительной мере занимались так называемые лечебно-трудовые профилактории, действовавшие тогда в системе органов внутренних дел. Ежегодно через них проходило до полумиллиона лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией. Конечно, эта система была несовершенной, принудительной, как мы помним, со многими проблемами, и было бы, конечно, ошибкой попытаться её копировать или воссоздавать абсолютно в прежнем виде. Однако очевидно, что саму систему социальной реабилитации нужно восстанавливать – уже на новой основе и на современных подходах, но восстанавливать нужно.

Эти задачи сейчас частично решают структуры гражданского общества – негосударственные реабилитационные центры. Всего по стране таких организаций более 500. Полагаю, что необходимо включить их в формируемую национальную систему комплексной реабилитации и ресоциализации наркопотребителей.

Поручение о создании такой системы было дано по итогам заседания президиума Государственного совета ещё в апреле 2011 года. Однако до настоящего времени не определён федеральный орган исполнительной власти, отвечающий за нормативно-правовое регулирование, контроль и надзор в сфере комплексной реабилитации наркопотребителей. Нет и ресурсного обеспечения государственной программы, предусматривающей создание самой национальной системы.

Давайте сегодня поговорим на этот счёт. Знаю дискуссию, которая идёт между ФСКН и Минфином на этот счёт. Понятно, что без денег здесь ничего не сделать, но просто так деньги давать неизвестно куда тоже неправильно. План нужен, система должна быть предложена для работы по этому направлению.

Добавлю в этой связи, что во многих регионах уже накоплен успешный опыт по реабилитации бывших наркопотребителей, мы должны его обобщить, активно использовать. Это одна из ключевых задач и сегодняшней нашей встречи, сегодняшнего президиума.

Давайте начнём работать.

Пожалуйста, слово Василию Юрьевичу Голубеву.

В.Голубев: Многоуважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги! Благодарю за возможность подготовить доклад рабочей группы Государственного совета.

Распространение наркомании по–прежнему одна из глобальных мировых угроз – наряду с международным терроризмом и локальными военными конфликтами. Являясь неотъемлемой частью современного многополярного мира, Российская Федерация в полной мере сталкивается с такими негативными явлениями, как агрессивная внешняя наркоэкспансия и сохраняющийся внутренний спрос на наркотики, прежде всего в молодёжной среде.

Необходимость обеспечения стабильности развития российского общества и государства легла в основу Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации до 2020 года. Анализ, проведённый рабочей группой Госсовета, показал, что деятельность органов государственной власти по реализации Стратегии носит системный поступательный характер. Создан государственный антинаркотический комитет, антинаркотические комиссии в субъектах Российской Федерации и на муниципальном уровне. Они реально стали органами, которые координируют межведомственное взаимодействие и формируют антинаркотическую вертикаль.

Функционирует государственная система мониторинга наркоситуации. Определены полномочия федеральных органов исполнительной власти и органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в сфере профилактики потребления наркотиков. Установлены основания и порядок осуществления мероприятий по раннему выявлению наркопотребителей, в том числе порядок по проведению социально-психологического тестирования и профилактических медицинских осмотров лиц, которые обучаются в общеобразовательных и образовательных учреждениях. Например, в Ростовской области тестирование проводится с 2011 года. Всего за четыре года подлежало тестированию 121 365 человек, провели тестирование 114 404 человек, это 94,3 процента. И вот какие результаты: 1362 человека отказались от тестирования, но обратились в наркологическую службу; было выявлено 379 положительных результатов, из которых подтверждено 121. Это 32 процента от тех, кто обратился самостоятельно и отказался от тестирования, и одна десятая процента от всех тестируемых, которые подлежали этой работе.

Сегодня в стране разработана и утверждена концепция профилактики употребления психоактивных веществ и в образовательной среде. Реализуется комплекс мероприятий по созданию государственной системы профилактики немедицинского потребления наркотиков по совершенствованию системы наркологической медицинской помощи и реабилитации больных наркоманией. Завершается модернизация наркологической службы.

Правоохранительные органы предпринимают меры по повышению раскрываемости наркопреступлений. Более активному выявлению преступлений, совершаемых лицами с диагнозом «наркомания», способствует совершенствование технологического и технического оснащения, использование современных методов химико-токсикологического контроля. За пять лет выявляемость таких преступлений увеличилась почти в четыре раза.

За этот период из незаконного оборота изъято 27,4 тонны опиатов, в том числе 12,5 тонны афганского героина, 144,2 тонны наркотиков каннабиоидной группы, а также более 19 тонн наркотиков синтетического ряда. Было ликвидировано почти 27 тысяч наркопритонов, выявлено почти 24 тысячи мест производства и изготовления наркотиков, в том числе 311 специализированно оборудованных подпольных химических лабораторий.

Сформирована система законодательства в сфере оборота наркотиков: введён законодательный запрет на оборот новых потенциально опасных психоактивных веществ, создана система правового побуждения наркопотребителей к прохождению курса освобождения от наркотической зависимости, введён рецептурный отпуск лекарственных препаратов, которые могут быть использованы наркопотребителями для изготовления дезоморфина. Это привело почти к полному искоренению дезоморфиновой наркомании.

Рабочая группа отмечает, что в целом в результате принятых мер органам государственной власти удалось стабилизировать наркоситуацию в стране. Важный результат антинаркотической деятельности – это сложившаяся обстановка сегодня в обществе, и достаточно низкая толерантность к наркотикам, и восприятие наркомании как угрозы своему будущему. Это подтверждается общественными инициативами в сфере антинаркотической деятельности.

Сформировано всероссийское молодёжное антинаркотическое движение, более 100 общественных организаций ведут активную работу, направленную за защиту интересов материнства, детства от наркотиков. В феврале 2015 года ими было принято решение об объединении и создании общероссийской общественной организации «Матери против наркотиков».

Как Вы уже сказали, Владимир Владимирович, в стране действует более 500 негосударственных центров, которые занимаются постмедицинской реабилитацией наркопотребителей. Вместе с тем рабочая группа отмечает: распространённость потребления наркотиков среди населения всё ещё остаётся на неприемлемо высоком уровне, хотя и имеет тенденцию к снижению. Данные социологических опросов, которые были проведены в 2014 году в рамках мониторинга наркоситуации, показывают: общее число лиц, употребляющих наркотики как регулярно, так и эпизодически, оценивается в 7,3 миллиона человек; число лиц, употребляющих наркотики регулярно, – в 2 миллиона человек.

С предложением попробовать наркотики сегодня сталкивается каждый четвёртый опрошенный респондент. Как вы все понимаете, уважаемые коллеги, практически все они граждане молодого и часто подросткового возраста.

Лица, употребляющие наркотики, способствуют формированию напряжённой криминогенной обстановки в стране. За 5 лет, с 2010-го по 2014-й, в России совершено более 1 миллиона преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, из них 813 тысяч – это тяжкие и особо тяжкие.

В учреждениях уголовно-исполнительной системы сегодня содержатся свыше 124 тысяч человек, которые нуждаются в психиатрической, наркологической помощи, из них 83,4 тысячи – с зависимостью от наркотиков.

Рабочей группой отмечено существенное увеличение количества граждан, совершивших преступления в состоянии наркотического опьянения. За пять лет их число увеличилось в 2,6 раза: с 9,5 тысячи до 24 300 человек.

Рассматривая экономический ущерб от незаконного оборота и немедицинского потребления наркотиков, надо принимать во внимание не только вред, который наносится обществу организованной наркопреступностью, но и то, что неспособность наркопотребителя полноценно участвовать в трудовых процессах влечёт за собой определённую нагрузку на экономику. Прежде всего, накорпотребители поставлены перед необходимостью добывать деньги на наркотики, как правило, противоправным путём. Постоянная потребность в наркотике, например, героинового наркомана определяется суммой минимум 2 тысячи рублей в сутки. Таким образом, ежегодно из валового внутреннего продукта страны выводится до 1,5 триллиона рублей. Это в полтора раза больше, чем бюджет Министерства обороны. При этом затраты бюджета на правоохранительные органы, судебную, уголовно-исполнительную системы в сфере противодействий наркопреступности составляют 96 миллиардов рублей в год.

Всё сказанное подтверждает вывод рабочей группы: дальнейшее наращивание усилий правоохранительных органов по противодействию незаконному обороту наркотиков без кардинального повышения эффективности деятельности по сокращению спроса на наркотики приведёт лишь к увеличению необоснованной нагрузки на правоохранительную, судебную и условно-исполнительную системы, к неэффективным бюджетным расходам, к тому, что не будет способствовать снижению уровня наркопотребления в стране.

Члены рабочей группы, эксперты отмечают, что недостаточно оказания наркологической медпомощи и медицинской реабилитации потребителям наркотиков и больным наркоманией для освобождения их от пагубной зависимости. Если пациенты после лечения и реабилитации предоставлены сами себе, то они очень быстро возвращаются в привычный антисоциальный круг. Необходимо организовать им постоянную занятость и социальную реабилитацию, чтобы помочь вырваться из среды потребителей наркотиков.

В российском обществе существует очевидный спрос на организацию чётко работающей контролируемой государством системы социальной реабилитации и ресоциализации наркопотребителей. В антинаркотической сфере общество нуждается в своего рода гуманитарной революции, которая обеспечит целенаправленную работу по активному включению наркопотребителей в долгосрочные программы избавления от зависимости.

Как отмечено рабочей группой, в стране создан институт альтернативы наказания, его апробация проводилась и в Ростовской области. Был выстроен механизм межведомственного взаимодействия, определён порядок действия при вынесении судом решения об освобождении от административной ответственности лиц в связи их согласием пройти медицинское и социальное восстановление в различных лечебно-профилактических учреждениях.

Результат достаточно очевиден: существенное увеличение числа лиц, которые выбрали в добровольном порядке комплекс мероприятий, направленный на освобождение от наркозависимости. Учитывая возрастающее число лиц, которые направляются в рамках административного судопроизводства для прохождения профилактических мероприятий (лечение, реабилитация, ресоциализация), необходимо обеспечить эффективный контроль исполнения решений суда.

В связи с этим предлагается, первое, должностных лиц органов внутренних дел наделить полномочиями по составлению протоколов об административных правонарушениях в рамках Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, связанных с уклонением потребителей наркотиков от возложенной судом обязанности прохождения диагностики, профилактических мероприятий, лечения от наркомании или медицинской, социальной реабилитации.

Второе. Разработать чёткие критерии, позволяющие установить наличие у человека наркотического опьянения, а также порядок соответствующего медицинского освидетельствования.

Третье. Ввести административную ответственность за отказ от прохождения медицинского освидетельствования при наличии признаков наркотического опьянения. Это позволит проводить освидетельствование не только водителей транспорта, как это сегодня предусмотрено действующим законодательством, но и других граждан.

Следующее и, на наш взгляд, главное направление работы – переформатирование механизмов реализации антинаркотической политики на региональном уровне. Существующую модель надо встроить в органы местного самоуправления, закрепить на уровне законодательства Российской Федерации не право, как это сегодня происходит, а их обязанность осуществлять работу по профилактике немедицинского употребления наркотиков, реабилитации и ресоциализации наркопотребителей. Антинаркотическую профилактическую работу необходимо организовать по месту жительства. Именно на этом уровне нужно обеспечить возможность помощи людям, а в случае возникновения проблемы наркопотребления – в их семьях и помощи самой семье.

Мною, как руководителем антинаркотической комиссии области, такая работа проводится в муниципальных образованиях области. Мы сделали определённые шаги, но считаю, что мы находимся ещё в начале пути. В итоге той проделанной работы число наркозависимых, больных наркоманией в регионе ежегодно сокращается примерно на 3 процента. А количество больных с диагнозом «синдром зависимости от наркомании» за 5 лет сократилось с 10 845 человек до 9842 – примерно на тысячу человек, которые имели такой диагноз.

Кроме того, рабочая группа предлагает нормативно закрепить обязанность исполнения решений антинаркотических комиссий в субъекте Российской Федерации для всех участников антинаркотической деятельности на территории региона.

Полагаем, такое решение будет способствовать повышению ответственности представителей органов исполнительной власти на местах перед руководством региона за организацию соответствующей работы. Новая модель региональной антинаркотической работы в условиях необходимости кардинального снижения спроса на наркотики должна обеспечивать активное включение наркопотребителей в долгосрочные комплексные реабилитационные программы.

В этой сфере предстоит решить ряд ключевых задач. Первая. Провести модернизацию законодательства с целью существенного сокращения спроса на наркотики, в том числе обеспечить формирование и функционирование системы комплексной реабилитации и ресоциализации наркопотребителей.

Принимая во внимание комплексный межведомственный характер этого элемента антинаркотической политики, предлагается возложить функции участия в формировании государственной политики в этой сфере на Государственный антинаркотический комитет. Одновременно необходимо определить федеральный орган исполнительной власти, который будет осуществлять нормативно-правовое регулирование, контроль и надзор в сфере реабилитации и ресоциализации наркопотребителей. Мы считаем, что таким органом должна стать Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков. Соответствующее положение целесообразно включить в проект закона об органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ. Такое поручение было дано Вами, Владимир Владимирович, ещё в 2013 году, однако законопроект до сих пор не внесён в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации.

Следующая задача – обеспечение реализации государственных программ по комплексной реабилитации и ресоциализации наркопотребителей на федеральном и региональном уровнях. Региональные власти при наличии соответствующих поручений готовы скорректировать государственные программы субъектов Российской Федерации и включить в них мероприятия по комплексной реабилитации и ресоциализации наркопотребителей.

Более того, некоторые субъекты эту работу используют и проводят её за счёт регионального бюджета. Если, например, взять Ростовскую область, мы провели соответствующие мероприятия в порядке эксперимента, и у нас сегодня начал уже работать институт сертификата на социальную реабилитацию наркопотребителей.

Для начала выделили или запланировали к выделению в областном бюджете текущего года 10 миллионов рублей. Но это скорее исключение. Причина достаточно простая – отсутствие федерального софинансирования. А финансовые возможности далеко не всех регионов сегодня позволяют эту работу развернуть полномасштабно, и, наверное, всё–таки правильно, чтобы эта работа проходила совместно с федеральным центром.

Уважаемый Владимир Владимирович! В заключение хотел бы ещё раз подчеркнуть следующее. Достижение целей, которые определены Стратегией государственной антинаркотической политики, невозможно без корректировки механизмов её реализации, в первую очередь на региональном уровне. Сегодня в российском обществе существует запрос на переформатирование работы по снижению спроса на наркотики. Составной её частью является создание контролируемой государством системы реабилитации и ресоциализации наркопотребления.

Несомненно, только опираясь на институты гражданского общества, эту работу можно проводить эффективно. При этом очень важна ресурсная, управленческая поддержка государства, и это, на мой взгляд, на взгляд рабочей группы, позволит в сжатые сроки обеспечить существенное снижение уровня немедицинского потребления наркотиков в стране.

Доклад окончен.

В.Путин: Спасибо большое.

Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков, Иванов Виктор Петрович, пожалуйста.

В.Иванов: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

12 лет назад указами Президента по созданию ФСКН России и Государственного антинаркотического комитета в стране были заложены основы государственной антинаркотической политики. Что мы имели в начале нулевых годов: крайне высокий уровень смертности молодёжи, отсутствие специализированного органа по борьбе с организованной транснациональной преступностью, практически нулевой уровень международного сотрудничества в этой сфере и беспомощность в отношении зарубежных центров производства наркотиков и трафика, – всё это накладывалось на серьёзную межведомственную разобщённость.

Какие результаты мы получили к настоящему времени благодаря энергичным решениям руководства страны? Прежде всего, как Вы, Владимир Владимирович, отметили, устойчивую тенденцию к снижению наркопотребления на фоне растущего негативного отношения к наркомании в целом – и, как результат, снижение смертности молодёжи на одну треть.

В стране действует специализированный орган по борьбе с организованной транснациональной преступностью – ФСКН, ликвидирующий до 90 процентов организованных преступных наркогруппировок. Выстроена организационная антинаркотическая вертикаль, как отмечал Василий Юрьевич Голубев, докладчик: это Государственный антинаркотический комитет, задача которого координировать, и он координирует федеральные органы исполнительной власти, антинаркотические комиссии в субъектах России и муниципальные антинаркотические комиссии.

Международное сотрудничество в антинаркотической сфере превращено в действенный инструмент укрепления авторитета России в мире. Регулярно проводятся стратегические антинаркотические операции с ведущими государствами мира. Подготовлено почти 3 тысячи наркополицейских для 35 государств. Строится специализированный тренинговый центр в Латинской Америке. Эффективно работают программы содействия антинаркотическим службам Киргизстана и Таджикистана.

Представляется исключительно важным также разработать антинаркотические программы содействия компетентным органам Афганистана и Пакистана для активизации работы по центру наркопроизводства и на международных каналах наркотрафика. Прошу Вашего поручения, Владимир Владимирович.

В рамках Вашего указания по выработке активной, наступательной позиции к предстоящей специальной сессии Генассамблеи ООН по проблеме наркотиков нами подготовлены и направлены в Министерство иностранных дел соответствующие предложения, учитывающие возможности ШОС, БРИКС и Организации Договора о коллективной безопасности. Особенно перспективным было бы проработать консолидированную антинаркотическую линию совместно со странами Европы. В этой связи считаю целесообразным предложить Евросоюзу организовать стратегическую рабочую группу по наркотикам Россия – Евросоюз, они к нам тянутся.

В стране сформирована целостная система национального антинаркотического законодательства. Создан действенный механизм правового побуждения наркопотребителей к освобождению от зависимости. В соответствии с Вашим решением подготовлен и согласован со всеми заинтересованными ведомствами закон об органах по контролю за оборотом наркотиков, требуется внести его в Думу.

Уважаемый Владимир Владимирович! В Вашем вступительном слове Вы предметно акцентировали внимание на ключевой роли социальной реабилитации как фундаментального элемента государственной антинаркотической политики и в то же время её главного недостающего звена. Я хотел бы обозначить некоторые вопросы, которые тормозят, скажем, принятие этой концепции.

Первое. Это инерционное восприятие наркомании как исключительной медицинской проблемы. Вы это тоже упомянули, что одними медицинскими силами это, конечно, не изменить – здесь требуется коррекция социального поведения этих людей.

Второе. Неготовность пока ещё сделать ставку на существующие институты гражданского общества в системной работе по возврату потребителей в социум.

Третье. Есть определённая недооценка возвратного экономического эффекта от реабилитации – к слову, кратно превышающего возможные госбюджетные затраты на эти цели.

Четвёртое. Отсутствие понимания социальной реабилитации как важнейшего инструмента правоохранительной деятельности, декриминализация молодёжной среды и разгрузки пенитенциарной системы.

Поскольку я уполномочен заниматься борьбой с преступностью, я хотел бы несколько слов сказать об этом. 85 процентов лиц, а это 100 тысяч человек, ежегодно привлекаемых к уголовной ответственности за наркопреступления, сами являются наркоманами, хранившими при себе одну-две дозы без цели сбыта. Поэтому представляется целесообразным работать с этим контингентом не через пенитенциарную систему, а через специализированные программы реабилитации. Это и дешевле, и эффективнее, и гуманнее.

По нашим подсчётам, суммарные затраты пенитенциарной системы, правоохранительных, судебных органов на привлечение только этих наркопотребителей к уголовной ответственности составляет 96 миллиардов рублей ежегодно, об этом Василий Юрьевич говорил. Социальная же реабилитация такого же количеств наркопотребителей обойдётся государству в 10 раз дешевле. Эти расчёты полностью корреспондируются с оценками Международного комитета по контролю над наркотиками Организации Объединённых Наций.

Более того, запуск программ реабилитации позволит сместить и сконцентрировать ресурс правоохранительных органов на ликвидации организованной преступности и каналов поставки наркотиков на территорию страны.

По данным Министерства внутренних дел России, две трети всех неквалифицированных мелких краж и грабежей, а это 340 тысяч преступлений ежегодно, осуществляют именно наркопотребители, которые осуществляют преступления для того, чтобы добыть себе деньги на вожделенную дозу. Поэтому, изымая многочисленный пласт наркопотребителей из общества, локализуя их в реабилитационных центрах, мы решаем одновременно три задачи. Во–первых, снижаем уровень преступности и финансовые затраты на борьбу с наркотиками. Во–вторых, защищаем общество от асоциального поведения наркопотребителей. В–третьих, даём надежду наркопотребителям и их семьям на освобождение от зависимости, снижая тем самым напряжение в существенном сегменте социума, который составляет около 30 миллионов человек.

В конечном итоге это даст ещё и рост национального валового продукта, потери которого от незаконного оборота наркотиков, по экспертным оценкам, составляют до 3 процентов валового внутреннего продукта. Поэтому представляется исключительно важным, активизируя борьбу с организованными формами преступности, в то же время заменить массовое этапирование наркоманов в тюрьмы на альтернативное направление – в специализированные реабилитационные центры.

Ключевым инструментом достижения этой цели должна стать соответствующая адаптация степени уголовной ответственности за наркотики к реальным уровням общественной опасности принципиально разных преступных деяний в этой сфере. Образно говоря, чтобы хранящий без цели сбыта 3 грамма героина наркоман не приравнивался к какому–нибудь отечественному наркобарону Пабло Эскобару.

С упразднением системы ЛТП, на что Вы обратили внимание, Владимир Владимирович, функция освобождения от наркотической зависимости как обязательство государства полностью исчезла, в то время как потребность общества в этой деятельности только возрастает, тем более что в полную силу заработал механизм правового побуждения наркопотребителей к реабилитации – и в текущем году дополнительно 100 тысяч наркопотребителей будут решениями судов направлены в практически не функционирующую на сегодня систему реабилитации.

В связи с этим крайне актуально Ваше, Владимир Владимирович, предложение о включении структур гражданского общества через соответствующее ресурсное обеспечение в формируемую национальную систему комплексной реабилитации и ресоциализации. Именно ресурсное обеспечение является само по себе жёстким юридическим механизмом, с одной стороны, обязывающим неправительственные структуры работать по государственным заданиям и стандартам, а с другой стороны – позволяющим органам власти администрировать и контролировать эту отрасль.

В целом ряде регионов уже организована работа по социальной реабилитации с опорой на институты гражданского общества через выделение бюджетных средств субъектов Российской Федерации. В их числе хотел бы упомянуть Ростов, Москву, Ставрополь, Псков, Пермь, Ханты-Мансийск и ряд других субъектов Федерации.

Однако на федеральном уровне стартап подпрограммы комплексной реабилитации, разработанный по Вашему поручению ФСКН совместно с Министерством здравоохранения, неоднократно откладывался в связи с отсутствием решения по финансированию. Оперативный запуск системы реабилитации наркопотребителей на федеральном уровне придаст необходимое ускорение и кратно повысит потенциал реализуемых и готовых к реализации программ реабилитации субъектов Российской Федерации.

В целом, поддерживая проект решения, который предложил председатель рабочей группы по подготовке к президиуму Госсовета, я хотел бы ещё обратить внимание на необходимость решения крайне важного, принципиального вопроса совместно с Министерством внутренних дел, с Колокольцевым.

На наш взгляд, требует пересмотра надзорная практика, устанавливающая требование возбуждения уголовных дел по неустановленным сбытчикам. То есть, по сути, сейчас действует такая ситуация, когда мы вынуждены возбуждать уголовные дела, по сути, выявив наркопотребителя, составив административный протокол, что он находится в наркотическом опьянении; возбуждать уголовные дела – это, конечно, идёт отвлечение огромных сил, по сути, на негодный объект: до 50 процентов времени следователей и оперативных работников тратится на то, чтобы найти неустановленного сбытчика. Это отвлекает.

Благодарю за внимание.

В.Путин: Спасибо.

Пожалуйста, Вероника Игоревна Скворцова.

В.Скворцова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я позволю себе остановиться преимущественно на медицинских аспектах проблемы. По данным Европейского мониторингового центра по контролю за наркотиками и другими зависимостями, в 2012–2014 годах в Европе насчитывалось около 1,3 миллиона официально зарегистрированных потребителей наркотиков. При этом на фоне тенденции к снижению употребления героина и кокаина отмечается ежегодный рост распространения новых психоактивных веществ, подавляющее большинство из которых синтетические каннабиоиды, это производные конопли.

Аналогичные тенденции проявляются и в нашей стране. На 1 января 2015 года наркологической службой зарегистрировано 225 419 человек, употребляющих наркотики с вредными последствиями, и 321 796 больных наркоманией – всего 547 215 человек. Те данные, о которых докладывалось раньше: 7,3 миллиона и 2 миллиона, постоянно употребляющих наркотики, – основаны на социальных опросах. Мы имеем возможность регистрировать тех, кто добровольно обратился за помощью или теперь, по новому законодательству, будет направлен как на альтернативную меру наказания.

Максимальные уровни распространения наркомании выявлены в Челябинской, Новосибирской, Ульяновской, Новгородской, Сахалинской, Томской областях, в Приморском и Камчатском краях, в Севастополе и Москве, что не случайно и прямо связано с траекторией наркотрафика.

За последние пять лет увеличилось доверие граждан к государственной наркологической службе, что отразилось на структуре заболеваемости, и на фоне общего снижения числа лиц с впервые установленным наркологическим диагнозом растёт доля тех, кто обратился на ранних стадиях заболевания – до формирования синдрома зависимости.

На 65 процентов за пять лет выросла выявляемость наиболее латентной формы наркомании – каннабиоидной. На фоне снижения более чем в два раза числа случаев заболевания опийной наркоманией более чем в 4 раза выросла заболеваемость зависимостью от психостимуляторов и в 1,8 раза – зависимость от других наркотиков, включая полинаркомании. Это употребление новых синтетических наркотиков, существенно более токсичных, чем оригинальные препараты, вызвало всплеск в три раза увеличение острых токсических синдромов у лиц с 15 до 17 лет.

Минздравом в рамках исполнения майского Указа Президента № 598 полностью сформирована нормативно-правовая база оказания медицинской помощи по профилю «наркология», которая включает сейчас уже порядок оказания медицинской помощи, 12 стандартов, утверждённых и зарегистрированных Минюстом приказов Минздрава, а также клинические протоколы, утверждённые профессиональным сообществом психиатров-наркологов. По данной нормативной базе утверждён комплекс профилактических мер, а также единый преемственный лечебно-реабилитационный процесс с чёткой последовательностью прохождения пациентом всех стадий лечения и медицинской реабилитации в зависимости от вида наркомании и от формы болезни.

Комплекс первичной и вторичной профилактики основан на мерах формирования здорового образа жизни, а также на проведении профилактических медицинских осмотров и диспансеризаций взрослого и детского населения, медицинского освидетельствования отдельных категорий граждан. Всего за один год через эту систему проходит не менее 45 миллионов человек. Выявляемость наркопотребителей составляет примерно от 0,5 до 1 процента.

С октября 2014 года дополнительно к этому совместно с Минобрнауки и ФСКН России введены профилактические медицинские осмотры обучающихся с 13 лет адресно на предмет незаконного употребления наркотических средств и психотропных веществ. Это позволило повысить эффективность раннего выявления. В среднем она в разных регионах страны колеблется от одного до двух процентов.

С 2011 года в субъектах Российской Федерации в рамках приоритетного национального проекта «Здоровье» реализуются мероприятия, направленные на улучшение материально-технического и кадрового обеспечения наркологической службы. За четыре года проведён капитальный ремонт 220 старых зданий и помещений наркологических диспансеров, текущий ремонт 174, закуплено и поставлено более 20 тысяч оборудования, включая оборудование для химико-токсикологических лабораторий. Прошли подготовку практически 4 тысячи врачей психиатров-наркологов, психиатров, медицинских психологов. В 2015 году подобные программы начали реализацию в Республике Крым и в Севастополе. На это предусмотрено 29,5 миллиона рублей.

Интенсивно за последние пять лет развивалась медицинская реабилитация для наркоманов и наркопотребителей. Число реабилитационных коек увеличилось на 85,7 процента, сейчас составляет практически уже 3 тысячи. Внедрены стационаро-замещающие реабилитационные технологии.

Сегодня мы можем констатировать, что в настоящее время потребность населения страны в реабилитационных наркологических койках и собственно наркологических койках полностью удовлетворена. После завершения лечения и реабилитации на медицинских койках больные находятся ещё под диспансерным наблюдением врача психиатра-нарколога на протяжении пяти лет.

Последовательная реализация этапов лечебно-реабилитационного процесса позволила повысить эффективность работы наркологической службы. Увеличилась доля больных в состоянии ремиссии на 29 процентов; снятых с учёта в связи с ремиссией, превышающей пять лет, – на 24,2 процента. И на четыре процента снизилась доля больных, которые повторно госпитализируются в течение года после острого эпизода.

В марте текущего года, 2015-го, Комиссией Организации Объединённых Наций по наркотическим средствам рассматривалась специальная российская модель оказания медицинской наркологической помощи. Она была признана передовой и рекомендована к внедрению во всех странах мира, что внесено в резолюцию Комиссии Организации Объединённых Наций.

Для достижения длительной ремиссии при наркомании необходим, безусловно, системный, комплексный подход, не только медицинский, о чём Вы сказали, Владимир Владимирович. Я хотела бы подчеркнуть, что в остром периоде, безусловно, медицинская помощь выходит на первый план. Но через 6–9 месяцев от начала интенсивного лечения с медицинской точки зрения требуется диспансерное наблюдение с коррекцией психических и соматических осложнений, как при других хронических заболеваниях.

На первый же план выступает комплекс психолого-социальных и правоохранительных мер, защищающих человека со сломленной эмоциально-волевой сферой от соответственно вредоносной для него среды: от доступных наркотиков – и восстанавливающих его личность. Поэтому, чтобы закрепить результаты оказанной медицинской помощи, необходимо помочь больным вырваться из привычного социума. И позитивная практика, существующая в мире, связана с созданием реабилитационной микросреды, отграничивающей от соответственно вредных влияний, а также обеспечивающей постоянную занятость, переключение, волевое и духовное развитие.

И уже до меня коллеги говорили о том, что и в нашей стране это получило развитие. Это есть практически во всех регионах – введение государственных центров. Однако деятельность таких центров на сегодняшний день нормативно не урегулирована, не установлены единые требования к организации реабилитационного процесса, включая обязательное сопровождающее медицинское наблюдение, и не ведётся контроль за качеством работы этих центров, что часто приводит к низкой эффективности реабилитации и нарушению прав реабилитируемых.

Поэтому я поддерживаю то предложение, которое уже звучало. На взгляд Министерства здравоохранения, необходимо создание системы государственного контроля за этими центрами с созданием чётких критериев и требований. И конечно, проще было бы внедрить этот контроль в том случае, если была бы возможность частичной государственной поддержки этих центров.

Спасибо большое.

В.Путин: Уважаемые коллеги, у нас есть соответствующий перечень поручений. Но я предлагаю вам высказать свои предложения, соображения, в том числе и пройтись по этому перечню поручений, если есть какие–то к нему замечания.

Пожалуйста, Владимир Александрович.

В.Колокольцев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники совещания!

Я хотел бы поддержать руководителя ФСКН в его позиции о необходимости изменения сложившейся практики возбуждения уголовных дел в отношении установленных сбытчиков наркотиков.

В 2014 году отмечен рост поставленных на учёт особо тяжких преступных посягательств на 127 тысяч таких случаев, или 7,5 процента, которые обусловлены значительным увеличением особо тяжких составов, связанных с незаконным оборотом наркотиков, на 13 процентов.

Удельный вес незаконного оборота наркотиков от общего числа зарегистрированных особо тяжких преступлений (это убийства, разбои, похищения людей и так далее) достиг 74 процентов. Без учёта особо тяжких преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, количество зарегистрированных в 2014 году преступных посягательств данной категории сократилось бы на 7,5 процента.

Раскрываемость особо тяжких составов за последние три года у нас снизилась до 43 процентов (это на 10 процентов), а без учёта особо тяжких составов, связанных с этим незаконным оборотом наркотиков, она бы у нас составила 88 процентов, то есть 43 процента с наркотиками, без наркотиков – 88 процентов.

Аналогичная ситуация складывается и по уличной преступности. По итогам 2014 года в целом по России отмечается повышение общего уровня криминальной активности на улицах, площадях, в общественных местах на 480 тысяч преступлений, в том числе по тяжким и особо тяжким составам на 114 тысяч. Это очень высокая цифра. Однако без учёта преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, она у нас увеличилась на 0,1 процента. Это с учётом того, что тяжесть вот этих криминальных посягательств, таких как разбои, грабежи, убийства в общественных местах, у нас, наоборот, снижается.

И, следуя такой логике возбуждать уголовные дела в отношении неустановленных сбытчиков наркотиков, тогда нужно возбуждать уголовные дела по каждому факту и контрабанды, потому что те же наркотики, опиаты из–за границы к нам поступают, и мы должны просто вслепую возбуждать эти дела, а их по стране наберётся сотни тысяч таких случаев. И даже каждая смерть наркомана, когда даже патологоанатом не может дать правильный диагноз, отчего он скончался, у нас автоматически требования надзорных инстанций – возбуждать параллельно дела (а они все особо тяжкие) в отношении неустановленного сбытчика. И сотрудник полиции становится перед дилеммой: то ли ему оформлять на водителя за управление в наркотическом опьянении административный протокол, тем самым ему ещё предстоит возбуждать уголовное дело тяжкого состава.

Какие напрашиваются здесь выводы? Они простые. Практика возбуждения вот этих уголовных дел в отношении неустановленных сбытчиков наркотиков на фоне снижения числа остальных криминальных деяний оказывает существенное влияние не только на структуру этой статистической преступности, но фактически бьёт по имиджу нашего государства и, я считаю, оказывает отрицательное воздействие на общий инвестиционный климат в стране, потому что 74 процента – это гражданин, инвестор, они не знают, о чём идёт речь.

В целом преступность особо тяжкая снижается, а здесь она, наоборот, растёт. Поэтому я предлагаю поддержать позицию Виктора Петровича в отношении этого вопроса – изменить эту практику, потому что интерпретация и представление нашему обществу той тягостной картины тяжкой преступности на самом деле не имеет под собой никаких объективных оснований. Если возбуждать уголовное дело, его нужно возбуждать при наличии серьёзных оснований в отношении конкретных лиц. А возбуждать просто оптом вот эти сотни тысяч уголовных дел – это просто контрпродуктивно, тем более до 50 процентов трудозатрат и следователей, и оперативных сотрудников – это просто контрпродуктивно. А с учётом предстоящего сокращения численности органов внутренних дел заниматься писательским трудом следователям, вместо того, чтобы сконцентрироваться на конкретных видах преступлений, это очень отрицательно сказывается на состоянии работы.

Спасибо.

В.Путин: Здесь у нас есть в поручениях, как–то отмечено? Надо сформулировать соответствующим образом и проработать.

Пожалуйста, кто ещё? Прошу Вас.

М.Топилин: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович!

Несколько слов по поводу развития системы. В законодательстве, в различных стратегических документах, которые в последнее время у нас совершенствовались, сейчас существует, как мне кажется, достаточно разрозненная терминология. Допустим, если мы возьмём стратегию антинаркотической политики 2010 года, там термин «медико-социальная реабилитация», и под эту конструкцию выстроена вся линейка действий. Потом законодательство менялось, и в последующей госпрограмме уже возник термин более современный, более понятный – это «комплексная реабилитация и ресоциализация», о чём и шла речь, что это всё должно быть от начала до конца единый процесс. И, как мне кажется, нам необходимо в законодательство (это третий закон о наркотических средствах) внести точную ясность в формулировках с тем, чтобы единообразно процесс выстраивался во всех структурах – начиная от выявления раннего, что очень важно, и заканчивая медико-социальной реабилитацией.

Второе. Мы тоже предлагаем, и такой законопроект сейчас готовится вместе с ФСКН, мы принимаем участие в рамках Правительства, – мне кажется, что можно было бы подумать, и это было бы, наверное, правильным направлением. У нас, допустим, для таких лиц, как инвалиды, существует индивидуальная программа реабилитации, в которой всё прописано.

Другой вопрос, там она не всегда хорошо работает, не всегда чётко специалисты всё выписывают, но, по крайней мере, это единый документ, который от начала до конца всё, что предписано лицу, для инвалидов с ограниченными возможностями, а здесь для такой специфической категории, как лица, страдающие наркоманией и требующие последующей реабилитации, могло быть всё прописано от начала до конца. Мне кажется, это тоже могло бы найти отражение в законопроекте. Здесь, конечно, по моему мнению, должен во главе стоять, наверное, врач-нарколог, который видит всю цепочку этих действий, все необходимые действия со стороны в том числе и социальных служб и так далее.

И с точки зрения финансирования – здесь звучала тема сертификата. Действительно, такая практика в регионах начинается, это деньги за человеком, – очень удобная конструкция, при которой эти деньги могут идти в негосударственные организации. Здесь тоже эта практика, мне кажется, очень правильная. И здесь можно было, говоря о комплексности, как у нас, подумать ещё на эту тему, с регионами пообсуждать, родовой сертификат. Он же платится у нас, когда женщина встаёт сначала на учёт в ранние сроки, – там один купон, одна оплата идёт, потом это учреждение родовспоможения, потом это уже диспансеризация. Здесь тоже приблизительно такая же может быть конструкция, когда различные учреждения медицинские и социальные будут финансироваться, именно деньги будут идти за человеком по такой схеме. Если бы мы такую конструкцию нашли – мне кажется, эти все структуры, которые сейчас разорваны, действительно зацементировали бы единым документом, и средства могли бы идти за человеком.

Безусловно, надо в этом законе выработать требования к некоммерческим организациям, тоже полностью поддерживается, и тогда они смогут легально и легитимно работать, оказывая помощь и медицинскую, и социальную. Спасибо.

В.Путин: Ирина Анатольевна, пожалуйста.

И.Яровая: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Действительно, в настоящее время проблема употребления наркотиков относится к приоритетным в числе обеспечения национальной безопасности. Если позволите, я бы остановилась на конкретных предложениях, которые вытекают из той проблемы, которую мы обсуждаем.

Владимир Владимирович справедливо отметил, что есть три категории: это те, кто стоят на пороге потребления, те, кто только начал, и те, кто уже являются долгое время потребителями. На мой взгляд, нужно вести речь о ресоциализации, учитывая все эти три компонента и понимая, что усилия государства должны быть направлены на все три группы.

Если говорить о тех, кто ещё не стал наркопотребителем, но на кого активно направлена пропаганда (Вы упомянули интернет), в настоящее время в Государственной Думе уже находится на рассмотрении проект закона, и я надеюсь, что по итогам Госсовета мы его примем во втором и в третьем чтениях, потому что сегодня отсутствие уголовной ответственности не позволяет применять формы работы, такие как ОРД, и устанавливать тех истинных обладателей и выгодоприобретателей от распространения информации в интернете. Фактически мы только закрываем сайты, но это ничего не даёт с точки зрения возможности ответственности тех, кто в этом заинтересован и кто осуществляет эту преступную деятельность.

Очень важный момент, связанный с ранней профилактикой, – здесь об этом не говорилось, но нужно признать, что фактически сегодня система получения справок в установленных законом случаях о том, что лицо не является потребителем, неэффективна, потому что на учёте состоит незначительное число от реальных наркопотребителей. Возникает вопрос. Справки платные, они стоят от тысячи до двух тысяч рублей. В настоящее время мы рассматриваем и подготовили проект закона о том, чтобы выдавать справки только по факту наркотестирования, чтобы сделать эту информацию действительно содержательной. Но у нас огромная просьба к Министерству и просьба отразить это в поручениях, чтобы это не повлекло увеличения стоимости. Сегодня фактически эта стоимость ничем не подкреплена: две тысячи платятся просто за то, что человек пришёл, сообщил свою фамилию, – ему дали справку, потому что его фактически не осматривают и не освидетельствуют. Поэтому мы предлагаем, чтобы была введена система общей тарификации. Кроме того, мы предлагаем, чтобы лицо получало такого рода документы только по месту жительства, где имеется его история жизни, болезни и куда он обращается в случае наступления каких–то проблем со здоровьем.

Очень важный вопрос, который связан со школой, здесь уже об этом упоминалось. Мы полагаем, что тема очень деликатная, и, наверное, количество родителей, которые были бы заинтересованы в наркотестировании, увеличилось бы значительно, если бы мы сделали эту информацию абсолютно закрытой, доступной только семье. Это очень важный момент, потому что фактически сегодня родители не хотят по многим причинам, потому что последствия понятны. Поэтому мы предлагаем эти изменения тоже сделать.

Вы знаете, мы внимательно посмотрели причины того, что есть рост суицида, наркопотребления, и, говоря о системе воспитания, социализации, мы увидели, что в школьных программах, к сожалению, есть такая программа «2100» [«Школа 2100»], которая на протяжении уже десятилетия работала в наших школах; по оценкам специалистов, там подобраны такие произведения по русской литературе (кстати говоря, в седьмом классе «Дневник наркоманки»), суицидные произведения, где детям предлагается разобрать, почему произошло решение покончить жизнь самоубийством, а как бы вы поступили в этой ситуации.

То есть, в общем–то, говоря о том, что мы боремся с последствиями, неплохо было бы со всем этим тоже разобраться. Поэтому наши предложения по федеральным образовательным стандартам, о том чтобы это разрабатывали не НКО и ООО, как сегодня, а Российская академия образования, потому что иначе мы будем бороться с последствиями непонимания, что происходит. Хотя, как вы знаете, проблемы суицида и наркомании именно в этой подростковой среде наиболее актуальны.

Кроме того, у нас в своё время, об этом тоже коллеги не говорили, была специальная программа, рассчитанная именно на подростков, и она работала в регионах, создавались специальные центры. Потом было прекращено финансирование. Так, для понимания: на один центр выделялось 5 миллионов рублей. Сейчас прекратили, хотя, не обижая Министерство образования, могу сказать, поскольку мы тоже анализировали систему госконтрактов, порядка 500 миллионов в этом году только Министерство выделяет на работу со средствами массовой информации. Я понимаю, что продвижение имиджа министерства – важная вещь, но в данном случае, если говорить о работе этих центров по помощи детям, наверное, всё–таки приоритет мог бы быть немножко и другим.

Кроме того, если говорить о тех, кто сегодня фактически уже попал в поле зрения правоохранителей, я бы хотела поддержать наших коллег в части того, что действительно автоматическое возбуждение уголовных дел демотивирует самих сотрудников и создаёт ложную статистику, и эту ситуацию, безусловно, нужно менять.

И с точки зрения международного взаимодействия – то, о чём Вы говорили, – мы в рамках ОДКБ уже обсуждали на площадке вместе с ФСКН, мы предлагаем синхронизировать списки новых психоактивных веществ для того, чтобы был постоянный обмен информацией. И здесь не затрагивалась проблема метадона, заместительной терапии. Вы знаете, что в настоящее время через различные некоммерческие организации, фармацевтические компании… Это очень дорогостоящее действо, выгодное; вы знаете, что в Украине канадские компании фармацевтические фактически заполонили всю страну и расширили тем самым число наркопотребителей. Поэтому мы предлагаем достичь определённых соглашений, в том числе и в рамках ОДКБ, чтобы заместительную терапию, применение метадона, признать как неэффективную и недопустимую, потому что это влечёт увеличение наркозависимых. Хотя должна сказать, что в настоящее время очень много НКО обращается с идеями о том, что для здоровья хорошо было бы вообще узаконить какие–то виды наркотиков. И нужно понимать, что эта деятельность сейчас очень сильно активизировалась.

В заключение позвольте сказать о том, что та законотворческая деятельность, которую мы сейчас осуществляем с ФСКН, и те задачи, которые поставлены, абсолютно решаемы в короткие сроки.

Спасибо.

В.Путин: Благодарю Вас.

Пожалуйста.

Ю.Крупнов: Крупнов Юрий Васильевич, президент Национальной ассоциации реабилитационных центров.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Я представляю ассоциацию, которая была создана два года назад, когда мы увидели, то есть ведущие реабилитационные центры, что государство стало поворачиваться к нам. Надо честно, на мой взгляд, сказать, что буквально ещё 5 лет назад все жили параллельной жизнью, отсюда и масса всяческих проблем с нынешним сектором реабилитации в некоммерческой сфере. Но государство только сейчас стало разворачиваться к нам, и мы очень надеемся, что это уже окончательный тренд.

Вы сказали, что в 2011 году были приняты серьёзные поручения на президиуме Госсовета, и они не в полной степени реализуются. Я хотел бы кратко сказать, почему, с моей точки зрения, это происходит.

Первый пункт. Мне кажется, есть всё–таки недооценка некоммерческого сектора. Так сложилось, что в России за эти 25 лет некоммерческий сектор не просто играет важную роль, а по сути, без всяких преувеличений, 99 и более процентов всех реабилитационных центров в сфере реабилитации наркозависимых – это некоммерческий сектор. Поэтому полностью соглашаюсь с Вами, что надо включить в национальную систему НКО, и не просто включить, а сделать опорой.

В данном случае полностью мы видим поддержку со стороны ФСКН и Минздрава, но, к сожалению, не все ведомства считают, что некоммерческий сектор – это не то что опора, а вообще то, о чём серьёзно говорить. Всем очень хотелось бы, как я понимаю, вот этим отдельным ведомствам, строить большое количество государственных, казённых учреждений на огромные сотни миллиардов рублей вместо того, чтобы поддерживать локальными, точечными инвестициями существующие уже организации – естественно, те, которые доказали свою эффективность.

И в этом плане, Владимир Владимирович, вызывает некоторое недоумение, прошу прощения, может быть, чуть резко скажу, но вызывает недоумение: понимаете, мы сегодня собрались, сегодня июнь 2015 года, а 15 апреля прошлого года Правительством уже была принята подпрограмма комплексной реабилитации – если это не план, то есть то, что Правительство утвердило по всем мероприятиям до 2020 года, то, что тогда называть планом? Вопрос–то в том, что ничего не финансируется.

Когда Максим Анатольевич совершенно справедливо – надеюсь, мы будем работать по этому направлению, у нас же есть центр индивидуальных программ реабилитации, нам нужно делать индивидуальные программы реабилитации как технологию, нам нужно выходить на сертификаты. Я прошу прощения, это всё заложено решением Правительства Российской Федерации 15 апреля предыдущего года. Мы уже за этот год, то есть мы, например, работаем по индивидуальным программам – я прошу прощения, не хочется говорить слово «побираясь», но скажем более культурно и корректно – привлекая спонсоров. Возникает вопрос: это только проблема некоммерческого сектора? Мы, например, работаем не с теми, кто может оплатить даже 30 тысяч рублей в месяц. К сожалению, огромное количество нашего населения просто не идёт ни в какую реабилитацию, помимо всех других пунктов, из–за того, что нет финансирования.

И кратко соответственно ещё три пункта, почему плохо идёт. Мне кажется, отсутствует понимание, что социальная реабилитация – совершенно автономный сектор, хотя Вероника Игоревна и поддерживает нас, и зафиксировала это. Ведь надо понимать, допустим, что навязываемая нам метадоновая заместительная терапия, о чём Ирина Анатольевна сказала, в общем–то, исходит из чего: хорошо, есть наркоман; чтобы было меньше от него вреда, давайте ему будем метадончика давать по небольшой чарочке. Через полгода, я прошу прощения за эти слова, человек превратится, до этого частично разрушенный, в полностью разрушенного человека и не представляет общественного вреда.

Но наш подход, российский, совсем другой – у нас другие ценности: мы не можем бросать этих людей. И в этом плане я хотел бы сказать, что в существующей демографической ситуации, в условиях малодетности и малолюдности (Вы первый, кто это громко и ясно сказал ещё 15 лет назад), в этой сложной демографической ситуации у нас нет в стране лишних людей. Мы должны бороться за каждого человека, мы его должны обратно возвращать в социум. Время, эпоха одноразовых людей, когда передовик, уголовник, бандит, больной, здоровый, – всё это закончилось. Люди постоянно на протяжении жизни попадают во всякие ситуации, но мы должны за них бороться – и тем более в существующей международной, прошу прощения, ситуации, когда нам каждый человек дорог, и в ситуации экономической.

Третий момент. Мне кажется, совершенно неправильный взгляд у нас, который пошёл из системы ФСИН (где у нас, насколько я знаю, даже по официальным цифрам, только 24 процента осуждённых имеют возможность зарабатывать деньги и работать, остальные – безработные), у нас пошёл взгляд такой, что реабилитация – это мы берём человека, так сказать, под белые ручки, кормим его, поим, да ещё за счёт государства.

Но это безумие: люди должны работать, должен быть реабилитационный труд. У нас огромное количество проблем в стране по этому направлению. Они готовы работать – давайте посмотрим на это, как на позитивный человеческий ресурс, на людей, которых мы возвращаем в общество и которые решают задачи и обороны в дальнейшем и как минимум экономики.

В этом плане я хотел бы сказать, что это не просто отбросы общества. Масса людей, которые прошли реабилитацию (они, кстати, руководят некоммерческими центрами часто), – это люди, прошу прощения, где за битого двух не битых можно дать. Это люди с выраженной социальной миссией, эти люди – лучшая часть нашего российского общества.

В этом смысле, мне кажется, даже иногда происходит наоборот, что государство где–то отстаёт, а мы готовы предложить государству идеологию развития, построенную на тех людях, которые прошли, с одной стороны, страшнейший этап в своей жизни, а с другой стороны – вышли и служат нашей России, нашему государству.

И последний момент. Мне кажется, тоже как–то непонятно, вот 5 лет назад были приняты решения на предыдущем президиуме Госсовета. Но до сих пор непонятно, кто, прошу прощения, опять же за это некорректное слово, хозяин в этой сфере, какой государственный орган администрирует эту проблему.

Прежде чем нас контролировать, как вот правильно сегодня говорится, это абсолютно правильно, но прежде чем контролировать, надо выстроить какие–то отношения с некоммерческим сектором. И в этом смысле давайте всё–таки ФСКН, раз они взвалили на себя 5 лет назад. По сути, мне в этом смысле кажется позиция такая, что все очень правильно всё делают, но никто не хочет этим заниматься, – ФСКН хочет. Ну пусть занимается. Дайте нам государственный орган. В дальнейшем, как мне кажется, нас всё равно жизнь заставит создать национальное агентство по реабилитации, я не говорю – сейчас, но давайте ФСКН займётся не только в плане абстрактной координации, а конкретной нормативно-правовой выработкой политики и так далее.

И в этом плане хочу сказать, Владимир Владимирович, и поблагодарить Вас и всех коллег, потому что, на мой взгляд, это обсуждение прорывное. Всё–таки 5 лет назад на президиуме Госсовета были более сложно, поставлены эти проблемы, более, так сказать, размыто, а сейчас вопрос идёт о том, будем мы бороться за оступившихся наших сограждан, будем мы создавать национальную систему социальной, прежде всего, – не медицинской – реабилитации, либо мы далее, уже пройдя 25 лет после развала СССР, к сожалению, ни к чему не придём.

И в этой связи предлагаю два следующие года, 2016-й и 2017-й, сделать такой двухлеткой антинаркотической консолидации в стране, потому что через муниципальные антинаркотические комиссии, через регионы (большинство прекрасно работают – регионы, прекрасные региональные антинаркотические комиссии), сегодня основная государственная поддержка идёт через регионы, то есть в этом смысле есть колоссальный опыт. Давайте эти два года сделаем очень серьёзной мобилизацией и государства, и общества. Мы готовы представить все необходимые предложения.

Мне кажется, пора кончать с этим как бы всесилием наркомании, с разговорами о том, как некоторые специалисты говорят, что в Америке в три раза ещё хуже, нам ещё есть куда расти с наркоманией. Нам некуда расти. Мы должны, мне кажется, ставить в том числе, прошу прощения, некие «экстремистские» (в кавычках, конечно, говорю) задачи: нам наркоманию надо ликвидировать как класс. Понятно, что не на 100 процентов, но хотя бы существенно сократить. Без постановки такой задачи, а для этого нужна социальная реабилитация, мне кажется, через пять лет мы будем во многом задавать вопрос, почему через пять лет не выполнены поручения 2015 года.

Спасибо.

В.Путин: Благодарю Вас.

Пожалуйста, прошу.

А.Жаров: Нами с Виктором Петровичем за 2 года действия единого реестра запрещённой информации было отработано 89 тысяч заявок граждан и организаций по поводу наркотических интернет-страниц, где пропагандируется распространение и употребление наркотиков. Из них 40 тысяч было признано содержащими соответствующую информацию, специалистами ФСКН внесены в единый реестр, в настоящее время 3 тысячи из них блокируются. Это сайты-наркоторговцы. В ходе работы с этим реестром – Вы говорили в своём вступительном слове о «спайсах» и курительных смесях, – пока они не были в списке наркотиков, мы не могли их блокировать. Вероника Игоревна и Виктор Петрович в своих выступлениях говорили о том, что растёт употребление психостимулирующих препаратов и других психоактивных веществ.

Предложение – внести также в досудебную блокировку немедицинской пропаганды употребление и распространение психоактивных веществ. Соответствующий порученческий пункт есть, прошу поддержать.

В.Путин: Пожалуйста, прошу Вас.

А.Попова: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые участники заседания президиума!

Проблема наркомании чётко ассоциируется с проблемой заболеваемости ВИЧ, туберкулёзом и гепатитом. Более 60 процентов заболевших или зарегистрированных как ВИЧ-инфицированные каждый год – это люди, которые заразились шприцевым путём, используя наркотики, немедицинским шприцевым путём.

Здесь очень важно, чтобы эти люди, которые являются труднодоступной категорией риска, постоянно были в зоне и в поле наблюдений, и им была оказана помощь. Поэтому проблема социальной реабилитации и тот предложенный вариант её решения – это очень актуально и очень важно. Понятно, что люди, которых мы регистрируем сегодня как ВИЧ-инфицированных, – это люди трудоспособного возраста. У нас снижается количество подростков, но вместе с тем количество людей от 25 до 40 с каждым годом только увеличивается.

Поэтому, во–первых, мне бы хотелось сказать, что мы поддерживаем, безусловно, то, что уже сегодня изложено, и то, что внесено в проект решения.

Но есть ещё одна проблема. Каждый год в России обследуется на ВИЧ, тестируется больше 30 миллионов человек, и только 1 процент из них – это люди, употребляющие наркотики. Это очень труднодоступная категория, которую невозможно обследовать. Поэтому мы предлагаем внести изменения в законодательство в Федеральный закон № 313 о том, чтобы при принудительном лечении и принудительное обследование, и необходимые мероприятия тоже были обязательными.

И вместе с этим опыт Свердловской области, когда взаимодействие Министерства внутренних дел и Министерства здравоохранения субъекта позволили тестировать всех, кого привозят на освидетельствование экспресс-методом на ВИЧ, позволило увеличить выявляемость в восемь раз. Поэтому – добровольно ли, принудительно вряд ли получится, – мы считаем, тоже необходимо распространить этот опыт на всю территорию, и в рамках сегодняшних поручений это зафиксировать.

Спасибо большое.

В.Путин: Пожалуйста.

В.Владимиров: Владимир Владимирович, в части единых критериев я совершенно поддерживаю необходимость их выработки. Я бы хотел конкретные предложения внести. На самом деле мы уже отслеживаем это: это период ресоциализации в течение трёх лет и количество людей, которые проводят реабилитацию. У нас на территории, не ошибусь, если скажу, один из самых лучших реабилитационных центров находится, Спасо-Преображенский, и там уже хороший результат у нас: 38 процентов в течение трёх лет уже не возвращаются из тех людей, которые прошли реабилитацию.

Второе. Я хотел бы усилить предложения по необходимости государственной сертификации этих некоммерческих организаций. Опять–таки исходя из опыта Ставропольского края, у нас есть Спасо-Преображенский реабилитационный центр, прямо напротив него, через балку, находятся, размещены так называемые неопятидесятники, которые, в общем–то, тем же занимаются, только, на мой взгляд, из одной дурноты на другую переводят. И таких много: молокане, родноверы… Сегодня часть из них уже в Украину пошла воевать. Поэтому вот эту часть, скажем так, организаций общественных, которые сегодня в этом поле играют, их однозначно нужно брать под государственный контроль. Я бы больше сказал – возможно даже, те некоммерческие организации, их нужно выводить также и на государственное финансирование.

Я хотел бы третье предложение внести. Всё–таки нам нужно обязательно, хоть это и дискуссионный момент, тем не менее обязывать людей лечиться от наркомании и трудиться при лечении от наркомании. Для этого разные формы есть. Вот сегодня я слышал, что звучат там – суда заключения и так далее. Но всё–таки хотя бы на первом этапе, из опыта зарубежных стран, это не моё предложение, это опыт зарубежных стран, нам необходимо вводить институт наркосудов, которые бы непосредственно рассматривал, тем более объём: 100 тысяч решений в год нужно будет принимать.

И пятое. Без денег ничего нельзя. Вот я могу сказать, что сегодня наши реабилитационные центры – это грантовая поддержка, это хозрасчётная сегодня их деятельность, то есть они занимаются сельским хозяйством, мы им выделили земли, и так далее. И, на мой взгляд, очень важный вопрос: всё–таки в системе обязательного медицинского страхования прописать возможность финансирования такого рода деятельность.

Доклад окончен.

В.Путин: Спасибо.

Так, пожалуйста, кто–то ещё?

А.Артамонов: Владимир Владимирович, можно одну минуту?

Мы тоже у себя в области имеем многолетнюю практику сотрудничества с негосударственными реабилитационными центрами. И надо сказать, что результаты, конечно, разные, но есть и очень хорошие. И причём когда их возглавляют люди, которые сами прошли через эту беду, то тогда, как правило, хорошие результаты. Вот есть у нас, допустим, известный многим центр «Тиль», там Михаил Фёдорович [Морозов], он сам это испытал, и жена тоже. Сегодня у них уже пятеро детишек, примерная семья, образцовая. И в этом же духе старается и своих воспитанников тоже лечить. Я согласен, что здесь без трудотерапии просто одними таблетками и кашей ничего не сделаешь.

Вот по поводу контроля. Одна крайность – это то, о чём коллега рассказывает, там пятидесятники, другие какие–то секты. Другая крайность, в какую мы можем впасть, – это когда мы придём с нашими нормами на освещённость, на квадратные метры и так далее, то, допустим, этот «Тиль», о котором я рассказываю, скорее всего, закроется. Мы его закроем по причине несоответствия этим нормам, а пользу он обществу приносит.

Может быть, нам лучше пойти по пути, о чём Максим Анатольевич говорил, – допустим, именные сертификаты. Но здесь тоже есть опасность, что мы можем ещё один вид бизнеса породить в погоне за этими сертификатами. Допустим, по прошествии двух лет устойчивой реабилитации начинать их оплачивать. Да, поступил, сертификат дали, а оплата наступает: год не употребляет – можно какую–то копейку уже дать; второй год – побольше можно дать за этот сертификат. И тогда результат сам за себя будет говорить, и у них не будет тогда стремления в погоне за количеством этих пациентов, которых они к себе привлекают для лечения, а зачастую оно тоже не наступает.

В.Путин: Пожалуйста.

О.Голодец: Уважаемый Владимир Владимирович! Хочется обратить внимание на несколько пунктов.

Первое, всё–таки есть достижения, и они отражаются в цифрах в плане борьбы противодействия распространению наркомании в нашей стране. И то, что у нас реализуются программы, а они реализуются действительно и на межведомственном уровне, и внутри каждого ведомства, и то, что это даёт определённые результаты, мы видим. И это нужно продолжать по всем направлениям действий. Всё равно у нас есть в образовании программы, у нас есть в здравоохранении программы, и по ним нужно двигаться.

Вторая тема – это тема устойчивости в спросе. Вот даже в сегодняшнем основном докладе прозвучало, что предлагают каждому четвёртому, а наркоманов у нас 2 миллиона, то есть у нас всё–таки формируется в обществе отрицательное отношение к наркомании. И это надо очень чётко оценивать, что сегодня наши действия всё–таки дают результаты. Это важно сегодня для нас.

То, что мы сегодня обсуждаем эту новую программу социализации, – мне кажется, мы должны очень взвешенно подойти к этой теме. Это фактически новое социальное обязательство. У нас есть социальные обязательства, которые, к сожалению, мы выполняем с большим напряжением сил сегодня, и это такие обязательства, как обеспечением жильём сирот, это обеспечение жильём ветеранов, потому что, когда мы принимали, у нас число было одно, а когда программа начинает исполняться, она резко меняет число потребителей программы.

Сегодня предлагаются, и это есть в поручении, именные сертификаты, введение фактически новой государственной услуги. Мы должны все вместе очень продуманно это взвесить. Мы сегодня, когда говорим о нашей программе обязательного медицинского страхования и говорим, сколько жизней нам надо спасти, мы выделяем тех людей, которые нуждаются в серьёзной поддержке при острых коронарных синдромах, что мы сегодня реально за счёт просто переброски средств внутри можем спасти (мы говорили, оценивали) 70 тысяч жизней, если будем прививку по пневмококковой инфекции делать; можем спасти 50 тысяч жизней, если изменим ведение больных при острых коронарных синдромах. Вот ведение каждого больного наркоманией, помимо медицинской реабилитации, вот трудовая реабилитация – она нам будет стоить от 230 тысяч за человека до 450, потому что это очень длительный процесс.

И сколько бы он там ни заработал, мы знаем эффективность работы. Вся система принудительного труда показывает, сколько у нас люди зарабатывают, когда заняты в организованных работах. Эта система ориентировочно может вылиться нам в годовом исчислении от 640 миллиардов рублей в год до трех триллионов. И это будет нагрузка на все уровни бюджета Российской Федерации.

Мы понимаем, что, когда человек попадает в трудовую реабилитацию, это, безусловно, хорошо. И это действительно резко снижает все риски его возвращения в систему. Но надо понимать и сопоставлять, потому что у нас всё равно один кошелек, у нас всё равно один бюджет, и надо понимать, что весомее сегодня для нас и что является приоритетом, и сможем ли мы организовать эту работу по другим источникам – благотворительным, как это действует сегодня: бюджеты субъектов Российской Федерации, которые видят, что это очень для них сложная и первичная задача, – они выделяют свои средства, но это идёт как благотворительность, как грантовая поддержка.

А как только мы действительно перейдём к этому, как к социальной услуге, мы должны понимать все финансовые последствия, которые за этим последуют. При этом очень важная оговорка у нас есть, что не все люди, которые попадают в систему трудовой реабилитации, вылечиваются. Более того, мы смотрели результаты, в том числе деятельности тех организаций, через которые люди прошли. Результаты очень спорные, то есть людей, которые возвращаются к потреблению наркотиков, много. Это действительно такая система, вылечить иногда просто невозможно. Поэтому решение должно быть очень взвешенным.

В.Путин: Уважаемые коллеги!

Мне не нужно говорить о важности той темы, ради обсуждения которой мы собрались, и не случайно мы обсуждаем её регулярно. Эта проблема очень тяжёлая, мы помним – очень многие, во всяком случае, из присутствующих здесь помнят, что в нашей бывшей стране ничего подобного не было и остроты никакой не было. Границы и внутренние, и внешние упали, и с этим пришло очень много позитивного, но есть и то, с чем нам приходится разбираться сегодня и что мы с вами сегодня обсуждаем, и возникла эта тяжёлая проблема.

Но мы понимаем, что это комплексная проблема, она связана и с общим состоянием здравоохранения, она связана с доходами населения в целом, с уровнем благосостояния, с развитием культуры, с развитием образования, она связана с реабилитацией, о которой мы сегодня говорим. И конечно, всё это завязано на бюджетные возможности по финансированию.

Я сейчас не буду воспроизводить всё, что здесь прозвучало; я хочу вас поблагодарить за то, что вы так неформально к этому относитесь, хочу сказать слова благодарности и президиуму Госсовета, который обратился ещё раз к этой теме.

Мы сделали это сознательно, несмотря на то, что Правительство принимало совсем недавно соответствующую программу, и будем это делать дальше для того, чтобы посмотреть, как она работает или не работает и что нужно сделать для того, чтобы она заработала.

Конечно, нужно так или иначе выделять соответствующие ресурсы для решения этой проблемы. Просто положиться на тех людей, которые это добровольно организуют, невозможно, это не решает проблему. Но в то же время мы должны совершенствовать и правоохранительную составляющую, поэтому и ФСК, и Министерство внутренних дел должны усиливать свою работу. В общем, это проблема, как всем здесь присутствующим хорошо известно, комплексная.

Я хочу сказать, что мы подготовили проект перечня поручений. В ходе сегодняшнего обсуждения возникли вопросы, которые здесь не отражены вообще, к сожалению или к счастью. Но к счастью, что мы собрались и поговорили, и теперь они будут отражены. И конечно, это всё нужно будет соответствующим образом доработать.

Я прошу президиум Госсовета и соответствующие структуры Администрации вместе с Правительством и с теми, кто сегодня здесь собрался, отточить формулировки так, чтобы они были исполнимыми и чтобы начали работать.

Вам всем большое спасибо.

Россия > Медицина > kremlin.ru, 17 июня 2015 > № 1400773 Владимир Путин


Россия > Легпром. Финансы, банки > bankir.ru, 15 июня 2015 > № 1401402 Эдуард Остроброд

Эдуард Остроброд: «Банкиры! Вам не надоело быть банкирами?»

Вице-президент компании SELA Эдуард Остроброд предпочитает сотрудничать с крупными банками, которые имеют возможность предоставлять комплекс услуг и действовать без посредников. // Марина Сипатова, специально для Bankir.Ru

- Из четырехсот ваших магазинов двести восемьдесят работают по франшизе. Вы изначально делали ставку на развитие бизнеса путем франшизы?

- Да, мы изначально активно развиваем бизнес по франшизе. И мы не только ищем банки для сотрудничества, но если банки хотят открыть бизнес, то можно прибегнуть к франчайзинговой схеме. Банкиры, а вам не надоело быть банкирами? Не пора ли открыть собственный бизнес? Если вы – банкир, но хотите открыть еще отдельный бизнес, франчайзинг – один из самых оптимальных вариантов в данном случае. В этом случае ваш франчайзер предоставляет технологии, все объясняет, учит. А если вы банкир – значит, вы умеете считать деньги. Так что у вас 100% все получится. За товар не беспокойтесь, за технологии продаж не беспокойтесь, подберите хорошую команду и закупайте товар вовремя. Кстати, среди собственников наших франчайзинговых магазинов как раз есть и банкиры.

В банках очень сложно маневрировать: все прописано, это жестко регулируемая отрасль. И как бы вы ни улыбались, ни предоставляли хороший сервис – все равно выше своей головы не прыгнешь. А вот если бы вы открыли магазин стильной одежды или других товаров – к чему лежит ваша душа, то вы были бы безграничны в своих полетах. Во-первых, не надо ходить в костюме на работу – для меня, например, это существенный плюс. Во-вторых, например, наша отрасль гораздо менее контролируемая, чем банковская, то есть ты живешь в более свободной среде. В-третьих, ты общаешься с людьми, которые приходят к тебе, чтобы поднять настроение, ведь они идут за красивой одеждой. Потому что, когда ты приходишь брать кредит, это не всегда радостное событие. И этот негатив от человека передается и банкиру. А тут девушка пришла купить себе любимой яркую кофточку, порадовать себя – она на позитиве, и эти позитивные эмоции транслируются продавцу. Наша отрасль связана с модой, стилем, с хорошим настроением. Кстати, обращаюсь к банкирам – можно смело прийти к нам и попробовать себя: для начала поработать продавцом, чтобы прочувствовать энергетику, движение, увидеть народ. Да, в конце концов, научиться улыбаться покупателям!

- То есть если банкир ищет возможность обеспечить себе постоянный доход вне банкинга, то открыть магазин по франчайзингу – один из оптимальных вариантов?

- Если банкиру не хочется тратить свое время, силы, энергию, то оптимальный вариант – приобрести помещение в собственность и сдавать его под коммерческие нужды. Самый простой бизнес. Если у вас есть недвижимость, арендатор съехал, а нового вы найти не можете – тогда можно запустить свой проект. Но! Магазином надо управлять. Если доверить этот магазин тому, кто не понимает в этом бизнесе, то можно и прогореть. Управлять магазином – это бизнес. Так что собственнику придется вникать во все моменты. Да, франчайзер все объяснит, поможет, ответит на вопросы, но и человек должен быть ответственным.

- Каким образом вам удается и в кризис открывать и открывать магазины? Откройте секрет. Например, в Нижнем Новгороде магазины одежды один за одним съезжают с центральной улицы города.

- Когда начался кризис, мы развивались очень скромно, а сейчас, если мы видим хорошие арендные ставки, то пользуемся ситуацией. Заметно, что арендаторы стали более сговорчивыми, и мы решили открыть как можно больше магазинов, потому что, когда ситуация на рынке стабилизируется – все начнут открывать новые магазины, но таких «приятных» условий, как сейчас, уже не будет. Поэтому хочу сказать всем арендодателям и банкам, у которых сейчас оказались свободные пустые помещения – если у вас есть пустые площадки – предлагайте нам. Обращайтесь ко мне со своими предложениями!

- И сколько же точек вы планируете открыть в этом году?

- Запланировано открытие примерно 20 новых магазинов. А далее посмотрим по второму полугодию: если будут хорошие продажи, то, возможно, откроем больше. Мы довольно привередливо относимся к предложениям от арендаторов. Например, если мы оформляем договор, то оформляем его на долгий срок. Чтобы не было таких ситуаций, что они на год дают вам помещение со скидкой, а потом увеличивают аренду до неимоверных размеров. Поэтому для того, чтобы открыть 20 магазинов, нужно перебрать больше ста предложений.

- Каковы ваши планы относительно бизнеса на этот год?

- Закончить адаптацию компании под новые условия рынка. Я ищу различные возможности, которые предоставляет кризис, чтобы можно было увеличить бизнес или купить какой-то другой по хорошей цене. То есть я постоянно, системно ищу бизнес-возможности в рамках сложившейся ситуации. Причем мне интересно развивать и другие бизнесы. Я всегда открыт для новых предложений. Если у вас есть идея по местам для наших магазинов или предложение по новому бизнесу – со мной можно связаться через сайт SELA.

- Какие бизнесы были бы вам интересны?

- Лучше, конечно, те, в которых я разбираюсь. Это все, что связано с одеждой, аксессуарами, но я готов выслушать все идеи.

- Я слышала, что недавно вы стали развивать свой бизнес еще и в Индии?

- Мы разместились на сайте в Индии, чтобы развивать свой бизнес в этой стране. Но пока из Индии идут заказы на небольшие суммы: они работают первый сезон. В Индии есть популярный интернет-гипермаркет myntra.com (для сравнения – как у нас Lamoda.ru, Wildberries.ru), но в принципе у них один и тот же соучредитель Rocket Internet, в которую входят пять крупных компаний. Одна из них находится в Индии и называется myntra.com. Они закупили у нас небольшую, пробную партию на сумму порядка $100 тыс. Сами завезли ее туда через агента и выставили нашу одежду на своем сайте. Она продается через данный интернет-магазин, но пока отчета по продажам нет, поэтому ничего конкретного не могу сказать.

- Я знаю, что в прошлом году вы начали развивать проект, который носит социальную окраску, так как направлен на обеспечение безопасности на дорогах. Расскажите о нем.

- Да, и я активно продвигаю данный проект. Выгода для участников проекта очень простая и понятная: авария – это вред сотрудникам и бизнесу. Если сотрудник попал в аварию в рабочее время, то это авария на рабочем месте, что предполагает расходы на ремонт, повышение страховки ОСАГО. Чем больше аварий – тем дороже платишь за ОСАГО на следующий год. Плюс это неустойки, потери, ведь шофер из-за аварии не может вовремя приехать в место назначения. У курьерской компании есть серьезные штрафы по задержке доставки груза.

Желающие участвовать в проекте обращаются к нам – мы предоставляем им наклейки, образцы которых можно посмотреть на нашем сайте. Также предоставляем услуги колл-центра и горячей линии, которые бесплатно принимают звонки от свидетелей нарушения на дороге. Обученные сотрудники колл-центра задают звонящим все необходимые вопросы. Подтвержденные жалобы мы передаем «начальникам транспортного цеха». Таких нарушителей далее предупреждают и наказывают. Когда авария случилась, то поезд уже ушел. Если человека поругали за факт нарушения, он уже будет более внимательным и осторожным: он знает, что на машине есть наклейка, и в любой момент любой человек может позвонить на горячую линию и сообщить о нарушении. Теперь он уже сто раз подумает, стоит ли ему нарушать правила дорожного движения или все же ехать более аккуратно. Как только в Москве ввели систему эвакуаторов и парктронов, люди сразу научились парковаться. ДТП.нет – это платформа проекта, которая обеспечивает компанию-участника всем необходимым инструментарием. Ведь одна из целей каждого – сделать нашу жизнь немного лучше! Это тоже важная составляющая счастья.

Первым делом мы запустили пилотный проект ДТП.нет в «Мосгортрансе». И таким образом снизили аварийность, связанную с работой машин данной компании на 30%. Каждый день в стране происходит порядка 600 серьезных ДТП. Если вы зайдете на наш сайт, то внизу увидите краткую информацию с сайта ГИБДД: сколько человек погибает или ранено в результате ДТП.

У американцев уже давно есть подобная система – «How am I driving», которая в среднем снижает аварийность на 30%. Мировая статистика также говорит о высокой аварийности на дорогах. Высокая аварийность – это большая национальная проблема. И мы взяли на себя роль адаптировать How am I driving под российскую действительность. И успешно реализовываем ее. С нами уже сотрудничают такие крупные компании, как «LaModa», «Мосгортранс», X5 Retail Group, «Нестле».

- Эдуард, как сказал мне один эксперт, предпринимателю развиваться на кредитные средства дешевле, чем на собственные. Звучит необычно. Это соответствует действительности?

- Если ты на собственные средства можешь заработать больше денег, то тогда на кредитные деньги развиваться дешевле. Цена собственных средств у каждого предпринимателя, у каждой компании своя. Одному нечего делать с собственными деньгами: он может купить квартиру, сдавать ее и получать 8% годовых. А у другого есть свой успешный бизнес, который приносит ему 30% годовых, а по кредиту он платит только 15%. Так что это вопрос очень спорный. Он заключается в том, насколько человек профессионален, чтобы на свои собственные средства заработать высокий процент доходности.

- Эдуард, как вы выбираете банки-партнеры для развития своего крупного бизнеса, ведь уже сейчас в вашей сети четыреста магазинов в трехстах городах, и даже в кризис вы развиваете свою сетку?

- Раньше мы работали с несколькими банками – у каждого мы выбирали ту услугу, по которой были оптимальные условия. А потом в некоторых крупных банках нам предложили комплексные услуги. Например, мы активно развиваем услугу эквайринга – это установка в магазинах банковских терминалов, чтобы наши покупатели могли расплачиваться на месте посредством пластиковых банковских карт. И тут мы выбираем банки, которые берут за предоставление данной услуги наиболее низкий процент. Чтобы получить от банка хорошие цены, ему нужно предоставить работу во всех направлениях – тогда он может дать скидку. А теперь о том, какие же направления в плане сотрудничества ритейла с банками существуют. Во-первых, это получение платежей с кредитных карт. Далее – когда мы арендуем площади, собственник помещения просит нас внести предоплату за 2–3 месяца вперед (депозит). Раньше мы платили наличными, а сейчас гарантии перед арендодателями за нас предоставляет банк. А банковская гарантия стоит намного дешевле, чем настоящие деньги. Благодаря этому мы смогли вернуть себе деньги от торговых центров, чтобы на них развиваться. Следующая услуга, которую нам оказывают банки, это инкассация. Нужно, чтобы к нам приезжали специально обученные люди и грамотно инкассировали выручки. И это стоит денег. Но когда берешь эти услуги в комплексе, то можно получить скидку.

И еще один момент – зарплатный проект, когда мы перечисляем зарплату сотрудников на банковскую карточку.

- Итак, ранее вы работали с несколькими банками, а сейчас их количество серьезно сократилось…

- Как правило, мы работаем с двумя, максимум тремя банками. В сотрудничестве есть такой момент: когда ты работаешь с одним банком, он может в какой-то момент повышать ставки, изменять условия не в нашу пользу. Когда идет работа с двумя-тремя банками, можно между ними вести конкуренцию. А вот вести документацию по пяти-шести банкам уже сложно.

Иногда требуется нестандартная услуга, и банк соглашается ее предоставить, но просит взамен что-то менее выгодное. Например, компании срочно нужен кредит, но в другом банке (с которым компания не сотрудничает) ты его не возьмешь, так как кредит выдается, например, под гарантию твоего товарооборота. И когда ты приходишь в другой банк, где тебя как предпринимателя не знают, очень долго будет идти процедура оценки вас как заемщика. Так что, если вы хотите оперативных решений своих вопросов, – нужно какой-то период с банком поработать.

- Известный предприниматель и бизнес-тренер Дмитрий Потапенко (ССЫЛКА НА БЛИЦ) говорит, что абсолютно все банки на одно лицо, что банковский рынок монополизирован. Вы чувствуете конкуренцию между банками, или же ее нет?

- В России очень много банков. Вопрос только в том, в чем, собственно, конкуренция. Потому что они предоставляют примерно одни и те же услуги примерно по одной и той же цене. Например, в ритейле условия разные – мы продаем футболку за 500 рублей, кто-то за 300, а другой за полторы тысячи. В банках проценты, условия для одного типа заемщиков практически идентичные.

- А что вас не устраивает в работе с банками на сегодня?

- Мне не нравится огромное количество документации при работе с банками, работу по подготовке бумаг делает огромное количество людей, которым мы платим зарплату. Но я понимаю, что это не банки же эти правила придумали – их диктует рынок.

И у банков много головной боли: многие берут кредиты, а потом не хотят возвращать их. А кому охота отдавать свои деньги? Возврат кредита – не приятное для людей дело. Когда они берут кредит – у них все хорошо, а когда приходит время отдавать – появляется множество причин этого не делать.

- Вы отдаете предпочтение российским или иностранным банкам?

- Мы работаем и с российскими банками (Сбербанк), и с иностранными (Райффайзенбанк). Качество сервиса в банках зависит от менеджмента. Во главе Сбербанка стоит Греф, и у него взгляды глобальные, международные – он превратил банк в транснациональную организацию. Так что они работают по европейским стандартам как и Райффайзенбанк. Вопрос в том, кто с тобой напрямую работает (второй эшелон топ-менеджеров), и кто стоит у руля (первый эшелон).

- Вы явно в первом эшелоне. Вы приходите на встречу с банкирами лично при заключении крупных сделок или у вас есть доверенное лицо?

- Во всех делах я изначально отправляю на встречу менеджера. В том случае, если менеджер не справляется, то уже подключаюсь я. Потому что если я все буду делать сам, то в таком случае за что же компания платит менеджерам зарплату? Как правило, они все решают и успешно договариваются. Я могу прийти, например, только на последнюю встречу – пожать руку, оставить визитку.

И обычно меня просят в качестве гарантий подписать разные поручительства, поэтому личные встречи необходимы, так как поручительства могут подписывать только первые лица.

- Вы открыты к предложениям банкиров – то есть вы готовы сменить пул банков, с которыми сотрудничаете?

- Если какие-то банки хотят предложить нам пакетную услугу, в которую будет включено и первое, и второе, и третье, да еще и ниже рыночных тарифов, то мы с удовольствием рассмотрим каждое предложение. Но, как правило, они этого сделать не могут, потому как многие банки сами являются посредниками. Например, у Сбербанка есть везде терминалы, филиалы, как у «Почты России». А другой банк ставит не свои терминалы: он закрывает договор со мной, а терминалы устанавливает третий банк.

- А вы были бы готовы рассмотреть предложения и от малых банков?

- Нам, как крупной компании, интересны низкие цены и хороший сервис. Если небольшой банк вместе с посредником сможет взять с нас меньше денег, чем крупный банк, и у него хороший сервис, и все стабильно работает, то – пожалуйста. Но мы требуем хороший сервис: чтобы все терминалы работали. И если клиенту нужно, чтобы ему быстро и качественно вернули деньги – банк должен оперативно предоставить эту услугу. И при этом мы платим маленький процент. Если эти три фактора совмещаются, то мы можем работать и с небольшим банком. Правда есть риск, что у небольших банков могут отобрать лицензию, а там мои деньги. Это и ведь наш риск тоже.

- Эдуард, знаю, что вы не любите говорить о негативных явлениях. Как-то вы сказали, что о бизнесе как о покойнике – либо хорошо, либо ничего, но все же задам вопрос про пресловутый кризис – ваши прогнозы?

- К концу года будет еще хуже, да и в 2016 году ситуация кардинально в лучшую сторону не изменится. Сейчас все начнут потихонечку скрипеть по швам: особенно сильное «скрипение» будет к зиме, потому что летом все еще заняты садами-огородами – картошка, цветочки. Весной же будущего года ситуация начнет улучшаться. Полностью из кризиса мы выйдем через два года, если правительство не сделает серьезных телодвижений в лучшую сторону. Например, отменит налоги, отпустит учетную ставку и курс, снимет санкции, договорится по Крыму, и в Россию начнут приходить деньги иностранных инвесторов.

- И какие же игроки останутся на рынке?

- Большие компании на рынке останутся: они будут работать в убыток, но они это переживут. И захотят увеличить долю рынка: платить сотрудникам будут меньше, но ведь менять в кризис работу сложно. А вот более мелкие региональные игроки начнут уходить с рынка.

Россия > Легпром. Финансы, банки > bankir.ru, 15 июня 2015 > № 1401402 Эдуард Остроброд


США > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 6 июня 2015 > № 1395216 Лейн Кенвэзи

Социал-демократическое будущее Америки

Дуга политики протяженна, но устремляется в сторону справедливости

Лейн Кенвэзи – профессор социальных и политических наук в Университете Аризоны.

Резюме Современная социал-демократия предлагает взять лучшее из наследия двух миров. Опыт Северной Европы демонстрирует: можно совмещать динамичность экономики с ее безопасностью, отстаивать социальную справедливость, не препятствуя конкуренции.

Это адаптированная заметка из его последней книги «Социал-демократическая Америка» (Издательство Оксфордского университета, 2014). Опубликовано в журнале Foreign Affairs, № 1, 2014 год. © Council on Foreign Relations, Inc.

В начале марта 2010 г. президент США Барак Обама подписал закон о доступном здравоохранении, ставший предметом всеобщей политической дискуссии. Активисты Партии чаепития вкупе со сторонниками из Республиканской партии делали все, чтобы заблокировать закон. Подконтрольная республиканцам нижняя палата Конгресса более 40 раз пыталась признать акт недействительным или лишить его финансирования, и в октябре члены Палаты представителей согласились частично приостановить работу федерального правительства и тем самым заблокировать или отсрочить исполнение закона. Похоже, что в обозримом будущем споры о доступном здравоохранении не прекратятся.

Закон, известный как Obamacare, стал самой значительной реформой в здравоохранении Соединенных Штатов за полвека. Он нацелен на увеличение доли американцев со страховыми полисами на руках, расширение условий страхования и замедление роста затрат на здравоохранение. Но споры затрагивают куда более широкий спектр проблем, а обострение конфликта обусловлено не только политической поляризацией. Вокруг Obamacare разыгралось главное сражение в затянувшейся войне либералов и консерваторов по поводу масштабов деятельности и компетенций правительства США.

Это давняя битва, истоки которой восходят к эпохе Великой депрессии и «Нового курса». Оппоненты президента Франклина Рузвельта притихли, когда реформы «Нового курса» были закреплены во времена Трумэна и Эйзенхауэра, и американское «государство благоденствия» совершило очередной рывок вперед в период президентства Линдона Джонсона, чья программа «Великое общество» расширила само понятие общественной поддержки малоимущих и создала государственные программы страхования здоровья: «Медицинское попечение» (Medicare) и программа бесплатной медицинской помощи неимущим и малоимущим (Medicaid). Но в следующие десятилетия были сделаны значительные поправки и уступки, включая неудавшуюся попытку Билла Клинтона реформировать сферу здравоохранения в 1994 году.

Процесс принятия Obamacare вызвал столь бурную полемику отчасти потому, что символизировал новую стадию правительственной активности и заставил протестовать некоторых консерваторов, увидевших в нем решительный и неотвратимый поворот влево. «Именно по причине того, что Закон о доступном здравоохранении – полувековая мечта либералов, – писал недавно консервативный обозреватель Питер Вейнер в газете The Weekly Standard, – в случае его провала будет нанесен сокрушительный удар не только по президенту Бараку Обаме, но и по либерализму в целом. Почему? Потому что Obamacare – высшее проявление, архетип современного либерализма. Это выражается в элементах нажима, в стремительно растущей ставке на технократические подходы, в амбициях централизовать процесс принятия решений и вере, что правительству виднее».

Столь категоричные аргументы чересчур драматизируют практическое значение реформы. Они заслоняют тот любопытный факт, что Закон о доступном здравоохранении представляет собой очередной шаг на долгом пути медленного, но уверенного удаления от классической либерально-капиталистической модели в сторону особой американской версии социальной демократии. В отличие, скажем, от Северной Европы, где идеи социал-демократии долго и упорно, годами, закреплялись законодательно усилиями идеологически самодостаточных политических движений, в Соединенных Штатах реализовались более скромные и мозаичные запросы на социальные гарантии со стороны прагматичных политиков и технократов, бьющихся за решение индивидуальных проблем. Влиятельные силы будут по-прежнему противостоять подобным попыткам, в результате внедрение социального страхования пойдет более длительными этапами и менее квалифицированно, станет не столь всеобъемлющим и эффективным, как могло бы быть. Однако оппоненты участвуют в сражении, которое уже проиграно, они способны лишь замедлить и скорректировать окончательный исход событий, но не остановить их. Благодаря сочетанию общественного спроса, технологического предложения и постоянно растущего благосостояния социальная демократия – это будущее Америки.

Североевропейские модели

Социальная демократия зародилась в начале XX века скорее как стратегия, направленная на совершенствование капитализма, нежели на его отмену. Сегодня она обычно ассоциируется с европейскими социал-демократическими партиями и проводимой ими политикой, особенно в странах Северной Европы, таких как Дания или Швеция. В ближайшие 50 лет общий массив социальных программ, предлагаемых правительством США, станет все больше походить на модели этих стран.

Такой прогноз сейчас означает нечто иное, чем если бы он был сделан поколение назад, когда ярлык «социал-демократия» относился исключительно к политическим режимам, помогающим выживать людям с низкой заработной платой. В 1960-е и 1970-е гг. практика социал-демократии обычно сводилась к поддержанию системы социальных гарантий. Теперь это слишком узкое понятие. За последние десятилетия страны Северной Европы расширили свои щедрые социальные программы за счет инициатив, нацеленных на увеличение занятости и повышение производительности труда: общественно спонсируемые дошкольные заведения, курсы повышения квалификации и тренинги, значимые инфраструктурные проекты и правительственная поддержка частного научно-исследовательского сектора. В то же время североевропейские правительства принимают рыночно-ориентированный регламент. Законодательные инициативы по защите трудящихся и потребительской среды уравновешиваются стимулированием предпринимательства за счет гибкости при открытии или ликвидации бизнеса, найме сотрудников и утверждении трудового графика.

Заданное странами Северной Европы направление современной социал-демократии предполагает курс на расширение экономической безопасности, равных возможностей и обеспечение роста уровня жизни для всех. Но одновременно обеспечивается защита экономической свободы, гибкости и динамичности рынка – всего того, что долгие годы было визитной карточкой американской экономической модели. Опыт Северной Европы демонстрирует, что правительство способно успешно совмещать динамичность экономики с экономической безопасностью и отстаивать социальную справедливость, не препятствуя конкуренции. Современная социал-демократия предлагает взять все лучшее из наследия двух миров.

И все же мнение о том, что Соединенные Штаты будут и дальше увеличивать масштабы деятельности и компетенций государства благосостояния, может показаться не соответствующим политической действительности современной Америки. Но давайте сделаем небольшое отступление и взглянем на ситуацию издалека. Урок последнего века гласит, что с ростом благосостояния американцы стали более охотно тратиться на защиту от рисков и возможность справедливой игры. Сдвиги в социальной политике происходят урывками, но все же происходят. И, однажды свершившись, закрепляются надолго.

Такая динамика, вероятнее всего, сохранится. Лица, определяющие политическую линию, осознают выгоды от расширения государственного участия в обеспечении экономической стабильности, предоставления равных возможностей и повышения стандартов жизни. И попытаются придать курсу соответствующее направление. Неудачи неизбежны, но не исключены и успехи. Следует ожидать все более уверенных сдвигов в сторону прогресса, но, как и прежде, спорадически. Появятся новые социальные проекты и расширятся существующие, поскольку эффективные программы становятся популярными и процесс выработки политических решений в США усложняет процедуру их отмены оппонентами. Скромные и реже – крупные успехи, иногда сопряженные со сползанием вниз, возымеют кумулятивный эффект, выраженный в широте и щедрости правительственных социальных программ.

Это не прогноз, точно указывающий на время и условия конкретных политических сдвигов. Это лишь гипотезы наиболее вероятного хода событий. Движение в данном направлении неотвратимо.

Недобор

Чтобы понять, почему Соединенные Штаты находятся на пути к социал-демократии, необходимо признать: хотя это богатая страна и в ближайшие полвека она будет еще богаче, ее экономике присущи серьезные изъяны. Речь идет о глубоко укоренившихся проблемах. Они резко обострились во время Великой рецессии и преодолеваются очень медленно, но появились задолго до недавних экономических трудностей.

В первую очередь США не обеспечивают гражданам достаточную экономическую безопасность. Доходы слишком многих настолько низки, что среднестатистический американец едва сводит концы с концами: средний доход 25 млн домохозяйств, относящихся к нижнему сегменту подоходной диаграммы, состоящей из пяти секторов (квинт), составляет всего 18 тыс. долларов в год. Непомерно много жителей ощущают серьезную нехватку доходов: ежегодно примерно одно из семи американских домохозяйств теряет до четверти дохода и больше. Недопустимое количество американцев лишены медицинской страховки: даже когда Obamacare вступит в действие, от 5 до 10% граждан не будут обеспечены должным покрытием – куда более высокий процент, чем в других богатых странах. Ну и наконец, слишком много американцев вскоре достигнут пенсионного возраста с недостаточными накоплениями и неадекватными пенсиями: средняя доля подоходных сбережений домохозяйств от работ на основе непостоянной занятости упала с 10% в 1970-е гг. до рекордно низких 3% в первой декаде наступившего века. Множество работников с пенсионными планами, составленными на основе фиксированного взноса, вносят крайне мало на свой счет или преждевременно обналичивают его, а разрыв «мыльного пузыря» на рынке недвижимости опустошил активы многих домовладельцев из среднего класса.

Во-вторых, страна не справляется со своими обещаниями «равных возможностей». Большинство женщин и множество американцев африканского происхождения имеют гораздо больше шансов приобрести высшее образование и преуспеть на рынке труда, чем поколение назад. Однако перспективы американцев, растущих в бедности, не столь воодушевляющие. Среди процветающих стран, согласно общедоступной статистике, США занимают одну из самых низких позиций по межпоколенческой мобильности доходов. Шансы американца поколения 1960-х–1980-х гг., рожденного в семье, относящейся к нижней, пятой квинте по ежегодным доходам, переместиться к наступлению зрелого возраста в середину диаграммы или выше, составляют не более 30 процентов. В то же время шансы американца из семьи с наибольшим доходом опуститься в середину данной диаграммы стремятся к 80 процентам. Более того, для последних десятилетий характерно увеличение разрыва между результатами тестирований и экзаменов детей из семей с разными доходами, что с большой долей вероятности отразится на уровне их заработка по достижению ими зрелости.

В-третьих, плоды процветания последних десятилетий коснулись слишком малого числа американцев. В здоровом обществе средний и нижний класс вправе рассчитывать на значительные выгоды от экономического роста. Благосостояние должно распространяться на всех. Но начиная с 1970-х гг., несмотря на устойчивый рост экономики, доходы домохозяйств среднего и нижнего классов росли крайне медленно в сравнении с верхним классом. По подсчетам Бюджетного управления Конгресса, с поправкой на уровень инфляции средний уровень дохода для домохозяйств, относящихся к 1% верхнего класса, возрос с 350 тыс. долларов в 1979 г. до 1,3 млн долларов в 2007 году. Для 60% представителей нижнего класса прирост оказался очень скромным: от 30 тыс. до 37 тыс. долларов.

Эти провалы отчасти стали результатом изменений в глобальной экономике и особенно возрастающей конкуренции, с которой столкнулись американские корпорации. Так, компании, продающие товары или услуги на международных рынках, имеют дело с гораздо более сильными зарубежными конкурентами, чем в прошлом. Внутренняя конкуренция обострилась за счет того, что технологический прогресс снизил эксплуатационные и транспортные расходы, а ослабление правительственного контроля в рамках торговой либерализации отменило ограничение на импорт. Ко всему прочему, пайщики сегодня рассчитывают на стремительный рост стоимости рыночных активов. Прошлое поколение инвесторов довольствовалось постоянством выплат по дивидендам и долгосрочным приростом стоимости активов, теперь же они заряжены на квартальные прибыли и постоянный рост.

Подобные сдвиги играют на руку инвесторам, потребителям и отчасти наемным работникам. Но они побуждают компании сдерживать увеличение заработной платы, ухудшать варианты страхования здоровья, урезать взносы в пенсионный фонд сотрудников, перемещать производство за границу, производить сокращения и заменять постоянных сотрудников временными – или компьютерами. Стратегии сокращения расходов приводят к снижению экономической безопасности, ограничению возможностей низкоквалифицированных работников и уменьшению роста доходов рядовых американцев – эти тенденции продолжатся и в обозримом будущем. В грядущие десятилетия еще больше американцев потеряют работу, уровень заработной платы перестанет увеличиваться, возрастет сегмент частичной занятости или нерегулируемого рабочего дня, работников не обеспечат пенсионными планами или страховками.

Некоторые полагают, что лучшим способом борьбы со стрессами и нагрузками новой экономики станет укрепление семейных и гражданских организаций или профсоюзов. Это заслуживает внимания. Но в последние полвека смутные контуры таких институтов только угадывались, и хотя сторонники их оживления возлагают на них большие надежды, результатов пока не видно.

Влиятельные политики из Вашингтона предлагают несколько иное решение: сокращение роли федерального правительства. В соответствии с этой точкой зрения, уменьшение налоговой базы и государственных затрат – путь к повышению эффективности, ограничению потерь, стимулированию инвестиций, предпринимательства и занятости в сфере наемного труда. Все это приведет к быстрому росту. Но такой подход основан на ложном представлении о том, что увеличение государственного участия ограничивает рост частного сектора. В течение последнего столетия Соединенные Штаты постепенно наращивали правительственные затраты с 12% ВВП в 1920 г. до 37% в 2007 году. За этот период темпы экономического роста оставались довольно стабильными. Имеется и зарубежный опыт: среди самых процветающих мировых экономик те, что имеют более широкую налоговую базу и более высокие государственные расходы, развиваются так же стремительно, как государства с малым государственным вмешательством. Более того, даже если сокращение налогов и урезание затрат на федеральном уровне и ускоряло темпы развития, опыт последних десятилетий указывает на то, что американцы среднего и нижнего класса мало приобрели бы от такого роста.

Еще один вероятный выход из создавшегося положения – решение смириться с ним. В этом смысле мало что можно сделать с негативными последствиями современной экономики, поэтому самым мудрым выводом для рядового американца будет привести свои ожидания в соответствие с объективной реальностью. Но есть и более приемлемый выход: лучший способ бороться с социально-экономическими провалами – это расширение социальных гарантий.

Риски и вознаграждения

То, что социологи называют «социальной политикой», на самом деле во многом является государственным страхованием. Социальная защита и охрана здоровья населения призваны помочь людям избежать бедности в пенсионном возрасте. Пособия по безработице предотвращают риски, связанные с потерей работы. Пенсии по нетрудоспособности страхуют от рисков, связанных с утерей физических, интеллектуальных или психологических возможностей зарабатывать на жизнь.

Некоторые общественные службы США также представляют собой программы госстрахования, даже если люди в этом качестве их не рассматривают. Государственные бесплатные школы страхуют от недоступности дорогих частных школ или невозможности получить образование и профессию. Центры переквалификации и трудоустройства призваны помочь в поисках работы, затруднительных в рыночных условиях. Налоговый кредит на заработанный доход спасает от ситуаций, когда зарплата не обеспечивает минимальный уровень жизни. Талоны на питание и временное пособие для нуждающихся семей помогают тем, кто не может трудоустроиться, не отвечает критериям программ компенсаций по безработице или нетрудоспособности.

В XX веке в Соединенных Штатах, как и в других богатых странах, был принят целый ряд программ госстрахования. Но для достижения экономической стабильности, равных возможностей и общего процветания в условиях новой экономики правительству придется в ближайшие 50 лет значительно расширить диапазон и сферу существующих программ социального страхования и ввести новые.

Правительство могло бы помочь американским семьям с низким доходом и одним или более работающим взрослым членом семьи, увеличив законодательно установленный размер оплаты труда, а также индексируя его в соответствии с инфляцией. Можно расширить условия налогового кредита на заработанный доход, особенно для бездетных семей, для которых на данный момент эта программа мало что меняет. Для семей, в которых нет трудоустроенных членов, решение сложнее. Потенциальным участникам рынка труда должны быть предоставлены все необходимые условия и всесторонняя индивидуальная поддержка. Кроме того, федеральное правительство обязано увеличить страховые пособия и упростить критерии по таким ключевым социальным программам, как временное пособие нуждающимся семьям, общее страхование, обеспечение продовольственными талонами, улучшение жилищных условий, коммунальные платежи.

Несколько законодательных инициатив способны помочь снизить непредвиденное падение доходов: страхование на случай болезни, оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком и расширенный доступ к страхованию на случай отсутствия занятости. На данный момент почти треть американских наемных работников не имеют оплачиваемого больничного листа, законодательство позволяет не более 12 недель неоплачиваемого отпуска по уходу за ребенком, и только 40% безработных американцев имеют право на пособия по безработице. Американцы также выгадали бы от принятия программы страхования заработной платы. В случае сокращения и невозможности найти работу с прежним уровнем зарплаты страхование в течение пары лет компенсировало бы такой разрыв.

