Всего новостей: 2262918, выбрано 16044 за 0.110 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 20 октября 2017 > № 2357980 Павел Логинов

Павел Логинов: "Мы могли бы сами оздоровить банк, но это вопрос времени"

Динара ШУМАЕВА

18 октября стало известно, что Национальный Банк одобрил участие четырех казахстанских банков в Программе по оздоровлению банковского сектора, первым из которых стал Евразийский Банк. На встрече с редакторами деловых СМИ председатель правления банка Павел Логинов рассказал о ключевых целях и требованиях Программы, а также о том, как банк планирует использовать эту поддержку и возвращать средства обратно.

Как работает Программа?

Технически механизм участия банков в Программе повышения финансовой устойчивости банковского сектора РК выглядит достаточно просто: банки выпускают субординированные облигации на определенную сумму, которые покупает Национальный Банк. 18 октября Евразийский банк выпустил облигации на сумму 150 млрд тенге под 4% годовых, которые он обязуется погасить по истечении 15 лет.

В тот же день банк приобрел на эту сумму ноты Национального банка под 8,7193% годовых, в которых он обязан «хранить» эти средства. Финансовый институт имеет право каждый год продавать часть этих нот (около 33%) регулятору, получая таким образом необходимую ликвидность.

Как заявил глава Евразийского банка Павел Логинов, часть ликвидности будет направлена на кредитование приоритетных в рамках Стратегии банка сегментов, а вторая часть - на формирование провизий по проблемным портфелям. Также у финансового института есть право использования этих бумаг на операции РЕПО.

Согласно требованиям Программы акционеры банка обязаны до 31 декабря 2022 года солидарно докапитализировать финансовый институт на 75 млрд тенге, при этом 23,2 млрд тенге уже были внесены в капитал банка.

«Задача любой программы оздоровления – запустить механизм генерирования прибыли, чтобы банк сам начал ее генерировать, за счет собственных средств создавать резервы, формировать капитал, и на этот капитал иметь возможность формировать активы, пассивы и зарабатывать еще больше денег, быть доходной организацией», - заявил глава Евразийского банка, говоря о целях и задачах программы.

Он сравнил казахстанскую программу оздоровления с российской, которая была реализована в Российской Федерации. По его словам, существенное отличие двух программ в том, что в Казахстане предполагается активное участие акционеров в оздоровлении банка, в частности, строгое требование – докапитализировать банки, чего не было в России.

«Эта программа, помимо возможности запуска генерирования прибыли, накладывает на банк огромные ограничения. Прежде всего, на акционеров, потому что в программе заложена возможность конвертации облигаций в акции через 5 лет. То есть если банк не выполнит свои обязательства по прибыли, акционеры не вложат эти 75 млрд тенге до 2022 года как обещали, то 99% капитала банка будут национализированы. Этим программа кардинально отличается от российской программы», - добавил он.

На вопрос журналистов, мог бы Евразийский банк справиться без этой программы, г-н Логинов ответил: «Я уверен, что да, но это вопрос времени. Лет за 5 – да, но потребовалась бы поддержка как минимум по зерновым компаниям».

По его словам, сегодня в Евразийском банке есть три основные отрасли, в которых существуют те или иные проблемы с клиентами.

«Три основные отрасли: сельское хозяйство, строительство и логистика – это три группы клиентов, которые имеют те или иные проблемы. Мы понимаем, что это полностью коррелирует с состоянием казахстанской экономики. Сейчас есть такая государственная задача – что делать с зерновыми компаниями? Мы участвовали в круглом столе в Нацбанке, с министерством сельского хозяйства и т.д. Что делать с зерновиками? Там огромные долги, наш банк эта участь не миновала, поэтому я могу сказать, что скорее всего основные резервы, которые мы будем создавать – это, прежде всего, в этих трех отраслях», - сказал г-н Логинов.

«Любой банк может долго работать с убытками. Вопрос ликвидности и вопрос прибыльной деятельности – это два разных понятия. Да, он "проедает" капитал, а ликвидность есть. Деньги собирает и отдает. Но это похоже на некоторую пирамиду, если он за счет этого не зарабатывает, а "проедает", влезает в деньги клиентов – это не механизм. Так можно жить и 10, и 20 лет, но мы хотим построить доходный, честный, чистый баланс», - добавил он.

Стратегия развития – ставка на розницу

Рассказывая о Стратегии банка до 2022 года, спикер подчеркнул, что акцент будет сделан на расширении розничного портфеля, который на сегодняшний день составляет 40% от общего ссудного портфеля (60% - корпоративный сектор). В планах банка кардинально поменять эту структуру, то есть увеличить розницу до 60% (или 70%), корпоративный до 40%.

«Почему розница? Во-первых, мы здесь сильны, имеем хорошую долю рынка, в ряде программ даже лидеры – например, по автокредитованию, посткредитованию. Что мы будем развивать? Карточные, зарплатные проекты. И у нас есть хорошая база лояльных клиентов.

Если посмотреть на наш целевой сегмент – в Казахстане живет около 18 млн населения. Примерно 9 млн человек – это наш сегмент, кого можно кредитовать или предлагать транзакционные услуги. Из этих 9 млн человек, по 2,5 млн человек у нас уже есть записи – это наши клиенты, к которым уже можно обращаться. То есть, в принципе, наша мечта в ближайшие годы – дотянуться до всех 9 млн человек и дать им тот продукт, который нужен», - заявил Павел Логинов.

Что касается корпоративного сектора, то банк не планирует «уходить» оттуда совсем, предполагается агрессивно не наращивать портфель в этом секторе.

Также будут предлагаться новые продукты для малого и среднего бизнеса. «Мы планируем запустить на 2-3 году нашей стратегии транзакционный проект для МСБ – удобное дистанционное обслуживание. На российском рынке есть примеры, мы возьмем их и внедрим здесь. Это для средних, малых предприятий и индивидуальных предпринимателей. Одни из лучших примеров – Модуль Банк, Банк Точка, Альфа Банк, Тинькофф Банк и другие. Такого успешного проекта на казахстанском рынке мы пока не видели», - добавил он.

Стоит отметить, что за 8 месяцев текущего года Евразийский банк демонстрирует отрицательный показатель по прибыли (-9,8 млрд тенге). Комментируя этот факт, глава банка отметил, что такой показатель сформировался ввиду активного создания резервов в 2017 году.

«Да, у нас по итогам 9 месяцев убыток, поэтому ROA отрицательный – почему? Потому что, если вы посмотрите на наш баланс, – мы стали формировать резервы. У нас по плану было 6 млрд резервов, а мы уже 15 млрд тенге резервов сформировали. Акционеры банка поставили мне конкретную задачу – показать реальную картину, сделать банк надежным, максимально работающим, поэтому мы совершенно сознательно пошли на это – да, мы показываем убыток, но за счет этого формируем резервы.

Это не характеристика операционной модели, это характеристика нашего риск-менеджмента», - объяснил спикер. - Мы хотим построить лучший банк в Казахстане. А лучший – это какой? У нас три основных критерия: мы должны быть лучшими в клиентском сервисе, лучшим работодателем и мы должны быть доходными для наших акционеров. Доходными не на бумаге, а при создании 100%-ных резервов – то, что новая команда в последние месяцы демонстрирует, создаем резервы, увеличиваем надежность банка. Из-за этого страдает наша доходность, но надежность повышается".

В рамках реализации Программы менеджмент планирует сформировать в 2017 году резервов на 62 млрд тенге и еще 15 млрд тенге дополнительно по текущей деятельности.

По состоянию на 1 сентября 2017 года активы Евразийского банка составили 945,9 млрд тенге, собственный капитал 90,4 млрд тенге, ссудный портфель 630 млрд тенге, обязательства: 855,5 млрд тенге, доля NPL – 9,56%. Банк занимает 10-е место по размеру активов среди банков РК.

Казахстан > Финансы, банки > kursiv.kz, 20 октября 2017 > № 2357980 Павел Логинов


Казахстан > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. СМИ, ИТ > inform.kz, 20 октября 2017 > № 2357909 Асланбек Амрин

 В Казахстане крупный бизнес начал финансировать научные проекты отечественных ученых, передает корреспондент МИА «Казинформ».

«Мы также запустили механизмы софинансирования. Крупный бизнес начал инвестировать. За 14 месяцев работы на гранты на коммерциализацию проектов Всемирного банка мы привлекли более 4,5 млрд тенге со стороны бизнеса. Это не залоги, это «живой» кэш, это ответственность бизнеса. По каждому проекту софинансирование - 124 проектов итого, то есть начало у нас есть», - сказал вице-министр образования и науки РК Асланбек Амрин в ходе форума «Коммерциализация технологий как инструмент интеграции науки и бизнеса».

Он привел пример совместного с Ульбинским металлургическим комбинатом и Восточно-Казахстанским техническим университетом проекта в Восточно-Казахстанской области на сумму 6,5 млрд тенге, из которых 2,5 млрд тенге «закрывает министерство на три года», другая сторона вкладывает более 4 млрд тенге.

«Это «живой» проект, и мы думаем, что реально будут результаты, и наши разработки будут продаваться и поставляться за рубеж», - отметил вице-министр.

Асланбек Амрин сообщил, что Министерство образования и науки РК автоматизировало систему подачи заявок на конкурсы Всемирного банка и АО «Фонд науки».

«Вы сейчас все подаете онлайн, далее проводится мониторинг, приходит уведомление через смс и все, получаете. Абсолютно все прозрачно. Если у кого-то какие-то вопросы, кто-то недоволен решением или экспертизой, «Фонд науки», к примеру, полностью предоставит разъяснения, пригласит, поработает с учеными», - пояснил он.

Также вице-министр образования и науки напомнил, что ранее Казахстан ратифицировал соглашение о создании и открытии в Астане Международного научно-технического центра (МНТЦ), который предоставляет доступ ученых к зарубежным грантам в сфере биологической и ядерной безопасности. Результаты уже есть: МНТЦ профинансировал уже четыре казахстанских проекта из 14 заявок от ученых стран Центральной Азии.

«Сейчас еще 14 заявок подано, в декабре еще одна «битва» предполагается у нас. То есть я хочу сказать, что ученые получают доступ к международным грантам - это основной результат Министерства образования и науки», - подчеркнул Асланбек Амрин.

Казахстан > Приватизация, инвестиции. Образование, наука. СМИ, ИТ > inform.kz, 20 октября 2017 > № 2357909 Асланбек Амрин


Евросоюз. США. Франция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 20 октября 2017 > № 2357885 Николя Шаррас

«Мысль Путина тоньше, чем представляется»

Французский политолог поделился впечатлениями от беседы с Путиным

Россия — это, прежде всего, европейское пространство. Об этом президент России Владимир Путин заявил на встрече с участниками Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Сочи, отвечая на реплику французского политолога Николя Шарраса. «Газета.Ru» связалась с молодым экспертом, чтобы узнать о его взглядах на европейский путь России.

— В ходе вашего диалога с Владимиром Путиным на Всемирном молодежном форуме в Сочи он сказал, что Россия — это, в целом, европейская страна. Разделяете ли вы этот взгляд?

— Для меня, как и для всех европейцев, Россия — это страна, разорванная между Востоком и Западом. Этот вопрос занимает огромное место в истории политической мысли России. И триста, и сто лет назад здесь были западники и славянофилы, которые спорили об этом. Этот спор продолжается и сегодня.

Мне кажется, что Владимир Путин, рассуждая о европейской направленности России, в большей степени рассуждал о современной Европе. Он видит ее как территорию, которая находится под влиянием США. Америка, в свою очередь, всеми силами стремится искусственно разделить Россию и Европу, хотя у них немало общего.

Ведь есть довольно популярная мысль: как только Россия и Европа объединятся, могуществу США придет конец. Я этот взгляд полностью разделяю.

Таким образом, мне кажется, что мысль Владимира Путина тоньше, чем представляется. Конечно, у Европы и России много общих ценностей. Но, тем не менее, у России есть своя особая специфика. Есть целый ряд различий, и территориальных, и географических, и политических.

Не думаю, что Путин разделяет стремления Шарля Де Голля построить Европу от Атлантики до Урала.

Я воспринял слова российского президента как сигнал ЕС. Здесь сейчас нет независимой внешнеполитической мысли, Евросоюз полностью зависит от США и не хочет этому сопротивляться.

— Расскажите, каковы ваши впечатления от молодежного фестиваля, в рамках которого состоялся ваш диалог с Путиным?

— Ну, самое яркое впечатление — это, конечно, встреча с вашим президентом. Вообще масштабы мероприятия поражают. Насколько мне известно, сюда приехало больше участников, чем ожидалось. И, тем не менее, организаторы справились.

Очень много интересных мероприятий с высокопоставленными спикерами. Я даже не смог попасть на все сессии, на которые хотел. Еще очень ценно, что здесь можно завести очень много профессиональных связей.

— Что вы думаете о евразийском взгляде на развитие России?

— России еще предстоит найти органичный синтез своего исторического багажа: совместить опыт СССР и царской России с современными устремлениями и интересами. У нее, конечно, свой путь и свое мировосприятие.

Если определять зону этого мировосприятия, то она примерно укладывается в рамки бывшего Советского Союза. Мы до сих пор видим, как вдоль этой зоны происходят конфликты, образуются спорные государства, — та же Абхазия и Южная Осетия.

Этим Россия и важна в современном мире. От того, как она ответит на эти вызовы, зависит, в том числе, и судьба Европы.

— Могут ли Россия и ЕС разработать единый подход, чтобы снизить напряжение в этой зоне бывшего советского наследия и перейти на новый уровень взаимодействия?

— В Европе должны появиться новые лидеры, которые сопротивляются нынешнему мировому порядку. Они должны избавиться от американского влияния в дипломатии, политике и экономике. США стремятся заменить европейскую идентичность американской, и в этом заключается основная причина нынешнего напряжения в отношениях между Россией и Евросоюзом. Сегодня власти Евросоюза в большей степени американские, чем европейские.

Россия, на самом деле, — естественный партнер Европы, а не ее соперник. У Европы мощная экономика, у России — земля и ресурсы. Они могут много дать друг другу.

— Но как же быть с традиционными связями Европы и США? Можно хотя бы напомнить, что США приняли активное участие в восстановлении Европы после Второй мировой.

— Действительно, США много сделали, — но потому, что им это было выгодно. И во время Первой, и во время Второй мировых войн США действовали одинаково. Они ждали, пока война нанесет максимальное количество разрушений и только тогда начинали воевать, одновременно предлагая финансовую помощь — на своих условиях.

План Маршалла — как раз один из ярких примеров. Им нужен был рынок, который можно было бы насытить американскими товарами. Если бы в Европе выиграл Гитлер, США, скорее всего, признали бы его как партнера.

— Получается, Европе нужно полностью отказаться от партнерства с США? Или все-таки нужен какой-то баланс?

— Главная проблема в том, что сегодня США пытаются избавиться от любых стран, которые выступают против современной глобализации. А она основана именно на американском экономическом могуществе. Главное, что Европе сегодня надо уяснить: США не та страна, которая занимается благотворительностью.

Когда развалился СССР, у Вашингтона не осталось реальных врагов. И именно в тот момент появился исламский терроризм, — и это тоже была креатура США. Чтобы американская военно-промышленная машина продолжала работать, ей постоянно нужен образ внешнего врага, чтобы конфликты продолжались по всему миру, в том числе в Европе.

— Когда Дональд Трамп только стал президентом США, в России было много позитивных ожиданий. Что он будет относиться к РФ по-другому и отношения наладятся. Сегодня у нас очередной кризис. Почему?

— Да, Трамп пришел, но традиционный американский истеблишмент, который поддерживал предыдущего президента США Барака Обаму, остался. Так что сейчас Трамп увяз во внутренней борьбе. Американские политические дрязги парализовали работу его администрации.

Скандал с «русскими хакерами» и влиянием Москвы на американские выборы только доказывают, до какого уровня дошла эта борьба. Какое это унижение для американской общественности, когда СМИ убеждают ее в том, что русские хакеры использовали покемонов, чтобы увеличить электорат Трампа.

Кроме того, когда мы с моими коллегами обсуждали американские выборы во Франции, мы пришли к выводу. Трамп во главе США лучше, чем его соперница Хиллари Клинтон, — при нем есть хотя бы какой-то шанс на позитивные изменения. Но, опять же, не надо испытывать иллюзий на счет США: здесь очень большая инерция, общий курс американской внешней политики так просто развернуть невозможно. Не стоит ждать, что Вашингтон вмиг преобразится при Трампе.

Тем более, что он бизнесмен. А американский бизнес никогда не был разборчив в партнерах. Важнее всего прибыль.

— Кстати о Франции. Какую политическую силу вы поддерживали на прошлых выборах? Какой подход, на ваш взгляд, стоит выбрать Парижу в его отношениях с Москвой?

— С точки зрения налаживания французско-российских отношений, мне ближе всего подход «Национального фронта» и его лидера Марин Ле Пен. Я тоже выступаю за то, чтобы Франция признала Крым легитимной частью России. Я считаю, что Париж только выиграет от расширения сотрудничества с Москвой. Кроме того, Франции нужно выйти из НАТО, создать независимую армию и избавиться от американского влияния.

«Национальный фронт» мог бы выиграть выборы. Однако французский и европейский истеблишмент сделал все, чтобы этого не случилось. Вся кампания свелась к тому, как всем другим кандидатам победить Ле Пен. Все СМИ и системные политики хотели только одного: провала «Национального фронта». Это какая-то социальная инженерия, манипулирование общественным мнением и подтасовка статистики.

Впрочем, у меня есть вопросы и к «Национальному фронту». В его программе есть рациональное зерно, но «Фронт» все равно лишь меньшее из зол. Ле Пен провалила свою предвыборную кампанию. Она вела себя просто как колхозница, позволила втянуть себя в политическую дискуссию, которая сегодня не имеет никакого отношения с действительностью.

А нужно было просто и прямо говорить о реальных проблемах страны. Это засилье мигрантов во Франции, наступление на традиционные ценности и проблемы с госуправлением.

Сегодня Франция — это Париж, музей под открытым небом и вся остальная страна, которая управляется как банк. Так система работать не сможет.

Евросоюз. США. Франция. РФ > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 20 октября 2017 > № 2357885 Николя Шаррас


Россия > Транспорт > mintrans.ru, 20 октября 2017 > № 2357529 Алексей Ушаков

ПРИТЯЖЕНИЕ КОЖАНОЙ СФЕРЫ. ГАЗЕТА «ТРАНСПОРТ РОССИИ» №42 (1005), 16-22 ОКТЯБРЯ 2017 ГОДА

Футбол – как необходимая составляющая корпоративной культуры.

10–11 февраля 2018 года состоится традиционный, тринадцатый по счету спортивный праздник «День гражданской авиации». Что вы ждете от предстоящего турнира и чем он будет отличаться от предыдущих? Об этом рассказал директор турнира Алексей Ушаков.

– Алексей Игоревич, турнир проводится 13–й год подряд. Для спортивных отраслевых мероприятий – это более чем солидный срок. За счет каких ресурсов удалось сохранить турнир?

– Прежде чем ответить на ваш вопрос, хотелось бы поблагодарить Министерство транспорта РФ и Федеральное агентство воздушного транспорта за официальную поддержку спортивного праздника. Хочу отметить большой личный вклад в проведение турнира заместителя министра транспорта Валерия Окулова и руководителя Росавиации Александра Нерадько. Именно их поддержка, а также большой спортивный интерес со стороны наших постоянных участников стали залогом того, что турнир долгие годы радует нас своими бескомпромиссными футбольными баталиями.

Предстоящий турнир уникален тем, что он будет организован в год, когда наша страна будет проводить Чемпионат мира по футболу, когда все в нашей стране будут дышать большим футбольным праздником. И мы как организаторы «Дня гражданской авиации» постараемся передать этот дух на своем турнире.

– Можете перечислить постоянных участников мероприятия? Турнир имеет статус международного, какие компании и из каких стран приезжают к вам?

– Да, конечно, секрета в этом никакого нет. Аэрофлот, международные аэропорты Домодедово и Шереметьево, авиакомпании S7 и ЮТэйр, Уральские авиалинии – многократные чемпионы турнира. Вот далеко не полный список наших постоянных участников. Что касается международного статуса, то к нам регулярно приезжают команды из соседних дружественных стран: Казахстана – МА Алматы и Белоруссии – Минский завод ГА №407. И мы очень надеемся, что на предстоящем турнире также встретимся с этими интересными и самобытными командами, которые приезжают в Москву с большими группами поддержки.

– Расскажите, пожалуйста, с какой целью проводятся соревнования?

– По итогам турнира определяется лучшая футбольная команда в авиационной отрасли, которая гордо носит это звание до следующего розыгрыша. Кроме того, данное мероприятие также является коммуникационной площадкой для профессионалов отрасли. То есть коллеги, партнеры по бизнесу, конкуренты из разных компаний могут пообщаться между собой в теплой неформальной обстановке, наблюдая за футбольными играми в комфортных условиях. И, конечно, в нашей стране особняком стоит популяризация спорта, здорового и активного образа жизни. Эти идеалы мы стараемся пропагандировать среди сотрудников авиапредприятий.

На наших глазах и благодаря в том числе нашему турниру в компаниях, у которых никогда не были развиты корпоративные спортивные ценности, начали появляться сборные команды по футболу, волейболу, баскетболу, плаванию и т. д. Компании поняли, что спорт повышает лояльность сотрудников к работодателям, является необходимой составляющей для создания здоровой корпоративной культуры, и начали развивать данное направление. Сотрудники с радостью приезжают после работы на тренировки и в дальнейшем участвуют в соревнованиях.

– Какова схема проведения предстоящего розыгрыша?

– Мы планируем привлечь к участию 16 команд, которые будут поделены на 4 группы по 4 команды в каждой. В группах матчи будут сыграны по круговой системе. После этого у нас определятся четвертьфиналисты так называемых Золотого и Серебряного Play off.

– Есть ли какой–нибудь призовой фонд турнира?

– Если вы имеете в виду денежные вознаграждения, то нет. У нас любительский турнир, в котором принимают участие исключительно спортсмены–любители и только сотрудники своих компаний. Денежные вознаграждения создают соблазн всеми правдами и неправдами обойти правила и регламент турнира. А так, конечно, мы вручаем всем отличившимся ценные призы, кубки и медали, а участникам мероприятия, которым повезло меньше, памятные сувениры. Плюс ко всему у нас разыгрывается лотерея среди всех участников и их болельщиков с интересными и нужными в быту и повседневной жизни призами.

– Хотели бы вы сказать какие–нибудь напутственные слова будущим участникам?

– С удовольствием воспользуюсь такой возможностью и приглашаю через вашу газету всех авиаторов из стран СНГ присоединиться к нашей большой спортивной семье. Друзья, приезжайте к нам 10–11 февраля в Москву, привозите с собой как можно больше болельщиков! Гостеприимство, приятные эмоции и высокий уровень организации мероприятия мы вам гарантируем. До встречи на спортивных площадках!

Тимур ОРЛОВ

Россия > Транспорт > mintrans.ru, 20 октября 2017 > № 2357529 Алексей Ушаков


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > mid.ru, 20 октября 2017 > № 2357464 Сергей Лавров

Выступление и ответы на вопросы Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на Московской конференции по нераспространению, Москва, 20 октября 2017 года

Уважаемые дамы и господа,

Очень приятно присутствовать на Московской конференции по вопросам ядерного нераспространения. Вижу здесь много знакомых лиц – моих коллег-дипломатов, представителей иностранных государств, нынешних и прошлых руководителей международных организаций, которые занимаются нераспространением. Спасибо, что вы приехали на это важное, по нашему убеждению, мероприятие. Особая признательность организаторам – Центру энергетики и безопасности во главе с его директором А.В.Хлопковым, с которым Министерство иностранных дел давно и плодотворно взаимодействует. Будем продолжать это делать.

За годы работы форум прочно утвердился в качестве солидной дискуссионной площадки, объединяющей авторитетных представителей «нераспространенческого» сообщества – дипломатов, военных, ученых, экспертов – всех, кто плотно занимается такими важными аспектами глобальной безопасности, как нераспространение оружия массового уничтожения и контроль над вооружениями.

1 июля будущего года мы отмечаем 50-летие со дня открытия к подписанию Договора о нераспространении ядерного оружия – несущей опоры современной системы международной безопасности. К сожалению, сегодня вынуждены констатировать, что режим, созданный этим документом и заложивший правовые основы для целого ряда важнейших соглашений, переживает непростые времена, подвергается серьезным испытаниям.

В немалой степени причина этого связана с тем, что отдельные страны ставят под сомнение общепризнанные нормы и правила, пытаются использовать в узких интересах успехи, ставшие результатом коллективных усилий и компромиссов.

Обеспокоены тем, что к Обзорной Конференции ДНЯО 2020 г. мы пока подходим с неутешительными итогами. Деструктивные действия ряда государств, нарушивших консенсус по проекту итогового документа предыдущей Обзорной Конференции в 2015 г., нанесли серьезный ущерб жизнеспособности Договора, подтолкнули довольно многочисленную группу стран к форсированной разработке договора о запрещении ядерного оружия, который недавно был открыт к подписанию.

Позиция России хорошо известна – мы не намерены присоединяться к ДЗЯО. Его сторонники, включая, например, получившую недавно Нобелевскую премию мира организацию «Международная кампания по запрету ядерного оружия» (ICAN), видимо, руководствуются благой в их понимании целью – обеспечить скорейший запрет на ядерное оружие. Но не будем забывать, что его полная ликвидация возможна только в контексте всеобщего и полного разоружения при условии обеспечения равной и неделимой безопасности для всех, в том числе и обладателей ядерного оружия, как это предусматривает ДНЯО. Представленный же к подписанию документ о запрещении ядерного оружия далек от этих принципов, игнорирует необходимость учитывать все факторы, влияющие сегодня на стратегическую стабильность, и может оказать дестабилизирующее воздействие на режим нераспространения. Как результат – мир может стать еще менее стабильным и предсказуемым.

Нет согласия и по отдельным элементам существующего режима нераспространения. В частности, по-прежнему не ясна перспектива создания на Ближнем Востоке зоны, свободной от оружия массового уничтожения и средств его доставки (ЗСОМУ). Как вы помните, создание этой зоны было торжественно обещано в резолюции по Ближнему Востоку, принятой на Обзорной Конференции по ДНЯО еще в 1995 г. Из-за срыва в последний момент консенсуса по соответствующему документу Обзорной Конференции по ДНЯО 2015 г. был упущен реальный шанс начать, наконец, движение к реализации этой цели. Убеждены, что отсутствие практических шагов на этом направлении, в том числе со стороны США и Великобритании, которые вместе с Россией являются соучредителями Конференции по ЗСОМУ на Ближнем Востоке, будет негативно влиять на основы ДНЯО. Со своей стороны, продолжим содействовать продвижению к созданию такой зоны на Ближнем Востоке, работать со всеми заинтересованными странами и сторонами. Залог успеха видим в нахождении консенсуса о конкретных форматах рассмотрения данного вопроса в широком контексте региональной безопасности.

До сих пор не решен вопрос с Договором о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Мы как принципиальные сторонники этого договора продолжаем работу, направленную на его вступление в силу. Призываем всех, от кого это зависит, прежде всего известные 8 государств, довести до конца подписание и ратификацию Договора, что внесло бы значительный вклад в укрепление режима нераспространения.

Еще один общий вызов – ОМУ-терроризм, для противодействия которому требуются консолидированные усилия всего мирового сообщества. Разумеется, такие действующие механизмы, как КЗХО, КБТО, резолюция СБ ООН 1540, остаются в полной мере востребованы в деле предотвращения попадания ОМУ в руки негосударственных субъектов. Однако для надежного заслона на пути ОМУ-терроризма требуются единые антитеррористические нормы. В этой связи нацелены на скорейший запуск на Конференции по разоружению в Женеве предметной работы над проектом предложенной нами еще в марте 2016 г. международной конвенции по борьбе с актами химического и биологического терроризма. Полагаем, что данная инициатива, отвечающая интересам всех без исключения государств, способна прекратить затянувшийся застой в переговорной деятельности на женевской площадке (имею в виду Конференцию по разоружению).

С тревогой наблюдаем за настойчивыми попытками использовать не по назначению ресурсы Международного агентства по атомной энергии. В частности, превратить его в инструмент политического давления или систему перепроверки разведывательной информации, расширить его мандат на деятельность, не относящуюся к уставным целям и задачам Агентства, а также навязать ему проверку ядерного разоружения, заставить проверять не связанную с ядерными материалами военную деятельность.

Исходим из того, что МАГАТЭ как «приводной ремень» режима нераспространения должно оставаться профессиональным техническим механизмом проверки обязательств по гарантиям, кроме того, играть центральную роль в координации международного сотрудничества в области физической ядерной безопасности (ФЯБ), которое должно быть добровольным, не приводить к раскрытию чувствительной информации. Государства должны сами нести ответственность за обеспечение ФЯБ на своей территории, включая определение соответствующих параметров национальных систем и мер обеспечения безопасности.

Со своей стороны будем добиваться, чтобы система гарантий Агентства оставалась объективной, деполитизированной, обоснованной, опиралась на международное право и способствовала закреплению общих достижений, таких, например, как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) по иранской ядерной программе. МАГАТЭ – единственный орган, уполномоченный Советом Безопасности ООН, осуществляет регулярные проверки в Иране и подтверждает строгое соблюдение им своих обязательств. Надеемся, что нам удастся сообща сохранить и в полной мере раскрыть уникальный потенциал этого Плана действий. В любом случае возврат к ситуации вокруг иранской ядерной программы, которая была до принятия СВПД, невозможен. О восстановлении санкций СБ ООН и речи быть не может.

Очевидно, что провал СВПД, тем более по вине одного из его активнейших участников, а по сути лидера группы «5+1», стал бы тревожным сигналом для всей архитектуры международной безопасности, включая перспективы урегулирования ядерной проблемы Корейского полуострова. Ее решение требует энергичных дипломатических усилий. Главная задача на нынешнем этапе – предотвратить военный конфликт, который неминуемо приведет к масштабной гуманитарной, экономической и экологической катастрофе. Все вовлеченные стороны должны проявлять сдержанность. Напомню, что в каждой резолюции СБ ООН, которая принималась по ядерной проблеме Корейского полуострова (ЯПКП), помимо санкций, содержатся положения о необходимости возврата к переговорам. Альтернативы дипломатическим методам урегулирования ЯПКП на основе диалога между всеми заинтересованными сторонами не существует.

Призываем ответственных членов мирового сообщества поддержать идеи, заложенные в российско-китайской «дорожной карте» урегулирования, основные положения которой содержатся в Совместном заявлении министров иностранных дел России и КНР от 4 июля. Убеждены, что ее реализация будет способствовать снижению военной активности и напряженности на Корейском полуострове, формированию в Северо-Восточной Азии системы равной и неделимой безопасности в целом.

Крайне опасными выглядят систематические попытки отдельных стран и военно-политических союзов расшатать сложившийся баланс в сфере контроля над вооружениями. Стремление добиться военного преимущества, использовать фактор силы для решения узкокорыстных геополитических задач серьезно подрывает стратегическую стабильность. Одной из ключевых проблем в этой связи остаются усилия США и их союзников в Европе, АТР, других регионах создать глобальную эшелонированную систему противоракетной обороны, приблизить ее элементы вплотную к российским, а также к китайский границам.

По существу без ответа остаются наши призывы совместно работать над купированием рисков, связанных с наращиванием качественных и количественных перекосов в обычных вооружениях на европейском континенте. С обеспокоенностью наблюдаем за реализацией планов по совершенствованию в т.ч. развернутых в Европе ядерных бомб, включая повышение их точности и возможное снижение мощности, за усилиями стран НАТО по замене авиасредств двойного назначения, предназначенных как для обычных, так и для ядерных задач. Все это чревато понижением порога применения атомного оружия. Последовательно выступаем за вывод американского ядерного оружия на национальную территорию, за прекращение т.н. «совместных ядерных миссий» НАТО, предусматривающих – в нарушение ДНЯО – привлечение неядерных членов альянса к планированию и отработке навыков применения ядерного оружия.

В сложном положении Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). Мы неоднократно подтверждали приверженность его выполнению. Говорили о готовности обсуждать озабоченности сторон, как наши, так и американские. К сожалению, в Вашингтоне упорно продолжают тиражировать голословные обвинения в наш адрес, отказываясь их конкретизировать. Такой подход не способствует решению проблем вокруг Договора. Наоборот, возникает подозрение, что истинная цель таких «вбросов» – выставить Россию в виде злостного нарушителя международных обязательств, умолчав при этом о собственной нечистоплотности.

Наши сугубо конкретные претензии к США в связи с ДРСМД хорошо известны и, безусловно, понятны профессионалам. В целом о политическом подходе к этой ситуации вчера четко сказал Президент Российской Федерации В.В.Путин на Валдайском форуме.

Негативное влияние на стратегическую стабильность оказывают и другие факторы. Ввиду отсутствия запрета на размещение в космосе систем оружия, кроме, конечно, ОМУ, существует угроза, что космос может стать пространством военного соперничества. Такому развитию ситуации должен быть поставлен надежный заслон. На решение этой задачи направлены российско-китайский проект договора о неразмещении оружия в космосе, а также наша инициатива по неразмещению первыми оружия в космосе, в которой наряду с Россией участвуют еще 16 государств.

Уважаемые коллеги,

Режим нераспространения – коллективная ответственность всего мирового сообщества. Россия намерена неуклонно продвигать положительную повестку дня в интересах обеспечения устойчивости всего режима. Готовы к совместной планомерной работе со всеми, кому небезразлично его будущее, кто заинтересован в упрочении международного мира и безопасности.

Благодарю за внимание. Готов ответить на ваши вопросы.

Вопрос: Вы направили в Вашингтон весьма опытного посла. У него большой опыт в сфере проведения переговоров по разоружению с США. Не предложили ли Вы ему перезапустить диалог с американцами в этой области?

С.В.Лавров: В последние полтора года у нас с американцами диалог действительно «просел». Это произошло еще при администрации Б.Обамы. У нас тогда много чего оказалось подвешенным в неопределенном состоянии, не по нашей вине, но это отдельная тема. После прихода в Белый дом Администраии Д.Трампа, мы обозначили нашу готовность возобновить диалог по всем направлениям, понимая в каком положении Администрация взяла бразды правления в свои руки, под каким немыслимым давлением и под какими обвинениями она оказалась. На ней до сих пор пытаются сорвать зло те, кто ставил на кандидата от демократов. Поэтому мы понимали, что Администрация Д.Трампа находится в непростом положении и выразили готовность возобновить диалог в тех направлениях и масштабах, которые будут приемлемы и комфортны для Администрации Д.Трампа. Я говорил об этом с Президентом США, когда он принимал меня в Овальном кабинете весной этого года. Об этом же за месяц до моего визита туда мы говорили с Госсекретарем США Р.Тиллерсоном. Он приезжал в Москву и был принят Президентом России В.В.Путиным.

Как Вы знаете, у нас в итоге вырисовался канал на уровне заместителей глав внешнеполитических ведомств С.А.Рябков-Т.Шеннон, который среди прочих вопросов в контексте крайней встречи, которая состоялась между ними, был задействован и для того, чтобы посмотреть, где мы находимся по проблематике стратегической стабильности. Основной повесткой дня у этого канала стали двусторонние проблемы и как не допустить того, чтобы эта спираль конфронтации оказалась неостановимой. Повторю, в сентябре состоялся специальный разговор по вопросам стратегической стабильности, прежде всего, о выполнении Договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений 2010 г. и Договора о ракетах средней и меньшей дальности.

Диалог идет. Не могу сказать, что он позволяет рассчитывать на достижение конкретных, значимых результатов в обозримом будущем, но, по крайней мере, он возобновлен и будет продолжен как по двусторонним каналам, так и в контексте механизмов, которые существуют для верификации ДСНВ и ДРСМД.

Вопрос: Я думаю, все здесь согласны с Вами, что ядерная сделка по Ирану должна быть сохранена. Одна из сопряженных с ней угроз связана с вопросами верификации т.н. раздела «Т». Целесообразно ли укрепить мандат МАГАТЭ в части верификации исполнения положения раздела «Т»?

С.В.Лавров: Укрепить то, чего нет, нельзя. У МАГАТЭ нет мандата для верификации раздела «Т». Это отражает консенсус, который был достигнут на переговорах «шестерки» с Ираном при участии ЕС и который был единогласно закреплен в резолюции СБ ООН. Исхожу из того, что изменения любой части этого консенсуса требуют согласия всех членов «шестерки» и, конечно, Ирана. Я убежден, как и наши европейские коллеги, что любые попытки начать такой разговор могут похоронить важнейшую договоренность в сф ере стратегической стабильности и ядерного нераспространения.

Вопрос: На подобных встречах люди искусно уходят от упоминания проблем, связанных с разоружением. Это такой подход элитариев со стороны ДНЯО? Они не позволяют нам достичь этих целей.

С.В.Лавров: Я услышал от Вас не столько вопрос, сколько философские размышления. Мне кажется, мы все-таки должны руководствоваться духом и буквой Договора. В этом смысле принципиально важно сохранять движение по дальнейшему сокращению ядерного оружия, то самое движение к ядерному разоружению, но в контексте сокращения всеобщего вооружения в принципе. Об этом очень подробно вчера говорил Президент России В.В.Путин на заседании дискуссионного клуба «Валдай».

Мы не можем игнорировать достижения военной мысли и промышленности, которые были сделаны уже после того, как Договор о нераспространении вступил в силу. Было бы абсолютно безответственным игнорировать существующие сейчас средства ведения войны. Те, кто инициировал ДЗЯО, пошли именно по пути игнорирования реальных угроз, которые создаются для стратегической стабильности и безопасности в результате появления новых смертоносных, эффективных видов вооружений. Поэтому даже не знаю, что добавить. Договор о нераспространении нужно сберечь. Нельзя допустить, чтобы появление второго параллельного режима в области нераспространения дало возможность тем, кто хотел бы поспекулировать на этой проблеме, играть в свои игры и разводить руками, говоря, что мы будем следовать линии, которая учитывает наличие двух противоречивых документов. По-моему, очень важно эту опасность видеть и не допустить, чтобы она нас всех подстерегла.

Вопрос: Выступая две недели назад в Вашингтоне, сенатор С.Нанн заявил, что для продвижения в вопросе над контролем вооружений не достаточно работать на уровне администраций президентов США и России и внешнеполитических ведомств двух этих стран. Необходимо работать с Конгрессом США, потому что он должен одобрить любое новое соглашение в этой области. Как Вы на это смотрите?

С.В.Лавров: Число игроков должно быть еще больше, поскольку в случае с вопросами нераспространения, стратегической стабильности не только министерства иностранных дел докладывают свои соображения президентам, но это делается вместе с министерствами обороны, у нас также обязательно участие госкорпорации «Росатом», ФСБ – это межведомственный процесс. Безусловно, от того, насколько эффективно в эвентульном пакете договоренностей между Россией и США будут отражены интересы твоего государства, зависит, насколько позитивной будет реакция в парламенте. Поэтому с парламентом, конечно, нужно работать.

Я вижу, как Администрация Д.Трампа старается работать с парламентом и как этому совершенно нормальному процессу пытаются помешать те, кто использует Конгресс совсем не для того, чтобы отстаивать интересы США, а чтобы попытаться создать непреодолимые трудности для самого Д.Трампа и его Администрации. Пока эти игры продолжаются, я сомневаюсь, что можно получить объективную реакцию на те или иные договоренности со стороны Конгресса, учитывая русофобский раж, в который он вошел.

Вопрос: Какой более конкретный вклад, помимо организации подобной Конференции, могла бы внести Россия в обеспечение достижения результатов в Обзорной Конференции по ДНЯО 2020 г.?

С.В.Лавров: Был такой лозунг: «Не спрашивай себя, что страна может сделать для тебя. Спроси себя, что ты можешь сделать для нее».

Нас уже обвиняют не только во вмешательстве в американские выборы. Швеция тоже озвучивала опасения, что предстоящие в будущем году выборы в этой стране будут предметом российского хакерства. Французы и многие другие тоже об этом говорили. Нас обвиняют в том, что мы блокируем выполнение Минских договоренностей по Украине, хотя 90% там прямо поручается делать Президенту П.А.Порошенко. Нас стали обвинять в том, что сирийское урегулирование зависит от России и пока мы ведем себя неправильно. Слава Богу, в последнее время эти утверждения несколько поутихли. Говорят и о том, что за северокорейскую проблему тоже отвечаем мы, поскольку Китай не справляется, как сказал Д.Трамп. Теперь нам начинают делать упреки и в этой связи.

Пытаться ставить вопрос, который может содержать намек, что от России зависит, будет ли успех на Обзорной Конференции, на мой взгляд, совсем некорректно. Я упоминал в общих чертах наши усилия по продвижению консенсуса на последней Конференции. В зале сидит директор Департамента МИД России по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями М.И.Ульянов, который наверняка потом сможет рассказать Вам об этом подробнее.

С огромным трудом было достигнуто понимание того, как начать процесс переговоров по созданию на Ближнем Востоке зоны, свободной от ОМУ. Все компоненты компромисса были готовы, в том числе были учтены выдвигаемые Израилем озабоченности (не буду вдаваться в детали). Именно те соучредители Конференции, которые должны были бы заниматься этим с нами, на деле стали «тормозом» принятия этого важнейшего документа.

У нас нет недостатка доброй воли. Мы и сейчас на переговорах, проходящих в контексте обзорного процесса, продолжаем продвигать эту инициативу, ищем новые дополнительные развязки, которые помогли бы преодолеть сопротивление. Надеюсь, когда вы общаетесь с американцами, британцами, то тоже обращаете их внимание на необходимость обеспечить успех обзорного процесса. Если мы в очередной раз, уже на 35-м году после принятия решения о созыве такой Конференции, провалимся, то, я считаю, нанесем очень серьезный удар по режиму нераспространения и дадим сильные козыри в руки тем, кто хотел бы его развалить.

Вопрос: Россия и США уже предприняли важные шаги в вопросе ядерного разоружения. Ожидаете ли Вы, что разоружение продолжится в двустороннем режиме или предполагаете, что этот процесс расширится и вовлечет другие страны, обладающие ядерным оружием?

С.В.Лавров: Действующий Договор был выполнен. В феврале 2018 г. наступает согласованная дата, когда такое подтверждение должно последовать со стороны США и России. Потом будем думать о продолжительности действия этого Договора, о других шагах.

Убежден, что двусторонний диалог между Россией и США по стратегической стабильности продолжится, но в то же время весьма сомнительно представить себе ситуацию, когда новый, пока еще гипотетический (потенциальный, эвентуальный) раунд переговоров о дальнейшем сокращении ядерных арсеналов состоялся бы только в двустороннем формате. Те цифры, которые отражены в действующем Договоре, уже существенно приближают арсеналы США и России к тем параметрам, на которые вышли другие ядерные страны.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > mid.ru, 20 октября 2017 > № 2357464 Сергей Лавров


Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 19 октября 2017 > № 2358049 Иван Лебедев

«Услуги банков клиентам нужны. А сами банки – уже не очень»

ИВАН ЛЕБЕДЕВ

создатель проекта Rebus Lab

Еще со времен банковского прошлого и по сей день пользуюсь услугами ВТБ24. В целом все устраивает, хотя, возможно, во мне говорят остатки былой корпоративной солидарности: сказывается отданное банку десятилетие. Я не банковский гик, мне неважны смелые эксперименты признанных «банков-инноваторов». А повседневные потребности с запасом закрываются и здесь.

Скорее всего, я следую принципу «не надо делать мне, как лучше, оставьте мне, как хорошо». И банк вполне с этим справляется.

Банк выбрал эволюционный путь развития и меня как потребителя эта модель вполне устраивает. Появляются новые продукты, сервисы становятся удобнее. Несколько лет назад я стал владельцем привилегированного пакета услуг, с удовольствием пользуюсь некоторыми его составляющими. Копятся баллы на бонусном счете, покупаю на них иногда себе что-то из ассортимента витрины программы лояльности. Недавно оформил трэвел-карту и уже несколько раз использовал накопившиеся мили для оплаты авиабилетов.

Если честно, не могу придумать причину, которая могла бы меня мотивировать на принятие решения о смене банка.

Субъективно – за последний год ситуация с качеством сервиса не изменилась. В целом, не хватает индивидуализации подхода: если уж ты говоришь клиентам о премиальном сервисе - будь добр его обеспечивать.

С точки зрения бытового комфорта тоже есть к чему стремиться. В ближайшем ко мне офисе на Воздвиженке очередь в зону «Привилегии» порой больше, чем в обычную клиентскую зону. При этом навигация в зону «Привилегии» не выстроена и приходится надеяться на милость администратора зала или управляющего.

А недавно бойкая девушка-оператор контакт-центра предложила моей жене стать клиентом «Привилегии», пообещав сказочные блага, но забыв упомянуть о стоимости пакета и соблюдении необходимых условий для его бесплатности. В итоге второй месяц подряд была списана комиссия за пользование пакетом, подана жалоба и ведутся какие-то внутренние разборки - кто прав, кто виноват.

Банк для себя и банк для бизнеса – это один и тот же банк. В моем случае это именно так. Во многом это вызвано удобством управления личным бюджетом и финансами проекта, хотя, каюсь, видимо отчасти это инерция сознания и бытовая лень.

Счет для своей компании я открывал в начале 2015 года. Тогда я только получил документы из налоговой о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, и это отдельная душещипательная история обо всех перипетиях, связанных с той самой регистрацией. На одном из форумов по качеству клиентского сервиса я посвятил свое выступление личному клиентскому опыту, связанному с первыми шагами в качестве предпринимателя. Оно было проиллюстрировано картинами из «Божественной комедии» Данте Алигьери с кругами ада и мемом про Карла из зомби-драмы The Walking Dead.

Как раз тогда открылся контракт с PwC - и счет нужен был довольно срочно. Не считая полутора часов, проведенных в офисе банка, и нескольких десятков подписанных бумажек, связанных с открытием счета, сам счет мне пообещали открыть через неделю-полторы. Пришлось применить запрещенный прием и попросить об ускорении процедуры бывших коллег. В итоге на следующий день счет был открыт, а я получил первый авансовый платеж.

Услугами офисов банка в бизнес-целях я давно не пользовался, поскольку все необходимые мне сервисы доступны в дистанционных каналах. В общем-то, учитывая консалтинговую специфику моего проекта, я пользуюсь довольно ограниченным набором сервисов. Это расчетно-кассовое обслуживание и интернет-банк.

С удовольствием отметил три вещи: смену интерфейса в интернет-банке, появление мобильного банка для предпринимателей и легкой версии интернет-банка, не требующей никаких токенов, ключей и других гадостей, привязывающих пользование сервисом к конкретному компьютеру.

Я регулярно веду конференции и форумы, посвященные различным вопросам работы с юридическими лицами и предпринимателями, слышу, что говорят представителя банков, чем они живут, какие вопросы в тренде, а какие, напротив, являются «уходящей натурой». Сравнительно недавно мы с коллегами из конференционной компании Auditorium провели форум по качеству сервиса в этом сегменте, где предложили банкирам развернуть сложившийся формат проведения подобных мероприятий и услышать на одной из сессий голос клиента, пригласив туда предпринимателей и владельцев компаний из разных индустрий.

Так вот, подводя итоги того мероприятия, все участники пришли к выводу, что лучший банк для предпринимателя - это банк, которого не замечаешь. Банку уже недостаточно минимизировать препятствия, улучшая продукты, процессы и качество сервиса. Он должен помогать клиенту развивать бизнес. Вот что способно выделить его из серой массы однотипных коммодити-предложений.

В целом банк, по-моему, это во многом уже устаревшая конструкция. Услуги, оказываемые банками, клиентам нужны. А вот сами банки - уже не очень. Хотя, безусловно, в один день и даже в одно десятилетие банки не исчезнут, это очень инерционный процесс. Особенно в нашей стране «дворников и сторожей», где так любят, и порой небезосновательно, все регулировать.

Консалтинговый проект Rebus Lab был основан в 2015 году в Москве, работает преимущественно с банками. Ключевая экспертиза: геомаркетинг, офисы самообслуживания, разработка и операционализация функциональных стратегий, оптимизация продуктовых линеек и бизнес-процессов, модели продаж, сервисные модели.

У вас свой успешный бизнес, но банк не помогает его развивать? Вы устали от постоянных отказов банкиров? Вы не знаете, как правильно построить работу с банком?

Расскажите нам свою историю, и банк вас услышит. Проверено журналистами Банкир.ру.

В случае интереса пишите личное сообщение в группу или на адрес redaktor@bankir.ru.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 19 октября 2017 > № 2358049 Иван Лебедев


Россия. Китай. Весь мир. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 19 октября 2017 > № 2355892 Владимир Путин, Джек Ма

Заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Владимир Путин выступил на итоговой пленарной сессии XIV ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» под названием «Мир будущего: через столкновение к гармонии».

Общая тема «Валдая» в этом году – «Созидательное разрушение: возникнет ли из конфликтов новый мировой порядок?».

Участники дискуссий в течение четырёх дней работы форума обсуждают происходящие в современном мире политические и социальные конфликты, возможности адаптации общества к новым факторам и условиям. Через анализ современных конфликтов эксперты и политологи прогнозируют контуры мира будущего.

В этом году заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай» собрало более 130 участников из 33 стран мира.

Вместе с главой Российского государства в итоговой пленарной сессии приняли участие бывший президент Афганистана Хамид Карзай, научный директор Норвежского Нобелевского института Асле Тойе, председатель совета директоров компании «Алибаба-групп» Джек Ма.

* * *

Ф.Лукьянов: Уважаемые друзья! Дорогие гости!

Я очень рад приветствовать вас сегодня на пленарном, финальном заседании XIV конференции Валдайского клуба.

Мы, как и всегда, до этого заседания провели три интереснейших дня в дискуссиях на самые важные и актуальные темы. Название в этом году, может быть, немножко претенциозное. Мы заимствовали его у знаменитого экономиста и социолога XX века Йозефа Шумпетера, вспомнив его термин «созидательное разрушение», из которого, по его версии, рождается новый порядок и новый мир. Мы в эти дни пытались понять, всё-таки в этом словосочетании на какую часть надо делать упор – на созидание или на разрушение, ну и высказывались очень разные точки зрения.

Я хотел бы прежде всего попросить председателя совета Фонда «Валдай» Андрея Быстрицкого очень коротко рассказать, о чём, собственно, мы разговаривали и к чему пришли. Андрей Георгиевич.

А.Быстрицкий: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые господин Карзай, господин Ма и господин Тойе! Уважаемые коллеги!

Это большая честь – быть сегодня вместе с вами на заключительной панельной дискуссии XIV ежегодной Валдайской конференции. Конференция, на мой и не только на мой взгляд, весьма удачная. Во всяком случае практически все, с кем мне довелось поговорить, высказывались о нашей конференции в самой превосходной степени.

В какой-то мере мне кажется, что ежегодные большие валдайские конференции с их возрастающим, по-моему, качеством в чём-то напоминают нотные листы композитора Ференца Листа, который писал на них пометки для музыкантов. На первом он написал: «Играть быстро», на втором – «Ещё быстрее», на третьем – «Так быстро, как только возможно», а на четвёртом – «Ещё быстрее». Так что для следующей валдайской конференции нам надо придумать что-нибудь особенное.

Имя нынешней конференция – «Созидательное разрушение: возникнет ли из конфликтов новый мировой порядок?» Эта тема стала естественным развитием предыдущих валдайских конференций, на которых обсуждались и тот самый мировой порядок, и существуют ли какие-нибудь правила мировой игры, и многое другое.

Идея того, что, разрушая, можешь созидать, конечно, не нова. Ещё в древности говорили, что борьба, конфликт – основа всего. Другое дело, что развитие через противоречие возможно тогда и только тогда, когда люди в состоянии рационально подходить к конфликтам, действовать разумно.

К сожалению, и это было отмечено в предварительном докладе нашего клуба, рациональность ныне в дефиците. Похоже, к достижениям нашего клуба можно теперь отнести появление фактически нового термина «стратегическая фривольность», что означает готовность создавать крайне рискованные ситуации в угоду сиюминутным, тактическим, часто даже вздорным интересам. Да и в целом конференция изобиловала самыми разными и весьма яркими заявлениями, что в какой-то степени отражало общий настрой, общее чувство того, что, возможно, наступают крайние времена. Сказал же один из участников, что самое главное – избежать войны в ближайшие 15 лет, а другой вообще оценил вероятность войны на Корейском полуострове в 20 процентов.

В целом же в ходе нашей конференции мы пытались охватить максимально широкий круг конфликтов, которые определяют судьбу человечества. Так, речь шла о конфликте геополитических картин мира, о том, что элиты разных стран мир видят неодинаково. А это означает, что никакого общего представления о том, какое будущее нужно человечеству, нет. Но в то же время невозможно и обойтись без этих общих представлений, поскольку мир куда более един и его части связаны между собой теснее, чем когда-либо прежде.

Беда ещё и в том, что нынешний мир не столько производит безопасность, сколько потребляет и тратит прежнюю, накопленную многими осторожными политиками прошлого. По мнению некоторых членов клуба, необходимо вообще пересмотреть когда-то незыблемые понятия геополитики – вроде разделения на центр и периферию или континентальные и морские державы.

Обсуждались и конфликты, связанные с гуманизмом и технологиями. Ещё сравнительно недавно технологии в сущности усиливали, развивали существующие качества человека, помогали ему удовлетворять свои потребности, например в быстрой езде. Паровоз был, конечно, изобретён именно для этого. Но теперь новые технологии фактически видоизменяют структуру потребностей человека, навязывают ему новые, прежде никогда не существовавшие модели поведения. В конце концов в той или иной форме появится искусственный разум, а роботы заменят человека во многих профессиях. Но что будут с этим делать люди, какова будет их реакция – большой вопрос. Особо если искусственный интеллект, как заметил один из участников, явится в образе очаровательной блондинки.

Зато совершенно очевидно, помимо этого, что новые информационные технологии привели к тому, что информационное пространство стало таким же ценным, как и простая земля во времена Колумба, и вторжение в чужое информационное пространство воспринимается сейчас как важнейшая угроза национальной безопасности.

Не могли мы и не обсудить конфликт человека и природы. Хотя бы потому, что, пускай даже с искусственным разумом в обнимку, люди должны где-то жить, а территории дикой природы стремительно сокращаются. Уже сегодня число тигров, например, живущих в неволе, превосходит количество тех, кто остался в тайге или в джунглях. Мы обсуждали, что наше отношение к природе должно быть радикально пересмотрено, что экономика в какой-то степени должна быть подчинена экологическим доминантам. И прежде всего потому, что могущество человека возросло многократно, а вот возросла ли ответственность за мир и наша возможность регулировать мировые процессы – это вопрос.

Кроме того, буквально вчера был представлен валдайский «Индекс готовности стран к будущему», разработанный при поддержке ВЦИОМ. Этот индекс, пока охвативший страны «большой двадцатки», должен показывать готовность стран, государств к различным вызовам будущего, которые, по всей видимости, малопредсказуемы.

И ещё одно. Мы впервые вручили новую валдайскую премию, первую: за вклад в понимание современных мировых процессов, объяснение происходящего. И, согласно решению жюри, в этом году её получил российский академик, востоковед Виталий Наумкин. Спасибо большое.

Ф.Лукьянов: Спасибо, Андрей Георгиевич. Как Вы видите, повестка была крайне насыщенной и охватывала практически всё что только можно.

Когда собираются эксперты, они могут себе позволить алармизм и даже какую-то долю пессимизма, смотреть в будущее со страхом. Но в этом их преимущество перед политиками, потому что политики, государственные деятели такого себе позволить, безусловно, не могут: они обязаны быть оптимистами. Поэтому я хочу предоставить слово Президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину для заряда оптимизмом.

В.Путин: Большое спасибо!

Не знаю, насколько это будет оптимистично, но знаю, что у вас очень активные шли дискуссии эти три дня. Попробую, как у нас уже сложилось, высказать свою точку зрения по некоторым вопросам. Если в чём-то повторюсь, то вы, пожалуйста, не сердитесь, потому что я не следил за всеми дискуссиями.

Вначале хотел бы поприветствовать и господина Карзая, и господина Ма, господина Тойе, всех наших коллег, друзей, вижу в зале очень много знакомых лиц. Рад всех приветствовать на заседании Валдайского клуба.

По традиции этот форум посвящён дискуссиям по самым актуальным вопросам глобальной политики и экономики. На этот раз организаторы, как только что было сказано ещё один раз, предложили весьма сложную задачу – попытаться заглянуть за горизонт, поразмышлять над тем, какими будут грядущие десятилетия для России и всего международного сообщества. Конечно, нельзя до конца предугадать и учесть все возможности и риски, с которыми мы столкнёмся. Но нам нужно понимать, чувствовать именно ключевые тенденции, искать нетривиальные ответы на вопросы, которые ставит и ещё наверняка поставит перед нами будущее. А темп событий таков, что реагировать на них нужно постоянно и быстро.

Мир вступил в эпоху стремительных перемен. Реальностью, обыденностью становится то, о чём ещё совсем недавно говорили как о фантастике, как о чём-то несбыточным. Качественно новые процессы одновременно разворачиваются во всех сферах. Напряжённая динамика общественной жизни разных стран, технологическая революция – всё это переплетается с изменениями на международной арене. Обостряется конкуренция за место в мировой иерархии. При этом многие прежние рецепты глобального управления, преодоления конфликтов и естественных противоречий уже не годятся, часто не срабатывают, а новые ещё пока не выработаны.

Разумеется, интересы государств далеко не во всём совпадают. Это нормально, естественно, так было всегда. У ведущих держав разные геополитические стратегии, видение мира. Такова неизменная сущность международных отношений, построенных на балансе взаимодействия и конкуренции.

Правда, когда этот баланс нарушается, когда под вопрос ставится соблюдение и даже само наличие общепринятых правил поведения, когда свои интересы продавливаются любой ценой, противоречия становятся непредсказуемыми и опасными, приводят к жёстким конфликтам.

При этом ни одна реальная международная проблема в таких условиях и при такой постановке вопроса не решается, отношения между странами только деградируют. Безопасности в мире становится меньше. Вместо продвижения прогресса, демократии свободу рук получают радикальные элементы, экстремистские группировки, которые отрицают саму цивилизацию, стремятся ввергнуть её в архаику и хаос, в варварство.

История последних лет наглядно всё это продемонстрировала. Достаточно посмотреть, что получилось на Ближнем Востоке, который попытались переоформить, переформатировать под себя некоторые игроки, навязать чужую модель развития через управляемые извне перевороты, а то и просто напрямую силой оружия. Вместо того чтобы сообща выправлять ситуацию, нанести реальный удар по терроризму, а не имитировать борьбу с ним, некоторые наши коллеги делают всё, чтобы хаос в регионе стал перманентным. Кому-то кажется до сих пор, что можно управлять этим хаосом.

А вот некоторые современные опыты последнего времени всё-таки показывают и положительные примеры, имею в виду – наверное, вы и ожидали, что я это скажу, – сирийский опыт. Он как раз показывает, что такой самоуверенной и разрушительной политике есть альтернатива. Россия противостоит террористам вместе с законным правительством Сирии и с другими государствами региона, действует на основе международного права. И я бы хотел сказать, что эти действия, позитивное движение даётся нам непросто. В регионе очень много противоречий. Но мы набрались терпения и с этим терпением очень аккуратно, взвешивая каждый шаг и слово, работаем со всеми участниками этого процесса, уважая их интересы.

И наши усилия, результативность которых когда-то, ещё совсем недавно, коллеги ставили под сомнение, скажу аккуратно – всё-таки вселяют сегодня надежду. Они оказались очень важными, правильными, профессиональными и ко времени.

Или другой пример – клинч вокруг Корейского полуострова, наверняка вы об этом тоже много сегодня говорили. Да, мы, безусловно, осуждаем ядерные испытания, проводимые КНДР, полностью выполняем при этом все решения в отношении Северной Кореи, принятые в рамках Совета Безопасности ООН, – я хочу это подчеркнуть, коллеги, чтобы здесь не было никакого двойного толкования: мы выполняем все решения Совбеза ООН. Но решать эту проблему, безусловно, нужно путём диалога, а не загонять Северную Корею в угол, не угрожать применением силы, не опускаться до откровенного хамства и ругани. Нравится это или не нравится, нравится кому-то северокорейский режим или не нравится, нельзя забывать, что Корейская Народно-Демократическая Республика – это суверенное государство.

Любые противоречия нужно разрешать цивилизованно. Россия всегда выступала именно за такой подход. Твёрдо убеждены: даже самые сложные узлы, будь то кризис в Сирии или в Ливии, на Корейском полуострове или, скажем, на Украине, надо распутывать, а не рубить.

То, насколько хрупкой может быть стабильность даже в благополучном, состоявшемся государстве, наглядно показывает ситуация в Испании. Кто ещё совсем недавно мог ожидать, что дискуссия о статусе Каталонии, имеющая давнюю историю, выльется в острый политический кризис?!

Позиция России здесь известна. Всё происходящее – это внутреннее дело Испании и должно быть урегулировано в рамках испанского законодательства в соответствии с демократическими традициями. Знаем, что руководство страны предпринимает шаги в этом направлении.

В ситуации с Каталонией мы увидели единодушное осуждение сторонников независимости Евросоюзом и целым рядом других государств. Вы знаете, в этой связи не могу не отметить: раньше надо было думать об этом. Что, никто не знал о подобных длящихся веками противоречиях внутри самой Европы? Знали ведь, правда? Знали. Однако в своё время фактически приветствовали распад целого ряда государств в Европе, не скрывая радости по этому поводу.

А зачем же нужно было так бездумно, исходя из текущей политической конъюнктуры и желания угодить – прямо скажу – «старшему брату» из Вашингтона, безоговорочно поддерживать отделение Косово, провоцируя подобные процессы в других регионах Европы, да и в мире?

Напомню, что, когда Крым, например, так же объявил о своей независимости, а затем и в результате референдума о присоединении к России, вот уже почему-то это не понравилось. А теперь вот, пожалуйста, – Каталония. В другом регионе – Курдистан. И это, может быть, ещё далеко не исчерпывающий список. И возникает вопрос: а что мы будем делать, как к этому относиться?

Получается, на взгляд некоторых наших коллег, есть «правильные» борцы за независимость и свободу – и есть «сепаратисты», которые не могут отстаивать свои права, даже с помощью демократических механизмов.

Подобные, как мы говорим всё время, двойные стандарты – вот ярчайший пример двойных стандартов – таят в себе серьёзную опасность для стабильного развития Европы и других континентов, для продвижения интеграционных процессов в мире.

В своё время апологеты глобализации убеждали нас в том, что гарантией от конфликтов и геополитического соперничества станет всеобщая экономическая взаимозависимость. Увы, этого не произошло; больше того, характер противостояний усложнился, они стали многослойными и нелинейными.

Да, взаимосвязь – это сдерживающий, стабилизирующий фактор. Но вместе с тем мы наблюдаем всё больше примеров, когда политика грубо вмешивается в экономические, рыночные отношения. Совсем недавно говорили, что это невозможно, контрпродуктивно и этого нельзя допустить. Теперь те, кто так говорил, сами это всё делают. Некоторые даже не скрывают, что используют политические предлоги и поводы, чтобы продвинуть собственные чисто коммерческие интересы. Так, недавний санкционный пакет, принятый американским конгрессом, откровенно нацелен на то, чтобы вытеснить Россию с европейских рынков энергоносителей, заставить Европу перейти на более дорогой сжиженный газ из США. Да и объёмов-то ещё там не хватает.

Нам пытаются чинить препятствия в прокладке новых энергомаршрутов, «Южного» и «Северного» потоков, несмотря на то, что такая диверсификация логистики экономически эффективна, выгодна Европе, служит укреплению её безопасности.

Повторю, у каждого государства, естественно, есть свои политические, экономические и другие интересы – вопрос в том, как, какими средствами их защищать и продвигать.

В современном мире стратегический выигрыш невозможен за счёт других. Подобная политика, основанная на самоуверенности, эгоизме, претензиях на собственную исключительность, ни уважения, ни истинного величия не принесёт, а вот естественное, справедливое отторжение и противодействие неизбежно вызовет. И в результате мы получим дальнейший рост напряжённости, противоречий вместо того, чтобы вместе пытаться сформировать устойчивый, стабильный миропорядок, ответить на те технологические, экологические, климатические, гуманитарные вызовы, с которыми сталкивается сегодня всё человечество.

Уважаемые коллеги! Научно-технический прогресс, роботизация, цифровизация уже ведут к глубоким экономическим, социальным, культурным, ценностным сдвигам. Перед нами открываются немыслимые ранее перспективы и возможности. Однако при этом потребуется найти ответы и на множество вопросов. Каким будет место человека в треугольнике «люди – техника – природа»? Как поведут себя государства, в которых из-за климатических и экологических изменений могут попросту исчезнуть условия для нормальной жизни? Как при роботизации обеспечить занятость? Как будет трактоваться клятва Гиппократа в эпоху, когда врач будет обладать возможностями едва ли не всесильного волшебника? Наконец, не утратит ли человеческий интеллект способность контролировать интеллект искусственный? И не станет ли искусственный интеллект самостоятельным субъектом, независимым от нас?

Раньше, оценивая роль и влияние государств, говорили о значении геополитического фактора, о размерах территории, обладании военной силой, природными ресурсами. Безусловно, это и сегодня важнейшие факторы. Однако теперь другим важнейшим фактором, без всяких сомнений, становится научно-технологический, и его значение будет только усиливаться.

Собственно говоря, так было всегда, но сегодня это будет иметь прорывной характер и очень быстро будет решающим образом влиять на сферу политики и безопасности. Так, научно-технологический фактор приобретает универсальное политическое значение.

Очевидно также, что никакие самые современные технологии сами по себе не обеспечат устойчивое развитие. Гармоничное будущее невозможно без социальной ответственности, без свободы и справедливости, без уважения к традиционным этическим ценностям, к достоинству человека. Иначе «прекрасный новый мир» вместо благоденствия и перспектив для каждого может обернуться тоталитаризмом, кастовым обществом, конфликтами и ростом противоречий.

Уже сегодня растущее неравенство формирует у миллионов людей, у целых народов ощущение несправедливости и обделённости. И как результат – радикализация, стремление изменить положение вещей любым путём, вплоть до насильственного.

Кстати, это уже было в истории многих стран, в том числе и в истории нашей страны, истории России. Когда вслед за успешным технологическим, индустриальным рывком следовали драматические потрясения и революционные срывы, потому что не были вовремя разрешены накопившиеся социальные противоречия, не преодолены явные общественные анахронизмы.