Повышение доходов малоимущих семей с детьми, увеличение налогового кредита на ребенка сократило бы растущее неравенство возможностей. Школа помогает компенсировать неравенство способностей у детей, возникающее из-за ситуации в семье и региональных различий. Если отправлять детей в школу в более раннем возрасте, можно снизить такое неравенство, которое проявляется уже в детском саду. Действительно, некоторые аналитики пришли к выводу, что влияние обучения в додетсадовский период огромно.

Для людей пожилого возраста полезным дополнением к системе социальной защиты был бы фиксированный взнос в пенсионный план с автоматической регистрацией. Работодатели, которые практикуют существующий план, могут его продолжить, но им придется автоматически зарегистрировать всех сотрудников и отчислять часть их зарплаты до тех пор, пока работник не примет решение отказаться. Работники без доступа к целевому плану будут автоматически зачисляться в новый стандартный пенсионный фонд, а те, чьи наниматели не уравнивают их вклады, будут иметь право на соответствующие действия со стороны правительства.

И последний сегмент головоломки в системе экономической безопасности – повышение федеральных расходов на государственные детские учреждения, дороги и мосты, а также на здравоохранение и затраты, связанные с исполнением федеральных постановлений, предписывающих больше праздников и отпусков для работников. Такие изменения позволят повысить качество жизни и высвободить часть дохода на приобретение других товаров и услуг.

А как насчет общего процветания? Лучший способ гарантировать синхронный рост доходов домохозяйств и экономики – увеличить зарплату и занятость опять же для средней и нижней квинты подоходной диаграммы.

С поправкой на инфляцию заработная плата рядовых американцев не росла с середины 1970-х гг., а уровень занятости стал ниже, чем в 2000 году. Политикам также следовало бы заняться совершенствованием системы госстрахования: не только увеличить выгоды, предлагаемые налоговым кредитом на заработанный доход, но предложить кредит американцам со средним уровнем дохода и индексировать его в ВВП на душу населения.

Конечно, расходы на страхование имеют свою цену. Американцы должны будут платить больше налогов. Более того, наличие страховки стимулирует людей на различные авантюрные проекты или позволяет уклоняться от поисков работы. Тем не менее социальные гарантии приносят и экономические выгоды. Более высокий уровень образования и здравоохранения благоприятно сказывается на производительности труда. Защита от кредиторов благодаря закону о банкротстве поощряет предпринимательство. Пособие по безработице способствует более гибкой системе занятости и стимулирует работника совершенствоваться. Такие программы, как налоговый кредит на ребенка и налоговый кредит на заработанный доход, повышают образовательные и экономические перспективы детей из малообеспеченных семей. И самое главное – социальное страхование позволяет экономике защититься от рисков, не прибегая к удушающему регулированию, которое подавляет частную инициативу бизнеса.

Опыт богатых стран, накопленный за последнее столетие, должен развеять опасения, что рост объема компетенций государственных социальных программ ослабит экономику Соединенных Штатов. Безусловно, переход за определенные пределы ведет к тому, что государственные социальные расходы вредят экономическому росту. Но данные свидетельствуют о том, что США еще не достигли подобного уровня и фактически до него еще очень далеко.

Большой ценник, большая прибыль

Некоторые наблюдатели, даже левого толка, беспокоятся о применимости скандинавской модели политики – имевшей успех в малых, относительно однородных по национальному составу странах – к крупным странам с разнородным национальным составом, например Соединенным Штатам. И все же движение в сторону социал-демократии в США в основном будет равнозначно более активным действиям федерального правительства. И это не повлечет за собой необходимости заключать качественно иной общественный договор.

Но могут ли Соединенные Штаты позволить себе социальную демократию? Дополнительные расходы на создание упомянутых выше программ и их развитие при одновременном сохранении социального обеспечения и медицинского обслуживания будут зависеть от точно просчитанного объема и насыщенности этих программ. Ориентировочно это дополнительные 10% ВВП или около 1,5 трлн долларов. (В период экономического спада, вызванного финансовым кризисом 2008 г., проявляется тенденция к искажению показателей ВВП и доходов от налогообложения, поэтому лучше использовать данные 2007 г., на который падает пик бизнес-цикла.) Если 10% ВВП выглядят слишком внушительно, следует вспомнить о двух вещах: во-первых, если государственные расходы вырастут с 37% ВВП (по данным 2007 г.) до примерно 47%, то это лишь на несколько процентных пунктов выше текущей нормы для самых богатых стран мира. Во-вторых, увеличение государственных расходов на 10% ВВП гораздо меньше, чем увеличение на 25% в период с 1920 г. по сегодняшний день.

С технической точки зрения пересмотр налогового кодекса США с целью собрать дополнительные средства осуществляется сравнительно просто. Первый и самый важный шаг – введение потребительского налога в форме налога на добавленную стоимость (НДС), которым правительство будет облагать товары и услуги на каждом этапе их производства и распределения. Исследования Роберта Барро, Алана Крюгера и других экономистов показывают, что НДС по ставке 12% с умеренными вычетами, скорее всего, принесет около 5% ВВП в доход – половина суммы, требуемой для того, чтобы профинансировать предлагаемое здесь расширение социального страхования.

Мысль о том, что придется слишком полагаться на потребительский налог, ненавистна для некоторых представителей прогрессивной школы, которые считают, что дополнительные налоговые сборы должны поступать в основном (а возможно, и полностью) от самых богатых домохозяйств. Однако Вашингтон реально не в состоянии выжать дополнительные 10% ВВП, облагая налогами исключительно тех, кто находится на вершине социальной пирамиды, даже если состоятельные слои общества получают большую долю дохода страны до вычета налогов. С 1960 г. среднедействующая ставка федерального налога (налоговые выплаты в федеральное правительство в виде доли чистого дохода), выплачиваемого налогоплательщиками с самым высоким уровнем дохода, никогда не превышала 37%, а в последние годы находилась на уровне 29 процентов. Для того чтобы получить 10% ВВП за счет налоговых поступлений только от этой группы, эффективная налоговая ставка должна увеличиться до 67 процентов. Какой бы привлекательной ни казалась эта идея, такая цифра не найдет одобрения среди влиятельных политиков.

Еще несколько изменений, внесенных в налоговую систему, могли бы принести дополнительные 5% ВВП: возврат к федеральным ставкам подоходного налога, которые применялись до президентства Джорджа Буша; повышение средней ставки налога до 37% для 1% налогоплательщиков с самым высоким уровнем дохода; отмена налогового вычета процентов по ипотечным кредитам; новые налоги на выбросы углекислого газа и финансовые операции; увеличение верхнего предела заработков, подлежащих налогообложению в рамках программы социального обеспечения, а также увеличение на 1% налоговой ставки на заработную плату.

Политика: лежачие полицейские вместо барьеров

Все эти виды налоговых реформ и программы социального страхования, которые будут финансироваться за их счет, не вступят в действие единовременно. Этот процесс будет протекать медленно, частично вследствие ряда препятствий, с которыми однозначно столкнутся социал-демократические идеи. Но, скорее всего, ни одно из препятствий не окажется непреодолимым.

Одна из основных проблем, на которую указывают критики, заключается в том, что американцы не жалуют идею «большого правительства». Хотя, когда дело доходит до конкретных государственных программ, американцы, как правило, решительно поддерживают их. Например, как показывает Общее социологическое исследование, проведенное Национальным исследовательским центром, начиная с 1970 г. подавляющее большинство американцев – всегда более 80%, а иногда даже 90% – отмечали, достаточно либо недостаточно средств выделяет правительство на нужды бедных, на совершенствование системы образования, на улучшение и защиту здоровья нации и на социальное обеспечение.

Скептики могут также указать на то, что расширение социальных программ будет зависеть от электорального успеха демократов, в то время как привлекательность Демократической партии как будто бы действительно переживает не лучшие времена. Демократы потеряли поддержку «белых воротничков» из рабочего класса – основного элемента коалиции «Нового курса», доминировавшей в американской политике с 1930-х по 1970-е годы. С одной стороны, кандидат в президенты и кандидаты в Конгресс от Демократической партии неплохо показали себя с новой электоральной базой, включавшей горожан, женщин, афроамериканцев и латиноамериканцев. С другой стороны, поток частных инвестиций в избирательные кампании, стимулированный официальным документом Верховного суда от 2010 г. «Объединенные граждане» (Citizens United), может поставить демократов в невыгодное положение, хотя значение частных вкладов в кампании возросло в течение нескольких десятилетий, и пока что демократы сумели удержаться на плаву. Конечно, демографические показатели, избирательные коалиции и финансирование избирательных кампаний имеют значение, но, как правило, главным показателем является состояние экономики, которое определяет исход национальных выборов. Если демократам удастся управлять экономикой достаточно хорошо, как они это делают сейчас, они, вероятно, останутся конкурентоспособными в электоральном плане.

Еще одним потенциальным препятствием является сдвиг вправо в балансе сил между организованными группами вне избирательной арены, которые оказывают существенное влияние на процесс принятия стратегических решений. С 1970-х гг. активность коммерческих предприятий и состоятельных граждан росла, профсоюзы неуклонно теряли своих членов. Это лишь замедлило, но не остановило утверждение прогрессивной социальной политики.

Одним из последних потенциальных препятствий на пути американской социал-демократии является структура политической системы, в которой относительно легко блокировать изменения через маневрирование в Конгрессе или с помощью права вето. Учитывая данную структуру, дисциплинированный обструкционизм, продемонстрированный республиканцами в Конгрессе в период президентства Барака Обамы, является несомненной угрозой принятию государственного страхования. Однако рано или поздно лидеры республиканцев откажутся от жесткой антиправительственной ориентации, которая определяла стратегию и тактику партии в последние годы. В долгосрочной перспективе центр тяжести в Республиканской партии будет смещаться в сторону правоцентристских партий Западной Европы, большинство из которых признают право на существование щедрого государства всеобщего благосостояния и относительно высоких налогов.

Теоретически три вещи могли бы стать причиной такого сдвига. Одной из них является проигрыш на президентских выборах очень консервативного кандидата от Республиканской партии. Если партия в 2016-м или 2020 г. выдвинет кандидатом представителя ультраправой или либертарианской фракции, то он почти наверняка проиграет, что может спровоцировать движение назад к центру. Еще одним фактором в пользу республиканской умеренности является растущее внимание к партии «белых воротничков» в рабочем классе. В последнее время некоторые думающие и видные правоцентристы, такие как Дэвид Брукс, Росс Даузет, Дэвид Фрам, Чарльз Мюррей, Рамеш Поннуру и Рейхан Салам, отметили, что «белые воротнички» в рабочем классе испытывают экономические трудности и могли бы выгадать от государственной помощи. Найдется немало республиканцев, которые, чтобы заручиться поддержкой этой группы избирателей, выступят за (или по крайней мере не будут отрицать) необходимость расширения таких программ, как налоговый кредит на ребенка, бесплатное дошкольное образование, налоговый кредит на заработанный доход, социальное обеспечение и даже медицинское страхование и медицинская помощь.

И, возможно, самое главное. Ясно мыслящие правые в конечном итоге поймут, что с учетом стремления американцев к экономической безопасности и справедливости вопрос заключается не в том, должно ли государство вмешиваться, а в том, как оно должно это делать. Расширение социальных программ не обязательно означает усиление вмешательства в функционирование рынка и слабую конкуренцию. И здесь снова полезен пример стран Северной Европы.

Консервативный фонд «Наследие» (Heritage Foundation) сотрудничает с The Wall Street Journal в проекте, который ранжирует страны по 10 направлениям экономической свободы. Хотя Соединенные Штаты имеют более низкие налоги и уровень государственных расходов, чем такие страны Северной Европы, как Дания, Финляндия и Швеция, в среднем их показатели выше по другим восьми параметрам, включая право на создание и управление предприятием без вмешательства государства, ряд нормативных барьеров для импорта и экспорта, а также ограничений на движение капитала. Американцы нуждаются в защите и поддержке. Для достижения этой цели политики должны сделать выбор между государственной системой страхования и регулированием, и консерваторы обязаны предпочесть первое.

Америка XXI века

Возможно, самое важное, что стоит сказать о социал-демократическом будущем США, это то, что страна не будет значительно отличаться от сегодняшней Америки. Соединенные Штаты не превратятся в утопию представителей прогрессивной школы, а, скорее, станут лучшей версией сегодняшнего дня.

Большая часть взрослого населения будет трудоустроена, хотя для многих рабочая неделя станет короче, увеличится число отпускных и праздничных дней. Почти все рабочие места сосредоточатся в секторе услуг, особенно если говорить о преподавании, консультировании, инструктировании, организационной деятельности, вспомоществовании, уходе за больными, мониторинге и транспортировке. Лишь около 5% останется в производстве и сельском хозяйстве. Большинство американцев станут менять работу и даже карьеру чаще, чем они это делают сегодня. Все больше американцев будет занято на работах с низкой заработной платой, потеряют работу более одного раза в течение своей карьеры и достигнут пенсионного возраста с небольшими сбережениями. Активность на уровне семьи, общины и профсоюзов может еще больше сократиться.

Но, заполняя пробелы в системе общественной безопасности, федеральное правительство укрепит экономическую безопасность, создаст равные возможности и доступное процветание для большинства, несмотря на все изменения. Социал-демократическая Америка окажется более экономически безопасным и справедливым обществом. Экономика будет гибкой, динамичной и инновационной. Занятость – высокой. Свобода – широкой. Балансировать между работой и семьей станет легче. Американцам придется платить более высокие налоги, чем в настоящее время, но жертва того стоит, так как взамен они получат многое.

Соединенные Штаты прошли долгий путь в направлении идеального общества, но многое еще впереди. К счастью, история Америки и опыт других богатых держав указывают путь только вперед. Одна из причин, по которой облик США за столетие изменился в лучшую сторону, в том, что федеральное правительство делает гораздо больше для обеспечения экономической безопасности, равных возможностей и всеобщего процветания. В будущем в его силах сделать для страны еще больше.

США > Внешэкономсвязи, политика > globalaffairs.ru, 6 июня 2015 > № 1395216 Лейн Кенвэзи


Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 19 мая 2015 > № 1382661 Сергей Полонский

На чем разбогател и почему потерял бизнес Сергей Полонский

Мария Абакумова

Путь экстравагантного девелопера от работы на петербургских стройках до триумфа и краха в Москве и бегства в Камбоджу

Девелопер Сергей Полонский после экстрадиции из Камбоджи сидит в СИЗО «Матросская тишина», ему предъявлено обвинение в мошенничестве. Крупных проектов в России у него не осталось, они достались кредиторам, партнерам и банкам. Почему бизнесмен, некогда ворочавший сотнями миллионов долларов, оказался у разбитого корыта и как он сколотил свое состояние?

Питер

В феврале 2008 года американский Forbes в первый и последний раз включил основателя Mirax Group Сергея Полонского в свой список миллиардеров. Через месяц на вечеринке в Каннах прозвучала знаменитая фраза про миллиард. Полонскому было от чего находиться в приподнятом настроении: путь от регионального бизнесмена средней руки до миллиардера, известного на всю страну, он прошел меньше чем за восемь лет.

Сергей Полонский и его партнер Артур Кириленко начинали бизнес с того, что сколотили бригады мастеров-отделочников и занимались штукатуркой, бетонной стяжкой и другими работами на стройках Санкт-Петербурга. Зачастую с ними рассчитывались не деньгами, а квартирами. Много лет спустя Полонский заполонит Москву экстравагантными рекламными постерами. В середине 90-х он, сидя в офисе на пятом этаже жилого дома, умудрялся продавать людям квартиры в не построенных еще зданиях. «Это был прообраз долевого строительства в 1994 году, — вспоминал Полонский. — Как люди покупали, ума не приложу».

К 1999 году «Строймонтаж» Полонского и Кириленко уже самостоятельно строил 60 000 кв. м, но на рынке Санкт-Петербурга оставался середняком. В 2000 году на выборах мэра Полонский по предложению своего друга Виталия Мутко поддержал Валентину Матвиенко. Победил Владимир Яковлев, и «Строймонтаж» стал испытывать проблемы с согласованием проектов. Полонский решил переехать в Москву.

Москва

Полонский любит вспоминать, что за первые два месяца в Москве он провел то ли 200, то ли 300 встреч с банкирами, строителями, девелоперами. В результате этой бурной активности «Миракс» в первый же год смог войти в два крупных проекта, жилые комплексы «Золотые ключи-2» площадью 212 000 кв. м и «Корона» площадью 97 000 кв. м на юго-западе Москвы.

Как он получал участки?

В проекте «Золотые ключи» «Миракс» вытеснил другого генподрядчика, компанию «Росглавматериалы» питерского бизнесмена Евгения Дондурея. Полонский на пресс-конференциях обвинил Дондурея в том, что он обманывает дольщиков и строит «Золотые ключи-2», не имея разрешения на строительство, и обратился в суд. Суд встал на сторону «Миракса», владелец участка расторг договор с Дондуреем и заключил его с компанией Полонского, а сам Дондурей на 10 лет уехал в Лондон, спасаясь от уголовного преследования.

В случае с «Короной» Полонский тоже «вошел в ситуацию». Московская строительная компания (МСК) заключила с Медицинской академией им. Сеченова договор, по которому МСК должна была построить на территории академии жилой комплекс. Дело долго не двигалось, но появился Полонский, договорился с ректором академии Михаилом Пальцевым и стал соинвестором проекта. МСК пришлось потесниться, рассказывал Forbes топ-менеджер компании, потому что юристы «Миракса» помогали дольщикам составлять претензии и жалобы на срыв сроков в разные инстанции. Сергей Полонский, Артур Кириленко вместе с дочерью академика Пальцева и несколькими сотрудниками академии создали компанию «Миракс Фарма», которая занялась производством лекарств. Через год после этого академия позволила Полонскому построить на своей территории еще один крупный жилой комплекс Mirax Park площадью 215 000 кв. м.

Были ли у Полонского в Москве серьезные покровители? Некоторые называли его хорошим знакомыми Владимира Ресина и Елену Батурину, но сам Полонский всегда заявлял, что строить в столице можно и без поддержки федеральных или региональных властей.

Жизнь взаймы

«До 1999 года я принципиально не брал кредитов в банках, — рассказывал Сергей Полонский корреспонденту Forbes. — Когда берешь кредит, нужно точно понимать, куда пойдет рынок. А мы тогда не понимали». После запуска масштабных московских проектов бизнес без долгов отошел в прошлое. Одними из первых кредиторов компании Полонского были Автобанк-Никойл и Альфа-банк.

В 2005 году Mirax Group первая из девелоперских компаний опубликовала отчетность по US GAAP, а в 2006-м впервые разместила кредитные ноты (CLN) на $100 млн, причем спрос на 72% превысил объем предложения, и большую часть выпуска купили иностранные инвесторы. Эти деньги компания Полонского вложила в оплату участка под самым знаменитым своим проектом — небоскребом «Федерация» в Москва-Сити.

Общий объем инвестиций в башню, как считали тогда, должен превысить $500 млн (сейчас эта сумма оценивается в $1,3 млрд, небоскреб до сих пор не достроен). Банк ВТБ согласился выделить компании с выручкой $163 млн кредит в $250 млн на строительство «Федерации». Старший вице-президент, руководитель строительных проектов ВТБ Павел Косов объяснял Forbes эту сделку так: «До Mirax к нам никто с предложениями профинансировать строительство в Москва-Сити не обращался. Участки были разобраны, но никто ими не занимался. И только когда мы стали финансировать «Федерацию», Сити начало жить». Позже ВТБ выкупил 33 этажа в башне «Запад» еще за $250 млн, сейчас там центральный офис Группы ВТБ.

Проекты компании пользовались бешеным спросом.

Выручка «Миракса» выросла в восемь раз с $163 млн в 2005 году до $1,28 млрд в 2007-м, долг — только в пять, с $141 млн до $715 млн (данные отчетности Mirax Group). Недостроенный офисный комплекс Mirax Plaza миллиардер Зияд Манасир купил за $700 млн – это была по тем временам крупнейшая сделка на рынке коммерческой недвижимости. Деньги «Миракс» тратил на покупку новых проектов — в Москве их число приблизилось к двум десяткам.

Кроме того, за эти два года произошло несколько крупных IPO девелоперов. «Система Галс» получила капитализацию в $2 млрд, группу ПИК инвесторы оценили в $12 млрд. Mirax Group, чей портфель проектов в 12 млн кв. м будущей недвижимости был ближе к ПИК, чем к «Системе», имел все основания оцениваться высоко. Полонский выбился в миллиардеры. Некоторые конкуренты оценивали Mirax Group в $4 млрд, сам Полонский считал, что его компания стоит все $8 млрд, и продолжал покупать проекты — например, Mirax заплатил $160 млн за площадку в Лондоне. Деньги лились рекой.

Крах

Осенью 2008 года продажи квартир и апартаментов, на которые приходилась большая часть выручки «Миракса», остановились. Все сразу посыпалось: на деньги дольщиков одних объектов покупались площадки под другие, и, когда поток продаж иссяк, строить стало не на что. Нечем было и рассчитываться с банками. Кроме того, в кризис стало ясно, что структура активов компании достаточно запутанна и зачастую на один и тот же объект могут претендовать несколько разных групп кредиторов.

Так, например, получилось в случае с жилым комплексом «Кутузовская миля», с которым связано одно из двух уголовных дел, возбужденных против Полонского. Соинвестор проекта, компания «Аванта», выступала поручителем при выпуске облигаций «Миракса». Однако квартиры в «Кутузовской миле», которые могли бы быть активами «Аванты», вовсю продавались. Получается, в случае банкротства компании Полонского дольщики жилого комплекса и владельцы облигаций претендовали бы на одни и те же жилые метры.

Все крупные объекты «Миракса» так или иначе оказались в сферах интересов банков или державшихся до кризиса в тени соинвесторов вроде владельца группы Aeon Романа Троценко и совладельца «Адаманта» Владимира Голубева.

Полонский уехал в Камбоджу и дважды дистанционно продал то, что называлось его компанией: сначала банкиру Андрею Алякину, потом якобы за $100 млн Троценко и Голубеву.

Каждый раз после сделки девелопер заявлял, что она была заключена в результате мошенничества или под давлением; сделку с Троценко бизнесмен оспаривает в Высоком суде Лондона. Mirax Group четырежды сменила название и сейчас существует как «Башня «Федерация».

Россия > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 19 мая 2015 > № 1382661 Сергей Полонский


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mos.ru, 19 мая 2015 > № 1379591 Сергей Собянин

Встреча с председателями членских организаций Московской федерации профсоюзов

Сергей Собянин: В последние месяцы страна и Москва столкнулись со сложными экономическими проблемами, связанными и с санкциями, и с падением цен на энергоресурсы на мировом рынке, и, несмотря на то что в Москве нефть не добывают, в целом это отражается и на городской экономике. Речь идёт и об инфляции, которая стала двузначной, и о падении реальных доходов населения, хотя мы даже в первом квартале видим их номинальный рост, но они не успевают за инфляцией. Высокие процентные ставки по кредитам — и потребительским, и инвестиционным — всё это в целом, конечно, не улучшает экономическую активность в городе, но тем не менее, на мой взгляд, это не является чем-то таким чрезмерно критичным. По крайней мере, первый квартал этого года говорит о том, что московские предприятия, московская экономика в большинстве своём справились с теми проблемами, которые возникли, — никакого обвала или ухода в штопор мы не наблюдаем. Более того, мы ставим себе задачу, чтобы в последующие месяцы ещё более выровнять ситуацию и переходить уже из минусов в плюсы роста.

Несмотря на сложности в экономике, мы постарались обеспечить выполнение всех социальных обязательств, взятых на себя городом. Речь идёт и о социальных льготах, которые в Москве, как вы знаете, составляют большую цифру — около 300 миллиардов рублей, и мы до последней копейки учли в бюджете и никоим образом не оптимизировали, не уменьшали эти расходы. Более того, ввели дополнительные расходы в размере 1,7 миллиарда рублей на меры индивидуальной адресной поддержки тем категориям граждан, которые могут оказаться в наиболее трудной жизненной ситуации.

То же самое можно сказать и о социальных направлениях политики города. Речь идёт о развитии образования, здравоохранения, культуры — все обязательства, связанные с текущими расходами города, исполняются неукоснительно.

Конечно, выполнение финансовых обязательств, экономических стало возможным в результате мер, которые Правительство заранее предприняло по оптимизации неэффективных расходов, бюджетных закупок, долгосрочных контрактов, снижения соответствующих цен и целого ряда других мер, которые позволили обеспечить стабильность бюджета города.

Главным результатом антикризисного плана, несмотря на то, что, конечно, были приняты и специальные мероприятия, стало то, что мы сохранили реализацию всех государственных программ города Москвы, которые поддерживают и социальную, и экономическую активность города. Речь идёт и об Адресной инвестиционной программе, которая предусматривает развитие строительства метрополитена, дорог, инженерных коммуникаций, которые сами по себе являются основой для настоящего и будущего развития города. Без развития инфраструктуры город развиваться не будет, экономика города развиваться не будет, что бы мы ни делали. Поэтому это является одной из главных задач — поддержание активности в области развития строительства инфраструктуры.

Кстати, то, что касается строительства, — это одна их весомых отраслей города. Объём инвестиций составляет около триллиона рублей. В прошлом году мы ввели около девяти миллионов квадратных метров жилья, офисов, торговых и социальных объектов.

Думаю, что нам будет сложно поддерживать такой же уровень объёма инвестиций в строительство, но тем не менее мы постараемся обеспечить максимальный объём ввода и в этом году, особенно то, что касается жилья, жилищных программ. Тем более что среди всего сегмента инвестиций в недвижимость наибольший интерес вызывают именно инвестиции в жильё, и поэтому мы обеспечиваем первоочередную выдачу разрешений на строительство, подготовку градостроительной документации, для того чтобы не сдерживать строителей, — с одной стороны. С другой стороны, конечно, нам всем внимательно надо смотреть за состоянием строительной индустрии, строительных предприятий, чтобы не получить негативные эффекты, связанные с их банкротством, обманутыми дольщиками и так далее.

Несмотря на то что у нас в руках теперь имеются достаточно серьёзные рычаги в виде соответствующих законов, регламентирующих, контролирующих долевое строительство, тем не менее целый ряд предприятий допускает различные схемы ухода от этого закона, и требуется и общественный, и государственный контроль за состоянием дел в этой отрасли.

Мы приняли со своей стороны ряд дополнительных льгот для строителей, в том числе рассрочку платежей в городской бюджет, чтобы поддерживать и стимулировать строительство.

Одной из мер системной поддержки экономики города является тарифное регулирование. Мы уже третий год поддерживаемся стратегии, чтобы тарифы в городе на жилищно-коммунальные услуги росли ниже, чем инфляция.

Если вы помните, в прежние годы рост тарифов составлял около 25 процентов. Мы стараемся это сделать, чтобы он оставался ниже инфляции. В этом году рост тарифов будет где-то в полтора раза ниже инфляции. Это, конечно, позволяет сдерживать инфляцию, не разгонять инфляционные ожидания и издержки предприятий. Ну и естественно, напрямую касается населения и социального самочувствия.

Что касается продовольственной безопасности и проблем, с которыми столкнулась и страна, и город в период санкций, то для Москвы они, скорее всего, прошли менее болезненно в силу того, что за последние годы в области оптовой, розничной торговли сформировалась очень серьёзная конкурентная среда. Только за последние годы мы ввели около 400 тысяч рабочих мест в области торговли: это и крупные сетевые магазины, и магазины среднего формата, малого формата, то есть весь набор тех торговых предприятий, которые необходимы для города.

Это позволило в период проблем с поставками продовольствия быстро найти новых поставщиков, в том числе в таких странах, как Турция, Азербайджан, Казахстан, Белоруссия, и, конечно, в регионах Российской Федерации, которые активно приняли участие и в региональных ярмарках, и в ярмарках выходного дня, и в закупочных компаниях.

Тем не менее, как вы знаете, цены на продовольствие существенно подросли, но, с другой стороны, ни дефицита, ни ажиотажа в Москве допущено не было. И я надеюсь, что всё-таки цены на продовольствие стабилизируются и будут более адекватными с точки зрения их дальнейшего роста.

Что касается развития промышленности и вопросов импортозамещения, создана большая программа вместе с Министерством промышленности Российской Федерации, определены приоритеты импортозамещения, в том числе и на московской площадке. Речь идёт о таких направлениях, как авиационная, космическая промышленность, производство лекарств, пищевая промышленность, строительная промышленность и целый ряд других.

Совершенно очевидно, что даже в этих отраслях Москва в силу своей специфики — дороговизны трудовых ресурсов — должна выбирать в большей степени инжиниринговые центры, проектные разработки, инновационную продукцию. Для этого в создаётся целая сеть технополисов, технопарков, новых и с точки зрения промышленного производства. Также мы видим целый ряд новых предприятий, в том числе и индустриальных парков — это новый вид поддержки промышленности, который принят на федеральном уровне. И в настоящее время разрабатывается несколько таких площадок, которые будут иметь статус индустриальных парков, это означает льготы и по инженерным коммуникациям, по инфраструктуре, по земельным и имущественным налогам.

Кстати, по развитию промзон неоднократно эти вопросы правильно ставили и перед руководством Москвы — что надо сохранять промышленность, и должен сказать, что в первом квартале этого года, несмотря на кризис, мы получили значительно больше заявок и разрешений на строительство в области промпредприятий выдали по сравнению с предыдущими годами. За первый квартал было выдано градостроительных разрешений на строительство объектов на 850 тысяч квадратных метров. Это промышленные предприятия и инфраструктура, связанная с ними.

Я надеюсь, что целый ряд промзон, несмотря на кризис, будет активно развиваться именно как промышленные территории.

Неоднократно вы на наших встречах ставили вопросы, связанные с миграцией и безработицей. Мы обсуждали достаточно подробно с вами на прошлой встрече, как дела обстоят с миграционной политикой, в связи с разработкой нового законодательства. В этом году оно вступило в силу. Стало, конечно, больше порядка, хотя переходный период обычно, так как у нас довольно мало было времени, непростой, но в целом мы видим, что мы стали гораздо эффективнее контролировать миграционные потоки. В предыдущие годы две трети мигрантов, по сути дела, были нелегальными, формально мы имели достаточно небольшие льготы для мигрантов, фактически их в Москве около миллиона, большая часть из которых работала нелегально, не платя ни в бюджет, ни в соответствующие социальные фонды.

Уже в этом году, уже, вернее, в прошедшем году нам удалось легализовать большую часть миграционных потоков. Было выдано около 800 тысяч патентов, это значительный уровень легализации. В этом году мы перешли к новым правилам, когда все доходы от продажи патентов поступают в городской бюджет. Более того, сама стоимость патента выросла и составляет четыре тысячи рублей, плюс все услуги, связанные со сдачей экзамена по русскому языку, медицинские освидетельствования, плата за добровольное медицинское страхование проходят под нашим контролем и на базе наших учреждений. Это также гарантирует, что это уже не филькина грамота и не липовые справки, а реальные документы, — во-первых, а во-вторых — реальное поступление в бюджет и соответствующая оплата медицинских услуг.

Вы знаете, что в Москве оказывается помощь десяткам тысяч, а то и сотням тысяч мигрантов, которые в своё время вообще не платили ни в городской бюджет, ни за оказанные медицинские услуги. Эта проблема в значительной степени сейчас решена. Посмотрим, как будет развиваться эта ситуация в дальнейшем, но, по крайней мере, мы видим, что уже имеем реальную численность мигрантов в городе и реальные рычаги влияния на эти процессы.

В настоящее время безработица в Москве не превышает половины процент — зарегистрированная безработица. Если мы увидим, что в дальнейшем будет нарастать объём безработицы, мы начнём увеличивать стоимость патентов для мигрантов, таким образом экономически снижая их поток в Москву.

Мы с вами системно обсуждаем вопросы, связанные с минимальным размером труда, подписывали соответствующее Соглашение. С 1 апреля введён минимальный размер оплаты труда — 15 тысяч рублей, но в связи с высокой инфляцией он был пересчитан, и в соответствии с вашим предложением я думаю, что в ближайшее время выйдем на внеочередное решение по определению минимального размера оплаты труда в городе, который будет уже составлять 16,5 тысячи рублей. Я поддерживаю это ваше предложение. Спасибо.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > mos.ru, 19 мая 2015 > № 1379591 Сергей Собянин


Россия. ЦФО > Медицина > rosminzdrav.ru, 13 мая 2015 > № 1378605 Владимир Степченков

Мнение: начальник Департамента Смоленской области по здравоохранению Владимир Степченков: «Мы стараемся реализовывать эффективные решения в региональном здравоохранении»

В Смоленской области растет рождаемость, снижается дефицит квалифицированных кадров, а медицинская помощь ветеранам и жителям села становится все более доступной и качественной. О достижениях региональной системы здравоохранения и кропотливой работе по ее модернизации в интервью АМИ рассказал начальник Департамента Смоленской области по здравоохранению Владимир Степченков.

- Прошедший год был знаковым для российского здравоохранения, модернизация отрасли шла полным ходом. С какими результатами здравоохранение Смоленского региона подошло к началу 2015 года?

- В прошедшем году мы провели большую работу по усовершенствованию системы здравоохранения региона. Модернизация коснулась в первую очередь таких направлений, как оказание медицинской помощи пострадавшим при ДТП, больным с онкологическими, сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Оснащение медицинских учреждений современным, в том числе высокотехнологичным, оборудованием привело к выравниванию диагностических возможностей в городских и сельских лечебных учреждениях и значительно их расширило. Так, на уровне села стали доступны рентгенодиагностические методы исследования с использованием передовых цифровых технологий, ультразвуковая диагностика экспертного класса, компьютерная томография в сосудистых и травмацентрах.

Кроме того, в регионе разработана логистика оказания медицинской помощи в соответствии с правилами организации трехуровневой системы здравоохранения. Такой подход уже в скором времени обеспечит доступность всех видов помощи, независимо от уровня ее сложности, каждому жителю Смоленской области.

В результате проводимых мероприятий нам удалось добиться положительной динамики по рождаемости, которая в 2014 году увеличилась почти на 3%, тогда как смертность от болезней системы кровообращения снизилась на 8,3%, от туберкулеза – на 16 %, а младенческая смертность снизилась на 25%.

В 2014 году увеличилась продолжительность жизни до 69,44 лет по сравнению с 2013 годом – 68,9 лет. В текущем году мы продолжим работать в направлении увеличения продолжительности жизни и снижения смертности. Достижение этих целей будет обеспечено, прежде всего, поддержанием здорового образа жизни у наших жителей и формированием единой профилактической среды на основе тесного межведомственного взаимодействия.

- Как в регионе обстоят дела с организацией первичной медицинской помощи?

- Это одно из приоритетных направления развития областного здравоохранения. Если говорить о планах, то в текущем году важнейшим остается вопрос строительства перинатального центра для оказания помощи женщинам из группы высокого риска по невынашиванию беременности, перинатальной патологии. Кроме того в этом году нашей области выделены федеральные средства более 56 миллионов рублей на совершенствование медицинской помощи больным туберкулезом.

Всего первичная медико-санитарная помощь в регионе, в том числе и в сельской местности, оказывается в 73 различных медучреждениях и в 500 фельдшерско-акушерских пунктах. Эта помощь организованна по территориально-участковому принципу.

- Как строится работа в области по лекарственному обеспечению граждан?

- Мы проводим большую работу с льготниками. Более 75 тысяч жителей региона граждан имеют право на льготное лекарственное обеспечение, и мы эффективно выполняем эту задачу. Льготное лекарственное обеспечение у нас оказывают 46 аптечных учреждений. Маломобильные группы граждан получают лекарства прямо на дому, при помощи адресной доставки сотрудниками фельдшерско-акушерских пунктов.

Значительных финансовых затрат требует обеспечение пациентов лекарственными препаратами, не включенными в перечень, утвержденный правительством РФ. В 2015 году в обеспечении лекарственными препаратами, не включенными в перечень, нуждается 143 пациента, стоимость лечения составляет 110 млн. рублей.

Мы также рассматриваем возможность организации государственно-частного партнерства для расширения сети аптек и у нас уже есть предложения представителей бизнеса, желающих участвовать в его осуществлении.

- Удается ли региону справиться с дефицитом медицинских кадров?

- Кадровые проблемы здравоохранения Смоленской области являются типичными проблемами отрасли в ЦФО. На этом фоне мы стараемся создать привлекательные условия для молодых специалистов, осуществляем всестороннюю финансовую поддержку молодых врачей, в том числе специалистов, работающих в сельской местности. В рамках федеральной программы «Земский доктор» врачи получают единовременную компенсационную выплату в размере 1 млн. рублей. В 2015 году планируется привлечь на работу в сельской местности еще не менее 14 человек. Также решается проблема с жильем. В 2014 году врачам региона выделено 10 квартир.

Благодаря предпринятым мерам в 2012-2014 годах в учреждения здравоохранения пришли работать 327 врачей и 273 средних медицинских работника, из них 36 врачей изъявили желание работать на селе.

- Как проходит оптимизация системы здравоохранения региона?

- На сегодняшний день коечный фонд у нас превышает федеральный норматив, но в регионе ведется работа по его реорганизации по таким направлениям: перепрофилирование круглосуточных коек в койки реабилитации и паллиативной медицинской помощи; развитие стационарзамещающих технологий, а также сокращение неэффективно работающих коек.

Преобразование системы здравоохранения Смоленской области в 2014 году было направлено на развитие менее дорогостоящих стационарзамещающих технологий при оказании медицинской помощи населению. Дневные стационары всех типов развернуты во всех муниципальных образованиях области. Количество пациентов, пролеченных в дневных стационарах за прошедший год, увеличилось на 4,3 тысячи человек, что подтверждает возросшую эффективность данного вида помощи.

- Какие специальные программы для пенсионеров и ветеранов войны существуют в регионе?

- В год 70-летия Победы в Великой Отечественной войне особое внимание уделяется организации медицинской помощи и диспансерному наблюдению инвалидов и ветеранов ВОВ. Стационарная медицинская помощь инвалидам и ветеранам ВОВ оказывается во всех учреждениях здравоохранения, в том числе в областном государственном учреждении здравоохранения «Смоленский областной клинический госпиталь для ветеранов войн». С 2014 года организована выездная работа по осмотру маломобильных инвалидов и ветеранов врачами ОГБУЗ «Смоленский областной клинический госпиталь для ветеранов войн».

На территории области организовано оказание медицинской помощи инвалидам и ветеранам ВОВ вне очереди, включая медицинскую помощь на дому для маломобильных граждан, при этом информация о внеочередном приеме и оказании медицинской помощи размещена в структурных подразделениях медицинских организаций в доступной и наглядной для пациентов форме.

- Есть в регионе совместные проекты с общественными организациями?

- Не так давно в рамках этого сотрудничества у нас состоялся круглый стол, который был посвящен проблемам обеспечения государственных гарантий на бесплатную медицинскую помощь в рамках территориальной программы медицинского страхования и проблеме высокой распространенности туберкулеза в Смоленской области. В рамках этого мероприятия был выработан совместный план действий.

Кроме того в целях улучшения оказания медицинской помощи жителям проводятся совместные выезды представителей администрации области и представителей ОНФ в районные центры. Иными словами как в партнерстве с ОНФ, так и в целом по отрасли у нас идет эффективный диалог общества, врачей и представителей власти с выработанными конкретными предложениями, которые поспособствуют улучшению качества и доступности предоставления медицинской помощи населению Смоленской области.

Россия. ЦФО > Медицина > rosminzdrav.ru, 13 мая 2015 > № 1378605 Владимир Степченков


Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 апреля 2015 > № 1354935 Дмитрий Медведев

Совещание с вице-премьерами.

О социально-экономическом развитии Республики Крым и города Севастополя.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! У нас с вами сегодня особое совещание, с одной стороны, традиционное, которое проводится по понедельникам с участием вице-премьеров, но с другой стороны – нынешнее совещание проходит в Крыму. Неделю назад, когда Правительство отчитывалось в Государственной Думе, я кратко рассказал о том, как была решена задача по интеграции Республики Крым и города Севастополя в Российскую Федерацию. Сегодня я предложил собраться здесь, в Крыму, чтобы подробнее обсудить достигнутые результаты и, самое главное, сконцентрироваться на тех задачах, которые мы совместно решаем, на тех проблемах, которые существуют, и наметить направление нашей дальнейшей работы.

Для начала хотел бы поблагодарить и наших крымских коллег, и членов Правительства за чёткое и слаженное взаимодействие в истекший период. Оно позволило всё-таки нам справляться с самыми трудными проблемами в прошлом году. Уверен, что так будет и впредь. Мы, естественно, продолжим модернизировать инженерную инфраструктуру, социальную сферу полуострова, чтобы окончательно привести их в соответствие с общероссийскими стандартами, укрепить связи Крыма с другими регионами страны. В прошлом году мы для этого уже начали создавать основу, особое внимание уделялось решению социальных вопросов. Естественно, мы продолжим эту работу, для того чтобы максимально приблизить все социальные позиции к общероссийским стандартам.

Как и во всей стране, в Крыму начата работа по переселению людей из аварийного жилья. На эти цели из федерального бюджета в 2014 году выделен почти 1 млрд рублей. Надо проанализировать практику применения порядка признания жилого помещения пригодным для проживания, который действует в Крыму. Здесь не должно быть разночтений с общероссийской практикой. Кроме того, хочу проинформировать, что я подписал целый ряд постановлений. Одно из постановлений совершенствует порядок предоставления Республике Крым и Севастополю межбюджетных трансфертов на проведение неотложных мероприятий в сфере ЖКХ, а также ужесточает контроль за целевым использованием этих трансфертов.

Ещё одна важная тема – здравоохранение. В округе заработала система медицинского страхования, обеспечено бесперебойное снабжение лекарствами, а также оказание высокотехнологичной медицинской помощи. Понятно, что эти возможности мы будем наращивать. В прошлом году такую помощь получили практически 1350 человек.

Программа модернизации здравоохранения Республики Крым и города Севастополя предусматривает ремонт 57 больниц и поликлиник округа, закупку современного медоборудования, а также более 170 машин скорой медицинской помощи. На эти цели планируется направить 6 млрд рублей. Сделать также медицинское обслуживание на полуострове по-настоящему современным позволит строительство медицинского клинического центра в Республике Крым, а также центра переподготовки медицинских работников.

Несколько слов об образовании. На обеспечение 100-процентной доступности дошкольного образования для детей в возрасте от трёх до семи лет Крыму и Севастополю из федерального бюджета в прошлом году было выделено 680 млн рублей. Эта работа, естественно, сейчас продолжается, и надеюсь, что она также будет завершена, как и по всей стране.

С 1 сентября прошлого года крымские школьники начали учиться по программам на основе российских федеральных образовательных стандартов. Для этого в округ было поставлено почти 3 млн учебников. Педагоги прошли переподготовку. Приводится в порядок и школьная инфраструктура, выделены средства федерального бюджета на ремонт 77 школ, на покупку оборудования, оснащения 136 школ. На базе действующих в Крыму вузов созданы Севастопольский государственный университет, Крымский федеральный университет имени Вернадского. В соответствии с российским законом об образовании разработана и представлена в Правительство программа развития до 2024 года Крымского федерального университета. Университет ставит перед собой задачи обеспечить полуостров наиболее необходимыми для экономики и социальной сферы кадрами, научными разработками, инновациями. Я эту программу утвердил, подписав распоряжение Правительства.

Отдельно о развитии «Артека» хотел бы сказать несколько слов. Мы, конечно, будем делать всё для того, чтобы превратить его в современный центр детского отдыха, причём международного уровня. В общей сложности на эти цели предполагается направить 17 млрд рублей за период до 2020 года.

Летом «Артеку» исполняется 90 лет. Свой юбилей он встретит уже как минимум частично обновлённым. Будет завершена реконструкция шести лагерей в его составе, включая самый старый лагерь – «Лазурный». В «Артеке» появится современный спорткомплекс, новые столовые, медицинский корпус. Планируется, что в юбилейную смену лагерь примет более 2 тыс. детей, а всего в 2015 году в «Артеке» смогут отдохнуть около 18 тыс. ребят.

У Крыма огромный экономический потенциал. Только что мы смотрели сельхозпроизводство. Объективно оно развивается, тем не менее ещё, конечно, очень многое предстоит сделать. При этом задача Правительства – не просто заливать Крым федеральными деньгами, тем более сейчас не самая простая пора, а задача заключается в том, чтобы помочь сформировать собственные источники роста и сделать полуостров максимально привлекательным для инвесторов.

В 2014 году в округе были созданы условия для перерегистрации юридических лиц. Организована работа банков, приняты меры по защите интересов вкладчиков, которые имели вклады в филиалах украинских банков, располагавшихся в пределах округа. Теперь нужно позаботиться о людях, которые по каким-то причинам не смогли собрать пакет документов, которые подтверждают их вклады, а также о тех, кто открыл вклады в период между воссоединением и прекращением работы подразделений украинских банков.

Как раз сегодня Комиссия Правительства по законопроектной деятельности обсуждает соответствующий проект закона, и в ближайшее время этот закон будет рассмотрен на заседании Правительства. Хотел бы проинформировать всех крымчан о том, что этот документ выйдет, он действительно очень важный.

Вступил в силу закон о свободной экономической зоне, который призван стимулировать приток инвестиций, повысить деловую активность. В нём учтены многие международные практики. Важно и то, что к моменту вступления закона в силу Правительство подготовило все подзаконные акты. Надеюсь, что документ будет работать полноценно.

Также хотел бы отметить, что мы очень внимательно относились к промышленному производству. Не произошло никакого обвала, прежде всего за счёт интеграции оборонных предприятий Крымского округа в российский оборонно-промышленный комплекс. На некоторых из этих предприятий – мы смотрели цифры – показатели выросли в десятки раз, потому что предприятия лежали на боку, вообще не работали, а сейчас выпускают продукцию, которая востребована нашим оборонно-промышленным комплексом. Заключены контракты более чем на 1,2 млрд рублей. Учитывая, что половина предприятий округа может претендовать на участие в гособоронзаказе, объём контрактов будет расти.

И конечно, важно продолжить работу по снижению зависимости от импортных товаров, в том числе украинских товаров – их доля сейчас по отдельным группам составляет до 40%. Хотя есть и положительные примеры. По целому ряду позиций – по некоторым видам овощей, по яблокам (кстати, мы только что смотрели их производство) – крымские производители уже находятся на лидирующих позициях. Это очень хорошо. Эта работа должна быть обязательно продолжена.

В прошлом году крымский аграрный комплекс был включён в общероссийские программы господдержки, в том числе в госпрограмму на период до 2020 года. В 2014 году было выделено 650 млн рублей, в том числе 273 млн на компенсацию затрат в связи с прекращением подачи воды по Северо-Крымскому каналу. Отдача от этих вложений уже видна. Мы и сегодня смотрели производство, которое такого рода инвестиции получает. В целом увеличилась урожайность зерновых и зернобобовых культур. Мы только что ехали в машине с Сергеем Валерьевичем (С.Аксёнов), говорили. К сожалению, Крым, который находится в прекрасной климатической зоне, имел советский урожай по зерновым – 20–25 центнеров с гектара, это просто ниже низшего. У нас на севере такие урожаи. А сейчас уже эти цифры в районе 50. Я уверен, что и 70 центнеров с гектара абсолютно по силам при использовании современных интенсивных технологий.

Вырос объём производства мяса и яиц. Расширяются площади виноградников, но здесь ещё работы очень много. Видно, что значительная часть площадей деградировала, и значительная часть виноградников требует замены. Этим, конечно, будем заниматься.

Интерес проявляет и частный бизнес. Стартовал ряд крупных инвестпроектов в области АПК. Мы должны посмотреть, как они идут, и сейчас аграрии поставили ряд вопросов. Аркадий Владимирович (обращаясь к А.Дворковичу), нужно будет отработать, как мы и договаривались с коллегами.

Кроме того, мы передали региональным властям часть полномочий в сфере фитосанитарного и ветеринарного контроля, обеспечили финансирование. Надеюсь, что это повысит эффективность соответствующих служб. Это, по сути, если хотите, эксперимент, который мы проводим в Крымском федеральном округе, в отличие от других территорий, когда эти полномочия были переданы региональным властям.

Ещё раз хотел бы сказать, что поддержку сельхозпроизводителей Крыма мы обязательно будем продолжать. Это важнейшее направление работы.

Одной из самых перспективных отраслей, без сомнения, является туризм. Чтобы сделать курорты доступнее, мы приняли меры по троекратному увеличению пропускной способности Керченской переправы, значительному увеличению числа авиарейсов в аэропорты Крыма. И в этом году, соответственно, эта работа продолжается – и аэропорт расширяется, и количество рейсов огромное, оно существенно превышает даже советские цифры.

В результате за прошлый сезон в Крыму отдохнули более 4 млн человек. Уверен, что этот интерес сохранится и дальше. Чтобы доставить всех желающих в этом году, мы планируем утроить пропускную способность паромной переправы, практически удвоить число авиарейсов. Я также подписал постановление, которое создаёт дополнительные возможности переправы через Керченский пролив для тех туристов, которые путешествуют на собственных автомашинах. Такой документ тоже сегодня будет опубликован.

Транспортное сообщение – одна из трёх наиболее острых проблем Крыма. Две другие тоже известны: бесперебойное обеспечение электроэнергией и водой. Способы снабжения определены. Были проложены временные трубопроводы, но, конечно, окончательное решение проблем потребует значительного времени и усилий. Все конкретные, последовательные шаги установлены в федеральной целевой программе. Общий объём ФЦП, напомню, за пять лет составит 680 млрд рублей, в том числе 660 млрд – из федерального бюджета.

Предстоит интегрировать энергосистему в общероссийскую за счёт прокладки кабельного перехода через Керченский пролив, а также построить новые электростанции. Для водоснабжения полуострова будут реконструированы системы водоснабжения и очистные сооружения, значительно шире начнут использоваться и подземные источники.

Надёжное сообщение обеспечит транспортный переход через Керченский пролив, его строительство должно быть завершено до конца 2018 года. Кстати, в продолжение темы транспорта хочу сообщить, что я подписал постановление, которое поможет владельцам транспортных средств решить проблему с их регистрацией при отсутствии документальных подтверждений права собственности на машину (тема, которая волновала людей). Такие люди и компании будут получать регистрационные документы сроком на 5 лет без выдачи ПТС. За это время будет возможность или подтвердить своё право собственности на транспортное средство, или распорядиться своим объектом, для чего будут оформляться соответствующие документы.

Коллеги, я остановился на наиболее принципиальных моментах. Есть масса других, результаты нашей совместной работы есть, они рассматривались и у Президента на совещании, и сегодня мы об этом поговорим с членами Правительства. Но это, конечно, не повод расслабляться. Считаю, что темпы нашей работы, эффективность нашей коллективной работы не должны снижаться. Более того, и другие направления должны подтягиваться, по которым, может быть, пока результатов не так много.

Давайте теперь перейдём к обсуждению различных вопросов., Прежде чем это сделать, ещё раз хочу сказать, что пять документов подписано в преддверии этого совещания. Давайте обсудим эти документы и некоторые другие документы. Кто начнёт? Сергей Валерьевич? (обращаясь к С.Аксёнову), вы? Пожалуйста, прошу вас.

С.Аксёнов: Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Ещё раз хотел бы прежде всего, Дмитрий Анатольевич, поблагодарить Вас за такие визиты. В результате Вашего приезда Вы можете глазами увидеть то, что происходит. Вы очень детально остановились практически на всех проблемах, которые касаются нашей жизни, Вы погружены всегда в эти вопросы. Я хочу поблагодарить Вас лично и Вашу команду, Правительство, которые всегда нам подставляют плечо. Притом что задачи, решаемые в Крыму и Севастополе, сегодня нестандартные и отличаются от других субъектов Российской Федерации. Никто никогда такие задачи не решал. Только благодаря вот такому комплексному взаимодействию, методической поддержке… Где-то действительно наши коллеги понимают, что наши люди ошибаются, хотя работают очень динамично и в очень таких достаточно тяжёлых условиях. Мы благодарны тоже всем крымчанам, поскольку они учатся на ходу, перестраиваются на совершенно другое законодательство. Если бы не было поддержки, не было совместной работы, таких результатов, конечно, не было.

В социальной сфере у нас изменения позитивные видны лучше всего. Пенсии и зарплаты по прошлому году у нас выросли практически в два раза. У нас сохранён, главное, общий объём всех льгот, которые получали люди при Украине. Согласно поручению Президента Владимира Владимировича Путина, и Вашему, положение каждого человека никоим образом не должно быть ухудшено по сравнению с нахождением в Украине, так или иначе при любых условиях. То есть жизнь, комплекс мер поддержки сохранён. У нас особое внимание уделяется поддержке семьи. 163 тыс. крымских семей с детьми, которые нуждались в помощи государства, в прошлом году благодаря поддержке Правительства получили пособия на общую сумму 1 млрд рублей.

Началась выдача сертификата материнского капитала, всё по упрощённой схеме опять же благодаря взаимодействию с федеральными органами власти. У нас сегодня воспользуются около 70 тыс. крымчанок этой поддержкой, что существенно в позитивную сторону повлияет в том числе на демографическую ситуацию.

В прошлом году благодаря выделенным деньгам федеральным был произведён ремонт 78 детских садов и 292 школ. Это такие работы, которые никогда при Украине не выполнялись, даже близко к ним не подходили и не начинали. Благодаря этому в том числе получили заказы и работу наши крымские подрядчики, строительные компании. То есть крымчане ещё получили возможность зарабатывать деньги на этих стройках.

Разработана государственная программа ликвидации дефицита мест в дошкольных образовательных учреждениях Республики Крым на 2015–2017 годы. На сегодняшний день благодаря реализации этой программы очередь в детские сады сократилась на 1,5 тыс. мест. Общая очередь пока достигает 17 тыс. детей. Но ликвидируем. В этом году программа будет реализована, на следующий год тоже.

Благодаря внедрению системы ОМС крымчане получили возможность реально реализовать право на бесплатное получение медицинской помощи. Все стационары и льготники всех категорий обеспечены медикаментами в полном объёме. Минздрав работает системно, хочу отметить системную работу Вероники Игоревны (В.Скворцова) и Максима Анатольевича Топилина. Помощь всегда поступает своевременно. Как только возникает какой-то вопрос – а они возникают иногда в течение часа на ровном месте, и не один, а несколько десятков, потому что ситуация действительно нестандартная… Мы понимаем, что должны понять вопросы, которые волнуют каждого отдельного человека, – приходится вникать. Органы власти на это настроены.

Одним из приоритетов является, конечно, проблема обустройства депортированных народов. У нас в этой части сегодня с точки зрения межнациональных отношений всё позитивно. В Крыму у нас выстроены отношения с Духовным управлением мусульман Крыма, с крымским муфтиятом. Люди понимают, что сегодня крымские татары вернулись на родину, в том числе на историческую. Просто никто никогда с людьми не общался, не разъяснял им, когда Крым находился в составе Украины, их прав, возможностей и так далее. В результате у нас были такие явления, как самозахваты, которые сегодня благодаря сознательности крымчан всех национальностей – крымских татар, русских – ликвидированы, причём без бюджетных затрат. Это то, что я могу отметить особо, и ещё раз особую благодарность крымчанам в этой части выражаю.

На этой неделе Крым торжественно отметил первую годовщину подписания указа Президента о реабилитации армянского, болгарского, греческого, крымско-татарского и немецкого народов и государственной поддержке их развития. По предложению представителей ряда национальных культурных обществ 21 апреля объявлен праздничным днём возрождения реабилитированных народов Крыма. Очень такое красочное мероприятие, с очень хорошей, действительно, атмосферой. Люди начинают уважать духовные традиции, культуру других народов, проживающих на территории Республики Крым, хотя раньше власти Украины пытались вбить клин и, соответственно, сделать неприемлемым существование на одной территории людей разных национальностей. Уверен, что мы это всё преодолеем, тем более что на программу поддержки депортированных будет выделено в рамках федеральной целевой программы 10 млрд рублей, в том числе около миллиарда – уже в 2015 году.

По защите ветеранов – наверное, это сегодня основная тема, в канун 70-летия Победы. Их уже осталось среди населения не так много. Мы принимаем все необходимые меры при подготовке праздничных мероприятий. Совет министров и государственный совет руководствовались в первую очередь Указом Президента России Владимира Владимировича Путина о подготовке и проведении празднования 70-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне. В городах, районах утверждены планы соответствующих мероприятий с участием всех муниципальных, республиканских органов. Работа координируется республиканским оргкомитетом. В Крыму уже проведён ряд значимых патриотических акций, одна из самых важных – акция «Дорогами победы». Её главная цель – донести до всех ветеранов всенародную любовь и благодарность им за тот подвиг, который они совершили. Основные мероприятия акции «Дорогами победы» состоялись уже в Армянске, Феодосии, Керчи, Красногвардейском, Симферопольском районах, Бахчисарае, Алуште и Ялте. В мероприятиях приняли участие руководители, представители общественности.

9 Мая в Симферополе пройдёт торжественная церемония воссоединения символических огней памяти, которые были зажжены во всех 25 регионах республики и в ходе проведения юбилейных торжеств.

Совет министров Республики Крым утвердил госпрограмму социальной защиты населения на ближайшие три года. Она предусматривает выплату материальной помощи к 70-й годовщине Победы ряду категорий граждан (среди которых в первую очередь инвалиды и ветераны, участники боевых действий в Великой Отечественной войне, жертвы нацистских преследований, бывшие несовершеннолетние узники концлагерей, гетто и мест принудительного содержания, дети, которые родились в местах принудительного содержания их родителей), а также другие мероприятия. Всего материальную помощь к 70-летию Победы у нас получат 60 тыс. крымчан. 88 инвалидам войны будет выплачена компенсация на проведение капитального ремонта жилья в размере 100 тыс. рублей. К 9 Мая согласно Указу Президента 38 ветеранов получат новое жильё и в целом в этом году (благодаря субвенции и вашей поддержке из федерального бюджета были выделены деньги) получат новое жильё ещё 167 ветеранов Великой Отечественной войны, то есть программу реализуем, догоняем субъекты Российской Федерации в этой части.

Экономика и промышленность у нас развиваются достаточно динамично, несмотря на трудности, в общем позитивный вектор развития. В нынешнем году мы эти тенденции, конечно, хотим сохранить. Одним из факторов роста экономики республики может стать участие крымских подрядчиков в работах, связанных со строительством транспортного перехода. Это огромное количество рабочих мест, закупка материалов строительных на территории республики. Максимально будет использован потенциал Крыма.

Но важнейшая задача для нас – обеспечение энергетической независимости от Украины. Будет решён в этом году вопрос с кабелем. Вот с Дмитрием Николаевичем (Д.Козак) мы уже совещание провели, он поручения всем по этому поводу дал, и будем с материковой частью уже России соединены, так сказать, неразрывно практически. Понятно, что когда уже будет мост и система энергоснабжения будет полностью обеспечена, мы вздохнём совсем свободно. Но при этом также у нас предусмотрена реконструкция существующих ТЭЦ, в первую очередь симферопольской.

Мощной перспективной отраслью промышленности Крыма является судостроение. Благодаря опять же тому, что Вы держите на контроле руку, у нас идёт загрузка сегодня наших судостроительных предприятий. Может быть, не так динамично, как хотелось бы, но тем не менее сегодня зарплату платят на всех предприятиях, у нас картина в этой части уже более или менее выровнялась. У нас идёт работа Минпромполитики. В данном случае буквально в течение двух недель мы ожидаем заключения контрактов в перспективе, которые по этому году могут до 2 млрд рублей ещё составить. В общем, Вы уже сказали о том, что 1,2 млрд рублей предусмотрено программой заключения контрактов между предприятиями ВПК Российской Федерации и нашими, крымскими, оборонными предприятиями.

Провели также ряд мероприятий по проблеме водоснабжения. Военные нам (спасибо Сергею Кужугетовичу Шойгу) помогают. То есть в данном случае проложили из резервных труб водопровод по временной, правда, схеме, будет так или иначе подавать в Северо-Крымский канал до 150 тыс. куб. м воды в сутки. Это поможет нам снять в принципе вопросы водоснабжения Судака, Феодосии и Керчи. У нас, слава богу, благодаря погоде действительно наполнены все водохранилища, южный берег сегодня никаких проблем вообще не испытывает с питьевой водой. В курортный сезон будем обеспечены водой в полном объёме. За пять лет планируем построить Соколинское водохранилище в Бахчисарайском районе, которое обеспечит полностью стабильное водоснабжение Симферополя и Севастополя. Совет министров на эти цели направляет в этом году только 1,5 млрд рублей.

Начнутся проектные работы по строительству семи очистных сооружений. Всего же на модернизацию водоснабжения у нас будет потрачено до 2020 года 60 млрд рублей. То, что внешние факторы нам мешают, – это понятно, то есть санкции есть, были и будут. Мы работаем, исходя из того, что эти санкции будут надолго, и рассчитываем только на свои силы, понимаем, что происходит сегодня. При этом, конечно, у нас ухудшается на некоторых предприятиях, таких как Крымская железная дорога, финансовая ситуация, но благодаря поддержке Правительства будут выделены деньги и сохранены рабочие места. Это около 10 тыс. человек, которые работали. При этом совет министров проводит работу по перераспределению грузопотока и также прорабатываются вопросы о возможности временного трудоустройства специалистов Крымской железной дороги. Около 600 человек изъявили желание работать на материковой части России вахтовым методом, что для нас является определённым фактом того, что взаимодействие налажено на определённом уровне.

Наряду со срочными антикризисными мерами совет министров разрабатывает стратегию социально-экономического развития Крыма до 2020 года. Этот документ основан прежде всего на положениях федеральной целевой программы. У нас эту программу называют крымской пятилеткой.

Конечно, особая надежда, связанная с принятием закона о свободной экономической зоне, у нас возлагается на приход инвесторов. У нас, вы знаете, прошёл форум в Ялте (впервые, как Крым возвратился на историческую Родину). Мы сами не ожидали, честно говоря, такого эффекта, я был более скептично настроен. Мы даже с Дмитрием Николаевичем (Д.Козак) говорили в перерывах – не думали, что действительно приедет такое количество потенциальных инвесторов из 13 стран. Приехало около 600 человек, при этом конечно, основная масса – это представители малого и среднего бизнеса Российской Федерации. Два дня прошли в очень плотном режиме работы, пообщались со всеми без исключения коллегами. Результатом стало подписание на самом форуме пяти соглашений с участниками свободной экономической зоны. Поступило 33 заявки, ближайшая из которых будет реализована буквально в течение недели. Завтра у нас предварительно по одному из проектов высадка, в том числе закладка сада, виноградников на 850 га в Сакском районе будет происходить.

То есть в данном случае тенденция определённая есть. Инвесторы поняли, что у нас действительно есть правила сегодня на территории республики и что законы сегодня все без исключения работают, поэтому в данном случае считаю, что у нас ситуация достаточно системно отрабатывается.

По предпринимательству малому и среднему у нас сейчас достаточно системная работа проводится в этой сфере. Каждый четвёртый крымчанин занят. При этом эта сфера наиболее пострадала, поскольку у нас у многих субъектов предпринимательской деятельности были заключены договоры с предприятиями Украины, и, конечно, им пришлось по ходу во многом из-за негативной позиции руководства Украины разрывать эти отношения. В результате создания таких условий абсолютно невменяемых, конечно, и пришлось переориентироваться с ходу на Краснодарский край, на Москву и так далее. Тем не менее всё равно ситуация идёт достаточно динамично, в республике создан фонд микрофинансирования предпринимательства и гарантийный фонд поддержки предпринимательства. В нынешнем году капитализация этих фондов будет увеличена.

В 2015 году совет министров внедряет по согласованию с федеральными органами власти новый механизм компенсации затрат субъектов малого и среднего предпринимательства на уплату процентов по кредитам, привлечённых в российских банках коммерческих в том числе.

По сельскому хозяйству. Дмитрий Анатольевич, мы с Вами проехали, Вы видели сами своими глазами, Вы уже и оценку дали тому, что есть. Конечно, не всё гладко. У нас сегодня потенциал огромный, много необрабатываемых земель, понимаем, что есть куда стремиться. Вы поддержали выделение 650 млн в этом году на поддержку садоводства, виноградарства, в общем растениеводства. Это действительно даёт новый толчок развитию этих отраслей. Благодаря господдержке племенного животноводства впервые за многие годы поголовье увеличилось по всем видам животных. В прошлом году было выделено 34 млн, в этом году мы просим ещё 30 млн дополнительно выделить ( всего около 60 млн), чтобы поддерживать и стимулировать, соответственно, наших производителей в первую очередь.

Важной мерой поддержки сельхозпроизводителей стал финансовый лизинг. Благодаря поддержке Правительства в прошлом году было около 1 млрд рублей выделено, в этом году 300 млн. Дмитрий Анатольевич, к Вам обратились сельхозпроизводители с просьбой увеличить поддержку в этом году. Просим рассмотреть возможность увеличения до 3 млрд рублей. В данном случае, с тем чтобы решить вопрос с техникой уборочной, той, которая участвует непосредственно в посевной кампании, необходимо около 750 единиц техники приобрести Крыму, для того чтобы самостоятельно обеспечить возможность убирать урожай. Совет министров такое письмо на Ваше имя, Дмитрий Анатольевич, с Вашего позволения подготовит.

По специальному режиму налогообложения Вы уже поручения все дали по сохранению НДС на специальных счетах сельхозпроизводителей. В Крыму сегодня около 30 тыс. виноградников, но в начале 1980-х годов на полуострове было 100 тыс. га. Поэтому есть такой потенциал, который можно сегодня увеличить. Опять же при поддержке Правительства будут выделены деньги, мы не сомневаемся, на раскорчёвку в том числе. Вы сегодня глубоко и в детали вникали. Я знаю, что Вы нас без поддержки в этой части не оставите.

Продовольственная инфляция – это действительно такая ситуация, когда рост цен у нас идёт. Мы сегодня максимально стараемся использовать наши государственные предприятия – это национализированные рынки, бывшие магазины этой сети, которых около 500, – с тем чтобы обеспечить доступ крымским сельхозпроизводителям. Провели за этот год 1470 ярмарок. При этом система проведения ярмарок действует практически в каждом районе еженедельно. То есть мы даём возможность без всяких оплат на площадке, только с возможностью проверки Роспотребнадзором в плане безопасности употребления этой продукции, торговать без всяких ограничений. То есть здесь, слава богу, всё нормально.

По туризму Вы уже сказали, Дмитрий Анатольевич: мы готовимся. Ожидаем, что туристов примем больше. Аэропорт Симферополя до 200 рейсов в день готов принимать, и техническая модернизация идёт. 13 тыс. квадратов площадей будет выделено в этом году. К 1 июня мы их сдадим, уже будет полностью функционировать аэродромный комплекс. В том числе проводим работу непосредственно по привитию культуры встречи туристов на пунктах пропуска персоналом, который встречает людей здесь впервые. То есть должны все понимать, что в Крым едут люди отдыхать, им надо улыбаться, встречать. То есть определённая культура обслуживания должна возродиться, и я уверен, что мы это сделаем.

Разработана госпрограмма развития курортов и туризма на 2015–2017 год. Шесть туристических кластеров предусмотрено создать на территории Республики Крым. Эти вопросы уже находятся на сегодняшний день в стадии проектирования.

Вот, наверное, основные вопросы, Дмитрий Анатольевич, которые при поддержке Правительства удалось реализовать команде. Когда говорят: плохо или хорошо? – мы говорим: сложно сказать. Если взять, что за год в регионе поменяли всё, от документов, паспортов, получили новые коды, пароли, так сказать, перешли на новое законодательство целиком, избрали новые органы власти… Наверное, такие задачи никто не решал, и с чем-то сравнивать достаточно сложно. Мы свою работу как удовлетворительную оцениваем, считаем, что всё-таки глобальных ошибок крымчане не допустили. И сегодня хочу ещё раз поблагодарить Вас лично, команду Вашу и тех крымчан, которые работали и в органах федеральной власти, и республиканских, потому что они совершили такой трудовой подвиг все вместе. Может быть, что-то и не доделали, есть ошибки – понимаем, очень самокритично оцениваем свою работу, но тем не менее считаем, что доверие людей в этой части оправдали и оправдаем.

Доклад закончен.

Д.Медведев: Спасибо большое. На самом деле, конечно, всегда есть какие-то трудности и проблемы, но в целом вы абсолютно правы в том, что задача, которую мы решали вместе в течение года, абсолютно беспрецедентная именно потому, что никогда в прежние годы нашей стране не приходилось проводить интеграцию такого большого образования, таких территорий, как Республика Крым и Севастополь, в столь короткие сроки. В этом плане мы считаем, что действительно многое удалось сделать, но далеко ещё не всё. Работа будет продолжена.

Сергей Иванович (обращаясь к С.Меняйло), пожалуйста, вам слово.

С.Меняйло: Спасибо большое. Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! В добавление к тому, что сказал Сергей Валерьевич... Да, мы сегодня перешли в правовое поле, то есть вот те первоочередные задачи, которые необходимо было выполнить за прошлый год, сегодня выполнены. Есть небольшие проблемы, которые возникают в процессе работы соответствующих федеральных структур, но они решаются как соответствующими профильными министерствами и ведомствами, так и Правительством Российской Федерации. Хочется отметить одно: Севастополь вошёл практически во все федеральные целевые программы, которые есть в Российской Федерации. Кроме этого, мы разработали и согласовали с профильными министерствами и ведомствами восемь своих региональных программ, и четыре ещё находятся на согласовании.

По экономике и тем предприятиям, которые находятся на территории Севастополя. Зарегистрировано 403 юридических лица – разнопрофильные, начиная от судостроения, судоремонта, кроме агропромышленного комплекса, из них 21 основное предприятие. Показатель один: из 21 предприятия 11 имеют загрузку от 70 до 100% (это то, что вы сказали: они в нулевом положении находились), девять имеют загрузку от 0 до 70%. Но потенциально два предприятия в кратчайший срок в соответствии с поручением Правительства Российской Федерации будут загружены (мы работаем с Минпромторгом).

С точки зрения медицины. Мы перешли на стандарты Российской Федерации. За прошлый год нами получено примерно 600 млн на оборудование, в этом году поступает в том числе и тяжёлое оборудование. Сейчас часть оборудования установлена, программное обеспечение заведено. Врачи прошли переподготовку и проходят переподготовку. Сегодня мы работаем по реконструкции тех наших медицинских учреждений, для того чтобы это оборудование можно было бы поставить и испытывать, вернее, работать на нём. В прошлом году мы реализовали первый инвестпроект – это строительство центра гемодиализа в Севастополе. Это чисто государственно-частное партнёрство, в том числе и по линии ФОМСа. И сегодня нет проблемы… В Севастополе раньше больных мы отправляли в Симферополь, в Киев и центральные города других субъектов Российской Федерации. Сегодня эта проблема снята, и этот центр гемодиализа может быть ещё и расширен в зависимости от потребностей.

Все первоочередные мероприятия по водоснабжению в прошлом году выполнены. Сегодня мы продолжаем их выполнение. Мы установили более 300 автономных дизель-генераторов, для того чтобы обеспечить в случае аварий и поломок или отключения все объекты жизнеобеспечения города, в том числе больницы, детские сады.

На сегодняшний момент мы вручили первый сертификат резиденту по свободной экономической зоне. Да, объём инвестиций небольшой – 28 млн, но это первый. Потенциально рассматриваются сегодня из 140 заявившихся резидентов 20 (это те, которые остались) и два резидента уже в стадии рассмотрения документов и их допуска к работам. Это, первое, завод лёгких металлоконструкций, промышленных холодильников и сплит-систем (они востребованы) и реконструкция в Балаклаве яхтенной марины. Есть договорённости, в том числе с Федеральной таможенной службой, пограничной службой, для того чтобы там был пункт пропуска.

Подписан Министерством обороны (благодаря Министру обороны Сергею Кужугетовичу Шойгу) договор о совместном использовании аэропорта Бельбек. На сегодняшний момент мы официально проводим его аттестацию. В прошлом году мы неофициально провели экспертизу взлётно-посадочной полосы, рулёжных дорожек. В этом году мы с помощью Росавиации официальные документы получим и, я думаю, регулярные рейсы (чартерные рейсы уже можно принимать) в этом году на аэропорт Бельбек запустим, что улучшит условия транспортной доступности.

В прошлом году была открыта паромная линия Новороссийск – Севастополь. Пока ходит один паром, но совместно с Республикой Крым и транспортной дирекцией мы рассматриваем ещё три паромные линии, в том числе ведём переговоры с турецкой стороной.

Проведена инвентаризация имущества и предприятий агропромышленного комплекса. В Севастополе площадь сельскохозяйственных земель составляет 28 тыс. га. Аграрные предприятия используют 16 тыс. га сельскохозяйственных земель. По многолетним насаждениям – 6 тыс., под садами – 1 тыс. и под полевыми культурами – 3,5 тыс. В 2014 году была реализована программа развития агропромышленного комплекса на 2014 год, согласованная с Правительством Российской Федерации, согласно которой на развитие аграрного сектора было выделено 33 млн рублей. В ходе реализации этой программы благодаря данной поддержке было раскорчёвано 509 га виноградника и посажено 50 га. Также частные предприятия, которые до этого существовали, раскорчевали и высадили порядка 100 га новых виноградников.

В отрасли животноводства за счёт полученных средств произведена закупка поголовья рогатого скота, птицы, а также приобретено технологическое оборудование. Как показывает анализ деятельности предприятий аграрного сектора, требуется осуществить обновление многолетних насаждений до 2020 года на 10 тыс. га, модернизацию и обновление технологического оборудования и сельхозтехники практически в каждом хозяйстве. С целью организации этой работы и по оказанию финансовой поддержки предприятиям в Севастополе разработано, утверждено и согласовано с профильными министерствами четыре программы развития агропромышленного комплекса. На поддержку реализации этих программ выделены бюджетные средства в размере 88 млн рублей. Кроме этого из бюджета федерального предусмотрено выделение ещё 124 млн рублей.

Мы работаем непосредственно с Правительством Российской Федерации и с профильным Министерством сельского хозяйства по увеличению этой субсидии для поддержки сельхозпроизводителя.

В процессе работы мы столкнулись с рядом проблемных вопросов, которые мы решаем с профильными министерствами. Это отсутствие правоустанавливающих документов у субъектов хозяйственных, введённых в базу данных Росреестра. Мы планово этот вопрос решаем сейчас. Цифровой базы, электронной базы в Севастополе не было, поэтому мы сейчас все архивные документы, которые есть, цифруем и вводим в единый реестр.

Одна из проблем (мы её тоже решаем и с правительством, и с банками) – это отсутствие длинных кредитов, то есть кредиты на пять лет и более. Непосредственно сейчас такая работа идёт с РНКБ, Банком России, и мы работаем со Сбербанком.

Одно из направлений деятельности Севастополя – это рыбодобыча и рыбопереработка. Сегодня в Севастополе зарегистрировано 60 тыс. субъектов рыбохозяйственного комплекса, в том числе по основным видам деятельности: аквакультура – семь, рыболовство – 33, рыбопереработка – 21, транспорт – один, наука – один. Общий объём вылова хамсы с октября 2014 – почти 17 тыс. тонн. Общий объём вылова водных биоресурсов – 23 тыс. тонн, в том числе более 58% приходится на Севастополь. В 2015 году суда севастопольских предприятий, имеющие возможность осуществлять вылов в Азовском море, возобновили промысел. Улов в Азовском море за I квартал составляет почти 180 тонн.

Продукция реализуется на рынках Севастополя, Республики Крым, в крупных торговых сетевых магазинах других субъектов Российской Федерации.

Мы согласовали с Министерством строительства и ЖКХ Российской Федерации капитальный ремонт многоквартирных домов. Программа эта согласована, бюджетные обязательства находятся в стадии подтверждения. Мы уже приступили к ремонту фасадов, в том числе подписан инвестиционный контракт по программе переселения из аварийного жилья: на этот год 330 млн, что решит в общем-то 30% этой проблемы, до конца этого года. На следующий год и 2017 год предусмотрено ещё кроме этого 1,5 млрд.

Мы начали в прошлом году по тем проектам, которые были разработаны ещё при Украине, газификацию. Сегодня эта работа идёт, в том числе из остатков бюджета выделено 200 млн, для того чтобы эту работу в этом году продолжить. До конца года планируем 2,5 тыс. квартир и домов в наших посёлках обеспечить газом.

По всем другим программам работа у нас проводится. Мы сегодня, до 9 Мая, вручаем ветеранам Великой Отечественной войны жильё, тем, кто уже подтвердил право на получение этого жилья. В общей сложности рассматриваем 79 квартир. Но после этого, после 9 Мая, работа будет в этом вопросе продолжена.

Начато проектирование ТЭЦ для Севастополя – две очереди по 250 МВт, работа идёт планово, в соответствии с графиком.

Остальные вопросы, уважаемый Дмитрий Анатольевич, решаются с профильными министерствами и ведомствами. Пока Вашего вмешательства в этот процесс особо не требуется. Я ещё раз хочу выразить свою благодарность всем профильным министерствам, в том числе и Вашим заместителям: любой проблемный вопрос в реальном времени решается.

Сегодня мы обсуждали вопрос с Дмитрием Николаевичем (Д.Козак) по транспортной доступности, это ещё два парома по линии Новороссийск – Севастополь. Тогда мы полностью обеспечим в том числе доставку и грузов, и продуктов. И в Севастополе мы сегодня рассматриваем… Забрали в город бывший хладокомбинат, который был по объективным причинам приватизирован, и бывший хлебозавод. На хладокомбинате мы рассматриваем проект строительства логистического центра, в плане – хранение скоропортящихся продуктов и доставка их в Севастополь, а потом уже и по всему Крыму.

Больше вопросов особых нет. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия. ЮФО > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 27 апреля 2015 > № 1354935 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > premier.gov.ru, 21 апреля 2015 > № 1348217 Дмитрий Медведев

Отчёт Правительства о результатах работы в 2014 году.

«Правительство Российской Федерации: <…> представляет Государственной Думе ежегодные отчёты о результатах своей деятельности, в том числе по вопросам, поставленным Государственной Думой» (Конституция Российской Федерации, статья 114, подпункт а пункта 1).

Стенограмма:

Отчёт Правительства Государственной Думе о результатах работы в 2014 году

Д.Медведев: Добрый день, уважаемый Сергей Евгеньевич! Добрый день, уважаемые депутаты Государственной Думы! Добрый день, уважаемые коллеги! Прежде всего хотел бы поблагодарить депутатов за поддержку ключевых инициатив Правительства, за предложения по улучшению наших инициатив и, конечно, за конструктивную критику, которой тоже раздаётся немало.

Мы с вами всегда находились и будем находиться во взаимодействии, но в прошлом году в силу изменившихся внешнеполитических и экономических обстоятельств наше сотрудничество действительно поднялось на принципиально другой уровень и по темпу, и по содержанию. Так что многие результаты, о которых я буду говорить в своём отчёте, были достигнуты благодаря именно такой хорошо отлаженной совместной работе.

Из всех законопроектов, которые Правительство подготовило и внесло на рассмотрение парламента, 256 в прошлом году стали законами. Эта цифра вам хорошо известна. Ещё раз спасибо за совместную работу. За период текущей сессии Государственной Думой уже принято 58 законов, которые были внесены Правительством. Многие свои законопроекты мы разрабатывали в тесной координации, сейчас на рассмотрении палаты находятся, по состоянию на 13 апреля, 226 правительственных законопроектов, в том числе те документы, которые напрямую касаются выполнения Плана по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в 2015 году.

Кроме того, мы с вами фактически дважды за год провели работу по формированию бюджета 2015 года, только что приняли поправки. Также хочу поблагодарить всех, кто поддержал позицию Правительства – это, понятно, сейчас не самые простые решения. Надеюсь, что и в ходе работы над бюджетом следующего года, который также будет непростым, мы с вами будем взаимодействовать эффективно в поиске возможностей по его балансировке и в поиске дополнительных резервов, которые, опять же надеюсь, будут у нас появляться.

Вначале – несколько слов о том, в каких условиях работало Правительство прошедшие 12 месяцев, да и, по сути, условиях, в которых находилась вся страна. Стоя на этой трибуне ровно год назад, я говорил о том, что впереди у нас очень непростой период. Наверное, в тот момент, во всяком случае некоторые коллеги посчитали это фигурой речи, посчитали это преувеличением, но действительность оказалась ещё сложнее.

Впервые за всю историю России после распада Советского Союза, а в чём-то – я сейчас проиллюстрирую это на примере – и вообще за всю историю России в XX веке (период советский и постсоветский) наша страна оказалась под воздействием сразу двух так называемых внешних шоков: резкого падения цен на нефть и беспрецедентно жёсткого санкционного давления. С таким набором одновременных вызовов мы никогда не сталкивались. Да, и в истории Советского Союза, и в истории России были периоды, когда наша экономика уже в значительной мере зависела от углеводородов и цены на нефть были очень низкими. В том же 1998 году они падали до 9 долларов за баррель. И кстати, это снижение вполне сопоставимо с нынешним с учётом изменившейся покупательной способности доллара и ряда других экономических показателей и факторов.

Да, были разные санкции и против Советского Союза, и против России. В общей сложности (я к этому несколько раз обращался в прошлом году) таких санкционных волн я насчитал около 10. Кстати сказать, по интенсивности последняя санкционная волна, может быть, самая мощная. Но чтобы сложился такой негативный мультипликатор, как говорят экономисты, когда факторы действуют одновременно и усиливают влияние друг друга, – такого не было никогда: ни в советский, ни в постсоветский период.

Поэтому положение в экономике действительно сложное. Рост валового внутреннего продукта по итогам 2014 года составил всего 0,6%. Ситуация, как вы, коллеги, помните, была наиболее острой в конце прошлого – начале этого года. Вслед за резким снижением цен на нефть упал курс рубля, инфляция достигала параметров 16%, начали сокращаться реальные доходы населения, был зафиксирован выход на отрицательные темпы роста валового внутреннего продукта, спад инвестиционной активности и внутреннего потребления. Всё это происходило на фоне политизированного понижения инвестиционного рейтинга нашей страны и масштабного оттока капитала.

В текущем году эти негативные тенденции сохраняются. В январе – марте этого года ВВП снизился на 2% приблизительно, объём промышленного производства – на 0,4% по отношению к I кварталу прошлого года. Наиболее ощутимый спад, естественно, наблюдается в инвестициях. Тем не менее всё, что происходит, – это далеко не самый жёсткий из возможных сценариев. Скажу прямо: ситуация с ценами, безработицей, состояние банковской системы, многих отраслей промышленности – они могли быть значительно сложнее и хуже. Напомню, что в 2009 году мы испытали гораздо более серьёзные проблемы. Валовый внутренний продукт тогда упал почти на 8%, промышленное производство – более чем на 10%, более значительным было и снижение биржевых курсов российских акций. И несопоставимо тяжелее была ситуация на рынке труда, несопоставимо. Конечно, это не повод расслабляться. Просто, мы должны видеть картинку целиком.

Ещё в прошлом году мы начали предпринимать необходимые шаги, имея в виду опыт предыдущего кризиса. Многие меры потом вошли в план первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной сферы в 2015 году. Эти мероприятия уже дают как минимум частичный эффект.

Валютный рынок успокоился, экономика постепенно адаптируется к плавающему курсу рубля. У нас по-прежнему невысокий уровень государственного долга. Дефицит федерального бюджета, хотя и несколько увеличился, по итогам года остаётся на экономически безопасном уровне. И безработица пока остаётся в пределах разумных показателей, то есть она низкая применительно к сопоставимым условиям в других странах.

По мере замедления инфляции снижается и ключевая ставка Банка России. Если оценивать ситуацию в целом, то она стабилизируется, но никаких иллюзий быть не должно.

Сегодня мы сталкиваемся не только с краткосрочными кризисными явлениями. Да, мы сумели преодолеть бо?льшую часть из них, но если внешнее давление будет усиливаться, цены на нефть сохранятся на экстремально низком уровне надолго, нам придётся развиваться в другой экономической реальности, которая будет проверять всех нас, что называется, по полной программе. И это будет та реальность, в которой всем нужно будет научиться работать, решая сложные и ответственные задачи по развитию нашей страны.

Я уверен, что мы сможем жить и в такой реальности. Опыт последнего периода показывает, что мы этому научились, хотя это было бы, наверное, не лучшим развитием.

Теперь хочу задаться вопросом, могла ли наша страна избежать такого экономического сценария. Ответ прост: не могла, и мы все понимаем, почему. Серьёзнейшее внешнеэкономическое давление на нашу страну вызвано главным политическим решением прошлого года – возвращением Крыма в состав России. Оно было единственным возможным. Мы все – и страна в целом, и Правительство, и парламент – его поддержали, осознавая вероятные последствия, и теперь вместе отвечаем за минимизацию экономических проблем, сохранение стабильности и социального развития нашего государства.

В истории каждого государства есть моменты, с которых начинается отсчёт другой эпохи. Очевидно, что 2014 год стал для современной России именно таким. Прошлый год для всех нас, для всей страны без преувеличения, стал годом Крыма, который вернулся в Россию. Правовое оформление получило то, что и так чувствовало абсолютное большинство людей по обе стороны Керченского пролива. Крымский полуостров, несмотря на его формальные постсоветские границы, всегда оставался нашей землёй. Это была и общая боль, и общая гордость, и общие трудности, и общие победы.

Я уверен, что огромную важность этого события, естественно, осознал каждый житель России, каждый ответственный политик. Для многих возвращение Крыма стало восстановлением исторической справедливости, которое по силе и значению сравнимо с падением Берлинской стены и объединением Германии или с возвращением Китаю Гонконга и Макао. Такие моменты всегда имеют огромный геополитический резонанс. Как говорил когда-то Пётр Аркадьевич Столыпин: «В политике нет мести, но есть последствия». Беспрецедентное политическое и экономическое давление – это плата за нашу с вами позицию. Но и власть, и общество понимали, что иного пути у нас нет, чем бы нам это ни грозило.

Вот теперь развитие Крыма стало исключительно внутренним делом нашей страны. Впервые в истории современной России перед Правительством встала уникальная по сложности и масштабу задача – в сжатые сроки к началу текущего года обеспечить полноценную интеграцию новых регионов, то есть Республики Крым и Севастополя, в управленческую, правовую и экономическую систему страны. Мы это сделали – сформировали правовую базу для работы экономики и социальной сферы по российским нормам. Напомню, что приняты с вашим участием восемь конституционных законов, 32 федеральных закона и свыше 600 подзаконных актов. Значительную часть этой работы, ещё раз подчеркну, Правительство выполняло с коллегами из Государственной Думы. Практически сразу после воссоединения началось оформление паспортов граждан Российской Федерации. Их уже получили около 2 млн жителей Крыма.

Огромный комплекс вопросов касается социальной сферы. Назову основные итоги. Решён вопрос об увеличении размеров пенсий в Крыму. В результате выплаты пенсионерам существенно приблизились к общероссийским показателям. Введение норм российского трудового законодательства привело к двукратному повышению среднего размера зарплат.

В прошлом году жители Крыма стали полноправными участниками российской системы социальной поддержки. Как мы и обещали, крымчанам были сохранены льготы и выплаты, которые ранее были предусмотрены украинским законодательством, но которые отсутствуют в российском законодательстве.

Д.Медведев: «Впервые в истории современной России перед Правительством встала уникальная по сложности и масштабу задача – в сжатые сроки к началу текущего года обеспечить полноценную интеграцию новых регионов, то есть Республики Крым и Севастополя, в управленческую, правовую и экономическую систему страны. Мы это сделали. Напомню, что приняты с вашим участием восемь конституционных законов, 32 федеральных закона и свыше 600 подзаконных актов».

Утверждены и действуют программы модернизации здравоохранения Республики Крым и города Севастополя на общую сумму свыше 6 млрд рублей.

Все конкретные шаги по развитию полуострова установлены в ФЦП «Социально-экономическое развитие Республики Крым и Севастополя до 2020 года». Общий объём её финансирования на пять лет, напомню, составит около 700 млрд рублей, из них 660 млрд рублей – из федерального бюджета. Деньги огромные.

Но это лишь малая часть работы, которая была проделана в Крымском федеральном округе. И я специально обратил на это внимание, потому что Крым потребует нашего деятельного соучастия, независимо от денег, в самой ближайшей перспективе. Именно поэтому мы все там бываем: и коллеги – депутаты Государственной Думы, и мои коллеги по Правительству, – и не потому, что в Крыму хороший климат, а потому что эта территория существенно отстала от нашей страны. Существенно отстала. Наша задача – восполнить всё, что было не сделано за последние 25 лет, чтобы нам потом не было стыдно за ранее принятые решения. И это особенно важно, поэтому, собственно, я начал своё выступление с этого, даже несмотря на то, что в письменных вопросах, которые мне задавали, не было вопроса про Крым.

Присоединение Крыма повлияло на нашу экономику. Нет практически ни одной отрасли экономики, которую бы не затронули те или иные политические меры, начиная от финансовой сферы, от ограничений в доступе к иностранным кредитам и заканчивая импортом технологий. Потери от введённых ограничений значительные, не будем их скрывать. По оценкам ряда экспертов, России был нанесён ущерб в общей сложности приблизительно 25 млрд евро, это 1,5% ВВП, а в 2015 году он может увеличиться в несколько раз.

Но, безусловно, экономические последствия крымского решения были бы легче, если бы в нашей экономике не накопился ряд внутренних проблем, которые мы не успели решить. И это тоже нужно откровенно признать. Все регионы нашей страны в полной мере ощутили последствия ухудшения внешнеэкономической конъюнктуры и внешнеполитических потрясений. Поступления в бюджет упали, а расходы, напротив, возросли.

Эта ситуация потребовала от Правительства оперативных действий по поддержке регионов. Конечно, мы поможем регионам, здесь сомнений быть не должно. И вообще ситуация с региональными финансами требует от нас нестандартных решений. Все вы задавали мне такие вопросы, наверное, мы сегодня их ещё обсудим. Я приглашаю это сделать и в формате сегодняшнего обсуждения отчёта Правительства, и в формате совещания, которое я в ближайшее время намерен провести именно для того, чтобы посмотреть на эту проблему под несколько иным углом, потому что, по всей вероятности, объём накопившихся проблем таков, что он требует, ещё раз подчеркну, нестандартных решений.

В рамках плана первоочередных мероприятий на 2015 год тем не менее, если говорить об уже принятых обязательствах, увеличен объём бюджетных кредитов субъектам Федерации до 310 млрд рублей со 150. Эти средства пойдут на балансировку региональных бюджетов и снижение стоимости коммерческих кредитов. Но, конечно, и самим местным руководителям нужно приложить все усилия для укрепления финансовой устойчивости. Важно скорректировать основные параметры своих бюджетов на 2015 год и действовать в рамках региональных антикризисных планов. Мы об этом договорились со всеми субъектами Федерации. Такие планы везде приняты, везде существуют антикризисные команды, они должны работать. Расслабляться нельзя, даже несмотря на то, что нам в целом ситуацию удалось стабилизировать. Поэтому точное и своевременное исполнение и региональных планов, и правительственного плана первоочередных мероприятий даст возможность запустить оптимальные механизмы поддержки реального сектора в регионах, которые гарантировали бы, что деньги не уйдут на валютный рынок, а действительно будут вложены в новые перспективные виды бизнеса. Такие опасения есть у наших коллег из «Справедливой России», они задавали об этом вопрос. Ну и, конечно, тот, кто готов производить качественные и востребованные товары, должен получить субсидии и преференции и, самое главное, приемлемые по стоимости кредиты. Знаю, что практически всех депутатов (это вопрос и от ЛДПР, Коммунистической партии, от «Справедливой России») волнует этот вопрос. Мы понимаем это.

Условия кредитования, которые сложились в нашей стране, конечно, совсем не идеальные в силу известных причин, поэтому мы расширили набор мер и стимулов для поддержания инвестиционной активности, прежде всего для того, чтобы смягчить последствия процентного стресса для реального сектора экономики. Что в настоящий момент сделано? Во-первых, мы проводим беспрецедентную по масштабам докапитализацию банков, которые активно работают с проектами в сельском хозяйстве и промышленности. Через Агентство по страхованию вкладов на эти цели направлен практически 831 млрд рублей.

Хочу особо подчеркнуть, речь идёт об облигациях займа, а не о реальных деньгах. Поэтому когда мы слышим упрёки о том, что в эти непростые времена мы в первую очередь помогли банкам, то это неправильно. Это действительно жизненно необходимый шаг. Именно банки являются кровеносной системой экономики, именно банки доводят деньги до реального сектора, будь то промышленность или сельское хозяйство. Если проблемы начинаются у банковской системы, то первые, кто пострадают, будут промышленность и сельское хозяйство. Я думаю, что мы все это должны осознавать.

Во-вторых, в крупные, системно значимые проекты инвестируются средства Фонда национального благосостояния – до 40% от общего объёма ФНБ. В этом году начинается финансирование модернизации БАМа и Транссиба – мы от этого не отказались, строительство Центральной кольцевой автодороги в Московской области и ряд других проектов.

В-третьих, для инвестиций в диапазоне менее значимом, от 1 млрд до 20 млрд рублей – а это, как правило, проекты среднего бизнеса, – запущен механизм проектного финансирования. Заёмщик, если он представит качественный инвестиционный план, сможет получить средства по фиксированной ставке – не свыше 11,5% в текущих условиях, в текущих финансовых обстоятельствах.

В-четвёртых, финансовая помощь проектам малого и среднего бизнеса тоже будет расширяться. Есть предложение объединить ресурсы Агентства кредитных гарантий и «МСП банка» и на этой основе создать единый институт развития, который бы занимался поддержкой малых и средних предприятий. Такой структуре можно было бы передать и дополнительные полномочия, для того чтобы обеспечить полноценное участие небольших компаний в государственных и муниципальных заказах, в закупках естественных монополий и компаний с государственным участием и в программах импортозамещения

Напомню, что в плане есть конкретные шаги, которые должны помочь производителям не только быстро адаптироваться к новым условиям, но и развиваться, максимально используя те благоприятные возможности, которые появились в связи с ограничениями на ввоз ряда товаров в нашу страну и ослаблением рубля. Как справедливо отмечают коллеги из ЛДПР, для импортозамещения нужны и время, и деньги. Мы это прекрасно понимаем. Я позволю себе процитировать ещё одного известного человека: автор сингапурского «экономического чуда», Ли Куан Ю, когда-то говорил о том, что если мы хотим преуспеть, то должны надеяться только на самих себя.

Мы подготовили программы импортозамещения во всех отраслях – и в промышленности, и в энергетике, в сельском хозяйстве. Они предусматривают реализацию свыше 2,5 тыс. проектов.

Но импортозамещение – это не просто красивый лозунг, это вполне конкретная работа, которая активизировалась довольно существенно в последнее время. Понятно, что речь не идёт о хозяйственной самоизоляции. Приведу один пример. Коллеги, например из КПРФ, полагают, что присутствие иностранных торговых сетей у нас избыточное. Это нужно оценить, но с точки зрения потребителей, чем больше разнообразия, вообще-то, тем лучше. При этом у нас фактически есть не только иностранные сети, но и собственные, построенные с нуля торговые сети, которые развивались уже по российским законам. Мы все с вами помним полки советского периода, советских магазинов. Я думаю, что к этому никто не хочет возвращаться, в том числе и наши коллеги-коммунисты. Другое дело, что мы концентрируемся на создании благоприятных условий для конкурентоспособных российских поставщиков продукции, и не только на продовольственном рынке. Мы выделяем чувствительные позиции, где импортозамещение действительно экономически оправдано.

За последнее время инструменты промышленной политики становятся более разнообразными. Принят закон о промышленной политике, который систематизирует механизмы господдержки предприятий. Заработал фонд развития промышленности. Сегодня за счёт бюджета субсидируется процентная ставка по инвесткредитам, часть затрат на проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, в качестве антикризисной меры субсидируются кредиты на пополнение оборотных средств.

Ещё один мощный инвестиционный ресурс, с которым мы в последнее время стали активнее работать, – это государственные закупки и закупки компаний с госучастием. По оценкам экспертов, их объём превышает 24 трлн рублей. По государственным и муниципальным закупкам не менее 15% заказов должно размещаться в небольших компаниях. В закупках крупных госкомпаний и инфраструктурных монополий эта доля теперь должна быть ещё выше – не менее 18%. Конечно, нужно поддержать и те предприятия, которые готовы выходить на внешние рынки, поэтому программы кредитной и гарантийной поддержки промышленного экспорта, в том числе за счёт субсидирования процентной ставки, будут продолжены.

Наши экспортёры, и небольшие компании, и крупные, должны получать все необходимые финансовые и иные услуги в режиме одного окна. Для этого создаётся единый центр поддержки экспорта на базе Агентства по страхованию экспортных кредитов и Росэксимбанка. Утверждённые недавно изменения в «дорожную карту» по поддержке экспорта направлены на максимальное облегчение таможенных, фискальных и административных процедур. Все эти и другие меры должны стимулировать развитие промышленного производства, которое в прошлом году выросло на 1,7% по сравнению с 2013 годом.

Приведу некоторые цифры, хотя уверен, коллеги-депутаты их знают. В обрабатывающих производствах рост был 2% с небольшим. Небольшой рост наблюдался и в тяжёлом машиностроении – приблизительно 1,3%. Относительно стабильная ситуация в химической промышленности – чуть более 100%. Экспорт минеральных удобрений остаётся одной из важнейших статей российского экспорта. Продолжается реализация приоритетных проектов в лесопромышленном комплексе.