Революция – это всегда следствие дефицита ответственности, как тех, кто хотел бы законсервировать, заморозить отживший, явно требующий переустройства порядок вещей, так и тех, кто стремится подстегнуть перемены, не останавливаясь перед гражданскими конфликтами и разрушительным противостоянием.

Сегодня, обращаясь к урокам столетней давности, к русской революции 1917 года, мы видим, какими неоднозначными были её результаты, как тесно переплетены негативные и, надо признать, позитивные последствия тех событий. И зададимся вопросом: разве нельзя было развиваться не через революцию, а по эволюционному пути – не ценой разрушения государственности, беспощадного слома миллионов человеческих судеб, а путём постепенного, последовательного движения вперёд?

Вместе с тем общественная модель, идеология, во многом утопичные, которые на начальном этапе после революции 1917 года пыталось реализовать образовавшееся новое государство, дали мощный стимул для преобразований по всему миру (это совершенно очевидный факт, это нужно тоже признать), вызвали серьёзную переоценку моделей развития, породили соперничество и конкуренцию, выгоды из которых, я бы сказал, в большей степени извлёк именно так называемый Запад.

Что имею в виду? Это не только геополитические победы по итогам так называемой холодной войны. Ответом на совсем другое, ответом на вызов со стороны СССР стали многие западные достижения ХХ века. Имею в виду повышение уровня жизни, формирование мощного среднего класса, реформы рынка труда и социальной сферы, развитие образования, гарантии прав человека, включая права меньшинств и женщин, преодоление расовой сегрегации, которая, напомню, ещё несколько десятилетий назад была постыдной практикой во многих странах, включая Соединённые Штаты.

После радикальных изменений, которые произошли в нашей стране и мире на рубеже 1980–1990-х годов, возник действительно уникальный шанс открыть по-настоящему новую страницу истории. Имею в виду период после того, как Советский Союз прекратил своё существование.

К сожалению, западные партнёры, разделив геополитическое наследие СССР, уверовали в собственную неоспоримую правоту, объявив себя победителями в «холодной войне», о которой я только что упоминал, стали открыто вмешиваться в дела суверенных государств, экспортировать демократию, так же как в своё время советское руководство пыталось экспортировать социалистическую революцию по всему миру.

Мы столкнулись с переделом сфер влияния и расширением НАТО. А самоуверенность всегда оборачивается ошибками. Итог печален. Это потерянные два с половиной десятилетия, множество упущенных возможностей и тяжёлый груз взаимного недоверия. Глобальный дисбаланс при этом только усилился.

Да, мы слышим декларации о приверженности решений мировых проблем, однако на деле видим всё большее проявление эгоизма. Эрозии подвергаются международные институты, призванные гармонизировать интересы и формулировать совместную повестку дня, девальвируются базовые многосторонние международные договоры и важнейшие двусторонние соглашения. Мне только что сказали, буквально несколько часов назад Президент Соединённых Штатов в социальных сетях высказался по поводу сотрудничества России и Соединённых Штатов в одной из очень важных областей – в сфере ядерного взаимодействия. Действительно, это важнейшая сфера взаимодействия между Россией и Соединёнными Штатами, имея в виду, что Россия и США несут особую ответственность перед всем миром как две крупнейшие ядерные державы. Но я, пользуясь этим, всё-таки хотел бы сказать подробнее, что же происходило в эти годы, в эти десятилетия в этой важнейшей сфере, чтобы дать более полную картину. Займу у вас дополнительно не больше двух минут.

В 1990-х годах было заключено несколько знаковых двусторонних соглашений. Первое – 17 июня 1992 года, это программа Нанна – Лугара. И второе – 18 февраля 1993 года, программа «ВОУ–НОУ». Высокообогащённый уран переводился в низкообогащённый, поэтому «ВОУ–НОУ».

Проекты по первому соглашению касались модернизации систем контроля, учёта и физической защиты ядерных материалов, демонтажа и утилизации подводных лодок и радиоизотопных термоэлектрических генераторов. В рамках выполнения российских обязательств американцы совершили, прошу внимания (это не секретная информация, но просто об этом мало кто знает), 620 проверочных визитов, причём в святая святых российского ядерного оружейного комплекса: на предприятия, занимающиеся разработкой ядерных зарядов и боеприпасов, наработкой плутония и урана оружейного качества. США получили доступ на все совершенно секретные объекты Российской Федерации. При этом соглашение носило фактически односторонний характер.

В рамках второго соглашения американцы совершили ещё 170 визитов теперь на наши обогатительные комбинаты, причём в самые закрытые их зоны: в узлы смешивания и на склады хранения материалов. На самом мощном в мире ядерном обогатительном Уральском электрохимическом комбинате был даже оборудован постоянно действующий американский наблюдательный пост, а прямо в цехах этого комбината были созданы постоянные рабочие места, куда американские специалисты каждый день ходили как бы на работу, да не как бы, а ходили на работу. А в их помещениях, как водится в таком случае, на совершенно секретных российских объектах стояли американские флаги. Кроме того, был составлен список из 100 американских специалистов от десяти различных организаций США, которые получили право проводить дополнительные инспекции в любое время и без всякого предупреждения. И всё это продолжалось на протяжении десяти лет. В рамках этого соглашения в России было выведено из военного обращения 500 тонн оружейного урана, что эквивалентно примерно 20 тысячам ядерных боезарядов.

Программа «ВОУ–НОУ» стала одной из самых эффективных мер реального разоружения в истории человечества, могу сказать это с полной уверенностью. Каждый шаг российской стороны при этом скрупулёзно контролировался американскими специалистами, тогда как сами США ограничились гораздо более скромными сокращениями своего ядерного арсенала, причём сугубо в порядке доброй воли.

Наши специалисты посещали предприятия ядерно-оружейного комплекса США тоже, но только по приглашению и на условиях, определённых самой американской стороной.

С российской стороны, как вы видите, была продемонстрирована абсолютно беспрецедентная открытость и доверие. Кстати говоря, – мы ещё, наверное, поговорим об этом, – что мы от этого получили, тоже хорошо известно: полное игнорирование наших национальных интересов, поддержка сепаратизма на Кавказе, действия в обход Совета Безопасности ООН силового характера, скажем, бомбардировки Югославии и Белграда, ввод войск в Ирак и так далее. Ну понятно: посмотрели, в каком состоянии ядерный комплекс, Вооружённые Силы, экономика, – международное право уже оказалось ненужным.

В 2000–е годы в нашем сотрудничестве со Штатами наступил новый этап действительно равноправного партнёрства. Он ознаменовался заключением ряда стратегических договоров, соглашений в области мирного использования ядерной энергии, известного в США, как «Соглашение 123». Однако в 2014 году американская сторона в одностороннем порядке фактически работу в рамках Соглашения прекратила.

Вызывает недоумение и озабоченность ситуация вокруг Соглашения об утилизации оружейного плутония от 20 августа – в Москве было подписано – и 1 сентября, в Вашингтоне, 2000 года. В соответствии с протоколом к этому Соглашению предусматривались зеркальные действия сторон по необратимому переводу оружейного плутония в состояние, не позволяющее его использовать в военных целях путём изготовления из него так называемого мокс–топлива и последующего сжигания в реакторах. Какие-либо изменения в этот метод допускались только по согласованию сторон. Так записано в Соглашении, в протоколах.

Что сделала Россия? Мы разработали это топливо, построили завод по серийному производству и, как обязались в соглашении, построили реактор БН–800, позволяющий безопасно сжигать это топливо. Россия выполнила все, хочу это подчеркнуть, все взятые на себя обязательства.

Что делали наши американские партнёры? Они начали строить завод в Саванна-Ривер, первоначальная стоимость 4,86 миллиарда долларов, истратили, правда, почти 8 миллиардов, довели готовность этого предприятия, строительство, до 70 процентов, а потом стройку заморозили. Но, насколько нам известно, в бюджетной заявке на 2018 год запрашивается 270 миллионов долларов на свёртывание и консервацию этого объекта. Вопрос возникает, как обычно: где деньги? Украли, наверное. Или чего-то неправильно посчитали, когда планировали строительство. Такое бывает. И у нас такое бывает сплошь и рядом. Но нас не это интересует, это не наше дело. Нас интересует, что с ураном, что с плутонием, как же утилизация самого плутония? А это предполагается осуществить методом, оказывается, разбавления и геологического захоронения. Но это полностью противоречит и духу, и букве Соглашения, а главное, не гарантирует невозможность возврата материала оружейного качества. Всё это очень печально и вызывает недоумение.

Далее. Россия более 17 лет назад ратифицировала Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. США не сделали этого до сих пор.

Критическая масса проблем в сфере глобальной безопасности нарастает. В 2002 году, как известно, Соединённые Штаты вышли из Договора по противоракетной обороне. А будучи в своё время инициаторами Конвенции о запрещении химического оружия и международной безопасности, сами инициировали это соглашение, своих обязательств не исполняют. По сей день остаются единственным и самым мощным обладателем этого вида оружия массового уничтожения. Более того, США передвинули сроки ликвидации своего химоружия с 2007–го аж на 2023 год. Для государства, провозглашающего себя чемпионом в области нераспространения и контроля над вооружениями, это несолидно.

В России же, напротив, этот процесс был полностью завершён 27 сентября текущего года. Тем самым наша страна внесла серьёзный вклад в укрепление международной безопасности. Кстати говоря, ведущие западные СМИ предпочли этот факт замолчать, не заметили, в Канаде где–то там промелькнуло один раз – и всё, всё затихло. А ведь накопленным ранее российским, советским арсеналом химического оружия можно было неоднократно уничтожить всё живое на нашей планете.

Убеждён, пора отказаться, безусловно, от устаревшей повестки дня. Я говорю о том, что было. Но нам, без всяких сомнений, нужно посмотреть вперёд, надо перестать оглядываться назад, это ясно. Я говорю это для того, чтобы понять, из чего складывается сегодняшняя ситуация.

Давно назрел откровенный разговор, участниками которого была бы не только некая группа избранных, вроде как самых достойных и продвинутых, а всё глобальное сообщество, представители разных континентов, культурно-исторических традиций, политико-экономических систем. В меняющемся мире мы не можем позволить себе не быть гибкими, открытыми, способными на быструю и точную реакцию. Ответственность перед будущим – вот что должно нас объединять, особенно в такие времена, как сейчас, когда меняется действительно всё и сразу.

Человечество никогда не обладало таким могуществом, как теперь, такой властью над природой, пространством, коммуникациями, над собственным существованием. Но эта власть распылена: её элементы в руках государств, корпораций, общественных и религиозных объединений и даже отдельных граждан. Ясно, что сложить все эти элементы в единую, эффективную, управляемую архитектуру очень непросто, потребуется тяжёлая, кропотливая работа. Хочу отметить: Россия готова участвовать в ней вместе со всеми заинтересованными партнёрами.

Уважаемые коллеги!

Каким мы видим будущее миропорядка и глобальной системы управления? Например, в 2045 году, когда вековой юбилей будет отмечать Организация Объединённых Наций. Её создание стало символом того, что человечество, несмотря ни на что, способно вырабатывать общие правила поведения и следовать им. Когда от этих правил отступали, неизбежно сталкивались с кризисами, негативными последствиями. Вместе с тем за последние десятилетия было несколько попыток принизить роль этой организации, дискредитировать её или просто-напросто поставить под свой контроль. Все эти попытки предсказуемо провалились или зашли в тупик. На наш взгляд, ООН с её универсальной легитимностью должна оставаться центром международной системы, и всеобщая задача – повышать её авторитет и эффективность. ООН нет альтернативы сегодня.

Что касается права вето в Совете Безопасности, которое также пытаются иногда поставить под сомнение, то напомню, что этот механизм задумывался и создавался для того, чтобы избежать прямого столкновения наиболее могущественных держав, как гарантия против произвола и авантюр, чтобы ни у одной, даже самой влиятельной страны не было возможности придать видимость законности своим агрессивным действиям.

Разумеется, чего греха таить, здесь все эксперты, они знают, что некоторые действия были такими, что ООН задним числом легитимировала действия отдельных участников международного общения. Ну хоть так, но это тоже ни к чему хорошему не приведёт.

Реформы нужны, совершенствование системы ООН нужно, но реформы могут быть только постепенными, эволюционными и, конечно, они должны быть поддержаны подавляющим большинством участников международного процесса внутри самой организации, широким консенсусом, как в МИДе у нас говорят.

Залог эффективности ООН – в её представительности. В ней присутствует абсолютное большинство суверенных государств мира. И через годы, десятилетия базовые принципы ООН должны сохраняться, поскольку нет иной структуры, способной отразить всю палитру мировой политики. Сегодня в мире возникают новые центры влияния и модели роста, складываются цивилизационные альянсы, политические и экономические объединения. Это многообразие не поддается унификации. Поэтому надо стремиться к гармонизации сотрудничества. Региональные организации в Евразии, Америке, Африке, Азиатско-Тихоокеанском регионе должны действовать под эгидой ООН и координировать свою работу. При этом каждое объединение вправе функционировать по собственным представлениям и принципам, отвечающим их культурным, историческим, географическим особенностям. Важно сочетать глобальную взаимозависимость и открытость с сохранением уникальной идентичности каждого народа и каждого региона. Надо с уважением относиться к суверенитету как основе всей системы международных отношений.

Уважаемые коллеги!

Каких бы потрясающих вершин ни достигала техника, историю творит, конечно же, человек. И она такова, эта история, какой её делают люди с их достижениями и слабостями, подвигами или ошибками. Наше будущее может быть только общим, отдельных будущих – у кого–то отдельно – не бывает, не будет, во всяком случае, в современном мире. И ответственность за то, чтобы этот мир был бесконфликтным и благополучным, лежит сегодня на всём мировом сообществе.

Как вы знаете, в эти дни в Сочи проходит XIX Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. Молодые люди из десятков стран общаются со сверстниками, обсуждают проблемы, которые их волнуют. Им не мешают ни культурные, ни национальные, ни политические различия, и все они мечтают о будущем, верят, что их жизнь, жизнь новых поколений станет лучше, справедливее и безопаснее. И наша задача, наша ответственность сегодня – сделать всё, чтобы эти надежды обязательно сбылись.

Спасибо вам большое за внимание.

(Аплодисменты.)

Ф.Лукьянов: Большое спасибо, Владимир Владимирович.

Если позволите, у меня один уточняющий вопрос. Вы упомянули научно-технологический фактор, как едва ли не важнейший сегодня. Но ведь даже на нашей памяти, на памяти живущих поколений, были всплески такой эйфории по поводу важности технологий, а потом они как-то уходили, и выяснялось, что то, что всегда было, вот эта базовая почва: территория, демография – оно всё равно вечно, а технологии как-то адаптируются, и всё равно это базовое остаётся важнейшим. Почему Вы считаете, что именно сейчас это носит прорывный характер?

В.Путин: То, что Вы сказали, это и остаётся вечными, базовыми ценностями. Не случайно в Торе написано, что отказываться от территории – это большой грех. И территории, и богатства, которые в земле есть, люди – это всё остаётся важнейшими факторами.

Но сегодня качество поменялось. Сегодня скорость изменения такая, Греф вам наверняка здесь рассказывал – он байки на этот счёт может рассказывать до утра, – что становится очевидным: вот этот научно-технологический фактор становится решающим в сфере военной безопасности и международной политики. Быстро всё очень происходит, и эти изменения носят необратимый характер.

Ф.Лукьянов: Спасибо.

Я хочу предоставить слово Хамиду Карзаю, который 10 лет управлял страной, которая, конечно, является частью всех тех процессов, которые мы видим, но всё-таки, к великому сожалению, прежде всего сталкивается с проблемами не XXI века, а скорее предыдущих столетий, и пытается их решить.

У Вас действительно уникальный опыт. Пожалуйста, господин Президент, Вам слово.

Х.Карзай (как переведено): Ваше Превосходительство господин Владимир Путин, уважаемый Президент Российской Федерации! Уважаемые коллеги здесь, в президиуме! Дамы и господа!

Для меня огромная честь быть среди вас сегодня. Я принял участие в рассуждениях и дискуссиях за последние два дня. Я ранее бывал на подобных мероприятиях за последние 15 лет. Это одно из лучших подобных мероприятий. Я надеюсь, что господин Быстрицкий ещё меня пригласит в следующем году.

Господин Президент, дамы и господа! Международный дискуссионный клуб «Валдай» поднял очень важный вопрос. Мы говорим о созидательном разрушении и о новом миропорядке из текущих конфликтов.

Я приехал из очень маленькой страны. У нас очень ограниченные ресурсы, но так или иначе наше положение за последние три века поставило нас в центр одной из главных геополитических игр, и мы были центром этих игр, к плохому или к лучшему. И с моей точки зрения, и с точки зрения афганского видения, созидательное разрушение – в нашем случае я бы использовал фразу, которую использовал министр иностранных дел России Карл Нессельроде: если я правильно помню, он говорил, что эта «большая игра» – это «теневая игра». Мы видели, как она играется, однако мы не видим, кто играет, потому что они скрыты тенями, и поэтому нам нужно смотреть вглубь.

Афганистан оказался в тени за последние два века, по крайней мере. В XIX веке Нессельроде говорил об этой «войне теней» между Российской империей и Британской империей, Афганистан опять же оказался в центре событий, и мы играли за обе стороны. Но британцы были умнее, чем афганцы, и мы потеряли часть территории.

Затем, в ХХ веке, с подъёмом Советского Союза как нашего соседа и как великой державы с 1919 по 1979 год мы увидели самый большой период стабильности в нашей стране, потому что у нас был баланс между Соединёнными Штатами и СССР. Традиционно мы больше полагались на СССР, больше смотрели и ориентировались на СССР, но также сохранили хорошие отношения с США. Они также приняли участие в построении нашей страны. При советском вторжении в Афганистан Афганистан стал горячей точкой «холодной войны», или, наоборот, война стала горячей как раз именно в Афганистане.

Именно в этот период афганского сопротивления Советскому Союзу мы поняли наше трагическое наследие. Хотя, с одной стороны, СССР пытался внедрить коммунизм в Афганистане, как говорил господин Президент, – американцы и их союзники помогали нашему сопротивлению, в особенности Пакистан, они пытались использовать наше сопротивление. Мы пытались освободиться для того, чтобы победить Советский Союз посредством религиозного радикализма. Поэтому появление этих элементов, экстремистских элементов, в Афганистане связано с этим событием. Ужасные разрушения, которые они привнесли в наше сообщество, традиции и культуру, с этим связаны.

Мы были мусульманской страной, мы были верующей мусульманской страной, но мы были умеренной страной. Никогда экстремистской страной мы не были, мы по-прежнему остаёмся умеренной страной. Но они пытались превратить нас в экстремистскую страну для того, чтобы использовать религию как оружие против СССР. Поэтому они вызывали наше сопротивление СССР и говорили, что до последнего афганца они будут бороться с СССР.

Конец этого конфликта привёл к двум проигравшим, а именно СССР и Афганистан. Обе наши страны очень сильно пострадали. Афганистан гораздо больше, намного больше. Мы видим последствия даже и сейчас. США на некоторое время стали единственной сверхдержавой или даже гипердержавой. В Европе всё было лучше, в Пакистане гораздо лучше, они стали ядерной державой, они получили всю необходимую информацию, а Афганистан по-прежнему страдает.

Трагедия 11 сентября вновь вовлекла нас в самый центр мировых событий. США после этой трагедии при поддержке ООН, при поддержке России, при поддержке Китая и наших соседей – Ирана и Индии, а также в какой-то мере Пакистана и всего остального международного сообщества вторглись в Афганистан. Это вторжение на начальных стадиях было крайне успешным и крайне эффективным – и не потому, что США обладали такой военной мощью, я хочу это подчеркнуть, не потому, что были эти самолёты «Б-52», не из-за военной мощи США, а потому что наше население впервые сотрудничало со вторгающейся силой, с иностранной силой, и через полтора месяца пришёл успех.

Я не хочу долго об этом рассуждать, я хочу рассказать вам небольшую историю, в которой я лично принимал участие. Когда США только пришли, я был в Центральном Афганистане, в Тиринкоте. Это был Рамадан. Я встречался со своими коллегами. Кто-то пришёл и сказал, что американцы только что прибыли сюда, 14 специалистов ЦРУ и военные, хотят увидеться с Вами. Когда они пришли, человек, который сидел со мной, как раз рассказывал историю. Он рассказывал мне о том, как при «Талибане» американские самолёты по ошибке разбомбили случайно его дом, и из-за этого погибли его внучки и дочь. Я не понял, стоило мне приглашать американцев, когда этот человек так пострадал, – я спросил его, мне приглашать американцев или нет? Он сказал: «Да-да, конечно, приглашай». Я пригласил американцев, они пришли, и тогда полковник и офицер ЦРУ, который затем стал заместителем директора ЦРУ, недавно вышел в отставку, и, когда они сели, я сказал: вот что произошло с этим человеком, он потерял свою семью в результате бомбардировок. Тогда этот человек меня перебил и сказал: «Скажи им, что у меня есть ещё дети. Если при освобождении Афганистана я потеряю ещё своих детей, то я не буду против, потому что я хочу, чтобы моя страна была освобождена». Такой был у них энтузиазм.

На протяжении нескольких лет всё было очень неплохо: образование, здравоохранение, демократические институты, права женщин – они стали выходить на первые планы именно при поддержке афганского народа и всех стран, которые здесь присутствуют сегодня, прежде всего крупных держав, России, Ирана, Китая и так далее.

Затем я был в США, прибыл туда на американском самолёте. И в Москву, господин Президент, я прилетел на российском самолёте. Ваше Правительство, возможно, не сказало Вам, что я летел сюда на российском самолёте.

Это было международное сотрудничество США и союзников США, которое сделало всё это успешным.

Но вскоре начали появляться проблемы. Появился вновь экстремизм, вновь вспышка насилия, вновь терроризм. США не обращали внимания на источники, они начали бомбить наши деревни, убивать наших людей и также сажать наших людей в тюрьму. И чем больше это происходило, тем больше у нас было экстремизма.

Сегодня я являюсь одним из основных критиков политики США в Афганистане не потому, что я критик Запада, на самом деле я демократ по убеждениям, у меня западное образование и мне нравится их культура. Но я против их политики, потому что она не успешна, и потому что она ведёт к огромному количеству проблем и подъему экстремизма, радикализма и терроризма.

Я против политики США, потому что под их наблюдением и при полном контроле нашего воздушного пространства, наших военных всей этой сверхдержавой в Афганистане появился ИГИЛ. Как возможно было такое появление через 14–15 лет после того, как США появились здесь, со всеми ресурсами и деньгами? Почему сейчас нет международного сотрудничества с США в Афганистане, как раньше?

Я сейчас нахожусь в России. У России есть сомнения по поводу работы США в Афганистане. Почему Китай не видит это таким же образом? И у Ирана есть проблемы с операциями США в Афганистане.

Таким образом, как гражданин Афганистана в центре всей этой глобальной игры я предлагаю для наших союзников США следующее. Мы все будем успешными, если вы нам скажете, что вы провалились, и мы поймём, Россия поймёт, Китай это поймёт, Иран, Пакистан – все поймут, и Индия поймёт – у нас здесь присутствует наш индийский друг. Мы видим все признаки провала. Но если вы этого не признаете, тогда подобная игра не будет закончена.

Безусловно, сейчас происходит игра экстремизма, поэтому многие задаются вопросом в Афганистане и в других странах: экстремизм и терроризм – это инструмент и предлог, как говорил уважаемый господин Президент, или мы действительно боремся с экстремизмом? Или мы только притворяемся, что мы боремся с экстремизмом? Или мы защищаем наши интересы любой ценой?

Я сталкивался как раз с этим вопросом в обсуждениях с коллегами на протяжении многих лет. Сегодня я хочу сказать следующее.

Господин Президент! Дамы и господа! В Афганистане существуют огромные страдания, и сегодня только погибло почти 50 наших солдат, и вчера 70, за последние два дня мы потеряли около 300 человек, которые были очень молоды, у которых были семьи. Единственный путь вперёд таков – США в Афганистане должны начать соблюдать новые условия взаимодействия с нашим народом.

Второе. США в Афганистане должны вновь работать с нашими соседями и с великими державами мира – это прежде всего Китай, Россия, Индия – с помощью ключевых, понятных, прозрачных целей. Учитывая это, международное сообщество должно поддержать афганский механизм разрешения всех тех проблем, которые существуют.

Сегодняшний механизм, самый лучший, доступный нам, – это Высший совет афганского народа, или Лойя Джирга. Вы поддержали этот механизм. Единые усилия международного сообщества позволили его поддержать и дали Афганистану возможность нести ответственность за все мирные процессы и за процессы политического развития, что избавит нас от зла экстремизма. Пакистан, наш сосед, должен сыграть в этом огромную роль. Надеюсь, что Пакистан примет участие в цивилизованном диалоге с афганским народом. Эксплуатация, использование экстремизма – это не решение, а, наоборот, источник проблем для всех.

Я надеюсь, поскольку здесь находится Президент России, и мы ждём многого от нашего друга, исторического союзника и соседа, что Россия будет более активно работать с США и с Западом по вопросу Афганистана, протянет руку помощи Афганистану, для того чтобы мы создали свои собственные механизмы разрешения тех проблем, которые существуют.

Пожалуйста, присылайте свой бизнес и своих инвесторов в Афганистан, мы к вам близко находимся, поэтому ваш бизнес нам очень нужен.

Большое спасибо.

Ф.Лукьянов: Спасибо, господин Президент, Вы нас вернули к более конкретным современным вопросам. У меня к Вам один маленький вопрос. Если можно, коротко ответьте.

Вот Вы сказали, что у Вас демократические инстинкты в принципе. А может, в этом проблема как раз? Мы часто на «Валдае» обсуждаем, что демократия – великая форма правления, но в современном мире она наталкивается на много сложностей, иногда работает наоборот. Может, Афганистану это не подходит? Может, что-нибудь другое надо попробовать?

Х.Карзай: Как американцы сказали бы, мы действительно очень крутая демократическая страна. Потому что, как я сказал Вам вчера, каждый афганец сам себе повелитель. Мы очень эгалитарная страна, и этот эгалитаризм дает нам основу для дебатов и обсуждений. Но это должны быть наши собственные дебаты.

Не люблю об этом упоминать, но я должен об этом сказать: это не демократия Джона Керри, это должна быть наша демократия. Он не должен приезжать и считать голоса или определять количество голосующих в том или ином регионе. Это наша демократия, мы должны сами её практиковать и таким образом, как это согласуется с нашими традициями, с тем, как мы это делаем. Как сказали китайцы, мы должны выбрать свою собственную модель развития. И это правильный курс.

Ф.Лукьянов: Спасибо большое.

В.Путин: Джон считать-то не умеет. Он месяца по два-три считает. Так результата никакого нет. (Смех.)

Ф.Лукьянов: Да, у нас лучше с этим всё гораздо поставлено.

В.Путин: Он хороший парень, но, видимо, с арифметикой пока не очень.

Ф.Лукьянов: Спасибо. Мы сразу в корень смотрим с демократией. Как мы знаем, демократия идёт нога в ногу с рыночной экономикой, а рыночная экономика в XXI веке превратилась во всеобъемлющую, глобальную.

Мы очень рады, что сегодня с нами на этой сессии человек, который смотрит на мир совершенно с другой стороны, сквозь другую призму: основатель компании «Алибаба» господин Джек Ма. Прошу Вас.

Д.Ма: Господин Президент Путин! Дамы и господа!

Для меня огромная честь быть приглашённым и принимать участие в этом мероприятии. Я сидел в президиуме и думал о том, почему меня раньше не приглашали. Я слушаю о том, что люди говорят о своих страхах и беспокойствах. Я чувствую себя счастливым человеком, у меня [этих страхов] по большому счёту нет, и мне не приходится беспокоиться о том, о чём беспокоится господин Президент.

Я родился в 1960–х годах в Китае, где было очень много музыки и фильмов из Советского Союза, поэтому я думаю, что у нас очень много общего. Наши обе страны столкнулись с огромным количеством проблем, и было очень много подозрений, но каждый раз, когда я приезжаю в Россию, я чувствую всё больше и больше уверенности в России.

Сейчас я пробыл три дня в Москве, гулял по городу, и я вижу, что город становится более чистым, хотя, конечно, становится больше машин, но тем не менее. Именно поэтому мы думаем, что «Алибаба» должна присоединиться к усилиям по развитию России.

Вчера я выступал в Московском государственном университете, провёл прекрасное время с молодыми людьми и талантливыми людьми, видел их энтузиазм, их творческий настрой и то, какая огромная сила у этих молодых людей относительно России. И поэтому я хочу сказать, что «Алибаба» настроена серьёзно на то, чтобы работать с молодыми учёными из России.

В прошлом году я провёл в полёте 167 часов, я был во многих странах, и я понял, что в мире очень много обеспокоенностей и страхов. Я занимаюсь областью технологий. Думаю, что, когда мы говорим, что мы беспокоимся о технологиях, мы полагаем, что в будущем у нас будет больше воображения. Если у нас будет больше доверия и уверенности в будущем, мы будем чувствовать себя лучше.

В 1995 году, когда начался интернет-бизнес в Китае, меня пригласили присоединиться к группе экспертов в области IT и провести обсуждение в Пекине. Там было примерно 20 человек, мы сидели в помещении и обсуждали, каким ужасным будет интернет, о чём стоит беспокоиться, какие нужны средства политики для этого. Мы целый вечер обсуждали обеспокоенности относительно интернета и его развития. Сегодня, спустя 20 лет, те вещи, о которых мы беспокоились, не случились, а те вещи, о которых мы не знали, как раз произошли.

Я благодарен тем обеспокоенностям, поскольку именно поэтому у «Алибаба» появилось столько возможностей. Мы так быстро росли за последние 18 лет. Сегодня мы создаём более 33 миллионов рабочих мест для Китая, и наши продажи в прошлом году превысили 550 миллиардов долларов США. Это происходит потому, что, когда люди обеспокоены чем–то, мы пытаемся найти способ, как унять эти обеспокоенности.

Сегодня очень многое изменилось. Однако люди по–прежнему обеспокоены интернетом, и даже ещё больше, чем раньше. Раньше люди были обеспокоены машинами. Когда появились машины, автомобили, люди беспокоились, что будут происходить дорожно-транспортные происшествия, но они не думали о том, какие преимущества даёт машина человеку. Люди беспокоятся из-за своей приватности, личной жизни, безопасности.

Я думаю, что нам стоит беспокоиться о других вещах. Очень многие страны теряют много вещей. Сегодня, например, в Европе нет больших интернет-компаний, об этом стоит как раз подумать и беспокоиться об этом. Из–за обеспокоенностей мы не можем быть более творческими, мы не можем испытывать доверие. Из-за этого молодые люди не могут получить больше возможностей.

У нас нет решения для будущего, однако есть определённые решения. У нас есть решения для завтрашнего дня, наши молодые люди изобретут это решение.

Вчера, когда я общался с молодыми людьми в Московском университете, я прекрасно понимал, что они делают всё возможное, для того чтобы найти решения для будущего. Доверяйте молодым людям, доверяйте нашему будущему. Молодые люди никогда не беспокоятся о будущем. Во всех университетах, в которых я был, в которых я выступал, я понимал, что молодые люди не беспокоятся о будущем. Они беспокоятся за нас, они беспокоятся из–за тех глупостей, которые мы совершаем, потому что большинство глупых политических решений, которые принимаются, принимаются из лучших побуждений, из наиболее добрых побуждений. И вот как раз из–за этого переживают молодые люди.

Я работаю в компании «Алибаба». У нас 60 тысяч прекрасных молодых людей со всего мира, со всех стран. Для того чтобы идти вперёд, нужны им глупые лидеры? Для этого нужно всего лишь быть оптимистами и всегда пытаться находить решение для будущего и для завтрашнего дня. Именно так мы работаем с умными людьми.

Сегодня в мире примерно 1,8 миллиарда человек пользуются интернетом. Они общаются, ищут информацию, находят информацию практически обо всём в интернете, но они не счастливы, потому что сегодня молодые люди не хотят получать информацию – они хотят участвовать. Мой дед получал всю информацию из газет, мой отец получал информацию через радио, я получаю информацию через телевидение. Нам говорили, что так нужно делать. Но интернет даёт молодым людям возможность принимать непосредственное участие в различных событиях. Они хотят быть хозяевами сами себе. Очень-очень скоро у нас будет примерно 4 или 5 миллиардов человек, которые пользуются интернетом. Все те проблемы, которые есть у нас сегодня, обострятся, если мы не будем смотреть в будущее с оптимизмом.

Ещё один важный момент. Если и есть то, о чём стоит нам беспокоиться, так это об образовательной системе. Нравится это вам или нет, но технологическая революция наступает, она происходит, никто не может её задержать или остановить. То, как мы обучаем наших детей, те предметы, которые мы им преподаём, те образовательные программы, которые у них есть… Мы не даём им получить работу, поскольку компьютер будет гораздо умнее, чем человек, это несомненно. Если мы продолжим учить наших детей так, как это было в последние сто лет, то наши дети будут терять работу, они не смогут найти работу в течение следующих 30 лет, поскольку компьютер может запоминать лучше, компьютер может читать лучше, компьютер никогда не устаёт, как это делает человек. Именно поэтому мы должны говорить нашим детям, что они должны быть более креативными, созидательными, они должны думать об инновациях, быть более конструктивными.

Я хочу сказать, что каждое правительство должно уделять особое внимание образовательной системе в течение последующих 30 лет. Мы беспокоимся о технологии данных и о цифровых технологиях. Именно такие технологии могут стать решением, чтобы помочь разрешить проблемы устойчивого развития и инклюзивности.

Мы сейчас видим наступление нового мира, но лишь очень немногие люди на самом деле понимают, насколько этот мир могущественен, насколько он революционен. Если мы не будем думать позитивно, в позитивном ключе, то у нас не будет позитивных результатов. Если мы будем думать инерционно, то у нас будут и такие же результаты.

Сегодня мы думаем очень много об интернете. Хочу сказать, что мы даже полностью не осознаём всю силу интернет-технологий. В каждой технологии есть примерно 50 лет жизненного цикла. Сейчас прошло примерно 20 лет интернет-технологий, и следующие 30 лет будут посвящены применению данной технологии. Поэтому в следующие годы произойдёт использование технологий компаниями, различными компаниями. Машины не изобрели в США, но США наиболее плодотворно воспользовались этой технологией, как и другими технологиями.

Люди говорят о цифровой эпохе, об информационных технологиях. Я бы сказал, что мир переходит от IT к цифровым технологиям. Сейчас как раз пришло время данных, и цифровая эпоха – это обновлённая версия информационных технологий, а данные совершенно отличаются от IT.

У меня сейчас нет времени, чтобы подробно об этом говорить, возможно, в будущем у нас будет прекрасная возможность это обсудить. Но эпоха данных – это новая теория. Технологии данных – это решение, которое позволит избавиться нам от многих проблем, которые у нас есть.

Например, люди беспокоятся о безопасности частной жизни, в принципе о безопасности. Мы используем данные, используем интернет-технологии, мы даём кредиты 5 миллионам малых компаний, они получают от нас кредиты. Процедура называется 3.1.0. Они подают заявку за 3 минуты, за одну секунду деньги перечисляются на счёт, и ноль человек принимает в этом физическое участие. 3.1.0 – это та технология, которая поможет решить большинство проблем для привлечения финансирования. Именно поэтому нам помогают технологии данных.

IT-технологии делают нас более сильными, а технологии данных позволяют расширять возможности других. С помощью IT–технологий мы боремся за знания, а технологии данных позволяют нам укреплять нашу мудрость. IT–технологии позволяют наращивают мускулы, а технологии данных позволяют нам наращивать наш мозг. IT–технологии позволяют нам лучше узнавать мир, а технологии данных позволят самому человеку становиться лучше.

Люди спрашивают: в чём разница между чем–то умным и чем–то мудрым? Умные люди знают, чего они хотят, а мудрые люди знают, чего они не хотят. Именно в этом мы убеждены. Технологии данных – это то, как человек себя ведёт. Изучая поведение человека, мы сможем понять лучше самих себя. А когда мы это сделаем, мы сможем понимать то, чего нам не нужно, то, чего мы не хотим.

Я убеждён, что в мире очень много проблем и обеспокоенностей, поскольку мы хотим слишком многого. Большинство из того, что мы получаем, на самом деле нам не нужно. В эпоху IT–технологий 80 процентов стран пытались преуспеть, однако в технологии данных эта пропорция изменяется 20 на 80. Мы должны уделять внимание этим 80 процентам стран, развивающимся странам, молодым людям, малому бизнесу. Мы должны делать всё возможное, чтобы у них была технология, которая была бы инклюзивной.

Что касается вопросов глобализации, я считаю, что в глобализации нет ничего плохого. Но глобализация сегодня несовершенна, это лишь зародыш. Сотню лет назад глобальная торговля определялась несколькими королями и правителями, а за последние 30–40 лет глобализация приносила блага 60 тысячам компаний. Сейчас она приносит прибыль малым и средним компаниям, позволяет процветать многим людям, в том числе молодым людям. А молодые люди смогут вести торговлю на глобальном уровне, продавать и покупать на глобальном уровне.

За последний век произошли массивные, крупномасштабные события в области стандартизации. Это ключевой элемент. Это позволяет малым и средним компаниям достигать успеха и делать это по-новому. Я бы хотел сказать, что с помощью технологий данных мы добьёмся другого мира – мир станет более справедливым. Технологии позволят нам расширить возможности молодых людей и малых компаний. Наш бизнес так серьёзно вырос, поскольку мы поддерживали использование технологий, мы поддерживали молодых людей, мы поддерживали малые и средние предприятия. Глобализацию нельзя остановить, поскольку мир движется и меняется.

Ещё один вопрос в том, что мы не должны никогда прекращать торговлю, поскольку, если торговля остановится, остановится весь мир. Торговля – это то, что позволяет наращивать и укреплять доверие. Когда мы торгуем с другими странами и культурами, мы выражаем уважение этой культуре. Мы говорим о том, что ценим другие культуры и страны, поэтому мы поощряем больше торговли, мы призываем малые компании и молодых людей больше этим заниматься.

Поэтому, я считаю, важный момент в том, что миру не только нужна G20, нам нужна G200. Нам необходимо, конечно, уделять внимание торговле. То, как мы ведём торговлю, конечно, в будущем совершенно изменится. Мы уже не будем посещать торговые ярмарки, например, или что–то ещё, большинство бизнеса будет делаться онлайн, в интернете, например. Торговля будет производиться не с помощью контейнеров, она будет производиться с помощью более мелких весов. В будущем бизнес будет делаться не с помощью схемы В2С, а с помощью схемы С2В, и в будущем не будет фраз «сделано в Америке», «сделано в Китае», «сделано в России», будет фраза «сделано в интернете». Вы можете здесь, в интернете, что-то разрабатывать, что-то продавать. И основное заключается в том, что нам не стоит беспокоиться о том, что торговля остановится, нужно беспокоиться о том, какая политика позволит поощрить глобальную торговлю, какая политика позволит нам поощрить молодых людей, малые компании и средние компании, вовлекаться в мировую торговлю.

В заключение хочу сказать, что технология данных позволит создать множество рабочих мест, но большинство из этих рабочих мест будут на самом деле ненужными работами.

За прошедшие 100 лет мы делали машины наподобие людей, а сейчас люди становятся похожими на машины. И нам, я считаю, следующие 10–20 лет нужно делать машины наподобие машин, а люди должны быть похожи на людей, поскольку машина никогда не сможет рассчитать человека: машина, безусловно, умнее и быстрее, но у машины нет души, нет ценностей, нет убеждений, которые есть у людей. Нам нельзя делать так, чтобы машины думали как люди. Необходимо, чтобы машины обучались как люди. Именно это я хочу сказать и подчеркнуть, что технологии пугают: первая технологическая революция вызвала Первую мировую войну, вторая технологическая революция спровоцировала напрямую или не напрямую Вторую мировую войну. Сейчас мы находимся в разгаре третьей технологической революции. Будет ли третья мировая война? И если у людей не будет общего врага, мы будем бороться друг с другом.

Мы должны бороться с нищетой, именно это должен быть наш враг, мы должны бороться против заболеваний и болезней. Я думаю, что все страны, такие как Китай, Россия, Соединённые Штаты Америки, европейские страны должны обмениваться технологиями, должны объединить усилия, для того чтобы выиграть эту войну. И мы сможем это сделать, если мы будем все вместе, и мы сможем дать счастье молодым людям. Но плохие новости в том, что мы сейчас живём в мире, которого мы не знаем. Хорошие же новости в том, что никто его не знает.

Поэтому, пожалуйста, обращайте особое внимание на следующие 30 лет, пожалуйста, обращайте особое внимание на людей, которые сейчас младше 30 лет, поскольку они могут быть лидерами завтрашнего дня. Именно они провозвестники перемен и фактора перемен. Пожалуйста, уделяйте особое внимание тем компаниям, в которых работает менее 30 человек. Если мы будем уделять особое, повышенное внимание малым компаниям, мы увидим, что именно они будут агентами изменений. Если мы будем уделять внимание малым компаниям и молодым людям, убеждён, что мировая экономика будет гораздо более устойчивой.

Спасибо большое.

Ф.Лукьянов: Вот откуда оптимизм–то пришел. Люблю бизнес, сразу как–то… Главное, всё возможно. Приятно, когда человек считает и уверен, что всё можно решить. У меня даже вопросов нет, всё понятно.

Тогда нам опять надо сбалансировать, поэтому последним на этой панели будет выступать представитель экспертного сообщества господин Асле Тойе. Я надеюсь, что Вы нам немножко обратно вернёте сумрака, добавите обратно.

А.Тойе (как переведено): Я, конечно же, постараюсь.

Прежде всего для меня честь присутствовать здесь и представлять учёных. Также здесь наряду со мной находятся лидеры больших государств, малых государств, представители титанов индустрии.

Мне бы хотелось воспользоваться этой возможностью и поблагодарить организаторов этого форума – Международного Валдайского дискуссионного клуба. Мы проделали замечательную работу. Эти четыре дня действительно вдохновили меня. Я смог познакомиться с российским видением, а также обсудить общие вызовы самым прямым и откровенным образом.

Теперь к вопросу, который мы непосредственно обсуждаем. Человеческая история, друзья мои, характеризовалась долгими периодами стабильности, которые прерывались короткими шоками, очень резкими, и это было часто связано с войной.

Мы говорим о созидательности, но больше, скорее, мы говорим о разрушениях. Самые опасные моменты международной политики, как говорит нам политология, происходят тогда, когда страна, которая сейчас находится на подъёме силы, хочет поменяться местами с силой уже признанной, и они не хотят поддерживать правила миропорядка, которые были созданы установившимися державами, они разочарованы и не дают возможности другим новым силам расти в этой системе. Этим новым странам не нравится эта система, поскольку она только продлевает доминирование силы состоявшейся. Это справедливо и для тех, и для других. Что же происходит? Как говорил Роберт Гилпин, учёный, международное сообщество становится менее уверенным в том, что установившиеся силы хотят проводить мониторинг и избавляться от этой неуверенности.

Недавно была книга, которая говорила о «ловушке». Я думаю, что вы не знаете, это был такой греческий мыслитель Фукидид, который написал книгу и говорил о подъёме Афин и о страхе в Спарте, которые сделали войну неизбежной между этими регионами. Грэм Аллисон, который написал эту книгу, он рассматривал 15 случаев перехода силы, которые прошли в XV веке, и что в 12 случаях и новые, и старые силы находились в состоянии войны. Я думаю, нам нужно как раз об этом задуматься, потому что сейчас мы проходим через такой переходный период.

Многие годы мы обсуждали, как мир становится многополярным. Но я не верю в это. Мне кажется, что мир становится двуполярным. США во многом всё ещё по–прежнему самая мощная держава в международной системе, хотя Китай с его экономикой сейчас так быстро растёт, что если он ещё пока не превзошёл экономику США, то в ближайшей или в среднесрочной перспективе он это сделает в зависимости от того, какую стратегию выберет. Китай не совпадает с военной мощью США, однако у России по–прежнему есть один из самых комплексных арсеналов ядерного оружия и военная мощь. Когда мы говорим про баланс сил, например, Сирии, мы видим, что Китай и Россия пытаются сблизиться и работают вместе. Это будет серьёзной проблемой для США. То, как США и Запад отреагируют на этот вызов, будет определять то, как мы будем жить и будем ли мы жить вообще в ближайшие годы.

Я думаю, что Запад столкнулся с огромными проблемами, пытаясь разобраться с появлением конкурентов. Я бы хотел напомнить вам, что Запад не был таким сильным, как был в годы после «холодной войны». Это была нервная система, система кровообращения. У них были специальные институты, которые позволяли поддерживать этот постоянный поток капитала, человеческой силы, товаров. Это стало началом глобализации. Многие на Западе считали, что глобализация – это западнизация, и были неприятно удивлены, что другие факторы взяли аспекты западной глобализации, использовали их, адаптировали под себя и очень успешно это сделали.

Таким образом, на Западе сейчас текущее время рассматривается как время страха и неуверенности. Есть беспокойство о будущем. Мы очень часто забываем, что для многих других, особенно на Евразийском континенте, это «золотой век». В Евразии, мы видим, сила теперь сконцентрирована, и она рождает железные дороги, дороги, которые теперь распростёрлись в диких районах России, порождают процветание и динамизм.

Мы также видим на глобальном уровне, что сейчас происходит огромный технологический прогресс, инженерные чудеса, которых ранее в человеческой истории мы не видели. В то же время мы видим, что международная система если не находится в состоянии новой «холодной войны», но находится на очень низкой точке, самой низкой точке со времён конца «холодной войны».

Когда оптимисты, особенно из сферы бизнеса, видят взаимосвязанность, взаимозависимость как залог будущего, то мы видим, наоборот, хаос и мир, который нельзя контролировать. Я думаю, мы увидим, что хаос и взаимосвязь будут сосуществовать, и у нас будет и то, и другое одновременно.

Я думаю, что на Западе существует кризис либерализма и даже определённые разновидности либерализма. Теперь общество восстаёт против этого типа либерализма, не против всего либерализма, а против одного вида либерализма, который так стремятся навязать всем остальным. Сейчас он уже вышел из моды.

В Евразии, как мне кажется, есть авторитарный капитализм, и часто там забывается, что демократия имеет преимущество, что это нефильтрованное общественное мнение в формировании политики. На самом деле главная сила демократии – это независимые динамичные институты.

Я думаю, что те, кто поддерживает такую авторитарную систему, столкнутся с проблемой и увидят, что их страны претерпевают значительные изменения. Люди сейчас видят большее количество перемен буквально во всех сферах своей жизни: как они живут, где они живут, с чем они работают, как существуют их семьи, как они соблюдают религиозные обряды и так далее. Это создаст огромное количество обеспокоенности и неуверенности в наших сообществах. Я думаю, что государственным институтам будет сложно соответствовать и идти нога в ногу с настроениями народов. Я говорю о странах на Западе, о которых мы говорим, что они поддерживают авторитарный капитализм.

Мы видим период большей конкурентности. Соревнование – это вообще хорошо, потому что именно соревнование заставляет нас двигаться дальше. Мы не должны бояться соревнования, но мы должны бояться стать друг другу врагами.

Российский Президент привёл список всех обеспокоенностей России. Как я вижу, это вполне обоснованные обеспокоенности, и мы должны их воспринимать серьёзно. Я хочу сказать, что на Западе у нас есть свой собственный такой список, который направлен на Россию и на других. И, возможно, было бы неплохой идеей, если бы мы эти списки взяли да и выкинули и попытались бы лучше сотрудничать.

Очень интересно увидеть, чтобы динамизм, который мы видим в глобализации экономики, не повторялся в динамизме национальных институтов. Многие национальные институты, как сказал Президент России, подверглись эрозии за последние годы. Нам нужно обратить эту тенденцию.

Я думаю, что дорога к миру – думаю, никто здесь не удивится, что я говорю это, поскольку я представляю научное крыло Норвежского Нобелевского института, – и это является завещанием Альфреда Нобеля, который говорил о трёх предложениях, о том, как можно добиться мира. Он говорил о разоружении, о важности институтов и о важности наличия доброй воли работы и целесоздании братства между нациями. Я думаю, что для того, чтобы этого добиться, нам понадобится государственность, лидирующая роль государств. Таков мой призыв и моё предложение данной панели.

Большое спасибо. (Аплодисменты.)

Ф.Лукьянов: Спасибо большое.

Я знаю, что Вы не имеете отношения к Нобелевскому комитету, который присуждает Нобелевские премии, но Вы всё–таки работаете в Нобелевском институте, и об этом упомянули, поэтому не могу не спросить. Мы только что, две недели назад, узнали нового лауреата Нобелевской премии мира – движение, которое выступает за полный отказ от ядерного оружия. Извините, как Вы думаете, они правда верят в эту утопию, что кто–то откажется от ядерного оружия, которое есть и которое в каком–то смысле гарантирует стабильность, или это просто некий жест, который должен показать какое–то правильное мышление?

А.Тойе: Если это утопия, тогда Россия верит в эту утопию, и США верит в эту утопию. Об этом часто говорилось на площадке ООН в договоре дня. Все державы говорили, что они готовы добиваться мира без ядерного оружия. Я не выступаю от лица комитета, но в их презентации они говорили о двух вопросах, которые удалось решить.

Первое – это привлечь внимание к катастрофическим гуманитарным последствиям ядерной войны. Я думаю, что это нужно подчёркивать как можно чаще. Использование ядерного оружия полностью неприемлемо. Я думаю, здесь имеет особое значение общественное мнение, в особенности когда мы говорили о молодых людях. Я думаю, что молодые люди должны влиять на тех, кто принимает решение.

Второе – это то, что они сделали новую попытку, открыли новый путь для достижения мира с меньшим количеством, вообще свободным от ядерного оружия. Это одна из немногих новых инициатив, которая появилась тогда, когда многие из установленных процессов находились в тупике и не продвигались дальше. Я не думаю, что кто–то должен удивляться, что Нобелевский комитет сделал акцент именно на ядерном оружии. Ни одна проблема не выделялась таким образом, как ядерное разоружение. Десять наград было выдано как раз за это, поэтому не стоит удивляться.

Ф.Лукьянов: Тогда придется мне, Владимир Владимирович, Вас убеждать, если целых десять Нобелевских премий дали, да еще и наша страна в свое время тоже выдвигала, правда, еще в советской инкарнации, идею полного отказа. Может быть, вернуться к ней?

В.Путин: Наш коллега из Нобелевского института отчасти прав.

На вопрос, возможно ли ядерное разоружение или нет, я скажу: «Да, это возможно». Хочет ли Россия всеобщего ядерного разоружения или нет? Ответ тоже утвердительный: «Да, хочет», и будет к этому стремиться. Это все положительная часть.

Но, как всегда, есть и вопросы, которые заставляют задуматься. Современные высокотехнологичные ядерные государства развивают другие виды вооружений, гораздо более точные и по своей разрушительной силе немного уступающие ядерным. Ядерное оружие – это ведь атомная бомба, ракета, это стрельба по площадям. Мощный заряд, который поражает огромную территорию и силой взрыва, и силой излучения. А современные высокотехнологичные вооруженные силы стараются разработать и поставить на вооружение высокоточное оружие, по своей разрушительной силе приближающееся к ядерному; не ядерное, но приближающееся.

Думаю, что если серьезно относиться к этому делу, просто вижу, что происходит в мире, те, кто говорят, что они готовы, готовы настолько, насколько продвинуты в разработке и в постановке на вооружение новые системы вооружения. Хочу сразу сказать, что и мы к этому будем готовы, внимательно наблюдая за тем, что происходит в мире, по мере того, как у нашей страны будут появляться новые системы оружия в неядерном исполнении, даже в неядерном исполнении.

Ф.Лукьянов: Понятно. Спасибо большое.

Коллеги, мы перешли к нашему второму элементу. У нас есть уникальная возможность задать вопросы.

Дмитрий Суслов, давайте с Вас начнем.

Д.Суслов: Уважаемый Владимир Владимирович! Дмитрий Суслов, Высшая школа экономики, Валдайский клуб.

Как раз хотел продолжить ядерную тему, точнее, сфокусировать ее на ту область, как мне представляется, где есть разрушение, но пока не наблюдается никакого созидания, а именно область контроля над вооружениями, в первую очередь, ядерными.

Вы совершенно правильно отметили, что военно-стратегическая ситуация в мире фундаментально меняется, уже изменилась. Это и высокоточные неядерные вооружения, это и противоракетная оборона, и даже кибер-, которая тоже сегодня рассматривается как сфера ведения войны. Но вместо выработки концепции новой международной стратегической стабильности и вместо той эволюционной адаптации прежних правил контроля над вооружениями к новой ситуации, мы, к сожалению, сегодня наблюдаем просто разрушение прежних правил без выработки каких-то новых.

Вы совершенно правильно отметили 2002 год, как открытие ящика Пандоры, когда Соединенные Штаты вышли из Договора по ПРО. Но, к сожалению, приходится констатировать, что и Россия тоже участвует в этом процессе демонтажа.

Вы опять-таки упомянули соглашение по плутонию, по утилизации избыточного плутония. Россия приостановила свое участие в этом соглашении в прошлом году. Процесс уже зашел так далеко, что под вопросом оказывается Договор РСМД [договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности] от 1987 года, и американские конгрессмены уже не то, что разрешают Администрации Трампа выйти из этого Договора, а даже принимают такой закон о бюджете, который заставляет их производить ракету средней дальности. Соглашение СНВ-III, его продление тоже под вопросом.

Получается, что мы фактически, идя по этому пути, возвращаемся в 50-е годы, которые, как известно, закончились Карибским кризисом.

Готовы ли мы к этой ситуации, притом, что стратегическая обстановка в мире гораздо сложнее и комплекснее, чем в 50-е годы? Что Россия и мы все должны сделать, чтобы обеспечить этот эволюционный переход к новой стратегической стабильности?

В.Путин: Мы не возвращаемся в 50-е годы. Нас пытаются возвратить в 50-е годы. Вы сказали о некоторых соглашениях. Там три соглашения, о которых мы объявили, что мы приостанавливаем работу в рамках этих соглашений. А почему мы приостановили? Потому что американская сторона ничего не делает.

Мы же не можем в одностороннем порядке все это делать. Мы взяли сейчас в одностороннем порядке и уничтожили все химическое оружие. Я уже говорил во вступительном слове. А американские наши партнеры сказали: «Нет, мы пока не будем. Денег нет».

У них денег нет. У них печатный станок доллары печатает, а у них нет денег. А у нас есть. Мы и фабрики построили: по-моему, восемь фабрик, огромные деньги вложили, персонал обучили, провели колоссальную работу. Теперь еще думаем, как это все использовать.

Мы, я же сказал по плутонию, разработали саму схему нового топлива. Это все тоже денег стоит, усилий, это же капиталовложения все. Построили реактор, договорились вместе с американцами, как уничтожать. Нет, они в одностороннем порядке, даже не сказали нам об этом. Они на партнерском уровне даже не предупредили, что нарушают этот договор в одностороннем порядке. Мы откуда узнали? Из бюджетной заявки в Конгресс. Запросили миллионы на новую форму утилизации, да отнесли еще неизвестно на какой период времени.

Так не бывает, слушайте. Потом этот плутоний можно вернуть в боевое состояние опять. Мы не вышли из этих соглашений, мы приостановили, ожидая реальной нормальной в таких случаях реакции со стороны наших партнеров. Надеемся, что они вернуться в этот переговорный процесс.

Что касается Договора о противоракетной обороне. Я не могу с Вами не согласиться. Я много раз говорил, да это не я говорил, все эксперты так считают, это было краеугольным камнем всей системы международной безопасности в сфере стратегических вооружений. Нет, несмотря на разговоры, которые годами вели, мы так и не смогли наших американских друзей удержать в рамках этого договора.

Теперь мы слышим, что СНВ-3 тоже не очень устраивает. Мы не собираемся из него выходить, хотя нас тоже что-то, может быть, не устраивает. Это же всегда элемент какого-то компромисса. Но наличие договоренностей лучше, чем отсутствие таких договоренностей. Понимая это, мы будем все делать для того, чтобы исполнять свои обязательства и будем их исполнять.

Что касается РСМД, ракет средней и малой дальности. Ведь всегда говорили, не всегда, а в последнее время часто мы слышали обвинения, что Россия нарушает этот договор, что-то разрабатывает. Может быть, и было бы такое искушение, если бы у нас не появились ракеты авиационного и морского базирования. Теперь они у нас есть. У США были такие ракеты, у нас не было.

Мы когда договорились о ликвидации ракет малой и средней дальности, речь ведь шла о «першингах», то есть наземного базирования, и наших ракетных системах.

Кстати, при ликвидации наших ракет малой и средней дальности главный конструктор покончил жизнь самоубийством, считал, что это предательство в отношении собственной страны. Это трагическая история, перевернем ее.

Но у США остались ракеты и воздушного базирования, и морского базирования. По сути, с советской стороны это было тоже одностороннее разоружение. Но теперь у нас есть ракеты и воздушного, и морского базирования. Видите, как эффективно работают «Калибры» – то из Средиземного моря, то из акватории Каспийского моря, то с воздуха, то с подводных лодок. Пожалуйста, как угодно.

Более того, кроме «Калибров», там дальность 1400 километров, у нас появились и другие ракетные системы воздушного базирования – 4,5 тысячи километров дальность, мощные системы. Мы считаем, что мы просто выровняли сейчас ситуацию. Если это не нравится, и у кого-то есть желание выйти из договора вообще, у американских партнеров, с нашей стороны ответ будет мгновенным, хочу об этом сказать и предупредить – мгновенным и зеркальным.

Но мы соблюдали, и будем соблюдать до тех пор, пока соблюдают наши партнеры все условия наших прежних договоренностей.

Ф.Лукьянов: Петр Дуткевич.

П.Дуткевич: Петр Дуткевич, Карлтонский университет, Канада.

Владимир Владимирович, во-первых, спасибо, что Вы с нами продолжаете общаться, очень приятно.

В начале октября Канада присоединилась к «акту Магнитского». Многие страны уже заявили, что они тоже готовы поддержать этот закон. Вас не волнуют, не тревожат последствия этого процесса? Можете прокомментировать этот факт?

В.Путин: Когда ситуация с Магнитским, который ушел из жизни в местах лишения свободы, имела место, я не занимался ни внешней политикой, ни безопасностью. Я был Председателем Правительства Российской Федерации, но, конечно, знал, что происходит, видел, и обсуждал это дело с тогда Президентом Медведевым Дмитрием Анатольевичем. Для нас это показалось совершенно неожиданным и странным, что вокруг, конечно, трагического случая – ухода из жизни человека, в чем бы его ни обвиняли, но все-таки всегда это беда, – такие политические игры начались.

Что я думаю по поводу того, о чем Вы сейчас сказали, по поводу того, что Канада присоединилась, или хочет присоединиться, еще кто-то хочет. Это все какие-то очень неконструктивные политические игры вокруг вещей, которые на самом деле в основе своей не являются такими, с которыми нужно работать подобным образом, которые нужно так раздувать. Ведь что лежит в основе всех этих произошедших событий? В основе всех произошедших событий лежит противоправная деятельность целой группы лиц во главе с известным господином, по-моему, Браудер его фамилия, который десять лет жил в Российской Федерации в качестве туриста и занимался фактически незаконной деятельностью, скупал акции российских компаний, не имея на это права, не будучи резидентом Российской Федерации, десятки и сотни миллионов долларов выводил за границу, уходил при этом от налогов как в России, так и в Соединенных Штатах. В последние годы, по открытым данным, по американским открытым данным, пожалуйста, посмотрите, компания Ziff Brothers, с которой связан господин Браудер, спонсирует то демократическую партию, то республиканскую в меньшем гораздо объеме. Последний перевод (это в открытых данных) – 1 миллион, по-моему, 200 тысяч долларов перевели на нужды демократической партии. Они защищают себя таким образом. В Российской Федерации господин Браудер осужден заочно на 9 лет лишения свободы за эти махинации. Почему-то этим никто не занимается. Наша прокуратора уже неоднократно обращалась в компетентные органы Соединенных Штатов: минюст, прокуратуру – с просьбой предоставить определенную информацию и вместе поработать. Ответа никакого нет. Просто используется для раздувания какой-то очередной антироссийской истерии. Нет ни у кого желания посмотреть внутрь, что там лежит в основе этой проблемы. В основе – обыкновенный криминал, жульничество и воровство.

Ф.Лукьянов: Рейн Мюллерсон.

Р.Мюллерсон: Спасибо.

У меня вопрос к Президенту Путину. В своем выступлении Вы упомянули Каталонию. Мои наблюдения показывают, что обычная независимость достигается тогда, когда или какие-то крупные державы, или хотя бы оригинальные игроки заинтересованы в этой независимости или в том случае, когда никто не обращает внимания на это. В своем выступлении в марте 2014 года по поводу Крыма, – где, кстати, я месяц тому назад был и мне там очень понравилось, должен сказать, – вы цитировали консультативное заключение международного суда по поводу Косово. Декларация независимости Косово действительно нарушает международное право. Нарушила международное право бомбардировка Сербии по поводу Косово.

Мне кажется, что Косово как раз открыло ящик Пандоры. Независимость курдов в Ираке отвечает чаяниям только курдов и, может быть, интересам Израиля тоже. Но этого недостаточно. Вся Европа, Евросоюз опасаются независимости Каталонии. Мадрид применяет силу, относительно умеренную силу, против сторонников независимости Каталонии.

Мой вопрос к Вам. Кроме следования принципу невмешательства во внутренние дела других государств, как могла бы Россия помочь урегулированию таких подобных конфликтов, чтобы, с одной стороны, не способствовать такому «параду суверенитетов», а с другой стороны, помочь этносам, меньшинствам, чьи чаяния не удовлетворены властями? Какая была бы позиция России в этих случаях?

Я не могу не упомянуть. Вы говорили о «лихих 90-х» годах. Я вспомнил при этом разговор Андрея Косарева с Президентом Никсоном о том, что у России нет национальных интересов, есть только общечеловеческие интересы. Никсон покачал головой.

Спасибо.

В.Путин: Это говорит о том, что у Никсона есть голова, а у господина Косарева, к сожалению, отсутствует. Коробка есть черепная только, но головы как таковой нет.

Что касается этого «парада суверенитетов», как Вы сказали, и нашего отношения к этому. Я вообще считаю глобально, что создание мононациональных государств – это не панацея от возможных конфликтов, а наоборот. Потому что после различных разделений и суверенитетов создание моногосударств может привести к столкновениям в борьбе за реализацию своих интересов вновь созданных мононациональных государств. Скорее всего, так и будет происходить.

Поэтому когда народы объединены в единое государство в рамках больших границ, мне кажется, здесь больше шансов на то, чтобы государство проводило сбалансированную политику. Посмотрите на примере России. У нас почти 10 процентов мусульманского населения, это не мало. Причем это не какие-то иностранцы или мигранты, у них другой родины нет, они рассматривают Россию как свою родину. Это к чему нас побудило в свое время? Я, кстати, был инициатором, мы стали наблюдателем в организации «Исламская Конференция». А это влияет на нашу не только внутреннюю, но и на внешнюю политику, делает нашу политику как раз более сбалансированной, внимательной к этой части мирового сообщества. И так же в других странах.

Что касается решения суда ООН. Оно у меня есть, я не стал его просто приводить, потому что не хотел ваше время отнимать, но знал, что мы будем это обсуждать, и для себя я просто взял, почитал. Здесь же эксперты, вы об этом практически всё знаете, но тем не менее напомню. 8 октября 2008 года Генассамблея ООН приняла резолюцию 63/3. Вопрос: соответствует ли одностороннее провозглашение независимости временными институтами Косово нормам международного права. И задала этот вопрос Международному суду в Гааге. 22 июня 2010 года после двухгодичного рассмотрения Международный суд вынес соответствующее консультативное заключение, в котором постановил, что Декларация о независимости Косово от 17 февраля 2008 года не нарушила общее международное право. Все оценки и заключения суда касаются не только случая Косово, а вопроса применимости международного права к объявлению независимости частью одного государства в принципе. В этом смысле Вы абсолютно правы, это расширительное толкование не применительно к Косово. Это открыть ящик Пандоры, это точно так и есть. Вы попали в десятку, в яблочко. Смотрите, что записано в заключении Международного суда от 22 июля 2010 года. Пункт № 79: «Практика государств не свидетельствует о появлении в международном праве нового правила, запрещающего провозглашение независимости в подобных случаях». «Никакого общего запрета, – пункт 81, – на одностороннее провозглашение независимости не вытекает из практики Совета Безопасности ООН». Пункт 84: «Международный Суд считает, что общее международное право не содержит какого-либо применимого запрета на декларации о независимости, соответственно он приходит к заключению о том, что Декларация о независимости от 17 февраля 2008 года не нарушила общее международное право». Пожалуйста, написано черным по белому.

А как западные страны все добивались этого, давили на этот Международный Суд в Гааге. Мы знаем это доподлинно, что США рекомендовали Международному Суду в письменном виде. Госдеп писал: «Принцип территориальной целостности не исключает появления новых государств на территории существующих государств». Далее. «Декларации о независимости могут (часто так и происходит) нарушать внутреннее законодательство. Однако это не означает, что происходит нарушение международного права». Дальше кавычки открываются: «Во многих случаях, включая Косово, обстоятельства Декларации независимости могут свидетельствовать о фундаментальном уважении международного права со стороны нового государства».

Германия: «Это вопрос о праве народов на самоопределение. К таким народам не применяется международная правовая норма об уважении территориальной целостности государств». Решили обрести независимость – ну и молодцы. К этому государству не применяются эти нормы о целостности.

Великобритания: «Сецессия, то есть провозглашение независимости, сама по себе не противоречит международному праву».

Франция: «Оно (международное право) не разрешает, но и не запрещает ее (сецессию, отделение) в принципе». Вот Вам, пожалуйста.

А потом реакция была на это решение Международного Суда. Вот госпожа Клинтон пишет, – кто-то, может быть, с ней работал даже, после решения суда: «Косово – независимое государство, и его территория неприкосновенна. Мы призываем все государства не зацикливаться на вопросе о статусе Косово и внести свой конструктивный вклад в поддержание мира и стабильности на Балканах, призываем страны, еще не признавшие Косово, сделать это».

Германия: «Консультативное заключение Международного Суда подтверждает нашу правовую оценку легитимности декларации о независимости Республики Косово. Оно подкрепляет наше мнение о том, что независимость и территориальная целостность Республики Косово являются неопровержимым фактом».

Франция: «Независимость Косово необратима. Заключение Международного Суда, положившее конец правовым дебатам по этому вопросу, стало значимой вехой и позволит всем сторонам отныне посвятить себя иным важным проблемам, требующим решения».