Картина по текущему году, конечно, разнонаправленная. Непросто складывается в начале года ситуация в машиностроении. Большинство подотраслей демонстрируют снижение производства. Рассчитываем на то, что меры государственной поддержки по стимулированию спроса, поддержке потребителей этот спад либо нивелируют, либо сумеют существенно сгладить. Прежде всего это сегодня относится к автомобильной технике. В рамках реализации плана первоочередных мероприятий принято решение продлить программу утилизации старых автомобилей. На неё выделены бюджетные ассигнования в объёме 10 млрд рублей. Кроме того, утверждена программа льготного автокредитования и в ближайшее время будет запущена ещё одна программа по льготному лизингу. Как минимум на год мы продлили программу закупок транспортных средств, которые работают на более экологичном газомоторном топливе. На эти цели также выделены деньги – 3 млрд рублей. Принимаемые решения помогут сократить темпы уменьшения рынка примерно на четверть. Полностью мы, конечно, не сможем нивелировать отрицательный эффект, но существенным образом сократить сможем, и это позволит сохранить рабочие места и сохранить производства.

Достаточно сложной остаётся ситуация в станкостроении. Здесь доля импорта по отдельным позициям зашкаливает, и это, конечно, вызывает огромную озабоченность. Нам особенно важно стимулировать производство конкурентоспособного российского оборудования. Определённые запреты и ограничения для поставок в целях обороны и безопасности уже введены, а также при реализации отдельных бюджетных строек. По мере роста возможностей российских производителей эти требования будут ужесточаться. При этом мы рассчитываем на кооперацию и с зарубежными компаниями, в том числе с инжиниринговыми компаниями. Но надо признаться, что работа по проектированию и производству должна вестись здесь, в нашей стране. Это правильно.

К сожалению, спад наблюдался и наблюдается в одной из социально значимых отраслей – в фармацевтике. Мы ещё сегодня, думаю, об этом поговорим. Продолжим в любом случае заниматься её поддержкой, с тем чтобы обеспечить национальную лекарственную безопасность.

Энергосистема нашей страны. Она работала без сбоев. В прошедшем году введён рекордный для нашей страны объём современных генерирующих мощностей – 30 новых энергоблоков на тепловых станциях. Завершено строительство Богучанской ГЭС, полностью восстановлена после аварии 2009 года Саяно-Шушенская ГЭС.

Привлечено более 50 млрд рублей частных инвестиций для развития возобновляемой энергетики. Это важное направление, конечно. Продолжается работа по улучшению доступа потребителей к электроэнергетической инфраструктуре. Уже с 1 октября плата за подключение к электрическим сетям для малого бизнеса будет снижена на 50%.

В прошедшем году мы приняли стратегические решения по ликвидации системных проблем в отрасли. Это и сокращение перекрёстного субсидирования, о котором мы много говорили, и снижение потерь в сетях, и внедрение новой модели рынка тепловой энергии. Всё это долгосрочные шаги, которые мы будем воплощать в жизнь в течение нескольких лет.

Абсолютно стабильное положение в атомной отрасли. Причём она отличается наличием единых технологических процессов и технологий как для энергетических целей, так и для производства вооружения, поэтому такое стабильное развитие атомной отрасли для нас критически важно. И здесь у нас, как вы знаете, есть самые современные, прорывные технологии, которыми мы гордимся.

Портфель заказов «Росатома» насчитывает 29 энергоблоков, из которых 19 планируется построить в Китае, Индии, Турции, Белоруссии, Бангладеш, Финляндии, Вьетнаме, Армении, Венгрии. Для сравнения, в 2008 году этот портфель насчитывал 19 энергоблоков, то есть мы прирастаем.

Добыча нефти стабилизировалась на уровне примерно 527 млн тонн, небольшой рост применительно к прошлому периоду. Это достаточный уровень для обеспечения собственных потребностей и для поставок на экспорт.

Объём добычи газа – 640 млрд куб. м. Там небольшое снижение было, но мы договорились о строительстве нового газопровода до границ Турции и Греции, вы знаете, вместо «Южного потока». Подписан прорывной 30-летний контракт на поставку газа в Китай. Ведётся строительство ветки на Китай по восточному маршруту – проект «Сила Сибири».

Теперь в отношении транспорта несколько слов. Во многом благодаря государственной поддержке продолжился рост воздушных перевозок, что особенно важно, по внутрироссийским маршрутам – то, чем мы занимались последние годы и что нам удалось всё-таки возродить. Без учёта Москвы рост внутренних авиаперевозок составил 22%, перевезли более 10 млн пассажиров. А всего воздушным транспортом воспользовались 93 млн пассажиров, это 110% по отношению к 2013 году. В рамках плана первоочередных мероприятий для внутренних авиаперевозок, напомню, мы установили ставку 10% по налогу на добавленную стоимость, для того чтобы поддержать перевозчиков и, соответственно, поддержать наших пассажиров.

Была непростая ситуация вокруг пригородного железнодорожного сообщения. В рамках плана первоочередных мероприятий для этого вида перевозок обнулён налог на добавленную стоимость. В целом ситуация стабилизировалась, находится под контролем.

За минувший год было построено и реконструировано более 700 км автодорог федерального значения и 1500 км региональных дорог.

2014 год стал очень успешным для жилищного строительства. В России было возведено жилья больше, чем в Российской Советской Федеративной Социалистической Республике в рекордном 1987 году. Я напомню, что тогда было построено 73 млн кв. м, в 2014 году на территории Российской Федерации – 81 млн кв. м жилья.

Этому во многом помогала работа Агентства по ипотечному жилищному кредитованию и Фонда содействия развитию жилищного строительства. Для создания центра компетенций мы планируем объединить эти две организации и создать институт развития жилищной сферы. Обращаюсь к вам с просьбой поддержать эту инициативу. Новая структура займётся финансированием программы «Жильё для российской семьи», в результате которой в 49 регионах уже начинается строительство более 10 млн кв. м жилья, а также поддержкой создания коммунальной инфраструктуры, возведения наёмного жилья и ипотечного кредитования, которое в прошлом году также существенно выросло.

Развитию строительства способствовало сокращение административных процедур. Я напомню, что в итоге из 220 процедур осталось всего 130. В рейтинге, посвящённом бизнесу, известном рейтинге Doing Business, в 2015 году Россия улучшила свои показатели довольно существенно, а в такой категории, как удобство регистрации собственности, мы вообще заняли 12-е место в мире, что само по себе неплохо, потому что это означает, что условия административной деятельности, административных решений приближаются к самым высоким стандартам, которые существуют в мире.

При активном участии коллег-депутатов внесены поправки в Земельный кодекс. Они позволяют убрать лишние административные барьеры при предоставлении земельных участков и улучшить условия для реализации инвестпроектов.

Мы заложили в план первоочередных мероприятий ряд важных шагов, которые касаются поддержки ипотеки.

Во-первых, это субсидирование процентной ставки по ипотечным кредитам для тех, кто приобретает квартиры в новостройках, – теперь она составляет 12%. На субсидирование ипотеки было направлено 20 млрд рублей. Надеюсь, что при снижении ключевой ставки Центробанка будут снижаться и ставки по ипотечным кредитам.

Во-вторых, мы принимаем ряд мер, чтобы помочь тем, кто в силу изменившейся экономической ситуации не справляется с выплатами по ипотеке. Банки по каждому конкретному случаю проводят индивидуальную работу. Со стороны Правительства для решения этой проблемы мы планируем выделить 4,5 млрд рублей.

Мы также ведём работу над тем, чтобы люди не сталкивались с необоснованным ростом цен на коммуналку. По решению Правительства увеличение общей платы за коммунальные услуги в среднем по стране не должно превышать уровень инфляции. Естественно, в этом году с учётом уровня инфляции эта цифра будет выше, чем в прошлом году, – приблизительно 8,7%.

Ещё одно направление нашей деятельности – капитальный ремонт жилья. Напомню, что в 2014 году мы запустили масштабную программу. Некоторые коллеги полагают правильным инициировать приостановку до 2020 года действия законодательства о проведении капремонта с привлечением средств собственников помещений. Понятно, что резоны могут быть разные, очевидно, эта инициатива может и понравиться кому-то. Но мы всё-таки должны призадуматься, что нам делать с огромным массивом жилых метров, которые находятся в настоящий момент уже в частной, а не государственной собственности, ведь значительная часть таких домов к 2020 году просто перейдёт в разряд аварийных, поэтому источник для их ремонта, для их развития должен быть.

По-прежнему головная боль для жилищно-коммунального хозяйства – это нарастание задолженности за коммунальные услуги. Депутаты «Единой России» обращают внимание на эту проблему. Общая задолженность в отрасли достигла почти 1 трлн рублей. К уже действующим мерам Минэнерго и Минстрой разработали поправки в законодательство, которые в настоящий момент направлены в Государственную Думу. С их принятием, мы рассчитываем, удастся урегулировать проблему задолженности. В документе обозначены параметры ответственности за неплатежи по коммуналке. Речь, в частности, идёт именно о системных неплательщиках, которые, по сути, занимаются коммунальным иждивенчеством, в том числе и о так называемых неотключаемых потребителях, которые в настоящий момент стали основными должниками.

Особое внимание в силу понятных причин Правительство уделяло оборонно-промышленному комплексу. Считаю, что в этом направлении нам удалось закрепить все позитивные тенденции последних 5–7 лет. В 2014 году практически завершена консолидация всех активов оборонки. Прирост объёмов производства продукции по сравнению с 2013 годом наблюдается во всех отраслях ОПК: в радиоэлектронной промышленности – на 24%, авиапромышленности – на 17%, в судостроительной промышленности – почти на 15%, промышленности боеприпасов – на 13%, ракетно-космической промышленности – на 8,5%. При этом доля высокотехнологичной продукции возросла до 63% в 2014 году.

Наконец-то у нас стала нормально работать система гособоронзаказа. Его финансирование выросло и составило в прошлом году более 1,9 трлн рублей (в 2013 году было 1,5 трлн). Кроме того, были предоставлены государственные гарантии по кредитам, привлечённым организациями ОПК для выполнения гособоронзаказа на основе государственных контрактов с Министерством обороны, на сумму более 470 млрд рублей.

Основные усилия по линии гособоронзаказа, как и в предыдущие годы, были направлены на переоснащение наших Вооружённых Сил. В 2012–2014 годах проводилось комплексное обновление парка вооружений. За эти годы в войска было поставлено около 20 тыс. различных систем, комплексов и образцов техники и вооружений. Такого до этого очень долгое время не было.

Россия продолжает прочно удерживать одно из лидирующих мест среди мировых экспортёров вооружений. Доля экспорта вооружений в общем объёме российского экспорта, по предварительным данным, составила в 2014 году 3,2%. Доходы достигли очень высокого уровня – 15 млрд долларов и более. Они и в 2013-м, и в 2014 году были такими. Напомню, что портфель заказов составляет сегодня около 49 млрд долларов.

Работу по импортозамещению мы начали ещё в 2008–2010 годах в рамках федеральной целевой программы развития оборонно-промышленного комплекса. В прошедшем году сформировали и приняли детальные графики мероприятий по замещению комплектующих деталей, которые поставляются из Украины, стран НАТО и Евросоюза. Эту программу нужно будет довести до конца.

Положительные результаты были достигнуты и в ракетно-космической отрасли. Наша орбитальная группировка увеличилась на 17 аппаратов. Общее их количество достигло 134 аппаратов, это приблизительно 10% от мировой группировки. Несмотря на довольно жёсткую конкуренцию, Россия сохранила своё лидерство на мировом рынке, выполнив почти половину от общего количества космических пусков.

В рамках совершенствования системы управления ракетно-космической промышленностью продолжаются процессы реструктуризации отрасли. Напомню, что мы создали и начала свою деятельность акционерная компания в ракетно-космической сфере. На её основе, а также на базе Федерального космического агентства планируется создание соответствующей государственной корпорации.

Хорошие темпы демонстрировало сельское хозяйство, причём второй год подряд. Напомню, что в прошлом году у нас был почти рекордный урожай зерновых – прирост составил 13% к 2013 году. Это был лучший урожай, лучше был только в 2008 году, хотя мы практически достигли этого показателя. Но это не просто цифры, это, во-первых, доказательство реальности гарантий продовольственной безопасности страны и уверенности в том, что спекулятивные заявления о пустых полках в российских магазинах (такие заявления очень часто звучат, особенно из-за границы) были и остаются мифом. Во-вторых, это доказательство эффективности государственной политики в аграрном секторе, который в 2014 году получил почти 189 млрд рублей.

Была серьёзно дополнена госпрограмма развития сельского хозяйства. Подготовлена «дорожная карта» по импортозамещению в отрасли, притом что мы точечно выделили основные направления импортозамещения: главное направление – развитие аграрного сектора.

Был утверждён конкретный список из 464 инвестпроектов в рамках импортозамещения на сумму более 265 млрд рублей.В программах по импортозамещению должны быть условия не только для крупных агрохолдингов (мы об этом договаривались), но и для малых предприятий. Поэтому как в прошлом, так и в текущем году начинающим фермерам было выделено около 2 млрд рублей. В этом направлении Правительство довольно активно работало не только с коллегами-законодателями, но и с представителями отраслевых союзов. Большинство предложений, которые содержатся в плане первоочередных мероприятий, утверждённом Правительством, уже реализовано.

Отрасль получила дополнительную поддержку, получит деньги и в текущем году ещё. Необходимые средства заложены в государственную программу, почти 188 млрд рублей, в плане первоочередных мероприятий добавлено ещё 50 млрд рублей, и считаю, что это шаги в правильном направлении. Надеюсь, что и наши покупатели окончательно привыкнут к тому, что самые лучшие, самые вкусные продукты маркированы этикеткой «Сделано в России».

Чтобы то, что мы делаем (касается ли это продовольствия или другой продукции), могло удовлетворить потребности рынка и в конечном итоге дать те цифры роста экономики, которые бы нас устраивали, нам, конечно, нужно продолжить работу по улучшению бизнес-климата. Мы продвинулись по «дорожным картам» Национальной предпринимательской инициативы, упростили таможенные процедуры (они уже чуть больше часа теперь занимают) по автомобильным пунктам пропуска; сокращены сроки регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в государственных внебюджетных фондах (теперь это три дня); почти в два раза снижен бумажный документооборот организаций. В этом плане мы вышли на финишную прямую по нормативным актам, но, конечно, главное, чтобы все эти предписания работали на практике, чтобы предприниматели на себе ощущали эти изменения, чтобы они не оставались только нормативной документацией.

Проблема эффективности касается не только частного бизнеса, но и государственных компаний, компаний с государственным участием. Были приняты решения по улучшению показателей их работы. Во-первых, речь идёт о создании так называемых единых казначейств для самих компаний и их дочерних организаций. Средства, которые распылялись между многими счетами, теперь должны быть сконцентрированы в одном кошельке.

Во-вторых, компании разработали программы долгосрочного развития, которые ориентированы на государственные приоритеты в соответствующих отраслях. Для контроля за выполнением программ предусмотрены механизмы аудита с участием независимых экспертов. Также определены ключевые показатели эффективности, от достижения которых прямо зависит дальнейшая карьера и вознаграждение менеджмента. По целому ряду крупнейших компаний также нами было принято решение вернуть государственных представителей, чтобы с учётом текущего момента всё-таки осуществлять лучшую координацию деятельности советов директоров.

На инвестиционную привлекательность нашей экономики, конечно, влияет тема, связанная с легализацией капиталов. Законопроект, который определяет порядок таких действий, уже обсуждается в Государственной Думе, обсуждается с бизнесом, российскими и международными экспертами. Скажу сразу: законопроект очень сложный, по целому ряду позиций нам ещё вместе предстоит найти разумные компромиссы.

Как я и обещал в прошлом году, Правительство не стало увеличивать фискальную нагрузку на бизнес, несмотря на то что такие идеи высказывались. Напротив, для определённых секторов экономики уменьшены ставки НДС (я их уже назвал). Будет смягчен налоговый режим для небольших предприятий. При этом часть налоговых решений будет приниматься на региональном уровне. Например, регионы получили право на введение двухлетних налоговых каникул для впервые зарегистрированных индивидуальных предпринимателей.

Теперь в отношении поддержки малого и среднего бизнеса. Во-первых, увеличено число малых предприятий, у которых есть право применять упрощённую систему налогообложения. Регионы могут понижать ставку для ряда налогоплательщиков с 6 до 1%.

По некоторым видам деятельности может быть в два раза снижен единый налог на вменённый доход – с 15 до 7,5%. По отдельным позициям расширен круг малых и средних компаний, которые могут участвовать в государственных программах поддержки. Для этого в два раза повышается потолок годовой выручки, который является критерием для отнесения того или иного предприятия к категории микробизнеса, малого бизнеса и среднего бизнеса (до 120 млн, 800 млн и 2 млрд рублей соответственно). Эта тема продолжает обсуждаться.

В-третьих, для инновационных проектов малых предприятий, у которых есть перспективы коммерциализации, предоставляются гранты. Мы будем увеличивать их поддержку по линии Фонда содействия развитию малых форм предприятий, для этого в «антикризисном плане» зафиксированы деньги – порядка 5 млрд рублей.

И в-четвёртых, льготные налоговые режимы сформированы в рамках закона о территориях опережающего развития на Дальнем Востоке, в моногородах и других местах, который недавно был принят.

На Дальнем Востоке хочу остановиться отдельно. Мы помним о тяжелейших последствиях наводнения 2013 года, равных которому не было почти сто лет. Крыши над головой лишились 13 тыс. человек. Была проделана большая работа, все пострадавшие к осени прошлого года смогли заселиться в новые дома. И в прошлом году, вопреки всем потрясениям, хозяйство Дальнего Востока показало уверенный рост. Я просто напомню (понятно, там не очень высокая база, тем не менее само по себе это важно): промышленное производство увеличилось на 5,5%, сельское хозяйство – почти на 19%. Всё это говорит о том, что экономика округа позитивно откликается на предпринимаемые шаги. Мы утвердили первые шесть инвестпроектов, которые получат господдержку.

В ближайшее время на ваше рассмотрение также будет представлен проект закона о деятельности свободного порта во Владивостоке.

Коллеги, какие бы меры в экономике Правительство ни принимало, их конечной целью является смягчение последствий кризиса для людей. И наша задача – помочь людям пройти этот период максимально безболезненно.

Хотел бы подчеркнуть, что несмотря ни на что мы социальные обязательства полностью исполняем. Ни у кого не должно быть сомнений, что, как бы ни было трудно, будут выплачиваться зарплаты, будут индексироваться пенсии. Социальная стабильность – это одно из важнейших достижений последнего времени, и мы будем делать всё для того, чтобы её сохранить. План первоочередных мероприятий в этом смысле является не только антикризисным, но и социальным, поскольку развивает те решения, которые были приняты в социальной сфере и принесли результаты.

Хочу отметить, может быть, самый главный наш успех последнего периода – ситуацию в демографии. Если в стране рождается больше детей, значит, у нас есть будущее. Естественный прирост населения в 2014 году вдвое превысил аналогичный показатель 2013 года. Ожидаемая продолжительность жизни средняя по стране достигла 71 года. Я не буду приводить цифры десятилетней давности, вы их все хорошо знаете. Безусловно, это результат целенаправленной социальной политики в целом и, конечно, результат улучшения качества медицинской помощи. Теперь наша задача – при любых обстоятельствах сохранить эту тенденцию. Я напомню, что текущий год у нас объявлен Годом борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями, которые остаются основной причиной смертности в стране. Всё это сделано для того, чтобы изменить отношение людей к своему здоровью. Этим сейчас занимаются и врачи, этим занимаются и по линии спорта, поэтому возрождённый комплекс ГТО, надеюсь, поможет улучшить спортивную подготовку и физическую форму нашим людям.

В 2014 году родилось почти 2 млн детей – больше, чем в 2013 году. Показатель младенческой смертности снизился почти на 10%. Конечно, это результат не одного года, мы шли к нему последовательно. Много сил было вложено и в медицину, и в строительство детских садов, и в строительство перинатальных центров, в совершенствование медицинской помощи матерям и детям. Понятно, что в период кризиса именно семьи с двумя и более детьми могут более остро ощущать материальные трудности. Чтобы помочь таким семьям, к уже существующим формам поддержки мы приняли дополнительные. Я напомню, что в 2015 году будет предоставлена единовременная выплата за счёт средств материнского капитала в размере 20 тыс. рублей. Кроме того, расширяются возможности использования материнского капитала: теперь можно погашать и основной долг, и проценты, и вносить первоначальный взнос, не дожидаясь трёхлетия ребёнка.

Одним из ключевых направлений социальной сферы остаётся поддержка сирот, профилактика социального сиротства и безнадзорности. В феврале было принято несколько решений, которые должны поддержать дальнейшее исполнение Национальной стратегии действий в интересах детей до 2017 года.

Несмотря на трудности, их хватает, экономить на детях мы не будем. В этом году мы собирались выделить на модернизацию региональных систем дошкольного образования 10 млрд рублей дополнительно к тем деньгам, которые выделялись в прошлом, позапрошлом году, но мы готовы выделить и дополнительные деньги. Давайте это обсудим.

Я хочу поблагодарить регионы за проделанную совместно с Правительством работу по сокращению очереди в детские сады. Только за 2013–2014 годы было создано 788 тыс. новых мест. Это огромная цифра. Никогда такими темпами детские сады не сдавались. Полагаю вообще, что строительство детских садов – это одна из лучших социальных программ последних лет. Самое главное, что люди чувствуют её результаты.

Мы будем делать всё, чтобы кризис не сказался на качестве и доступности медицинской помощи, в том числе высокотехнологичной. В прошлом году число медицинских организаций, которые её оказывают, увеличилось до 435, а число пациентов, получивших высокотехнологичное лечение за счёт федерального и регионального бюджетов, превысило 715 тыс.

Сейчас одна из главных задач – это стабилизация ситуации на рынке лекарств. Для нас принципиально важно предотвратить дефицит и необоснованный рост цен на лекарственные препараты, особенно жизненно важные. Думаю, что мы сегодня ещё тоже об этом поговорим. Принимаются меры для увеличения доли отечественной продукции. Мы ввели ограничение на государственную закупку за рубежом, за исключением, конечно, стран, входящих в Евразийский экономический союз, по тем видам медицинских изделий, которые в стране у нас выпускают как минимум два производителя. Ещё один показатель, по которому нужно оценивать текущую ситуацию, – это состояние рынка труда. В нынешних условиях важно не допустить массовой безработицы и поддержать людей, которые уже столкнулись с потерей работы. Это трудная задача. Я напомню, что очень сложное положение было в 2009 году, когда рост безработицы достигал 9% с небольшим.

В текущей ситуации положение не такое острое, ситуация выровнялась. Безработица в нашей стране в последние годы была самой низкой в Европе, в 2014 году она вообще достигла исторического минимума. В настоящий момент некоторые предприятия вынуждены идти на реорганизацию, сокращение сотрудников, введение неполного рабочего дня. Конечно, ситуация по регионам разная. Сейчас уровень безработицы, который составляет 5,8–5,9%, лишь немного превышает уровень прошлого года, и я считаю, что нам очень важно сохранить вот этот показатель.

Сегодня мы можем с уверенностью сказать, что пессимистические прогнозы на рынке труда пока не оправдываются. Мы заранее разработали дополнительные меры по поддержке рынка труда. Регионы сформировали собственные программы – программы обучения, стажировок. Поддержку должны получить и молодые люди, которые не имеют опыта работы, и инвалиды, которым и без того трудно работу найти. И, наконец, точечно, субсидиями, мы поддержали несколько регионов и ключевые для нас предприятия, где сложилась тяжёлая экономическая ситуация. Я их уже называл, это автомобильные предприятия – КамАЗ, АвтоВАЗ, «Алтайвагон», Тверской вагоностроительный завод. Такие адресные решения и в дальнейшем будут приниматься, если это будет необходимо.

Знаю, что депутатов из ряда фракций, в частности из «Справедливой России», волнует ситуация со скрытой безработицей. Конечно, мы будем и дальше создавать самые разные альтернативные формы занятости, в том числе в моногородах. Работодатели, которые создают рабочие места, получат финансовую помощь – 225 тыс. рублей на одного работника. Это позволит создать условия для людей, готовых переехать на работу в другие места.

Несколько слов об образовании и науке. Без прорывов в науке, в инновационных разработках невозможно технологическое развитие и невозможно вообще развитие нашей страны. В прошлом году начались преобразования в Академии наук – назревшие, необходимые, но вызвавшие большие дискуссии. Наверное, это нормально. При этом наши учёные продолжали получать новые научные результаты мирового уровня, что само по себе показательно.

Финансирование научных исследований из средств федерального бюджета в 2014 году составило 372 млрд рублей.

Правительство продолжило выполнять Стратегию инновационного развития России, для того чтобы сформировать восприимчивость экономики к инновациям. Основы такой системы созданы, что позволило нам закрепиться в рейтингах инновационной активности.

У нас ежегодно появляется более 500 малых предприятий благодаря Фонду содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере – малых инновационных предприятий, я имею в виду. При участии Российской венчурной компании создано 18 венчурных фондов.

Ещё одно направление – это повышение эффективности использования интеллектуальной собственности. В прошлом году принят целый ряд решений, в том числе изменения в Гражданский кодекс, в его IV часть, посвящённую интеллектуальной собственности, которые регулируют эти отношения. Мы продолжим эту работу с коллегами-депутатами.

Получит своё развитие система грантов и стипендий, поддержка талантливых детей и научной молодёжи. Достаточно успешно реализуется проект по продвижению российских университетов в мировой топ-100. Ряд наших вузов сегодня имеет весьма приличную репутацию, последовательно поднимается в университетских рейтингах. Чтобы доля таких образовательных центров росла, на поддержку 14 федеральных ведущих университетов было выделено 10,5 млрд рублей.

Делаем мы также акцент на популяризацию рабочих профессий. В 2014 году мы приняли участие в международном чемпионате WorldSkills Europe, в Екатеринбурге впервые провели национальный чемпионат сквозных рабочих профессий, будем это направление и дальше поддерживать, потому что нам действительно квалифицированных рабочих рук не хватает. По решению Правительства был создан союз «Ворлдскиллс Россия». Мы готовы побороться за право провести у себя чемпионат мира по рабочим профессиям в 2019 году.

Напомню, коллеги, что прошлый год прошёл также под знаком культуры. Сейчас эту эстафету принял Год литературы. Рассчитываю, что этот год пройдёт общими усилиями столь же успешно. На проведение Года культуры было выделено порядка 3 млрд рублей. Введены в эксплуатацию, отреставрированы 70 объектов культуры, которые находятся в разных регионах страны – от Петербурга до Хабаровска.

Мы планомерно повышали уровень жизни работников культуры. Средняя зарплата выросла на 63%, по некоторым категориям – вдвое.

Уважаемые коллеги! Часть накопившихся в нашей экономике и социальной сфере проблем мы, конечно, решаем с помощью оперативных мер. И «антикризисный план», который мы реализуем совместно с вами, – это, если хотите, такая рабочая инструкция. Правительство представило этот план Государственной Думе, обсуждало его с депутатами. Теперь мы совместно работаем над его реализацией.

От вас поступили предложения по его дополнению новыми мероприятиями. Прежде всего предлагается усилить меры поддержки людей с ограничениями по здоровью, семей, которые воспитывают детей-инвалидов. Для таких семей могут быть увеличены размеры стандартных налоговых вычетов. Давайте этим займёмся.

Также дополнительные преимущества могут быть предоставлены общероссийским общественным организациям инвалидов, которые являются поставщиками продукции по госзаказу. У них в таком случае можно будет закупать товары и услуги на сумму до 1 млн рублей (сейчас – на сумму не более 100 тыс. рублей), без конкурса имеется в виду. Я думаю, что это тоже разумная мера.

Ещё одна законодательная инициатива связана с сохранением нулевой ставки по налогу на добавленную стоимость для внутреннего авиасообщения с Крымом, о чём я уже говорил.

Хочу специально сказать ещё раз с этой высокой трибуны: «антикризисный план» – это не догма, это документ, который мы с вами вместе выстрадали. Он может корректироваться в зависимости от текущей ситуации. Он может корректироваться и по вашим предложениям, и в ситуации, когда мы видим, что это просто необходимо. Как, кстати, должен быть откорректирован и наш правительственный большой план – Основные направления деятельности Правительства до 2018 года. Предыдущая редакция была принята два года назад. Обстоятельства изменились, условия нашей жизни, и это должно найти своё отражение, поэтому подготовлена новая редакция Основных направлений, в них зафиксированы новые вызовы. Проект документа будет опубликован на сайте Минэкономразвития завтра. Мне, как и моим коллегам, было бы очень полезно услышать ваше мнение и конкретные предложения. По результатам обсуждения с участием коллег – депутатов Государственной Думы я подпишу новый, итоговый вариант документа.

Хотел бы специально отметить в завершение разговора, что утверждения о том, что мы должны всё изменить, всё скорректировать, жить по другой модели, – они неправильные. Все наши приоритеты, наши стратегические установки должны остаться прежними, и они останутся такими. Это и Концепция долгосрочного социально-экономического развития до 2020 года, и майские Указы Президента, и другие документы. Даже кризисные условия наши намерения менять не должны.

Конечная цель: и экономика в целом, и отдельные предприятия, и конкретные люди, граждане, в нашей стране должны выйти на новые условия жизни. А для этого российская экономика к 2018 году должна создать фундамент для темпов роста не ниже среднемировых.

Строить эту работу можно лишь на основе общественного согласия, скоординированных действий всех ветвей власти и широкого диалога различных политических сил.

Уважаемые коллеги! У нас действительно был очень непростой год, переломный год. В нём были и большие победы, и большие трудности – трудности, которые заставляют каждого из нас понять, что общий результат важнее любых сиюминутных политических выгод.

Мы можем принадлежать к разным партиям, можем занимать самые разные позиции или, как вы, уважаемые коллеги-депутаты, представлять интересы граждан России самых разных убеждений. Это правильно и нормально. Но у всех нас есть единая цель – вместе пройти этот сложный период так, чтобы страна вышла из него экономически сильной и современной, страной, которой гордятся и которой нужны таланты и энергия каждого из нас.

Вот уже больше 100 лет назад Сергей Андреевич Муромцев, известный русский правовед, на книгах которого, кстати, ещё когда-то я в университете учился (и ваш коллега, Сергей Евгеньевич), говорил следующее: «Великое дело налагает на нас и великий подвиг, призывает к великому труду. Пожелаем друг другу и самим себе, чтобы у всех нас достало сил для того, чтобы вынести его на своих плечах на благо избравшего нас народа, на благо Родины». Прекрасные слова. Я благодарю вас за внимание. Готов ответить на вопросы.

С.Нарышкин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, за подробный обстоятельный доклад. Мы переходим к вопросам.

Уважаемые коллеги, напоминаю: по три вопроса от каждой фракции. На формулирование вопросов даётся одна минута, а затем – выступление руководителей фракций. Начинает Алексей Викторевич Корниенко. Пожалуйста.

А.Корниенко (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Будучи Президентом России, Вы заявили, что к 2015 году газ появится во всех деревнях, и даже пообещали дотянуть его до удалённых деревень Дальнего Востока – Ваши слова. По газификации очень серьёзная программа, может быть, одна из лучших. При этом совершенно обоснованно акцентировали внимание на исполнительской дисциплине. На сегодняшний день в Приморском крае газопровод дотянули только до центральной ТЭЦ во Владивостоке. На Сахалине газифицировано менее четверти населённых пунктов. Аналогичная ситуация и в других регионах Дальневосточного округа, да и в целом по стране.

Вопрос: кто-нибудь ответил за невыполнение программы? Что мешало для её выполнения? И когда национальное достояние – «Газпром» – выполнит Ваше обещание?

Д.Медведев: Спасибо большое, Алексей Викторович. Я несколько иначе отношусь, наверное, к оценке результатов этой программы. Сейчас попробую это проиллюстрировать.

Во-первых, программа реализуется, на мой взгляд, очень неплохо. Конечно, никто никогда не говорил, что газ будет в каждой деревне – это просто экономически нецелесообразно. Но газ действительно должен прийти в большинство населённых пунктов. Я напомню, что за весь советский период, к сожалению, несмотря на наличие централизованного ресурса, на территории Российской Федерации было газифицировано всего 40% населённых пунктов, хотя никто не мешал. Почему я об этом говорю? Потому что в Закавказье, в Молдове, на Украине было газифицировано почти 100%. Самой обделённой республикой была Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика – так получилось, я сейчас не хочу обсуждать, почему так вышло. Наша задача заключалась в том, чтобы темпы газификации существенно изменить. При этом, я подчёркиваю, мы сейчас это делаем не за счёт государственных ресурсов, а за счёт доходов «Газпрома», который вообще-то является акционерным обществом. За последние годы «Газпром» вложил приблизительно 250 млрд рублей в эту программу. Соответствующие средства вкладывали регионы.

Теперь цифры. За последние годы темпы газификации выросли существеннейшим образом, вместо 40% мы сейчас по стране имеем общий уровень газификации – 65%, это очень уже прилично. При этом в деревне приблизительно 55% (было 30%) газификации, а в городе более 70%. Поэтому программа, на мой взгляд, выполняется. Я неоднократно участвовал в различного рода мероприятиях в связи с этой программой. Не скрою – это всегда вызывает огромную радость и у горожан, и у жителей наших сёл. Программа будет продолжена по всем направлениям.

Наиболее сложная ситуация, не скрою, в Приморском крае и на Дальнем Востоке, потому что там вообще никогда этим не занимались. Но если мы сможем ввести целый ряд месторождений – а такие планы есть, и вводы намечены на 2018 год, – то проблема по газу будет закрыта и для Дальнего Востока, что, конечно, критически важно, и в этом смысле я с вами не могу не согласиться. Поэтому считаю, что программа исполняется весьма прилично, хорошо, что «Газпром» продолжает планировать денежные средства на эту программу, потому что, ещё раз подчёркиваю, это теперь не государственные инвестиции, а инвестиции, которые ведёт инфраструктурная компания. Уверен, что в ближайшие годы мы выйдем на расчётные показатели.

А.Корниенко: Спасибо.

С.Нарышкин: Сергей Михайлович Катасонов.

С.Катасонов (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»):Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В последнее время очень много обсуждался вопрос о валютной ипотеке для граждан, хотя, на мой взгляд, для этих же граждан намного важнее наличие самой работы, потому что если её нет, то никакой кредит они обслуживать не смогут. В этот период очень много наших предприятий брали кредиты в валюте, потому что они более дешёвые для реального сектора экономики. После известных событий, девальвации рубля обслуживать такие кредиты стало достаточно сложно и невозможно. Это что, значит, приведёт к тому, что предприятия пойдут с молотка, рабочие места будут потеряны и инвестиционные проекты, под которые были заложены кредиты, не будут реализованы? Это сложная ситуация. Вопрос: рассматривало ли Правительство эту ситуацию и какие комплексные меры предусматриваются для решения данной проблемы?

Д.Медведев: Спасибо, Сергей Михайлович. Конечно, мы постоянно думаем об этих проблемах, но если сейчас говорить не о ситуации на потребительском рынке в связи с получением ипотеки (вы знаете, целый ряд решений мы приняли), а вернуться к юридическим лицам, компаниям, то ситуация с выплатой задолженностей по валютным кредитам находится в центре внимания Правительства постоянно. Речь идёт и о возможных мерах гарантийной поддержки в случае необходимости, и просто об адресной поддержке, если это потребуется. Пока, откровенно говоря, ничего радикально сложного на валютном рынке применительно к отдельным компаниям не наблюдается, хотя и Правительство, и Центральный банк продолжают самым внимательным образом мониторить ситуацию с валютными платежами. Я напомню, что даже те события, которые на валютном рынке развернулись в конце прошлого года, в том числе были связаны с тем, что нашим компаниям необходимо было осуществлять довольно приличные валютные платежи по погашению валютных обязательств, а иностранные рынки рефинансирования, иностранные рынки ликвидности были закрыты. Поэтому мы ситуацию отслеживаем. Вы знаете, у нас есть список стратегически важных компаний, по которым мониторинг ведётся, по сути, в ежедневном ключе, в ежедневном виде. И, конечно, если возникнет необходимость, если возникнет ситуация, когда та или иная компания потребует прямого вмешательства, мы такие меры готовы предпринять, особенно с учётом места и роли соответствующей компании, если это потребуется. Но пока я хотел бы сказать, что в целом ситуация достаточно спокойная. Мы продолжаем следить за её развитием. Конечно, многое будет зависеть от того, как будут складываться наши отношения с европейскими и вообще с мировыми финансовыми институтами, каким образом будут развиваться наши отношения с международными финансовыми рынками. В зависимости от этого мы будем принимать решения. Спасибо.

С.Нарышкин: Спасибо. Валерий Владимирович Трапезников.

В.Трапезников (член фракции политической партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, сегодня в обществе вновь поднимается вопрос о повышении пенсионного возраста. Инициатива исходит от экономического блока Правительства, здесь сидящего, а Минтруд ставит вопрос о приостановке выплат пенсий работающим пенсионерам с годовым заработком 1 млн рублей. Это касается и рабочих, и специалистов, и конструкторов и так далее. Я как рабочий депутат считаю, что абсолютное большинство населения к этому решению ещё не готово, о чём совершенно справедливо сказал Президент во время «Прямой линии». Но мы могли бы сделать первый шаг, начав с депутатов, сенаторов и чиновников.

Я предлагаю, чтобы мы, депутаты Государственной Думы, приняли решение о том, что наша депутатская пенсия начинает выплачиваться с 65 лет (страховая, естественно, с 60), и прошу Вас поддержать такое решение и в отношении членов Совета Федерации, региональных депутатов, министров и муниципальных чиновников.

Ваше мнение, Дмитрий Анатольевич?

Д.Медведев: Моё мнение следующее: если что-то и начинать в этой жизни, то всегда лучше начинать с себя. Поэтому я согласен с вами, что значительная часть депутатов Государственной Думы, государственных служащих в принципе не торопится на пенсию, готова работать долго. Но если они готовы работать долго, наши с вами коллеги, может быть, и здесь присутствующие, в этом зале, то почему бы такую возможность для этого не создать, тем более что ряд решений на эту тему принимался, в том числе по ряду государственных должностей в Указе Президента 2012 года.

Давайте это обсудим. Если придём к выводу, что государственные служащие, депутаты Государственной Думы, некоторые другие категории готовы к тому, чтобы выходить на пенсию позже, естественно, такой законопроект можно было бы рассмотреть и продвинуть.

Теперь по поводу ситуации в целом. Действительно, в обществе ведётся дискуссия по пенсионному возрасту. И Президент поручение такое давал, и в Правительстве эта дискуссия ведётся. Причём я в известной степени спокойно отношусь к тому, что мои коллеги друг с другом спорят (у отдельных членов Правительства одна позиция, у других членов другая позиция), просто потому, что решение пока не принято.

Это очень щепетильная тема. К ней нужно относиться максимально внимательно, если говорить о пенсионном возрасте в целом, решение принимать только после многоплановой, очень аккуратной дискуссии. Решение не должно затрагивать тех людей, которые уже сейчас готовы выходить на пенсию. Но мы (и здесь я просил бы обратить на это внимание всех депутатов Государственной Думы), конечно, должны анализировать и демографические тренды, и ситуацию, которая существует в нашем обществе. Я напомню, что ныне действующий пенсионный возраст – 60 и 55 лет – был установлен в 1932 году. При этом средняя продолжительность жизни (я вчера специально звонил, уточнил данные Росстата) тогда была 35 лет. В 1932 году средняя продолжительность жизни… Я сам был удивлён, что такая низкая продолжительность жизни, но тем не менее это данные Росстата. Наверное, там сказались разные показатели. В конце 1940-х средняя продолжительность жизни была уже 45 лет. Но мы обязаны анализировать демографические проблемы. В конечном счёте решение должно быть результатом очень спокойного обсуждения в обществе, ещё раз говорю, с учётом всех позиций. Но применительно к депутатам, применительно к государственным служащим я готов дать поручение проанализировать возможность увеличения пенсионного возраста прямо сейчас. Тем более что, судя по реакции в зале, многие к этому готовы, а некоторые даже хотят.

С.Нарышкин: Спасибо. Анатолий Геннадьевич Аксаков.

А.Аксаков (член фракции политической партии «Единая Россия»): Дмитрий Анатольевич, кризисные явления в экономике влияют на бюджетную обеспеченность регионов. Так, в первые месяцы текущего года поступления налоговые и неналоговые в региональные бюджеты уменьшились примерно на 10%. Это ставит под угрозу возможность региональных властей выполнять свои социальные обязательства, не говоря уже об инвестициях в региональную экономику. И, соответственно, встаёт вопрос: что делать федеральной власти, для того чтобы решить эту проблему, поскольку часто регионы направляются в банки, берут кредиты, растёт закредитованность бюджетов, и, соответственно, создаются проблемы для последующего выполнения обязательств. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо. Анатолий Геннадьевич, вы правы. Я уже частично об этом сказал в своём выступлении. По понятным причинам, действительно, закредитованность регионов выросла. Конечно, многие регионы, не скрою, в более спокойной ситуации активно прибегали к заимствованиям (где-то справедливо, где-то, может быть, нужно было свои силы рассчитывать).

Тем не менее мы эту проблему игнорировать не можем, именно поэтому приняли целый ряд решений. В своём выступлении я уже сказал, что мы увеличили объём денежных средств на поддержку регионов со 150 млрд до 300 млрд рублей, это решение принято, и в марте я утвердил специальную методику распределения этих кредитных ресурсов на поддержку сбалансированности бюджетов. Кроме того, мы готовы предоставить порядка 100 млрд рублей (и эти решения также уже выполняются), для того чтобы закрыть кассовые разрывы, существующие в бюджетах регионов. Это решение тоже будет исполнено.

Кроме того, в настоящий момент мы обсуждаем ситуацию, сложившуюся с погашением задолженности по кредитованию строительства автодорог, там довольно значительный объём накопленной задолженности. Можно было бы пролонгировать соответствующие платежи: отнести их с 2025-го на 2030-е годы, тем самым улучшить ситуацию для регионов. Общий объём там тоже приблизительно под 90 млрд рублей.

И наконец, в своём выступлении я сказал о том, что мы должны встретиться и обсудить, может быть, и иные, нестандартные формы поддержки регионов с учётом сложившейся ситуации, – регионам действительно трудно. Что я имею в виду? Это, возможно, и корректировка 122-го закона в части исполнения обязательств регионов, это другие меры. Я вчера специально на эту тему говорил с министром финансов. Приглашаю и вас, и фракцию «Справедливая Россия» принять во всём этом участие.

С.Нарышкин: Спасибо.

С.Гаврилов (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В недавнее время Федеральным Собранием в том числе были приняты серьёзные меры по восстановлению стабильности национальной валюты. Вчера Президент подписал ряд законов по докапитализации банковской системы, которые были внесены депутатами. У меня к Вам такой вопрос: какие меры вы готовы предложить по восстановлению стабильности и прогнозируемости курса рубля, а также по доступности и адекватности нашей денежно-кредитной политики, прежде всего доступности для реального сектора, для промышленности и сельского хозяйства, учитывая предсказуемое падение объёмов производства? А также какие меры в этой связи, безусловно, по повышению доходов от экспорта продукции российской промышленности? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Сергей Анатольевич. В целом за валютно-кредитную политику у нас ответственность несут два института – это Центральный банк и Правительство Российской Федерации. Мы с вами действительно были свидетелями достаточно драматических событий на рынке в конце прошлого года. В своём выступлении я сказал, что ситуация в настоящий момент стабильна. Мы (такое решение принял Центральный банк) перешли к плавающему курсу рубля. Этот плавающий курс уже нормально воспринимается экономикой, производством, но, конечно, нам нужно сделать всё для того, чтобы ситуация на валютно-кредитном рынке была понятной и предсказуемой. Что для этого делается? На самом деле все те решения, которые мы принимали и в рамках «антикризисного плана», и решения Центрального банка, на это и направлены. Вот вы упомянули о платежах, например, которые осуществляют наши крупные компании. Действительно, такие платежи регулярно происходят, предприятия вынуждены приобретать валюту, для того чтобы исполнять свои обязательства. И поэтому, для того чтобы всё это происходило ритмично, нами была налажена работа с экспортёрами, для того чтобы такого рода продажи осуществлялись в соответствии с понятным и предсказуемым графиком.

Справедливо также и то, что в настоящий момент происходит укрепление нашей валюты, что, конечно, для целого ряда секторов экономики неплохо, но в известной степени это снижает наши экспортные возможности, поэтому мы заинтересованы в том, чтобы курс рубля был вполне предсказуемым, чтобы не происходило ни избыточного ослабления, ни переукрепления рубля. И вот это уже тонкости проведения разумной денежно-кредитной политики, которыми, как мне кажется, в последнее время весьма прилично овладел Центральный банк. Правительство ему в этом будет максимально способствовать.

По конкретным предприятиям, конечно, будем следить за текущей ситуацией. Я говорил о необходимости поддерживать экспорт, в том числе с использованием тех институтов поддержки, которые мы в настоящий момент создали.

С.Нарышкин: Спасибо. Михаил Владимирович Дегтярёв.

М.Дегтярёв (член фракции Либерально-демократической партии России): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, год назад появился уполномоченный по защите прав предпринимателей, Госсовет прошёл по развитию малого и среднего бизнеса, налоговые каникулы на Дальнем Востоке, публичный реестр проверок и вот, наконец, амнистия капиталов. ЛДПР 20 лет этого просила, в том числе и простить, кстати, долги всем регионам, и вот это произошло. Эта штука привлекательная, но видится, что предприниматели всё-таки опасаются, мотивации нет, атмосфера страха сдерживает и развитие экономики, и общественных отношений. Нет ли у Вас опасения, что это останется всё-таки идеей, а до практической реализации не дойдёт? Тем более со стороны Минфина звучат иногда скептические мнения на этот счёт.

Д.Медведев: Спасибо, Михаил Владимирович. Идея действительно очень непростая для реализации. Такого рода идеи, вы отлично знаете, осуществлялись не только в нашей стране (у нас как раз опыт небольшой и, наверное, пока не самый удачный), но и в других странах.

Хочу обратить внимание на несколько моментов. Мы постоянно говорим об амнистии капитала и вообще об амнистии, что, наверное, не вполне справедливо, потому что, строго говоря, это никакая не амнистия. Это возможность продекларировать денежные средства, активы в иной форме, любую разновидность имущества, которое лицо приобрело либо в России, либо за границей в определённый период, продекларировать без юридических последствий, включая уголовную, административную и налоговую ответственность. Так что это не амнистия в смысле освобождения от уголовной ответственности в контексте уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Это декларирование действительно может иметь смысл только в том случае, если предприниматели в него поверят.

Мы с вами целый ряд шагов такого рода предпринимали. Они не были успешными, потому что каждый раз сопровождались большим количеством оговорок либо необходимостью внести определённые денежные средства, включая уплату налога на соответствующий вид имущества. Естественно, что часть предпринимателей просто не хотела всё это показывать и не хотела платить налоги. С учётом того, что Президент поручил такой законопроект разработать, и понимая, что условия для ведения экономической деятельности, предпринимательской деятельности в 1990-е годы, да и впоследствии были не идеальными, мы посчитали целесообразным такой законопроект предложить уже в иной форме. Имею в виду, во-первых, что при декларировании всех видов имущества никаких налоговых повинностей не возникает. Во-вторых, что эти денежные средства (если речь идёт о денежных средствах, имущество в натуральной форме к этому не относится) не должны быть обязательно перемещены в Российскую Федерацию, а могут остаться на счетах за границей. Но единственное, что эти деньги должны быть в той юрисдикции, которая относится к числу понятной, прозрачной в контексте правил и решений, принимаемых ФАТФ. То есть в этом случае должно быть принято решение о перемещении денег в более понятную, прозрачную юрисдикцию из офшорных зон. Если мы с вами вместе соответствующий законопроект доработаем, включая меры гарантий для бизнеса. Если мы сможем объяснить, что это выгодно, я думаю, он сможет принести нам пользу – пользу, заключающуюся именно в легализации капиталов, которые по разным причинам оказались за пределами Российской Федерации либо находятся в Российской Федерации, но оформлены ненадлежащим образом. Я думаю, что нам пора это сделать. Поэтому, суммируя ответ на этот вопрос, хочу сказать так: успешность этого законопроекта будет зависеть от того, какой механизм мы с вами вместе создадим. Закон сложный, рассчитываю на совместную работу с коллегами – депутатами Государственной Думы.

С.Нарышкин: Спасибо. Андрей Михайлович Макаров.

А.Макаров (член фракции политической партии «Единая Россия»): Спасибо. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, главная проблема, которая сегодня волнует людей, – цены на продукты и цены на лекарства. Рецепт Вы, строго говоря, обозначили: импортозамещение. И те внешние шоки, о которых Вы тоже справедливо говорили, создают для импортозамещения очень неплохие возможности, более того, создают возможности не только приходить на наш рынок, но и на внешние рынки для наших отечественных товаропроизводителей. Однако импортозамещение на деле часто сегодня превращается в стремление воспользоваться моментом и получить сверхприбыль здесь и сейчас. Правительство выделяет средства, скажем, 16 млрд на лекарства, или поддержку села… Но эти средства, как мы слышали на открытой линии с Президентом, далеко не всегда доходят до фермера, а остаются у тех, кто на самом деле пользуется этим, чтобы получать сверхприбыль. Напомню, 40% в цене хлеба – это была торговая наценка сетей. Так вот, уважаемый Дмитрий Анатольевич, я не предлагаю административно ограничивать цены. Пустые прилавки никому не нужны. Но как Вы видите, что может сделать Правительство, Государственная Дума, наконец, общество для решения этой проблемы? Потому что прокуратуры и ФАС явно недостаточно.

Д.Медведев: Спасибо, Андрей Михайлович. Знаете, я тоже не сторонник административного регулирования цен, я, как и вы, помню пустые полки, о которых я тоже, кстати, с этой трибуны говорил. Но иногда, когда смотришь за тем, как ведут себя отдельные предприниматели в кризисной ситуации, честно говоря, удивляешься тому, насколько это аморальное поведение.

Очевидно, что любой бизнесмен должен думать о прибыли. Но не всякая прибыль возможна в нынешних условиях. Мы с вами как-то обсуждали эту тему. К сожалению, той ситуацией, которая сложилась, например, на лекарственном рынке, да и на рынке продовольствия, некоторые просто воспользовались. Это элементарная жадность, желание максимизировать свои доходы за короткий период. И конечно, это достойно самого серьёзного осуждения, не могу здесь с вами не согласиться. И те самые сверхприбыли, которые возникают в таких условиях, мы просто обязаны принимать во внимание, когда формулируем свои государственные решения.

Что я имею в виду? В том числе решения о поддержке и по лекарственной линии, и по регулированию торговой деятельности. В настоящий момент в недрах Государственной Думы обсуждается законопроект об изменении к закону о торговле, включая изменение ряда правил, касающихся торговых сетей. Я думаю, что их можно было бы поддержать, мы уже с коллегами разговаривали на эту тему. Ещё раз подчёркиваю: не всякие доходы являются моральными, даже если они укладываются в действующие правовые рамки. И об этом должны задуматься наши коллеги-предприниматели.

Вы упомянули Федеральную антимонопольную службу, прокуратуру. Да, наверное, их возможности тоже не всеобъемлющие. Но я считаю, что те проверки, которые ведутся по линии антимонопольного органа и по линии прокуратуры, свою пользу приносят, потому что всё-таки высвечивают наиболее сложные, проблемные места в деятельности органов управления, предприятий торговли, высвечивают нарушения законодательства, направленные на ограничение конкурентной деятельности, на ограничение монополистической деятельности. И нам нужно всем этим инструментарием обязательно пользоваться, потому что в настоящий момент у нас нет с вами такого универсального средства, которое позволит в полной мере переломить ситуацию на рынке. Но мы все обязаны задуматься. Вот если, например, кто-то продаёт лекарства (вы этот пример приводили, когда мы с вами встречались и обсуждали), имея в виду, допустим, прежнее соотношение между долларом и евро, но почему-то во внимание не принимается тот факт, что в настоящий момент уже курс евро по отношению к доллару изменился, а в рублёвом эквиваленте сохраняется эта разница. Это просто игнорируется. Или, с другой стороны, в настоящий момент курс евро изменился, уменьшился приблизительно на 20 рублей против того, что было, допустим, пару месяцев назад, но это также не принимается во внимание поставщиками лекарств и теми, кто занимается их реализацией. Вот за этим всем должно следить не только государство, но и общество, и политические партии по мере возможности, и общественные организации потребителей. Если мы все вместе на эту проблему будем реагировать, я уверен, мы сможем поставить ситуацию под контроль.

С.Нарышкин: Спасибо. Валерий Александрович Черешнев.

В.Черешнев (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич! Месяц назад Вы приняли участие в общем годичном собрании Российской академии наук, посвящённом итогам реформы РАН, и на всех очень оптимистичное впечатление произвели Ваши слова о том, что закон о реформе – это не догма, он в любую минуту может быть исправлен, оптимизирован, усовершенствован.

Мой вопрос: как Вы лично оцениваете итоги реформы РАН – и в целом, и по ряду дискуссионных моментов? Первое: как заставить работать систему «двух ключей», или двоевластия, возникшую в сегодняшних институтах? Во-вторых (что звучало в предложениях участников общего собрания), не стоит ли возродить ГКНТ (госкомитет по науке и технике) для общей координации научных исследований в стране? В-третьих, как восстановить нарушенную вертикаль управления и самоуправления в Академии наук? Поскольку президиум и региональные центры отошли к РАН, а центры местные и институты – к ФАНО (Федеральное агентство научных организаций).

И последнее. Как в целом Вы видите, что должно возникнуть в организации фундаментальных исследований в стране в результате начавшейся сейчас реструктуризации? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Валерий Александрович. Я действительно сказал о том, что законодательство о реформе РАН – это не догма, но, как говорил классик, – это руководство к действию. И очевидно, что по мере развития всех этих процессов мы должны посмотреть, что работает, а что не работает. В этом смысле мне тоже кажется, что моё присутствие на общем собрании Российской академии наук было полезным, мне было интересно послушать мнение учёных на тему этих изменений. С другой стороны, надеюсь, что я тоже сказал какие-то вещи, которые были важны для уважаемого академического сообщества.

Теперь отвечая на ваши вопросы. Первое. Если потребуется что-то откорректировать, можете не сомневаться, я ещё раз это подтверждаю и в этом зале: Правительство к этому готово, если те или иные предложения окажутся неработоспособными.

Второе. По поводу двух ключей. Эти два ключа на самом деле появились потому, что мы хотели отделить собственно имущественную составляющую, экономическую составляющую, от научной. По научной составляющей главным и единственным, важнейшим органом управления наукой, сообществом научным является Российская академия наук. Она сама планирует свою научную деятельность, сама определяет свои приоритеты. В этом плане ФАНО лишь вспомогательный орган, который держит имущество и деньги. И по сути, это некое хозяйственное управление, которое помогает Академии наук. Но для того чтобы их отношения были нормальными, цивилизованными, нужно подготовить документ (он сейчас готовится), положение о регулировании деятельности или о регулировании взаимоотношений между Российской академией наук и Федеральным агентством научных организаций. Такой документ будет подготовлен, мы его примем. Надеюсь, что он внесёт бо?льшую определённость, более чётко расставит приоритеты.

Вообще надо признаться, что все апокалиптические прогнозы о том, что будет происходить с наукой (я помню, и в этом зале они звучали)… Ведь ни один из этих прогнозов не сбылся. Никого не увольняют, никого не разгоняют. Если речь идёт о каких-то объединительных процессах, это делается только с согласия академической общественности. В настоящий момент действует мораторий на имущественные вопросы. Тем не менее и президент Академии наук, и некоторые коллеги по Академии наук ко мне обращаются с предложениями во изменение этого моратория что-то сделать. Только в том случае, когда сама академия с этим обращается, мы готовы эти предложения анализировать. Но в целом, ещё раз говорю, всё абсолютно нормально и стабильно. 375 млрд рублей было выделено на развитие науки в прошлом году, и это дало результаты, в том числе и результаты мирового уровня.

В отношении госкомитета по науке и технике. Действительно, такой орган работал в советские времена. Я думаю, что в прежние времена это был вполне осмысленный, осознанный шаг. Сейчас – либо ГКНТ, либо мне неоднократно предлагали подумать о разделении Министерства образования на Министерство образования и Министерство науки. Наверное, это можно обсуждать, но возникает вопрос, к чему это приведёт. Будет прямой положительный эффект или нет? Я сейчас не готов сказать ни да, ни нет, скажу лишь одно: прежде чем принимать решение о создании нового органа административного управления, нужно сто раз взвесить. Вы понимаете, что это будет. Это будет в два раза больше чиновников и дополнительный аппарат, который тоже будет заниматься этими проблемами. Поэтому, наверное, возможна и та, и другая система управления, нужно просто взвесить плюсы и минусы.

И наконец, последнее из того, о чём вы сказали, – восстановление вертикали. Если вы считаете, что в какой-то степени управленческая, корпоративная вертикаль в Академии наук оказалась сломанной, давайте подумаем, что нужно сделать для того, чтобы она действовала, чтобы академия оставалась главным научным центром страны и обеспечивалось единство в исполнении решений по развитию науки. Я готов это обсудить и с вами, и с президентом Академии наук, который регулярно ко мне заходит по этой теме. Спасибо!

С.Нарышкин: Владимир Иванович Кашин.

В.Кашин (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! 41,5 млн га пашни сегодня выведено из севооборота. Мы видим, что эти земли, заросшие бурьяном, сегодня являются тем детонатором, который не щадит ни деревни, ни жизни людей. Кроме того, уничтожены в сельском хозяйстве целые отрасли, такие как семеноводство. Мы сегодня не имеем семян овощных культур, картофеля, технических культур – полностью зависим от импорта. Мы уничтожили, по существу, молочное животноводство, у нас осталась четвёртая часть дойного стада, и то она наполовину находится в личном подсобном хозяйстве, где, по существу, созданы антирыночные условия и нет никакой поддержки. Исходя из этого, не видите ли Вы необходимым в конце концов создать государственную программу по вовлечению сельхозугодий в оборот и создание действительно рыночной ситуации в отношении крестьян? Ведь 330 евро сегодня в той же Европе получают на гектар пашни европейские крестьяне. Так же и в Америке, а у нас с вами 35, максимум 40 долларов, и то в виде субсидий, которые идут в банки. А инфраструктура на селе и всё, что связано с теми вопросами, о которых мы говорим, остаётся тяжёлое...

Д.Медведев: Спасибо, Владимир Иванович. Я с вами и согласен, и не согласен. Согласен с тем, что проблем хватает в сельском хозяйстве, а не согласен, например, с тезисом о том, что наше молочное животноводство полностью дезорганизовано. Вы знаете, я уже тоже не такой молодой человек, я помню, как всё выглядело в 1980-е годы, и когда я как студент, как аспирант ездил в колхозы, для того чтобы оказывать поддержку.

Я считаю, что с точки зрения оснащённости наше молочное животноводство, наше мясное животноводство, которого вообще в прежние годы не было, находится на весьма высоком уровне, и за последние годы мы довольно многое сделали, для того чтобы встать вровень с большинством государств, которые занимаются развитием сельского хозяйства.

Но я согласен с вами в чём: у нас действительно есть проблемы по целому ряду направлений. Вот, например, по семеноводству, вы справедливо отметили, действительно наши семенные материалы, наша работа в этом направлении за последние годы была не самой успешной. В 1990-е годы многое было разрушено, и в настоящий момент семенные селекционные центры не восстановлены так, как нам нужно было бы это делать в период, когда мы форсированно перешли к импортозамещению. Поэтому на цели развития нашего племенного дела, племенного хозяйства, на семеноводство, на целый ряд других аграрных направлений в программе развития сельского хозяйства запланированы довольно значительные деньги.

Я только что, выступая с этой трибуны, сказал, что мы ещё 50 млрд в этом году добавили. Я считаю, что это как раз один из приоритетов, и в откорректированной программе развития сельского хозяйства именно семенные технологии, семеноводство показаны как приоритет на ближайшие годы. Но для этого мы должны восстанавливать нашу аграрную науку. Она у нас очень разная. Вы знаете, я довольно часто общаюсь с аграриями. Есть аграрные институты, которые на высоком уровне, есть институты, которые «на боку лежат». Вот туда нам нужно обязательно направить инвестиции, что-то позаимствовать у наших друзей за границей, к чему-то прийти самим. Но в любом случае, если мы думаем о полноценном импортозамещении, без высоких технологий в сельском хозяйстве нам делать нечего.

И, наконец, последнее – по вовлечению в оборот сельхозугодий. Вы знаете, мы в принципе действительно обладаем самыми большими, колоссальными запасами пашни. У нас 9% мировых запасов пашни. Мы даже забываем об этом иногда. И нам нужно сделать всё для того, чтобы у нас ничего не выбывало, а, наоборот, только прибавлялось, потому что посмотрите, что происходит на рынке углеводородов: там постоянно то вниз, то вверх, мы из-за этого страдаем. А если говорить об аграрном рынке, там всё только вверх в мире, там не бывает спадов и роста. Потребление продуктов питания в мире только растёт, потому что растёт население планеты и улучшается качество жизни людей, что бы там ни говорили, поэтому у нас огромный потенциал – и для того чтобы себя кормить, и для того чтобы стать полноценным экспортёром сельхозпродукции.

Я думаю, что нам нужно вместе подумать над тем, каким образом простимулировать возврат ранее выведенных сельхозугодий. Мы принимали решения, они не срабатывают – либо не слишком жёсткие санкции за то, что не используются земли сельхозназначения, либо нам нужно ждать в течение нескольких лет, для того чтобы доказать, что земли сельхозназначения используются плохо. Давайте, наконец, введём такой механизм, который позволит эффективно вовлекать неиспользуемые земли, потому что в противном случае, даже при наличии 9% мировых запасов пашни, наши возможности оскудеют. В этом смысле я готов дать поручения своим коллегам, для того чтобы проработать и подготовить новые предложения по обороту земель сельхозназначения.

С.Нарышкин: Спасибо. Сергей Вячеславович Калашников.

С.Калашников (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В настоящее время практически все российские лекарства производятся из импортных субстанций, которые закупаются за валюту. В связи с этим резко возросла себестоимость производства лекарств и, как следствие, их цена для конечного потребителя, что в условиях санкций ещё и несёт стратегическую опасность. Многим заводам стало невыгодно производить элементарные препараты госпитального сегмента – антибиотики, растворы для инфузий, наркозные препараты; нижней ценовой категории – до 50 рублей. В программе «Фарма-2020» возрождение производства субстанций не предусмотрено. Что предполагает делать Правительство в этом направлении? Когда будет выпущено постановление Правительства о 30-процентной индексации цен на лекарства нижнего ценового диапазона, которое внесено в Правительство? Кстати, 30-процентная индексация, могу Вас заверить, проблемы не решает. И почему было отвергнуто предложение об отпуске цен на отечественные лекарства нижнего ценового диапазона?

Д.Медведев: Спасибо, Сергей Вячеславович. Вы затрагиваете, конечно, очень важную тему, которая волнует сейчас большое количество людей. Мы только что рассуждали на тему изменения цен на продовольствие, Андрей Михайлович (А.Макаров) задавал этот вопрос. Но если продовольствием и ценами, которые существуют в торговых сетях, мы плюс-минус научились управлять за последнее время, то с ценами на лекарства всё гораздо труднее именно в силу того, что значительная часть лекарств и субстанции, о которых вы сказали, имеют иностранное происхождение, и так быстро перейти к их производству в наших условиях у нас, естественно, не получится. Притом что мы не снимаем того ориентира, о котором я сказал, что мы 80% основных лекарств должны производить на территории Российской Федерации из российских мощностей. В настоящий момент, конечно, мы стараемся эту сферу самым внимательным образом отслеживать и регулировать. Вы знаете, утверждён перечень жизненно важных и необходимых лекарственных препаратов, и эти препараты, естественно, находятся в зоне регулирования. Приблизительно за последние три месяца (я специально вчера ещё раз консультировался с Министерством здравоохранения) рост у нас составил по жизненно важным препаратам приблизительно около 6%, но по препаратам, которые не входят в жизненно важные – а это тоже значительная часть препаратов, – рост составил 17%, и это уже довольно чувствительно. Есть, конечно, препараты, которые выросли ещё больше.

Поэтому, возвращаясь к вашему вопросу по субстанциям: надо наладить их производство. И в этом смысле мы обязаны принять все управленческие решения. Вы сказали о программе по развитию фармацевтической промышленности («Фарма-2020»), мы её откорректируем. Надеюсь, что в ближайшее время окончательный текст документа ко мне поступит. Рассчитываю, что в ближайший месяц документ выйдет из недр Правительства. Я специально за этим прослежу.

Теперь в отношении наиболее дешёвой части препаратов, так называемых препаратов нижнего ценового сегмента. Здесь действительно ситуация такая: если по более дорогостоящим препаратам предприятия более или менее легко перестраиваются и начинают производить уже по новой, проиндексированной цене, то по этому сегменту происходит некоторое выбывание, и нас это не может в этом смысле не настораживать. Действительно, по всей вероятности нам придётся дотировать такое производство и сделать всё, чтобы к предприятиям, которые выпускают такого рода препараты, а они по номенклатуре иногда занимают довольно значительную часть, особенно в госпитальном сегменте, применить коэффициент. Теперь вопрос в том, какой коэффициент, и, видимо, с этим связан и ваш вопрос. Дело в том, что здесь, конечно, нам нужно окончательно договориться и с коллегами в Правительстве проанализировать доводы представителей фармацевтической промышленности, потому что они хотят довольно существенной индексации, процентов 80, насколько я помню. Мнения отдельных моих коллег по Правительству – 30-процентная индексация. Вы считаете, что это не покроет их издержек. Существует ещё одна позиция – проиндексировать это всё только в пределах инфляции. Вот эти точки зрения мне придётся примирить. По всей вероятности, одной инфляцией нам здесь не обойтись, но, с другой стороны, следуя тому вопросу, который был до этого задан, мы, конечно, не должны провоцировать и избыточные ожидания покрытия расходов за счёт государства. Вот сейчас задача заключается в том, чтобы выработать такой компромисс, поэтому общий ответ: программу в ближайшее время откорректируем, субстанции, их производство будем налаживать, по размерам индексации стоимости, по субсидиям окончательно договоримся в ближайшее время.

С.Нарышкин: Спасибо! Ольга Юрьевна Баталина.

О.Баталина (член фракции политической партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вы в докладе предложили обсудить выделение дополнительных денег в этом году на детские сады. Спасибо! Это, конечно, очень важное решение, я думаю, все депутаты его поддержат, потому что действительно в последние два года в этой сфере удалось добиться реального прорыва. Вот у нас сейчас очередь детей в возрасте от трёх до семи лет 300 тыс., а если бы не было федеральной поддержки, она была бы сейчас 1 млн детей. Действительно, в этом году нам нужно закрыть эту проблему в соответствии с указами Президента. Пока готовы к этому только шесть регионов, 35 регионов находятся в высокой степени готовности, но без дополнительной федеральной поддержки, конечно, они с этой задачей справиться не смогут. Поэтому большая просьба действительно дополнительные средства выделить в этом году и, если есть возможность, может быть, сейчас обсудить и конкретные параметры этого решения, может быть, по суммам и по срокам.

Д.Медведев: Спасибо большое, Ольга Юрьевна. Я недаром сказал (не для того, чтобы похвалить Правительство и вообще всех, кто в этом участвовал), что, на мой взгляд, программа по детским садам – это одна и лучших социальных программ последних нескольких лет. Говорю об этом просто потому, что, когда приезжаю в регионы, первое, что мне говорят люди, когда встречаешься около дома где-нибудь, на площадке, на улице, обсуждаешь, говорят: «Это трудно, это тяжело, здесь цены выросли, лекарства дорогие, ещё что-то, в общем, жизнь как жизнь, но вот с детскими садами реально стало лучше». И я считаю, что мы можем занести себе это в актив. Поэтому предлагаю увеличить финансирование строительства детских садов прямо сейчас ещё на 20 млрд в этом году.

Таким образом, у нас с вами получится, что в этом году мы выделяем ещё в общей сложности 30 млрд, это позволяет в значительной степени эту проблему закрыть, а в общей сложности мы профинансируем по федеральной линии 150 млрд рублей. Это очень большие инвестиции. В связи с этим обращаюсь и к коллегам, представляющим «Единую Россию», и к коллегам, представляющим другие партии: нам нужно самым внимательным образом следить за тем, как эти деньги расходуются.

Понимаете, детские сады – это, конечно, очень хорошо, но нам нужно обязательно использовать проекты повторного применения, стандартные проекты, потому что нам сейчас важны именно места в детских садах, а не чтобы там были огромные бассейны или прекрасные условия для отдыха. Это тоже важно, но важнее всё-таки количество мест в детских дошкольных учреждениях. Поэтому просил бы коллег тоже обратить на это внимание. Естественно, членов Правительства я на это сориентирую – на использование проектов повторного применения.

И последнее, что хочу сказать. Трудно сейчас, и значительная часть моего выступления была посвящена антикризисным мерам. Ещё раз благодарю всех, кто принимал участие в обсуждении плана. Но, коллеги, нам нужно смотреть в будущее. Детскими садами мы наших людей обеспечим, сомнений никаких нет. Впереди – школы. У нас на некоторых территориях в две-три смены учатся, нужно обязательно этим заняться. Если не в этом году, потому что тяжело сейчас… Давайте одну программу закончим, постараемся плавно трансформировать её в другую программу – программу капитального ремонта и строительства новых школ.

С.Нарышкин: Спасибо. Елена Григорьевна Драпеко.

Е.Драпеко (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Вы лично участвовали в открытии портала Национальной электронной библиотеки России и проводили специальное совещание по этой теме. «Справедливая Россия» также считает это одним из важнейших проектов в области культуры.

В связи с утверждёнными Президентом Основами государственной культурной политики Национальная электронная библиотека должна строиться на основе оцифрованных не только книжных, но и архивных, и музейных фондов.

Возникли на сегодняшний день большие проблемы. Первая – статус национальной библиотеки до сих пор законодательно не утверждён, нормативно она не существует. Вторая – включение в неё музейных и архивных фондов вовсе не предусматривается. И третья проблема – на сегодняшний день у нас не утверждены методики отбора оцифровки и хранения.

Вопрос: когда Правительство сможет обеспечить доступ к национальным электронным ресурсам всей территории страны, потому что у нас только половина библиотек обеспечена интернетом на сегодняшний день? Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Елена Григорьевна. Тоже очень важная тема, особенно в свете проблем, которые у нас существуют, и различных трагических событий, как, например, пожар в библиотеке ИНИОНа.

Понятно, что нужно как можно быстрее всё оцифровывать, абсолютно точно. Это требует денег. Я действительно посещал Национальную электронную библиотеку. Полностью согласен с вами, что нам нужно закрепить её статус, с тем чтобы обеспечить необходимую трансформацию обычных изданий в цифровую форму. Этим занимается весь мир.

Конечно, денег не хватает на то, на другое. Вот, кстати, в библиотеке ИНИОНа оцифровано было меньше процента. Это очень обидно, потому что погибли бесценные рукописи. Там отдельно нужно разбираться, как и что произошло, кто за это ответит и так далее. Тем не менее сейчас наша задача – всё перевести в цифру, по мере возможности будем на это выделять деньги.

Спасибо за то, что вы ставите вопросы о необходимости определения юридического статуса электронной библиотеки. Это очень важно сделать, особенно в условиях того, что наша страна огромная, далеко не все библиотеки имеют вход в интернет и далеко не все библиотеки пополняются новыми, современными книжками, как это было в советские времена, когда действительно у нас была очень читающая страна. Поэтому нужно сделать так, чтобы был электронный доступ из любого учебного места, из любой библиотеки к сокровищницам наших основных национальных библиотек. Давайте вместе определим юридический статус электронной библиотеки и обеспечим доступ туда всем и каждому.

С.Нарышкин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Все вопросы заданы. Переходим к выступлению руководителей фракций. Геннадий Андреевич Зюганов.

Г.Зюганов: Уважаемые коллеги! В своём заключении Дмитрий Анатольевич сказал, что курс у нас верный и он нас обязательно выведет в светлое будущее. В этой связи хочу вам всем задать встречный вопрос. Скажите, почему после того, как расстреляли в 1993-м году парламент, спустя пять лет рухнула вся финансовая система? И лишь героические усилия Примакова, Маслякова и Геращенко оттащили её от края пропасти. Скажите, почему, несмотря на золотовалютный дождь нефтедолларов, который сыпался почти 10 лет, и тем не менее в 2008 году у нас всё опять обвалилось, и, да, наступил большой кризис. И вот прошло семь лет, казалось бы, всё должно быть гораздо лучше, и у нас опять не просто обвал, а обвал довольно опасный, во многом критический.

Хочу Вам привести цифры вашего Росстата, которые опубликованы за I квартал. Дмитрий Анатольевич и Ваши министры, вслушайтесь. Спад производства: мостовые краны на треть провалились, автопогрузчики – на 51%, грейдеры – на 25, вычислительная техника – на 27, автобусы – 17, грузовые автомобили – 23, вагоны – на 40, грузовые вагоны – на 55%. Вообще, это не просто обвал, а ситуация во многом кризисная. Более того, давайте посмотрим в целом, как это выглядит с точки зрения финансово-экономической. Два года назад, выступая здесь, в Думе, в декабре, я Вам сказал: или обновление курса и профессиональная команда и забота о реальном секторе или обвал неизбежен.

Рубль. В мире всего 16 стран, которые формируют свой бюджет преимущественно за счёт нефти и газа. В 15 странах девальвация национальной валюты не превысила 15%. Дмитрий Анатольевич, у нас в прошлом году – 101%. В два раза обесценились финансы!

Бюджет. Мы впервые за 10 лет проводим секвестр бюджета. Причём урезаем его по самую хряпку, особенно то, без чего не вылезем, – промышленность, село, особенно здравоохранение, культура и образование. Если посмотреть тот бюджет, который только утвердили, мы теряем 4,5 трлн рублей, инфляция удвоилась (17%), и цены на продовольствие выросли на 23%. Говорят насчёт санкций. Хочу вам сказать: пока это цветочки, ведь ситуация на Украине будет обостряться, и обстановка там весьма сложная. Надеяться, что завтра упростится – никаких надежд нет, это надолго. Но в этой связи возникает законный вопрос (я прошу министров задуматься и ответить): что вы будете делать, если завтра вам перестанут поставлять нефтегазовое оборудование? На 80% наши объекты укомплектованы иностранным оборудованием. Что вы будете делать с самолётами (девять из десяти самолётов – уже иностранные), если вам завтра перестанут поставлять запасные части? Ещё недавно мы производили 1,5 тыс. летательных аппаратов, и «тушки» и «илы» перевозили треть пассажиров всей планеты. Что вы будете делать с теми же таблетками, субстанциями, вот только что об этом говорили? Каким образом будем лечить людей – уже сегодня перебои идут? Что будете с семенами делать (семенное хозяйство почти полностью разрушено)? И что будем делать с банками (вся операционная система в руках Соединённых Штатов)? Я боюсь, Вы на эти вопросы не ответите, но это реальные угрозы, которые Правительство обязано предусмотреть и принять меры.

И ещё один Вам показатель: у нас в 2008–2009 году было резервов 600 млрд долларов с лишним, на сегодня – 354 млрд. Профукали 250 млрд долларов. Скажите, в какой отрасли положение реально улучшилось и коренным образом изменилось? Боюсь, не скажете. В этой связи возникает вполне конкретный вопрос. Дмитрий Анатольевич, мы с Вами подробно недавно обсуждали, ещё раз хочу всем повторить: главная беда – отсутствие стратегии развития, внимания к реальному производству, слабый, откровенно слабый профессионализм финансово-экономической команды, которая этим занимается. Недавно Улюкаев представлял Правительство на Госсовете, где рассматривали вопрос о малом и среднем бизнесе. Такую костяную яичницу нёс, которую ни сварить, ни проглотить невозможно. Все губернаторы плюнули, говорят: «Ну хоть бы что-нибудь сказал вразумительное».

За 10 лет вы апробировали три варианта политики.

Диверсификация – но сидим по-прежнему на нефтегазовой игле, и сидим всё глубже.

Модернизация закончилась введением ЕГЭ, дебилизацией школы (на каждую парту, в каждый дом уже пролезла коррупция) и разрушением научной системы, которая была одной из лучших в мире. Сейчас вы готовы поправлять, но зачем мы насилуем науку? Сейчас 1,5 млн специалистов убежало за кордон, работают. И сейчас 250 директоров, руководителей увольняют в силу возраста. Кто там останется? Молодёжь уехала, наиболее опытные и так далее. Давайте примем решение, иначе мы останемся без науки.

Импортозамещение. По деревне мы видим: яблоки польские заменят на турецкие – это не импортозамещение.

Главный кризис у нас кадровый. Или вы решите эту проблему… Я не понимаю, почему вы держитесь за Ливановых, Улюкаевых и прочих. Ежу понятно, что они не тянут, не соображают. Один ушёл на Северный полюс. Лучше бы там поработал, там, может быть, климат хороший, скорее протрезвеют и так далее.

Но причины обвала (вот наши финансисты сидят) – это отказ от валютного регулирования в чрезвычайных условиях, когда падает цена на нефть, когда… В общем, я был потрясён, когда отказались регулировать и одновременно 17-процентная ставка. С одной стороны, отрезали финансовые поступления извне, с другой стороны, вздули ставку, когда невозможно ни одному строителю, ни одному хозяйственнику взять деньги. Ну каким образом может человек решать проблему? У нас в общем-то… Не хочу расшифровывать, времени просто нет.

На мой взгляд, бюджет-2, который тут протащили, не решает ни одной проблемы, он сделает ситуацию только хуже. Поэтому я предлагаю вместе собраться и думать, что делать со следующим бюджетом, пока не поздно. Если по тем же лекалам будут верстать бюджет следующего года, тогда ждите больших неприятностей. Ещё раз подчёркиваю: без смены курса, без правительства профессионального, народного доверия, которому люди будут доверять, типа Примакова (Е.Примаков) и Маслюкова (Ю.Маслюков), без чёткого определения приоритетов (они очевидны), без высоких технологий, без грамотных умных людей, без того, чтобы отработать новые технологии, мы не вылезем. Они есть в ВПК ещё, но и ВПК начнёт спотыкаться, если и дальше так вести финансовую политику.

Мы считаем, что очень важно уделить особое внимание малому и среднему бизнесу. И просится индустриализационный НЭП, по сути дела, когда объединят ускоренное развитие промышленности вместе с поддержкой малого и среднего бизнеса, который реально работает в реальном секторе экономики.

И вопрос стабилизации. Ведь этим мы все гордились, всё делаем для того, чтобы она сохранилась. И прежде всего без политической стабилизации нельзя решить эти проблемы.

Я внимательно выслушал все ответы на вопросы нашего Президента: держался довольно уверено, но озабоченность прибавлялась с каждой минутой. Он сейчас уехал в Хакасию. Хочу вам сказать: что бы вы ни делали, вы никаким МЧС не затушите пожары. Вы угробили 50 тыс. коллективных хозяйств, где в каждом была пожарная команда, трактора, где можно было опахать каждую деревню. Сейчас ни одна деревня не опахивается, там нет вблизи ни одного механизатора, и никакие самолёты ничего вам не исправят. Мы вам предложили народные предприятия. Я выступал, показывал, фильм вам принёс. Показал, что в этих условиях народное предприятие оказалось самым живучим, устойчивым, великолепным. Ну покажите вы хоть этот фильм на одном из телеканалов!

Вы удушили своими сериалами русофобскими, антисоветскими накануне 70-летия Победы, которые просто стыдно смотреть. Вы опошляете всю нашу историю. Вы возьмите тогда сценарий у Бортко Владимира Владимировича, он о советской эпохе, о Сталине правду хоть вам скажет. Хоть эту точку зрения знать будете. Почему вы всё время отказываетесь от нормальной оценки?

Ну и последнее. Надо проводить честно выборы, тогда придут грамотные люди. У нас впереди этот этап. И надо поддержать детей войны – их 12 млн. 140 млрд мы найдём, но это будет честно перед теми, кто выдержал войну и восстанавливал страну.

И последнее. Перестаньте уродовать Красную площадь всякими фанерными щитами. Она должна встречать победителей так, какой её видели в победном мае в 1945-м. Я считаю, это будет справедливо. Желаю вам успехов.

С.Нарышкин: Спасибо. Владимир Вольфович Жириновский.

В.Жириновский: Геннадий Андреевич, вас послушать – жить не хочется! А при КПСС было веселее. Вы, наверное, не всё учли, что было при КПСС. Мы кричали «Ура!», и нам было всё радостно. А если вспоминать расстрел парламента, вы правы – это подло! Но ещё подлее был расстрел Новочеркасска, когда собственная партия расстреляла собственных рабочих, и до сих пор, 50 лет спустя, правду сказать никто не хочет.

Что конкретно? Во-первых, Дмитрий Анатольевич, вот салфеточка, ваш аппарат Правительства покупает в Швейцарии. Что, наши ткачихи, женщины в Иваново, не могут вот такие салфетки делать? И всё остальное, посмотрите, всё закупаем за границей! Ну что это такое? Это же трата денег. Я понимаю – сложные машины, какие-то редкие лекарства, но салфетки? Или вот груши. Ну хорошо, допустим, где-то они созревают и у нас не хватает своего урожая, но, Дмитрий Анатольевич, опасная концентрация нитратов. Всю страну травят – Польша, Аргентина, Турция, Бельгия, Нидерланды. Это что, Россельхознадзор не может остановить? Ну, заставьте чиновников, которые… Партия товаров идёт в страну, взять нитратомер, проверить. Я проверил в Думе, думал, может, здесь тоже? Нет, всё хорошо оказалось, потому что нормальный управляющий делами – Серёгин Алексей Юрьевич. А по всей стране именно груши. Я покупаю всё, что можно, – всё более или менее, но как к грушам подходит… Я прошу всех граждан России: по всем магазинам ходите с нитратомером. Опасная концентрация! То есть каждый день вы кушаете то, что наносит вред. И это можно сделать. Уж чиновников у нас достаточно. У нас было хорошее ЧК. Что это трудно, что ли, остановить? Прямо на границе замерить одну грушу – и до свидания, поворачивайте. Повернёте тысячу тонн, следующая тонна придёт уже нормальная.

Про ставку ЦБ. Надо понижать её и выдавать связанные кредиты. Кредиты только на промышленность, на строительство. Когда говорят, что будут покупать валюту, введите позицию в банке, вечером проверяйте. Если днём он купил валюту – зачем? Чтобы банк понимал, что это будет угрожать закрытием банка. Он зачем покупает валюту? То есть они подрывают. Осенью обвалили рубль. Кто это сделал? Я так думаю, не я, а специалисты и аналитики: нефтяные магнаты проиграли на падении цен на нефть, обвалили рубль, заработали на низком уровне рубля, а мы все должны страдать. Сейчас дешёвая валюта, стабильная. Сейчас опять скупят рубли, летом сделают 70 и опять продадут. Надо это остановить. Такой ЦБ нам не нужен. Вы же знаете, что нам сделал ЦБ за 17 лет. Шесть рублей стоил доллар, а довели свыше 50. В десять раз наш Центральный банк опустил наш рубль. Нам говорят: связано с ценой на нефть. Но все нефтедобывающие страны – почему у них не связано? Почему в Иране осталась валюта на том же месте? Норвегия? Все страны мира, которые добывают нефть, – никакого отношения к курсу рубля. А сейчас падает нефть – что рубль не падает? Говорят: нет, у нас уже нет прямой привязки к нефти. А к чему теперь привязка?

Привязка одна: меняйте быстрее нашего руководителя ЦБ, и он не должен быть независимым, он должен подчиняться парламенту страны. Только так.

Мы должны с вами опираться на собственные силы, свой народ, свои инвестиции, свою валюту. Минимальная зарплата должна быть в два раза выше прожиточного минимума, иначе люди не смогут нормально существовать. На свои технологии. Купите лицензии за рубежом и производите здесь продукцию! Это же можно делать, у нас талантливые люди.

И вообще рубль нельзя жёстко привязывать к доллару. Это финансовое оружие США, это война, 1944 год. Не было бы войны, никто бы этот доллар не знал. Был бы фунт стерлингов, франк французский, марка немецкая, русский рубль был бы. Но они благодаря войне сделали.

Финансовая система должна быть самостоятельной. Ибо её можно обрушить, и всё бесполезно. Деньги за рубежом, расчёты невозможны. С какой стати? Мы сами умеем нажимать на кнопочки, вводить код и так далее.

Вывоз из страны валюты – только под контракты: если вы что-то покупаете, дайте валюту, если вы продаёте что-то, к вам придёт валюта. А с какой стати просто капитал уходит за границу? И нам объявляют цифры: сто миллиардов долларов, сто пятьдесят, триллион долларов вывели за границу! С какой стати? Это пятьдесят триллионов рублей! Это четыре бюджета страны! Они увели за рубеж, и там это всё лежит. Это нельзя делать, поэтому это нужно исправить. Поэтому нам нужны прямые инвестиции в современные предприятия. Нужно усилить госсектор в промышленности, машиностроении, сырье, в химической промышленности. Частный сектор не смог, не справился. Они разрушили предприятия и обанкротили.

Долги нужно простить всем регионам. Вы понимаете, что они не отдадут? У них доходов хватает с трудом оплатить проценты по кредиту. Они никогда не заплатят долги. Что же мы их держим в состоянии стресса? Обнулить. Украина просит обнулить. Проели всё, так сказать, и просят обнулить десятки миллиардов долларов, а мы своим не хотим. Неимущим гражданам простить все долги – простить именно: квартплата, газ, электричество и потребительские кредиты. Но где взять деньги?

Пожалуйста. Мы согласны – давайте повысим налоги. Подоходный налог свыше 100 тыс. рублей – 20%, свыше миллиона – 30%. Мы соберём деньги, которые пойдут на компенсацию нашим бедным.

Надо, чтобы было бесплатное обучение по программа профессионального обучения. Возьмите там парикмахера, повара, слесаря. Что здесь-то ещё вводят деньги? Слушайте, ребята хотят быть, и это малый сектор. Нет, ещё здесь бюджетные места сокращают и вводят тоже на коммерческой основе.

Тотальный диктант. Ну что это такое – Водолазкин? Кто он такой? Вы его знаете? У нас юбилей – 70 лет Победы. Возьмите тему, связанную с Победой, возьмите фронтовых писателей: Юрий Бондарев… Много их, этих писателей. «Горячий снег». Вот я тоже провёл диктант в московской школе. Я взял «Повесть о настоящем человеке», это Борис Полевой. И главный герой – герой Советского Союза Алексей Маресьев. Ну с какой стати Водолазкин? Какие-то пожарные дореволюционной России! Сегодня 2015 год. Нас мало интересует, что было сто лет назад. У нас 9 Мая впереди. Это так не годится. Кто решает, какая будет тема? По всему миру пишут диктант неизвестного писателя Водолазкина. Поэтому…

Страховые компании – здесь Правительство должно вмешаться. ОСАГО – это всё-таки социальный продукт. Постоянно растут тарифы.

Рыбу, говорят, нельзя везти – очень дорого. Ложь! 10% стоимости рыбы, килограмма, – перевозка. Всего 10%! Значит, можно везти эту рыбу.

Идёт раздел Украины. Понятно, что у неё заберут территории Польша, Венгрия, Румыния. Но мы хотя бы должны взять то, что мы подарили. Нам чужого не надо. Мы им дали – пускай вернут. Если им хорошо с американцами. Если в год Победы Порошенко обнимается с американцами, которые проиграли все войны. Вся планета в крови, а он с ними обнимается и показывает, как он их там встречает: you are welcome, добро пожаловать! Самая агрессивная в мире страна, которую ненавидит весь мир, а для Порошенко это лучшие друзья.

Предоставление гражданства. Дмитрий Анатольевич, ночью стоят в очереди, дерутся, если в три часа ночи не пришёл провериться – вычёркивают из списка. Люди хотят быть гражданами России. Эту ФМС разгоните. Мы же приняли закон здесь: для украинцев два месяца. Нет, по старой схеме – год, два, три. Почему? Провоцируют: дай взятку – всё, получишь паспорт хоть завтра. Надо кончать с этим.

Европейский суд в Страсбурге. Адвокат от России выступает семь минут, адвокат ЮКОСа – час двадцать. Это что Россия выставляет за адвоката, Матюшкина? Я вам дам его биографию. Конечно, мы проиграли. Семь минут доказывать правоту одной стороны, и час двадцать. Это недопустимо. Поэтому надо об этом думать.

Сельское хозяйство. Кожсырьё – за границу, а своя лёгкая промышленность не имеет сырья. Что мы делаем? Мы же одна страна. Заверните кожсырьё от Минсельхоза и отдайте Министерству промышленности. Тогда мы будем свою кожаную мебель выпускать и всё остальное.

Смотрите: за продуктами наши крестьяне сегодня идут в магазин. Это позор! Раньше они за керосином ходили. А сейчас крестьяне, которые нас должны кормить, идут в магазин за продовольствием. Все русские революции – 1905 год, 1917-й – две, 1991-й, 1993-й – принесли нам с вами только беду, жертвы и всё самое плохое.

Пожары в Сибири. Горит уже 100 тыс. га. Такая страна есть в мире? Почему горит? Ничьё. Геннадий Андреевич (Зюганов) прав: надо опахивать, надо там технику – это всё хорошо. Но есть ещё национальная черта русского характера. Мы очень много сливались с местными народами кочевыми, а им наплевать – кочевник сегодня здесь, завтра там. Его жить здесь не интересует. Пожили – испоганили – пошли дальше. И это в крови частично осталось. От крови никуда не денешься. Помните, был фильм «Вечный зов»? Это зов кочевников. У них под ногами горела земля русская, когда они шли на нас нашествием, а сегодня пожары в Сибири. Надо это исправить. И я надеюсь, что Правительство добьётся успехов на будущий год – год моего юбилея.

С.Нарышкин: Спасибо, спасибо, Владимир Вольфович. Владимир Абдуалиевич Васильев.

В.Васильев: Уважаемые Дмитрий Анатольевич, Сергей Евгеньевич! Уважаемые коллеги, гости! Сегодня проходит очень важное событие – отчёт Правительства. Кстати говоря, этому мы обязаны инициативе Дмитрия Анатольевича. Сегодня здесь присутствуют все министры, руководители. Представляете, какая важная работа происходит сейчас? Мы слышим мнения разных фракций об одном и том же – о том, что сегодня было сообщено Председателем Правительства. Каждый из нас даже до этого доклада хорошо понимал, голосуя за бюджет, не голосуя за бюджет, как непросто всё происходит в этом году, какая непростая экономическая ситуация, какие факторы (и об этом говорил Дмитрий Анатольевич убедительно). Понятно, что у каждого из нас есть своя позиция. Я бы в связи с этим хотел начать с того, чего коснулся сейчас предшествующий оратор, Владимир Вольфович (В.Жириновский). Я бы хотел сказать, отвечая на вопрос, Геннадий Андреевич (Г.Зюганов), ваш в частности, напомнить, что за время работы программы у нас получили квартиры 280 тыс. 900 ветеранов войны. В этом году должны получить 10 тыс., останется 5. Когда так решались вопросы?

Геннадий Андреевич, вы сказали: «Назовите хоть одну отрасль». Я не буду говорить про атомную промышленность – о ней говорили. Не буду называть другие отрасли, которые вы тоже знаете. Я назову одну отрасль – строительство. Посмотрите, пожалуйста. По жилищному строительству (об этом тоже говорилось, не знаю, может, кто-то не обратил внимания) в 2014 году были достигнуты результаты – 81 млн кв. м, в лучшие годы было чуть больше 70, в РСФСР, в советское время. Это тоже никуда не денешь, это не только наша статистика, это и статистика советского периода. Это правда. Теперь возникает вопрос, что у нас происходит с кранами строительными, с другой техникой. Как же возвели эти метры при таком уровне падения? Тут есть одна составляющая очень важная, и об этом говорил докладчик: мы можем использовать эффективно, а можем валовку гнать. По валовке у нас всегда получалось: и стадо было большое, но навоза там составляло… Выхлоп большой, а молока давали мало. Ну что? Было, что там говорить. Меры сегодня должны приниматься эффективные, нестандартные, чтобы их воспринимали люди. Об этом говорил и докладчик, об этом говорил и Президент, помните? Говорил, что надо и сердцем чувствовать то, что мы делаем.

В связи с этим что хотелось сказать? Дмитрий Анатольевич, всё правильно. Целый ряд решений принят. Это так. Но складывается впечатление – и не только у граждан, у нас тоже, и у Вас, я убеждён (мы знаем, на встречах Вы это говорите), – что мы делаем многое очень медленно, и результат наступает через месяцы, а иногда и годы.

Те же электрички, допустим. Мы встречались, обсуждали, и коллега Дворкович (А.Дворкович)был, и другие руководители. Вроде бы определились, приняли закон о нулевой ставке НДС для пригородных поездов. Казалось бы, всё сделали. И всё равно на «прямой линии» мы слышали эту тему. И конечно, здесь возникает вопрос. Он возникает и по другим направлениям деятельности – в частности, кстати говоря, по селу. По селу мы сегодня имеем урожай, о котором говорил Председатель Правительства, по зерновым, несопоставимый с лучшими годами нашей истории. Это тоже правда.

У нас есть основание полагать, что и следующий год будет хорошим, но есть и тревога. И в связи с этим я бы хотел о чём сообщить: наш комитет, работая над этой темой, обратил внимание, что, с одной стороны, мы выделили в этом году 202,7 млрд рублей (побольше, чем в прошлом, заметно), но в то же время по состоянию на 9 апреля – а такой мониторинг ведётся, и, кстати, никому из комитетов, которые возглавляют другие фракции, это тоже не запрещено – в регионы было направлено 108,1 млрд рублей. До сельхозпроизводителей дошло 31,5 млрд, это всего 29,13%. Задержка – от двух до четырёх месяцев. Это недопустимые вещи весной. С таким трудом выделяем средства… Дмитрий Анатольевич, тут надо с министров, наверное, спрашивать уже персонально и с глав субъектов тоже. Потому что непонятно, как так можно: весна идёт, деньги выделены – и такое благодушное отношение.

Трудно говорить с людьми, кстати говоря, выезжая в регионы. Я думаю, это не только наша фракция чувствует, и то, что говорят коллеги из фракции КПРФ, – это ещё, как говорится, цветочки. Народ-то говорит пожёстче, мы это все прекрасно помним и знаем. Важный момент.

Сегодня хотелось бы ещё отметить проблему, о ней тоже уже говорили коллеги. Мы сейчас здесь все вместе сделали немало. И спасибо вам, что вы на это обратили внимание. Мы наряду с тем стечением неблагоприятных факторов, которые испытала наша страна, особенно в экономике, в международных аспектах, сумели соединить наши усилия. Это огромный ресурс, и всем огромное спасибо, коллеги.

Мы все вместе любим нашу страну и искренне, порой вопреки, может быть, своим личным каким-то, фракционным амбициям, принимаем и поддерживаем очень важные решения.

Но я бы хотел сказать следующее. Геннадий Андреевич (обращаясь к Г.Зюганову), вы сказали про курс – его надо сменить. Я вас очень уважаю и думаю, вы это чувствуете. Искренне, как человек человека, и как руководитель вы мне симпатичны во многом, но я не соглашусь с вами никогда. Почему? Посмотрите: кто определяет курс в президентской стране, где президент избирается прямым голосованием граждан? Ну давайте посмотрим реально, мы все законники, понимаем. Позицию Президента вы слышали. Президент, который как никакой другой руководитель в мире работает напрямую со своим народом, вы на это обратили внимание, – он где сейчас? У погорельцев. А раньше у кого был? У тех, кого подтопило, даже на Новый год. Помните, да? Находит время, контролирует, всем нам пример показывает хороший, кстати. Ну что, этот курс будем менять? Вопрос. А кто его заменит? Так, без амбиций. А какой у нас процент? Давайте посчитаем. Любых возьмите социологов, и мы увидим: мы-то готовы, а готовы ли нас принимать, тех, кто имеет другую позицию, – вот вопрос. Здесь серьёзные вещи, и от них никуда не уйдёшь.

Мы сегодня с вами, уважаемые коллеги, говорили много о ценах. И мой товарищ Андрей Михайлович (А.Макаров) говорил об этом. Я бы хотел сказать следующее. Мы тоже немало уже встречались. Кстати, в этом году (Дмитрий Анатольевич, мы Вас тоже информировали) мы завели такой порядок во фракции: мы встречаемся со всеми руководителями ведомств. Многие из них здесь присутствуют, мы им признательны за это, и для нас хорошая школа, ну и для них, я надеюсь, тоже это полезный разговор. Так вот мы встречались и обсуждали тему в том числе и цен. Сегодня об этом говорили: и лекарства, и продовольствие, много вопросов есть. Мы их видим и чувствуем. Руководитель ФАС Артемьев (И.Артемьев) нас информировал, что есть проблемы. Какие? Численность маловата, зарплата небольшая, законодательно не обеспечено поле. Мы обеспечим вас законодательным полем. Ну а по поводу зарплаты и других моментов, Дмитрий Анатольевич, спрашивать, наверное, надо тоже. А почему так вот сложилось? Почему сегодня, когда вопрос цен политический, когда сегодня мы говорим о лекарствах и надо разбираться с этими вещами и перегнуть нельзя, ну надо же механизмы выстраивать.