Вот «иные важные проблемы» возникли сейчас, и сейчас, когда эти «иные важные проблемы» возникли, в том числе и в Каталонии, теперь уже никому не нравятся. Не нравится! Вот это и есть то, что я называл «двойным стандартом». А весь этот пример и есть этот «ящик Пандоры», который открыли, выпустили джина из бутылки.

Позиция наша в чем заключается в данном случае? Я сказал. Я говорил о том, если вы внимательно слушали, я сказал, что мы надеемся, что будет решена проблема, исходя из испанского законодательства и конституции. Вот этим, по-моему, все сказано. Этим все сказано. Но, разумеется, в таких вопросах нужно быть очень аккуратным и очень чутким к тому, что происходит. Мы рассчитываем, что все будет решаться в рамках демократических институтов и процедур, не будет никаких новых политических заключенных и так далее. Но это внутреннее дело той или иной страны. Пожалуй, достаточно.

Спасибо.

Ф.Лукьянов: Кто забыл, я напомню, что Владимир Владимирович по базовому образованию юрист, поэтому с ним споры вести не так легко будет. Маргарита Симоньян.

М.Симоньян: Здравствуйте. Спасибо, Владимир Владимирович, за Ваш потрясающий рассказ про американские флажки на наших ядерных объектах. Господин Хамид Карзай, спасибо за Вашу смелую, откровенную позицию. Господин Джек Ма спасибо не дорогие китайские люстры, которые я купила на «Алибабе». (Смех.)

Но, если можно, я о своем, о девичьем. Вы, может быть, слышали, что Russia Today и «Спутник» – наши СМИ, которые работают за границей, в последнее время подвергаются не просто уже давлению, а настоящей травле там, где они работают.

Не далее, как два дня назад Хиллари Клинтон сказала, что российское так называемое вмешательство в выборы, в которых в первую очередь обвиняют нас (доклад ЦРУ, который об этом вышел, половина его была посвящена нашим СМИ. Там мое имя 27 раз, например, упоминается) то, что мы «сделали», она сравнила с терактами 11 сентября.

От нас требуют, чтобы мы зарегистрировались в качестве инагентов. ФБР, как мы знаем из СМИ, открыло расследование в отношении нашей деятельности. На наших журналистов невероятно давят: каждый день они о себе читают, что завтра они не устроятся больше никуда на работу. Министр иностранных дел Великобритании вчера призвал, просто выпорол депутатов, которые продолжают приходить в наши эфиры? И что будет дальше, мы можем только догадываться.

При этом еще год назад сотрудники Госдепа говорили мне, что они уважают свободу слова, и пока в России не будут применяться какие бы то ни было ограничительные меры к американским СМИ, к нам тоже этих мер применяться не будет. В итоге эти меры применяются к нам уже сегодня, при этом в России работает огромное количество американских и других СМИ, в том числе на русском языке. Я их могу похвалить, они работают прекрасно, у них огромные бюджеты в десятки раз выше, чем у наших СМИ.

Может быть, Вас удивит, но по некоторым параметрам, например, по цитируемости в соцсетях, радио «Свобода» уже сейчас на первом месте среди всех российских радиостанций. Вы когда-то пошутили про то, что после смерти Махатмы Ганди Вам и поговорить не с кем. Тогда все очень посмеялись, но в итоге сейчас это выглядит именно так – мы оказываемся в ситуации более демократической страны, чем те, кто нас этой демократии учили. При этом в России есть несколько позиций: одна позиция, что меры должны быть зеркальными, и только зеркальные меры их заставят оставить нас в покое. Другая позиция, что нужно подставить левую щеку и поступить благородно. Можно ли узнать, какая позиция у Вас?

В.Путин: Первое, по поводу самой ситуации вокруг наших информационных ресурсов, вокруг Russia today, Sputnik. У нас несопоставимые мощности с нашими коллегами в США, в Европе, просто несопоставимые. У нас нет так называемых мировых СМИ, СМИ с мировым охватом. Это монополии в основном англосаксонского мира, прежде всего, Соединенных Штатов.

Действительно, нам все время говорили о том, что нелепо, недемократично давить на любые законно функционирующие средства массовой информации, закрывать, гонять, оказывать давление на журналистов. Есть только один демократический способ бороться с тем, что кому-то не нравится (или власть, или оппозиция): высказать свое мнение, но так ярко, образно и талантливо, чтобы люди поверили вашей точке зрения, пошли за вашей позицией, встали на вашу позицию. Все остальное недемократично.

Сейчас то, что мы видим, видим, что происходит вокруг наших средств массовой информации, повторяю, гораздо меньшей мощности, чем американские или британские СМИ, просто не знаю даже, как это назвать. Недоумение – это слишком мягко сказано. Все с ног на голову перевернули.

По поводу вмешательства, невмешательства. Все знают, весь мир знает, как ведут себя, скажем, британские либо американские средства массовой информации в мире. Они напрямую постоянно оказывают влияние на внутриполитические процессы почти во всех странах мира. Как иначе себе можно представить деятельность СМИ, особенно тех, которые работают, скажем, в политическом сегменте информации?

Влияют, конечно, высказывают какую-то точку зрения, в данном случае – российскую точку зрения. Кстати говоря, далеко не всегда российскую точку зрения. Я не имею возможности постоянно за этим следить, но иногда вижу, что Russia Today выдает в эфир. Там работают представители самых разных стран: и американцы, по-моему, и британцы – кого там только нет, и немцы работают. Просто работают блестяще. Действительно, талантливые люди. Я иногда даже удивляюсь их смелости и таланту так образно излагать, так точно и бесстрашно это делать, просто снимаю шляпу. Но, видимо, это и залог успеха деятельности Russia today и Sputnik, именно это и не нравится, но ничего общего с демократией это, конечно, не имеет.

Теперь по поводу того, что подставить одну щеку, потом другую. Я вам рассказывал про ядерные объекты, казалось бы, все раскрыли, уже больше некуда просто, понимаете, ожидали, что то же самое сделают наши американские партнеры, но хотя бы будут учитывать наши интересы, мы будем полноценными партнерами. Ничего подобного, как видите, не произошло, просто ровно все наоборот: как только увидели, что наш ядерный сектор нуждается во вливаниях дополнительных и реконструкции, ракетная техника устаревает, еще что-то плохо и так далее, все наоборот: ага, со слабым партнером не считаются, с ним не разговаривают, его интересы в расчет не принимаются.

Поэтому в данном случае мы будем действовать только зеркально и достаточно быстро. Как только мы увидим конкретные шаги, ограничивающие деятельность наших средств массовой информации, тут же последует зеркальный ответ.

Ф.Лукьянов: Господин Карзай, Вы хотели добавить? У Вас тоже проблема с иностранными агентами?

Х.Карзай: Альтернативные точки зрения из России и Китая сейчас пытаются закрыть этот пробел, это очень хорошо. Я знаю, что существуют различные формы медиа в США и сейчас этот пробел закрывается.

Альтернативная точка зрения, это хорошо для всех нас, для западной аудитории, для нашей аудитории. Поэтому, я думаю, что мы увидим лучшие дни в том, что касается свободного потока информации.

Ф.Лукьянов: Ерлан Карин.

Е.Карин: Спасибо.

Владимир Владимирович, в прошлом году наша с Вами здесь встреча проходила на фоне ситуации в Сирии, обстановки вокруг Алеппо. В этом году, в начале года, был запущен астанинский процесс по урегулированию сирийского кризиса. Впервые в столице Казахстана, в Астане, за столом переговоров собрались представители самых разных противоборствующих групп, а также представители стран-гарантов этого процесса: Россия, Турция, Иран. Уже есть определенные сдвиги, состоялись несколько раундов переговоров, приняты документы.

Как Вы оцениваете промежуточные итоги астанинского процесса?

И еще один момент. На фоне всего этого мы видим, что сейчас кризис на Ближнем Востоке приобретает совершенно новые краски. Я имею в виду упомянутый Вами референдум курдов в Северном Ираке, военная операция в Киркуке и изменение в целом военной обстановки в Сирии. Как Вы видите дальнейшие перспективы вообще урегулирования сирийского кризиса? Как Вы в целом оцениваете нынешнюю обстановку на Ближнем Востоке?

В.Путин: Прежде всего, что касается сирийского урегулирования и астанинского процесса. Хочу поблагодарить Казахстан и Президента Назарбаева за то, что нам была предоставлена с другими участниками этого процесса астанинская площадка. Казахстан – не просто место, где собираются, это очень удобное место, имея в виду нейтральную позицию Казахстана и имея в виду, что Казахстан никогда не вмешивался в какие-то внутренние сложные процессы в регионе, а наоборот является авторитетным посредником.

Хочу отметить, что были моменты, когда Президент Назарбаев брал на себя даже определенную ответственность для того, чтобы удержать за столом переговоров все конфликтующие и договаривающиеся стороны. И это очень позитивно, мы за это очень благодарны.

Теперь в каком состоянии находится этот процесс. Он набирает позитивный оборот. Не без проблем, сейчас об этом тоже скажу, но в целом идет позитивно. Нам, благодаря позиции Турции, Ирана, Сирийского правительства, разумеется, удалось в значительной степени сблизить позиции по ключевому вопросу прекращения кровопролития и создания зон деэскалации. Это самый значимый результат всей работы в Сирии вообще за последние два года, и астанинского процесса, в частности.

Должен сказать, что существенную роль вносят и другие страны, которые напрямую не участвуют в переговорах в Астане, но незримо присутствуют и влияют на происходящие процессы, в том числе это касается и Соединенных Штатов Америки. У нас с американскими партнерами по этому направлению на этом треке взаимодействие постоянное, стабильное, непростое, не без споров, но все-таки в этом сотрудничестве больше позитива, чем негатива.

Россия. Китай. Весь мир. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > kremlin.ru, 19 октября 2017 > № 2355892 Владимир Путин, Джек Ма


Россия > Агропром > agronews.ru, 18 октября 2017 > № 2357688 Валерий Чешинский

Комментарий. Почему в стране производится много зерна, но мало качественного хлеба.

В России невиданный урожай зерна. Растут экспортные поставки. Казалось бы, при наличии пшеницы мы могли бы иметь на полках магазинов очень качественных хлеб и вкуснейшие хлебобулочные изделия. Но, к сожалению, это далеко не так. От представителей хлебопекарной промышленности приходится слышать то о нехватке качественного сырья, то о других проблемах, которые мешают отрасли.

Эти и многие другие вопросы были затронуты в беседе издателя портала «Крестьянские ведомости», ведущего программы «Аграрная политика» Общественного телевидения России – ОТР, доцента Тимирязевской академии Игоря АБАКУМОВА с президентом Российского союза пекарей Валерием ЧЕШИНСКИМ.

— Валерий Леонидович, почему всегда большой урожай связан не с прибылью, не с доходами, а все-таки с убытками? Всегда – сейчас, и в прошлом году, и весной – говорили о том, что при большом урожае падает качество зерна, качество хлеба. Насколько это справедливо?

— Нельзя так говорить. Есть, конечно, некая такая корреляция…

Но если мы говорим об этом сезоне, то в принципе мукомолы и хлебопеки качеством урожая этого сезона довольны, принимая во внимание, что сейчас есть достаточно большой объем предложения для обеспечения заготовки и создания запасов. Мы как раз этим активно занимаемся. И этот сезон гораздо лучше, чем предыдущий как с точки зрения валового сбора, так и с точки зрения качественной пшеницы в первую очередь. Ведь именно ее нам в прошлом году не совсем хватало. Однако мы, так сказать, дотянули и сейчас все хорошо.

— А в этом году какие прогнозы по качеству зерна?

— Как я и сказал, они значительно лучше. Очень хорошая натура у зерна – оно большое, хорошее, выполненное, что очень важно. Ожидаем, что будет все-таки большее количество зерна 3-го класса, что очень важно в первую очередь для мукомолов, для производства качественной муки и по ГОСТу. Но вместе с тем, конечно, мы рассчитываем и надеемся, что в дальнейшем будут прилагаться максимальные усилия для производства качественной пшеницы. Также надеемся, что в нашей стране будут стимулировать соответствующим образом наших крестьян, чтобы они производили качественную пшеницу, которая востребована как на нашем внутреннем рынке, так и на внешнем.

— Каким образом стимулировать, Валерий Леонидович?

— Используя весь тот инструментарий, который есть…

— А какой инструментарий? Почему его не используют до сих пор?

— Это финансовое стимулирование. Мы, со своей стороны, как переработчики делаем все необходимое: платим премиальную цену, она выше, чем экспортные цены в среднем.

— Мудреный оборот – больше платите.

— Платим больше, конечно, и всегда это было, в предыдущих сезонах и сейчас. Формула цены – это то, сколько платят экспортеры или трейдеры при экспортных операциях. Так вот, мы платим больше на 5-15% в зависимости от качества конкретной партии зерна и вообще в зависимости от конъюнктуры рынка в данный момент, в данный сезон. Это достаточно серьезный, хороший стимул.

— Значит, все эти разговоры о том, что зерно 5-го класса идет на хлебопечение – это только разговоры, или под ними что-нибудь есть?

— У серьезных производителей, у индустриальных переработчиков, мукомолов, крупных мельниц такого в принципе нет. Это действительно тема, как говорится, высосанная из пальца. И последние результаты, приведенные Роскачеством по ЦФО, подтверждают, что этого на самом деле нет. Ни в одном из образцов продукции батона нарезного не выявлено следов пшеницы 5-го класса. Обычно мукомолы используют пшеницу и классическую схему смешения: как правило, мы используем 3-й класс (минимум 50-70% в зависимости от качества каждой конкретной помольной партии), а все остальное — 4-й класс. Конечно, в последнее время из-за определенного дефицита качественной пшеницы происходит некий перекос в этом балансе. Но классическая формула где-то такая, как я ее обрисовал. А использование фуражной пшеницы для мукомольных целей – это, конечно, нонсенс. Конечно, кто-то где-то, может, и хулиганит, но это во всяком случае не по нашему адресу.

— Давайте определим: ваш Союз хлебопекарной промышленности, предприятий хлебопекарной промышленности или Союз пекарей по-простому кого объединяет?

— Крупных индустриальных производителей хлеба. И такая же параллельная структура существует у мукомолов, которая тоже объединяет крупные индустриальные мельницы, которые обеспечивают тоже большую долю производства.

— Сколько процентов рынка занимают крупные индустриальные предприятия? Мы ведь говорим о печеном хлебе, да?

— Да. Если говорить о том, сколько мы обеспечиваем с точки зрения общего рынка, то скорее всего это порядка 70-80%. Имеется в виду хлеб массового спроса, в том числе социальных категорий. Но есть более широкая гамма производимых продуктов, и, естественно, там достаточно большую долю могут занимать мини-пекарни и производители более мелкого формата.

— А вот эти мелкие и мини-пекарни какую долю рынка занимают?

— Смотря в каких качественных категориях…

— Ну вот лаваши, выпечка, печенье всякое и так далее.

— Здесь они, конечно, могут занимать несколько большую долю. В принципе, доля такого не очень учитываемого сектора, скажем так, (что по мини-мельницам, что по мелким пекарням) может составлять до 40%. И это практически не учитывается даже Росстатом…

— Вы как-то очень аккуратно говорите. Не учитывается Росстатом даже их потребление зерна, или не учитывается контролирующими органами качество этого продовольствия?

— Вы совершенно правы – и то, и другое.

— То есть моя догадка верна?

— Конечно. Если вы возьмете данные Росстата с точки зрения объема производства муки, хлеба, то можно увидеть, что порядка 40% этого объема – физически произведенной продукции — не учитывается Росстатом. При этом по данным того же Минсельхоза, объемы, которые используются на продовольственные цели по зерну, гораздо выше, чем то, что показывает Росстат. То есть, при таком положении иметь абсолютно точную, корректную расчетную таблицу по данным зернового баланса достаточно сложно.

— С точки зрения практики советского периода отсутствие контроля за выпечкой хлеба – это, конечно, нонсенс. Потому что я помню, какой был контроль, какое было качество. Это я помню, а вы — то, наверное, лучше знаете.

— Мы тоже помним.

— У вас это, как говорится, семейная тема.

— Это отдельный разговор. Дело не в этом. Но тема качества и соблюдения технологий…

— И то, что сейчас ничего не контролируется – это, в общем, такая сакральная тема. Как же это может не контролироваться, скажите мне, пожалуйста?

— Нельзя сказать, что это вообще не контролируется – все контролируется. Самое главное, что производители достаточно четко и корректно к этому подходят, поскольку у всех есть настоящие профессиональные лаборатории, которые следят за качеством и безопасностью выпускаемой продукции, используемого сырья. Это очень важно. Но, с другой стороны, действительно все мы стараемся соблюдать и соблюдаем нормы ГОСТа, хотя с середины 2000-х гг. соблюдение стандартов носит уже больше заявительный характер, и мы считаем, что это тоже неправильно. Соблюдение норм качества и безопасности – это тема №1, это закон. И нужно сделать все, чтобы это носило не заявительный характер, а было жестким и обязательным условием.

— Вот скажите, пожалуйста, крупные хлебозаводы – это означает промышленное производство хлеба круглосуточно?

— В зависимости от региона и загруженности, по которой работает завод. Но работа в 2-3 смены – такое бывает.

— Их количество сократилось со времен перестройки, со времен 1990-х гг., так ведь?

— Да. Было на каком-то этапе порядка 1 100 таких крупных индустриальных производств, а сегодня меньше, примерно 750-800 крупных производств по стране, то есть заводов.

— У производителей зерна… Как мы их называем? – крестьяне? Но крестьяне бывают разные: бывают мелкие крестьяне, бывают очень крупные, их тоже крестьянами как-то сложно назвать, это уже крупный бизнес. У них есть совершенно четкое убеждение, что вы катаетесь как сыр в масле: вы делаете хлеб, вы его продаете, практически вы, что называется, капиталисты большие. Насколько прибылен этот бизнес?

— Если говорить об индустриальном хлебопечении и на основе данных того же Минсельхоза, это не очень рентабельное производство, если мы говорим о производстве хлеба массового спроса.

— Это нарезной батон и буханка, да?

— Да, это в среднем. Получается рентабельность порядка 2-3%.

— 2-3%?

— 2-3%, да – это по данным Минсельхоза, это все можно проверить. Хлебопекарная отрасль — это очень большая и серьезная капиталоемкая промышленность, и здесь вопрос не только сырья, но и оборудования и всех иных компонентов.

— Может быть, оборудование просто старое у вас?

— Конечно, не без того. По данным того же Минсельхоза, по нашей отрасли износ основных фондов составляет 65-70%. Это требует модернизации, реновации, строительства новых мощностей. С другой стороны, на это нужно смотреть позитивно, как на благоприятный шанс с точки зрения дальнейшего развития. Дело в том, что, уделяя внимание развитию мукомольной и хлебопекарной отрасли, в стране можно создать достаточно серьезный спрос на отечественное оборудование, на отечественное машиностроение…

— А оно есть?

— Конечно, есть, и очень успешно развивается. Мы обеспечиваем особенно сейчас достаточно серьезный спрос, но могли бы обеспечить гораздо больше и вытягивать таким образом всю экономику страны из кризисных явлений за счет обеспечения спроса на машиностроительную продукцию. Но для этого необходимо уделять такое же внимание, как и сельхозтоваропроизводителям, и нашим отраслям.

— Многих интересует, как вы относитесь к экспортным пошлинам на вывоз зерна, ведь в свое время мукомолы поддержали эту меру?

— Это было, наверное, в 2014-2015-х гг., когда произошло совпадение двух факторов — это темпы роста экспорта и падение курса рубля. Вы помните, что было с рублем, и это, естественно, достаточно сильно повлияло на позицию. Когда происходят подобные катаклизмы, никто от этого не выигрывает, и не мы вводили эту пошлину, это тоже надо понимать.

— Но вы ее поддержали.

— Был определенный момент, при котором, если вы помните, у многих мукомолов запасы были всего на 2 недели. А в это время нужно было готовить запасы сырья и необходимо было стимулировать этот процесс. Для нас не является ограничение экспорта чем-либо приоритетным – мы, наоборот, за стабильность, за то, чтобы экспорт всегда был, и Россия была стабильным, надежным экспортным поставщиком. В нынешнем сезоне мы активно участвуем в заготовке сырья, платим нормальные, адекватные цены, выполняем принятые на себя обязательства перед соответствующими поставщиками, не меняя цен. Это очень важно. А для того чтобы стимулировать баланс на рынке зерна на сегодняшний день, нужно применять другой механизм. Обещали, например, коллегам интервенции, а сейчас их нет, но это необходимо. И мы об этом давно просили. Можно, не изобретая велосипед, только в рамках существующих распоряжений и постановлений правительства давать субсидированные кредиты как мукомолам, так и производителям комбикормов, поскольку зерно – это не только хлеб, мука, это еще и комбикорма.

— А субсидированных кредитов эта отрасль не получает?

— Вы знаете, у нас есть задолженность за 2015-2016-е годы…

— У вас есть или перед вами есть?

— Перед нами есть у федерального бюджета по оборотным кредитам для заготовки зерна для мукомолов…

— Какая сумма?

— Консолидированной цифры нет, мы ее не знаем (Минсельхоз знает), но сумма до сих пор не выплачена.

— Ну это миллионы, миллиарды? – сколько это?

— Нет, по отдельно взятым предприятиям это небольшие десятки миллионов рублей. Для кого-то, может быть, эта цифра чуть побольше в зависимости от объема производства…

— Для одного предприятия — это большие средства…

— Да, это, несомненно, большие ресурсы; для кредитной истории это важно, для переговоров с банком. Сегодня не так легко получить ресурсы – они видят, что история вопроса не решается долго. А в этом сезоне, когда есть такая возможность, нам как никогда важно обеспечивать буферные запасы качественного зерна.

— А какой должен быть запас зерна в стране? Вот какой был запас зерна в стране, когда наступил 22 июня 1941 года?

— Насколько я помню, по-моему, это было порядка 22-23 миллионов тонн. Это в госрезерве в Советском Союзе перед началом Второй мировой войны.

— А сейчас какой у нас запас?

— Я думаю, что это секретные данные, этот вопрос не ко мне.

— Ну чисто теоретически?

— Понятно, что значительно меньше. Но сегодня, может быть, столько и не нужно; есть к тому же интервенционный фонд. Но наличие запасов и переходящие остатки – это на самом деле не недостаток, а достоинство, которое позволяет балансировать различные ключевые факторы, связанные с нестабильностью на зерновом рынке. И зерновой рынок – он важнейший и ключевой, поскольку зерно – это не только хлеб и мука, но это через комбикорма и мясо, масло, молоко.

Молоко – это ключевой сырьевой рынок, который влияет на макроэкономическую стабильность. И одна из важнейших составляющих продовольственной инфляции – это зерно, поскольку оно влияет на всю производную продукцию.

— Я помню свое детство на Кубани, когда караваи ребристые были – на него нажимаешь, держишь, а он потом опять встает. Почему сейчас такого хлеба нет? Даже на Кубани его нет.

— Все действительно зависит исключительно от качества и добросовестности производителя и какое входное сырье он использует. И то, о чем мы говорим – это такой хлеб, который не поднимается, у которого нет подъема – означает, что его в основном сделали из пшеницы 4-го класса, то есть недостаточно качественного зерна.

— Почему используется пшеница 4-го класса? Есть устойчивое мнение – его пока еще никто не опроверг – что… Вы же сказали, что рентабельность 1-2% у больших хлебозаводов. Вы сказали, что им надо экономить, поэтому они используют дешевые сорта.

— Нет, главное не это, а разница в цене между мукой, сделанной, например, по ГОСТу и ТУ. Она не такая большая – в пределах 5-10%.

— Почему так плохо поддерживаются крупные хлебозаводы? Почему, объясните.

— Объясню. Технически они вообще никак не поддерживаются, потому что по хлебопекарной промышленности на сегодняшний день нет необходимого финансирования с субсидированием процентной ставки, как это вообще должно быть даже по последнему распоряжению Правительства №1828…

— То есть у нас все внимание на производство зерна, а не на выпечку?

— Да, у нас гораздо большее внимание уделяется именно производству сырьевой сельскохозяйственной продукции.

— Это чья ошибка, как вы считаете?

— Это не ошибка, это такой вектор развития.

— Извините, но это ошибочный вектор развития.

— Хорошо, мы не будем давать со своей стороны оценок, мы покажем свое видение. Мы считаем, что пищевая и перерабатывающая промышленность является как бы ключевым, важнейшим элементом в агропродовольственной политике, и это должно быть становым хребтом развития сельского хозяйства. И необходимо уделять внимание развитию именно этого направления.

— Тогда у меня встречный вопрос. Представим себе, что что-то случилось – землетрясение, наводнение. Для МЧС это большое событие. Не дай бог военные действия – спаси господь. И нам срочно нужно будет перевести хлебозаводы на военные рельсы, на мобилизационный режим, то есть производить ржаные буханки и буханки белого хлеба, то есть пшеничного, верно? Через сколько часов они должны перейти на военный режим? – через сутки, верно? Вы сейчас не пугайтесь, я немножко знаю отрасль.

— Мы не пугаемся, нас испугать сложно.

— Для этого нужно сохранять мобилизационную мощность, то есть эти формы под буханки – их нужно чистить, за ними нужно ухаживать, их нужно где-то складировать – это все затраты. Кто эти затраты компенсирует? Их компенсирует кто-нибудь? – Министерство обороны, МЧС, государство, какой-то фонд существует? Или это все держится за счет самого завода?

— На сегодняшний день заводы должны поддерживать так называемый мобрезерв, они его поддерживают в рамках своей необходимой компетенции. Но то, о чем мы говорим – а мы надеемся, что этого никоим образом не произойдет – но тем не менее, конечно, этому аспекту нужно уделять необходимое внимание, поскольку в случае любой чрезвычайной ситуации именно крупные производители могут обеспечить резкий, взрывной, необходимый объем производства той или иной продукции…

— Но не мелкие же пекарни.

— Ну конечно нет. Мы к этому всегда готовы. И исторический опыт показывает, что в разные сложные времена хлебопеки выполняли все необходимые поставленные задачи.

— Какая сейчас средняя зарплата по отрасли?

— К сожалению, не самая высокая, надо сказать.

— Вы цифру, цифру назовите.

— Знаете, есть и 15, и 17, и 20, и 30 тысяч рублей в зависимости от регионов…

— То есть не выше, чем по сельскому хозяйству?

— Конечно, не выше.

— Это просто вопрос для тех, кто думает, что хлебопеки на крупных заводах на чем-то там наживаются. Вот, собственно, и правда.

— Да. И для того, чтобы была адекватная заработная плата, необходимо осуществлять модернизацию, реконструкцию на базе энергосберегающих и новых технологий, обеспечивать технологически новую платформу отрасли.

Россия > Агропром > agronews.ru, 18 октября 2017 > № 2357688 Валерий Чешинский


Казахстан > Финансы, банки. Транспорт > kapital.kz, 18 октября 2017 > № 2357310 Шакир Иминов

Жизнь после ДТП: как вовремя и в полном объеме получить выплаты

Как на самом деле работают страховые компании

Мы решили немного отойти от темы новых технологий и рассмотреть некоторые общие вопросы, ответы на которые интересуют практически каждого автолюбителя. Основной вопрос, который волнует водителя после любого ДТП: как получить без проблем страховую выплату в короткий срок. По этому вопросу мы обратились к исполнительному директору СК «Евразия» Шакиру Иминову.

«В настоящий момент в страховой компании «Евразия» полностью автоматизирован процесс контроля за выплатами — от регистрации заявления об убытках до создания платежного поручения в банк получателя выплаты (пострадавшего), а также отработан процесс выдачи наличных по выплатам по страховым случаям. Возможность создания страховых актов на основе заявлений и автоматический расчет средних сумм позволяют существенно сократить время принятия решения по выплате и уменьшить время ожидания денег для пострадавшего (клиента).

Выплаты — это основной вопрос, который мучает всех автомобилистов и заставляет сомневаться в правильности выбора страховой компании. Главный критерий при выборе страховщика — это своевременная оплата страхового покрытия, так как некоторые компании могут задержать перевод денежных средств, вследствие чего приходится прибегать к помощи досудебных претензий или же к суду. На 1 октября 2017 года выплаты Евразии по ОС ГПО ВТС составили 2,4 млрд тенге, увеличившись по сравнению с прошлым годом более чем в 6 раз. Ежедневно к нам обращаются в среднем 20−25 автовладельцев со страховыми случаями. Мы усердно работаем над тем, чтобы текущий год принес нам увеличение по «автогражданке», и все предпосылки к этому есть.

Кстати, хочется добавить, что по обязательному страхованию автомашин не у всех страховщиков дела идут хорошо. В течение последних лет на рынке накапливались финансовые проблемы, в том числе рост убыточности по этому виду страхования, приведшие к падению рентабельности. Для многих компаний обязательная «автогражданка» стала полностью убыточным направлением.

И все же мы считаем, что сегодня на страховом рынке Казахстана наступают хорошие времена. ОС ГПО ВТС фактически является основным классическим и массовым видом страхования в стране. В целом идея данного продукта правильная и успешно существует во многих западных странах. Что касается планов «Евразии» на 2017 год, то мы активно будем наращивать свою долю на рынке по этому виду страхования. Для этого у нас есть большая филиальная сеть как в Алматы и Астане, так и по всему Казахстану. Мы объективно стали работать лучше и платить больше. Статистические показатели по нашей компании в этой части показывают, что автовладельцы продолжают ответственно относиться к покупке полиса обязательного автострахования", — рассказал Шакир Иминов.

На самом ли деле получение выплат — процесс, который может проходить быстро, без бумажной волокиты? Своим опытом поделился алматинец Алексей Пеньков. Мы подробно поговорили с автолюбителем на тему получения страховой выплаты.

— Алексей, вы недавно попали в ДТП и были одним из тех клиентов, которые остались довольны страховой выплатой и решили поделиться с нами.

— У меня собственный бизнес, и практически весь день я передвигаюсь на машине. Сами понимаете, что в этом бизнесе без страховых случаев в условиях работы по городу не обойтись. Точнее, рано или поздно он должен был произойти. Как говорится, не ты, так тебя. В первую секунду после ДТП сразу мысль: клиенты, их заказы, как доставлять, машина на ремонте, суды со страховой, ну и т. д. Одним словом, человек, который ни разу не сталкивался со страховыми компаниями, как я, думаю, испытает такие же чувства. Но в итоге у меня никаких задержек с рассмотрением заявлений и выплатой СК «Евразия» не было. Все прошло быстро, профессионально, с хорошим качеством обслуживания! Конечно, всегда кажется, что отрицательных отзывов больше, чем положительных. Но это не так!

— Вы думали, что могут возникнуть проблемы с выплатами?

— Я часто читал в интернете, что многие автолюбители недовольны выплатами. Например, запрашивают всякие несуществующие документы, затягивают оценку повреждения, считают суммы намного меньше причитающихся. Я тоже переживал, учитывая, что это мое первое ДТП и, надеюсь, последнее (смеется). Но мне повезло. Получил я выплату очень быстро, где-то в течение 4−5 дней.

— Сильно ли пострадала машина при ДТП?

— Повреждение было настолько сильным, что пришлось вызывать эвакуатор. Но это все пустяки, самое главное — сам жив-здоров.

— Согласны ли вы были с результатами оценки и с суммой компенсации?

— Меня знакомые предупреждали, что страховщики такие-сякие и что они могут снизить компенсацию. Но в моем случае, повторюсь, страховщики сработали очень профессионально. Я был доволен результатами оценки и суммой компенсации, и, соответственно, итоговой страховой выплатой, которая составила свыше 1 млн тенге с копейками.

— А если бы вас не устроила страховая выплата? У вас был план, как дальше действовать?

— Друзья, которые уже попадали в ДТП, сказали, что, если компромисс не будет достигнут, тогда я вправе обратиться к независимым экспертам, ну или на крайний случай к страховому омбудсмену, вроде его так называют. Ну, слава богу, что обращаться не пришлось.

— Как долго вы ждали оценку после ДТП?

— Пока я собирал документы, обратился в страховую компанию с заявлением на проведение оценки. Я не успел еще свои документы сдать, как оценка была готова и ждала меня в страховой, чтобы я с ней ознакомился. Если не ошибаюсь, через 2−3 дня мне позвонили с «Евразии» и назначили время и место проведения осмотра автомобиля для оценки повреждений. Учитывая, что я человек работающий и времени было мало, все прошло очень быстро, чему я рад.

— После того как с вами случилось ДТП, что вы для себя выделите из работы со страховой компанией?

— В первую очередь, наверное, адекватную страховую выплату. Что еще? Компания оперативно решает те или иные проблемы. Советует и помогает. Это главное для клиента.

— А то, что многие жалуются на страховые компании, что они не платят…

— Если честно, я был бы доволен, если бы страховая мне заплатила сверху еще 100−200 тысяч. Но, ребята, не надо быть эгоистами. Мы платим страховщикам от 10 до 20 тыс. тенге, а взамен хотим очень многого. Мне выплаченных денег было достаточно на ремонт, и это главное. А про жалобы — всегда будут люди, которые всем недовольны и которые считают, что все им вокруг что-либо должны.

— В наших СМИ не так часто появляются публикации на такие темы, как ДТП и реальный комментарий пострадавшего. В двух словах, как должны работать страховые компании Казахстана, чтобы у них не было проблем с клиентами?

— Страховые компании должны работать оперативно, все время быть на связи, все сделать быстро и чтобы выплата позволяла отремонтировать машину! Я думаю, это самое главное в такой экстремальной и нервной ситуации, как ДТП.

Казахстан > Финансы, банки. Транспорт > kapital.kz, 18 октября 2017 > № 2357310 Шакир Иминов


Хорватия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 18 октября 2017 > № 2355890 Владимир Путин, Колинда Грабар-Китарович

Заявления для прессы по итогам российско-хорватских переговоров.

В.Путин: Уважаемая госпожа Президент! Дамы и господа!

Только что завершились наши переговоры с Президентом Хорватии, и хочу отметить, что они прошли в конструктивном ключе, подтвердили настрой двух стран на всемерное развитие сотрудничества.

Хорватия является важным партнёром России в Европе и на Балканах. В мае текущего года исполнилось 25 лет с момента установления официальных межгосударственных отношений. За это время они приобрели, действительно, разноплановый и взаимовыгодный характер.

Сегодня мы с Президентом Хорватии обсудили, в том числе с участием глав министерств и ведомств, конкретные меры по дальнейшему наращиванию двустороннего взаимодействия; особое внимание уделили экономическим связям.

Напомню, что в прошлом году взаимный товарооборот составил 808 миллионов долларов, в первом полугодии 2017-го он увеличился на 64 процента.

Полагаем, что в этом году есть хорошая возможность вернуть товарооборот на докризисный уровень – свыше одного миллиарда долларов.

В ходе состоявшегося 3 октября в Москве очередного заседания межправкомиссии по экономическому сотрудничеству обсуждались новые инициативы, призванные стимулировать наши торгово-инвестиционные связи.

Речь идёт в том числе об активизации сотрудничества российских и хорватских компаний в реализации совместных проектов в третьих странах. Только что между Минэкономразвития России и МИДом Хорватии подписан меморандум, нацеленный на оказание содействия бизнесу в продвижении на иностранные рынки.

Большие надежды в плане расширения российско-хорватских деловых контактов связываем с бизнес-форумом, который пройдёт в присутствии Президента Хорватии завтра в Москве.

Особое внимание на переговорах уделили традиционной сфере двустороннего сотрудничества – энергетике. Хорватия – крупный импортёр российских нефтепродуктов. В прошлом году республика закупила у нас 350 тысяч тонн нефти.

Кроме того, через порты Хорватии и её трубопроводную систему транзитом поставлено 2,3 миллиона тонн российской нефти для потребителей в странах юго-восточной Европы.

Компания «Лукойл» владеет в Хорватии разветвлённой сетью заправочных станций и поставляет на внутренний рынок восемь процентов реализуемого в стране топлива.

В свою очередь российская компания «Газпром» обеспечивает почти половину потребностей Хорватии в природном газе. В сентябре с хорватскими партнёрами подписан долгосрочный контракт на поставку газа до 2027 года.

Российские корпорации «Силовые машины», «Технопромэкспорт» помогают в развитии электроэнергетики Хорватии. При их участии введён в эксплуатацию третий энергоблок ТЭС «Сисак», есть планы строительства и модернизации других энергообъектов.

Отмечу, что компании двух стран наращивают промышленную кооперацию, в том числе в области судостроения. Хорватская верфь «Бродотрогир» подключилась к сооружению арктического танкера для проекта «Ямал СПГ», прорабатывается возможность поставки в Хорватию российских судов на подводных крыльях.

На хорватском рынке успешно работают российские банки, действует разветвлённая сеть отделений Сбербанка, вместе с ВТБ он участвует в программе финансового оздоровления крупнейшего агропромышленного холдинга Хорватии «Агрокор».

В ходе переговоров затронуты и вопросы гуманитарного взаимодействия. Принятая сегодня межправительственная программа в области культуры на 2017–2019 годы призвана поставить сотрудничество в этой сфере на системную основу.

Признательны хорватским властям за поддержку открытия в Загребе в 2016 и 2017 годах памятников Александру Сергеевичу Пушкину, Юрию Алексеевичу Гагарину, Сергею Александровичу Есенину.

В свою очередь российской стороной прорабатывается вопрос об установке в Москве памятника хорватскому философу, богослову Юрию Крижаничу, жизнь которого была тесно связана с Россией.

Развиваются контакты по линии городов-побратимов. В следующем году запланированы масштабные мероприятия по случаю 50-летия установления прямых связей между Санкт-Петербургом и Загребом.

Хорватия – популярное место отдыха российских туристов. В прошлом году там побывали 56 тысяч россиян. Перспектива дальнейшего расширения взаимных турпотоков будет обсуждаться завтра на российско-хорватском бизнес-форуме.

Также состоялся обстоятельный обмен мнениями по различным международным вопросам.

В заключение хотел бы выразить признательность хорватскому руководству, лично госпоже Президенту за обстоятельные и содержательные переговоры.

Рассчитываем, что достигнутые результаты будут способствовать дальнейшему развитию российско-хорватского сотрудничества по всем направлениям.

Благодарю вас за внимание!

К.Грабар-Китарович (как переведено): Уважаемые дамы и господа, я всех приветствую!

Хотела поблагодарить Президента Российской Федерации господина Владимира Путина за гостеприимство, которое оказано мне и моей делегации здесь, в Сочи, в Российской Федерации. Это место многие сравнивают с колыбелью хорватского туризма, с городом Опатия – одним из любимых мест отдыха российских туристов на хорватском побережье.

Как уже сказал господин Путин, мы сегодня говорили о целом ряде тем, которые чрезвычайно важны для дальнейшего развития наших двусторонних отношений: от политических, экономических до сотрудничества в культуре.

Целый узел наших разговоров подтверждается подписанием целого ряда новых актов о нашем сотрудничестве. В тот год, когда мы отмечаем 25-летие со дня признания и установления дипломатических отношений, хочу подчеркнуть, что Хорватия как член Евросоюза и НАТО является также страной, которая уважает международное значение России и поэтому стремится придать новый размах развитию двусторонних отношений.

Должна сказать, что сегодня, через восемь лет после последнего официального визита на президентском уровне, снова выражено взаимное желание по возобновлению сотрудничества на основах равноправия и взаимного уважения.

В этом духе Президента Путина я пригласила посетить Республику Хорватию. Надеюсь, что мы сможем это осуществить уже в следующем году. Это было бы первым государственным визитом российского Президента в Хорватию.

Мы сегодня рассматривали некоторые открытые вопросы в наших отношениях. Они скорее имеют технический, нежели политический характер, и мы стараемся их успешно решать. Мы сегодня установили и привели примеры успешного сотрудничества, которым удалось оживить российско-хорватские экономические отношения.

Здесь особо хотела поблагодарить Президента Путина и российскую администрацию за понимание, конструктивный вклад в решение проблемы загрязнения воздуха в Славонски-Броде.

Такие положительные примеры сотрудничества снова и снова подтверждают, что открытым диалогом можно решить многие вызовы. Россия является значительным экономическим партнёром Хорватии, и мы стремимся к расширению двустороннего экономического сотрудничества.

Это подтверждает и исключительный отклик касательно завтрашнего Экономического форума в Москве, в котором будут участвовать несколько сот фирм из Хорватии и России. Они будут рассматривать возможности сотрудничества, подписания новых договоров.

Мы согласились с тем, что отмечается рост товарообмена, несмотря на санкции, которые прежде всего ударили по нашим гражданам и нашим фирмам. Я поприветствовала российские инвестиции, особенно в туристический сектор, и готова отстаивать любые формы взаимовыгодных инвестиций из Российской Федерации.

Россия показывает значительный интерес в инвестиции в области энергетики. Я познакомила господина Путина с целым рядом законодательных изменений в Хорватии, которые позволяют или обеспечивают надёжное инвестирование через либерализацию рынков электроэнергии, нефти и газа.

Хотя Хорватия пытается осуществить диверсификацию поставщиков и транспортных направлений в энергетике, сотрудничество с российскими фирмами продолжается.

Ярким примером этого является договор, подписанный между «Первым газовым обществом» и «Газпромом» касательно долгосрочного снабжения хорватского рынка газом. Президенту Путину я представила «Инициативу трёх морей».

Речь идёт о неформальной политической платформе стран Средней Европы, которая призвана укрепить европейские связи и экономическое сотрудничество через строительство транспортной и энергетической инфраструктуры и создание цифровых технологий, для того чтобы обеспечить конкурентоспособность государств Евросоюза.

Хотела бы также подчеркнуть, что эта инициатива прежде всего «за», а не «против», она призвана укрепить связи в Средней Европе. Хотя очень часто инициативу упрекают в том, что она направлена против России, она не направлена ни против России, ни против немецкого влияния в Средней Европе.

Речь не идёт об американском троянском коне. Инициатива открыта для сотрудничества со всеми государствами, и целый ряд третьих стран, например Китай, другие государства Евросоюза, уже выразили своё желание и готовность включиться в этот проект. Почему среди них не была бы и Россия?

Мы особо коснулись вопросов очагов кризиса, например Сирии, Ливии, и глобальных вызовов, с которыми сталкивается международное сообщество. Прежде всего это совместная борьба против терроризма, экстремизма, радикализма.

Россия представляет собой необходимого партнёра в их решении в разговорах о глобальной безопасности. Хорватия как член Евросоюза и НАТО привержена открытому содержательному диалогу с Российской Федерацией, когда речь идёт об Украине.

Здесь могу сказать, что уверена, что всесторонняя реализация минских соглашений и продвижений в «нормандском формате» может устранить нестабильность с европейской территории, которая не является ни европейским, ни российским, ни украинским интересом.

Полагаю, что мы сможем отметить и продвижение в наших экономических отношениях. Я полагаю, что регулярное сотрудничество с Российской Федерацией обеспечит и пересмотр санкционных рамок, которые, как я уже сказала, ударяют по нашим гражданам и нашим фирмам.

Мы говорили о состоянии в Юго-Восточной Европе, и я полагаю, что европейская перспектива является гарантом стабильности, безопасности и процветания для стран Юго-Восточной Европы. Мы говорили также об укреплении нашего культурного и научного сотрудничества.

Позвольте мне подчеркнуть, что есть один наш соотечественник, уроженец Риеки Роберт Бартини. Это действительно гениальный конструктор самолётов. Но гораздо меньше известно, что Роберт Бартини как замечательный учёный своими исследованиями внёс большой вклад в авиационную и космическую промышленность.

Он работал в группах Григоровича, Туполева, Томашевича и Бериева. О значимости Роберта Бартини говорит то, что официальный зачинатель российской космонавтики Сергей Павлович Королёв назвал этого гения своим учителем, а благодаря его помощи, знаниям и советам Юрий Гагарин стал первым космонавтом.

И я очень радуюсь своему посещению Российской Федерации и продолжению своего визита в Москве и Санкт-Петербурге. Особенно я радуюсь встрече с Патриархом Московским и всея Руси Кириллом, потому что мы призваны прежде всего защищать интересы христиан в мире. В религиозных сообществах мы видим его партнёром в укреплении положительных общественных ценностей.

В городе Цриквеница в Хорватии существует русская православная церковь Святителя Николая, которая построена в 1924 году. Хорватское государство поддерживает реконструкцию церквей остальных церковных комплексов, и думаю, что, обновив эту церковь, мы могли бы начать служить литургию Русской православной церкви.

Наш визит мы начинаем на Черноморском побережье, а заканчиваем его на Балтийском море. И здесь необходимо вспомнить ещё одного знаменитого хорвата, который был адмиралом Балтийского флота при Петре Великом и вёл очень многие баталии. Его тело покоится в церкви Святого Людовика в Москве.

Он отстаивал основание Черноморского военного флота, и предполагают, что он составил проект кодекса российского военного и торгового флота. Об этом существует очень богатый материал в русских архивах.

И вот такие люди действительно соединяли на протяжении истории два наших народа, они действительно заслуживают нашего уважения и могут служить нам примером.

Господин Президент, ещё раз большое спасибо Вам за сотрудничество и гостеприимство.

Хорватия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 18 октября 2017 > № 2355890 Владимир Путин, Колинда Грабар-Китарович


Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 18 октября 2017 > № 2355887 Николай Подгузов

Встреча Дмитрия Медведева с генеральным директором «Почты России» Николаем Подгузовым.

Обсуждались основные направления развития «Почты России» на ближайшие годы.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Николай Радиевич, мы с Вами встречались некоторое время назад, когда Вы практически только приступили к исполнению обязанностей. Сейчас Вы уже полностью в материале, знаете, как обстоят в целом дела в нашей большой структуре – на предприятии «Почта России», от деятельности которого зависит получение корреспонденции, оказание услуг связи для огромного количества жителей нашей страны.

«Почта России», безусловно, исполняет очень важные функции. Знаю, что Вы готовили стратегию развития «Почты России» на ближайшие годы. Я имею в виду необходимость оптимизации работы, естественно, улучшение качества оказания услуг связи, решение целого ряда задач по модернизации самой инфраструктуры предприятия, сокращение сроков доставки посылок, иной корреспонденции. Как всё это отражено в стратегии развития «Почты России»?

Н.Подгузов: Дмитрий Анатольевич, анализ, который был проведён, показывает, что в условиях быстро меняющегося мира (а это цифровизация, рост объёмов электронной торговли, повышение требовательности населения к качеству предоставляемых услуг) стратегия «Почты России» должна быть донастроена и доработана, и, возможно, должна появиться новая версия. В этой новой версии социальная роль предприятия должна сохраниться и усилиться. Люди должны понимать, что «Почта России» предоставляет качественные услуги. И мы хотим в рамках этой стратегии предоставить удобный доступ к современным и качественным услугам, необходимым каждому.

Для экономики, мы считаем, «Почта России» станет основным партнёром, соединяющим бизнес и клиентов в любой точке нашей страны. Для населения «Почта России» также предоставит возможность воспользоваться государственными услугами по всей территории нашей страны. И наша основная цель – быть эффективными, конкурентоспособными и ответственными во всём, что мы делаем.

Д.Медведев: Вы упомянули ключевую вещь: на самом деле на «Почте России» лежит огромная социальная ответственность, потому что в условиях России, принимая во внимание её масштабы, нет ни одной другой организации, которая могла бы дойти, что называется, до самых отдалённых мест нашей страны. Да, сейчас у вас есть конкуренты, которые оказывают услуги по доставке почтовых отправлений, в том числе международные, глобальные игроки. Но предприятий, отделений, как у вас в «Почте России», у них нет. У них нет прямого контакта с людьми, они не знают условий жизни в том или ином месте. И это большая социальная ответственность – это, конечно, требует и дополнительных затрат, но это и дополнительные возможности, которыми нужно воспользоваться.

Имея в виду всё это, когда вы будете делать окончательную версию концепции развития «Почты России», социальная ответственность перед населением нашей страны должна быть выдвинута на передний план. А это означает, что и в будущем государство, естественно, должно сохранить контроль за всеми этими процессами.

Н.Подгузов: Дмитрий Анатольевич, эти приоритеты будут, безусловно, поставлены во главу угла. Кроме того, мы хотим существенно повысить производительность труда на нашем предприятии, и это даст нам возможность более ответственно заботиться о 300-тысячном коллективе «Почты России», в частности в вопросе повышения заработной платы на предприятии.

Д.Медведев: Это тоже очень важная задача. Коллектив большой, зарплаты невысокие, и нужно сделать всё для того, чтобы за счёт оптимизации тех расходов, которые есть, решать и эти вопросы, включая вопросы заработной платы работников компании.

Россия > СМИ, ИТ > premier.gov.ru, 18 октября 2017 > № 2355887 Николай Подгузов


Россия. Уругвай. Весь мир > Медицина > rosminzdrav.ru, 18 октября 2017 > № 2355771 Вероника Скворцова

Министр здравоохранения Вероника Скворцова выступила на открытии конференции г. Монтевидео, Уругвай

Уважаемый господин Президент Табаре Васкес! Уважаемый Генеральный директор Всемирной организации здравоохранения!

Ваши превосходительства Министры! Уважаемые коллеги! Дамы и господа!

От лица Министерства здравоохранения Российской Федерации позвольте поприветствовать участников и гостей этой высокой международной конференции, которая так гостеприимно принимается Восточной Республикой Уругвай.

Проведение данной конференции в Уругвае – не случайность. За последнее время эта страна добилась значительных успехов в борьбе с неинфекционными заболеваниями, что в немалой степени связано с личной приверженностью глубокоуважаемого Президента Табаре Васкеса – профессора-онколога.

Очевидно, что проблему неинфекционных заболеваний, являющихся причиной более 70 % смертей во всем мире, можно решить только комплексно, межсекторально и совместными усилиями.

Начало международному диалогу по этой важнейшей проблематике было положено на Первой Глобальной министерской конференции по здоровому образу жизни и неинфекционным заболеваниям, прошедшей в 2011 году в Москве. Положения Московской декларации, принятой по результатам данной конференции, легли в основу последующих политических и организационных документов ВОЗ и ООН: Политической декларации, Глобального плана действий, глобальной системы мониторинга, глобального координационного механизма. Таким образом, на сегодня завершено создание методологического фундамента по проблеме неинфекционных заболеваний.

Наступило время реальных действий!

По инициативе Российской Федерации и при поддержке 109 стран мира была создана Межучрежденческая целевая группа ООН по профилактике и контролю НИЗ.

В Москве был открыт географический удаленный офис ВОЗ по НИЗ, который стал инновационным центром, центром наилучших практик. Его наработки используются не только в европейском регионе, но и в других регионах мира. Сформированы оптимальные национальные модели борьбы с НИЗ уже для 24 стран, в 16 из которых активно проходит реализация комплексных мер, при этом данные модели продемонстрировали свою практическую эффективность.

В феврале этого года на встрече Президента Российской Федерации Владимира Путина с Президентом Восточной Республики Уругвай профессором Васкесом особое внимание было уделено значимости межгосударственных усилий на самом высоком уровне для снижения бремени неинфекционных заболеваний и укрепления здоровья людей всего мира.

Мы признательны руководителям стран, проявившим решимость в борьбе с НИЗ и поддержавшим включение мер по укреплению здоровья в Цели устойчивого развития ООН.

Сегодня открывается новая страница в истории глобального здравоохранения, когда проблема неинфекционных заболеваний выносится на президентский уровень.

Убеждена, что это придаст принципиально новую энергию международным усилиям по сохранению главного богатства не только каждого человека и государства, но и человечества в целом – здоровья людей.

Хотелось бы закончить словами выдающегося уругвайского писателя Орасио Кироги –Somos iguales, pero juntos - Мы равны, и при этом мы вместе!

Только вместе мы сможем преодолеть все вызовы и угрозы человечеству!

Желаю Вам, уважаемые коллеги, интересной и успешной конференции, открытия новых перспектив в профилактике и лечении неинфекционных заболеваний!

Спасибо!

Россия. Уругвай. Весь мир > Медицина > rosminzdrav.ru, 18 октября 2017 > № 2355771 Вероника Скворцова


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355585 Владимир Мау

Влияние нефти. Модель рентной экономики выдохлась

Владимир Мау

Ректор Академии Народного хозяйства при правительстве РФ

Подстегнуть темпы экономики нетрудно, но ускорение не всегда ведет к повышению благосостояния

Закончился ли кризис? Если кризис сводить к отрицательным темпам ВВП, то можно сказать, что он завершился. Однако ситуация гораздо сложнее.

Во-первых, темпы роста российской экономики остаются низкими — ниже их «естественного» уровня. Естественным для современного этапа развития страны можно считать рост примерно на среднемировом уровне или чуть выше. Иначе говоря, выше, чем в Германии, но ниже, чем в Китае.

Во-вторых, ситуация в России характеризуется переплетением нескольких кризисов. Это продолжающийся с 2008 года глобальный структурный кризис, охвативший все развитые и некоторые развивающиеся страны; это стандартный циклический кризис и, наконец, кризис внешних шоков (падение цен на нефть и санкции). Из циклического кризиса мы практически вышли. Адаптация к внешним шокам происходит достаточно успешно. А вот с адаптацией к вызовам структурного кризиса все обстоит непросто. Здесь необходимо выработать и сформировать новую модель экономического роста, адекватную новым технологическим и социально-экономическим вызовам.

В-третьих, нельзя не учитывать, что сейчас, в условиях глобальной структурной трансформации темпы роста не являются однозначным критерием успеха или неуспеха экономики. Рост ВВП важен, если он отражает рост благосостояния. А в условиях коренных структурных сдвигов эти показатели могут расходиться. Иными словами, рост ВВП важен не сам по себе, а как показатель, отражающий рост благосостояния. Важно повышать благосостояние и занятость населения, а не просто номинальные темпы роста ВВП. Мы из собственной истории ХХ века знаем: подстегнуть темпы экономики нетрудно, но ускорение не всегда ведет к повышению благосостояния, а в некоторых случаях оборачивается катастрофой (как это было, например, во второй половине 1980-х годов).

Поэтому важно не фетишизировать темпы роста.

О темпах экономического роста. Институциональные меры повышения темпов роста практически у всех групп экспертов очень близки — речь идет о качестве инвестиционного климата. Это является предметом консенсуса.

Другое дело — меры, связанные с денежной накачкой экономики. Они не дают устойчивых позитивных эффектов. России нужны не просто темпы роста, а обеспечение устойчивого роста, сопровождаемого технологической модернизацией и ростом благосостояния. Из опыта развитых стран последних лет мы видим, что меры денежного стимулирования могут в лучшем случае смягчить кризис, но не обеспечивают устойчивый экономический рост. Высокие процентные ставки в России и низкие (или даже отрицательные) в еврозоне или в Японии не ведут к экономическому росту, а только смягчают кризис.

Необходимо помнить собственный опыт недавнего прошлого. Советские руководители во второй половине 1980-х годов озаботились задачей «ускорения», и для решения этой задачи в экономику были впрыснуты большие финансовые ресурсы. Тогда начали расти инвестиции. Два года наша экономика ускорялась, но потом 10 лет падала. Это важнейший урок: стабильность, которую иногда называют застоем, от экономической катастрофы могут отделять всего четыре года, причем два из них темпы роста могут расти.

Показатели темпов роста сами по себе не могут быть определяющими безотносительно к конкретной социально-экономической ситуации. Важно, являются ли эти темпы устойчивыми в среднесрочной перспективе, причем важен 10-летний горизонт, а не двухлетний. Другой важный фактор: какие изменения происходят в экономике, происходит ли технологическая модернизация. Я хочу напомнить, что ускорение 1987–1988 годов сопровождалось немедленно начавшимся дефицитом многих товаров и торможением благосостояния — еще до начала спада. То есть экономика росла, зарплаты росли, а благосостояние падало.

Еще одной проблемой современной экономической политики является конфликт между краткосрочными и долгосрочными результатами экономической политики. Все, что хорошо для краткосрочной отчетности по росту, вредно для долгосрочной траектории. И наоборот: то, что обеспечивает устойчивые темпы роста, превышающие среднемировые, в течение 10 лет, не может быть продемонстрировано избирателю в ближайшее время. Это реальная политическая ловушка. По сути, это ловушка популизма, когда краткосрочные успехи считаются важнее стратегических. Правительству в последние два-три года удалось избежать экономического популизма, и это его важное достижение. На призывы заливать экономику пустыми деньгами, зафиксировать валютный курс правительство не реагировало. Это большая заслуга.

О ЦБ и макростабильности. Центробанк выполнил свою работу великолепно, несмотря на огромное давление со стороны разных групп интересов. Правительство, и особенно Минфин, прошли свою часть пути, чтобы удержать ситуацию под контролем. А риски в 2014 году действительно были огромные.

Есть еще один фактор, который стал элементом новой реальности, — экономический рост не восстанавливается автоматически. В 2014–2015 годах и в начале 2016-го все дискуссии сводились к одному вопросу: достигла ли экономика дна. Об этом писали все, потому что в предыдущие 200 лет экономика, достигнув в кризис дна, начинала расти. Но сейчас мы видим другую ситуацию: экономика, достигнув дна, может не расти не только два-три года, но и на протяжении четверти века. Посмотрите на Японию: благосостояние растет, среднедушевой показатель дохода растет, а ВВП колеблется вокруг нуля. Остановка спада не ведет к автоматическому росту.

Кроме того, мы теперь отчетливо видим, что макроэкономическими мерами можно остановить кризис, но нельзя стимулировать рост. Я имею в виду снижение процентной ставки и увеличение бюджетного финансирования. Обратите внимание: рецепты, которые нам рекомендуют в последние годы со ссылкой на Запад, дают примерно такой же результат, как у нас, но при этом еще многие из этих стран имеют более высокую безработицу и бюджетный дефицит.

Макроэкономическая ситуация у нас лучше, чем в большинстве развитых стран. У России — низкий долг, умеренный бюджетный дефицит, низкая безработица, а теперь еще и низкая инфляция.

Центробанк доказал свою способность ставить цели по инфляции и достигать их. Со временем ситуация может измениться, и у нас, как и на Западе, денежным властям, возможно, придется решать задачу повышения инфляции до приемлемого для роста уровня. То есть стремиться к искомым 4% не сверху, а снизу.

ЦБ не снижает ключевую ставку активнее просто потому, что опасается, что за этим последует отток спекулятивного капитала, снижение курса рубля и вновь ускорение инфляции. Тогда ставку придется опять повышать. В общем, Центробанк проявляет вполне понятную осторожность. Cнизив ставку сильнее, ЦБ спровоцирует отток капитала, рубль будет слабеть, инфляция пойдет вверх, и это снова подтолкнет ставку вверх. К тому же от ее снижения мало что изменится: проблемы низких темпов роста и слабой инвестиционной активности связаны прежде всего со структурными и институциональными ограничениями, а не монетарными.

О налоговой реформе. У нас разумная налоговая система. Лучше бы перестать ее реформировать. Налоговую систему, конечно, можно совершенствовать, но с пониманием, что сейчас стабильность важнее улучшения. Почему налоговая реформа была необходима в конце 1990-х? Потому что у нас существовал своего рода негативный отбор: масштаб уклонения от налогов был таков, что неуплата налогов была необходимостью для конкурентного выживания, а не премией за риск. Сейчас налоговая система достаточно сбалансирована. Разумеется, идеальной налоговой системы не существует, но в наших условиях лучше поддерживать ее стабильность.

О цене нефти в госфинансах. Модель рентной экономики исчерпала себя. А то, какую цену отсечения нефти ($40 или $45 за баррель) закладывать в бюджетные проектировки, — это вопрос расчетов и определения источников денег для структурных реформ. Мне эта дискуссия непонятна, это чисто фискальный подход к проблеме. Нельзя ставить важнейшие структурные реформы в зависимость от колебания цены на нефть в пределах 10%. Это пассивный подход к собственной экономике. Так вопрос не стоит, что при $45 за баррель у вас есть деньги на образование, а при $40 — нет. Все равно же надо проводить определенный бюджетный маневр, четко обозначать бюджетные приоритеты.

О влиянии выборов на экономику. У нас политика менее подвержена политическому циклу, чем в других странах. Всегда можно сказать: «Мы не хотим сейчас повышать пенсионный возраст из-за политического цикла». На самом деле мы не можем повысить пенсионный возраст по другой причине — из-за отсутствия консенсуса элит по этому вопросу.

О пенсионной реформе. Пенсионная реформа целесообразна, но дискуссия смещена в чисто фискальную плоскость: обсуждаются фискальные последствия, а не экономические или структурные. Ключевая проблема не в том, что в Пенсионном фонде не хватает денег. В конце концов, Пенсионный фонд — это, по сути, часть бюджетной системы, можно увеличить ему бюджетный трансферт, провести соответствующий бюджетный маневр в пределах существующих доходов. Повышение пенсионного возраста до 63–65 лет имеет не столько фискальный, сколько социальный и экономический смысл. Это решение увеличивает численность трудоспособного населения примерно на 9 млн человек (население Швеции) и усиливает адресный характер пенсии: то есть позволяет сконцентрировать выплаты на людях старшего пенсионного возраста, которым деньги нужны больше.

О госэкономике, доверии к бизнесу и олигархах. Доля госсектора в экономике у нас великовата. Но более важен социальный аспект этой ситуации: в России дети из богатых семей хотят работать в госаппарате, дети из бедных семей — в силовых структурах, а в частном бизнесе, похоже, не хочет работать никто. Это проблема доверия и к бизнесу, и к системе госуправления в целом.

Олигархический бизнес давно является квазигосударственным. По сути, он всегда таковым и являлся: даже когда олигархи противостояли государству, они паразитировали на нем. Привлекательность частного бизнеса снизилась по целому ряду причин: это наша история, структура экономики, возможность получения устойчивого дохода. На самом деле во многом это связано с особенностями рентной экономики.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355585 Владимир Мау


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355582 Василий Трофимчук

Искусство клика: как правильно настроить рекламу в сети

Василий Трофимчук

сооснователь BitClave

Советы, которые помогут потратить ваш небольшой рекламный бюджет с умом

Интернет-маркетинг — наше коммерческое все. Но стоимость привлечения клиента становится все дороже - сегодня один клиент продавца пластиковых окон, пришедший по контекстной рекламе, на столичном рынке стоит 6-8 тысяч рублей. При этом простое наращивание бюджета не решит проблему: реклама в сети требует тонкой ручной настройки в каждом случае. На что же обратить внимание, если вы хотите повысить отдачу от интернет-рекламы и бережно обращаться с бюджетом?

Разведка

Изучите территорию и выберите лучшую площадку для продвижения вашего продукта. Обычно эксперимент на каждой из них занимает 3-4 недели, а «проба» каждого канала, например, в социальных сетях обойдется примерно в 100 000 рублей. Но это того стоит: такая разведка позволит сузить аудиторию, а чем она уже, тем сильнее любим бренд. Активнее ищите свою аудиторию и делайте каждому клиенту уникальное предложение. Персонализированная реклама конвертирует пользователей в клиентов почти в два раза лучше. Вооруженные инструментами анализа больших данных, рекламодатели сегодня могут бить прямо в цель. Об этом знает, например, американский ритейлер Macy's, у которого около 500 000 вариантов одной почтовой рассылки. По оценке самой компании, большие данные обеспечивают 10% темпов роста продаж.

Анализируйте

Потратьте время на то, чтобы наладить сбор статистики. Google Analytics или ЯндексАналитика вам в помощь. Однако сразу отучите себя от привычки контролировать цифры несколько раз в день — это прямой путь к неврозу и поспешным решениям. Эффективность выбранной стратегии разворачивается в течение нескольких недель. Так что обращаться к статистике нужно 2-3 раза в неделю. И при этом знать, что контролировать: эффективность сегодня измеряется не в кликах, а в конверсии, то есть продажах продукта или услуги, регистрации на сайте. Помечайте специальным значком банеры и посты в соцсетях, которые привели клиента. В контекстной рекламе правило простое: чем больше платите, тем сильнее вас любит Яндекс.Директ или GoogleAds, стабильно приводя клиентов. Но как только финансирование чуть сокращается, сервисы тут же забывают о вас. Чтобы не стать жертвой чужой жадности, изначально ограничьте суточный бюджет и установите максимальную цену за клик (ставку). Цена, на которую вы готовы согласиться, называется ещё искренней ставкой.

Иногда клиент возвращается. Напомните ему о себе

Старый клиент для компании дешевле новичка: его не надо знакомить с брендом. Выходите на «встречу» с теми, кто когда-то уже делал у вас покупки или не менее двух раз заходил на ваши ресурсы, но так и не сделал заказ. Так, производитель luxary-часов Watchfinder разделил посетителей сайта, которые ушли ни с чем, на 20 типов и для каждого придумал интересные банеры — за 6 месяцев возврат инвестиций превысил 1 300%, а средний чек увеличился на 13%. Но дело не только в способе продвижения, но и в самом предложении: одна из западных телекоммуникационных компаний проанализировала данные «диверсантов», а главное — причины ухода. Перспективными для работы по возвращению были признаны 40 000 человек из 53 000. На них и протестировали четыре предложения: 20-процентную скидку на полгода, дополнительный сервис, например, бесплатный просмотр фильмов, гибрид из первых двух предложений и уникальная комбинация перечисленного. Эффективнее всего сработал комбинированный «крючок» — вернулись 47% экс-клиентов.

Пробудите в пользователе желание действовать

Интернет-реклама, где бы она ни размещалась, должна вести на удобную целевую «посадочную» страницу (чаще всего клиент попадает на страницу из соцсетей). Цените время пользователя — дайте ему возможность просто, в один клик, зарегистрироваться и мгновенно совершить покупку. Магазин товаров для дома и кухни Food52 за счет того, что в каждой своей рекламе показывал аппетитное блюдо с кнопкой Shop Now, поднял конверсию в 10 раз. При этом диалоговое окно должно быть удобным — не заигрывайтесь в чат-ботов ради чат-ботов. Дежурные «Здравствуйте! Я могу вам помочь? Свяжитесь со мной!» провоцируют потенциальных клиентов хлопнуть дверью.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355582 Василий Трофимчук


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355581 Валентина Дрофа

Золотая лихорадка времен Дикого Запада. Почему не стоит полагаться на ICO

Валентина Дрофа

генеральный директор Drofa Group

Пока рынок находится в стадии бурления, вырабатывает правила, ищет оптимальные юридические и технические решения, пробует разные варианты активностей, ошибки будут неизбежны. Хотите ли вы своими деньгами оплачивать эти ошибки?

Удивительно, что в России, где граждане до сих пор далеко не всегда читают договоры в банке, а общий уровень финансовой грамотности по-прежнему оставляет желать лучшего, привлечение инвестиций при помощи ICO (Initial coin offering) приобрело необычайную популярность. Стоит ли пытаться заработать на «хайпе»?

Токен вместо смузи

Капитализация рынка токенов на сегодня составляет $7,5 млрд, и прямо сейчас в мире проводится около трехсот ICO. Более 20 из них запускаются только на этой неделе.

Организаторы сделок будут собирать деньги на проекты в самых разных сферах: финтех, майнинг, экономика знаний, издательский бизнес, игровые темы, благотворительность и так далее. Примечательно, что большинство основателей этих проектов — россияне.

На прошедшем недавно ICO-Hypethon в Испании на российские проекты пришлось более 80% от представленных. Почему?

Предприниматели, игроки IT-сектора и представители финансовой индустрии почувствовали, что у них в руках наконец появился доступный инструмент для привлечения денег, который можно использовать для финансирования не только действующего бизнеса или стартапа, но и просто идеи в голове, еще не записанной и не просчитанной.

И вместо того, чтобы представлять свои проекты венчурным инвесторам, с которыми всегда было слишком много мороки, или писать скучные и в реальности никогда не осуществимые бизнес-планы в банки, россияне дружно ринулись «питчить» свои, иногда весьма оригинальные идеи перед криптовалютной тусовкой.

Стартаперы и их последователи решили отказаться от смузи в пользу биткоинов. Все это привело к тому, что рынок ICO и криптовалют стал напоминать Дикий Запад времен золотой лихорадки или Россию эпохи приватизации первой волны с ваучерами и Леней Голубковым.

В погоне за легкими и быстрыми деньгами как-то забылось, что проведение ICO тоже стоит денег, и это давно уже не три копейки, а довольно серьезный бюджет. Эксперты, выступающие на криптовалютных конференциях, оценивают его минимум в $300-500 тыс.

Эти средства идут на разработку смарт-контракта, юридическую часть, маркетинг и PR. По данным представителя ICO Rating, $200 000 — это минимальная стоимость контракта на маркетинг ICO у команды без опыта.

Инвестиции на авось

Криптовалюты сами по себе — довольно рисковый инструмент для инвестиций, которым все еще пользуется ограниченный круг людей. Даже в эфире бизнес-каналов принято говорить о привычных для пользователя долларе и евро, а вот аналитические обзоры биткоина и эфира пока остаются редкостью.

Кроме того, высокая волатильность криптовалюты является серьезным вызовов и для организаторов, и для инвесторов в ICO. Инвестированных еще вчера в криптовалюте реальных денег завтра может не хватить на реализацию задуманного из-за очередного скачка курса.

Часто к нам приходят стартаперы, которые не имеют даже четко оформленной идеи, юридической схемы, экономики токена. Но они слышали, что на ICO можно быстро «срубить денег». Когда пытаешься получить ответ на вопрос, а зачем же им токенизация и ICO, они посмотрят на тебя как на сумасшедшего, и только доллары мелькают в глазах.

Все это низводит отличную в общем-то идею по привлечению финансирования в формат истории «верю-не верю». И все сложные системы рейтингования, прогнозы экспертов, попытки анализа и аудита перестают иметь значение, если главная цель основателей — собрать денег, а дальше трава не расти.

К сожалению, таких проектов большинство. Сам создатель Ethereum Виталик Бутерин недавно дал прогноз, что многие проекты провалятся, а инвесторы потеряют свои деньги. Пока оценить точно, сколько именно проектов «не выстрелит», весьма сложно.

Очень многие только стартовали и пока проходят стадии закрытых продаж, так называемых pre-ICO. Результаты мы увидим где-то через полгода, когда проекты должны будут начать показывать, чего именно им удалось добиться благодаря привлеченным средствам.

Но пока одни команды не представляют, на что они собирают деньги, другие планируют потратить их на текущую операционную деятельность и выплату долгов, а третьи нацелены на отъезд в теплые страны сразу после ICO. Стартаперов, понимающих, зачем им нужны токены и что они будут делать после того, как сбор денег закончится, единицы.

Сложный выбор

ICO — это реальный инструмент для развития бизнеса, но множество псевдопроектов, собирающих деньги в никуда, на данном этапе могут серьезно испортить ему репутацию.

На рынке уже появились критерии оценки ICO-проектов, позволяющие инвестору выбирать менее опасные варианты. Эксперты отрасли в первую очередь советуют обращать внимание на команду проекта, его основателей, их профили в соцсетях, достижения, предыдущий опыт. Мне как человеку, работающему в сфере PR, эти советы кажутся несколько поверхностными.

Основателя компании и его достижения можно выдумать. С помощью в том числе PR-инструментов можно создать какой угодно образ, сформировать нужную легенду, придумать и даже подтвердить необходимое число «побед» на рынке. Это поможет привлечь деньги, но вряд ли будет хоть как-то полезно инвесторам.

Так что в ближайший год любые инвестиции в ICO-проекты следует считать ультрарисковыми— вне зависимости от стартапа. Пока рынок находится в стадии бурления, вырабатывает правила, ищет оптимальные юридические и технические решения, пробует разные варианты активностей, ошибки будут неизбежны. Хотите ли вы своими деньгами оплачивать эти ошибки?

Я — нет. Если очень хочется попробовать заработать на «хайпе», то самое главное — не вкладывать последние деньги, не продавать квартиры и не брать кредиты под ICO, а также выбирать проекты, за которыми стоит сильный корпоративный бренд, имеющий в активах реальный бизнес.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355581 Валентина Дрофа


КНДР. Россия > Армия, полиция. Электроэнергетика > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355580 Александр Воронцов

Отложенный эффект: наказала ли Москва Северную Корею за ракетно-ядерный авантюризм

Александр Воронцов

заведующий отделом Кореи и Монголии Института востоковедения РАН, доцент кафедры востоковедения МГИМО Университет МИД РФ

Санкции России против Пхеньяна стали сенсацией. Но почему Москва отреагировала именно сейчас и повлияли ли рестрикции на отношения между странами?

На фоне обостряющегося кризиса между Пхеньяном и Вашингтоном и продолжающегося осложнения северокорейско-китайских отношений Россия осталась единственной среди ведущих держав, которая сохраняет конструктивное сотрудничество с КНДР. Неслучайно в последние месяцы в Москву зачастили официальные эмиссары из заинтересованных государств, прежде всего из США, КНДР, Китая. На Россию кто с надеждой, кто с раздражением сейчас смотрят как на важнейшего игрока, чей потенциал балансировки ситуации на Корейском полуострове повышается.

Тем более неожиданным (а для кого-то как «гром среди ясного неба») стал указ президента №484, подписанный президентом Владимиром Путиным 14 октября, о введении болезненных санкций против КНДР. Это стало сенсацией, новостью дня, отечественные и международные СМИ бросились широко комментировать данное решение. Среди них многие интерпретации сводились к тому, что в политике России в отношении Пхеньяна произошел крутой перелом, терпение Москвы, мол, лопнуло и она решила примерно наказать Пхеньян за его ракетно-ядерный авантюризм.

Поскольку многие из подобных оценок, предположений далеки от действительности, представляется уместным и своевременным внести ясность в рассматриваемые сюжеты.

Во-первых, одно из заблуждений, встречающееся в ряде СМИ, состоит в том, что нынешние санкции Москвы введены в качестве реакции на последнее, шестое по счету ядерное испытание, произведенное Северной Кореей 3 сентября 2017 года, по поводу чего Совбез ООН 12 сентября принял резолюцию 2375. На самом деле в отмеченном указе президента речь идет об ответе на предшествующий — пятый — подрыв ядерного заряда, который корейские военные осуществили 9 сентября 2016 года.

Во-вторых, многие СМИ представляют решение Владимира Путина как национальные санкции России против КНДР, подтверждающие, что Москва, наконец, решила присоединиться к стратегии Запада, направленной на полную изоляцию и экономическую блокаду Северной Кореи.

В реальности ситуация выглядит совершенно иначе. В упомянутом указе подчеркивается, что речь идет о мерах по выполнению резолюции Совбеза ООН 2321 от 30 октября 2016 года, посвященной осуждению пятого испытания ядерного оружия Северной Кореей. Здесь всё понятно и закономерно. Проголосовав за эту резолюцию в октябре прошлого года, Россия, как и все другие члены Совета безопасности, взяла на себя обязательства исполнять прописанные в резолюции рестрикции в отношении КНДР. Но чтобы их выполнять, их надо воплотить в национальные меры. Почему это произошло сейчас?

Да просто потому, что процесс воплощения международных обязательств в национальные практические шаги со стороны конкретно России в силу особенности бюрократических процедур у нас занимает около года. Сначала центр рассылает в заинтересованные министерства и ведомства (Министерство финансов, транспорта, Минэкономразвития и многие другие) задания по выработке конкретных ограничительных мер в рамках их участка работы и профессиональных компетенций. Затем данные организации определяют рестрикции в своих конкретных сферах и возвращают свои предложения в правительство, где они обобщаются и передаются в администрацию президента и уже на их основе готовится указ президента. И на всё это в России уходит около года.

Так происходило и с аналогичными актами в рамках предшествующих резолюций Совбеза ООН. Бывало, например, как после первого ядерного испытания Пхеньяна в 2006 году — про него мир уже успевал подзабыть, и шестисторонние переговоры по ядерной проблеме Корейского полуострова набирали позитивную динамику, и в двусторонних отношениях между Россией и КНДР всё обстояло благополучно, и вдруг Москва объявляет о своей порции санкций против северян. У многих и тогда возникало чувство недоумения и непонимания. А на деле оказывалось, что это всего лишь технический результат реализации как будто отложенного исполнения санкций Совбеза ООН. Именно такая же история произошла и сейчас.

В свете этого становится понятным, что в действительности озвученные 16 октября 2017 года рестрикции не имеют ничего общего с пересмотром позиции России по отношению как к ядерной проблеме КНДР, так и нашим двусторонним отношениям с ней.

Позиция Москвы по этим вопросам ясна и принципиальна. Россия последовательно выступает за денуклеаризацию Корейского полуострова, но исключительно мирным, дипломатическим путем. Мы понимаем мотивы поведения Пхеньяна и причины, подтолкнувшие его пойти по пути создания ядерного оружия, но признать его ядерной статус не можем и не будем. Объяснения этому простые. Исходя из обязательств как одного из депозитариев Договора о нераспространении ядерного оружия и собственных национальных интересов, Россия глубоко заинтересована в сохранении глобального режима нераспространения оружия массового поражения.

Конечно, эти санкции накладывают ограничения на возможности развития нашего экономического сотрудничества. Но когда КНДР приняла решение проводить испытания, она знала нашу позицию и понимала, какие будут действия с нашей стороны. Одновременно с этим мы признаем легитимные озабоченности КНДР в сфере обеспечения национальной безопасности и стремимся найти взаимопонимание со всеми заинтересованными сторонами, прежде всего США, Южной Кореей, Японией по этой важной проблеме. Поэтому Россия твердо выступает за скорейшее возобновление переговорного процесса на различных треках, в том числе американо-северокорейском и многостороннем. Эта наша позиция хорошо известна северокорейским партнерам.

Поэтому шаги Москвы, конечно, их не обрадовали, но не стали неожиданностью и не должны (как было и в предшествующих аналогичных случаях) негативно отразиться на традиционно дружественных отношениях между Россией и КНДР.

КНДР. Россия > Армия, полиция. Электроэнергетика > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355580 Александр Воронцов


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355574 Мария Шарапова

«Победа может уничтожить тебя». Пять уроков лидерства от Марии Шараповой

Марина Крылова

Внештатный автор Forbes

Как Мария Шарапова находит мотивацию после побед, переживает поражения и борется со стрессом

За 16 лет в профессиональном теннисе Мария Шарапова успела собрать карьерный Большой шлем (выиграла все 4 турнира, но в разные годы. — Forbes), завоевать олимпийское серебро, несколько раз взлететь на первую строчку рейтинга WTA и дважды растерять все набранные очки (в 2008-м - из-за травмы плеча, в 2016-м — из-за допинга). Последнее падение оказалось самым болезненным. Зимой 2016 года Шарапова узнала, что сдала положительный допинг-тест, весной 2016-го об этом узнал весь мир. Потом были судебные разбирательства, дисквалификация и резкие высказывания некоторых коллег. Но несмотря на это, Мария Шарапова осталась одной из двух величайших теннисисток современности. А в своей автобиографии «Неудержимая. Моя жизнь» рассказала о том, что помогло ей задержаться на вершине. Forbes усвоил несколько важных уроков.

Урок первый. Найти источник мотивации

Теннис был в жизни Шараповой всегда. Даже первые детские воспоминания связаны с игрой. Маше только-только исполнилось четыре, когда отец привел ее на старенький корт в сочинском парке «Ривьера». И тогда упражнения с мячом и ракеткой казались простой детской забавой. «Мне было скучно, я вытащила из сумки ракетку и мячик и стала бить, — вспоминает Шарапова в своей автобиографии. — Бить в изгородь. Бить в стену. А потом зашла за угол и стала бить там, где били все остальные игроки. Я была маленьким ребенком, поэтому не понимала, что делаю, но быстро впала в транс, видя, как мяч отскакивает от ракетки и возвращается ко мне».

Этого хватило, чтобы в транс впал отец Маши Юрий и решил любой ценой сделать из дочери чемпионку. Очень скоро игра обрела новый смысл. Маленькая Маша смотрела на таких же девочек и думала только об одном: «Я хочу одолеть их всех». Эта фраза стала главной в ее профессиональной жизни. Отсюда замкнутость и то, что коллеги по туру называют «высокомерием».

«Люди говорят, что я плохая, потому что у меня нет друзей среди профессиональных теннисисток. Что ж, я действительно не люблю болтать в раздевалке. Эти разговоры кажутся мне надуманными. Фальшивыми, — объясняет Шарапова. — Очень трудно дружить с другими игроками. Ведь они твои соперники на корте, а если ты станешь дружить с ними, то потеряешь серьезное преимущество. Если ты мне нравишься, то мне будет сложнее отодвинуть тебя в сторону».

Урок второй. Окружить себя нужными людьми

Несмотря на сложные отношения с коллегами, Мария Шарапова никогда не оставалась одна. Рядом была команда профессионалов. Отец всегда понимал: его страсти и квалификации не хватит, чтобы сделать Марию безоговорочным лидером на корте. И при первой же возможности начал собирать вокруг нее лучших теннисных специалистов. В разное время в команде Шараповой работали Роберт Лэнсдорп,тренировавший Линдсей Дэвенпорт и Пита Сампраса, Томас Хогстедт, который сделал из Ли На первую китайскую чемпионку, и даже Джимми Коннорс, который до сих пор остается рекордсменом по количеству личных побед на турнирах ATP. Вместе с ними Шарапова становилась сильнее. Лэнсдорп научил ее выполнять сильный, плоский удар с отскока. Он принес немало побед, в том числе и главные — над Сереной Уильямс. Хогстедт помог вернуться после сложнейшей операции. «Томас добавил энергии моим тренировкам, разработав такие упражнения и разминки, которые заставили мою игру вновь заиграть всеми цветами радуги, — пишет Мария. — Я выработала новый стиль. Речь шла все о тех же силовых плоских ударах с отскока, но теперь к этому добавлялось некое подобие закрутки мяча».

При этом с каждым из тренеров Шарапова расставалась, как только понимала, что они слишком привыкли друг к другу, а общение на корте превращается в рутину. Так отставку получил Майкл Джойс. «Со временем он стал для меня не столько тренером, сколько братом, — объясняет Шарапова. — А вы сами знаете, как это бывает — в какой-то момент вы просто перестаете слушаться своего брата. В наших тренировках пропала искра. Они превратились в рутину».

Такую практику — менять тренеров — когда-то ввел Юрий. А потом стал первым, кому на почту пришло электронное письмо о расставании. После того как они вместе достигли первых целей, Маше нужен был Юрий-отец — не Юрий-тренер.

Урок третий. Не зацикливаться на поражениях

Первые поражения в профессиональном туре Шарапова воспринимала очень остро. Закрывалась на сутки в комнате и, не вставая с кровати, смотрела сериалы. Ситуацию изменила всего одна встреча с бельгийской теннисисткой Ким Клийстерс. На одном из турниров Маша встретила ее возле раздевалки. Ким проиграла, но выглядела абсолютно счастливой. На Шарапову это произвело огромное впечатление. С тех пор она решила, что поражение не повод для страданий, и выработала собственную систему борьбы со стрессом. В личном дневнике, отрывки которого встречаются в автобиографии, есть такая запись: «Когда кажется, что тебе необходима встреча с психиатром, пойди в магазин и купи вместо этого пару обуви. И если это хорошая обувь, то все твои терзания испарятся. Зачем тратить $300 на какую-то никчемную беседу с психиатром, когда можно за те же деньги стать обладательницей отличной пары туфель, которыми сможешь наслаждаться каждый день? Люди! Это просто здравый смысл!»

Со временем все это помогло сформулировать правильное отношение к поражениям. Все предельно просто: каждый проигрыш помогает понять свои ошибки и стать сильнее в будущем, а великий игрок — не тот, кто никогда не проигрывал, а тот, у кого побед больше, чем поражений.

Урок четвертый. Легко воспринимать победы

Больше, чем поражений, в первые годы карьеры Шарапова боялась только побед. Во-первых, не понимала, как себя вести. «Победы портят тебя, — считает Мария. — Вместе с ними приходят всякие награды, которые превращаются в разного рода ловушки, капканы и в отвлекающие раздражители. Каждая из почестей, каждое новое предложение и рекламные кампании уводят тебя все дальше от игры. От победы у тебя может закружиться голова. Она может уничтожить тебя — именно поэтому многие игроки выигрывают только один турнир «Большого шлема», а потом исчезают». Именно поэтому Шарапова никогда не хотела выиграть какой-то конкретный турнир, а стремилась «обыграть их всех».

Во-вторых, с каждой новой победой она становилась все более желанной мишенью для остальных. А выходить на корт против мотивированных соперниц всегда сложнее. И здесь может спасти только одно — уверенность в собственных силах и упертость, которую в Маше когда-то рассмотрела Мартина Навратилова.

Урок пятый. Всегда верить в себя

Многие эксперты отмечают в Шараповой одну важную особенность — она начинает играть особенно хорошо, когда оказывается в шаге от поражения, словно понимает: терять больше нечего. Один из самых ярких примеров — полуфинал Уимблдона-2004 против Линдсей Дэвенпорт. Тогда Маша проиграла первый сет и еле-еле вытянула второй (на тай-брейке), но в третьем все изменилось — пятая ракетка мира уступила 17-летней россиянке со счетом 1:6. А потом на одном дыхании Шарапова обыграла в финале еще и Серену Уильямс, хотя за день до этого слегла с простудой. «Серена Уильямс выглядит на корте почти высокомерно и немного отстраненно, как будто смотрит на тебя с большой высоты, — рассказывает Шарапова в своей автобиографии. — Это все шаманство — ее собственный способ сказать противнице: у тебя нет шансов. Обычно это работает, и шансы у противниц действительно улетучиваются. Но так бывает не всегда, особенно если ее противница ведет себя и относится к ней точно так же».

Серена Уильямс сыграла в карьере Марии Шараповой огромную роль. Она не просто принципиальная соперница — она первая и главная учительница. Мария оказалась хорошей ученицей. И сразу усвоила самый важный урок: никогда нельзя терять веру в себя. «Если оставался розыгрыш хоть одного очка, даже если я отставала на два брейка и играла против противника вдвое больше меня, я вела розыгрыш так, будто подавала в гейме, в котором мне оставалось нанести победный удар. Надо быть достаточно тупым, чтобы не бояться. Каждый раз, выходя на корт, я верю в свою победу независимо от того, с кем я играю и каковы мои шансы. Именно поэтому меня так трудно победить». И это главный секрет неудержимости Марии Шараповой.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 18 октября 2017 > № 2355574 Мария Шарапова


Россия. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355558 Дмитрий Орешкин

Русским лучше в Харькове, чем в Донецке, а ошибку Путина с Крымом поймут позже — политолог из РФ

Почему «Крымнаш» стал камнем на шее России

Адриан Радченко, Апостроф, Украина

Аннексия Крыма, агрессия на Донбассе и другие действия Кремля загоняют Россию в тупик, результатом может стать очередной цикл распада РФ. Такое мнение в интервью «Апострофу» высказал российский политолог и политический географ ДМИТРИЙ ОРЕШКИН.

— На прошлой неделе президент Чехии Милош Земан сделал заявление, что Украине нужно отказаться от притязаний на возвращение Крыма в обмен на получение финансовой компенсации со стороны РФ. Также Земан сказал, что если Украина откажется признать Крым российским, то начнется европейская война. Как Вы считаете, что несет в себе это заявление?

— Ничего сверхъестественного не произошло. Насчет европейской войны — это слишком смело, потому что она уже по сути дела идет. Я думаю, что вопрос немножко в другом. Да, Крым сейчас под контролем России, и вряд ли в ближайшем будущем удастся его вернуть. Это надо понимать как объективную реальность, но это не значит, что надо с этим примиряться.

В данном случае я не очень понимаю логику чешского руководства, потому что большая часть европейских стран рассматривает ситуацию с Крымом как нарушение европейских представлений о законности. Их волнует не сам по себе Крым и то, кому он принадлежит, а то, что в Европе впервые за последние 50 лет был совершен акт ирридента (отсоединение от одной территории и присоединение к другой — «Апостроф»). Сам по себе процесс сецессионизма (выхода территории из состава государства — «Апостроф») или сепаратизма характерен для Европы, потому что перед Первой мировой войной в Европе было около 15-ти государств, среди которых 5 крупнейших империй, перед Второй мировой войной — уже 30 государств, а сейчас их 55-60. Это первое.

Второе: никто не может сказать про статус. Вот Северный Кипр — это государство или нет? Турция их признала как государство, а в Европе никто не признает. То же самое Крым. Россия считает, что это ее территория. Но никто, кроме РФ, Крым не считает российской территорией.

В данном случае Чехия высказывается в том смысле, что, возможно, это уже состоявшийся факт. У Чехии для этого есть вполне понятные экономические резоны. Чехия рассчитывает, что при своей лояльности в отношении России она получит какие-то экономические приоритеты со стороны Кремля. Но нет — не получит, потому что у России сейчас слишком слабая экономика.

Это элемент гибридной войны, когда Россия старается работать с теми, кто признает ее контроль над Крымом. Но все европейские страны, да и большинство мировых, с этим не согласны.

Чехия делает рискованный ход — отдаляется от европейских ценностей и приближается к российским. Я думаю, что это ошибка, потому что ничего Чехия на этом не заработает, кроме критики со стороны Европейского союза. Но я бы по этому поводу не стал слишком напрягаться. Ну, мало ли, что говорит Чехия. Гораздо важнее, что говорят Германия, Британия, Франция, США и другие крупные мировые державы. Им это, естественно, не нравится и в ближайшем будущем вряд ли понравится. То же самое считают и Китай, и Беларусь, и многие другие страны, которые склонны поддерживать ту простую логику, что если законы существуют, то они должны соблюдаться.

В этом смысле мы имеем конфликт системы ценностей. Россия считает, что она вправе оттягивать территории, на которых много русских. И это создает для РФ невыгодную ситуацию, потому что империю боятся практически все соседи, где есть русские люди. Это не только Украина. Они есть и в Прибалтике, и где угодно их можно найти и попытаться «защитить».

Так что я думаю, что это игра Чехии в расчете на то, что в России ей скажут спасибо и чем-то помогут. Но, кроме спасибо, Чехия вряд ли что-либо заработает.

— Выходит, что это пустые слова. Но, с другой стороны, это ведь сказал президент Чехии.

— Ну и что? Президент Чехии имеет право говорить подобные вещи. Но, я думаю, Чехии от этого лучше не станет, да и ее президенту тоже. Он выбирает свою политическую позицию, но не стоит по этому поводу слишком возбуждаться. Сказал — так сказал. Что тут изменится?

— Как Вы считаете, будут ли делать подобные заявления те же венгры, которые лояльны к России и конфликтуют с Украиной из-за закона об образовании?

— Венгрия вряд ли такое прямо заявит. У Будапешта скорее локальная задача. Они, опираясь на поддержку России, полагают, что, может быть, когда-нибудь им удастся к себе присоединить территории, населенные венграми в Украине. Но едва ли это реально. Скорее они просто создают дополнительные трудности для Украины — я бы сказал, виртуальные трудности.

Здесь речь идет только о том, что венгры переживают из-за языковых ослаблений или поражения языковых прав венгерского меньшинства, как они считают.

Эти вопросы технически решаются — нужно вести международные дискуссии и не более того. У Венгрии нет никаких реальных политических, экономических и военных ресурсов, чтобы повлиять на эту ситуацию. Они могут делать какие-то заявления, но, в общем, это не самая влиятельная страна.

— Тем не менее, с помощью этого вопроса ряд политиков в Венгрии уже пытаются «откусить» часть территории Украины в Закарпатской области. Дело в том, что во многих селах Закарпатья люди даже не знают украинского языка, общаясь исключительно на венгерском. Может ли это обернуться реальной проблемой для Украины?

— Я думаю, что это не только украинский случай. Аналогичные ситуации с меньшинствами, которые говорят на своем языке, есть в Швейцарии, Польше, Германии, Франции. Тут проблема долговременная, которая решается не с помощью какой-то там силы или заявлений. Если жители венгерских сел Закарпатья хотят делать какую-то карьеру, перебираться в города, а не просто находиться на территории своего меньшинства, то им так или иначе надо изучать украинский язык. Так что в этом случае им надо помогать.

Другой вопрос, что это надо делать очень аккуратно, соблюдая права меньшинств и не пытаясь их насильственно украинизировать. Нужно создать им возможности и удобства для того, чтобы они украинизировались. Это вполне естественный процесс — украинский язык крупнее, чем венгерский. И вопрос просто во времени и терпении.

Нация в современном понимании — это вовсе не обязательно какое-то этническое единство, что в современном мире бывает чрезвычайно редко. Нация — это государственное объединение, функция государства. Украинская нация включает в себя людей с разными языками. Но, чтобы адаптироваться в рамках украинской нации, меньшинствам удобно, зная свой язык и сохраняя свои традиции, изучать язык того государства, в котором они находятся. Иначе они себя обрекают на некоторую замкнутость и изоляцию. Кому-то это нравится. И общая тенденция мирового развития ведет к тому, что трудно делать карьеру и реализовывать себя, не понимая государственного языка.

Точно так же в России. Возьмем, к примеру, татарский язык. Для того, чтобы достичь каких-то результатов в общероссийском масштабе, надо изучать русский. И они это прекрасно понимают. Здесь, как я уже говорил, вопрос технический и растянутый во времени.

На самом деле, здесь нет ничего страшного. Эта проблема решается, просто у нас опыта маловато. У нас обычно насильственно людей заставляют учить язык. К примеру, политика русификации, политика полонизации, политика защиты языка в Латвии и так далее. Тут важно создать ясное ощущение, что тебе выгодно знать этот язык, что ты заинтересован в знании этого языка, тогда все само по себе решается. В тех же Штатах есть меньшинства, исчисляемые миллионами — люди испаноязычные, франкоязычные, которые прекрасно себя чувствуют в качестве граждан Америки.

— Вернемся к теме Крыма. Как Вы считаете, выгодно ли России заявление президента Чехии?

— Конечно, в пропагандистском пространстве будут говорить, что Чехия приняла эту точку зрения. Мол, дальше этот процесс будет нарастать. Но это вовсе не факт.

Тут надо понимать, что вот так вот вернуть Крым в ближайшем будущем и в среднесрочной перспективе нет никаких технических возможностей. Запад не захочет решать этот вопрос силой. И Украина не сможет.

Но дело в том, что в современном мире территории — это не то, что увеличивает мощь и экономическую влиятельность страны, а, наоборот — то, что нуждается в инвестициях. Например, Крым является очень серьезным потребителем для федерального бюджета, соответственно, средства не доплачивают другим регионам России. Крым стоит примерно 125 миллиардов рублей в год (более 60 млрд грн — «Апостроф»). Если бы в России были только эти расходы, то было бы не страшно, учитывая большой объем экономики. Но поскольку кроме Крыма надо платить за Донбасс, Сирию, Абхазию и другие вещи, то эта череда «присоединенных» территорий оказывается не поплавками, которые позволяют экономике держаться на поверхности, а наоборот, небольшими, но достаточно весомыми камушками, которые замедляют движение всей экономики. Поэтому, я думаю, в долгосрочной перспективе Россия обречена на отставание от более мелких по площади, но зато более интенсивно организованных экономических пространств.

Например, сейчас в России, если брать номинальный ВВП в долларах, это 1,4 триллиона долларов в год. По ВВП Россия сравнялась с такой страной как Южная Корея, где примерно, в три раза меньше население, не говоря уже о площади. Россия значительно отстает от Японии, у которой территория меньше, чем одна Архангельская область. Так вот — Россия вынуждена размазывать ресурсы на очень большую территорию, в то время как Япония и Южная Корея концентрируют эти ресурсы. Поэтому Россия и проигрывает в экономическом соревновании. И тенденция опускания России в мировом рейтинге по номинальному ВВП продолжается, потому что экономический рост РФ медленнее, чем среднемировой, не говоря уже о глобальных лидерах.

Возьмем Китай. Он своих территорий старается не отдавать, но и на чужие пока всерьез не замахивается. Таким образом, он имеет то преимущество, что все ресурсы может концентрировать на своей территории. А экспансия (захват новых территорий), тем более связанная с санкциями, с потерями для международного престижа — это слишком дорогое удовольствие, которое выворачивается наизнанку.

Если в XIX веке присоединение территорий означало укрепление государства, потому что там новые рекруты, новые театры военных действий, то сейчас, в XXI веке, когда на повестке дня интенсификация территорий — это, скорее, стратегический минус, чем стратегический плюс.

— Что же тогда поможет Украине вернуть полуостров? Какие факторы поспособствуют тому, что Россия откажется от захваченной территории?

— Крым — это очередная черная дыра, очередной дотационный регион. Сейчас пропагандистский выигрыш налицо — все Путину аплодируют, что «Крымнаш» и так далее. Но в долгосрочной перспективе это еще один довольно весомый камень на шею российской экономике. Так что особенно радоваться нечему.

Эта политика влияет на то, что Россия понемножку теряет свое экономическое влияние. Оно уже и сейчас меньше 2 процентов мирового ВВП (у царской России было 7 процентов), меньше 2 процентов глобального населения, территории из-за дефицита средств отстают и деградируют, люди оттуда уезжают, соответственно, происходит депопуляция. Так что в долгосрочной перспективе Россия проигрывает от этой политики, но с этим же никто в РФ не согласится. Все живут ценностями XIX и начала XX века, когда Германия пыталась «прирезать» себе территории, Российская империя пыталась и другие.

Это вчерашний день и с точки зрения России — это большая ошибка. Америка же к себе никого не присоединяет, да и Германия тоже. В основном идет противоположная тенденция — территории скорее дробятся.

Мы же видим, что в стратегическом плане путинская политика приводит скорее к проигрышу, потому что 25 лет назад патриотическая общественность говорила о Приднестровье как о форпосте России в Европе. А прошло 25 лет, и Приднестровье — это черная дыра, которая висит на экономике России. При этом Приднестровье оказалось в блокаде со стороны двух недружественных России государств — Украины и Молдовы. Нам же рассказывали про «Новороссию», коридор для Приднестровья, «присоединение» Одесской, Харьковской и других областей. Но все это вывернулось наизнанку — теперь Приднестровье на Донбассе, а Россия получает Приднестровье 2.0, но с населением в 10 раз больше. И зона геополитического влияния России де-факто сокращается, что бы ни говорили пропагандисты. Соответственно, падают международная роль, экономическая роль и политическая влиятельность России.

Конечно, в пропагандистском пространстве это все представляется иначе, но пропаганда — это одно, а действительность — другое.

Так что если говорить про Крым, то я думаю, что по мере того, как будут ослабевать международные позиции России, так и люди в Крыму будут жить хуже. Достаточно сравнить Приднестровье с Молдовой. На территории Приднестровья численность населения сократилась в два раза. То же самое с Донбассом.

В то же время, к примеру, в Одесской, Харьковской, Днепропетровской областях русским людям, объективно говоря, живется лучше. Хотя бы потому, что их не обстреливают, у них есть возможность развиваться. И если выбирать русским людям, где жить, то, конечно, лучше жить в Харькове, чем в Донецке сейчас. Но наша пропаганда не хочет видеть эту очевидность. И население, которое смотрит телевизор, тоже не хочет этого понимать. Но это действительность, которая существует независимо от пропагандистского пространства.

Поэтому Россия будет ослабевать, проигрывая другим странам экономическое, культурное, демографическое соревнования и так далее.

Я думаю, несколько лет, а может, и десятилетие пройдет, Россия опять ощутит себя в тупике, и вполне может быть, что наступит очередной цикл распада. И тут уже совершенно нельзя предсказать, что будет с Крымом. Но должны пройти годы, чтобы большинство поняло, что это ошибка. Сейчас всего 15 процентов российского населения говорят, что Крым — это ошибка. Вот, собственно, и вся логика.

Россия. Украина > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355558 Дмитрий Орешкин


Ирак. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355546 Бернар Анри Леви

Бернар-Анри Леви: «Скорее, протянем руку братской помощи курдскому народу!»

Интеллектуал обращается с призывом оказать поддержку курдам на фоне того, как иракская армия начала вмешательство в провинции Киркук после прошедшего 25 сентября референдума о независимости Курдистана.

Бернар-Анри Леви (Bernard-Henri Lévy), Le Monde, Франция

Утром 16 октября произошло того, чего все боялись: военизированные группы начали при поддержке иракской армии наступление в районе Киркука. Так называемая «федеральная» армия Багдада привела угрозы в исполнение и, несмотря на риск окончательного краха перспектив мирного сосуществования с курдами, ответила на мирный референдум 25 сентября поразительными и мстительными военными действиями.

Вчера Саддам Хусейн пускал в ход отравляющий газ и депортации. Сегодня его продавшиеся Тегерану шиитские преемники направляют танки, пушки и ракеты на нефтяные месторождения, легкие Курдистана.

Сейчас, как и в прошлом, мы видим все то же возмутительное поведение «друзей» курдского народа. Два года они полагались на него, когда он дал отпор «Исламскому государству» (запрещенная в России террористическая организация, прим. ред.), а затем нанес ему поражение. Все они только и говорили о пешмерга, их героях и жертвах. Теперь же, когда я пишу эти строки, они отвечают лишь оглушительным молчанием и, судя по всему, решили бросить на произвол судьбы сражавшихся за них женщин и мужчин.

Вне зависимости от того, согласны ли вы с референдумом (президент Барзани всегда говорил, что считает его лишь демократической прелюдий к переговорам с Багдадом), нельзя смириться с тем, что за ним следует такой удар, который накладывается на блокаду наземных и воздушных границ, а также экономические и политические ответные меры (в результате территория Курдистана вот уже две недели представляет собой настоящую тюрьму под открытым небом).

Мертвая хватка

Вне зависимости от того, выступаете ли вы за независимость Курдистана или против нее, за полный или ограниченный суверенитет, за четкое отделение от Ирака или же формирование конфедеративной структуры (именно ее поддерживали многие официальные лица в Эрбиле и Сулеймании), одна вещь совершенно бесспорна: ответом на предложение диалога стало вторжение, и целой стране просто-напросто вцепились в горло мертвой хваткой.

В нынешней обстановке, даже если бои в ближайшее время вряд ли охватят новую территорию, международное сообщество должно направить Ираку (а также его иранским хозяевам и временному союзнику Эрдогану) четкое предупреждение: «Прекратите агрессию! Немедленно отведите вооруженные группы и поддерживающие их регулярные части на их позиции до 15 октября».

Сейчас, когда говорят о наступлении, которое призвано окружить и задушить второй по величине город Курдистана при содействии 9-й бронетанковой дивизии иракской армии, федеральной полиции и спецподразделений по борьбе с терроризмом, западные страны (прежде всего, США и Франция) должны подняться, во всеуслышание потребовать прекращения огня и осудить этот ближневосточный Гданьск.

Ужасная четверка

Если иракские силы и отряды «Асаиб Ахль аль-Хакк» не остановятся, а пешмерга будут вынуждены нарушить введенные ими самими правила сдержанности и передут в контратаку, международные силы, которые присутствуют в регионе в рамках борьбы с ИГ, должны будут в срочном порядке вмешаться.

Курды в течение двух лет практически в одиночку были нашим заслоном от варварства на 1 000 километров фронта. Тогда, летом 2014 года, когда иракская армия бежала под натиском войск «халифата», именно они проявили стойкость и заняли брошенную территорию.

Сегодня же они находятся в Киркуке по той причине, что всегда составляли там большинство до принудительной арабизации при Саддаме Хусейне. Кроме того, именно им мы обязаны тем, что город не стал еще одним оплотом исламистов, подобно Мосулу и Ракке. Поэтому помочь им сегодня — дело не только чести, но и справедливости.

С одной стороны стоит ужасная четверка (Иран, Турция, Сирия, Ирак), которую скрепляет ненависть к демократии и правам человека. С другой стороны мы видим маленький, но великий народ, который стремится лишь к свободе (как своей, так и нашей), не заглядываясь на соседние империи. В силу какой такой слепоты или расчетов мы можем колебаться с выбором между ними?

Единственный настоящий полюс стабильности в регионе

С одной стороны стоит квартет диктатур, с которыми мы ведем противостояние, и, значит, ни в коем случае не можем ослабить бдительность и поступиться принципами. Против него выступает гордый народ, который на протяжение веков сопротивляется всем попыткам подчинить себя, и чье единственное преступление сегодня заключается в стремлении жить в обществе с верой в наши принципы.

У кого всерьез могут быть колебания в Вашингтоне, Париже и Лондоне? Кто выступит против резолюции Совета безопасности, которому в срочном порядке поручили заняться начатой Багдадом новой войной при том, что труп ИГ все еще подает признаки жизни?

Так, не бросим же на произвол судьбы Курдистан, единственный настоящий полюс стабильности во всем регионе. Не позволим взять в заложники его население, а также 1,5 миллиона нашедших там прибежище беженцев-христиан, езидов и арабов.

Скорее, протянем руку братской помощи этому примерному народу, который после целого столетия страданий, наконец, поверил, что видит свет в конце туннеля. Когда я говорю «братская», то думаю в первую очередь о Франции, которая исторически близка к ведущему борьбу Курдистану, и чей образ все еще жив в сердцах курдов самых разных взглядов.

Ирак. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355546 Бернар Анри Леви


Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355526 Иво Даалдэр

Как нужно реагировать на возрождение военной мощи России

Не все спокойно на восточном фронте.

Иво Даалдер (Ivo H. Daalder), Foreign Affairs, США

По мнению многих наблюдателей, наибольший вред американским интересам за последние несколько лет Россия нанесла, вмешавшись в ход президентских выборов 2016 года. Хотя нет никаких сомнений в том, что вмешательство Москвы в американские выборы вызывает глубокую тревогу, оно является лишь одним аспектом той угрозы, которую представляет собой Россия. Под руководством Владимира Путина Россия систематически бросает вызов Западу. Ее цель заключается в том, чтобы ослабить связи между Европой и США, а также между странами — членами Евросоюза, подорвать солидарность альянса НАТО и укрепить стратегические позиции России в ближнем зарубежье и за его пределами.

Путин хочет вернуть Россию в центр глобальной политики, оспорив первенство, которое было закреплено за США с момента окончания холодной войны. Путин провел масштабную модернизацию своих вооруженных сил, чтобы напугать соседей и ослабить НАТО, и он открыто прибегнул к военной силе, чтобы изменить ситуацию на местах, причем не только в том регионе, который Москва считает своей «сферой привилегированных интересов» и который включает в себя все бывшие советские республики, но и в более удаленных регионах, включая Ближний Восток, где у американской армии долгое время была полная свобода действий.

В течение некоторого времени «Кремль фактически действует в военном режиме», как отмечает российский политолог Дмитрий Тренин, а Путин ведет себя как военный лидер. Ответ Вашингтона на этот вызов должен быть настолько же решительным и жестким. Во-первых, сейчас крайне важно сохранить единство трансатлантического альянса, поскольку разногласия между США и Европой и внутри Европы ослабляют способность НАТО реагировать на провокации России и предоставляют Москве возможности расширять влияние. Альянс отреагировал на вызов со стороны России увеличением своего военного присутствия в странах Восточной Европы и Прибалтики, и Россия пока еще не угрожала территориальной целостности членов НАТО.

Однако альянс должен сделать гораздо больше для того, чтобы укрепить потенциал сдерживания, отправив Кремлю четкий сигнал, что он не потерпит новых проявлений агрессии или экспансионизма. В то же время политикам необходимо помнить, что США не ведут войну с Россией и что у Вашингтона нет никаких причин переходить на военные рельсы, даже если Москва это уже сделала. Диалог и открытые каналы связи остаются ключевым условием предотвращения непонимания и просчетов, способных спровоцировать войну, которая никому не нужна.

Старые привычки трудно изменить

После окончания холодной войны стратегические цели Америки, Европы и России совпадали в том смысле, что все они стремились ускорить экономическую и политическую трансформацию Восточной Европы и России, а также создать интегрированную Европу, где будут царить единство, свобода и мир. Военная конфронтация, которая в течение 40 лет определяла характер международных отношений, быстро и мирно исчезла вместе с ликвидацией Варшавского договора, выводом советских войск из Восточной Европы и началом переговоров по соглашениям о контроле над вооружениями. Освободившись от необходимости следовать стратегической логике холодной войны, правительства сосредоточили всю свою энергию на преобразовании командных экономик Восточной Европы, их превращение в дееспособные рыночные демократии, а также на выполнении задачи по объединению континента.

В России начала 1990-х годов экономическая «шоковая терапия» позволила быстро ликвидировать контролируемую государством экономику советской эпохи, однако она не смогла принести стране процветание. Российский финансовый кризис 1998 года нанес мощный удар по населению — включая стремительный рост цен на базовые товары, спровоцированный резким падением курса рубля — и подготовил почву для появления нового поколения лидеров, которые поставили во главу угла стабильность и порядок в ущерб экономической и политической либерализации. В самом конце этого десятилетия дезорганизованная российская общественность с радостью приняла нового сильного лидера.

Путин, который прежде работал в российских службах безопасности, занял пост президента в 1999 году, пообещав положить конец хаосу и вернуть стабильность. Укрепив контроль над государственным бюрократическим аппаратом, он сумел выполнить свое обещание. Поскольку рост цен на нефть и газ позволил пополнить государственную казну, он также сумел повысить уровень жизни рядовых россиян. В тот период времени правительство было сосредоточено скорее на восстановлении России, а не на внешней политике, хотя Путин демонстрировал желание теснее сотрудничать с США, особенно когда речь заходила об общих угрозах, таких как терроризм.

Однако по мере роста благосостояния России и ее уверенности в своих силах, Кремль стал все больше беспокоиться по поводу того, что он считал вмешательством Запада в его сферу влияния: несколько стран Центральной и Восточной Европы, включая три прибалтийских государства, вступили в НАТО и Евросоюз. Путин был крайне недоволен тем, что он считал усилением влияния и высокомерия Вашингтона, особенно после вторжения США в Ирак в 2003 году, и постепенно он отказался от мысли о поисках общего языка с Западом.

Первые признаки изменения подхода Путина к отношениям с Западом прозвучали в его речи, с которой он выступил на Мюнхенской конференции по вопросам безопасности в 2007 году. Он раскритиковал расширение НАТО, обвинил США в пренебрежительном отношении к суверенитету других стран и в стремлении создать однополярный мир. С точки зрения Путина, Вашингтон претендовал ни много ни мало на мировое господство: «Это один центр власти, один центр силы, один центр принятия решения. Это мир одного хозяина, одного суверена».

И изменилась не только риторика Путина. В том же году Россия воспользовалась внутренними разногласиями между этническими русскими и эстонцами, чтобы провести кибератаку на правительство, СМИ и банковскую систему Эстонии. В следующем году мир стал свидетелем первой открытой военной демонстрации нового направления внешней политики Москвы: война России с Грузией, начатая под предлогом необходимости защитить независимость двух сепаратистских регионов, на самом деле должна была послужить четким сигналом того, что Россия готова принять жесткие меры, чтобы помешать Грузии сблизиться с Западом.

Комбинации Путина

Хотя Москва достигла поставленных целей в войне с Грузией, этот конфликт наглядно продемонстрировал все слабые места российских вооруженных сил, в том числе несовершенство системы командования и управления, острую нехватку военной подготовки и существенные недостатки военной техники. Около 60-70% российских танков и бронемашин вышли из строя в течение тех пяти дней, пока шла война, и, хотя в том году военные расходы России на душу населения на 56% превышали военные расходы Грузии, тяжелая военная техника Тбилиси оказалась намного более современной и продвинутой по сравнению с техникой Москвы.

Разумеется, Москва заметила все эти недостатки, и Кремль немедленно начал масштабную военную реформу и реализацию программы модернизации. С 2007 по 2016 год ежегодные расходы России на оборону выросли почти в два раза, достигнув уровня в 70 миллиардов долларов — по этому показателю Россия заняла третье место в мире (после США и Китая). В 2016 году российский военный бюджет составил 5,3% от ВВП: это самый высокий процент с момента обретения Россией независимости в 1990 году и самый высокий процент среди крупнейших экономик мира. В 2011 году Москва объявила о начале реализации 10-летней программы модернизации, включавшей в себя закупки нового военного оборудования на сумму в 360 миллиардов долларов. В то же время в российских вооруженных силах начался процесс реструктуризации и пересмотра программ подготовки.

Результаты этих улучшений проявили себя на Украине спустя шесть лет после войны с Грузией. Пока в Киеве бушевали политические волнения, причиной которых стало сближение Украины с Евросоюзом, Путин, который однажды в беседе с президентом Джорджем Бушем сказал, что Украина даже не государство, и заявил, что в 1954 году Советский Союз передал Украине Крым в качестве «подарка», ответил вторжением и аннексией Крыма. Москва, которой оказалось мало контроля над стратегически важным полуостровом, разожгла сепаратистский бунт в восточных Донецкой и Луганской областях, где живет преимущественно русскоязычное население и находятся крупные промышленные предприятия. Россия отправила в эти районы военное оборудование, советников и в конце концов несколько тысяч военных, чтобы помешать Украине сохранить контроль над ее собственными территориями.

Вооруженное вторжение на восток Украины было воплощением привычной для Путина комбинации, в то время как крымская операция представляла собой качественно новый способ добиться поставленной цели. Крым не просто подвергся вторжению: он был аннексирован и включен в состав Российской Федерации после проведения незаконного референдума, результаты которого были сфальсифицированы. Путин хотел забрать обратно «подарок» Москвы, несмотря на то, что Россия обещала уважать территориальную целостность всех бывших советских республик после распада СССР в 1991 году и подтвердила свое обязательство в имеющем обязательную силу меморандуме, подписанном также Украиной, США и Соединенным Королевством в 1994 году. Впервые в послевоенной истории Европы одна страна, применив силу, аннексировала часть территорий другой страны.

Операция в Крыму также продемонстрировала совершенно новую форму мастерства российских вооруженных сил. Тайно переброшенные туда силы особого назначения захватили ключевые органы украинского государства. Сложные кибероперации и нескончаемый поток дезинформации отвлекали внимание от того, чтобы там происходило на самом деле. А скорость той операции была настолько высокой, что все закончилось еще до того, как Украина или западное сообщество смогли выработать эффективный ответ. Бойцы российских сил специального назначения, одетые в зеленую форму без опознавательных знаков, внезапно появились в ключевых точках по всему Крыму и быстро захватили контроль над полуостровом.

Одновременно с этим проводилась масштабная пропагандистская операция, направленная на то, чтобы скрыть следы Москвы и убедить всех в том, что «зеленые человечки» — это местные оппозиционные силы, которые выполняют волю местного населения, отвергая политические перемены в Киеве и стремясь воссоединить полуостров и Россию. Коротко говоря, это не было традиционным военным вторжением: это была гибридная война, чьи цели были достигнуты еще до того, как противник понял, что происходит. Та операция стала проявлением совершенно новой угрозы, к которой ни Украина, ни НАТО не были готовы.

Москва объяснила вторжение и аннексию Крыма при помощи аргументов, основанных на новой форме российского национализма. С самого начала конфликта Путин заявлял о том, что Крым по праву принадлежит России и что Москва имеет полное право забрать его. Более того, Москва настаивала на том, что ей пришлось пойти на такой шаг, потому что русскоязычное население Украины стало подвергаться нападкам со стороны агрессивной толпы «националистов, неонацистов, русофобов и антисемитов», которые совершили государственный переворот в Киеве. Позже Путин зашел еще дальше, провозгласив новую доктрину, подразумевающую защиту этнических русских во всех странах.

«Хочу, чтобы все понимали: наша страна будет и впредь энергично отстаивать права русских, наших соотечественников за рубежом, использовать для этого весь арсенал имеющихся средств». И Путин говорил не только о российских гражданах и не только об этнических русских, заявляя об абсолютном праве России защищать их во всех странах мира. «Я имею в виду людей, которые ощущают, чувствуют себя частью так называемого широкого русского мира, не обязательно этнически русские люди, но те, кто считают себя русским человеком». Многим эти слова Путина напомнили заявления, сделанные в 1930-х годах, о том, что Германия имеет право — и обязана — защищать немцев в других странах, таких как Австрия Чехословакия и Польша.

Игры без границ

Вторжение России на Украину и продолжающиеся там бои нанесли тяжелый удар по этой стране. Согласно данным Верховного комиссара ООН по делам беженцев, с середины 2014 года почти 10 тысяч человек погибли, почти 25 тысяч получили ранения, и около 1,6 миллиона украинцев превратились в вынужденных переселенцев. Однако вторжение на Украину — это только одна сторона расширения военного влияния России, которое простирается от Арктики до Средиземноморья.

Наращивание российского военного потенциала имеет большое стратегическое значение. На Дальнем Востоке Россия вновь открыла свои военные базы вблизи Северного Ледовитого океана, заняв позиции военного господства в регионе, где мирное сотрудничество между арктическими державами уже давно стало нормой. Оттуда Россия занялась укреплением и модернизацией военного присутствия на своих западных территориях, которые простираются от границы с Норвегией на севере до границы с Украиной на юге.

Москва также усилила военное присутствие в Калининградской области, которая является российским анклавом, расположенным между Литвой и Польшей, и самым милитаризованным участком европейских территорий. В настоящее время в Калининграде находятся 300 тысяч хорошо подготовленных военных, имеющих в своем распоряжении современные танки, бронемашины и ракетные батареи, в том числе ракетный комплекс ближнего действия, способный нести ядерный заряд, что в целом представляет собой серьезную военную угрозу для Польши и трех прибалтийских государств.

Такой же процесс наращивания военного потенциала был проведен и на юге. После начала войны на Украине Россия отправила дополнительные бригады к украинской границе и объявила о создании трех новых дивизий, которые будут развернуты «в юго-западном стратегическом направлении» — другими словами, у границы Украины. Помимо 30 тысяч военнослужащих, Москва отправила в Крым 30 боевых кораблей, пять подводных лодок, более 100 боевых самолетов и более 50 боевых вертолетов, а также противокорабельные и противовоздушные ракетные и радиолокационные системы, что дало России возможность занять господствующие позиции в Черном море. Она также отправила несколько тысяч военнослужащих в оккупированные районы на востоке Украины, в Грузии и Молдавии, а также около 5,5 тысячи военнослужащих в Армению для поддержки претензий армянского правительства на спорный Нагорный Карабах.

Наконец, Россия увеличила свое военное присутствие в воздухе и на море в Сирии, чтобы поддержать режим президента Башара Асада, и таким образом фактически положила конец бесспорному контролю НАТО над восточной частью Средиземноморья — стратегически важным районом, включающим в себя Суэцкий канал. Хотя многие аналитики обеспокоены той угрозой, которую Россия может представлять для прибалтийских государств, гораздо более серьезные изменения произошли именно в Средиземноморье, где сейчас находятся российские корабли, оснащенные ракетами, способными нанести удар по Европе.

Увеличение военного присутствия России сопровождалось ростом ее военной активности. Этот процесс начался с вторжения России на Украину, но этим он не ограничился. В Сирии Россия увеличила темпы военных операций в поддержку режима Асада и применила ракеты дальнего действия, которые были запущены с кораблей, стоявших в Каспийском и Средиземном морях. Ее бомбардировщики и истребители выполняли боевые задания в непосредственной близости или даже внутри воздушного пространства стран-членов НАТО и других европейских государств. Она отправила свои атомные подводные лодки, оснащенные баллистическими ракетами, из северных портов в Атлантический океан. И она совершала зачастую опасные маневры в воздухе и в море, включая облеты военных кораблей и самолетов НАТО, полеты военных самолетов с выключенными передатчиками и отказ следить за каналами экстренной связи.

Между тем российские вооруженные силы существенно увеличили масштабы и частотность военных учений, некоторые из которых она проводила без предварительного уведомления. В 2014 году за несколько дней до вторжения на Украину для проведения внезапных учений Россия перебросила к российско-украинской границе 150 тысяч военнослужащих. В сентябре 2017 года Москва провела учения «Запад» с участием около 100 тысяч военнослужащих, которые проходили на западе России, в Калининграде и Белоруссии, и в которых Россия задействовала такое количество грузовых платформ, какого хватило бы для переброски 4 тысяч танков и бронемашин.

Кроме того, Россия проводит модернизацию всей ядерной триады, создавая новые ракеты дальнего действия, подлодки и бомбардировщики, чтобы ее ядерный потенциал как минимум не уступал арсеналу США.

Тревожные звонки

Наращивание российского военного потенциала и укрепление ее позиций придали Москве уверенность в своих силах — ощущение, что Россия снова имеет серьезный вес на международной арене и что мир больше не может ее игнорировать. В глазах Кремля Россия снова стала глобальной сверхдержавой, и поэтому она может вести себя как глобальная сверхдержава. Неудивительно, что наращивание военного потенциала вызвало беспокойство в Пентагоне. Председатель Объединенного командования начальников штабов генерал Джозеф Данфорд (Joseph Dunford) оценил поведение России как вызывающее серьезную тревогу и заявил в 2015 году, что «Россия представляет собой главную угрозу нашей национальной безопасности».

Как США и их европейские союзники должны реагировать на эту угрозу? Пока совместный ответ НАТО был довольно впечатляющим. Однако Вашингтон и другие члены НАТО должны приложить больше усилий для борьбы с той угрозой, которую Россия представляет для безопасности и стабильности Европы и других регионов.

В течение многих лет члены НАТО не могли прийти к единому мнению в вопросе отношений с Россией: некоторые из них (Германия, Франция и Италия) настаивали на том, что альянсу необходимо наладить с Москвой отношения стратегического партнерства, тогда как другие его члены (Польша, страны Балтии) предупреждали о том, что Россия — это угроза. Вторжение России на Украину во многом поставило точку в этих внутренних спорах, и НАТО предприняла шаги, которые должны были наглядно продемонстрировать готовность альянса защищать своих членов от возможной атаки России.

Альянс создал новую объединенную оперативную группу численностью в 5 тысяч военнослужащих, которую можно будет развернуть в течение 48-72 часов, отправил четыре многонациональных батальона в Польшу и прибалтийские государства, а также создал командные штабы во всех восточноевропейских странах, входящих в его состав, включая штабы в Польше и Румынии. Кроме того, альянс увеличил число военных учений в Центральной и Восточной Европе, вложил средства в усовершенствование инфраструктуры, чтобы подкрепления могли быстрее прибывать к месту назначения, и увеличил военное присутствие в Балтийском и Черном морях.

Будучи самым сильным и самым важным членом НАТО, США взяли на себя роль лидера во многих из этих инициатив. Американцы возглавляют новый батальон в Польше, и они создали дополнительную бригаду, которая отправляется в Европу из США на ротационной основе. С этого года США также начнут перебрасывать танки и тяжелое оружие, чтобы укрепить восточные территории НАТО. Ежегодные расходы на обеспечение европейской безопасности увеличились с 1 миллиарда долларов два года назад до почти 5 миллиардов долларов в следующем финансовом году. Вместе все эти меры представляют собой самое масштабное укрепление коллективного оборонного потенциала НАТО с момента окончания холодной войны. Но этого недостаточно.

Те шаги, которые страны — члены НАТО предпринимали с 2014 года для укрепления своего оборонного потенциала, помогли предотвратить ослабление общего потенциала альянса, однако его реакция оказалась слишком медленной и слишком ограниченной. Эти шаги необходимо подкреплять реальными улучшениями в общем потенциале вооруженных сил НАТО, а также значительными инвестициями в наземную, воздушную и военно-морскую инфраструктуру, что будет способствовать стремительному укреплению восточноевропейских членов НАТО.

К сожалению, за последние 10 лет большинство европейских стран сократили расходы на оборону: они тратили недостаточно средств даже на поддержание своих вооруженных сил, не говоря уже об их укреплении. Между тем США, которым пришлось отвлечься на конфликты в Афганистане и на Ближнем Востоке, постепенно сокращали свое военное присутствие в Европе.

После вторжения России на Украину лидеры стран НАТО наконец договорились отказаться от идеи сокращения военных расходов, и все члены пообещали увеличить расходы на оборону до 2% от ВВП к 2024 году. Эту цель вряд ли можно назвать чрезвычайно обременительной: на самом деле она является довольно скромной. В 2000 году, спустя 10 лет после окончания холодной войны, европейские члены НАТО тратили на оборону 2% своего совокупного ВВП. К 2014 году этот показатель снизился до 1,45%. Учитывая масштабы угрозы и острую необходимость продемонстрировать готовность всех членов совместными усилиями защищать территории НАТО, альянс должен действовать быстро и заставить всех своих членов достичь цели в 2% от ВВП уже к 2020 году.

Она больше не является устаревшей

В прошлом году, через 10 лет после речи Путина на Мюнхенской конференции по вопросам безопасности, на которой президент России раскритиковал НАТО и США, на этот подиум вернулся премьер-министр России Дмитрий Медведев, чтобы пожаловаться на то, что мы скатились в новую холодную войну. Однако нынешняя конфронтация существенным образом отличается от настоящей холодной войны, которая представляла собой идеологическое столкновение, затронувшее все уголки мира. Тогда по обе стороны железного занавеса были развернуты огромные армии, тысячи ядерных боеголовок были готовы к запуску в любой момент, а опосредованные войны между двумя главными противниками велись в Африке, Азии и Латинской Америке. Сегодняшняя конфронтация лишена интенсивности, масштабов и идеологического компонента, которые были характерны для прежней холодной войны.

Более того, самой серьезной угрозой сегодня является не сознательно начатая война, как это было тогда, а вероятность просчетов. Тревогу вызывает то, что Россия может не поверить, что НАТО действительно готова прийти на помощь своим самым уязвимым членам. Именно поэтому сейчас твердые обещания и заверения в готовности прийти на помощь со стороны всех членов НАТО, а не только США, имеют такое большое значение.

Совершенствование военного потенциала и увеличение передового присутствия сил НАТО являются важными сигналами решимости, но их необходимо подкреплять словами, которые не оставят у России никаких сомнений в том, что альянс готов применить силу в случае атаки на одного из его членов. Именно поэтому так важно, чтобы президент США Дональд Трамп публично признал приоритетность Статьи 5 о коллективной обороне, что он и сделал в апреле, когда отметил, что НАТО «больше не является устаревшей организацей». Тем самым он опроверг свое более раннее заявление: в июне на пресс-конференции Трамп заявил, что НАТО выполнят свои обязательства в соответствии со Статьей 5.

Еще один возможный просчет может стать следствием неспособности США или России понять истинные мотивы и намерения противоположной стороны. Сомнения подпитываются проведением внезапных учений вблизи границ с участием большого числа военнослужащих, отсутствие прозрачности по вопросу военных развертываний и опасных военных маневров, которые очень похожи на атаки и которые угрожают безопасности сил противника. В период роста напряженности подобные действия усиливают атмосферу неопределенности и повышают вероятность случайных столкновений и эскалации.

Какими бы ни были разногласия между Россией, США и НАТО, у всех них есть один общий интерес, а именно стремление избежать масштабной войны, которая никому не нужна. Важнейшим приоритетом сейчас является налаживание непосредственного диалога на политическом и военном уровнях. Совет Россия — НАТО, созданный в более благополучные времена, но до сих пор являющийся тем органом, который позволяет собирать представителей России и 29 членов НАТО под одной крышей, отлично подходит для решения этой задачи: он способен помочь выработать нормы и процедуры, которые уменьшат вероятность конфронтации.

Рост политической напряженности отодвинул Совет на второй план, превратив его в место, где гораздо чаще разгораются споры и разногласия, чем ведутся поиски точек соприкосновения. Однако он все равно представляет собой форум для обсуждения способов повышения прозрачности, формирования доверия и сохранения диалога даже в моменты кризисов — все это необходимо для предотвращения просчетов и эскалации.

Сегодня Россия представляет собой такую угрозу, подобной которой США и их союзники не видели с момента окончания холодной войны. С этой угрозой США и их европейские союзники могут справиться, только сохранив единство и укрепив свой оборонный потенциал. Если они не смогут объединиться и увеличить оборонный потенциал НАТО, стабильность и безопасность Европы в будущем вполне может оказаться под угрозой.

Россия > Армия, полиция > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355526 Иво Даалдэр


Австрия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355514 Леонид Бершидский

Австрия идет по лезвию ножа

Себастьян Курц скопировал не так много идей ультраправых.

Леонид Бершидский (Leonid Bershidsky), Bloomberg, США

Лидер правой Австрийской партии свободы Хайнц-Кристиан Штрахе после выборов в воскресенье заявил: хотя его политическая сила и проиграла, такой результат объясняется высоким уровнем поддержки идей его партии, скопированных победителем гонки — правоцентристской Народной партией Себастьяна Курца. На деле же заимствование было взаимным. Одним из позитивных последствий может стать согласованная политика по интеграции мигрантов в ЕС. С другой стороны, такой альянс может усугубить раскол между Востоком и Западом блока.

Ирония заключается в том, что 31-летний Курц, первый миллениал, готовящийся управлять европейской страной, привел свою консервативную Народную партию к победе, украв у Штрахе голоса недовольных миграционной политикой.

Австрийская Партия свободы уверенно лидировала в опросах после кризиса беженцев в 2015 году, пока не появился Курц и не превратил свою политсилу в безопасную альтернативу для тех, кто поддерживает жесткий контроль над миграцией, но при этом не готов голосовать за Штрахе. В конце концов, лидер Партии свободы был связан с неонацистскими группировками, а это пугает многих умеренных избирателей. Хотя сам Курц скорее работал бы с Партией свободы в роли младшего партнера по коалиции, нежели с левоцентристскими социал-демократами, которые после подсчета голосов, похоже, окажутся немного впереди Партии свободы. И на то есть веские причины.

В отличие от немецкого канцлера Ангелы Меркель, чьи позиции ослабли после того, как она приютила в Германии больше миллиона беженцев, Курц уверенно выступает за новый подход к вопросу иммиграции. Он — специалист в этой области. И именно на этой теме строил свою пока еще довольно короткую политическую карьеру. Его первая должность в австрийском федеральном правительстве — государственный секретарь по делам интеграции. В 2014-м он занял пост министра иностранных дел и продолжил заниматься теми же вопросами.

Изначально линия Курца в вопросе интеграции была вполне разумна: на первое место он ставил изучение языка. Немецкий очень сложен для иностранцев, и те, кто работал над интеграцией беженцев в Германии, поняли, что плохое знание языка, а не культурные различия — самый высокий барьер для интеграции. Курц также добился ускорения признания профессиональной квалификации, полученной за пределами Европейского Союза, стремясь убрать еще один барьер для иммигрантов. В 2013 году Курц успешно протолкнул изменения в закон о гражданстве в Австрии, позволяющие иммигрантам, которые успешно интегрировались, быстрее получить гражданство — речь идет о тех, кто хорошо владеет языком и занимается общественной деятельностью. В последнее время Курц сыграл важную роль в разработке нового закона об интеграции. Документ обязывает новичков подписывать интеграционное соглашение, согласно которому они должны жить в соответствии с немецкими и австрийскими ценностями, а также платить штрафы, если не пройдут проверку на этот показатель.

Курц заявлял, что «неграмотные из Афганистана», не знающие немецкого, создают сложности на рынке труда для исламских иммигрантов, которые нашли свое место в обществе — видимо, потому, что работодатели, как правило, не проводят различий. И хотя в мусульманском сообществе у него появились враги после того, как он, например, заявил, что некоторые мусульманские детские сады являются препятствием для интеграции, он не является антиисламистом, в отличие от Штрахе. Курц не столько скопировал Партию свободы, сколько признал проблемы своих избирателей и предложил более прагматичные решения.

В то же время, перспектива попасть в правительство впервые с 2005 года, смягчила некоторые острые углы Партии свободы. Она умерила антиевропейскую риторику и перестала требовать немедленного выхода Австрии из еврозоны и ЕС. И хотя Курц, кажется, придерживается больше крайне правой линии, он в какой-то мере обезвредил Штрахе. И возможность того, что Народная партия сформирует коалицию со все еще сильными социал-демократами, несмотря на их взаимную антипатию, заставляет Партию свободы умерить требования ради того, чтобы получить более важную роль в следующем правительстве, если Курц все еще готов работать со Штрахе.

Плохо скрываемый антисемитизм Штрахе и его красочное прошлое мешают Курцу меньше, чем старшим политикам немецкоязычных стран. Для поколения Курца эпоха нацизма осталась в прошлом. В некотором смысле это благословение для Австрии, где поддержка крайне правой идеологии — традиция, которая никуда не делась. Вместо того, чтобы отвергать ее носителей, у Курца появилась возможность заставить их сформировать более конструктивную позицию. Нечто подобное произошло недавно в Норвегии, где националистическая Прогрессивная партия стала частью успешной правительственной коалиции. Важно, чтобы правоцентристская партия сыграла свою роль в стране, где многие граждане останутся ярко выраженными националистами. Кроме того, она может превратить антииммигрантскую повестку в стратегию, способную со временем ослабить ксенофобию и помочь интегрировать новоприбывших лучше, чем поликультурная политика.

Тем не менее, коалиция Курц-Штрахе может представлять кратковременную опасность для европейского единства. Более твердая позиция в отношении иммиграции заставит Австрию двигаться в сторону Вышеградской четверки — Польши, Венгрии, Словакии и Чешской Республики. Польшей управляет националистическая партия, в Словакии крайне правая сила входит в состав правящей коалиции, в Чехии относительно евроскептично настроенный Андрей Бабиш близок к победе на выборах; венгерский премьер-министр Виктор Орбан — один из любимых политиков Штрахе. С поддержкой старой демократии, такой как Австрия, посткоммунистические страны могут осмелеть и еще увереннее выступать против того, что они воспринимают как «диктатуру ЕС» — не только касательно иммиграции, но и экономической интеграции.