Последнее. У нас многое сейчас делается, для того чтобы снять контроль и облегчить работу. Но нельзя не контролировать, тем более вновь зарождающиеся огромными масштабами процессы. Представляете, какие масштабы мы открыли, представьте себе, более 1,5 трлн – это только управляющие компании будут осваивать денег. Сейчас Вы говорили об этом, дополнительно деньги огромные за капитальный ремонт. Кто и как это будет делать? Поэтому не сокращать контроль, а делать его цивилизованным, открытым для людей, для кого он ведётся. Вы правильную фразу сказали: люди массово должны почувствовать качество. Мы за это. Спасибо.

С.Нарышкин: Спасибо. Сергей Михайлович Миронов.

С.Миронов: Уважаемые коллеги! Форс-мажорные обстоятельства нанесли нашей экономике очень серьёзный урон, но никакие заокеанские пророчества, как мы с вами знаем, не сбылись. Положение стабилизировалось. И Правительство, видимо, имея к тому основания, считает, что это его заслуга. Но если бы Центральный банк и Правительство тоже сами не делали ошибок, урон был бы намного меньше.

Самым драматичным моментом прошлого года стало беспрецедентное падение курса рубля в течение одного месяца. До сих пор нет ответа на вопрос, как Центробанк и примкнувшее к нему Правительство ухитрились уронить рубль при его физическом дефиците, положительном внешнеторговом балансе и крайне незначительном государственном долге. Думаю, в ситуации с рублём со всей очевидностью проявились рыночные иллюзии экономического блока нашего Правительства. И говорить о свободном плавании рубля в условиях однобокого экспорта, отсутствия национальной нефтяной биржи и высокого оттока капитала, мягко говоря, наивно.

На открытии сессии наша фракция заявила, что поддержание стабильности на финансовых рынках должно быть сформулировано в качестве цели государственной политики, и мы ещё раз сегодня настаиваем на этом.

Теперь о господдержке системообразующих предприятий и банков. Конечно, такая поддержка необходима. Но, как и в период кризиса 2008–2009 годов, нет никакой уверенности, что деньги, выделенные на докапитализацию банков, попадут в конечном итоге в реальный сектор экономики. В декабре государство поддержало ВТБ, выделив ему 100 млрд рублей, и собирается выделить ещё 150 млрд рублей, а дочерняя компания – ВТБ-24 – уже порадовала своих акционеров, что на дивиденды по итогам 2014 года будет направлено 26 млрд рублей, что составляет 93% прибыли. Зачем мелочиться, если есть богатая докапитализированная государством материнская компания? Основная проблема сегодня – это не нехватка денег у банков, а отсутствие заёмщиков, готовых платить за кредиты 18–20% годовых. Собственная рентабельность товаропроизводителей позволяет сегодня отбивать кредиты максимум по 8–10%.

Особая забота о финансовых учреждениях не должна оставлять без внимания реальный сектор экономики. К сожалению, медлительность и нерасторопность Правительства приводит к тяжёлым последствиям. Так, цены, например, на стальной лист только за квартал в России увеличились на 45%, что уже привело к сокращению выпуска российских транспортных средств, и это несмотря на почти двукратную девальвацию рубля. Если не остановить рост цен на металл, то никакого импортозамещения мы не добьёмся, поэтому мы предлагаем немедленно ввести экспортные пошлины на кокс, железную руду, стальную заготовку и полностью запретить экспорт лома.

Отдельный вопрос – поддержка государством высокотехнологических предприятий, производящих продукцию с высокой добавленной стоимостью. Мер, принимаемых Правительством, явно сегодня недостаточно. Давно назрела необходимость введения механизма дифференцированного возврата НДС экспортёрам. Пора пересмотреть политику поддержки сырьевых компаний за счёт возврата НДС. Сегодня через уплату и возврат НДС фактически происходит субсидирование сырьевых отраслей за счёт высокотехнологичных секторов экономики. Такая ситуация превращает российскую экономику в сырьевой придаток мировой экономики. Государство должно возмещать НДС в первую очередь экспортёрам товаров второго-третьего уровня переработки. Только такой подход обеспечит увеличение доли высокотехнологичной продукции в российском экспорте и реальный рост нашей экономики.

События прошлого года в целом резко усилили социальное неравенство в стране. Поэтому предусмотренные Правительством меры социальной помощи населению явно недостаточны. По «антикризисному плану», как мы знаем, 1 трлн рублей уйдёт 27 избранным банкам, 200 млрд рублей – на госгарантии по кредитам для предприятий, определяемых опять же Правительством. А на обеспечение социальной стабильности – менее 300 млрд рублей.

В период кризиса 2008–2009 года на социальную поддержку населения были направлены значительно бо?льшие суммы. Правительство заявило, что социальные обязательства власти будут профинансированы в полном объёме. Но это на федеральном уровне. На региональном и местном уровнях из-за нехватки средств социальный бюджет урезается, причём в массовом порядке, и люди это видят. Наиболее тревожно выглядит тенденция сокращения поддержки семей с детьми. Особую обеспокоенность у граждан вызывает вопрос о сохранении такой важной формы поддержки семей, как материнский капитал. Согласно действующему закону, претендовать на получение выплаты в размере практически сегодня уже 500 тыс. рублей с учётом индексации могут семьи, в которых второй ребёнок родится по 31 декабря 2016 года. Сегодня можно с уверенностью сказать, что отмена выплат материнского капитала в текущей социально-экономической ситуации приведёт к резкому падению рождаемости с 2017 года.

Необходимо в соответствии с теми поручениями, которые уже были даны Президентом Российской Федерации, в кратчайшие сроки разработать и принять соответствующие поправки в федеральное законодательство, которые позволят сохранить для российских семей материнский капитал, а также проработать возможные дополнительные механизмы его использования.

Не могу не сказать в очередной раз ещё об одной кричащей проблеме в части оказания государственной поддержки семьям с детьми – это увеличение продолжительности выплаты ежемесячного пособия по уходу за ребёнком с полутора до трёх лет. Мы до сих пор, как вы слышали, не смогли решить полностью проблему с нехваткой мест в дошкольных образовательных организациях для детей указанного возраста и невозможностью в связи с этим матерям выйти на работу. Несмотря на все аргументы в пользу скорейшего принятия соответствующего законопроекта, его разработка отложена, к сожалению, на 2016 год. По нашему мнению, это недопустимо длительный срок. Его необходимо внести на рассмотрение Государственной Думы и принять в ближайшее время. Никакие экономические трудности не должны привести к тому, что мы будем залатывать дыры в бюджете за счёт экономии на будущем нашей страны, на наших детях.

Что касается продовольственных цен, то за декабрь 2014 года – февраль 2015 года они увеличились в полтора раза и вряд ли заметно отыграют назад. Это ударило сегодня не только по малообеспеченным группам населения, но уже и по так называемому среднему классу. Коль скоро у нас нет рыночных механизмов подтягивания заработной платы к уровню инфляции, Правительство обязано более жёстко контролировать динамику цен, причём на всех этапах. Речь не идёт об административном контроле. Нужно ужесточить работу с монополиями в производстве, опте и рознице, нужны конкурентные барьеры, препятствующие росту цен.

Пенсионные новации Правительства ещё более углубляют социальное неравенство. Создаётся впечатление, что именно пенсионеры должны затянуть пояса, чтобы подправить финансовое положение страны. На фоне постоянных правительственных отговорок по вопросу о введении прогрессивной шкалы подоходного налога, любые пенсионные ограничения выглядят как вопиющая несправедливость, а недавно высказанная идея по-разному подойти к размеру пенсий женщин и мужчин прямо противоречит Конституции нашей страны. Буксующая пенсионная реформа становится источником социального напряжения.

В заключение хочу остановиться на проблеме растущего регионального неравенства. События в Хакасии и Забайкалье ещё раз подтвердили, что муниципальная реформа фактически провалена. Подавляющее большинство муниципальных бюджетов трещат по швам и стонут от долгов. О каких мерах противопожарной безопасности, о каких системах оповещения можно говорить, когда в бюджетах муниципальных образований хоть шаром покати.

Районные администрации превратились в передаточное звено между сельской и региональной властью. Ничего другого они не могут и не умеют. Органы местного самоуправления в сёлах сократили до минимума. Неверие в свой народ, в его способность к обустройству собственной жизни – вот главная причина пожаров и затоплений. Наш народ в 1990-е годы показал чудеса выживаемости и предприимчивости. Но если местные бюджеты будут пусты, то придётся тратить миллионы и миллиарды на жильё для погорельцев. Патернализм, если хотите, – это ответ народа на нерадивость власти. Что надо сделать? Первое и самое главное – надо не только выделять муниципалитетам деньги в виде трансфертов и бюджетных кредитов (пока без этого не обойтись), но самое главное – передавать им постоянные источники финансирования, часть налогов, которые пойдут именно в эти муниципальные бюджеты.

Уважаемые коллеги! В текущем году наша экономика столкнётся тоже с непростыми проблемами. Чтобы на них грамотно отвечать, исполнительная власть должна быть в постоянном контакте с депутатским корпусом. Но, к сожалению, когда, например, наша партия приглашает министров на конгрессы депутатов со всей России, в ответ мы видим высокомерное отрицание возможности поговорить с депутатами, и ограничиваются присылкой в лучшем случае замначдепартамента. А вместе мы на самом деле делаем одно общее дело на благо нашей страны, на благо граждан великой России. Спасибо за внимание.

С.Нарышкин: Спасибо, Сергей Михайлович. Дмитрий Анатольевич, пожалуйста, Вам слово.

Д.Медведев: Прежде всего хочу доложить о проведённом эксперименте: груша нормальная, и тестер этот работает. Тем не менее, конечно, всё равно мы должны самым внимательным образом относиться к тем продуктам, которые попадают к нам на столы. Что Владимир Вольфович к этому привлёк внимание – я думаю, правильно.

Теперь несколько слов по поводу того, о чём коллеги – руководители фракций здесь говорили, не в режиме полемики, а скорее просто в режиме дружеского обсуждения. Геннадий Андреевич, рассказывая о событиях последнего периода, говорил: вот, кризис 1998 года, потом 2008 года, сейчас проблемы такого кризисного порядка, что это за безобразие, почему эти кризисы происходят... Слушайте, мне кажется, мы уже давным-давно должны привыкнуть: рыночная экономика по своей природе циклична. Этого никто не отменял, кризисы были и будут, их не ликвидировать как класс. Но в этом и слабость рыночной экономики, и её сила, потому что она реанимируется, отрастает, а вот плановая экономика как легла, так уже и не поднялась. Поэтому мы должны это учитывать в нашей текущей экономической жизни.

По поводу девальвации – и Геннадий Андреевич (Г.Зюганов) об этом говорил, и Владимир Вольфович (В.Жириновский): конечно, девальвация штука неприятная, особенно для огромного количества людей. И, естественно, мы должны думать о том, чтобы нивелировать проблемы в финансово-кредитной сфере, не допуская ни избыточного ослабления, ни избыточного переукрепления рубля. Но на ситуацию в нашей стране повлияли санкции, и повлияли самым непосредственным образом. Тут кто-то говорил про Иран: в Иране девальвация ещё о-го-го какая была в тот период, когда были введены санкции. Это, безусловно, связано с закрытием рынков финансовой ликвидности, это, к сожалению, так. Мы, конечно, выживем. Мы научились жить без притока иностранных финансов, и жить нормально. Но то, что эта ситуация нам не помогает, это совершенно очевидно. Любое государство, которое подвергается санкциям, попадает в довольно сложное положение.

В отношении 250 млрд долларов, о которых Геннадий Андреевич (Г.Зюганов) говорил, которые из резервов ушли. Так вот в том-то и дело, почему и нужно было перейти на плавающий курс рубля: потому что эти деньги – как в топку! Они идут на поддержание искусственно завышенного курса вместо того, чтобы идти в экономику. Уж тогда действительно, здесь я соглашусь, лучше их тратить на развитие промышленности, чем поддерживать искусственно вот такой зарегулированный курс национальной валюты. Именно поэтому Центральный банк принял ответственное решение, непростое, и перешёл к плавающему курсу. Думаю, что практика покажет справедливость этой меры именно в текущей ситуации.

Но не могу не согласиться с тем, что нужно укреплять кадровый потенциал, и здесь об этом говорили коллеги. Я подумаю над теми предложениями, которые были высказаны, а вы, пожалуйста, подумайте над нашим предложением в отношении более позднего выхода на пенсию депутатов Государственной Думы и чиновников.

Реплика: Мы согласны!

Д.Медведев: Согласны? Ну хорошо. Теперь по поводу некоторых серьёзных вещей. Действительно, огромная проблема накопилась в регионах. Я абсолютно согласен с тем, что мы её по-разному должны решать. Я перечислил денежные средства, которые мы уже направили в регионы для укрепления сбалансированности региональных бюджетов и направим. Но, как я сказал, я готов рассмотреть и нестандартные идеи, в том числе изменение 122-го закона, о котором говорилось на президиуме Госсовета, который проводил Президент, и ряд других идей. Но, коллеги, мы с вами должны понимать, что если просто полностью освободить от уплаты долгов, то это, к сожалению, как правило, провоцирует только одно: никогда больше никто ничего платить не будет. Опыт советских колхозов это доказал со всей наглядностью. К сожалению, ни за что не платили, потому что всё время прощали. Но разгрузить, существенным образом разгрузить налоговое и долговое бремя мы с вами должны. Это действительно нужно сделать.

По поводу ряда программ, которые мы в настоящий момент продвигаем. Не могу не согласиться с тем, что сказал Владимир Абдуалиевич (В.Васильев) в отношении наших аграрных программ, в защиту тех аграрных программ, которые реализуются... У наших коллег – представителей компартии может быть другое мнение, и мы к нему очень уважительно относимся, но надо признать, что всё-таки за последние 10 лет, с момента появления национального проекта, наше село сделало очень существенный шаг вперёд. И давайте по-честному признаемся: я помню, как выглядели полки советских магазинов, и вы все помните. Есть-то нечего было, а сейчас всё в порядке. Но это не значит, что сельским хозяйством не нужно заниматься. Полностью поддерживаю то, что коллеги-коммунисты говорили в отношении развития высоких аграрных технологий, семеноводства, племенного хозяйства. Это действительно наше слабое место, и туда нужно направлять дополнительные инвестиции.

По поводу некоторых идей, которые были высказаны Сергеем Михайловичем Мироновым, и предложений. По докапитализации банков. Я всё-таки в выступлении сказал, всё равно коллеги как-то не хотят это слышать. Я обращаю внимание, что это не просто деньги, которые загнали в банки и которые там лежат, а банки ими не пользуются, либо за счёт которых они обогащаются и просто эту прибыль делят между участниками этих банков. Это деньги, направленные в капитал банков, чтобы они в условиях закрытия иностранных финансовых рынков, в условиях, когда наша экономика действительно чувствует себя неблестяще, чувствовали, с другой стороны, поддержку государства, чтобы все нормативы достаточности капитала соблюдались. Поэтому эти деньги (ещё раз обращаю внимание) были направлены в капитал так называемого первого и второго уровня именно для поддержания надлежащих финансовых кондиций банков. Но наша задача – и здесь я полностью согласен с тем, что Сергей Михайлович говорил, – заключается в том, чтобы обеспечить доведение необходимых финансовых ресурсов, в том числе относительно дешёвых по нынешним временам кредитов либо субсидированных кредитов, до наших промышленных предприятий и аграрных производителей.

Рост цен на металл – да, он есть. Зачастую это необоснованный рост. Необходимо проводить расследования того, что происходит. Здесь поручения даны и по линии государственных ведомств, и по правоохранительной линии. Но просто закрывать экспорт металлов – это перебор. Я просто боюсь, что мы создадим другую крайность. Вообще любые попытки огранить рынок, как правило, ведут к тому, что происходит искажение, ведущее в обратном направлении, против тех замыслов, которые были положены в основу решений.

По материнскому капиталу. Исключительно важная, очень хорошая программа, которая действительно поддержала рождаемость в нашей стране. Было много разговоров, когда её предлагали. Давайте всё-таки ещё раз вспомним: это было сделано – Президент тогда принимал решение – вопреки утверждениям многих людей о том, что у нас рождаемость не прирастёт всё равно, люди наши на это не откликнутся. На самом деле материнский капитал реально изменил демографическую ситуацию в стране. Нам, напомню, многие предрекали вымирание, а мы растём. Вот лучшее доказательство правильности нашего социально-экономического курса. Поэтому от этой программы нельзя отказываться, но мы должны подумать о том, как её видоизменить на будущее, сделать её, может быть, более современной и более приспособленной к новым задачам. Рассматриваю предложения коллег и из «Справедливой России», и из других фракций, естественно, и из родной для меня фракции «Единой России», как поручение Правительству на эту тему.

И в заключение, уважаемые коллеги, хотел бы сказать, что уже почти семь лет назад, принимая решение о том, чтобы создать институт отчёта Правительства Государственной Думе, я не думал и не предполагал, что это будет очень серьёзный, хороший побудительный мотив для Правительства и Государственной Думы соединять усилия по наиболее острым, самым важным вопросам. Дело ведь не в том, что Председатель Правительства выходит один раз в год и здесь что-то докладывает, говорит об успехах, говорит о проблемах, оправдывает коллег-министров или объясняет, почему чего-то не получилось. Дело в другом. В последние месяцы – я не говорю сейчас даже про новую геополитическую ситуацию, которая сложилась, я не говорю про возврат Крыма, я не говорю о том, что мы сейчас работаем, действительно, как единая такая структура во многом, – а просто отчёт в Государственной Думе заставил Правительство ещё больше напрячься, услышать многие пожелания своих товарищей из Государственной Думы и предложить решения самых сложных вопросов. И это не фигура речи, это не желание понравиться. На самом деле это именно так. Поэтому считаю, что отчёты Правительства являются исключительно важным институтом нашей политической жизни.

Огромное вам спасибо за участие в подготовке решений Правительства. Несмотря на то что у нас впереди не самые простые времена, я уверен: мы выстоим, мы победим, потому что мы представляем лучшую страну в мире – Российскую Федерацию.

С.Нарышкин: Дмитрий Анатольевич, спасибо большое за представленный отчёт, за подробные ответы на вопросы депутатов и за комментарии по выступлениям руководителей фракций. Вы сказали правильные слова в отношении значения этой конституционной нормы о ежегодном отчёте Правительства в Государственной Думе. Я бы к этому добавил, что отчёт в Государственной Думе, отчёт Правительства является, по сути, отчётом перед всем обществом – не только потому, что ведётся прямая трансляция этого события, а ещё и потому, что Государственная Дума (и парламент в целом) является высшим представительным органом власти страны и отражает и выражает мнения наших избирателей, а значит, практически всего населения Российской Федерации.

И ещё одно. Я хотел бы сказать, что считаю вполне конструктивным взаимодействие Государственной Думы и Правительства Российской Федерации в части законотворческой деятельности. Ведь Правительство наряду с депутатами Государственной Думы являются самыми активными субъектами права законодательной инициативы. На мой взгляд, повторяю, взаимодействие и сотрудничество здесь вполне рабочее, конструктивное, и наверняка так будет продолжено и дальше.

Я хотел бы пожелать и Вам, и коллегам из Правительства Российской Федерации больших успехов.

Спасибо ещё раз.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки > premier.gov.ru, 21 апреля 2015 > № 1348217 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 20 апреля 2015 > № 1489058 Максим Орешкин

Интервью заместителя Министра Максима Орешкина журналу "Финансы"

Мы привыкаем жить в новых экономических условиях

Вопрос: Максим Станиславович, несмотря на новое назначение, Вы по-прежнему связаны с департаментом, которым руководили почти два года – даже табличку на двери еще не сменили. Деятельность этого подразделения не была слишком публичной. Расскажите, пожалуйста, где и как были использованы его наработки.

Ответ: Макроэкономическое и бюджетное прогнозирование – одно из основных направлений деятельности департамента. Там идет подготовка разных сценариев макроэкономической динамики, которые являются основой решений по бюджетной политике, анализируются существующие внешние и внутренние риски, которые влияют или могут повлиять на будущее развитие экономики и бюджетной системы.

Вся доходная часть бюджета – тоже зона его ответственности. Разрабатываемые в департаменте прогнозы служат основой при формировании этой части бюджета.

Еще один очень важный блок работы – взаимодействие с Центральным банком по определению основных направлений денежно-кредитной политики. Он предполагает и анализ ситуации, и совместное обсуждение принимаемых Банком решений, и представление позиции Минфина России в Совете директоров ЦБ по этим вопросам.

В.: Какова роль Минфина и Минэкономразвития в подготовке макроэкономического прогноза? Насколько совпадают позиции двух ведомств?

О.: Если говорить об официальном прогнозе Правительства, то первую версию готовит Минэкономразвития, потом начинается дискуссия, оцениваются предпосылки, аргументы. После нескольких этапов обсуждений с участием Минфина и экспертов прогноз утверждается. Естественно, для Минфина этот процесс очень важен – именно прогноз определяет параметры бюджета.

Конечно, бывают несовпадения в позициях двух ведомств. И там, и у нас работают сильные специалисты, у которых точки зрения на тот или иной момент могут различаться. Именно поэтому одобрение макроэкономического прогноза всегда сопровождается обсуждениями и трендов в мировой экономике, и внутренних факторов развития, и результатов, которых предстоит достичь. А Правительство принимает ту позицию, которая подкреплена более сильными аргументами.

При этом Минфин всегда внутри себя разрабатывает свои собственные сценарии макроэкономического развития, которые носят непубличный характер. Эта работа позволяет четко понимать текущую ситуацию, формирующиеся проблемы и заранее готовить меры реакции со стороны бюджетной политики.

В.: Как Вы считаете, насколько действенным инструментом является стратегическое, долгосрочное прогнозирование в современных условиях, когда даже показатели среднесрочных планов, трехлетних бюджетов пересматриваются?

О.: Здесь ключевой момент заключается в следующем: даже принимая краткосрочное решение, всегда нужно понимать, к каким долгосрочным последствиям оно приведет. Так, например, любое обязательство, которое бюджет берет на себя на краткосрочный период, может нести очень серьезные долгосрочные последствия для устойчивости бюджетной системы.

Краткосрочный и долгосрочный аспекты бюджетной политики всегда идут бок о бок. И мировая практика показывает, что есть страны, которые в результате принятия краткосрочных решений без учета их влияния на дальнейшую перспективу оказывались в довольно сложном положении. Поэтому и краткосрочный, и среднесрочный, и долгосрочный прогнозы должны разрабатываться в любой ситуации. Даже при таких серьезных изменениях в экономике, которые мы переживаем сейчас. Важно не попасть в плен сиюминутных необходимостей и всегда смотреть вперед. За белой полосой всегда идет черная, за черной – белая, и важно не совершить в непростые моменты ошибок, за которые потом придется долго расплачиваться.

В.: Ранее были подготовлены долгосрочные стратегии социально-экономического развития страны – 2020, 2030. Насколько они соответствуют современной ситуации? Будут ли готовиться аналогичные документы с учетом реалий сегодняшнего дня?

О.: По многим позициям эти документы требуют уточнений, потому что, действительно, за последний год ситуация в российской экономике сильно изменилась. В первую очередь это связано с положением на нефтяном рынке – цены на нефть снизились в 2 раза по сравнению с уровнем прошлого года. Нужно понимать, что на этом рынке произошли структурные изменения – сформировалось избыточное предложение и большой объем проектов, которые могут быть реализованы в ближайшее время. Например, в США, стране, которая во многом обеспечила новое состояние рынка, продолжается бурение скважин, но они консервируются, с тем, чтобы в момент повышения цен выдать сырье на продажу. На рынок возвращается Ливия, в скором времени – Иран. Ирак и Бразилия имеют большие проекты, которые они могут начать реализовывать в любой момент. Всё это означает, что серьезного и быстрого восстановления цен ожидать не стоит.

Это качественно иная ситуация для российской экономики, она теперь будет развиваться по-другому, что требует новых решений в экономической политике.

И в таких условиях долгосрочный прогноз тем более не теряет своей актуальности. Над ним нужно работать, чтобы, еще раз отмечу, понимать, к каким последствиям могут приводить решения, принимаемые под давлением сложившихся непредвиденных обстоятельств.

В.: Скажите, а вообще предусматривался в каких-либо прогнозах риск такого резкого падения цен на нефть?

О.: В сценариях – и среднесрочных, и долгосрочных – такой риск серьезно не рассматривался, несмотря на позицию Минфина, не единожды настаивавшего на возможности такого развития событий. Эта позиция не поддерживалась. Мы внутри себя имели такие сценарии и видели те последствия, к которым эти события фактически привели.

Нежелание выбрать консервативный подход привело к тому, начиная с 2005 г. мы всё больше нефтегазовых доходов использовали в экономике, а в 2013 г. балансирующая и бюджет, и платежный баланс цена на нефть поднялась до 113 и 118 дол. за баррель, т.е. использовались не только все доходы от углеводородов, но и сверх того средства, которые занимали за границей. Всё это нанесло большой вред динамике экономики, привело к значительной переоценке рубля относительно уровня производительности труда и в итоге обернулось событиями прошлого года на валютном рынке, которые привели курс рубля к его реальному значению.

Есть обратный пример поведения: Норвегия, у которой цена сбалансированности бюджета долгое время оставалась не выше 40 долл. за баррель, и большую часть нефтегазовых доходов они сберегали. Размер суверенного фонда Норвегии достиг 200% ВВП, у нас – 15% ВВП. Естественно, что снижение цен на нефть для норвежского бюджета и экономики с таким уровнем их подготовки в целом оказалось гораздо более мягким шоком. Там просто уменьшился объем сбережений бюджета, а на расходах это практически не отразилось.

Минфин России на протяжении нескольких лет делал собственные оценки (эти оценки не были публичными) с учетом различных внешних условий, поэтому мы примерно понимаем, что будет с экономикой, а следовательно, и с бюджетом при том или ином изменении цен на энергоносители, и как на это реагировать. С середины прошлого года мы активно прорабатывали сценарий, при котором цена за баррель нефти составит 60 долларов. У нас были готовы прогнозные оценки, которые в конце прошлого года и в начале нынешнего легли в основу обновленной бюджетной политики и позволили смягчить негативные последствия ситуации в экономике.

Так, уже в IV квартале прошлого года мы активно начали процесс накопления средств в антикризисном фонде Правительства из неиспользованных расходов. По итогам 2014 гола его размер достиг более 130 млрд. рублей, в дополнение к 60 млрд рублей, заложенным в законе о бюджете на 2015 год. В настоящее время размер фонда составляет порядка 234 млрд. руб., которые в этом году пошли на финансирование антикризисного плана Правительства. В частности, это позволило более высокими темпами, чем было предусмотрено, повысить пенсии, совершить ряд расходов, направленных на стимулирование роста экономики.

Вся политика Минфина по сбережению средств в Резервном фонде и Фонде национального благосостояния, которая проводилась с начала 2000-х гг., как раз и была ориентирована на такие сценарии, при которых происходит резкое снижение цен на нефть.

В текущем году, как известно, бюджет во многом будет финансироваться из Резервного фонда, что позволяет не резко сокращать расходы, а плавно адаптировать бюджетную систему к новым условиям. Не было бы этого Фонда, расходы пришлось бы урезать на 25%, что крайне болезненно сказалось бы на всех статьях, в том числе и на социальных.

В.: В этом году предполагается потратить более половины Резервного фонда. А как будем выживать дальше?

О.: Делая среднесрочные прогнозы и оценивая ситуацию до 2020 г., мы понимаем, что в таком объеме использовать Резервный фонд можем только в этом году. Поэтому нужно разработать дополнительный набор мер и структурных изменений в рамках бюджетной политики, чтобы постепенно выходить на сбалансированность бюджета. Именно эту задачу Минфин поставил себе до 2017 года. Она зафиксирована и в антикризисном плане правительства.

Сейчас ведется работа над перечнем мер, которые позволят задачу выполнить. Естественно, что все они рассматриваются с позиции их влияния на экономический рост.

Хочу отметить, что проблема экономического роста возникла не в этом году и не связана с внешними вызовами. Он замедлялся несколько последних лет и к 2013 г. снизился до 1%. Поэтому оптимальное решение сейчас, которое позволит не просто добиться сбалансированности бюджета к 2017 г., но и приведет к ускорению роста ВВП, – это преодоление структурных проблем, которые накапливались в экономике последние 5-7 лет.

В.: Планируется ли сейчас подготовка новых долгосрочных стратегий?

О.: Официальный публичный документ этого года – бюджетный прогноз до 2030 года. В нем будут отражены существующие и ожидаемые риски, динамика доходов, которая будет складываться в этот длительный период, вызовы, стоящие перед бюджетной системой, а также представлены рекомендации по мерам, которые позволят их преодолеть.

Такой документ готовится впервые. Сначала его обсудят в Правительстве, а на рассмотрение депутатов Госдумы и общественности он будет представлен одновременно с проектом бюджета на 2016-2018 годы.

В.: Какие основные вызовы согласно этому документу предстоит преодолевать на протяжении такого длительного периода?

О.: Главный – это несбалансированность бюджета, которую мы получили. Согласно внесенным поправкам в закон о федеральном бюджете на 2015 год дефицит может составить 3,7% ВВП. Это очень большая цифра. В условиях падения цен на нефть и учитывая состояние рынка, о котором уже говорилось, нельзя рассчитывать на такой же эффект, как при кризисе 2008-2009 гг., когда после падения цены на нефть восстановились довольно быстро, вслед за этим восстановились доходы нашего бюджета и дефицит резко сократился. В сегодняшней ситуации на это, к сожалению, рассчитывать не приходится.

Второй вызов – необходимость отказа от тех бюджетных расходов, которые не ведут к экономическому росту, негативно влияют на сбалансированность бюджета, но при этом приносят наименьшую пользу, т.е. речь идет о существенном повышении эффективности расходов.

Среди долгосрочных проблем – это вопросы сбалансированности пенсионной системы и фонда медицинского страхования на фоне существующей демографической динамики и тенденции к старению населения.

В.: Максим Станиславович, Вы курируете прогнозирование доходов бюджета. Это касается и консолидированного бюджета тоже? Если да, то каким Вы видите выход региональных бюджетов РФ из кризисного состояния?

О.: Когда наш Департамент брал на себя функцию прогнозирования доходов, то изначально занимались только доходами федерального бюджета. Но постепенно расширили наши прогнозы и на консолидированный.

При всех известных проблемах региональных бюджетов ситуация там на самом деле тяжелая, но не критическая. Их дефицит в процентах от ВВП снизился с 1,0% в 2013 г. до 0,6% ВВП в 2014 году. Ключевая проблема текущего года – рефинансирование задолженности в непростых условиях на финансовых рынках. В рамках антикризисного плана Правительство приняло решение о предоставлении регионам бюджетных кредитов в большем объеме с условием, что эти средства пойдут в первую очередь на замещение и рефинансирование коммерческой задолженности.

Но бюджетные кредиты – не панацея. Регионы должны сами обеспечивать доходную базу, сами отвечать по финансовым обязательствам, если они такие ресурсы привлекают, и, конечно, направлять эти средства только на те проекты, которые в будущем увеличат их налоговую базу. Естественно, они обязаны поддерживать на должном уровне такие важные показатели, как отношение долга к ВРП и к собственным доходам регионального бюджета.

Как всего этого достичь, простых рецептов нет. Региональные финансы должны быть сбалансированы. В первую очередь предстоит оптимизировать расходы. В какой-то степени этому поможет решение о неиндексации заработной платы бюджетникам в текущем году, которое было принято Правительством.

Следует отметить, что именно решение о повышении зарплат в бюджетной сфере привело к тому, что доля этих расходов в структуре расходов региональных бюджетов значительно увеличилась. К сожалению, выполнение одних показателей, зафиксированных в указах Президента РФ, не подкреплялось выполнением других, таких как увеличение доли инвестиций в ВВП, более высоких темпов роста производительности труда. Это в значительной мере и привело к такому серьезному дисбалансу.

Такого периода, как тот, когда мы 10 лет жили за счет всё большего использования нефтегазовых доходов, когда в некоторых регионах доходы росли на 10, 20, 30% в год, больше не наступит. Доходы бюджетов будут расти медленно, поэтому в соответствие с ними необходимо приводить и расходную часть. А от этой суммы расходов нужно добиваться максимального эффекта, который позволит в будущем обеспечить и экономический рост, и налоговые поступления.

В.: Недавно Вы заявили, что Минфин ожидает выхода российской экономики из рецессии в III квартале текущего года. Каковы предпосылки для такого прогноза?

О.: Главная причина той рецессии, в которой оказалась российская экономика, – резкое изменение внешнеэкономических условий. И это не только резкое падение цен на нефть, о котором уже говорилось, но и ограничение притока капитала, вызванное санкционным режимом.

Изменение внешних условий запускает подстройку под них экономики. Мы видим, например, как меняется уровень цен, который ведет к снижению реальных доходов населения.

Так, резкий рост цен наблюдался с ноября по февраль, а его пик пришелся на январь, когда экономика адаптировалась к новому валютному курсу. По нашим оценкам, наибольшее поквартальное снижение ВВП уже произошло в I квартале, дальше, во II квартале, темпы спада будут замедляться. К середине года, по нашему прогнозу, процесс адаптации экономики закончится, и во втором полугодии мы сможем увидеть небольшой рост ВВП (в квартальном выражении с очисткой от сезонности).

Динамика отдельных отраслей, входящих в так называемый «торгуемый» блок экономики, уже показывает положительные значения. Активно растут производство продуктов питания, нефтехимия, производство минеральных удобрений, внутренний туризм – все те отрасли, которые конкурируют с импортом или работают на экспорт и благодаря девальвации рубля получили конкурентное преимущество. Эти признаки структурных изменений в экономике настраивают на оптимистический лад.

Да, есть сектора, которые «провалились» очень сильно. Розничные продажи упали на 10%, что явилось следствием снижения реальных доходов. Однако номинальные темпы роста заработной платы, хотя и замедлились по сравнению с уровнем прошлого года, тем не менее остаются положительными.

Понятно, что максимально негативное влияние на экономику оказывает именно рост цен и инфляция. Но и здесь уже можно наблюдать положительную динамику. Если за январь цены выросли на 4,9%, по итогам февраля – на 2,2%, в марте эта цифра составила 1,2%.

Инфляция резко замедлилась, поскольку она носила разовый характер, вызванный изменением валютного курса и введенными в прошлом году торговыми ограничениями. Теперь одной из ключевых экономических задач Правительства является недопущение того, чтобы разовая инфляция переросла в постоянную.

Мировая практика показывает, что это случается тогда, когда вслед за резким всплеском цен из-за какого-то шока правительство начинает быстро индексировать бюджетные расходы, поднимать зарплаты. А, учитывая, что такие шоки носят, как правило, структурный характер и таким образом их компенсировать нельзя, инфляция остается высокой, цены продолжают расти, реальное снижение доходов и уровня потребления продолжается, только еще и в условиях макроэкономической нестабильности.

В качестве примера можно привести события 1998 г., когда у нас в стране вслед за девальвацией рубля почти в 4 раза были проведены индексации пенсий, зарплат, повышены все социальные выплаты, кредиты предоставлялись предприятиям по низким процентным ставкам. В результате инфляция подскочила до 100%, а реальные доходы понизились на 50%.

Сейчас, естественно, тоже наблюдается негативное влияние процессов, происходящих в экономике, на уровень реальной заработной платы, но это снижение – в пределах 10%. Всплеск инфляции, как я уже говорил, носил краткосрочный характер. Процентные ставки в экономике, которые резко поднялись в декабре, реагируя на ситуацию, устойчиво снижаются. Центробанк, видя тенденцию к замедлению инфляции, снижает ключевую процентную ставку. Население готово больше доверять российским активам. Если в конце декабря депозит можно было открыть с доходностью 15-18%, то сейчас уже не выше 12%.

Положение постепенно нормализуется. И как только процесс адаптации экономики к новым условиям завершится (а как я уже говорил, Минфин ожидает этого к концу II квартала), ситуация вернется в нормальное русло. Экономика структурно изменится.

Мы привыкаем жить в новых экономических условиях. И вернемся на определенную траекторию экономического роста. А вот какая будет эта траектория, очень сильно зависит от решений, которые будут приниматься в процессе подготовки бюджета на 2016-2018 годы.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 20 апреля 2015 > № 1489058 Максим Орешкин


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > kremlin.ru, 16 апреля 2015 > № 1343592 Владимир Путин

Прямая линия с Владимиром Путиным.

В прямом эфире телеканалов «Первый», «Россия 1», «Россия 24», радиостанций «Маяк», «Вести FM» и «Радио России» вышла специальная программа «Прямая линия с Владимиром Путиным».

За время телеэфира глава государства ответил на 74 вопроса. Продолжительность программы составила 3 часа 57 минут. Всего в рамках программы поступило около трёх миллионов вопросов.

* * *

К.Клеймёнов: Здравствуйте! В эфире «Прямая линия с Владимиром Путиным».

В студии Мария Ситтель и я, Кирилл Клеймёнов.

М.Ситтель: Добрый день! Ровно год прошёл с того самого времени, когда мы в последний раз встречались в этой студии. Этот год стал годом серьёзных испытаний для России. Это и санкции, и падение цен на нефть, и атмосфера «холодной войны». Это год осмысления великой трагедии нашего братского народа. Это год, когда перед нашей страной встало много новых вызовов.

Но в то же самое время наше общество стало более консолидированным. У россиян выросла самооценка. И, что самое интересное, уровень счастья – или, как правильно говорят социологи, индекс счастья – не снизился, хотя можно было бы ожидать.

Итак, как мы будем отвечать на вызовы и куда мы будем двигаться дальше – об этом сегодня пойдёт речь в этой студии. В прямом эфире – «Прямая линия с Владимиром Путиным».

К.Клеймёнов: Вести эфир Первого канала и телеканала «Россия» нам помогают наши коллеги. Здесь, в этой студии, Ольга Ушакова, Валерия Кораблёва, Дмитрий Щугорев и Екатерина Миронова.

В центре обработки ваших звонков и СМС-сообщений находятся Татьяна Ремизова и Наталья Юрьева.

Напомню, что наша программа также выходит в эфир на телеканале «Россия 24» и радиостанциях «Маяк», «Вести FM» и «Радио России».

Итак, в прямом эфире – Президент России Владимир Путин.

Т.Ремизова: Добрый день, коллеги! Добрый день, Владимир Владимирович!

Наш центр обработки сообщений работает уже неделю. И, конечно, в течение всей программы мы продолжим принимать ваши вопросы. Именно сейчас наши операторы готовятся к пиковым нагрузкам на линии.

Напомню, задать вопрос можно по бесплатному телефонному номеру 8–800–200–40–40. Короткий номер для отправки СМС-сообщений – 0–40–40. Если вы звоните нам из–за рубежа, воспользуйтесь телефоном, который вы видите на экране.

За те семь дней, что работает наш центр, мы уже установили рекорд. На данную минуту мы получили большее количество вопросов, чем в прошлом году, только на момент окончания эфира.

Итак, всего – 2 миллиона 486 тысяч обращений. Из них более 1 миллиона 700 тысяч звонков и более 400 тысяч СМС.

Н.Юрьева: Добрый день! В этом году у нас интересная новинка. Впервые Президенту можно отправить фотовопрос – ММС на номер 0–40–40, с фотографией, которая вместо тысячи слов наглядно покажет вашу проблему. Операторы нашего центра обработки сообщений принимают и видеовопросы. Их можно загрузить через сайт moskva-putinu.ru или с помощью бесплатного приложения для ваших телефонов и планшетов. И, что очень важно, в этом году, как и в прошлый раз, трансляция программы на нашем сайте идёт с сурдопереводом. Мы принимаем ваши вопросы до конца эфира «Прямой линии». Так что время ещё есть, отправляйте. Возможно, Президент ответит именно Вам.

Е.Миронова: А в студии собрались герои наших репортажей, люди разные, представители фактически всего российского общества: врачи, учителя, аграрии, предприниматели, спасатели, военные. У каждого свой вопрос.

М.Ситтель: Ну что ж, начнём?

В.Путин: Добрый день!

М.Ситтель: Добрый день! Владимир Владимирович, это был год, когда Вам многое приходилось брать на себя. Это был год, если хотите, Ваших персональных решений. Их нужно было принимать быстро и чётко, и никто, кроме Вас, это не смог бы сделать. Это и антисанкции, это и дипломатический марафон в Минске, и, конечно же, Крым.

Непростая экономическая ситуация. При внешнем давлении она тоже требовала Ваших личных, персональных решений. Каковы итоги года? Что, где удалось прибавить, где, может быть, убавить? Итоги года.

В.Путин: Это традиционный вопрос. Я исходил из того, что, во–первых, он будет, во–вторых, в любом случае об этом нужно сказать. И, чтобы здесь уже не придумывать ничего и не путаться в цифрах, я некоторые вещи для себя пометил. Собственно говоря, многое уже есть, но некоторые цифры – свежие, поэтому я с удовольствием ими поделюсь и с вами, и со всей страной.

Во–первых, некоторые результаты Вы уже назвали. Это присоединение Крыма, Севастополя, это работа в сложных внешнеэкономических условиях. Мы много говорим, но сейчас тоже можно и нужно об этом сказать, хоть это было в прошлом году, – это успешная и победная Олимпиада 2014 года, зимние Олимпийские игры в Сочи. Всё это – то, что было в прошлом году.

Но, конечно, я упомянул об этом, мы столкнулись и с определёнными внешними ограничениями, и это так или иначе сказалось на темпах роста, на нашем развитии, но в целом сейчас, мы тоже это видим, и рубль укрепляется, фондовые рынки растут. Нам удалось не допустить раскрутки спирали инфляции.

Давайте по некоторым конкретным цифрам. По итогам прошлого года реальный ВВП России вырос на 0,6 процента, то есть это небольшой, но всё–таки рост. Чуть больше выросло промышленное производство – на 1,7 процента, а обрабатывающая промышленность – на 2,1 процента. Обновлён рекорд добычи нефти, самый большой за всю новейшую историю – 525 миллионов тонн. Собран один из самых богатых и высоких урожаев зерновых в нашей тоже новейшей истории – 105,3 миллиона тонн. В целом сельское хозяйство дало очень хороший результат – 3,7 процента роста. В текущем году за первый квартал также наблюдается рост, и это не может не радовать.

Есть и положительная динамика по некоторым другим отраслям, например, химическая промышленность – 4,1 процента, производство минеральных удобрений – 4,2, и так далее. В то же время Вы совершенно справедливо обратили внимание на то, что есть и проблемы. Негативным сигналом стало сокращение капиталовложений малого бизнеса. В общем итоге инвестиции в основной капитал в прошлом году «просели» на 2,5 процента.

Между тем хорошие результаты достигнуты в жилищном строительстве. У нас рекордный – я хочу это подчеркнуть, действительно, строителям есть чем гордиться, – рекордный за всю историю Российского государства результат. Никогда, ни в советское, ни в постсоветское, думаю, что и в досоветское время, такого результата не было – примерно 81, а то, может быть, 82 миллиона квадратных метров жилья.

Наконец, удалось не допустить скачка безработицы. Она у нас, правда, подросла, в прошлом году, в середине, была 5,3–5,4, сейчас до 5,8 выросла, но всё–таки нам удалось сдержать этот рост. Наверняка об этом мы ещё поговорим.

Между тем по итогам прошлого года рост цен в потребительском секторе составил 11,4 процента. Конечно, здесь нет ничего хорошего, потому что это отражается на уровне жизни людей. Но в марте в три раза темпы роста инфляции упали. Располагаемые доходы населения прошлого года сократились на один процент, а заработная плата подросла на 1,3 процента. Мы, как вы знаете, проиндексировали пенсии: и социальные, и по старости. Но между тем экономическая неопределённость привела к росту оттока капитала. Здесь мы тоже должны это иметь в виду, хотя, если вопросы будут в этой части, мы можем подробнее на этот счёт поговорить. Здесь я ничего катастрофического тоже не вижу.

Несмотря на серьёзные перепады на финансовом рынке, банковский сектор России в 2014 году показал хорошую динамику. Портфель кредитов реальному сектору экономики возрос, но, что особенно приятно, в целом активы отечественных банков, отечественной банковской системы увеличились до 77 триллионов рублей и впервые превысили ВВП страны. Это очень хороший показатель стабильности и надёжности российской банковской системы.

Надо сказать, что и граждане, и юридические лица начали возвращать снятые объёмы денег или переведённые в валюту объёмы денег в конце прошлого – начале этого года. Так, вклады граждан в банках возросли на 9,4 процента, а хозяйствующих субъектов – на 40,6 процента в прошлом году и продолжают расти в этом. За январь вклады населения выросли еще на 2,8 процента – до 19 с лишним триллионов рублей. А организаций – выросли на 5,1 процента, до 26 с лишним триллионов рублей.

В целом нужно сказать, что мы прошлый год сверстали, если переходить к бюджетным вопросам, с небольшим дефицитом – 0,5 процента, и не допустили раскручивания, сползания в больший дефицит. То есть он есть у нас и предусмотрен в чуть больших размерах, но вполне приемлемых: на текущий год 3, 7процента планируется.

Одним из позитивных итогов 2014 года, безусловно, нужно назвать положительную демографическую динамику. Выросла рождаемость, сократилась смертность. Продолжает расти средняя продолжительность жизни в Российской Федерации, и это, безусловно, говорит о положительной динамике и настроениях людей в целом.

Это примерный обзор результатов за 2014–й и начало 2015 года.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, цифры, которые Вы привели, в большинстве своём касаются макроэкономики, и они достаточно позитивные. Но если говорить об уровне обычного человека и судить по вопросам, которые мы получаем, продолжаем получать на эту «Прямую линию», то всё не столь радужно, и проблем чрезвычайно много. Давайте подробнее поговорим об экономике, потому что это, в общем, основа основ.

Хотел бы начать с вопроса, который родился из не столь давней публикации в одном из изданий. Участник Вашей встречи с предпринимательским сообществом рассказал о том, что Вы предупредили бизнесменов на этой встрече, что санкции скоро не отменят, не стоит ждать скорой отмены. Во–первых, давайте всё–таки разберёмся, был такой разговор или нет, и если да, то всё–таки как Вы видите ситуацию.

В.Путин: Всё–таки Вы меня невнимательно слушали, Вы думали о том, чтобы задать вопрос, и прослушали некоторые вещи, которые я сказал. Я говорил о некоторых вопросах положительного характера, в том числе и о макроэкономике, которая чрезвычайно важна для того, чтобы выходить на более высокие рубежи развития. Но я также сказал, что у нас сократились доходы населения. Немножко подросла заработная плата, но в целом доходы населения сократились в связи с ростом инфляции, 11,4 процента. И я об этом сказал.

А что касается санкций, то действительно такой разговор у нас с предпринимателями был, я им сказал, что вряд ли сейчас стоит ожидать снятия санкций, потому что это вопросы чисто политического характера, это вопросы стратегического, я думаю, для некоторых наших партнёров, взаимодействия с Россией и сдерживания нашего развития.

Кстати говоря, мне кажется, напрямую уже это не относится и к событиям на Украине, потому что сейчас нужно выполнять минские договорённости. Мы–то всё делаем, чтобы выполнять, – киевские власти не спешат с этим, а санкции в отношении нас сохраняются.

Но дело не в санкциях. О чём я сказал предпринимателям? Я сказал о том, что дело не только в этих санкциях. Дело в том, чтобы нам самим внутри страны, в своём собственном доме, в экономике выходить на более совершенные способы управления этими процессами. И здесь, конечно, от нас самих очень многое зависит.

Вот мы сейчас сказали о ценах, мы сейчас сказали об уровне заработной платы. Но с чем это связано? Понятно, что это связано с давлением на рубль, с тем, что он подешевел. Это в свою очередь зависит от цены на нефть. Это хорошо известно, к сожалению, у нас такая однобокая экономика сложилась уже за очень долгое время, и изменить это достаточно сложно.

Но ведь мы что делали в последние годы? У нас опережающими темпами росла заработная плата. И она опережала темпы производительности труда. И вне зависимости от этих санкций курсовая коррекция была неизбежна. Неизбежна.

И на самом деле Правительству и Центральному банку эти санкции только помогли – можно сказать: «А, вот, мы из–за санкций вынуждены так себя вести». Не только из–за этого. А из–за того, что нам нужно более профессионально, и последовательно, и своевременно корректировать нашу экономическую политику. Это произошло, коррекция произошла.

И я хочу сейчас сказать вам, что это чрезвычайно важная вещь, на это, кстати, и рынки отреагировали, и инвесторы отреагировали: это элемент оздоровления нашей экономики и создание базовых условий для её дальнейшего развития. Поэтому санкции санкциями, они, конечно, вносят свой вклад (мы, наверное, об этом ещё скажем несколько слов, если будут вопросы) в наши сложности, но это всё–таки не главное.

К.Клеймёнов: Но всё–таки сколько терпеть, если говорить о санкциях? У нас возможен будет иранский вариант? Тегеран, как известно, под санкциями несколько десятилетий существует.

В.Путин: Россия – всё–таки это не Иран. У нас и страна побольше, и экономика побольше, и она гораздо более диверсифицирована, кстати говоря, чем в Иране. И мы не ведём такую политику в области энергоресурсов, которую проводит иранское руководство, по ряду причин, сейчас я не буду это анализировать и давать оценку. У нас всё–таки и энергетика – гораздо более рыночная отрасль производства и экономики, чем в некоторых других нефте- и газодобывающих странах. Поэтому сравнение не очень удачное.

А по поводу того, сколько и долго ли нам терпеть санкции, я бы вообще, если позволите, сказал бы иначе: не то что терпеть – нам нужно использовать ту ситуацию, которая складывается в связи с санкциями, для того, чтобы выходить на новые рубежи развития. Мы, может быть, и не делали бы этого. Но то же самое импортозамещение – мы вынуждены сегодня, мы будем делать, и я надеюсь, что это приведёт к развитию высокотехнологичных отраслей экономики большими темпами, чем это было раньше.

У нас был занят рынок для наших собственных сельхозпроизводителей внутри самой страны, внутри самой России, особенно после вступления нашей страны в ВТО, а теперь мы его очистили. Да, это имеет и негативные последствия с точки зрения вклада в инфляцию продовольственной товарной группы, это правда. И вот, действительно, здесь придётся потерпеть, но неизбежен рост внутреннего сельхозпроизводства, просто это произойдёт по факту, особенно при поддержке государства, а она есть.

Я знаю, что сельхозпроизводители недовольны, наверняка они и в студии есть, и будут вопросы в эфире. Мы поговорим об этом, но всё–таки поддержка есть. И собственное производство, обеспечение продовольственной безопасности страны – чрезвычайно важная вещь. Они будут на нашем рынке. Но мы ввели бы или не ввели такие ответные действия, если бы не было санкций? Нет. А сейчас мы это сделали.

М.Ситтель: Да, Россия – сильная нация, и мы потерпим. Это я просто по памяти вспоминаю ремарки из многих смс из регионов: и фермеры, и производители говорят о том, что главное, чтобы санкции сейчас не отменили, потому как мы начинаем наращивать собственное производство. Если сейчас отменят, то будет катастрофа.

Мы вернёмся к этой теме, но в то же время, знаете, есть несколько вопросов, люди вспоминают Вашу большую пресс-конференцию, которая была полгода назад, и там Вы сказали, что для восстановления экономики потребуется два года. Вы бы сейчас как–то подкорректировали свой прогноз?

В.Путин: Может быть, быстрее. Но то, что мы сейчас видим и с укреплением рубля, и с ростом рынков, и по некоторым другим позициям, я думаю, что, может быть, это произойдёт и быстрее, но где–то в районе примерно двух лет, мне кажется. В этом году ещё мы прогнозируем определённый спад производства, включая все факторы, но мы и на начало этого года исходили из того, что спад производства будет существенным. Этого не произошло.

Хочу вам сообщить, что по последним данным, если мы возьмём март к марту – промышленное производство, то уровень промышленного производства, по сравнению с мартом 2014 года сейчас, в этом марте составляет 99,4 процента, а за первый квартал к кварталу – 99,6 процента.

Практически спада промышленного производства на начало этого года нет. Он возможен, но это зависит от ключевой ставки, зависит от экономической политики Правительства и государства в целом, от многих факторов. Но надо сделать всё, чтобы эта положительная динамика, которую мы сейчас видим, она сохранилась всё–таки и была ускорена.

К.Клеймёнов: Сейчас, когда санкции, антисанкции – это реальность, в которой мы живём, нет ли у Вас ощущения, что что–то можно было сделать иначе?

В.Путин: Наверное, всегда можно сделать что–то иначе. Было бы лучше, я не знаю. Я считаю, что мы поступили оптимальным образом.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, всё–таки очень важный вопрос: хватит ли у нас сил и ресурсов?

В.Путин: Вы знаете, вопрос даже не в силах, ресурсов у нас точно достаточно, и самое главное – человеческих ресурсов, таланта людей, готовности работать, настроя на эту работу. Я много общаюсь с людьми, знаю внутренний настрой, особенно когда говорят о санкциях, но не хочу показывать всяких жестов – вы догадываетесь, какие жесты от рядовых граждан исходят.

Но наша задача, задача Президента, Правительства, Центрального банка, руководителей регионов в том, чтобы пройти этот период с наименьшими потерями. Можно это сделать или нет? Да, можно, и дело не в том, чтобы терпеть. Дело в том, чтобы использовать это себе на пользу. И мы можем это сделать.

М.Ситтель: А какие новые угрозы могут возникнуть в этом году перед нашей страной?

В.Путин: Знаете, очень много угроз, которые мы не можем предсказать, но если мы будем сохранять устойчивую внутриполитическую ситуацию, будем сохранять вот такую консолидацию общества, которую мы сейчас наблюдаем, то нам никакие угрозы не страшны.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, я всё–таки про негативные моменты хочу поговорить. Кризис налицо. Существует программа мер по его преодолению, выработанная властями, но, если честно, пока не видно, как это работает. И иногда складывается впечатление, что главная стратегия заключается в ожидании отскока нефтяных цен: вот сейчас они подрастут, деньги начнут прибывать в бюджете, и все проблемы решатся сами собой.

В.Путин: Это такая, избыточно критическая, оценка деятельности Правительства. Конечно, Правительство всегда надо критиковать, и Президента надо критиковать, и губернаторов надо критиковать, и всех надо критиковать. Вообще, когда критика есть, она заставляет взглянуть на окружающую действительность свежим взглядом, всегда по–другому, это полезно.

Но всё–таки принять план по стабилизации социально-экономической ситуации в стране в таких условиях – это непростая и очень высокопрофессиональная задача. Такие вещи нельзя делать с кондачка. Нельзя разбрасываться деньгами, полагая, что у нас их немерено.

Поэтому, конечно, потребовалось какое–то время Правительству для того, чтобы понять, что нужно делать, как нужно делать и какими силами и средствами мы это сделать можем. Но этот план, о котором я сказал, он принят всё–таки в конце декабря прошлого года, сейчас он постепенно запускается.

Можно было бы побыстрее или нет? Наверное, можно было бы пошевелиться побыстрее, это правда. Тем не менее мероприятия этого плана достаточно продуманы, и считаю, что адекватно отражают современное состояние нашей экономики. Что я имею в виду? Во–первых, план масштабный, предусмотрено на его реализацию 2,3 триллиона рублей, это очень большие средства, из них 900 миллиардов рублей напрямую для поддержки банковской системы, а она, как известно, как говорят некоторые специалисты, это кровеносные сосуды всей нашей экономики. Как бы кто ни критиковал Правительство и Центральный банк, всё–таки надо признать, что эти действия правильные, оправданные, это показал и предыдущий кризис 2008–2009 годов.

Кроме этого, 250 миллиардов предусмотрены для реального сектора экономики, тоже через банки, но фактически транзитом прямо в реальный сектор экономики. Принято решение докапитализировать ОАК, то есть направить 100 миллиардов рублей в область авиастроения, 82 с лишним миллиарда выделяется на поддержку рынка труда, 200 миллиардов плюс 30 – на гарантии в реальный сектор экономики и под конкретный проект.

Центральный банк целый пакет мер предусмотрел, я считаю, своевременных и необходимых экономике в целом. Мы, как я уже сказал, проиндексировали пенсии уже в начале этого года. В налоговой сфере принят ряд решений, о которых, наверное, мы ещё поговорим. По сельскому хозяйству программа отдельная разработана поддержки; по внутренним перевозкам – скажем, по железнодорожному [транспорту]: там тоже ещё не всё решено, но тем не менее принято решение обнулить НДС на пригородные железнодорожные перевозки; снизить до 10 процентов НДС на внутренние авиаперевозки снизить и так далее. То есть целый набор, большой набор мер, и они начинают реализовываться.

Сказать, что мы не видим результата, тоже, наверное, не совсем справедливо. Я понимаю, и цены пока держатся, хотя за март они уже начали сокращаться, это тоже факт, – не во всех регионах, может быть, но в целом по стране это очевидная вещь. И рубль стабилизировался и укрепился. Поэтому сказать, что уж совсем ничего нет, это было бы несправедливо. Может быть, ожидания большего эффекта были, но я поэтому и говорю, что нужно исходить из реалий, выбрать правильное направление движения – считаю, что оно Правительством выбрано, мы по этому пути и пойдём.

К.Клеймёнов: Но укрепление рубля всё–таки имеет другую природу нынешнюю, по всей видимости.

В.Путин: Вы так думаете? А какую?

К.Клеймёнов: Во–первых, цены на нефть слегка подросли и застыли. И потом, существует спекулятивный момент, потому что деньги переносятся просто сейчас в рубли в силу того, что процентные ставки по рублям существенно выросли.

В.Путин: Так а почему они выросли по рублям? (С м е ё т с я.)

Цены на нефть действительно подросли немножко. Но и эксперты уже это видят, укрепление рубля связано, конечно, с ценами на нефть, но такое укрепление, с таким повышением уже напрямую не коррелируется.

Там есть другие факторы, а я уже о главном из них сказал. Эксперты видят, что мы прошли пик проблем – с выплатой внешних кредитов нашими банковскими и другими предприятиями из реального сектора, мы провели корректировку курса национальной валюты. И ничего не лопнуло, и всё работает.

Да, у нас есть сложности – инфляция подросла, чуть-чуть подросла безработица, – но не так, как в еврозоне – там 11 с лишним процентов, у нас всё–таки 5,8 пока. Поэтому это всё является определённым вкладом в укрепление национальной валюты.

М.Ситтель: Давайте подключать к нашей беседе россиян. Мы, так или иначе, будем внедряться по разным темам. Поэтому, пока Правительство работает над антикризисным планом, людей волнуют цены – цены на жильё, на лекарства, на продукты.

В.Путин: Извините, можно сразу маленькую корректировку? Правительство закончило работу над антикризисным планом. Сейчас задача – реализовывать его в жизнь.

М.Ситтель: Хорошо.

Приморский край, Воронцова Наталья Константиновна: «У нас сейчас очень сильно поднялись цены, зарплата осталась на том же уровне и даже понизилась, имеют место массовые сокращения. Мы теперь не живём, а выживаем. До каких пор это будет продолжаться?»

В.Путин: Мы уже, собственно, об этом начали говорить. Действительно, и я об этом сказал в самом начале, уровень реальных доходов населения в связи с инфляцией, которая у нас скакнула до 11,4 процента в прошлом году, определённым образом понизился. Это мы должны будем учитывать в своей социальной политике, оказывая поддержку прежде всего, конечно, незащищённым слоям населения, тем гражданам, которые испытывают особые сложности.

Вторая важнейшая задача – сохранить рабочие места. Я уже сказал, что определённые ресурсы, это 82 с лишним миллиарда рублей, предусмотрены для сохранения рабочих мест. И если это потребуется, то эти деньги будут использоваться. Так же как и надеюсь на то, что вот эта тенденция по снижению уровня инфляции, во всяком случае темпов её роста, сохранится, в том числе и в связи с укреплением национальной валюты.

М.Ситтель: Спасибо.

Давайте дадим возможность гостям из нашей студии задать вопрос.

О.Ушакова: Владимир Владимирович, у нас в студии сегодня собралось большое число представителей малого бизнеса, и, конечно же, у них много вопросов. Сейчас я хотела бы дать возможность задать один из них предпринимателю из Нижнего Тагила, владельцу мобильной кондитерской Сергею Партину. Пожалуйста.

С.Партин: Добрый день, Владимир Владимирович!

Добрый день, вся Россия! У меня право первого вопроса, спасибо.

Вопрос, значит, в следующем. Прежде всего я хочу сказать, что меры поддержки молодых предпринимателей и начинающих эффективно работают. Мы тому пример. Открыли два года назад производственную фирму и в этом году стали лучшим молодёжным бизнес-проектом России. Поэтому не опускаем руки, работаем эффективно, чего и всем желаем.

У нас существует трудность с молодыми кадрами, мы её решаем локально. Она заключается в том, что молодёжь, закачивая школу и даже вуз, они так и не знают, в чём их талант, какую пользу они могут принести России, чем они хотят заниматься. Поэтому вопрос такой. Как на государственном уровне у нас будет решена проблема ранней профориентации молодёжи? Спасибо.

О.Ушакова: И Вы готовы поделиться своим опытом, как я понимаю.

С.Партин: Да, я уже сказал, что есть определённые наработки, и они очень круто работают.

В.Путин: А что вы производите?

С.Партин: Сейчас мы занимаемся сладостями и расширяемся франшизой, учим людей классно готовить, детей и взрослых.

В.Путин: Ну вот видите, это самый лучший пример того, что и как нужно делать. Вообще подготовка профессиональных кадров, особенно в сфере производства, является одним из ключевых элементов роста на ближайшее время, потому что само производство усложняется и, конечно, нам нужны прежде всего высококвалифицированные рабочие кадры.

Мы очень много работаем по этому направлению с объединениями предпринимателей – и с теми, кто представляет малый и средний бизнес, и с теми, кто представляет крупные предприятия. Договорились с ними о целом наборе мер, совместных действий. Это и компетенции в различных областях, это совместная работа по организации производственной практики и так далее. Без этого просто невозможно двигаться [вперёд], очевидный факт. У Правительства есть целая программа работы по этому направлению.

Но, конечно, Вы абсолютно правы, лучше бы начинать эту профориентацию на самой ранней стадии, ещё в школе. Вот я вчера с коллегами обсуждал: в крупных городах, таких как Москва, чуть ли не 100 процентов стремится поступать в высшие учебные заведения. Тяга к знаниям, кстати говоря, это очень хорошая вещь, но это в том числе говорит о том, что у нас плохо организована та самая профориентация (ещё на школьном уровне), о которой Вы сказали. Будем работать вместе с Вами.

К.Клеймёнов: Давайте дадим возможность задать гостям ещё вопрос. Валерия, пожалуйста.

В.Кораблёва: Я хотела бы предоставить слово Алексею Кудрину. Бывший министр финансов, человек с огромным авторитетом, дважды мировым экспертным сообществом признавался лучшим министром финансов в мире.

Алексей Леонидович, Ваш вопрос.

А.Кудрин: Добрый день, Владимир Владимирович!

В.Путин: Здравствуйте.

А.Кудрин: Я тоже об экономике.

В.Путин: Понятно.

А.Кудрин: Первый Ваш президентский срок характеризовался тем, что экономический рост был в среднем ежегодно около 7 процентов, при этом цена на нефть в среднем была около 30 долларов за баррель. А вот нынешний президентский срок, даже при цене на нефть, если она будет 65–70 долларов, экономический рост в среднем будет около 1,5 процента ежегодно, в среднем. То есть на годы падения нужны будут годы роста, но в среднем это будет около полутора процентов, то есть это ниже, чем экономический рост в мире.

Доля российской экономики в мире будет уменьшаться. У нас будет недостаточно инвестиций в технический прогресс, модернизацию. Мы в техническом плане тоже будем за этот период отставать от мира. К сожалению, это может привести к ослаблению обороноспособности, поскольку главный фактор обороноспособности – это состояние экономики и технический уровень. И, что бы мы сегодня ни говорили, что мы справимся, те цифры, о которых я сказал, до 2018 года, – практически свершившийся факт. И мы в этот период, к сожалению, будем отставать от мира.

Вы также в своих ответах сказали, что Правительство уже делает какие–то корректировки. Мне кажется, корректировками здесь нельзя выправить ситуацию. Старая модель роста изжила себя, а новая пока не просматривается.

Что Вы готовы сделать, чтобы мы смогли создать новую модель роста?

В.Путин: Уважаемый Алексей Леонидович! Мы с Вами не только вместе очень много лет работали, но и у нас очень добрые, если не сказать, практически дружеские отношения. Я Вашу позицию хорошо знаю. И Вы сейчас точно изложили прогноз, очень близко к тому, что может происходить.

Во–первых, Вы были одним из авторов программы развития страны и экономики до 2020 года. 2020 – программа известная, и там ничего кардинально не поменялось. Если мы что–то с Вами не предусмотрели, то это, наверное, и наша с Вами, в том числе и Ваша, вина.

Но надо исходить из реалий сегодняшнего дня и смотреть, Вы правы, на то, что происходит в мире, в нашей экономике. И здесь рецепты известны: нам нужно создавать лучшие условия для работы бизнеса, нам нужно создавать лучшие условия для частных инвестиций, нам нужно совершенствовать свою кредитно-денежную политику, нам, безусловно, нужно значительным образом улучшить систему управления в стране в целом, в Правительстве и в отдельных отраслях, нужно совершенствовать работу правоохранительной сферы и судебной системы. Это многовекторная задача. И легче перечислить, чем всё это сделать, но, безусловно, делать нужно, как у нас в народе говорят: глаза боятся, а руки делают. Нам нужно так и делать.

Безусловно, есть вещи, которые в общем и целом хорошо известны, но, как в таких случаях говорят, требуется какая–то политическая воля. Вы знаете, что мы, несмотря на достаточно напряжённые условия, всё–таки предпринимаем определённые усилия как раз в том направлении, которое рекомендуется и Вами, и теми людьми, которые разделяют Ваши взгляды на развитие экономики.

В частности, допустим, Правительство в этом году заморозило некоторую социальную индексацию. Я знаю, что Ваши коллеги, те, которые Вашей точки зрения придерживаются, говорят, что этого недостаточно, надо ещё больше это сократить, надо больше заморозить, а может быть, сократить доходы граждан, слишком сильно у нас растут зарплаты, нужно как можно быстрее повысить пенсионный возраст, иначе нам не сбалансировать пенсионную систему, в которую мы постоянно вынуждены из бюджета и из резервных фондов направлять огромные средства. Это всё мешает нашему развитию. По сути, теоретически это, конечно, правильно. Для того чтобы грамотно выстроить экономическую политику, безусловно, нужно иметь голову. Но, если мы хотим, чтобы люди нам доверяли, нужно иметь ещё и сердце и нужно чувствовать, как рядовой человек живёт, как это на нём отражается.

Если мы сохраним доверие граждан, то они тогда будут поддерживать всё, что мы делаем, и где–то, как коллеги говорят, готовы будут и потерпеть. А если мы будем действовать, не обращая внимания на то, что происходит в реальной жизни, тогда, мне кажется, мы очень быстро можем скатиться к ситуации начала 90-х годов, когда будет утрачено, по сути, доверие к власти и мы будем вынуждены затыкать возникшие социальные проблемы гораздо большим количеством денег, чем предусмотрено сейчас на реальное, пусть скромное, но всё–таки движение вперёд, так, как это было, допустим, при монетизации льгот, когда мы сделали шаг резкий, а потом вынуждены были вытащить из государственного кармана огромные ресурсы и деньгами всё заливать. Чтобы этого не происходило, мы пойдём по такому пути, который сейчас предлагают нам Правительство и Центральный банк. Я считаю, что этого достаточно.

Приведёт ли это к серьёзному отставанию, это надо ещё посмотреть. Ведь посмотрите, государственный долг Соединённых Штатов уже стал выше, чем ВВП страны. Это, вообще, очень тревожная штука, это тревожный сигнал не только для Штатов, но и для всей экономики. Как там будет ситуация развиваться, мы пока не знаем.

В еврозоне вон сколько проблем. Она там трещит по швам. Что там будет с этими странами-должниками, у которых долг 174 процента к ВВП? Что там будет в целом? Справятся ли лидеры еврозоны с теми, кто отстаёт? Тоже неизвестно. Поэтому мы, безусловно, будем руководствоваться соображениями прежде всего обеспечения высоких темпов роста, но делать это будем так, чтобы не накладывать чрезмерную нагрузку на плечи наших граждан. Ну а Алексей Леонидович, все это хорошо знают, может быть, не все, но Алексей Леонидович знает, он член Экспертного совета при Президенте Российской Федерации. Вы знаете, с каким уважением мы относимся к Вашему мнению, и я в том числе, говорю это без всякой иронии, и, безусловно, будем к Вам прислушиваться.

А.Кудрин: Владимир Владимирович, можно одну деталь уточнить?

В.Путин: Можно.

А.Кудрин: Дело в том, что одной из структурных реформ действительно является реформа социальной сферы. Но не совсем точно сказать, что я или мои коллеги предлагают сократить доходы или остановить рост заработной платы. Одной из идей является адресная социальная помощь. То есть в нынешней ситуации кому–то нужно платить больше не в рамках какого–то среднего коэффициента повышения зарплат или роста пособий, а кому–то действительно в этот момент можно проиндексировать меньше. Разный подход в зависимости от дохода в семье является более эффективным в среднем даже до кризиса или в межкризисный период, и в момент кризиса тем более. Это первое.

Второе, всё–таки наши предложения касаются того, чтобы инфляция так не росла. Мы сегодня имеем инфляцию, она сейчас в начале апреля к апрелю прошлого года за год 17 процентов составила. Этого скачка могло бы не быть при других разумных мерах, и тогда бы не падал так жизненный уровень, реальные доходы сейчас. Помните, я говорил, что не может зарплата обгонять рост производительности труда? А сейчас произошла та самая корректировка. Если бы у нас зарплата росла за ростом производительности труда, может быть, такая корректировка была бы меньше, только эти уточнения я хочу сделать. И, конечно, президентский совет, президиум президентского совета работает, мне кажется, слишком вяло, надо работать активнее.

И плюс, Владимир Владимирович, ещё одно уточнение: «Стратегия-2020» была разработана, но не принята ни Правительством, она осталась проектом, и сегодня из неё взято в разных мерах Правительства примерно 25 процентов, то есть она сегодня не работает. Почему я и говорю: с учётом нынешней ситуации нам нужна программа, в которой чётко были бы сказаны те рубежи, на которые мы можем выйти, невзирая на санкции, которые у нас есть в стране.

Спасибо.

В.Путин: «Программа-2020» – это всё–таки ориентир нашего развития, и её никто не отменял. Что касается адресности социальной помощи, то я с Вами полностью согласен, и Правительство имеет поручение над этим поработать.

В отношении опережающего роста зарплат по сравнению с производительностью труда – я уже свою позицию по этому поводу высказал и считаю, что Вы тоже правы, просто на практике это всегда осуществить сложнее, чем в разговорах, даже в прямой линии, напрямую с народом, потому что уровень заработных плат, уровень доходов населения, особенно в такой сфере, как школьное образование, слишком низкий, для того чтобы рассчитывать на реальный результат.

Правда, это приводит к перекосам, которые мы сейчас имеем, да, такое бывает, но в целом надо стремиться к тому, чтобы уровень заработной платы, как в некоторых отраслях экономики у нас всё–таки это имеет место быть, чтобы он подрастал к росту производительности труда, а не наоборот. Это точно.

М.Ситтель: Сохранить уровень доверия граждан, о чём Вы сказали несколько минут назад, – это очень важно, и в этом Вам готовы помочь даже сами россияне, потому как они сами обращают Ваше внимание на то, что своими непродуманными действиями власти сами стимулируют, например, необоснованный рост цен. Я говорю сейчас о теме антисанкций и о том, что их очень выгодно обошли. Вот, например, два СМС-сообщения: «Почему обещали импортозамещение, а на деле покупаем то же, но только через «друзей»?» «Друзья» здесь взяты в кавычки, то есть через другие руки пустили импортные потоки. И другое СМС-сообщение: «Несмотря на эмбарго, мы продолжаем есть польские яблоки и капусту, они не исчезали с прилавков, нет. В сентябре мы их ели по 35 рублей, а зимой уже по 85. Просто обидно за обман – они приходят в тех же ящиках, только без этикеток или с этикетками других стран, и все продавцы знают эти польские яблоки в лицо».

В.Путин: Хорошо бы нам в лицо ещё знать тех на таможне, кто пропускает эти ящики. Если это так, а я допускаю, что так может быть, мы постараемся с этим бороться. Если по–честному сказать, то это ситуацию даже несколько смягчает на продовольственном рынке, а вот, как я уже сказал, по–моему, рост цен именно на продовольственные товары в связи с нашими ответными действиями и даёт такой большой вклад в рост цен и в инфляцию. Но это значит элемент недобросовестного отношения к своему делу. Вы мне дайте, где это всё происходит.

Но самое главное – это не бороться с этими негативными, абсолютно жульническими проявлениями, а самое главное – поддержать рост своего собственного сельского хозяйства, чтобы уже экономическим способом, при определённом административном давлении, связанном с антисанкциями, вытеснить иностранные товары с наших прилавков и чтобы отечественные производители заняли там своё достойное место.

К.Клеймёнов: Давайте продолжим тему сельского хозяйства.

Вот одно из СМС-сообщений, подтверждающее то, о чём говорила Маша. «Уважаемый Владимир Владимирович, – сообщение пришло от Юрия Ланга из Новосибирской области, он как раз работает в сельском хозяйстве, – к Вам просьба сельскохозяйственных производителей: не отменяйте, пожалуйста, санкций в отношении зарубежных товаропроизводителей, дайте нам собственными силами заполнить рынок своей экологически чистой продукцией. Боюсь, что наши рынки будут завоёваны зарубежным товаром». У нас есть возможность понять, насколько эти настроения разделяют коллеги Юрия и в другой части страны. У нас на связи сейчас Костромская область, деревня Степаново. И там работает наш коллега Павел Краснов.

П.Краснов: Здравствуйте, Москва! Это село Степаново, Костромская область. И находимся мы сейчас действительно в одном из таких крестьянских хозяйств, каких в России, наверное, многие тысячи. Этот животноводческий комплекс, строения которого нас окружают, – это детище местных фермеров. Здесь, в Степанове, трое фермеров объединились, чтобы заниматься вместе производством мяса и молока. И вот получилось в результате такое хозяйство. Быть может, сравнительно небольшое, но, повторюсь, похожее на множество других в стране. И вопросы, которые здесь волнуют фермеров, наверняка те же самые, что интересуют их коллег из других регионов России. Вопросы эти, конечно, касаются сельского хозяйства, его поддержки. Но гораздо лучше об этом скажут профессионалы, предоставим им слово.

Пожалуйста, Вы хотели высказаться, будьте добры, представляйтесь, задавайте свой вопрос Президенту.

М.Румянцев: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Я фермер Румянцев Михаил Иванович, занимаюсь молоком. Вопрос у меня касается господдержки. Программ по селу у нас разработано множество, даже, может быть, очень много. Но деньги, когда приходят к нам, в область, почему–то расходятся больше крупным товаропроизводителям, крупным фермам, инвесторам. И нам, простым фермерам, остаются какие–то маленькие крохи. Хотелось, чтобы эта несправедливость была в ближайшее время устранена.

Спасибо.

В.Путин: Я в целом сейчас скажу о том, что делается в области сельского хозяйства и поддержки сельского хозяйства. Сейчас только ведущий зачитывал один из вопросов от Вашего коллеги, который занимается сельхозпроизводством, он говорил о том, чтобы мы держали рынок свободным от иностранных товаров. Есть и другая сторона медали, которая связана с потребителями, которые хотят, чтобы товары на прилавках были и были нужного качества и по приемлемой цене. Поэтому государство вырабатывает и выработало целую систему мер поддержки сельского хозяйства в целом. Это и меры налоговой поддержки, известные два варианта: упрощённый налог или второй налог. Вы по какому налогу платите, по какому варианту?

М.Румянцев: Сельхозналог.

В.Путин: По единому сельхозналогу, да? Но в этом году выработаны дополнительные меры поддержки. В чём они заключаются? Первая из них (и я считаю, что наиболее существенная) – это увеличение субсидирования по кредитам, которые предприниматель берёт в оборотный капитал. Раньше это было всего 5,5 процента, такая субсидия, – теперь 14,7 процента. То есть если вы берёте кредит в банке, допустим, под 20 процентов, это значит минус 14,7. Правда, если уже 25 процентов, то даже получается конечная ставка – 10,3. Но надеюсь, что, после того как Банк России будет принимать меры по снижению ключевой ставки, и здесь будет определённое облегчение.

50 миллиардов выделено дополнительно на поддержку села в этом году. Плюс четыре на то, чтобы брать в лизинг технику. Из них, по–моему, два миллиарда – в «Росагролизинг». Есть и такие как, например, увеличение погектарной поддержки. Там у нас, по–моему, было 14 с чем–то миллиардов, 14,5, – сейчас 8,5 ещё добавили.

Теперь поддержка малых предприятий на селе, в том числе такого, как Ваше. Начинающим фермерам мы рекомендовали, деньги выделяются из федерального бюджета, но рекомендовано регионам по два миллиона фермерам давать.

Вы правильно сказали: целый набор мер поддержки. Но почему до малых предприятий это не доходит, мне очень трудно сказать. Надо смотреть исходя из того, что у вас конкретно происходит в регионе. Но то, чем Вы занимаетесь, конечно, это сложный вид сельхозпроизводства, и Правительство должно будет ещё подумать, что сделать дополнительно для поддержки тех, кто занимается производством молока. Сегодня закупочные цены часто ниже, чем себестоимость. Я это прекрасно понимаю, мы знаем об этом, мы будем стараться вам помочь.

Что касается ситуации конкретно на Вашей ферме и ситуации в регионе, мы посмотрим повнимательнее, с губернатором поговорим. Это какой регион?

М.Ситтель: Костромская область, деревня Степаново.

У нас есть фермеры, они представлены ещё здесь у нас, в нашей студии, поэтому в продолжение темы давайте дадим возможность задать вопрос из студии.

Д.Щугорев: На самом деле, сколько ни общаюсь с фермерами, это люди, несмотря ни на что – там много «несмотря», – с неубиваемым оптимизмом. Вот, например, простой русский фермер с простым русским именем Джон. Приехал в Россию 23 года назад, гражданин России, кстати, с 1997 года. Мы с ним пообщались – с удивлением для себя, кстати, узнал, что за всё существование его фермы она ни копейки не принесла дохода за все эти годы.

Джон, Вам слово.

Д.Кописки: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Добрый день!

Д.Кописки: Сегодня у нас есть 3700 голов, 1700 – дойных. Надой от каждой коровы в год – 10 тысяч литров молока. Продаём молоко ниже себестоимости, денег в запасе нет. Сейчас, после известных конфликтов, себестоимость выросла. Сегодня мы должны продавать наше дойное стадо, потому что у нас нет денег, вообще денег нет.

Я не могу развивать хозяйство и строить новые фермы, потому что у меня нет прибыли. 15 лет я уже работал на этот бизнес. Я не могу развивать хозяйство, если у меня не будет долгосрочного кредита не только на 15 лет, даже на 20 лет. И после этого – если банк даже готов давать эти деньги (потому что добрые дела у Вас, а банки – это другое дело), я не могу развивать хозяйство, потому что банк требует залог не меньше, чем 120 процентов, даже у моего коллеги напротив 200 процентов. Обеспечение собственными средствами кредитов – в объёме 30 процентов. И даже, как Вы сказали только что, 26 процентов. Дай бог, мы можем получить 13 процентов… Если так, у меня вопрос, когда? Два года назад, я должен подождать 11 месяцев. Каждый день проходит – банкротство, если так.

У Вас есть статистика. Кажется, всё хорошо, но, простите, это не так. Пожалуйста, извините меня, если мой вопрос резкий, но у меня пять детей, я люблю Россию. Их родина – это Россия. Я должен быть уверенным в их будущем в России. Мой сын сейчас два года работал в Англии, он очень хочет вернуться, но он не хочет руководить моим молочным хозяйством. Он сказал: папа, я не дурак. Будущее можно построить только на правде. Проблемы можно решить, только зная реальные факты.

Простите, мой вопрос: Вы верите в статистику, которую Вам показывают, или они врут, потому что они боятся сказать Вам правду? Я не люблю статистику.

В.Путин: Как Вы здесь [в России] оказались – шерше ля фам? Это называется: «Ищите женщину».

Д.Щугорев: У Джона русская жена.

Д.Кописки: У меня русская жена 23 года, все русские у меня.

В.Путин: По поводу доверия или недоверия к статистике. В каждой стране есть претензии к статистике, но я тем цифрам, которые мне дают, доверяю. Если Вы обратили внимание, то, отвечая, по сути, Вашему коллеге, который из Костромы сейчас задавал вопрос и занимается тоже производством молока, я ему сразу сказал, что закупочные цены сегодня на молоко ниже себестоимости, и это создаёт проблемы. Это данные статистики. Поэтому у меня нет оснований не доверять этой статистике.

Вопрос в том, что сделать для того, чтобы ситуация улучшилась? Один из этих шагов, я его тоже назвал, – мы приняли решение, Правительство приняло решение об увеличении субсидирования ставок по кредитам в оборотный капитал. Но ведь всё–таки Вы столько лет занимаетесь сельским хозяйством и продолжаете это делать – это значит, что, если бы всё было так плохо, наверное, уже давно лопнуло это дело, а оно же существует.

Есть, конечно, вопрос, связанный с сухим молоком, которое завозится в большом количестве, и всё время говорят о большом количестве этого молока, завозимого, скажем, из Белоруссии, и это в конечном итоге понижает цены в самой России. Здесь, так же как и в любом экономическом объединении, мы, конечно, с нашими партнёрами должны будем разбираться, по–честному друг с другом разговаривать, и выяснять, и договариваться о единых способах и едином уровне субсидирования сельского хозяйства и его отдельных отраслей, в том числе и молочного производства. Первое.

Второе – мы, конечно, должны будем увеличить поддержку. Я думаю, что Правительству придётся это сделать – увеличить поддержку, в том числе вот этому конкретному направлению, если мы хотим иметь собственное молочное производство.

Но есть ещё одна составляющая – Вы сказали о надоях. Я сейчас не берусь сказать, хороши ли Ваши надои, но в целом в России надои пока низковатые. По сравнению с другими странами, производство–то, так скажем, малоэффективное. Сколько у нас надои в среднем по стране? Сколько у Вас?

Д.Кописки: У меня больше, чем 10 тысяч литров, – 29 литров каждый день. По–моему, если брать статистику, можно сказать, у фуражной коровы, если у нас будет правильная статистика на фуражную корову, – мы не можем, сидя здесь сегодня, сказать: средние надои в России сегодня меньше, чем 5 тысяч литров. У нас больше.

К.Клеймёнов: Вдвое больше.

Д.Кописки: Потому что у нас не так много фуражных коров. А это неправильно, потому что Вы должны руководить. Особенно молочный бизнес, простите меня, это очень важно.

В.Путин: Важно, важно.

Д.Кописки: Где реальность?

В.Путин: Важно, я согласен. Реальность – она понятна. Вам кажется, что мы – и я, и Правительство – не знаем реалий. Мы знаем эти реалии, и очень надеюсь на то, что Правительство примет соответствующие решения, как я уже сказал.

Может быть, недостаточно того, что сделано, но уже сделано немало, это связано с определёнными ограничениями, в том числе и бюджетного характера, и мы должны между различными отраслями это регулировать, хотя сельскохозяйственное производство сегодня у нас в известной степени является приоритетным. Я имею в виду, что мы рынок освобождаем для собственного сельхозпроизводителя. Будем этим заниматься вместе с вами, посмотрим.

А что качается статистики, то я бы всё–таки склонен был ей доверять скорее, чем не доверять.

К.Клеймёнов: Спасибо. Давайте ещё один вопрос услышим из Костромской области. Павел, пожалуйста.

П.Краснов: Конечно, у нас есть ещё вопрос, мы даже приготовили здесь своего рода наглядное пособие, бутылка молока местного производства, из Степанова, и это не случайно. Прошу Вас, какой Вы хотели задать вопрос?

С.Смирнов: Здравствуйте, Владимир Владимирович, мы Вас приветствуем своим коллективом. Здравствуйте, граждане России.

У нас хозяйство небольшое, но определённую толику своей работой мы вносим также в благосостояние нашей страны. Мы производим молоко, производим мясо. К сожалению, в настоящий момент очень трудно нам продать свой продукт, донести его до покупателя. Поэтому вкратце и два вопроса.

Первый вопрос связан с тем, что есть так называемая социальная сфера: это детские сады, школы, дома-интернаты и так далее. Хотелось бы, чтобы наш продукт попадал непосредственно в эти учреждения, потому что молоко качественное. Порошок [порошковое молоко] – это, конечно, хорошо, но его надо где–то там купить, сделать. Мы доим настоящее, цельное молоко, и нам очень трудно конкурировать с теми, кто покупает и продаёт. Мы этого не делаем, мы производим и хотим сами продавать. И хотим, чтобы какая–то квота нам, как чисто сельхозтоваропроизводителю, в этой нише была отведена, пусть даже небольшая, это первое.

Второе, нам хочется напрямую дойти до своего покупателя, быть ближе. Хочется, чтобы была организована своя торговля, пусть она будет небольшая, пусть это будут ларьки, автомобильные передвижные лавки, но мы хотим продавать покупателю свой продукт, минуя большие сети, перекупщиков и так далее.

Всё очень просто: мы за литр молока на заводе получаем 16–17 рублей, когда продаём, а в магазине отборное молоко, такое же, как у меня в руках, стоит 72 рубля и больше. Вопрос: кто зарабатывает больше, тот, кто продаёт, или тот, кто производит?

Поэтому хотелось бы, чтобы всё–таки фермер имел возможность выйти напрямую на своего покупателя, а покупатель нашёл своего фермера.

Спасибо.

В.Путин: Что касается себестоимости и цены закупки, мы уже говорили, безусловно, здесь есть проблемы, и над этим, вне всяких сомнений, нужно работать.

По поводу реализации вашего продукта – молока. Мы уже много раз говорили, даже принимали специальные решения на законодательном уровне об обеспечении интересов сельхозтоваропроизводителей, о месте их товаров на полках торговых предприятий и так далее. Если этого недостаточно, можно к этому вернуться и ещё раз на это посмотреть.

По поводу использования молока в социальных учреждениях, в детских садах, школах и так далее. Эти вопросы должны решаться на региональном и местном уровне. Надеюсь, что губернатор нас слышит, так же как и другие губернаторы, и будет это учитывать.

Правда, в этом случае всё равно нужно будет смотреть на уровень цен, потому что если это делает регион, если он целенаправленно закупает какой–то товар, в данном случае этот [молоко], то, конечно, будут смотреть (нужно тратить бюджетные средства, а они всегда ограничены), сколько можно потратить на тот или иной продукт.

И наконец, последнее Ваше предложение, или идея, о том, чтобы иметь свои торговые точки. Вы имеете в виду в крупных населённых пунктах, в городах где–то, да?

С.Смирнов: Да, это касается городов.

В.Путин: Да. И я так понял. О чём идёт речь? О том, чтобы приобрести там торговые площади или разворачивать там, скажем, какие–то временные рынки, временные торговые точки, передвижные? Вот об этом идёт речь?

С.Смирнов: Речь не идёт о рынках ввиду того, что молоко – это продукт скоропортящийся, во–первых. А во–вторых, мы хотим быть ближе к нашему покупателю, например, в спальных районах. Существуют же программы продажи чистой воды, стоят небольшие точки реализации. Так же, ну, пять-шесть квадратных метров, чтобы город нам выделял и обеспечивал подключение электроэнергии. Мы поставим нормальный ларёк, который войдёт в градостроительный план, будет всё культурно, аккуратно, согласно всем требованиям СЭС.

В.Путин: Да, а я и не сомневаюсь. Вы знаете, есть опасения, как правило, у местных властей, которые заключаются в том, что у нас есть негативный опыт, негативная практика открытия каких–то, даже небольших, рынков. Вот здесь есть проблема. В чём она заключается? Торговые сети, магазины начинают сбрасывать на эти рынки устаревший и просроченный товар.

Но Вы–то говорите о совершенно конкретных вещах, связанных с продажей конкретного продукта, и я с Вами полностью согласен. Обязательно такой сигнал мы пошлём руководителям регионов, а они в муниципалитеты. Здесь я вообще ничего не вижу страшного, наоборот, только польза – это продвижение напрямую к покупателю. Действительно, продают и квас, и воду, почему не продавать молоко?

Я с Вами полностью согласен. Обязательно с губернатором на этот счёт поговорю.

Спасибо, удачи вам.

К.Клеймёнов: Спасибо деревне Степаново за участие в нашей «Прямой линии».

А у нас есть возможность услышать ещё вопросы из студии. Валерия, пожалуйста.

В.Кораблёва: Внешнеполитическая тематика. Мы пригласили в нашу студию Анатолия Торкунова, ректора МГИМО, – дипломат, историк, политолог.

А.Торкунов: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Мы понимаем, что наше благополучие и развитие нашей экономики в значительной степени зависят от внешней сферы, от того, как будет развиваться мировая политика, международные отношения.

Но у меня вопрос даже не глобальный, а очень специфический. На этой неделе появились десятки и сотни, наверное, комментариев, которые связаны с заявлением, сделанным в понедельник относительно того, что теперь нет препятствий для поставки зенитных комплексов «С-300» Ирану, о чём мы в своё время подписали с Ираном соглашение, но затем реализацию приостановили.

В комментариях и журналистов, и политиков часто содержатся и выражаются опасения относительно того, что поставки «С-300» будут препятствовать завершению наших переговоров в «шестёрке» по ядерной программе Ирана. Более того, речь даже идёт о том, что, дескать, поставки зенитных комплексов в целом осложнят ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке.

Вот я сегодня утром посмотрел и заявление Ангелы Меркель по поводу того, что, дескать, надо было отменять санкции коллективно, а не по отдельности. А в Израиле, как Вы, может быть, слышали, даже распространяются всякого рода разговоры относительно того, что если «С-300» будут поставлены в Иран, то Израиль будет предпринимать свои собственные меры, вплоть до продажи оружия Украине. Хотелось бы узнать Ваше мнение на этот счёт.

Спасибо.

В.Путин: Мы действительно подписали такой контракт ещё в 2007 году. А потом в 2010 году указом Президента эта сделка была приостановлена. Сделано это было в связи с проблемами вокруг иранской ядерной программы. Это действительно так. Но сегодня, и мы это видим отчётливо, и Вы как опытный человек это прекрасно понимаете, иранские партнёры демонстрируют очень большую гибкость и явное желание достичь компромисса по этой ядерной программе.

По сути, все участники этого процесса объявили о том, что соглашение уже достигнуто. Вопрос только в технических деталях, которые должны быть доработаны до июня текущего года. Поэтому мы и приняли такое решение.

Я заявление Федерального канцлера Федеративной Республики не видел и не слышал, поэтому не могу его комментировать. Но если кто–то опасается, что мы приступили к отмене санкций, то, видимо, наши коллеги не знают, что в санкционный список ООН поставка таких систем не входит. Мы приостановили исполнение этого контракта исключительно в одностороннем порядке. И теперь, когда продвижение на иранском ядерном треке имеется, оно очевидно положительное, мы не видим оснований дальше в одностороннем, хочу это подчеркнуть, порядке держать этот запрет.

Что касается санкционного списка, предусмотренного соответствующими резолюциями Организации Объединённых Наций, то там мы, конечно, будем действовать с нашими партнёрами заодно, и мы всегда так делали и внесли большой вклад, и это я бы хотел подчеркнуть, в урегулирование иранской ядерной проблемы.

Кроме того, наши предприятия произвели это оборудование. Оно дорогостоящее, стоит оно под миллиард долларов (900 миллионов долларов). Никто нашим предприятиям за это не платит. Нам, правда, намекали, что у нас могут его купить, но никто не покупает. Возникает вопрос: а убытки мы в связи с чем будем нести?

Ситуация исправляется, в санкционный список ООН это не входит. Надо поощрять, наоборот, мне кажется, наших иранских партнёров к тому, чтобы и дальше они действовали в таком же ключе. Кроме всего прочего, есть ещё одна составляющая.

Вы сейчас упомянули о позиции наших друзей в Израиле. Должен Вам сказать, что мы всегда при поставках наших вооружений на внешний рынок учитываем ситуацию в том или ином регионе, в том числе, и прежде всего, конечно, на Ближнем Востоке. Кстати, мы не самый большой поставщик оружия на Ближний Восток. Соединённые Штаты поставляют гораздо больше оружия на гораздо большие суммы в этот регион мира.

Так вот, совсем не так давно израильтяне выразили опасения по поводу поставок тех же систем «С-300» другой стране региона. Обратили наше внимание на то, что если эта поставка будет произведена, то это может привести к кардинальным изменениям, геополитическим даже, в регионе, поскольку с территории этой страны «С-300» может доставать территорию Израиля. Хотя это не наступательное оружие, но, как сказал мой коллега, «у нас ни один самолёт не взлетит». И это действительно серьёзная вещь.

Мы провели консультации с нашим покупателем. Надо отметить, что наши партнёры в одной из стран арабского мира с пониманием к этому отнеслись. Мы отменили этот контракт вообще и вернули предоплату в размере 400 миллионов долларов. Поэтому мы действуем очень аккуратно.

Что касается Ирана, то это совсем другая история и Израилю это абсолютно не угрожает. Это исключительно оборонительное оружие. Более того, мы считаем, что в условиях, которые складываются в регионе, особенно в связи с событиями в Йемене, поставки оружия подобного рода являются сдерживающим фактором.

М.Ситтель: Владимир Владимирович, к внешней политике ещё вернёмся. Я немножечко уведу [разговор] всё–таки опять в глубь России. Вот люди, очень много вопросов, жалуются на высокие ставки по кредитам. Два письма.

Свердловская область, Ким Лариса: «С апреля 2015 года Сбербанк России поднял ставки по ранее выданным кредитам для малого бизнеса на три процента, несмотря на снижение ставок ЦБ. Новые кредиты предлагают под 23–25 процентов. Можно ли повлиять на политику Сбербанка в отношении финансирования малых предприятий?»

И следом ещё один вопрос. Иркутск, Ермаченко Сергей: «Когда кредиты в России станут доступнее и разумнее? 35–55 процентов сейчас просто убивают желание и возможность развивать своё дело».

В.Путин: Что касается малого и среднего предпринимательства, то здесь существуют целые программы поддержки. Я сейчас не буду всё это воспроизводить. Думаю, что те люди, которые занимаются малым и средним предпринимательством, должны знать, это всё в открытом доступе есть, в интернете, через соответствующие объединения предпринимателей можно получить информацию.

Всегда, так же, как в области сельского хозяйства, по направлениям малого и среднего бизнеса там ресурсов как бы недостаточно. И на самом деле это правильно, что люди хотят большего, потому что вклад малого и среднего предпринимательства в общий ВВП страны у нас значительно ниже, чем в развитых экономиках.

Эту ситуацию, безусловно, нужно исправлять. Одно из генеральных направлений – при крупных наших компаниях создать целую гроздь, сеть малых предприятий, которые бы обеспечивали интересы крупных компаний. Это ещё дело будущего, но уже сегодня мы выделяем квоты для малого и среднего бизнеса при реализации государственных и муниципальных закупок. Для начинающих предпринимателей мы говорим о необходимости, и уже принято решение, налоговых каникул на два года. Особенно это касается, кстати, предпринимателей, которые работают на селе, потому что там ещё дополнительные льготы есть по линии государственного гарантийного агентства. Центральный банк Российской Федерации сохранил фондирование для коммерческих банков под ставку 6,5 процента. Правда, это делается только пока через один банк – «дочку» ВЭБа. Мне Председатель Центрального банка буквально на днях говорил, что они в ближайшее время будут расширять сеть банков, через которые они намерены эти операции производить. Если банк предоставляет договоры о кредитах для малого и среднего предпринимательства, то получает от ЦБ фондирование под 6,5 процента, соответственно, конечный процент для заёмщика будет меньше, чем на рынке.

Но то, что Вы сказали, – конечно, запредельные вещи. Разумеется, здесь тоже нужно посмотреть, что это за клиент банка. Если нет никакого обеспечения, если нет никакой кредитной истории, то тогда банк, конечно, эту ставку увеличивает. Но 35, 55 процентов – вообще какая–то нереальная цифра. Главным акционером Сбербанка является как раз Центральный банк Российской Федерации – Банк России, я обязательно Эльвиру Набиуллину попрошу посмотреть на то, что там происходит конкретно. Вы оставьте мне эту информацию.

М.Ситтель: 35, 55 – это не Сбербанк.

В.Путин: И предыдущая тоже, что там было?

М.Ситтель: 23–25 – Сбербанк.

В.Путин: 23–25 – может быть, это до снижения ключевой ставки? Но надо всё равно разобраться, дайте мне, пожалуйста, потом это, ладно?

М.Ситтель: Хорошо, дадим в конце программы.

Самое время, может быть, и вопросы про госслужбу Вам задать, потому что их на самом деле много. Видимо, во времена турбулентности люди возлагают на госслужбу особые чаяния, поэтому спрашивают очень много: «В какой степени Вы оцениваете, насколько профессиональна госслужба?», «Не время ли вернуть профессионалов на госслужбу?», «Может быть, поставить на Центральный банк профессионального банкира?». Вот вопросы вокруг и около.

В.Путин: Что значит «вернуть профессионалов на госслужбу»? Профессионалы должны быть всегда на госслужбе. Если они оттуда выпадают, это печальное событие. Нам действительно не хватает профессионалов. Кстати говоря, мы стараемся и уровень заработной платы держать соответствующий, для того чтобы с рынка труда получить на госслужбу людей, наиболее подготовленных и соответствующих тому месту, которое они должны занимать. И лучше всегда иметь, повторяю, профессионалов на госслужбе, с тем чтобы не доводить до кризисов. А если уж кризис наступил по объективным обстоятельствам, чтобы выходить из него не с потерями, а с приобретениями.