Игра Курца — рискованный гамбит молодого человека. Если он сможет предложить прагматичные решения проблем избирателей, австрийцы, любящие стабильность, поддержат его. Но если он проиграет, страшные силы, кипящие в Партии свободы и грозящие разорвать Восточную Европу с Запада, и Австрия, и ЕС пожалеют, что у Курца так рано появился шанс управлять нацией.

Австрия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 октября 2017 > № 2355514 Леонид Бершидский


Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 17 октября 2017 > № 2358173 Ли Хуэй

Пятилетие развития китайско-российских отношений на высоком уровне - Посол КНР в РФ Ли Хуэй о результатах развития китайско-российских отношений за период после XVIII съезда КПК

После XVIII съезда КПК под руководством ЦК КПК, лидером которого является генеральный секретарь Си Цзиньпин, китайская дипломатия динамично двигается вперед, преодолевая трудности, защищая государственные и национальные интересы, повышая статус и влияние Китая в международном сообществе, она вписала новую страницу в историю дипломатии крупной державы с китайской спецификой.

За это время китайско-российские отношения всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства стали успешным образцом дипломатии крупной державы с китайской спецификой, они преемственно развиваются, прокладывая современный путь. Эти отношения, нацеленные в будущее, постоянно обогащаются новыми идеями, пополняются новыми движущими силами. Стороны предпринимают новые шаги, принося ощутимую выгоду своим странам и народам, внося значительный вклад в обеспечение мира и стабильности в мире и регионах.

Развитие китайско-российских двусторонних отношений – это реализация концепции дипломатии с сопредельными государствами на принципах «доброжелательности, искренности, взаимной выгоды и инклюзивности» и формирования отношений между державами нового типа, выдвинутых председателем КНР Си Цзиньпином. За истекшие пять лет председатель КНР Си Цзиньпин шесть раз посещал Россию, провел более 20 встреч с президентом России В. В. Путиным в рамках крупных многосторонних мероприятий, таких, как «Группа двадцати», БРИКС, ШОС и других. Главы двух стран неуклонно поддерживают и направляют непрерывное углубленное развитие китайско-российских отношений всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства. В марте 2013 г. председатель КНР Си Цзиньпин выбрал Россию для своего первого визита в качестве главы государства, что в полной мере подтверждает его высокую оценку двусторонних отношений между Китаем и Россией, а также высокий уровень и исключительность отношений двух стран. В сентябре того же года председатель КНР Си Цзиньпин посетил Санкт-Петербург для участия в 8-м саммите лидеров стран «Группы двадцати». Китай и Россия совместно совершенствуют глобальное экономическое управление, защищают и развивают мировую экономику открытого типа, повышают уверенность в восстановлении мировой экономики. В феврале 2014 г. председатель КНР Си Цзиньпин прибыл в Россию для участия в церемонии открытия зимних Олимпийских игр в Сочи, что положило начало присутствию главы Китая на крупных международных спортивных мероприятиях за рубежом. Председатель КНР Си Цзиньпин отметил тогда, что «в Китае есть такой обычай, когда в доме друга или соседа отмечают радостное событие, принято зайти к нему и поздравить», и эти слова тронули многих россиян. В мае 2015 г. председатель КНР прибыл в Россию для участия в торжествах по случаю 70-летия Победы над фашизмом. На почетной трибуне на Красной площади главы двух стран стояли плечом кплечу, продемонстрировав миру твердую решимость беречь мир, защищать плоды победы во Второй мировой войне и послевоенный порядок. В июле 2015 г. председатель КНР Си Цзиньпин прибыл в Уфу для участия в саммите лидеров стран БРИКС и в саммите ШОС. Китай и Россия совместно продвигают развитие этих двух организаций на пути многостороннего сотрудничества. В июле 2017 г. председатель КНР Си Цзиньпин вновь посетил Россию с государственным визитом и провел с президентом В. В. Путиным плодотворную встречу, представив новый всеобъемлющий план будущего развития отношений между Китаем и Россией.

Углубление практического сотрудничества между Китаем и Россией – это конкретные шаги в реализации инициативы совместного строительства «Одного пояса и одного пути», выдвинутой председателем КНР Си Цзиньпина. Россия является активным сторонником, важным участником и ключевым партнером по данной инициативы. В мае 2015 года председатель КНР Си Цзиньпин и президент РФ Владимир Путин подписали Совместное заявление о сотрудничестве по сопряжению строительства Экономического Шелкового пути и Евразийского экономического союза, что продемонстрировало твердую волю в создании сообщества с единой судьбой, значительно расширило пространство для стратегического сотрудничества двух стран, а также придало новый мощный импульс дальнейшему развитию китайско-российских отношений всеобъемлющего стратегического взаимодействия и партнерства. Благодаря совместным усилиям Китая и России в течение двух последних лет, были достигнуты очевидные успехи в сотрудничестве по сопряжению национальных стратегий развития, которые касаются нескольких ключевых аспектов: Значительно вырос двусторонний торговый оборот. За первые 7 месяцев 2017 года он достиг 46,626 млрд долларов, что на 24,96% больше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Идет успешная реализация проекта китайско-российского газопровода по восточному маршруту. Продвигается строительство трансграничного железнодорожного моста, соединяющего Северо-Восток Китая и Дальний Восток России, а также крупных транспортных коридоров «Приморье-1», «Приморье-2»; в Москве открылась дочерняя компания Китайского телекоммуникационного гиганта «Чайна Юником». Официально учреждена совместная китайско-российская компания по сотрудничеству в разработке и производстве широкофюзеляжных дальнемагистральных самолетов. Государственный банк развития и Импортно-экспортный банк Китая определили ряд проектов инвестиционного сотрудничества со многими финансовыми структурами России. Центробанк России открыл свое представительство в Китае, а в Москве заработал расчетно-клиринговый центр по расчету в юанях. Китай и Россия совместно провели серию крупных гуманитарных мероприятий на государственном уровне, таких как Национальные годы Китая и России, перекрестные годы языков, годы туризма, годы дружественных молодежных обменов, годы обменов между китайскими и российскими СМИ, все эти мероприятия укрепили социальную базу развития двусторонних отношений. Расширяется и сотрудничество в торговле сельскохозяйственной продукцией, трансграничной интернет-коммерции и высокотехнологической отрасли, что является новыми точками роста двустороннего практического сотрудничества и имеет большое значение для расширения торгово-экономического сотрудничества, улучшения его структуры, содействия продолжительному развитию и координации двусторонней торговли.

Укрепление стратегического взаимодействия между Китаем и Россией является важным содержанием инициативы о создании международных отношений нового типа на основе сотрудничества и взаимовыгодны, выдвинутой председателем КНР Си Цзиньпином. Китай и Россия не только являются постоянными членами Совета Безопасности ООН, но и ключевыми странами с развивающейся рыночной экономикой. Тесное взаимодействие между обеими сторонами в международных делах стало фактором стабильности в обеспечении мира и безопасности во всем мире. У Китая и России сходные или близкие позиции по таким вопросам, как ситуация в Сирии и на Корейском полуострове, ядерная программа Ирана и по ряду других важных вопросов. Обе страны выступают за защиту мира, безопасности и стабильности в регионах, настаивают на урегулировании кризиса исключительно путем диалога и консультаций и придерживаются общей позиции относительного того, что ООН играет роль главного канала посредничества. Китай и Россия в рамках важных многосторонних механизмов (АТЭС, «Группа двадцати», стран БРИКС, ШОС и других) поддерживают постоянный и тесный обмен, формируя многостороннюю систему мировой экономики и торговли, характеризующуюся открытостью, инклюзивностью, всеобщей системой преференций, балансом, общим выигрышем. Стороны выдвинули инициативу относительно усовершенствования механизмов глобального управления, в которых в большей мере озвучивались и учитывались бы интересы развивающихся стран и стран с развивающейся рыночной экономикой, укреплялось международное сотрудничество в борьбе с изменениями климата, угрозами в сфере кибербезопасности и в решении ряда других глобальных и международных вопросов. Все это в полной мере проявило чувство ответственности в качестве великих держав. Обе страны стремятся сформировать международные отношения нового типа, основой которых являются сотрудничество и взаимный выигрыш. Такие международные отношения предполагают отказ от старого мышления, в частности, присоединение и противопоставление, игра с нулевой суммой, они исторически соответствуют современному развитию многополярного мира, демонстрируют и подтверждают свою мировую значимость и глобальную ценность, получают сегодня поддержку и признание со стороны многих стран мира.

В настоящее время обмен и сотрудничество между Китаем и Россией в разных сферах демонстрируют очень высокую динамику развития. Непрерывно укрепляется общественная основа в поддержке чаяний народов относительно укрепления дружеских контактов между народами обеих стран. В глазах россиян Китай давно уже стал одной из самых дружественных стран. Можно сказать, что китайско-российские отношения стали образцом самых здоровых и стабильных, наиболее зрелых межгосударственных отношений. Скоро в Китае откроется XIX съезд КПК, и мы уверены, что под мудрым руководством генерального секретаря ЦК КПК Си Цзиньпина китайско-российские отношения будут успешно развиваться и неуклонно подниматься на более высокую ступень.

Источник: Журнал "Китай"

Китай. Россия > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 17 октября 2017 > № 2358173 Ли Хуэй


Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 17 октября 2017 > № 2357460 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова для Интернет-сайта Международного дискуссионного клуба «Валдай» в рамках XIV ежегодного заседания, Сочи, 17 октября 2017 года

Вопрос: Сергей Викторович, спасибо большое, что нашли время ответить на вопросы для Интернет-сайта «Валдайского клуба».

С.В.Лавров: От вас убежишь…

Вопрос: На что рассчитывают наши американские партнеры, продолжая нагнетать антироссийские настроения в обществе, совершая недружественные, а то и вовсе незаконные шаги в отношении российских дипломатов?

С.В.Лавров: Я думаю, рассчитывают на то, чтобы подорвать позиции Администрации Д.Трампа. При всей непоследовательности действий нынешней Администрации в Белом доме, при всей экстравагантности, все-таки Д.Трамп не отказался от своих лозунгов, намерений, которые декларировал и в свою предвыборную кампанию, и после избрания Президентом, о намерении улучшать отношения и сотрудничать с Россией.

В условиях, когда у большинства демократов никак не может пройти озлобление по поводу проигрыша на президентских выборах их кандидата, а у значительной части республиканцев вызывает отторжение несистемность нынешней Администрации, в том числе Президента, эта антироссийская история и истерия, о которой Вы сейчас упомянули и которая продолжается в США, отражает внутриполитическую борьбу. Об этом говорил Президент России В.В.Путин, и это подтверждается всем нашим анализом. Прошел уже почти год, как в США начали расследование связей Д.Трампа с Россией, вмешательства России в предвыборную кампанию на стороне республиканцев. Проходят слушания, устраиваются специальные расследования, назначен специальный прокурор, опрашиваются десятки людей. И при этом за весь этот почти год при таком количестве вовлеченных в этот процесс персонажей не было ни одной утечки хотя бы о едином факте, который бы подтверждал эти обвинения. Для меня это говорит о многом. Американское общество целиком, особенно во внешнеполитических делах, построено на утечках. Невозможно загерметизировать процессы, которые развернули по расследованию т.н. «российского вмешательства». Стало быть, этих фактов у них просто нет.

Вопрос: Какие, на Ваш взгляд, последствия могут иметь набирающие в Европе популярность настроения на самоопределение и даже сепаратизм?

С.В.Лавров: Я не знаю, какие последствия это будет иметь. Очень надеюсь, что это не приведет к каким-то потрясениям в Европе. Мы заинтересованы в стабильном Европейском союзе. Наверное, выход заключается в том, чтобы сопрягать тенденцию дальнейшей интеграции с настроениями, которые сейчас появляются в целом ряде стран в пользу возвращения к большему суверенитету. В Брюссель, в центральные структуры Евросоюза было делегировано немало компетенций. Еврокомиссия как любое бюрократическое образование стремится не просто использовать их, а наращивать, не всегда получая на это добро стран-членов. Следует обратная реакция.

Наверное, для Евросоюза будет достаточно непростым, но полезным процесс нахождения золотой середины между централизацией целого ряда компетенций, с одной стороны, и большим уважением, чем это сейчас наблюдается, суверенитета и национальных прав этих государств-членов, с другой.

Вопрос: Как, на Ваш взгляд, будут решаться зарождающиеся социальные проблемы, в первую очередь неравенства, внутри отдельных стран и, в частности, внутри Евросоюза?

С.В.Лавров: Мне трудно сказать о том, как будут решать внутренние проблемы другие страны. У нас есть свои программы решения социальных проблем. Они были осложнены периодом, когда изменилась мировая конъюнктура, в практику наших отношений с Европой и другими западными странами были внедрены нелегитимные санкции. Но сейчас у Правительства есть хороший план движения вперед, одобренный Президентом России В.В.Путиным. Решение социальных проблем В.В.Путин считает одним из наших приоритетов. У нас есть свой план на этот счет, как я уже сказал. Какие планы будут выстраивать и как эти цели будут достигать в Европе, мне трудно судить, но я уверен, что об этом там тоже думают. То, что сейчас происходит во Франции в связи с инициативой Президента Э.Макрона о реформе трудового законодательства, достаточно ясный индикатор, что это будет непростой процесс.

Вопрос: В последнее время раздается много голосов о необходимости реформирования ООН. Какие основные функции ООН или формы их реализации должны быть изменены и почему? Если все-таки будет принято решение о реформе Организации, сколько для этого потребуется времени?

С.В.Лавров: Реформа – это не одноразовое явление. Чтобы оставаться живой, любая структура должна самосовершенствоваться. Это происходит и в ООН. Там за последнее время была реформа правозащитного сектора. Был создан Совет по правам человека ООН. Была реформа сферы миростроительства – это период между завершением конфликта и началом экономического восстановления, была создана Комиссия ООН по миростроительству.

Обсуждается и целый ряд других реформ, включая реформу самого Генерального Секретариата, чтобы сделать его более эффективным, менее забюрократизированным, избегать параллелизма, дублирования. Одна из важнейших реформ уже нового времени, когда Генеральным секретарем ООН стал А.Гутерреш, стало создание поста заместителя Генсекретаря по контртерроризму и соответственно офиса по контртерроризму, который призван координировать работу всей системы ООН, а это десятки структур, специализированных учреждений, программ, фондов, нацеленных на то, чтобы все связанные с антитеррористической борьбой меры были гармонизированы. Это тоже важная реформа, которая только сейчас была начата и которую предстоит довести уже до практического уровня.

Ну и реформа СБ ООН. Это процесс, который может быть осуществлен только на основе консенсуса, как собственно и постановила Генеральная Ассамблея ООН, когда начинала этот процесс. Дело это непростое. Думаю, что в ближайший год-два нереально достичь этой договоренности, но процесс продолжается. Интересы всех стран уже услышаны и поняты. Мы выступаем за то, чтобы главной задачей реформы было исправление ситуации, когда развивающиеся регионы мира – Африка, Азия, Латинская Америка – явно недопредставлены в составе этого главного органа системы. Такую же позицию разделяют наши китайские партнёры и большинство «стран третьего мира». Будем ее продолжать.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 17 октября 2017 > № 2357460 Сергей Лавров


Люксембург. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 17 октября 2017 > № 2355888 Дмитрий Медведев, Ксавье Беттель

Российско-люксембургские переговоры.

Дмитрий Медведев провёл переговоры с Премьер-министром Люксембурга Ксавье Беттелем.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Господин Беттель, ещё раз сердечно Вас приветствую!

После того, как нам с Вами нарисовали наше будущее, предлагаю перейти к более прозаическим вопросам, которые касаются текущего состояния отношений между Россией и Люксембургом.

Мы с Вами встречались в 2015 году в Сочи во время Вашего визита и в Улан-Баторе, о чём мы с Вами вспоминали совсем недавно, и обсуждали, как развиваются связи между нашими странами, констатировали, что в целом всё весьма благоприятно.

Хочу Вас ещё раз поблагодарить за то, что Вы приехали на наш форум «Открытые инновации». По-моему, было интересно. Искусственный интеллект – это, конечно, хорошо, но пока в наших силах предпринять дополнительные усилия для того, чтобы отношения между нашими странами развивались по восходящей, в максимально благоприятном ключе.

К.Беттель (как переведено): Прежде всего хотел бы поблагодарить господина Премьер-министра Медведева за то, что меня пригласили принять участие в форуме «Открытые инновации». Я считаю, что для нас очень важно разделить то стремление, которое ведёт наши правительства. Мы виделись в Сочи и Улан-Баторе, сегодня мы в третий раз встречаемся и имеем возможность провести двустороннюю встречу. Это знак двусторонних отношений, которые объединяют наши страны.

Я приехал, во-первых, чтобы принять участие в форуме в «Сколково», затем – ради наших двусторонних отношений, а также для того, чтобы завтра поехать в Тамбов. Я направляюсь туда, чтобы отдать дань памяти юным люксембургским мужчинам, которые 75 лет назад были насильственно завербованы в ряды фашистской армии. 167 человек были расстреляны. Для нас 167 погибших – это очень значимое число.

Я очень рад, что сегодня мы подписали соглашение с Российским государственным военным архивом, чтобы получить копии личных дел, именных карточек люксембургских граждан, которые находились в плену в Тамбове. Сегодня среди нашей делегации находится гражданин Люксембурга, которому 93 года и который в своё время был завербован в армию и стал узником в Тамбове. Я очень рад, что наше соглашение с архивом позволит нам лучше узнать эту историю, связывающую две наши страны.

Д.Медведев: На самом деле очень важно, что вы уделяете такое внимание истории и урокам, которые преподнесла Вторая мировая война. Мы это ценим и считаем, что это очень полезно.

<…>

Пресс-конференция Дмитрия Медведева и Ксавье Беттеля по завершении российско-люксембургских переговоров.

Из стенограммы:

Д.Медведев: Уважаемые коллеги, представители средств массовой информации! Мы только что завершили переговоры с Премьер-министром Люксембурга господином Ксавье Беттелем. Довольно подробно обсудили наше сотрудничество, затронули планы на будущее. Мы обсуждали их и в 2015 году, когда господин Беттель посещал Сочи, потом встречались в Улан-Баторе на международном мероприятии, а сейчас ещё раз хотел бы поблагодарить своего коллегу за то, что делегация из Люксембурга приехала на «Открытые инновации». Надеюсь, всем понравилось, будем рады видеть вас ещё раз.

Отношения между Россией и Великим Герцогством, как известно, имеют давние и глубокие корни. В прошлом году мы отметили 125 лет с момента установления дипломатических отношений. Мы активно сотрудничаем в торговой и финансовой сферах. Если говорить о финансовой сфере, здесь всем известно, что Люксембург является одним из крупнейших финансовых инвесторов в экономику России. По нашим оценкам, общий объём накопленных инвестиций на 1 апреля текущего года превысил 45 млрд долларов. Это серьёзная цифра. Если говорить о товарообороте, то он тоже демонстрирует некоторый рост, несмотря на сложную экономическую конъюнктуру. В прошлом году мы нарастили примерно 15%, за семь месяцев этого года – ещё 6%, что весьма и весьма неплохо.

Люксембургские компании развивают бизнес в России. На протяжении вот уже трёх десятилетий мы сотрудничаем в области металлургии – это одна из лидирующих отраслей у наших партнёров. Построено также несколько крупных заводов по производству аккумуляторов, высокотехнологичного стекла – так называемого флоат-стекла, строительных конструкций.

В общем и целом всё это неплохие примеры сотрудничества. Но не хотелось бы останавливаться на достигнутом. Мы договорились, что в рамках межправительственной комиссии, которая у нас действует, проанализируем сложившуюся, текущую повестку дня, подумаем, где можно было бы нарастить сотрудничество.

И здесь, кстати, понятно, что может быть в центре внимания. Это сотрудничество в области цифровой экономики, IT, космоса. Это абсолютно новые ниши, и у наших стран есть хорошие возможности для того, чтобы внести свой вклад. Но такая работа требует концентрации усилий, и мы только что договорились, что подготовим предложения по конкретным областям сотрудничества в этих сферах, найдём научные коллективы, которые этим занимаются, и составим достаточно детальную, подробную «дорожную карту».

У нас прекрасный опыт сотрудничества в гуманитарной сфере. Хочу поблагодарить господина Беттеля за помощь и поддержку различных гуманитарных проектов в области культуры, образования, научных мероприятий, университетских контактов. Всё это развивается весьма и весьма неплохо, и является хорошим примером того, как могут осуществляться такие отношения даже в не самый простой период текущей политической ситуации и отношений между Россией и Европейским союзом.

Ещё раз хотел бы поблагодарить господина Беттеля за содержательный диалог.

К.Беттель (как переведено): Спасибо большое, господин Премьер-министр. Спасибо за приглашение, спасибо, что пригласили участвовать в форуме «Открытые инновации». Я имел возможность поучаствовать в круглом столе и попытался представить плюсы люксембургского рынка в плане цифровых технологий. Также у нас была возможность обсудить все вызовы, все проблемы, которые стоят перед нами. Необходимо на государственном уровне готовить наши будущие поколения к тем вызовам, с которыми они столкнутся завтра.

Сегодня мы обсудили вопросы двустороннего сотрудничества. Завтра я поеду в Тамбов, чтобы почтить память тех люксембуржцев, которые 75 лет назад были силой завербованы в нацистскую армию. 167 из них погибли в Тамбове. Для нас это важная цифра, и мы никогда не забудем те ужасы войны, которые познало Герцогство Люксембург. Хочу поблагодарить российский военный архив. Мы сегодня с ним заключили соглашение, которое позволит нам проводить необходимую работу по анализу, узнавать больше о судьбе этих пленных. Для нас это очень важная возможность вернуться к нашей истории, узнать о ней больше.

В прошлом году мы отмечали 125 лет установления дипломатических отношений. Двусторонние отношения развиваются хорошо, достаточно динамично. Будь то сфера инвестиций или космос (наша компания SES сотрудничает с «Роскосмосом»), будь то авиасотрудничество или грузоперевозки – это достаточно устойчивый уровень отношений.

И, как говорил господин Премьер-министр, мы хотим двигаться вперёд. Мы хотим конкретики. Именно поэтому у нас существует комиссия, которая соберётся на очередное заседание в феврале. В конце года пройдёт совещание между нашими министерствами здравоохранения и социального обеспечения. Будем надеяться, что к лету следующего года мы подготовим и подпишем пакет документов, который будет основан на соглашении 2011 года и послужит отражением нового уровня нашего сотрудничества. Но это соглашение уже немного устарело, поэтому его нужно обновить. И я объяснял господину Премьер-министру, что, если бы существовали прямые полёты из Люксембурга в Москву, конечно, это бы облегчило мои поездки, в частности для подписания таких документов. Будем надеяться, что получится подписать этот пакет документов в интересах обеих стран и, таким образом, продвигаться по всем направлениям.

В финансовой сфере торговый оборот достаточно стабилен, цифры стабильны. Также отметил бы желание Люксембурга сотрудничать более интенсивно на уровне финтеха. Действительно, это будет один из крупнейших вызовов для банковского и финансового сектора уже в ближайшем будущем.

Мы также ведём сотрудничество на уровне университетов и хотим продолжать работать в этой сфере.

Проблемы дигитализации стоят перед Европой и перед всем нашим континентом. Сейчас Европа оказалась зажатой между Азией и США, поэтому нам необходимо развивать общую стратегию, это в общих интересах. Вы, господин Премьер-министр, упомянули о визите госпожи Могерини, которая побывала в России несколько месяцев назад. Мы приветствуем этот визит, ведь это всё способствует диалогу.

Для меня важнее всего этот самый диалог, который позволяет вместе работать по международным вопросам, разрабатывать общие подходы. Перед нами стоят общие вызовы, которые беспокоят всех нас. И хорошо, когда предоставляется возможность побеседовать. У меня уже была возможность с Вами встретиться в Улан-Баторе, в Сочи, я встречался с Президентом. И мне кажется, что наши народы хотят, чтобы мы сели за стол переговоров, обсуждали и находили решения.

Даже какие-то проблемы, которые выходят за пределы наших территорий (ситуация в Сирии, например), – это всё равно очень важные вопросы, и необходимо находить решения по ним тоже. Для этого нужен диалог. За это выступает Люксембург. И вместо того, чтобы говорить друг о друге, надо говорить друг с другом.

Вопрос: Хотелось бы узнать, как Вы оцениваете нынешнее состояние двухсторонних связей между Россией и Люксембургом на фоне санкционной политики Евросоюза. Влияют ли взаимные санкции на торговое и инвестиционное сотрудничество между странами? Если влияют, то как?

Д.Медведев: Мы бы, наверное, слукавили, если бы сказали, что санкции никак не влияют. Конечно, санкции влияют, ничего хорошего в них нет, мы об этом сегодня говорили с моим коллегой. В чём проблема такого рода ограничений? В выигрыше не оказывается никто, но экономики, предприятия, предприниматели теряют довольно значительные деньги. Я всегда привожу цифру, которая, на мой взгляд, носит убийственный характер. До того, как были введены ограничения, общий торговый оборот с Европейским союзом у нас был порядка 430–450 (по разным оценкам разные цифры) млрд долларов в год. Сейчас он около 200. Немного повлияло, не очень сильно, изменение ценовой ситуации с углеводородами, но в основном это результат санкций. Все потеряли от этого – меньше стало рабочих мест, меньше прибылей, стало быть, меньше доходов в бюджетах. Что в этом хорошего? Ничего. Можно это восполнить? Невозможно восполнить. Это уже чистые потери, с этим ничего не сделать. Поэтому совершенно понятно, что на наши отношения так или иначе это оказывает влияние. В то же время Люксембург как раз пример государства, с которым мы даже в нынешней довольно сложной ситуации – понимая, естественно, и место Люксембурга в структуре Европейского союза, – достаточно успешно продолжаем сотрудничество по целому ряду направлений.

Мы только что с господином Премьер-министром эти направления перечислили. Это действительно важные, традиционные направления. Где-то мы даже наращиваем объёмы торгового сотрудничества и наметили сегодня новые сферы для того, чтобы развивать такого рода сотрудничество.

Например, одно из таких направлений – это космос. Космос по понятным причинам никому не принадлежит, но это не означает, что он всегда будет таким же, как сегодня. Совершенно очевидно, что человечество в ближайшие десятилетия осуществит прорыв и займется освоением объектов, которые существуют в Солнечной системе, я имею в виду астероиды, планеты. Так или иначе в повестку дня войдёт вопрос о том, каким образом осваивать природные богатства, которые там существуют. Это тема абсолютно ещё неизведанная.

В том числе и такие темы были в процессе обсуждения. Это, может быть, и не завтрашняя повестка дня, но она точно существует, и мне кажется, она весьма и весьма интересная. Но мы продолжим заниматься и другими вопросами, которые уже в настоящий момент находятся в процессе изучения или которыми уже занимаемся.

К.Беттель (как переведено): Коротко отвечу. Прежде всего хочу поблагодарить моего заместителя, который также отвечает за вопросы экономики и занимается вопросами разработки и добычи полезных ископаемых на астероидах. Я рад слышать, что здесь мы нашли союзников, единомышленников в диалоге с Премьер-министром, с господином Рогозиным, которые готовы вместе с нами найти возможности, новые пути по разработке таких полезных ископаемых. Такой вывод мы сделали и надеемся, что сможем продолжить эту работу в следующем году.

Конечно, много других сфер. Цифровые технологии – это тоже область, в которой мы должны действовать сообща. Сегодня эта сфера очень важна. И мне не хотелось бы, чтобы санкции и контрсанкции вошли в правило, чтобы они стали какой-то фатальностью. Нет, мы не хотим мириться с такой ситуацией. Необходимо преодолеть эту ситуацию, которая вредит всем. И сделать это нужно, сев за стол переговоров, через диалог, а не навязывая одной или другой стороне свою волю. Нельзя заставлять наше гражданское население страдать от этих санкций. По нему приходится основной удар, именно оно страдает от этой политической ситуации между Европой и Россией, ведь сокращается наш бюджет. Именно поэтому нужно найти выход как можно скорее.

Ещё раз: Европейский союз солидарен, у него есть некая общая позиция. Но эта позиция должна быть позицией диалога, открытой двери, которая позволила бы сесть за стол, преодолеть конфликт, чтобы этот конфликт не застаивался и эта ситуация не становилась постоянной.

Вопрос: Ещё один вопрос господину Медведеву. Вы сказали, что политический климат сейчас на международной арене не очень благоприятен. На Ваш взгляд, что может как-то разблокировать эту ситуацию, что нужно сделать, чтобы вернуться к норме?

Д.Медведев: Нужно встречаться. Нужно общаться. Нужно стараться обсуждать самые трудные вопросы. Находить решения этих трудных вопросов. Вот так, как это в том числе делает мой коллега господин Беттель. Можно же, что называется, надуться друг на друга, сказать: знаете, мы не понимаем сейчас того, что партнёры делают, мы недовольны. И всегда поводов для недовольства будет очень много. Жизнь так устроена, она сложная. Но это путь в никуда. А чем больше контактов, тем выше взаимопонимание и лучше атмосфера доверия.

Мы сегодня обсуждали цифровые технологии и говорили о том, что эти технологии должны основываться на доверии между государствами, между бизнесом, в конечном счёте на доверии к самим технологиям. Это же, но ещё в большей степени относится к межгосударственным, межчеловеческим отношениям. Поэтому нет никакой альтернативы продолжению обсуждения самых сложных вопросов, в том числе относящихся к мировой повестке дня, к европейской повестке дня. Можете не сомневаться, наша страна к этому готова. И мы рады, когда наши партнёры по диалогу такую же позицию высказывают. Мы всегда готовы встретиться и обсудить самые сложные вопросы и самые сложные политические и экономические вызовы. Думаю, это единственный путь для того, чтобы решать эти сложные задачи.

К.Беттель (как переведено): Мне кажется, ответ был исчерпывающим. Действительно, нужно садиться за стол переговоров, находить форматы диалога. Сейчас «нормандский формат» и минские соглашения – это краеугольный камень, хребет, если хотите, единственный элемент, на который мы можем опереться. Думаю, что действительно важно подвести какие-то итоги по прогрессу, понять, что сделано, что ещё предстоит сделать. Но в любом случае, если мы хотим урегулировать, стабилизировать ситуацию и стабилизировать отношения между Россией и Европой, нужно садиться за стол переговоров, смотреть вместе, что нужно сделать с той и с другой стороны.

Сегодня Франция и Германия играют очень важную роль. Я думаю, что к концу года необходимо будет как-то обсудить вопрос отношений Евросоюза и России. Это более чем важно.

Люксембург. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 17 октября 2017 > № 2355888 Дмитрий Медведев, Ксавье Беттель


Россия > Образование, наука > ras.ru, 17 октября 2017 > № 2355494 Александр Хлунов

Глава РНФ Александр Хлунов «В президентской программе мы пустились "во все тяжкие"

Как будут продлевать гранты Российского научного фонда (РНФ), выданные в 2015 году, как изменились требования к молодым ученым, будут ли к экспертизе привлекаться специалисты из-за рубежа, какую роль в оценке заявок на гранты играет и будет играть автоматика, будет ли усиливаться влияние наукометрии и отменят ли бумажные заявки на гранты, в интервью Indicator.Ru рассказал глава РНФ Александр Хлунов.

— Давайте начнем с недавно прошедшего заседания попечительского совета, на котором были утверждены новые конкурсы. Можете ли вы о них рассказать немного подробнее? В частности, о том, как будет происходить продление грантов 2015 года.

— Для нас это заседание Попечительского совета было очень важно, потому что сейчас уже октябрь, и многие наши грантополучатели, которые на протяжении трех лет работали в рамках научного проекта, находятся в некотором ожидании и беспокойстве. Очевидно, что в грантовых соглашениях, которые мы заключали с ними в 2015 году, декларировалась возможность продления проектов. Понятно, что за эти три года сформировались устойчивые коллективы, у них относительно комфортная научная жизнь, которая требует продолжения. Проекты фундаментальной науки, конечно, не могут длиться два-три года, они обречены на более длительное существование.

Поэтому мы просили Попечительский совет собраться и обсудить этот вопрос, хотя финансовые ресурсы фонда на перспективу остаются не в полной мере ясными. Попечительский совет счел возможным объявить конкурс на продление проектов — тех, что мы поддержали в 2015 году. Подчеркиваю, что продление будет осуществляться на конкурсной основе. Мы и в прошлом году это декларировали, но никто не услышал.

В этот раз обращаю особое внимание: продление — это конкурс, и мы, наверное, поддержим около 40% от текущей массы проектов, так как финансовый ресурс у нас не беспредельный.

В этом есть логика, потому что фонд все время сталкивается с парадигмой: либо финансировать то, что было поддержано ранее, либо переходить к поддержке новых идей, новых научных проектов, которые возникают в научной среде.

— Можно ли будет подать заявку одновременно и на продление гранта, и на новый грант?

— Да. Было принято решение не только поддерживать продление в рамках конкурса, но и объявить конкурс на поддержку малых научных групп — наиболее востребованный конкурс в научной среде — и сделать их совмещенными. То есть мы предлагаем тем, кто сейчас работает по грантам 2015 года, подавать заявку не только на продление, но и одновременно на новый конкурс. И нам хочется акцентировать внимание на то, что эта возможность есть, потому что в прошлом году ей практически не воспользовались. Это было уникально. Все верили в то, что, выполняя взятые на себя обязательства и имея хорошие результаты, обязательно получат поддержку. Но так не случилось, и было большое количество обид, непонимания. И сейчас мы пробуем разъяснить, что это все-таки конкурс, где есть не только победители, но и проигравшие.

Что касается конкурса малых научных групп, то здесь объем поддержки не очень значительный. Вот это решение Попечительский совет принял, и, наверное, в конце октября мы вывесим конкурсную документацию с тем, чтобы научные группы имели возможность хорошо подготовиться, написать необходимые заявки. В случае продления они будут совмещены со сдачей отчета по проделанной работе, и мы проведем одновременную экспертизу, когда у экспертного совета будет возможность сделать сравнение не только по заявкам, претендующим на продление, но и по заявкам нового проекта с тем, чтобы выбрать лучшие. Практика показала, что таким образом в конце концов выбираются лучшие проекты.

Конечно, все будут не очень довольны масштабами объявляемых конкурсов, но это сопряжено с тем, что мы еще продолжаем бороться за финансирование, несмотря на то, что в проекте Федерального закона о бюджете на три года есть определенные цифры, и мы ожидаем поступлений из внебюджетных источников. Но, в каком объеме и в какие сроки, пока неясно. Но при этом на Попечительском совете было заявлено о безусловности проведения конкурса в 2018 году в рамках президентской программы исследовательских проектов, то есть на эти конкурсы — поддержка инициативных исследований молодых ученых и исследований под руководством молодых ученых — средства зарезервированы.

— Будут ли какие-то еще новые конкурсы для молодых ученых?

— В президентской программе мы совсем уже пустились «во все тяжкие» и определили конкурс для молодых ученых до 33 лет. И конкурс для проектов под руководством молодых ученых — до 35 лет. Все ожидали, что мы поднимем планку ближе к 40 годам, а мы остановились на 35. Такие конкурсы будут объявлены в первом квартале 2018 года с тем, чтобы провести необходимую экспертизу и с июля приступить к финансированию этих проектов. То есть для молодежи в рамках президентской программы, еще раз подчеркиваю, эти конкурсы в обязательном порядке будут проведены, и на эти конкурсы средства зарезервированы.

— Что будет с комплексными программами типа программы «Ноев ковчег»? Будут ли какие-то изменения?

— Вопрос обсуждался на Попечительском совете. Во-первых, мы должны еще год пожить с этими программами. И такие программы, как «Ноев ковчег», еще будут финансироваться в 2018 году. Мы сейчас затеяли кампанию по подведению промежуточных результатов, чтобы посмотреть, как они воспринимаются и научной общественностью, и экспертным сообществом. Для нас это важно, потому что полемика в научной среде продолжается, и суть ее сводится к одной мысли: то ли вы 150 миллионов даете одному учреждению, то ли вы эти 150 миллионов поделите на гранты по 5-6 миллионов и профинансируете, по крайней мере, тридцать малых научных коллективов.

Что полезнее для российской науки – комплексные проекты или же работа с тридцатью малыми научными проектами? Полемика идет.

Когда мы принимали решение о целесообразности финансирования не только малых научных групп, но и таких комплексных проектов, мы рассуждали, что в российской науке должна иметь место не только поддержка малых проектов, обеспечивающих работу небольших коллективов по каким-то возникшим научным проблемам. Мы должны формировать научный задел для развития даже таких ведущих научных учреждений в стране, как МГУ. На заслушивании промежуточных результатов по проекту «Ноев ковчег» мы поняли, что сейчас в МГУ появляется новый задел совершенно новой отрасли знания, который, скорее всего, обусловлен научными фронтами, возникшими в мировой науке.

Очень важно будет посмотреть на эти промежуточные результаты, взглянуть, насколько они эффективны по сравнению с малыми проектами, и уже потом, проведя такой анализ, принимать решение, а имеют ли право такие комплексные программы на существование с точки зрения эффективности и целесообразности? Мы общались с коллегами в крупнейшем немецком фонде DFG, они пришли к мысли о необходимости заниматься финансированием крупных научных программ.

Так что в 2018 году мы в любом случае должны будем вернуться к принятию решения. Оно зависит не только от тех показателей, которые будут получены в рамках реализации программ, но и от финансовых ресурсов, которые будут в распоряжении Фонда.

— Скажите, планируются ли какие-то новые международные конкурсы?

— Нам очень понравился тезис, который декларировал Петер Штрошнайдер, президент DFG: каждую осень — по новому конкурсу. Мы будем придерживаться этих договоренностей с немецкими коллегами, как, впрочем, и с другой немецкой организацией, обществом Гельмгольца, которое объединяет ведущие научные институты по всем практически отраслям знаний. Вообще, взаимодействие с Германией очень налажено, мы благодарны им, потому что для нас это еще и опыт работы с крупнейшим фондом почти со столетней историей, где многие вопросы, в том числе и экспертизы, решены, как нам кажется, очень хорошо. Там есть доверие научного сообщества к экспертному совету.

— Раз уж вы заговорили об экспертизе. Будут ли какие-то изменения в экспертизе Российского научного фонда в ближайшее время?

— Да. Мы постарались сделать этот процесс открытым. Мы работали почти четыре года в рамках той системы экспертизы, которая была создана, и у нас накопился собственный опыт. За это время мы не раз вносили дополнения в основополагающие документы: Положение о конкурсном отборе проектов, Положение об экспертизе, Положение об экспертных советах. Это такие три краеугольных документа, которые определяют правила работы фонда в части организации конкурсов. Тем не менее со стороны ряда сообществ все время возникали предложения по совершенствованию. Если вы помните, сначала у нас была самая главная проблема — это конфликт интересов. Мы боролись с «коррупцией» среди ученых и два года назад приняли целый ряд решений по урегулированию этого конфликта.

Наиболее отчетливо предложения по решению этого вопроса о конфликте интересов сформировало Общество научных работников, хотя были и другие. Я подчеркиваю, что я очень позитивно рассматриваю эти предложения: и Александра Фрадкова из Общества научных работников, и Алексея Хохлова, который возглавляет Общественный совет по науке при Министерстве образования и науки. Мы и сами написали многостраничный документ, посвященный анализу системы экспертизы.

Как вы помните, у нас прошла комплексная проверка Счетной палаты, и она тоже вынесла целый ряд предложений по совершенствованию системы экспертизы. Еще у нас было два тематических заседания нашего экспертного совета, мы дали возможность выступить всем.

Суть изменений я бы, наверное, свел к следующему: это корректировка трех документов: Порядка конкурсного отбора, Порядка проведения экспертизы и Положения об экспертных советах. Обновленные версии этих документов будут вывешены на нашем сайте в ближайшее время.

— Расскажете подробнее об изменениях?

— Первое, с чем мы столкнемся, — это если раньше руководитель секции сам назначал экспертов, которые будут проводить экспертизу по выбору той или иной заявки, то теперь мы будем постепенно, без революции, вводить использование программного обеспечения по автоматизированному подбору экспертов.

Это ни в коем случае не значит, что в Российском научном фонде будет запущен генератор чисел, который заменяет ученого в ходе экспертизы, это не так. Мы хорошо знаем возможности нашего программного обеспечения. Оно в полной мере позволяет обеспечивать работу экспертного совета. Поэтому в ближайшее время по какому-то маленькому конкурсу мы попробуем запустить автоматизированный подбор экспертов, но, конечно, с участием руководителей секций.

— То есть финальное решение будет все равно за человеком?

— Да, потому что он несет персональную ответственность за все случившееся, и я понимаю, что в системе российской научной экспертизы пока это самое главное. Мы просто сделаем эту работу менее трудоемкой. Сейчас это растягивается на недели, и поверьте, это очень большой труд. У нас есть корпус экспертов, у него есть характеристики, рубрикатор (те научные специальности, где эксперт признает себя таковым), и, получив заявку, где заявитель тоже указывает некие цифры из рубрикатора, мы можем соотнести эти цифры и выбрать самых подходящих экспертов.

Еще на Попечительском совете обсуждался вопрос про эти злополучные баллы… Чувство справедливости, которое заполнило нашу страну и научную среду тоже охватило в полной мере… Все пытаются высчитать, сколько баллов у них в экспертном заключении. Потому что не секрет, что каждое поле экспертной анкеты оцифровывается некими баллами. Эти баллы выставляет экспертный совет, не аппарат фонда. И все пытаются считать, что «у меня там 156, а у того здесь 154, и где тут справедливость».

Все это было бы правильно, если бы у нас а) корпус экспертов был бы однороден, то есть все имели бы одинаковую квалификацию; б) у нас были бы едиными правила; в) корпус экспертов обладал бы методическим пособием и строго выполнял бы эти правила. Наверное, тогда можно было бы играть в цифры и находили бы какую-то справедливость, если она существует вообще. Но опыт работы зарубежных фондов показывает, что мнение авторитетных ученых является решающим. Поэтому мы утвердили, что, несмотря на то, что заявки будут оцифрованы балльно, экспертный совет все равно будет принимать окончательное решение с учетом имеющихся баллов по заявке. В своем решении Экспертный совет руководствуется мнением секции, которое тоже должно быть отражено письменно.

Теперь про экспертизу в два этапа: когда мы ее вводили в одном из конкурсов по президентской программы, мы думали, что доброе дело сделали, а потом нас за это критиковали. Читая обращения, мы поняли претензию многих заявителей: «вы нас заставляете писать достаточно объемные материалы заявок, а шансы выиграть незначительны. У вас конкурс больше, чем 10 заявок на одно место. Это рабский труд, и как вам не стыдно».

Мы же полагаем, что за этим «рабским трудом» еще есть и другая составляющая: когда человек пишет заявку, он систематизирует свои мысли, это в корзину никогда не выбросишь. Тем не менее мы пошли навстречу и сделали экспертизу в два этапа: предложили на двух страничках концептуально изложить, в чем идея проекта, и написать совсем коротко о себе. На что посыпалась критика, что, мол, непонятно, по каким критериям оценивался этот первый этап. Поэтому мы вынуждены были расписать процедуру проведения двухэтапной экспертизы, каждого из этапов подробно; все это найдет отражение в документах.

И еще инновация, которую мы сочли возможной: нормативно определить статус секций экспертного совета, потому что этот статус был, скажем так, размазан, хотя мы понимаем, что роль секции исключительно важна. Экспертный совет часто доверяет секции при принятии решений.

Потом мы еще раз более детально распишем, что поступление возражения на экспертизу не является основанием к пересмотру результатов, и жалоба никоим образом не является основанием для принятия каких-то взысканий дисциплинарного характера в отношении экспертов.

Работа эксперта — это почетная обязанность, а не наказание, это мы тоже должны понимать. Может, мы когда-нибудь перейдем на бесплатную экспертизу, тогда это вообще станет благородным делом. За это не наказывают. И вообще, личное мнение и репутация в науке дорогого стоят.

Тем не менее мы детализировали, что именно эксперт может написать в своем экспертном заключении, особенно в части, касающейся размера выделяемого гранта. Потому что зачастую эксперты могли высказывать суждение, что «этот проект можно реализовать и за полцены». Мы предлагаем экспертам в отношении сметы, закупки оборудования, денежного вознаграждения никоим образом не обижать людей.

Позиция фонда такова, что ученые должны хорошо зарабатывать, и все пассажи в отношении заработной платы ученых недопустимы. Суммы грантов — это не чрезмерная заработная плата, и она позволяет нормально реализовывать проекты. Хотя, может, мы и не дотягиваем до тех стандартов, которые приняты за рубежом, но мы стараемся.

В общем, чтобы рецензии не были некорректными, мы сделаем памятку каждому эксперту: как выражать свои мысли в отношении научной новизны, состоятельности руководителя проекта, комплексности того или иного научного проекта. Потому что если мы научимся разговаривать друг с другом, то в науке будет больше уважения и больше самой науки.

Кроме того, Попечительский совет принял решение, что мы должны нормативно закрепить квалификационные требования к кандидатам в эксперты. Мы не стремимся оцифровать каждого эксперта, понимая, что само понятие науки не оцифровывается, и эксперт в области математики может отличаться от эксперта в области археологии, как, впрочем, астроном наверняка не соотносится с психологом. Регламентировали также и ответственность экспертов за некачественное проведение экспертизы.

При всем уважении к экспертному корпусу, мы хотели бы донести мысль о том, что некачественная работа недопустима, и в дальнейшем мы продолжим практику отказа от привлечения недобросовестных экспертов. При этом мы берем на себя обязательства проводить вебинары по повышению квалификации экспертов, подготовим методические материалы по общим подходам к проведению экспертизы.

— По экспертизе есть несколько вопросов вдогонку. Во-первых, очень интересен машинный алгоритм распределения экспертов. Понятно, что там должна быть некая работа с кодами классификатора научных направлений. Но сейчас в науке очень много всего междисциплинарного, и я лично знаю несколько научных коллективов, которые жаловались, что, судя по всему, заявку рецензировали люди, которые являются экспертами хоть и в той же науке, но в совершенно другой ее области. Как эта проблема будет решаться?

— Эта работа уже начата, мы будем проводить ревизию экспертного корпуса. Сейчас рубрикатор научных специальностей очень большой, но это требование нашей научной общественности, чтобы он был очень большим. Для меня это загадка. И все стремятся его как можно больше расширить и прописать то, чего там еще нет.

Когда мы заключали соглашение с экспертами, мы просили, чтобы они указали те позиции, где, как они считают, они обладают необходимыми компетенциями по проведению экспертизы. В ближайшем будущем мы вновь обратимся к экспертному корпусу с просьбой расставить коды специальностей по степени приоритетности и ограничимся какой-то конечной цифрой. Не может эксперт одинаково хорошо быть специалистом в двадцати научных областях, в двадцати позициях научного рубрикатора.

По сути, программное обеспечение позволяет получить выверку: сколько по данной научной специальности есть экспертов, готовых принять участие в проведении экспертизы, с учетом того, что некоторые из них уже проводят большое количество экспертиз, и их не стоит перегружать. Эта выборка будет уходить к руководителю секции, помогая ему в принятии решений. Если раньше он должен был самостоятельно выбирать из многих сотен экспертов, то таким образом мы сможем помочь ему принять более взвешенное решение. Генератора случайных чисел, подчеркиваю, мы не включаем.

Теперь в отношении междисциплинарности. Если в заявке будет четко указано, что в исследовании и информационные технологии, и фундаментальная медицина, то очевидно, что этот вопрос будет рассматриваться двумя секциями. Кстати говоря, до сих пор это так было. При этом очень важно, чтобы в междисциплинарном исследовании ученые четко прописывали основную, по их мнению, область знания, по которой начнется проведение экспертизы.

— А что по поводу зарубежных экспертов?

— Было тематическое заседание экспертного совета, и каждый руководитель секции высказывал свое личное мнение на основе опыта двухлетнего использования элементов зарубежной экспертизы. Практически у всех было единое мнение: корреляция с российскими экспертами достаточно высокая, единственный момент — есть некоторые отрасли знаний, где зарубежная экспертиза более жесткая, нежели российская. Это относится к гуманитарной сфере, к сельскому хозяйству. Очень неплохо коррелируют физика, математика, биология. В этой связи мы, конечно, будем продолжать подключать зарубежную экспертизу, но говорить о том, что она решает все проблемы, не стоит. Хотя те требования, которые будут введены в отношении экспертов (я о них говорил), они в полной мере относятся и к зарубежным экспертам.

— Еще вы сказали, что когда-нибудь, может быть, экспертиза будет бесплатной. Вот «когда-нибудь», как вы думаете, — это все-таки сколько лет?

— Я бы так сказал: для этого есть внешние и внутренние условия. Внешние условия — мы должны жить стабильно. И Российский научный фонд как один из инструментов финансирования фундаментальной науки должен понимать, какие деньги будут у него в перспективе пяти лет. Только тогда можно выстроить организацию конкурса, как, впрочем, и экспертизу, в комфортном режиме.

Если у нас будет на проведение экспертизы несколько месяцев, а то и год, как все зарубежные фонды, то, конечно, у нас будет возможность обратиться и к бесплатной основе. Не получив ответа от того или иного эксперта, мы получим возможность за этот срок обратиться к другому эксперту.

Второе условие — мы должны сформировать среди российских ученых и зарубежных коллег, которые привлекаются к деятельности фонда, единое мнение, что эта работа — почетная обязанность. Пока это не сформировано. Мы не можем даже добиться от руководителей тех проектов, которые мы финансируем, того, чтобы они стали экспертами. Пока это считается нагрузкой: «я занят», «у меня имеются интересные задумки и мысли в науке, и мне не хватает времени для проведения экспертизы». Общего понимания, которое свойственно научным сообществам других стран, у нас пока не сформировалось. Вот это внутренняя причина. Но мы развиваемся. Во всяком случае, стараемся, чтобы все больше и больше руководителей проектов стали экспертами РНФ.

— Вы сказали, что есть многие группы, желающие поучаствовать в жизни Фонда, давать советы и прочее. Мы тоже общаемся с такими людьми. И есть некая группа, которая хочет продемонстрировать вам некий наукометрический анализ поддержанных заявок, неподдержанных заявок… Вопрос: проводите ли вы в Фонде подобные анализы, насколько они глубокие?

— Говоря о наукометрическом анализе, я был участником нескольких обсуждений значения наукометрии в науке, не только в российской. И я понимаю, что согласия по этому вопросу нет. Этот инструмент, наукометрия, очевидно полезен при анализе «страновых» показателей. Может быть, полезен и при обсуждении каких-то институциональных вещей, например при сравнении того или иного института с другими учреждениями, правда, при понимании, что они находятся в равных условиях: финансирование, материально-техническая база, социальные условия жизни ученых.

Но до сих пор я был уверен, что оценка деятельности конкретного ученого только по наукометрическим показателям невозможна.

Находится какой-то ученый в CERN, и у него выходят статьи в журналах с высоким импакт-фактором — он является одним из трех тысяч, но тем не менее он указан в авторах. А другой не имеет возможности участвовать в такой коллаборации в силу специфики его научной деятельности. Или три американца, будучи на заключительной стадии и организации коллаборации LIGO, получают Нобелевскую премию по физике, а президент Российской академии наук говорит, что идея принадлежала сотруднику Института прикладной физики из Нижнего Новгорода. Но Нобелевская премия там, а к ученому мы с гордостью относимся тут. Поэтому наукометрия в отношении конкретного ученого достаточно дебатируема, я бы так дипломатично сказал.

И да, порой мы видим, что заявки, имеющие за собой публикации в целом ряде высокорейтинговых журналов, не получают поддержки. Но в ходе заседания экспертного сообщества каждый раз дается пояснение, что этот человек не является краеугольным камнем той научной коллаборации, которая выставила этот результат в виде статьи. Скорее он играл определенную достойную, но вспомогательную роль. Вместе с тем есть заявка, где человек один. Журнал может быть не с таким импакт-фактором, но роль ученого определенная, понятная. И здесь никакая наукометрия не сможет действовать.

— Когда Фонд создавался, говорили, что один из основных приоритетов — публикации в «Nature» и «Science». Это по-прежнему актуально?

— Конечно. Мы в целом ряде формальных действий подтверждаем это. Мы переходим на первый квартиль, в конкурсной документации, вы видите, все больше и больше значимости придается не количеству научных результатов, а их весомости, а значит, востребованным журналам из первого квартиля. Вообще, можно сказать, что мы единственные в России, кто борется за первый квартиль. И мы это делаем открыто, осознанно и говорим, что нам сейчас важнее качество научных результатов, выраженное в этом показателе. Но количественный показатель все равно не отменить, потому что Фонд живет в таком же правовом поле, как и другие организации финансирования науки.

— Еще вопрос про наукометрию. Вы сказали, что не верите в то, что можно выстроить систему оценки работы ученых на чистой наукометрии. Я правильно понимаю, что мечтать о том, что рано или поздно появится хорошо работающая карта российской науки, не приходится? Из которой четко следовало бы, кто кофе носит, а кто реально работает?

— У нас есть эта карта, и мы ею гордимся, она открытая. За ней есть конкретная заявка, конкретный отчет, где приводится конкретная публикация с импакт-фактором. Мы даже можем сказать, кто является лидирующим по каждой отрасли знания, как и по научной специальности. Это мнение экспертного совета, и мы этой картой гордимся, она выстроена по понятным критериям.

Другой вопрос, что наукометрия, о который вы говорите, сейчас выстроена коммерческими компаниями. На каком-то этапе это сработало: мы видим, что этот показатель вошел в указы президента, в государственные программы. Но сейчас предлагается подумать о некой другой системе, базируясь на простом принципе, что, несмотря на наличие этих коммерческих систем, сейчас читается только 10% научных результатов. Объем информации и заинтересованность коммерческих компаний сейчас такова, что самая главная проблема в мировой науке — это ознакомиться с созданными научными результатами. И не создавать второй раз велосипед.

В этой связи вырабатываются концептуально иные формы: сделать более демократичным доступ ученых к размещению своих результатов. И одновременно добиваться того, чтобы ученые, которые работают в этой отрасли знаний, имели более демократичный доступ к тому, чтобы прочитать, узнать о других результатах. И сделать определенное индикативное мнение, насколько ценны эти научные результаты. Такой Uber в науке.

Я должен сказать, что целый ряд фондов — австрийские, швейцарские — перешли с Web of Science и Scopus к новым формам. Опыт Китая показал, что борьба за наукометрический показатель как единственный фактор получения денег приводит к не очень хорошим результатам. Но, видимо, нам предстоит пережить какой-то этап, когда эта наукометрия, связанная с Web of Science и Scopus, и отношение к ней будут немного меняться, потому что текущей системой не все довольны.

Самое главное, что не достигается самый важный результат — доступность информации для ученых. Сейчас в правительстве идет вопрос о формировании национальной подписки на журналы, чтобы вне зависимости от того, имеешь ты грант РФФИ или у тебя есть государственный контракт, ты имел бы доступ ко всем необходимым журналам. Пока, к сожалению, у нас есть ограничения. Тот, кто активно работает, имеет доступ, а тот, кто не очень активно, такого доступа не имеет. Поэтому я думаю, что это будет меняться.

— Еще вопрос по поводу перехода на электронные формы документов: гранты Президента для НКО сейчас переводятся на электронный документооброт, представители РФФИ во время форума «Наука будущего — наука молодых» также заявили об отказе от бумажной копии заявок. Что думает РНФ по этому поводу?

— Технически мы готовы отказаться от «твердой копии» заявок. Важно понимать, что все проверяющие нас структуры, в том числе Счетная палата, работают с бумажными документами. Более того, по электронной подписи еще не все постановления в полной мере выпущены. Например, если я занимаюсь бизнесом, то у меня может быть электронная подпись, это, в общем-то, нормально. Но если вы ученый, и вы один раз в год ставите электронную подпись, то только ради этого брать лицензию и платить за это деньги... Не все ученые готовы к этому.

Мы, например, имели несколько случаев, когда руководители заявок подавали письменную жалобу, что это не они подавали заявку и подпись не их. И организацию, с которой они якобы будут сотрудничать, они тоже не знают. Некоторые говорили о том, что разговор в аэропорту вовсе не означает их согласие на то, чтобы возглавить исследование. И нам еще нужно додумывать, что делать в таких ситуациях, но в любом случае мы постараемся перейти на электронную версию, потому что это в существенной степени облегчает жизнь все участникам процесса.

Россия > Образование, наука > ras.ru, 17 октября 2017 > № 2355494 Александр Хлунов


Россия. Евросоюз. США > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 17 октября 2017 > № 2355135 Яков Миркин

Яков Миркин: несмотря на санкции и риторику, наши нефть и газ покупают как миленькие

Европа, несмотря на заявления уменьшить зависимость от российских нефти и газа, до сих пор остается основным клиентом нашей страны. Об этом написал в ФБ экономист Яков Миркин:

Почему экономика не провалилась? Не упала, не рассыпалась вдребезги, хотя на переломе 2014 – 2015 годов казалось, что вот – вот и уже всё. Одна из причин - ЕС, несмотря на угрозы уменьшить зависимость от российской экономики, никуда не отвернул и остался ее основным клиентом. Доля ЕС во внешнеторговом обороте России снизилась на чуть-чуть (49% в 2013 г., сегодня 44%) (ФТС).

Из России, как и прежде, льются на просторы Европы нефть и газ. Ее доля в импорте ЕС нефти сократилась, но не катастрофически (с 31,9% в 2013 г. до 27,7% в 2015 г., природного газа – с 32,4% в 2013 г. до 29,4% в 2015 г. (Евростат)). Из ЕС и Германии (была ключевым центром российской модернизации), как и раньше, в Россию идут машины. В меньшем количестве (у России упала валютная выручка плюс санкции), но идут, как миленькие.

Набирает вес «восточный вектор». Обычная точка зрения бизнеса – что не купим на западе, получим на востоке. Доля Китая во внешнеторговом обороте России выросла с 10% в 2013 г. до больше, чем 14% в 2017 г. (ФТС).

И, можно смеяться, доля США во внешнеторговом обороте России выросла с 3,1% (1 полугодие 2013 г.) до 4,0% (1 полугодие 2017 г.) (ФТС). В 2016 г. объем взаимной торговли между США и Россией – 20,3 млрд. долл. В 2017 г. будет на 15 – 20% больше (ФТС).

Все риски – в будущем. Крупнотоннажные корабли разворачиваются медленно. Большое российское приключение – кем быть и с кем существовать – продолжается в историческом времени, неся нам личное незабываемое путешествие – по векам, границам, идеологиям, способам жить – в нашей собственной жизни.

Россия. Евросоюз. США > Нефть, газ, уголь. Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > newizv.ru, 17 октября 2017 > № 2355135 Яков Миркин


Россия > Электроэнергетика > kremlin.ru, 17 октября 2017 > № 2354801 Павел Ливинский

Встреча с главой компании «Россети» Павлом Ливинским.

Президент провёл рабочую встречу с генеральным директором, председателем правления публичного акционерного общества «Российские сети» Павлом Ливинским.

Обсуждалась текущая деятельность компании, готовность сетевого комплекса страны к осенне-зимнему периоду.

* * *

В.Путин: Павел Анатольевич, Вы уже месяц как работаете. Надеюсь, успели войти в курс дела. Компания большая, если не сказать огромная.

Дочерние компании «Россетей» передают 80 процентов электроэнергии, вырабатываемой в Российской Федерации.

В целом финансовое состояние удовлетворительное, я считаю. Сколько у вас чистая прибыль, 98 миллиардов?

П.Ливинский: Да, Владимир Владимирович, плановая прибыль на 2017 год 98 миллиардов ожидается.

В.Путин: Сколько вы должны истратить на, скажем, текущий ремонт, на развитие?

П.Ливинский: Владимир Владимирович, при почти 900 миллиардах плановой выручки компании у нас инвестиционная программа почти 251 миллиард рублей. Конечно же, это колоссальные цифры в размере даже национальной экономики.

Ремонтные программы – почти 60 миллиардов рублей. Соответственно суммарно – это те мероприятия, которые реализуются в рамках того, чтобы сетевой комплекс работал надёжно.

В.Путин: Как Вы оцениваете эти финансовые возможности? Как Вы предполагаете строить экономику компании?

По специфике компании мы поговорим. Что касается подготовки к зиме и так далее – это отдельно мне расскажете.

П.Ливинский: Владимир Владимирович, безусловно, первый приоритет, который для себя вижу, – это правильная тарифная политика. Мы, компания «Россети», осознаём, что мы – социально ориентированная компания и, безусловно, живём за счёт тарифа, который оплачивают потребители.

Поэтому тариф должен быть, с одной стороны, справедливым, с другой стороны – предсказуемым. Планируем все свои финансы в реалиях того, что индекс инфляции – минус 0,1 процента, для того чтобы стимулировать внутреннее инновационное развитие.

Поэтому основной приоритет – это, безусловно, снижение издержек внутри компании, и нам есть куда стремиться.

В целом, если сравнивать, у нас энергоёмкость экономики в полтора раза выше, например, по сравнению с европейскими странами. Безусловно, это хороший потенциал.

В части затрат, в части капиталоёмкости, в части обеспеченности персонала тоже, я считаю, разобравшись в предмете, есть ресурсы для оптимизации.

Поэтому основной упор – на инновационное развитие с целью снижения издержек. Это включает в себя и построение интеллектуальных сетей, цифровой подстанции, затраты на обслуживание – вполовину меньше, нежели обычные подстанции.

Это, безусловно, и мероприятия, которые имеют сопутствующий эффект, которые прямо влияют на экономку: уменьшение потерь и борьба с неплатежами. Чем меньше у нас неплатежей, тем меньше мы заимствуем. А кредитный портфель, его обслуживание – это тоже одно из бремен, которые мы планируем сокращать.

Все эти мероприятия в комплексе, считаю, дадут улучшение финансово-экономического состояния.

В.Путин: А теперь зима.

П.Ливинский: По подготовке к зиме. Владимир Владимирович, считаю основной своей текущей задачей на сегодня устойчивое прохождение осенне-зимнего периода.

В целом сетевой комплекс к этой задаче готов, в половине наших дочерних компаний получены уже паспорта готовности. В отдельных регионах уже начался осенне-зимний период, в других предстоит ему наступить.

На текущий момент организована работа штабов во всех субъектах присутствия нашей компании, проведена проверка аттестации, готовности персонала, подготовка аварийных запасов, резервных источников.

Всего 50 тысяч человек находятся на оперативном дежурстве для ликвидации возможных последствий аварийных ситуаций, это более 10 тысяч бригад.

Проверены и готовы к работе почти пять тысяч резервных источников общей мощностью 400 мегаватт. Серьёзная величина. Сетевой комплекс к работе в осенне-зимний период готов.

Россия > Электроэнергетика > kremlin.ru, 17 октября 2017 > № 2354801 Павел Ливинский


Китай > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354269 Джон Помфрет

Си Цзиньпин стремится возродить сталинскую коммунистическую идеологию

Джон Помфрет (John Pomfret), The Washington Post, США

18 октября Центральный комитет Коммунистической партии Китая соберется на свой 19-й съезд, чтобы переизбрать партийного лидера, который активнее любого китайского диктатора со времен Мао Цзэдуна пытается возродить и придать новые силы коммунистической идеологии. Мы на Западе игнорируем усилия Си Цзиньпина, поступая во вред самим себе.

На протяжении десятилетий многие американцы, занимающиеся бизнесом с китайцами и работающие в Китае, придерживаются идеи о том, что коммунистическая партия этой страны верит только во власть. В Китае нет иной идеологии, кроме денег, говорят они. В моду вошло слово «прагматизм», которое часто используют репортеры, ученые и консультанты, говоря о Китае.

Сторонники таких легкомысленных взглядов на китайскую политику обходят молчанием ту борьбу, которая ведется в партийных рядах. Началась она в 1976 году со смертью председателя Мао, а закончилось (закончилась на время) в 1989 году, когда были жестоко подавлены протесты на площади Тяньаньмэнь. В этой борьбе победу одержала фракция, отдающая предпочтение тоталитарной идеологии. А проиграли в ней такие люди как один из предшественников Си Цзиньпина Чжао Цзыян, который выступал за постепенное сближение Китая с Западом и с его либеральными традициями. Предстоящее переизбрание Си Цзиньпина на пост лидера партии станет кульминацией этой борьбы.

Идеология Си является имитацией и сплавом имперской китайской философии и радикального западного мышления. Си Цзиньпин представляет партию, которая когда-то хотела покончить с традициями древнего Китая. Однако он поддержал идею династической преемственности, которая лежала в основе древней китайской политики. Си Цзиньпин происходит из красной аристократии Китая. Его отец Си Чжунсюнь был одним из отцов-основателей КНР и входил в ближайшее окружение председателя Мао.

Восхождение Си Цзиньпина на вершину власти в коммунистической партии в 2012 году стало победой тех революционных семей, которые «покорили все, что лежит под небесами», как говорили когда-то китайские императоры. Таким образом, партийная пропаганда сделала Си революционным наследником первого красного императора Китая Мао Цзэдуна. В этих целях она размещает его изображения на пуговицах и тарелках, и называет его «сердцевиной» партийного руководства.

Но идеология у Си Цзиньпина совсем не китайская, отмечает австралийский политолог Джон Гарно (John Garnaut) в своей недавней презентации. Си Цзиньпин подтвердил верность Китая революционный философии человека, которого Мао называл своим «великим учителем». Это — Иосиф Сталин. Си Цзиньпин позиционирует себя в качестве защитника сталинского наследия. Когда пять лет назад 18-й партийный съезд утвердил его в должности, он объявил: «Пренебрегать историей Советского Союза и Советской коммунистической партии, пренебрегать Лениным и Сталиным, пренебрегать всем остальным равноценно историческому нигилизму. Такое пренебрежение путает наши мысли и подрывает партийные организации на всех уровнях».

В центре сталинского учения стоит идея о том, что для сохранения власти революционной партии крайне важно создавать врагов. С момента прихода к власти в 2012 году Си Цзиньпин находит новых врагов повсюду. Он начал самые суровые репрессии против инакомыслия с 1989 года, когда были подавлены протесты сторонников демократии. Членов партии призывают сохранять бдительность и противостоять заговорам западных либеральных демократий, которые, согласно утверждениям китайского лидера, твердо вознамерились пустить под откос революцию Китая.