Что касается Центрального банка, то у меня нет больших претензий к его работе. Кстати говоря, что значит «вернуть банкира на руководство Центральным банком»? Центральный банк – это не просто коммерческий банк, это вообще не коммерческий банк, это наш главный регулятор валютно-денежной и кредитной сферы. А сейчас ещё его и большими полномочиями нагрузили. Поэтому здесь нужен, конечно, человек, который разбирается в тонкостях работы и функционировании банковской системы, но и здесь нужен специалист с особыми знаниями, прежде всего экономического характера. И можно, конечно, покритиковать – здесь же скрытая критика Центрального банка, – можно покритиковать Центральный банк за то, что он несколько затянул с принятием решения по увеличению ключевой ставки. А если бы сделал это пораньше, может быть, не нужно было бы загонять её под 17 процентов. Но в целом, я хочу подчеркнуть, все без исключения эксперты – и наши, и зарубежные – считают, что Центральный банк действует весьма профессионально, эффективно и добивается необходимых результатов.

К.Клеймёнов: У нас подходит время для включения центра обработки телефонных звонков и сообщений. Но прежде я позволю себе задать вопрос, который чрезвычайно часто встречается. «Уважаемый Владимир Владимирович! Валютные ипотечники в беде. Обращаюсь к Вам с проблемой валютной ипотеки. Нам известно об отрицательном отношении Правительства к этой проблеме. Мы не просим простить наши долги, мы просим законодательно пересчитать наш долг по курсу до девальвации и уравнять нас тем самым с рублёвыми ипотечниками. Нужен закон, так как добровольно банки не откажутся от сверхприбыли. Мы готовы и далее выплачивать банку ипотечный кредит, но на посильных и разумных условиях». И так далее. Владимир Владимирович, каково Ваше отношение к этой проблеме?

В.Путин: Моё отношение в целом к проблемам людей: всегда нужно стремиться людям помогать. Государство для того и существует, чтобы помогать людям.

Этот конкретный случай с чем связан? Не этот, то, что Вы зачитали, я не знаю адресата, автора, но в целом проблема откуда возникла? Или нет, с другой стороны зайду. Вы знаете, брать ипотечные кредиты в валюте целесообразно тем, кто получает заработную плату в валюте. Человек живёт где–то в Лондоне, в Нью-Йорке, в Париже, в Берлине, получает в евро, допустим, или в долларах, а жить он собирается в России, как наш друг из Великобритании и его дети, а хотят жить в России. Деньги они получают в валюте. Сын у него живёт где–то за границей и получает в валюте наверняка, он может взять валютную ипотеку, потому что он не подвергает себя рискам курсовой разницы, вот в чём проблема. А если человек получает деньги в рублях, а ипотечный кредит взял в валюте, то он как бы взял на себя эти риски курсовой разницы. Курс изменился, и он попал. Надо посмотреть, я просто не знаю деталей, но наверняка, когда люди берут ипотечные кредиты, может быть, банк даже их навязывает, но банк не берёт на себя риски на курсовую разницу, человек сам взял на себя эти риски.

По поводу тех, кто взял ипотеку и оказался в трудной жизненной ситуации, взял в рублях. Сейчас Правительством принято решение этим людям оказать помощь. Там небольшие деньги выделены в бюджете, но всё–таки они есть – 4,5 миллиарда рублей, по–моему.

К.Клеймёнов: Вы говорите про рублёвых заёмщиков?

В.Путин: Рублёвые, да. Но это только по людям, которые оказались в так называемой трудной жизненной ситуации. Допустим, работу потеряли. Наверное, Правительство может подумать на тему о том, как помочь тем, кто взял ипотеку в валюте, сейчас возникли сложности в связи с курсовой разницей, но уж точно совершенно эта помощь не должна быть большей, чем та, которую государство оказывает людям, взявшим рублёвую ипотеку. Во всяком случае, принцип должен быть примерно такой же.

К.Клеймёнов: Я только хотел сделать небольшое уточнение в защиту этих людей. Дело в том, что очень часто валютную ипотеку брали те, кто покупал жильё на вторичном рынке, и альтернативы у них не было. Банки не давали на вторичном рынке ипотеку в рублях.

В.Путин: Нет, банки обязаны давать ипотеку в рублях. Мы живём в рублёвой зоне. Это уже отдельная тема. Если не давали, то тогда нужно требовать от них, чтобы они дали, тем более что ставка была 12 процентов, и под ставку 12 процентов мы достигли в прошлом году, как я уже говорил, рекордных уровней жилищного строительства. Никогда в истории страны такого не было. 12 процентов – оказывается, это нормальная ставка. Сейчас Правительство тоже приняло решение о поддержке ипотеки, выделило специальные деньги на поддержку ипотеки.

К.Клеймёнов: В новостройках.

В.Путин: В новостройках, это новое строительство. Да, конечно, цель не только людям помочь получить новое жильё по приемлемым ценам, но и поддержать строительный рынок, который мультиплицирует большое количество рабочих мест и занятость в других смежных отраслях, в том числе в отраслях строительных материалов и так далее, и тому подобное, в энергетике, в дорожном строительстве. Это важный сектор экономики любой страны и нашей тоже.

Поэтому и принято решение выделить деньги на субсидирование ипотечных кредитов. Сегодня они уже где–то 14 процентов, задача – сдвинуть их к двенадцати, как было в прошлом году, с тем чтобы возродить и поддержать этот рост производства в строительном секторе. Я думаю, что это вполне достижимая цель.

А по валютной ипотеке, думаю, что надо помогать, конечно. Но, повторяю, подход, философия помощи должны быть примерно сопоставимыми с тем, что делается с помощью тем, которые попали в трудную жизненную ситуацию – но брали рублёвые кредиты.

М.Ситтель: Мы в эфире без малого полтора часа, поэтому давайте сейчас посмотрим, что у нас происходит в центре обработки сообщений. Слово Татьяне Ремизовой.

Т.Ремизова: Спасибо, коллеги.

За полтора часа эфира общее количество обращений перевалило за 2 миллиона 800 тысяч, причём из них 2 миллиона – это звонки.

Линии «Ростелекома» раскалены, наши операторы принимают почти четыре тысячи звонков в минуту, много вопросов о курсе рубля. Но ещё более «народная» тема – это электрички. Звонят нам из Липецкой, Ярославской, Нижегородской, Пензенской, Вологодской, Смоленской областей – все не буду перечислять. Все мы помним, как в январе электрички отменили, потом Вы, Владимир Владимирович, лично и весьма жёстко потребовали вернуть людям пригородные поезда. Предлагаю взять звонок как раз на эту тему, звонок из города Балашова Саратовской области от Алексея Анатольевича.

Алексей Анатольевич, добрый день! Вы в эфире, задавайте Ваш вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Вам звонит Алексей Анатольевич. Вы обещали наладить движение электричек. У нас в Балашове всё по–другому. Скажите, пожалуйста, как может возрождаться наша деревня, если раньше ходила электричка Балашов–Саратов, почти год как её отменили, – люди не могут куда–либо выехать. Как учиться молодёжи, проживающей в деревнях, когда нет электрички? Как такое возможно: с одной стороны, мы хотим возродиться, а с другой стороны, перекрываем доступ молодёжи к учёбе и движение сельских жителей?

Спасибо.

В.Путин: Алексей Анатольевич, что я могу Вам сказать? Могу сказать только, что я с Вами согласен в том, что это недопустимо. Я сейчас не буду углубляться в детали проблемы, Вам это не так интересно, но они заключаются в общих чертах в том, что пригородные перевозки для перевозчика являются убыточными. И особенно убыточными они стали после того, как резко были подняты тарифы на содержание всего, что связано с железнодорожным сообщением: обслуживание путей, инфраструктуры.

Увеличили сразу в разы. Это и вызвало такую мою негативную реакцию на подобное решение. А когда увеличили в разы, выяснилось, что регионы не в состоянии платить, у них просто нет, у регионов, соответствующих ресурсов. И просто эти электрички отменили. Эта несогласованность действий, отсутствие прогноза по результатам принимаемых решений и вызвали такую реакцию с моей стороны. Многие направления восстановлены, но не везде. И, видимо, одно из невосстановленных – это ваше. Балашов город у вас называется? Балашов–Саратов? Обязательно с этим позанимаемся. И будем дальше стремиться к тому, чтобы были найдены оптимальные решения и с экономической точки зрения и для перевозчика и региона, и для людей.

Есть вещи, которые придётся региону и государству взять на себя, особенно когда нет альтернативы для граждан, которые должны жить нормальной жизнью. В данном случае речь идёт и о детях, которые должны учиться, да и вообще о людях, которые хотят посещать крупные города по своим личным делам, по семейным, и так далее и тому подобное.

Я пометил для себя, позанимаемся обязательно.

М.Ситтель: У нас в некоторых районах то густо, то пусто. Есть направления, где на самом деле нуждаются люди в электричках, и они стоят, а их нет, а есть те, по которым курсируют пустые вагоны и составы.

В.Путин: Это от страха запустили просто, только чтобы ходили. Но это тоже не решение вопроса. Надо сказать, что на правительственном уровне ряд решений принят, серьёзных. Во–первых, восстановили в полном объёме, в прежнем полном объёме субсидирование РЖД, для того чтобы у них не было убытков, что тоже плохо, нельзя загонять монополию в убытки, 25 миллиардов, по–моему, им вернули. Понизили стоимость за инженерную инфраструктуру, которую РЖД вынуждено было брать при понижении субсидирования, и, очень важно, обнулили НДС, против чего Минфин всегда возражает – да, Алексей Леонидович? Обнулили НДС. Это неправильное с точки зрения наших финансистов решение, но вынужденное – обнулили НДС на пригородные поезда.

К.Клеймёнов: Возможно, результаты этих мер, о которых Вы говорите: из Сочи несомненно позитивная новость о «Ласточке». Это электропоезд, который был пущен к Олимпиаде. Действительно, билеты подешевели в три раза, добраться, например, до Розы-Хутор теперь стоит не 350 рублей, а 119. А в перспективе – возвращение электричек в аэропорт Адлер, и говорят также о том, что «Ласточки», возможно, пустят и до Ростова-на-Дону. Это здорово, если так.

М.Ситтель: Обращаю Ваше внимание, что у нас есть и формат видеовопросов, поэтому слово Наталье Юрьевой.

Н.Юрьева: Помимо видеовопросов здесь мы принимаем и ММС-сообщения. Так вот они оказались очень популярными: у нас уже 43 тысячи ММС-сообщений. Формат действительно стал народным, эмэмэски отправляют и пятилетние, и 80-летние. Жители разных уголков нашей страны приглашают Вас, Владимир Владимирович, в гости на чай.

Есть и просьбы – например, такая. Пишет Вам Елена: «Уважаемый Владимир Владимирович, у меня к Вам не вопрос, а огромная просьба. У моей подруги 25 апреля День рождения, ей исполняется 40 лет. Она очень хочет в подарок собаку, мы, её подруги, готовы даже эту собаку оплатить, а муж – против. Он – полковник в отставке, человек железный, как все наши доблестные военные, но Верховному Главнокомандующему не сможет отказать. Пожалуйста, просто скажите ему: «Борис, ты неправ! Разреши жене собаку!» Мы уже всё перепробовали. Мечты должны сбываться». Владимир Владимирович, как теперь быть Борису?

В.Путин: Вы меня поставили в очень сложное положение. У нас, конечно, люди по–особому относятся к военным, и правильно. Женщины очень любят военных. Знаете, известные всякие шуточные песенки: «Я люблю военных – красивых, здоровенных». Но любят их не только за то, что они здоровенные и красивые, а за то, что они настоящие мужчины: плечо вот здесь, рядом, надёжное и так далее. Но они в то же время и сами к слабому полу неравнодушны – все эти известные шуточки и известные анекдоты про гусаров мы с вами хорошо знаем. Но, вы знаете, приказать я ничего не могу. Борис с полным основанием может сказать: «Знаешь что, ты давай–ка сам там у себя разберись сначала», – и будет прав. Кроме всего, он в отставке. Вы знаете, даже не знаю, что сказать. Вы меня поставили как–то в трудное положение. Как зовут женщину – Ирина, да?

Н.Юрьева: Елена.

В.Путин: Можем с Вами выработать общий план действий какой–то такой. Например, мы с Вами вместе, я и Вы, можем попросить Бориса пойти навстречу жене, Елене, а Елена могла бы сказать: «Нет, не надо мне собаку, я сделаю так, как ты хочешь». И потом, уверен, после этого он ей не только собаку – слона подарит, особенно если она это скажет в нужное время и в нужном месте. Может, и шубу ещё пообещает. Не знаю, купит ли шубу, но собаку может. Так что давайте мы его попросим просто, скажем: «Борис, пожалуйста, будь добр, разреши жене купить собаку». Тем более это дело доброе и укрепляет семью наверняка.

К.Клеймёнов:Владимир Владимирович, серьёзнейшая тема, без которой мы не можем сегодня, – это Украина, конечно. И я бы хотел в начале обсуждения и российско-украинских отношений, и того, что происходит на юго-востоке Украины сейчас, вернуться к статье, которую мы упомянули в начале «Прямой линии», в том самом издании, там была ещё одна утечка.

На этой встрече с предпринимателями Вы сказали, как передаёт издание, что в Минске, во время этих длительных ночных переговоров с Порошенко, Меркель и Олландом, Порошенко в какой–то момент сказал буквально следующее: «Забирай Донбасс, он мне не нужен». Это было?

В.Путин: Нет, ничего подобного не было. Мы обсуждали вопросы, связанные с возрождением экономики, социальной сферы Донбасса, там много проблем. И мы не видим желание сегодняшних киевских руководителей восстанавливать ни социалку, ни экономику Донбасса. Это правда, мы об этом много говорили. Это всё изложено в минских договорённостях, в бумагах, которые подписаны украинской стороной, официальными лицами, и должно исполняться.

К сожалению, ничего не делается. Как мы знаем, сегодня мы наблюдаем полную блокаду Донбасса. Это касается финансовой сферы (отключена банковская система), это касается выплат социальных пособий и пенсий (ничего не платят). Мы много говорили, в том числе и с Петром Алексеевичем, на этот счёт.

Ведь и я тоже публично уже высказывался, говорил о том, что… – ну, хорошо, там есть люди, которые отстаивают свои права с оружием в руках. Правильно они делают, неправильно, это другой вопрос, я сейчас даже не хочу давать оценки, хотя у меня, конечно, есть на этот счёт своё мнение, я такую оценку могу дать и неоднократно об этом говорил. Но там есть и люди, которые вообще ни при чём, которые заработали, скажем, пенсию, в том числе работая 20 лет уже в независимой Украине, они имеют право. Они не имеют никакого отношения ни к боевым действиям, ни к борьбе вооружённых людей за свои права. Они–то здесь при чём? Почему вы им не платите? Вы обязаны это делать по закону. Нет, не платят. Таким образом, можно сказать, что украинские сегодняшние власти – они своей рукой сами отрезают от себя Донбасс, вот в чём беда и трагедия, вот об этом мы говорили.

М.Ситтель: Владимир Владимирович, в продолжение. Если своей рукой, и если Киев уже обесценил эти минские договорённости, и если он фактически навязывает войну, как вообще с ним продолжать диалог, с Порошенко? Он Вам говорит одно, у себя в стране он говорит своим гражданам другое, западным партнёрам он говорит третье – как в такой ситуации вести диалог?

В.Путин: Вы знаете, партнёров мы не выбираем, но мы в своей работе не должны руководствоваться симпатиями либо антипатиями – мы должны руководствоваться интересами страны, из этого будем исходить.

М.Ситтель: СМС от Владимира Владимировича тоже: «Пётр Порошенко – настоящий преступник, учитывая, сколько человек погибло из–за его действий. Владимир Владимирович, был ли дискомфорт или внутреннее желание не общаться с ним?»

В.Путин: Нет, конечно, я уже только что об этом сказал. Я считаю, что сегодняшнее руководство Украины совершает много ошибок, и результаты будут негативными, но это выбор и Президента, и правительства.

Долго уговаривал в своё время не возобновлять боевых действий. Ведь сначала господин Турчинов начал боевые действия в Донбассе. Потом Пётр Алексеевич Порошенко избрался, у него был шанс предпринять попытки мирным способом решать вопросы с людьми в Донбассе, договариваться с ними.

И мы уговаривали его. Я говорю «мы», когда это был в так называемом нормандском формате разговор. Я–то точно уговаривал не начинать боевых действий, предпринять хотя бы попытку договориться. Нет, начали боевые действия.

В первый раз печально закончилось, во второй раз печально закончилось. В третий раз начали – опять трагедией закончилось для украинцев прежде всего, для украинской армии. Я считаю, что это колоссальная ошибка!

И такие действия ситуацию в тупик загоняют. Но выход может быть. Выход только один: это исполнение договорённостей в Минске, конституционная реформа, решение социальных, экономических проблем всей страны и Донбасса, в частности.

Мы, конечно, не собираемся вмешиваться, это не наше дело навязывать Украине тот или иной способ поведения. Но мы имеем право высказать своё мнение. Тем более мы имеем право обратить внимание на необходимость исполнения минских соглашений. Мы хотим, чтобы они были исполнены и ждём этого от всех наших партнёров включая руководство Украины.

К.Клеймёнов: Очень много похожих резких вопросов. Люди спрашивают, почему Россия предоставляет скидки на газ для Украины, почему поставляет дешёвую электроэнергию, почему поставляет дешёвый уголь, предоставляет кредиты – и в ответ получает совершенно другую реакцию? Что Вы ответите?

В.Путин: Вы знаете, политическая ситуация в той или другой стране меняется время от времени, а народ остаётся – народ, как я уже говорил, очень близкий к нам. Я вообще не делаю разницы между украинцами и русскими, я считаю, что это вообще один народ. У кого–то другое мнение, мы можем подискутировать – сейчас не место, наверное, об этом говорить. Но мы помогаем людям, прежде всего, – мы помогаем украинскому народу. Первое.

Второе. Мы заинтересованы в том, чтобы украинская экономика вышла из кризиса, потому что это наши соседи, это наши партнёры, и мы заинтересованы в том, чтобы на наших границах было спокойствие, порядок, а мы имели возможность налаживать и развивать экономические связи с благополучным партнёром.

Допустим, на тот же газ мы предоставляем скидку. Если мы знаем, что экономика сейчас не потянет те цены, которые даже по контракту предусмотрены, – в принципе, мы не обязаны это делать, но мы считаем это целесообразным и идём навстречу. То же самое касается электроэнергии, других составляющих, угля и так далее.

Кстати говоря, смотрите, мы в ноябре-декабре 2013 года договорились с руководством Украины о предоставлении Украине кредита. Ну, фактически кредита, мы покупали там ценные бумаги – бонды, – 15 миллиардов долларов в год мы собирались дать. 15 миллиардов долларов – фактический кредит, и плюс ещё 5 миллиардов на дорожное строительство – льготное кредитование через коммерческие банки.

Что сегодня Украина выторговала от своих партнёров – 17,5 миллиарда на четыре года.

Мы предлагали снижение цен на газ, и уже начали снижать, при условии регулярных платежей и погашения прежних долгов. Снизили цену на газ в разы, а они сейчас повысили на 300 с лишним процентов.

Кооперационные связи, которые были бы сохранены, – все разорваны. И у нас [в России] непростая ситуация, но там же запредельно плохая. Большие предприятия реально останавливаются, происходит утрата компетенций в высокотехнологичных сферах: в области ракетостроения, самолётостроения, судостроения, в области атомной энергетики. Считаю, что это очень тяжёлые последствия. Непонятно, для чего это было всё сделано.

Но жизнь, тем не менее, складывается так, как есть. Мы будем стремиться к тому, чтобы восстанавливать отношения с Украиной, это соответствует нашим интересам.

К.Клеймёнов: Мы предлагаем обсудить эту тему с гостями студии.

В.Кораблёва: Да, и в продолжение украинской темы вопрос писателя Сергея Шаргунова.

С.Шаргунов: Владимир Владимирович, добрый день!

У поэта Иосифа Бродского ещё в 1994 году было такое ядовитое стихотворение «На независимость Украины». Там он с сарказмом и с горечью писал об украинских националистах. И он даже вздыхал по поводу этой страны: «Кончилась, знать, любовь, коли была промежду».

Но ведь кроме националистов есть, как Вы справедливо сказали, многие миллионы людей, живущих там. Мне кажется, что они сегодня оказались под ударом. Далеко за примерами, к сожалению, ходить не приходится. Вот эти баннеры: «Бытовой сепаратист ждёт прихода «русского мира», звони – горячая линия СБУ». То есть людей призывают «стучать» на собственных соседей. Гонениям подвергается огромное количество людей, просто имеющих своё мнение, в том числе есть расправы, вчера, например, убили депутата (бывшего депутата – регионала) Олега Калашникова, застрелили. Перед этим он получал много угроз от нацистов.

И, конечно же, эти законы, которые приняты Верховной Радой как раз к 9 Мая, якобы антикоммунистические, о борьбе с антисоветской символикой, но на самом деле оскорбляющие всех, кто дорожит общей исторической памятью о Победе. А мне кажется, просто закрепляющие политику апартеида по отношению к русским и ко всем, кто тянется к России.

У меня вопрос. Украина считает, что мы, Россия, – лютый ворог, и с той же настойчивостью требует всё время льгот и скидок за газ. А при каких условиях всё–таки, если смотреть реалистично, возможна нормализация отношений между Москвой и Киевом?

В.Путин: Непростой вопрос, хотя, казалось бы, можно поговорить на такую отвлечённую тему о единстве и братстве русского и украинского народа. Я часто это делаю, вынужден это делать.

Условия простые: на сегодняшний день Россия ничего не ждёт от киевских властей, кроме одного – отношения к нам как к равноценным партнёрам по всем направлениям взаимодействия. Важной частью для нас является, конечно, соблюдение законных прав и интересов русских, проживающих на Украине, и тех людей, которые считают себя русскими вне зависимости от того, что у них в паспорте написано. Людей, которые считают русский язык родным языком, а русскую культуру родной культурой и которые чувствуют свою неразрывную связь с Россией. Конечно, любая страна проявляет интерес к людям, которые так к ней относятся (в данном случае имею в виду Россию). Поэтому ничего запредельного здесь нет.

Но, повторяю ещё раз, мы заинтересованы в полной нормализации отношений с Украиной и со своей стороны всё будем для этого делать. Конечно, на повестке дня очень остро стоит вопрос с Донбассом. Я уже сказал, ждём от украинских властей исполнения всех договорённостей в Минске. Прежде всего нужно, конечно, сейчас фактически уже говорят об этом, создать рабочие группы в рамках минского процесса и начать работу над несколькими направлениями. Это политическая реформа, её конституционная часть, это экономика, это граница и так далее. Вот это всё нужно начать делать, не говорить об этом, а начать делать практически.

К сожалению, мы пока видим только продолжение попыток, элементов давления, а реального желания решать [вопрос] политическими средствами пока нет.

Но я исхожу из того понимания, что другого пути, кроме политического способа решения проблем, не существует, и такое понимание должно прийти ко всем. Мы будем к этому стремиться.

К.Клеймёнов: Я предлагаю ещё вопрос в студии на эту тему.

Катя, пожалуйста.

Е.Миронова: Спасибо, Кирилл.

Нашу следующую гостью особенно представлять не надо, это Ирина Хакамада, человек известный. У неё тоже есть вопросы, и по поводу ситуации на Украине тоже.

Ирина, пожалуйста.

И.Хакамада: Владимир Владимирович, мне обещали два вопроса.

Первый вопрос – это, конечно, вопрос о трагической гибели Бориса Немцова, которая потрясла меня не только как гражданина. Вы меня поймёте, мы с ним сотрудничали, и до сих пор это, в общем–то, боль страшная. Поэтому у меня вопрос: как Вы относитесь к тому, как идёт следствие, и есть ли шанс на то, что всё–таки мы узнаем, кто заказал это дикое убийство, которое больше похоже на террористический акт? И готовы ли, понимая, что его соратники в оппозиции, в том числе и к Вам лично, способствовать тому, чтобы они на равных условиях могли бороться в будущем парламенте за свои места, включая и Навального, и Ходорковского? Потому что критиковать легко, а вести государственную оппозиционную работу в парламенте – это более ответственно. Может быть, это стабилизирует ситуацию и стимулирует частный бизнес, частные инвестиции.

Второй вопрос: на похоронах Бориса Ефимовича ко мне подходили западные журналисты и задавали этот вопрос, плюс в интернете есть информация о том, что Борис Немцов получил некие сведения о присутствии российских войск во время событий на юго-востоке Украины. И на похоронах то же самое – западные журналисты всё время задают этот вопрос. Можете Вы наконец раскрыть, ответить уже более детально, всё–таки были там наши войска или не были?

В.Путин: Начнём с оппозиции, которая имеет право и возможность участвовать официально и легально в политической жизни: а) конечно, может и должна; б) если они пройдут в парламент на предстоящих выборах, значит, получат поддержку народа, тогда их деятельность приобретёт определённый официальный статус, и они, конечно, тогда будут нести ответственность в известной степени за то, что они предлагают. Правда, Вы человек опытный, в госструктурах работали, знаете: одно дело быть депутатом Государственной Думы в оппозиции и критиковать всё что угодно. Ответственность здесь тоже небольшая, но, тем не менее, это даёт какую–то трибуну, выводит людей из тени. На мой взгляд, это положительная вещь.

Но всё–таки в конечном итоге люди принимают решение, голосуют, быть кому–то в парламенте или не быть. Я считаю, что это было бы положительно.

Теперь по поводу убийства Бориса Ефимовича Немцова. Вы с ним были дружны, Вы с ним поддерживали отношения. Он был резко оппозиционно настроен и ко мне, и к власти вообще. Хотя у нас с ним были достаточно добрые отношения тогда, когда мы с ним общались. Я уже высказывался по этому поводу. Считаю, что это абсолютно позорное явление, трагическое и позорное, – убийство подобного рода.

Как идёт следствие? Могу вам сказать, что буквально через день, полтора, может быть, максимум, следователям и ФСБ, и МВД уже были известны имена исполнителей. Вопрос был только в том, где и как их арестовать. Надо отдать должное нашим специальным органам, это абсолютно объективные данные, связанные не только с камерами наблюдения, связанные с большим количеством возможностей, которые у них появились в последнее время. Не знаю, боюсь сказать лишнего, чтобы здесь не раскрывать современных средств и методов работы наших специальных органов, но в целом, повторяю, вопрос был решён в течение нескольких часов. И в этом смысле они работали хорошо и оперативно, причём сразу по нескольким каналам, и разные службы вышли на один и тот же результат.

Вопрос, удастся ли выйти на заказчиков и есть ли заказчики? Я пока не знаю. Это, конечно, станет известно в ходе той работы, которая сейчас проводится.

И наконец, вопрос, есть или нет наших войск на Украине? Говорю Вам прямо и определённо: российских войск на Украине нет. Кстати говоря, в ходе последнего конфликта на юго-востоке, в Донбассе, об этом лучше всего сказал начальник генерального штаба украинской армии, который прямо публично на встрече со своими иностранными коллегами сказал: «Мы не воюем с российской армией». Что ещё добавить?

К.Клеймёнов: Я продолжу эту тему вопросом, который пришёл на сайт нашей программы. В чём причина провала российской политики на Украине, учитывая, во–первых, что у России была такая фора в исторической родственной связи с Украиной, во–вторых, Россия инвестировала в эту страну около 32–33 миллиардов долларов, если в целом эту сумму оценивать, а США – только 5, в чём призналась Виктория Нуланд. Почему мы провалились там?

В.Путин: Вы знаете, это не наш провал, это провал внутренней политики самой Украины, вот в этом вся проблема. Да, мы помогали Украине даже в очень тяжёлое для нас время. Каким способом? Поставками углеводородного сырья, прежде всего газа, нефти, по ценам, гораздо ниже мировых, в течение длительного времени, годами поставляли. И действительно, эта помощь, эта реальная экономическая поддержка исчисляется десятками миллиардов долларов, десятками, это без всякого преувеличения. У нас кооперация огромная – была, во всяком случае. Надеюсь, она где–то сохранилась ещё, может быть возрождена. Кроме кооперации торгово-экономические связи очень широкие и разнообразные.

Что произошло? Произошло то, что люди устали от нищеты, от воровства, от хамства властей, от их неуёмной жадности, от коррупции, от олигархов, забравшихся во власть. Люди устали от всего этого. А когда общество и страна скатываются вот в такое состояние, то люди начинают искать выходы из этой ситуации и, к сожалению, частично обращаются к тем, кто, спекулируя на текущих трудностях, предлагает какие–то простые решения. Среди них националисты. А что, у нас этого не было, что ли, в 90-х годах? Не было вот этого «парада суверенитетов», не было национализма, вспыхнувшего тогда ярким цветом?

Да всё это было, мы это всё проходили! И так везде происходит на самом деле. Вот это произошло в Украине. Этим воспользовались вот эти националистические элементы, всё довели до такого состояния, которое мы наблюдаем сейчас. Поэтому это не наш провал, это провал внутри самой Украины.

К.Клеймёнов: Но разве мы не пропустили начало процесса отторжения Украины от России? Я спрашиваю об этом потому, что сейчас есть опасность повторения подобных процессов: в Киргизии, в Армении, на постсоветском пространстве, где чрезвычайно активно работают, как Вы говорите, наши западные партнёры. Если посмотреть, сколько НКО сейчас финансируется американцами в Киргизии, которые занимаются исключительно политической деятельностью, их там больше тысячи, 1200. А сколько Россия тратит на эти цели? На порядки меньше.

В.Путин: Вы сейчас допустили оговорку, как говорят, по Фрейду. Вы сказали: мы пропустили отторжение Украины от России. Да никакого отторжения не было. Украина – самостоятельное независимое государство, и нужно относиться к этому с уважением.

Мы сами это всё отторгли когда–то, в начале 90-х годов, когда приняли решение о суверенитете Российской Федерации. Мы же какой шаг сделали? Мы их освободили от себя. Но мы сделали это сами, это наше решение было. И если уж мы это сделали, надо относиться с уважением и к их независимости. Это выбор украинского народа – как строить отношения.

Смотрите, когда на Украине был предыдущий кризис, тоже достаточно острый, тогда к власти пришли господин Ющенко и Тимошенко. В результате чего? Третьего тура президентских выборов, не предусмотренных Конституцией. Это уже квазипереворот. Но хотя бы без оружия тогда сделали это, без кровопролития. Но мы это, в общем, приняли и работали со всеми, сотрудничали. Но сейчас дошло до госпереворота. Это мы принять уже не можем. Дошло до такого роста крайнего национализма – это неприемлемо.

Поэтому мы с уважением должны относиться к другим странам, выстраивать с ними отношения. А там уже это вне зоны нашего контроля, имея в виду, что это всё–таки независимые государства и туда погружаться совсем, вмешиваться туда мы не можем, это было бы неправильно.

Вот мы развиваем отношения, скажем, в рамках нашего Евразийского экономического союза с Казахстаном, с Белоруссией. Ведь в чём смысл всех этих объединений? Не в том, чтобы к себе подтащить, нет. Смысл, чтобы все люди, которые проживают в наших странах, жить стали бы лучше, чтобы границы были открыты.

Ну какая нам разница, что русский человек проживает на этой территории либо на соседней, за государственной границей, если он имеет возможность свободно ездить к родственникам, если его уровень жизни растёт, если он чувствует себя полноценным человеком, его не ущемляют в его правах, не запрещают ему говорить на родном языке и так далее. Вот если всё это соблюдается, то нам какая разница? Если мы видим, что люди достойно там живут и к ним относятся достойным образом.

У нас так складываются отношения и с Казахстаном, и с Белоруссией, и с Арменией сейчас уже, и с Киргизией. Нам бы очень хотелось, чтобы этот процесс развивался. Он самый главный, самый основной, а не удержание в сфере какого–то своего влияния. Мы не собираемся империю возрождать, нет у нас таких целей, в чём нас пытаются постоянно обвинить. Это нормальный, естественный интеграционный процесс. Весь мир идёт по пути интеграции: вся Латинская Америка, Северная Америка – Канада, США, Мексика, – вся Европа, в Азии то же самое происходит, а нам всё время пальцем тычут, что мы империю собираемся возрождать. Непонятно – почему? Почему нам отказывают в этом?

Хочу это подчеркнуть: у нас нет цели возрождения империи. У нас нет имперских амбиций. Но обеспечить достойную жизнь, в том числе и русским людям, проживающим сегодня за границей, в близких для нас странах СНГ, мы можем, развивая взаимодействие и сотрудничество.

М.Ситтель: Россия сегодня – это та страна, где нашли приют, можно так сказать, сотни тысяч беженцев с Украины. Спасаясь от ужасов гражданской войны, люди идут к нам. Например, город Гуково в Ростовской области, что на границе с Украиной, – это одно из таких мест. И сейчас давайте перейдём туда. Там работает наш корреспондент Павел Зарубин.

П.Зарубин: Здравствуйте, Москва! Мы находимся в одной из гостиниц приграничного города Гуково Ростовской области. Здесь в этих комнатах живут беженцы с Украины. Большинство из этих людей приехали сюда две недели назад и сейчас решают, что делать дальше, куда поехать, где найти работу. И вообще можно ли найти эту работу. Всего сейчас в этой гостинице живут 19 человек, из них семеро детей. И для них действительно созданы все необходимые условия. Дети постарше уже ходят в школу. С теми, кто помладше, занимается психолог, проводит различные игры.

Мы за несколько дней, которые здесь находимся, конечно, со всеми уже познакомились. И сейчас хотели бы Вас с некоторыми из ребят познакомить. У нас здесь есть очень бойкий и взрослый парень Сева. Сева, скажи, пожалуйста, сколько тебе лет?

Сева: Четыре.

П.Зарубин: Ты из какого города?

Сева: Из Луганска.

П.Зарубин: Расскажи немного, что это за город. Можешь рассказать о Луганске?

Сева: Луганск разбомбили, когда мы были в Севастополе, а потом приехали в Луганск.

П.Зарубин: Луганск сейчас разрушен?

Сева: Да.

П.Зарубин: Понятно. Ребята, давайте сейчас вместе пойдём в большую комнату, к родителям. И пока идём, можно поговорить. Данила, ты из какого города?

Данила: Из Луганска.

П.Зарубин: Тоже из Луганска?

Данила: Да.

П.Зарубин: А у тебя там кто–то остался?

Данила: Да, бабушка.

П.Зарубин: А друзья, одноклассники?

Данила: Конечно, остались.

П.Зарубин: Ты давно с ними разговаривал в последний раз?

Данила: Ну так именно давно, разве что в социальных сетях.

П.Зарубин: Соскучился?

Данила: Да, очень.

П.Зарубин: Смотри, ты сейчас можешь напрямую к ним обратиться и сказать всё что хочешь своим родным, друзьям. Они тебя обязательно увидят.

Данила: Я просто привет хочу передать всем. Привет всем моим друзьям, бабушке, дедушке и папе.

П.Зарубин: Молодец! Они точно тебя увидят.

Рассаживаемся потихонечку. Я напомню, что сейчас в Ростовской области, только в Ростовской области, находятся 38 тысяч беженцев с Украины, и, конечно, у них очень много вопросов. Я предлагаю перейти к ним сразу. Пожалуйста, первый вопрос.

Вопрос: Здравствуйте! Меня зовут Александр, я из Донбасса. Жителей Донбасса очень сильно интересует дальнейшая судьба наших регионов – Донецка, Луганска, их перспективы отсоединиться от Киева. Хотя множество людей любят Украину, но с этими конфликтами просто нет возможности сосуществовать.

П.Зарубин: Вы имеете в виду дальнейший статус этих регионов?

Реплика: Да. Объединение Донецка и Луганска как будущей Новороссии.

В.Путин: Вы знаете, прежде всего, конечно, нужно думать о том, чтобы нормальная жизнь восстановилась и в Луганске, и в Донецке, на этих территориях, которые называются ЛНР, ДНР, чтобы поток беженцев из родных мест был остановлен, а те люди, которые уехали, могли нормально жить в своём родном доме.

Я знаю, что люди, которые проживают в Донбассе, если уж так говорить обо всех этих населённых пунктах: и крупных городах, и мелких, – являются большими патриотами своей малой родины. Многие не хотят уезжать оттуда даже под бомбёжками и снарядами, потому что любят свою землю. И нужно сделать всё, чтобы на собственной земле были созданы условия для нормальной жизни, для того чтобы детей растить, работать, деньги зарабатывать.

Что для этого нужно сделать? Прежде всего, на первом этапе, в этом, казалось бы, заинтересованы и сами киевские власти, нужно восстановить экономические связи. Подавляющее большинство электрогенераций, скажем, в Украине, сидит на углях из Донбасса. Но это нелепо, глупо, либо просто делается специально, чтобы деньги украсть у украинского народа, закупать уголь где–нибудь в Южной Африке или в Австралии, – просто чушь какая–то. Тем не менее такие попытки происходят.

Но происходит и другое: всё–таки элементарные, хотя бы первые шаги к восстановлению экономики и экономических связей тоже имеют место. Я думаю, что в условиях исполнения, я уже об этом говорил, минских договорённостей можно найти какие–то элементы восстановления какого–то общего политического поля с Украиной. Но в конечном итоге, конечно, право на то, чтобы сказать решающее слово, кто, как и с кем хочет жить, на каких условиях, должно принадлежать людям, которые живут на этих территориях. В значительной степени это будет зависеть от гибкости и политической мудрости киевского руководства.

К.Клеймёнов: Гуково, пожалуйста, у вас есть ещё один вопрос.

П.Зарубин: Здесь сегодня с нами в том числе и работники этой гостиницы, то есть жители приграничного города Гуково, и у них, конечно, тоже немало весьма непростых вопросов. Пожалуйста.

Вопрос: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Татьяна. Мы живём в приграничном городе Гуково, мы очень боимся за детей и за своих внуков. И когда были боевые действия, они были очень близко. Мы, можно сказать, были на чемоданах. Неужели будет война?

В.Путин: Нет. Исхожу из того, что это невозможно, так что живите спокойно. Там были определённые эксцессы, связанные с тем, что долетали снаряды до нашей территории, но и здесь я всё–таки исхожу из того, что это скорее всего можно отнести к так называемым случайностям, к несчастным случаям, а не к попыткам с сопредельной территории нанести какой–то ущерб нашим гражданам либо объектам инфраструктуры.

К.Клеймёнов: Спасибо, Гуково.

Здесь, в нашей студии, продолжает работать центр обработки звонков и СМС-сообщений. И давайте узнаем, как идёт обработка как раз видеообращений, которые поступают в адрес Президента России. Наташа, пожалуйста, Вам слово.

Н.Юрьева: Спасибо, Кирилл. После того как в Сибири произошла беда, видеообращения нам стали отправлять жители Хакасии и Забайкальского края, люди, которые пережили страшное горе. В одночасье огонь лишил их всего. Видеовопросы многих звучат как крик души и мольба о помощи. Предлагаю посмотреть ролик, который мы получили от Надежды Макаровой из деревни Биджа в Хакасии.

Н.Макарова: Здравствуйте, Владимир Владимирович! У нас такой вопрос. Я Макарова Надежда. У нас в деревне сгорело восемь домов, один дом отстояли. У нас такой вопрос: будет ли вообще какая–нибудь помощь людям, потому что у людей вообще ничего не осталось, им очень сейчас тяжело. Мы ждём от Вас помощи. Помогите нам, пожалуйста. Это у нас деревня, Хакасия, Биджа.

В.Путин: Сразу хочу сказать, что предусмотрено законом и что безусловно будет сделано. Первое, 10 тысяч рублей должны быть выплачены всем пострадавшим. Второе, миллион рублей должен быть выплачен семьям погибших. Третье, 100 тысяч рублей должны быть выплачены тем, кто полностью утратил своё имущество.

К.Клеймёнов: Из расчёта на члена семьи, Владимир Владимирович?

В.Путин: Да. Четвёртое, 50 тысяч рублей тем, кто утратил имущество частично. Но в Хакасии и в Забайкальском крае речь идёт, как правило, о полной потере имущества, потому что там сгорело всё. Следующая выплата – это в случае получения лёгкого либо среднего телесного повреждения, ущерба здоровью – 200 тысяч рублей. В случае тяжёлых последствий со здоровьем – 400 тысяч рублей.

Кроме этого – я сегодня разговаривал с губернатором, сгорело большое количество домов действительно, – нужно будет где–то 2400 домов построить. Это потребует денег из федерального бюджета, где–то примерно 5–6 миллиардов рублей, а вся эта система помощи – где–то ещё миллиард-полтора.

Но всё это требует тщательного подсчёта. Первоначальные деньги должны быть выплачены в самое ближайшее время. Насколько мне известно, сегодня Правительство Российской Федерации должно принять соответствующее решение, если уже не приняли. Исхожу из того, что, может быть, уже и приняты эти решения.

Потом всё это нужно будет подсчитать, и все люди, которые пострадали, должны будут получить всё то, что я перечислил. Перед губернатором поставлена задача все объекты инфраструктуры восстановить, все дома построить к 1 сентября текущего года.

К.Клеймёнов: Спасибо. Это в нескольких регионах, собственно, такая ситуация.

В.Путин: Сейчас основные два региона, две точки.

К.Клеймёнов: Забайкальский край и Хакасия.

Владимир Владимирович, я предлагаю вернуться к нашей студии и дать возможность задать вопросы гостям. Валерия, пожалуйста.

В.Кораблёва: Среди гостей нашей студии – главный редактор «Независимой газеты» Константин Ремчуков. Константин Вадимович, Ваш вопрос.

К.Ремчуков: Владимир Владимирович, я отношусь к тем русским людям, которые считают, что нормальные отношения с Западом идут на пользу России. К сожалению, в последний год эти отношения стремительно ухудшались, деградировали. Вы несколько раз делали заявления о том, что Запад на протяжении столетий проводит политику сдерживания России, и таким образом как бы поместили в этот контекст многовекового исторического противостояния и нынешнюю конфронтацию. Чем выше уровень конфронтации, тем выше рейтинг, патриотизм и, к сожалению, радикальный национализм. Иногда кажется, что тем сильнее ты будешь Родину любить, чем сильнее ты будешь кого–то ненавидеть. Я называю это «патриотизм с ксенофобией».

Мои вопросы Вам такие. Назовите, пожалуйста, условия, при которых всё–таки возможно нормализовать отношения с Западом в целом и с Соединёнными Штатами в частности. Второй: какие меры государственной политики по противодействию радикальному национализму Вы считаете эффективными? И третий: считаете ли Вы проблему патриотизма с ксенофобией существующей в нашей стране?

Спасибо.

В.Путин: Начнём с конца. Вы поставили на одну доску патриотизм и ксенофобию. В моём понимании это совершенно разные вещи. Патриотизм – это любовь к Родине, а ксенофобия – ненависть к другим нациям и народам. Абсолютно разные вещи. Я бы не путал божий дар с яичницей.

Что касается радикального национализма, то мы всегда с ним боролись и будем бороться. Я неоднократно говорил о том, что национализм – это очень вредное, разрушительное явление для целостности Российского государства, потому что оно изначально складывалось как многонациональная и многоконфессиональная страна.

И, наконец, условия, при которых мы могли бы нормализовать отношения с Западом. Не мы их портили, и мы всегда выступаем за нормальные отношения со всеми государствами: как на Востоке, так и на Западе. Самое главное условие восстановления нормальных отношений – это уважение к России и уважение её интересов.

Я уже тоже говорил на одной из «линий»: некоторым крупным державам, супердержавам, которые претендуют на свою исключительность и считают себя единственным центром силы в мире, союзники не нужны – им вассалы нужны, имею в виду США. Россия в такой системе отношений существовать не может. Она не только не может поддерживать такие отношения, даже существовать не может. И это все должны понимать. А мы всегда открыты для сотрудничества. Мы его и не прерываем никогда. Разве это не факт, что мы в 90-е годы полностью раскрылись и ожидали, что и к нам будут так же относиться? Но, как только мы заявляли о себе, о своих интересах и о своей позиции хотя бы, сразу встречали достаточно жёсткую реакцию.

Вспомните, что происходило в начале 1990-х годов и как Запад рукоплескал Борису Николаевичу Ельцину. Как только он заявил позицию России по Югославии – на него всех собак спустили, я сейчас не буду даже повторять все нецензурные выражения, которые в его адрес звучали тогда. Только стоило сказать о наших интересах, только стоит заявить о своей независимой позиции, тут же всё сразу вылезает.

Но это не значит, что мы должны надувать губы, сердиться на кого–то, устраняться, изолироваться. Я всегда это повторял и хочу сказать ещё раз: мы хотим сотрудничать, готовы к этому и, кстати говоря, будем делать это, несмотря на позицию некоторых руководителей отдельных стран. Если не так, мы будем сотрудничать с теми, кто хочет с нами работать: с теми бизнес-структурами, которые не боятся политических окриков, людьми, работающими в гуманитарных сферах, в области искусства, образования, – ведь ничего не прекращается. А эти попытки санкционными способами нанести нам ущерб – они предпринимаются, но они не очень эффективны.

Ведь что произошло? Мы сейчас говорили про проблему с курсом. Смотрите, мы в прошлом году должны были выплатить 130 миллиардов долларов кредитных ресурсов – не государство, а наши банки и предприятия, 130 миллиардов. Нам взяли и закрыли рефинансирование на западных финансовых рынках – я думаю, что в надежде на то, что наши финансовые учреждения и предприятия реального сектора столкнутся с непреодолимыми трудностями.

Этого не случилось, они справились. Не без нашей поддержки, но без такой прямой, которую мы осуществляли в 2008 и в 2009 годах, когда просто из–за маржин-коллов брали на себя выплаты, забирая в активы, а потом активы вернули с прибылью, кстати сказать. В этом случае нам даже не потребовалось применять таких инструментов – они прошли этот пик.

В этом году ещё должны заплатить 60 миллиардов, причём львиная доля в I квартале уже сделана. Давить на Россию с помощью таких мер бесполезно и бессмысленно. Я думаю, что осознание такого состояния дел должно прийти к нашим партнёрам. И нужно всё–таки хотя бы им сделать попытку искать с нами компромиссы, а не навязывать клише, которые они считают правильными.

И, наконец, то, с чего Вы начали: чем выше уровень конфронтации, тем выше рейтинг – не согласен с этим. У нас очень тонкие люди, чувствующие то, что происходит. Даже не такие эксперты, как ректор МГИМО, но они сердцем, душой, да и умом понимают, что происходит. И, когда видят несправедливость, люди всегда реагируют. Причём несправедливость видят как в нашей стране, так и вовне её. Когда видят, что несправедливо с нами пытаются поступить, – сразу реакция возникает. И, если видно, что мы защищаем свои интересы, это вызывает поддержку у населения. Спасибо гражданам за эту поддержку.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, во время этой «Прямой линии» приходят буквально трагические новости из Киева. Только что сообщили, что там застрелен Олесь Бузина, это один из самых ярких, известных украинских публицистов, журналистов, и его, несомненно, знает наша аудитория, потому что он не раз, не два и не три принимал участие в ток-шоу на российских каналах. Эта трагедия случилась буквально только что. Накануне погиб бывший депутат-регионал Калашников. И, в общем, конечно, эта ситуация совершенно чудовищная.

В.Путин: Это не первое политическое убийство. Мы на Украине имеем дело с целой серией таких убийств.

Здесь Ирина Хакамада задавала вопрос по поводу расследования убийства Немцова, что я считаю абсолютным позором для нашей страны. И правоохранительные органы должны сделать всё для того, чтобы изобличить преступников. Как мы знаем, исполнители арестованы.

На Украине, которая претендует на то, чтобы быть демократическим государством и стремится в демократическую Европу, ничего подобного не происходит. Где убийцы этих людей? Их просто нет – ни исполнителей, ни заказчиков. И это предпочитают не замечать ни в Европе, ни в Северной Америке.

К.Клеймёнов: Мы, конечно, в первую очередь выражаем глубокие соболезнования родным Олеся и всем его коллегам.

В.Путин: Я присоединяюсь полностью.

М.Ситтель: Независимо от политических взглядов, у нас в России есть тема, которая практически ни у кого не вызывает сомнений и кривотолков: это Великая Победа в Великой Отечественной войне. Потому что у каждого гражданина России в его семье есть свой герой, и потому всеобщее отвращение вызывает любая попытка, изощрённая деятельность по переписыванию истории Великой Отечественной войны. В этой истории СССР поставлен на одну доску с гитлеровской Германией, а Красная армия выступает уже не как освободитель, а как оккупант. Владимир Владимирович, Вам как сыну фронтовика каково слышать это и видеть?

В.Путин: Сложные чувства. И об этом можно много говорить, я постараюсь кратко.

Во–первых, конечно, невозможно ставить на одну доску нацизм и сталинизм, потому что нацисты прямо, открыто, публично объявили одну из целей своей политики – уничтожение целых этносов: евреев, цыган, славян.

При всём уродстве сталинского режима, при всех репрессиях, даже при всех ссылках целых народов всё–таки цели уничтожения народов никогда сталинский режим перед собой не ставил, и попытка поставить на одну доску одних и других абсолютно не имеет под собой никакой почвы. Это первое.

Второе, и, может быть, не очень приятное для нас. Всё–таки мы, не мы, а наши предшественники дали определённый повод для этого. Почему? Потому что после Второй мировой войны мы пытались навязать многим восточноевропейским странам свою модель развития – и делали это силой, надо это признать, и в этом ничего нет хорошего, и это нам аукается сегодня. Кстати говоря, примерно так же ведут себя сегодня американцы, пытаясь навязывать свою модель практически по всему миру, и их тоже ждёт неудача.

К.Клеймёнов: В эти минуты буквально в подмосковном Алабино на военном полигоне идёт репетиция парада, который посвящён великому Дню Победы. Там находится наша съёмочная группа и наш коллега Антон Верницкий.

А.Верницкий: Рабочая обстановка у нас здесь, в Алабино. Несмотря на такую переменчивую погоду, в 40 километрах от центра Москвы, где 9 мая на Красной площади пройдёт парад, проходят практически ежедневные тренировки военнослужащих. 16 тысяч военных, это рекордное количество, будет участвовать в параде 9 мая в этом году на Красной площади. Такого ещё не было никогда. Около 200 единиц новейшей военной техники, которую многие из нас никогда ещё не видели.

По хорошей традиции Министерство обороны приглашает сюда, на репетиции парада, а не только на сам парад, ветеранов Великой Отечественной войны. И сегодня наши почётные гости здесь – ветераны, которые участвовали в той войне. И первое право с нашей точки задать вопрос – от ветеранов. Пожалуйста, представьтесь.

В.Колесов: Полковник в отставке Колесов Виталий Иванович.

Я воевал под Сталинградом командиром батареи, было мне в то время 19 лет. Первые годы войны наша Красная армия, наш советский народ воевали со всей Европой в одиночку, но воевали нашим, советским оружием. Да, у нас были союзники, но они слишком поздно открыли второй фронт, хотя они с нами были заодно.

Владимир Владимирович, а у нас сейчас есть союзники, в том числе союзники в борьбе с возрождающимся фашизмом? Спасибо.

В.Путин: Я в этой связи напомню – Вам, думаю, будет это приятно услышать, – напомню слова Александра III, нашего императора, который сказал, что в России есть только два союзника: армия и военно-морской флот. И в напутствии своему сыну потом говорил, что нашей огромности все боятся. Это, кстати, тоже имеет под собой определённые основания.

Но если уж исходить из того, что мы имеем сегодня, и говорить серьёзно, то, конечно, надо смотреть на что: прежде всего, на угрозы сегодняшнего дня. Какие это угрозы? Уже это звучало: терроризм, ксенофобия, организованная преступность и так далее, и так далее. И конечно, в этой связи у нас много таких государств, много людей во всём мире, которые поддерживают нашу борьбу по противодействию этим угрозам.

У нас есть очень добрые отношения в рамках различных объединений – например, это объединение, которое было создано не так давно, но развивается достаточно успешно: это объединение, которое объединяет Бразилию, Россию, Индию, Китай и Южную Африку, – БРИКС оно называется, аббревиатура такая. Есть Шанхайская организация сотрудничества.

Это не военные организации, но это наши друзья, с которыми мы очень плотно работаем и развиваем наши отношения. И, наконец, у нас есть Организация Договора о коллективной безопасности. Это уже военно-политический союз: это бывшие республики Советского Союза, с которыми у нас очень близкие, надёжные, союзнические отношения и есть взаимные обязательства, в том числе и в военной сфере.

Но я исхожу из того, что мы воевать ни с кем не собираемся, но будем укреплять, безусловно, свою обороноспособность как раз для того, чтобы ни у кого не возникало никакого желания воевать с Россией.

М.Ситтель: Но всё–таки, Владимир Владимирович, можно я Вам прямолинейно задам, может быть, не самый корректный вопрос, но я спрошу: а враги наши кто?

В.Путин: Враги?

М.Ситтель: Да, Вы назвали союзников, Вы упомянули о вызовах, об угрозах, а враги кто?

В.Путин: Я уже говорил о нашей огромности. Мы – территориально большая страна в целом, по европейским меркам, и по населению большая страна. Мы – страна с огромным потенциалом развития, с большими природными ресурсами. И конечно, мы, безусловно, великая ядерная держава: у нас один из крупнейших, сопоставимый с Соединёнными Штатами, равный практически ядерный потенциал. Поэтому быть нашими врагами и друзьями одинаково почётно.

А если совсем серьёзно, то врагов я уже назвал: это международные террористы, организованная преступность и так далее. Мы никого врагами не считаем.

К.Клеймёнов: Между Эбола и ИГИЛ никого не поставим?

В.Путин: Я имею в виду – из участников международного общения. Мы никого врагами не считаем и не рекомендуем никому считать нас своими врагами.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, давайте на тему Великой Победы поговорим ещё со студией.

Оля, пожалуйста.

О.Ушакова: Конечно, в преддверии этого светлого праздника у нас в студии тоже большое количество вопросов на тему юбилея Победы. Я бы хотела предоставить слово доктору исторических наук, научному директору Военно-исторического общества Мягкову Михаилу Юрьевичу. Пожалуйста.

М.Мягков: Здравствуйте, уважаемый Владимир Владимирович! Приближается светлый праздник Победы, 70-летие. Но многие лидеры не приедут на наш праздник, не приедут в Москву. Может быть, и не стоит обращать на это внимание? Не приедут – и не приедут. В конце концов, это наш праздник, это наша Победа. Ведь своим действием таким они оскорбляют память ветеранов, освободительную миссию Красной армии. В конце концов, мы их освобождали! В конце концов, освобождали от той фашистской чумы, иначе бы «Хайль!» кричали до сих пор.

Как Вам кажется, каков должен быть сегодня адекватный ответ России на такие выпады, недоброжелательные к нашей стране? Что–нибудь Россия должна предпринять в этом отношении?

В.Путин: Вы же ответили. Разве я высказывался как–то по этому поводу? Мы разве как–то на официальном уровне реагировали? Это выбор каждого конкретного политического деятеля, выбор страны, которую он представляет. Кто–то сам не хочет, допускаю, а кому–то не разрешают из «вашингтонского обкома», говорят: «Нельзя», – они все раз: «Не поедем». Хотя многие хотят. Но это выбор, и мы всегда будем к этому выбору относиться с уважением.

Если люди в любой форме проявляют желание продемонстрировать уважение к жертвам нацизма и отдать дань освободителям и победителям нацизма, мы будем это приветствовать, повторяю, в любой форме, в любое время, в любом месте. Кто хочет, пусть приезжает. Кто хочет, пусть не приезжает.

Вы правильно сказали, я полностью с Вами солидарен. Для кого–то, может быть, даже это, так скажем, чтобы не обидеть никого, стыдно даже. Но это они пускай сами решают для себя. Мы отмечаем свой праздник. Это наш праздник. Мы отдаём дань уважения поколению победителей, как мы говорим. Мы делаем это для того, чтобы нынешнее поколение и в нашей стране, и за рубежом никогда об этом не забывали и не допускали ничего подобного в будущем.

М.Ситтель: И давайте опять вернёмся в Алабино, «Прямая линия» у нас в эфире, Антон Верницкий.

А.Верницкий: Рядом со мной стоят молодые люди, которые будут участвовать в Параде 9 мая, и, наверное, вопрос от молодых защитников нашей Отчизны.

К.Бакин: Товарищ Верховный Главнокомандующий, я курсант Военно-воздушной академии города Воронежа Бакин Кирилл. Когда я поступал в академию, конкурс на мою специальность был пять человек на место. Это значит, что много молодых парней хотят связать свою жизнь с защитой Родины. Сейчас я учусь на втором курсе, это мой первый парад, участие в параде.

Здесь я увидел очень много новой военной техники, которую до этого не видел. Через три года я должен закончить учёбу и продолжить службу в войсках. Скажите, пожалуйста, хватит ли на нас всех молодых будущих офицеров этой техники? Когда закончится перевооружение нашей армии?

В.Путин: Вы не можете не знать, что существует план перевооружения до 2020 года. Мы, может быть, его немножко будем сдвигать, но связано это не только с экономикой – связано это и с готовностью либо с неполной готовностью промышленности к производству определённых образцов вооружения и по срокам выполнения, но, без всяких сомнений, вся эта программа будет выполнена.

Хватит ли современной техники? Уверен, что да. Наша задача заключается в том, чтобы примерно к этому времени, к 2020 году, количество новых образцов вооружения и военной техники в войсках было не меньше 70 процентов.

К.Клеймёнов: Спасибо, Алабино.

Мне кажется, очень важно сейчас дать ещё слово ветеранам. Они очень активные, пришло очень много от них и СМС-сообщений, и видеосообщений. Я передаю слово моей коллеге Наталье Юрьевой. Наташа, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо, Кирилл.

Да, действительно, мы получили видеоролики от ветеранов Великой Отечественной. Их беспокоят в первую очередь, конечно же, размеры пенсий и цены на лекарства, а также жилищный вопрос. Предлагаю посмотреть ролик, который мы получили от семьи Ерохиных.

В.Ерохин: Я – Ерохин Василий Илларионович, участник Великой Отечественной войны, моя супруга Ерохина Елена Никитична – ветеран Великой Отечественной войны. Мы проживаем в одном из закрытых военных городков Владимирской области – 64 года в различных служебных квартирах.

Я поставлен на очередь в Министерстве обороны для получения государственного жилищного сертификата для приобретения жилья. Обещали его дать минимум через два года, когда нас не будет в живых. Владимир Владимирович, очень прошу ускорить получение жилищного сертификата. Сделайте нам, пожалуйста, подарок к 70-летию Победы.

В.Путин: Я отвечу и Василию Илларионовичу, и другим ветеранам Великой Отечественной войны, которые имеют право на получение жилья.

Мы когда это начинали, в 2008 году практически сформулировали эту программу, я был ещё Председателем Правительства, и действовавший тогда Президент Дмитрий Анатольевич Медведев поддержал это тоже.

Мы исходили из того, что должны были предоставить квартиры ветеранам. Примерно где–то 25–35 тысяч человек мы считали, по предварительным заявкам регионов. На сегодняшний день жильём обеспечена 281 тысяча ветеранов, на это мы направили 308 миллиардов федеральных бюджетных средств. В этом году должны обеспечить ещё 10 тысяч, и останется ещё 5.

Несмотря на такое резкое увеличение нуждающихся, предварительные расчёты были неверными, неточными, мы всё–таки приняли решение довести эту работу до конца, и в этом году, повторяю, и в следующем это будет сделано. Я так понимаю, что проблема в том, что Вы жили в ЗТО, в закрытом территориальном образовании?

К.Клеймёнов: Да, закрытый город.

В.Путин: Василий Илларионович, мы сделаем всё для того, чтобы в самое ближайшее время Ваша проблема была решена.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, приходят, действительно, и ММС-сообщения. В таких домах иногда живут наши ветераны. Это Забайкальский край, женщине 86 лет, и соседи просто сфотографировали этот дом и прислали.

В.Путин: Значит, нужно отреагировать. Дайте мне.

К.Клеймёнов: Я передам.

В.Путин: Мы, надо сказать, часто уже понимаем, что мы оказываем помощь даже не напрямую ветеранам, а его ближайшим родственникам, но мы всё рано это делаем и исходим из того, что ветераны имеют на это право.

К.Клеймёнов: Мы только что говорили о союзниках, о противниках. Но, пожалуй, все эксперты сходятся в том, что одна из главных мировых угроз сегодня – это ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта). Террористическая организация, стремительно захватывающая территории, усиливающая свои позиции, с каким–то колоссальным, феноменальным бюджетом. И в России появляются первые её ростки, по крайней мере, появляются люди, которые с ней так или иначе связаны.

Чудовищные кадры публичных казней. Всё это в новостях почти каждый день. К нам в адрес «Прямой линии» приходят вопросы и на эту тему, есть они и у наших гостей. Ольга, пожалуйста.

О.Ушакова: Да, тема действительно очень острая, волнует многих, в том числе и представителей молодого поколения. Как раз хотела бы дать слово студенту первого курса МГУ Олегу Каешу.

О.Каеш: Спасибо.

Здравствуйте, Владимир Владимирович! У меня такой вопрос касательно ИГИЛ. Известно, что и россияне участвуют в рядах данной организации. В странах Среднего Востока, Средней Азии существуют вербовочные центры, и, собственно, из этих стран идёт поток иммигрантов на нашу территорию. Некоторые из них, соответственно, имеют уже и российские паспорта.

Я хотел бы узнать Ваше мнение, насколько серьёзны угрозы данной организации? Способна ли Россия противостоять и пресекать деятельность данной организации, её распространение по нашей территории?

О.Ушакова: Я немного уточню: насколько серьёзна опасность для самой России? И принимаем ли мы какие–то превентивные меры?

В.Путин: Во–первых, знаете, с чего я хотел бы начать. Ведь ИГИЛ зародился и развивается на территории Ирака, а потом и частично Сирии. Так вот обращаю ваше внимание на то, что в Ираке до известного времени был такой, мягко говоря, совсем уж не демократический режим, а, можно сказать, тиранический, но никакого терроризма там не было.

После того как с Саддамом Хусейном расправились… А он в своё время сотрудничал с Соединёнными Штатами, они его активно поддерживали в войне с Ираном. Кстати говоря, Иран уже лет, наверное, 30 ни с кем не воюет, во всяком случае, инициативно никогда ни на кого не нападал. Но после того как там всё было разрушено, после того как часть населения, меньшая по численности, но входившая в элиты прежних времён, оказалась на обочине, оказалась выброшенной со своей службы, выброшенной с работы, осталась без средств к существованию, они перетекли в экстремистские формирования. Создали ИГИЛ, в которое вошло значительное число бывших кадровых офицеров иракской армии.

Почему они так эффективно воюют? Специалисты, среди них много профессионалов. И они стали как магнитом притягивать к себе и всех других радикалов разных мастей в этот регион.

Для нас, конечно, прямой никакой угрозы от ИГИЛ нет. Но то, что Вы сказали, это действительно вызывает у нас озабоченности. То, что и наши граждане там появляются, проходят там определённую подготовку и могут оказаться на нашей территории. Граждане стран СНГ проходят там подготовку, воюют и могут оказаться у нас, имея уже наши паспорта. Да, мы это понимаем, учитываем и соответствующим образом работаем.

Не могу сказать, что мы всех знаем поимённо, но знаем примерно количество, где они воюют, где они тренируются. Кое–кого и поимённо уже знают. Спецслужбы работают по этому направлению очень активно. Кстати говоря, в сотрудничестве с коллегами из других стран СНГ.

К.Клеймёнов: Оля, я вижу в вашем секторе Алексея Венедиктова. У него всегда есть острый вопрос. Алексей Алексеевич, пожалуйста.

О.Ушакова: Алексей Алексеевич Венедиктов, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы». Пожалуйста.

А.Венедиктов: Спасибо большое.

Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.Путин: Добрый день!

А.Венедиктов: Я вернулся бы к теме политических убийств, тем более сегодня на Украине ещё одно, к сожалению, политическое убийство журналиста. Вернулся бы, во–первых, к теме расследования убийства Бориса Немцова, Вы его действительно знали хорошо. Но знаете, что вызывает удивление и сомнение? Когда следователи не могут допросить свидетелей, когда свидетель скрывается на территории России в одном из субъектов Федерации, майор, а следователи его не могут допросить.

И вызывает сомнение: а почему, что, государство у нас утратило всю силу? Когда убивают человека в 200 метрах от Вашей резиденции, это что – вызов Вам? Это что за наглое, беспардонное убийство? Стреляют в спину безоружному человеку, который идёт с девушкой, а потом добивают двумя выстрелами, когда он пытается подняться? И следователи сейчас топчутся, они действительно взяли исполнителя, но не могут найти даже организаторов.

И наконец, следующее, Владимир Владимирович. Туда, на место убийства, приходят люди и кладут цветы. Их, может быть, не много (сотни, тысяча) людей. Они кладут цветы, они ставят российские флаги, они хотят там сделать мемориальную табличку: «Здесь был убит политик Борис Немцов». Как Улофу Пальме, Вы знаете, там есть, на месте. Нет, нельзя! Это мусор! Цветы – в мешки, российские флаги – в мешки, иконы – в мешки. Здесь будет чисто, «город-сад»!

Видимо, без Вашего мнения по этому вопросу, если оно есть, конечно, это дело не сдвинуть ни с какой точки. Я хотел бы, чтобы Вы выразили отношение, тем более что Вы Бориса хорошо знали и отзывались.

Второе, что я хотел сказать. Вы знаете, Вы, конечно, питерский, Владимир Владимирович, а я московский, но Вы знаете, что в Москве нет улицы Владимира Высоцкого? 35 лет прошло со дня смерти, а в Москве нет улицы [его имени]. И ничего нельзя сделать. Но московский закон позволяет, чтобы Президент внёс представление, и тогда московское правительство может, скажем, улицу Марксистскую, которая ведёт к Театру на Таганке, назвать именем Владимира Высоцкого. Может быть, когда–нибудь и «мост Немцова» будет переименован в этой истории. Я хотел бы, чтобы Вы высказались по этому поводу. Спасибо.

В.Путин: Что касается убийства, я уже дал этому характеристику, мне кажется, повторяться здесь бессмысленно.

Теперь по поводу цветов, памятных табличек и названий улиц. Вы знаете, что это прерогатива местных, региональных властей, в данном случае московских властей. Существует закон, согласно которому памятные таблички могут быть на месте гибели человека установлены через 10 лет после смерти. Но в конечном итоге, повторяю ещё раз, московские власти могут и должны принять соответствующее решение.

Что касается цветов, знаков внимания другого рода, я вообще не понимаю, с чем связаны ограничения, и я их не приветствую. Наоборот, я считаю, что ничего здесь страшного нет. Ну что такого, если люди приходят, икону положили или цветы? Если это никому не мешает, я не вижу здесь никаких проблем. И обязательно поговорю с мэром на этот счёт, чтобы никаких препятствий не чинили.

Теперь по поводу улицы имени Высоцкого. Для меня тоже странно, я никогда на это не обращал внимания, но, безусловно, Владимир Семёнович всем своим творчеством, конечно, заслужил того, чтобы увековечили его имя, память о нём, в том числе и присвоив его имя одной из улиц Москвы. Тоже поговорю на этот счёт с мэром.

А.Венедиктов: Владимир Владимирович, Вы же понимаете, что я готовился к этой встрече, изучил московский закон.

В.Путин: Догадываюсь.

А.Венедиктов: В московском законе прямо указано, что Президент Российской Федерации – это Вы – имеет право войти с таким предложением в соответствии с законом, и тогда решение будет принято довольно быстро. Я прошу Вас войти с таким предложением.

В.Путин: Да-да, я не против, может быть, и использую своё право, но не все права, которые у меня есть, нужно сразу же использовать, есть и другие инструменты. Можно поговорить с мэром, использовать его собственные права. Мы решим эту проблему.

О.Ушакова: Спасибо.

Давайте возьмём ещё один вопрос из зала, из сектора Дмитрия Щугорева.

Д.Щугорев: У нас в секторе находится Дмитрий Абзалов – президент Центра стратегических коммуникаций. Пожалуйста.

Д.Абзалов: Здравствуйте, Владимир Владимирович! У меня многострадальный вопрос по «Мистралям». На этой неделе произошло испытание уже второго корабля, который благополучно отправился во французские верфи. Собственно, каковы перспективы? Мы будем добиваться поставок кораблей, мы будем добиваться финансирования? И в целом, собственно говоря, военно-экономическое партнёрство с Европейским союзом и с Францией в частности как будет развиваться, исходя из того что произошло год назад?

В.Путин: Отказ от поставки кораблей по действующему контракту – конечно, это плохой знак. Но для нас это с точки зрения поддержания нашей обороноспособности, сказать вам откровенно, не имеет никакого значения. Мы в своё время контракты эти заключили прежде всего для того, чтобы поддержать наших партнёров и обеспечить загрузку их верфи, но в целом планировали использовать их на Дальнем Востоке. Для нас это не является критичным.

Но я исхожу из того, что действующее руководство Франции, вообще французы – люди порядочные, деньги нам вернут. Мы не намерены даже требовать каких–то неустоек, требовать каких–то штрафов запредельных, но надо, чтобы все издержки, которые мы понесли, были возвращены. Но это, безусловно, говорит о том, что надёжность наших партнёров, которые в рамках военно-политического блока, в данном случае в рамках блока НАТО, утрачивают часть своего суверенитета, добровольно отдают туда часть своего суверенитета, эта надёжность под вопросом. И мы, конечно, будем это учитывать в ходе дальнейшего сотрудничества в области военно-технического взаимодействия.

К.Клеймёнов: Расслабятся там наши партнёры, Владимир Владимирович.

В.Путин: Ничего, мы переживём.

М.Ситтель: Будь то США, ИГИЛ или иные вызовы и угрозы – для того чтобы спать спокойно, нам нужны сильная армия и сильный флот. Но не менее важен и промышленный потенциал, который обеспечит потребности армии, например, в современном вооружении или, что ещё более важно, обеспечит рост в гражданских отраслях нашей экономики. Сильная экономика – это социальная стабильность, и это очень важно. Поэтому давайте сейчас выйдем ещё на одно прямое включение. С нами на связи Иркутский авиационный завод «Корпорация «Иркут» и наш корреспондент Дмитрий Кайстро.

Д.Кайстро: Добрый день, студия! Это Иркутский авиационный завод, предприятие с 80-летней историей. За всё время здесь выпущено 7000 боевых самолётов 26 модификаций. То место, где мы сейчас находимся, называется цех окончательной сборки. Рядом со мной его начальник Игорь Николаевич Иванов. Игорь Николаевич, какие самолёты здесь собирают?

И.Иванов: В нашем цехе производится сборка тяжёлого истребителя Су-30 и учебно-боевого самолёта Як-130. Сейчас мы активно готовимся к сборке пассажирского самолёта МС-21.

Д.Кайстро: Игорь Николаевич, наверное, и у Вас, и у коллектива есть вопросы к главе государства?

И.Иванов: Да, конечно.

В настоящее время наш Иркутский авиационный завод работает на полную мощность. Сегодня мы строим самолёты как на экспорт, так и для нашего Министерства обороны. Естественно, нас очень волнует перспектива развития завода. Сегодня мы спокойно можем делать и ставить на крыло 50–60 боевых самолётов. За последние годы на заводе создано более тысячи рабочих мест, завод работает в две смены. Конечно, нам очень не хочется терять темпы производства. Можем ли мы надеяться на долгосрочный стабильный государственный контракт по военной технике?

В.Путин: Конечно. Вы сейчас сами сказали, что вы производите и Су-30, и Як-130, готовитесь к производству МС-21. На ближайшие два-три года портфель заказов полностью укомплектован, но я исхожу из того, что Вы и сами об этом знаете. Если нет, то хочу Вам об этом сказать. Дальше будет разговор, конечно, о новых заказах, может быть, на новые боевые машины.

Что касается МС-21, о котором Вы упомянули, то это очень перспективная машина. Мы уже сегодня имеем где–то 100–120 примерно так называемых мягких контрактов, то есть это те, которые подписываются до получения соответствующих сертификатов, но к 2017 году, надеюсь, сертификаты уже будут получены, и эти мягкие контракты перетекут естественным образом в так называемые жёсткие контракты, уже с сертификацией.

У нас эти машины заказывают, разумеется, наши компании, прежде всего «Аэрофлот», некоторые другие, но и иностранные партнёры, в частности индонезийские. Я исхожу из того, что эта работа будет вестись ритмично, и никаких сбоев в деятельности предприятия мы не допустим.

К.Клеймёнов: Спасибо, Иркутск.

У нас на связи сейчас космодром Восточный. Сегодня это стройка действительно всероссийского масштаба. Надо построить не просто стартовую площадку, но и, по сути, целый город со всей инфраструктурой. Но так получилось, что в последние недели вокруг этой стройки несколько громких скандалов произошло. Сначала отчёт Счётной палаты, которая выяснила, что сметы существенно завышались, затем скандал с невыплатой зарплат и невыходом рабочих на работу. У нас есть возможность узнать, как обстоит дело сейчас на этой стройке. Итак, наш коллега Евгений Рожков.

Е.Рожков: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Добрый день, коллеги! Хотя, видите, у нас давным-давно уже добрый вечер, потому что шестичасовая разница. Но это по–прежнему космодром Восточный, главная стройка страны. Ну и как иначе? После форума АТЭС во Владивостоке, после Универсиады в Казани и после зимней Олимпиады в Сочи, конечно же, эта площадка для строителей, безусловно, стала площадкой номер один. Ведь именно отсюда, из этого «огненного кольца», так она будет называться, уже в декабре этого года должна стартовать ракета-носитель «Союз-2» с тремя спутниками на борту.

Вообще, понять масштаб этой стройки, масштаб космодрома можно только тогда, когда окажешься здесь. Мне повезло, я здесь уже второй раз и знаю, что это не только этот огромный стартовый комплекс, откуда пойдёт ракета, но и огромное количество других зданий, и мобильная башня обслуживания, командный центр, технический центр, сразу два завода и семь этажей под нами с коммуникациями и коридорами.

Как нам сказали в Спецстрое – это организация, которая занимается строительством здесь, – готовность объектов примерно 80–90 процентов, то есть осталось совсем чуть-чуть, немного, и в декабре ракета должна полететь.

Ну и как в любом большом деле, здесь тоже не обошлось без проблем. И вот последняя проблема обнаружилась буквально два дня назад, когда мы приехали сюда. Оказалось, что около десятка людей, десятка строителей, точнее, даже несколько десятков строителей не получают зарплату здесь, на космодроме, уже примерно четыре месяца. Они обратились в нашу редакцию, позвонили в Москву, больше того, они на своих вагончиках сверху написали свои требования и рассказали о своих проблемах, чтобы привлечь внимание. Мы решили пригласить этих людей сюда, к нам, на съёмочную площадку, в прямой эфир. Несколько из них здесь.

Здравствуйте! Расскажите о своих проблемах, с чем это связано. Всё, что я знаю, это то, что ваша компания обанкротилась и Вы приехали из Приморья – всё верно?

А.Тюришев: Да, всё верно.

Добрый день, Владимир Владимирович! Мы строители Золотого моста. В 2012 году пришли на стройку космодрома и построили одни из основных объектов космодрома. Но в свете разных событий получилось так, что наша компания в стадии банкротства. Четыре месяца мы не получали зарплаты, и люди выехали с объекта, осталось 30 человек, которые охраняли наше имущество.

И, видя безразличие к нам, мы уже отчаялись и просто таким оригинальным способом решили обратиться напрямую к Вам, чтобы Вы нас увидели и помогли в нашей ситуации решить наши проблемы. И всё–таки мы хотим строить, мы хотим остаться здесь, мы хотим дальше продолжать работу. Поэтому и обращение такое из двух частей: помочь нам с зарплатой и всё–таки дать возможность нам продолжать здесь строить.

Е.Рожков: Тем более что космодрому руки нужны.

А.Тюришев: Да, мы профессионалы, мы построили большую часть объектов саммита.

В.Путин: Понятно. У меня к Вам встречный вопрос: а Вам так задолженность по заработной плате и не выплатили? Сейчас какая ситуация с выплатой заработной платы?

А.Тюришев: Выплатили 17 процентов от декабрьской зарплаты всему коллективу – это 1123 человека. И сегодня перечислили тем людям, кто здесь охранял, это 70 человек, зарплату примерно 70–80, всем по–разному получилось от всей задолженности.

В.Путин: Сегодня выплатили? Видимо, в преддверии нашего разговора.

А.Тюришев: Да, и в свете последних событий я хотел попросить Вас, чтобы я лично Вам доложил о последнем выплаченном рубле.

В.Путин: Хорошо. Как Вас зовут?

А.Тюришев: Тюришев Антон.

В.Путин: А по батюшке?

А.Тюришев: Антон Иванович.

В.Путин: Антон Иванович, значит, мы с Вами возьмём это под двойной контроль: Вы – на месте, а я – здесь, из Москвы.

Хочу отметить, что в своё время Ваш покорный слуга и инициировал эту стройку. И вот те проверки, которые были организованы в последнее время, тоже были организованы по моему поручению. Все сбои, которые сейчас идут и по стройке, и по выплате заработной платы, абсолютно недопустимы, и, безусловно, никто с этим мириться не будет. Прежде всего потому, что в полном объёме стройка финансируется из федерального бюджета.

Я сейчас не буду говорить обо всех ресурсах, которые выделены были в последние годы, но только в этом году предусмотрено 40 миллиардов. Опять 40 миллиардов, ещё 40 миллиардов. И, что самое главное, генеральному подрядчику все эти деньги перечислены. Почему они не доходят до субподрядчиков, до исполнителей, почему не выплачивается заработная плата – это большой вопрос, которые требует и ищет своего кропотливого исследователя – не только в лице Контрольного управления и Счётной палаты, но и в лице Следственного комитета. Надеюсь, что всё это будет сделано. Знаю, что там уже и уголовные дела возбуждены. Не сомневайтесь, мы обязательно добьёмся того, о чём Вы говорите, – полной выплаты заработной платы и продолжения Вашей работы на этом действительно крупнейшем и важнейшем объекте для России.

М.Ситтель: Космодром Восточный, предлагаем вам задать ещё один вопрос Президенту Путину.

Е.Рожков: Да, у нас действительно много здесь интересных людей, много интересных вопросов. Есть и те, кто здесь трудится с самого начала, приехал сюда ещё три года назад и до сих пор здесь работает.

Владимир Васильевич, здравствуйте! Проходите сюда. Я знаю, что Вы заливали вот эту самую плиту, на которой мы стоим. Вы здесь с самого начала. Представьтесь полностью, и Ваш вопрос.

В.Остамченко: Моя фамилия Остамченко, зовут меня Владимир, я из Хабаровска.

В фильме про Крым Вы говорили о событиях очень важных, там речь идёт о возвращении Крыма. Вы сыграли в этом деле очень большую роль, было всё под Вашим контролем, под личным. Я хочу сказать, что космодром, который мы сейчас строим, для нашего государства имеет не меньшее значение, чем возвращение Крыма. Поэтому те люди, которые отвечают за космодром, я думаю, должны знать, что следующие этапы строительства находятся под Вашим личным контролем, контролируются именно Вами.

В.Путин: Владимир Васильевич, когда я в этом фильме о возвращении Крыма говорил о том, что всё находилось под контролем, в том числе и под моим контролем, совсем не стремился отметить свою какую–то особую роль. Смысл того, что я говорил, заключался в том, чтобы показать, что там, где есть легитимная, берущая на себя ответственность власть, там и вопросы решаются так, как требуют интересы народа. А там, где дело доводят до развала государства, до развала властных структур, там всё рассыпается и ничего не получается, и результаты очень тяжёлые, если не сказать катастрофические.

Но что касается космодрома и Крыма… Я с Вами соглашусь, что космодром – очень важная вещь, но в Крыму речь шла о судьбах миллионов людей. Здесь строительный объект, безусловно, очень важный, но всё–таки это другая история, как говорится. Вместе с тем трудно не согласиться, что это одна из важнейших, если не сказать на сегодняшний момент важнейшая стройка страны, очень крупная и очень нужная. И, безусловно, мы будем это делать, не потому что я когда–то был инициатором начала этого проекта, а потому что космодром новый нужен стране.

Нужен он потому, что у нас, по сути, и космодрома–то нет нормального. У нас есть пусковые площадки Плесецка, но это военный космодром. А гражданского у нас, собственно, и нет. Мы пользуемся Байконуром, но он находится на территории другого государства, правда, близкого нам государства, нашего ближайшего союзника. У нас там текущие вопросы возникают, но кардинальных проблем нет, и мы будем использовать этот космодром и дальше. Но Россия – крупная космическая держава – должна иметь собственную площадку для вывода на орбиту всех видов, типов космических аппаратов, и, безусловно, мы будем это делать, тем более что у нас большие планы.

Сейчас говорили о том, что в конце этого года «Союз-2» должен быть запущен. Правда, коллега-корреспондент сказал о трёх спутниках. По–моему, там два, один из них, кстати, спутник МГУ, но не важно, во всяком случае, планы запусков такие, что в декабре это уже должно начаться. Потом речь идёт о запуске «Ангары» – тяжёлой ракеты. Мы планировали и сверхтяжёлую в последнее время, но я согласился со специалистами, которые считают, что нужно график немножко сдвинуть вправо, и не по экономическим соображениям, а по технологическим, имея в виду, что мы к 2023 году собираемся создать на орбите собственную национальную орбитальную космическую станцию.

Это отдалённая перспектива, но тоже нужная для нас, нужная с народнохозяйственной точки зрения, потому что МКС нами активно используется для науки, для народного хозяйства, но с МКС видно только пять процентов территории Российской Федерации, а вот с национальной станции мы, конечно, должны будем видеть всю территорию нашей огромной страны. Это имеет большое народнохозяйственное и всякое другое специальное значение. Поэтому мы безусловно будем доводить этот проект до конца, и он, вне всяких сомнений, будет находиться под нашим с вами контролем.

К.Клеймёнов: Спасибо, «Восточный», а мы переносимся в центр обработки телефонных звонков и сообщений. Татьяна, пожалуйста.

Т.Ремезова: Спасибо, Кирилл.

Мы работаем в эфире три часа, и за это время общее количество обращений перевалило за три миллиона, это абсолютный рекорд всех «Прямых линий». У нас уже два миллиона звонков, полмиллиона СМС. Сейчас я вижу очень народный вопрос, который буквально на этой неделе коснулся всех россиян, у кого есть автомобиль.

На линии Благовещенск. Добрый день – вернее, у Вас уже добрый вечер! Мы Вас слушаем.

Г.Загорская: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Вас беспокоит Загорская Галина Яковлевна, город Благовещенск, пенсионерка.

С 12 апреля на 60 процентов увеличится размер ОСАГО. Это где–то 10–12 тысяч рублей. Сюда же включается страховка за жизнь водителя, без неё не выдают полис. Пенсия – 14 тысяч. Машина – наша кормилица, возит нас на садовый участок. Вопрос: как можно прожить месяц на оставшиеся средства пенсии? До свидания. Всего хорошего.

В.Путин: Галина Яковлевна, вопрос, конечно, не из простых, Вы правы. И что можно по этому вопросу сказать? Поднятие стоимости ОСАГО – это решение было принято Центральным банком, экономически вынужденная мера. Во–первых, потому, что 11 лет не корректировали эту ставку. Во–вторых, потому, что стоимость запчастей выросла в связи с курсовой разницей. И, в–третьих, потому, что возросла стоимость платежей, связанных с охраной жизни и здоровья людей. Вот эти три компонента и вызвали такое резкое повышение.

Единственное, что можно здесь сказать, – это то, что подобные необходимые вещи нужно делать своевременно, и тогда не будет резких скачков. В противном случае страховые компании просто уходят с этого сегмента рынка, и тогда, к сожалению, может наступить такая ситуация, которую иначе как хаосом не назовёшь.

Поэтому подумаем, и я обязательно поручу и Центральному банку, и Правительству. Здесь уже коллеги говорили о том, что если поддерживать кого–то, то нужно поддерживать адресно. Подумаем, насколько это можно сделать в данном конкретном случае.

К.Клеймёнов: У нас ещё много вопросов здесь, в студии, давайте их послушаем, один из них.

Оля, пожалуйста.

О.Ушакова: Спасибо.

Хотелось бы ещё раз обратиться к бизнес-сообществу, потому что вопросов очень много. И, я думаю, было бы логичным дать слово человеку, который представляет интересы всех деловых людей, – Уполномоченный Президента по правам предпринимателей Борис Титов. Пожалуйста, Ваш вопрос.

Б.Титов: Спасибо большое.

Владимир Владимирович, мы сегодня уже очень много говорили о малом бизнесе, но, поскольку ко мне идёт очень много обращений именно от малого бизнеса, не могу не затронуть ещё этот вопрос.

Действительно, живётся малому бизнесу пока очень непросто. И надо сказать, что действительно много делается, но пока вдруг принимаются какие–то решения, которые во многом нивелируют все те шаги, которые были сделаны, – вот сегодня по ларькам: практически сегодня идут по всей стране «военные действия» по этому вопросу. Мы говорим о том, что социальные страховые платежи были подняты.

Но, Вы знаете, мне кажется, надо менять весь подход к малому бизнесу. Мы часто говорим, что он источник для бюджета, и наши финансовые власти очень много об этом говорят – и не принимают таких серьёзных решений. По двум причинам мне кажется, что это не совсем так.

Во–первых, малый бизнес – очень малый источник для бюджета. Весь малый бизнес в России – это в шесть раз меньше источник для бюджета, чем один «Газпром». Во–вторых, роль малого бизнеса в основном в другом: это социальная функция, он создаёт рабочие места. Малые предприниматели сами себя обеспечивают. Кроме этого, они создают недорогие товары и услуги, которые являются базовыми для населения, особенно в кризис они очень важны, они такой буфер, подушка безопасности для экономики страны.

Так вот давайте всё–таки кардинально сегодня изменим отношение и пойдём по второму пути, понимая важность бизнеса, как социальной функции для страны, кардинально снизим административную нагрузку. Для нас, например, снижение нагрузки – это создать новый отряд совсем малых предпринимателей, которые называются «самозанятые», которые могут без регистрации…

О.Ушакова: То есть у Вас скорее не вопрос, а предложение – пересмотреть своё отношение к малому бизнесу?

Б.Титов: Да. Если можно, Владимир Владимирович, хотел бы Ваш комментарий на эту тему.

В.Путин: Если что–то не удаётся, это, значит, и Ваша вина, Вы же советник по этим вопросам, так что надо тщательнее, как говорил известный и любимый нами артист.

Но если по сути, то Вы знаете, решения, которые были приняты в последнее время, сами сказали сейчас о том, что нельзя утверждать, что ничего не делается. Наоборот, делается много для поддержки малого и среднего бизнеса, но, видимо, недостаточно, если он развит у нас так, как мы знаем, но говорить, что это чисто социальный вопрос, тоже, наверное, перебор, потому что мы же говорим – малый бизнес, это всё–таки бизнес – правда, бизнес особого рода.

Здесь мы расширяем возможности патентной системы: взял патент – и просто работай. Мы говорим о том, что часть льгот, которыми пользовались индивидуальные предприниматели, можно было бы перенести в сферу малого бизнеса. Это мы с Вами как раз обсуждали на последнем Госсовете, и думаю, что по этому пути нужно двигаться.

Давайте мы постараемся формулировать конкретные вещи – не просто отношение, а просто конкретные вещи будет формулировать, что нужно сделать дополнительно, чтобы люди почувствовали себя уверенно. Я уже говорил о программе Центрального банка, в рамках которой он фондирует коммерческие банки под 6,5 процента. Там всего 50 миллиардов, они до сих пор не истрачены.

Вы понимаете, в чём проблема: по–моему, 20 или 30 миллиардов только востребованы – значит, нет достаточных механизмов доведения даже имеющихся ресурсов, а они готовы увеличить сумму фондирования до 100 миллиардов; значит, у нас нет достаточных механизмов доведения этих средств и этих решений до конечного потребителя. Давайте над этим подумаем. Спасибо.

К.Клеймёнов: И теперь слово Наталье Юрьевой, её буквально засыпают видеовопросами. Наташа, пожалуйста.

Н.Юрьева: Спасибо.

В нашем видеоцентре в абсолютных лидерах – вопросы социального обеспечения и соцзащиты, на втором месте – жильё и ЖКХ, на третьей строчке рейтинга – зарплаты. Много вопросов и про образование. Школьники попытались воспользоваться моментом и пролоббировать у Президента полную отмену экзаменов. Есть и серьёзные предложения. Давайте посмотрим ролик, который мы получили от трёх учениц из Санкт-Петербурга.

Вопрос (задают школьницы из Санкт-Петербурга): Здравствуйте, Владимир Владимирович! Мы от лица всех школьников России хотели бы попросить Вас заменить экзамен ЕГЭ на экзамен по билетам, который был в Советском Союзе. Мы считаем, что экзамен по билетам – это очень удобная система, которая позволяет показать все свои знания. И, даже если ученик очень старается и очень способный в каком–то предмете, ЕГЭ не позволяет ему показать всех своих знаний и навыков, и при достаточных, обширных знаниях можно получить маленькое количество баллов.

И ещё мы бы хотели попросить, чтобы Вы ввели больше произведений, которые должны школьники проходить по литературе, в 10-м и 11-м классе особенно.

Спасибо большое. До свидания.

В.Путин: Понятно.

Мне бы сейчас не хотелось открывать полномасштабную дискуссию по ЕГЭ. Я думаю, что это тема, которая постоянно находится в поле зрения и внимания общественности, и в конечном итоге всё–таки окончательную точку в этом должны поставить специалисты, которые глубоко понимают проблему.

Есть и минусы, есть и плюсы, я сейчас не будут вот об этом обо всём говорить, но фактом остаётся то приятное явление, что количество молодых талантливых людей из провинции в гораздо большем объёме поступает в ведущие вузы страны при этой системе оценки знаний. Там есть, безусловно, и свои минусы, о которых я сказал, начётничество такое: это как бы не погружение в глубину темы, а подготовка, как будто экзамен – это сдача экзаменов на водительское удостоверение.

Там есть свои минусы, но Министерство образования пытается корректировать эти минусы за счёт чего: ну, вот возвращена на экзаменационное испытание такая форма, как сочинение по литературе; в некоторых вузах разрешено (в ведущих – в МГУ, в частности, разрешено) проводить дополнительное экзаменационное испытание, учитывая результаты на различных конкурсах и олимпиадах. Во всяком случае согласен с вами в том, что эта система нуждается в совершенствовании.

К.Клеймёнов: Наташа, пожалуйста, у вас ещё есть вопрос.

Н.Юрьева: Вы знаете, в наш центр приходит много необычных роликов: кто–то поёт, кто–то отжимается на камеру, а, например, Тимур Кочебаев просит помочь убедить его девушку принять предложение руки и сердца – Юля Дорохова, если Вы нас слышите, я бы на Вашем месте подумала. Очень много роликов приходит от детей, даже я бы сказала – от малышей. Давайте посмотрим один из таких.

Вопрос: «Владимир Владимирович, я из Нальчика, мне четыре года. Я с рождения хочу стать президентом. Президентом трудно стать? А сколько часов Вы спите, а то я очень люблю поспать? Спасибо».

В.Путин: Я не очень расслышал.

К.Клеймёнов: Сколько часов Вы спите, а то он тоже очень любит поспать, а мечтает быть президентом с рождения.

М.Ситтель: «Трудно быть президентом?»

В.Путин: Трудно ли быть президентом? У тебя получится, если ты захочешь; судя по характеру, по настрою, по такому запалу – это получится. А то, что любишь поспать, это очень хорошо, это говорит о том, что ты будешь здоровым президентом.

М.Ситтель: Давайте возьмём вопрос ещё из сектора Екатерины Мироновой.

Е.Миронова: Спасибо.

Я предлагаю вернуться к серьёзным вопросам. Представлю ещё одного представителя малого бизнеса – это Сергей Бахов, город Хабаровск. Пожалуйста, Сергей Константинович.

С.Бахов: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Последнее заседание Госсовета было посвящено малому бизнесу. Всё правильно, хорошо говорилось, но очень мало говорилось о том, что малый бизнес по сравнению с крупным бизнесом находится в неравном положении. Крупный бизнес имеет длинные дешёвые кредиты, имеет деньги из Резервного фонда, которые позволяют ему спокойно жить, получая при этом миллионные зарплаты и при необходимости раскрывая «золотые парашюты».

Сотая часть этих денег, если бы она была распределена и попадала бы на производственный малый бизнес, она бы дала большой толчок в развитии производства. По крайней мере, я говорю про Дальний Восток, потому что обновление оборудования дало бы нам возможность по импортозамещению заместить товары, которые приходят к нам из Китая.

Мы над этим работаем. На сегодняшний день успехи у нас есть. Китайские предпринимали у нас одни из самых крупных покупателей нашей продукции. Вопрос: будет ли необходимость такая и будет ли возможность деньги для малого бизнеса перераспределить, чтобы они больше поступали на развитие производства?

В.Путин: Вы знаете, здесь Борис Титов уже говорил о том, что большие отчисления налоговые, в социальные фонды и так далее. Но обращаю Ваше внимание, и Борис должен об этом знать, кстати: отчисления в социальные фонды – они носят льготный характер, и они значительно меньше, чем отчисления от других видов бизнеса. Прежде всего, конечно, речь идёт о малом и среднем бизнесе, работающем в области науки, социальной сферы, в области производства.

Что касается длинных денег, то их в целом в экономике не хватает. Вы сказали о том, что крупные предприятия получают длинные так называемые и дешёвые деньги. Но если Вы сейчас спросите у людей, которые руководят крупными предприятиями, то они с Вами не согласятся.

У нас в целом в экономике не хватает длинных денег. А откуда они берутся? Они берутся из накоплений граждан, они берутся из депозитов юридических лиц, они берутся из пенсионных денег, поэтому нам всё время говорят о том, что нужно вернуть накопительную пенсионную систему. Правда, пока она работала, оттуда деньги на развитие экономики почти не брали, а брали только для использования в интересах Минфина, который выпускал соответствующие долговые обязательства под них.

То, что это нужно сделать, это точно. И мне, честно говоря, очень бы хотелось, Вы в контакте с Борисом Титовым, обязательно обсудите этот вопрос, что можно сделать, в том числе дополнительно для малого и среднего бизнеса на Дальнем Востоке, там это особенно важно.

Я уже говорил о возможности перехода на патентную систему, я уже говорил о том, что, скажем, можно воспользоваться льготным кредитованием через фондирование Центрального банка. Есть и другие варианты льготирования и поддержки малого и среднего бизнеса. Пообсуждайте, если будут дополнительные конкретные предложения, я с удовольствием это поддержу.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, я тоже про деньги хочу спросить, но про другие. Накануне были обнародованы декларации о доходах первых лиц государства, было очень интересно посмотреть. Почему главам крупнейших госкорпораций разрешили не публиковать данные о доходах? Это справедливо?

В.Путин: Думаю, что это решение Правительства связано с тем, что в органах управления, в советах директоров наших крупнейших отечественных компаний работает немало иностранных специалистов, граждан иностранных государств. Они там работают не на первых позициях – скажем, как у наших соседей в Украине, которые полностью поставили практически под внешнее управление, там и министр финансов – иностранец, и все другие ключевые министры – иностранцы, как будто уже среди украинцев нет порядочных, честных и профессиональных людей. В наших компаниях работает много специалистов на вторых, третьих ролях, членами советов директоров. Мы не можем их обязать, не можем в явочном порядке заставить их публиковать и обнародовать свои доходы. А ставить наших граждан и иностранных граждан в неравные условия: наших заставить, а других членов советов директоров освободить от этого – тоже некорректно.

Но в большинстве западных экономик руководители крупных компаний делают это добровольно. У нас Правительство даже приняло кодекс поведения в бизнесе. Он принят, но он реально не работает. Если Вы спросите моё мнение, то я бы настойчиво рекомендовал руководителям наших компаний предъявить свои доходы, не вижу здесь ничего страшного.

М.Ситтель: Самое время сейчас включить центр обработки сообщений. Татьяна, какие темы наиболее популярны? Кто звонит? Какова активность?

Т.Ремезова: Мария, активность небывалая, как я уже сказала. Мы уже установили абсолютный исторический рекорд всех «прямых линий»: более трёх миллионов обращений. Количество звонков продолжает расти в геометрической прогрессии. Среди тем-лидеров – это социальные вопросы, это ЖКХ. И очень много звонков на тему здравоохранения, и особенно в этом году очень много звонят с вопросами про лекарства. Один из таких звонков мы готовы вывести в эфир прямо сейчас. С нами на связи Краснодарский край, станица Воронежская. И мне подсказывают редакторы – Елена с нами на связи и сейчас будет задавать свой вопрос.

Елена, добрый день, мы Вас слушаем.

Вопрос: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Мой ребёнок болен острым лимфобластным лейкозом. Для лечения необходимы лекарственные средства, которые нам выписывают врачи, пять наименований. С января в аптеке не выдаются эти лекарства, ссылаясь на то, что их нет в наличии. Мы находимся в федеральном списке на бесплатные лекарства. Когда мы лежим в больнице, нам лекарства предоставляются. Прошу Вас обеспечить нас жизненно необходимыми лекарствами. Большое спасибо.

В.Путин: Я бы попросил потом дать всё данные женщины, которая сейчас звонила, и вот почему. Дело в том, что Правительство Российской Федерации не просто расширило список жизненно важных, необходимых лекарств до 608 наименований (это примерно на 52 позиции), а это в целом 21 тысяча торговых наименований, из них 317 позиций – для льготных категорий, для инвалидов и ветеранов, вообще для льготников.

Судя по тому, что сейчас было сказано, то, что сейчас прозвучало, – люди имеют право на льготное бесплатное обеспечение. И что важно: важно то, что, по докладам Минздрава, все необходимые препараты такого рода закуплены почти на квартал вперёд, на несколько месяцев вперёд.

Правительство Российской Федерации выделило дополнительно на эти цели 16 миллиардов, но, по заявлению Министра здравоохранения, им даже не нужно сейчас использовать эти 16 миллиардов, потому что в наличии всё есть, и всё распределено по регионам. И если это не доходит до людей, то это просто проявление практически криминального характера. Надо выяснить, где это происходит. Обязательно поручу Минздраву и соответствующим службам Минздрава этим заняться, мне нужны данные.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, это много где происходит, очень много сообщений.

М.Ситтель: Да, это не один регион.

В.Путин: Хорошо, для этого есть «Прямая линия».

К.Клеймёнов: Более того, для льготников лекарств нет, но за деньги есть. Например, вопрос из Московской области, не откуда–то издалека: «Мой отец – ветеран труда, инвалид II группы, не получает лекарств по рецептам в течение четырёх месяцев. В больнице говорят, что нет поступлений, приходится приобретать за свой счёт».

В.Путин: Давайте-давайте всё сюда, для этого мы и «прямые линии» проводим.

М.Ситтель: Спасибо.

Татьяна, давайте ещё один вопрос возьмём с телефонных линий.

Т.Ремезова: Да, Владимир Владимирович, все данные по звонку из Краснодара обязательно Вам передадим. Но на этом проблема, как выясняется, не исчерпывается. И предлагаем взять ещё один звонок, звонок из Ярославля.

Добрый день, Вы в эфире. Пожалуйста, задавайте Ваш вопрос.

Вопрос: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Екатерина, у меня такой вопрос: правда ли, что Минздрав хочет отказаться от импортных лекарств? Мне кажется это неправильным, ведь наши препараты не такие качественные. Уже есть случаи, когда люди после пересадки почки умирали от российских аналогов.

Спасибо Вам за ответ.

В.Путин: Во–первых, Минздрав не собирается отказываться от импортных препаратов.

Второе. Мы должны развивать свою собственную фармацевтическую промышленность. Это очевидная вещь, и думаю, что Вы с этим согласитесь. Именно для этого несколько лет назад мы подготовили и внедряем сейчас программу развития собственной отечественной фармакологии. Стоимость программы – где–то, могу немного ошибиться, но где–то в районе 180 миллиардов рублей. И у нас, в России, наши производители производят в значительном объёме качественные, отвечающие всем требованиям мировых стандартов лекарственные препараты.

Наверное, тот случай, о котором Вы сказали, такие случаи, наверное, тоже бывают, – они, безусловно, подлежат расследованию и в профессиональном, экспертном плане, и в плане соблюдения законов, в том числе и по линии правоохранительных органов, и должны быть сделаны соответствующие выводы. Но хочу Вас заверить, что никаких планов полного отказа от закупок импортных препаратов у Правительства нет.

Кстати говоря, можно было бы, наверное, этим вопросом воспользоваться и сказать, что действительно наблюдается определённый рост цен, к сожалению, в том числе и на отечественные препараты. Это связано с тем, что значительная часть этих препаратов производится хоть и у нас в стране, но на импортной основе, которая, естественно, из–за курсовой разницы подорожала. Но в последний месяц, где–то за март всё–таки мы наблюдаем небольшую стабилизацию на фармацевтическом рынке и даже определённую коррекцию в сторону понижения.

Далеко не везде, вот люди меня слушают, скажут: у нас этого нет, у нас как были лекарства дорогими, так и есть, – но в целом по стране небольшое снижение, небольшая коррекция в сторону понижения всё–таки есть.

К.Клеймёнов: Давайте останемся в центре обработки звонков и сообщений. У нас есть возможность увидеть ещё один видеовопрос. Наталья, пожалуйста.

Н.Юрьева: В нашем видеоцентре сейчас около 13 тысяч видеовопросов, это уже на 5 тысяч больше, чем в прошлом году. Именно на медицинскую тему мы получаем много роликов. Давайте посмотрим видео, которое нам отправила Софья Бабич.

С.Бабич: Владимир Владимирович, здравствуйте! Софья Бабич, город Тольятти, мне 15 лет. Я инвалид детства, ДЦП. Я очень хочу хотя бы чуть-чуть ходить. Я стараюсь,и мне очень необходим тренажёр, он в комплексе: беговая дорожка, и в нём много всего. Мы не можем такой купить, он стоит где–то 20 тысяч. Реабилитации у нас в области тоже нет. Моя мама старается, делают мне операции, но нужны тренажёры. Помогите мне. Я очень хочу ходить. Люблю Вас. Ваша Соня. Пока.

В.Путин: Не беспокойся, это не тот вопрос, который требует особых усилий. Мы, безусловно, этот вопрос решим, даже не беспокойся. Желаю тебе скорейшего выздоровления. И я вижу, что по характеру ты такой человек, который будет бороться и добьётся результатов.

М.Ситтель: Спасибо, Владимир Владимирович. Спасибо.

И в продолжение темы разрешите мне передать слово Ане Федермессер, она приглашена к нам в студию. Этот человек занимается много какими проблемами, онкологией в том числе. Пожалуйста.

А.Федермессер: Спасибо большое. Добрый день!

Я сегодня представляю наиболее уязвимую категорию пациентов: это пациенты, которые больны неизлечимо, которых вылечить нельзя, но помочь им можно. И в этой сфере у меня два не вопроса – на самом деле это две просьбы.

Первая. Вот даже в этой категории есть ещё более несчастливые наши сограждане, это те люди, в основном дети и молодые взрослые, которые в силу заболевания пожизненно привязаны к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Они не могут без него жить, потому что не могут без него дышать.

В нашей системе здравоохранения они находятся в отделениях реанимации. Если мы говорим о детях, то там они не могут развиваться, они не могут общаться с мамой и довольно быстро в не самых дружелюбных условиях уходят из жизни. Во всём мире они находятся дома, они учатся, посещают школу. Я вот принесла фотографии: довольно много, детей, которые, в том числе под опекой фонда «Вера», которым я руковожу, оказались уже дома на аппаратах ИВЛ.

Но, как только они оказываются дома, государственной поддержки они не имеют, потому что ни откашливатель, который жизненно необходим, ни аппарат искусственной вентиляции лёгких в домашних условиях им государство не обязано поставлять. При этом медицинские организации тоже очень заинтересованы в том, чтобы такие пациенты уходили домой, потому что они освобождают дорогую койку, они дают возможность и простор для реанимации работать с более перспективными пациентами.

Просьба состоит в том, чтобы разработать механизм, поручить соответствующим ведомствам разработку механизма предоставления во временное пользование – увы, это не долгожители, эти пациенты, – бесплатно за государственные средства аппаратов искусственной вентиляции лёгких и откашливателей.

И второй вопрос значительно более остро стоит и вылез из–за вчерашней ситуации, которая активно муссировалась в средствах массовой информации, он касается обезболивания наркотическими анальгетиками умирающих онкологических больных. Вчера мы работали над тем, чтобы помочь получить обезболивание девочке Аминат из Дагестана, которая находится в Москве.

Я сразу скажу, что всё хорошо, она получила морфин, и я надеюсь, что ей сейчас не больно, но это потребовало поставить на ноги массу ведомств, десятки чиновников. В общем, многие люди действительно раздобывали для маленькой девочки морфин, чтобы её обезболить в последние недели жизни.

На самом деле эта проблема системная. В России сегодня не существует системы оказания паллиативной помощи и обезболивания для людей по месту их жительства, а не регистрации. То есть вся эта помощь может быть оказана только регионально – там, где человек зарегистрирован. А если его родственники куда–то привезли, например из деревни в большой город, чтобы обеспечить лучший уход, – всё, он оказывается отрезан от помощи. Заниматься бумагами у этих людей сил нет: перерегистрироваться, выписываться.

И соответственно ещё одна просьба – помочь разработать механизм. Если я правильно понимаю, это нужно делать вместе с Министерством финансов, потому что это вопрос взаимозачётов между регионами – чтобы паллиативную, хосписную помощь умирающим больным можно было оказывать там, где они живут, там, где они в ней нуждаются, а не там, где они должны быть по паспорту.

Большое спасибо за внимание.

В.Путин: Что касается аппаратов искусственной вентиляции лёгких и так далее, почему нельзя их использовать дома? Я говорю Вам честно, я первый раз слышу об этой проблеме, и, безусловно, такое поручение Минздраву и другим заинтересованным ведомствам, как в таких случаях говорят, будет дано.

Связано это чисто с финансовыми вопросами, с тем, что нужно дополнительные деньги выделять на закупку этого оборудования и предоставление. Или это связано с тем, что просто исходят наши медики из того, что дома невозможно их применять.

А.Федермессер: Нет, не совсем так. На самом деле медики приветствуют выписывание этих пациентов домой, это позволит им более качественно использовать реанимацию.

Нет юридически обоснованного механизма, чтобы родители имели право, чувствовали себя защищёнными; нет врачей, обученных на местах. Это, конечно, комплексная проблема, просто её одним словом не решить. Но уже готово, на мой взгляд, и медицинское сообщество, и готово пациентское сообщество. В денежном отношении это ни в коем случае не будет для страны накладно. Они и так находятся на этих аппаратах в больнице, дома дешевле.

В.Путин: Понятно, то есть тогда это юридическая проблема, связанная с тем, что как бы государство не имеет права перепоручить родителям пользоваться этим аппаратом?

А.Федермессер: Если Вы дадите поручение, проблема решится быстрее.

В.Путин: Точно совершенно. Поручение будет дано, и мы поработаем с вами над этим вопросом. Надеюсь, что это приведёт к положительному решению.

Что касается других проблем, то здесь тоже, собственно, это не вопрос: Вы сформулировали просто проблему, которой надо заниматься, – мы этим займёмся, мы обсудим даже, я заслушаю доклад Министра и соответствующие предложения.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, давайте ещё обсудим одну очень важную и острую проблему – это пенсионная реформа. Сейчас все говорят, что она многострадальная, наша реформа.

Валерия, пожалуйста.

В.Кораблёва: Пенсионная реформа действительно волнует миллионы россиян: и тех, кто к пенсии приблизился вплотную, и тех, кому до неё ещё довольно далеко. Я хочу дать слово Ирине Косогоровой, это предприниматель из Тюмени.

Ирина, пожалуйста, Ваш вопрос.

И.Косогорова: Добрый день, Владимир Владимирович!

Во–первых, хочу от предпринимательского сообщества Вас поблагодарить за поддержку – и в первую очередь за поддержку ограничения налоговых изменений в сфере предпринимательства. Вот пенсионная реформа на моём веку уже третья. И, собственно, каждый раз она становится всё загадочнее, и всё интереснее, и менее предсказуемой. Сейчас ввели новые показатели: баллы, коэффициенты – и совершенно непонятно, через 10–15–20 лет, когда мы будем выходить на пенсию, как это будет оцениваться.

В связи с этим у меня к Вам вопрос: как Вы считаете, столь частая смена правил игры – это обоснованно? И, насколько я понимаю, каждый раз популяризация подобных изменений всё меньше и меньше поддерживается в сообществе. Стоит ли это делать? Может быть, правила игры нужно установить и подождать, когда они сработают, в том числе и по пенсионному возрасту?

В.Путин: Я не думаю, что они меняются очень часто. Просто предложенная схема не очень понятна людям и требует разъяснения, требует того, чтобы человек вникал в это. Не самое главное, но одним из основных побудительных мотивов введения такой системы было привязать пенсионные доходы пенсионера к результатам его предыдущей трудовой деятельности. Она у нас в какой–то момент оказалась разорванной, и введение всех этих баллов было связано с этим, в принципе правильным желанием связать результаты трудовой деятельности, доходы за время трудовой деятельности и уровень пенсии. Повторяю, это требует дополнительного объяснения и, может быть, совершенствования.

Что касается пенсионного возраста – один из таких важных вопросов. В чём проблема с точки зрения финансово-экономического блока? Есть ли вообще там проблемы или нет? Проблемы, конечно, есть.

Смотрите, в 2008 году трансферт федерального бюджета в пенсионную систему (если я ошибусь, Алексей Леонидович меня поправит) составлял где–то 1 триллион 49 миллиардов. А в следующем, 2016 году, особенно если мы вернём деньги в накопительную часть, он должен составить 2 триллиона 700 миллиардов, это 3 процента ВВП страны!

И в этом случае, конечно, встаёт вопрос: собственно говоря, откуда взять эти деньги? Значит, нужно будет их забрать из других видов расходов: с оборонки, с медицины, со всех других, а, может быть, это даже приведёт к понижению уровня пенсионного обеспечения. Это первая проблема.

Вторая проблема – не проблема, а фактор: у нас растёт средняя продолжительность жизни. Сейчас она у нас 71,5 – включая женщин и мужчин, усреднённая. Этот рост продолжительности жизни у нас достигается большими и лучшими темпами, чем мы даже ожидали. В том числе это связано с улучшением медицинского обслуживания, с внедрением элементов здорового образа жизни и так далее, с небольшим уменьшением пьянства, табакокурения. Здесь много факторов.

Количество тех людей, которые работают и вносят вклад в наполнение пенсионной системы, становится меньше, а количество людей, которые пользуются средствами из пенсионной системы, всё больше и больше. В какой–то момент это может достичь такой ситуации, когда эти средства поддержки напрямую из бюджета становятся просто для бюджета неподъёмными.

Можем ли мы, готовы ли к тому, чтобы сейчас взять и резко повысить пенсионный возраст? Я считаю, что нет. Скажу почему. Потому что, да, у нас растёт продолжительность жизни, но всё–таки для мужчины 65 с половиной лет, если мы в 65 поставим возраст выхода на пенсию, – вы меня извините за простоту выражения, это отработал, в деревянный макинтош – и поехал? Это невозможно.

Кстати, в тех странах, где пенсионный возраст увеличен, скажем – в подавляющем большинстве европейских стран, там примерно 65 – выход на пенсию и для мужчин, и для женщин, там и продолжительность жизни другая. Женщины у нас уже – 77,5, а там – 81 и больше. По мере увеличения продолжительности жизни, наверное, мы когда–то подойдём к решению этих вопросов, в том числе и по пенсионному возрасту.

Во–первых, это нужно делать в открытом диалоге с обществом, нужно, чтобы люди понимали, что происходит, понимали, чем это вызвано, к чему может привести бездействие и к чему может привести непринятие своевременных решений. Люди должны об этом знать и должны это понимать – не так, как это сейчас происходит с этими баллами.

Дальше. У нас даже в советское время не было таких элементов, которыми сейчас наполнена наша пенсионная система и которые её делают такой очень неповоротливой и затратной.

И ещё один момент. Если какие–то и делать изменения по возрасту, то они не должны касаться тех, которые уже практически заработали свои пенсионные права. И людей предпенсионного возраста это точно не должно касаться.

Это должно быть мягкое вхождение в эту систему уже зрелых, но ещё достаточно молодых людей, которые будут понимать, что их ожидает лет через 10–15. И это должны быть отложенные решения. Но, повторяю ещё раз, это очень важно, все эти вещи должны открыто обсуждаться и в конечном итоге быть принятыми обществом. Вот в таком режиме и нужно работать.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, у нас на связи Крым, который ждёт отпускников, больших и маленьких. В Международном детском центре «Артек» работает наш коллега Николай Долгачёв.

Н.Долгачёв: Москву приветствует Крым! Здесь прекрасная погода, это хорошо видно. Мы находимся на южном побережье полуострова, в детском центре «Артек», который в этом году отмечает свое 90–летие. Через несколько дней начнётся смена, сюда приедут дети со всей России. Вообще, весь Крым готовится сейчас к туристическому сезону, от которого в значительной степени зависит благополучие региона. Мы говорили с большим количеством жителей республики и Севастополя, и много вопросов именно об экономике. Здесь сейчас часть этих людей, те, кто глубоко понимает местную проблематику, они представятся сами.

У.Смирнова: Смирнова Ульяна Германовна, компания «Черномор», крымский туроператор и управляющая компания.

М.Козинец: Козинец Михаил Николаевич, представитель международных автомобильных перевозчиков.

В.Хаситашвили: Хаситашвили Валерий Иванович, руководитель сельхозпредприятия «Правда».

Я.Павленко: Янина Павленко, производственно-аграрное объединение «Массандра», руководитель Крымского бюро винограда и вина.

Э.Акимова: Акимова Эльмира Энверовна, представляю детский санаторий «Чайка», санаторно-курортное лечение.

О.Зубков: Олег Алексеевич Зубков, директор ялтинского зоопарка «Сказка» и парка львов «Тайган».

Н.Долгачёв: И первый вопрос от Крыма.

Э.Эмиралиева: Добрый день! Эвелина Эмиралиева, Ассоциация предпринимателей Республики Крым и города Севастополя. Я представляю частный бизнес и одновременно являюсь студенткой Казанского института. На днях приобрела билет в Казань и обратно на летнюю сессию за 17800 рублей, это дорого, согласитесь, для среднестатистической семьи. И я, как и многие крымчане, обеспокоена предстоящим летним сезоном. Скажите, пожалуйста, планируются ли меры по снижению стоимости авиабилетов со стороны государства для стимулирования и обеспечения летнего туристического сезона в Крыму?

Спасибо.

В.Путин: Я уже говорил о том, что на внутренние российские перевозки до минимального уровня снижен НДС [налог на добавленную стоимость], до 10 процентов. Но что касается Крыма, это особое направление, это место отдыха миллионов людей. Поэтому вы, наверное, слышали уже, я надеюсь, во всяком случае, если нет, то могу сказать: «Аэрофлот» принял решение снизить цену пролёта в Крым из ряда городов, и такой список будет расширен до 50 городов, по–моему, Казань туда тоже входит, 7,5 тысячи туда и обратно. И некоторые компании говорят о ещё более низкой цене. Надеюсь, что это произойдёт. Во всяком случае, будем это контролировать.

Проблема ведь в Крыму в чём? В том, что убита инфраструктура. Взлётно-посадочная полоса в очень плохом состоянии, её никто не ремонтировал с советского времени. Это пока соответствует требованиям безопасности полётов, но в принципе там очень многое нужно сделать: начиная аэровокзалом, кончая взлётно-посадочной полосой. Она большая и в принципе очень комфортная, по–моему, в своё время чуть ли не под «Буран» делали, но качество её пока оставляет желать лучшего. Всё оборудование устаревшее и не позволяет принимать достаточное количество бортов. Но, повторяю, это проблема известная, и надеюсь, что авиационные власти России и власти Крыма сделают всё, для того чтобы посещать Крым было и доступно по цене, и комфортно.

Н.Максименко: Максименко Николай Михайлович, Ассоциация перевозчиков Крыма.

У нас два вопроса. Это паромная переправа и регистрация транспортных средств. На паромной переправе на сегодняшний день, если Вы, может быть, не знаете, Вам не докладывают, я Вам скажу, что очередь грузовых машин достигает 12–14 суток, а это значит, водитель живёт в кабине, ни туалета, я извиняюсь, ни покушать, ни попить – ничего нет. Решался у нас вопрос по поводу электронной очереди. Но электронная очередь на сегодняшний день не решает проблемы очереди, она только решает коррупционные схемы. Мы предлагали и на сегодняшний день опять предлагаем: нужно сделать электронный билет, который решит очередь, и не будет этого скопления транспортных средств.

И второй вопрос, который очень волнует автовладельцев транспортных средств, – это украинская регистрация наших грузовых машин и легковых автомобилей. Мы граждане России на сегодняшний день, мы имеем крымские номера, но регистрация машин ещё украинская. И для того, чтобы их поставить на российские номера, нам необходимо вывезти транспортное средство на Украину, что не представляется возможным, так как нет ни страховок украинских, ни техосмотров. Ну и морально, представьте себе, выехать на Украину, вывезти свой транспорт. Потом привезёшь его назад или нет? И получается, что при снятии на украинской территории мы должны потом через таможенное оформление ввезти его к себе на территорию Крыма. А это невозможно, потому что у нас грузовые автомобили стандарта евро-2, евро-3, а ввоз по таможенному соглашению идёт только евро-5. Так что, Владимир Владимирович, помогите нам, пожалуйста, в этих вопросах, чтобы стать полноправными гражданами России.

Спасибо Вам большое.

В.Путин: Хорошо. По поводу паромной переправы. Там действительно много проблем. Я, правда, честно говоря, не знал, что такое скопление. На сегодняшний день там столько стоит в очереди транспорта, да?

Н.Максименко: Больше двух тысяч машин.

В.Путин: Там у нас сейчас работают два парома, по–моему.

Н.Максименко: «Кавказ», «Темрюк» и «Новороссийск».

В.Путин: Должно работать в ближайшее время пять, а в целом планируется приобретение дополнительных паромов, и должно работать на этой линии 10 паромов. Несколько из них достаточно крупные. Обязательно поговорю с Министерством транспорта и с руководством Крыма по поводу той ситуации, которая складывается на сегодняшний день. Значительная часть полномочий передана, кстати говоря, крымским властям. Но надо им помогать, а не просто перебрасывать эту ответственность, ожидая какого–то коллапса. Обязательно на этот счёт поработаем.

Теперь по поводу того, что нужен электронный билет, а не электронная очередь. Не могу никак это прокомментировать. Но обещаю Вам, что займусь этим так же, как и необходимостью перерегистрировать транспортное средство. Не знаю, как мы это сделаем, но сделаем точно, Вам обещаю, вот увидите.

К.Клеймёнов: Спасибо, «Артек», спасибо, Крым.

Владимир Владимирович, в преддверии сезона отпусков, мне кажется, очень актуально СМС-сообщение, которое мы получили: «Зачем запретили выезд за границу участковым полиции? Они точно никакой гостайны не разболтают». Кстати, действительно, почему такие жёсткие меры в отношении выезда рядовых сотрудников силовых ведомств?

В.Путин: Это решение обсуждалось на совещании Совета Безопасности. Конечно, участковые сотрудники полиции не являются секретоносителями, и это на первый взгляд выглядит как избыточная мера. Исходили из того, и Министерство внутренних дел исходило из того, что если человек в погонах и является офицером правоохранительных органов, то в отношении всех сотрудников эта сфера деятельности должна регулироваться одинаково, и неправильно, если одним сотрудникам МВД разрешено, а другим запрещено. Такой общий подход в значительной степени связан с позицией ведомства. А так на первый взгляд, конечно, это ерунда. Но, естественно, когда человек работает в правоохранительных органах либо в специальных службах, то он, конечно, понимает что происходит и может представлять определённый интерес для специальных служб других государств. Не скрою, я согласен с Вами, выглядит как избыточная мера.

М.Ситтель: Мы в эфире уже без малого четыре часа, без нескольких минут, поэтому я предлагаю перейти на традиционный блиц-опрос: короткий вопрос и короткий ответ.

В.Путин: Пожалуйста.

М.Ситтель: Владимир Владимирович, не хотели бы себя клонировать или набрать войско двойников?

В.Путин: Нет.

М.Ситтель: …А то у нас в России чиновники, кроме Вас, никого не признают.

В.Путин: Я уже ответил. Давайте дальше.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, у меня не вопрос, это серьёзное обращение человека, который представился полностью. Но я не буду называть имя этого человека, и Вы, полагаю, и все поймёте почему.

«Здравствуйте, дорогой Владимир Владимирович, пишу из Одессы. Меня зовут Ирина, и я этим ограничусь. Возвращаясь к событиям прошлого года, вспоминаю наши многотысячные митинги. Это было так дерзко и весело. Потом случилось 2 мая в Одессе, бойня в Мариуполе и, наконец, война в Донбассе. На днях Верховная Рада приняла закон о запрете советской символики и коммунистической идеологии. В то время, когда мы учились, работали и были счастливы в Советском Союзе, наши нынешние «правители» в кавычках сидели в своих схронах и копили злобу и ненависть. И теперь эта свора с изломанной лютой ненавистью психикой пытается управлять нами. Моя самая большая мечта – дожить до того дня, когда Вы приедете в Одессу 9 мая и поздравите Одессу и всю Украину с Днём Победы. Если не получится в этом году, ничего, мы подождём. А пока поздравьте нас, пожалуйста, из Москвы».

В.Путин: Поздравляю. Но мы все знаем о трагедии в Одессе, и, конечно, я исхожу из того, что когда–нибудь весь украинский народ даст справедливую оценку тому варварству, свидетелями которого мы все были.

М.Ситтель: Почему для передач Вы выбираете четверг?

В.Путин: Четверг? Понятия не имею, это случайность.

М.Ситтель: Хорошо. Кирилл?

К.Клеймёнов: Ещё один серьёзный вопрос: «В своё время Андрея Дмитриевича Сахарова называли совестью нации. Можете ли Вы сейчас так назвать кого–либо из действующих политиков?» Добавлю от себя, может быть, и не из политиков.

В.Путин: Вы знаете, ведь это сама страна, само общество называло Сахарова совестью нации. Я не считаю себя вправе, даже я, будучи Президентом, главой государства, не считаю вправе присваивать кому бы то ни было такое почётное звание. Хотя людей достойных у нас достаточно, вспомните тех же сотрудников полиции, которые на дороге прикрывали собой фактически, своими машинами автобусы с детьми, или офицера, который лёг на гранату, спасая своих молодых сослуживцев. Много таких людей у нас в стране, но только само общество естественным образом может выдвинуть из своих рядов человека, которого считает совестью нации.

М.Ситтель: Мне, правда, неловко после таких тяжёлых и серьёзных вопросов переходить на свои, но тем не менее: «Когда работники «Газпрома» начнут получать достойную зарплату?»

В.Путин: Они хотят понизить её, зарплату?

М.Ситтель: Видимо.

В.Путин: Не знаю, надо поговорить с Миллером.

К.Клеймёнов: «Владимир Владимирович, Вам не кажется, что Ваши друзья пользуются Вашей добротой?»

В.Путин: Почему только друзья? Все пользуются добротой.

М.Ситтель: «Приглашали ли Вы кого–нибудь из руководителей других стран в русскую баню? Ведь эффект от переговоров может быть намного позитивнее, нежели от «круглого стола» переговоров».

В.Путин: Трудно сказать. Я не знаю, могу ли, но скажу. Человек, о котором я вам скажу, уже не является главой правительства. Мы с бывшим канцлером ФРГ господином Шрёдером были однажды у меня в резиденции, он приезжал много лет назад, и пошли в баню. Она загорелась. Правда. Он как раз налил себе пива, я выхожу, говорю: «Слушай, Герхард, нам нужно отсюда выходить срочно. Мы горим». Он говорит: «Сейчас пиво допью, и пойдём». Я говорю: «Ты чего, с ума сошёл? Мы горим, ты понимаешь или нет?» Но он всё–таки пиво допил, он настойчивый мужчина и с характером. Она сгорела дотла, больше мы там ни с кем не появлялись. А вообще я баню люблю и хожу с удовольствием.

К.Клеймёнов: «Сейчас много говорится о России прошлой, о России настоящей. Однако меньше внимания России будущей. Какой Вы видите Россию своей мечты?»

В.Путин: Знаете, это фактически традиционный вопрос. Я на него много раз отвечал. Могу сказать только, что вижу Россию процветающей, а её граждан – счастливыми, уверенными в том, что будет завтра.

М.Ситтель: «А не хотел бы господин Путин стать Генеральным секретарем ООН в будущем?»

В.Путин: Нет, не хотел бы.

К.Клеймёнов: Владимир Владимирович, последний вопрос: «В связи с чем проводится прямая линия с Президентом? Что Вы хотите узнать?»

В.Путин: Вы знаете, во–первых, это самый мощный социологический опрос. Миллионы вопросов поступили по разным каналам, и это даёт возможность посмотреть реально, чем же люди озабочены. Здесь фермер наш говорил о недоверии к статистике. Наверное, есть и вариант недоверия. Но когда смотришь и слушаешь людей, тогда это всё по–другому воспринимается, – это первое. Второе, это даёт возможность донести до людей позицию руководства страны и мою собственную по некоторым ключевым проблемам, дать оценку того, что происходит.

Мы много раз говорили и много раз возвращались к этим санкциям и к проблемам, скажем, с национальной валютой. У нас рубль привязан к цене барреля нефти. Это так, отчасти и до сих пор так. Но у нас доллар упал, то есть стоимость барреля нефти упала со 100 долларов до 50 долларов, понимаете? В два раза практически сократилась. У нас примерно общее поступление валюты в страну от всего оборота – где–то около 500 миллиардов долларов, а из–за падения мы недополучили 160, и плюс ещё выплаты по долгам наших банков, финансовых учреждений и предприятий реального сектора экономики – 130 миллиардов в прошлом году и 60 в этом. Пик платежей и невозможность рефинансироваться на внешних рынках. И, конечно, возникла очень тревожная ситуация, но мы это прошли. Это существенный элемент укрепления, который лёг в основу и укрепления национальной валюты, и в подтверждение правильности курса, выбранного Правительством по нормализации ситуации. И это страна должна знать. И это одна из целей проведения мероприятий подобного рода, «Прямой линии».

М.Ситтель: Спасибо, Владимир Владимирович.

К.Клеймёнов: Ну что, у нас абсолютный рекорд: в рамках этой «Прямой линии» поступило более трёх миллионов телефонных звонков и СМС-обращений. Интерес огромный. Остаётся только надеяться, что чиновники и руководители разного уровня оперативно отреагируют на все прозвучавшие и поставленные в ходе этой «Прямой линии» вопросы.

Владимир Владимирович, спасибо Вам большое.

М.Ситтель: Спасибо.

В.Путин: Уж мы постараемся, чтобы отреагировали.

Спасибо вам.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > kremlin.ru, 16 апреля 2015 > № 1343592 Владимир Путин


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 8 апреля 2015 > № 1358229 Михаил Мень

Рынок ипотеки встретил 2015 год с неожиданно взлетевшей до 17% ключевой ставкой ЦБ, и, как следствие, с мрачной перспективой, что люди потеряют всякий интерес к жилищным кредитам. Министр строительства и ЖКХ Михаил Мень рассказал РИА Новости, как министерство спасает ипотеку и какую помощь власти готовы предоставить заемщикам, оказавшимся в сложной жизненной ситуации.

- Михаил Александрович, самый животрепещущий сейчас вопрос: в каком состоянии находится ипотечный рынок в России и что, по вашим ожиданиям, его ждет в будущем?

- В первые два месяца 2015 года, то есть до старта программы по субсидированию процентной ставки по ипотеке, общее падение за январь-февраль составило 24% в денежном выражении по сравнению с тем же периодом 2014 года. Это падение, конечно, сказалось и на спросе, а соответственно на всем рынке жилищного строительства. Начало реализации программы субсидирования процентных ставок до 12% годовых уже стимулировало рост количества заявок на кредиты до уровня прошлого года. Интерес жителей наших регионов к программе огромный, и мы обратились к Минфину рассмотреть возможность увеличения финансирования на программу. Это поддержка и жителей, и застройщиков. Приведу одну цифру – в строительной отрасли работает около 4 миллионов человек, но одно рабочее место в нашей отрасли обеспечивает 8 рабочих мест в смежных отраслях. Конечно, на прошлогодние цифры по ипотеке, когда люди взяли ипотечных кредитов на 1,75 триллиона рублей, будет сложно выйти. Но мы рассчитываем за счет работы этой программы удержать хотя бы 50% этого рекордного показателя.

- Большинство застройщиков напрямую увязывают возможность продолжения строительства с государственной помощью ипотеке. Есть первые итоги субсидирования ипотечной ставки?

- Программа сразу начала работать. Плюс в том, что банкам не нужно было дожидаться, пока будут приняты все окончательные документы, достаточно существования базового нормативного акта. Суть в том, что речь не идет о предоставлении денег кредитным организациям "вперед": субсидировать процентную ставку мы будем потом, по результатам деятельности банков. То есть сначала банки выдают кредиты по сниженной ставке, а потом они "защищают" в правительстве эти выданные кредиты на предмет соответствия критериям, установленным в нашем распорядительном документе. Мы должны быть уверены, что житель, обратившийся в банк за ипотекой, уже получил средства на покупку жилья.

Есть первые данные по некоторым банкам. В Сбербанке на ипотеку под 12% заявки подали 16235 семей на сумму 30 миллиардов рублей, 345 обратившимся уже выданы первые кредиты. Банк ВТБ 24 принял заявки от 7211 семей на сумму 14,8 миллиарда рублей, 97 обратившимся заявки уже одобрены, остальные находятся на рассмотрении. Это очень хорошая динамика, она показывает, что инициатива Минстроя по снижению ипотеки до 12% поддержана и жителями, и застройщиками.

Еще раз скажу про условия. Во-первых, ипотека должна быть предоставлена на квартиру в новостройке. Во-вторых, первоначальный взнос должен быть не меньше 20% от стоимости жилья. Я напомню, что в прошлом году очень много было банковских продуктов, предусматривавших взнос от 10% до 30%. Наконец, в-третьих, кредитоваться должно приобретение жилья эконом-класса: в программе есть ограничение на максимальный размер кредита. Он не может быть более 3 миллионов рублей для всех российских регионов, за исключением Москвы, Подмосковья и Санкт-Петербурга, где в силу объективных факторов этот показатель выше - 8 миллионов рублей.

Хочу отметить, что речь здесь идет о теле кредита. То есть для регионов при первоначальном взносе в 20% общая сумма кредита может составить 3,6 миллиона рублей. Мой опыт работы в регионе подсказывает, что это хорошая сумма, за которую можно приобрести довольно приличное жилье в большинстве субъектов страны.

- К самим банкам предъявляются ограничения для участия в программе?

- К участию в программе допускаются только российские банки, имеющие опыт работы с ипотекой. Также установлен минимальный размер ежемесячной выдачи ипотечных кредитов – не меньше 300 миллионов рублей для банка. Больше никакие ограничения к ним не предъявляются.

- Скажите, а 20 миллиардов рублей – не слишком маленький объем для программы?

- На эти 20 миллиардов можно взять кредитов на 400 миллиардов рублей. Уже за первые недели спрос довольно большой, я не исключаю, что, когда будут подведены первые итоги реализации этой программы, мы совместно с Минфином будем искать механизмы увеличения субсидирования. Но здесь важно понимать, что правительство в этом случае берет ответственность за семьи, которые получат кредиты в рамках программы, на весь период их действия, вне зависимости, будут они гаситься пять лет или тридцать.

- Что будет, если банк обратится в правительство за субсидиями по уже выданным кредитам, а их признают не соответствующими программе?

- Финансирования кредитов, не соответствующих нашим требованиям, не будет. "Виртуальные" компенсации исключены. Другое дело, что заемщики от этого не пострадают в любом случае: с ними уже будет заключен договор по ставке в 12%.

- Сколько банков может принять участие в этой программе?

- Крупные игроки уже понятны. Сбербанк говорит, что готов выдать в рамках программы кредиты на 200 миллиардов рублей. Еще на 100 миллиардов рублей ипотеку может предоставить ВТБ. Заявки на участие в программе субсидирования ипотечных кредитов на сегодняшний день подали 32 банка, в том числе ВТБ 24, ОАО "Банк Москвы", ПАО "Ханты-Мансийский банк Открытие", Банк "Возрождение" (ПАО), ОАО "Банк "Ак Барс", ПАО АКБ "Связь-Банк", ПАО "Промсвязьбанк". По информации министерства финансов, от банков пришли заявки уже на 500 миллиардов рублей.

- Некоторые эксперты опасаются, что выдача ипотеки по ставке ниже инфляции может привести к образованию пузыря на рынке недвижимости или к появлению очередных обманутых дольщиков.

- Мы сейчас очень внимательно следим за рынком, и, к сожалению, некоторое беспокойство, действительно, вызывает неустойчивое положение отдельных застройщиков. Однако нужно учитывать, что банки, которые будут работать по программе субсидирования ипотечной ставки, наверняка внимательно проверят все риски и не будут одобрять приобретение жилья на нулевом цикле у неизвестной компании без репутации. Им самим будет это дороже.

Но поскольку, повторюсь, опасения относительно устойчивости застройщиков у нас все же есть, мы рассматриваем возможность ужесточения требований к страховым компаниям, которые должны страховать ответственность застройщиков. Страховщики должны быть крепкими, с нормальным уставным капиталом, чтобы они могли выдержать взятые на себя обязательства.

- В свое время вы говорили, что 214-ФЗ о долевом строительстве устарел, и надо постепенно переходить к новым правилам на рынке новостроек, чтобы покупка жилья шла через прослойку из банков. Не получается ли, что сегодняшняя программа субсидирования ипотеки, стимулирующая сотрудничество застройщиков и банков, будет первым шагом к такой схеме?

- Отчасти да. Правда, нужно признать, что ситуация на рынке сейчас кардинально другая, чем в начале 2014 года, когда развитие экономики было достаточно динамичным. В сегодняшних экономических условиях мы не можем пойти на отказ от долевого строительства, так как не хотим лишать людей возможности улучшения своих жилищных условий через взаимодействие напрямую со строительной компанией. Наши банки еще не готовы выдать тот же продукт, который предлагают наши застройщики.

- Что будет с программой субсидирования ипотеки в 2016 году? Планируете ли вы просить финансирование под нее?

- Если спрос будет также высок, каков он в первые дни после старта программы, то будем решать. С Минфином здесь наши позиции совпадают. Пока рано прогнозировать окончательно, потому что мы очень зависимы от ключевой ставки, и нам важно увидеть, как программа будет работать в этом году. Мы очень надеемся, что в следующем году ставка ЦБ будет ниже 14%, и ипотека будет доступна уже без господдержки.

- Как вы будете реагировать, если Центробанк вновь изменит ключевую ставку?

Мы договорились на совещании у первого вице-премьера Игоря Ивановича Шувалова, что ставка в 12% – это окончательное решение. Вне зависимости от того, в какую сторону будет двигаться ключевая ставка, менять условия в программе субсидирования уже не будем. Банки в случае позитивной динамики сами начнут снижать ставку, будет здоровая конкуренция за клиента.

- Когда могут восстановиться докризисные объемы ипотеки?

- Я не готов прогнозировать: слишком много факторов не только экономических, но и политических. Думаю, по окончании первого полугодия можно будет что-то говорить.

Но, по нашим ощущениям, рынок ипотеки ощутил какое-то дно. Мы видим это и по курсу доллара, и по курсу евро. Да и среди застройщиков начинается какое-то движение. Вероятно, оно будет постепенно набирать обороты, если опять не вмешаются внешние факторы. Скажу прямо, с точки зрения объемов строительства жилья нас даже в большей степени беспокоит не этот год, а 2016-й. В 2015 году реализуется много проектов, которые закладывались, скажем так, позавчера. Поэтому сейчас мы уделяем большое внимание программе "Жилье для российской семьи": нужно, чтобы запускались новые проекты, которые бы могли завершаться в 2016-2017 годах.

- Что за меры поддержки предусмотрены в "Жилье для российской семьи"?

- Это выкуп внешних сетей. Всего в программе уже сейчас в работе порядка 10 миллионов квадратных метров жилья, а общий объем заявок составляет 19 миллионов "квадратов".

- Вернемся к основной теме нашей беседы – ипотеке. Те 1,75 триллиона ипотечных рублей, которые были предоставлены гражданам на покупку жилья в 2014 году, - это очень приличный объем. Как думаете, есть в РФ возможность дальнейшего роста ипотеки?

- Мне кажется есть, потому что у нас огромное число людей хотят улучшить жилищные условия. Сейчас наблюдается интересная тенденция: несмотря на разговоры, что российский рынок новостроек ушел от небольшого жилья, многие застройщики начинают строить квартиры небольшого размера, например, квартиры-студии. И это, кстати, неплохой тренд. На рынке должны быть самые разные сегменты недвижимости, чтобы приобрести квартиру, пусть и всего в 25 "квадратов", грубо говоря, могла даже молодежь.

- А доля ипотечных сделок в общем числе договоров купли-продажи будет расти?

- Думаю, да. Пока лимит в рамках программы субсидирования не будет выбран, доля ипотеки в продаже новостроек будет как минимум на уровне прошлого года и даже выше, поскольку ставка для заемщика в 11,5-12% (а по отдельным совместным с застройщиками программам – от 9-10%) ниже уровня ставок прошлого года (12,5%). Купить жилье в кредит по ставке ниже инфляции – это достаточно выгодная инвестиция.

- А что будет с ценами на жилье?

- В сегменте эконом-класса мы не прогнозируем большого роста, хотя и ожидаем подорожание, сопоставимое с инфляцией. Более того, уже точно понятно, что стоимость жилья эконом-класса не будет идти в ногу с ростом курса иностранной валюты. Все строительные материалы, которые применяются в масс-маркете, отечественного производства.

- Каково ваше отношение к существованию валютной ипотеки? Высказываются пожелания запретить ее вовсе.

- Наша позиция такова: мы не делим заемщиков на тех, кто брал в рублях, и тех, кто брал в валюте. Помогать нужно всем, кто оказался в сложной жизненной ситуации. А над критериями того, как определить таких людей, как раз мы активно работаем вместе с банками и депутатами Госдумы.

Предварительно могу сказать, что помощь будет оказываться заемщикам, исходя из единых критериев: жилье должно быть единственным и приобретенным для проживания, заемщик должен относится к одной из социальных категорий населения, а размер его ежемесячного дохода (с учетом членов семьи и за вычетом платежа по кредиту) не превышать двукратной величины прожиточного минимума. Эти критерии внесены в правительство, они не окончательные и не единственные, это лишь то, на чем настаивает Минстрой. Но обсуждения сейчас идут и в Минфине, и в Минэкономе, и в Центробанке.

- И на какую помощь могут рассчитывать неудачливые ипотечники?

- Сегодня на поддержку выделено из бюджета РФ 4,5 миллиарда рублей. Механизм пока разрабатывается. С помощью поддержки, которая будет предоставляться на один год, люди смогут перегруппироваться и восстановить свою платежеспособность, а далее возобновить уже выплату платежей по ипотеке в том объеме, в котором требуется.

Еще раз подчеркну: речь идет о помощи всем "проблемным" заемщикам, вне зависимости от валюты кредита. В Минстрой поступает достаточно много обращений от владельцев рублевой ипотеки, которые также попали в сложную ситуацию, и они возмущены, что на момент взятия ипотеки они по сравнению с валютными были в худших условиях по процентной ставке, а теперь у них складывается ощущения, что мы ищем решения по помощи только валютным ипотечникам. Мы не должны решать проблемы одних людей за счет других, все наши граждане равны. По предварительным расчетам должно хватить денег, чтобы оказать помощь порядка 35 тысячам семей.

- Сколько всего ипотечников оказалось в сложной жизненной ситуации?

- "Внутри" ипотеки сегодня находится более 3 миллионов россиян. Количество заемщиков, просрочивших платежи по кредитам на 90 дней и более, составляет 70-80 тысяч человек. Из них 4-7 тысяч заемщиков имеют просроченный кредит в иностранной валюте.

- Сами банки не собираются идти навстречу ипотечникам?

- Это банки обсуждают с Центробанком. Но я хочу сказать, что подобного рода игры с ипотекой опасны. В ряде стран, в частности, в Венгрии и на Украине, в свое время государство пыталось повлиять на взаимоотношения гражданина и кредитной организации, дело кончилось только тем, что в этих странах практически нет ипотеки, процентная ставка очень высокая. Под угрозой вмешательства в бизнес государства банки начинают переоценивать риски и просто больше не идут в ипотеку.

- В рамках создания объединенного института развития из Фонда РЖС и АИЖК планируется в том числе и приобрести специальный ипотечный банк. Каким он будет?

- Пока в набсовете АИЖК идет дискуссия относительно того, должен ли это быть просто банк, имеющий лицензию, но не наполненный ничем, или уже работающий банк.

В ближайшее время мы выйдем на какое-то конкретное решение и будем согласовывать его с правительством. Другое дело, что спешить здесь не стоит. В любом случае сначала в парламент для работы будет передан законопроект об объединении институтов развития. Потом начнется слияние АИЖК и Фонда РЖС, будет назначен новый руководитель объединенной организации, сформирован ее наблюдательный совет, избран председатель набсовета. И вот после того, как будет сформировано руководство объединенного института, и будут приниматься все решения по дочерним предприятиям, их структуре и руководителям.

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 8 апреля 2015 > № 1358229 Михаил Мень


Украина > Транспорт. Финансы, банки > interfax.com.ua, 7 апреля 2015 > № 1361537 Юрий Гришан

Президент МТСБУ Ю.Гришан: характеристика сегодняшнего МТСБУ - это начало победы политики здравого смысла

Эксклюзивное интервью президента Моторного (транспортного) страхового бюро Украины Юрия Гришана агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: В конце марта состоялось общее собрание членов МТСБУ, которое подвело итог очередному этапу деятельности бюро. Как Вы оцениваете этот этап?

Ответ: Вы правы. Собрание членов МТСБУ завершило очередной этап развития и реформирования Моторного бюро, который был начат в прошлом году. Я уже говорил, что с ноября 2014 года все замыслы, которые легли в основу "дорожной карты", в основном были реализованы. А те проекты, которые требуют длительного периода разработки программно-технического и организационного обеспечения, такие как внедрение электронного полиса или прямого урегулирования, были запущены в работу и должны завершиться в 2015 году. Поэтому, подводя итоги, можно сказать: в целом я бы дал этому периоду позитивную оценку. Я бы не обращал внимания на скандалы, разразившиеся вокруг Моторного бюро, и относился бы к ним философски. Потому что они неизбежны в условиях построения в Украине гражданского общества, которое сейчас происходит. Президиуму МТСБУ и сообществу страховщиков необходимо заниматься своим делом, а именно: создавать сильный и прозрачный рынок, в котором его участники получают прибыль, а клиент получает услуги, которыми он доволен.

Вопрос: По Вашему мнению, каковы главные достижения президиума МСТБУ за это время?

Ответ: Самое главное, хотелось бы выделить победу страховщиков над собой. Во-первых, при отсутствии регуляторных механизмов, вызванного длительным неназначением главы Нацкомфинуслуг, мы приложили максимум усилий для стабилизации ситуации с фактическим банкротством ряда страховых компаний, в частности, СК "Гарант-Авто", остановив с июля прошлого года выдачу полисов этой компании, поскольку члены Моторного бюро будут нести солидарную ответственность перед клиентами этой компании и аналогичных ей.

В отчете президиума на собрании был озвучен целый перечень актов, таких как: усовершенствование механизмов дистрибуции, создание механизмов дополнительных гарантийных взносов или, как мы это называем, порядок связывания средств страховщиков, отработанные положения о мониторинге страховщиков и т.д. Так вот: все это создает цепочку механизмов, которые обеспечат регуляторное воздействие на компании, чтобы предотвратить такого рода эксцессы, которые мы имели в прошлом году, с теми, кто недобросовестно конкурировал, платил огромные комиссионные и, не имея прибыльности, продавал и далее, в убыток себе, полисы.

Еще один весомый результат – это начало победы политики здравого смысла. Я не устану говорить о том, что самое главное – построение бизнеса страховщика-члена МТСБУ. Угроза заключается не столько в том, достаточные ли у него активы, а сбалансированы ли у него доходы и расходы, так как при повышенных затратах страховщика и в целом большой расходной составляющей бюджета достаточные активы можно "проесть" и быстрее, чем за год. Если портфель ОСАГО занимает значительную долю общего портфеля страховщика, то продажи такого продукта должны быть, как минимум, прибыльны. Я продолжаю утверждать, что самое главное для страховщика, продающего такие рискованные продукты, – это его затратный коэффициент, применяемый в международной практике, а именно Combine Ratio от чистых премий. Если у страховщика он далеко за 100%, то именно это и представляет угрозу для нашего сообщества. Потому что это означает, что, имея достаточный портфель ОСАГО, компании продают себе в убыток.

Эти факторы отразились в мониторинге страховщика, где первые два показателя – это качество урегулирования и уровень жалоб. Если страховые случаи урегулируются своевременно и качественно – это для нас первый показатель. А своевременно и качественно урегулировать можно только тогда, когда у тебя в операционной деятельности доходы с расходами сбалансированы.

Кроме того, необходимо закреплять те успехи в краткосрочном и среднесрочном планировании, которые Моторное бюро имеет на сегодня. Такие планы, как реализация эффективных регламентных выплат, были сорваны. Поэтому мы должны рассмотреть, кто будет нести ответственность за эти срывы.

И последнее. Хотел бы отметить, что для нас один из главных критериев – своевременные выплаты. И не важно, какие компании нарушают эту норму – крупные или небольшие. Репутация компании должна определяться не размерами валовых платежей и выплат, а своевременными выплатами и уровнем жалоб клиентов.

Вопрос: Смогли ли члены президиума создать команду, которая сможет реформировать рынок?

Ответ: Да, нам удалось установить конструктивный диалог между членами президиума, который начался с ноября прошлого года. Я более чем уверен, что наши первые заседания, которые были проведены с членами президиума и кандидатами в члены президиума, продолжат эту положительную тенденцию. Кроме того, я разделяю мнение ряда моих коллег о том, что будет попытка рассорить членов президиума для того, чтобы вновь создать хаос в работе МТСБУ. Думаю, мы должны быть достаточно мудры и не позволить этому произойти.

Вопрос: Фактическое отсутствие коордсовета – как это повлияет на работу Бюро?

Ответ: Мы все понимаем, что это была вынужденная мера. Знаковым является и тот факт, что три ассоциации страховщиков совместно с президиумом договорились с целью защиты интересов рынка отозвать своих представителей из коордсовета, тем самым сделав его не дееспособным. Данная позиция – это защита интересов компаний и их акционеров. Но, думаю, что страховщикам и членам МТСБУ в целом она далась нелегко. Поскольку понятно, что данная ситуация исходит из конфликта юридических норм, заложенных в уставе Бюро. И как следствие: два органа управления Моторным бюро, а именно - коордсовет и президиум - убеждены, что они имеют одинаковую правомочность решать кадровые вопросы МТСБУ.

В данном случае президиум Бюро указал на то, что решение вопроса по генеральному директору не было проведено согласно процедурам, которые предусматривают решение подобного рода вопросов. Для нас МТСБУ – это аналог акционерного общества. И я уже говорил, что ничего удачнее, чем построение системы управления акционерным обществом, в мире не построено. Поэтому, безусловно, коордсовет, который в свое время был включен в устав, диссонирует со всей структурой управления в связи с закрепленным за ним рядом функций, не свойственных ему.

Страховщики – это акционеры, президиум – это уполномоченный орган с контрольными функциями и с функциями принятия особо важных решений по развитию рынка моторного страхования.

Относительно полномочий коордсовета. Собрание МТСБУ в октябре прошлого года приняло решение, согласно которому он должен стать органом общественного контроля над действиями МТСБУ. Есть, безусловно, ряд функций, которые касаются непосредственно потребителей, например, связанных с тарифами и лимитами. Такие функции лежат на территории совместных интересов Национального регулятора, который, я считаю, должен контролировать наполнение фондов Бюро и защищать интересы клиентов и МТСБУ как саморегулирующейся организации страховщиков.

Вопрос: На собрании были приведены данные по значительному росту регламентных выплат, несмотря на ужесточение действий президиума. С чем это связано?

Ответ: Когда экспертная группа по регламентным выплатам, в июле 2014 года заканчивала работу на основании проведенного анализа, на рассмотрение президиума было предложено два варианта усовершенствования процесса регламентных выплат. Первый – это реализация плана мероприятий с изменением только бизнес-процессов внутри действующей системы. Второй – полное изменение порядка осуществления регламентных выплат и переход к системе так называемого "прямого урегулирования", при котором страховщики самостоятельно оформляют необходимые документы и передают на оплату дирекции МТСБУ.

Президиум остановился на первом варианте рекомендаций. Дирекцией бюро и специалистами экспертной группы разработан план мероприятий, в дальнейшем утвержденный президиумом. Он затрагивал все процессы регламентных выплат, осуществляемых департаментом урегулирования МТСБУ. Предлагалось усовершенствовать работу аварийных комиссаров, перепоручив их функции специалистам департамента, которые до этого занимались только оформлением документов. Планировалось также пересмотреть политику выплат на СТО, учитывая, что такой механизм увеличивал регламентные выплаты примерно на 10% (так как к таким выплатам по умолчанию добавляется 20% НДС). Кроме того, предлагалось внедрить критерии отбора аварийных комиссаров, оценщиков и СТО. Однако сроки выполнения пунктов плана срывались должностными лицами дирекции МТСБУ.

Если бы эти рекомендации были своевременно реализованы, удалось бы значительно оптимизировать регламентные выплаты из фондов страховщиков. Поэтому когда экспертная группа вновь заседала по данному вопросу за день до общего собрания, все пришли к единому решению, а именно: в связи с недоверием страховщиков к департаменту урегулирования перейти на внедрение системы "прямого урегулирования". Я, как и члены экспертной группы, убежден: урегулирование в таком формате будет содействовать значительному снижению уровня регламентных выплат и уменьшению затрат на урегулирование.

Вопрос: Ваш прогноз относительно дальнейшей работы МТСБУ.

Ответ: Мне сложно говорить о кадровых составляющих, но, думаю, что во многом выскажу мнение части президиума, тем более тех коллег, которые работали в предыдущем созыве.

Безусловно, кадровые вопросы будут поставлены на рассмотрение в ближайшее время большей частью членов президиума. Потому что именно неэффективность работы ряда должностных лиц МТСБУ вызывает наше возмущение. Подтверждение - выводы экспертной группы по регламентным выплатам, которая установила факты, о которых я сказал выше. Поскольку на октябрьском собрании была принята Декларация по корпоративному управлению, то в ее рамках президиум продолжит свое движение к усовершенствованию структуры управления. Но опять же, мы здесь упираемся в соотношение функций коордсовета и президиума. Мнение собрания и вновь избранного президиума: коордсовет должен изменить свои функции, в случае его присутствия он не должен вмешиваться в кадровые вопросы Бюро, поскольку для этого есть президиум.

Вопрос: Прогнозы развития рынка ОСАГО.

Ответ: Во-первых, рынок не будет серьезно расти, если говорить о гривневом эквиваленте. Не отрицаю, что определенное повышение тарифов произойдет, однако рост будет несущественный, особенно учитывая инициированное Бюро повышение лимитов ответственности в два раза.

Во-вторых, будет происходить дальнейшее перераспределение клиентов от компаний, которые продают необеспеченные полисы, к тем компаниям, которые гарантируют качество услуг. Если бы прямое урегулирование внедрилось раньше, то этот процесс пошел бы быстрее. Но, к сожалению, необходимо дождаться следующего года, когда электронный полис и прямое урегулирование вступят в силу.

Как я уже говорил, принятый нами ряд нормативных механизмов, изложенных в положениях о дистрибуции, дополнительных гарантийных взносах, мониторинге страховщика, который вступит в силу с 1 июля, покажут свои результаты уже начиная с середины 2015 года. Эти результаты будут выражаться в том, что компаниям придется снижать комиссию и постепенно улучшать качество урегулирования.

Украина > Транспорт. Финансы, банки > interfax.com.ua, 7 апреля 2015 > № 1361537 Юрий Гришан


Россия. СЗФО > Медицина > regnum.ru, 6 апреля 2015 > № 1336000 Евгений Шляхто

«Общественный проект „Не терпи боль в сердце“ напоминает о том, что современные технологии позволяют предотвратить необратимое поражение сердечной мышцы. Причём не только сохранить пациенту жизнь, но и дать возможность вести в дальнейшем активный образ жизни, сохранить хорошее самочувствие, продолжать работать», – отмечает главный кардиолог Северо-Запада России, академик РАН, директор Федерального медицинского исследовательского Центра имени В. А. Алмазова Евгений Шляхто. Как сегодня, 6 апреля, сообщает корреспондент ИА REGNUM, под эгидой центра, в преддверии Всемирного дня здоровья, который традиционно отмечается 7 апреля, в Санкт-Петербурге и Ленинградской области стартовал очередной этап этого проекта.

В течение апреля более чем на 72 заправочных станциях города автомобилистам будут раздавать таблички вежливого водителя, а в 120 петербургских поликлиниках вывешены плакаты с призывом «Не терпи боль в сердце». Кроме того, на экранах в маршрутках будут транслироваться ролики-памятки, описывающие первые тревожные симптомы, при которых необходимо срочно обратиться к врачу.

Директор Алмазовского кардиоцентра Евгений Шляхто отмечает необходимость помнить о «золотом часе», в течение которого больному должна быть оказана экстренная медицинская помощь. По его словам, от сосудистой катастрофы (так именуют инфаркт) в сегодняшнем напряженном ритме мегаполиса не застрахован никто. Особую группу риска составляют мужчины 40-65 лет, как правило, социально активные, работающие, имеющие родных, друзей. Пациенты зачастую обращаются в поликлиники, а не в скорую помощь, и время упущено.

«В Санкт-Петербурге создана новая система оказания помощи больным, но проблема в том, что только 20% пациентов успевают в „светлый промежуток“, когда можно оказать помощь без серьезных последствий. Система оказания помощи ждёт, система обязательного медицинского страхования работает, и бюджет города это финансирует, но пациенты обращаются крайне поздно. Мы ожидаем, что 2015 год станет переломным», — отмечает Евгений Шляхто.

По его словам, необходимо сократить период госпитализации со 190 до 85 минут, а для этого родственникам или самому больному нужно позвонить в скорую помощь в течение первых 5-10 минут после появления симптомов. «Если пациент своевременно обращается, то эти заболевания перестают быть смертельными», — объясняет академик.

Как ранее сообщало ИА REGNUM, социальный проект для населения «Не терпи боль в сердце», направленный на снижение уровня летальности и инвалидизации от инфаркта в Санкт-Петербурге, стартовал в преддверии 2015 года, объявленного президентом РФ годом борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями.

По информации городского комитета по здравоохранению, с 2009 года в стране и Санкт-Петербурге выстраивается совершенно иная система помощи населению при сердечно-сосудистых заболеваниях. В мегаполисе насчитывается 15 стационаров, принимающих пациентов. На сегодня выстроена система оказания помощи при остром коронарном синдроме на новых принципах. В 2013 году показатель смертности составлял 722 человека на 100 тысяч населения, в 2014-м — около 700 человек. В абсолютных числах число спасенных составило примерно полторы тысячи.

Напомним, проект «Не терпи боль в сердце» был запущен в Санкт-Петербурге в декабре 2014 года. Его цель — информирование «группы риска» и их близких о симптомах инфаркта миокарда.

В соседней Ленобласти смертность от сердечно-сосудистых заболеваний вышла в структуре причин ухода из жизни на первое место, опередив онкологию. Этот показатель высок — 44-45%. В Федеральный медицинский исследовательский центр имени В. А. Алмазова на сегодня поступают значительное число больных из других регионов, в том числе из Ленинградской области. Более 50% пациентов центра (в том числе дети) — из других регионов.

Россия. СЗФО > Медицина > regnum.ru, 6 апреля 2015 > № 1336000 Евгений Шляхто


Россия. СФО > Образование, наука > ras.ru, 2 апреля 2015 > № 1337472 Николай Похиленко

Академик РАН Николай Похиленко: Почему без науки не построить новую экономику?

Прошло полтора года с начала реформы Российской академии наук — митингов, открытых писем президенту и громких заявлений нобелевских лауреатов. На прошлой неделе в Москве прошло общее собрание РАН. О его итогах в интервью infopro54.ru рассказывает участник собрания, профессор, академик РАН и депутат Законодательного собрания Новосибирской области Николай Похиленко.

— Научное сообщество продолжает недоумевать по поводу того, что реформирование было запущено без обсуждения в профессиональной среде, без четко продуманных целей, ресурсов его обеспечения.

Больше всего нас напрягает — огромный поток бумаг, так напрягает, что аж зубы болят. И все на совещании говорили: «Ребят, хватит, разгоните свой бюрократический планктон».

— Николай Петрович, но в этом, к сожалению, нет ничего нового.

— Из нового — обсуждали проблемы взаимодействия с Федеральным агентством научных организаций (ФАНО). Они стараются максимально эффективно выполнять свои обязанности, делают всё возможное, чтобы финансирование подведомственных организаций шло стабильно.

Что касается распределения функций между академией и ФАНО, этот разговор ещё продолжается. Разрабатывается соответствующий документ. Посетивший общее собрание премьер-министр Дмитрий Медведев сказал, что выйдет постановление правительства, в котором будут регламентированы эти функции по разным направлениям деятельности. За Академией наук, как вы знаете, остались экспертные функции, причем не только для сугубо академических институтов, но и любой другой науки — вузовской, остатков отраслевой науки. По планированию, постановке новых задач — ещё есть разночтения.

У меня очень хорошие впечатления от руководителя ФАНО Михаила Котюкова. Он просто умница, очень быстро учится. Хороший администратор, руководитель, порядочный человек, «нераспальцованный». У него есть отличная черта, будучи крупным руководителем, он доступен, не кричит никогда.

— Мораторий на передачу объектов СО РАН в ведение ФАНО, в Росреестр продлили на год. Есть ли какие-то спорные объекты, которые пока не могут «поделить» между собой ФАНО и СО РАН?

— Конечно, есть. Например, наша ЦКБ (центральная клиническая больница). Сейчас у ФАНО и Сибирского отделения нет денег на ее содержание. Поэтому собираемся передавать на баланс фонда обязательного медицинского страхования, областного бюджета. Однако проблем с ней много. Дело в том, что там задействовано три организации. Вообще ЦКБ является структурным подразделением ФАНО, но есть один корпус, который отдан институту химической биологии и фундаментальной медицины, а также здание диспансера, которое до сих пор принадлежит Академии наук.

— В ЦКБ большой и профессиональный штат медработников. Есть какие-то гарантии, что эти люди сохранят свои места, не потеряют в зарплате?

— Об этом и речь. Сейчас надо сохранить коллективы, платить им бесперебойно зарплату. Это пытаемся учесть при переводе собственности.

А ещё, в том корпусе, который находится в ведении ИХБФМ, оборудования на сотни миллионов, которое закупалось через Сибирское отделение. Сейчас там работает известный в Новосибирске Центр новых медицинских технологий. И важно не допустить, чтобы это оборудование оттуда не вывезли куда-нибудь в другую коммерческую клинику. Центр надо сохранить, но сделать более доступным для населения.

— Реструктуризация коснется ведь не только объектов социального назначения. Укрупнять собираются и научно-исследовательские институты, лаборатории?

— Да, задача уменьшить число юрлиц: чтобы не 750 их было, а в 2-3 раза меньше. По каким критериям должно проходить объединение? Это очень дискуссионный вопрос. На мой взгляд, первое — если на лицо недостаточный кадровый потенциал в пределах одной организации. Например, институт, в котором 40 научных сотрудников: 10 докторов, 30 кандидатов — это маленькая организация. Второе — обеспечение инструментарием, приборной базой. Третье — неспособность включится в качестве надежного блока для решения государственных задач. Четвертое — эти объединения должны быть монодисциплинарными. Нельзя объединять организации, которые работают в разных направлениях науки. И ещё следует учитывать географическую составляющую — желательно, чтобы институты находились в пределах одного субъекта федерации или, по крайней мере, в рамках одного территориального отделения. Нельзя объединять институты, если один находится в Уральском, а другой в Сибирском отделении.

Уже запущены пилотные проекты. Например, Кемеровский научных центр, там будут объединяться три организации. И на базе Центра цитологии и генетики создаётся такой проект. По-видимому, будет открыт подобный же центр на основе института катализа. Пока принято такое решение: на первом этапе создать примерно 20 федеральных исследовательских центров, посмотреть, как они будут работать, и при необходимость внести коррективы.

— Целый год ученые СО РАН боролись за создание Научно-координационного совета, который должен определять приоритетные направления развития сибирской науки. В ноябре прошлого года он, наконец, заработал, и вы входите в его состав. Первые шаги уже сделаны?

— Уже определён состав Совета. В шесть секций входит 45 человек. 80% — это члены академии, порядка 70% — директорский корпус. Но, естественно, что компетенций только членов Совета недостаточно, чтобы принимать выверенные решения по всем направлениям. Поэтому внутри создаются рабочие группы, куда привлекается более широкий состав специалистов.

— Руководители СО РАН неоднократно заявляли, что сибирские НИИ будут делать упор на междисциплинарные исследования. Научно-координационный совет мыслит в том же направлении?

— Конечно. К примеру, на последнем заседании секции по междисциплинарным проектам обсуждались интересные вопросы по генетической этногеографии. Люди, проживающие в той или иной местности, имеют определённую специфику генома. Так, если человек из западной Бурятии, например, что-нибудь натворит в Москве, то по волосу, частичкам кожи, которые он оставляет на месте преступления, можно определить место его рождения. Помните, взрыв в Домодедово? На второй день спецслужбы выяснили, откуда террорист. Очень быстро — и это был фурор в криминалистике. Есть идея создать базу данных, карту геномов, по которой можно было бы детально определить позицию общности людей, имеющих такой генетический паспорт. Проектом заинтересовались высокопоставленные представители Следственного комитета России, его реализация планируется совместно с Белоруссией, в рамках бюджета Союзного государства.

На следующем заседании комиссии я буду делать доклад о ещё одном проекте. Его цель — обеспечение нашей высокотехнологичной промышленности исходным сырьем. Сегодня для современного скоростного транспорта, энергетики, автомобиле- или самолётостроения нужны новые материалы — использования редких и редкоземельных металлов. В свое время Дэн Сяопин сказал, что эти металлы для Китая в будущем будут тем же самым, что сегодня нефть для Саудовской Аравии. И сейчас КНДР контролирует добычу примерно 70% этих ископаемых, что позволяет ей быть лидером высокотехнологичной индустрии. Примерно 70% мирового использования в промышленности этих материалов приходится на Китай. У нас — меньше 2%, и то, в основном, за счет импорта.

— У нас вообще их нет, или мы их не добываем?

— У нас, как раз, очень много месторождений редких и редкоземельных металлов — об этом я и буду вести речь на следующем заседании Совета. Вот, мы сейчас ферродиобий закупаем в Бразилии — это сплав, необходимый для создания новых конструкционных материалов, например, для создания длинных, без стыков, рельсов.

— Это же тоже междисциплинарное направление?

— Да. На заседании Совета мы будем говорить о научной и технологической основе высокотехнологичной промышленности. Для этого нужно, во-первых, создать надежную и достаточную сырьевую базу. Знать, какие ископаемые у нас есть, где они залегают, где и каким образом их лучше всего добывать. Экономисты должны подключится — изучить транспортные цепочки, состояние мирового рынка, сделать прогноз его изменений. Только потом принимается решение, какое месторождение лучше начинать эксплуатировать. Во-вторых, создаём технологический регламент переработки этих сложных руд. Сначала проводим фундаментальные исследования: термодинамики материалов, эффективных способов переработки, учитывая затраты на энергетику, экологические факторы. Здесь подключаются химики-технологи. В третьих, надо очистить эти металлы.

У нас в Якутии есть площадью в четыре квадратных километра, где практически на поверхности лежат богатейшие руды, с очень большим содержанием этих редкоземельных элементов. Представьте, чтобы добыть два грамма золота, которые затем можно будет продать за 60 долларов, придётся, в среднем, переработать тонну руды. Здесь же, тонна руды стоит более 10 тысяч долларов! С такими характеристиками её можно возить даже на самолётах и вертолётах, и это будет выгодно.

Кроме того, это месторождение уникально по содержанию средних и тяжёлых лантаноидов, содержание которых в других месторождениях — в Китае, Канаде, Бразилии — в сто раз меньше. Там почти на поверхности лежат ископаемые на 300 миллиардов долларов. И это только одна десятая часть запасов этого месторождения, которая хорошо разведана. А рядом ещё три!

— Но эту руду ещё надо переработать…

— В этих рудах в достаточно больших количествах содержатся радиоактивные уран, торий. Чтобы перейти к дальнейшей переработке, руду надо очистить от этих веществ. Например, пустить на создание торий-урановый реакторов, которые очень выгодно использовать для маленьких посёлков, да и с точки зрения безопасности они надежнее. Потом, когда эти реакторы прогорают, то из отходов получается топливо для других элементов, которые создаются у нас на заводе химконцентратов.

— Ничего не пропадает.

— Совершенно верно. В тонне руды содержится 400-450 кг полезного вещества. Это коктейль из 18 составляющих, который ещё надо разделить. Это можно делать, например, тоже на нашем НЗХК.

— Это направление входит в государственную программу повышения конкурентоспособности российской промышленности на период до 2020 года. То есть первых результатов ещё пять лет нам точно не увидеть?

— Она должна была пойти уже в этом году, но санкции, повышение курса валют отрезали нам пути к дешевым длинным деньгам западных финансовых организаций. А счёт идет на десятки миллиардов. Но это выгодно, ведь мы создаём основы высокотехнологичной промышленности.

Лилия Кислая

Россия. СФО > Образование, наука > ras.ru, 2 апреля 2015 > № 1337472 Николай Похиленко


Великобритания. Сенегал. Весь мир > Медицина > who.int, 10 марта 2015 > № 1345892 Маргарет Чен

Мои дорогие друзья в Лондонской школе тропической медицины и гигиены, коллеги в области общественного здравоохранения, дамы и господа.

Вспышка геморрагической лихорадки Эбола, распространившаяся во многих частях Западной Африки в 2014 году, является самой крупной, самой продолжительной, самой тяжелой и самой сложной за всю историю этой болезни, которая насчитывает почти четыре десятилетия.

На сегодняшний день в Гвинее, Либерии и Сьерра-Леоне зарегистрировано почти 24 000 случаев заболевания и почти 10 000 случаев смерти. Это количество на порядок выше, чем 2400 случаев, зарегистрированных во время всех 24 предыдущих вспышек лихорадки Эбола вместе взятых.

Чрезвычайно важно рассмотреть факторы, которые сделали прошлогоднюю вспышку столь труднопреодолимой и столь опустошительной. Из полученного опыта можно извлечь несколько выводов, которые следует использовать самым неотложным образом.

Постоянные мутация и адаптация являются механизмами выживания микробного мира. Изменения в способах жизни людей на планете дали вирусам и бактериям многочисленные новые возможности. Беспрецедентными темпами стали появляться новые болезни. И никто не ожидает, что эта тенденция закончится.

Кроме того, в мире, который характеризуется сильно увеличившейся взаимозависимостью, расширением международных поездок и торговли, больше нет такого явления, как местная вспышка заболевания.

Недавние крупные вспышки, произошедшие всего лишь с начала нынешнего столетия, опровергли ряд предположений относительно уязвимости мира для новых и повторно возникающих болезней, таких как лихорадка Эбола.

В начале столетия большинство экспертов полагали, что экзотические патогены, вызывающие столько нищеты в развивающемся мире, никогда не создадут угрозу богатым странам, имеющим высокие уровни жизни и хорошо развитые системы здравоохранения.

Затем в 2003 году произошла вспышка тяжелого острого респираторного синдрома — болезни, которая стала причиной наибольшего количества жертв в богатых городских районах. ТОРС наиболее быстро распространился в высокотехнологичных больничных учреждениях.

Ученые также предположили, что угрозы могли быть предсказаны. В 2009 году, когда в странах Америки возник вирус, вызвавший пандемию гриппа, внимание почти исключительно было сосредоточено на циркулировавшем в Азии вирусе птичьего гриппа H5N1 как наиболее вероятной причине следующей пандемии.

Ученые предположили, что наиболее вероятными источниками распространения новых болезней были леса Африки и густо населенные города Азии. Затем возник ближневосточный респираторный синдром, или БВРС, который появился в 2012 году в Королевстве Саудовской Аравии. Никто не ожидал, что новая болезнь возникнет в засушливых условиях пустыни и среди верблюдов, а не кур.

Дамы и господа,

Первой неожиданностью было появление лихорадки Эбола в новом географическом районе.

История лихорадки Эбола, впервые возникшей в 1976 году, характеризуется появлением через нерегулярные интервалы, обычно сначала в отдаленных сельских районах, и затем распространением в скрытом виде в некоторые неизвестные резервуары в лесах, но всегда в одних и тех же частях экваториальной Африки.

Ничто из прошлого опыта не подготовило мир к появлению этого вируса в прошлом году в Западной Африке.

Для понимания этого события необходимо рассмотреть состояние медико-санитарной помощи в трех странах, предположения, которые привели к ранним ответным мерам, а также культурные традиции, способствовавшие быстрому распространению.

До 2014 года лихорадка Эбола считалась редкой болезнью. Единственные имеющиеся средства борьбы с ней относятся к средним векам: раннее выявление, изоляция, инфекционный контроль и карантин.

Во время самой крупной предыдущей вспышки, которая возникла в Уганде в 2000 году, было инфицировано 425 человек. Учитывая, что в настоящее время насчитываются десятки тысяч случаев заболевания, неудача в разработке вакцин и способов лечения имеет еще более серьезные последствия.

Гвинея, Либерия и Сьерра-Леоне относятся к самым бедным странам мира. В начале этой вспышки все три страны лишь недавно вышли из многолетнего периода гражданской войны и беспорядков, после которых остались поврежденные или разрушенные базисные инфраструктуры здравоохранения и поколение молодых взрослых людей с низким уровнем образования или полным его отсутствием.

До вспышки в этих трех странах для лечения почти 100 000 человек имелось всего лишь один-два врача. Для сравнения: в Испании для с таким же количеством пациентов работают 370, а в США 245 врачей. Эти незначительные трудовые ресурсы еще больше сократились в результате того, что более 800 работников здравоохранения заразились этой болезнью и почти 500 умерли.

Это первый важный урок. Хорошо функционирующие системы здравоохранения должны существовать до того, как возникнет кризис в этой области. Наилучшим способом противодействия превращению вспышки в международную угрозу является быстрая остановка ее распространения в месте возникновения.

Для этого необходимы система эпиднадзора, которая может выявить ранние сигналы необычной болезни, группы реагирования, которые могут прослеживать и расследовать случаи заболевания, и лабораторные службы для поддержки расследования.

Из 194 стран, являющихся государствами-членами ВОЗ, только 64, то есть менее одной трети, имеют такие основные возможности для оповещения о вспышках и принятия ответных мер. Это шокирующий вывод о состоянии глобальной готовности.

Этот вирус повлиял еще на шесть стран в двух группах. США, Испания и Соединенное Королевство зарегистрировали случаи заболевания, но их высоко развитые системы здравоохранения не дали вирусу никаких шансов для распространения.

Сенегал, Нигерия и Мали имеют слабые системы здравоохранения, но высокие уровни оповещения и обеспечения готовности, и в этих странах отнеслись к первым завезенным случаям как к чрезвычайной ситуации национальных масштабов. При поддержке своих партнеров все три страны победили лихорадку Эбола, обеспечив очень незначительную дальнейшую передачу или полное отсутствие распространения вируса.

Дамы и господа,

Изучив то, как началась и затем распространилась вспышка, мы узнали больше об уязвимости мира для возникающих и повторно возникающих болезней.

В ходе ретроспективных исследований было установлено, что вспышка началась 26 декабря 2013 года, когда в небольшой деревне лесной зоны Гвинеи заболел 18-месячный мальчик, который через два дня умер.

Значительная часть окружающих лесов была уничтожена в результате горнодобывающей и деревоперерабатывающей деятельности иностранных компаний. Некоторые данные свидетельствуют о том, что в результате разрушения ранее существовавшей экологии лесов потенциально инфицированные дикие животные и отдельные виды летучих мышей, которые могли быть переносчиками вируса, вступили в более тесный контакт с поселениями людей.

Есть очевидцы того, что до наступления симптомов ребенок играл во дворе около дуплистого дерева, заселенного большой колонией летучих мышей. Это кое-что говорит нам об опасности ухудшения окружающей среды.

От этого первоначального случая вирус быстро распространился с летальными результатами на других членов семьи и повивальных бабок, знахарей, больничный персонал, лечивший их, и затем на другие деревни, куда люди приезжали для участия в похоронах, и откуда они возвращались домой.

Вирус проник в столицу Конакри 1 февраля и затем широко распространился далее из больницы, в которой пациент проходил лечение и умер. Никто не знал, что это была лихорадка Эбола. Никто не принял никаких мер предосторожности.

Болезнь, убившая столько людей и так быстро, не прошла незамеченной. Однако нехватка возможностей привела к тому, что эта болезнь сначала была неправильно диагностирована как холера, затем позднее как лихорадка Ласса — то есть как одна из многочисленных распространенных инфекционных заболеваний, ранние симптомы которых похожи на симптомы Эболы.

Когда возбудитель болезни был окончательно идентифицирован 21 марта, вирус лихорадки Эбола уже циркулировал в Гвинее в невыявленном и неконтролируемом виде в течение почти трех месяцев.

К этому времени вирус прочно укоренился. Несколько отдельных случаев уже были завезены в Либерию и Сьерра-Леоне, однако это распространение также происходило незаметно и было выявлено слишком поздно.

ВОЗ направила в Гвинею группу расследования тотчас же через несколько дней после подтверждения диагноза. Однако страны и их международные партнеры, включая ВОЗ, недооценили ситуацию. Мы думали, что знаем лихорадку Эбола. Знаем ее течение. Знаем ее результат. Знаем, как ее контролировать.

Это другой важный урок — ожидать неожиданное. Никогда не думайте, что вирус будет вести себя так же, как в прошлом, особенно внедрившись в новые условия с новыми возможностями.

Новизна Эболы усугубила проблемы, созданные слабостью систем здравоохранения. Три страны на всех уровнях были плохо подготовлены к этой неожиданной и незнакомой болезни.

Клиницисты никогда не имели дела со случаями заболевания. Ни одна лаборатория никогда не диагностировала пробы от пациента. Ни одно правительство никогда не сталкивалось с социальными и экономическими потрясениями, которые могут сопровождать эту болезнь. Население не могло понять, чем оно поражено и почему.

Вирус воспользовался исключительно высокой мобильностью населения в связи с легкостью пересечения границ, в результате чего три страны постоянно инфицировали друг друга повторно. Население легко пересекало границы, а группы реагирования — нет.

На протяжении всей своей истории лихорадка Эбола была в значительной мере болезнью, поражающей отдаленные сельские районы, редкая заселенность которых создавала естественное препятствие для взрывного распространения. В Западной Африке вирус использовал для распространения городскую среду и городские условия перенаселенных трущоб.

Однако прежде всего вирус распространялся из-за глубоко укоренившихся культурных традиций Западной Африки. Процедура похорон и похоронные обряды, связанные с тесным контактом с исключительно высоко инфицированными телами, были самыми опасными из этих традиций, и их оказалось очень трудно изменить.

В Либерии и Сьерра-Леоне, где похоронные обряды к тому же проводятся тайными обществами, некоторые присутствующие на похоронах омывают или обрызгивают других водой, оставшейся после обмывания тел.

В условиях раннего и упорного отрицания того, что реальным заболеванием является Эбола, в медико-санитарных сообщениях для населения неоднократно подчеркивалось, что эта болезнь является смертельно опасной, и что против нее нет вакцины или лечения, и что она неизлечима. Несмотря на то, что эти сообщения имели целью способствовать защитным мерам, они оказались безрезультатными.

Поскольку западная медицина не могла ничего предложить, семьи предпочитали полагаться на народных целителей или народную медицину для лечения своих близких дома, предоставляя тем самым вирусу больше возможностей для распространения.

Эбола использовала еще одну глубоко укоренившуюся культурную особенность: сочувствие. В Западной Африке вирус распространялся через жителей общин, которые были объединены культурой необходимости сочувствия и помощи больному, а также церемониальной помощи в отношении тела умершего.

Помимо необходимости инвестировать в системы здравоохранения, это является вторым важнейшим уроком. Вспышку заболевания невозможно победить без полного участия и сотрудничества общины. До сегодняшнего дня жители в Гвинее и Сьерра-Леоне прячут больных в домах, тайно хоронят ночью в небезопасных условиях и отказываются сотрудничать с группами прослеживания контактов.

Еще один урок касается значения создания стимулов к разработке медицинских продуктов для борьбы с болезнями, поражающими главным образом бедных людей, и, следовательно, имеющих незначительную рыночную привлекательность.

Лихорадка Эбола известна почти 40 лет. Однако в распоряжении клиницистов нет никаких средств — ни вакцин, ни видов лечения или помощи. Я надеюсь, что этот урок уже оказывает влияние на текущие события.

ВОЗ упорно работала с промышленностью над устранением пробела в исследованиях и разработках. На рынок уже поступают новые тесты для быстрой диагностики. Несколько перспективных лекарств, включая ZMapp, проходят в настоящее время клинические испытания. В минувшие выходные в Гвинее начата первая стадия фазы III клинических испытаний вакцины.

Дамы и господа,

Комитет по рассмотрению, созванный согласно Международным медико-санитарным правилам для оценки мер, принятых в ответ на пандемию гриппа 2009 года, сделал вывод, что мир плохо готов к тому, чтобы преодолевать тяжелые и продолжительные события, связанные с болезнями. Вспышка Эболы была и тяжелой, и продолжительной.

Когда вспышка достигла наивысшей точки в последнем квартале 2014 года, все до одного были на пределе. У нас всего было очень мало.

Недостаточно коек для лечения, лабораторий, инфекционных палат, машин скорой помощи. Недостаточно врачей и медсестер, эпидемиологов, логистиков и похоронных бригад. Недостаточно средств индивидуальной защиты, мешков для трупов и мест на кладбищах.

Мир больше никогда не должен оказаться в таком положении. Эбола стала тревожным сигналом не только для Африки, но и для всего мира. По моему мнению, три изменения наилучшим образом улучшат коллективную оборону мира от угрозы инфекционной болезни.

Во-первых, необходимы инвестиции в формирование устойчивых общин и хорошо функционирующих систем здравоохранения, объединяющих общественное здравоохранение и первичную медико-санитарную помощь. В идеале системы здравоохранения должны ориентироваться на всеобщий охват услугами здравоохранения, чтобы бедные люди не оставались без таких услуг. Это требует нового мышления и нового подхода к развитию здравоохранения.

Во-вторых, необходимо разработать системы, возможности и механизмы финансирования с целью создания максимального потенциала для реагирования на вспышки и гуманитарные чрезвычайные ситуации.

В-третьих, необходимо создать стимулы для исследований и разработок, ориентированных на новые медицинские препараты для борьбы с болезнями, поражающими главным образом бедных людей. Честный и справедливый мир не должен оставлять людей умирать из-за того, что в конечном счете сводится к рыночной неудаче и бедности.

Эти три аспекта достаточно хорошо вписываются в предстоящую повестку дня устойчивого развития, которая направлена на более равномерное распределение преимуществ экономического роста и на сохранение хрупких ресурсов нашей планеты.

С точки зрения перспективы здравоохранения наибольшей потребностью является наличие таких систем здравоохранения, которые могут противостоять будущим потрясениям — будь то потрясения от изменений климата или потрясения от вышедшего из-под контроля вируса.

Такие действия не являются роскошью. Они представляют собой наилучший страховой полис для будущего и наилучший способ закрепления огромных положительных результатов в здравоохранении, достигнутых с начала нынешнего столетия.

Благодарю вас.

Д-р Маргарет Чен

Генеральный директор ВОЗ

Лондонская школа гигиены и тропической медицины. Цикл лекций «Женщины в науке».

Великобритания. Сенегал. Весь мир > Медицина > who.int, 10 марта 2015 > № 1345892 Маргарет Чен


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 4 марта 2015 > № 1311831 Эльвира Набиуллина

«Держать курс рубля — создать иллюзию, что ничего не изменилось»

Максим Товкайло

шеф-редактор Forbes.ru

Антон Вержбицкий Антон Вержбицкий

редактор Forbes

Председатель ЦБ Эльвира Набиуллина в большом интервью Forbes — о причинах перехода к плавающему курсу рубля, повышении ОСАГО и доверии к банковской системе

В преддверии праздника 8 марта Forbes начинает публикацию серии интервью и материалов о женщинах, управляющих российскими финансами, нефтегазовой индустрией и другими стратегическими отраслями. Первая героиня — председатель Центробанка России Эльвира Набиуллина. Это полная, журнальная, версия интервью, вышедшего на сайте Forbes 3 февраля.

В 2014 году российская экономика драматически изменилась: рост сменился спадом, рубль сильно ослабел по отношению к доллару и евро, инфляция впервые за несколько лет вновь стала двузначной.

Одной из причин стремительного ослабления рубля и ускорения роста цен многие эксперты и чиновники считают решение Центрального банка перейти к рыночному курсообразованию. Однако председатель ЦБ Эльвира Набиуллина уверена: без этого решения было бы еще хуже — при низкой цене на нефть и санкциях фиксация курса грозила истощением международных резервов и последующей еще более болезненной для бизнеса и населения девальвацией.

По мнению Набиуллиной, российской экономике нужно научиться жить в новых условиях. Центробанк продолжит борьбу с инфляцией, ожидая ее снижения до 4% через два года. У проблемных банков будут отзывать лицензии или их будут санировать. В ЦБ надеются, что подобных случаев будет меньше, чем в 2014 году.

Forbes: В заявлении Центробанка 10 ноября, когда было объявлено о переходе к свободному курсу, говорилось также, что ЦБ готов поддерживать рубль в случае угрозы финансовой стабильности. Как вы эту угрозу для себя определяете?

Эльвира Набиуллина: Такая угроза не всегда связана с уровнем курса, ведь финансовая стабильность — широкое понятие. Это может быть нестабильность на валютном, денежном, межбанковском рынке. Есть достаточно много других индикаторов, например поведение вкладчиков банков или корпоративных клиентов. Одним из факторов, который может привести к нарушению финансовой стабильности, является чрезмерное и длительное отклонение курса рубля от так называемого фундаментально обоснованного. Но если такое отклонение не сказывается на других важных индикаторах, то ЦБ не будет вмешиваться. Кроме того, если мы видим угрозы финансовой стабильности, мы можем использовать другие инструменты, не только интервенции.

Возможно ли, на ваш взгляд, падение цены на нефть до $25 за баррель?

Краткосрочно, наверное, все возможно, но я не верю, что в ближайшее время среднегодовая цена будет на уровне $25. Это слишком большие потрясения для глобального рынка — экономического и финансового.

Какие антикризисные меры со стороны Центробанка возможны, кроме тех, о которых уже было объявлено?

На мой взгляд, основные решения — переход к плавающему курсу, инфляционному таргетированию — мы реализовали. Что касается устойчивости банковской сферы, то будем продолжать политику оздоровления в банковской системе. Наша задача в том, чтобы все банки могли выполнять свои обязательства перед вкладчиками, перед кредиторами. В прошлом году суммарная прибыль банков существенно упала, более чем на 40%. Частично это падение связано с нашими требованиями создания резервов. Банки дополнительно создали резервы более чем на 1 трлн рублей. Это понизило их рентабельность, но повысило транспарентность. Но если у того или иного банка возникнут серьезные проблемы, то будем отзывать лицензию или проводить финансовое оздоровление. Что касается денежно-кредитной политики, то будем развивать валютное рефинансирование, чтобы снизить нагрузку на платежный баланс.

Сейчас возвращается термин «системообразующие предприятия». Прямая поддержка их со стороны ЦБ возможна или это исключено?

Нет, это невозможно.

В этом году будет дискуссия в правительстве о пенсионной системе. Вы по-прежнему будете настаивать на сохранении накопительной части или поддержите переход к полностью солидарной системе?

Безусловно, буду настаивать на сохранении, потому что одна из серьезнейших проблем для экономического роста — отсутствие внутреннего инвестора. Пенсионные фонды и страховые компании — якорные институциональные инвесторы, которые делают инвестиционный рост возможным.

Некоторые чиновники говорят, что госбанки и отдельные госкомпании хотят торговать валютой напрямую с ЦБ, минуя биржу. Якобы насчет Сбербанка был такой разговор, но ЦБ всегда говорил: нет, идите на рынок.

И продолжаем так делать.

Почему? Ведь в принципе это инструмент снижения давления на рубль.

Потому что курс должен быть рыночным. У рынка тогда будет столько подозрений, по какому, интересно, курсу кому и что продали. Если какие-то основные сделки будут проходить впрямую, без учета рыночного спроса и рыночного предложения, то это вызовет недоверие рынка и искажение реальной цены валюты.

Те послабления, которые были для банков в декабре, позволяют им фактически нарушать нормативы. Не кажется ли вам, что это подрывает доверие к банковской системе?

Нет, мы не разрешили нарушать нормативы, а разрешили их временно по-другому считать, с тем чтобы не было шока для банковского сектора от одномоментного серьезного изменения как валютного курса, так и стоимости портфеля ценных бумаг. Эти решения приняты для того, чтобы абсорбировать шок. Мы ситуацию в банках в целом знаем, и наши решения вовсе не позволяют скрывать какие-то риски и хронические проблемы. Но они позволяют банкам не выглядеть хуже, чем они есть на самом деле. Еще отмечу, что эти решения временные и мы от них откажемся после нахождения рынком устойчивого равновесия.

Вы сказали, что значительная часть работы по очищению банковской системы проведена. Тем не менее можно ли ожидать в ближайшее время банкротств крупных банков?

Мы будем продолжать ту политику, которую вели. Мы всегда оцениваем экономическую эффективность финансового оздоровления как альтернативу отзыву лицензий. Когда мы выделяем деньги на санацию, объемы должны быть сопоставимы с теми, которые пришлось бы выплачивать застрахованным лицам при отзыве лицензии. Безусловно, мы принимаем во внимание системную значимость банка. Также для принятия решения о санации важно, чтобы банк не был вовлечен в сомнительные операции.

Мы хотели бы избежать того, что крупные банки будут накапливать риски, считая, что им все дозволено и их никогда не ликвидируют. Готовимся ввести дополнительные требования по капиталу и по ликвидности для системообразующих банков. Уделяем особое внимание надзору над системно значимыми банками, у нас более года назад был создан специализированный департамент. Что касается АСВ, то это заблуждение, что мы принимаем решения с оглядкой, хватит или не хватит денег АСВ. У АСВ всегда хватит денег. Во-первых, у АСВ накоплены резервы, во-вторых, у АСВ ресурсы постоянно пополняются, ведь банки ежеквартально выплачивают взносы. И в-третьих, если вдруг у АСВ закончатся деньги, мы им всегда дадим кредит.

В банковской сфере за последние годы было много банкротств, но из собственников банков фактически никто не пострадал, несмотря на криминальный характер многих банкротств. Почему?

Это действительно острый вопрос. Нужно повышать ответственность собственников и менеджеров за ситуацию в банках. Это одна из проблем, которую нам нужно в ближайшее время решить, согласна. У нас есть определенные механизмы борьбы с недобросовестными банкирами. Например, когда мы даем согласие на переуступку долей, то собственники, которые негативно себя проявили в предыдущий период, не получат такого согласия, так же как и менеджеры. Но этих мер недостаточно.

В последние годы на рынке НПФ идет консолидация, собственниками многих фондов оказываются банкиры и девелоперы, чей бизнес в кризис страдает в первую очередь. Вы не опасаетесь банкротств на рынке НПФ?

Не опасаюсь. У нас действительно есть некоторое переплетение в собственности НПФ и банков. И оттого что мы, допустим, лицензию банка отзовем или НПФ не пустим в систему гарантирования, могут появиться риски в родственной структуре. Безусловно, это может быть. Но у нас есть механизмы, как решать проблему. В части банков все-таки у нас вкладчики защищены, и сейчас защищенность вкладов поднялась до 1,4 млн рублей. Для НПФ создается система гарантирования пенсионных накоплений. В первый год в эту систему было допущено девять фондов. Это 10% от их общего числа, а по объему активов чуть больше 50%. Когда запускали систему страхования банковских вкладов, то «первой волной» в нее было запущено 400 банков, почти 40% от общего числа на тот момент, на эти банки приходилось более 70% активов. То есть сейчас в отношении НПФ контроль даже строже.

Возможно ли повышение стоимости ОСАГО из-за девальвации рубля?

В начале апреля вступают в силу законодательные нормы, повышающие лимиты выплат по ОСАГО. Плюс девальвация, из-за которой стоимость запасных частей выросла. Это веские причины повысить страховые тарифы. Так что да, повышение стоимости произойдет. Новый коридор допустимых цен по ОСАГО мы опубликуем также к апрелю.

Давайте вернемся к событиям конца 2014 года. Зачем было переходить к свободному курсо­образованию в момент серьезного давления на курс из-за снижения цены нефти, санкций, замедления экономического роста? Нельзя было отложить это решение, допустим, на середину 2015 года?

Переход к плавающему курсу мы объявили 10 ноября. В это время курс находился под сильным давлением из-за снижения цены на нефть. Было также спекулятивное давление, потому что под влиянием динамики нефтяных цен сформировались абсолютно однонаправленные ожидания участников рынка. Поэтому требовалось обязательно принять решение о рыночном курсообразовании, чтобы курс нашел равновесие, иначе мы продолжали бы тратить золотовалютные резервы и подстегивать активность спекулянтов. Мы приняли решение о переходе к плавающему курсу, но, чтобы не усугублять панические настроения на рынке, ЦБ продолжил выходить с валютными интервенциями в отдельные дни. И участники рынка «подсели» на наши частые интервенции. То есть мы объявили о плавающем курсе, но фактически перехода тогда еще не случилось, так как мы продолжили поддерживать рубль.

Если коротко и прямо сказать, что произошло 16 декабря, то произошел де-факто переход к плавающему курсу. Участники рынка осознали, что курс формируется исключительно на рыночных основаниях. Да, в тот день был резкий скачок курса вверх, но после этого началось укрепление. То, что волатильность может быть высокой, мы предполагали. Но какие альтернативы были у нас? У нас была альтернатива зафиксировать курс. Сделать это можно двумя способами. Либо потратить золотовалютные резервы, но при таких ожиданиях на долгосрочную перспективу это абсолютно непродуктивно, мы бы пришли к тому же результату через некоторое время, только без золотовалютных резервов и, соответственно, с большей уязвимостью к внешним шокам на будущее. Либо вводить административные ограничения, но я считаю это абсолютно неправильным. Выход был только один — переход к плавающему курсу и нахождение точки равновесия, которая бы соответствовала состоянию российской экономики, состоянию платежного баланса.

Вам не кажется, что можно было раньше принять решение о свободном курсообразовании?

Сколько я здесь работаю, с разных сторон звучит критика — то преждевременно, то поздно. Действительно, летом была более спокойная ситуация, и никто в тот момент не мог спрогнозировать комбинацию факторов, которые повлияли на ослабление рубля осенью и в декабре: такое драматическое снижение цены на нефть, и практически тотальное закрытие финансовых рынков для наших компаний и банков, и довольно большие выплаты по внешним долгам. Поэтому летом мы продолжили политику постепенного перехода к плавающему курсу, что соответствовало ожиданиям рынка.

Нельзя не вспомнить размещение «Роснефтью» облигаций на 625 млрд рублей и заявление ЦБ, что банки могут рефинансироваться под эти бумаги. В какой мере эта сделка послужила катализатором того, что случилось 16 декабря?

Я считаю, что, действительно, сделка по «Роснефти» была непрозрачная, она была непонятна рынку, была дополнительным фактором волатильности на рынке. Но все-таки не основным. Я, действительно, слышала мнение, что сделка породила ожидания того, будто бы вырученные рубли пойдут на валютный рынок и свалят курс. Но ЦБ регулирует объем ликвидности таким образом, чтобы ставка денежного рынка была в процентном коридоре — плюс/минус процентный пункт от ключевой ставки. И если мы даем деньги по одним инструментам, мы сокращаем предоставление ликвидности по другим. Поэтому опасения, что эта сделка обвалит курс, были безосновательны.

Не было ли у вас опасений по поводу роста социальной напряженности из-за решения «отвязать» курс? Все-таки население чувствительно к колебанию курса.

Я убеждена, что для людей гораздо более важно сдержать рост цен на товары, нежели курс. Понятно, что курс через импортные товары, через расходы населения на туристические услуги и т. д. влияет на благосостояние граждан. Но все-таки граждане в основном потребляют российские товары, тратят деньги здесь, для них важно, чтобы цены не росли. Чтобы влияние импортных товаров на индекс цен было меньше, у нас должно заработать эффективное импортозамещение. Я специально подчеркиваю слово «эффективное», потому что замещение импортных товаров российскими не должно происходить по более высокой цене и в ущерб качеству. Конечно, больше всего с точки зрения объективной покупательной способности пострадали люди с более высокими доходами, у которых доля потребления импортных товаров выше и которые чаще ездят за границу. Мы приняли решение о переходе к плавающему в курсу, в том числе чтобы сдерживать инфляцию. Чтобы уровень жизни населения удержать на нормальном уровне, не допустить болезненного роста цен.

Так получилось же наоборот.

Нет, не получилось! Инфляция могла быть значительно выше, если бы мы не перешли к плавающему курсу и не повысили ставку. Действовавшие в тот период факторы ослабления рубля были очень мощными: резко снижалась цена на нефть, большие выплаты по внешнему долгу. В $151 млрд оттока капитала в 2014 году значительная доля — выплата внешних долгов. Если бы инфляция была выше, замедлить ее рост было бы сложнее.

Ситуация в экономике реально изменилась: совсем другие, более сложные, внешние условия, большая закредитованность частного сектора. В этих обстоятельствах рассчитывать, что все будет как прежде, просто наивно.

Держать в этих обстоятельствах курс рубля — это просто на какое-то время создать иллюзию, что ничего не изменилось, и потом остаться у разбитого корыта. Сейчас экономика должна приспосабливаться к новой реальности, повышать свою конкурентоспособность, повышать производительность труда. Мы привыкли, что у нас производительность растет медленнее, чем наши доходы. Это было возможно в условиях высоких цен на нефть и высоких темпов роста экономики. Сейчас мы должны научиться жить по-другому: благосостояние должно повышаться вслед за производительностью. Это вызов для нашей экономики, и мы должны на этот вызов ответить. Наша цель остается прежней — инфляция 4% в 2017 году.

Почему сейчас должно получиться, если не получилось раньше, в том числе и когда вы были министром?