Проект Си по очищению партийных рядов нацелен против коррумпированных чиновников и либералов. Эти люди являются для него двумя сторонами одной медали. И те, и другие пропитаны декадентской культурой капиталистического класса. Как заявило недавно государственное издание Guangming Daily, кампания Си против западных свобод была разоблачена в 2013 году, когда был обнародован Документ № 9. В нем говорится о том, что партийные чиновники должны вести «активную борьбу» с целью искоренения «фальшивых тенденций» западной конституционной демократии, универсальных ценностей, таких как права человека и гражданское общество, и западной концепции свободной прессы, а также других зол.

Поэтому, когда люди начинают чесать в затылках, удивляясь, почему Си Цзиньпин и его полиция беспокоятся по поводу пяти женщин, которые хотели организовать протесты против приставаний мужчин в общественном транспорте, ответ заключается не в том, что это признак китайской нестабильности, как могут утверждать некоторые. В большей степени здесь идет речь о создании бесконечной цепочки идеологических злодеев, что по мнению Си Цзиньпина является для коммунистической партии ключом к успеху. Если сокрушить этих женщин и других протестующих, революция обретет свой смысл.

Еще одним примером тоталитарного проекта Си является тот контроль, который он установил над китайским интернетом. За прошедший год партия приняла целую серию оруэлловских законов, смысл которых заключается в том, чтобы никто в Китае не мог пользоваться интернетом анонимно. Как написали два эксперта, поступив таким образом, партия соберет в единое целое всю онлайновую информацию о людях (финансовые операции, поведение, участие в социальных сетях), на базе которой будет создана обширная рейтинговая система. Такая система будет использоваться при выдаче кредитов, в сфере образования, в вопросах поездок и даже при заказе столиков в ресторанах. Поэтому неудивительно, что мои китайские друзья очень любят британский сериал-антиутопию Black Mirror, в котором говорится о том, как при помощи технологий осуществляется контроль над нашими жизнями.

Что все это может означать для отношений Китая с Соединенными Штатами и остальным миром? Это означает, что по мнению Си, Запад, и в частности Соединенные Штаты Америки, остается необходимым врагом. Если Америка откажется от попыток свергнуть однопартийное государство в Китае, то коммунистическая партия утратит смысл своего существования. Из-за этой неумолимой логики невозможно успокоить Китай и убедить его в отсутствии дурных намерений у Запада. А еще это означает, что у Китая возникает искушение экспортировать за рубеж свои меры контроля над обществом.

Осенью 1971 года во время своей второй поездки в Китай Генри Киссинджер провел серию встреч с Чжоу Эньлаем, на которых они обсуждали план исторического визита в КНР Ричарда Никсона. На одной из такмх встреч Киссинджер упомянул нескончаемую антиамериканскую пропаганду, которой занималась китайская пресса. Чжоу заверил Киссинджера, что это не имеет большого значения. Китайские государственные СМИ, заявил он, стреляют из «пустых пушек». Однако нападки на Америку имеют большое значение для коммунистов, поскольку они находятся в центре коммунистической идеологии. Прошло почти полвека, Си Цзиньпин готовится руководить Китаем еще пять лет, а эти идеи сохраняют свою актуальность.

Джон Помфрет — бывший руководитель корпункта Washington Post в Пекине. Он автор книги «Прекрасная страна и Срединное царство. Америка и Китай с 1776 года по настоящее время» (The Beautiful Country and the Middle Kingdom: America and China, 1776 to the Present).

Китай > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354269 Джон Помфрет


Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354265 Андерс Фог Расмуссен

Чтобы достичь мира на Украине, нужен метод «кнута и пряника»

Андерс Фог Расмуссен (Anders Fogh Rasmussen), The Globe And Mail, Канада

Я только что вернулся с линии соприкосновения сил, отделяющей свободную Украину от оккупированных Россией частей донбасского региона. По моему мнению, Европа, Канада и Соединенные Штаты сейчас могут найти политическое решение, которое прекратит эту войну. Для этого необходимо, во-первых, начать поставлять украинским военным оборонительное снаряжение, а во-вторых, направить в Донбасс полноценную миротворческую миссию ООН. Вопрос в том, хватит ли трансатлантическим союзникам решимости, чтобы урегулировать этот конфликт, кровоточащий в самом сердце западного мира, или робость заставит их упустить представившийся шанс.

Возможность направить в Донбасс миротворческую миссию создал в прошлом месяце ни кто иной, как российский президент Владимир Путин, представив собственное предложение на эту тему. Конечно, предложенный Москвой проект резолюции Совета безопасности оказался типичным путинским блефом, противоречащим множеству принципов ООН, и не может быть принят в нынешней форме. Однако вместо того, чтобы с ходу его отвергать, Западу следует поймать Россию на слове и превратить очередную ее ловушку в шаг к миру. Для этого можно использовать принцип кнута и пряника.

Кнутом могут стать поставки Украине оборонительного снаряжения. Когда я встречался с украинскими офицерами и солдатами на линии соприкосновения сил недалеко от Донецка, я спросил их, что может помочь им лучше защищать себя и мирное население. Они ясно ответили, что им нужны не боеприпасы, а оборонительное снаряжение — очки ночного видения, средства радиоэлектронного подавления, а также радары для определения огневых позиций противника. Президент США Дональд Трамп сейчас рассматривает предложение о поставках всего этого Киеву. Россия отреагировала на эту перспективу множеством угроз. Многие, особенно в Европе, боятся, что такой шаг будет способствовать эскалации конфликта, однако, так как речь идет именно об оборонительном снаряжении, реакция Москвы может выглядеть оправданной, только если Россия намерена атаковать украинские силы.

Поставки оборонительных систем никоим образом не противоречат отправке миротворческой миссии. Запад, вводя санкции и обучая украинских военных, уже заметно увеличил для г-на Путина издержки агрессии. Судя по тому, как он прощупывает почву в ООН, он сделал из этого определенные выводы. Однако неискренность его инициатив показывает, что переломный момент еще не достигнут. Дополнительные меры должны усилить этот эффект и заставить Москву переосмыслить происходящее. Однако одного увеличения издержек явно недостаточно. Мы также должны предоставить г-ну Путину возможность выйти из войны, которую он начал, сохранив лицо. С учетом того, что он уже доказал свою неспособность соблюдать соглашение о перемирии, отправка в зону конфликта полноценных международных миротворческих сил — это единственный вариант.

Президент Украины Петр Порошенко с 2015 года призывал организовать такую миссию, однако он столкнулся с перспективой российского вето в Нью-Йорке и со скептицизмом со стороны европейских союзников. Также существуют опасения, что присутствие ООН только заморозит конфликт — причем за счет международного сообщества. Однако Совет безопасности может избежать этого, проведя красные черты: во-первых, миссия должна будет охватывать всю территорию до российско-украинской границы, чтобы линия соприкосновения сил не превратилась в новую фактическую границу, а во-вторых, она должна будет защищать население и инфраструктуру, а не только работающих в регионе международных наблюдателей.

Давайте не будем забывать, насколько высоки ставки связанные с этой войной, о которой многие предпочитают не вспоминать. В Донбассе в страхе живут почти три миллиона украинцев. Еще 1,5 миллиона бежали в другие регионы Украины. Сотни деревень либо оказались в серой зоне между двумя сторонами, либо получают воду и электроэнергию с оккупированных территорий. В Донбассе разворачивается гуманитарная катастрофа. Скажем, около тех мест, которые я посетил, находится отстойник с ядовитыми отходами. Он нуждается в ремонте, однако российские ставленники не собираются гарантировать рабочим безопасность. Если он разрушится, 80% питьевой воды в регионе будет отравлено.

Некоторые утверждают, что даже самая мощная миротворческая группировка ООН не сможет справиться с российскими бойцами и российской военной техникой. Однако они исходят из неправильных предпосылок. Согласившись на введение миротворческих сил, Москва должна будет также согласиться на деэскалацию конфликта. Вывод с оккупированной территории российских солдат и техники — предварительное условие для этого. А контроль миротворцев над пограничными переходами дополнительно гарантирует прекращение беспрепятственного притока из России вооружений и живой силы.

Если Россия выведет свои войска и восстановит суверенитет Украины, мы сможем предложить ей главный пряник — смягчение санкций. Разумеется, это нельзя делать на поэтапной основе. Полная отмена санкций возможна только после того, как Россия исполнит все свои обязательства. И хотя создать миротворческие силы будет непросто, со стороны Вашингтона, Оттавы и европейских страниц будет крайне неразумно, если они позволят своему скептическому настрою помешать этим попыткам.

Администрация г-на Трампа уже признала, что дорога к улучшению отношений с Россией пролегает через Украину. Европейцам также пора это признать. Канада может сыграть ключевую роль в трансатлантическом сотрудничестве по этому вопросу. Никто не обманывает себя насчет намерений г-на Путина, однако в настоящий момент решительные действия могут подготовить почву для урегулирования одного из самых кровопролитных конфликтов в Европе.

Андерс Фог Расмуссен — глава консалтинговой компании Rasmussen Global, бывший генеральный секретарь НАТО и бывший премьер-министр Дании.

Украина > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354265 Андерс Фог Расмуссен


Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354232 Алиса Ганиева

Под кровавой звездой: у России своеобразное самосознание. Это проявляется в тоске по советскому прошлому

Алиса Ганиева (Alissa Ganijewa), Der Tagesspiegel, Германия

Я пошла в школу в 1992 году в одной из автономных республик в двух тысячах километрах от Москвы. По обычаю там нас распределили в группы октябрят, так называемые звездочки, с обещанием принять через несколько лет в пионеры. Советскую форму упрямо сохраняли. Моя мать взбунтовалась и запретила мне надевать коричневое платье со словами: «Коммунисты больше не у власти. Довольно носить одежду рабов и ходить строем!»

Но школа не сдавалась. Наши учителя ежедневно упрекали нас в том, что мы принадлежим к поколению, которое продалось бы за пару кроссовок. В том, что раньше дети были порядочнее и чище, а небо более голубым. И учителя предполагали, что Горбачев намеренно задержал грузовики с продовольствием на подъезде к Москве и приказал закопать мясо, чтобы население Москвы взбунтовалось из-за голода и развалило СССР.

В 1995 году, после того, как я отучилась в сельской школе несколько лет, меня поражал тот факт, что дети по-прежнему носили пионерские галстуки и, приветствуя учителей, не только вставали, но и отдавали пионерский салют. В тот раз, когда я получила нагоняй за отсутствующий пионерский галстук, я нашла дома у бабушки старый галстук моего дяди и начала его гладить.

Когда бабушка застала меня с утюгом, она в гневе выбросила галстук в мусорное ведро. Этот всплеск чувств можно понять. В свое время ее отца, зажиточного крестьянина, раскулачили, конфисковали все его имущество, отняли даже любимую верховую лошадь. Сам он оказался на строительстве канала имени Октябрьской Революции.

Он бы умер там от голода, но был спасен конвойным, который каждый день давал ему съесть кусок бараньего курдюка. После того как мой дедушка провел бухгалтерскую ревизию в колхозе и честно, что тогда было редкостью, составил список хищений из кассы, они посадили его в тюрьму. Повод для его ареста искали долго. И, наконец, нашли: в Советском Союзе было запрещено осуществлять службу на двух рабочих местах.

Конечно, его вторая деятельность в качестве дружинника была выдумана, но это никого не волновало. КГБ завела дела и на моих родителей; на мою мать за то, что она учила эсперанто и переписывалась с арабистами, а на моего отца — за антигосударственную деятельность. Спасти его смог только развал системы.

Обычная история обычной советской семьи. Почти в каждом российском доме сегодня найдется дед или прадед, подвергшийся репрессиям. Следили тогда за каждым пятым. Однако это не мешает нашему народу вспоминать советское прошлое с нежными ностальгическими чувствами и считать 1991 год страшным кошмаром или апокалипсисом. А не счастливым освобождением. Владимир Путин, наш любимый лидер и глава нации, выразил это довольно четко: «Развал Советского Союза стал крупнейшей геополитической катастрофой столетия».

Путин, мы все понимаем! Акулы капитализма, распахивающие свои пасти, чтобы сожрать нашу родину; прихвостни буржуазии и двуличные шпионы вражеских НКО; внутренние враги, а также наймиты госдепартамента; больная либеральная свора из Facebook; зловредные блогеры и вредные репосты; национальные предатели и грязные пацифисты; отрицающие великое восстановление исторической справедливости, и раболепные фанаты западного санкционного механизма; коррумпированные правозащитники и украинские бандеровцы; заядлые пропагандисты гомосексуализма и прочая пятая колонна — все они играют на руку проклятому содомитскому Западу! Значит, их надо уничтожить, как бешеных собак, увеличить бдительность, поднять обороноспособность страны и всех пересажать!

Железная ретро-риторика времен борьбы с космополитизмом снова в моде. Еще шесть лет назад опрос фонда «Общественное мнение» показал, что 43% российских граждан в возрасте до 20 лет почитают Ленина, а 34% — Сталина. В 2014 году опросы показали, что доля симпатизирующих Сталину значительно возросла по всей стране. Надо всего лишь зайти в книжный магазин, чтобы натолкнуться на целый стеллаж, даже, скорее, иконостас с книгами о Сталине.

А шпионы снова стали героями. Месяц назад посетители торжеств по случаю дня города Москвы получили возможность надеть мундир сотрудника НКВД. Был организован даже перфоманс: арест и погрузка прохожих в черный советский автомобиль НКВД («воронок») под неистовое ликование толпы и даже самих арестованных. А в доме Российского исторического общества сейчас как раз проходит выставка, посвященная советскому секретному агенту в Великобритании, Киму Филби (Kim Philby). Выставка организована по случаю столетнего юбилея ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем). Таким образом, мы отмечаем юбилей величайшего карательного органа красного террора.

Почему бы нашим товарищам в правительстве не сделать следующий шаг? Почему бы не восстановить Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрпатриотизмом? Первые преступники у нас уже есть. К ним относятся математик Дмитрий Богатов, историк и правозащитник Юрий Дмитриев, академик Юрий Пивоваров, режиссеры Олег Сенцов и Кирилл Серебренников, директор московской библиотеки украинской литературы Наталья Шарина. Это же террористические и опасные элементы, не правда ли?

А сколько человек уже были осуждены за свои предательские и проукраинские позиции? Эти злоумышленники совершили страшное преступление. Они размещали и делали репосты снимков, плакатов и текстов о предполагаемой агрессии великой России, которая духовно связана с Украиной!

А сколько контрреволюционеров были арестованы за свое неприятие присоединения Крыма к России по новейшей статье в уголовном кодексе «сепаратизм». Журналистка Анна Андриевская, владелец крымскотатарского телеканала АТР Ленур Услямов, блогер Рафис Кашапов, заместитель председателя Меджлиса крымскотатарского народа Илми Умеров, журналист Николай Семена, председатель Меджлиса крымскотатарского народа (запрещенная в России организация — прим. ред.) Рефат Чубаров — это лишь некоторые имена. Также был арестован некий Владимир Лузгин, который поделился статьей в интернете. Поэтому его обвинили в фальсификации истории.

Передовики уголовного производства также не забывают наказывать оскорбляющих чувства верующих. И было бы грехом не преследовать капитулянтов и отступников медиа отрасли — тех, кто не внял историческим директивам партии. Тех, которые продают свое отечество на каждом углу. Надо было не только их арестовать, запереть в автозаке и уничтожить их профессиональное оборудование, но и регулярно проверять их онлайн-аккаунты и мессенджеры. Доблестные органы хорошо выполняют свою задачу, но возрожденная на передовой Всероссийская чрезвычайная комиссия провела бы зачистки с усиленным энтузиазмом!

Ужасно то, что все эти аресты, все эти абсурдные уголовные дела все еще не покидают периферийную зону нашего сознания. Общество пока еще не в состоянии это услышать. Народ безмолвствует. Даже организации, призванные бить тревогу и защищать права и свободы, как, например, русский ПЕН-центр, подчинились линии партии. Бывшие диссиденты стали конформистами. И даже образованные слои, так называемая «интеллигенция», сомневаются: «Ну да, их арестовали, но, может, не без причины? Может, они действительно украли, занимались терроризмом, фальсифицировали и оскорбляли? И, кроме того, что такое десяток человек, это же не сотни и даже не тысячи. Панику наводят те, кто на Западе занимается саморекламой или, возможно, ищет убежище или стремится к повышению. А мы — настоящие патриоты, мы любим Россию и осмотрительно действуем в отношении потенциальных врагов».

Я постоянно слышу, что сейчас нет ничего общего с красным террором, развязанным при Сталине, маргинальная оппозиция всего лишь завидует тем, кто у власти, россияне живут лучше, чем любое их поколение прежде, Путин — наш единственный защитник перед США, Россию ненавидят, потому что она сильная, и Россия вмешалась в конфликт на Украине только для того, чтобы защитить там свое население.

Журналистка Евгения Гинзбург в своей книге «Крутой маршрут» написала: «В 1965 году в Киеве и Львове арестовали несколько молодых поэтов и художников. По обвинению в национализме. Опять началось с Украины — там и тридцать седьмой начался в тридцать четвертом». И теперь история повторяется. Было бы интересно услышать, что сказала бы эта женщина, которая сначала пережила коммунистический фанатизм, потом заключение, трудовой лагерь, ссылку, потерю семьи, а потом реабилитацию, «оттепель», всплеск надежды и снова разочарование, стагнацию. Что бы она сказала, если бы узнала, что ненавистный режим пал, но всего лишь спустя десять лет в новую Россию снова пришло «похолодание»? За жирными, обеспеченными нефтью и газом годами последуют внезапные холода годов кризисов, банкротств и инфляции. И снова все начнется с Украины.

В конце поворотного 2014 года Борис Немцов сказал: «Каждый должен сам для себя решить, готов он к рискам или нет. Могу сказать лишь про себя. Я счастлив, что могу говорить правду, быть самим собой и не пресмыкаться перед жалкими, вороватыми властями. Свобода стоит дорого». Для Бориса Немцова цена свободы оказалась слишком высокой. Однако его счастье быть честным и свободным, даже если это означало риск для собственной жизни, было во много раз достойнее, чем постоянные оглядки с пластырем на рту, наивное неведение и массовое нежелание наших сограждан думать.

Я родом с Северного Кавказа, там я выросла. В своей прозе я пишу о нем. В некотором отношении этот регион является лакмусовой бумажкой для всей России. Там есть как дикие зачатки тоталитаризма, так и до сих пор подавляемый потенциал демократии. Дети элиты могут безнаказанно сбивать людей, процветает кумовство, над журналистами вершат самосуд и убивают.

В этих случаях большей частью расследования не проводятся. Я помню, как друзья-журналисты из Москвы отмахнулись и сказали, что то, что происходит на Кавказе их не касается. Там царит полный хаос. Можно даже утверждать, что это и не Россия. Но Северный Кавказ — все же Россия. Там тоже сидят российские чиновники. И там тоже есть российские взятки. И враждебное отношение к инакомыслящим. Но есть отягчающее обстоятельство. Доступ к свободе там порой еще сложнее и опаснее. Потому что давление государства увеличивается благодаря давлению общества. Давлению семьи. Давлению так называемых духовных авторитетов.

Поэтому я вспоминаю Бориса Немцова, который однажды сказал: «Задача оппозиции сейчас — просвещение и правда. А правда в том, что Путин — это война и кризис».

Текст представляет собой отрывок из речи Алисы Ганиевой на Форуме Бориса Немцова, проведенном в этом году 9 и 10 октября фондом Фридриха Наумана и фондом Бориса Немцова.

Алиса Ганиева — российская писательница, пишет для литературного приложения московской газеты «Независимая газета». Переводы ее книг на немецком языке издаются издательством Suhrkamp Verlag.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354232 Алиса Ганиева


Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354217 Сергей Румянцев

Встреча двух революций: «декоммунизация» по-украински

Украинские политики считают наследие СССР важнейшим препятствием в деле построения прекрасного будущего. При этом, с советским наследием они расправляются тем же революционными методами, которые использовали коммунисты.

Сергей Румянцев, Open Democracy, Великобритания

По прошествии почти трети века после распада СССР символическое наследие Октябрьской революции 1917 года вновь, и как никогда прежде, в центре актуального политического дискурса на Украине. Гражданское противостояние на последнем Майдане и конфликт с Россией пробудили, используя метафору Эрнеста Геллнера, казалось бы вновь впавшую после оранжевого 2005 года в мистический сон спящую красавицу — украинскую нацию — на новые масштабные свершения. В их перечне особое место занимает процедура окончательного расставания с советским прошлым.

Почему после стольких лет прошедших с распада СССР его наследие на Украине все еще остается чуть ли не «врагом номер один», важнейшим препятствием в деле построения прекрасного будущего? Почему с советским наследием расправляются революционными методами новой монументальной пропаганды?

Возможно именно в дискурсах и практиках декоммунизации отражается специфика социально-политической атмосферы на постмайданной Украине, как и особенности отношений с «любимыми» и «ненавистными» соседями.

Многие украинские политики и публичные интеллектуалам считают, что в горниле все еще горячего конфликта на востоке страны украинская нация выковала свой необратимый и глубоко осознанный выбор в пользу демократии и Европы. 1 сентября 2017 года президент Петр Порошенко убеждал учеников одной из средних школ Харьковской области, расположенной на самом востоке страны, что нынешние первоклассники обязательно увидят Украину полноправным членом ЕС. Через неделю в своем послании к Верховной Раде он с не меньшим оптимизмом утверждал, что правительство готово к реализации новых инициатив и стратегий, приближающих страну не только к ЕС, но и к НАТО.

При этом, значительная часть жителей страны мало знакомы с европейской демократией и бюрократией на собственном опыте. Для большинства украинцев по советской (или уже постсоветской?) традиции живущих от зарплаты до зарплаты, Европа, как и ностальгия по временам Союза, — это мечта о финансовой стабильности и социальной защищенности. В той же своей речи к Раде, Порошенко говорил, что «украинец должен чувствовать Европу, даже если он не покидает пределов своей страны», подчеркнув, что речь идет и об «уровне материального благополучия граждан». Однако три постмайданных года показали, что провести экономические и социальные реформы, реконструировать систему образования или победить коррупцию и бедность — т. е. сделать страну «истинно европейской» — гораздо сложнее, чем бороться с памятью о Ленине и некоторых его соратниках, доживших в камне и бронзе до наших дней.

В уже упоминавшейся президентской речи перед учениками школы на Харьковщине, Порошенко с пугающим энтузиазмом утверждал, что «новейшие технологии позволят нам [политикам и учителям?] формировать новых украинцев». Видимо как раз и вооруженная такими новейшими технологиями украинская элита на волне очередной смены власти заявила о решимости вновь преодолеть советское прошлое, как способе приблизиться к воображаемой Европе. Еще в мае 2015 года, с поразившей самих политиков и депутатов Рады быстротой, был принят пакет из четырех «декоммунизационных» законов, в числе которых запрет советской символики, как тоталитарной. Другими словами, используя наиболее востребованные в публичном и в повседневном дискурсах метафоры, политическая элита приняла решение окончательно убить в украинцах «совок» и «ватника».

Стороннего наблюдателя, пережившего в какой-нибудь из республик СССР борьбу с советским символическим наследием в 1990 годах, посещает чувство déjà vu. В реконструкции мемориального ландшафта и уничтожении мест памяти, ассоциируемых с советским режимом, трудно найти что-то новое. Как и повсюду, наиболее известные и значимые монументы демонтировали на Украине уже в годы развала Союза. На западе страны этот процесс протекал с большим энтузиазмом, чем в центре, или в юго-восточных областях. Как и везде, монументов, не говоря уже о площадях и улицах, посвященных большевикам, было слишком много (даже на западе), чтобы демонтировать и переименовать их все на волне даже нескольких эмоциональных подъемов, один из которых пришелся на предпоследнюю украинскую революцию осенью-зимой 2004. Не помог и массовый «ленинопад», случившийся зимой 2013-2014 годов.

За некоторым спадом разрушительного энтузиазма как раз и последовал упомянутый пакет законов, позволивший рутинизировать процесс декоммунизации. По словам Дмитрия Меркурова, известного советского скульптора-монументалиста, автора гранитного Ленина, установленного в Киеве перед Бессарабской площадью и ставшего по-настоящему известным после его разрушения в декабре 2013 года, «страна требовала» от него и его коллег «создания огромного количества памятников». От нынешних украинских политиков страна, или, по крайней мере, часть ее населения доминирующая в публичном поле, потребовала их разрушения. Ломать не строить.

Принимая во внимание, что Меркуров и иже с ним свою работу выполняли старательно, да и советский режим средств не жалел, украинская власть еще достаточно долго сможет эксплуатировать популистский образ бескомпромиссного борца с советским прошлым. Тем более, что, на первый взгляд, декоммунизация — это один из немногих «фронтов», на которых можно легко добиться хотя бы статистических успехов. В той же речи 7 сентября Порошенко отчитывался Раде о достижениях в разрушении свыше тысячи трехсот памятников Ленину и переименовании почти тысячи населенных пунктов. И это далеко не все достижения декоммунизации: в разных городах и поселках страны были переименованы свыше 50 тысяч улиц, названия которых так или иначе имели отношение к советскому прошлому. Пост-майданная власть в принципе склонна к монополизации образа единственного истинного борца с наследием советского тоталитаризма. По этой версии, только на 26-ом году независимости Украина наконец по-настоящему избавляется от него, а значит на тысячи памятников и населенных пунктов становится ближе к Европе. Но способствует ли эта политика росту солидарности среди самих украинцев?

Декоммунизация 9 мая

Эмоции, сопровождавшие «ленинопад» (одним из символов этого периода как раз и стал меркуровский памятник), быстро пошли на спад после зимы 2013-14 годов. Но если очередные демонтажи вождя мирового пролетариата теперь уже мало волнуют обывателей, то ключевое со времен Союза место памяти сохраняет свою актуальность для многих украинцев. Историк Алексей Миллер, считает, что исключить коммунизм из национальной истории в России было невозможно, по той причине, что «центральное место в национальной мифологии занимает Победа, чего нет ни у кого из соседей, за исключением Беларуси и Юго-Восточной Украины». Но и для западной Украины Вторая Мировая — это тоже важное место памяти. Только это история не о «нашей Победе», а об «оккупации».

Нужно ли думать, что советская военно-монументальная традиция, миф Победы и ритуалы — это часть тоталитарного наследия, от которого необходимо избавляться? Декоммунизационные законы (и в их числе «Об увековечении победы над нацизмом…»), чаще отвечают на этот вопрос утвердительно. Великая Отечественная становится Второй Мировой, СССР обвиняется в развязывании войны, оба тоталитарных режима — нацистский и коммунистический — повинны в военных преступлениях и геноциде, совершенных против украинского народа. Но, сделав ряд решительных шагов по декоммунизации Победы, власть, видимо, не рискнула поставить это место памяти под полное сомнение и приняла решение в духе оксюморона: праздниками становятся и европейско-американское 8 мая («День памяти и примирения»), и советское 9 мая («день Победы»).

Один праздник для западного региона, другой — для юго-востока? Впрочем, важнее задаться вопросом насколько успешной в принципе может быть попытка декоммунизации 9 мая на Украине? Не принялась ли власть за сизифов труд? Ведь даже советской пропагандистской системе не удалось насадить миф Победы в западных областях и полностью вытеснить память о локальных героях. Стоит ли думать, что украинская национальная пропаганда добьется большего успеха в идеологической обработке юго-востока — сохранив, ко всему прочему, статус официального праздника за Днем Победы?

Любой украинский националист-патриот всегда сможет увидеть в дискурсах памяти и ритуалах празднования Победы что-то советское и путинское. Эстетика военных монументов и ритуалов памяти, ордена и форма ветеранов, значимые персонажи и герои эпохи, фильмы и песни, и многое другое настойчиво отсылают к советскому мифу. Возможно, решением могла бы стать попытка последовательной реконструкции Победы в западноевропейское «8 мая» для всей Украины. Но украинская власть и ее ключевой идеологический агент — институт Национальной памяти в контексте современного конфликта с Россией предприняли очередную попытку национализации этого мифа, через утверждение в публичном пространстве контрсимволов и контрдискурсов. Красный мак против георгиевской ленточки. Возможно, что скоро вместо советского герба на щите у «Родины-матери» в Киеве можно будет увидеть украинский трезубец.

Куда важнее, впрочем, что основной практикой национализации мифа о войне стало очередное возвращение к «своим героям». Порошенко пошел дальше Ющенко и принял закон «О правовом статусе и памяти борцов за независимость Украины в XX веке». В их число, помимо многих прочих, включили Организацию украинских националистов (ОУН) (запрещена на территории РФ. — прим. ред.) и Украинскую повстанческую армию (УПА) (запрещена на территории РФ. — прим. ред.), печально известных своим активным участием в Холокосте и проведением Волынской резни. Отныне отрицание правомерности борьбы за независимость становится противоправным актом, надругательством над памятью борцов и унижением достоинства Украинского народа. В случае неисполнения закона (как и кто будет решать, где начинается и заканчивается достоинство украинского сообщества?) понесут свою долю ответственности даже иностранцы, засомневавшиеся в заслугах борцов. Получившая свою порцию славы политика борьбы с «фальсификациями истории» в России, пик которой пришелся на 2009-2012 годы, отныне кажется весьма скромным достижением путинских идеологов.

Если выпало в империи родиться

Конкуренцию двух мифов: Вторая Мировая или Великая Отечественная — «бандеровцы» или «колорады» — современный конфликт с Россией только обострил, подчеркнув глубину различий в региональных традициях памяти о той войне. В то же время, мобилизационный дискурс, доминирующий после 2014 года, требует от политиков и публичных интеллектуалов отрицания какого бы то ни было регионального раскола. Популярность приобрела сомнительная гипербола, в стиле черной иронии выражающая благодарность Путину, своими действиями (аннексия Крыма, вторжение в восточные области и пр.) наконец заставившему украинцев почувствовать себя солидарным национальным сообществом. Но может ли всерьез и надолго объединять общая нелюбовь к России? Власть своим «революционным декретом» продемонстрировала решимость раз и навсегда утвердить принципы единства для всех западно-юго-восточных украинцев, отдав предпочтение мифу о националистах ОУН и УПА (запрещена на территории РФ. — прим. ред.), известных своей нелюбовью к москалям.

Безусловно, проблема «запада-востока» очень часто упрощается. Как всегда и случается, региональные границы во многом прозрачны и не всегда очевидны. Активная и мобильная часть постсоветского поколения пересекает их с большей легкостью, чем люди среднего возраста. Понятны и опасения украинской власти, ведь немало правды в том, что политизация региональных различий стала мощным препятствием для стабильности. Но помогут ли преодолеть раскол отрицание, замалчивание или ультимативное требование к украинцам, отцы и деды которых сидели в других окопах, уважать и чтить «бандеровцев»?

Региональные различия, отражающие богатство и многообразие культуры — это нормальная ситуация для любой большой страны. Проблема не в различиях, а в их интерпретации. Вслед за развалом Союза в 1991, и после в 2005, или 2014 годах власть могла бы попытаться провести широкий и открытый общественный диалог, направленный на деполитизацию регионализма. Превратить то, что считалось слабостью в сильную сторону сообщества. Но либо грех молчания оказался сильнее, либо власти не хватало легитимности, либо политики использовали регионализм в своих целях.

Годы правления Виктора Януковича и вклад России в дестабилизацию Украины существенно подорвали и даже маргинализировали позиции «юго-востока» и миф «Великой Победы». В ситуации войны многие интеллектуалы или поправели, или просто не идут на риск заведомо непопулярных критических высказываний. В результате, если при советах всей Украине навязывали миф Победы, то теперь слава героям из ОУН-УПА.

Доминирующий ныне национальный миф («бандеровский») по-прежнему мало помогает политической и культурной интеграции Украины, хотя он и встраивается в более широкий нарратив современного национализма, построенного на полном отрицании памяти о сопричастности украинцев созданию Российской империи и СССР. Многие представители постсоветского поколения убежденны в том, что вся их страна была только колонией, а большевики, как некая сугубо внешняя сила, оккупировали добившуюся независимости Украину. В этом нарративе также ощутимо влияние западного региона, попавшего в состав СССР в одно время с Прибалтикой.

Однако территория современной Украины была собрана в результате имперской, а затем и советской экспансионистской политики. Этнические украинцы внесли свой важнейший вклад и получили свою долю «пирога» при разделе Союза. Объединить население страны в контексте современного украинского национализма, полностью отрицающего сопричастность империи и СССР, было непростой задачей, и украинские власти с ней не справились. И этому обстоятельству не стоит удивляться. Нормализовать противоречивое имперское наследие и интегрировать население страны в контексте постсоветского украинского национализма было невозможно.

Современные конфликты и советское наследие

Впечатляют, впрочем, не столько противоречия «декоммунизации», а тот, казалось бы давно канувший в прошлое эмоциональный подъем, сопровождающий этот процесс в современной Украине. Наблюдая за острыми переживаниями его вдохновителей и сторонников как раз и ощущаешь себя вернувшимся в 1990-1991 годы. По словам исследователя традиции публичной монументалистики Сергиуша Михальского, фоторепортажи о низвержении памятников в те уже далекие годы стали «важнейшим визуальным символом» краха советских режимов. В этом смысле, поверженные памятники сыграли куда более значимую роль в истории, чем в бытность свою официальными местами памяти.

Прошло уже почти тридцать лет с момента коллапса СССР, а значит и существования независимой Украины. Откуда вдруг такая темпераментная нелюбовь? Почему опять во всем повинен давно почивший Союз?

Возможно, все дело в том, что на бывших имперских окраинах Россия всегда ассоциировалась с СССР. Учитывая настойчивые попытки путинского режима монополизировать права на заметно «приукрашенное» советское наследие, десоветизация/декоммунизация становится востребованной символической практикой противостояния внешним и внутренним врагам, особенно в ситуации неудачного развития событий в зонах вооруженного противостояния (как, например, в Грузии, где после «пятидневной войны» была принята «Хартия свободы»).

На Украине декоммунизация сопровождается массовой заменой названий населенных пунктов, улиц и площадей. Бум производства новой городской топонимики служит повседневным напоминанием о неспособности украинского политического режима добиваться своевременного и последовательного исполнения собственных громких указов и законов. В центре Славянска можно прогуляться по улице Коммунаров, а в центре Киева по Красноармейской. Официально обе улицы были давно уже декоммунизированы. Днепр практически на всех дорожных указателях по-прежнему остается Днепропетровском. Если продолжать этот перечень, он может оказаться почти таким же длинным, как и список из десятков тысяч декоммунизированных улиц и площадей. Впрочем, большинство обывателей, легко пользующихся старыми названиями, озабочены социальными проблемами и по прошествии почти трех лет после Майдана не сильно интересуются свержением очередного Ленина.

Мобилизационный национализм

Разразившийся в 2014 году конфликт окончательно утвердил «отрицающий» имперское наследие дискурс. Официальный национализм все в большей степени приобретает мобилизационные, милитаристские и реваншистские черты. Образ врага (внешнего и внутреннего) востребован как никогда, через него утверждается необходимость полной солидарности всех украинцев. Власть и Институт национальной памяти пытаются приободрить гордость украинцев активно прибегая к милитаристским дискурсам и нарративам. Современные украинские воины должны следовать примерам тысячелетней традиции и воинственности своих воображаемых этнических предков. Сконструированный институтом Памяти, руководимым Владимиром Вятровичем, в рамках публичного проекта «Воины. История украинского войска» визуальный нарратив в 24 лицах, призван продемонстрировать современникам непреходящий в веках феномен украинской воинственности. Очевидно, что российско-имперскому и советскому воину-украинцу в этом ряду места не нашлось.

Несмотря на то, что вооруженный конфликт на Востоке страны находится в своей горячей фазе (лето 2017 запомнилось очередными обострениями на линии соприкосновения) уже давно параллельно проводится его героическая коммеморация. В Киеве можно поклониться памятнику героям АТО. Вторая и третья годовщина «освобождения Славянска» отмечались и в самом городе, и на Карачун-горе, где располагались главные силы украинской армии. И хотя дискурс травмы весьма популярен, коммеморация носит скорее триумфальный характер прославления победы над «российскими оккупантами» и «террористами». При этом, мирное население часто не в курсе проведения праздников освобождения или безразлично к ним.

Официально поверженное советское мемориальное наследие, его практики и дискурсы насквозь пронизывают популистские речи не только президента Петра Порошенко, но и ультраправых патриотов, собиравшихся в июле 2017 года на горе Карачун. Ветеранов АТО, как и их советских предшественников с юго-востока, прошедших Вторую мировую, все так же благодарят за «мирное небо над головой». А монументальный Бандера во Львове — совсем как Ленин — «такой молодой».

Официальный национальный дискурс утверждает, что воевать нужно за страну, территорию, нацию, народ. Как и при советах, беда и боль отдельного обывателя меркнут перед этими высшими целями, а войны, как известно, без потерь (в том числе и среди своего мирного населения) не бывает.

Перспективы мирной трансформации конфликта

В контексте современного русского и украинского национализмов, мобилизационных и реваншистских дискурсов, популярных в двух странах, мирная трансформация конфликта отодвигается в туманное будущее. Если описанные тенденции будут преобладать в ближайшие 20-30 лет (что вполне возможно), то наиболее вероятным будет непрерывное углубление конфликта.

Определенный ресурс для противостояния этой тенденции можно найти на уровне повседневного сопротивления обывателя. Очень многие жители Украины и России, не готовы к мобилизации и обеспокоены по большей степени социальными проблемами. Экономические и даже культурные связи между Россией и Украиной остаются весьма интенсивными, а многие интеллектуалы готовы инвестировать свои силы в мирную трансформацию конфликта.

Пока Украина, наряду с Россией являющаяся наследницей Российской и Советской империй, не примирилась со своим прошлым, оно остается мощным ресурсом для создания конфликтных дискурсов и ситуаций. Все принятые законы, коленопреклонения Порошенко перед мемориалом жертв Волыни, новые национальные нарративы либо дают поверхностный эффект, либо предлагают замену одного сомнительного героического мифа другим. Такой подход мало помогает признанию глубины своей ответственности перед историей и примирению с собственным прошлым.

Киевский Майдан Незалежности, пространство наполненное памятью о распаде СССР и двух постсоветских «революциях», как нельзя лучше передает дух этой противоречивой ситуации. Архитектурный и мемориальный дизайн и эстетика этого символического центра антиимперской и антисоветской активности является одним из наиболее впечатляющих образчиков тоталитарного наследия. С ним все равно придется жить. Но выбор стилей отношения к прошлому может многое изменить в будущем — или только помочь отретушировать очередной героический миф.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 17 октября 2017 > № 2354217 Сергей Румянцев


Казахстан. Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 17 октября 2017 > № 2354020 Ерлан Карин

Ерлан Карин: Многое теперь в Кыргызстане зависит от эффективности тандема Жээнбеков-Исаков

 Казахстанский политолог Ерлан Карин считает, что многое теперь в Кыргызстане будет зависеть от эффективной деятельности тандема избранного на выборах Президента Сооронбая Жээнбекова и действующего Премьер-министра страны Сапара Исакова, передает корреспондент МИА «Казинформ».

Политолог Ерлан Карин поделился оценкой прошедшей предвыборной кампании в Кыргызстане. По его словам, сам процесс голосования в день выборов прошел спокойно, без каких-либо серьезных эксцессов, однако предвыборная кампания прошла в непростом, напряженном фоне. «Все время искусственно нагнеталась сама ситуация вокруг выборов, предвыборная кампания все время была на грани. При этом основным источником этого напряжения выступал действующий Президент Атамбаев, который каждый раз выводил избирательную кампанию на новый виток напряжения своими неоднозначными заявлениями, обвинениями действующих политиков, лидеров различных партий и кандидатов и угрозами их преследования», - рассказал Ерлан Карин в комментарии агентству.

Он считает, что действующий Президент Кыргызстана намеренно вносил напряженность, нагнетая ситуацию. И все его действия были обусловлены комплексом различных внутренних политических проблем, которые он же сам и создал. «Он рассорился со всеми своими бывшими коллегами и соратниками, войдя с ними в открытую конфронтацию. Предприняв в отношении ряда лиц и сил откровенные силовые действия - аресты, обвинения, запугивания и так далее, он, тем самым, сам же повысил ставку на этих выборах, когда на кону уже было не столько должность главы государства, а безопасность участников кампании. Соответственно любой риск не прохождения его преемника или не реализации какого-то удобного для него сценария сразу же оборачивалось рисками против него самого. И в случае провала его стратегии уже сам Атамбаев мог бы оказаться в роли мишени. Хотя он сам себя бесконечно загонял в этот узкий для политического маневрирования коридор. В итоге оказавшись зажатым в углу, он не нашел ничего лучшего чем пойти на дальнейшее обострение - устроил всю эту антиказахстанскую истерию, еще больше усилив критику в отношении своих оппонентов, фактически обвиняя всю кыргызскую элиту в продажности, начав эксплуатировать тему угрозы независимости Кыргызстана и другие», - отметил казахстанский политолог.

Преемник Атамбаева прошел, выборы состоялись, но какой ценой Алмазбеку Атамбаеву удалось провести своего преемника в президенты? «Элита разобщена, растет напряженность в обществе, испорчены отношения с Казахстаном. Ведь дальше, на самом деле, все так же туманно, неясно. Сооронбай Жээнбеков избрался Президентом, но сама конфигурация кыргызской политической системы является специфической - в ней нет доминирующего политического центра. Согласно изменениям в Конституции, большие полномочия получает Премьер, важным ключевым лицом является спикер Парламента, по сути, сложившаяся политическая ситуация в Кыргызстане, на самом деле, находится в подвешенном состоянии. И поэтому стратегически итоги этой политической кампании неоднозначны», - подчеркнул Ерлан Карин. Потому как текущие политические дивиденды получены ценой эскалации политической ситуации внутри страны и политизации межгосударственных отношений, в частности, с Казахстаном. «Поэтому тупиковая ситуация в некоторой степени сохраняется. Она будет усиливаться в силу разных причин, в первую очередь внутренних. Потому что существующий по результатам выборов расклад вряд ли будет способен обеспечивать реальный баланс интересов в кыргызской элите», - полагает политолог.

На его взгляд, устойчивость тандема нового Президента и Премьера-министра тоже под вопросом. «Можно предположить, что завтра линии разлома пройдут, условно говоря, внутри коалиции из Атамбаева, Жээнбекова и молодых управленцев. Но справится ли эта коалиция и насколько будет успешен новый тандем в лице нового Президента и относительно недавно возглавившего правительства Премьера? Их союз основывался только на договоренностях в период выборов, а теперь они должны заключить либо новый договор или сдерживать их должен некий арбитр. Атамбаев мог бы выступать этим арбитром, но после его недавних заявлений они наоборот сами будут постепенно дистанцироваться от него. Противоречия между ними неизбежны, молодые и амбициозные технократы с одной стороны и с другой стороны новый президент страны, классически кыргызский политик. Плюс опять же сам Атамбаев может спровоцировать конфликт между новым президентом и молодыми управленцами», - сказал Ерлан Карин.

По мнению Карина, к заявлениям Атамбаева не стоит относится как ко мнению всей элиты и общества. Во-первых, Атамбаев не является признанным общенациональным лидером, и в реальности, его мнения и заявления не отражают позицию всего кыргызского общества. Здесь надо отдать должное все такие особенностям молодой кыргызской демократии, где нет доминирующего политического центра, и политический процесс основывается на различных временных союзах, коалициях и альянсах и соответственно политическое поле представлены самыми разными силами, интересами. Во-вторых, внутри самого кыргызского общества сложилось скептическое, разочарованное отношение к Атамбаеву. Многими он уже давно воспринимается как демагог, человек очень эмоциональный, который руководствуется не какими-то высокими политическими, государственными интересами, а движим каким-то комплексом личных проблем. И поэтому отношение к нему большей частью, насколько я заметил, не очень серьезное», - утверждает он.

Ерлан Карин считает, что для некоторой части кыргызского общества не важно было кого именно изберут на выборах. «Потому что многие хотели, чтобы выборы прошли быстро и неважно кто выиграл, лишь бы Атамбаев быстро покинул эту должность, чтобы он быстрее передал должность президента кому-либо, и чтобы избирательная кампания не затягивалась», - отметил он. Ерлан Карин считает, что избранный на выборах президента Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков попытается улучшить двусторонние взаимоотношения с Казахстаном.

«В принципе, Казахстан устроил бы любой результат президентских выборов в Кыргызстане. Потому что в действительности Астана не делала ставку ни на одного кандидата, и никому не отдавала предпочтения», - заявил Ерлан Карин.

По его мнению, в Астане все-таки понимают специфику кыргызской политической системы, которая заключается в отсутствии доминирующего политического центра и в наличии союзов разных сил. Сегодня кыргызский политик может быть в центре событий, возглавить коалицию или стать, к примеру, премьером, а завтра вновь оказаться в оппозиции или наоборот. «За эти годы в Астане хорошо поняли и изучили эту специфику. Поэтому, учитывая хотя бы только эти прагматические соображения, Астана не стала бы ставить на какого-то одного человека. Да и зачем? Ведь априори любой политический деятель в Кыргызстане является в определенном смысле сторонником Казахстана. Нормальный, здравомыслящий политик в Кыргызстане прекрасно понимает необходимость и важность развития отношений с Казахстаном и с другими соседями. Речь о даже и не о Казахстане, а просто лишь в прагматическом подходе в установлений доверительных отношений с соседними государствами», - отметил политолог.

«Я думаю, что и Жээнбеков, конечно, тоже попытается улучшить отношения в Казахстаном. Каким бы ни был он преемником или какие бы ни были обязательства перед Алмазбеком Атамбаевым. В любом случае он, и его окружение и в целом вся элита понимает, что необходимо управлять государством, выстраивать внешние отношения государства, вести торговлю и так далее. И поэтому, исходя из этих конкретных прагматических соображений, Жээнбеков будет заинтересован в нормализации взаимоотношений. И это кстати и для него будет первым серьезным тестом, на его способности дипломатического мастерства и так далее», - подчеркнул Ерлан Карин.

Казахстан. Киргизия > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 17 октября 2017 > № 2354020 Ерлан Карин


Украина. Весь мир > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 17 октября 2017 > № 2353933 Дэвид Липтон

Замглавы МВФ Липтон: Еще не время думать о выборах!

Эксклюзивное интервью первого заместителя управляющего директора Международного валютного фонда (МВФ) Дэвида Липтона агентству "Интерфакс-Украина".

- Минул месяц с момента вашего визита в Киев…

- А кажется, будто это было вчера!

- Тем не менее, за это время Верховная Рада успела принять закон о пенсионной реформе. Как известно, МВФ уже выразил обеспокоенность по поводу внесенных в документ поправок, а также в связи с другими негативными сигналами, поступающими из Украины. Могли бы вы в этой связи уточнить условия завершения четвертого пересмотра программы EFF (Extended Fund Facility) и прокомментировать, насколько успешно мы продвигаемся в своих обязательствах после вашего визита?

- Что касается пенсионной реформы, мы договорились с правительством о принципах, на которых она должна строиться. Эти принципы, в том числе, включают достижение бездефицитного бюджета пенсионного фонда и обеспечение действительно достойного уровня жизни пенсионеров. У нас пока не было возможности изучить принятый Верховной Радой закон. Тем не менее, в первую очередь мы будем смотреть, учтены ли в окончательном документе принципы, которые мы изложили правительству.

Если говорить о программе с Украиной в целом, то основной ее целью на текущем этапе является переход от стабилизации экономической ситуации к определенным структурным реформам. В связи с этим в программу включен такой структурный ориентир как создание антикоррупционного суда. Я видел, что на прошлой неделе по этому вопросу высказалась Венецианская комиссия, а в Киеве прошли очередные дискуссии на эту тему.

Что для нас важно, и что было согласовано в ходе моего визита - это создание такой антикоррупционной структуры, которая будет эффективной и результативной. Нам очень важно, чтобы были выдержаны эти принципы - эффективность и результативность, чтобы был тщательный процесс отбора судей, гарантирующий их честность и профессиональные качества.

В программу также включен такой структурный маяк как реформирование процесса приватизации госпредприятий, и мы ожидаем принятия соответствующих нормативных актов.

Помимо этих мер, для дальнейшего продвижения по программе важно сохранить уже внедренные изменения, в частности, касающиеся внутренних цен на газ и газотранспортной системы в целом. Некоторое время назад было выражено определенное недовольство по поводу отсутствия прогресса в улучшении корпоративного управления "Нафтогазом Украины". Хочу напомнить, что важным достижением текущей программы была нормализация и совершенствование функционирования газотранспортной системы, а также устранение газовых дотаций. Украина впервые за весьма продолжительный период не импортировала газ из России и создала стимулы для развития внутренней добычи и рынка. Нам хотелось бы, чтобы эти весьма значимые изменения были сохранены и нашли свое развитие в будущем.

Другой не менее важный момент - это системная корректировка внутренних тарифов на газ. С устранением существовавших ранее дотаций тарифы должны изменяться в соответствии с международными ценами на газ: если цены идут вверх - тарифы растут, если падают, снижаются и тарифы. С этой целью согласована определенная формула.

Был также представлен проект госбюджета на 2018 год, но нам еще необходимо вникнуть в его детали. Непростое дело достижения бюджетных целей зависит, в первую очередь, от устойчивости экономики. Поэтому мы будем смотреть, достаточно ли устойчив госбюджет в текущих экономических условиях.

- Существует высокий риск превышения по итогам текущего года заложенного в программе целевого показателя дефицита госбюджета на уровне 3,1% ВВП. Может ли это отразиться на программе и, в частности, на рекомендациях МВФ к госбюджету на 2018 год?

- Здесь присутствуют два аспекта. Первый, это какая политика заложена в госбюджете, и второй – насколько сильной является экономика страны и, соответственно, насколько стабильна налоговая база. Мы должны принимать во внимание оба.

Могу отметить, что в течение последних нескольких лет соблюдение бюджетной дисциплины в Украине было хорошим, как и в целом существенно улучшилась макроэкономическая политика, что и позволило стабилизировать экономическую ситуацию.

- В 2018 году стартуют первые крупные выплаты в рамках погашения кредитов по программе EFF. Принимая во внимание некоторое отставание Украины от графика привлечения кредитных траншей и пополнения резервов НБУ, возможно ли, что предстоящие в 2018 году выплаты будут учтены в следующих траншах?

- Украине, прежде всего, важно следовать плану реформ и достичь соглашения с нами относительно очередного пересмотра. Таким образом, мы сможем и дальше предоставлять свою помощь, выделяя больше средств и создавая бизнес-среду, куда смогут вливаться и другие финансовые ресурсы. Я знаю, что Европейский союз намерен предоставить финансовую помощь, если политический климат в стране будет удовлетворительным, Европейский банк реконструкции и развития имеет ряд проектов, которые могли бы привлечь новые средства в Украину. Есть также много других финансовых ресурсов, которые могут быть доступны Украине, не говоря уже о результатах более сильной экономической деятельности. Все это может создать прочную основу для будущих платежей Украины.

- Как вы оцениваете в целом среднесрочные риски страны, учитывая недавнее размещение правительством еврооблигаций, а также принимая во внимание приближение предвыборного 2018 года?

- Если Украина решит приостановить реформы или сделать шаг назад, она может потерять все достигнутые на сегодняшний день преимущества достигнутых изменений. Подобное уже случалось в украинской истории, и даже не раз.

Если же власти сделают упор на том, чтобы продвинуться вперед, появятся возможности для дальнейшего рефинансирования долга и укрепления государственных финансов в целом.

Главное сейчас - сможет ли Украина укрепить стабилизацию и перейти к экономическому росту, который позволит стране решить ее проблемы. Это наиболее важный вопрос, еще не время думать о выборах. Выборы будут далеко в будущем. Необходимо воспользоваться промежутком времени до выборов, чтобы продвинуться вперед по программе и добиться большего прогресса. Тогда каждый сможет провести избирательную кампанию в условиях более сильной экономики.

- В прошлом месяце велись разговоры о разработке так называемого "плана Маршалла" для Украины. По оценкам его инициаторов, если Украина будет ежегодно получать $5 млрд инвестиций, экономика будет расти на 6-8%. Насколько реалистична эта, скажем так, альтернативная программе EFF идея?

- Никогда ничего не слышал об этой идее, и если бы такая подготовка действительно велась, я бы об этом знал. Однако считаю вполне реальным, что продолжение Украиной реформ поспособствует существенному притоку финансирования, будь то заимствования на долговых рынках или привлечение инвестиций. Наиболее многообещающая перспектива для Украины - в привлечении инвестиций, которые, в свою очередь, начнут создавать в стране связи с европейской цепочкой поставок. Подобные связи имеют немецкие и скандинавские предприятия в Польше и других странах Центральной Европы. Благодаря талантливой и образованной рабочей силе в Украине, а также учитывая уровень заработной платы, будущее страны как части Европы должно строиться не на каких-либо соглашениях, а на инвестициях, которые начнут связывать экономику Украины с экономикой Европы. Ожидаемый в результате этого экономический эффект будет гораздо большим, чем названные цифры.

- Вы уже наметили дату прибытия в Киев следующей миссии, а также предварительное видение сроков предоставления Украине пятого кредитного транша?

- Мы не обсуждали дату прибытия миссии (с украинской делегацией – ИФ). Скорее, мы были сосредоточены на обсуждении дальнейших шагов, необходимых для того, чтобы Украина могла продвинуться вперед в выполнении программы.

Украина. Весь мир > Финансы, банки. Госбюджет, налоги, цены > interfax.com.ua, 17 октября 2017 > № 2353933 Дэвид Липтон


Россия > Агропром > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353337 Николай Казанский

Как рынки становятся гастрономическими бутиками

Николай Казанский

управляющий партнер Colliers International

Продуктовые рынки проигрывают в ценовой войне, но могут начать борьбу с ресторанами и кафе

Рыночный кризис

Принято считать, что продуктовые рынки переживают свой упадок. Казалось бы, все указывает на это: так, в 90-х годах в Москве действовало около 240 рынков, преимущественно открытого типа. Сейчас же в столице работают только 29 розничных рынков, насчитывающих 16 000 торговых мест, большую часть которых (80%) составляет сельскохозяйственная продукция. Кроме того, ввод продуктового эмбарго, повышение цен на продукцию, приведшие к росту среднего чека на рынке, а также период турбулентности в экономике, снизивший покупательскую способность населения, сместили часть спроса в сторону продовольственных сетевых дискаунтеров. Так в чем же причина, на первый взгляд, очевидного снижения популярности рынков? Мы считаем, что в основе проблемы лежит перераспределение сил на рынке торговой недвижимости.

Во-первых, произошел стремительный рост количества торговых центров. За последние три года в Москве и области было введено 2 млн кв. м торговых площадей, и сейчас общий объём площади составляет порядка 6,5 млн кв. м. Это рекордные цифры, которые существенно повлияли на рынок: так, распределение товарооборота изменилось — фокус сместился на торговые центры. Однако такое резкое увеличение количества торговых центров приводит к тому, что ритейлеры не успевают их заполнять, поэтому во многих из них остается свободным множество площадок.

Во-вторых, причиной снижения популярности рынка служит появление мелкооптовых рынков, которые на фоне изменения структуры потребления становятся все более востребованными у населения. Например, в Москве весьма популярен «Фуд Сити», который уже сейчас конкурирует со многими розничными точками. Люди могут выбрать, куда поехать за продуктами: на обычный рынок или в «Фуд Сити», где цена, скорее всего, окажется ниже.

Новая ниша

Людям надоели обычные супермаркеты, дискаунтеры и даже дорогие гастрономы. Их привлекает концепция lifestyle-покупок, которую активно развивают современные рынки. Формат Chelsea Market, появившийся в США, подарил новую жизнь Даниловскому рынку, который уже сегодня становится центром притяжения посетителей и покупателей со всего города: люди приходят за покупками и здесь же завтракают или обедают. Сейчас в нем располагается около 40 точек общепита, представляющих разные кухни мира. В таком же формате работает чуть более дорогой фермерский базар «Петровский» в Подмосковье.

Другая известная во всем мире концепция, пришедшая к нам из Италии и не так давно открывшаяся в Москве, – Eataly, где представлено большое количество заведений, которые предлагают блюда из натуральных продуктов, только что произведенных в местных цехах. Здесь человек может пообедать и сразу приобрести продукты, из которых готовился его обед.

Таким образом, подобные новые рыночные форматы могут конкурировать и с супермаркетами, и с кафе, и с ресторанами. Это уже не обычный рынок в традиционном его понимании, а своеобразный гастрономический бутик для любителей необычного. Несмотря на то что подобные концепции только создаются и их не с чем сравнить, они, определенно, будут успешны в будущем.

Перспективы развития

Ориентируясь, прежде всего, на зарубежный опыт, в будущем мы ожидаем рост количества небольших, но качественных рынков. Интересно отметить, что оборот всего рыночного сегмента Москвы составляет порядка 60 млрд евро, тогда как оборот крупнейшего парижского продуктового рынка – 8 млрд евро, что составляет 13,5% от общего товарооборота Москвы. Очевидно, что столице есть, куда стремиться, и этот сегмент будет развиваться.

Последней тенденцией развития является расширение локации качественных рынков в Москве, а именно – их размещение в торговых центрах. Мы ожидаем большую популярность такого формата в будущем. Это вполне ожидаемо: торговые центры – места притяжения для множества людей, которые проводят там свое время. Однако рынкам нельзя забывать, что в ТЦ почти всегда есть супермаркет. С ним не нужно становиться соперниками, т.к. ценовая конкуренция ни к чему не приведет: гораздо логичнее осуществить синергию. Цены в супермаркете и на рынке должны быть примерно одинаковыми. Наличие хорошего супермаркета и хорошего рынка фермерских продуктов в одном торговом центре только повысит его привлекательность для покупателей, которые приезжают в ТЦ, чтобы купить одежду, сходить в кино, салон красоты, супермаркет, а заодно посетить фермерский рынок и купить там продукты. Формат, объединяющий все эти опции под одной крышей и с единой парковкой, будет чрезвычайно удобным и популярным уже в ближайшем будущем.

Таким образом, смещение в последнее время спроса в сторону дискаунтеров не означает, что произойдет падение продуктового рынка. Наоборот, он будет перерождаться, менять свой формат и целевую аудиторию. Новая волна развития рынков означает более высокое качество продуктов, обслуживания, а также «цивилизованность» самого места, где совершаются продажи. Так что рынкам не стоит бояться конкурировать с большими магазинами: несмотря на то что рынки проиграют в ценовой войне, они смогут одержать победу в вопросе качества.

Россия > Агропром > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353337 Николай Казанский


США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353335 Майкл Блумберг

Майкл Блумберг: «Некоторые компании противятся нововведениям и неизбежно сходят с дистанции»

Майкл Блумберг

Бывший мэр Нью-Йорка и основатель медиаимперии Bloomberg

К 100-летию журнала Forbes бывший мэр Нью-Йорка и основатель медиаимперии Bloomberg Майкл Блумберг написал эссе о людях, которые претворяют изменения в жизнь, несмотря на сопротивление общества

Меня уволили из Salomon Brothers в 1981 году, отчасти потому что никто в компании не оценил мою мысль о том, что финансовые данные можно занести в компьютер и с его же помощью их обрабатывать и выводить результаты. В то время далеко не многие финансисты умели пользоваться компьютером, а уж о том, чтобы иметь его на рабочем столе, и речи не шло.

Некоторые компании противятся нововведениям и неизбежно сходят с дистанции, потому что людям всегда удобнее иметь дело с чем-то уже знакомым, чем с новым и непонятным. Основной принцип, которым руководствуется наша компания, — играть на опережение и рисковать. Мы привнесли это в органы городской власти и многое сделали для того, чтобы приобщить к такому ритму весь город.

Как в публичном, так и в частном секторе для претворения инновационных идей в жизнь нужно нанимать умных, творческих людей, которые любят свое дело. Необходимо поощрять их стремление рисковать и поддерживать, когда что-то идет не так, как ожидалось. Поддержка должна исходить от всего общества в целом. Недостигнутые цели — не самое страшное. Самое большое поражение — упущенные возможности.

Перевод Антона Бундина

США > Госбюджет, налоги, цены > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353335 Майкл Блумберг


Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 17 октября 2017 > № 2353292 Павел Самиев

Ненужный бизнес: почему банки избавляются от клиентов-предпринимателей

ПАВЕЛ САМИЕВ

управляющий директор Национального рейтингового агентства, генеральный директор БизнесДром

В условиях ужесточения «антиотмывочного» регулирования банкам проще отказаться от клиентов из сферы малого бизнеса.

Для российских банков сегмент малого бизнеса традиционно находится в аутсайдерах - что по части кредитования, что по части некредитных сервисов и РКО. Доходность банков в сегменте не стоит тех усилий, которые требуется потратить на предпринимателей. И тех проблем, которые они могут принести кредитным организациям: масса времени на работу с документами, постоянный мониторинг денежных поступлений, высокие риски привлечения внимания регулятора.

Проблема получила общественный резонанс, когда на Восточном экономическом форуме один бизнесмен пожаловался главе Сбербанка Герману Грефу о том, что банки блокируют предпринимателям счета, формируется «черный» список таких предпринимателей, и тем, кто в него попал, трудно открыть счет в банке. То есть, фактически можно ставить на бизнесе крест. Недавно стало известно, что бизнес-омбудсмен Борис Титов обратился в ЦБ с предложением создать службу для защиты интересов бизнеса, в частности, от подобных действий и привлекать банкиров к ответственности за блокировку без должных оснований.

По данным «Деловой России», с начала 2017 года банки заблокировали счета порядка 500 тыс. предпринимателям. Причем количество жалоб на незаконные блокировки счетов и трансакции в десятки раз превышает в последнее время количество остальных обращений. Основанием для блокировки служит закон 115-ФЗ («О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», направленный на борьбу с отмыванием денег и «черным» сектором экономики. Закон действует уже более 16 лет, но в последнее время ЦБ ужесточил регулирование в части обслуживания предпринимателей. Например, добавилось требование документального подтверждения бенефициарных владельцев. Но это далеко не все. Вопросы могут вызывать такие ситуации, как, например, непрофильные поступления на расчетный счет предпринимателя, нецелевое расходов средств, недостаточная сумма налогов с оборота.

Предприниматели жалуются, что им приходится объяснять и предоставлять документы практически по каждой даже небольшой операции. Без этого банки имеют право не проводить операции, ссылаясь на подозрительность движения денежных средств.

В июле 2017 года ЦБ выпустил методические рекомендации №18-МР и №19-МР, в которых указаны признаки таких подозрительных операций. В этих документах регулятор указал на рост объема операций по снятию денег с дебетовых карт юрлиц и ИП, что может свидетельствовать о незаконном использовании этих денег (проще говоря, обналичивании). И порекомендовал банкам исполнять требования 115-ФЗ не формально, а более жестко: передавать информацию о таких клиентах.

К признакам подозрительных бизнесов относятся, например, короткий срок работы компании (менее 2 лет), большой объем наличных в обороте (более 30% от недельного оборота), минимальная налоговая нагрузка. Как видим, признаки довольно спорные, по ним сложно достоверно сказать, добросовестный ли это предприниматель или он работает «в черную». Например, фирма, занимающаяся курьерской доставкой, компания по доставке пиццы или интернет-магазин вещей будет получать больше 30% наличных от оборота в день. Два года работы - и вовсе признак, который касается всех стартапов и молодых бизнесов.

Например, в нашей практике был случай, когда банк закрыл счет компании просто из-за резкого роста объема поступлений. Комплаенс-службе кредитной организации показалось подозрительным, что компания несколько месяцев не получала денег – для регулятора почему-то это значит, что фирма не функционировала – а потом за месяц на счет пришли миллионы. Но ведь это совершенно естественно для нового предприятия! Сначала решаются организационные вопросы, ведутся переговоры с партнерами и клиентами, и только потом начинаются поступления средств. Но банку намного безопаснее закрыть счет, чем разбираться в ситуации, потому что ЦБ может отозвать за несоблюдение 115-ФЗ лицензию.

Есть более понятные подозрительные моменты. Например, у банка должно вызывать вопросы, если у предпринимателя несколько корпоративных карт, через которые снимаются наличные, а других операций почти нет. Причем деньги снимаются регулярно, в конце одного операционного дня и снова — в начале следующего, а сумма – менее 600 тыс. рублей или близка к максимальному лимиту снятия. Также банк должен начать проверку бизнеса, если деньги поступают на счет от контрагентов, по чьим банковским счетам проводятся операции с признаками транзитных, или от контрагента, который одновременно переводит средства на счета других клиентов. Также предпринимателю нужно осторожно переводить деньги на свой личный счет – при их быстром снятии банк может оценить это как подозрительную операцию.

Требования регулятора могут затронуть практически все сферы малого бизнеса, особенно сферу услуг, торговли, туризма и другие. По данным «Деловой России», в июне в «черном» списке ЦБ было 200 тыс. клиентов из МСБ, а на текущий момент их стало 500 тыс. Такими темпами до конца года число подозрительных предпринимателей вырастет до 1 млн. При этом, согласно оценкам Минэкономразвития, число субъектов МСП в России по итогам 2016 года составляло 5,5 млн (2,9 млн ИП и 2,6 млн малых компаний).

Все попадающие в «черный» список ЦБ определенно будут сталкиваться с трудностями при открытии счетов в банках, хотя данный «шорт-лист» и является рекомендацией, а не директивой. Вряд ли в условиях чистки рынка кредитные организации захотят работать с клиентами, которые привлекут к ним внимание ЦБ.

Складывается парадоксальная ситуация, когда, с одной стороны, государство заинтересовано в развитии малого предпринимательства, а, с другой, любое подозрительное движение по счетам приводит к немедленной блокировке средств. В результате получается, что, с одной стороны, банкам рекомендуется работать с малым бизнесом - финансировать, предлагать некредитные продукты. С другой, именно этот сегмент является и довольно трудозатратным, и не слишком маржинальным, да еще и самым проблемным с точки зрения регулятивных рисков. Нарушение 115-ФЗ является одной из ключевых причин отзыва лицензий. По нашим оценкам, в 2016 году по этому основанию ЦБ отозвал примерно треть всех лицензий.

Однако общественный резонанс может привести к решению данной проблемы. В частности, бизнес-омбудсмен Борис Титов попросил ЦБ выпустить рекомендации по применению «антиотмывочных» нормативных актов. Также речь может пойти и создании механизма реабилитации компаний, попавших в «черные» списки, но по факту ведущий здоровый и добросовестный бизнес.