Получиться должно именно сейчас, потому что это жизненно необходимо. Успех зависит и от мотивации людей, и от условий. У нас очень долго была низкая процентная ставка: в позапрошлом году — 5,5%. Именно в этот период, несмотря на дешевые ресурсы, замедлялись темпы экономического роста и инвестиций. Сейчас можно говорить, что во всем виновата только ставка, но если вы посмотрите, как предприятия распоряжаются прибылью, то увидите, что вкладывать ее в новые проекты и модернизацию действующих они не спешат. Значит, надо устранять причины, которые заставляют бизнес так себя вести.

Вы количественно оценивали влияние различных факторов, например падение нефтяных цен, на ослабление рубля?

Конечно, но это не раз и навсегда сделанный анализ, потому что ситуация меняется. Сейчас наиболее сильные факторы, которые влияют на курс, — динамика цен на нефть и санкции, прежде всего ограничение доступа на финансовые рынки для российских компаний и банков. Вклад каждого из этих факторов в ослабление рубля в конце декабря — примерно по 30%. Остальное — факторы, связанные с политикой денежных властей США, то есть укреплением доллара к валютам развивающихся стран, и с паническими настроениями на рынке в определенный период. В январе курсовая динамика на 80% зависела от цен на нефть. Повторюсь, эти факторы изменчивы, поэтому линейную связь нельзя проводить. Но есть фундаментальная связка: чем сильнее экономика, тем сильнее курс.

Тогда можно ли говорить об укреплении курса, если по всем прогнозам — и экспертным, и официальным — у нас минимум в течение трех лет никакого роста не будет? Плюс возможны новые санкции и дальнейшее снижение цен на нефть.

При всех негативных внешних факторах у российской экономики есть потенциал и есть все возможности, чтобы расти. У нас есть все ресурсы, образованное население, рабочая сила не очень дорогая. В достаточной мере развиты образование и наука, инфраструктура.

«Устойчивость банковской системы весьма высока»

Forbes предложил экспертам и участникам рынка задать вопрос Эльвире Набиуллиной. Мы публикуем самые интересные ответы.

Александр Коваль, президент «Союза страховых организаций»:

Целью создания мегарегулятора было повышение эффективности управления финансовым рынком, в том числе страховым. Но качество страховых услуг и финансовая стабильность страховых компаний ухудшились. В самом ЦБ за страховой рынок отвечают несколько департаментов, которые зачастую не координируют свои действия. Почему так происходит?

Состояние отрасли прежде всего зависит от экономической ситуации, диктующей спрос на страховые продукты и определяющей качество страховых резервов. Я не считаю верным утверждение об ухудшении состояния в отрасли. Вскрывшиеся проблемы в отдельных страховых компаниях — результат многолетних скрываемых проблем.

Владимир Тихомиров, главный экономист БКС:

Центробанк почти еженедельно предоставляет банкам по нескольку триллионов рублей ликвидности. Значит ли это, что ситуация в банковской системе плохая?

Мы через регулярные инструменты предоставления ликвидности не поддерживаем устойчивость банков или их платежеспособность. Мы восполняем структурный дефицит ликвидности, который сформировался в силу различных объективных причин. Для примера: если мы в первую неделю на аукционе «репо» предоставили два триллиона, а на следующей неделе — еще два, то их нельзя складывать. Во втором случае это в значительной мере предоставление ликвидности в счет погашения старой задолженности перед нами. То есть это не значит, что в банковскую систему каждую неделю дополнительно вливается по два триллиона и таким образом мы подстегиваем инфляцию. Ни в коем случае. Если говорить об устойчивости банковской системы, то в целом ситуацию контролируем. Понятно, что риски будут возрастать, потому что экономический рост замедляется, качество активов ухудшается. Но у нас есть все возможности для сохранения стабильности в банковской сфере.

Мы прошли большую часть пути очищения рынка от хронически неустойчивых банков, и то, как банковская система переживает сложный период изменения валютного курса, показывает, что ее устойчивость весьма высока.

Александр Морозов, главный экономист HSBC по России, Украине и Казахстану:

При каких обстоятельствах и условиях ЦБ будет готов на жесткую поддержку курса рубля?

ЦБ будет выходить на валютный рынок в случае угроз для финансовой стабильности. Это означает, что мы без заранее объявленных правил для рынка можем выйти с интервенциями любого необходимого объема. Но мы не можем раскрывать условия возможных интервенций, в частности потому, что это на руку спекулянтам. Когда неизвестно, при каких условиях ЦБ выйдет на рынок, спекулятивные стратегии куда более рискованны.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 4 марта 2015 > № 1311831 Эльвира Набиуллина


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 2 марта 2015 > № 1317612 Тереза Касаева

Заместитель директора Департамента Тереза Касаева рассказала «АиФ» об организации медицинской помощи больным онкологическими заболеваниями

Заместитель директора Департамента организации медицинской помощи и санаторно-курортного дела Министерства здравоохранения Российской Федерации Тереза Касаева объяснила корреспонденту АиФ.ru как развивается сегодня служба помощи онкологическим больным.

АиФ.ru, Миличь Майя: Осенью 2014 года многие СМИ писали про окончание Федеральной национальной онкологической программы «Онкология». Что представляла собой эта программа, какие проекты завершены, какие начаты или разработаны?

Тереза Касаева: Говорить об окончании национальной онкологической программы некорректно, поскольку на протяжении последних 10 лет реализовывался целый комплекс мероприятий и программ, которые в совокупности были нацелены на совершенствование системы оказания медицинской помощи пациентам с онкологическими заболеваниями. Это и подпрограмма «Онкология» федеральной целевой программы «Предупреждение и борьба с социально значимыми заболеваниями (2007–2012 годы)», программа модернизации здравоохранения, комплекс мероприятий по совершенствованию оказания медицинской помощи больным онкологическими заболеваниями в рамках приоритетного национального проекта «Здоровье». Одни программы завершались, другие приходили им на смену. Но в целом мероприятия по борьбе с онкологическими заболеваниями будут продолжаться до тех пор, пока существует сама проблема. Отмечу, что все вышеперечисленные программы были направлены на укрепление материально-технической базы онкологической службы, и окончание какой-либо из этих программ никак не может повлиять на лекарственное обеспечение онкобольных. Люди, страдающие онкологическими заболеваниями, в соответствии с законодательством, обеспечиваются всеми необходимыми лекарственными средствами по рецептам врачей бесплатно.

Сегодня онкологические заболевания занимают второе место среди причин смертности населения, как в России, так и в мире. По прогнозам Всемирной Организации Здравоохранения, заболеваемость раком будет расти. Среди причин роста заболеваемости — воздействие внешней среды, поведенческие факторы, рост продолжительности жизни — ведь, как известно, с возрастом риск развития онкологических заболеваний растёт.

В этой связи мероприятия по совершенствованию оказания медицинской помощи больным онкологическими заболеваниями занимают важное место в государственной программе Российской Федерации «Развитие здравоохранения», в соответствии с которой регионами были разработаны свои программы.

— Как планируется развивать онкологическую службу и верны ли слухи о сокращении финансирования?

— В нашей стране существует трёхуровневая система оказания медицинской помощи больным онкологическими заболеваниями — от первичной медико-санитарной помощи до высокотехнологичной медицинской помощи, которая оказывается на уровне федеральных институтов и региональных клиник.

Медицинская помощь больным онкологическими заболеваниями продолжает финансироваться из средств Фонда обязательного медицинского страхования, переданных на федеральный уровень для оказания высокотехнологичной медицинской помощи по методам, не включённым в базовую программу ОМС, региональных бюджетов и за счёт средств ОМС. Объёмы этой помощи увеличиваются из года в год. Программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи гарантировано оказание медицинской помощи в том числе и больным онкологического профиля. На 2015 год подушевой норматив составляет 8 260,7 рублей, это превышает норматив 2013 года в 1,4 раза, что позволяет увеличивать расходы на оказание медицинской помощи, в том числе больным онкологическими заболеваниями.

Кроме того, растёт стоимость оказания медицинской помощи в условиях дневного стационара. За последние три года она выросла в 2,8 раза, что позволяет обеспечить проведение химиотерапии онкологическим больным в условиях дневного стационара.

В 2014 году в рамках территориальных программ ОМС на оказание медицинской помощи пациентам с онкологическими заболеваниями направлено порядка 160 млрд рублей.

В 2015 году более 100 тысяч пациентов с онкологическими заболеваниями смогли получить высокотехнологичную медицинскую помощь. Рост объёмов высокотехнологичной медицинской помощи по профилю «Онкология» в 2014 году, по сравнению с 2013 годом, составил 27,5%.

С учётом принимаемых государством антикризисных мер объёмы ВМП не уменьшатся, а указание Президента Российской Федерации о доведении общих объёмов оказания ВМП к 2017 году до 750 тыс. больных будет выполнено. Соответственно, увеличатся и объёмы оказания высокотехнологичной помощи больным онкологического профиля.

Безусловно, проблем много. Не все регионы при формировании своих территориальных программ обязательного медицинского страхования учитывают региональные особенности в распространённости тех или иных заболеваний, и это зачастую приводит к неправильному распределению средств. Не в полной мере просчитываются потребности в препаратах для проведения химиотерапии.

— Однако объявления о сборе денег на лечение от рака стали делом обычным. Почему есть эти объявления?

— Как я уже говорила, оказание медицинской помощи гражданам в нашей стране гарантировано государством. Возможно, у отдельной категории граждан бытует мнение, что за рубежом помощь может быть оказана на более высоком уровне. И если помощь оказывается за деньги — то это гарантия удачного исхода лечения. К сожалению, это не всегда так.

Поэтому родственники пациентов или активисты, зачастую даже не обратившись в отечественные медицинские учреждения, начинают кампанию по сбору средств на лечение за рубежом. Не умаляя достоинств зарубежной медицины, хочу сказать, что нередко россияне в итоге возвращаются долечиваться домой.

При этом отмечу, что в случае, если необходимая медицинская помощь не может быть оказана в условиях российских клиник, предусмотрена возможность направления граждан на лечение за рубеж. Уже в течение ряда лет функционирует Комиссия Министерства здравоохранения Российской Федерации по направлению граждан Российской Федерации на лечение за пределы территории Российской Федерации за счёт средств федерального бюджета.

Министерство здравоохранения в последние годы активно взаимодействует с различными общественными, пациентскими организациями, фондами. Такое взаимодействие нередко действительно помогает решать проблемы конкретных пациентов.

— Какова роль федеральных институтов в оказании онкологической помощи и повышении её доступности?

— Передовые технологии и методы диагностики и лечения разрабатываются, апробируются и внедряются прежде всего в федеральных медицинских учреждениях, которые стоят во главе процесса совершенствования оказания медицинской помощи населению. Кроме того, специалисты федеральных институтов ведут большую работу по подготовке и повышению квалификации онкологов из регионов. Затем новые методики уходят в широкую медицинскую практику, тиражируются в региональные медицинские учреждения. Это непрерывный процесс, благодаря которому уже сегодня многие виды высокотехнологичной медицинской помощи существуют не только на федеральном уровне, но и в региональных учреждениях. Таким образом, высокотехнологичная медицинская помощь, в том числе больным онкологическими заболеваниями, с каждым годом становится всё более доступной, а актуальность проблемы очерёдности стремительно снижается. Так, в 2014 году в целом объёмы оказания высокотехнологичной медицинской помощи на 30% превысили планируемые.

Федеральные медицинские учреждения работают и в системе обязательного медицинского страхования. Например, институт онкологии им. П. А. Герцена в течение последних лет расширяет взаимодействие с регионами, ведётся работа с территориальными фондами обязательного медицинского страхования. Всего в 2014 году в институте с применением современных высокотехнологичных методов было пролечено более 10900 пациентов — из них около 30% за счёт средств обязательного медицинского страхования.

В решение задачи повышения доступности высокотехнологичной медицинской помощи больным с онкологическими заболеваниями существенный вклад вносят и другие федеральные учреждения, в частности Ростовский научно-исследовательский онкологический институт, куда обращаются за помощью и получают лечение с применением новейших высокоэффективных технологий жители 13 регионов Южного и Северокавказского федеральных округов с общей численностью населения более 21 млн человек.

— Как рост курса доллара и евро скажется на закупках препаратов и медицинского оборудования иностранного производства?

— В рамках государственных антикризисных мероприятий Минздравом России были приняты меры по сдерживанию роста цен на жизненно важные лекарственные препараты, включённые в перечень ЖНВЛП (Жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты), в который входят как отечественные, так и зарубежные лекарственные средства. То есть цена на эти препараты, в том числе применяемые для лечения онкологических заболеваний, зафиксирована. Сейчас ведётся большая работа с фармацевтическим сообществом и с аптечными сетями по формированию единой политики и недопущению роста цен на эти лекарственные препараты.

Безусловно, актуальным остаётся вопрос импортозамещения и развития отечественной фарминдустрии, производства медицинской техники и аппаратуры. Пока доля зарубежного оборудования и лекарственных препаратов в онкологии остаётся весомой. Большое количество тяжёлого рентгеновского оборудования крупных производителей было приобретено в период реализации федеральных программ. Вместе с тем, работа по развитию российской фарминдустрии ведётся весьма успешно.

— В СМИ упоминается, что за последние пять лет смертность от онкозаболеваний сократилась лишь на 1%. Правда ли, что основная проблема с онкозаболеваниями в том, что крайне сложно выявить болезнь на ранних стадиях?

— Да, действительно, смертность от онкологических заболеваний снижается не так быстро, как хотелось бы. И хотя это не 1%, а 2%, это, конечно, не предмет гордости.

В соответствии с Указами Президента по снижению смертности в стране перед нами стоит задача снизить смертность от онкологических заболеваний к 2018 году до 192,8 случаев на 100 тысяч населения. Это непростая, но выполнимая задача.

Минздравом России совместно с главными специалистами и ведущими экспертами разработаны планы по снижению смертности от основных социально значимых заболеваний, в том числе онкологических, на 2015 год. Перед региональными системами здравоохранения поставлены задачи адаптировать и максимально конкретизировать эти планы с учётом региональных особенностей, довести их до каждого специалиста, распределив ответственность на всех уровнях организации оказания медицинской помощи.

Одна из ключевых задач — повышение выявляемости онкологических заболеваний на ранних стадиях. Сегодняшний показатель выявления онкопатологии на 1–2 стадиях — немногим более 50% — безусловно, не может никого удовлетворить.

— Какую роль в решении этого вопроса играет диспансеризация?

— Диспансеризация населения занимает важное место в борьбе с распространением онкологических заболеваний, так как помогает выявить новообразования на ранних стадиях, когда медицинская помощь наиболее эффективна и, как правило, позволяет сохранить жизнь и трудоспособность человека. За два года проведения диспансеризации активное выявление новообразований на ранних стадиях выросло на 4%. При этом из всех выявленных раков на ранних стадиях 70% выявлено именно при диспансеризации. За 2014 год в результате диспансеризации повысилась выявляемость таких распространённых форм онкологических заболеваний, как рак молочной железы — на 9%, предстательной железы — на 18%, кишечника — на 10%, желудка — на 16% и дыхательной системы — на 6%.

Такого эффекта удалось достигнуть благодаря внедрению двухэтапной системы онкологических скринингов: сначала проводится общий скрининг, и, если была заподозрена проблема, проводится более углубленное исследование.

Всего в 2014 году диспансеризацию прошли более 40 миллионов человек. У 46% из тех, кто прошёл диспансеризацию, выявлены или подтверждены различные неинфекционные, в том числе онкологические заболевания. Позволю себе ещё раз подчеркнуть, что на ранних стадиях онкологические заболевания поддаются успешному излечению.

— Как можно предупредить развитие рака и защитить себя самостоятельно?

— Позволю ещё раз подчеркнуть, что рак сегодня — это не приговор! На ранних стадиях онкологические заболевания поддаются успешному излечению. Эта фраза стала достаточно расхожей, но именно эта мысль должна прочно засесть в наших умах, определять ответственное отношение к своему здоровью и необходимость регулярного прохождения комплекса медицинских исследований в соответствии с возрастом и полом.

Лучше проявить излишнюю бдительность и потратить день на поход к врачу, но сохранить драгоценные годы жизни.

И, конечно, здоровье — это образ жизни! О вреде курения, алкоголизма и других вредных привычек известно всем, но как часто мы пренебрегаем этими элементарными знаниями.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 2 марта 2015 > № 1317612 Тереза Касаева


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 25 февраля 2015 > № 1317607 Вероника Скворцова

Министр Вероника Скворцова выступила с докладом в Государственной Думе в рамках «Правительственного часа»

Стенограмма выступления Министра здравоохранения Российской Федерации Вероники Скворцовой:

"Уважаемый президиум, уважаемые коллеги! Главной задачей Министерства здравоохранения остаётся улучшение здоровья населения Российской Федерации и увеличение продолжительности жизни россиян, что в результате позволяет достичь улучшения качества жизни и позитивных демографических изменений.

В 2014 году мы выполнили четвёртую и пятую цели развития тысячелетия Организации Объединённых Наций, сократили материнскую и детскую смертность в 4, 5 и 3 раза, соответственно, по сравнению с 1990 годом, и в числе четырнадцати стран, соответственно, вышли на рубеж 2015 года. Младенческая смертность за год снизилась на 9,8 процента. Если в 2013 году материнская смертность снизилась в два раза по сравнению с 2006 годом и достигла плана 2020 года, то по предварительным данным в 2014 году умерло на 10 процентов женщин меньше, чем в 2013 году. Таким образом, показатели материнской, младенческой и детской смертности в 2014 году достигли своего исторического минимума.

В связи с прямой связью этих показателей с эффективностью трёхуровневой системы родовспоможения и благодаря решению, принятому Президентом Российской Федерации Владимиром Владимировичем Путиным, в 2014 году начато строительство дополнительных 32-х перинатальных центров в 30-ти субъектах Российской Федерации. Они будут введены в строй в 2016 году, а два из них, в Нижнем Новгороде и Белгороде, планируются к открытию досрочно в 2015 году.

По предварительным данным Росстата за 12 месяцев 2014 года снизилась смертность и взрослого населения, прежде всего от болезней системы кровообращения - на 6,4 процента, и туберкулёза - практически на 11 процентов.

Ожидаемая продолжительность жизни россиян увеличилась до 71 года, достигнув своего исторического максимума у женщин 76,5 года, у мужчин 65,4 года. Для наращивания темпов снижения смертности в стране прежде всего у трудоспособного населения в 2015 году Минздрав совместно с главными профильными специалистами пересмотрел формат наших действий.

На основе международных многоцентровых исследований были отобраны меры, которые высоко достоверно вносят вклад в снижение смертности от восьми основных причин. Выбранные индикаторы оцифрованы для каждого региона, а внутри региона доведены до каждой медицинской организации, до каждого участка первичного звена. Предотвращение хотя бы одной смерти на каждом участке позволит сохранить 30 тысяч жизней.

В 2014 году продолжалась, второй год уже, широкомасштабная диспансеризация населения. Её прошли более 40 миллионов человек, что на 16 процентов больше, чем в 2013 году. Более 5 миллионов было направлено на второй этап - углублённые исследования. Впервые внедрена система направленных сосудистых и онкологических скринингов, что повысило качество выявления заболеваний. Так, у каждого12-го россиянина выявлены заболевания сердечнососудистой системы. Рост выявляемости данной патологии за год составил 14 процентов, в том числе ишемической болезни сердца - 52 процента. За год значительно повысилась активная выявляемость и онкологических заболеваний, в том числе глубинных локализаций - на 10-18 процентов. При этом важно отметить, что 70 процентов составили лица с ранними, излечиваемыми стадиями рака. Таким образом, это и есть потенциально сохранённые жизни.

2015 год обозначен Президентом Российской Федерации национальным годом борьбы с сердечнососудистыми заболеваниями - главной причиной смерти россиян. В реализации разработанного комплекса мероприятий принимают участие все субъекты Российской Федерации, большинство федеральных ведомств и общественных организаций. Главная наша задача - привлечь внимание населения к этой проблеме и существенно повысить и осведомлённость, и мотивированность к ведению здорового образа жизни, а также к правильному поведению в случае наличия факторов риска развития заболеваний и особенно при возникновении острых проявлений заболеваний.

В соответствии с поручением, прозвучавшим в Послании Президента, особое внимание в 2015 году уделяется совершенствованию системы обязательного медицинского страхования. С 2015 года все субъекты Российской Федерации перешли на полный тариф по страхованию неработающего населения. Кроме того, начали полностью оплачиваться из системы ОМС скорая и высокотехнологичная медицинская помощь. Благодаря принятому год назад решению о включении 459 методов высокотехнологичной помощи в базовую программу ОМС, мы за один год нарастили объём высокотехнологичной помощи на 40 процентов, с 505 тысяч до 705 тысяч пациентов, перевыполнив план 2014 года на 30 процентов по сравнению, соответственно, с 542 тысячами планируемыми.

При этом важно подчеркнуть, что почти 80 процентов больных, пролеченных высокотехнологичными методами, включёнными в базовую программу ОМС, получили помощь в региональных учреждениях. Впервые высокотехнологичная медицинская помощь стала оказываться не только в плановом, но и экстренном порядке. Так впервые выполнено около 60 тысяч стентирований сосудов при остром коронарном синдроме и остром инфаркте миокарда, что сказалось, безусловно, на снижении сосудистой смертности.

С 2015 года высокотехнологичная помощь, не включённая в базовую программу ОМС, обеспечивается за счёт средств федерального фонда ОМС - это 82 миллиарда рублей, по полному тарифу. Для реализации указанного механизма в 2014 году Минздравом разработаны 94 клинико-статистические группы для оплаты высокотехнологичной помощи, определена стоимость по полному тарифу для каждой группы, а также структура тарифа, что утверждено постановлением правительства. По расчётам, проведенным с учётом всех средств, выделенных на высокотехнологичную помощь, в 2015 году мы сможем сохранить и даже повысить объёмы высокотехнологичной помощи до 715 тысяч человек. Однако, это возможно при условии удержания цен на импланты, лекарственные препараты и запчасти к медицинской технике, что входит в число важнейших антикризисных мер.

Дорогие и уважаемые коллеги, я хотела бы поблагодарить Государственную Думу за очень оперативное рассмотрение и принятие двух важнейших законопроектов, входящих в план антикризисных мер. Это законопроект о разовой индексации... о возможности разовой индексации цен на жизненно важные препараты нижнего и среднего стоимостных сегментов и, кроме того, введение государственной регистрации на жизненно важные медицинские изделия, имплантируемые в организм человека. Ещё раз вам огромное спасибо.

Внедрение клинико-статистических групп привело к значительному снижению дифференциации тарифов в субъектах Российской Федерации с более чем 50 процентов в 2011 году до менее 20 процентов в 2014 году, а также сокращению длительности пребывания пациентов в стационаре на 10 процентов. Это увеличило оборот койки и доступность медицинской помощи, а также повысило эффективность управления структурой госпитализаций.

По поручению президента реализован пилотный проект по информированию застрахованных лиц об оказанных медицинских услугах и их стоимости в 64 субъектах Российской Федерации. Указанные меры позволили населению получить объективную информацию о затратах государства на оказанную ему медицинскую помощь, что, с одной стороны, влияет на осознание личной ответственности граждан за сохранение своего здоровья, а с другой, улучшает учётную дисциплину и предупреждает коррупционные проявления, обеспечивая защиту интересов пациента.

С 1 января 2015 года информирование застрахованных лиц осуществляется уже во всех субъектах Российской Федерации. Внесены изменения в законодательство об охране здоровья граждан и обязательного медицинского страхования, предусматривающие заключение трёхсторонних соглашений по реализации территориальных программ государственных гарантий между Минздравом, Федеральным фондом ОМС и высшими органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, что направлено на повышение ответственности всех сторон за обеспечение доступности и качества медицинской помощи населению. В настоящее время в этом направлении проводится активная работа со всеми регионами.

Разработан и проходит согласование законопроект, предусматривающий повышение требований к финансовой устойчивости страховых медицинских организаций, а также перераспределение 50 процентов средств, полученных по результатам контрольных мероприятий, так называемые штрафные санкции, в территориальные фонды ОМС на ликвидацию и предупреждение причин некачественного оказания медицинской помощи, в том числе на укрепление материально-технической базы организаций путём приобретения и ремонта медицинского оборудования, а также повышение квалификации медицинского персонала путём внедрения образовательного сертификата.

Качество подготовки и квалификация специалистов крайне важны для удовлетворения потребностей населения в медицинской помощи.

В 2014 году Минздравом разработаны базовые профессиональные стандарты по восьми основным направлениям подготовки врачей, на основе которых с 2016 года будет осуществляться поэтапный переход к принципиально новой системе допуска к медицинской деятельности - аккредитация специалистов.

Для достижения практикоориентированности образовательных программ проведены корректировки более 190 типовых программ по дисциплинам. Впервые разработано 94 федеральных образовательных стандарта ординатуры и примерные образовательные программы для них.

В 2013-2014 годах Минздравом в подведомственных учреждениях создано более 70 симуляционных тренинговых центров, это база практической подготовки для аккредитации специалистов.

В 2014 году Минздравом начата реализация концепции непрерывного медицинского и фармацевтического образования. За 2014 год по программам повышения квалификации подготовлено около 200 тысяч врачей. В 12 регионах страны успешно проведён совместно с профессиональным медицинским сообществом пилотный проект с использованием дистанционных образовательных технологий. И с текущего года 2015 дистанционные технологии станут одной из базовых технологий для непрерывного медицинского образования.

Кроме того, в рамках реализации поручений президента в 2015 году будет внедрён образовательный сертификат, который также станет частью системы непрерывного профессионального медицинского образования.

Для унификации смыслового наполнения медицинской помощи за 2013 и 2014 годы было разработано более 900 клинических рекомендаций или протоколов лечения, которые являются основой образовательных программ, в том числе в дистанционной форме. За 2015 год мы планируем довести число клинических протоколов до 1400. Эффективность деятельности специалистов зависит не только от их профессионализма, но и от системы организации их труда.

2014 год был посвящён формированию новых подходов к работе амбулаторно-поликлинической службы. Впервые с 1981 года проведены фотохронометражные исследования работы врачей и медицинских сестёр первичного звена в 17 субъектах Российской Федерации. И по их результату пересмотрены и увеличены нормы времени приёма врачом пациента исключительно за счёт сокращения сложившихся многолетних неэффективных трудозатрат, связанных с излишним документооборотом, до 43 процентов от общего времени, затрачиваемого на приём пациента. Полный пересмотр всей медицинской документации первичного звена позволил существенно сократить число документов, заполняемых участковым врачом.

Наряду с этим в 2014 году были успешно внедрены в 5 субъектах Российской Федерации новые организационные модели работы первичного звена здравоохранения. Спасибо.

В 2015 году эти эффективные модели будут также внедрены во всех регионах страны. 2015 год также посвящён повышению квалификации управленцев, курирующих финансово-экономическую деятельность в медицинских организациях.

По специально разработанной программе пройдут обучение более трёх с половиной тысяч директоров клиник и заместителей главных врачей, каждый из которых защитит проект по управлению финансово-экономической деятельностью в конкретной медицинской организации, в которой они служат. Подготовка начата в начале февраля.

Уже на основании предварительных данных можно сказать, что в 2014 году достигнуты целевые показатели по среднемесячным зарплатам врачей и среднего медицинского персонала. Не вызывает особых опасений задача удержать достигнутые значения и в 2015 году.

Однако при этом особое внимание уделяется министерством работе с регионами по изменению структуры заработной платы с увеличением в ней гарантированной доли выплат по окладам с 30 до 55-60 процентов. Уже по первым результатам межрегиональная дифференциация в уровнях средней зарплаты врачей уменьшилась с 3,2 раза в 2012 году до 1,4 раза в этом году, а среднего медицинского персонала с 2,5 до 1,7 раза.

Особую роль в эффективной работе всей системы здравоохранения играют федеральные медицинские учреждения. Наряду с высокотехнологичной медицинской помощью они оказывают и специализированную помощь повышенной сложности, а также выполняют методические, экспертные, образовательные, инновационные и научные функции в соответствии с их уставами.

Для гарантирования населению получения высококвалифицированной специализированной помощи в наиболее сложных, редких, стёртых, атипичных и других случаях Минздравом принят приказ, вводящий особый порядок направления больных на четвёртый федеральный уровень оказания медицинской помощи в федеральные учреждения. Проведены расчёты примерных объёмов специализированной помощи федерального уровня в зависимости от реальной потребности каждого субъекта Российской Федерации. Предусмотрен также страховочный механизм направления средств нормированного страхового запаса Федерального фонда ОМС на дополнительное финансовое обеспечение специализированной медицинской помощи, оказываемой в федеральных учреждениях.

Уважаемые коллеги, 2015 год придаст серьёзный стимул инновационному развитию медицины. В Государственную Думу внесены два законопроекта: по оказанию медицинской помощи в рамках клинической апробации новых методов диагностики и лечения и об обращении биомедицинских клеточных продуктов.

Впервые внедряется механизм трансляционной медицины - мостика от науки к широкой медицинской практике, что должно значительно сократить длительность инновационного цикла и способствовать быстрому внедрению лучших отечественных разработок, новых лекарств, медицинских изделий, биомедицинских клеточных и тканевых технологий.

В этих условиях усиливается роль создаваемых по поручению Президента Российской Федерации национальных научно-практических медицинских центров по всем основным медицинским профилям. Эти центры должны осуществлять научно-методическое, экспертное и кадровое обеспечение профильных подразделений на всей территории страны, по сути, восстанавливая вертикально интегрированные медицинские системы.

Уважаемые коллеги, позвольте в заключение поблагодарить всех депутатов Государственной Думы, наш профильный комитет, лично Сергея Евгеньевича Нарышкина за очень конструктивную и позитивную совместную работу. Масштабность и сложность задач, которые поставлены перед отечественным здравоохранением, требуют наши совместных действий, и только при совместных действиях исполнительной и законодательной власти мы действительно можем достичь тех результатов, на которые мы рассчитываем и к которым мы стремимся.

Со стороны исполнительной власти я хотела бы заверить вас, что наши усилия будут только приумножаться и дополнительно оттачиваться. Спасибо большое".

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 25 февраля 2015 > № 1317607 Вероника Скворцова


Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 19 февраля 2015 > № 1317603 Татьяна Семенова

Татьяна Семенова приняла участие в работе круглого стола «Качество медицинского образования в России»

«За последние два года Минздравом России была разработана четкая кадровая политика, одним из ключевых компонентов которой является подготовка специалистов в отрасли», – сообщила директор Департамента медицинского образования и кадровой политики в здравоохранении Минздрава России Татьяна Семенова.

Директор Департамента отметила, что в последние полтора года в структуре подготовки специалистов одним из приоритетных направлений деятельности Минздрава является подготовка управленцев в сфере здравоохранения.

В частности, в начале 2015 года стартовала всероссийская программа по подготовке управленцев, отвечающих за финансово-экономическую деятельность медицинских организаций.

В течение года около 3,5 тысяч специалистов должны пройти обучение по эксклюзивной программе, которая разработана при участии Минздрава России, федерального фонда ОМС, ведущих специалистов страны в области управления и экономики здравоохранения.

«Прежде в отрасли не осуществлялось ничего подобного, – подчеркнула Татьяна Семенова. – Проект впервые включает в себя подготовку заместителей руководителей медицинских организаций по экономическим вопросам, работающих в системе обязательного медицинского страхования в субъектах Российской Федерации».

Татьяна Семенова подробно остановилась на вопросах непрерывного профессионального образования, напомнив, что несмотря на длительность и многоступенчатость образовательного процесса, подразумевающего получение базового образования, прохождение интернатуры или ординатуры, а после – сдачу сертификационного экзамена, законом предусмотрено получение медицинским работником дополнительного образования на протяжении всей профессиональной деятельности.

«В 2013 году стартовал пилотный проект по отработке модели непрерывного профессионального образования, – отметила Татьяна Семенова. – Мы разделили возможность получения знаний, навыков, умений и компетенций на три основных направления. Одно из них – это «классическое» образование с широким внедрением симуляционных технологий, второе – участие в профессионально ориентированных мероприятиях. Третий, совершенно инновационный компонент, включает в себя введение образовательных интерактивных дистанционных модулей, которые специалист сам выбирает в соответствии со своей специальностью».

Важно отметить, что в ведущих профильных вузах создаются все условия для получения непрерывного профессионального образования.

Так, на базе кафедры общественного здоровья и здравоохранения Московского государственного медико-стоматологического университета им. А.И. Евдокимова создан федеральный научно-практический центр подготовки и непрерывного профессионального развития управленческих кадров в здравоохранении.

Деятельность центра будет направлена на разработку и внедрение инновационных образовательных технологий подготовки и непрерывного профессионального развития управленческих кадров в здравоохранении.

Кроме того, Центр будет осуществлять организационно-методическую и информационную деятельность, содействовать координации работ по планированию, разработке, совершенствованию системы подготовки и непрерывного профессионального развития управленческих кадров.

Россия > Медицина > rosminzdrav.ru, 19 февраля 2015 > № 1317603 Татьяна Семенова


Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 февраля 2015 > № 1298168 Максим Топилин

Брифинг Максима Топилина по завершении совещания о ходе реализации Стратегии развития пенсионной системы.

Стенограмма:

М.Топилин: Мы обсуждали, как дальше двигаться по реализации Стратегии развития пенсионной системы. Этот документ – публичный, он утверждён уже давно. Мы много что, как нам представляется, сделали и обсуждали то, что было связано с переходом на новую пенсионную формулу. Для граждан теперь всё достаточно прозрачно, я считаю, что предельно прозрачно. Почему – я это рассказывал тоже. Мы открыли для всех граждан личный кабинет. Мы, кстати, его показывали в Башкортостане, демонстрировали Председателю Правительства, что это означает. Это теперь в соответствии с законом – личный кабинет. Это не просто то, что мы делаем или не делаем. Теперь каждый гражданин в силу закона может обратиться и посмотреть, какие у него права накопились, посмотреть какой работодатель за него платил взнос, и если не платил, и у него есть понимание, что вообще взносы должны были уплачиваться до 2002 года, после 2002 года можно эту историю всю начинать «раскручивать» и тем самым следить в последующем за своими пенсионными правами.

С точки зрения той темы, которая является для нас предельно важной, – это легализация трудовых отношений – мне кажется, это такой мягкий, нормальный, спокойный вариант. Это не какие-то там дополнительные налоги или какие-то сборы, нет. Именно благодаря этому человек будет интересоваться своими пенсионными правами. Вопросы, связанные с дальнейшими шагами, – это то, что у нас записано в стратегии. В стратегии записано, что мы должны подойти к теме, связанной с возможными ограничениями в выплатах пенсий работающим пенсионерам, если у них высокий доход. И мы предложили согласованную позицию с Министерством экономического развития и с Министерством финансов, что нужно такую систему ограничений постепенно вводить. Для этого нам нужно перейти с 2016 года на ежемесячную отчётность для работодателей, потому что сейчас она ежеквартальная, а чтобы следить постоянно за доходом, отслеживать доход в системе страхования, нужно иметь ежемесячную отчётность. Сразу хочу подчеркнуть, что это не должно быть дополнительной нагрузкой на работодателей. Сейчас мы эту систему отрабатываем, и это нам позволит в последующем приостанавливать выплату пенсий тем, у кого средний годовой доход… То есть мы будем смотреть постоянно в текущем режиме, какой доход. Если мы видим, что за предыдущий год миллион рублей, а мы будем это видеть в ежемесячном режиме, то будет приниматься решение о приостановке пенсии через месяц, когда мы увидим эту ситуацию. Такое предложение поддержано. Оно поддержано и представителями палат Федерального Собрания как идея. И мы будем готовить соответствующий законопроект. Это будет введено либо с 2016-го, либо с 2017 года, всё будет зависеть от настройки учёта.

Мы исходим из того, что это не коснётся большинства граждан, эта мера будет касаться высокооплачиваемых категорий граждан. 1 млн рублей – это 83 тыс. в месяц. По нашим расчётам, это коснётся порядка 220 тыс. человек. Это очень немного.

Вопрос: А в процентном отношении? Это меньше процента?

М.Топилин: Меньше процента, конечно.

Это осознанная позиция. Потому что мы обсуждали предложения более жёсткие – допустим, два с половиной прожиточных минимума. Это признано нецелесообразным по той простой причине, что тогда коснётся действительно очень многих людей. Просто люди будут бросать работу, уходить – начинать играть на рынке труда. Мы ничего не выиграем: люди бросят работу – мы потеряем больше во взносах, нежели приобретём в эффекте от этих мер. Нужно очень плавно, спокойно для тех категорий, которые действительно получают достаточно большие суммы, эту систему вводить.

В чём ещё смысл? Мы исходим из того, что мы же ввели в прошлом году, с этого года – помните? – стимулирование более позднего выхода на пенсию. И в принципе людям будет выгодно, как мне представляется, не терять... А для тех людей, которые получают такие заработные платы, это будет дополнительным стимулом, чтобы не терять текущую пенсию, а просто отложить её. Это будет дополнительным стимулом, и в последующем они получат бо?льшую пенсию, как вы помните, с повышающими коэффициентами на один год, на два года, на пять лет. Там уже существенный прирост – 45%, если ты отложил до 65 лет. Поэтому такая позиция принята.

Мы обсуждали вопросы, связанные с повышением требований к стажу для учителей, врачей и творческих работников. Сегодня в прессе это предложение было уже озвучено. Мы предлагали, как Министерство труда, с 2016 года по три месяца, с шагом три месяца, этот стаж повышать. Считаем, это достаточно комфортная позиция. Пока договорились о том, что нужно эту тему публично пообсуждать, какая будет реакция. Это нормальная история с точки зрения открытости Правительства. Мы должны понять, как эти категории отнесутся к таким предложениям и после этого уже принимать какие-то окончательные решения.

Вопрос: До какого уровня может быть повышен стаж?

М.Топилин: Это разные вещи. Человек выходит на пенсию либо при достижении возраста, а если он относится к педагогическим, медицинским работникам или творческим работникам по определённому списку, он имеет право выхода на пенсию при наличии стажа. Если это педагогические работники – это 25 лет, если медицинские работники – 25 лет на селе и 30 лет в городе. То есть, если у вас такой стаж выработался в 57, в 52 или в 58 лет, пенсия назначается досрочно.

Вопрос: А ваше предложение, чтобы стаж повысился?

М.Топилин: Мы предлагали, так как эта норма уже устарела. Раньше как она работала? Во-первых, она была введена ещё в 1920–1930 годы, и это было некой льготой, когда нужно было привлекать работников в эти отрасли, и была низкая зарплата – это была некая компенсация за низкую заработную плату. В советское время нужно было оставить эту работу, только тогда ты имел право на эту досрочную пенсию. А потом мы отменили это требование, можно не оставлять работу и получать досрочную пенсию раньше. Пока по этому поводу решение не принято. Мы будем публично эту тему обсуждать, смотреть, какая будет реакция, потому что мы понимаем, что это достаточно чувствительная материя – это врачи, учителя, понятно, что это достаточно массовая категория. Хотя, по нашим расчётам, это будет касаться при такой линейке, которую мы предложили, порядка 20 тыс. человек в год. То есть это очень мало, потому что предлагается повышать эту линейку очень плавно. Поэтому будем эту тему обсуждать.

Вопрос: Извините, всё-таки до какого уровня повышать стаж, вы не готовы сейчас назвать?

М.Топилин: Ещё раз. У каждого досрочная пенсия для этих категорий наступает во вполне определённой точке в зависимости от его трудовой деятельности. У кого-то это 58, у кого-то это 52, у кого-то – 53. Эту вот линеечку предлагается повышать на три месяца каждый год. Когда человек дойдёт до общеустановленного стажа, до 60 лет, он выйдет в общеустановленный стаж. Это разные линейки – линейка по стажу и линейка по возрасту. То есть это не повышение каких-то других критериев.

Обсуждали также вопросы, связанные с удобством применения всех наших пенсионных конструкций (прежде всего это связано с персучётом) для других сфер. Я поясню, что имеется в виду. Допустим, сейчас нет возможности передавать сведения персучёта банкам, потому что это персональные данные, закрытые данные. И вообще вся система индивидуального персонифицированного учёта была построена только для целей пенсионирования. Так и в законе записано. Мы давно понимаем, что для банков эти данные очень важны, чтобы иметь возможность получить не просто справку 2-НДФЛ, которая написана где-то на бумажке и ничего под собой, так сказать, не имеет. Это может быть просто липовая справка, это вводит в заблуждение соответствующие структуры, которые принимают решение об обоснованности выдачи кредита: есть у человека возможность платить или нет. А если банки увидят эти данные – безусловно, с согласия человека (человек приходит брать кредит и должен будет дать согласие на то, чтобы эти данные для этих целей ограниченным образом раскрыть), – тогда у банков появляется гораздо больше возможностей оценить, платёжеспособен человек или нет. Поэтому договорились о том, что такие поправки будут подготовлены в закон о персучёте. Это позволит определённым образом, с нашей точки зрения, двигаться по пути легализации в том числе, потому что человек должен будет понимать, что его при обращении за кредитом проверят по линии уплаты страховых взносов, и люди будут заинтересованы всё-таки в уплате страховых взносов.

Также есть другая тема, с которой мы сейчас столкнулись. Допустим, субъекты Российской Федерации формируют бюджеты обязательного медицинского страхования за неработающее население, а данных о том, сколько у них не работает, за сколько уплачиваются, не уплачиваются взносы, у них нет. Нужно также иметь возможность, в соответствии естественно, с законом о персональных данных, чтобы субъекты в определённых целях, например при формировании бюджетов ОМС, пользовались этими данными – уплачиваются страховые взносы за человека, не уплачиваются, где он работает, где он находится, находясь в трудоспособном возрасте. Поэтому вот эту тему мы тоже будем готовить с точки зрения законодательства. Это всё влияет на формирование бюджетов, на легализацию рынка труда, как нам представляется. Это тоже будет нами подготовлено в кратчайшие сроки, такие законы. Я думаю, что мы их должны будем принять уже в весеннюю сессию в Государственной Думе.

Вопрос: То есть получается, это будет именно открытая информация?

М.Топилин: Нет, это не будет открытая информация.

Вопрос: Я имею в виду, что по запросу, с согласия человека и тому подобное?

М.Топилин: Да, конечно.

Вопрос: Только для банков, либо… Или это только примеры?

М.Топилин: Я вам два примера назвал. Допустим, сейчас у нас заявительный характер выдачи СНИЛСа, то есть человек должен написать заявление. Мы уже готовим закон о том, чтобы СНИЛС выдавался в уведомительном порядке, то есть мы обмениваемся… Допустим, ребёнок родился – мы имеем из ЗАГСа эту информацию, потому что мы её имеем с точки зрения маткапитала. Мы будем в уведомительном порядке просто выдавать родителям СНИЛС на ребёнка, с тем чтобы начинать эту историю, связанную с учётом населения на базе СНИЛСов. Пока эта тема ещё до конца не закрыта. Это всё маленькие шаги для того, чтобы видеть прозрачно историю человека. Допустим, до сих пор точно нельзя разобраться с очередью в детский сад, потому что это системы, которые основаны на разных показателях, а если был бы СНИЛС в основе этой системы, то мы бы видели всех очень прозрачно. Или, допустим, человек после вуза пошёл на работу. Минобразования оценивает работу вузов: качественно готовят или некачественно готовят. Если мы эту систему СНИЛСов введём, то по СНИЛСу и по взносам будем смотреть, где человек работает – по профессии или не по профессии… Это не означает, что он не имеет права работать не по профессии. Не означает! Но у Минобра появится гораздо больше точной информации с точки зрения, например, того, готовит вуз нужных специалистов или они уходят в другую отрасль. То есть это целая большая история, которая позволит на базе персучёта, который раньше должен был быть только для пенсионных прав, предоставлять информацию для различных систем, связанных с совершенно различными задачами экономического характера.

Вопрос: Это будет какой-то закрытый перечень – тех сфер, для которых может быть в той или иной мере..?

М.Топилин: Да, безусловно, сферы должны быть точно определены, нельзя просто написать «для других целей». Тогда просто не будет в этом смысла никакого. Поэтому мы сейчас будем отрабатывать в течение месяца-двух, чтобы это были понятные для нас сферы, где это будет использоваться.

Вопрос: Обсуждался ли вопрос повышения пенсионного возраста? И к какому мнению вы пришли?

М.Топилин: Безусловно, эта тема обсуждалась, она открыта для дискуссий. Есть различные мнения по этому поводу, и, наверное, понятно, что одни министерства предлагают какие-то свои конструкции, другие – более жёсткие конструкции. Как я уже сказал, мы выступили с предложением повышения требований к стажу для педагогических, медицинских работников. Эту тему будем обсуждать. Я считаю, что дискуссия по пенсионному возрасту происходит, она открыта. Надо всё это обсуждать, смотреть, взвешивать, сравнивать это с продолжительностью жизни, сравнивать с тем, сколько люди после достижения пенсионного возраста живут в нашей стране, сколько в других странах. Вот этот весь анализ требуется. Сейчас эксперты очень активно включились в эту работу, в обсуждение.

Вопрос: А есть какие-нибудь сроки? Допустим, в течение года Правительство определится с этой темой?

М.Топилин: Нет, таких сроков нет.

Вопрос: Президент же тоже давал поручение рассмотреть этот вопрос? Хотелось бы просто понять рамки – либо это просто абстрактное обсуждение, либо…

М.Топилин: Это обсуждение.

Вопрос: Минфин, например, предлагает до 63 лет поднять. Какова общая позиция ваша? И премьер поддержал это в целом или нет?

М.Топилин: Я уже сказал, что мы обсуждали эту тему. Никаких решений по этому вопросу не было. Мы обсуждаем эту тему. И хотели бы, чтобы экспертное сообщество очень активно, с какими-то аргументами, не просто – давайте 63 или 65… Аргументов-то нет пока. Нужно всё это взвешивать, расчёты делать. А какие будут выигрыши от этого? А где будут работать эти пенсионеры? Может быть, им негде будет работать. И так далее, и так далее. Когда мы говорим однозначно, что будет выигрыш, – это большой вопрос.

Вопрос: Обсуждалось ли продление заморозки перечислений пенсионных накоплений в НПФ?

М.Топилин: Да, безусловно, эта тема обсуждалась.

Я бы так сказал: мы договорились о том, что мы должны окончательно определиться, на чём будет базироваться накопительная составляющая в обязательном порядке, формироваться, либо перейти в добровольный формат. Решения эти пока не приняты, нам даны поручения готовить аргументы за и против, но мы договорились о том, что необходимо определиться. То есть не говорить о том, что ещё на год заморозка, а нужно определиться – либо направо, либо налево.

Реплика: То есть уже окончательно понять…

М.Топилин: Окончательно определиться. Либо сохранять в таком формате, либо в ином, добровольном формате, но это решение нужно принять.

Вопрос: А по поводу индексации пенсий в 2015 году: на сколько может быть проведена индексация?

М.Топилин: В 2015 году индексация проведена по уровню инфляции страховых пенсий.

Вопрос: Доиндексация?

М.Топилин: Доиндексация. У нас механизм действует каким образом? 1 февраля – это индексация по уровню инфляции, а в случае, если доходы Пенсионного фонда выше, чем инфляция, тогда существовал механизм ещё индексации с 1 апреля. В этом году в соответствии с законодательством таких оснований нет, потому что инфляция была выше, чем доходы Пенсионного фонда. Будет в августе перерасчёт пенсий работающим, но это не индексация, это просто перерасчёт прав работающим, это всегда происходит в августе.

Вопрос: А вы поддерживаете неиндексацию зарплат бюджетникам?

М.Топилин: Нет, но это вопрос обсуждаемый, пока ещё не приняты окончательные решения.

Вопрос: Можно уточнить по самому первому предложению, что вы ограничите выплату пенсий для тех, кто зарабатывает 85…

М.Топилин: Больше миллиона в год.

Вопрос: Это реально на руки получаемые деньги или это…

М.Топилин: Нет, это, конечно, начисленная заработная плата. Конечно.

Вопрос: Та есть эта система может в принципе появиться уже с 2016–2017 года?

М.Топилин: Да.

Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 18 февраля 2015 > № 1298168 Максим Топилин


Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм > amurmedia.ru, 12 февраля 2015 > № 1295529 Виктор Калашников

Правительство Хабаровского края просит РСПП поддержать инициативу отложить на 2 года введение последних изменений в закон о трудовых мигрантах. Сейчас их недостаток больше всего ощутили лесная и строительная отрасли в крае, а причина в резком росте расходов трудовых мигрантов: чтобы соответствовать закону, мигранту надо потратить около 60 тысяч рублей, сообщил министр экономического развития края Виктор Калашников на заседании Координационного совета отделений РСПП ДФО, передает ИА AmurMedia.

- Сейчас наш рынок не сбалансирован, вернее, балансируются в основном иностранной рабсилой. Уже вступил в силу 73 ФЗ, который внес существенные изменения в жизнь трудовых мигрантов. Но он был подготовлен в другую экономическую ситуацию. Да, многие вещи изменены абсолютно правильно, к примеру, вводят систему страховых взносов, это защищает мигрантов по медицинскому страхованию. С другой стороны, внесены дополнительные требования в связи со сдачей экзаменов - по русскому языку, по истории России, по государственности России. Надо платить за это обучение, получение сертификата, надо платить пошлину, и в итоге получается, что на одного работника приходится около 60 тысяч рублей только за то, чтобы он зашел на этот рынок, -подчеркнул Виктор Калашников.

От этих новаций больше всего в крае пострадают строительная и лесная отрасли, так как именно туда в основном и требуются трудовые мигранты.

- Наше основное предложение по этому поводу, с которым мы уже обращались и к Юрию Петровичу Трутневу, и в комиссию к Шувалову, отсрочить введение этих мер на 2 года. Иначе мы наносим двойной удар: мы не даем рабочую силу нашим лесникам, им взять сейчас с рынка нечего, и тем самым усугубляем проблему выживания экспортно ориентированной отрасли. И мы хотели бы, чтобы Координационный совет по линии РСПП эту тему тоже бы поднимал, потому что пока в Москве ее не слышат. Мы за наших работников, и не собираемся ни в коем случае увеличивать квоту, но это тот самый переходный случай, когда надо аккуратно к этому подходить, - сообщил министр.

Кроме того, Виктор Калашников прогнозирует и другие неприятные изменения на рынке труда - рост безработицы .

- Безработица увеличится. Но этот наброс безработицы не начнется одномоментно. Мы ожидаем его с весны, ближе к лету безработица начнет нарастать,- сообщил министр.

При этом федеральное правительство загодя подготовилось к ней, зарезервировав ресурсы. В правительстве края тоже готовят пакет дополнительных мер на этот случай и одновременно вносят предложения в федеральные ведомства, так как ситуация на рынке труда в крае сложилась очень непростая.

Россия. ДФО > Миграция, виза, туризм > amurmedia.ru, 12 февраля 2015 > № 1295529 Виктор Калашников


Россия > Медицина > forbes.ru, 11 февраля 2015 > № 1297518 Григорий Ройтберг

Почему реформа здравоохранения не затрагивает частные клиники

Григорий Ройтберг

президент ОАО «Медицина», академик РАН

Денег, поступающих в медицину, в целом достаточно. Вопрос в том, как ими распорядиться

Автор — Григорий Ройтберг 197, президент ОАО «Медицина», академик РАН, участник рейтинга 200 богатейших бизнесменов России по версии Forbes.

Заранее предупреждаю: я не знаю, как управлять медицинской отраслью. Для управления отдельной компанией и целой отраслью головы менеджеров должны работать по-разному. Я умею руководить клиникой и горжусь тем, что создал ОАО «Медицина». Что надо сделать в медицине в целом, я могу говорить очень предположительно. Я пытаюсь следить за реформой здравоохранения в стране, но я ее не понимаю. Я не вижу основополагающих целей, которые должны быть достигнуты в результате. Пока это выглядит странно.

Было бы простительно, если бы у нас о таких «достижениях» медицины, как «в результате правильной работы мы освоили миллиарды рублей», говорил какой-нибудь финансист. Но когда медицинские руководители заявляют такое, я этого не понимаю. Количество «тяжелого оборудования» — компьютерных томографов, магнитно-резонансных томографов и так далее, закупаемых и находящихся в эксплуатации, значительно превышает мировые стандарты. Таких примеров много, и при этом говорится, что медицине не хватает денег.

Но сегодня расходы на здравоохранение Российской Федерации не меньше по доле ВВП, а даже больше этого показателя в европейских странах.

При этом в Москве, например, получают медицинскую помощь по добровольному медицинскому страхованию 2,3 млн человек. Не важно, кто за них платит — работодатель, они сами или их родственники. Они получают услуги в частных и ведомственных клиниках. Посчитайте, сколько денег на это уходит. Добавьте расходы частных лиц на лекарственные препараты, которые в других странах выдаются бесплатно, добавьте бюджетные деньги, совершенно колоссальные, потраченные на покупку оборудования и ремонт больниц. Если все цифры сложить, окажется, что речь идет не о 3,5% ВВП, а о 9% или даже большей доле средств, которые тратятся на медицинскую помощь. Так что денег, поступающих в медицину, в целом достаточно. Вопрос в том, как ими распорядиться.

В Москве, пожалуй, первыми задумались об этом и начали реформу, пытаясь сделать столичную медицину эффективнее. Можно спорить о методах, но лично меня впечатляет, что руководство московского здравоохранения решилось, так сказать, рискнуть собой. Потому что «спасибо» им скажут не скоро. Сегодня их ругают врачи, которых сокращают, и медицинские сестры, завтра будут недовольны пациенты, потому что, особенно первое время, возникнут неудобства и проблемы.

Мы в ОАО «Медицина» никогда не строили планы в зависимости от какого-то рывка в государственном здравоохранении. Мы просто стараемся оказывать высококлассную медицинскую помощь. И проведет государство реформу или нет, не думаю, что для нас, частных клиник, что-либо существенно изменится. Просто государство не должно забывать, что мы хоть и медицинский, но — бизнес. Я не могу быть «рупором» всей частной медицины, поэтому буду говорить о своей компании. Для нас сегодня работа в системе обязательного медицинского страхования (ОМС) убыточна. Мы — единственная клиника в России, которая начала работать в ОМС еще с 1993 года. Тогда это была полуполитическая задача, но постепенно она превратилась в морально-этическую дилемму. Я не могу выбрасывать пациентов с ОМС на улицу. Поэтому мое мнение не впишется в хор славословия участию частных клиник в ОМС.

Без дополнительного финансирования нам работать в этой системе невозможно. Даже окупить расходы нереально.

Единственная отрасль, в которой это, наверное, целесообразно, — высокотехнологичная помощь, но нас к ней тоже полностью не допускают. Во-первых, потому что одноканальное финансирование, то есть только через фонд ОМС, не заработало. Во-вторых, потому что такие статьи расходов, жуткие по объемам, как амортизация медоборудования, нам не компенсируют. Например, в нашем онкологическом центре применяются две ультрасовременные лучевые установки Varian TrueBeam стоимостью несколько миллионов долларов каждая. Это лучшее, что сегодня есть в мире. Мы вложили огромные деньги в обучение специалистов — медицинских физиков и радиотерапевтов, — которые работают на установках. А нам говорят: «Пожалуйста, мы готовы делать у вас лучевую терапию, но амортизацию оборудования производить не можем». Другими словами, нас толкают в убыток как минимум на 30-40%. И какой предприниматель на это согласится? Он же подведет не только себя, но и других акционеров.

Фото Артема Голощапова для Forbes

Готов ли в таких условиях частный бизнес к внедрению высокотехнологичных методов лечения? Не могу ответить за всех, но если говорить о нас как об одной из самых высокотехнологичных клиник, то мы готовы. Однако как в анекдоте: «съесть-то он съест, но кто ж ему даст». Нас не воспринимают в качестве полноправного партнера по оказанию высокотехнологичной медицинской помощи. Об этом только говорят много лет, но движения нет. Значит, те, кто принимает решения, либо настроены несерьезно, либо у них другие интересы.

В чем выход? Я много лет пытаюсь доказать необходимость софинансирования, применяемого во многих странах. Например, во Франции, которая во многом является примером постановки работы в здравоохранении. Как бы это выглядело? Если больной приходит к нам с полисом ОМС, мы бы зачли этот тариф в услуге ОМС, а разницу он доплатил бы сам, если он готов. При этом он мог бы предпочесть государственные учреждения, где доплачивать не надо.

Нужно дать людям выбор. Нужно показать им все возможности и сказать: вот это мы вам даем бесплатно, а за это частная компания требует доплату.

Думаю, что это было бы воспринято нормально. Более того, я уверен, что это дало бы толчок и бесплатному здравоохранению. Это очень простое решение. Рано или поздно оно может быть принято. Хорошо бы до него дожить.

Россия > Медицина > forbes.ru, 11 февраля 2015 > № 1297518 Григорий Ройтберг


Россия > Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 29 января 2015 > № 1489027 Айрат Фаррахов

Интервью Фаррахова А.З. журналу «Финансы»

Уважаемый Айрат Закиевич! Позвольте задать Вам личный вопрос. Ваша предыдущая работа была связана с медициной. Вы врач по образованию, занимавший до переезда в Москву пост министра здравоохранения Республики Татарстан. Но сегодня Вы заместитель министра финансов Российской Федерации. Чем вызваны такие кардинальные перемены в Вашей жизни?

– Да, это действительно очень личный вопрос. Тем не менее, постараюсь ответить на него предельно откровенно.

Мой путь в медицине был достаточно длинным. Я с отличием окончил Казанский государственный медицинский университет, остался в нем на преподавательской работе и трудился в самой крупной больнице Татарстана – Республиканской клинической больнице (РКБ). Сначала занимался лечебной, а затем и управленческой работой. Мне довелось пройти все ступени карьерной лестницы – от медицинского брата в отделении реанимации и клинического ординатора до регионального министра здравоохранения.

Работая заместителем главного врача РКБ в 2002–2006 гг., я достаточно хорошо изучил существовавшую в тот период организацию здравоохранения и осознал, что она весьма далека от совершенства. Попытался понять, как ее целесообразно было бы изменить. Разработал собственную модель системы здравоохранения, опубликовал проект в Интернете. Так получилось, что именно в этот момент проводился международный конкурс проектов реформирования здравоохранения на территории СНГ. Мой вариант был признан лучшим, и я был приглашен на длительную стажировку по управлению больничными учреждениями, менеджменту в здравоохранении в Соединённые Штаты Америки. С этого момента моя лечебная карьера закончилась и началась карьера управленческая.

После стажировки я вернулся в Казань и продолжил работу в РКБ, которая и сегодня остается современной клинической больницей, школой передового опыта не только в Татарстане, но и в целом в Российской Федерации. Кстати, в этой клинике создан один из лучших образовательных центров для подготовки и переподготовки менеджеров в здравоохранении.

С 2006 г. я работал начальником Управления здравоохранения Исполнительного комитета г. Казани. В 2007 г. получил назначение на должность министра здравоохранения Республики Татарстан и проработал на этом посту шесть лет.

В 2013 г. я получил назначение на должность заместителя министра здравоохранения Российской Федерации. Здесь мне было поручено курировать финансовый блок. Конечно, перейдя с июня 2014 г. на новое место работы – в Министерство финансов Российской Федерации, – я окунулся в новую сферу деятельности. Однако сказать, что преемственности с предыдущей работой не существует, никак нельзя.

– Тогда первый вопрос будет про финансирование медицины в России. Как Вы относитесь к переходу на одноканальную систему финансирования здравоохранения через ФОМС? Оправдана ли посредническая деятельность страховых организаций в финансировании здравоохранения и в чём заключается преимущество перехода на страховые принципы?

– Сразу хочу сказать, что я поддерживаю эту стратегию. Прежде всего, надо отметить, что поэтапный переход на страховые принципы был запланирован еще в 2011–2012 гг. в законах «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации». И процесс запущен уже давно: если три года назад доля обязательного медицинского страхования в расходах на здравоохранение не превышала 40%, то сегодня она уже составляет 60% и более.

Мы живем в век инноваций, когда каждый день появляются совершенно новые методы диагностики и лечения, новые препараты, которые позволяют излечивать ранее неизлечимые болезни, спасать детей и взрослых, увеличивать продолжительность жизни населения, повышать качество жизни инвалидов. Но все это требует огромных денег. Поэтому очень важно найти баланс между бесплатными гарантиями и финансовыми возможностями. Я думаю, что переход на страховые принципы – это единственно возможный путь для нас сегодня, который системно меняет образ здравоохранения. И сегодня мы делаем важнейший шаг, при котором вся специализированная высокотехнологичная медицинская помощь погружается в систему обязательного медицинского страхования и уходит от сметного принципа. Это нормально и правильно.

– Вы сказали про огромные деньги. А как же экономия и повышение эффективности, о которых все время говорит Минфин России?

– Так именно современные высокие технологии и есть ключ к повышению эффективности в медицине. Простейший пример. Пациенту после лапароскопической операции требуется существенно меньше времени для восстановления, чем после полостной. А значит, он меньше времени проведет в больнице, восстанавливаясь после операции, и сможет быстрее вернуться домой к семье, на рабочее место.

На мой взгляд, больницы должны быть приспособленными для того, чтобы человек находился там только во время лечебного процесса и уходил после его окончания. Если состояние здоровья позволяет, он вполне может проводить ночь дома со своими близкими. Тем более в настоящее время есть все возможности наблюдать больного дистанционно. В больнице же человек должен находиться лишь в острых состояниях, когда существует реальная опасность для его здоровья.

– Вот Сингапур, например, тратит на здравоохранение в процентах от ВВП даже меньше, чем Россия, но при этом имеет высококачественную медицину с точки зрения потребителей услуг. Мы можем прийти к такой же ситуации?

– Мы должны к ней прийти. В Сингапуре такой уровень медицины стал возможным благодаря внедрению стратегии эффективного использования средств, в том числе и через активное развитие системы добровольного медицинского страхования. Именно коммерческое страхование создает хороший стимул, с одной стороны, для развития здравоохранения, а с другой – для дифференциации медицинских услуг, возможностей выбора для пациента: например, в больнице кто-то хочет находиться в одноместной палате, а кого-то устроит и трехместная палата.

В целом система здравоохранения должна быть максимально эффективна. Она должна ориентироваться на бизнес-­процессы, на оптимизацию финансовых потоков: средства должны направляться туда, где они более всего необходимы и где они могут дать наибольший общественно значимый результат.

Вы упомянули о Сингапуре. Там есть очень важная деталь – государство делает все возможное, в том числе стимулирует своих граждан, чтобы они как можно позже (по возрасту) обращались за медицинской помощью. Четко работающая система медицинской профилактики и сохранения здоровья с дошкольного учреждения до рабочего места и, конечно, мотивация населения к сохранению здоровья обеспечивают довольно высокий уровень здоровья населения и эффективность здравоохранения с точки зрения «затраты – результат».

– Вы говорите о повышении эффективности расходов в здравоохранении, но то же самое можно применить и к другим социальным сферам, например, к образованию…

– Совершенно верно. Самое главное, над чем мы работаем, – это создание условий для внедрения инноваций, повышение производительности труда, рост качества финансового управления и эффективность расходования средств. Рычаги – это программно-целевой метод, то есть максимальное включение всех расходов по разделу в госпрограммы, поиск перекрестных расходов и указание на то, где могут неэффективно расходоваться бюджетные средства. Что касается Программы развития образования, то более 30% расходов, которые находятся в разделе «Образование», не входят в Программу, ответственный исполнитель и координатор которой как раз и есть то самое Министерство образования. То есть возникает парадоксальная ситуация, когда Минобразования не может отвечать фактически за треть расходов, идущих на образование. Поэтому наша задача в 2015 г. и в последующие годы объединить все эти ассигнования под профильной госпрограммой.

– А как будут тратиться эти средства, какие проекты в образовании должны стать приоритетными?

– Сейчас в системе образования достаточно много проектов, связанных с модернизацией дошкольного и школьного образования. По мнению Минфина России, надо максимально привлекать частный бизнес к проектам капитального строительства в этой сфере, создавать все условия, для того чтобы заменить государственные инвестиции частными. А бюджетные ассигнования использовать на школьную и дошкольную работу, на компенсацию коммунальных услуг и т.д., как сейчас делается для государственных, муниципальных учреждений. Мы считаем, что те изменения, которые должны быть внесены в законодательство, прежде всего в Закон «Об образовании», должны создать благоприятные условия для развития частного бизнеса в России, то есть сделать среду конкурентной.

– В сфере науки прошлый год был очень непростой, переходный, было много дискуссий в научных кругах, причем связанных, в первую очередь, не с развитием российской науки и прорывными открытиями, а с финансированием и имущественным комплексом…

– Действительно, проводились реформы Российской академии наук, формирование Федерального агентства научных организаций. На сегодняшний день эта реформа продолжается, её основной организационный крупный этап уже позади. Мы ставим перед собой задачу максимального объединения всех расходов фундаментальной науки опять же в рамках Программы развития фундаментальной науки. Задача при формировании бюджета состояла в финансовом исполнении указов президента, по доведению ассигнований, которые предусмотрены в фондах РГНФ и других, до 25 млрд. рублей. Такая задача выполняется, но важно развивать и финансирование науки из грантов. За прошлый год уровень грантового финансирования науки увеличился более чем в два раза.

– Еще один вопрос о реформе пенсионной системы и предложениях Минфина. Насколько мне известно, два ваших предложения – об отмене фиксированной части пенсии для работающих пенсионеров и повышении пенсионного возраста – в прошлом году не прошли. Закрыты ли эти темы, будете ли продолжать дискуссию?

– Мы считаем, что темы не закрыты и сегодня еще более актуальны. Хочется отметить и изменение мнения (мнений) по этому вопросу ряда наших оппонентов.

Предлагая отменить фиксированную часть пенсии для работающих пенсионеров, мы в первую очередь исходили из того, что пенсия, по сути, является компенсацией утраченного заработка. Практика невыплаты пенсии работающим пенсионерам существовала и в советский период. Более того, Международная организация труда в соответствии со своей Конвенцией №102 предусматривает возможность приостановления выдачи пенсий лицам, занимающимся деятельностью, приносящей доход.

Вместе с тем с учетом общественного обсуждения возможно сохранить фиксированную выплату для тех категорий граждан, которые получают низкий доход. Так, фиксированная выплата будет отвечать принципу нуждаемости и, соответственно, носить адресный характер.

– А как быть с пенсионным возрастом? Вы предлагаете россиянам работать до самой смерти?

– Я понимаю, что это очень чувствительная тема, и никто в Минфине никогда не говорил о резких переменах, которые могли бы задеть социально незащищенные слои населения. Речь идет о том, чтобы рассмотреть возможность постепенного увеличения пенсионного возраста. Будет ли это прибавление по полгода или даже по паре месяцев – все обсуждается. Тем более нет повода беспокоиться тем, кто уже на пенсии или собирается на нее выйти в ближайшие годы. Этот процесс, если будет одобрен, займет много лет. Минфин предлагает вернуться к этой дискуссии, тем более что есть объективные факторы: демографическая ситуация в России в последние годы изменилась к лучшему, продолжительность жизни растет быстрее, чем ожидалось. В прошлом году на заседании Госсовета Президент РФ Владимир Владимирович Путин отметил, что сейчас стоит задача: к 2018 г. – достичь ожидаемой продолжительности жизни не менее 74 года, к 2020 г. – 75,7 лет, а для этого будет обеспечиваться и повышение качества жизни людей пенсионного возраста. Уже сейчас вы сами видите, что люди при выходе на пенсию по-­прежнему активны, обладают опытом и в большинстве своем хотят работать.

Есть и другой аспект этой темы: старение населения сокращает соотношение между работающими россиянами – плательщиками страховых взносов и пенсионерами: на 100 пенсионеров приходится лишь 121 работник, с зарплаты которого уплачиваются страховые взносы. Это одно из самых низких соотношений в мире, а, по прогнозам экспертов, к концу 2020­х гг. численность плательщиков взносов и пенсионеров сравняется. Представляете, какая это нагрузка на пенсионную систему, которая и сейчас формируется за счет трансферта из бюджета, обеспечивая ее достаточно большую расходную часть.

– Эксперты говорят, что 2015 г. будет непростым и предрекают большие сложности как для России в целом, так и для социальной сферы…

– Каким бы ни был этот год, для нас важнейшей задачей было и остается создание условий для выполнения всех взятых государством на себя социальных обязательств перед гражданами. Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы социальные обязательства, заложенные в федеральный бюджет 2015 г., были выполнены.

Что касается реформ, которые продолжатся и в этом году, и в последующие годы, то, на мой взгляд, надо понимать, что ни одна система не может существовать без изменений. И если никаких перемен не происходит в здравоохранении, образовании, в социальной сфере, это означает, что данная сфера начинает отставать по всем основным направлениям и все хуже выполняет свое предназначение. Но именно в этих сферах изменения бывают наиболее болезненны. Их чрезвычайно остро воспринимают как работники систем, так и, безусловно, потребители услуг этих систем. Когда речь идет об изменении в социальной сфере, то, чтобы добиваться положительных изменений здесь, мало просто планировать систему изменений. Важно при всех преобразованиях не забывать о судьбах людей. Например, проводя сокращение персонала, необходимо заранее предусмотреть, куда пойдут работать высвобождающиеся работники, насколько для них приемлемы предлагаемые изменения места и условий работы. Следует заранее согласовывать принимаемые решения со всеми, кого они могут коснуться, чьи интересы могут затронуть.

– В заключение разговора хотел бы спросить Вас о личном. Какое было Ваше первое впечатление от работы в Минфине России, как Вас встретил новый коллектив?

– Если в нескольких словах, то в первую очередь поразила квалификация людей, работающих в министерстве. Их отличают предельная рациональность мышления, блестящее знание нормативно-­правовой документации, нацеленность на достижение максимального результата, удивительная доброжелательность. Не знаю, открою ли я секрет, но такой концентрации умнейших, воспитанных, интеллигентных и стремящихся к совершенствованию своей работы людей я больше нигде не видел.

Мне приходилось трудиться в разных коллективах, иметь дело с разными людьми, в том числе с теми, кто не горит на работе, относится к ней исключительно как к способу заработка денег. Может быть, поэтому я просто восхищен духом и энергетикой тех, кто работает в Минфине России. И министр финансов Антон Германович Силуанов, и первый заместитель министра финансов Татьяна Геннадьевна Нестеренко, и все остальные заместители министра– руководители высочайшей квалификации. Они всегда предельно четко ставят задачу и требуют не менее четкого обоснования вариантов ее решения, а по-другому в существующих условиях эффективно работать просто невозможно.

Я считаю, что в Минфине России сложилась уникальная ситуация, которая редко встречается в управленческих структурах. Здесь практически в каждом кабинете есть стол, за которым можно обсуждать любые проблемы и находить оптимальные решения. Я считаю, это уникальная особенность Минфина. Для меня очень важно то, что здесь выслушивается позиция каждого человека. И, я думаю, это лучшее, что может быть на любой работе.

Россия > Госбюджет, налоги, цены > minfin.ru, 29 января 2015 > № 1489027 Айрат Фаррахов


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 22 января 2015 > № 1279441 Андрей Воробьев

Рабочая встреча с губернатором Московской области Андреем Воробьёвым.

А.Воробьёв информировал Президента о социально-экономической ситуации в регионе, итоговых показателях развития Московской области за 2014 год.

В.ПУТИН: Андрей Юрьевич, как год закончили?

А.ВОРОБЬЁВ: Владимир Владимирович, в 2014 году рост валового регионального продукта – 2,8 процента, 2 триллиона 900 миллиардов. Собрали на 33 миллиарда рублей больше, чем в 2013 году.

Ситуация устойчивая, есть достижения, успехи. Ясно, что в экономике они позволяют решать социальные вопросы. Мы построили 11 детских садов, сейчас на школы нажимаем, 23 больших школы построили, 27 ФОКов. Это важные перемены, которые заметны. Обновляем подвижной состав: и электрички, и автобусы. Конечно, [реализуется] очень важная программа, которую Вы поддержали, по развитию Московского транспортного узла. Начинается ввод объектов. Это и переезды, и первый участок трассы Москва – Санкт-Петербург.

В.ПУТИН: ЦКАД надо делать. Нам только нужно (сейчас с Правительством это обсуждали) обязательно решать вопрос с привлечением частных структур – собственно говоря, как и планировалось.

А.ВОРОБЬЁВ: Конкурс предполагается.

В.ПУТИН: Да, но нужно, чтобы не только конкурс состоялся, но и чтобы деньги приходили, и чтобы наши партнёры в рамках частно-государственного партнёрства выполняли свои обязательства.

А.ВОРОБЬЁВ: У нас два участка разыграны, мы торжественно заложили первый камень. Теперь осталось построить – к 2018–2019 году. Это очень важно для Московской области.

В.ПУТИН: Вы с ними работайте. Это проект беспроигрышный, несмотря ни на какие турбулентности в мировой экономике и даже в нашей.

А.ВОРОБЬЁВ: Для нас это очень важно: ясно, что весь поток на МКАД идёт.

Ещё одно важное достижение – это дольщики. У нас было приличное количество от прошлых кризисов, порядка 20 тысяч человек, – удалось эту цифру довести до 6000. Нам нужен решающий рывок, чтобы эту проблему решить.

В.ПУТИН: Сколько там домов-то?

А.ВОРОБЬЁВ: В каждом городе есть свои проблемы.

В.ПУТИН: 6000 человек – это сколько домов?

А.ВОРОБЬЁВ: Думаю, 30–40 больших домов железно – в разных городах, с разной судьбой. Важно, конечно, чтобы не появлялись новые. Поэтому мы сейчас, столкнувшись с банковскими проблемами, удорожанием кредита, конечно, очень внимательно смотрим на строительную отрасль. Она в Московской области впечатляет: мы строим 17,5 миллиона квадратных метров, из них 7,5 – жильё. Это много. И нам очень важно, чтобы работала ипотека. Поэтому с Правительством обсуждаем разные варианты поддержки ипотеки, чтобы её уровень был 12–14 процентов. И с Вами я бы тоже хотел по этому поводу посоветоваться.

И вторая тема – это продовольственная безопасность, поддержка фермеров. Фермеры воодушевлены в той части, что продукции, которую они производят, реально не хватает. Мы сейчас делаем такие смелые попытки: каждый клочок земли в Московской области ввести в сельхозоборот. Задача – поддержать фермеров и дать им возможность напрямую выходить на рынок: ярмарки, торговые сети. Это то, чем мы занимаемся сегодня наиболее активно. Поддержка малого бизнеса, экономики – это сейчас стратегически важная задача.

Спрос запредельный. Мы открыли на прошлой неделе первый магазин «Крымское подворье» в городе Химки, выглядит очень достойно. И бизнесмен, который собирается двести таких комплексов поставить в Подмосковье (мы ему помогаем), говорит: сейчас мы открываем «Крымское подворье». Распахнул он двери на два часа – через два часа раскупили. Приезжаю к фермеру в Мытищинском районе, говорю: «Скажите, пожалуйста, Вы на ярмарке торгуете?» Он говорит: «На ярмарки-то я выезжаю, только моей продукции хватает если не на час, то на два». То есть нужно расширение, нужно больше земли, это доходно.

В.ПУТИН: Нужно выстроить систему поддержки – не только на федеральном, но и на региональном уровне.

А.ВОРОБЬЁВ: По этому поводу я тоже хотел у Вас совета спросить, получить поддержку.

В.ПУТИН: Конечно.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 22 января 2015 > № 1279441 Андрей Воробьев


Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 19 декабря 2014 > № 1358239 Михаил Мень

Интервью главы Минстроя России Михаила Меня радиостанции "Русская служба новостей"

И. ИЗМАЙЛОВ: В студии «Русской службы новостей» министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Михаил Мень. Михаил Александрович, добрый вечер.

М. МЕНЬ: Добрый вечер.

М. АНДРЕЕВА: Здравствуйте.

И. ИЗМАЙЛОВ: Спасибо, что добрались к нам, несмотря на 10-бальные пробки, неожиданно появившиеся в столице. Мы сейчас будем разбираться со строительством и жилищно-коммунальным хозяйством России вместе с Михаилом Александровичем. Давайте начнём с самого животрепещущего, о чём все говорят. Это ипотека. А как вот теперь, что делать, что брать. Курс обратно откатывается сейчас. Резко снижается доллар и евро, рубль поднимается. Как теперь быть, что теперь людям делать?

М. МЕНЬ: Во-первых, я бы сразу хотел сказать то, что если бы уже люди имеют ипотечный кредит, соответствующий договор, никто не в праве, никакой банк изменить эту ставку, если только в договоре у вас не прописано так называемая плавающая ставка. Это базируется на двух законах. На законе о банках и банковской деятельности и законе о потребительском кредите. Здесь хотел бы сказать, что, к сожалению, появился ряд попыток представить повышение ключевой ставки ЦБ, как некое форс-мажорное обстоятельство. Вот буквально мне было несколько таких сообщений, что людям начали приходить соответствующие СМС-сообщения. В связи вот с этими форс-мажорными обстоятельствами мы будем пересматривать ставку по ипотечному кредиту. Это незаконно, сразу могу радиослушателей заверить. Теперь, что касается будущего.

М. АНДРЕЕВА: Михаил Александрович, извините, чтобы не уходить далеко тоже. А может быть списочек этих банков опубликовать?

М. МЕНЬ: Мы собираем этот список. По двум банкам уже менеджеры перезвонили и извинились, поэтому мы их тоже хотели готовить к этому чёрному списку, но пока произошло, что произошло. Кстати, одному из сотрудников нашего министерства.

И. ИЗМАЙЛОВ: То есть внимательно читать договор, и если говорят о том, что это какие-то форс-мажорные обстоятельства, ещё что-то, то не верить.

М. МЕНЬ: Повышение ключевой ставки не является форс-мажорным обстоятельством, поэтому надо спокойно обслуживать свой кредит именно в рамках тех процентов, которые существуют по этому кредиту изначально. То, что касается будущей судьбы ипотеки. Конечно, наше министерство это очень беспокоит. Поскольку каждая третья квартира сегодня продаётся в нашей стране через ипотечные программы, через ипотечный продукт. Если говорить о деньгах, то в прошлом году люди взяли ипотечных кредитов на 1 триллион, чуть более 350 миллиардов рублей. Это огромная сумма и действительно люди поверили в ипотеку. Поверили в то, что это сегодня единственный возможный инструмент для людей среднего класса, условно говоря, улучшить свои условия проживания, жилищные условия и, конечно, очень обидно будет, если эта ситуация будет иметь не такой хороший результат в будущем году.

М. АНДРЕЕВА: А средняя ставка, процент какой?

М. МЕНЬ: 12,3 средняя ставка по уходящему году. Теперь возвращаясь к сегодняшнему дню. Вы знаете, что ключевая ставка 17% и, отталкиваясь от этого можно положить, пока банки ещё в растерянности некие находятся, и никто не объявлял какая будет процентная ставка по ипотеке. Мы можем только предположить, что она может превысить 20%.

И. ИЗМАЙЛОВ: 20?

М. МЕНЬ: Можем пока только предполагать.

И. ИЗМАЙЛОВ: Это довольно резкий скачок.

М. МЕНЬ: Резкий скачок. И по оценке наших экспертов это может быть не интересно для тех, кто собирается улучшать жильё через ипотечные программы. Но давайте не будем спешить, потому что как Вы в начале нашей беседы сказали, мы почувствовали потепление, что называется, и немножко рубль поднимается. Может быть, будут определённые изменения, потому что, конечно, уход от ипотеки может серьёзно сказаться на всём рынке строительства жилья и соответственно, дальше по цепочке на производителей строительных материалов. Вы знаете, наша отрасль, пожалуй, единственная отрасль в стране, которая обслуживает сама себя у нас в стране. Мы производим практически подавляющее большинство строительных материалов.

И. ИЗМАЙЛОВ: Цикл строительства замкнутый.

М. МЕНЬ: Замкнутый. У нас в стране практически такой отрасли ни одной нет. Понятно, что есть…

М. АНДРЕЕВА: Оборудование.

М. МЕНЬ: Оборудование, гидравлические узлы и так далее, есть определённые категории той же щебёнки, которая привозится из-за рубежа, но в основном, она используется для дорожного строительства. А основная масса всё-таки то, что используется для строительства жилья эконом-класса. Нас всё-таки в министерстве интересует жильё эконом-класса, это то, что производится нашими производителями строительных материалов. Банковский сектор может нас подвести. Первая проблема и первый вызов этой ипотеки, вторая проблема то, что сейчас банки неохотно кредитуют и самих строителей при том, как в секторе жилищного строительства всё равно нужны стартовые средства для начала любого проекта так и, к сожалению, для тех компаний, которые становятся подрядчиками по выполнению больших государственных программ. Для участия в аукционе тоже нужны соответствующие гарантии. Здесь тоже есть определённого рода проблемы, и мы сейчас над ними работаем. Вот буквально вчера мы собирали всех крупных застройщиков, в первую очередь, тех, кто занимается строительством жилья и сегодня в течение сегодняшнего дня, завтрашнего дня будем вырабатывать предложение правительству Российской Федерации, что можно предпринять в сегодняшней сложившейся ситуации. Мы посмотрели, вспомнили опыт 2008-2009 годов, когда правительством предпринимались серьёзные меры по поддержке ряда отраслей, в том числе и строительной отрасли, в том числе по гарантиям со стороны государства, банками, крупные строительные компании. Мы будем предлагать несколько позиций по ипотеке. Это возможное усиление позиций АЖК, агентства жилищного кредитования, и через соответствующие программы такие, как жильё для российской семьи и другие программы, которые реализуются в рамках нашего министерства, мы попробуем компенсировать вот эти проблемы. Вторая проблема – гарантии.

И. ИЗМАЙЛОВ: Михаил Александрович, то, о чём Вы сказали до паузы. Если ипотека скакнёт до 20, один из сотни вариантов мы рассматриваем, насколько это катастрофичный вариант и насколько сильна зависимость сейчас строительного рынка от банков в этой связи?

М. МЕНЬ: Сейчас прогнозировать – дело достаточно неблагодарное. Всё-таки я предложил бы дождаться нескольких дней, пока проясниться ситуация. После этого можно будет строить какие-то прогнозы. Но это нас беспокоит очень сильно. Именно не производственная сфера в нашей отрасли, не реальный сектор, не то, что мы можем или не можем делать своими силами. Нас не беспокоят санкции, я ещё раз повторю, у нас всё производится фактически, все строительные материалы производятся на территории страны и даже машиностроение неплохо работает. Зайдите на любую стройку, Вы там увидите, Ивановец, автокран. То есть у нас уверенность есть, проблемы в банковском секторе, и мы очень надеемся, что у правительства будут выработаны определённые меры по поддержке этого сектора, и это скажется дальше и на наших вопросах.

И. ИЗМАЙЛОВ: Застройщики. Для них насколько сейчас чувствительна, если Вы говорите, что у нас всё внутреннее, казалось бы, они не должны так реагировать на происходящее?

М. МЕНЬ: Вы знаете, сейчас спрос очень хороший. Опять же я возвращаюсь к вчерашнему совещанию. Застройщик сейчас спрос превышает предыдущий месяц. Люди активно приобретают жилую недвижимость.

М. АНДРЕЕВА: Вкладываются.

М. МЕНЬ: Вкладывают, и правильно делают, безусловно, потому что это самое надёжная защита для того, чтобы сберечь свои накопления. Известный факт. Безусловно, сегодня это понимают застройщики, и они смотрят не в сегодняшний, не в завтрашний, не в послезавтра. Они смотрят 2015 год, и вот здесь их беспокоят, ещё раз повторю два фактора, о которых мы в начале говорили. Ипотека и это возможное банковское кредитование строительного сектора, как такого.

М. АНДРЕЕВА: Слушатель возмущается, Константин, например: «Почему средняя стоимость российской квартиры равна цене шикарного особняка или замка в Европе». Я не знаю насколько тут уместно сравнивать. В Москве цены очень большие. По регионам уже значительный спад. Наверное, про среднюю да мы можем говорить стоимость квадратного метра. Сколько это сегодня?

М. МЕНЬ: Да. Давайте всё-таки Россия – не Москва. Я поверьте, работал и в Москве, и в Московской области, и в одном из регионов работал долгие годы. Не надо приводить в пример только Москву, Санкт-Петербург и крупные города. Есть регионы, где по 30 тысяч рублей строят жильё и достаточно приличное. Другой вопрос, что вот та программа «Жильё для российской семьи» она именно и базируется на цифре 30 тысяч – квадратный метр. И наша поддержка…

М. АНДРЕЕВА: Москва, кстати, в этой программе не участвует.

М. МЕНЬ: В программе этой не участвует, да. Московская область сейчас планирует, возможно, они выйдут на подписание с нами соглашения. Кстати, нам вопрос застройщики вчера задавали о возможной индексации этой цены предельной до 30 тысяч квадратный метр. Сразу хочу сказать, пока в этом году мы таких решений не будем принимать. В следующем году мы посмотрим отталкиваясь от той инфляции, которая есть, абсолютно не привязываясь к курсу рубля, к иностранной валюте. Будем смотреть на официальную статистику, которая нам скажет уровень инфляции и может быть это 9-10% то, что говорится официальная цифра. Может быть, в следующем году будут приниматься решения индексации. Но там какой принцип в этой программе.

М. АНДРЕЕВА: Здесь важно, Вы её не сворачиваете, правильно?

М. МЕНЬ: Мало того, именно в такой кризисный момент мы будем делать акцент на таких программах.

И. ИЗМАЙЛОВ: Михаил Александрович, вот важный момент. В последнее время всё чаще стали употреблять термин спекулянт и говорить о недвижимости. Какой процент в цене, действительно, накруток, потому что, кажется, не может стоить квадратный метр столько. Ну, просто из соображений, понятно, что инфраструктура дорогая, земля дорогая. Всё равно 4 бетонных стены. И ты понимаешь, что за эти деньги ты можешь отгрохать себе шикарнейший дом просто, свой на участке в полгектара, даже здесь не далеко. Вот это сравнение за счёт чего? Это накрутки идут.

М. МЕНЬ: Здесь одна из составляющих, безусловно, инженерия. Это внешние сети, это подключение к этим сетям, вторая составляющая это бюрократия, коррупционная составляющая. Вот эти все моменты вместе складываются, и получается достаточно большой объём прибавки к квадратному метру. Мы с Вами видим разброс цены по стране, и видим, ещё раз повторю, что вот недавно я был в Пензе и смотрел замечательный на берегу реки жилой квартал, где по 30 тысяч рублей продаётся жильё с набережной красивой, можно выйти погулять. С социальной инфраструктурой соответствующей. В том регионе, где я работал в Ивановской области, тоже порядка такого же объёма были суммы по стоимости квадратного метра, чуть выше 30 тысяч. Собственно говоря, это и пользовалось спросом, и мне кажется, что это достаточно адекватная цена. У нас сейчас, что является основным и главным? Это отсутствие инженерии, внешних сетей для больших территорий под комплексную застройку. Что мы делаем для решения этой проблемы, для ответа на этот вызов? Как раз программа жильё для российской семьи. Мы ставим условие региональным застройщикам. Если Вы будете продавать жильё до 30 тысяч рублей, в будущем году, возможно, с минимальной индексацией, то мы будем у Вас через механизм, сложный очень механизм АЖК, мы будем у вас выкупать внешние сети и инженерную инфраструктуру по цене 4 тысячи за будущий квадратный метр этих внешних сетей. Итого получается 30 + 4. Но 4 платит уже не потребитель конечный. А четыре мы помогаем внешним сетям.

И. ИЗМАЙЛОВ: То есть это будет стимулировать людей не уезжать в Москву всем. А будет появляться возможность покупать квартиру где-то в регионе.

М. МЕНЬ: Это одна из основных задач. У нас целевой показатель поставлен такой. Мы должны к 2017 году дополнительно построить в рамках этой программы 25 миллионов квадратных метров жилья. Я напомню радиослушателям…

М. АНДРЕЕВА: Есть какие-то авторитетные регионы?

М. МЕНЬ: Сейчас доложу. Напомню, что у нас в 2013 году было введено порядка 70 миллионов квадратных метров жилья, год раньше порядка 65, у нас стоит целевой показатель на завершающийся год – это преодоление отметки в 71 миллион квадратных метров. Сразу могу Вам сказать, что мы преодолеем эту планку. Этот год был не достаточно плохой для строительной отрасли. Дополнительно к 2017 году мы планируем ещё увеличивать так, чтоб в среднем, за вот эти годы увеличилось дополнительно до 25 метров квадратного жилья, у региона участвуют разные. 65 регионов подписало уже соответствующее соглашение. И по первому региону – это Тульская область, там уже начались работы в физическом смысле этого слова, хотя мы начали программу эту меньше года назад.

М. АНДРЕЕВА: Несколько срочных сообщений. Давайте расскажем, что Владимира Евтушенкова освободили из-под домашнего ареста по постановлению следователя, уже сообщение со ссылкой на его адвоката. Дмитрий песков даёт тоже интервью «России 24». «События на Украине показали, что по-настоящему независимых СМИ в мире очень мало». Одно заявление. И «отсутствие мира и стабильности на Украине негативно отражается на России, на партнёрах в Европе и на мировой экономике»

И. ИЗМАЙЛОВ: Здесь интереснее то, что Песков говорит, что Путин осведомлён о ситуации в российской экономике, знает то, что творится с ценами. Подробности в информационных выпусках.

М. АНДРЕЕВА: Михаил Александрович, очень важный вопрос. Давайте вернёмся к ипотеке. От слушателя, видимо, его это касается: «Если ипотечный договор подписан уже с банком, а деньги по ипотеке не получены от банка, имеет ли он право отказать в выдаче денег или поднять ставку и если что, куда обращаться?».

М. МЕНЬ: Нет, если договор подписан.

М. АНДРЕЕВА: Даже если не выдан ещё.

М. МЕНЬ: Нет. Вопрос закрыт, если договор подписан

М. АНДРЕЕВА: Куда обращаться если что? Если банк настаивает, человек говорит незаконно, ничего не знаю.

М. МЕНЬ: Мне письмо напишите, мы обратимся к банку тогда.

М. АНДРЕЕВА: Как с Вами можно связываться? Куда-то можно написать обращение? Пожаловаться? Есть у Вас средство связи?

М. МЕНЬ: Есть, конечно. У нас есть замечательный сайт, который, кстати, в этом году, хотя и был создан недавно, занял 9 место среди всех органов федеральной власти по своей открытости и современности. Также у нас есть аккаунты в различных социальных сетях и микроблогах. Можно найти мой аккаунт.

М. АНДРЕЕВА: Вы сами ведёте?

М. МЕНЬ: Да, я сам смотрю. Не каждый день, но по возможности смотрю, и что-то такое серьёзное, где мы можем помочь, я даю соответствующее поручение посмотреть.

И. ИЗМАЙЛОВ: Михаил Александрович, тот аспект, который Вы затронули, сейчас люди начали вкладываться и раньше, но сейчас, может быть, в чуть большей степени. Недвижимость. Как здесь? У нас опыт за последние 20 лет есть. Возникают какие-то махинации, компании какие-то не большие, которые потом пропадают. Получится здесь не допустить этого сценария?

М. МЕНЬ: Да, мы здесь начали очень серьёзную работу сейчас с губернаторами, с региональными администрациями для того, чтобы минимизировать возможные какие-то потери у наших граждан. И появление каких-то жуликов на строительном рынке то, что действительно сейчас спрос крайне высокий и это, безусловно, стимулирует дальнейшее развитие рынка, и мы сейчас предпримем всё возможное для того, чтобы дать полное разъяснение региональным руководителям и людям, в первую очередь, на что следует обратить внимание. Первое, что уже сразу могу сказать, что лучше, конечно, всегда брать недвижимость в известной крупной компании, посмотреть её сайт, посмотреть её объёмы вводимого жилья по году, сколько они лет на рынке, посмотреть, чем защищены вкладчики, имеется в виду дольщики. Вы знаете, в начале года было принято решение по так называемому взаимострахованию, в котором существует определённый компенсационный фонд, в который сбрасываются крупные застройщики для того, чтобы минимизировать возможные риски появления обманутых дольщиков. Есть, конечно, альтернативное решение – это страхование в соответствующих страховых компаниях. На это тоже нужно обратить внимание обязательно. Какова формула страхования рисков, которые существуют у этой строительной компании либо страхование в страховых компаниях. Вообще, в первую очередь, необходимо следить за репутацией компании и не спешить, и не особенно радоваться, когда кто-то будет предлагать особенно хороший вариант. Как известно, и как в народе говорят, бесплатный сыр только в мышеловке.

М. АНДРЕЕВА: Михаил Александрович, я здесь уточню. Бывает, что построили всё в порядке, но дом не могут сдать. Проблема с подключением, с сетями и сроки откладываются. Люди заплатили деньги, ключи не могут получить, а застройщик каждый раз дату новую переставляет. Кто здесь виноват?

М. МЕНЬ: Здесь общего рецепта нет, и общего ответа на Ваш вопрос нет, потому что бывают абсолютно разные случаи, разные обстоятельства. Где-то застройщик бывает виноват, где-то местные власти начинают не совсем адекватно относиться к застройщику. Бывает и такое, к сожалению. Мне кажется, здесь, в первую очередь, нужно взаимодействовать в постоянном режиме с компанией-застройщиком. Но есть и возможные варианты судебного решения и, как правило, они срабатывают. Конечно, хотелось бы, чтобы и в нашей практике их было минимум.

И. ИЗМАЙЛОВ: Остаётся буквально полторы минуты. Ещё большой фронт работ, с которыми Вы, так или иначе, связаны с жилищно-коммунальным хозяйством. Здесь совсем коротко. Тема ЖКХ. Завтра будет пресс-конференция с президентом. Наверняка скажут, что какая-то лужа где-то растеклась, ещё что-то. Что здесь ключевое? До сих пор бытует мнение. Часто приходится слушать, что в подъезде виновато государство. Всё, точка. Как вот переломить эту ситуацию, и что с капремонтом?

М. МЕНЬ: Значит, много сразу вопросов в одном.

И. ИЗМАЙЛОВ: Времени мало, поэтому мы тут.

М. МЕНЬ: Я постараюсь очень коротко ответить. Дело в том, что у нас сегодня жители многоквартирных домов стали абсолютно полноправными собственниками этих квартир. Порядка 85% граждан у нас в стране являются собственниками жилья. В отличие, например, от Германии, в которой порядка 45% собственников. Вот настоящими собственниками мы так и не стали с вами. Мы можем пугать руководителя управляющей компании на кухне, а для того, чтобы изменить что-то в управлении собственным домом, нам очень часто бывает лень или нет времени прийти на общедомовое собрание. Честно говоря, и нормативно-правовая, законодательная база была выстроена таким образом, что и сменить-то управляющую компанию, можно было только теоретически. Сейчас мы приняли закон вместе с нашими коллегами из Государственной Думы, думали над этим законопроектом «О лицензировании управляющих компаний». С 1 мая будущего года ни одна компания, которая управляет нашими с Вами многоквартирными домами, на рынке присутствовать не будет. И тем самым, мы дали нашим гражданам возможность влиять на управляющую компанию, облегчили принципы замены управляющей компании и, безусловно, Жилищной инспекции в субъектах Российской Федерации наших регионов сейчас становится серьёзными игроками на этой площадке. И мы за ними очень внимательно наблюдаем. Людям всё больше и больше нужно осознавать, что они являются собственниками, и никакой не мэр, губернатор не придёт наводить порядок в подъезде.

И. ИЗМАЙЛОВ: Михаил Александрович, капремонт полностью на плечи граждан ляжет?

М. МЕНЬ: Не совсем, потому что не большая доля финансирования есть в федеральном бюджете и в региональных бюджетах по-разному закладываются тоже доли софинансирования. Но это, в конечном итоге, всё равно обязанность самих граждан, потому что это капитализация их имущества, капитализация их активов.

М. АНДРЕЕВА: Михаил Александрович, приходите к нам ещё. У нас времени, к сожалению, уже нет. Михаил Мень, министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства.

М. МЕНЬ: Спасибо.

Мария Андреева, Игорь Измайлов. «Русская Служба Новостей»

Россия > Недвижимость, строительство > minstroyrf.ru, 19 декабря 2014 > № 1358239 Михаил Мень


Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 18 декабря 2014 > № 1252747 Владимир Путин

 Большая пресс-конференция Владимира Путина.

Общение главы государства с журналистами транслировали телеканалы «Первый», «Россия 1», «Россия 24», радиостанции «Радио России», «Маяк», «Вести ФМ». На пресс-конференцию были аккредитованы 1259 российских и иностранных журналистов.

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Очень рад вас видеть в хорошем расположении духа, в боевом настроении. Как мы и делали в прошлый раз, я начну, скажу о результатах работы за год, а затем постараюсь ответить на ваши вопросы.

Первое – это, естественно, самое основное, экономический показатель. Рост валового внутреннего продукта – он за 10 месяцев текущего года составил 0,7, может быть, будет где-то 0,6 процента. Вчера мы с коллегами собирались, более точно подводили итоги. Сальдо торгового баланса выросло на 13,3 миллиарда долларов и составило 148,4 миллиарда долларов.

После прошлогодней паузы немного ускорилось промышленное производство. За январь–октябрь прирост составил 1,7 процента. На низких значениях находится и уровень безработицы. Он у нас опускался даже ниже пяти процентов, сейчас где-то в районе пяти, может быть, 5,1 процента.

Продолжает развиваться агропромышленный комплекс. Думаю, что по результатам года его рост составит 3,3 процента. И, как вы знаете, в этом году у нас рекордный урожай – 104 миллиона тонн.

Несмотря на все турбулентности на финансовом рынке, федеральный бюджет в этом году будет свёрстан с профицитом, то есть доходы будут превышать наши расходы на 1,2 триллиона рублей, это примерно 1,9 процента ВВП. Минфин ещё досчитывает, но то, что бюджет будет профицитным, – это точно.

Главным итогом года в социальной сфере нужно назвать, конечно, позитивную демографическую динамику. Естественный прирост населения за десять месяцев – 37,1 тысячи человек. У нас снижается смертность и увеличивается рождаемость. Это очень хороший тренд, и, безусловно, нужно сделать всё для того, чтобы его сохранить. Как мы и обещали, мы продолжаем индексировать материнский капитал: в 2014 году он составил 429 408,5 рублей.

Достигнуты и превышены установленные на 2014 год целевые соотношения заработной платы по десяти категориям работников. Вы знаете, о чём идёт речь. Это, прежде всего, педагоги школ, учреждения дополнительного образования, социальные педагоги, преподаватели вузов, врачи, средний и младший медперсонал, работники учреждений культуры. В 2014 году были дважды проиндексированы пенсии: с 1 февраля на 6,5 процента и с 1 апреля ещё на 1,7 процента.

Большое внимание в этом году мы уделяли повышению боевых возможностей и боеспособности Вооружённых Сил. Не буду всё перечислять. Остановлюсь только на социальном показателе. В 2014 году постоянное жильё получили 11 700 военнослужащих Министерства обороны. Служебным жильём обеспечены 15 300 военнослужащих. Это 100 процентов от запланированных годовых показателей.

Это то, что я хотел бы сказать вначале по цифрам. Теперь несколько слов о текущей ситуации. Думаю, что все мы понимаем, что главный вопрос сегодняшнего дня, главный вопрос, который интересует граждан нашей страны, – о том, в каком состоянии находится экономика, национальная валюта, как будет развиваться ситуация в социальной сфере в этой связи. Попробую очень кратко, несколькими предложениями охарактеризовать эту ситуацию, сказать о том, как, я думаю, она будет развиваться. После этого пресс-конференцию в принципе можно заканчивать. (Смех в зале.) Но если у вас будут наводящие вопросы, я постараюсь на них ответить.

Итак, конечно, сегодняшняя ситуация спровоцирована внешними факторами прежде всего. Но исходим из того, что нами многое не сделано из того, что мы планировали сделать и говорили, что мы должны сделать по диверсификации нашей экономики в течение практически предыдущих 20 лет. Сделать это было достаточно сложно, если вообще возможно, с учётом как раз этой благоприятной в данном случае внешнеэкономической конъюнктуры, когда бизнес старался деньги вкладывать в основном туда, где можно было извлечь максимальную и быструю прибыль. Перестроить этот механизм достаточно сложно.

Сегодня ситуация, как вы знаете, поменялась. Влияют на сегодняшнюю ситуацию и внешнеэкономические факторы прежде всего, конечно, цена на энергоносители, на нефть, а за ней тянется и цена на газ. Считаю, что и Центральный банк, и Правительство принимают адекватные меры в сегодняшней ситуации. Есть вопросы и к Правительству, и к Центробанку по поводу своевременности, качества принимаемых мер, но в целом абсолютно адекватно и в правильном направлении происходит действие.

Надеюсь на то, что вчерашнее, сегодняшнее снижение курса иностранной валюты и повышение стоимости национальной – рубля – сохранится. Возможно ли это? Возможно. Возможно ли дальнейшее снижение цен на нефть и будет ли это влиять на национальную валюту, а соответственно, и на все другие показатели, включая инфляцию и так далее? Да, возможно.

Что мы в этой связи собираемся делать? Мы собираемся использовать меры, которые мы использовали, и достаточно успешно, напомню, в 2008 году. В этом случае нужно будет сосредоточить внимание на помощи людям, которые в этом действительно нуждаются, и сохранить, я хочу это подчеркнуть, сохранить все наши плановые показатели по социальным вопросам и проблемам, имея в виду, конечно, прежде всего пенсии, имея в виду заработные платы бюджетников и так далее.

Безусловно, если ситуация будет неблагоприятно развиваться, то нам придётся вносить какие-то коррективы в наши планы. Безусловно, придётся что-то сокращать. Но так же безусловно, и я хочу это подчеркнуть, как говорят специалисты, «отскок в плюс», последующий рост и выход из сегодняшней ситуации неизбежен как минимум по двум причинам. Во-первых, рост мировой экономики будет сохраняться, темпы снижаются, но рост точно будет сохраняться. Экономика будет расти. И наша экономика выйдет из сегодняшней ситуации.

Сколько на это потребуется времени? При самом неблагоприятном стечении обстоятельств, я думаю, что года два. И, повторяю ещё раз, после этого рост неизбежен, в том числе и потому, что внешняя экономическая конъюнктура будет меняться. С ростом мировой экономики потребуются дополнительные энергетические ресурсы. Но за это время, и в этом я уже не сомневаюсь, нам всё-таки многое удастся сделать с точки зрения диверсификации нашей экономики, потому что жизнь сама будет нас заставлять это делать. По-другому будет просто невозможно функционировать.

Поэтому в целом, и, повторяю, это безусловно, мы будем исполнять все наши социальные обязательства, опираясь на те резервы, которые у нас есть. И, слава богу, они у нас даже в этот год подросли.

Напомню, что резервы Центрального банка – 419 миллиардов долларов. Центральный банк не намерен их «палить» бездумно, и правильно. Резервы Правительства, ФНБ, Резервный фонд подросли в этом году примерно на 2,4–2,5 триллиона рублей. Общий объём резервов – 8,4 триллиона. Опираясь на эти резервы, уверен, мы спокойно будем решать основные социальные вопросы, будем заниматься диверсификацией экономики, и неизбежно, повторяю ещё раз, ситуация встанет в нормальное русло.

На этом я хотел бы закончить вступительную часть. Повторяю, можем заканчивать в целом, но если есть вопросы, пожалуйста, то я готов на них ответить.

Д.ПЕСКОВ: Вы знаете, я в этом году хотел бы начать с тех, кто целый год работал вместе с Владимиром Владимировичем, с кремлёвского пула. Первому я хочу дать слово Вячеславу Терехову, «дуайену» вообще кремлёвского пула, который много-много лет уже работает вместе с Владимиром Владимировичем, ездит во все уголки планеты, во все города нашей страны. Пожалуйста.

В.ПУТИН: Это кумовством называется: «Ну как не порадеть родному человечку!».

В.ТЕРЕХОВ: Зато у меня интересная работа.

Я всё-таки хотел бы немножко уточнить, Владимир Владимирович. Судя по ситуации в стране, сейчас идёт глубокий валютный кризис, такой, что даже в Центральном банке говорят, что в страшном сне не могли предусмотреть.

Как Вы думаете, через эти два года, о которых Вы говорите, будет лучше, пройдём ли мы через финансовый экономический кризис? За этот «чёрный» для рубля понедельник-вторник была лавина критики и в адрес Центрального банка, и председателя, и Правительства, соответственно. Согласны ли Вы с ней?

Спасибо.

В.ПУТИН: Я сказал, что при самом неблагоприятном стечении внешнеэкономической конъюнктуры такая ситуация может продлиться – приблизительно, никто же не может точно сказать – в течение двух лет. Это совсем необязательно. Ситуация может выправиться и раньше. Она может начать выправляться в первом, во втором квартале, в середине следующего года либо в конце следующего года...

Этого никто не может сказать. Очень много факторов неопределённости. Поэтому назвать это кризисом, назвать это как-то по-другому – можно какие угодно слова применять... Но мне кажется, я достаточно ясно сказал, что Центральный банк и Правительство в целом действуют адекватно сложившейся ситуации. Полагаю, что некоторые вещи – собственно говоря, такая критика звучит и со стороны экспертного сообщества, – некоторые действия можно было бы совершать оперативнее.

В чём, на мой взгляд, должна состоять конкретика? И что делают, собственно говоря, Центральный банк и Правительство? Во-первых, они, как вы знаете, подняли ключевую ставку. Надеюсь, что эта ключевая ставка будет держаться не весь период этих сложных событий, связанных с внешней экономической конъюнктурой, а так или иначе экономика будет приспосабливаться.

На чём основан мой оптимизм? На том, что экономика неизбежно будет приспосабливаться к жизни и работе в условиях низких цен на энергоносители. Это просто по факту будет происходить.

Как быстро произойдёт это приспособление, если цены сохранятся такими, какие они есть сегодня, либо будут снижаться даже ниже 60, 40, я не знаю, сколько угодно. На самом деле для нас – сколько угодно, просто будет происходить структуризация самой экономики. Как быстро это будет происходить? Трудно сказать. Но то, что это будет, это неизбежно! Вот я хочу это подчеркнуть. Это по факту жизни произойдёт.

Что делает Центральный банк? Вот он поднял эту ключевую ставку. Что ещё нужно делать? И что Центральный банк и так делает? Нужно, для того чтобы стабилизировать национальную валюту, пока немного зажать рублёвую ликвидность, отпустить и дать возможность доступа участников экономической деятельности к валютной ликвидности. И, собственно говоря, банк так и делает. И так у него ставка достаточно низкая по валюте – 0,5.

В принципе, я не знаю, это дело Центрального банка – снижать её, не снижать, они должны это чувствовать и реагировать. Не раздавать золотовалютные резервы и не палить их на рынке, а идти по предоставлению кредитных ресурсов. Собственно говоря, они тоже это делают.

Один из известных инструментов – так называемые РЕПО. Либо на один день дают, на неделю, на 28 дней, на месяц почти, и на год. Это возвратные деньги, но они дают возможность участникам экономической деятельности воспользоваться этими валютными ресурсами. И делается всё правильно.

Только делать нужно, может быть, даже на полшага быстрее. Вы знаете, я, конечно, вижу критику в отношении Центрального банка, в отношении председателя Центрального банка. Она в чём-то обоснованна, в чём-то – нет. Но и Правительство не должно забывать про свою меру ответственности. Нужно работать с теми же экспортёрами, у которых достаточно большая валютная выручка.

Председатель Правительства встречался с руководителями наших крупнейших компаний, и мы видим: определённый результат есть. Конечно, многим из них нужно сейчас рассчитываться по кредитам, нужно думать о состоянии своих компаний.

Компания, так же как и рядовой гражданин, тоже думает, как бы что-то приберечь, припрятать на чёрный день. Правильно ли это экономическое поведение? С точки зрения экономической логики – нет. Но компании тем не менее это делают. И мы сейчас видим, что результат в целом имеется, так называемый отскок происходит.

Нужно принимать и другие меры по линии Правительства. Что я имею в виду? Например, конечно, прежде всего борьба с инфляцией, это задача Центрального банка. Но есть некоторые вещи, и мы об этом говорили, и публично я об этом уже говорил, когда мы с Правительством встречались. Например, цены на бензин, цены на продукты питания – надо этим заниматься. Причём в такой ситуации, в таких условиях надо заниматься, как бы кто ни критиковал, но именно в ручном режиме надо работать. Ежедневно, еженедельно встречаться с производителями, с участниками рынка, с торговыми сетями, с розницей и нефтяными компаниями, которые у нас в значительной степени рынок монополизировали, – ФАС должна как следует работать.

Эти действия должны быть совместными, коллективными, осмысленными. Без вторжения, конечно, в собственную компетенцию, скажем, Центрального банка либо Правительства. Тем не менее координация должна быть, и она должна быть своевременной.

Поэтому, конечно, можно «наезжать» на Набиуллину, но не забывать, что в целом их политика является адекватной. Не только Центральный банк несёт ответственность за экономическую ситуацию в стране.

Д.ПЕСКОВ: Ещё один старожил в президентском пуле – Александр Гамов, пожалуйста, «Комсомольская правда», если у Вас есть что спросить.

А.ГАМОВ: Александр Гамов, «Комсомольская правда».

Мне, прежде всего, есть что сказать. Владимир Владимирович, я думаю, что сегодня очень многие ждали Вас, Вашего прихода на пресс-конференцию. Все гадали, какое настроение будет у Владимира Путина, потому что от этого во многом зависит настроение в стране. Вы пришли, несколько раз уже улыбнулись, и спасибо Вам за Ваш оптимизм. Надеемся, что всё действительно будет так, как Вы сказали.

А вопросы у меня такие. С 2008 года мы с Вами говорим о том, что пора слезать с «нефтяной иглы», перестраивать нашу экономику, делать её более эффективной. Но то, что происходит в эти дни, согласитесь, в общем-то, нам так это и не удалось.

Мы по-прежнему сидим на этой проклятой «игле», и неизвестно, сколько ещё будем сидеть. Скажите откровенно, как Вы чувствуете, сможем ли мы использовать нынешний кризис в благих целях, сможем ли с «иглы» слезть, перестроить экономику? Я понимаю, что быстро не удастся.

И второе. В своём Послании Федеральному Собранию Вы под аплодисменты страны и бизнеса изложили целый ряд послаблений, которые, в общем, давно напрашивались. Но такое сомнение, Вы же хорошо это понимаете, что главная в России опасность – это забюрокрачивание, заматывание, заигрывание всех нужных, важных, правильных решений, в том числе и президентских. Есть ли у Вас сейчас уверенность, что Ваши постулаты, Ваши мысли, Ваши решения на этот раз всё-таки будут выполнены и Ваш оптимизм будет подтверждён более реальными шагами?

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Уверенность даёт страховой полис, как мы знаем. Здесь страховка для нас – это правильная макроэкономическая политика и резервные фонды для решения социальных задач. В целом это такой надёжный полис, который эту уверенность вселяет.

Но что касается забюрокрачивания, могу вам сказать, здесь, наверное, есть коллеги из стран Европейского союза, – если вы их спросите про бюрократию в Брюсселе, они вам расскажут, как это делается. Наши бюрократы ещё отдыхают по сравнению с брюссельскими.

Эта проблема, конечно, всё равно существует, но дело не в бюрократии. Вы знаете, в чём дело? Я ведь в самом начале говорил, что сейчас скажу несколько фраз, несколько предложений, а потом можно пресс-конференцию заканчивать, и это, похоже, не шутка.

Дело ведь не в том, что у нас забюрокрачивают решения. Дело в том, что когда внешнеэкономическая конъюнктура подталкивает участников экономической деятельности вкладывать деньги, скажем, в энергетику, либо в химию, либо в металлургическую промышленность, то, как бы Правительство ни старалось настроить инструменты налогообложения, льготирования несырьевого бизнеса, это достаточно сложный процесс, потому что ресурсов бюджета, как правило, на это не хватает.

Они же, все эти инструменты, у нас применяются и используются на протяжении нескольких лет. Мы стараемся создать более благоприятные условия для развития производственной части бизнеса, реального производства, но это идёт довольно сложно. Особенно тогда, когда можно получить большую выгоду, вкладывая деньги в энергетику. Вы знаете, наверное, 80 процентов обращений в Правительство как минимум, поверьте мне, связано не с тем, чтобы вложить деньги в высокотехнологичные сферы, а чтобы получить какое-то месторождение. Почему? Потому что там деньги быстрые и большие.

Сейчас я подхожу к ответу на Ваш вопрос. Если конъюнктура складывается иначе, тогда сама жизнь подталкивает к тому, что деньги надо вкладывать в другие отрасли. И это вселяет оптимизм, как ни странно. Да, будет сложнее в чём-то. Да, нам нужно будет решать социальные вопросы во что бы то ни стало и исполнять социальную часть указов Президента 2012 года.

Можем мы это сделать? Можем. Но в то же время нужно воспользоваться этой ситуацией, чтобы дополнительно создать условия для производственного бизнеса и диверсификации экономики. Надеюсь, что именно сегодняшняя конъюнктура поможет нам это сделать.

Д.ПЕСКОВ: Андрей Колесников, мы не можем продолжать без Вашего вопроса.

А.КОЛЕСНИКОВ: Андрей Колесников, газета «Коммерсантъ».

Владимир Владимирович, в начале 2012 года в одной из своих предвыборных статей (которые потом были оформлены в майские указы, как известно) Вы, характеризуя текущую ситуацию, процитировали Александра Горчакова, – Вы сказали: «Россия сосредотачивается».

Скажите, пожалуйста, сейчас что со страной, по Вашему мнению, происходит? Что она делает: она по-прежнему сосредотачивается или, может быть, пора уже рассредоточиться – может, вообще пора расслабиться наконец-то?

Спасибо.

В.ПУТИН: Работать надо. И в этом смысле мало что изменилось. Более того, сегодняшние условия подталкивают нас. Я уже к этому подхожу с разных сторон, я так и вижу, что вы практически одну и ту же тему с коллегами поднимаете с разных сторон. Надо работать. И внешние условия заставляют нас быть более эффективными, переходить на инновационные пути развития.

Ведь что нужно для будущего нашей экономики? Нужно создать благоприятные условия для ведения бизнеса, обеспечить свободу предпринимательства, нужно гарантировать собственность, нужно перестать с помощью правоохранительных органов гонять всех, кто не понравится, и использовать эти инструменты для конкурентной борьбы. Нужно увеличить льготирование производственной части, нужно поднимать регионы Российской Федерации, которые требуют особого внимания, такие как Дальний Восток.

Делаем мы это или нет? Да. Но в Послании я же изложил целую программу того, что мы должны сделать. Я имею в виду и налоговые каникулы на четыре года, я имею в виду каникулы по проверкам на три года в отношении тех предприятий, которые три года не были замечены в каких-то серьёзных нарушениях, я имею в виду льготы для малого бизнеса. Нам нужно продолжить это сосредоточение и подкрепить его конкретной работой.

В.КОНДРАТЬЕВ: Владимир Владимирович, мы недавно отметили 25 лет падения Берлинской стены. Вы сами были свидетелем этого события 25 лет назад, когда работали в ГДР. Многое было достигнуто, может быть, не то, что мы думали вначале, много было надежд, но всё-таки были достижения. И благодаря Вашей настойчивости Россия даже была одно время недалеко от отмены визового режима с Европой.

В этом юбилейном году в течение каких-то нескольких недель возводится новая стена. Она не бетонная, но тем не менее явственная, незримая, но стена отчуждения, подозрительности, взаимного недоверия, взаимных упрёков. Куда может завести это похолодание? Некоторые говорят уже чуть ли не о пороге новой «холодной войны». Будем ли мы в будущем жить в разделённом мире или есть какие-то возможности всё-таки восстановить диалог и сотрудничество?

В.ПУТИН: Вы сейчас сказали о том, что рухнула Берлинская стена, а сейчас мы видим то, что возводятся какие-то новые стены. Я сейчас отвечу на этот вопрос и надеюсь, что Вы со мной согласитесь.

Мы не сейчас это видим. Вы же специалист по Германии, по Европе. Разве после Берлинской стены нам не говорили, что не будет расширения НАТО на Восток? Но оно же пошло немедленно. Две волны расширения. Это что, не стена? Да, это не нарыли, это виртуальная стена, но она начала создаваться. А система ПРО рядом с нашими границами? Это что, разве не стена?

Понимаете, никто не остановился. В этом же самая главная проблема сегодняшних международных отношений. Наши партнёры не остановились. Они решили, что они победители, что они теперь империя, а все остальные – вассалы, и нужно дожимать. Я говорил же это в Послании. Вот в этом проблема. Не остановились строить стены, несмотря на все наши попытки и жесты работать совместно, без всяких разделительных линий в Европе и в мире в целом.

И я думаю, что наша достаточно жёсткая позиция по известным кризисным ситуациям, в том числе на Украине, должна нашим партнёрам дать понять, что самый правильный путь – это прекратить строить эти стены и выстраивать общее гуманитарное пространство, пространство безопасности и экономической свободы.

Поскольку я упомянул об Украине – я видел плакат, Дмитрий Сергеевич, Вы меня извините, – всё-таки не могу не предоставить слово нашим коллегам с Украины. Пожалуйста.

Р.ЦИМБАЛЮК: Роман Цимбалюк, украинское агентство «УНИАН». Если позволите, два очень коротких вопроса.

В.ПУТИН: Прошу Вас.

Р.ЦИМБАЛЮК: Первый вопрос относительно карательной операции, которую вы устроили на востоке нашей страны, причём в основном против русскоязычного населения. Не секрет, что там воюют российские военнослужащие и российские боевики, которые всё это устраивают.

Вопрос: сколько Вы туда отправили российских военных? Сколько Вы отправили туда техники? Сколько из них погибло на территории Украины? Вы как Верховный Главнокомандующий что бы сказали семьям погибших российских офицеров и солдат?

И, если можно, очень кратко второй вопрос. У нас был президент, его звали Виктор, он сейчас скрывается на территории Российской Федерации. В своё время он посадил номер один партии «Батькивщина» Юлию Тимошенко в тюрьму. Она там отсидела, а сейчас номер один партии БЮТ сидит, но уже в российской тюрьме.

В.ПУТИН: Что-что? Ещё раз.

Р.ЦИМБАЛЮК: Номер один по списку Блока Юлии Тимошенко сейчас сидит в тюрьме, в российской. У меня вопрос: при каких условиях Вы отпустите украинскую лётчицу Савченко, украинского режиссёра Олега Сенцова и ещё как минимум 30 украинских военнопленных, которых вы удерживаете на территории России в различных СИЗО?

Спасибо.

В.ПУТИН: Начнём с последнего вопроса, а потом я, безусловно, отвечу и на Ваш первый вопрос.

Последний вопрос по гражданке Савченко, при каких условиях она может быть отпущена. Я здесь занимаю абсолютно открытую и понятную, на мой взгляд, позицию. Здесь в зале сидят коллеги тех наших журналистов (это, впрочем, и Ваши коллеги), которые погибли, исполняя свой служебный долг на юго-востоке Украины. Подчеркну, что эти люди не принимали участия ни в каких боевых действиях ни с одной стороны. Они были без оружия.

Обязанность всех государственных структур, в том числе и военных структур, охранять их жизнь и здоровье, дать им возможность исполнять свой долг для распространения объективной, полноценной информации, во всяком случае, так, как они её видят. Это общепризнанный в цивилизованном мире факт. Эти люди были убиты. По данным наших правоохранительных органов, наводчиком при этом убийстве была госпожа Савченко.

Если в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства выяснится, что она здесь ни при чём, что она ни в чём не виновата, она немедленно будет освобождена. Если выяснится, что она виновата и что она действительно участвовала в этом убийстве, исхожу из того, что российский суд примет соответствующее решение и она будет отбывать наказание в соответствии с решением суда. Вместе с тем заранее никто не имеет права человека объявлять виновным в совершении им какого-либо преступления, имею в виду, что в нашей стране действует принцип презумпции невиновности. Поэтому посмотрим, как будет развиваться предварительное следствие и к каким выводам придёт российский суд.

Что касается других военнослужащих, о которых Вы упомянули. Мы не считаем их никакими пленными, они содержатся у нас в наших местах лишения свободы и по ним проводится предварительное разбирательство, предварительное следствие в подозрении в причастности их к террористической деятельности. Вот это вторая часть Вашего вопроса.

Теперь первая – по поводу того, кто и за что несёт ответственность. У нас в России, собственно говоря, так же как почти в любой другой президентской республике, за всё отвечает Президент. Что касается военнослужащих – за их судьбу отвечает Верховный Главнокомандующий. Обращаю Ваше внимание, что у нас это одно и то же лицо.

Все люди, которые по зову сердца исполняют свой долг либо добровольно принимают участие в каких-то боевых действиях, в том числе и на юго-востоке Украины, не являются наёмниками, потому что за это денег не получают.

В нашем общественном сознании то, что происходит на юго-востоке Украины, действительно карательная операция, но она проводится сегодняшними киевскими властями, а не наоборот. Ведь это не ополченцы юго-востока направили свои боевые подразделения к Киеву, а, напротив, киевские власти подогнали вооружённые силы к юго-востоку, используют систему залпового огня, артиллерию и боевую авиацию.

В чём проблема и как из неё можно выйти? Постараюсь ответить и на этот вопрос. Проблема в том, что после совершения государственного переворота – а кто бы как ни называл и что бы по этому поводу ни говорилось, государственный переворот был совершён в Киеве, причём вооруженным путём – часть страны не согласилась с таким развитием событий.

Вместо того чтобы начать с ними хоть какой-то политический диалог, сначала начали применять правоохранительные органы, милицию. Когда это не получилось, начали применять армию. Когда и это не получилось, сегодня пытаются решить вопрос силовым способом с помощью экономической блокады.

Считаю, что этот путь абсолютно бесперспективный, вредный для судеб государственности Украины и для украинского народа. Надеюсь, что нам удастся в ходе диалога – а мы готовы выступать здесь как посредники – выйти всё-таки на прямой именно политический диалог и этими способами, этими политическими инструментами урегулировать ситуацию вплоть до восстановления единого политического пространства.

А.ВЕРНИЦКИЙ: Антон Верницкий, Первый канал.

Владимир Владимирович, происходящее сейчас с нашей экономикой – это расплата за Крым? Может, пора об этом честно сказать?

В.ПУТИН: Нет, это не расплата за Крым. Это расплата, это плата, вернее, за наше естественное желание самосохраниться как нация, как цивилизация, как государство. И вот почему. Я, уже отвечая на вопрос Вашего коллеги из НТВ, сказал, что мы после крушения Берлинской стены, после развала Советского Союза – в Послании тоже об этом говорил – абсолютно раскрылись перед нашими партнёрами. Что мы увидели?

Прямую полную поддержку терроризма на Северном Кавказе. Прямую, понимаете? Это что, партнёры разве так поступают? Я сейчас не буду вдаваться в детали, но это факт, и все это знают. По любому вопросу, что бы мы ни делали, мы всегда встречаем проблемы оппонирования и борьбу с нами.

Давайте вспомним, как страна готовилась к Олимпиаде 2014 года. С каким подъёмом, энтузиазмом мы это делали, для того чтобы устроить праздник не только для наших любителей спорта, но и для любителей спорта во всём мире.

Но ведь это же очевидный факт: были предприняты беспрецедентные попытки, явно скоординированные, дискредитировать и подготовку к Олимпиаде, и сам ход Олимпиады. Это очевидный факт. Зачем? Кому это надо? И так бесконечно.

Я приводил, знаете, на Валдайском клубе так называемом, пример и вспомнил наш наиболее узнаваемый символ – медведя, который охраняет свою тайгу. Вы знаете, в чём дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком. Может быть, его в покое оставят?

Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания. Как только, не дай бог, это произойдёт, и мишка не нужен, так тайгу будут сразу прибирать.

Ведь мы же почти от официальных лиц слышали многократно, что несправедливо, что Сибирь с её неизмеримыми богатствами вся принадлежит России. Как несправедливо? А отхапать у Мексики Техас – это справедливо. А то, что мы на своей собственной земле хозяйствуем, это несправедливо, нужно раздать.

А потом, после этого, как только вырвут когти и зубы, тогда мишка вообще не нужен. Чучело из него сделают, и всё. Поэтому дело не в Крыме. Дело в том, что мы защищаем свою самостоятельность, свой суверенитет и право на существование. Вот это мы все должны понять.

И, если мы считаем, что одна из проблем, которые сегодня есть у нас, в том числе в экономике, в результате санкций, действенная, а это так и есть, из общего объёма проблем, если условно взять, процентов 25, наверное, это влияние санкций – 25-30. Но мы должны это понять. Мы хотим сохраниться и бороться, изменить, кстати, к лучшему, воспользовавшись этими явлениями сегодня, нашу структуру экономики, быть более независимыми, пройти через это – или мы хотим, чтобы нашу шкуру повесили на стенку. Вот у нас какой выбор. И Крым здесь ни при чём.

Д.ПЕСКОВ: Нашу сегодняшнюю трансляцию обеспечивает ВГТРК, телеканал «Россия».

Е.РОЖКОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Евгений Рожков, телеканал «Россия 1», «Вести».

С Крымом всё более-менее понятно. Вопрос, наверное, здесь только в том, сколько придётся в итоге вложить денег в его развитие после непростого украинского прошлого. А задать хочу прежде всего самый больной и острый вопрос – про то, что происходит на востоке Украины, про то, что происходит на части Украины, которую называют сейчас Новороссией, они сами называют себя Новороссией. Какой Вам видится судьба Новороссии, этой части Украины? Верите ли Вы в успех минских договорённостей, приведут ли они к миру? Ну и как дальше будем помогать Донбассу: так же как сейчас, гуманитарными конвоями, или чем-то ещё?

В.ПУТИН: Я уже, по-моему, отчасти ответил на Ваш вопрос, когда отвечал на вопрос Вашего украинского коллеги. Мы исходим из того, что кризис когда-то должен быть решён, и чем быстрее, тем лучше. Первое.

Второе. Он должен решаться и быть решён политическими средствами, а не с помощью давления, всё равно какого: либо экономической блокады, либо применением вооружённых сил. И мы, конечно, будем помогать людям, как мы это делаем сейчас. Вы знаете, уже десятый гуманитарный конвой направлен. Но мы должны всё-таки исходить и из основополагающих принципов международного права, и из права людей самим решать свою судьбу.

Я ведь не случайно, это не проходная фраза, сказал, что нужно восстановить мир, политическими средствами решать. Мы исходим из того, что будет восстановлено и общеполитическое пространство. Какое оно может быть, трудно сейчас сказать. Но, мне кажется, нужно к этому стремиться. К этому должны стремиться обе стороны, в этом проблема. Обе. И нужно уважать людей, которые живут на юго-востоке Украины. Нужно восстанавливать экономические связи.

Известно, что значительная часть электроэнергетики Украины работает на донбасских углях, но до сих пор не покупают. Нас просили оказать давление на юго-восток Украины, на Донбасс, с тем чтобы горняки согласились поставлять. Мы это сделали, но до сих пор не покупают. Почему? Потому что закрыли все банки, невозможно расплатиться. Мне коллеги буквально позавчера сказали: «Да, мы готовы платить, мы перечислили предоплату». Выясняю – нет никакой предоплаты. На карточки, якобы, горнякам. Но карточки не работают. И так по каждому вопросу. Тем не менее другого пути, как путь мирного урегулирования, не существует.

Что касается минских договорённостей, это очень важная часть, и мы – за их исполнение, потому что, во-первых, я был одним из инициаторов самой встречи в Минске вместе с Петром Алексеевичем Порошенко. Безусловно, Президент Украины, конечно, хочет урегулирования, и у меня нет сомнений в том, что он стремится к этому. Но он там не один. Мы сейчас слышим уже заявления других должностных лиц о том, что нужно там чуть ли не воевать до конца, что всё может привести к какому-то общеконтинентальному кризису. Мы слышим много воинственных заявлений. Думаю, что Президент Порошенко настроен всё-таки на урегулирование, но нужны конкретные действия, нужны шаги.

Минские договорённости – нужно их соблюдать или нет? Да, нужно. Повторяю, я был одним из инициаторов. Я сейчас скажу важную вещь, смотрите, хочу, чтобы все вы об этом услышали: наши представители в Минске подписали меморандум в сентябре, а к нему были приложены протоколы, которые определяли линию разграничения, так вот представители Донецка эти протоколы не подписали, вот в чём вопрос. Они с самого начала сказали: «Мы не можем». И, когда мы пытались настаивать, скажу это открыто, честно, здесь такие вещи, которые общественность должна знать, нам ответили: «Не можем мы уйти из этих деревень (там три-четыре деревни, которые являются спорными), у нас там семьи живут, у нас там дети, жёны, сёстры. Мы не хотим, чтобы их там всех поубивали и поизнасиловали». Вот в чём проблема, это самое главное. Но и украинские официальные лица не отводят свои подразделения из тех пунктов, откуда они должны были бы уйти – скажем, из аэропорта Донецка. Они же там сидят.

Но, знаете, какие последние события? Ополчение позволило им ротировать в аэропорту своих военнослужащих, в баню их свозило, продукты питания им посылает. Знаете, можно, конечно, улыбнуться на этот счёт, но, с другой стороны, ведь в этом есть и какой-то позитив. Может быть, в конце концов людям удастся договориться.

Все настаивают на обмене военнопленными. Я считаю, что нужно всех поменять на всех без всяких условий. Но жизнь сложнее. Когда появляются списки, выясняется, что – во всяком случае, как нам говорят представители ополчения Донбасса – в этих списках с украинской стороны есть лица, которые были задержаны совсем не в связи с боевыми действиями на юго-востоке Украины, а где-нибудь в Херсоне или Одессе, надо сверять эти списки. Мы тем не менее настаиваем. Я считаю, что нужно, чтобы люди до Нового года, до Рождества оказались в своих семьях – вне зависимости ни от каких других обстоятельств.

Вчера была договорённость о том, чтобы обменять 30 человек. Представители ополчения выехали на место обмена, появился представитель официальных властей Киева и сказал: «Нет, менять не будем вплоть до следующей встречи в Минске». Можно, конечно, и по этому пути пойти, но, если можно было, привезли 30 человек, то забрали бы их хотя бы. Понимаете?

Ладно, это детали. Во всяком случае всё-таки такой позитив, в том числе и с точки зрения поиска совместного решения к исполнению минских договорённостей, – это очень важный и нужный процесс.

Сейчас договорились о том, что в ближайшее время, сегодня-завтра, в форме видеоконференции должен состояться диалог, а следующий шаг должен произойти уже на встрече в Минске. Но здесь важно ещё и другое: важно, чтобы киевские власти тоже исполняли все свои договорённости. Была договорённость о том, что будет принят закон об амнистии. Где он? Нам всё время говорят о том, что был принят закон об особом статусе. Но он не мог действовать, этот закон, понимаете вы или нет? Потому что закон мог вступить в силу и реально начать работать только тогда, когда был бы принят другой акт об этой разделительной линии, а он так и не был принят. Поэтому нужно прекратить заниматься компиляцией. Нужно понять, что если Украина хочет восстановить мир, спокойствие и территориальную целостность, то нужно уважать людей, которые проживают на отдельных территориях страны, а уважая, вести с ними прямой, открытый, честный политический диалог, именно политический, и прекратить давление. Надеюсь, что в конце концов по этому пути все и пойдут.

Д.ПЕСКОВ: Я незаслуженно забыл про наше ведущее информационное агентство: Вероника Романенкова, пожалуйста.

В.РОМАНЕНКОВА: Спасибо. Агентство ТАСС, Вероника Романенкова.

В этом году стало ясно, что энергетическая дипломатия превратилась в ключевой фактор геополитики. Насколько оправдан разворот России на Восток, газовые контракты с Китаем и Турцией? Просчитаны ли все подводные камни этих проектов, ведь многие до сих пор полагают, что китайский контракт нерентабелен, а «турецкий поток» поставит Россию в зависимость от Турции? У Вас есть что возразить?

В.ПУТИН: Нет, и возражать не собираюсь. Это, знаете, настолько очевидные вещи, даже спора нет никакого. Я часто слышу «разворот России на Восток». А Вы почитайте американскую аналитику. Там пишут о развороте США на Восток. Это есть или нет? Отчасти есть.

А почему? Это связано с политикой? Нет, это связано с процессами в глобальной экономике, потому что восточная часть АТР – Азиатско-Тихоокеанский регион – развивается быстрее, чем все остальные части мира, появляются новые возможности.

С точки зрения энергетики для Китая, для Индии, для той же Японии, для Южной Кореи потребности в энергоресурсах растут семимильными шагами. Там всё развивается быстрее, чем в других регионах мира.

Поэтому что же нам, от этого отказываться, что ли? У нас всё, что мы сейчас делаем, было запланировано давно, ещё до всяких проблем в глобальной и даже в нашей экономике. Это просто реализация того, что мы задумывали раньше.

Что касается контракта с Китаем, он не убыточный. Мы с обеих сторон, я хочу это подчеркнуть, с обеих сторон пошли на льготирование, это правда. На льготирование этого проекта пошла как китайская сторона, я сейчас не буду говорить, какое именно льготирование, там ничего необычного нет.

Просто Правительство приняло решение о том, что предоставит определённые льготы участникам этого процесса, и мы, со своей стороны, приняли решение о предоставлении определённых льгот. И проект, безусловно, стал рентабельным. Безусловно!

Тем более что мы договорились о формуле цены, которая мало чем отличается, если вообще чем-то отличается, от той формулы, которую мы применяем в отношении Европы, но с учётом коэффициентов, связанных с рынком этого региона мира. Это абсолютно нормальное дело.

И кроме всего прочего это позволит нам, России, получая и концентрируя огромные ресурсы на начальном этапе этого проекта, не просто трубу экспортную протащить, а начать газификацию Дальнего Востока. Это позволит нам сделать ещё один очень важный шаг. Какой? Соединить западную трубопроводную газовую систему и восточную. И иметь возможность перебрасывать ресурсы с Востока на Запад и с Запада на Восток тогда, когда это будет выгодно с точки зрения мировой конъюнктуры. Чрезвычайно важная вещь.

Ну и без этого мы просто не смогли бы приступить к газификации регионов Дальнего Востока и Восточной Сибири. Это абсолютно выгодная вещь. Я уж не говорю про то, что это огромная стройка, рабочие места, поступления во все уровни налоговой системы, оживление этого региона мира и наших дальневосточных регионов.

Что касается Турции, турецкая экономика тоже растёт. Она нуждается, так же, как и АТР, в дополнительных энергоресурсах. Мы построили так называемый «Голубой поток» много лет назад. И сейчас турецкие партнёры ставят вопрос о том, чтобы увеличить поставки прежде всего на внутренний турецкий рынок. Что же мы, отказываться будем, что ли?

У нас все договорённости основные с ними есть, связанные с формулой цены, связанные с графиком поставок и так далее. Мы примерно представляем и знаем их потребности. Конечно, мы продадим то, что у нас есть, и то, в чём они нуждаются. Конечно, будем это делать.

Возможен ли так называемый европейский хаб на границе Турции и Греции? Это не от нас зависит. Это зависит в значительной степени от наших европейских партнёров. Хотят они иметь устойчивые, гарантированные, абсолютно понятные поставки из России энергоресурсов, в которых они крайне нуждаются, без транзитных рисков? Замечательно, мы тогда будем работать.

Тогда можно через Грецию выйти и в Македонию, можно дальше выйти в Сербию, можно опять прийти в Баумгартен, в Австрию. Не хотят? Ну и не будем. Просто вопрос в том, что дешевле и надёжнее поставок из России нет и в ближайшей исторической перспективе не предвидится.

Г.ДУБОВИЦКИЙ: Григорий Дубовицкий, «РИА Новости».

Владимир Владимирович, я вернусь к теме ситуации на валютном рынке, тем более она развивается каждый день, миллион россиян это волнует. Многие эксперты, и Вы в том числе, говорили, что одной из причин такой ситуации могут быть действия валютных спекулянтов. Назывались даже конкретные компании, конкретные фамилии. Вы можете назвать этих людей, кто они, россияне или какие-то зарубежные люди? И почему не удаётся их побороть? Они так сильны или мы так слабы?

И, если позволите, второй вопрос по этой же теме: планируют ли ЦБ и Правительство такие меры, как фиксация курса рубля или деноминация рубля?

В.ПУТИН: Это то, что было сделано как раз нашими украинскими партнёрами и никакого положительного результата не принесло. То есть или заставлять продавать, Вы это имеете в виду, заставлять участников экономической деятельности, экспортёров наших основных товаров, у которых есть валютная выручка, в обязательном порядке продавать. Но завтра они придут и купят опять, как это было в Киеве, и в других странах так происходит.

Следующим шагом нужно ограничивать их в приобретении на внутреннем рынке, но так мы далеко зайдём. Поэтому ЦБ не планирует, насколько мне известно, и Правительство тоже, ограничивать наших экспортёров по таким показателям, и правильно делает.

Это не значит, что Правительство не может работать хотя бы через своих представителей в совете директоров. Понимаете, это же наши крупнейшие энергетические компании, они с госучастием прежде всего, и поэтому влияние там возможно. Но никаких директивных указаний, ограничений не планируется, и мы это делать не будем.

Что касается так называемых спекулянтов. Это не уголовно-правовое понятие – спекулянты на валютном рынке. Это могут быть иностранцы – участники валютного рынка, различные фонды, они присутствуют на российском рынке и достаточно активно работают.

Это могут быть и наши компании, и в целом, я же в самом начале говорил, это вполне соответствует практике любой рыночной экономики. Они появляются всегда, когда можно заработать денег.

Не украсть, не кого-то надуть, а именно поработать на рынке, создавая для себя благоприятную ситуацию, подталкивая, допустим, как это было в начале этого процесса, скажем, в данном случае Центральный банк Российской Федерации выходить на рынок и продавать золотовалютные резервы в надежде поддержать курс национальной валюты, проводить так называемые интервенции.

Но ЦБ остановился, и правильно сделал. Надо было, может быть, только пораньше и пожёстче это сделать, тогда не нужно было бы, может быть, ставку поднимать до 17 процентов. Но это другой вопрос, это вопрос, так сказать, вкусовой, хотя он и является весьма существенным, это правда. Ну что, я сказал, кто это такие.

Знаете, два дня назад я с некоторыми из них разговаривал по телефону, по дружбе, и задал вопрос: что же вы придерживаете? Я, кстати, не заставлял ничего делать. «Нам нужно платить по кредитам скоро». Я говорю: понятно, а если по сусекам поскрести, можно на рынок выйти? Подумал, через секунду отвечает: три миллиарда долларов у нас есть. Три миллиарда в загашнике – понимаете, о чём идёт речь? Это же не 30 копеек. Это только у одной компании три миллиарда в загашнике. Так вот по три миллиарда, знаете, наберется не 30, а, может быть, 300 миллиардов. Но заставлять нельзя. Всё равно руководители компаний даже с госучастием, они должны чувствовать, что будет происходить, должны обеспечить устойчивость своих компаний, а для этого Правительство должно с ними работать в тесном контакте и обеспечить их вместе с ЦБ не только валютной, но и рублёвой ликвидностью тогда, когда это им нужно.

В.ПРИХОДЬКО: Добрый день, Владимир Владимирович! «Московский комсомолец», Виктория Приходько.

В ряде регионов нашей страны, в первую очередь в Москве, сокращается количество коек в больницах, соответственно, сокращается медперсонал. Как Вы к этому относитесь? Будет ли подобный эксперимент проведён на остальной территории России? Люди всё-таки опасаются, что из-за такой реформы им не будет предоставлено даже гарантированное Конституцией право на медпомощь.

Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, Вы затронули один из ключевых вопросов нашей текущей жизни, один из фундаментальных, я бы сказал. Образование, здоровье граждан, безусловно, должны постоянно находиться в поле зрения государства и региональных властей, в данном случае московских властей.

Конечно, мы должны видеть, понимать и тонко реагировать на то, что происходит в соответствующем профессиональном сообществе. И все изменения, которые планируются и происходят, мы должны, конечно, делать в контакте с представителями в данном случае медицинской общественности. Если московские власти на каком-то этапе упустили эту часть работы, то это ошибка, и это, безусловно, надо выправлять.

Но ориентироваться прежде всего при решении вопросов развития здравоохранения или образования мы должны на что? На людей, которые пользуются услугами здравоохранения или образования. Миллионы людей ждут от нас улучшения ситуации в сфере здравоохранения. Вот на это надо ориентироваться прежде всего – на потребителей, на граждан. А граждане что говорят? Они не довольны здравоохранением, несмотря на все предпринимаемые усилия. Мы должны проанализировать, почему так происходит и что надо сделать, для того чтобы ситуацию улучшить.

Я сейчас не буду давать оценок того, что сделали московские власти. Они действовали в рамках своей компетенции. Мы говорим о том, что у нас здравоохранение затратно, но не очень эффективно. У нас койки в стационарах часто используются не для лечения больного, а для того, чтобы оздоравливать пациентов, особенно в осенне-зимний период. Это, наверное, тоже неплохо, но койки не для этого созданы.

Нам нужно повышать высокотехнологичность медицинской помощи, как это делается в хороших клиниках – кстати говоря, у нас тоже. Четыре-пять дней человек на койке находится в стационаре, получает интенсивную терапию, а потом он долечивается амбулаторно. У нас сколько на койках проводят? Я сейчас боюсь ошибиться, но не четыре-пять дней в среднем. Гораздо больше.

Более того, московские власти считают, я не проверял, но они считают, что коечный фонд в Москве переразмерен на 30 процентов, и, конечно, с этим надо что-то делать. Почему? Потому что, если сохранять всё в таком виде, тогда нужно платить за землю, платить за электричество, за отопление и так далее. Это неэффективные расходы, они идут не на лечение людей, а на текущие неэффективные расходы. А лучше эти деньги сосредоточить на повышении качества оказания помощи, на обустройстве больниц и поликлиник современным оборудованием, на подготовке медицинского персонала.

Я сейчас говорю о своём отношении в целом к реформе здравоохранения, а не к действиям московских властей. Но то, что в последнее время было сделано московскими властями, мне кажется, в целом правильно. Во-первых, они начали этот диалог с медицинским сообществом. Во-вторых, они приняли решение по дополнительным компенсациям для высвобождающихся врачей: врачам-специалистам плюс к выходному пособию они платят, если я не ошибусь, 500 тысяч рублей, среднему медицинскому персоналу – 300 тысяч рублей, а младшему медперсоналу – 200 тысяч рублей.

Кроме того, готовится программа по переподготовке специалистов. Они могут за счёт городского бюджета от двух-трёх месяцев до двух лет проходить переподготовку. И, конечно, городские власти должны подумать о том, кто, где и в каком качестве будет дальше работать. Но это нельзя делать в отрыве от медицинской общественности. Я очень рассчитываю на то, что московские власти в таком направлении и будут действовать. Аккуратно, аккуратно, чтобы не навредить. Самое главное, чтобы они не забывали главный принцип не только врача, но и главный принцип всех преобразований в здравоохранении – не навреди.

Н.ГАЛИМОВА: Добрый день, Владимир Владимирович! Наталья Галимова, «Газета.Ru».

Выступая перед Федеральным Собранием после референдума в Крыму, Вы употребили выражения: некая «пятая колонна» и «национал-предатели» – Вы вроде никого конкретно не называли, но с Вашей лёгкой руки термин «пятая колонна» вновь вошёл в активный политический лексикон. Те, кто Вас поддерживает, с тех пор называют «пятой колонной» людей, не согласных с властью. А кого имели в виду Вы, когда говорили про «национал-предателей», «пятую колонну», и где для Вас заканчивается оппозиция и начинается «пятая колонна»? И, наконец, чувствуете ли Вы личную ответственность за возвращение этого термина, который только усиливает в обществе враждебность и раскол?

Спасибо.

В.ПУТИН: Не чувствую никакой ответственности в этом отношении. И все мои действия направлены на то, чтобы сплотить наше общество, а не разделять его. Если Вы считаете, что это произошло (а я Вам верю, наверное, так и есть, Вы, может быть, даже чуть тоньше это чувствуете), то я должен быть более аккуратным в своих публичных высказываниях, я подумаю над этим. Но лакировать всё бесконечно тоже невозможно, надо иногда вещи называть своими именами.

Вопрос чрезвычайно сложный. Я говорю совершенно откровенно, мне сложно ответить на это, потому что грань очень тонкая. Трудно, наверное, дать такое научное определение, где заканчивается оппозиция и начинается «пятая колонна».

В этом году мы все (а у нас Год культуры – 2014-й) отмечали юбилей Михаил Юрьевича Лермонтова, нашего гениального поэта. Мы все помним его строки, как он про Бородино писал: «Умрёмте ж под Москвой, как наши братья умирали!» Но он писал и другие: «Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ, и вы, мундиры голубые, и ты, им преданный народ». Он был оппозиционером? Конечно, был оппозиционером. Ведь, если вы знаете, наверняка многие здесь знают, когда он написал «На смерть поэта» на убийство Пушкина, то один из родственников пришёл к нему домой, увидев то, что он написал, и просил его смягчить текст стихотворения.

Он был так возмущён, что усугубил его, заострил и написал в конце: «И вы не смоете всей вашей чёрной кровью поэта праведную кровь!» Он, конечно, был оппозиционер к власти, но я считаю, что он был патриотом. Это очень тонкая грань. Ведь он был офицер, был очень смелый офицер, храбрый, под пули шёл за интересы страны.

Кстати говоря, в последнем фильме Никиты Сергеевича Михалкова вот такие же офицеры. Когда они довели дело до логического завершения – до революции, их потом революционеры утопили. И не знаю – если бы они ретроспективно вернулись к тому, с чего они начинали, действовали бы они так же по разрушению российской государственности, как делали вначале.

Но всё-таки грань между оппозиционерами и «пятой колонной» – она внутренняя, её трудно увидеть внешне. В чём она заключается? Оппозиционер, даже очень жёсткий, он в конечном итоге до конца борется за интересы своей Родины. А «пятая колонна» – это те люди, которые исполняют то, что продиктовано интересами другого государства, их используют в качестве инструмента для достижения чуждых нам политических целей.

П.ДАНИЛОВА: Добрый день! Студенческая газета «Открытка», институт ИГУМО, Полина Данилова.

С этого года ИГУМО начал реализацию Всероссийского проекта «Одарённые дети». Мы уже создали уникальную интернет-площадку для поиска и поддержки одарённых детей из всех регионов России. Этот проект помогает воспитывать чувство патриотизма, формирует социальную ответственность перед государством и, конечно же, развивает наши профессиональные навыки. Важно, что это не коммерческий, а социальный проект, его делают молодые для молодых.

И непосредственно вопрос: будет ли оказываться государственная поддержка подобным социально значимым проектам? И лично Вы, Владимир Владимирович, готовы ли поддержать наши начинания? Мы правда очень надеемся на Вашу помощь и поддержку. Заранее благодарю за ответ и приглашаю Вас в ИГУМО. Мы уверены, что Вам у нас понравится.

В.ПУТИН: Извините, а практически что вы будете делать?

П.ДАНИЛОВА: Сейчас уже работает портал «Одарённые дети» в тестовом режиме, с февраля он будет в открытом доступе. Это такая профессиональная интернет-площадка, где ребята будут общаться по профессиональным интересам.

В.ПУТИН: Они будут общаться, а вы как будете там функционировать?

П.ДАНИЛОВА: Там 25 номинаций. Они выбирают для себя, что им нравится, что им интересно, они общаются между собой и делятся опытом, узнают о конкурсах, где можно участвовать.

В.ПУТИН: Понятно.

Во-первых, это очень правильно, важно, и я хочу пожелать Вам всяческих успехов. Безусловно, мы стараемся поддерживать максимально проекты подобного рода, и ваш тоже. Я попрошу коллег отметить, что конкретно где делается и чем вам можно помочь.

Вы знаете, что совсем недавно в Послании мною было объявлено о том, что будут вводиться стипендии для особо одарённых детей – выпускников школ, которые поступают в вузы, чтобы им на протяжении всего периода обучения государство платило дополнительный бонус, дополнительную стипендию.

Что касается меня лично, в чём я бы ещё мог принять участие? Знаете, сейчас одну тайну вам раскрою, один из небольших проектов. Вы знаете, что после Олимпиады в Сочи мною был инициирован проект по созданию в нижнем кластере в Имеретинской долине постоянно действующего центра по подготовке школьников по нашим основным зимним видам спорта. Этот проект уже начался, но то, что я скажу дальше (Министр спорта сидит, слушает – чтобы он в обморок не упал только, он ещё об этом не знает), я хочу немножко видоизменить этот проект: я хочу, чтобы в этом центре, а мы уже подобрали объект достаточно большой и очень впечатляющий прямо на берегу Чёрного моря, во-первых, чтобы это был негосударственный проект, а во-вторых, чтобы кроме детей, которых мы сейчас собираем со всей страны из детских юношеских спортивных школ, там было ещё две части, чтобы мы туда собирали детей со всей страны из физико-математических школ и из музыкальных школ, и чтобы этот детский центр состоял из трёх частей: спорт, музыка, математика. Я очень рассчитываю на то, что нам в ходе этой работы, а сейчас там по спортивной линии 200 детей, по 21 дню 200 детей со всей территории страны, чтобы так же было и по музыкальным школам, чтобы так же было по физико-математическим школам.

Это поможет нам и специалистам, которые там будут работать, выбирать из этих ребятишек одарённых, особо одарённых детей, присматриваться к ним заранее, работать с ними чуть ли не индивидуально, помогать на следующем этапе найти себя в высшем учебном заведении и затем где-то в практической жизни. Так что мы с вами будем совместно двигаться по этому направлению.

Вам спасибо большое.

А.ЮНАШЕВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Год назад Вы помиловали Ходорковского. Он тогда обещал Вам не заниматься политикой. Сейчас же он заявил чуть ли не о своих президентских амбициях. В связи с этим вопрос: не жалеете ли Вы…

В.ПУТИН: А где он будет избираться в Президенты?

(Смех в зале.)

А.ЮНАШЕВ: Кстати, вопрос: он просто оппозиционер или оппозиционер-патриот, на Ваш взгляд?

В.ПУТИН: Так у Вас один вопрос или два?

А.ЮНАШЕВ: У меня их три.

В.ПУТИН: А остальные что будут делать, пока мы с Вами дискутировать будем до утра?

Действительно, господин Ходорковский обратился с просьбой о помиловании, во всяком случае, бумагу соответствующую прислал. И вроде не собирался заниматься политикой. Но я, когда решение принимал о помиловании, исходил не из того, что он может или не может, будет или не будет заниматься политикой. Это его выбор. Он имеет право это делать так же, как любой гражданин Российской Федерации, если по соответствующим критериям подходит, в том числе и для того, чтобы избираться на высшие должности в стране. Бог в помощь, пусть работает.

Но я принимал решение по гуманитарным соображениям. Он тогда писал о том, что у него мама тяжело больна. Знаете, мама – это святое дело, я сейчас без всякой иронии говорю. И он отбыл большую часть наказания в местах лишения свободы. Какой смысл был человека там держать, имея в виду, что он может не иметь возможности с матерью попрощаться? Ведь об этом шла речь, он об этом мне писал.

Я ни о чём не жалею и думаю, что поступил абсолютно правильно.

П.ПЧЁЛКИН: Владимир Владимирович, вопрос про Олимпиаду, спорт и политику.

Одно из ярчайших событий этого года – это успех Олимпиады, как её провели, как подготовили. В этой связи – был реализован такой огромный проект – можно было бы рассчитывать на мультипликационный эффект в экономике, потому что построена огромная инфраструктура, вложено огромное количество денег. Страна показала, что она в состоянии реализовывать такие огромные проекты. Не кажется ли Вам, что России не удалось воспользоваться плодами Олимпиады, к сожалению, в связи с трагедией на Украине, которая произошла?

И ещё один вопрос просто вдогонку. Мы собираемся проводить в 2018 году чемпионат мира по футболу. Это достаточно дорогостоящее событие, к которому нужна подготовка, вложение денег. И в условиях санкций, падения цен на нефть и курса рубля Россия вообще потянет, на Ваш взгляд, чемпионат мира?

В.ПУТИН: Прежде всего по Олимпиаде. Думаю, что всё, чего мы хотели достичь при подготовке и проведении Олимпиады, мы всего достигли, даже больше того, о чём мечтали. Мы выиграли Олимпиаду, за что отдельное спасибо всем нашим олимпийцам и паралимпийцам, которые действительно настоящие герои этих событий.

Что касается событий на Украине, то, конечно, Олимпиада завершалась на фоне этих, прямо скажем, событий трагического характера. Но не мы же это сделали, не мы же там переворот устраивали. Это не от нас зависит. Лучше бы этого не было, но так случилось.

А что касается того, довольны мы Олимпиадой или нет? Конечно, довольны. Кстати говоря, об этом говорит загрузка объектов. Вы посмотрите, в некоторых странах после проведения Олимпиады пусто совсем. Конечно, есть межсезонье, сейчас было, там более или менее пустовато, но мы заранее подумали об этом и «Формулу-1» там построили и провели, сейчас чемпионат мира по шахматам там провели, массу других соревнований. Вот сейчас (я думаю, что Вы об этом знаете) всё забукировано начиная с конца декабря и до февраля включительно. Так что и до конца горнолыжного сезона там будет всё забито, просто вообще всё, ни одного места нет.

О чём это говорит? Это говорит о том, что у нас с вами, у граждан России, появился новый круглогодичный центр отдыха и оздоровления, и зимний, и летний. Кроме этого мы там будем проводить крупные соревнования по санно-бобслейному спорту, по другим видам спорта. Мы, сейчас я сказал, отвечая на вопрос Вашей коллеги, будем развивать там детский спорт. Хоккейная команда появилась в Сочи, замечательная команда. Она и проигрывает, конечно, она же молодая, но и выигрывает.

Там, знаете, прекрасные болельщики. Мне, помню, Ткачёв, губернатор Краснодарского края, говорил: «Не надо нам команду, у нас нет такой культуры хоккейной. У нас футбол надо развивать. Никто ходить не будет». Я был там не так давно, где-то месяц назад, посмотрел: полный зал, 10 тысяч человек. Полный зал. И болельщикам надо сказать спасибо. Вообще у хоккейных болельщиков уровень культуры достаточно высокий, ведь люди ходят с детьми, с жёнами, целыми семьями ходят, как на праздник. Замечательно. Это всё развивается и будет развиваться дальше.

Что касается чемпионата мира по футболу, да, это дорогая вещь. Но напомню, в отличие от многих других стран, которые даже отказываются от крупных соревнований, знаете, в чём разница у нас с этими странами? Количество людей, занимающихся физической культурой и спортом на тысячу человек, выше, чем у нас, причём выше намного. А почему? В том числе это происходит в связи с недостаточно развитой у нас спортивной инфраструктурой. И если мы хотим жить дольше, если хотим, чтобы население и люди у нас были здоровыми, чтобы они стояли в очереди не за водярой, а за возможностью покататься на коньках, то тогда нужно, чтобы была возможность кататься. Нужно создавать новые футбольные площадки, хоккейные, спортивные залы, важно, чтобы люди тратили имеющиеся у них денежки не на то, чтобы «махнуть» с друзьями, а на то, чтобы вместе пойти в спортивный зал, даже если он платный.

Надо создавать такую культуру, прививать навыки заниматься физической культурой и спортом, тогда у нас будет не 70–71 год, как сейчас, слава богу, у нас уже есть продолжительность жизни, а будет больше. И в этой связи нам нужно проводить такие соревнования, как чемпионат мира по футболу, потому что количество детей, которые будут заниматься футболом, увеличится резко.

И кроме всего прочего, эта инфраструктура будет не в одном городе Сочи, а будет более чем в десяти городах Российской Федерации с развитием транспортной инфраструктуры, с развитием системы здравоохранения, как это в Сочи произошло, и так далее. Это просто дополнительный повод для развития России. И на это денег не жалко.

К.СОБЧАК: Телеканал «Дождь», Ксения Собчак. У меня к Вам два вопроса, если позволите.

Первое. Пока все озабочены событиями в Украине, происходит событие, которое волнует нас, на территории Чеченской Республики. А именно: глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров де-факто объявил, что на территории Чеченской Республики не работают законы Российской Федерации и не работает российская Конституция. А именно: публично он заявил о том, что будут некие расправы над родственниками людей, обвиняемых в терактах, по которым ещё не были приняты судебные решения.

В связи с этим хотелось бы получить ответ. Вы как юрист, как гарант Конституции будете ли защищать тех граждан, которые сейчас подвергаются, по сути дела, досудебным расправам? Их дома уже сжигаются. В единственной правозащитной организации, в ней сегодня происходят в Чечне обыски, был поджог и так далее. Как с этим быть и что с этим делать?

В.ПУТИН: Зачем ты ей дал слово?

Д.ПЕСКОВ: Виноват.

К.СОБЧАК: А можно сразу я второй вопрос тогда задам?

Д.ПЕСКОВ: По одному вопросу. Давайте уважать всех.

В.ПУТИН: Ладно. Давайте второй вопрос.

К.СОБЧАК: Второй вопрос. Я бы хотела всё-таки разъяснить для себя и нашей аудитории по поводу вот этой тонкой грани между «пятой колонной» и оппозиционерами. С Лермонтовым всё стало понятно, но вот хотелось бы с ныне живущими.

Вы, Владимир Владимирович, в своё время публично объявили о том, что против моего отца была развёрнута травля в СМИ. И мне кажется, что сегодня этот термин «травля» опять вернулся в нашу жизнь. Я имею в виду не только травлю Макаревича, травлю какими-то фильмами про выдуманных друзей хунты – а я знаю этих людей и знаю, что они, многие из них, точно патриоты своей страны, – всякими обзывалками типа «жидобандеровцы» на первых федеральных каналах.

У меня есть ощущение, что сегодня ситуация, в которой федеральные каналы специально сеют и разжигают ненависть внутри российского общества. Например, один сюжет о распятом мальчике из Славянска, показанный по первому федеральному каналу, где у государства есть блокирующий пакет.

Этот сюжет был признан, доказано уже, что это была ложь, но никто за этот сюжет не извинился. Вы не боитесь такого градуса ненависти в нашем обществе? Того, что одни люди так настроены против других? И что Вы собираетесь делать для того, чтобы этот градус ненависти снизить? Считаете ли Вы, что по-прежнему люди делятся на Ваших соратников и бандерлогов?

В.ПУТИН: Бандерлоги, конечно, существуют, это Киплинг ещё сказал, не я же.

А если по сути, начнём с первого вопроса, по поводу того, что было сказано Кадыровым в отношении родственников террористов, в отношении их жилья, изгнания из республики и так далее. Вы знаете, конечно, – и здесь у меня нет и не может быть никакого другого подхода, кроме одного, – в России все должны соблюдать действующие в нашей стране законы. Никто не считается виновным до тех пор, пока это не признано судом. Это первое.

Второе. Я уже говорил, что жизнь сложнее и многообразнее. И должен сказать вам из практики работы антитеррористических подразделений, как правило, – я не говорю «всегда», я сейчас поясню, что я имею в виду, – как правило, родственники людей, которые совершают теракты, знают об этом, это как минимум, в подавляющем большинстве случаев.

Но это не даёт права никому, в том числе и руководителю Чечни, право на какие-то досудебные расправы. Здесь абсолютно точно с Вами согласен. И более того, соответствующие правоохранительные органы сейчас проводят по этому случаю предварительную проверку. Кто были те люди, которые сожгли дома, уничтожили родственников террористов, это нужно выяснить, потому что это были люди в масках.

Само заявление Кадырова могло быть и просто эмоциональным, а этим мог кто-то и воспользоваться. Эмоции в таких случаях, мне кажется, понятны, потому что в ходе этого теракта в Чечне было убито 14 милиционеров. И началось всё с убийства сотрудников ДПС не в ходе какого-то боя, столкновения, а просто людей подло расстреляли в упор, и потом погибло ещё дополнительно большое количество людей, всего 14, 38 ранены, в том числе есть тяжелораненые.

Как вы знаете, тысячи людей потом вышли на митинг. В этих условиях, конечно, руководитель республики сделал определённые эмоциональные заявления. Уверен, эти заявления полностью соответствовали ожиданиям со стороны людей, но он не имел на это права. И совершенно правильно будет проверить все эти факты.

Повторяю, кроме публичных заявлений и последовавших затем действий, в том числе по уничтожению этих жилищ, должна быть проведена проверка и установлено, что же на самом деле произошло. Может быть, просто кто-то воспользовался этим и сделал это. Может быть, нет. И тогда соответствующие правоохранительные органы должны будут определённым образом отреагировать.

Вместе с тем, и вы это хорошо знаете, к сожалению или к счастью, как хотите, в мировой практике борьбы с террором такие методы применяются, самым активным образом применяются в Израиле. Но и это ещё не всё, дело не в Израиле.

Сейчас мы стали свидетелями того, что в Соединённых Штатах после 11 сентября были легализованы пытки. Это как можно объяснить? Больше того, они не просто были легализованы, разрабатывалась методика использования этих пыток.

Поэтому жизнь сложна и многообразна, но мы должны придерживаться закона, и здесь я с Вами согласен. Если мы будем выходить за рамки закона, это приведет нас к хаосу. Будем и эти факты тоже расследовать и реагировать на это.

Теперь что касается различных кампаний по травле, как Вы сказали. Я узнал об этом, когда в Москву приехал. У меня и так были подозрения, что в отношении Вашего отца была развёрнута травля, именно организована травля, но когда я приехал в Москву, то нашёл этому прямое подтверждение.

Мне и тогда казалось странным, что после приобретения Анатолием Александровичем Собчаком какой-то несчастной квартиры из 100 метров против него было возбуждено два уголовных дела в течение недели. Месяцами не возбуждают, а здесь в течение недели были возбуждены дела, а потом в ходе избирательной кампании сам факт возбуждения был распечатан в листовках и разбрасывался в Ленинграде с самолётов. Конечно, была явно кампания организована, причём организована определёнными представителями власти в борьбе с ним.

Хочу Вас заверить, что никакой организации какой бы то ни было травли в отношении людей, которые не согласны с нашими действиями, скажем, на Украине, в Крыму или по каким-то внутриполитическим вопросам, никто этим из официальных органов власти, представителей органов власти не занимается.

Если есть какая-то реакция общественности, людей, которые не согласны с этой позицией, то люди, которые столкнулись с этим сегодня, должны понять, что они не могут монополизировать право всех обвинять. Есть люди, которые не согласны с их позицией, и их тоже будут обвинять. Надо научиться на это реагировать адекватно, не шуметь и кричать на каждом углу: «Караул! Рятуйте, громадяне, меня шельмуют!» – а отвечать также в публичной сфере.

Что касается официальных органов власти, хочу ещё раз повторить: никаких попыток, никаких указаний, никакой организации никогда не было и не будет, какой бы то ни было травли в отношении кого бы то ни было. В отличие от нас наши, скажем, европейские партнёры поступают по-другому.

Например, тому же Газманову, Валерии или Иосифу Давыдовичу Кобзону Министерством иностранных дел Латвии было запрещено въехать на территорию Латвийской Республики. Вот это называется «позиция официальных властей». Такой позиции российских властей не было, нет и не будет никогда.

А.АНИЩУК: Добрый день, Владимир Владимирович! Алексей Анищук, агентство Reuters.

За последний год Россия оказалась вовлечена, пожалуй, в один из самых глубоких кризисов в своей новейшей истории. Началось всё с событий на Украине в конце прошлого года, продолжилось ухудшением отношений с Западом буквально до уровня «холодной войны». Сейчас, в последние дни мы видим глубокий валютный кризис, который вполне рискует перерасти в финансовый и экономический, риски такие есть. Я знаю, Вы часто склонны винить во всём происходящем некие внешние силы, но я также знаю, что некоторые представители элит, люди из Вашего окружения, наиболее информированные граждане России, даже несмотря на их публичную риторику, часто склонны винить в некоторых вещах как раз именно Вас, как человека, который на протяжении 15 лет принимает все ключевые решения в России.

В.ПУТИН: Назовите пофамильно.

А.АНИЩУК: К сожалению, не могу: часто жалуются на условиях анонимности. Но в последнее время такие, действительно, в разговорах с журналистами нотки проскальзывают.

В этой связи вопрос, я не буду занимать много времени: насколько Вы уверены в Вашем окружении, в том, что оно безоговорочно Вас поддерживает? И насколько Вы видите риски государственного или даже дворцового переворота? То, что Вы будете делать в случае «оранжевой» или, не дай бог, «красной» революции, Вы говорили много раз. А есть ли у Вас некий план на случай предательства окружения и дворцового переворота?

Спасибо.

В.ПУТИН: Насчёт дворцовых переворотов, успокойтесь: у нас нет дворцов, поэтому и дворцовых переворотов быть не может. У нас есть официальная резиденция Кремль, она хорошо защищена, и это тоже фактор нашей государственной стабильности. Но стабильность основана не на этом: она основана – не может быть никакой другой более прочной базы, чем поддержка российского народа. Я думаю, что Вы не будете со мной спорить в том, что по основным направлениям нашей внешней, да и внутренней политики такая поддержка есть.

Почему так происходит? Потому что люди душой и сердцем чувствуют, что мы (и я, в частности) действуем в интересах подавляющего большинства граждан Российской Федерации.

Теперь по поводу того, кто виноват, кто не виноват в этих украинских событиях, с которых началась серия катаклизмов сегодняшнего дня. Вы знаете мою позицию, я много раз говорил о том, что совершён госпереворот, и это огромная ошибка. Восточная Европа, наши соседи, в том числе и Украина, – это не банановая республика. Это даже не Северная Африка и не Сомали, где можно вот так, с помощью каких-то специальных средств, или боевиков, или людей, которые недовольны даже, может быть, политикой своего руководства, проводить государственные перевороты.

Вы говорите, что я кого-то обвиняю. Я никого не обвиняю – я просто констатирую факт. Но, тоже не вдаваясь в детали и подробности, скажу о дискуссиях, которые у нас с партнёрами на этот счёт есть. Вы знаете известное соглашение между оппозицией на Украине и властью от 21 февраля. Соглашение подписано, три министра иностранных дел, как гаранты этого соглашения, подписались: Германия, Польша и Франция. Мы имели разговоры с руководством Соединённых Штатов Америки, нам всё время говорили: только пусть Янукович не применяет силу, только пусть не применяет силу. Он не применил. Результат – госпереворот.

Нам говорят: «Ну а что мы могли сделать? Ситуация вышла из-под контроля, это называется «эксцесс исполнителя» в уголовном праве». Позвольте, если это эксцесс исполнителя, что вы должны были бы сказать, даже если вы не смогли остановить этих радикалов, которые ворвались в администрацию президента и захватили здание правительства? Вы должны были им сказать: «Знаете что, ребята, мы хотим вас видеть в Европе, мы хотим, чтобы вы подписали и ратифицировали соглашение об ассоциации, вы часть европейской семьи. Но если вы будете действовать таким способом, то вы никогда не будете в Европе и мы вас никогда не поддержим. Ну-ка, давайте возвращайтесь к соглашению 21 февраля, образуйте правительство национального единства и работайте вместе!»

Я уверен, что если бы такая позиция была занята, то сейчас не было бы ни гражданской войны на Украине и не было бы многочисленных жертв. Наши коллеги заняли другую позицию: от пирожков на Майдане перешли к посулам и обещаниям и политического, и экономического характера. Кстати, денежки-то надо заплатить украинскому народу, нет же ни фига, никто ничего не платит. Денег практически не дают, всё только через международные финансовые организации.

Поэтому я считаю, наша позиция была изначально абсолютно выверенной и объективной.

Теперь по поводу элит. Вы знаете, есть элитное вино, есть элитные курорты – нет элитных людей. Вы знаете, что такое «российская элита»? Это работяга, это крестьянин, это человек, на плечах которого держится вся страна, веками держалась, сейчас держится и будет держаться. Всё остальное разделение на какие-то элиты я считаю абсолютно необоснованным. Есть люди богатые и бедные, есть люди здоровые и больные, но они все равны перед страной, перед законом. Есть и богатые люди, которые настроены патриотично. Вы говорите – может быть, некоторые недовольны. Конечно, что им радоваться-то? Они недовольны. Но вопрос в том, как они думают выходить из этой ситуации: быть постоянно в зависимости, постоянно на крюке где-то?

Сейчас одна из наших российских компаний, зарегистрированная где-то в офшоре на каких-то островах, приняла решение о дивидендах. Законная компания, легальная, работающая, правда, в офшорной зоне, большая. Приняли решение. Знаете, что дальше происходило? Поскольку там кто-то из «санкционированных» есть, сказали, что местные директора заявили: «Нет, мы не можем вам перечислить деньги за дивиденды, мы должны проконсультироваться». Им говорят: «С кем проконсультироваться? По закону вы обязаны». – «Обязаны, но не будем». Они говорят: «Но это же произвол, мы на вас в суд подадим!» Знаете, что они сделали? Как вы думаете, что они сделали? Не знаете. Я вам скажу: они уволились просто. Цирк, да и только, уволились. А без их подписи деньги не переводят. А потом, после этого, на эти должности директоров никого не подобрать, потому что команда пришла на эти должности не идти. Всё, деньги зависли.

Если вы говорите о представителях российского бизнеса, они хотят так жить? Большинство из них – нет. Самым главным защитником интересов российских граждан, чем бы они ни занимались, в том числе и бизнесом, может быть только сильное Российское государство.

М.БАЖЕНОВ: Добрый день. Михаил Баженов, «Бизнес ФМ».

Владимир Владимирович, в своём ежегодном Послании Федеральному Собранию Вы сказали о том, что у нас пройдёт амнистия капитала. Прошла уже неделя, но пока никаких подробностей мы не слышали. Хочется услышать подробности, когда она начнётся, сколько она продлится, какой объём капитала Вы планируете вернуть в страну.

И, пожалуй, ещё очень важное. Каким Вам видится механизм этой амнистии? То есть весь ли будет капитал возвращаться, в том числе и тот, который, может быть, получен незаконным путём, или не весь? Здесь, может быть, фильтр какой-то будет. А если будет фильтр, то как бизнесмены отнесутся к нему, поверят ли они, что этот фильтр можно будет пройти и спокойно продолжать бизнес в России? Какие у них, в конце концов, будут гарантии, что после того как они зарегистрируют свой бизнес в России, к ним не возникнет вопросов со стороны правоохранительных, налоговых органов и так далее?

В.ПУТИН: Понятно.

Первое. Сколько мы планируем вернуть капитала? Не планируем вообще. Вопрос не в возврате капитала, это не фискальная мера. Вопрос в легализации. Если бизнес хочет оставить деньги, имущество за границей, пусть оставляет. Вопрос в легализации, в том, чтобы они заявились здесь и зарегистрировались здесь. Вот это самое главное, я хочу, чтобы это было понятно.

Второе. Лично буду следить за тем, чтобы не было никаких нарушений в отношении механизмов и гарантий. Хочу предупредить всех своих коллег, в том числе из правоохранительных органов, будем принимать самые жёсткие меры к тем, кто будет нарушать тот принцип, о котором я сейчас сказал.

И, наконец, по поводу фильтров. Я считаю, что никаких фильтров не должно быть. Все, кто хочет сюда прийти, здесь зарегистрироваться, легализоваться, должен получить такое право. По поводу криминального характера действует презумпция невиновности, о которой я уже много раз говорил. Если не будет ничего другого, то всё считается легальным.

Ну и, наконец, механизмы. Пока они не отработаны, об этом нужно думать, Правительство сейчас работает. Я считаю, что нужно легализовать не только то имущество, которое есть в офшорах, но и то имущество, которое записано, переписано, скрыто на каких-то подставных фирмах, на родственников и так далее внутри самой России. Нужно всем заявить один раз о том, что кому принадлежит, перевернуть эту страничку и пойти дальше.

Е.ТАРАНДА: Владимир Владимирович, здравствуйте, меня зовут Евстолия Таранда. Я представляю первый арктический телеканал «Ямал-Регион» и регион Ямал. Вам передают очень многие привет и слова поддержки, держитесь на внешнем контуре. У меня вопрос будет касаться нашего региона.

Жители, северяне, волнуются, потому что не будет выборов губернаторов Ямала, Югры. Не приведёт ли это к укрупнению? И в целом потом объединения трёх субъектов не произойдёт – Ямала, Югры и Тюменской области? Дело в том, что Вы не раз бывали у нас, знаете, какие у нас условия, какая специфика жизни, работы. Сами понимаете, мы бы не хотели, чтобы это произошло. Какова Ваша позиция на эту тему? Не будет ли один субъект от границ Казахстана до Арктики?

В.ПУТИН: Что касается субъектов Федерации, объединения и всего, что с этим связано, у нас есть федеральный закон и никакого другого пути, кроме объединения различных субъектов в один, не существует, кроме волеизъявления тех людей, которые проживают на этих территориях.

В разных регионах это решается по-разному: или нужно проводить референдум на всех территориях, референдумы, или нужно проводить это решение через соответствующие парламенты. Навязывать сверху никто ничего не будет, и это считаю контрпродуктивным.

В то же время (и здесь все это хорошо знают) у нас абсолютно неравномерно распределены производительные силы по территории Российской Федерации. У нас доходы различных субъектов Федерации отличаются друг от друга в разы (не помню уж во сколько, в 26, что ли, раз или даже больше), доходы бюджетов соответствующих регионов. Уровень жизни людей в этой связи отличается тоже в разы, медицинское обслуживание, образование и так далее.

В общем и целом это плохо, но, повторяю ещё раз, это чувствительная вещь, особенно если это связано с национальными республиками. Мы ни в коем случае не будем идти по пути принудительного объединения. Люди только сами, на основе своего жизненного опыта, на основе понимания того, что происходит в экономике, в социальной сфере, могут принять соответствующее решение.

Конечно, наверное, есть политические силы, которые хотят объединиться, есть политические силы, которые не хотят. Это должно происходить максимально публично, и максимально должна быть общественность в это вовлечена. Никакого навязывания сверху не будет.

ДЖОН СИМПСОН (как переведено): Господин Президент, меня зовут Джон Симпсон. Я представляю «Би-би-си».

Западные страны сейчас почти единогласны в том, что началась новая «холодная война» и что, честно говоря, Вы тоже внесли в это вклад. Мы практически каждый день наблюдаем, как российские самолёты осуществляют очень опасные манёвры в направлении воздушного пространства западных стран. Я думаю, что это осуществляется по Вашим указаниям, поскольку Вы являетесь Главнокомандующим российских войск и только Вы обладаете возможностью направлять российские войска на территорию других суверенных стран, как в направлении Крыма, так и других стран.

Сейчас вы сталкиваетесь с большой проблемой в том, что касается российской валюты. Вам необходимо заручиться поддержкой, в частности, из западных стран.

Я хотел бы задать следующий вопрос: может быть, Вы хотели бы воспользоваться возможностью на этой пресс-конференции заявить западным странам, что сейчас Вы готовы к тому, чтобы заняться эффективным и конструктивным решением проблем на Украине?

Спасибо.

В.ПУТИН: Вам спасибо большое за вопрос.

По поводу наших учений, манёвров, развития Вооружённых Сил. Вы сказали, что Россия в известной степени внесла свой вклад в ту напряжённость, которую мы сейчас наблюдаем в мире. Россия внесла свой вклад, но только в том смысле, что она всё жёстче и жёстче защищает свои национальные интересы. Мы не атакуем – в политическом смысле этого слова, – мы ни на кого не нападаем. Мы только защищаем свои интересы. И недовольство наших западных партнёров, прежде всего американских, связано с тем, что мы делаем именно это, а не с тем, что мы в сфере безопасности допускаем какие-то действия, которые провоцируют напряжённость.

Я поясню. Вы говорите о полётах нашей авиации, в том числе о полётах стратегической авиации. Знаете ли Вы, что Россия в начале 90-х годов полностью прекратила, как это делал Советский Союз, полёты нашей стратегической авиации в отдалённых районах патрулирования? Мы полностью прекратили, а американские стратегические самолёты с ядерным оружием продолжали летать. Зачем? Против кого? Кому угрожали? Мы не летали и не летали, не летали и не летали из года в год. И вот только пару-тройку лет назад возобновили эти полёты. Так кто провоцирует? Мы, что ли?

У нас практически только две базы за границей и то на террористически опасных направлениях: в Киргизии, после того как туда зашли боевики из Афганистана, по просьбе киргизских властей, тогда Президента Акаева, и в Таджикистане – тоже на границе с Афганистаном. Думаю, что и вы заинтересованы в том, чтобы там было всё спокойно. И это обосновано, понятно и ясно.

Американские базы по всему земному шару. И Вы хотите сказать, что мы ведём себя агрессивно? Здравый смысл-то есть или нет? В Европе что делают американские вооружённые силы, в том числе тактическое ядерное оружие? Что там делают?

Послушайте, у нас бюджет Министерства обороны на следующий год вырос, но он в долларовом эквиваленте где-то, чтобы мне не ошибиться, 50 миллиардов примерно. А бюджет Пентагона почти в десять раз больше – 575 миллиардов, по-моему, утвердил Конгресс недавно. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику? Здравый смысл-то есть или нет?

Мы, что ли, свои вооружённые силы выдвигаем к границам Соединённых Штатов либо других государств? Базы НАТО кто двигает к нам, военную инфраструктуру? Не мы. Нас кто-нибудь слушает, хоть какой-то диалог с нами по этому поводу ведут? Нет, вообще никакого. Всегда в ответ только одно: не ваше дело, каждая страна имеет право выбирать свой способ обеспечения безопасности. Да, хорошо. Но тогда и мы тоже будем это делать. Почему нам это запрещено?

И, наконец, я уже говорил об этом и в Послании – система противоракетной обороны. Кто вышел в одностороннем порядке из договора, который, безусловно, являлся одним из краеугольных камней всей системы международной безопасности? Мы, что ли? Нет. Это сделали Штаты. В одностороннем порядке вышли. Создают угрозы для нас. Разворачивают элементы стратегической ПРО не только на Аляске, но и в Европе, и в Румынии, и в Польше – прямо возле нас. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику?

Вопрос: хотим ли мы равноправных отношений? Да, хотим. Но при безусловном уважении наших национальных интересов и в сфере безопасности, и в сфере экономики.

Мы 19 или сколько там лет вели переговоры по присоединению к ВТО. Пошли на очень многие компромиссы. И всегда исходили из того, что эти договорённости являются железобетонными. Сейчас не буду говорить, кто прав, кто виноват. Я считаю, что мы правы в ходе украинского кризиса, я уже об этом говорил и много раз. И считаю, что наши партнёры западные не правы. Но сейчас оставим это. Мы присоединились к ВТО. Там есть правила. В нарушение всех этих правил и в нарушение норм международного права и Устава Организации Объединённых Наций в отношении российской экономики введены санкции в одностороннем порядке, абсолютно неправовым способом. Мы не правы опять?

Мы хотим развивать нормальные отношения и в сфере безопасности, и в борьбе с терроризмом. Мы будем работать вместе по нераспространению ядерного оружия. Мы будем вместе работать над такими угрозами, как распространение наркотиков, организованной преступности, распространение тяжёлых инфекционных заболеваний, в том числе эболы. Мы будем это всё вместе делать, в том числе будем работать и в экономической сфере, если этого хотят наши партнёры.

С.ЖАРКИНОВА: Здравствуйте, господин Президент! Саида Жаркинова, я из Казахстана, представляю телекомпанию «Мир».

У меня, естественно, вопрос интеграционного характера. С 1 января следующего года в полную силу вступает Евразийский экономический союз, и к «большой тройке» – Казахстану, Белоруссии и России – присоединяются Армения и Киргизстан. В условиях кризисных явлений в наших экономиках есть ли повод для беспокойства? И, на Ваш взгляд, не превратится ли этот общий рынок в общий кризис?

В.ПУТИН: Вы знаете, ведь Казахстан, так же как и Российская Федерация, – это нефтегазодобывающая страна, и поэтому вне всякой связи с интеграцией в рамках Евразийского экономического союза так или иначе Казахстан, так же как и Россия, сталкивается с неблагоприятной, в данном случае внешнеэкономической конъюнктурой.

Способны ли мы выйти из этой ситуации? Я уже сказал, неизбежно выйдем из этой ситуации с положительным знаком, со знаком плюс. Неизбежно. И в силу роста мировой экономики и потребностей в энергоресурсах, которые у нас есть, никуда не денутся, и в силу того, что наши экономики так или иначе, безусловно, приспособятся к низким ценам на энергоносители.

Но в чём смысл предложения, которое было сделано Президентом Назарбаевым в своё время и которое мы успешно реализовываем с точки зрения интеграции? Что вместе это делать легче, освобождая пространство свободы для передвижения товаров, рабочей силы и капитала. Конечно, вместе это сделать легче. Более того, за время существования Таможенного союза в последние годы наш товарооборот увеличился на 50 процентов. Это всё-таки серьёзный объективный показатель, и мы будем опираться в том числе и на плюсы, связанные с интеграцией.

«Крестьянская жизнь». Без крестьян нельзя, тем более что 104 миллиона тонн в этом году... Поздравим их ещё раз, крестьян наших, с результатом. Спасибо им большое.

С.САМСОНОВА: Здравствуйте! Светлана Самсонова, газета «Крестьянская жизнь», Волгоград.

Вопрос у меня, естественно, касается развития сельского хозяйства. Его развитие невозможно без решения кадровых проблем. Я приведу пример. У нас есть фермер в Волгоградской области, Михаил Ротов. У него недавно ушёл на пенсию работник, токарь, и он никак не может найти ему замену: и зарплату предлагал по сельским меркам более или менее нормальную, и дом, и питание. Тем не менее никто не хочет идти к нему. С подобной ситуацией сталкиваются и другие фермеры, особенно в сфере овощеводства. Никто не хочет заниматься грязной работой, и фермеры боятся, что уже, например, на следующий год мало кто выйдет в поля. Фермеры считают, что такая ситуация с кадрами – это угроза национальной продовольственной безопасности. Разделяете ли Вы эту точку зрения? Что вообще можно сделать, как решить кадровую проблему в сельском хозяйстве?

В.ПУТИН: Безусловно, я разделяю озабоченности представителей сельского хозяйства по поводу того, что в современных условиях нелегко работать. Но вместе с тем нельзя и не разделять оптимизма тех, кто считает, что расчистка внутреннего рынка для отечественных производителей создаёт дополнительные серьёзные возможности для развития сельского хозяйства.

Что касается кадров, то, конечно, об этом нужно подумать заранее, государство об этом думает. Это касается и подготовки средних специалистов, это касается подготовки специалистов в высшем звене. Всеми этими кадровыми возможностями надо пользоваться. У нас замечательные, просто замечательные высшие и средние учебные заведения, которые готовят специалистов в области сельского хозяйства.

У нас Академия сельского хозяйства влилась в большую академию. Я надеюсь очень, что это даст синергетический положительный эффект и для этой важнейшей отрасли российской экономики.

Кроме всего прочего, мы только вчера и с Председателем Правительства об этом говорили, Правительство приняло дополнительно решение добавить около 20 миллиардов в следующем году, помощь сельскому хозяйству будет где-то в 200 миллиардов рублей по разным направлениям. Надеюсь, что аграрии это почувствуют. Нам, конечно, очень важно сейчас сделать так, чтобы средства, которые будут получены в результате реализации рекордного урожая в 104 миллиона, дошли до сельхозпроизводителей, чтобы они ни в коем случае не осели исключительно в каком-то среднем посредническом звене.

Ну а кадры… Надо вовремя, своевременно привлекать. И с учётом того, что цены на продовольственные товары у нас объективно, а где-то и необъективно всё-таки подрастают, и для потребителя это, конечно, не очень хорошо, но для сельхозпроизводителей это шанс. Надеюсь, что этим шансом все воспользуются.

Е.ЕВТЯКОВА: Здравствуйте! Алёна Евтякова, телеканал «Губерния», Воронежская область.

Владимир Владимирович, скажите, пожалуйста, в моём регионе сейчас (он входит в десятку по вводу нового жилья) объёмы ипотеки выросли до 60 процентов. В связи с экономической ситуацией как будет выглядеть та самая ипотека, кредиты на неё и собственно программа «Молодая семья»?

Если можно, ещё такой смежный подвопрос. Мне не простят, если я его не задам, можно будет практически не возвращаться в город. Скажите, пожалуйста, я когда готовилась к поездке, спрашивала знакомых: «А что бы вы спросили у Владимира Путина?» И подруги моей тёти все как одна: «Да это же главный жених России!» Да, вот так. Больше года холостяцкая жизнь. Есть ли у Владимира Владимировича время на личную жизнь? Если можно, начните с первого вопроса.

В.ПУТИН: Подругам Вашей тёти передавайте привет горячий! Спасибо им за такое внимание.

Что касается ипотеки, это серьёзный вопрос, это реально очень серьёзный вопрос. Конечно, при 17 процентах ключевой ставки Центрального банка развивать ипотеку – сложное дело, если вообще возможно.

Должен сказать, что за текущий год и за предыдущий ипотека развивалась большими темпами, чем мы ожидали, – сейчас боюсь ошибиться в абсолютных величинах, но это больше ожидаемого, повторяю. Сколько были ипотечные? По-разному: сначала – 9,5, потом – 10, но люди очень активно брали.

Больше того, после того как ключевые ставки Центрального банка с начала года с 5,5 процента увеличивались, объём ипотеки не сокращался, а коммерческие банки, как это ни странно, не повышали соответственно уровень ипотечных кредитов – они держали. Я очень надеюсь, что и сейчас банки не будут спешить с пересмотром ставок под ипотечные кредиты.

Почему? Потому что это важно и для людей, и для решения социальных задач, обеспечения жильём, это важно и для экономики, потому что примерно 30–35 процентов от общего объёма финансирования по ипотеке идёт непосредственно прямо в строительную отрасль, а она является мультипликатором для целого ряда других отраслей промышленности.

Но, без всяких сомнений, если эта ставка задержится на какое-то время, Правительство, да и Банк России должны будут подумать над специальными инструментами для поддержки ипотеки: и специальной (имею в виду молодых специалистов, молодых учёных, молодые семьи, военнослужащих), но и общей ипотеки.

Какие здесь возможны варианты? Самые разные, но суть в одном: субсидирование, ничего другого мы не придумаем. Очень важно, и это возможно сделать, чтобы такой сегмент, очень важный для людей и для экономики, был сохранён.

Я говорю, почему возможно? Мы говорили, и я сейчас упомянул ещё раз, ключевая ставка поднята для сохранения макроэкономической стабильности в стране. И правильно, потому что мы, именно опираясь на макроэкономическую стабильность, можем сохранить здоровую экономику. И именно это даёт мне основания оптимистично заявлять, что рано или поздно при такой здоровой экономике мы точно выйдем в положительный тренд.

Но Банк России при этом, при резком поднятии ключевой ставки, обращаю ваше внимание, сохранил ставку для малого и среднего бизнеса в 6,5 процента, а для всего остального бизнеса по так называемым проектам, проектному финансированию, – 9 процентов. Плохо только, что до сих пор Правительство не предложило соответствующих проектов, а механизм должен работать так.

Напомню вам и через вас всем людям, которые бизнесом занимаются: если есть хороший проект, экономически целесообразный, выгодный и стабильный, нужно прийти в коммерческий банк; этот банк должен прийти в соответствующую правительственную комиссию; правительственная комиссия должна подтвердить, что это действительно эффективный и жизнеспособный проект. И банк под это получает соответствующую ликвидность из Центрального банка под ключевую ставку, в данном случае 6,5 или 9 процентов. Вот это для бизнеса малого и среднего и для проектного финансирования сохранено. То же самое или что-то подобное можно сделать и для ипотеки.

По поводу Вашей тёти: я уже приветы передал, всё в порядке, не беспокойтесь. (Смех.)

Мне мой один приятель из Европы, большой начальник, как-то недавно после событий прошлого года говорит: «Слушай, у тебя есть любовь?» Я говорю: «В каком смысле?» – «Ну, ты любишь кого-нибудь?» Я говорю: «Ну да». – «А тебя кто-нибудь любит?» Я говорю: «Да». Он, наверное, решил, что я озверел совсем. Он говорит: «Ну, слава богу», – так водочки махнул. Так что всё в порядке, не беспокойтесь. И с Людмилой Александровной у меня очень добрые отношения, дружеские. Мы с ней регулярно видимся, уж не говорю про детей, это само собой разумеется. Не так часто, как бы мне хотелось, но всё в порядке.

Давайте позволим задать вопрос господину из Турции, а потом из Грузии.

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, добрый день! Маматов Владимир, газета «РепортёрЪ», город Киров, он же Вятка.

Д.ПЕСКОВ: Но Вы же не из Турции.

В.МАМАТОВ: Да, ну что делать, так получилось. (Смех.) Спасибо за аплодисменты.

На фоне глобальных макроэкономических вопросов и тёти, и всего остального абсолютно копеечный вопрос. По сельскому хозяйству задавали вопрос по поводу токаря, мне понравился. У меня тоже очень маленький вопрос, но жизненный.

У нас ситуация в области такая же. У нас делают вятский квас.

В.ПУТИН: Квас?

В.МАМАТОВ: Вятский квас.

В.ПУТИН: Я чувствую, кваску-то махнули уже. (Смех.)

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, а я хотел Вас угостить, но охрана не дала ничего пронести.

В.ПУТИН: Они, знаете, иногда как говорят – мне приносят что-нибудь в подарок, а они говорят: «Владимир Владимирович, сами будете есть и пить или будем проверять?»

В.МАМАТОВ: Я понял, дегустатора специального нет, хорошо.

Вопрос такой. Мы делаем этого кваса много, очень хорошо, делаем давно.

В.ПУТИН: Я вижу! (Смех.)

В.МАМАТОВ: Но беда в том, что его не ставит ни «Ашан», ни основные торговые сети его не берут, хотя по вкусовым качествам и по цене мы легко бьём «Кока-колу», «Пепси-колу» – всё, что они делают. Что нам делать с вятским квасом и с торговыми системами: можем ли мы как-то в них войти или нет?

В.ПУТИН: Вы знаете, шутки шутками, но вопрос абсолютно правильный. Не знаю, насколько вредный напиток «Кока-кола», но многие специалисты говорят, что так и есть, особенно для детей. Я не хочу обижать «Кока-колу», бог с ним, пускай они разбираются, но то, что у нас есть свои национальные безалкогольные напитки (безалкогольный ведь напиток, да?), в том числе квас, это точно совершенно.

И вода, кстати, у нас замечательная своя, вот это нужно, безусловно, продвигать. Вы знаете, только это нельзя сделать директивно, мы не можем выгонять с рынка, создавать неблагоприятные условия для работы на нашем рынке тем инвесторам, которые пришли, начали работать, заняли определённую нишу. Мы не можем этого делать. Но мы можем вам и будем стараться помогать отвоёвывать принадлежащий вам по праву российский национальный рынок. Это такой непростой процесс, но мы постараемся вам помочь.

Давайте всё-таки турецкому коллеге дадим слово.

Ф.САФАРОВ: Фуад Сафаров, турецкое информагентство «Джихан».

Уважаемый Владимир Владимирович! Вы недавно были с официальным визитом в Турции. Но странно, после Вас европейцы-бюрократы поторопились и тоже совершили визит в Турцию.

В.ПУТИН: Что?

Ф.САФАРОВ: Европейцы-бюрократы. Судя по всему, они хотели уговорить Турцию, чтобы Турция присоединилась к санкциям против России. Могли бы прокомментировать?

И как Вы оцениваете будущую перспективу двухсторонних отношений?

Второй вопрос. Есть непризнанная страна Северный Кипр, они 40 лет живут под санкциями Европы. Они ждут от России как державы, чтобы Россия могла помочь решению кипрского вопроса.

В.ПУТИН: Начну с последнего.

Что касается Кипра вообще – Северного и Республики Кипр на юге, Вы знаете, что мы стараемся занять сбалансированную позицию и довести дело до такого решения проблемы, которое устроило бы как северную, так и южную часть острова, как турецкую, так и греческую.

У нас очень добрые отношения с Турцией, соответственно так или иначе это распространяется на Северный Кипр. Я уже не говорю про Грецию, у нас особые отношения с Грецией, имея в виду и религиозную общность. Это данные конкретные, совершенно локальный вопрос, но очень важный для людей.

Мы будем, как и прежде, стремиться к сбалансированному решению без навязывания извне, что очень важно, с тем чтобы люди сами между собой договорились. Потому что, стоит только вмешаться извне, что-то навязать, всегда такие договорённости не являются долговечными.

Но определённый оптимизм всё-таки есть – то больший оптимизм, то меньший, всё-таки контакты есть, и на границе происходит какая-то либерализация и послабление. Будем дальше двигаться в этом направлении.

Что касается уговоров Турции присоединиться к санкциям, я и не сомневался. Я когда был там, господину Эрдогану сказал: «Может быть, о некоторых вещах нам сейчас не стоит публично говорить, не стоит дразнить гусей, а то завтра налетят сюда?» Но господин Эрдоган – крепкий мужик, он мог не делать этого. Я говорю: «Давайте не будем некоторые вещи объявлять». Но он подумал и говорит: «Нет, будем». Это выбор наших турецких партнёров. Он говорит: «Нам скрывать нечего, мы ничего ни у кого не собираемся украсть, утащить. Мы решаем наши двусторонние отношения».

Кстати говоря, вы знаете, много было в нашей истории трагического и драматического, и много хорошего было во времена Ататюрка. Что бы я хотел в этой связи сказать? И в Европе ведь тоже складывалось очень непросто между различными странами и народами. Я думаю, что нам очень хороший пример сотрудничества, выстраивания отношений в современных условиях демонстрируют, скажем, Германия и Франция. Сколько они воевали между собой: и Первая мировая война, и Вторая мировая война, и 1870 год – чего только не было, но в современных условиях выстроились в рамках одного союза, работают очень эффективно. И мы должны хорошие примеры брать на вооружение.

У нас с Турцией очень много, хочу это подчеркнуть, совпадающих региональных интересов. Более того, без активного участия Турции в решении ряда региональных вопросов эти вопросы и решены быть не могут. Поэтому мы очень заинтересованы в развитии отношений и будем это делать.

В.ПУТИН: «Синьхуа» нельзя обойти. Миллиард 300 миллионов человек в Китае живёт.

ФАНЬ ВЭЙГО: Спасибо.

Фань Вэйго, информационное агентство «Синьхуа», Китай.

Уважаемый Президент! Как Вы оцениваете развитие российско-китайских отношений в уходящем году? И какими Вам видятся перспективы развития этих отношений в следующем году? Как известно, в следующем году в Уфе состоятся саммиты БРИКС и ШОС. Как Вы оцениваете взаимодействие России и Китая в этих структурах?

Большое спасибо.

В.ПУТИН: Начну с конца. Должен сказать, что ШОС, и мы об этом знаем, создавалась как структура для решения пограничных вопросов после развала Советского Союза между Китаем и бывшими республиками Советского Союза. Должен сказать, что она в этой части сработала очень эффективно и выполнила свою задачу. У нас ведь не было никаких конфликтов, слава богу, никаких неудовольствий в отношении друг друга. Вопросов было много, они все решены, и решены на основе учёта интересов и Китая, и всех других участников ШОС, в том числе и России.

Но эта структура вышла за рамки своих первоначальных границ, уже в виртуальном смысле этого слова. Она вышла за рамки тех задач, ради которых создавалась. Почему? Да потому, что она востребована. Этого бы не случилось, если бы международное сообщество и сами страны – участницы ШОС не поняли и не осознали, что они заинтересованы в дальнейшей совместной работе.

Сейчас, вы знаете, интерес к совместной работе в рамках ШОС проявляют и Иран, и Пакистан, и Индия, и ряд других стран, которые являются наблюдателями. В качестве постоянных и полноп