Россия > Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > bankir.ru, 17 октября 2017 > № 2353292 Павел Самиев


Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353291 Илья Перекопский

Пожертвовать анонимностью: как выиграть в гонке за цифровые монеты

Илья Перекопский

сооснователь и директор по развитию бизнеса Blackmoon Financial Group и Blackmoon Crypto

Регулирование криптовалют: кто станет новым Сингапуром, какое место в системе займут банки, собственный опыт и совет России

В результате дистрибуции токенов предприниматели, организовавшие ICO, подняли более $2 млрд в криптовалютах за все время существования этого способа привлечения капитала. При этом, по данным ICOrating, только в сентябре через ICO было привлечено около $1 млрд. Возникает закономерный вопрос — что делать с таким количеством крипты? Эти деньги крайне ограничены в использовании, а привлекаются они в большинстве своем на классические венчурные стратегии из реального мира, такие как развитие бизнеса, усиление команды, строительство инфраструктуры, на юристов, маркетинг и так далее.

Гонка за ICO

Теперь давайте попробуем представить себе такую ситуацию: берем 100 ethereum и платим ими зарплату, покупаем на них сервер, платим в adwords или рассчитываемся с топовой международной юридической фирмой — все это практически невозможно, а если и возможно, то операция окажется в крайне «серой» зоне. При этом бешеная гонка по привлечению денег через ICO продолжается. В предчувствии, что такая гонка может быстро закончиться, все стараются успеть насобирать побольше крипты, совершенно не задумываясь, как потом ее перевести в фиат и использовать в реальном мире. И самой главной проблемой с точки зрения регуляторов является анонимность, невозможность отследить все операции. С этой проблемой проекты, проводящие ICO, пока не торопятся разбираться.

На фоне этого криптобума как грибы после дождя появляются или планируют появиться в результате ICO различные криптобанки, криптоплатежные системы, криптокарты. Большинство подобных проектов рисуют фантастическое и безоблачное будущее. Инвесторы, которым новые криптопроекты обещают решение актуальных проблем и задач, не вдаваясь в детали, бегут и скупают их токены. При этом у большинства этих компаний нет никаких лицензий. Вдобавок платежные системы MasterCard и Visa постоянно ужесточают работу с криптовалютами. Так, MasterCard фактически ввел прямой запрет на выпуск дебетовых карт к криптосчетам. Visa тоже движется в сторону ужесточения контроля.

Ярким примером пока не реализованных обещаний может быть криптокошелек TenX. Проект привлек на ICO $80 млн и обещал помочь тратить криптовалюту без проблем в реальном мире. Однако на настоящий момент компания не может выпустить собственные рабочие платежные карты, более того, ей даже запрещено использовать логотипы MasterCard и Visa. У TenX нет официальной одобренной Visa или MasterCard программы. И в каждом регионе эмитенту карт нужно получать отдельную лицензию у платежной системы, а это очень непростой и длительный процесс.

Где же банки

Роль банков в криптомире сейчас не до конца определена, но при этом они остаются одним из основных элементов криптоэкосистемы. Без их содействия ICO-предприниматели так и будут сидеть со своими виртуальными деньгами. На мой взгляд, лишь регулирование криптовалют может уравновесить эту ситуацию и сделать рынок более предсказуемым и цивилизованным для всех игроков. После проведения ICO с проблемой вывода полученных средств в фиат сталкиваются все проекты. Криптовалюту всегда можно поменять на биржах на фиатные деньги, и это можно сделать с достаточно большими суммами, но перевести эти средства с биржи на свой счет в банке будет большой проблемой. Практически ни один банк в мире не примет отправленные с криптобирж доллары/евро в больших объемах. Банки не хотят работать с криптой ввиду отсутствия понятного регулирования, они боятся ЦБ своих стран. Даже в Японии, самой продвинутой на рынке криптовалют стране, эти проблемы пока не решены. Вполне вероятно, недавно произошедшее лицензирование криптобирж в этой стране улучшит взаимодействие с банками.

Собственный опыт

Мы пытаемся решить эту проблему на более знакомой для нас территории, в Европе. После переговоров нашей блокчейн-платформы с десятками европейских банков от наиболее прогрессивных мы получили подтверждение о готовности работать с криптовалютой при условии осуществления KYC-идентификации (know your customer — «узнай своего клиента»), а также лицензирования фондов нашей платформы в традиционных фондовых юрисдикциях, таких как Великобритания, Люксембург или Швейцария.

Согласно «дорожной карте», в начале следующего года мы запустим как минимум несколько токенизированных фондов на базе блокчейн-платформы. Фонды будут привлекать средства в криптовалюте, затем конвертировать в фиатные средства, чтобы впоследствии инвестировать в реальные активы, такие как недвижимость, commodities и произведения искусства. Для того чтобы была возможность конвертации значительных средств из крипты в фиат, мы введем процедуру KYC для всех наших инвесторов. К такому решению мы пришли после переговоров с десятками банков. Мы будем знать наших инвесторов и проверять их данные. Это будет несложная процедура digital KYC. Она будет занимать несколько минут общения с телефоном и компьютером, и будет включать, например, загрузку селфи и паспорта. Благодаря простоте процедуры, user experience не изменится в худшую сторону.

У наших инвесторов будут персонализированные счета, которые мы сможем обеспечить через процедуру KYC. В этом случае банки будут готовы принимать выведенные через криптобиржи средства на свои счета. Вопрос взаимодействия криптобирж и банков — один из ключевых для развития рынка в целом и для нашего проекта в частности. Если кратко, то нам хотелось бы работать с биржей, которая будет находиться в стране с лояльным к криптовалюте регулированием, и в которой биржа может работать в тесной связке с местными банками.

Кто станет новым Сингапуром

На мой взгляд, на фоне гонки по привлечению средств через процедуру ICO, происходит и другое соревнование. Наиболее продвинутые страны и правительства хотят как можно скорее создать механизмы регулирования локальных рынков криптовалют, чтобы привлечь средства в свои банки. Те, кто первым решит проблемы, связанные с криптовалютой (налоги, анонимность и т.д.), в итоге смогут привлечь огромные средства, например полученные в процессе ICO. В такую продвинутую страну возможно даже захотят переехать обладатели криптокапиталов, чтобы спокойно продолжать там работать над своими проектами.

В качестве примера такой страны можно привести Белоруссию. Там в ближайшее время будет подписан «Декрет о ПВТ 2.0» (документ о цифровой трансформации экономики Белоруссии). Благодаря содержащемуся в нем новому регулированию, в том числе рынка криптовалют, эта страна может стать восточноевропейским Сингапуром. Мы также уже ведем переговоры с рядом белорусских банков: как только будут понятны новые правила игры, хотим запустить совместный проект с одним из банков Белоруссии, в рамках которого планируем принимать криптовалюту на счет в банке и дальше переводить ее в фиат, имея на это все легальные основания благодаря новому законодательству.

Мы считаем, что в России также нужно задуматься о digital KYC, результаты которого будут принимать банки с согласия ЦБ и внедрять KYC при проведении ICO. Тогда отпадут проблемы, связанные с рисками отмывания денег. В мире есть продвинутые компании и технологии, который могут проводить digital KYC. Например, этим занимается компания с российскими корнями Sum&Substance. Несколько компаний, работающих на крипторынке, такие как Token Fund или Zerion, уже начали проводить полноценное KYC инвесторов и являются клиентами этого проекта.

На мой взгляд, для рынка будет лучше пожертвовать анонимностью и стать более цивилизованным, чем постоянно сталкиваться с противостоянием государств. Мы провели собственное исследование, которое показало, что 70% текущих ICO инвесторов готовы пройти KYC. Всего 30% рынка потенциально может отвалиться. При этом рынок скорее вырастет от подобного регулирования, придут более крупные традиционные фонды и инвесторы, которых сейчас как раз и пугает противоречивая риторика регуляторов.

Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353291 Илья Перекопский


Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353288 Борис Минц

Рядом с Минцем: бывшие топ-менеджеры O1 управляют деньгами состоятельных семей

Дмитрий Яковенко

корреспондент Forbes

Под управлением компании EG Capital Advisors находится $600 млн

Как выяснил Forbes, семья Бориса Минца F 72 помимо проектов в девелопменте и на пенсионном рынке c недавнего времени вместе с западными партнерами развивает бизнес по управлению активами. Сыновья миллиардера Александр и Игорь Минцы входят в наблюдательный совет компании EG Capital Advisors. В EG Capital Advisors Forbes сообщили, что компания управляет активами на $600 млн и входит в одноименный холдинг, учрежденный в 2016 году бывшим директором по инвестициям O1 Properties Майклом Стэнтоном и Джоном Накосом, ранее бывшим независимым директором O1 Properties. Сейчас им принадлежит 80% EG Capital Advisors. В команде есть выходцы из O1 Group, «Открытия» и группы «Ист» Александра Несиса F 42. CEO компании Ольга Тартаковская — бывший финансовый директор O1 Group. Близкий к EG Capital Advisors источник рассказал Forbes, что в этом году компания начала активно нанимать сотрудников в лондонский офис, хотя юридически расположена на Каймановых островах и управляет деньгами состоятельных семей и институциональных инвесторов.

В EG Capital Advisors заявили, что международная УК не имеет никакого отношения к ФГ «Будущее» и O1 Properties Бориса Минца. В 2014 году O1 Group Бориса Минца купила 26% акций компании CA Immo и передала их в управление фонду EG Capital Real Estate, а в 2016 году продала австрийской инвестгруппе Immofinanz.

В холдинг Стэнтона и Накоса входит и российская УК EG Capital Partners, которая управляет активами пенсионных фондов Бориса Минца, объединенных в ФГ «Будущее». Также под управлением EG Capital Partners находятся паевые инвестиционные фонды «Эджи Эстейт» и «Эджи Эстейт Первый», среди их активов (всего на 4,5 млрд рублей) — ценные бумаги компаний, связанных с бизнесом Минца и его партнеров.

EG Capital Advisors активно занимается прямыми инвестициями. Компания инвестировала в китайский сервис взаимного кредитования Dianrong, африканский телеком-провайдер IHS Holding, биотех-компанию RetroSense Therapeutics, онлайн-курсы Coursera, американского разработчика ПО Palantir Technologies и производителя биоаккумуляторов StoreDot. В мае был запущен фонд EG Life Sciences Fund 1, который будет инвестировать в биотех- и медицинские компании.

В 2016 году EG Capital Advisors также выступила одним из спонсоров матча за звание чемпиона мира по шахматам между Сергеем Карякиным и Магнусом Карлсеном в Нью-Йорке. Борис Минц, известный своим пристрастием к шахматам, присутствовал на этом матче.

«Портфель довольно разношерстный, и его не могла бы собрать команда, имеющая опыт работы только на российском рынке», - размышляет владелец одного из фэмили-офисов. Владелец другого фэмили-офиса говорит, что EG Capital Advisors привлекала деньги российских клиентов, которые в последние годы испытывали проблемы с обслуживанием в европейских банках.

Борис Минц ранее имел опыт прямых инвестиций в технологические компании, в том числе на российском рынке. O1 Group инвестирует через фонды Buran Venture Capital (старший сын Минца Дмитрий входит в набсовет) в такие компании, как Ponominalu.ru, SravniKupi, Netology Group, Dashboard Systems, Shazam, GetIntent, ivi.ru.

Россия > Приватизация, инвестиции. Финансы, банки > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353288 Борис Минц


США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353284 Илон Маск

Илон Маск: «Вместе с искусственным интеллектом мы можем открыть ящик Пандоры»

Илон Маск

Основатель компаний Paypal, SpaceX и Tesla

К 100-летию журнала Forbes основатель SpaceX и Tesla Илон Маск написал эссе об опасностях искусственного интеллекта

От искусственного интеллекта общество получит много пользы, включая самоуправляемые автомобили и продвинутые технологии медицинской диагностики. Однако вместе с искусственным интеллектом мы можем открыть ящик Пандоры и подвергнуть опасности все человечество. Если бы суперинтеллект непреднамеренно настроили на причинение вреда человеку, последствия были бы катастрофическими.

Произойти такое может самыми разными способами: например, если попросить искусственный интеллект избавиться от спама и он придет к выводу, что спама не будет, если не будет и людей. Или, скажем, программа по работе с финансами решит, что быстрее всего заработать деньги можно, увеличив цену на акции компаний, занятых в оборонно-промышленном комплексе, и начав войну.

Мы первый вид, способный истребить себя сам, а если дать на это достаточно времени, то такой вариант развития событий более чем вероятен. Возникает вопрос: можем ли мы это предотвратить?

Необходимо учиться на собственном опыте и создать правительственное ведомство для регулирования искусственного интеллекта. В итоге подтянутся негосударственные компании, и мы сможем создать безопасные и полезные технологии, которые благотворно повлияют на дальнейшее развитие человечества.

Перевод Антона Бундина

США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 17 октября 2017 > № 2353284 Илон Маск


США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353263 Анна Немцова

Скандал вокруг Вайнштейна приоткрывает проблему сексуального насилия в Большом

Анна Немцова | The Daily Beast

"С незапамятных времен режиссеры театра и кино, богатые меценаты, балетмейстеры и преподаватели актерского мастерства здесь, в России, требовали секса от молодых актрис, балерин и студенток в обмен на роль в кино, в пьесе или повышение в балетной труппе", - пишет Анна Немцова в американском издании The Daily Beast. - Эта история так же стара, как российский театр, и общество относится к ней как к обыденности, банальности, о которой никто не говорит и не хочет, чтобы ее выносили в шумный зал суда. Актеры в современной России не могут припомнить ни одного громкого иска о сексуальном домогательстве, поданного пострадавшей от насилия актрисой".

Однако, по словам Немцовой, "дело киномагната Харви Вайнштейна в Америке дает нам повод заглянуть в это грязный мир у нас дома". Как говорится в статье, "если в случае домашнего насилия активисты добиваются для женщин дополнительных механизмов защиты, то российские актрисы и балерины предпочитают замалчивать вопрос и избегают обнародования своих болезненных историй как чего-то постыдного, пачкающего, даже как предательства своего творческого сообщества".

Журналистка взяла интервью у трех московских актрис театра и кино - "каждая из них была жертвой сексуальных домогательств со стороны известных режиссеров, которым было соответственно 62, 74 и 82 года. Ксения вспомнила, как на втором курсе московского театрального университета ходила на собеседование в офис известного режиссера (она предпочла, чтобы его имя не упоминалось). Режиссер был на 40 лет старше студентки. "Он закрыл дверь и велел мне раздеваться, - рассказала Ксения. - Я спросила зачем, и он немедленно меня выгнал, крича с раздражением, что его не интересуют актрисы, которые задают вопросы, вместо того чтобы делать что говорят".

"Несколько лет назад самый крупный театр страны, Большой - сцена, которую большинство балерин и музыкантов считают "храмом сценического искусства", - оказался в центре постыдного скандала, - продолжает Немцова. - Бывшая прима-балерина Анастасия Волочкова публично обрисовала жизнь в стенах Большого как печальный опыт на одном из самых популярных российских телеканалов - НТВ. Волочкова, которой сейчас 41, заявила, что генеральный директор театра "превратил Большой в гигантский бордель", где балерины были вынуждены оказывать интимные услуги финансовым покровителям театра".

"Позднее, когда ее обвинения были широко растиражированы, многие обвинили Волочкову в том, что она портит репутацию труппы", - пишет Немцова. "Честно говоря, мне все равно, что они говорят или думают обо мне", - заявила Волочкова изданию, признав, что во время своей карьеры в Большом она посещала "гала-вечера", организованные для балерин и богатейших мужчин России.

"Ее заявление, что Большой был "борделем", возможно, слишком сильное, - комментирует Немцова. - Балерины могут сказать "нет" и все же сохранить работу. Но часть истории Волочковой, несомненно, была правдой". Журналистка побеседовала с балеринами об особых вечеринках после выступлений, которые проводились в Лондоне и Дубае. "Как и в случае актрис, не все балерины согласились вступить в интимные отношения со своими обидчиками, и одной из солисток Большого, Анастасии, пришлось громко послать "к черту" российского олигарха на вечеринке в Лондоне - так громко, что все в комнате могли это слышать; и даже после этого она не потеряла работу", - говорится в статье.

"Большинство театральных режиссеров-мужчин считает, что если актрисы становятся жертвами сексуального насилия, то это вина жертвы. Пока существует такой предрассудок, российский театр будет заметать под ковер проблему сексуальных домогательств - стыдный и уродливый фон для блестящего российского сценического искусства", - заключает автор.

Также по теме:

Русские не понимают, почему все расстроены из-за "помешанного на девушках" Вайнштейна (Foreign Policy)

США > СМИ, ИТ > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353263 Анна Немцова


Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский

Наступает время авторитарных криптовалют

Леонид Бершидский | Bloomberg

"Учитывая, что Россия и Китай ухватились за идею суверенных криптовалют, пора задать простой вопрос: почему технология, угрожающая децентрализовать денежную систему, так привлекательна для высокоцентрализованных авторитарных режимов?" - пишет обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский.

На прошлой неделе проправительственная газета "Аргументы и факты" процитировала российского министра связи и массовых коммуникаций Николая Никифорова, заявившего, что президент Владимир Путин распорядился быстро начать выпуск "крипторубля". Согласно репортажу, Никифоров сказал, что для этой криптовалюты будет использоваться "российская криптография" и ее будет невозможно "майнить", как биткоин, потому что это будет "закрытая модель с определенным объемом регулируемой эмиссии", передает Бершидский.

"Это последовало за заявлениями главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной и министра финансов Антона Силуанова, подчеркнувших необходимость для российского государства поставить выпуск и использование криптовалюты под контроль", - говорится в статье.

Туманное описание Никифоровым крипторубля звучит похоже на недавние неофициальные предложения в Китае, отмечает автор.

Тех, кто считает, что главное новшество биткоина состоит в исключении из процесса центральной власти, заинтересованность Китая и России сбивает с толку. "Но правительства этих стран не собираются отдавать контроль системе блокчейна. Напротив, они пытаются понять, как снизить расходы для центрального эмитента на контроль за всем, что происходит в финансовой системе", - полагает Бершидский.

Наличные деньги имеют свои недостатки и для центробанков, и для правительств, отмечает автор. Их дорого печатать, чеканить, распространять и уничтожать. В то же время наличные анонимны - на них рассчитывают преступники и те, кто уклоняется от уплаты налогов. При традиционных электронных платежах случаются задержки при транзакциях.

При выпуске крипторубля расходы на поддержание денежной системы снизятся, платежи между компаниями и физическими лицами станут осуществляться быстрее, транзакции станут доступными для государственного контроля, прежде всего из соображений сбора налогов, говорится в статье. Никифоров говорил о введении подоходного налога на перевод крипторублей в обычные, если их владелец не сможет продемонстрировать, как была получена цифровая валюта.

На данный момент в планы России и Китая не входит отказ от наличных. Но это может быть их логической конечной целью, предполагает Бершидский.

"В обеих странах правительства не озабочены такими тонкостями, как право граждан на финансовую анонимность: порядочному гражданину нечего от них скрывать, а в противном случае пусть пеняет на себя", - говорится в статье.

Китай. Россия > СМИ, ИТ. Финансы, банки > inopressa.ru, 17 октября 2017 > № 2353260 Леонид Бершидский


Россия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 октября 2017 > № 2357457 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на Первом Глобальном форуме молодых дипломатов в рамках Всемирного фестиваля молодежи и студентов, Сочи, 16 октября 2017 года

Уважаемые коллеги, друзья,

Рад присутствовать на Первом Глобальном форуме молодых дипломатов, который организован в рамках XIX Всемирного фестиваля молодежи и студентов.

C удовольствием отмечаю, что это – инициатива Совета молодых дипломатов нашего Министерства иностранных дел. Приятно, что она получила широкую поддержку – как я понимаю, здесь представлены более 50 внешнеполитических служб различных государств мира.

Думаю, что такие встречи было бы полезно проводить традиционно, у нас есть такие планы, в том числе по созданию международной ассоциации молодых дипломатов. Будем активно поддерживать эти инициативы в той степени, в какой можем, именно поддерживать, не пытаясь вам что-то навязать. Мы в целом никому ничего не навязываем – это наш внешнеполитический принцип. Мы стараемся понять наших собеседников, найти баланс между интересами России и ее партнеров.

Уверен, что встав на дипломатическую стезю, вы сделали правильный выбор. Дипломатия – одна из самых увлекательных, востребованных и, что немаловажно, перспективных профессий, потому что международные отношения становятся все более сложными и многокомпонентными. В этой ситуации многократно возрастает ее роль в деле поиска эффективных ответов на масштабные вызовы современности. Дипломатия, в отличие от прошлых веков, когда дипломаты в основном занимались решением проблем войны и мира, сегодня занимается всеми без исключения сферами деятельности человечества от устойчивого экономического развития мировой экономики во всех ее сегментах до изменения климата, продовольственной безопасности, регулирования воздушного движения, морских транспортных путей и многого другого. Поэтому сегодняшний дипломат должен быть эрудированным, разностороннее развитым человеком. В этом смысле, конечно же, ваше общение, обсуждение актуальных и животрепещущих тем международной повестки дня считаю весьма важным.

Уверен, что роль дипломатии будет только возрастать. Никакие самые современные информационные технологии не заменят ее. Они могут служить лишь подспорьем в нашей ежедневной кропотливой работе, потому что без прямого – глаза в глаза – контакта, без прямого обмена оценками и аргументами в живом диалоге невозможно всесторонне уяснить позицию партнеров, понять возможности достижения компромиссов и найти баланс интересов в международной жизни, о котором я говорил.

Вызовы сегодняшнего дня поддаются решению лишь на основе коллективных политико-дипломатических усилий. Это – универсальный подход, который применим практически к любой проблеме, стоящей на международной повестке дня.

Когда берет верх ставка на односторонние подходы, методы нелегитимного давления и принуждения, а дипломатию пытаются «задвинуть» на задний план, то ничего хорошего из этого не происходит, результаты бывают плачевными.

Думаю, что в этой аудитории вряд ли стоит подробно говорить о том, что важнейшим залогом обеспечения глобальной и региональной безопасности и стабильности остается неукоснительное соблюдение международного права всеми без исключения участниками межгосударственного общения. Поэтому Россия настойчиво призывает в сегодняшней неспокойной обстановке вернуться к истокам – к зафиксированным в Уставе ООН основополагающим принципам международной жизни: суверенное равенство государств, невмешательство в их внутренние дела, разрешение споров мирными средствами.

Как я уже сказал, Россия никого не учит жизни, наша дипломатия старается сделать максимум возможного для того, чтобы помочь оздоровлению международной обстановки, эффективному решению стоящих перед всем человечеством многочисленных проблем. С удовольствием отмечаем, что наш подход в пользу совместных усилий по созданию системы равной и неделимой безопасности, налаживания широкого равноправного взаимовыгодного сотрудничества разделяется большинством членов мирового сообщества. Готовы и далее тесно работать «рука об руку» со всеми, кто готов к этому на основе взаимного уважения и учета интересов друг друга.

Сегодня идет становление новой более справедливой, более демократической, полицентричной системы мироустройства. В этом воплощается культурно-цивилизационное многообразие современного мира, желание народов самим определять свою собственную судьбу. Когда такие процессы развиваются бурно, когда, по большому счету, определяются параметры будущего мироустройства, которые будут отражать реалии сегодняшнего дня во всех областях жизни, то, я думаю, настает время подлинного возрождения дипломатии. В этом смысле мы очень рассчитываем, что наш сегодняшний форум будет успешным, станет началом новой традиции, поможет общению на уровне молодых дипломатов, а если это будет продолжаться на регулярной основе, то, когда вы займете руководящие посты в своих внешнеполитических ведомствах, думаю, вам пригодятся те контакты, которые вы друг с другом устанавливаете в такого рода мероприятиях.

Считаю, что это очень полезное и очень важное начинание. Постараемся в нем помогать.

Вопрос: Возможно ли объединение славянских государств? Было бы прекрасно, если бы мы не ссорились, а делали бы действительно полезные вещи вместе.

С.В.Лавров: Не просто возможно, а оно уже происходит. Около 10 лет назад по инициативе Словении и России был создан Форум славянских культур, который успешно функционирует, регулярно проводятся культурные мероприятия, обсуждаются перспективы конкретных взаимовыгодных проектов в экономике, социальной, образовательной и, если хотите, христианской сферах. Думаю, что у этого формата есть хорошие перспективы, он весьма востребован.

Вопрос: После убийства М.Каддафи Д.А.Медведев в своем выступлении сказал, что Россия осознанно воздержалась в ходе голосования в СБ ООН по поводу решения о создании бесполетной зоны над Ливией. Было ли это вопросом торга при вступлении России в ВТО, поскольку сразу после этого голосования в ООН Россия была принята в Торговую организацию?

С.В.Лавров: Никакого торга не было и не могло быть. США были сами, прежде всего, заинтересованы в нашем вступлении в ВТО. Под эту сурдинку они даже отменили поправку Джексона-Вэника, хотя причина, по которым она вводилась (запрет на эмиграцию из СССР) давным-давно исчезла. Американская политическая система позволяет отдельным членам Палаты представителей Конгресса, Сената США выдумывать любые поводы, чтобы заблокировать давно устаревшие законы. Поэтому никакого торга не было. Имело место стремление не допустить кровопролитие, поэтому мы не возражали против принятия бесполетной зоны над всей территорией Ливии. Это означало только одно – авиация ВВС Ливийской Арабской Джамахирии не должна была подниматься в воздух, и она не поднималась. СБ ООН постановил, что можно применять все необходимые меры для обеспечения режима этой бесполетной зоны. Такого рода формулировки означают, что силу можно применять только в случае, если какой-то самолет нарушит режим бесполетной зоны. Вместо этого наши коллеги из НАТО подняли в воздух свои ВВС и стали бомбить армию М.Каддафи, помогая повстанцам, среди которых было очень много террористов, ликвидировать лидера ливийской революции, как его называли. Все видели, с каким наслаждением американские телеканалы показывали момент зверского убийства М.Каддафи.

Как сказал Президент России В.В.Путин, резолюция СБ ООН была нарушена и грубейшим образом растоптана. Это к вопросу о договороспособности наших западных партнеров. Они просто повели себя подло и бесчестно (такое периодически случается с нашими западными коллегами).

Вопрос: Хотелось бы поблагодарить С.В.Лаврова, поскольку российская дипломатическая деятельность приносит пользу не только Российской Федерации, но и всему миру в целом, в том числе Африке. Уверен, что Ваши педагоги в МГИМО могли бы поставить Вам твердую пятерку с плюсом за мастерство, но в том, что касается отношений с государствами Центральной Африки – три с минусом. Вы ездите в Западную Африку, но Черная Африка не так Вас интересует. Возможно, у нас нет очень развитой инфраструктуры, но есть полезные ископаемые и люди, которые очень ценят внешнеполитический курс России. Планируются ли у Вас поездки в государства Центральной Африки, в частности, в Чад? Есть ли у Вас план по развитию взаимодействия с этими странами? Недавно планировался визит в Россию Президента Республики Чад И.Деби по приглашению Президента России В.В.Путина, однако, он не состоялся. Хотелось бы узнать о причинах отмены этой встречи.

С.В.Лавров: Исхожу из того, что когда Вы говорите Центральная Африка, то имеете в виду регион, а не только ЦАР. Мы регулярно общаемся с представителями этих стран, я принимаю моих коллег на регулярной основе. Визит Президента Республики Чад, безусловно, состоится, когда стороны договорятся о его содержании. Никакого политического смысла это не несет, просто всегда необходимо понимать, каким будет результат того или иного визита.

Вы говорили про полезные ископаемые. Наверняка, есть проекты, в которых заинтересована Ваша страна. Есть российские партнеры, которые готовы совместно реализовывать эти проекты, но необходимо договориться о том, что будет венчать такой важный саммит, как визит Президента Чада. Уверен, что мы найдем такие договоренности.

Помимо полезных ископаемых, нас связывает история многих десятилетий, начиная с борьбы африканских стран против колониализма. Вклад, который внесла наша страна в эту борьбу, в то, чтобы африканские страны осваивались как суверенные независимые государства, постоянно присутствует в нашем диалоге с африканскими партнерами. Они выражают нам признательность и подчеркивают, что хотят выстраивать нынешние отношения, прежде всего, исходя из этого очень тесного политического взаимодействия, близости взглядов на современный мир и на то, как государства должны общаться между собой. Это весьма ценное завоевание. Сейчас нам нужно решить главную задачу: как перевести этот прекрасный уровень политических отношений в экономическую и другие сферы взаимодействия.

Вы абсолютно правы – нам нужно больше работать друг с другом. Проекты, которые помогут нам теснее сотрудничать, должны быть взаимовыгодными и отвечать интересам партнеров в Республике Чад, в других странах Африки и в Российской Федерации.

Совсем недавно в Сочи был Президент ЦАР, с которым я провел полезные переговоры. Подчеркну еще раз, в течение этого года несколько африканских представителей, включая ЦАР, посещали Российскую Федерацию. Что касается моих планов, то в Африку я собираюсь в следующем году. Пока не знаю, куда и когда – мы должны проработать вопросы, которые могут быть актуальны в этот момент. Я услышал Вас, будем ждать, когда и Ваше Правительство подтвердит приглашение.

Вопрос: Не могли бы Вы прокомментировать слова Д.А.Медведева о том, что Россия осознанно воздержалась от голосования в СБ ООН?

С.В.Лавров: Вы думали, что мы бессознательно голосовали? Когда Россия голосует, то делает это осознанно. Мы добились того, что резолюция не выходила за те рамки, о которых я сказал, а именно, режим бесполетной зоны и возможность принимать все необходимые меры исключительно для обеспечения выполнения этого режима бесполетной зоны. В любом случае, мы имели сомнения в отношении необходимости такой резолюции, но не стали ее ветировать, потому что она не давала никакого мандата на применение силы против армии М.Каддафи, если не летает ни один самолет в этой зоне. И ни один самолет не летал. НАТО поступило абсолютно противоправным образом.

Вопрос: У России хорошие отношения с Ираком и Курдистаном. В настоящее время происходят столкновения между курдскими силами и ополченцами, которые поддерживают руководство Ирака. Какова позиция России по этому вопросу? Готова ли Российская Федерация помогать руководству Ирака и Курдистана в организации переговорного процесса?

С.В.Лавров: У нас отрицательная позиция в отношении столкновений. Считаем, что это противоречит интересам всего иракского народа, включая курдов. Хотим, чтобы скорее была достигнута договоренность о том, как дальше будет продолжаться проживание в одном государстве всех, кто сейчас живет в Ираке.

Мы имеем хорошие отношения с Багдадом и Эрбилем, где у нас есть Генеральное консульство. Все наши контакты, предполагающие экономические проекты с Курдистаном, не являются тайной для Правительства в Багдаде. Мы всегда обсуждаем эти вопросы с Правительством Х.Абади и будем продолжать поощрять стороны к тому, чтобы они договаривались о том, как жить дальше, учитывая все аспекты этой ситуации, в том числе региональный аспект, в связи с тем, что курдская проблема волнует не только напрямую Ирак, но и Иран, Сирию, Турцию. В интересах спокойствия в регионе, где и так хватает раздражителей, важно найти общепримлемое решение.

К сожалению, в свое время не было предпринято достаточно усилий для того, чтобы решить две главные проблемы, которые остались подвешенными – как распоряжаться доходами от нефти и каков статус Киркука. Стремление отложить их на потом оказалось не очень благоприятным для развития иракского государства.

Вопрос: Повестка дня сегодняшней встречи «Как защитить мир». Но как быть, если сегодня с трудом удается защитить достоинство людей, которые уже защищали этот мир? Имею в виду различные факельные шествия фашистской направленности и закон о декоммунизации, который вступит в силу в Польше примерно через неделю. Закон ставит вопрос об уничтожении памятников, посвященных павшим героям Великой Отечественной войны, героям союзников. Пару дней назад в Польше состоялась организованная жителями страны конференция, в ходе которой прозвучало обращение директора Департамента информации и печати МИД России М.В.Захаровой. Как привлечь к происходящему внимание мировой общественности, чтобы они не смотрели на это сквозь пальцы? Есть ли механизмы в рамках ООН или международного права для решения данной проблемы?

С.В.Лавров: Рычаги есть, и они используются много лет. К сожалению, результат не очень эффективен.

Уже много лет в ходе ГА ООН мы ежегодно принимаем резолюцию о недопустимости героизации нацизма, в том числе о недопустимости осквернения памятников, посвященных истории Второй мировой войны. Эта резолюция набирает подавляющее большинство голосов. Против голосуют США, последние три года – Украина и еще несколько микрогосударств, зависящих от США. В ЕС кто-то голосует против, кто-то воздерживается. На вопрос, почему наши соседи занимают такую позицию, они отвечают, что не хотят, чтобы мы обижали страны Балтии – они и так испытывают некие комплексы. Однако, во-первых, в этой резолюции не упомянута ни одна страна – там просто содержится универсальный принцип о недопустимости героизации преступников, которые были объявлены таковыми Нюрнбергским трибуналом, чьи решения никто никогда не отменял, и срока давности они не имеют. Во-вторых, что касается комплексов в некоторых странах, то это дело не новое. Когда три балтийских государства буквально втягивали (поскольку по критериям они еще не были к этому готовы) в НАТО и ЕС, мы спрашивали у «старых» европейцев, зачем они это делают, зачем вовлекают эти страны в свои структуры, когда из трех этих столиц звучит постоянная антироссийская риторика. Нам отвечали, что риторика звучит потому, что они помнят свое советское прошлое (их оккупировали, у них постоянная нервозность). НАТО и ЕС возьмут их в свои «объятия», и они успокоятся. Но они не успокоились. Более того, сейчас, когда рассматривается вопрос об отношениях с Россией, ЕС встает в один ряд и «берет под козырек» агрессивному меньшинству, где запевалами являются три балтийские страны и Польша, прежде всего.

К огромному сожалению, прославление неонацистов характерно не только для стран Балтии и Польши. В последние годы неонацизм буйно расцветает на Украине. Позавчера, если не ошибаюсь, был новый «день защитника отечества», объявленный в годовщину создания Украинской повстанческой армии, которая была пособником нацистов. Поразительно, когда люди, чья страна была одной из наиболее пострадавших во время Великой Отечественной войны, с такой легкостью впитывают в себя эту гадость (извините, по-другому не могу сказать).

Это большая проблема, внимание к которой мы привлекаем не только путем резолюции ГА ООН. Мы работаем с ЕС, в ОБСЕ практически на повседневной основе предлагаем соответствующие инициативы. В связи с последним всплеском борьбы с памятниками в Польше, о чем Вы упомянули, у нас есть конкретные предложения в ЮНЕСКО и на ГА ООН, где в ходе моего выступления в прошлом месяце эта тема была одной из основных.

Как я уже сказал в начале, к сожалению, пока это не возымело желаемого результата. По-прежнему наши западные партнеры, как Вы правильно подчеркнули, относятся «спустя рукава» к своим обязанностям заставить членов ЕС уважать и исповедовать на практике европейские ценности. Как видите, верх берет стремление сплотиться в солидарности Евросоюза на антироссийской основе. Это может плохо кончиться. Уверен, что это еще негативно аукнется для самих этих государств.

Процесс декоммунизации в целом начался давно. В Польше очень скоро после распада Варшавского договора (в Чехии, по-моему, тоже) из Министерства иностранных дел удалили выпускников советских вузов, прежде всего, МГИМО. Хотя опыт многих других стран, в том числе Восточной Европы, показывает, что выпускники МГИМО и в современных условиях востребованы как в интересах развития своих, ныне независимых государств, так и в интересах активного участия в общеевропейском и общемировом сотрудничестве. Нынешний Председатель ГА ООН, вице-премьер, Министр иностранных дел Словакии М.Лайчак – один из таких людей.

Вопрос: Я из лагеря беженцев сахрави, дипломат. Хотел бы узнать позицию России как члена СБ ООН по вопросу деятельности «голубых касок» в рамках Миссии ООН по проведению референдума в Западной Сахаре (МООНРЗС).

С.В.Лавров: Я подтверждаю нашу позицию в пользу урегулирования западносахарской проблемы на основе резолюции Совета Безопасности ООН. Такие резолюции регулярно принимаются, в том числе подтверждая мандат Миссии ООН по проведению референдума в Западной Сахаре. Мы будем делать все, чтобы Совет Безопасности сохранял консенсус по данному вопросу. Накануне принятия таких резолюций проводятся консультации со всеми заинтересованными сторонами, в том числе с дипломатами, которые представляют Западную Сахару в ООН. Я исхожу из того, что это единственный способ для продвижения урегулирования, которое будет приемлемым для всех.

Вопрос: Я представляю Демократическую Республику Конго (ДРК). У меня два вопроса. Никто не может оспорить тот факт, что Вы являетесь опорой, стержнем мировой дипломатии. Но я не понимаю, почему по отношению к США Вы так сдержанны? Если они что-то сделали, то и Вы должны в ответ что-то предпринять. И второй вопрос. Какова Ваша политика по отношению к Африке и конкретно к Демократической Республике Конго – стратегически важной стране с огромными природными ресурсами? Западники стоят за этой страной, и они ждут от Вас каких-то действий. Эта страна ведет себя сдержанно. Вы ждете, что она сама пойдет к Вам навстречу?

С.В.Лавров: Касательно наших отношений с Демократической Республикой Конго. Нас сейчас во многом обвиняют, Вы нас сейчас обвиняете в том, что по нашей вине не урегулирован конфликт, что мы слишком пассивные. Это не так. Мы являемся непосредственным участником переговоров о будущем ДРК, входим в состав Группы друзей Региона Великих Озер, которая активно занимается этим вопросом, помогая самим конголезцам, во-первых, ликвидировать террористическую угрозу, а во-вторых, найти путь, обеспечивающий устойчивое развитие своей страны.

К сожалению, те соглашения, которые были достигнуты в начале года и которые все активно приветствовали, сейчас находятся под угрозой затягивания их выполнения. Имею в виду договоренность о подготовке выборов. Мы периодически слышим заявления о том, что технически выборы трудно провести до конца года. Это дает повод оппозиции обвинять правительство в том, что оно не хочет выполнять то, о чем договорились.

Упоминаю об этом только по одной причине: мы всегда стимулируем диалог между главными оппонентами. Только сами конголезцы могут решить свою судьбу. Ни Россия, ни Франция, ни США, ни Бельгия за вас этого не сделают. Поэтому мой совет – обеспечьте внутри ДРК то, о чем договаривались некоторое время назад.

Я уже упоминал сегодня очень важный аспект дипломатии и вообще общечеловеческую ценность – договороспособность. Это будет главное. Тогда, наверное, не придется искать за пределами ДРК государств, которые могут по мановению волшебной палочки урегулировать все ваши внутренние проблемы.

Мы вам желаем успехов. Я совсем недавно встречался с Министром иностранных дел ДРК, министрами иностранных дел соседних стран (буквально несколько дней назад в Москве был мой коллега из Бурунди), со многими другими, кто является активными участниками переговорного процесса, с теми, кто поддерживает диалог, без которого вашу проблему не решишь.

Что касается наших отношений с США, то, я так понимаю, вы за то, чтобы мы с такой же агрессией отвечали на агрессивные действия США в дипломатическом масштабе. И что будет из этого хорошего?

Я часто слышу и в России, что нельзя действовать по принципу «если ударили по левой щеке, подставь правую», а надо действовать по принципу «око за око, зуб за зуб». Мы все-таки реагируем исходя из наших собственных интересов.

Да, действительно, когда администрация Б.Обамы, лауреата Нобелевской премии мира, напоследок грубейшим образом наплевала в российско-американские отношения и в декабре прошлого года противоправно экспроприировала дипломатическую собственность российского государства, когда выгнали 35 наших дипломатов с семьями, маленькими детьми, не предусмотрев даже достаточно времени, чтобы они смогли по-человечески собраться, мы решили не отвечать, поскольку это было сделано осознанно. Г-н Б.Обама и его команда срывали на Российской Федерации злобу, которая была обусловлена поражением кандидата от Демократической партии. Все это прекрасно понимали. И мы не хотели отвечать глупостью на глупость, а вернее, глупостью на гадость.

Но когда администрация уже Президента Д.Трампа не смогла отозвать это нелегитимное решение (сейчас не буду вдаваться в причины, очень сложная ситуация в США, посмотрите, какие настроения в Конгрессе, СМИ), тогда мы поняли, что нам придется ответить, потому что в дипломатии законы взаимности никто не отменял. Мы ответили адекватно известным решением о прекращении пользования американскими дипломатами двумя объектами собственности в Российской Федерации. Сейчас мы подаем в суд. Мы все-таки хотим быть правовым государством (нас часто обвиняют в том, что это не так), внутри России много делается для укрепления судебной системы. И на международной арене мы будем добиваться справедливости через законные справедливые процедуры.

Кстати сказать, США, да и все западные европейские партнеры, когда заходит диалог о правах человека, постоянно говорят и вам, и нам, что мы должны обеспечить у себя в стране верховенство права, закона. Мы отвечаем, что готовы это делать. Но когда мы переходим к обсуждению международных проблем и предлагаем записать, что и в международных отношениях должно быть верховенство права и демократии, то они от этого уходят.

Это и есть тот самый двойной стандарт, то самое желание воспрепятствовать естественному течению исторического процесса, в соответствии с которым формируется многополярная, а не однополярная международная система.

Мы прагматично подходим к взаимодействию с США. Там, где это можно использовать в интересах решения региональных, глобальных задач, мы будем с ними взаимодействовать. Это касается и диалога стратегической стабильности. Отказаться от такого диалога, несмотря ни на что, было бы безответственно.

Я удовлетворен тем, что новая Администрация не уходит от этого разговора. Это касается и отдельных аспектов, скажем, ситуации в Сирии. Мы с США, Иорданией договорились о создании очень важной зоны деэскалации на юго-западе САР. Это было важным достижением. Правда, опять вынужден делать оговорку касательно договороспособности или отсутствия таковой. В связи с тем, что в последнее время, как Вы, наверное, знаете из новостей и сообщений нашего Министерства обороны, мы наблюдаем странное явление, когда из Ирака, где вроде бы американцы имеют серьезное влияние, и из тех районов Сирии, которые контролируют американцы, почему-то беспрепятственно с оружием выходят боевики на своих пикапах с пулеметами и создают проблемы для армии САР. Сейчас с американскими коллегами выясняем по соответствующим каналам, что это такое. Надеюсь, что наши опасения в том, что это делается сознательно, не оправдаются.

Повторю (это опять же к вопросу о договороспособности), что точно так же мы готовы работать с американцами над любой другой проблемой в целях нормализовать обстановку в мире, в том числе и в такой сфере, как киберпреступность.

Мы подготовили соответствующие предложения. Президент России В.В.Путин и Президент США Д.Трамп обсуждали их в ходе своей встречи «на полях» саммита «двадцатки» в Гамбурге. Было высказано позитивное отношение к тому, чтобы создать совместную рабочую группу по кибербезопасности и в рамках такой группы развеять все сомнения относительно того, кто куда вмешивался, с какой целью, было ли такое вмешательство, или все это досужие домыслы. К сожалению, как я понимаю по причинам внутриполитической конъюнктуры, Белый дом не смог подтвердить готовность создать такую группу в практическом плане. Это печально, потому что препятствуют такому сотрудничеству между Россией и США ровно те, кому выгодно поддерживать российско-американские отношения в таком безобразном состоянии путем выдуманных обвинений, не предъявив ни единого, подчеркну это еще раз, факта.

Когда мы просим положить факты на стол, нам говорят, что они уверены, что мы вмешивались в их выборы и продолжаем вмешиваться, однако не могут предъявить нам факты, потому что это «секретная информация». Так можно вообще что угодно выдвигать и уходить от конкретного разговора.

Когда сейчас нам пытаются, в т.ч. и в отношениях с европейцами, с НАТО навязать дискуссию, сутью которой будет обвинение нас в ведении всяких гибридных войн, наш ответ очень простой: давайте начнем с кибербезопасности. Все таким образом пытаются переводить стрелки на нас. Нас обвиняли во вмешательстве в выборы в США, Франции, Германии, Швеции – ни одного факта. А то, что Канцлера Германии (и это установленный факт) прослушивало американское Агентство национальной безопасности, об этом почему-то молчат, в том числе и те, кто обвиняет нас в несуществующих грехах.

Еще раз скажу, что мы относимся к этому философски. Предвзятость, двойные стандарты – мы к этому привыкли. Это проявление в значительной степени того самого болезненного восприятия у Запада в связи с тем, что эра безраздельного доминирования западных стран в истории человечества уходит. Этот процесс будет не коротким, сама эра доминирования заняла несколько столетий. Но формирование полицентричной системы мироустройства – это объективная данность. Эта данность, я уверен, будет осознана и западными странами, хотя это болезненный для них процесс, поскольку они уже привыкли к несколько иному положению дел в мире, когда они «заказывали музыку». Теперь придется договариваться не о сольных выступлениях, а о партитуре, которая в себя включает весь оркестр, весь концерт мирового сообщества.

Россия. ЮФО > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 октября 2017 > № 2357457 Сергей Лавров


Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 октября 2017 > № 2357456 Сергей Лавров

Выступление Министра иностранных дел Российской Федерации С.В.Лаврова на панельной дискуссии «Общество и мировая политика» в рамках XIX Всемирного фестиваля молодежи и студентов, Сочи, 16 октября 2017 года

Дорогие друзья,

Прежде всего хотел бы всех вас поприветствовать на Всемирном фестивале молодежи и студентов. Мы заинтересованно восприняли предложение организовать дискуссию «Общество и мировая политика», тем более что Россия всегда выступала за честный, откровенный диалог по любым, даже самым сложным и неоднозначным вопросам международной повестки дня. Такой откровенный товарищеский диалог особенно необходим среди молодежи.

Фестиваль собрал многие тысячи юношей и девушек со всего мира. Это прекрасная возможность, чтобы лучше узнать друг друга, договориться о дальнейших контактах в интересах поддержания доверия и взаимопонимания между странами и народами. Это хорошая возможность компенсировать то, что пока не удается сделать политикам на «взрослом» уровне.

Убежден, что Фестиваль станет для вас настоящим праздником, позволит обрести новых друзей. Разумеется, советую уделить самое пристальное внимание достопримечательностям Сочи – города, который уверенно утвердился в качестве международного спортивного, дискуссионного, туристического, культурно-образовательного центра.

Что касается ситуации в мире, то она остается сложной и труднопредсказуемой. Не урегулированы застарелые, «замороженные» конфликты. Появляются новые вызовы безопасности, в первую очередь – беспрецедентный всплеск международного терроризма, который угрожает всем без исключения государствам.

По-настоящему объединиться для эффективной борьбы с общими для всех угрозами пока не получается. Основная причина, на наш взгляд, в том, что некоторые правительства пытаются преследовать исключительно свои геополитические интересы в ущерб коллективной работе, хотят извлечь для себя выгоду из кризисов и конфликтов. Стали все чаще применяться методы «экспорта» государственного устройства, навязывания другим народам чуждых им ценностей и рецептов преобразований без учета традиций и национальных особенностей. Использование военной силы в обход Совета Безопасности ООН, практика односторонних санкций, экстерриториальное применение национального законодательства серьезно подорвали авторитет международного права. Ряд стран, резонно опасающихся повторения у себя дома югославского, иракского, ливийского сценариев, стремятся любым способом нарастить военную мощь. Как результат – опасная гонка вооружений, риск неконтролируемого расползания оружия массового уничтожения. Глубокое беспокойство вызывает продолжающаяся утрата взаимного доверия, восстановить которое будет нелегко.

К сожалению, эти негативные тенденции лишь усугубились в результате решения США о фактическом выходе из Совместной всеобъемлющей программы действий по иранской ядерной программе и в результате угроз Вашингтона решить проблемы Корейского полуострова военным путем.

Нарастание все новых проблем говорит о том, что попытки сколотить однополярную модель мироустройства провалились. Все убедились, что односторонними действиями невозможно решить глобальные проблемы. Международные отношения представляют собой столь сложный механизм, что управлять им из одного центра попросту невозможно.

Сегодня мировой геополитический ландшафт стремительно меняется. Все большее число стран выступают за выстраивание международной жизни на подлинно демократических, справедливых началах. Новые центры экономической мощи (а они есть на всех континентах) берут на себя ответственность за поддержание стабильности в своих регионах. Процесс формирования полицентричной архитектуры глобального управления – не чья-то прихоть, а объективная реальность, отражающая культурно-цивилизационное многообразие современного мира, желание народов сохранить свою самобытность, самостоятельно определять пути собственного развития.

Тем не менее этому естественному объективному процессу пытается воспрепятствовать небольшая группа западных стран, которые стремятся сохранить свое доминирование. Получается парадоксальная картина: страны, которые считают себя эталоном демократии, выступают против плюрализма в мировой политике, тем самым предавая демократические ценности.

В этом смысле показателен пример США в исторической ретроспективе. Нацию, построенную отцами-основателями на основе отрицания империализма, утверждении идеалов демократии, равенства, справедливости и торжества закона, хотят превратить в воинственное, нетерпимое к инакомыслию и готовое преступать международное право государство.

Международные отношения находятся на важном перекрестке – либо мир окончательно погрузится в хаос и нестабильность, либо, наконец, удастся преодолеть спираль конфронтации и договориться о совместной взаимоуважительной работе с опорой на принцип равной и неделимой безопасности во имя благополучия и процветания всего человечества.

Россия однозначно за второй путь, единственно возможный для успешного противодействия многочисленным угрозам современности. Наша линия в мировых делах не ставит целью нанесение какого-либо ущерба кому бы то ни было. Будем и далее последовательно отстаивать ценности правды и справедливости, уважать интересы других стран, стремиться выходить на взаимоприемлемые компромиссы. Продолжим продвигать мирную, положительную, устремленную в будущее повестку дня на международной арене, выступать в качестве гаранта глобальной стабильности. Будем наращивать равноправное, взаимовыгодное сотрудничество со всеми, кто к этому готов, как на двусторонней основе, так и на многосторонних площадках. Примером служит деятельность таких объединений нового типа, как БРИКС, ШОС, ЕАЭС, где решения принимаются на основе выверенного консенсуса с учетом интересов каждого участника.

С удовлетворением отмечаем развитие молодежных форматов сотрудничества в рамках ШОС и БРИКС. Это будет обеспечивать преемственность в работе на долгосрочную перспективу. Несмотря на русофобские настроения определенной части элит на Западе мы всегда открыты к честному взаимодействию с США, ЕС и НАТО – но именно к честному, основанному на поиске баланса интересов. Когда применяется такой подход, то удается достичь результата.

Кстати, серьезный потенциал, адекватный процессам формирования полицентричного миропорядка, заключен и в «Группе двадцати», где представлены западные страны, Российская Федерация и страны развивающегося мира.

Мы придаем большое значение углублению сотрудничества с гражданским обществом, российскими и зарубежными некоммерческими организациями, в том числе с молодежными. Приветствуем участие молодых, заинтересованных людей в осмыслении ключевых проблем международной повестки дня. Видим в этом важное подспорье в деле развития общественной дипломатии, нацеленной на поддержание доверия на международной арене. Всегда готовы внимательно выслушивать ваши оценки, готовы поддержать ваши начинания.

Дорогие друзья, уже скоро вам предстоит взять ответственность за положение дел как у себя на родине, так и на международной арене. Об этом вчера подробно говорил Президент Российской Федерации В.В.Путин. От вас зависит, чтобы будущее нашей планеты было радостным, процветающим, стабильным и безопасным для всех.

Надеюсь, что участие в Фестивале будет для вас полезным и в профессиональном, и чисто в человеческом плане, что вы обретете новых друзей. Желаю вам успешной работы и всего самого доброго.

Вопрос: Как Российская Федерация оценивает ситуацию в Каталонии?

С.В.Лавров: Мы рассматриваем это как внутреннее дело Испании. Мы слышим призывы к диалогу, заявления о готовности к нему, в том числе из Барселоны. Полагаю, что это единственный путь к рассмотрению сложившейся в результате референдума ситуации. Надеюсь, что диалог начнется и будет найдено решение в рамках Конституции Испании и с учетом того, как всем гражданам испанского государства жить комфортно, в безопасности и в тесном контакте друг с другом. Другого пути я не вижу.

Вопрос: Не могли бы Вы прокомментировать создание международного уголовного кодекса в рамках ООН как возможной альтернативы Международному уголовному суду, не входящему в Организацию? Я участвовал в разработке этого проекта, сейчас он почти готов. Хотелось бы услышать комментарий живой легенды. Что Вы думаете об альтернативе для международного трибунала в рамках миротворческих судов, которые создавались бы при введении миротворческого контингента, являясь альтернативой, которая позволила бы сократить издержки по осуществлению правосудия на территории враждующих сторон?

С.В.Лавров: Для того, чтобы комментировать, я должен узнать о существе инициатив о международном уголовном кодексе и международных судах. На основе термина или названия той или иной идеи трудно давать комментарии по существу. Если Вы предлагаете создавать миротворческие суды в рамках операций по поддержанию мира, то пока я сомневаюсь, что это хорошая идея (это мое первое ощущение). Получается, что миротворцы одновременно выполняют функцию поддержания мира и судят, как эта функция соблюдается теми, кого они опекают. Здесь может наблюдаться конфликт интересов.

Были примеры специальных судов ad hoc, которые создавались СБ ООН не в рамках миротворческих операций, а просто для того, чтобы разобраться в виновности конкретных лиц в конфликтах. В частности, до сих пор функционирует трибунал по бывшей Югославии (хотя давно пора его закрыть), трибунал по Руанде. Трибунал по бывшей Югославии доказал свою серьезную предвзятость и однобокость. Порядка 80% затеянных им дел были нацелены против сербов, а дела, которые были заведены в отношении других национальностей, очень часто рассыпались. Есть такой Р.Харадинай, являющийся сейчас премьер-министром Республики Косово. Он был военным преступником, обвинялся в военных преступлениях и был отпущен за недостатком улик, потому что все приглашенные свидетели таинственным образом исчезали или отказывались давать показания. Это пример из нынешней практики. Но если Вы пришлете в МИД России свои работы по международному уголовному кодексу и по миротворческим судам, мы с удовольствием их посмотрим и отреагируем.

В первом ряду сидит «контакт», к которому Вы можете подойти – руководитель Совета молодых дипломатов (СМД) К.О.Колпаков. Тем более, в СМД есть проект, который сопряжен с аналитической работой молодых студентов.

Вопрос: Могли бы Вы прокомментировать создание единого кодифицированного источника уголовного права в рамках ООН вместо англо-саксонской правовой системы?

С.В.Лавров: Я понимаю, что есть англо-саксонская правовая система, есть римское право, но для того, чтобы отреагировать на вопрос о том, что я думаю о конкретной новой далеко идущей инициативе, я должен с ней познакомиться, а не только узнать, как она называется в Ваших трудах.

Вопрос: Каковы, на Ваш взгляд, роль и место России через 10 лет? Какова роль молодежи в этой будущей России? Что на сегодняшний день должна и не должна делать молодежь, чтобы жить в процветающей будущей России?

С.В.Лавров: Это вопрос на целый жизнеутверждающий, философский роман.

Убежден, что роль России через 10 лет будет весьма весомой. Мы надеемся, что через 10 лет будет гораздо больше проявляться тенденция к многополярности (а это объективная тенденция), когда на разных континентах появляются новые мощные экономические и финансовые державы, а с этой мощью приходит политическое влияние. Думаю, что те, кто сейчас пытаются ее остановить, сохранив одностороннее доминирование, к тому времени немного поумнеют и не будут идти против течения истории.

Одним из полюсов многополярного мира, без всякого сомнения, будет Россия, которая будет объединять вокруг себя союзников, прежде всего, соседей, в том числе в рамках проекта Большой Евразии, который предложил Президент России В.В.Путин и который предполагает развитие связей между ЕАЭС и евразийской интеграцией вообще, между этой интеграцией и китайской инициативой «Один пояс – один путь» с вовлечением ШОС, государств-участников АСЕАН. У нас один континент, и почему бы в перспективе не распространить эти процессы и на ЕС, который все больше начинает понимать, что в одиночку, без партнерства с Россией, Европейский союз будет последовательно терять свое влияние в экономике и мировой политике. Об этом несколько дней назад сказал глава Еврокомиссии Ж.-К.Юнкер, выступая на мероприятии.

Что касается роли молодежи в России, которая будет через 10 лет, то вы будете уже чуть взрослее, ровно на 10 лет. Надеюсь, что вы сможете использовать в полной мере имеющиеся сейчас и создающиеся дополнительно социальные «лифты», проявив свои таланты. Чтобы это произошло, молодежь не должна препятствовать своему естественному жизненному циклу, и через 10 лет вы будете успешными людьми.

Вопрос: Я испытываю огромную гордость за то, что нашего Министра иностранных дел знают не только в России, но и во всем мире. Расскажите, пожалуйста, приветствуются ли молодые кадры внутри Вашего ведомства? Какой возраст у самого молодого специалиста, работающего сейчас в МИД России?

С.В.Лавров: Хороший вопрос. Молодые кадры у нас не просто приветствуются – без них мы не выживем, как любая живая структура, состоящая из людей, которые взрослеют и нуждаются в смене. Ректор МГИМО А.В.Торкунов не даст соврать, что ежегодно МИД России принимает порядка сотни (в этом году 115) выпускников, 85% из которых закончили МГИМО, МГУ, МГЛУ, СПбГУ и ДВФУ. Так происходит каждый год. В первые годы моего труда на этом посту больше половины принятых нами на работу сотрудников были девушками. При последнем приеме в МИД России (А.А.Карелин до этого говорил о спортивных приемах, мы говорим о приеме на работу, а есть еще дипломатический прием – но это совсем из «другой оперы») девушек было порядка 45%.

К своему стыду, не знаю, кто самый молодой или молодая. Наверное, нужно иметь эту информацию, общаясь с такой аудиторией. За 10 лет многие сделали себе хорошую карьеру и продолжают расти в должностях и рангах (у нас есть должности и ранги, как в армии – должности и звания).

Приезжайте!

Вопрос: Немецкий бизнес выступает против продления санкций, потому что Россия является одним из крупнейших партнеров по покупке немецкого высококачественного оборудования. Я проходила практику на одном из производящих такое оборудование предприятий, которое, к сожалению, закрылось из-за санкций. Как активной немецкой молодежи повлиять на улучшение или нормализацию торговых отношений между Германией и Россией?

С.В.Лавров: Нас обвиняют в том, что мы вмешиваемся в проведение выборов в США, Германии, Франции, Швеции. Вы хотите, чтобы мы еще и в экономику вашу вмешались?

Если серьезно, то происходящее с обвинениями в адрес нашей страны во всем и вся – это абсурд. Вы правы в отношении санкций – это обоюдоострое оружие, которое бьет бумерангом по тем, кто их вводит. Это закон экономики: если ты искусственно, вопреки требованиям свободного рынка и нормам ВТО, ограничиваешь экономические связи, то тот, против кого ты это делаешь, имеет полное право ответить взаимностью – не важно, симметрично или ассиметрично. То, что товарооборот, не так давно достигавший более 400 млрд.евро, упал почти вдвое – прямой результат не только мировой конъюнктуры, цен на нефть и газ, но и введенных санкций, в ответ на которые мы были вынуждены принять встречные меры.

Все больше политиков, представителей бизнеса вслух говорят о том, что это переходит все разумные пределы, что нужно возвращаться к нормальному сосуществованию. Такие голоса слышны в Италии, Франции, Германии и в целом ряде других стран. Думаю, что разум восторжествует.

***

С.В.Лавров (добавляет после Ф.Фраттини): Продолжу начавшийся диалог. Ф.Фраттини сказал, что в силу механизмов, на основе которых функционирует ЕС, Италия в одиночку не могла предотвратить принятие решения о вводе антироссийских санкций. Г-н Франко мой друг и не обидится, но то же самое мне говорили еще пять или шесть министров – моих коллег. То есть, если бы они объединились и сказали, что это не соответствует существующему в ЕС принципу консенсуса, то, наверное, ситуация была бы иной. Говорю это не для того, чтобы выразить свое неприятие позиции той или иной страны. Просто, когда наши многочисленные друзья в ЕС просят нас понять, что они «за», но в Европейском союзе существует принцип солидарности и консенсуса, то, по моему разумению, в дипломатии, политике и жизни компромисс всегда находится где-то посередине между крайними позициями.

Наверное, в ЕС есть несколько стран, которые вообще не хотели наказывать Россию за то, что произошло в Крыму в полном соответствии с волеизъявлением крымского народа и решением Верховного Совета Крыма, который был избран по Конституции Украины и был полностью легитимен с точки зрения украинского закона при проведении референдума.

Наверняка, в ЕС были, есть и будут русофобски настроенные страны, все мы знаем, что это за правительства, и я считаю, что это русофобское меньшинство, снова и снова требующее наказания. Почему-то Евросоюз выразил свою солидарность на основе присоединения всех 28 стран к позиции агрессивного меньшинства. Сейчас это меняется.

Ф.Фраттини упомянул о том, какие лозунги выдвигают партии, которые сейчас побеждают на выборах в Европе. Их наверняка будут обвинять в том, что они идут на поводу у России, и что мы куда-то вмешиваемся. Тем не менее, я убежден, что объективность восторжествует, и Европа, наконец, осознает, что должна действовать самостоятельно, а не под подсказке из-за океана (тем более оттуда летят прямо противоречащие друг другу подсказки), и руководствоваться, прежде всего, своими национальными интересами.

Вопрос: Какую роль может играть сегодня институт побратимства в развитии молодёжных международных отношений? Можем ли мы как молодежь повлиять на его развитие, чтобы каждый малый город России мог улучшить свои экономические, политические, культурные и спортивные связи за рубежом?

С.В.Лавров: Конечно, движение городов-побратимов до сих пор живо, более того, оно развивается. У нас много городов-побратимов в Италии. Сейчас всё больше городов устанавливают побратимские связи в Крыму. Этот процесс набирает силу.

Если у Вас в Московской области есть интерес к информации о том, где бы Вы могли найти своих побратимов, то, я думаю, что, прежде всего, надо обратиться к тем, кто ведет бизнес с партнерами из-за рубежа. Это самый надежный фундамент. На этой основе можно начать обмениваться делегациями, в т.ч. молодежными, устанавливать связи между университетами. Это очень перспективное движение, мы будем всячески его поддерживать.

Вопрос: Вы сегодня несколько раз упомянули различные региональные площадки сотрудничества, в т.ч. ЕАЭС. У меня особый интерес к этому Союзу, так как Киргизия является государством-членом. Как Вы видите развитие ЕАЭС: больше качественное – через построение эффективных единых рынков, функционирующих без ограничений и барьеров, или количественное – через присоединение новых государств к этому Союзу?

С.В.Лавров: Одно другое не исключает. В планах ЕАЭС – прежде всего, дальнейшее движение вперед по снятию всех барьеров и обеспечению свободы передвижения товаров, капиталов, услуг и рабочей силы. Во-вторых, сейчас в практической плоскости обсуждается вопрос о том, чтобы расширяться сначала через институт наблюдателей. Главы государств, которые не так давно здесь собирались, договорились ускорить подготовку положения о наблюдателях, которые позволят привлекать к деятельности Союза тех, кто хочет к нему присмотреться поближе с прицелом на вступление.

Вопрос: Имели ли события «арабской революции» 2011 г. влияние на отношения России со странами региона?

С.В.Лавров: Когда началась т.н. «арабская весна», а на Западе все были воодушевлены тем, что народ хочет демократии и восстал против диктаторов, вся эта эйфория, действительно, сопровождалась заявлениями со стороны некоторых политиков на Западе и в регионе о том, что Российская Федерация, защищая суверенитет государств, которые находились под властью авторитарных режимов, теряет своих сторонников, поддержку на Ближнем Востоке и на Севере Африке.

По прошествии времени (не только на сегодняшний момент, но и гораздо раньше) стало понятно, что «арабская весна» несла в себе колоссальный разрушительный заряд. Регион погрузился в хаос. Ради свержения отдельных глав авторитарных режимов, таких как С.Хуссейн (хотя это было ещё раньше, но тот опыт ничему не научил), как М.Каддафи, Ирак и Ливия просто были подорваны в своей государственности. Сейчас с большим трудом пытаются сохранить иракскую территориальную целостность, восстановить ливийскую. Такие же попытки мы наблюдаем сейчас в САР.

Россия не впадала в панику от того, что происходили события, на которые мы в то время не могли влиять, сопряженные с вмешательством извне, подзуживанием народного общественного мнения. Тем не менее мы работали со всеми без исключения сторонами конфликта и продолжаем это делать сейчас в Ираке, Ливии, Сирии, Йемене. Мы, наверное, единственная страна, которая реально общается со всеми без исключения участниками конфликтов.

Ф.Фраттини упомянул в своем выступлении Ливию. Мы, действительно, встречаемся как с теми, кто руководит в Триполи, так и с теми, кто расположены в Тобруке, Бенгази и Мисрате. Я Вам скажу, что сирийский пример, наверное, самый показательный, потому что к нам приезжают и с нами общаются все без исключения оппозиционеры, в т.ч. и самые радикальные.

То, что мы сейчас через наших военных договорились с вооруженными формированиями «на земле» о создании зон деэскалации, об установлении режима прекращения огня, резком снижении насилия, обеспечении доставки гуманитарной помощи, говорит о том, что мы можем работать в любой ситуации с любой реально существующей силой – будь то политической или военной.

Я не припомню, чтобы с тех пор кто-то повторял мысль о том, что Россия, дескать, потеряла своё влияние. Наоборот, я считаю, что оно только возросло. Может, это не скромно, но так мне говорят наши собеседники.

Вопрос: На Кавказе есть «жемчужина» – Каспийское море. Это самое крупное озеро на планете, и его экология всех нас беспокоит. Каспийское море омывает берега 5 государств – Азербайджана, Туркмении, Казахстана, Ирана и России. Предполагаются ли какие-либо комплексные соглашения для сохранения его экологии? Если да, когда это может быть реализовано?

С.В.Лавров: Уже действует Рамочная Конвенция по защите морской среды Каспийского моря. Разрабатывается Конвенция о защите биоресурсов Каспия, хотя этот процесс несколько затянулся. Еще в 2010 г. на Третьем каспийском саммите в Баку Президент Туркменистана предложил принять решение о моратории на вылов осетровых. Все согласились, но после Саммита практическая работа стала тормозиться. Не буду вдаваться в детали, у всех есть свои нюансы в позициях. Потом было принято решение отобразить это решение в общей Конвенции о защите биоресурсов. К сожалению, пока еще эта работа продолжается, однако нет сомнений в том, что вопрос актуален и необходимо защищать данную весьма хрупкую среду.

Этим же, кстати, обусловлена и российская позиция в отношении идеи прокладки через Каспий магистральных транскаспийских трубопроводов. В отличие от Черного моря, морская среда на Каспии очень хрупкая. Прежде чем принимать решение о таких трубопроводах, есть необходимость самым тщательным образом проработать воздействие этих проектов на окружающую среду. Мы будем продвигать эту позицию.

Вопрос: Как Вы оцениваете российско-египетские отношения? Будут ли они развиваться в экономической и политической областях?

С.В.Лавров: Смотрю с большим оптимизмом на наши отношения с Египтом. У нас очень тесный политический диалог, регулярные контакты на высшем уровне, на уровне министров иностранных дел, «экономических» министров, министров транспорта. Практически все члены Правительства России так или иначе контактируют с Египтом. Сейчас мы, как Вы знаете, продвигаем целый ряд очень важных проектов, включая создание российской промышленной зоны в Египте, которая будет достаточно серьезно стимулировать совместные проекты в промышленности, в различных секторах, помогать египетской экономике, в т.ч. создавать рабочие места.

У нас растет торговля, Египет – один из главных покупателей нашего зерна, которое очень важно для поддержания социальных обязательств египетского руководства. У нас теснейшее сотрудничество по региональным делам, проблемам урегулирования кризисов. Египет реально внес вклад в усилия по созданию зон деэксалации в районе Восточной Гуты и Хомса в Сирии. Именно в Каире состоялись контакты с представителями вооруженной оппозиции, которые позволили достичь таких договоренностей. Мы очень тесно сотрудничаем с Египтом по Ливии, приветствуем посреднические усилия, которые Египет вместе с Алжиром и Тунисом предпринимает для продвижения национального диалога в Ливии.

В ООН в рамках Совета Безопасности, в котором сейчас представлен Египет, у нас плотная координация. Совсем недавно мы поддержали инициативу Египта, который внёс проект комплексных рамок противодействия террористической идеологии. В итоге этот проект был принят при нашей самой активной поддержке. Эти примеры можно перечислять бесконечно, поэтому ограничусь тем, что сейчас сказал.

Вопрос: Каждый год на многих площадях в Чехии происходят мероприятия в память о событиях 1968 г., когда были введены танки. Планирует ли Россия каким-либо образом регулировать данный вопрос, так как это сильно влияет на отношения между русскоязычным населением и чехами? Я часто слышу в новостях, что Россия прощает долги разным странам. Скажите, пожалуйста, зачем?

С.В.Лавров: Что касается 1968 г., то я не припомню, чтобы кто-то из наших партнеров из Чешской Республики на уровне президента, премьер-министра или министра иностранных дел затрагивал эту тему в контактах со своими коллегами в Российской Федерации. Мне кажется, мы эту страницу перевернули. Сейчас у нас нет никаких препятствий, чтобы взаимовыгодно сотрудничать с Чешской Республикой. Историки, безусловно, должны заметить эту дату и продолжать обсуждение того, как это происходило, чем это было вызвано и как сделать так, чтобы впредь не возникало подобных ситуаций. Пусть историки этим занимаются, я считаю это абсолютно правильным.

Что касается долгов, то, если я не ошибаюсь, Чешской Республике мы никаких долгов не прощали.

Вопрос: Все знают, что осетинский народ очень много страдал — это и Беслан, и события 08.08.2008 г. Возможно ли объединение двух Осетий – Северной и Южной – в рамках российского государства?

С.В.Лавров: В Советском Союзе, как вы знаете, такое уже было. Была единая Осетия и потом волевым решением ее разъединили на две части. Тогда много чего передавали из одной республики в другую, в том числе и Крым, не особо заботясь о соблюдении советской Конституции. Исхожу из того, что сейчас Республика Южная Осетия нами признана в качестве независимого государства. Российские миротворцы, российская армия непосредственным образом помогли не допустить того, чтобы бывший в то время президент Грузии М.Саакашвили силой решил территориальную проблему, как он ее называл, вопреки решениям ОБСЕ, вопреки тому, что там находились миротворцы, российские и осетинские, а также грузинские, которых вывели за несколько часов до начала этой агрессивной акции. Мы будем всячески уважать и помогать отстаивать суверенитет Южной Осетии через наши теснейшие союзнические отношения.

Вопрос: В рамках нашего Международного кинофестиваля «0+» мы создаем альтернативный фильмофонд, кино ценностноориентированного содержания, то есть это и короткометражные, и полнометражные картины, которые передают общечеловеческие ценности, такие как, например, семейные ценности и международное сотрудничество. Сейчас действительность — это война и атмосфера конфликта. Какие меры предпринимаются на международном уровне, чтобы популяризировать ценности и понимание того, что гуманистический подход к жизни и взаимодействию с другими странами — это максимально важно. Как, в частности, мы, наша инициативная команда и организация, а также другие молодые люди, которые, возможно, не связаны с кино, но имеют отношение к другим ценностноориентированным подходам и инициативным проектам, можем принять в этом участие?

С.В.Лавров: Это очень обширный вопрос. Впервые термин «общечеловеческие ценности» был употреблен в разгар перестройки. Мне довелось в 1988 г. быть в группе лиц, которым было поручено написать выступление Президента Советского Союза М.С.Горбачева на Генеральной ассамблее ООН. Задача, которая перед нами была поставлена руководством Министерства иностранных дел Российской Федерации, заключалась в том, чтобы в этой речи обязательно было проанализировано положение дел с участием Советского Союза во всевозможных международных договорах и соглашениях и было объявлено, что в отношении тех договоров, где мы не участвовали до тех пор, мы теперь становимся членами. Не было задачи проанализировать, надо нам это или нет, почему мы не участвуем, какие причины. Просто в этот раз это универсально почти всеми поддержится, давайте будем туда вступать. Плюс общечеловеческие ценности в то время трактовались, как вы помните, в качестве необходимости согласиться с западной трактовкой международного права, прежде всего, гуманитарного права и международного права прав человека. Я считаю, что права человека — это безусловная общечеловеческая ценность в том виде, в котором по этой проблеме достигнут консенсус в универсальном масштабе. Это, прежде всего, Всеобщая декларация прав человека 1948 г. То, что нам сейчас пытаются «продавать» под маркой «прав человека», это совсем не универсальносогласованная ценность. Это ценности, скажем, западной цивилизации, прежде всего. Именно она агрессивно требует от всех следовать тем нормам, которые сформировались в последнее время в неолиберальной политической и общественной системах и далеко не всегда соответствуют, а очень часто прямо противоречат ценностям христианства, по крайней мере, православного, хотя я уверен, что и католического, и ценностям ислама, буддизма, иудаизма. Поэтому тут очень важно, когда вы говорите «общечеловеческие ценности», это иметь ввиду.

Поскольку я занимаюсь внешней политикой, то, в том, что касается международного внешнеполитического аспекта ценностной тематики, я бы на первое место поставил договороспособность, способность к коллективной работе, способность достигать договоренности и их выполнять.

В этой связи сделаю небольшое отступление. Мы работали с США по Сирии при Администрации Б.Обамы очень тесно, создали Международную группу поддержки Сирии, в которую вошли все без исключения внешние игроки – и те, кто поддерживал Б.Асада, и те, кто поддерживал его злостных противников. До сих пор функционируют две созданные тогда целевые группы: одна по прекращению огня в Сирии, другая по гуманитарным вопросам. Велась коллективная работа, и как венец этой работы по итогам беседы Президента Российской Федерации В.В.Путина с Президентом США Б.Обамой в сентябре 2016 г. в Китае мы договорились (и мы с бывшим Государственным секретарем США Д.Керри это подписали), как совместно координировать борьбу с терроризмом в Сирии. Все было детально расписано, и это была очень перспективная договоренность. Единственное, что должны были американцы сделать, чтобы эта договоренность вступила в силу — отделить вооруженную оппозицию, которая с ними сотрудничает, от террористов, прежде всего, от «Джабхат ан-Нусры». Они не смогли этого сделать, и до сих пор участники американской коалиции щадят «Джабхат ан-Нусру». Есть немало свидетельств, что ее берегут на случай когда надо будет все-таки вернуться к «плану Б» – плану силового свержения нынешнего сирийского режима. То есть договорились, но договороспособность не сработала.

То же самое иранская ядерная программа. Два года назад была достигнута договоренность по Иранской ядерной программе (ИЯП), которая сейчас была одобрена Советом Безопасности ООН. Ее приветствовал весь мир. Сейчас Вашингтон из нее выходит. Опять же возникает проблема договороспособности как внешнеполитической ценности.

Есть Северная Корея, которую сейчас часто сравнивают с ситуацией вокруг Ирана в 2005 г. Также, как по ИЯП, была достигнута договоренность по Северокорейской ядерной программе – ядерной проблеме Корейского полуострова. Все начали эту договоренность выполнять. Но буквально через несколько недель после ее заключения Вашингтон ввел, без согласования с кем бы то ни было, односторонние санкции, стал гоняться за каким-то банком в Макао, который якобы проводил какие-то операции с Северной Кореей. Вместо того, чтобы попытаться разобраться, сразу объявили санкции. Северная Корея сказала, что на таких условиях работать не будет, что все недоговороспособны. Я не оправдываю Пхеньян. Пхеньян ведет себя вызывающие, грубо нарушая все резолюции Совета Безопасности ООН. Но когда отказываются от диалога на данном этапе и показывают на примере выхода из иранской ядерной программы, что договоренности ничего не стоят, то как можно рассчитывать, что Северная Корея будет заинтересована в переговорах.

Крайний пример недоговороспособности — это украинское урегулирование. Февральские договоренности 2015 г. всеми приветствовались, одобрены единогласно в Совете Безопасности ООН. Их выполнение существенно тормозится из-за неспособности или нежелания украинской власти выполнить свою часть в том, что касается политических реформ, прежде всего, гарантий безопасности населению в Донбассе, которое оказалось в нынешней ситуации, потому что отказалось поддержать антиконституционный государственный переворот. Ведь эта часть Донбасса не нападала на остальную территорию Украины, это на них напали, объявив террористами. Так не бывает. Они же не хотели ничего, кроме того, чтобы их не трогали. Они сказали, что не признают переворот и попросили дать им разобраться, что и как. Им до сих пор пытаются вменить обвинения в терроризме, собираются судить, хотя подписались под тем, что для всех участников этих событий должна быть амнистия, должен быть особый статус этих территорий, закрепленный в конституции и должны быть выборы, которые пройдут на условиях, согласованных между Киевом и этими территориями. Но это саботируется. Опять же это вопрос договороспособности, в том числе договороспособности Германии и Франции, которые подписались вместе с нами под минским «Комплексом мер».

Я ушел от чисто классической трактовки ценностей, но, по-моему, это важный аспект общечеловеческих ценностей, если мы хотим мира и стабильности на планете.

Вопрос: Какую роль играет популяризация культурных и образовательных проектов?

С.В.Лавров: Самую позитивную, потому что культура и образование позволяют молодым людям, и не только молодым, чаще видеться, лучше узнавать культуру, историю друг друга, происхождение традиций того или иного народа. Двумя руками «за». Это самое, наверное, главное, что нужно делать в сегодняшнем мире, чтобы преодолеть аномальный расклад, когда взрослые политики во многих западных странах принимают решения во вред своим народам. Надо использовать Фестиваль и другие подобные мероприятия, культурный и образовательный обмены, чтобы новое поколение политиков все-таки училось слышать друг друга и учитывать подходы своего партнера при принятии решений. Знаете, глава Фонда реновации Москвы А.В.Константинов упомянул о том, что здесь будет модель ООН. Эта инициатива давно реализуется в МГИМО(У) МИД России. Очень интересный формат, когда студенты из, скажем, одной страны выполняют функции представителя другого государства в Совете Безопасности. Очень часто это государство с прямо противоположным подходом к решению проблем, по сравнению с подходом твоей собственной страны. То есть тебя буквально просят «влезть в шкуру» своего оппонента и постараться использовать аргументы этого оппонента для отстаивания его позиции. Мало что так развивает человека, дипломата, как подобные ролевые игры. Я очень надеюсь, что это будет воспринято позитивно. Также и культурный, и образовательный обмены – ты понимаешь изнутри людей, с которыми ты будешь взаимодействовать.

Вопрос: Какое содействие Министерство иностранных дел Российской Федерации оказывает инициаторам таких проектов в России?

С.В.Лавров: Морально-политическое, у нас денег нет. Это то, что касается Министерства иностранных дел Российской Федерации. Но у нас есть Россотрудничество, у которого есть соответствующие программы, можно туда обратиться, вне МИД (но Министерство иностранных дел – его учредитель) есть Фонд общественной дипломатии имени А.М.Горчакова, который возглавляет Л.В.Драчевский. Там тоже есть возможность грантов. Но эти гранты нужно обосновать в соответствующих заявках.

Вопрос: На фоне санкций, которые действуют со стороны европейских государств, мы видим, что внешняя политика России все-таки ориентируется на Восток. Последние встречи, приезд Короля Саудовской Аравии Сальмана Бен Абдель Азиза Аль Сауда подтверждают, что мы справедливо ориентированы на Восток. Как Вы оцениваете роль региональных лидеров, в частности деятельность главы Чеченской Республики Р.А.Кадырова, который поддерживая политический курс Президента Российской Федерации В.В.Путина, в соответствии с курсом Министерства иностранных дел Российской Федерации тоже выстраивает соответствующие отношения? Мы все свидетели этого. Хотелось бы узнать Ваше мнение, какую роль Вы отводите такой деятельности?

Хотелось бы услышать от Министра иностранных дел оценку ситуации в Мьянме. Мы наблюдаем, как происходит убийство мирных жителей, можно сказать, на религиозной почве. Какова позиция России по этому вопросу?

С.В.Лавров: На счет Мьянмы мы неоднократно выражали свою позицию. Это застарелый конфликт. Многие годы совершались экстремистские акции, которые пресекались. То, что происходит сейчас, вышло за рамки международного гуманитарного права, причем есть проявление нарушения этого права и со стороны тех, кто поддерживает рохинджа. Мы твердо призываем к диалогу, прекращению всякого насилия. У нас вызывает удовлетворение то, что в пользу этого высказалось подавляющее большинство стран мира. Сейчас руководство Мьянмы уже приняло посреднические миссии, в том числе по линии бывшего Генерального секретаря ООН К.Аннана. Мы рассчитываем, что рохинджа пойдут на диалог. Мы также находимся в тесном контакте с нашими коллегами и друзьями из Бангладеш, на территории которых оказалось много беженцев из Мьянмы.

К сожалению, таких конфликтов немало в современном мире. Больно смотреть на то, что происходит в Йемене. Недавно представители ООН назвали происходящее в Йемене самой большой гуманитарной катастрофой. Поэтому мы в контакте с членами арабской коалиции, с законным Президентом Йемена, с властями в Адане, с представителями хуситов, представителями бывшего президента А.А.Салеха. Любые трагедии должны решаться через диалог, а не через применение грубой силы.

Что касается нашего взаимодействия с Чеченской Республикой, оно очень тесное и полезное. В Министерстве иностранных дел Российской Федерации в принципе давно уже существует Совет глав субъектов Российской Федерации, который раз в квартал собирается и рассматривает перспективные направления совместной работы, помогает вырабатывать рекомендации, которые полезны для наших регионов, участвующих во внешнеэкономической и международной деятельности. С Чеченской Республикой у нас есть специфическая повестка дня, мы очень тесно сотрудничаем по проблемам последствий конфликтов на Ближнем Востоке и Севере Африки. Благодаря нашим совместным усилиям были освобождены захваченные в Ливии моряки с наших рыболовецких судов, которые находились там долгое время в заключении. Благодаря инициативам главы Чеченской Республики Р.А.Кадырова и при нашей активной поддержке сейчас налажена система, которая позволяет отыскивать и возвращать на родину детей, родители которых уехали воевать в ИГИЛ, и которые по разным причинам остались сиротами. Так что авторитет Чеченской Республики, авторитет ваших соседей в Ингушетии признается в арабском и исламском мире. Мы ценим это как очень важный ресурс российской внешней политики.

Когда мы принимали Короля Саудовской Аравии, о визите которого Вы упомянули, в церемонии приветствия и в самом визите, на переговорах присутствовали руководители Чеченской Республики, Республики Ингушетия, Республики Татарстан, Республики Башкортостан. Мне кажется, этот фактор – многонациональное, многоэтническое, многоконфессиональное богатство российского народа – очень важно использовать на соответствующих направлениях нашей внешней политики. Практически все соседи Российской Федерации так или иначе связаны исторически, этнически, конфессионально с той или иной частью нашего государства. Это бесценное завоевание, им надо дорожить.

Вопрос: Американцы заинтересованы, чтобы Ближний Восток был раздроблен, так как единый арабский мир – это большая сила. Сейчас Китай заложил Банк развития инфраструктурных инвестиций БРИКС. Приведу аналогию. Если, например, в самолете отказывает двигатель, то с работающих двигателей энергия передается на нерабочие, чтобы сбалансировать самолет. Горит Ближний Восток и создается Банк БРИКС. Как Вы относитесь к тому, чтобы Банк БРИКС занимался развитием Ближнего Востока после его разрушения? Какова политика России по объединению арабского мира в формате БРИКС?

Л.В.Драческий говорит о том, что есть «Си-Эн-Эн», который мы слушаем и который находится на территории «постправды» в отношении России. Почему бы нам в форматах БРИКС, ШОС и наших союзников не создать такой же медиацентр, аналог «Си-Эн-Эн», который бы вещал нашу «постправду» на территориях всех континентов?

С.В.Лавров: Банк БРИКС называется Новый банк развития БРИКС. Вы упомянули Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, это другая отдельная структура, мы там тоже участвуем. Новый банк развития БРИКС создан, прежде всего, для финансирования проектов между пятью странами-участницами с возможностью реализации проектов и в других странах. В частности, в ЮАР создается отделение Нового банка развития БРИКС для рассмотрения перспективных проектов с участием африканских стран. Я не думаю, что Банк БРИКС должен брать на себя ответственность за восстановление Ближнего Востока и Северной Африки. Это должна быть гораздо более масштабная операция, об этом говорил вчера Президент Российской Федерации В.В.Путин. Уже сейчас многие начинают думать о том, как организовать восстановление Сирии и других стран региона. На данном этапе самым срочным является оказание гуманитарной помощи, осуществление разминирования. Мы взываем к международному сообществу, прежде всего, к ООН, чтобы максимально активизировать их вовлеченность в эти процессы. Есть желающие эти процессы тормозить, прежде всего, по абсолютно политизированным причинам, говоря о том, что они готовы доставлять гуманитарную помощь, но только не в те районы Сирии, где власть осуществляет Правительство Б.Асада. Понимаете, происходит спекуляция на гуманитарных ценностях. Такие же условия пытаются выдвигать в отношении содействия будущему экономическому восстановлению Сирии. Я считаю, что это аморально и надеюсь, что все-таки христианские ценности в том же Европейском союзе будут преобладающими в связи с той инициативой, которую Высокий представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Ф.Могерини недавно выдвинула, проведя в Нью-Йорке встречу стран-потенциальных участниц усилий по восстановлению Сирийской Арабской Республики.

Что касается «Си-Эн-Эн» и как с ней бороться. Во-первых, она сама себя высекает как та самая унтер-офицерская вдова, постоянно подставляясь и демонстрируя свою ангажированность и готовность жертвовать высоким профессиональным уровнем ради сиюминутной политической целесообразности. Во-вторых, отмечу, что и российские усилия дают серьезные результаты. То, что делает телеканал «Раша Тудэй», не остается незамеченным. Неслучайно сейчас на них такой «накат» требований, чтобы они записались в иностранные агенты по американскому закону. Адвокаты у этой компании есть, я надеюсь, они все возможности используют. Но если американское правосудие добьется такого абсолютно неправомерного решения в отношении средства массовой информации, то мы будем вынуждены таким же образом поступить с теми американскими каналами, которые работают в России и финансируются, прежде всего, на деньги американских налогоплательщиков.

Насчет возможностей БРИКС Вы прозорливый человек, потому что уже создается телевизионный канал стран БРИКС, ему будут выделены частоты в самое ближайшее время, это решение уже принято и все организационные шаги были сделаны.

Вопрос: Ежегодно при поддержке представителя России в Арктическом совете В.В.Барбина, при поддержке ректора МГИМО(У) МИД России А.В.Торкунова, а также при поддержке Директора Международного института энергетической политики и дипломатии В.И.Салыгина мы проводим модель Арктического совета в рамках нашего Университета. Эта инициатива нашего основателя и почетного председателя В.Рузаковой. Она ежегодно привлекает молодежь из всех арктических регионов России, США, Канады, а также стран Скандинавии. С 5 по 7 декабря мы планируем провести очередную московскую международную модель Арктического совета и хотим пригласить на нее Вас, Сергей Викторович, а также остальных членов президиума. Как Вы видите перспективы развития отношений со странами арктического региона и как такие молодежные инициативы, как наша, могут этим отношениям посодействовать?

С.В.Лавров: Такие инициативы могут напрямую этим отношениям посодействовать. Тема эта очень важная. Этот регион сейчас привлекает к себе повышенное внимание большинства крупных государств, регион, в котором нужно обеспечить приоритетность тех стран, которые непосредственно расположены в Арктике, это, прежде всего, как Вы сказали, Арктический совет. Это наша ответственность, за то чтобы здесь было безопасно, чтобы здесь улучшалось состояние окружающей среды, чтобы здесь были готовы к тем или иным изменениям климата и обеспечивалась нормальная логистика для транспортных путей, которые все больше и больше пользуются популярностью. Россия является участницей всех форматов, которые существуют на Севере: это и Арктический совет, и Совет государств Балтийского моря (не совсем Север, но рядом), это и «Северное измерение» - взаимодействие между Россией, Исландией, Норвегией и Европейским союзом, Совет Баренцева и Евроарктического региона, который проводит свою министерскую сессию в среду и четверг в Архангельске, куда я сразу направлюсь после завершения своего участия в программе Фестиваля. Если Арктический совет Вы знаете, посмотрите и на другие форматы. Если у вас есть инициатива создать молодежное движение, я буду активно это поддерживать.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 октября 2017 > № 2357456 Сергей Лавров


Эстония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > bbc.com, 16 октября 2017 > № 2356025 Керсти Кальюлайд

Президент Эстонии: шаги к примирению должна делать Россия

Страны Балтии оказались на передовой противостояния между Россией и Западом после аннексии Крыма. Альянс НАТО - пусть и символически - увеличил присутствие на восточных рубежах Европы. Эстония приняла батальон британских солдат.

Президент Эстонии Керсти Кальюлайд в интервью Би-би-си рассказала, что надеется на улучшение отношений Запада с Россией, но считает, что первый шаг навстречу должен сделать Кремль. С президентом беседовал Олег Антоненко.

Би-би-си: Что изменилось после прибытия британских войск в Эстонию?

Керсти Кальюлайд: Они интегрированы в Первую пехотную бригаду Эстонии и в другие наши войска. Эстонская армия - это тоже НАТО. Поэтому одним батальоном больше, одним меньше - не проблема. В Эстонии ничего не изменилось, если вы посмотрите вокруг.

Би-би-си: Тогда почему они здесь?

К.К.: Но то, что четко видно - их присутствие - оно заметно. Они общаются с нашими людьми, ходят в школы, их видно на местах. И жители Эстонии приветствуют присутствие войск НАТО здесь, в нашей стране.

Би-би-си: Глава внешней разведки Эстонии Микк Марран недавно предупредил, что Россия может готовить провокации против британцев, чтобы дискредитировать солдат НАТО в Эстонии. Было ли уже что-нибудь подобное?

К.К.: Прежде всего я должна сказать, что ничего такого не было. У всех военных в Эстонии, включая наших, хорошие отношения с местным населением. Если кто-то где-то и подрался, если кого-то обидели, то какая разница, кто именно? Среди молодежи такие вещи случаются постоянно, и это никоим образом не вредит репутации войск НАТО в Эстонии.

Би-би-си: В своей недавней речи, произнесенной здесь, на военной базе Тапа, британский премьер-министр Тереза Мэй сказала:"Продолжающаяся агрессия со стороны России представляет растущую опасность для наших друзей в Эстонии". Вы согласны с этим заявлением? И если да, то какую именно растущую опасность со стороны России вы видите?

К.К.: Россия непредсказуема. Россия не признает международные соглашения, под которыми поставила свою подпись, например, Будапештский меморандум (о гарантиях безопасности для Украины в обмен на отказ от ядерного оружия). Я думаю именно об этом говорила британский премьер-министр.

Би-би-си: Почему, по вашему мнению, угроза растет, если говорить о действиях России?

К.К.: Разве Россия вывела свои войска из Украины? Разве оккупация Крыма завершилась? Или, может, Грузия смогла вернуть себе территории, которые потеряла в 2008 году? Все эти события укладываются в оценку рисков Терезы Мэй, с которой я и остальные члены НАТО согласны.

Би-би-си: Вы не раз говорили, что целью президента России Владимира Путина является уничтожение глобальной системы безопасности. Считаете ли вы Россию врагом, враждебным государством?

К.К.: Нет.

Би-би-си: Кто же для вас Россия?

К.К.: Россия - наш сосед. Я была бы очень рада, если бы у нас были хорошие отношения с Россией, которая развивается, идя по пути демократии. Я думаю, кстати, что Россия была бы более успешной в экономическом плане, если бы шла по пути демократии. Поскольку, если ты непредсказуем, инвестиции к тебе не придут.

Если ты непредсказуем, с тобой слишком рискованно торговать, даже если не будет новых санкций. И это печальная история. Я думаю, что в 2008 году мы увидели начало лавины, которая остановилась в Крыму на Украине.

Би-би-си: 2008 год, вы имеете в виду войну России с Грузией?

К.К.: Да, именно так. Это тот же самый процесс. Это отказ признать, что менее сильные страны имеют право на выбор. И когда произошли события в Грузии, реакция Запада была недостаточно жесткой. Западные страны не дали понять, что не потерпят подобного развития событий.

Сейчас западные правительства выучили урок. Поэтому когда случились события в Крыму, последовала жесткая ответная реакция. Были введены санкции, появилось понимание, что Минские договоренности должны быть претворены в жизнь, и Крым должен вернуться в состав Украины. Все это остается в силе.

Би-би-си: Однако, Минские договоренности не были реализованы, а Крым не был возвращен Украине. Ничего не изменилось после введения санкций.

К.К.: Ну и что, нам теперь сказать - извините, мы пересмотрим свою позицию? Нет, ровно наоборот, мы должны оставаться сильными и едиными. И именно это мы и делаем.

Би-би-си: Вы говорили, что вас не очень беспокоит проблема неграждан, поскольку это личный выбор людей, которые хотят ездить без виз и на запад, и на восток. И главное, что они едины в деле защиты родины и не хотят, чтобы Эстонию оккупировала Россия.

К.К.: Это даже не мои слова, я цитировала Яну Тоом, видного русскоязычного политика и депутата Европарламента от Эстонии. И она утверждает, что ни один русский в Эстонии не хочет завтра проснуться в Российской Федерации. У меня нет причин ей не верить.

И мое личное понимание после года разговоров с русскоязычными эстонцами - и там не только русские, но и люди других национальностей - они разделяют ценности либеральной демократии и любят свободу, которую им дал Европейский союз. И, конечно, им нравятся экономические преимущества, которые дает эстонская зарплата по сравнению с российской.

Но главное, что их привлекает в Эстонии и Евросоюзе - это свобода. Потому что, например, в Эстонии можно говорить, что Крым принадлежит России, и вам за это ничего не будет. И если спросить наших новобранцев - русскоязычных или эстоноязычных - они как один горят желанием защищать Эстонию. И те, и другие.

Би-би-си: Возможно, у них разные подходы, потому что, согласно опросу вашего министерства обороны, в марте около 90% эстонцев приветствовали усиление контингента НАТО, тогда как в русскоязычном сообществе картина противоположная: большинство - против; они считают, что гарантией безопасности должны быть хорошие отношения с Россией. Что вы скажете на это?

К.К.: Я не думаю, что они против войск НАТО в настоящее время. Люди говорят: если бы у нас были хорошие отношения с Россией, не было бы необходимости усиливать войска НАТО. Абсолютно точно. У нас не было никакого усиленного контингента в те годы, когда мы рассчитывали на развитие демократии в России. Оценки рисков меняются, механизмы сдерживания меняются. Такова реальность.

Я вижу, что эти люди сожалеют, что у нас не может быть хороших отношений с Россией. Но это не значит, что они не понимают, что в этом виновата сама Россия.

Би-би-си: Владимир Путин не собирается уходить в отставку, судя по всему, и нынешняя политическая система в России может просуществовать еще долгое время. Многие говорят о новой холодной войне. Ваша страна готова к долгосрочным недружественным отношениям с вашим крупнейшим соседом?

К.К.: Я очень надеюсь, что отношения между западными странами и Россией могли бы наладиться и стать нормальными. Чем раньше это произойдет, тем будет лучше. Но, к сожалению, первые шаги к примирению должна сделать Россия. А не западные страны, которые лишь напоминают России о ее международных обязательствах.

Эстония. Россия > Внешэкономсвязи, политика > bbc.com, 16 октября 2017 > № 2356025 Керсти Кальюлайд


Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 16 октября 2017 > № 2354209 Канат Бозумбаев

Канат Бозумбаев доложил президенту о текущем положении дел на рынке ГСМ

Министр энергетики Казахстана доложил главе государства о текущем состоянии на рынке ГСМ и ходе модернизации нефтеперерабатывающих заводов.

Нурсултан Назарбаев отметил, что дефицит топлива в стране является результатом несвоевременного принятия мер со стороны Правительства Казахстана и министерства энергетики по обеспечению рынка горюче-смазочными материалами.

"Министерство энергетики отвечает за вопросы топливно-энергетического комплекса страны. В том числе и за обеспечение внутреннего рынка горюче-смазочными материалами. Ситуация с их дефицитом в стране показала, что со стороны Правительства и министерства энергетики допущена халатность и безответственность. Еще в мае месяце Вы подписали график ремонтов НПЗ. И знали, что осенью два из трех заводов встанут на ремонт. Каждый год происходит подобное. Раз об этом знали, то должны были подготовиться и завести соответствующее количество энергоносителей для обеспечения населения ГСМ. Этого сделано не было", - сказал президент.

Кроме того, глава государства указал на низкую эффективность ранее принятых министерством мер по стабилизации ситуации на рынке ГСМ.

"Вы вносите немало хороших инициатив, которые поддерживаются мною и Правительством. Было предложено отменить государственное регулирование цен, чтобы избежать дефицита топлива. Однако на рынке снова нехватка ГСМ. В этой связи, по предложению Правительства, я объявил Вам выговор. И это равносильно освобождению от должности", - сказал Нурсултан Назарбаев.

Также Канат Бозумбаев доложил президенту Казахстана о ходе работ по модернизации Павлодарского и Атырауского нефтеперерабатывающих заводов.

"Модернизации двух НПЗ завершается в этом году. В ноябре планируется запустить Павлодарский завод. Атырауский НПЗ предполагается завершить до 16 декабря. Здесь впервые будет использована установка каталитического крекинга, тем самым планируется увеличить объем нефтепродуктов и улучшить их качество", - сказал министр энергетики.

Бозумбаев проинформировал главу государства о планах по строительству установки каталитического крекинга и на Шымкентском НПЗ, что также позволит выпускать высокооктановый бензин.

Министр энергетики заверил Нурсултана Назарбаева, что в следующем году рынок Казахстана будет обеспечен высококачественным топливом, в том числе и авиационным.

В завершение встречи президент Казахстана еще раз напомнил об ответственности за обеспечение рынка ГСМ и поручил принять все соответствующие меры по недопущению дефицита топлива.

Казахстан > Нефть, газ, уголь > kursiv.kz, 16 октября 2017 > № 2354209 Канат Бозумбаев


Россия > Авиапром, автопром > forbes.ru, 16 октября 2017 > № 2353339 Игорь Моржаретто

Натуральный оброк. С нового года автомобили и их содержание станут дороже

Игорь Моржаретто

автомобильный эксперт

С 1 января 2018 года вырастут акцизы и сборы, при этом транспортный налог так и не будет отменен

Увы, но это практически свершившийся факт: с нового года подорожают автомобили. Все. Кроме того, дороже станет их содержать. Главная причина тому — в бюджете заложено сразу несколько новых сборов с автомобилистов. И рассчитана сумма, которую они заплатят дополнительно. Причем если в СМИ по этому поводу периодически возникали шумные дискуссии, то депутатов эти вопросы не взволновали; при рассмотрении проекта бюджета никаких публичных споров и возражений не было.

Новогодние подарки

Итак, начнем с утилизационного сбора, который выплачивают производители или импортеры с каждого выпущенного или ввезенного в страну авто. Минимальный сбор за легковушку сегодня составляет 20 000 рублей, но реально средняя выплата — около 50 000. Теоретически полученные средства, как следует из названия сбора, должны направляться на утилизацию старых машин, но практически такой отрасли промышленности у нас нет, поэтому средства уходят (обезличенно) в бюджет.

С января утилизационный сбор увеличивается на 15%. В результате в 2018-м сумма поступлений от сбора вырастет на 58,4 млрд рублей и составит внушительные 223,4 млрд, а в 2019-м — и того больше: 259,8 млрд рублей. И хотя отечественным производителям правительство эти суммы по большей части компенсирует (правда, с отсрочкой), конечная цена для покупателей авто все равно вырастет. К гадалке не ходи!

Но это только начало: уже с будущего года Минпромторг планирует ввести обязательства о полной утилизации продукции для производителей ряда товаров. В том числе автомобильных шин. Естественно, этот сбор будет включен в цену, причем немедленно, хотя в стране не существует системы приема изношенных покрышек у населения, а у предприятий — нет ресурсов для их переработки. Возможно ли создать практически новую отрасль промышленности с чистого листа за год? Вопрос риторический, но сбор могут ввести уже через несколько месяцев. Правда, сумма еще не определена, но скоро мы ее узнаем.

В бюджет 2018-2020 годах Минфин заложил и увеличение акциза на наиболее мощные авто. Сейчас действует шкала из трех категорий, причем мощными считаются машины с моторами от 150 л. с.; акциз для них составляет 420 рублей за 1 л. с. Его платят производители (импортеры), но понятно, что эти суммы заложены в любом ценнике. Минфин предложил четыре новые категории: 200-300, 300-400, 400-500 и свыше 500 лошадиных сил. Размер акцизов для них — соответственно 897, 925, 965 и 1084 рубля. Получается, что разница в цене популярного внедорожника Toyota Land Cruiser 200 с двигателем 4,6 л (309 л. с.) сегодня и в 2018 году — только за счет роста этого — составит 156 000 рублей. А для спорткара с мотором в 500 «лошадок» новый сбор составит уже порядка 0,5 млн рублей!

Но Минфин с оптимизмом рассчитал, что это повышение даст возможность федеральному бюджету получить дополнительный доход в размере 13,9 млрд рублей. Сложно сказать, ведь для части покупателей это, наоборот, станет поводом отложить покупку.

Бессмертный налог

Однако и это еще не все: в сентябре правительство одобрило повышение акцизов на бензин и дизельное топливо. Если кто помнит, эти акцизы появились в 2012 году как шаг на пути введения справедливого сбора с владельцев автомобилей. Ведь нынешний транспортный налог не учитывает — ездили на машине ежедневно или заточили навсегда в гараже. А так получается честно: больше едешь — больше платишь, ведь дорожный акциз уплачивается с каждого литра топлива, залитого в бак. Подобная практика существует во многих странах; не так давно на такую систему перешли в Китае. Отменив, естественно, транспортный налог.

В 2012 году акциз ввели и у нас; он увеличивается практически ежегодно и сейчас составляет чуть больше 9 рублей — в каждом литре (с учетом НДС). Ждет нас повышение акцизов и в 2018 году, постепенно — на 50 копеек в январе и еще столько же — с июля. В результате только из-за повышения акциза топливо в рознице подорожает на 3% — примерно на 1,2 рубля. В Минфине при этом обещают, что полученные дополнительные 60 млрд рублей (это только в 2018-м) пойдут на крупные инфраструктурные проекты — такие как строительство новых автомобильных дорог в Крыму, Калининграде, на Дальнем Востоке.

Поставлены все точки над i в вопросе отмены транспортного налога взамен повышения акцизов. Хотя в разные времена нам это обещали глава Совета Федерации, два вице-премьера и даже президент уверял, что «нужно в этом направлении двигаться», буквально на днях комитет Госдумы по бюджету и налогам отклонил сразу три законопроекта и рекомендовал не рассматривать тему отмены транспортного налога. Хотя авторы проектов уверены, что даже небольшое увеличение топливного акциза, всего на 53 копейки за 1 л бензина, полностью компенсирует потери региональных бюджетов, большинство парламентариев с такими выводами не согласилось.

Видимо, потому что идею эту не поддержали в правительстве: по подсчетам чиновников, это может привести к выпадению из бюджета суммы в объеме 146,2 млрд рублей, и компенсировать ее нечем (новые сборы и акцизы не в счет). В общем, комитет по бюджету Госдумы отмену транспортного налога не одобрил.

Post Scriptum

Недавно попалось на глаза большое экономическое исследование совсем из другой области, исторической. Так вот, оказывается, по Уставу сельхозартели 1935 года «каждый колхозный двор… мог иметь в личном пользовании одну корову… Содержание скота сверх установленных Уставом норм запрещается». И если советский колхозник решил вдруг завести корову, кроме обычного подоходного налога он должен был заплатить за каждое животное в своем хозяйстве. Ставки росли ежегодно. Например, в 1948-м в РСФСР за корову ежегодно надо было выплатить государству налог в размере 198 — 530 рублей. Много это, мало? Для примера: в 1950 году средний денежный годовой доход семьи колхозника в Республике Коми составлял… 374 рубля.

Кроме того, с начала 1930-х годов крестьяне со своего личного хозяйства должны были выполнять обязательные нормы поставки: государство по мизерным ценам выкупало у них большую часть продовольствия. Фактически это был натуральный оброк, объем которого регулярно увеличивался. С 1948 года, например, колхозный двор, имеющий корову, был обязан сдать в год 40-60 кг мяса и 150-300 литров молока. Если молока не было, то налог взымался по эквиваленту другими продуктами — маслом, яйцами и т.п. Закупочные цены государство устанавливало чисто символические: в 1946 году, например, оно покупало молоко по 25 копеек за литр, а в магазине за него просили 5 рублей.

Фактически эти нормы были полностью отменены лишь в 1988 году (!). И совсем неудивительно, что поголовье тех же коров в СССР увеличивалось только на бумаге; на деле крестьяне вынуждены были забивать скот, вырубать фруктовые деревья (каждое из которых облагалось налогом, даже если оно перестало плодоносить). И сегодня Россия вынуждена закупать за рубежом примерно треть необходимого мяса и молочных продуктов.

К чему это? Да просто так, почему-то вспомнилось.

Россия > Авиапром, автопром > forbes.ru, 16 октября 2017 > № 2353339 Игорь Моржаретто


Россия > Образование, наука > forbes.ru, 16 октября 2017 > № 2353271 Эдуард Галажинский

Учиться зарабатывать: университеты между наукой и бизнесом

Эдуард Галажинский

ректор Национального исследовательского Томского государственного университета

Современный вуз должен уметь не только отлично обучать студентов, но и обеспечивать себя за счет собственных компетенций

Жизнь быстрая, процесс накопления знаний медленный. Отсюда основной конфликт между фундаментальной и прикладной наукой в вузах. Компаниям сегодня нужны быстрые прикладные технологии, которые без фундаментальной проработки появиться просто не могут. А фундаментальная наука, которая не имеет явно выраженного результата, сегодня очень дорогая, и непонятно, кто за нее готов платить.

Фундамент для инноваций

Сегодня компании стали отказываться от собственных R&D центров и выходить на открытый рынок. И даже те из них, которые нарабатывают в рамках своих R&D центров интеллектуальную собственность, сталкиваются с ее избыточностью и начинают продавать свои идеи. Развивается идеология открытых инноваций и возрастает необходимость сотрудничества с университетами и научными организациями.

Да, всем нужна прикладная наука, чтобы догонять и перегонять Запад, но если посмотреть на большинство инновационных разработок, которые сегодня внедряются, они основаны на том заделе, который накоплен за последние 20-30 лет нашей научной школой. Так что фундаментальная наука — это базис, из которого должны произрастать прикладные наработки. А базис этот живет по своим законам. Очень сложно заставить ученых заниматься, скажем, полупроводниками или наночастицами. Они занимаются тем, что им интересно, и результаты могут быть непредсказуемыми. Интернет, например, никто специально не изобретал, он стал побочным продуктом необходимости передачи данных, когда носители перестали справляться. В этом смысле наука так устроена, что она самоорганизуется, саморазвивается и основывается на людях, их увлечениях и идеях. Эту систему нужно поддерживать.

В бизнесе работают другие законы, там все очень быстро меняется, и, для того чтобы встроиться, нужны быстрые внедрения. То есть университеты и компании живут на разных скоростях. И здесь мы возвращаемся к теме баланса. Для тех вузов, которые сегодня трансформируются и активно развиваются, этот вызов перевода фундаментального знания в прикладное является ключевым. Компании являются поставщиками актуальных задач, научных в том числе. И в этом смысле работающие «на холостом ходу» мозги могут приложить свои идеи к конкретной сфере и получить конкретный результат. Также это отличная возможность для студентов обучаться на конкретных проектах. И это диверсификация доходов для вузов. Сегодня российские университеты чрезвычайно зависимы от бюджета, поэтому выполнение конкретных проектов под задачи компании является стратегически важной целью, так как дает дополнительный доход. Но чтобы выйти в это поле, вуз должен кардинально трансформироваться.

Университеты 3.0

Традиционно в вузах было два базовых процесса — наука и образование. Хорошие светские университеты отличались тем, что студенты учились на вовлечении в научные светские проекты. Формировался светский тип мышления. Сегодня мы уже говорим об университетах нового типа — так называемых университетах 3.0, как назвал их в своей книге профессор Йохан Виссема. Последние 30 лет он исследовал университеты, которые преуспели на пути диверсификации доходов и пользы для экономики. Это, например, Кембридж, Левенский университет. Кстати, вышли они на этот путь не от хорошей жизни. Тот же Кембридж 30 лет назад был в жесточайшем финансовом кризисе, научные группы были вынуждены выйти за пределы вуза и создавать стартапы, компании. И в результате за 30 лет сформировался новый тип светского университета, который умеет очень быстро переводить науку в продукты. Многие стартапы базе Кембриджского университета уже превратились в крупные компании. Например, компания Aqdot в сотрудничестве с кафедрой химии разработала и запатентовала новую технологию для создания микрокапсул, наполненных рядом активных ингредиентов для рынка агрохимикатов, нутрицевтики, косметики. Еще один пример — компания Cambridge Carbon Capture, использующая электрохимическую технологию для производства энергии, комбинируя углекислый газ с кальциевыми или магниевыми материалами с образованием карбонатов. Также на базе физического факультета Кембриджа зародилась компания Eight19, которая производит гибкие, легкие пластиковые солнечные батареи.

Теперь в экономике знаний именно такие университеты становятся драйвером экономического благосостояния стран. Они там, где высокие технологии и новые знания, — они сами их генерируют. Они тянут таланты со всего мира, потому что потенциал человека, а не заводы-пароходы, становится производительной силой. Отсюда гонка государств за создание университетов мирового класса — сетевых, космополитичных, мобильных, диверсифицированных по ресурсам. Сейчас во всем мире идет трансформация в этом направлении. Это главный вызов — как процесс производства инноваций сделать базовым в университете, выстроить интерфейс между бизнесом и академической средой. У успешных западных университетов такая экосистема выстраивалась 30 лет, мы должны ее воссоздать за пять. И надо не догонять, а перегонять. Ведущие российские вузы об этом думают и заинтересованы в участии компаний.

Создание университетской экосистемы

Именно через привлечение компаний можно максимально быстро преодолеть кризис и увязать фундаментальную и прикладную науку. Но у нас проблема в том, что чуть ли не 90% всех денег сосредоточено вокруг крупных государственных компаний — это «Транснефть», «Газпром» и т. д. Это огромные гиганты на сырьевом рынке, и потребности в заказе инноваций у университетов у них нет. Поэтому спрос сильно ограничен.

При этом наш университет показал способность работать с коммерческими компаниями. Например, несколько лет назад Россия и европейские страны ужесточили требования к экологической чистоте древесной продукции. Университет отреагировал на этот вызов. Вместе с одним из крупнейших деревообрабатывающих предприятий Сибири — компанией «Томлесдрев» ТГУ создал высокотехнологичную линию по производству древесных плит с низкой токсичностью. Есть много небольших компаний, которые имеют амбиции выхода на международные рынки, мы с ними работаем, но возможностей у них, конечно, меньше.

В перспективе мы хотим сформировать вокруг университета несколько сотен IT, инженерных, биотехнологических компаний, возможно, выйти на новые формирующиеся рынки, где компетенции только нарабатываются, например, рынок интеллектуального анализа данных. В ТГУ создана первая и пока единственная в России Лаборатория наук о больших данных и проблемах общества. Объектом ее внимания выступает информация с разных ресурсов сети интернет. Этот инструмент можно применять для решения самых разных задач: например, мониторить ситуацию в социальных сетях на предмет экстремистских настроений, или изучить, как «распределяются» различные заболевания по разным регионам, чтобы оптимально выстроить медицинскую инфраструктуру.

Из примеров других перспективных направлений можно выделить лазеры на парах стронция, они являются оригинальной разработкой ученых Факультета инновационных технологий ТГУ, не имеют аналогов в мире. Сейчас лазеры проходят испытания для использования в медицине. В 2017 году ученые ФИТ изготовили лазерную установку для производителя цифровой электроники — компании Wuhan Energy Electrical Co.,Ltd. (Китай).

Но чтобы создать вокруг университета эту инновационную бизнес-инфраструктуру, мы сами должны измениться. Должны изменить систему управления университетов. Сейчас уже создаются академические советы, куда входит власть, бизнес, советы промышленных партнеров. Организуются совместные проекты с компаниями. Например, мы запускаем совместный проект с «Газпромбанком» — студенческий банк для создания новых цифровых решений. Речь идет об одном из стартапов, получивших финансовую поддержку дочерней компании «Газпромбанка» — GPB Digital, создавшей мобильное приложение для развития профессиональных компетенций и поиска стажировки. Пользователю предлагается список информационных ресурсов для «прокачки» того или иного навыка, профессиональная помощь от эксперта. Крупные компании могут сформировать список необходимых компетенций и подобрать себе стажера.

Как видите, сегодня конкурируют не университеты, а университетские экосистемы. Университет дает среду, интеллектуальные продукты и талант. Остальное уже зависит от партнеров и заинтересованных компаний.

Россия > Образование, наука > forbes.ru, 16 октября 2017 > № 2353271 Эдуард Галажинский


СНГ. Армения. ЮФО > СМИ, ИТ > inform.kz, 16 октября 2017 > № 2352316 Арам Ананян

Арам Ананян: Государственные СМИ обязаны быть самыми востребованными

В эти дни в Сочи проходят встречи руководителей информационных агентств государств СНГ на самом высоком уровне. Агентство «Казинформ» продолжает публикацию серии статей с первыми лицами государственных СМИ стран Содружества. Директор армянского информационного агентства в интервью рассказал об истории отношений своего СМИ с Казахстаном и о тех, технологиях, которые сегодня на вооружении «Арменпресс».

- Как Вы оцениваете эффективность сотрудничества «Арменпресс» с зарубежными государственными агентствами? В целом, какова история отношений армянского информагентства с Казахстаном?

- Международное сотрудничество является одним из приоритетов деятельности информационного агентства «Арменпресс». Подписаны договоры о сотрудничестве с более чем двумя десятками агентств по всему миру. Среди них и «Казинформ», с которым осуществляется партнерство, как в двустороннем формате, так и в рамках Информсовета СНГ. В целом, у нас богатая история отношений с Казахстаном. Так, корреспонденты «Арменпресс» неоднократно освещали значимые события Казахстана. Вспоминаю, например, замечательный репортаж ветерана армянской журналистики и нашего старшего коллеги Левона Азрояна «Экибастуз - реки электричества» о строительстве крупнейшего в СССР топливно-энергетического комплекса. В этом проекте принимали участие и студенты из Армении. Отмечу, что таких материалов в нашем архиве очень много. Но поговорим об актуальном срезе нашей истории. По инициативе Посольства Республики Казахстан в Армении наш корреспондент Анна Гзирян посетила Астану для освещения всемирной выставки ЭКСПО-2017 «Энергия будущего». Многочисленные материалы журналистки «Арменпресс» вызвали повышенный интерес среди наших читателей. Это, несомненно, нас радует и в то же время обязывает и далее раскрывать нереализованный потенциал информационного сотрудничества наших СМИ. Этому способствует тот факт, что Армения и Казахстан состоят в одних и тех же интеграционных объединениях. Мы всесторонне освещаем казахстанскую тематику в Армении, и нас радуют аналогичные материалы «Казинформ» об Армении и армянах. Желательно, чтобы таких материалов было больше.

- Какие новые проекты готовит «Арменпресс»?

- В 2018 году мы отмечаем 100-летний юбилей Арменпресс, к которому приурочены новые проекты. Один из них Armenpress/History (history.armenpress.am), где представлено свыше 10 тыс уникальных оцифрованных фотографий из архива агентства. Завершаются подготовительные работы, направленные на стимулирование туристической журналистики. Планируется также создать в этом году условия для проведения совместных пресс-конференций в формате телемоста. Мы также намерены расширить нашу корреспондентскую сеть за рубежом. Современный мир быстро меняется, и агентство делает все для еще большего укрепления своих передовых позиций в информационном пространстве.

- СМИ переживают новую технологическую революцию. Какие технологии внедряют в «Арменпресс»?

- Новейшие технологии качественно изменили журналистику, и представить ее без них невозможно. Так, у нас есть роботизированное ПО, которое генерирует экономическую информацию на трех языках - армянском, русском и английском. Мы стремимся расширить возможности этой программы для охвата еще большей тематики. Это достигается путем обработки архивов и баз данных с последующей подготовкой материалов на их основе. С радостью должен отметить, что во всех направлениях мы фиксируем положительные результаты.

- Активно ли Вы используете социальные сети в работе? Совершенствуете ли визуальные инструменты, например, видеоконтент?

- На этот вопрос могу ответить так: мы последовательно наращиваем наше присутствие в соцсетях. Стараемся быть там, где наш читатель. В Facebook страница «Арменпресс» одна из немногих верифицированных страниц не только в Армении, но и на постсоветском пространстве. Что касается видеоконтента, то так или иначе он присутствует на сайте агентства. Полагаю, что со временем видеоматериалов станет больше.

- Конкуренция государственного СМИ на рынке - это информационная монополия, на Ваш взгляд, или же нелегкое бремя? Какие меры Вы предпринимаете, чтобы оставаться конкурентоспособными?

- Это реалии сегодняшнего дня, к которым мы заблаговременно подготовились и рассматриваем конкуренцию как положительное явление, которое дает нам возможность развиваться и быть востребованным медиаресурсом. В то же время мы не относим медиаакторов Армении только к конкурентам, а видим в них партнеров и потенциальных клиентов, которым мы можем предложить качественные услуги. Наша модель B2B предполагает схему win-win.

- Есть ли необходимость наделять государственное СМИ каким-либо особым статусом, которые будет учитывать его интересы при получении информации?

- Государственные информагентства по определению обладают особым статусом. Это обязывает, мотивирует и в то же время вынуждает нас быть всегда на высоте. Уверен, что в современном мире в корне меняется роль и место государственного информационного агентства. Традиционное понимание государственных СМИ как инструмента пропаганды давно исчерпало себя. В наш век четвертой технологической революции монополизировать информационное поле не представляется возможным.

Государственные СМИ обязаны быть самыми востребованными информационными площадками. Это сложный вызов, но единственно верный.

СНГ. Армения. ЮФО > СМИ, ИТ > inform.kz, 16 октября 2017 > № 2352316 Арам Ананян


Великобритания. Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 16 октября 2017 > № 2351655 Максим Орешкин

Брифинг Максима Орешкина и управляющего партнёра по России компании Ernst & Young Александра Ивлева по завершении заседания Консультативного совета.

Из стенограммы:

М.Орешкин: Добрый день, коллеги!

Сегодня состоялось ежегодное мероприятие Консультативного совета по иностранным инвестициям. Очень важное мероприятие, потому что есть возможность с представителями компаний, которые уже инвестировали значительный объём средств в российский рынок, обсудить проблемы, с которыми они сталкиваются, посмотреть, как изменить регулирование для того, чтобы работа бизнеса стала здесь лучше.

Охарактеризовал сегодняшнюю встречу общий позитивный настрой, связанный с тем, что российская экономика начала восстанавливаться, что пошёл экономический рост. Компании это ощущают на своих показателях.

Интересный факт был отмечен в исследовании Ernst & Young, которое показало: количество инвестиционных проектов, которые реализуются в России в этом году, достигло максимального уровня за всю историю. Мы видим это и по динамике прямых инвестиций, которые в первом полугодии достигли 14 млрд долларов. То есть все показатели говорят о том, что иностранный бизнес опять активно идёт в Россию и видит долгосрочные цели своего развития.

Среди вопросов, которые сегодня затрагивались (я на нескольких остановлюсь), – налоговые вопросы.

Члены КСИИ поднимали вопрос, связанный с налогом на движимое имущество (но здесь все решения Правительством уже приняты).

Обсуждался очень интересный вопрос, связанный с вычетами при строительстве иностранными компаниями объектов инфраструктуры. Этот вопрос касается и многих российских компаний. Здесь Правительство будет работать и в рамках новой инициативы по инфраструктурной ипотеке – по возмещению налогов, которые выплачиваются компаниями, создающими объекты инфраструктуры.

Вторая история, связанная с развитием инфраструктуры, – это новая волна инвестиций в электроэнергетику. Обсуждались подходы к так называемым предложениям по ДПМ-2, то есть формирование базы для устойчивых инвестиций в энергетику, развития энергетического сектора. Много иностранных компаний работает в российской энергетике, поэтому здесь подходы очень важны.

Обсуждали вопросы, связанные с введением электронных ветеринарных сертификатов. Было принято решение на некоторое время отложить внедрение этих сертификатов, для того чтобы процесс внедрения, подключения новых товарных групп проходил наиболее мягко и не приводил к перебоям с поставками.

Отдельным блоком обсуждались вопросы развития экспорта, включения российских компаний в глобальные цепочки производства тех или иных продуктов. Говорили в том числе о продуктах питания, и здесь моё министерство будет работать над тем, чтобы помочь малому бизнесу получать сертификаты, которые признаются крупнейшими компаниями мира, поставлять продукцию этим компаниям и стать частью мирового рынка.

А.Ивлев (управляющий партнёр по России компании Ernst & Young): Консультативный совет работает в России с ноября 1994 года и на сегодняшний день, с точки зрения многих инвесторов, это действительно один из наиболее эффективно работающих инструментов, которые существуют для выстраивания правильного диалога между международным бизнесом и правительством того или иного государства.

Если посмотреть на результаты, то на сегодняшний день мы видим рост количества иностранных компаний, которые заинтересованы в участии в консультативном совете, и тот факт, что сегодня приехали 35 глобальных руководителей крупнейших инвесторов, работающих в России, подтверждает, что совет работает эффективно. Из 12 поручений, которые были даны по результатам совета в прошлом году, 9 уже находятся в стадии глубокой проработки. Мы надеемся, что в ближайшее время вопросы, которые поднимали инвесторы, будут решены. Три вопроса ещё в стадии решения.

Эффективность работы очевидна. Иностранные компании продолжают инвестировать и продолжают работать в рамках Консультативного совета по иностранным инвестициям.

Вопрос: Вопрос к господину Ивлеву. Какие проекты участники КСИИ – зарубежные компании планируют начать в России в ближайшие год-два? И какой объём инвестиций в российскую экономику планируется?

А.Ивлев: Я не могу сказать точно об объёме иностранных инвестиций, которые придут в Россию. Мы надеемся, что каждый год эта сумма будет расти, как и происходит в последнее время. Компания Unilever расширяет своё присутствие, компания Cargill. Компания Takeda начинает локализовывать своё производство и в этом году планирует запустить два вида продукции, которая будет направлена на борьбу с онкозаболеваниями. Мы видим, что компании Nestle, Kindergold расширяют присутствие в российских регионах. Так что инвестиции продолжают идти.

По прошлому году можно сказать, что есть очень хорошие примеры, такие как компания Sanofi. Она наладила производство инсулина, который будет экспортироваться из России и продаваться в странах Европы, в частности в Германии.

Мы видим, что Samsung начинает производить бытовую технику, которая экспортируется в Европу, на калужском заводе. Также мы видим, что японцы начинают активно инвестировать в фармацевтический сектор. В частности, компания Mitsui осуществила ряд проектов в России.

Так что процесс идёт, компании продолжают вкладывать деньги. Мы рассчитываем, что рост инвестиций выйдет на прежний, докризисный уровень.

М.Орешкин: Я бы добавил, что очень важно (это сегодня тоже обсуждали на встрече) создание предсказуемой среды – как с точки зрения макроэкономической политики, макроэкономической динамики, так и с точки зрения регуляторики. Например, недавно я общался с инвесторами в Вашингтоне. Было отмечено, что российское Правительство и Центральный банк достигли больших успехов в структурных реформах в части макроэкономической политики, которая обеспечивает предсказуемость ключевых индикаторов, что очень важно, когда российское производство встраивается как элемент глобальной цепочки производства. Стабильность показателей реального обменного курса, других показателей здесь очень важна.

Говорили о регуляторике. Отметили, например, новый законопроект по неналоговым платежам, который мы готовили в последние месяцы. Если он будет принят, здесь тоже будет стабильность условий для компаний. Понятность, предсказуемость и прозрачность – это три главных момента, которые будут создавать условия для более активного прихода инвесторов. Мы действительно видим, что рост инвестиций есть. Есть в этом году, и, по нашим оценкам, они будут продолжать активно расти и в последующие годы.

Вопрос: Максим Станиславович, тема санкций обсуждалась?

М.Орешкин: Не поднималась. Компании активно работают в России, и сегодня обсуждались вопросы экономики, вопросы бизнеса, а политический шум вокруг санкций, когда разговор заходит о деньгах, об эффективных инвестициях, уходит на второй план.

Великобритания. Россия. Весь мир > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 16 октября 2017 > № 2351655 Максим Орешкин


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 16 октября 2017 > № 2350927 Александр Михайлов

Встреча с губернатором Курской области Александром Михайловым.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с губернатором Курской области Александром Михайловым. Обсуждалась социально-экономическая ситуация в регионе, в частности в промышленном и аграрном секторах, в области здравоохранения и образования. Отдельно рассматривался вопрос регионального финансирования.

В.Путин: Александр Николаевич, поговорим о финансах, о промышленности, вообще об экономике в Курской области, о социальной сфере.

А.Михайлов: Владимир Владимирович, как было поручено избирателями, Вами и как мы отрабатывали у себя линию работы на протяжении многих лет, мы сделали всё, чтобы область в динамике развивалась.

Приведу буквально две цифры. Валовый региональный продукт сейчас у нас составит практически где-то 390 миллиардов рублей, а в начале нулевых годов, 2001–2002-м, он составлял 32 [миллиарда]. То есть если в сопоставимых ценах – мы выросли в 2,2 раза, значит, область почти в два раза прибавила.

По инвестициям в основной капитал, что тоже является обобщающим показателем, мы за этим внимательно следим, Вы контролируете, Владимир Владимирович. Когда начиналось, в нулевые, действительно было 5,4 миллиарда.

Сейчас: прошлый год мы закончили с показателем 90 миллиардов, нынешний год закончим где-то 99–100, так расчёты показывают. Рост где-то в 3,5 раза.

В.Путин: Хорошо.

А.Михайлов: И хотел бы сказать такую вещь: мы, конечно, делаем сейчас всё, спасибо, что сегодня политика такая. Вы знаете, мы заключили и реально выполняем соглашения с нашим Министерством сельского хозяйства, Министерством промышленности и торговли, Министерством экономики и Министерством финансов.

Что имею в виду: прежде всего это касается развития двух экономических кластеров – промышленного и сельскохозяйственного, агропромышленного.

Здесь мы сделали всё, чтобы после падения в девяностых… Я сказал о валовом региональном продукте, у нас сейчас доля промышленности, несмотря на то что аграрный сектор развивается, казалось бы, очень успешно, несколько слов, с Вашего позволения, скажу: по итогам прошлого года составляет в нём 40 процентов, сельского хозяйства – 20 процентов.

То есть область, как в советское время говорили, индустриально-аграрная. Она вообще такой и была, потом, правда, потеряла, к концу девяностых. Сегодня мы не только восстановили, а в динамике значительно усилили по показателям.

По промышленности, коротко. Мы за последние 12 лет ни разу не допустили сбоя показателей по промышленному производству. Да, росли ежегодно на три-пять процентов. За последние пять-шесть лет теперь уже, с 2013 года, рост составил где-то 22 процента.

Сейчас мы реализуем наше соглашение с Минпромторгом, настойчиво работаем над тем, чтобы внедрялись инновационные, импортозамещающие проекты. На экспорт что-то, и здесь у нас совместно тоже эти вопросы решаются.

И поскольку создан хороший институт по поддержке инвестиционных проектов на уровне Федерации, мы тоже создали у себя такой же проект. И сегодня получается так, что у нас не только крупные, но и средние предприятия, если они реализуют инвестиционные, инновационные проекты от 40 миллионов и выше, они получают поддержку.

В результате сейчас у нас в стадии реализации находится 41 инновационный проект в сфере промышленности, что ещё 15 лет [назад] казалось просто недостижимым. Поэтому рост отсюда.

Спасибо большое Вам за поддержку. Реализуется проект по строительству атомной станции замещения – Курской АЭС-2.

Что касается агропромышленного комплекса. Мы в прошлом году закончили с показателем роста к предыдущему году в 12,1 процента. Сейчас – по итогам восьми месяцев пока у меня данные – мы имеем рост где-то 6,5 процента уже к прошлому году.

И что приятно доложить, Владимир Владимирович, что мы сейчас устойчиво входим в шестёрку лучших регионов страны по производству зерна. Это Краснодарский край, Ставропольский край, Ростовская область, Алтайский край, Воронеж и мы. Четыре года подряд именно мы это выдерживаем.

В этом году будет собрано где-то, наверное, более пяти миллионов тонн зерна, и мы готовы. Я докладывал об этом в своё время, два месяца назад, Дмитрию Анатольевичу [Медведеву]. Если поддержите, если нужно участвовать в поставках этой продукции на экспорт, то наши предприниматели готовы.

По сахарной свёкле. Считаю, что правильно делают те регионы, которые занимаются развитием. Во-первых, это даёт хорошую прибыль. Во-вторых, это укладывается в научно обоснованную систему земледелия, тем более в Центральном Черноземье, где мы находимся.

С Белгородской областью тут соревнуемся, периодически друг друга сейчас обходим. Это хороший, на мой взгляд, добрый знак.

Мы в этом году соберём более пяти миллионов тонн сырья и произведём где-то 500, может быть, даже 520 тысяч тонн сахара. Сейчас на нас уже выходят наши зарубежные партнёры: Вьетнам, другие страны Азии, посол Индии недавно у нас был, просил то же самое посмотреть.

Мы готовы участвовать в экспортных поставках. Это что касается агропромышленного комплекса, растениеводства.

Вышли на второе место после Белгорода уже в стране по производству мяса. Теперь работаем над молочным сектором, который [сейчас] в стороне, есть над чем там [работать].

Сегодня спасибо, что поддерживается эта работа, и надеюсь, что два года, может быть, три, и мы восстановим здесь статус-кво.

Что касается социальной сферы. По селу два слова, если можно. Хорошо, что действовала программа устойчивого развития сельских территорий.

Владимир Владимирович, по итогам сельхозпереписи – Белгород и мы – у нас получилось, что где-то по 35 процентов населения живёт в сельской местности, так же, как это было 10 лет назад. Есть чем заниматься на местах.

Выросло количество сёл, где живёт 1000 и более человек. А это означает, что там есть базовая школа, газ, хорошая дорога, электроэнергия, объекты культуры и здравоохранения.

Плюс сегодня очень активно работает фермерская структура, у нас 1340 устойчиво, хорошо работающих фермерских хозяйств. Это означает, что селяне находят занятость у себя, а если нужно кому-то уехать, то дороги везде есть, 10 минут – и он в райцентре, 20 минут – он в Курске, и так далее.

В.Путин: Если по социалке смотреть: здравоохранение, образование, школьные дела.

А.Михайлов: Вы имеете в виду выход на выполнение указов? Владимир Владимирович, непростой вопрос для такого региона, как наш.

Тем не менее даю Вам слово – мы буквально две недели назад делали скрупулёзные расчёты, – по итогам года на заданные параметры мы выйдем, что требуется от нашего региона.

В.Путин: Решение о помощи по региональным финансам как Вы оцениваете, на что рассчитываете?

А.Михайлов: Мы оцениваем, что здесь, конечно же, прежде всего нужно поддержать бюджетников, может быть, даже в плане заработной платы. Потому что в таких регионах, как наш, всегда говорю, где нет нефти, газа и так далее, конечно, они иногда завидуют тем регионам, где это намного выше.

Второе – [направить] на развитие социальной инфраструктуры, в том числе с учётом того, что на селе сейчас появился спрос на работу. Радует, что в прошлом году у нас молодых 120 семей попросили поддержку, а это как раз то, о чём Вы спрашиваете, на строительство жилья.

И строятся в сёлах, правда, в базовых, конечно, сёлах. В этом году уже 75 или 76, до конца года тоже, наверное, до сотни [семей], может быть, чуть больше дойдём.

В.Путин: Я имею в виду закредитованность бюджета и ту программу, которую мы сейчас предлагаем по поддержке региональных финансов. На что Вы здесь рассчитываете, и как Вы оцениваете эти решения?

А.Михайлов: Думаю, надо подходить дифференцированно. Мы входим в двадцатку лучших регионов по управляемости финансами и стараемся сделать всё, чтобы дальше этот процесс [закредитованности] не развивался. Сегодня, конечно, надо просто, может быть, погасить часть кредитов.

Мы очень неплохо взаимодействуем с Минфином. Понятно, его возможности были пока ограничены. Может быть, он на это бы пустил. Что мы с ним делали, Владимир Владимирович, – это одна из очень важных статей.

Мы имеем сегодня девять миллиардов долгов по бюджету. А банковский кредит – всё равно от 14 до 17 процентов. Замена его на бюджетный кредит – 0,1 составляет.

Мы уже на своём уровне этот вопрос решали с Минфином, учитывая то, что мы являемся дисциплинированным регионом, спасибо им, они шли нам навстречу, мы где-то по три-четыре миллиарда в год заменяли банковский кредит…

В.Путин: Коммерческий на бюджетный.

А.Михайлов: Это одна из таких главных, по-моему, составляющих. Это позволит региону, если побольше поддержка будет, практически выйти из этой кабалы, и будем работать относительно нормально.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 16 октября 2017 > № 2350927 Александр Михайлов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter