Всего новостей: 2006123, выбрано 13044 за 0.095 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия. Весь мир. СЗФО > Армия, полиция > kremlin.ru, 23 февраля 2017 > № 2084391 Владимир Путин

Встреча с военнослужащими Северного флота.

Владимир Путин встретился с офицерами Северного флота, отличившимися при выполнении служебно-боевых задач в акватории Средиземного моря, у побережья Сирийской Арабской Республики.

В.Путин: Добрый день, уважаемые товарищи!

Прежде всего, разумеется, 23 февраля хочу поздравить вас с праздником, с Днём защитника Отечества. Хочу вас поздравить и поблагодарить за боевую работу, которую вы проделали.

В истории российского Военно-Морского Флота вы открыли ещё одну страницу. И не только потому, что совершили такой дальний поход, успешный поход, сложный, в условиях, прямо скажем, противодействия нашим усилиям по борьбе с международным терроризмом, а не помощи от некоторых наших так называемых партнёров, – вы проделали эту работу достойно, с хорошим качеством.

Многое было сделано впервые. Это и применение современной техники, имею в виду не только МиГ-29 в морском исполнении, но и применение высокоточного оружия. Вы справились со всеми задачами, которые перед вами были поставлены, нанесли существенный, значимый урон международным террористическим группировкам, их базам, складам с оружием, боеприпасами, технике, инфраструктуре. И это, безусловно, способствовало положительным результатам усилий всех стран, которые принимают участие в борьбе с международным терроризмом в данном случае в Сирийской Арабской Республике, и способствовало созданию условий для продолжения мирных переговоров между правительством Сирии и вооружённой оппозицией. Это важно.

Но для нас с вами не менее важно, а может быть, и более, то обстоятельство, что, к сожалению, на территории Сирии скопилось огромное количество боевиков – выходцев из республик бывшего Советского Союза и из самой России. По нашим предварительным данным, счёт идёт на тысячи. По данным Генштаба, по данным наших специальных служб, ФСБ, например, примерно до четырёх тысяч из России и тысяч пять – из республик бывшего Советского Союза.

С учётом того, что у нас безвизовый режим почти между всеми странами бывшего Советского Союза, понимаем, какая огромная опасность таится в этом рассаднике терроризма на территории Сирии для нас, для России. И выполняя боевые задачи вдали от родных рубежей, вы напрямую способствовали обеспечению безопасности Российской Федерации. За это вам действительно ещё раз хочу сказать большое спасибо.

Очень рассчитываю на то, что опыт, приобретённый вами в ходе выполнения этой боевой работы, будет внимательно изучаться и в будущем использоваться и вами, и приходящими затем на вашу смену новыми поколениями российских моряков.

Ещё раз поздравляю вас с праздником и желаю вам всего самого доброго. Спасибо большое.

С.Артамонов: Товарищ Верховный Главнокомандующий Вооружёнными Силами Российской Федерации!

Командир тяжёлого авианесущего крейсера «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов» капитан первого ранга Артамонов.

9 февраля мы закончили наш дальний поход. Сейчас крейсер ошвартован у причала в городе-герое Мурманске. Задачи боевой службы выполнены все, экипаж вернулся в полном составе. Личный состав здоров и готов к решению следующих задач.

Разрешите мне от имени всего нашего многочисленного экипажа поблагодарить Вас за ту высокую оценку, которую Вы поставили за проделанную нами работу. Эта боевая служба займёт особое место в истории Военно-Морского Флота, а может быть, и Вооружённых Сил Российской Федерации, наверное, по праву, ведь именно в этом дальнем походе впервые наши новые самолёты МиГ–29 были применены в боевой обстановке, применены с задачами нанесения ударов по наземным объектам.

В этом походе мы испытали новейший палубный вертолёт Ка–52, который тоже оправдал возложенное на него доверие, особенно в вопросах обороны корабля, в решении обеспечивающих задач на главном направлении, и мы ждём принятия этого вертолёта на вооружение. Но самое главное, что в этом походе наряду с ветеранами палубной авиации, которые не один десяток лет решают задачи с авианосца, выполняли боевые вылеты молодые подготовленные лётчики, за которыми будущее морской авиации.

Корабль на месте, готов получать следующие задачи. И разрешите заверить, что в дальнейшем экипаж будет верен своему воинскому долгу и традициям Военно-Морского Флота.

В.Путин: Спасибо, Сергей Григорьевич.

К.Ревякин: Товарищ Верховный Главнокомандующий Вооружёнными Силами Российской Федерации!

Командир авиационной эскадрильи 100–го отдельного корабельного истребительного авиационного полка капитан Ревякин.

Личный состав корабельной авиации Военно-Морского Флота понимает, какое высокое доверие нам оказала Родина. Рассчитываем, что мы достойно справились с поставленными задачами.

Мне была предоставлена честь в числе первых приступить к освоению нового самолёта МиГ–29К. За время боевого похода я выполнил 17 вылетов с тяжёлого несущего крейсера. Всё это результат коллективного труда работников промышленности, лётчиков-испытателей и моих боевых товарищей.

Самолёт МиГ–29К оборудован современным прицельно-навигационным комплексом, который значительно разгружает лётчика при выполнении полёта, тем самым даёт ему время на оценку обстановки, принятие решения и более эффективное выполнение поставленной задачи.

В августе 2016 года я выполнил свой первый тренировочный зацеп. По эмоциям и чувствам это можно сравнить с первым самостоятельным тренировочным полётом в жизни лётчика. Я очень рад и благодарен, что мне в жизни выпал шанс второй раз испытать подобные чувства.

Современный многофункциональный самолёт МиГ–29К, а также модернизированный самолёт Су–33 показали свою высокую боевую эффективность и востребованность в военной операции в Сирии против мирового терроризма. Простота в эксплуатации, надёжность, а также точность боевого применения демонстрируют, что наш современный оборонно-промышленный комплекс отлично развит и производит лучшую военную технику.

Я горжусь нашей Родиной, нашими Вооружёнными Силами и Андреевским флагом. Хочу заверить Вас, товарищ Верховный Главнокомандующий, что лётчики палубной авиации способны защищать национальные интересы России и решить любые поставленные Вами задачи.

В.Путин: Спасибо.

Кирилл Евгеньевич, действительно версия МиГ–29К с техникой прицеливания эффективнее работает, чем на других машинах?

К.Ревякин: Во-первых, не только эффективнее работает, а лётчик изначально уже может спланировать свои действия, потому что на индикаторах вводится тактическая обстановка. Он может найти варианты, каким образом, каким тактическим способом атаковать тот или иной объект. Соответственно, можем работать уже группой, выбирать различные варианты.

В.Путин: Ладно, спасибо.

Товарищи, какие есть вопросы? Пожалуйста.

А.Салошин: Товарищ Верховный Главнокомандующий!

Начальник походного штаба корабельной несущей группы капитан первого ранга Салошин.

За 117 суток похода корабли прошли более 17 тысяч миль. Задачи решались в различных условиях обстановки, в том числе в штормовом море. Техника, личный состав проявили себя отлично, подтвердили свою надёжность. Рядом с нами решали задачи корабли НАТО постоянно на переходе из Средиземного моря в назначенный район и обратно. Рядом с нами находилось около восьми кораблей, и действия их носили далеко не дружественный характер.

В любом случае война когда-либо заканчивается. Разные страны видят будущее Сирии по-своему. Не секрет ни для кого, что некоторые из этих стран видят Сирию разделённой на части. Скажите, какова позиция руководства страны по данному вопросу?

В.Путин: Я уже много раз говорил на эту тему публично. Мы исходим прежде всего из того, что Сирия должна сохранить свою территориальную целостность. Хотя Вы правы, мы видим, что так думают не все. Особенно меня беспокоит – мы это видим – конфессиональное размежевание, то есть представители одной конфессиональной группы переезжают и концентрируются в одних регионах страны, представители другой конфессиональной группы переезжают и концентрируются в другой части страны. И это, конечно, прообраз возможных негативных последствий для страны.

Мы знаем Сирию как многонациональное и многоконфессиональное государство, светское государство. Оно таким было очень долго, и это было гарантией территориальной целостности этой страны. Мы будем исходить из этих задач, но в конечном итоге дело, конечно, за самими сирийцами. Нужно сделать всё, чтобы при решении ключевого вопроса сохранения территориальной целостности страны не было никакого вмешательства извне.

А наша задача, как вы знаете, – вы выполняли именно эту работу, – борьба именно с террористическими группировками. И как результат, в том числе вашей работы, я думаю, мы можем об этом сказать смело, – это первые успешные переговоры в столице Казахстана, Астане, между представителями вооружённой оппозиции и правительством Сирии с участием России, Ирана, Турции и Иордании. Я очень надеюсь, что этот политический процесс, по сути, впервые поставленный на практическую, твёрдую почву, будет развиваться и в продолжающихся сегодня переговорах в Женеве.

Ситуация там сложная. Но чем быстрее страна перейдёт именно к политическому урегулированию, тем больше будет шансов у мирового сообщества и у нас с вами покончить с террористической заразой на территории Сирии, в чём мы кровно заинтересованы. Но мы не будем, не должны, не ставим перед собой задачу вмешиваться во внутренние дела самой Сирии. Наша задача только стабилизировать легитимную власть и нанести решающие удары по международному терроризму. Вот из этого будем исходить. Так и будем формулировать наши цели.

С.Шойгу: Владимир Владимирович, хотели вручить Вам большую фотографию и просить Вас сделать коллективный снимок.

В.Путин: Да, это мы сейчас сделаем. И снимок сделаем коллективный, и фотографию с удовольствием получу.

В.Соколов: Товарищ Верховный Главнокомандующий, разрешите?

В.Путин: Да.

В.Соколов: Старший на походе корабельной несущей группы вице-адмирал Соколов.

Мы, товарищ Верховный Главнокомандующий, только сейчас, после проведённого разбора выполнения поставленных задач в штабе Северного флота, в главном командовании Военно-Морского Флота, сейчас на встрече с Вами осознаём, какое большое дело мы сделали и значение этого похода корабельной несущей группы.

Мы многим, в том числе в нашей стране, открыли глаза на истинную державную мощь нашего Отечества, на способность корабельных сил морской авиации Военно-Морского Флота выполнять боевые задачи.

Безусловно, главными задачами корабельной несущей группы были ударные задачи по поражению вооружённых группировок международных террористических организаций на территории Сирийской Арабской Республики, но корабельная несущая группа решала очень широкий круг задач. Достаточно сказать, что корабельная истребительная авиация, кроме нанесения поражения наземным объектам на территории Сирии, выполняла вылеты на противовоздушную оборону, истребительное авиационное прикрытие корабельных сил ударной и специальной авиации. Здесь во встрече участвуют в том числе и вертолётчики корабельной авиации, которые только у побережья Сирийской Арабской Республики выполнили более 750 вылетов на различные задачи: это и поисково-спасательное обеспечение боевых вылетов наших самолётов, на ведение воздушной разведки, на выполнение задач противолодочной и противоподводной диверсионной обороны, на воздушные перевозки и их боевое сопровождение.

В ходе выполнения задач у побережья Сирии трансформировались способы и приёмы. Многие из них выполнялись впервые, в том числе по приёму грузов на корабли, погрузки авиационных средств поражения. Достаточно сказать, что только жидких грузов наша корабельная группировка приняла более 50 тысяч тонн в море.

По своему составу корабельная несущая группировка в этом походе была самой мощной и сбалансированной за всю историю. Уже в центральной части Средиземного моря она была усилена кораблями Черноморского флота, выполняла задачи при поддержке частей других видов и объединений Вооружённых Сил Российской Федерации в тесном взаимодействии с ВКС в Сирии.

Безусловно, опыт, приобретённый в походе, будет учтён при подготовке органов военного управления, в ходе мероприятий оперативной и боевой подготовки, при подготовке кадров.

Разрешите от моряков-североморцев заверить Вас, что все задачи, которые перед нами будут поставлены, будут выполнены. Военные моряки будут гордо демонстрировать военно-морской флаг России во всех районах Мирового океана.

Пользуясь случаем, товарищ Верховный Главнокомандующий, разрешите от всех военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации Вас как главного защитника Отечества поздравить с нашим профессиональным праздником. И прошу принять на память о сегодняшнем дне и выполнении наших задач фотографию с изображением тяжёлого авианесущего крейсера «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов» в Средиземном море.

В.Путин: Спасибо.

В завершение вот что я хочу сказать.

Мне особенно приятно вас видеть, то есть всегда приятно видеть военных моряков, но вас особенно приятно. Почему? Потому что я по должности должен контролировать и развитие Вооружённых Сил, и будущее, и сегодняшний день, это само собой разумеется. Министр и начальник Генштаба знают, что инициатива вашего похода и подготовка к походу – это моя личная инициатива. Я хочу поблагодарить Министра обороны и начальника Генштаба, представителей промышленности, которые, получив это указание год назад, в короткие сроки подготовили технику, материальную часть, вас подготовили, а вы в свою очередь подготовили ваших подчинённых и блестяще справились с поставленными задачами.

Когда я формулировал эту задачу Министру, НГШ, исходил из нескольких соображений. Во–первых, с 1991 года авианесущий крейсер находится в составе Вооружённых Сил, выполняет всё время скорее всего учебные, демонстративные задания, поэтому была поставлена задача перед промышленностью подготовить его должным образом и создать соответствующее авиационное крыло. Вот и МиГ–29 появился в окончательном варианте.

Сейчас вы говорили о сложностях, с которыми сталкивались в ходе выполнения боевой задачи. Я так и думал, что эти сложности будут и вам нужно будет их преодолевать. Вы это всё сделали.

Задача была непростая и комплексная. Очень приятно, что вы справились со всеми её составляющими, и это, безусловно, хороший шаг в развитии российского военного флота во всех его компонентах.

Я ещё раз поздравляю вас с праздником и хочу поблагодарить весь командный личный состав группировки за блестящее выполнение поставленной перед вами задачи.

Успехов вам! С праздником!

Россия. Весь мир. СЗФО > Армия, полиция > kremlin.ru, 23 февраля 2017 > № 2084391 Владимир Путин


Казахстан > Агропром > kursiv.kz, 23 февраля 2017 > № 2083756 Евгений Карабанов

Аграрии опасаются проблем при диверсификации посевных площадей и отходе от монокультуры

С ноября 2016 года Министерство сельского хозяйства Республики Казахстан активно продвигает концепцию новой программы развития агропромышленного комплекса страны. В рамках этого начинания предполагается сокращение посевных площадей пшеницы в пользу увеличения площадей масличных культур. Мы побеседовали с учредителем Северо-Казахстанской компании «Северное Зерно» Евгением Карабановым о проблемах отечественного агрорынка.

- Евгений Александрович, новая программа Министерства сельского хозяйства предполагает постепенный отход от монокультуры в растениеводстве и снижение посевных площадей под пшеницу. Готов ли Казахстан и наши аграрии к подобной трансформации?

- Сейчас начинает работать программа Минсельхоза в части сокращения посевных площадей пшеницы на два миллиона гектаров в пользу увеличения производства масличных культур. Но, к сожалению, никто не сделал анализ, что нужно для такой трансформации. Прежде всего, нам нужна инфраструктура под эти масличные культуры. Мало их вырастить. Урожай должен после сбора пройти соответствующую обработку (сушку, очистку), должно быть обеспечено хранение. После этого, по требованию покупателя надо произвести либо затарку в пятидесятикилограммовые мешки, либо в так называемые «биг бэги», либо произвести отгрузку насыпью. Но никто не сделал анализ этой системы, наличие необходимых мощностей. Мы попросту можем столкнуться с тем, что после выделения государством субсидий, все кинутся выращивать масличные, соберут урожай, начнется ажиотаж. Урожай тем временем будет пропадать. А в масличных культурах биохимические процессы проходят намного быстрее, потому что там задействовано масло. Это, и прогоркание, и повышение кислотности, и так далее.

И надо понимать, что масличные масличным рознь. Надо четко определить: что мы выращиваем в разрезе областей и даже в разрезе районов. Тот же рапс нет смысла выращивать в степных районах. Да, теоретически можно и в Антарктиде клубнику сажать, но вопрос в рентабельности. Поэтому нужны региональные рекомендации. Более того, подобный переход с одной культуры на другую влечет другие издержки, поэтому нужно обучение, мастер-классы, причем отдельно для руководителей, связанные с экономикой и отдельно для агрономов по применению оптимальных агротехнических мероприятий.

Надо говорить о том, что заниматься диверсификацией, в первую очередь, должны крепкие хозяйства, у которых поставлена агротехника, есть финансовые возможности и культура земледелия, возможности в части техники, специалистов и так далее. Крестьянину, у которого 200 га и один тракторишко, не надо этим заниматься, он не способен это сделать нормально, и для него это смертельный путь. Да, можно посчитать, что тонна рапса или льна выгоднее зерновых, но там и затраты серьезнее. И разъяснением, и обучением, в первую очередь, должен заниматься Минсельхоз. И, если не будут учтены данные факторы, я думаю, что мы благополучно провалим эту программу. А если вырастет хороший урожай, и мы его не сможем обработать, и крестьяне получат убытки, их потом никакими методами не загонишь в масличные.

- Насколько адекватны новые приоритеты по субсидиям, которые сейчас активно продвигает Минсельхоз?

- Если вернуться к вопросу о субсидиях на производство масличных, исходя из существующей и признаваемой МСХ проблемы снижения плодородия почв, необходимо субсидировать приобретение товаропроизводителями минеральных удобрений, причем по любым культурам. Необходимо отметить, что МСХ РК своим приказом 27 января 2017 г. утвердил «Правила субсидирования стоимости удобрений (за исключением органических)», где отражено субсидирование основных видов минеральных удобрений, включая приобретенные за рубежом. Также необходимо субсидирование приобретения районированных сортовых семян высоких репродукций – не только масличных, но и зерновых, потому что семеноводство – это основа будущего. Еще одно важное направление – средства защиты растений. На сегодняшний день нет необходимости в субсидировании гербицидов, биоагентов и биопрепаратов для зерновых культур. В структуре себестоимости зерна эти расходы не играют такой большой роли как то, с чем мы столкнулись в прошлом году по части фитопатогенной обстановки. Помимо того, что были значительные потери в урожайности и качестве зерна, мероприятия по защите от болезней весьма дорогостоящие. Если сравнивать затраты на один гектар, (хотя, конечно, цели тут разные), то разница в пять-шесть раз.

Опять же, зачем субсидировать приобретение всей техники на производство масличных, если она уже была приобретена для производства зерновых? Субсидируйте специализированную технику для производства бобовых, масличных. Она отличается шлейфом, то есть, это не тракторы, а сеялки, культиваторы, опрыскиватели, жатки, оборудование для внесения минеральных удобрений…

С точки зрения развития инфраструктуры, зачем субсидировать строительство элеваторов? Надо субсидировать либо строительство специализированных/универсальных элеваторов, которые могут производить обработку и хранение масличных и бобовых культур, либо реконструкцию действующих под те же требования.

И эту программу невозможно реализовать за год. Здесь действовать необходимо в течение двух-трех лет. Действительно, невозможно найти такое количество семян, чтобы одномоментно увеличить посевные площади под масличные. То есть, их надо произвести или где-то купить. Но Россия тоже увеличивает площади под масличные, что усложняет приобретение семян. Тем более, что нужны хорошие районированные сорта. Таким образом, в этом году надо субсидировать семена, удобрения, технику, строительство и реконструкцию зернохранилищ. На следующий год мы можем реализовать два варианта: либо господдержка должна быть направлена на сегменты, составляющие производство, либо на посевные площади. Сегменты более действенны, а уж на какую площадь рассчитывает каждый предприниматель – это его дело.

- Есть ли реальные предпосылки смены приоритетов в пользу масличных?

- К сожалению, у нас нет глубокого анализа. Есть поверхностные выводы о том, что среднегодовые остатки пшеницы в Казахстане выше нормы. Основной причиной диверсификации в этом году стало то, что обнаружили 5 млн тонн среднегодовых остатков пшеницы и сделали вывод о том, что она не востребована. Давайте посчитаем. По данным Минсельхоза в 2016 году урожай пшеницы был более 16,5 млн тонн, затем Агентство по статистике скорректировало эту цифру на уровне чуть ниже 15 млн тонн. Таким образом, корректировка 1,5 млн тонн. Вот мы и имеем те самые «переходящие» 5 млн тонн, которые состоят, в том числе, из этого «воздуха». То есть, реального зерна там не более 60 процентов. А это, фактически, 3-3,5 млн тонн переходящих остатков. Но любая уважающая себя страна должна иметь переходящие остатки, потому что это продовольственная безопасность. А если завтра неурожай или стихийные бедствия? Госрезерв составляет примерно 500 тысяч тонн, и он должен быть постоянным. Тогда, что такое оставшиеся 1.5-2,5 миллиона тонн на население нашей страны? Это пятимесячное потребление.

При этом, надо иметь в виду текущую ситуацию: у нас уже три года нет качественного зерна, казахстанское зерно теряет свой уровень. Качество изменилось, в первую очередь, по содержанию белка: Казахстан славился высокопротеиновой пшеницей. А для содержания белка необходимы питательные вещества в виде удобрений. Важный момент: чем менее богата почва питательными веществами, такими как азот и фосфор, тем больше растению нужно влаги, чтобы изъять их из земли. То есть, оно больше вынуждено прогонять через себя влаги и больше испарение ее.

Очевидно, что есть ряд причин снижения качества зерна, начиная от неиспользования удобрений, поскольку мы субсидировали только собственное химпроизводство. Наши производители, видя господдержку в 40 процентов, взвинчивали цены на 15-20 процентов. А субсидировать надо любые удобрения, не важно, откуда они завезены – из Узбекистана или из России, главное, чтобы они попали в землю. Мы пытались поддержать своего производителя, а в итоге пострадал агропромышленный комплекс. То есть, налицо отсутствие согласованности действий ради общей цели. С этого года, в соответствии с принятыми изменениями в правила субсидирования удобрений, этот момент учтен и субсидированию в размере 50% минимальной рыночной цены подлежат все основные удобрения, независимо от страны производства.

Еще одним из факторов снижения качества считают погодные изменения. А вследствие этого нет четких рекомендаций по семенам. Производители вразнобой приобретали продукты казахстанской, либо российской селекции. Раньше к вопросу районирования подходили строго, была научная база, многолетние исследования. Из той же России к нам заходит множество сортов. И неизвестно, насколько они адекватны нашим условиям.

Но основные факторы снижения качества зерна – это удобрения и накопление фитопатогенов. Раньше солому забирали на корм скоту, либо сжигали ее, потому что она – основной разносчик всех грибковых заболеваний. Солома является и конечным, и промежуточным их хозяином, способом переноса, перезимовки. Минимальные мероприятия по снижению этого фактора – измельчение и заделка в почву пожнивных остатков (соломы). Раньше это делалось зяблевой вспашкой, что считалось полезным, поскольку солома содержит основные необходимые микро- и макроэлементы. Измельчение и заделка в почву пожнивных остатков позволяет вернуть до 80% использованных элементов в почву, улучшить ее механический состав по воздухо- и водопронецаемости, обеспечить влагозарядку и влагосбережение. Сейчас структура севооборота далека от оптимальной научнообоснованной, удобрений вносится очень мало, начали разбрасывать солому без заделки в почву, по так называемой «нулевой технологии». Кроме того, в первые годы после измельчения и заделки остатков, в ходе процесса разложения, почвенные бактерии начинают забирать азот из почвы земли. То есть, на начальном этапе, это обедняет почву. И только на заключительной стадии разложения, через 5-6 лет идет выброс азота.

Никто крестьянам не дал научных рекомендаций: раз уж вы начали измельчать солому, значит, вам нужно вносить удобрения, рекомендуемые нормативом, вам надо использовать средства химической защиты растений от болезней, которые накапливаются.

И, естественно, чем ниже качество, тем ниже конкурентоспособность. Такую же пшеницу четвертого класса массово выращивает Россия. И мы не в состоянии конкурировать с краснодарским, ростовским, ставропольским зерном на мировых рынках. Его преимущества – близость к портам, урожайность 45-50 центнеров с гектара против наших 15 центнеров с гектара и логистикой, которая сразу отнимает у нас 50-60 долларов с тонны. То есть, наш четвертый класс не нужен на мировом рынке, его можно поставлять только на наши традиционные локальные рынки. И нет потребности в нем в том количестве, в котором сейчас производится. Для того, чтобы снизить производство четвертого класса, надо заведомо идти на затраты, обеспечивать условия и выращивать более качественное зерно. А это – целый комплекс: агротехника, удобрения, средства защиты растений, семена. И практика этого года показывает: те товаропроизводители, которые использовали, по возможности, максимально удобрения, средства защиты растений и в оптимальные сроки сеяли хорошего качества семена, - получили пшеницу приемлемого для этого года качества. Это, конечно, продукт третьего класса со средним содержанием белка, но остальные получили четвертый и пятый класс. А качественный продукт всегда проще реализовать – появляется многовариантность рынков.

- Казахстан переключился с пшеницы на масличные, начал их субсидировать, и тут выясняется, что и Россия сделала то же самое. А как быть с рыночной конъюнктурой?

- Мировая востребованность масличных есть и по подсолнечнику, и по рапсу, и по рыжику, и по сафлору. Китай у нас активно закупает и подсолнечник, и готовые масла. Так что, перспективы хорошие: есть рынок сбыта, есть теоретическая возможность увеличить объемы производства. А посередине ничего не сделано. Дан только лозунг: есть рынок сбыта, давайте увеличивать! А дальше? Где инфраструктура для хранения, возможности доступа к специализированной технике, доступ к средствам защиты растений, и, естественно, инфраструктура для последующей обработки? Эти вопросы надо решать в первоочередном порядке. Дай Бог, год будет благоприятным, и не дай, Бог, осень сырой, - все, что произвели, испортится. А портится продукция масличных культур в разы быстрее зерновых. Те же сушилки должны быть специализированными в части своих температурных режимов и в части пожарной безопасности. Нельзя это делать на наших допотопных сушилках 60-70-х годов. Нужна либо глубокая реконструкция, либо новое оборудование.

Поскольку подготовки как таковой не было проведено, в лучшем случае в этом году мы увеличим масличные на 200-300 тысяч гектаров.

- То есть, в этом году производители уже активизировались и закупают семена масличных?

- У производителей не так много свободных денег. Стоимость сортовых семян масличных культур рапса и льна достаточна высока – от 300 до 500 тысяч тенге за одну тонну, или от 12 до 18 тысяч тенге на один гектар. Соответственно, требуются субсидии.

Да, масличные культуры имеют свою стоимость, достаточно существенную и хорошую доходность с гектара – выше, чем у зерновых. Но и вложения на этот гектар существенно выше. А я бы не сказал, что многие крестьяне находятся в очень хорошем финансовом положении по итогам трех последних лет. Если оценивать прошлый год, то у нас свирепствовали болезни и августовская жара. В предыдущем году качества не было, потому что не хватило тепла из-за сильного переувлажнения и, как следствие, поздней посевной. И в 2014 году был хороший урожай, но погодные условия, осадки сгубили его.

Три года мы находимся в экстриме. И, соответственно, за это время у многих финансовое положение ухудшилось. Кто-то остался на «нуле», не развивается, а некоторые отказываются от части площадей.

А дальше могут возникнуть и новые вопросы. Потому что масличные культуры более требовательны к агротехнике, они больше потребляют питательных веществ из почвы. Соответственно, нужно больше вносить удобрений, иначе будет истощение, деградация. То есть, это палка о двух концах. И здесь уже нужен серьезный государственный подход. Недаром же на Украине законодательно запретили еще при Януковиче засевать более 25 процентов площадей рапсом именно в связи с тем, что он иссушает почву.

Таким образом, ряд положений концепции «Государственной программы развития АПК на 2017-2021» требуют, на мой взгляд, более детальной проработки и уточнения, чтобы выделяемые огромные средства действительно позволили развиваться аграриям и сделали сельское хозяйство нашей страны одним из драйверов экономики, наряду с добывающими отраслями. Ведь сельскохозяйственное производство, при правильной организации является, практически, неисчерпаемым возобновляемым ресурсом!

Казахстан > Агропром > kursiv.kz, 23 февраля 2017 > № 2083756 Евгений Карабанов


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2017 > № 2083744 Дмитрий Орешкин

Хитрый план Путина сдулся

Окно возможностей в американо-российских отношениях, нарисованное в их кипящем воображении РФ, захлопнулось, не успев отвориться.

Дмитрий Орешкин, Новое время страны, Украина

Очередной хитрый план Путина — в данном случае с американскими выборами — сдулся. Сливы через независимую информационную прокладку «Викиликс» о сомнительном использовании Хиллари Клинтон личной электронной почты затевались из двух простых соображений: дискредитировать ее перед выборами — раз. Потом, когда она все-таки выиграет (в чем мало кто сомневался), дискредитировать саму процедуру вместе с «ихней хваленой демократией» — два.

План неожиданно оказался перевыполнен: Трамп возьми, да и победи. «Хваленая демократия» продемонстрировала состоятельность, в связи с чем в ТВ-шарманке пришлось срочно менять пластинку. Кремлевские стратеги пережили бурную, но скоротечную эйфорию. Гляди-ко: они способны влиять даже на итоги американских выборов! Да, клинтонские сливы сыграли свою роль — хотя трудно сказать, насколько значимую: Хиллари и так слишком многих раздражала.

Второй повод для восторгов: Трамп, зная об участии Кремля и боясь разглашения, будет податливей в вопросе о санкциях. Вербанули пацана!

Увы, компромат эффективен, лишь пока лежит в папочке и о нем знают только его хозяин да объект шантажа. «Держи пулю в дуле», — учил генералиссимус Суворов. К несчастью для Трампа и кремлевских стратегов, их хваленая демократия, включая независимую прессу, суды и оппозицию, и здесь сработала лучше, чем предполагалось.

Данные о вмешательстве российских спецслужб вместе с данными о кремлевском досье всплыли на поверхность, и компроматная пуля впустую выкатилась из дула. Хуже того, ситуация развернулась на 180 градусов: теперь Трамп, чтобы доказать независимость от Кремля и сохранить лицо, вынужден демонстрировать более жесткую, чем при Обаме, позицию. Но рейтинг все равно упал до уровня, небывалого для свежеизбранных президентов. Обычно первые полгода-год новый начальник имеет повышенные показатели популярности — рейтинг надежды. Из-за вскрытых манипуляций президент Трамп лишился этой тихой радости — большое спасибо умным лубянским стратегам с их Хитрым Планом.

Привычка рисовать Хитрые победоносные планы, которые накачивают патриотический рейтинг, в реальности ведет лишь к дальнейшей изоляции

Международный престиж России в очередной раз упал — оказывается, еще было куда. К тому же всплывают сюжеты про переворот в Черногории, вмешательство во французские выборы, приближается публикация доклада по сбитому на Донбассе «Боингу». До гроба преданные депутаты утекают в Литву. Ну, или на Украину. Знай успевай поворачиваться. Тут даже такой закаленный профессионал, как Чуркин, может надорваться — наши искренние соболезнования.

На Родине диванные ценители хитрых путинских Планов тоже понемногу погружаются в состояние когнитивного диссонанса (в переводе на русский — на чужом пиру похмелье), хотя стараются не показывать виду и держать хвост морковкой. В их представлении это значит хамить еще наглей и задорней. Что ж, пожелаем им новых удач. Надо только иметь в виду, что наряду с хвостом есть еще и нос; держать и то и другое выше уровня воды все труднее. Особенно когда увязли все четыре лапы.

Окно возможностей в американо-российских отношениях, нарисованное в их кипящем воображении, захлопнулось, не успев отвориться. Это резко меняет ситуацию. В надежде на завербованного Трампа Кремль в течение двух-трех месяцев старался демонстрировать респектабельность — чтобы не спугнуть мясистого журавля в небе ради привычных рукоблудных удовольствий с патриотическими синичками.

Увы, нарисованный в коморке папы Карло журавль (стерх, что ли?) вылетел через нарисованное окно и скрылся за нарисованным горизонтом. Безвозвратно, как изображенное той же шкодливой рукой светлое коммунистическое будущее. Терять уже нечего, стесняться тоже.

…Но коридор заметно сузился и стенка, которой он кончается, приблизилась.

Вместо провалившегося хитрого американского плана приходится тешить население менее свежим, но тоже Хитрым планом новороссийским. Совсем недавно Дмитрий Песков говорил о невозможности признания особых прав жителей ДНР и ЛНР, поскольку это противоречит минским договоренностям. Месяца не прошло — и вот пожалуйста: Владимир Путин подписывает документ о паспортах. Господин Песков, понятное дело, объясняет, что это чисто гуманитарный акт, минским договоренностям ничуть не противоречащий.

Картинка восхитительна по всем параметрам. Оригинальность подхода, во-первых, заключается в том, что документы официально признаны, а выдавшие их республики — нет. Такого в мире, кажется, еще не бывало; у Путина исторический приоритет.

Во-вторых, лишний раз показана виртуальность Хитрых Планов: жителям Донбасса польза от новых паспортов чисто символическая. Из-за рецессии нужды в новых рабочих руках у России нет. Настоящих преимуществ с точки зрения поиска работы (а это сейчас для людей главное) паспорта не дают. Остается испытывать чувство глубокого духовного удовлетворения.

В-третьих, очевидна половинчатость: признать самопровозглашенные республики и таким образом подставиться под новый цикл санкций в Кремле не готовы. Жителям ЛНР-ДНР предлагают любоваться новыми бордовыми книжками и, возможно, класть их утром на бутерброд. Но ненадолго — чтобы не замаслить. Примерно, как в Приднестровье или Абхазии.

Правда, открывается юридическая перспектива для получения лишних трех-четырех миллионов голосов за Путина на президентских выборах: осталось сделать еще один маленький шажок и признать эти паспорта годными для голосования. Интересно, рискнут ли в Кремле на такое? Терять все равно нечего, а соблазн велик: никто, кроме Плотницкого и Захарченко, проконтролировать реальное число избирателей и результаты «волеизъявления» не сможет. А эти два персонажа свое дело знают туго — не хуже Рамзана Кадырова. Сколько надо, столько и нарисуют.

К сожалению, это все опять выигрыши из числа небесных. Что же касается практики, то несложно предвидеть обострение ситуации внутри Союзного государства России и Белоруссии — которое само по себе тоже весьма виртуально. Настоящий Лукашенко, озабоченный своим настоящим суверенитетом, паспорта признавать отказывается. И как теперь быть с границей? Если человек с документом ДНР приезжает в Россию, то, по законам Союзного государства, он как бы имеет право свободно перемещаться и по Белоруссии тоже. Но де-факто он там нелегал!

Следовательно, придется ужесточать пограничный контроль. Хотя граница, если верить ТВ-сказочникам, давно должна была бы вообще исчезнуть. Ведь братья же! Деды воевали, все такое… На деле же виртуальный хвост (или нос?), поднятый на Донбассе, ведет к вполне материальным трудностям для граждан РФ и РБ на противоположном конце единого, неделимого и могучего братского пространства. До боли знакомая траектория Совка.

Привычка рисовать хитрые победоносные планы, которые накачивают патриотический рейтинг, в реальности ведет лишь к дальнейшей изоляции, ухудшению отношений с соседями (Украина, Грузия, Молдавия, страны Балтии — теперь на очереди и Белоруссия), экономическому отставанию и расколу того самого «русского мира», во имя которого все как бы и затевалось. Это логично и неизбежно для совкового реванша, который мы дружно переживаем.

Совок тоже существовал главным образом в пропагандистских небесах. Именно там под руководством партии и правительства он уверенной поступью шел от победы к победе. На выборах демонстрировал нерушимую общенародную поддержку блока коммунистов и беспартийных, привлекал к себе помыслы всех людей доброй воли и давал сокрушительный отпор ихней хваленой демократии — к тому же перманентно погруженной в общий кризис капитализма.

Пока вдруг — ах! — не развалился от нечаянной встречи с приземленной действительностью. Пребольно ударившись, и не только носом и хвостом, но и всеми прочими частями организма. Только победоносный мозг сохранился в неприкосновенности. Наверно, потому что отлит из сталинского виртуального чугуна.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2017 > № 2083744 Дмитрий Орешкин


Россия. Китай. Азия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083717 Игорь Моргулов

Восточная политика России в 2016 году: результаты и перспективы

Игорь Моргулов, Заместитель министра иностранных дел России

2016 год был весьма плодотворным для отношений нашей страны с государствами Азии: российская политика в этой динамично развивающейся части мира приносит серьезные дивиденды, обеспечивая заделы для дальнейшего наращивания взаимовыгодного сотрудничества в интересах региональной стабильности и общего роста.

Нам не нужно стремиться «стать своими» для азиатских партнеров. Российский фактор - уже давно неотъемлемая часть жизни региона в силу нашей географической и исторической общности, плотных политических, хозяйственных, культурных и иных связей.

Президент Российской Федерации В.В.Путин в Послании Федеральному Собранию в декабре 2016 года особо отметил, что наша деятельная восточная политика продиктована не конъюнктурными соображениями (включая «охлаждение» отношений с Западом), а долгосрочными национальными интересами и тенденциями мирового развития. Это и делает Россию привлекательной для государств региона, которые видят в нас предсказуемого, надежного партнера, работающего последовательно и системно вне зависимости от текущего момента.

И что особенно важно - у нашей страны в Азии активная созидательная роль. Россия не занимается выстраиванием под себя «баланса сил», а нацелена на развитие такой системы межгосударственных отношений в регионе, которая сама стала бы залогом стабильности и всеобщего процветания.

Для нас нет сомнений в том, что современная региональная архитектура должна базироваться на принципах инклюзивного экономического сотрудничества, равной и неделимой безопасности.

Именно такое понимание легло в основу значимых практических шагов, которые Россия предпринимает на этих направлениях.

В условиях ускоренного развития процессов региональной экономической интеграции Президентом Российской Федерации выдвинута инициатива формирования Всеобъемлющего евразийского партнерства с участием стран Евразийского экономического союза (ЕАЭС),

Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Этот формат открыт для всех других стран и объединений Евразии. Мы убеждены в контрпродуктивности линии на создание замкнутых торговых блоков и считаем, что региональные интеграционные проекты должны дополнять, а не подменять сложившуюся международную торговую систему.

Очевидно, что все это реализуемо лишь в условиях прочного мира в регионе, где, к сожалению, сохраняется значительный конфликтный потенциал, появляются новые вызовы и угрозы, в том числе расползание международного терроризма, форсированное и непропорциональное военное строительство ряда стран и т. п.

Для России очевидна безальтернативность политико-дипломатического урегулирования имеющихся в сфере безопасности в Азии проблем в русле общей военно-политической разрядки и отказа от конфронтационных подходов. На системной основе работаем в направлении объединения усилий государств региона для строительства отвечающей современным реалиям конфигурации обеспечения общей безопасности, которая создавала бы равные широкие возможности продвижению торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества, служила бы целям формирования интегрированного экономического и политического пространства.

В практическом плане речь идет о выработке единых для всех государств «правил игры». В их основу должны быть положены универсальные принципы неделимости безопасности, верховенства международного права, мирного урегулирования споров, неприменения силы или угрозы силой. В этом ключе Россия предложила партнерам - прежде всего на площадке Восточноазиатского саммита (ВАС), где ведется стратегический диалог по региональной повестке дня, - ряд конкретных мер по совершенствованию архитектуры безопасности и сотрудничества в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В контексте вышесказанного одним из наиболее значимых событий в 2016 году стал саммит Россия - АСЕАН, впервые проведенный на территории нашей страны (Сочи, май). По сути, совершен исторический рывок в нашем 20-летнем диалоге с Ассоциацией. Встреча задала вектор развития российско-асеановских отношений на долгосрочную перспективу, подтвердила общий настрой на придание им подлинно стратегического характера, перевод на инновационные рельсы, продвижение во всех областях.

Мощный импульс получило сотрудничество по многим направлениям: в дополнение к совещаниям глав внешнеполитических и экономических ведомств, а также правоохранительных органов на министерский уровень были выведены контакты в сфере обороны, транспорта и культуры. Совершенствуется инструментарий отраслевой кооперации: дан старт регулярным совещаниям старших должностных лиц по сельскому хозяйству, создается рабочая группа по образованию.

Немало сделано для расширения торгово-экономических связей, подключения предпринимательского сообщества к выполнению поставленных лидерами задач. Этому способствовал организованный в привязке к саммиту крупнейший в истории партнерства Деловой форум Россия - АСЕАН. Мы не просто ставили целью, но и на деле конвертировали диалог с АСЕАН в конкретные взаимовыгодные проекты, охватывающие такие высокотехнологичные отрасли, как космос, возобновляемая энергетика, нано- и биотехнологии. Асеановским сообществом востребованы российские наработки в области информатизации, экологии, чрезвычайного реагирования, сельского хозяйства и продовольственной безопасности. Становлению эффективных моделей практического сотрудничества способствует активное использование совместного финансового фонда.

Многие государства Юго-Восточной Азии проявляют заинтересованность в создании по примеру Вьетнама зоны свободной торговли с ЕАЭС. Единодушную поддержку со стороны асеановских лидеров получила вышеупомянутая инициатива Президента В.В.Путина о строительстве Всеобъемлющего евразийского партнерства.

Важное значение имеет принципиальная солидарность стран АСЕАН с российской инициативой формирования в регионе архитектуры равной и неделимой безопасности, нашедшая отражение в итоговых документах встречи в верхах - Сочинской декларации и Комплексном плане действий.

Политические и экономические результаты саммита подкрепило развитие гуманитарных контактов. Целая серия мероприятий была проведена в нашей стране и государствах «десятки» в рамках перекрестного Года культуры России и АСЕАН, включая масштабный фестиваль искусств в Сочи. Весомый вклад в продвижение академических обменов внес первый Университетский форум Россия - АСЕАН. Заметным событием стал очередной российско-асеановский молодежный саммит, который на этот раз принимала Камбоджа. Эффективно работает Центр АСЕАН при МГИМО МИД России.

Не будет преувеличением отметить, что наше взаимодействие с Ассоциацией становится значимым фактором обеспечения стабильности в АТР. А для России это еще и важный элемент более глубокого интегрирования в дела региона. Твердо нацелены на закрепление итогов саммита в Сочи и дальнейшее развитие партнерства в год 50-летия АСЕАН, которое отмечается в 2017 году. В совместных планах - начало работы над соглашением о свободной торговле в формате ЕАЭС - АСЕАН, создание в рамках российско-асеановского диалогового партнерства механизма регулярных экспертных консультаций («второй дорожки»), подписание документа о сотрудничестве в сфере чрезвычайного реагирования, организация совместных медиафорума, молодежного саммита, фестиваля культуры и многое другое.

2016 год отмечен серьезным продвижением работы и повышением роли в региональных и международных делах Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). За короткий по историческим меркам срок - 15 лет с момента создания - это межгосударственное объединение нового типа прочно утвердилось в числе ведущих региональных структур, накопило солидный потенциал взаимодействия в сферах политики, безопасности, экономических и гуманитарных связей, добилось широкого международного признания. В его многопрофильной деятельности участвуют не только шесть государств-учредителей, включая Россию, но также наблюдатели и партнеры по диалогу, представляющие Европу, Южную и Юго-Восточную Азию. На рассмотрении находится солидный пакет заявок на подключение к шосовскому формату в том или ином качестве.

Прорывные результаты российского председательства в ШОС в 2014-2015 годах - утверждение Стратегии развития ШОС до 2025 года, запуск процесса расширения - предопределили итоги июньского юбилейного саммита Организации в Ташкенте. В частности, были подписаны меморандумы об обязательствах Индии и Пакистана в целях получения членского статуса, что вывело процесс их присоединения на финишную прямую, а также детальный План действий до 2020 года по реализации Стратегии развития ШОС.

Сложные процессы в регионе и мире обуславливают особое внимание в повестке дня ШОС к вопросам безопасности. В русле выполнения Программы сотрудничества государств - членов ШОС в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом на 2016-2018 годы вырабатываются и реализуются совместные меры, нацеленные против незаконного оборота наркотиков и трансграничной преступности. Наращивается противодействие террористической угрозе, в том числе группировке ИГИЛ. Активно верстаются проекты Конвенции ШОС по противодействию экстремизму, Антинаркотической стратегии государств - членов ШОС на 2017-2022 годы и Программы действий по ее выполнению. Все большей поддержкой на площадке ООН пользуется продвигаемый от имени ШОС документ «Правила поведения в области обеспечения международной информационной безопасности». С учетом необходимости расширения функционала Региональной антитеррористической структуры ШОС перспективным видится создание Рабочей группы по пресечению финансовой подпитки терроризма за счет доходов от наркобизнеса. Организация активно подключается к помощи в деле национального примирения и восстановления экономики Афганистана.

Качественно новый момент в развитии ШОС (со странами которой совокупный объем торговли России с 2001 г. вырос почти в четыре раза) - углубление экономической составляющей работы, объективно выводящее Организацию в число ключевых участников построения Всеобъемлющего евразийского партнерства.

В марте 2016 года в Москве состоялось совещание министров экономики и торговли России, Казахстана, Киргизии, Китая и Таджикистана, в ходе которого решено приступить к разработке «Дорожной карты» по формированию Экономического партнерства на шосовском пространстве. В рамках очередного заседания Совета глав правительств (СГП) государств - членов ШОС в ноябре 2016 года в Бишкеке утверждены Перечень мероприятий по дальнейшему развитию проектной деятельности в рамках ШОС на период 2017-2021 годов и Концепция научно-технического партнерства ШОС.

Большое значение для России имеет председательство в СГП в 2017 году. Намерены сконцентрироваться на придании новой динамики сотрудничеству в торгово-экономической и гуманитарной сферах, реализации конкретных проектов, проработке вопросов использования потенциала ШОС в движении к Большой Евразии.

Расширение экономических связей требует постоянной модернизации и развития транспортной сети. В этой связи реализуется вступившее в силу в январе этого года Соглашение между правительствами государств - членов ШОС о создании благоприятных условий для международных автомобильных перевозок от 2014 года. Завершается работа над проектом программы развития дорог ШОС.

Вопросы укрепления энергетической безопасности обсуждаются по линии профильного межведомственного механизма - Энергетического клуба на пространстве ШОС, III заседание Группы высокого уровня которого состоялось в ноябре 2016 года в Москве в рамках Международной конференции «Энергоэффективность и энергосбережение».

Углубление политических и экономических связей неотделимо от развития сотрудничества на площадке ШОС в сферах образования, науки, здравоохранения, культуры и туризма, расширения контактов между молодежью. Серьезные успехи демонстрирует Молодежный совет ШОС, очередное заседание которого прошло в мае 2016 года в Астрахани. В том же месяце в Новосибирске проведен Студенческий форум ШОС, а в сентябре 2016 года в Омске - Форум молодых лидеров стран ШОС. На июньском саммите ШОС утверждена Программа по развитию сотрудничества государств - членов ШОС в сфере туризма, нацеленная на формирование единого туристического пространства и повышение безопасности туристов. Готовится к подписанию Соглашение между правительствами государств - членов ШОС об учреждении и функционировании действующего де-факто с 2009 года Университета ШОС, который на данный момент объединяет в учебную сеть порядка 80 вузов стран - участниц Организации.

Поступательно расширяются партнерские связи ШОС с другими международными организациями. Приоритет - укрепление отношений с Организацией Объединенных Наций и ее специализированными институтами. В ноябре 2016 года в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке состоялось специальное мероприятие высокого уровня, посвященное практическим аспектам сотрудничества между ООН и ШОС в области совместного противодействия вызовам и угрозам. 21 ноября 2016 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию «Сотрудничество между ООН и ШОС». Реализуется линия на углубление взаимодействия с региональными объединениями в русле договоренностей с Исполнительным комитетом СНГ, секретариатами АСЕАН, ОДКБ, ЭСКАТО.

Весьма перспективным является получивший развитие в 2016 году диалог в формате Россия - Индия - Китай (РИК), который мы рассматриваем как механизм укрепления доверия, взаимопонимания и дружбы между крупнейшими государствами Евразии. Серьезный импульс этому формату придала состоявшаяся в апреле в Москве под российским председательством встреча министров иностранных дел «тройки», подтвердившая совпадение или близость позиций трех стран по актуальным проблемам мировой повестки дня.

В целях повышения практической отдачи в рамках трехстороннего взаимодействия прорабатывается более десятка новых направлений сотрудничества, в том числе в торгово-экономической, военно-политической и культурно-гуманитарной сферах, предусматривается уплотнение координации на различных международных и региональных площадках. Можно говорить о том, что такая линия уже получает реальное воплощение: в декабре 2016 года в Пекине впервые прошли межмидовские консультации РИК по тематике АТР, а в январе 2017 года группа молодых дипломатов России и Индии посетила с ознакомительным визитом Китай.

Можно с удовлетворением констатировать, что позиция нашей страны в пользу применения принципа «неделимости» к социально-экономическому развитию набирает все большее число сторонников в регионе. Об этом убедительно свидетельствуют итоги состоявшегося в ноябре прошлого года в Лиме саммита форума «Азиатско-тихоокеанское экономическое сотрудничество» (АТЭС). Главный из них - закрепление на этой авторитетной площадке вектора на углубление региональной экономической интеграции через сопряжение наработок в рамках всех региональных интеграционных проектов, в том числе Евразийского экономического союза.

Активно работаем над реализацией перспективных российских идей и на других направлениях атэсовской деятельности. Так, по инициативе России «на полях» форума «Женщины и экономика» в Лиме в июне прошлого года был организован конкурс на лучший женский бизнес-проект, который планируется проводить на ежегодной основе. В практическую плоскость переведено наше предложение о представлении участниками АТЭС комплексных отчетов по совершенствованию национального законодательства и правоприменительной практики в сфере борьбы с коррупцией.

Все более широкой поддержкой пользуются российские подходы к проработке в АТЭС концепции «электронной экономики», предусматривающей комплексный охват вопросов трансформации социально-экономического уклада и формирования «общества знаний». Растущее понимание встречает наш акцент на необходимость системного парирования угроз экономическому развитию в регионе, в том числе в контексте задач борьбы с международным терроризмом.

В Региональном форуме АСЕАН по безопасности (АРФ) приоритетное внимание уделялось налаживанию практических механизмов противодействия террористической угрозе, распространению ОМУ, а также вопросам обеспечения информационной безопасности на основе принятого годом ранее по нашей инициативе профильного Рабочего плана. Предпринимались усилия для углубления диалога по проблематике обеспечения безопасности космической деятельности, одним из инициаторов которого выступила Россия. В рамках Совещаний министров обороны государств - членов АСЕАН с диалоговыми партнерами («СМОА плюс») успешно завершили вместе с Таиландом председательство в рабочей группе по военной медицине и возглавили на следующий трехлетний период такое важное для АТР направление, как гуманитарное разминирование.

Задействуем площадку Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА) в целях продвижения российского видения региональной архитектуры равной и неделимой безопасности.

Активно участвовали в 2016 году в согласовании Плана действий СВМДА по осуществлению Глобальной контртеррористической стратегии ООН. Неизменно востребованным в работе форума оставался опыт России в антинаркотической области.

Предпринимались целенаправленные шаги по повышению эффективности деятельности СВМДА в торгово-экономической сфере. Нами подготовлен План действий по поддержке малого и среднего предпринимательства, оказывалось содействие созданному Деловому совету СВМДА в развитии контактов между бизнес-сообществами стран-участниц.

Свою работу в рамках форума «Азия - Европа» (АСЕМ) выстраиваем исходя из важности развития практической составляющей деятельности форума. Приоритетное внимание уделяли продвижению тематики взаимосвязанности во всех ее аспектах - от инвестиционных и логистических связей до гуманитарных контактов. Наши профильные ведомства активно взаимодействовали с партнерами на таких направлениях, как транспорт, экономика, образование. Высокую оценку получила реализованная в августе совместно с Фондом «Азия - Европа» российская программа в рамках проекта «Летний университет» с участием студентов и молодых ученых из государств АСЕМ.

Одновременно с работой в отдельных объединениях Россия стремилась расширять использование инструментов сетевой дипломатии, последовательно выступая за налаживание партнерской сети многосторонних региональных структур с участием ШОС, ВАС, АТЭС, АРФ, СВМДА, АСЕМ, Диалога по сотрудничеству в Азии (ДСА).

Безусловно, важное подспорье в достижении целей российской политики на азиатском направлении - решение задач развития двусторонних связей с нашими ключевыми партнерами в регионе.

Отношения с КНР по праву считаются наилучшими за всю их историю. Москва и Пекин выстроили целостную систему взаимодействия, обладающую высоким запасом прочности и позволяющую конструктивно решать самые непростые вопросы.

В 2016 году главы наших государств встретились пять раз: во время официального визита Президента В.В.Путина в Китай в июне, а также «на полях» саммитов ШОС в Ташкенте, «Группы двадцати» в Ханчжоу, БРИКС в Гоа и АТЭС в Лиме.

7 ноября 2016 года в Санкт-Петербурге состоялась 21-я встреча глав правительств, по итогам которой подписаны свыше двух десятков совместных межправительственных, межведомственных и корпоративных документов, создана новая (пятая по счету) межправительственная комиссия - по сотрудничеству и развитию Дальнего Востока и Забайкальского края Российской Федерации и Северо-Востока Китайской Народной Республики.

Китай - ключевой торгово-экономический партнер России. В прошлом году стоимостные показатели двустороннего товарооборота снизились, но при этом выросли физические объемы взаимных поставок многих групп товаров. По-прежнему актуальна поставленная лидерами двух стран задача доведения российско-китайского товарооборота до 200 млрд. долларов к 2020 году. По нашему мнению, к настоящему времени созрели необходимые условия для перехода на новую модель двустороннего торгово-экономического сотрудничества, основанную на более глубокой производственной и инвестиционной кооперации.

Существует понимание целесообразности использования возросшего экспортного потенциала российской экономики для продвижения отечественной продукции на китайский рынок. Помимо традиционного интереса к сырьевым ресурсам, в Китае отмечается всплеск спроса на сельхозтовары и продукты питания из России. При правильной постановке дела у этого направления сотрудничества - большие перспективы.

«Локомотивом» российско-китайского экономического взаимодействия остается энергетический сектор. Здесь наши государства последовательно продвигаются к формированию стратегического альянса, который не только имеет ключевое значение для дальнейшего укрепления двусторонних отношений, но и призван играть значимую роль в обеспечении международной энергетической безопасности.

Инвестиционное и финансовое сотрудничество, создание условий для обоюдного доступа к финансовым ресурсам при реализации совместных инициатив - императив результативного взаимодействия в современных условиях. В данном контексте видим хороший потенциал для налаживания кооперации как между банками России и Китая, так и в рамках таких новых многосторонних институтов, как Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Новый банк развития БРИКС.

Наши страны объединяет понимание особой значимости региональных интеграционных процессов. Мы вместе ориентированы на результат в таком перспективном деле, как сопряжение строительства ЕАЭС и инициативы «Экономического пояса Шелкового пути».

Словом, наше партнерство с Китаем носит многоплановый, стратегический характер, выстраивается на долгосрочную перспективу, становится весомым самостоятельным фактором мировой политики, являя собой образец равноправного и взаимовыгодного сотрудничества крупных держав в XXI веке.

2016 год был весьма успешным и для наших отношений с Индией.

Продолжался интенсивный политический диалог. Президент В.В.Путин встречался с премьер-министром Индии Н.Моди в ходе саммита ШОС в Ташкенте в июне, а также на заседании «Группы двадцати» в Ханчжоу в сентябре. 15-16 октября В.В.Путин посетил Индию с официальным визитом. Подписан пакет почти из двух десятков документов о расширении сотрудничества в различных областях, принято итоговое совместное заявление «Партнерство ради мира и стабильности на планете».

Особое внимание уделялось задаче наращивания двустороннего товарооборота, разработке комплекса мер по стимулированию торгово-экономических связей, улучшению условий для предпринимательской деятельности и взаимных инвестиций. Результатом стала обозначившаяся динамика в развитии контактов между представителями малого и среднего бизнеса.

Разрабатываются алгоритмы использования национальных валют во взаимных расчетах. Рассматриваются возможности создания эффективной инфраструктуры в рамках реализации проекта Международного транспортного коридора «Север - Юг». Стороны изучают вопрос о создании зоны свободной торговли между ЕАЭС и Индией.

«На полях» встречи на высшем уровне оформлена сделка по приобретению индийскими экономоператорами дополнительных 11% акций компании «Ванкорнефть» (теперь партнерам принадлежит 49,9% данного акционерного общества). Это - крупный шаг к созданию уникального международного консорциума.

Важное направление сотрудничества - ядерная энергетика. Основной задачей текущего этапа является переход к серийному созданию в Индии энергоблоков по российскому проекту. Свидетельством успешного движения в этом направлении стали передача индийской стороне второго энергоблока атомной электростанции «Куданкулам», сооружаемой при российском содействии, а также начало строительства ее третьего и четвертого блоков.

Несмотря на обостряющуюся конкуренцию, Россия продолжает занимать уникальные позиции в области прямых поставок и совместного с Индией производства вооружений и военной техники.

Неизменно интенсивными в 2016 году были контакты c нашим стратегическим партнером Вьетнамом. «На полях» ноябрьского саммита АТЭС в Лиме состоялась первая встреча Президента В.В.Путина с новым Президентом СРВ Чан Дай Куангом. С официальным визитом Россию посетил вице-премьер, министр иностранных дел СРВ Фам Бинь Минь (ноябрь).

Мощный импульс развитию торгово-экономической составляющей двусторонних отношений призвано придать вступившее в силу 5 октября 2016 года Соглашение о свободной торговле (ССТ) между ЕАЭС и СРВ от 29 мая 2015 года, ставшее для Союза первой подобного рода договоренностью. Реализация ССТ позволит улучшить не только количественные параметры взаимной торговли, но и оптимизировать ее структуру, нарастить встречные потоки инвестиций, услуг, технологий и квалифицированных кадров.

22 ноября 2016 года Национальным собранием (парламентом) Вьетнама было принято решение о прекращении развития атомной энергетики и, соответственно, реализации проектов сооружения атомных электростанций «Ниньтхуан-1» (с российским участием) и «Ниньтхуан-2» (в кооперации с Японией). Причиной названа сложная экономическая ситуация в стране, включая высокий уровень государственного долга и снижение оценочных потребностей в электроэнергии на период до 2030 года. При этом вьетнамская сторона публично заявила, что наиболее передовыми и гарантирующими максимальный уровень радиационной безопасности являются российские технологии в сфере мирного атома. В случае возвращения к теме строительства АЭС Ханой будет рассматривать Российскую Федерацию в качестве приоритетного партнера.

С тем чтобы восполнить «выпадающий» сегмент сотрудничества, вьетнамские партнеры выразили готовность к углублению взаимодействия в других приоритетных областях, включая военное и военно-техническое сотрудничество, топливно-энергетический комплекс (разведка и добыча углеводородов, переработка нефти и газа, сооружение и модернизация объектов электроэнергетики и др.), промышленность.

Продолжали принципиальную линию на укрепление многопланового взаимодействия с Исламской Республикой Иран. Эффективность нашего сотрудничества в очередной раз подтвердили итоги переговоров Президента В.В.Путина с Президентом ИРИ Х.Рухани (Баку, август). Обоюдная заинтересованность в углублении кооперации была продемонстрирована и в ходе встреч в Тегеране председателя Совета Федерации В.И.Матвиенко с руководством Ирана (ноябрь).

Ярким свидетельством позитивной динамики российско-иранских связей служит значительное - на 80% - увеличение объема взаимной торговли в 2016 году. Как показывают итоги 13-го заседания Российско-иранской межправительственной комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству (Тегеран, декабрь), имеются самые серьезные перспективы для дальнейшего наращивания двустороннего взаимодействия в области традиционной и ядерной энергетики, нефтегазодобычи, транспорта, сельского хозяйства.

Успешно осуществляется координация действий двух государств в области внешней политики, обороны и безопасности. Россия, активно содействовавшая урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы, принимает непосредственное участие в реализации принятых в связи с этим решений.

В числе наших общих приоритетов на международной арене - борьба с терроризмом. Россия совместно с Ираном и Турцией выступает гарантом договоренностей о прекращении огня в Сирии, работает в тесном контакте с партнерами по вопросам сирийского политического урегулирования.

Стремительный рывок совершили отношения с Японией. Прежде всего это касается диалога на высшем уровне. В 2016 году лидеры наших стран встречались четыре раза: в Сочи - в мае, во Владивостоке - в сентябре, в Лиме - в ноябре, а ключевым событием года в двусторонних связях стал официальный визит Президента В.В.Путина в Японию в декабре. В городах Токио и Нагато состоялся предметный и конструктивный разговор о перспективах российско-японского сотрудничества. Главный итог, как об этом заявили руководители двух стран в ходе совместной пресс-конференции, - подтверждение обоюдного стремления прилагать усилия для вывода отношений на качественно новый уровень без оглядки на внешние и конъюнктурные факторы.

По итогам саммита подписано беспрецедентное количество документов: 12 межправительственных и межведомственных меморандумов, а также 68 коммерческих соглашений. Среди наиболее крупных проектов - договоренность об участии Японского банка международного сотрудничества (ЯБМС) в финансировании ОАО «Ямал СПГ», Соглашение о предоставлении японскими банками синдицированного кредита ПАО «Газпром», а также Соглашение между Российским фондом прямых инвестиций и ЯБМС о создании совместного Российско-японского инвестиционного фонда.

Важное значение для дальнейшего развития отношений имеет принятое лидерами решение о начале консультаций по налаживанию совместной хозяйственной деятельности на южных Курильских островах. Признано, что это может стать значимым шагом на пути поиска взаимоприемлемого решения проблемы мирного договора. Несомненно, улучшению общей атмосферы диалога между нашими странами будет также способствовать договоренность об упрощении процедуры посещения бывшими японскими жителями островов могил их предков.

Новый импульс получили связи между законодательными органами. С учетом договоренности, достигнутой в ходе посещения Японии председателем Совета Федерации В.И.Матвиенко в ноябре 2016 года, с этого года заработал межпарламентский дискуссионный клуб.

Для российско-японского взаимодействия в международных делах большое значение имеет подписанный в декабре 2016 года министрами иностранных дел двух стран план межмидовских консультаций по ключевым внешнеполитическим вопросам на 2017 год. С учетом того, что до конца текущего года Япония является непостоянным членом СБ ООН, достигнуто понимание о регулярной сверке позиций по актуальным глобальным и региональным вопросам. В ряду совместных практических дел - продолжение реализации проекта по подготовке наркополицейских для Афганистана и стран Центральной Азии, взаимные усилия по содействию Киргизии в сфере развития промышленной и туристической инфраструктуры в районе озера Иссык-Куль и др.

2016 год был насыщен целым рядом важных событий в наших связях с Монголией. Мы широко отметили 95-летие установления двусторонних дипломатических отношений. Данью совместной памяти о помощи, которую монгольский народ оказывал нашей стране в годы Великой Отечественной войны, стало недавнее торжественное открытие в Москве на Поклонной горе закладного камня, где в скором времени будет установлен памятник «По дорогам войны», подаренный Президентом Монголии Ц.Элбэгдоржем в дни празднования 70-летия нашей общей Победы во Второй мировой войне.

Сегодня российско-монгольские отношения приобретают все более динамичный и всеобъемлющий характер. Активно развивается политический диалог, прежде всего на высшем и высоком уровнях. В июле председатель правительства Д.А.Медведев посетил Улан-Батор для участия в 11-м саммите АСЕМ. Состоявшиеся «на полях» саммита встречи с Президентом Ц.Элбэгдоржем, а также с председателем Великого государственного хурала М.Энхболдом и премьер-министром Ж.Эрдэнэбатом подтвердили обоюдный настрой на активное продвижение российско-монгольских связей по всем направлениям.

Весной состоялся рабочий визит в Монголию министра иностранных дел С.В.Лаврова. Главным итогом стало подписание Среднесрочной программы развития стратегического партнерства между Российской Федерацией и Монголией - комплексного документа, охватывающего все перспективные сферы сотрудничества.

Широкие возможности для дальнейшей либерализации режима двусторонней торговли открываются в рамках переговоров на «площадке» Рабочей группы по взаимодействию между ЕАЭС и правительством Монголии, где обсуждаются параметры заключения соглашения о свободной торговле.

Все более глубоким становится трехстороннее взаимодействие между Россией, Монголией и Китаем - новый перспективный формат кооперации трех сопредельных государств. Ожидаем, что практическая реализация «Дорожной карты» и других документов, принятых в рамках второй встречи лидеров трех стран в Уфе в 2015 году, а также Программы создания экономического коридора Китай - Монголия - Россия, одобренной в ходе третьего трехстороннего саммита в Ташкенте в июне 2016 года, выведет взаимодействие наших стран на качественно новый уровень.

Одним из главных очагов напряженности в Северо-Восточной Азии остается Корейский полуостров. Обстановка в субрегионе заметно осложнилась в связи с проведением КНДР в прошлом году двух ядерных испытаний и серии ракетных пусков, которые вызвали негативную реакцию международного сообщества. Россия поддержала резолюции СБ ООН 2270 и 2321, предусматривающие ужесточение политических и финансово-экономических санкций в отношении Северной Кореи.

С другой стороны, оппоненты Пхеньяна под предлогом противодействия северокорейской ракетно-ядерной угрозе наращивают свою военную активность, ускоренными темпами реализуют планы по размещению в регионе новейших видов вооружений, включая американскую систему ПРО THAAD, что не способствует разрядке напряженности и переводу ситуации из конфронтационного в переговорное русло.

В этих непростых условиях наша страна последовательно продвигала усилия в интересах выхода из нынешнего тупика и деэскалации конфликта единственно возможным политико-дипломатическим путем - в русле общей военно-политической разрядки и демонтажа конфронтационной архитектуры в Северо-Восточной Азии.

Очередная российско-южнокорейская встреча на высшем уровне состоялась в сентябре во Владивостоке. В ее ходе была подтверждена обоюдная приверженность сторон дальнейшему развитию разнопланового сотрудничества, включая продвижение совместных проектов в регионах Сибири и Дальнего Востока России.

В 2016 году развивались двусторонние связи по линии правительств, советов безопасности, деловых и научных кругов двух стран. Новаторским событием стало совместное проведение в Москве в апреле первого Совещания председателей парламентов стран Евразии, организованного по инициативе руководства Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации и Национального собрания Республики Корея.

Последовательно развиваются обмены в областях культуры, образования, спорта и других гуманитарных сферах. Росту взаимного интереса к культурно-историческому наследию друг друга содействовало введение с 1 января 2016 года безвизового режима для граждан двух стран.

В целом потенциал сотрудничества России и Республики Корея весьма значительный, но многое еще предстоит сделать для вывода двустороннего взаимодействия на более высокий уровень.

Отношения с КНДР имеют для нас самостоятельную ценность. Наши страны связывают давние и прочные узы дружбы и сотрудничества, объединяет уважительное отношение к совместной истории. Наглядное свидетельство дружественного характера российско-северокорейских отношений - регулярное оказание Россией гуманитарного содействия КНДР.

Вместе с тем на динамику двусторонних контактов самым непосредственным образом влияет военно-политическая обстановка на Корейском полуострове. Именно в ней кроются причины имеющегося сегодня спада в двусторонних связях, включая падение объемов взаимной торговли, «замораживание» перспективных трехсторонних - с участием РК - инфраструктурных проектов. В Пхеньяне знают, Россия заинтересована в том, чтобы нынешние трудности ситуации в регионе были преодолены.

В 2016 году наметились позитивные подвижки в диалоге с Австралией и Новой Зеландией. Перспективы дальнейшего взаимодействия на региональных и международных площадках развития двустороннего сотрудничества обсуждались в ходе встреч Президента В.В.Путина с австралийским премьером М.Тернбуллом «на полях» саммита «Группы двадцати» в Ханчжоу (Китай, сентябрь) и председателя правительства Д.А.Медведева с главой новозеландского правительства Дж.Ки в ходе 11-го Восточноазиатского саммита во Вьентьяне (Лаос, сентябрь). Министр иностранных дел Новой Зеландии М.Маккалли посетил с рабочим визитом Москву (август). Продолжена практика межмидовских консультаций по международной тематике и взаимодействию в Совете Безопасности ООН.

Нет сомнений в том, что значение Азии для России будет и далее возрастать. Мы - неотъемлемая часть формирующейся здесь политической и экономической системы. Связи нашей страны с регионом подкрепляются многовековыми традициями взаимообогащающего сотрудничества. При этом очевидно, что сопряжение российского и регионального потенциалов и для нас, и для наших соседей - мощный источник роста и укрепления международных позиций. В Москве твердо настроены на продолжение конструктивного и созидательного взаимодействия со всеми заинтересованными партнерами в целях построения справедливого порядка, обеспечения стабильности и устойчивого развития на обширном азиатском пространстве.

Россия. Китай. Азия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083717 Игорь Моргулов


Россия. ЮАР > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083716 Михаил Петраков

К 25-летию установления дипломатических отношений России и ЮАР

Михаил Петраков, Чрезвычайный и Полномочный Посол России в Южно-Африканской Республике

Лишь стóит закрыть глаза, и мне чудятся
зеленые холмы Сибири в красках вечерних сумерек…*
*Перевод А.Давидсона и И.Филатовой. Россия и Южная Африка. Три века связей. Москва, 2010.

Кажется удивительным, но эти строки принадлежат не перу пассажира фрегата «Паллада» - замечательному русскому писателю И.А.Гончарову, с теплотой вспоминавшему недели, проведенные на гостеприимной земле южной оконечности африканского континента. Не является их автором и романтик-доброволец, прибывший из далекой России на защиту свободы и независимости молодых бурских республик. Это отрывок из стихотворения «Влюбленный в Россию» («The Russian Lover») известного южноафриканского поэта и беллетриста У.Пломера.

Россия и ЮАР, на первый взгляд столь далекие и непохожие, имеют немало общего: это и бескрайние, уходящие за горизонт просторы, и богатое многообразие регионов, и тернистые исторические пути, по которым нашим странам довелось пройти. То, что мы сегодня знаем под названием «Южно-Африканская Республика», в разные годы включало в себя в том числе и Капскую колонию (сначала голландскую, затем британскую), и республики буров (потомки голландских переселенцев, называющие себя африканерами) Оранжевая и Трансвааль, и Зулусское королевство.

С 1910 по 1961 год данные территории входили в Южно-Африканский Союз (ЮАС), являвшийся доминионом Британской империи. Граждане ЮАР не зря называют себя сегодня «rainbow nation» - многоцветная нация, что символизирует огромное многообразие этнических и культурных особенностей, а также исторического наследия жителей этой страны.

Хотя в феврале 2017 года исполняется 25 лет со дня установления двусторонних дипломатических отношений, нельзя не сказать, что история российско-южноафриканских контактов насчитывает не одно столетие. Давайте посмотрим на некоторые вехи.

Долгие годы это был скорее роман в письмах или сборник путевых заметок, когда наше взаимодействие ограничивалось спорадическими посещениями Кейптауна россиянами, прежде всего военными моряками или исследователями. В этом контексте следует упомянуть капитана В.М.Головнина, который прославился дерзким побегом из-под ареста британских властей на шлюпе «Диана» из порта Кейптауна в 1808 году. Контакты постепенно развивались, во второй половине позапрошлого столетия в Кейптауне уже работал наш российский консул.

Ситуация резко изменилась в конце XIX века, когда на открытые на юге Африки алмазные и золотые месторождения в поисках богатства устремилось немало российских подданных. К началу XX века МИД Российской империи оценивал их численность в британских колониях юга Африки и бурских республиках в 7-8 тыс. человек. Возросли взаимная информированность и обоюдный интерес, что нашло свое выражение в установлении в 1898 году дипломатических отношений между Россией и Республикой Трансвааль, а также назначении Трансваалем своего официального представителя (в ранге чрезвычайного посланника и полномочного министра) при дворе российского императора.

Дальнейшему развитию этих двусторонних связей на государственном уровне помешала Вторая англо-бурская война (1899-1902 гг.), в конечном счете положившая конец существованию независимых государств буров-африканеров. Это событие вызвало живейший интерес и отклик в умах и сердцах наших соотечественников. Их симпатии были на стороне храбро сражавшихся, но немногочисленных армий бурских республик. Население Российской империи широко выражало искренние чувства поддержки борьбы бурских поселенцев против могучей колониальной державы (то, что сами буры зачастую выступали угнетателями проживавших в их республиках африканцев, оставалось «за кадром»). На государственном уровне война привлекла особое внимание в России в свете соперничества Российской империи с Британской на мировой арене.

На бескрайних просторах Российского государства заказывались молебны за здравие бурского Президента П.Крюгера, в больших и малых городах издавались брошюры о ходе военных действий, газеты печатали подробнейшие отчеты о далекой войне в Африке, в ЮАР посылались иконы, книги, альбомы и т. д. «Трансвааль, Трансвааль, страна моя, ты вся горишь в огне…» - сочиненные в честь буров песни оказались так близки нашим соотечественникам, что стали народными. На пожертвования россиян были снаряжены и направлены на юг Черного континента медицинский отряд Российского Красного Креста и Русско-голландский госпиталь.

Русские добровольцы отправились на помощь бурам с оружием в руках, заслужили добрую славу как организованные и умелые бойцы. Среди них были и такие яркие личности, как будущий известный политик А.И.Гучков, Е.Я.Максимов, отличившийся в ходе боевых действий и ставший бурским генералом, грузинский князь Н.Багратиони-Мухранский и многие другие. До сих пор в ЮАР остались памятники и захоронения русских добровольцев, в частности памятник поручику Покровскому в Утрехте, могила лейтенанта флота (в отставке) Б.А.Строльмана в Претории. В единственном в Африке южнее Сахары православном храме в Мидранде (Йоханнесбург) силами РПЦ при поддержке посольства сооружена часовня во имя св. князя Владимира, в память о всех русских, почивших в Южной Африке, включая добровольцев в Англо-бурской войне.

Другим важным событием, ставшим значимым фактором наших отношений, стала Октябрьская революция 1917 года, которая вызвала огромный интерес на Юге Африки. Здесь в это время происходил процесс становления структур и идеологии национально-освободительной борьбы. Многие местные коммунисты и представители освободительного движения страны в 1920-1930-х годах посетили Советский Союз. В их числе был, в частности, и Дж.Гумеде, президент Африканского национального конгресса (АНК), определивший широкие перспективы будущего сотрудничества и прочную основу для него - правду и справедливость. В 1940-1950-х годах эти ценности привели в Москву немало убежденных борцов за равенство, последовательных противников расовой дискриминации из ЮАР, таких как М.Котане и Дж.Б.Маркс.

Это было не первое обращение угнетенных в Южной Африке к России. Интересно, что уже в XIX веке местное африканское население видело в ней друга, союзника в противостоянии колонизаторам, опору в борьбе за справедливость. В годы Крымской войны (1853-1856 гг.) вожди южноафриканского народа коса увидели в нашей стране не только своего союзника, но и решили, что на стороне русских сражаются духи их лучших воинов. Кроме того, сохранилось, например, датированное 1896 годом обращение верховного вождя народности пондо Мгикелы к «царю» за защитой от несправедливых действий английской колониальной администрации.

На вероломное нападение гитлеровской Германии на СССР южноафриканцы откликнулись не только моральной поддержкой борьбы нашего народа, но и активной практической помощью: во многих городах страны активно действовали комитеты обществ «Друзья Советского Союза» и «Медицинская помощь для России». Их усилия находили широкий отклик среди местного населения: только последней организацией в 1942-1944 годах было собрано 700 тыс. фунтов стерлингов. Помимо денежных взносов, отсюда отправляли в нашу страну продукты, медикаменты, теплую одежду, витамины, кровь для переливания и многое другое. Кроме того, южноафриканские военные и вспомогательный состав, служившие в британском флоте, участвовали в «северных конвоях», доставлявших в советские порты грузы оборонного и гражданского назначения. Мы помним и об этом, ветераны конвоев были награждены памятными российскими медалями.

Правительство Южно-Африканского Союза пошло сначала на дипломатическое признание СССР, а затем и на открытие в 1942 году советского Генерального консульства в Претории, торгово-экономического представительства в Йоханнесбурге и консульского агентства в Кейптауне. С окончанием Второй мировой войны и в особенности после утверждения расистской идеологии в качестве государственной и перехода в 1948 году ЮАС к политике апартеида тогдашние правящие круги начали последовательно выступать за сворачивание двустороннего взаимодействия, чинить препятствия работе советских дипломатов. В 1956 году по инициативе режима апартеида, активно выступавшего на стороне США в холодной войне, советские консульские и другие агентства в ЮАС были закрыты.

Общественные организации Союза ССР проводили очевидную параллель между апартеидом и преступлениями нацизма, выражали свою солидарность африканскому большинству, подвергавшемуся жестокому угнетению. В 1960-1980-х годах Москва оказывала действенное и последовательное содействие движениям, сражавшимся с апартеидом, прежде всего южноафриканской компартии и АНК. Многообразная помощь, предоставлявшаяся Советским Союзом, включала в себя гуманитарную, финансовую, организационную поддержку, подготовку военных и гражданских специалистов. Об этом здесь до сих пор вспоминают с благодарностью. Лучшей оценкой качества полученного образования служит, пожалуй, тот факт, что многие из этих людей впоследствии заняли и сейчас занимают высокие руководящие посты в правительстве страны, бизнес-структурах.

Настойчиво и эффективно работала советская дипломатия: во многом именно благодаря ее постоянным усилиям сложился международный консенсус о неприемлемости проводившейся тогдашним преторийским правительством политики расовой дискриминации.

При этом советские граждане могли познакомиться с зарисовками из жизни в ЮАР практически свободно: южноафриканские писатели и поэты, в том числе запрещенные и гонимые собственным правительством, издавались в нашей стране весьма широко. М.Сероте, Н.Гордимер, П.Абрахамс, Б.Вилакази, А.Бринка, Л.Нкоси, Д.Опперман, Дж.Коуп, Х.Дзломо, И.Йонкер - вот далеко не весь перечень авторов, представленных на полках советских книжных магазинов и библиотек куда полнее, чем в Претории или Йоханнесбурге.

Процессы внутренних преобразований в ЮАР и СССР в 1980-1990-х годах отразились и на двусторонних отношениях. Уровень взаимодействия Москвы и Претории начал стремительно расти: в начале 1991 года подписано соглашение об открытии секций интересов двух стран при диппредставительствах Австрии, в ноябре того же года в ходе поездки южноафриканского министра иностранных дел П.Боты в Москву восстановлены консульские отношения. 22 декабря 1991 года Южно-Африканская Республика стала первым государством континента, признавшим государственный суверенитет Российской Федерации, а 30 декабря - Россию в качестве государства - продолжателя Советского Союза. 28 февраля 1992 года, во время ответного визита министра иностранных дел А.В.Козырева в Преторию, подписано совместное заявление об установлении дипотношений на уровне посольств. В этот день начался новый этап российско-южноафриканского сотрудничества, качественно изменился его статус.

Набранный высокий темп сохранялся и в последующие годы: в 1993 году учреждены генконсульства России в Кейптауне и ЮАР в Санкт-Петербурге. В том же году Москву посетил Президент ЮАР Ф. де Клерк.

В период, прошедший после установления дипломатических отношений между Россией и ЮАР, удалось достичь высокого уровня двусторонних политических связей, основывающихся на принципах равноправия, взаимопонимания, доверия и уважении интересов друг друга, на опыте взаимодействия, наработанном в годы борьбы с апартеидом, а также на близости или совпадении позиций по большинству актуальных международных проблем.

Становлению полноценного двустороннего политдиалога способствовали визиты в Россию вице-президента ЮАР Т.Мбеки (1998 г.) и Президента ЮАР Н.Манделы (1999 г.). За ними в 2002 году последовали визиты в ЮАР председателя правительства РФ М.М.Касьянова и заместителя председателя правительства РФ В.И.Матвиенко. В 2007 году ЮАР посетил председатель правительства РФ М.Е.Фрадков. Вектор политического сотрудничества задало подписание президентами России и ЮАР в 1999 году Декларации о принципах дружественных отношений и партнерства.

Знаковым событием стал официальный визит Президента России В.В.Путина в ЮАР в 2006 году - первое в истории посещение Африки к югу от Сахары руководителем Российского государства. Тогда был заключен Договор о дружбе и партнерстве между нашими странами, заложивший политические основы двустороннего взаимодействия на современном этапе.

Качественным шагом вперед стало принятие в 2013 году в ходе рабочего визита В.В.Путина в ЮАР, приуроченного к саммиту БРИКС в Дурбане, Совместной декларации об установлении всеобъемлющего стратегического партнерства между Россией и ЮАР. В этом документе, ставшем базой для дальнейшего выстраивания двусторонних отношений закреплен обоюдный настрой на взаимодействие и определены пути развития масштабного сотрудничества в политической, торгово-экономической, межпарламентской, оборонной, научно-технической, гуманитарной и других областях. Кроме этого, подписаны еще девять документов.

В 2013 году достигнута договоренность об открытии в Йоханнесбурге российского торгового представительства, которое сегодня активно работает над расширением двусторонних торгово-экономических связей.

С 2010 года по сегодняшний день Президент ЮАР Дж.Зума неоднократно (семь раз) посещал Россию. Налажен регулярный обмен посланиями между главами государств по актуальным проблемам двусторонней и глобальной повестки дня. Обе стороны настроены на развитие и углубление форматов общения на высшем, высоком и иных уровнях в целях «сверки часов» и активного продвижения межгосударственного взаимодействия.

Значимым фактором в развитии политдиалога стала сфера межпарламентского сотрудничества. В 2011 году Россию посетил глава верхней палаты Парламента ЮАР М.Махлангу, в 2012 году - делегация Комитета по внутренним делам нижней палаты. В 2013 году - Председатель Совета Федерации Федерального Собрания РФ В.И.Матвиенко приняла участие в похоронах Н.Манделы. В 2014 году председатель Госдумы С.Е.Нарышкин участвовал в инаугурации Президента ЮАР Дж.Зумы, переизбранного на второй срок. В 2014 году заместитель председателя Совета Федерации И.М.-С.Умаханов в ходе визита в Кейптаун подписал соглашение о сотрудничестве между верхними палатами двух стран. В 2016 году прошел успешный визит в Россию председателя Национального совета провинций Парламента ЮАР Т.Модисе.

Активно развивается двусторонняя договорно-правовая база, на сегодня насчитывающая свыше 60 вступивших в силу документов. Заключены и успешно работают соглашения об отказе от визовых требований для владельцев дипломатических и служебных/официальных паспортов (2010 г.), о взаимном признании и эквивалентности документов об образовании и ученых степенях (2013 г.), о сотрудничестве в области энергетики (2013 г.). Востребован и широко применяется формат межведомственных меморандумов, позволяющих упорядочить профессиональные связи профильных органов исполнительной власти двух стран, среди которых МВД, прокуратура, Минюст, космические агентства и т. д.

На финальном, «техническом» этапе находится заключение двустороннего межправительственного соглашения об установлении на взаимной основе безвизового режима поездок граждан России и ЮАР (владельцев общегражданских загранпаспортов). Завершение его оформления и вступление в силу в 2017 году, несомненно, будет способствовать интенсификации политических, деловых, культурно-гуманитарных и туристических обменов между нашими странами.

Наращивание сотрудничества по конкретным направлениям осуществляется в рамках созданных межправительственных механизмов, среди которых ключевая роль принадлежит Смешанному межправительственному комитету по торгово-экономическому сотрудничеству (СМПК), сопредседателями которого являются министр природных ресурсов и экологии РФ С.Е.Донской и министр международных отношений и сотрудничества ЮАР М.Нкоана-Машабане. Осенью 2016 года в Претории прошло 14-е заседание данного органа.

Другими двусторонними структурами являются Деловой совет Россия - ЮАР, Совместная комиссия по научно-техническому сотрудничеству, Смешанная межправительственная комиссия по военно-техническому сотрудничеству. Они ведут широкий спектр вопросов взаимодействия, в том числе в самых передовых областях. Так, связи по линии научно-технического сотрудничества (НТС) ориентированы на взаимодействие в фундаментальных и ядерных исследованиях, разработку медицинских и суперкомпьютерных технологий, а также астрофизические исследования. В 2016 году в ЮАР состоялись десятое заседание СКНТС и форум «ЮАР - Объединенный институт ядерных исследований (ОИЯИ): 10 лет вместе».

Успешно развивается сотрудничество в области космоса. Россия обеспечила в 2009 году запуск южноафриканского космического спутника «Сумбандила», на 2017 год намечено официальное открытие в ЮАР российской квантово-оптической станции в радиообсерватории в Хартбистхуке. В июне 2017 года в ЮАР запланировано проведение Третьей российско-южноафриканской конференции по науке, технологиям и инновационному сотрудничеству.

Востребованным компонентом двусторонних связей остается военно-техническое сотрудничество. В 2016 году в Претории проведены девятое заседание СМПК по военно-техническому сотрудничеству (ВТС) и российско-южноафриканский семинар оборонной промышленности, ставший хорошей площадкой для определения путей установления промышленной кооперации и прямого диалога для представителей ОПК двух стран. В целом сохраняются реальные перспективы двустороннего ВТС, прежде всего в области совместных разработок и производства предметов военного назначения, где наметилась тенденция к оживлению профильных связей. Этому способствует и участие российских компаний в международных выставках вооружений и военной техники «Африка аэроспейс энд дифенс», организуемых в ЮАР раз в два года.

Последовательно растет объем межрегионального взаимодействия. К настоящему времени заключено шесть соглашений о сотрудничестве, среди которых: Москва - Претория (1998 г.), Санкт-Петербург - Кейптаун (2003 г.), Московская область - провинция Гаутенг (2007 г.), Санкт-Петербург - Йоханнесбург (2009 г.).

Одним из приоритетных направлений сотрудничества остается сфера образования. Квота выделяемых южноафриканской стороне госстипендий правительства России пока невелика (18 в 2016 г.), однако здесь наблюдается поступательная тенденция к росту. Кроме того, в последнее время они весьма ощутимо дополняются направлением на обучение в российские вузы сотен абитуриентов за счет бюджета провинций ЮАР, имеющих прямые договоренности с рядом наших университетов (например, провинция Фри-Стейт - РУДН). Успешно функционирует и местное представительство известной фирмы «РАКУС», на коммерческой основе содействующее организации обучения граждан ЮАР в России.

В последние годы заметно возросли объем и качество двусторонних связей в области культуры. В ЮАР с энтузиазмом принимают российские музыкальные, балетные, танцевальные коллективы. После серьезной проработки сторонами в 2016 году в Йоханнесбурге и Москве состоялось открытие перекрестных Годов культуры России в ЮАР и ЮАР в России - первых такого рода в новой истории двусторонних отношений. В городах ЮАР выступил Национальный академический оркестр народных инструментов России им. Н.П.Осипова, в городах России - популярные южноафриканские исполнители. Коллективы двух стран были тепло приняты зрителями. В церемонии открытия в Москве участвовал Министр по делам искусств и культуры ЮАР Н.Мтетва.

В ЮАР проживает около 2 тыс. российских соотечественников, в Йоханнесбурге и Кейптауне работает Координационный совет организаций российских соотечественников (КСОРС) ЮАР. В пригороде Йоханнесбурга - Мидранде действует единственный в Африке к югу от Сахары храм Русской православной церкви Преподобного Сергия Радонежского (приход основан в 1998 г., храм освящен и открыт в 2003 г.). В последние годы хорошей традицией стало отмечать вместе с соотечественниками праздники, в первую очередь 9 мая. Два года подряд с большим успехом проходит акция «Бессмертный полк». Вместе с соотечественниками в сотрудничестве с представителями РПЦ мы стараемся сохранить и поддержать элементы языка, культуры, духовности нашей страны в Южной Африке. Не забываем и об истории, разыскивая и фиксируя каждый «русский след» на южноафриканской земле. Наше общее плодотворное взаимодействие - один из механизмов продвижения «русского духа» на африканской земле.

Планомерно развивается двустороннее торгово-экономическое сотрудничество, базирующееся на весьма обширной договорно-правовой базе, затрагивающей такие важнейшие сферы, как защита инвестиций, избежание двойного налогообложения, энергетика, военно-техническое и научно-техническое сотрудничество, взаимодействие в области разведки, добычи, переработки и обогащения полезных ископаемых и др.

Товарооборот между двумя странами достиг в 2013 году своего пикового значения, превысив 1 млрд. долларов, однако в последние годы постепенно снижается в стоимостном выражении (за 10 месяцев 2016 г. объем торговли составил порядка 650 млн. долл.) ввиду ослабления курса национальных валют и снижения мировых цен на основные экспортные товары. Если же рассматривать количественные объемы, можно, напротив, заметить увеличение взаимных поставок широкой линейки товаров. Важное место в структуре торговли занимают минеральное топливо, руды, черные и драгоценные металлы, продовольственные товары и сельхозсырье, удобрения, транспортное и иное оборудование.

Несмотря на текущие сложности, связанные с негативной мировой конъюнктурой, в том числе ценами на сырьевые товары, ЮАР является для России перспективным партнером с большим потенциалом двустороннего взаимодействия в различных отраслях экономики.

Упомянутая выше Совместная декларация об установлении всеобъемлющего стратегического партнерства между Россией и ЮАР придала новый импульс российско-южноафриканскому сотрудничеству в торгово-экономической области. В частности, стороны договорились об углублении масштабного сотрудничества в таких приоритетных областях, как торговля, инвестиции и банки, минеральные ресурсы, энергетика, транспорт, связь, металлургия, инновационные и высокие технологии и др.

Налажено плодотворное взаимодействие между антимонопольными службами России и ЮАР, которые в 2016 году заключили двусторонний меморандум в сфере продвижения конкуренции и соблюдения антимонопольного законодательства.

Российско-южноафриканский деловой совет, действующий с 2008 года, рассматривает вопросы взаимодействия в области энергетики, горнодобывающей промышленности, финансов, наземного, воздушного и морского транспорта, строительства, инфраструктуры, информационно-коммуникационных технологий, сельского хозяйства, малого и среднего бизнеса.

Успешно работают в ЮАР такие российские компании, как ГК «Ренова», специализирующаяся на производстве марганцевой руды, ОАО «Северсталь» (производство металлизированных угольных брикетов с содержанием железа более 90%), «Русатом Оверсиз», ОАО «Газпромбанк Африка» и др. Помимо основной деятельности, российский бизнес («Ренова» и «Газпромбанк») проявляют интерес к реализации инвестиционных проектов в энергетической сфере (строительство небольших электростанций), а также профессионально-технической подготовке южноафриканского населения.

Продолжается работа по полномасштабному запуску центра технического обслуживания и ремонта вертолетной техники (ОАО «Вертолеты России» и ОАО ОПК «Оборонпром») в Йоханнесбурге для обслуживания эксплуатируемых и поставляемых в страны континента российских вертолетов типа Ми-8/17.

Значительные перспективы имеются в рамках сотрудничества в таких сферах, как авиация, фармацевтика, автомобиле- и судостроение. К реализации проектов в ЮАР проявляют заинтересованность корпорации «Сухой» и «Иркут», ПАО «КАМАЗ», АО «Концерн ВКО «Алмаз-Антей», ОАО «Вертолеты России», ООО «Ростсельмаш».

Россия располагает широкой и современной энергетической инфраструктурой. Без сомнения, имеющийся опыт и технические возможности могут быть использованы для строительства новых и модернизации действующих энергетических объектов в ЮАР. Готовность к участию в южноафриканских проектах в данной сфере имеется у крупных российских профильных игроков - «Технопромэкспорт», «Силовые машины», «Зарубежэнергопроект», «Ренова» и др.

Успешно запущено и продолжает набирать обороты взаимодействие между различными российскими и южноафриканскими компаниями в атомной сфере: налажено сотрудничество между Ростехнадзором и Национальным ядерным регулятором ЮАР по вопросам ядерной безопасности, между АО «Техснабэкспорт» и южноафриканской госкорпорацией «ЭСКОМ» по поставкам российского обогащенного урана на АЭС «Куберг». Корпорация атомной энергетики ЮАР начала поставлять российской компании «ТВЭЛ» первые партии реакционных камер.

Госкорпорация «Росатом» является одним из претендентов на реализацию южноафриканской масштабной программы по строительству новых атомных электростанций.

Южноафриканская компания «Shaft Sinkers (Pty)» вместе с российскими партнерами (ОАО «МХК «ЕвроХим») успешно реализует в России совместный проект по строительству клетьевого шахтного ствола на Гремячинском месторождении калийных солей в Волгоградской области.

В целях продвижения выхода на южноафриканский и российский рынки новых участников внешнеэкономической деятельности активно используются возможности международных мероприятий экономической направленности: форумы, ярмарки, выставки. В 2016 году более десятка южноафриканских делегаций, представляющих государственные структуры и деловые круги, посетили Россию для участия в крупнейших международных событиях, таких как Петербургский международный экономический форум, Международный инвестиционный форум, Восточный экономический форум, Всемирный зерновой форум, Международный IT-форум, «Иннопром», «Атомэкспо», «Продэкспо», «World Food Moscow» и др.

Российские потребители имели возможность познакомиться с различными видами продовольственной и иной продукции южноафриканского производства в ходе организованных при поддержке Министерства торговли и промышленности ЮАР выставках-ярмарках «Торгово-инвестиционная инициатива» (в 2016 г. такие презентации состоялись в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Новосибирске и Москве).

Российские производители, в свою очередь, приняли участие в проводимых в Южной Африке международных выставках «Nuclear Power Africa», «African Utility Week», «Power-Gen and DistribuTECH», «Africa Aerospace and Defence» и др.

Весьма активно и конструктивно положения Совместной декларации об установлении всеобъемлющего стратегического партнерства реализуются во внешнеполитической сфере, в частности, в рамках сотрудничества двух стран в ООН и на других авторитетных многосторонних площадках, где участвуют Россия и ЮАР.

ЮАР и Россия фактически исходят из одних и тех же посылок при формировании своей внешней политики, что позволяет нам плодотворно взаимодействовать по актуальным вопросам международной повестки дня. Обе страны выступают за полицентричную модель мироустройства, в которой нет места доминированию одной страны или блока государств. Наши взгляды совпадают или близки по большинству ключевых международных сюжетов: укрепление центральной роли Организации Объединенных Наций в решении насущных вопросов современности, реализация Целей устойчивого развития, обеспечение глобальной безопасности, содействие международному развитию и др.

В 2016 году Южно-Африканская Республика вошла в число соавторов приоритетной для Российской Федерации резолюции Генеральной Ассамблеи ООН «Борьба с героизацией нацизма, неонацизмом и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости». Южноафриканские партнеры продемонстрировали солидарность с Российской Федерацией при голосовании по тенденциозной резолюции по правам человека в Крыму. Положительно в Претории воспринимают российские инициативы по разработке многосторонних документов в сфере борьбы с международной преступностью и терроризмом.

Россия неизменно оказывает поддержку южноафриканским инициативам по содействию развитию Африки. Мы приветствуем продвигаемый Преторией принцип: «Африканским проблемам - африканское решение», предусматривающий повышение ответственности африканских стран за урегулирование региональных кризисов и конфликтных ситуаций на континенте.

Важной составляющей нашего взаимодействия является совместная работа в рамках «Группы двадцати» по вопросам реформы мировой финансово-экономической системы и продвижения интересов стран с развивающейся экономикой.

ЮАР и Россия являются последовательными сторонниками углубления интеграционных процессов и формирования таких экономических региональных объединений, которые смогут внести значительный вклад в обеспечение экономического роста участвующих в них стран, реализации их потенциала в мировой торговой системе и реального повышения благосостояния населения. Мы готовы к дальнейшему развитию плодотворного взаимодействия на этом треке. Как отметила член Коллегии по интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии Т.Валовая, «опыт Евразийского экономического союза может оказаться полезным для интеграционных структур Африки, как и африканский опыт - для ЕАЭС».

Важной составляющей наших отношений является участие обеих стран в БРИКС. ЮАР, как и Россия, привержена идее дальнейшего развития, институционализации и наращивания взаимодействия в формате «пятерки».

ЮАР самым активным образом, креативно и эффективно работала в качестве председателя объединения в 2013 году. Именно Претории принадлежит идея создания при саммите БРИКС формата «аутрич», который позволяет привлекать к взаимодействию с объединением соседей по региону. После саммита в Дурбане этот формат регулярно и успешно использовался каждым последующим председательством. В целом наше сотрудничество в БРИКС можно назвать тесным и плодотворным.

Изложенные выше факты могут показаться сухими и формальными, но за ними стоит долгая кропотливая работа многих людей и учреждений наших стран. Ее результат - прочная ткань двусторонних отношений, нити которой все теснее связывают наши народы.

Конечно же, многое еще предстоит сделать, прежде всего в торгово-экономической сфере, межрегиональных связях, развитии туризма, контактов между людьми. Крайне важно будет постоянно поддерживать историческую память о нашем тесном взаимодействии в годы борьбы с апартеидом, работать на то, чтобы граждане наших стран, прежде всего молодежь, больше знали и лучше понимали друг друга. Наши страны являются естественными партнерами, а народы, казалось бы, разительно отличающиеся, имеют немало общего.

Вся суть и содержание нашего взаимодействия с ЮАР говорят не только о стратегическом характере партнерства и текущем высоком уровне отношений по всему спектру вопросов, но и о большом потенциале их дальнейшего развития. И наша задача - в полной мере реализовать этот потенциал.

Россия. ЮАР > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083716 Михаил Петраков


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083715 Рафаэл Геворкян

На всякий случай. МИД РФ продолжает наращивать информационную поддержку российских граждан за рубежом

Рафаэл Геворкян, Советник Аппарата уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права

Зоя Кокорина, Советник Аппарата уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права

По данным Ростуризма, ежегодно граждане Российской Федерации совершают около 30 млн. зарубежных поездок, посещая десятки стран на всех континентах земного шара. Более 1 млн. россиян находятся вне пределов нашей страны длительно - в силу трудовых, семейных и иных обстоятельств.

На фоне этих значительных показателей закономерными смотрятся и распространенность, и частота различных проблемных ситуаций у российских граждан за рубежом, урегулирование которых лежит в правовой плоскости. Это может быть угроза экстрадиции, причинение вреда здоровью со стороны третьих лиц, семейно-брачные споры и нарушение прав несовершеннолетних, нарушение права собственности и др.

Во всех случаях, по мнению профессионалов, если бы помощь со стороны адвоката приходила вовремя и наши граждане стремились получить ее как можно скорее, а также знали, куда и к кому они могут обратиться для этого, значительное количество негативных ситуаций можно было бы минимизировать или избежать вовсе. Это особенно актуально для экстренных случаев, когда оперативное подключение адвоката играет очень важную роль.

Например, оказавшись один на один со следствием, лицо, которому грозит привлечение к уголовной ответственности, может столкнуться за рубежом с элементами давления, запугивания и даже с вольной интерпретацией представителями местных правоохранительных органов его показаний.

Присутствие же адвоката при допросе и сборе доказательной базы существенно помогло бы избежать процессуальных ошибок и попрания прав и свобод россиянина, подкрепило бы соответствующие усилия отечественных консульских и дипломатических представителей с зарубежными властями.

Нередки случаи, когда из-за нежелания своевременно воспользоваться квалифицированной защитой адвоката по причине переоценки своих собственных возможностей граждане попадают в необратимые ситуации.

В 2016 году Аппаратом уполномоченного МИД России по вопросам прав человека, демократии и верховенства права была начата реализация масштабного проекта по созданию русско-язычных Списков адвокатов и юридических фирм за рубежом, к которым граждане Российской Федерации смогли бы обращаться для оперативного получения юридических услуг на территории иностранных государств.

Запуску этой работы предшествовало заседание коллегии МИД России, предметно рассмотревшей приоритетные задачи в области защиты прав, свобод и законных интересов граждан Российской Федерации и соотечественников за рубежом.

Подготовка Списков потребовала объединения усилий посольств и генеральных консульств Российской Федерации почти в 140 странах и заняла около одного года.

Суть Списков - обеспечить любого гражданина Российской Федерации, выезжающего или находящегося за границей, конкретной, релевантной и верифицированной информацией на русском языке о некоторых адвокатах и юридических фирмах, которые достоверно функционируют в той или иной зарубежной стране. Это актуально с учетом того, что не всегда россияне владеют языком страны пребывания. Они также могут не обладать кругом знакомых, которые вовремя дадут им необходимую подсказку. А речь порой идет о минутах или часах, упустив которые можно усугубить свое положение.

В числе ключевых преимуществ информационно-справочных Списков: доступность на русском языке, выделение адвокатов и юрфирм, которые имеют опыт работы с росгражданами, владеют русским языком, могут представлять интересы своих доверителей в национальных судебных инстанциях, практикуют оказание услуг на безвозмездной основе (об этом - дальше), имеют специальные телефоны для экстренных и круглосуточных звонков. При принятии решения об обращении в ту или иную адвокатскую фирму важно заранее точно знать, в каких отраслях права она специализируется. Эти сведения также включены в Списки.

На данном этапе (по состоянию на 2 февраля 2017 г.) Списки охватывают 151 - подавляющее большинство - страну мира и включают 1374 адвоката и юридические фирмы.

Подчеркнем, что вся информация, содержащаяся в Списках и покрывающая вышеназванные категории, проверялась дипломатами практически вручную. Handmade-продукт такого масштаба беспрецедентен.

Аналогичный опыт Списков адвокатов имеется у внешнеполитических ведомств Великобритании и США. Российские Списки полностью учли их позитивные и негативные стороны, вобрали в себя наилучшие практики, были усовершенствованы под отечественного «пользователя». По мнению ряда опрошенных экспертов и адвокатов-профессионалов, Списки МИД России значительно глубже и более релевантные.

Возвращаясь к вопросу оплаты услуг адвокатов, которая по общепринятой практике ложится на плечи их доверителей, необходимо указать на такие распространенные во многих зарубежных странах практики, как legal aid и pro bono.

Первая - это правовая помощь, оказываемая лицу в определенных законодательством иностранного государства случаях полностью или частично за счет этого государства. Как правило, на получение такой помощи могут претендовать уязвимые социальные группы, нуждающиеся в защите со стороны государства (страдающие психическими расстройствами, малоимущие, инвалиды, дети без попечения родителей и т. п.), а также лица, оказавшиеся в правовой ситуации, связанной с ограничениями основных прав и свобод (подозреваемые и обвиняемые в совершении преступлений, лица, подлежащие депортации, и т. п.). Формат pro bono, то есть «ради общественного блага», - это юридические услуги, оказываемые адвокатами/юрфирмами на безвозмездной основе, как правило, в зависимости от обстоятельств дела, по исключительному решению самого адвоката/юрфирмы малоимущим, социально-незащищенным и нуждающимся лицам. Адвокаты и юрфирмы, которые практикуют legal aid и pro bono, также отмечены в Списках.

Вопрос актуальности информации в Списках чрезвычайно важен, ему уделено особое внимание. Списки по всем странам будут постоянно совершенствоваться и улучшаться. Это предполагает как дополнение их новыми адвокатами и юрфирмами, так и удаление тех, кто указал недостоверную информацию или вызвал обоснованные систематические жалобы со стороны граждан Российской Федерации, к ним обращавшихся.

Любой адвокат или юридическая фирма, пожелавшие быть включенными в Списки МИД России, могут заявить о себе по электронной почте в посольство России в той стране, в которой они реально способны оказывать юридические услуги гражданам РФ. Именно посольства наделены полномочиями по сбору и анализу информации об адвокатах и фирмах, которую они предоставляют добровольно, а также проверке их деловой репутации и др. В их ведение входит и принятие мер к «штрафникам», вплоть до рекомендации удаления из Списка. Вся эта работа производится в тесной координации и по согласованию с Центральным аппаратом МИД России.

В 2012 году Президент Российской Федерации В.В.Путин в своем выступлении в ходе Совещания послов и постоянных представителей России за рубежом подчеркнул, что консульские учреждения за рубежом должны «буквально в круглосуточном режиме» помогать россиянам. Списки адвокатов и юрфирм, наряду с уникальным, представленным общественности в августе 2016 года мобильным приложением «Зарубежный помощник», - очередной конкретный шаг Министерства иностранных дел Российской Федерации по реализации указанной установки главы государства. Списки адвокатов и юридических фирм размещаются и доступны 24 часа в сутки, круглогодично на всех официальных информационных ресурсах МИД России - на «головном» сайте www.mid.ru, на портале Консульского департамента министерства www.kdmid.ru, на сайтах посольств и генеральных консульств Российской Федерации, а также в приложении «Зарубежный помощник».

В первые часы размещения Списков на информационных ресурсах МИД России начали поступать позитивные отклики от граждан России и соотечественников за рубежом, профессионалов адвокатского сообщества, представителей органов юстиции России и зарубежных стран. Это подтверждает сильную востребованность данного проекта, выстроенного и воплощенного в жизнь, кстати, по всем канонам проектного менеджмента, которому в настоящее время со стороны руководства нашей страны закономерно уделяется повышенное внимание.

«Praemonitus praemunitus, или кто предупрежден, тот вооружен», - говорили древние. Рассчитывая на то, что количество проблемных случаев у наших сограждан за рубежом будет сокращаться, тем не менее лучше иметь в виду возможность оперативно получить проверенную информацию об адвокатах и юридических организациях из Списков. На всякий случай.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083715 Рафаэл Геворкян


Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083713 Юрий Шафраник

Отношения России и США: от конфронтации к вынужденному сотрудничеству

Юрий Шафраник, Председатель Совета Союза нефтегазопромышленников России, президент Фонда «Мировая политика и ресурсы»

Как будут развиваться российско-американские отношения в 2017 году? Пока, судя по всему, не лучшим образом. Буквально накануне Нового года США ввели очередные санкции против России, в том числе выслав 35 наших дипломатов. А уже в начале января сенаторы Джон Маккейн и Линдси Грэм спешно подготовили пакет санкций, которые, дескать, «ударят по самым слабым местам» - финансовому и энергетическому секторам российской экономики.

Не прекращаются недоказанные обвинения «руки Москвы» в причастности к хакерским атакам и вторжению в избирательный процесс в США. Умаляется роль России в борьбе с террористической организацией «Исламское государство» (запрещенной в РФ). Более того, как заявил экс-министр обороны США Эштон Картер, Россия лишь «усиливает гражданскую войну» в Сирии. А бывший глава ЦРУ Майкл Морелл откровенно призывал тайно убивать в Сирии россиян. При этом растет активность вооруженных сил НАТО у наших западных границ.

Беспрецедентное ухудшение отношений между нашими странами за последние шесть лет вызывает особую тревогу. Эти отношения крайне асимметричны: резко отрицательная и абсолютно предвзятая со стороны США трактовка внешнеполитических действий России усиливает опасность возникновения неконтролируемых процессов в ряде регионов.

Теперь уже новая администрация США будет определять, удастся ли в ближайшие год-два перейти от ухудшения к стабилизации и последующему улучшению отношений или накопленные проблемы перерастут в усиленную конфронтацию по ряду ключевых вопросов.

Отношения России и США за последние 25 лет прошли, по моему мнению, три этапа развития.

В начале 1990-х годов эйфория от демократических преобразований и перехода на рыночные рельсы сопровождалась обращением российской элиты к примеру США как образцу современной экономики и процветания населения и сформировала высокие ожидания от развития российско-американских отношений буквально по всем направлениям.

Принципы Вашингтонского консенсуса, безоговорочно положенные в основу радикальных реформ, и задавали вектор нашего взаимодействия в 1990-х годах. Была создана межправительственная комиссия Гор - Черномырдин. Как ее активный участник могу подтвердить, что она проделала большую работу по приданию политического импульса и созданию юридической базы для экономического сотрудничества и реализации целого ряда масштабных совместных проектов. Благодаря ее содействию многие крупные американские компании пришли в Россию и внесли существенный вклад в становление рыночной экономики, развитие технологического прогресса в целом ряде отраслей, включая нефтегазовый сектор.

В мае 2001 года состоялся саммит президентов США и Российской Федерации, одним из результатов которого стала инициатива формирования Энергетического диалога РФ - США, призванного содействовать коммерческому сотрудничеству в энергетическом секторе, увеличивая взаимодействие между соответствующими компаниями двух стран в области разведки, производства, переработки, транспортировки и сбыта энергоносителей, а также в реализации совместных проектов, в том числе в третьих странах.

В том же, 2001 году была опубликована Белая книга «Партнерство США и России: новые времена, новые возможности», в которой излагалась позиция Конгресса США относительно энергетического сотрудничества с Россией. В этом документе прямо указывалось, что приоритетным направлением внешней политики США должно стать развитие российско-американского энергетического сотрудничества, поскольку таким образом США могут «уберечь себя от рисков неопределенности поставок энергоносителей и ненужной зависимости».

Тогда многое было сделано. Достаточно упомянуть такие огромные проекты, как «Сахалин-1», «Сахалин-2», «Каспийский трубопроводный консорциум» или начало совместного освоения Арктического шельфа. В России, можно сказать, прописались американские компании «ЭксонМобил», «Шеврон», «КонокоФиллипс», «Бейкер Хьюз», «Халлибертон»…

Однако технологическое развитие, новые технологические прорывы США буквально за 2008-2015 годы кардинально изменили ситуацию. Отношения сотрудничества с Россией, в том числе в энергетической сфере, сменились острой конкуренцией (а позже - в геополитическом плане - и конфронтацией).

С другой стороны, уже к концу 1990-х годов разочарование результатами «шоковой терапии», резкое сокращение производства и падение доходов значительной части населения привели к изменению мнения наших граждан к западной модели и началу поиска собственного пути развития.

В начале XXI столетия в отношениях между нашими странами появляются разногласия и по политической повестке дня. Определенные круги в США посчитали, что распад Советского Союза и последовавший кризис российской экономики являются исключительно результатом победы США и НАТО в холодной войне и что эта победа раз и навсегда лишила Россию какого-либо влияния не только на мировую политику, но и на региональное развитие. Был сделан вывод, что мир стал однополярным, что США являются единственным гарантом международной безопасности, имеющим полное право вмешиваться во внутренние дела любого государства, включая применение вооруженных сил.

При этом в Восточной Европе (при поддержке определенных политических сил в странах данного региона) сделали ставку на расширение НАТО. Тот факт, что на протяжении всей истории существования Российского государства соседи регулярно пытались покушаться на его территориальную целостность и временами добивались существенных результатов, совершенно не учитывался. Все это в совокупности стимулировало дальнейшее усиление в России опасений, вызываемых действиями США.

Накопившиеся разногласия и видимый ущерб России в зоне ее национальных интересов обострили противоречия между нашими странами, особенно после вмешательства США в события в Югославии и на Ближнем Востоке. (Кстати, Дональд Трамп в ходе своей предвыборной кампании назвал нападение на Югославию, агрессию против Ирака и Ливии криминальными преступлениями.) В итоге к концу первого десятилетия XXI века мы получили радикальное ухудшение двусторонних отношений, которое охватило не только политическую сферу, но и стало сказываться на экономическом сотрудничестве.

На третьем этапе (после 2010 г.) наши отношения еще больше обострились после вмешательства США во внутренние дела Ливии и в связи с разногласиями по вариантам урегулирования гражданской войны в Сирии. Негативно сказались и воссоединение Крыма с Россией, и продолжающийся гражданский конфликт на Востоке Украины. (При этом нельзя забывать, что именно вторжение Соединенных Штатов в Ирак не только дестабилизировало Ближний Восток, но и породило ИГИЛ, а нарушение суверенитета Сирии привело к дальнейшему расползанию террористической угрозы.)

В конечном счете декларируемая Бараком Обамой в начале его президентской карьеры «перезагрузка» наших отношений обернулась яростной атакой на экономику, политику и идеологию России. Во время его президентства фактически была развязана новая холодная война против России. Научный руководитель Института США и Канады РАН Сергей Рогов отмечает: «Это выражается в диком разгуле пропаганды, в прекращении нормального политического диалога, контактов между военными, использовании экономических рычагов».

Тем не менее в данный период благодаря совместным усилиям дипломатов России и США удалось заключить новое соглашение о сокращении стратегических наступательных вооружений, выработать соглашение по ядерной программе Ирана и достичь серьезного взаимопонимания по совместным действиям в Сирии. Эти успехи свидетельствуют: когда обе стороны проявляют необходимую политическую волю, то удается достичь существенного прогресса на благо не только обеих сторон, но и стабилизации политической обстановки в мире в целом. Два последних примера, на мой взгляд, убедительно подтверждают необходимость прилагать больше усилий для понимания истинных целей, причин и мотивов действий партнера, с большим уважением относиться к его аргументации.

Итак, в России в конце 1990-х эйфория от чуть ли не «братской дружбы» с США сменилась глубоким разочарованием и переходом в другую крайность - во всем видеть «происки Вашингтонского обкома». На фоне экономических неурядиц и глубоко укоренившихся клише советской пропаганды эти настроения получили широкое распространение.

Надо сказать, что такого рода общественное самочувствие негативно сказывается не только на двусторонних отношениях, но и на отношении к основным проблемам современности. В частности, это способствует росту изоляционистских настроений, попыткам противопоставить процессу глобализации строительство экономической автаркии, созданию административных барьеров для взаимодействия с иностранными фирмами. Думаю, что наши партнеры могли бы проиллюстрировать эти наблюдения примерами из американской политической и экономической практики.

Абсолютно прав президент ИМЭМО РАН Александр Дынкин, говоря, что по инициативе США продолжается активная перестройка институтов экономического регулирования: создается Транстихоокеанское партнерство и идет подготовка к формированию аналогичной трансатлантической структуры. Это крупнейший слом сложившейся конфигурации международных экономических отношений, свидетельствующий о том, что США отказались от поиска компромисса внутри ВТО и делают ставку на новые форматы с собственным доминированием.

Сегодня, конечно, можно констатировать, что влияние деятелей, выступающих за поддержание однополярного мира, явно ослабло - прежде всего в результате поступательного развития таких стран, как Китай и Индия. По мере роста экономической и военной мощи Китай начинает играть все более влиятельную роль не только в Азии, но и в мире. При этом он проводит традиционно взвешенную, но все более активную политику усиления в первую очередь экономического сотрудничества со многими странами.

Зато тяга США к собственной экономической и военно-политической однополярности сейчас особенно очевидна в отношениях с Россией. Однако не исключаю, что в Белом доме и Конгрессе возникнут условия для пересмотра укоренившихся предубеждений и недоверия. В этом контексте важную роль способен сыграть, например, механизм Дартмутских конференций. Возникшая более 50 лет назад (прежде всего благодаря усилиям таких патриархов внешней политики, как госсекретарь США Генри Киссинджер и российские академики Георгий Арбатов и Евгений Примаков) эта форма прямого и откровенного диалога авторитетных общественных деятелей обеих стран дает возможность не только обсудить накопившиеся проблемы, но и выработать взаимоприемлемые пути их решения. Думается, что в ближайшие годы мы должны приложить максимум усилий для повышения эффективности Дартмутских конференций. Конечно, с учетом значительных перемен, произошедших после сотрудничества в 1990-х годах, включая перемены в энергетической сфере.

В ходе «сланцевой революции» государственные органы, предприниматели и научное сообщество США показали пример того, как частная инициатива, поддерживаемая государственным стимулированием науки, внедрения новых технологий и предпринимательского риска на наиболее перспективных направлениях технологического прогресса, позволяет быстро перестроить энергетическую отрасль под нужды собственной экономики и населения.

Как профессионал и непосредственный участник изначального освоения ресурсной базы Западной Сибири, с глубоким уважением отношусь к отраслевой - организационной и экономической - эффективности в Соединенных Штатах, продемонстрированной при освоении сланцевых месторождений нефти и газа. Впечатляют сроки трансформации отрасли, обновление связанных с ней финансовой и транспортной инфраструктур и производственной базы, рост квалификации кадров и скорость интегрирования нового сектора в экономику страны.

Разумеется, не стоит преувеличивать значение технологического скачка в освоении нетрадиционных ресурсов в краткосрочной перспективе, однако долгосрочный эффект может быть значительным. Пока нигде в мире, кроме США, такого интенсивного освоения нетрадиционных ресурсов не происходит. Множество попыток - даже в хорошо организованной Европе - по тем или иным причинам пока привели лишь к разочарованию инвесторов. Это связано не только с геологическими отличиями и экологическими ограничениями: прежде всего, полагаю, новые проекты не выдержали конкуренцию с существующими традиционными и перспективными возобновляемыми источниками энергии.

Важной сферой энергетических интересов как России, так и США являются рынки Западной Европы, которые также претерпевают трансформацию ввиду перехода на более экологичные виды топлива и вследствие сокращения собственной добычи газа европейскими государствами. На европейском рынке газа Россия всегда обеспечивала стабильные поставки и цены - даже в периоды отраслевых изменений и нестабильности. Последние данные по экспорту газа подтверждают это. В условиях аномально холодной зимы и соответствующего роста потребления российские поставки играют главную роль в поддержании нормальной жизнедеятельности в Европе.

Следует отметить, что если бы европейские регуляторы стремились к реальной диверсификации источников природного газа, то им было бы необходимо направить усилия прежде всего на стабилизацию государств Ближнего Востока в долгосрочной перспективе, поскольку необходимые инфраструктурные проекты требуют десятилетий, чтобы окупиться.

Для решения задачи диверсификации европейского газового рынка Иран был и остается наиболее экономически обоснованным источником поставок природного газа. Изменения глобального энергетического и политического ландшафта последних трех лет привели к возможному участию Ирана в европейском проекте «Южный газовый коридор». Такие радикальные и быстрые изменения трудно предсказывать, но к ним нужно быть готовым.

Наряду с ростом китайской промышленности скачок производства нефти и природного газа в США привел к радикальным изменениям на рынке углеводородов. Здесь всем участникам пришлось пересматривать свои стратегии и проекты. С одной стороны, это привело к превышению предложения над спросом на нефть и газ и значительному падению цен на углеводороды в целом. Следовательно, существенно сократились доходы стран-производителей. С другой стороны, благодаря снижению зависимости стран-импортеров от производителей такого политически нестабильного региона, как Ближний Восток, цены на рынке обрели устойчивость на уровне, приемлемом для производителей и потребителей. Создались более благоприятные условия для роста в будущем экономической активности и благосостояния населения Земли.

В целом эффект увеличения мирового производства углеводородов следует оценивать положительно: прежде всего потому, что главной проблемой мировой экономики в настоящее время является обеспечение устойчивого роста. США сегодня являются крупнейшим в мире производителем жидких углеводородов и природного газа, Россия занимает второе место по данным показателям. С учетом этого роль их взаимодействия в обеспечении не только экономической, но и политической стабильности в мире невозможно переоценить. На мой взгляд, сфера энергетики объективно является полем долгосрочного взаимовыгодного сотрудничества наших стран.

В то же время есть ряд острейших политических проблем, решить которые невозможно без тесного сотрудничества РФ и США. Назовем это сотрудничество вынужденным. На первом плане здесь международный терроризм, особенно акции ИГИЛ, организации, вызвавшей масштабную гуманитарную катастрофу на территории Сирии и Ирака и пытающейся распространить свое влияние не только на соседние страны, но и на весь мир.

С 2011 года ситуация в Сирии постоянно ухудшалась, несмотря на действия позитивных сил как внутри страны, так и вовне. Россия не вмешивалась, ограничиваясь миротворческими призывами к противоборствующим сторонам. Однако когда стало очевидным, что наиболее радикальные и антигуманные силы реально начинают обострять ситуацию в своих интересах, что уже реально просматривалась возможность образования игиловского халифата, мы предложили военные средства как единственно эффективные на этом этапе конфликта.

Действия экстремистов активизировались по всему миру - и в США, и в Европе, и в России, - но именно в Сирии система международной безопасности проходит сегодня проверку на состоятельность, учитывая масштабы гуманитарной катастрофы и число вовлеченных в конфликт сторон. Россия не могла остаться в стороне и поэтому предлагает свои решения по скорейшему завершению военных действий и переходу к мирному процессу.

Примером весьма успешного регионального взаимодействия США и России в недавнем прошлом была бескровная ликвидация химического оружия на территории Сирии. Только сотрудничество наших стран сделало эту операцию возможной в столь короткие сроки. На этом фоне самостоятельная операция США в Ираке с теми же целями - уничтожение оружия массового поражения - заняла несколько лет и привела к гибели 4497 военнослужащих США и около миллиона граждан Ирака, а также к длительной дестабилизации обстановки в этом регионе.

Обобщая все вышесказанное, полагаю, что принципами для выстраивания архитектуры сотрудничества должны выступать следующие отправные точки:

- Россия в значительной степени интегрирована в систему международно-правовых отношений, хотя нарастающая конфронтация с западными странами затормозила этот процесс. Россия заинтересована в дальнейшей интеграции, укреплении своей роли в мировой экономике и обеспечении равноправия участников международного сотрудничества. Для этого РФ развивает региональные союзы и взаимовыгодное сотрудничество не только с государствами, ранее входившими в СССР, но и с такими растущими экономиками, как Китай и Индия;

- Россия и США вынужденно сотрудничают в вопросах контроля и нераспространения оружия массового поражения. Эта задача остается приоритетной для обеих стран. В данном контексте может быть продолжено и сотрудничество как по иранской ядерной программе, так и по вопросам обеспечения исполнения третьими странами взятых на себя международных обязательств;

- предотвращение распространения идеологий, подобных ИГИЛ, и роста аналогичных террористических формирований, согласованные действия по борьбе с международным терроризмом являются естественным приоритетом в международной повестке обеих стран. Сотрудничество в этой области должно исключить возможные конфликты участников и повысить эффективность принимаемых мер;

- энергетика является сферой деятельности в глобальном масштабе как для США, так и для России. Здесь взаимодействие наших стран, компаний и специалистов необходимо для повышения эффективности энергетической отрасли в целом и обеспечения устойчивого роста мировой экономики.

Энергетическое сотрудничество наших стран в регионах Ближнего и Дальнего Востока и строительство новых энергетических коридоров могли бы стать важным средством политической стабилизации и обеспечения экономического роста;

Нет сомнений, что у наших стран есть серьезные основания для ухода от конфронтации к сотрудничеству. И не только вынужденному.

«Мир в состоянии хаоса, - заявил в недавнем интервью бывший госсекретарь США Генри Киссинджер. - Во многих частях мира одновременно происходят фундаментальные сдвиги, управляемые несовместимыми принципами. Перед нами две проблемы: во-первых, как ослабить хаос в регионах и, во-вторых, как создать внутренне непротиворечивый мировой порядок, основанный на согласованных принципах функционирования всей системы».

Разделяя такую оценку состояния международных отношений, считаю, что только гораздо более конструктивное сотрудничество РФ и США может активно содействовать решению накопившихся острых проблем.

К сожалению, пока настрой элиты США по отношению к России остается крайне конфронтационным. От стратегического партнера требуют все новых уступок в политической, экономической, оборонной и идеологической сферах. Но наше общество уже не приемлет «отступательные маневры». Поэтому руководство страны, абсолютно не настроенное на конфронтацию с кем бы то ни было, не намерено поступаться национальными интересами. Как не намерено и менять приоритеты международного сотрудничества в угоду политической конъюнктуре.

Россия. США > Внешэкономсвязи, политика. Нефть, газ, уголь > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083713 Юрий Шафраник


США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083711 Вахтанг Сургуладзе

Дональд Трамп и ренессанс американского консерватизма

Вахтанг Сургуладзе, Ведущий методолог компании «Р.О.С.Т.У.» по стратегическому планированию, кандидат философских наук

Победа Д.Трампа на президентских выборах в США и результаты референдума по выходу Великобритании из ЕС, а также укрепление позиций правых партий в Европе заставляют говорить о намечающемся консервативном повороте в западном мире в целом. Леволиберальные силы оказались заложниками собственной идеологии и пропаганды, неспособными адекватно воспринимать происходящие в собственных странах и мире в целом процессы. 
В условиях, когда пропагандируемая на протяжении десятилетий наступившего после дезинтеграции СССР либерального «конца истории» мультикультурная идеологическая модель продемонстрировала свою неэффективность, массовые настроения меняются, однако правящие элиты не успевают отвечать новому общественному запросу на ценности национального суверенитета и традиционного понимания морали.

Избрание Дональда Трампа произвело настоящий переворот в политических воззрениях элит, привыкших считать западную либеральную демократию в ее мультикультурном прочтении венцом социальной эволюции, и заставляет по-новому осмыслить происходящие в мире процессы, а также приоритеты социально-экономического развития стран коллективного Запада.

Недемократическая демократия

Дональд Трамп уступил Хиллари Клинтон 2 млн. голосов избирателей, однако набрал необходимое число голосов выборщиков1.  Эта коллизия в очередной раз напоминает, что отцы-основатели США создавали недемократическое государство. Примечательно в данной связи, что в американской Конституции, ставшей для многих стран эталонной, слово «демократия» не упоминается.

В Соединенных Штатах была создана республика с выборными представителями, которые должны представлять интересы избирателей, руководствуясь при этом не только общественным мнением, но и здравым смыслом. Общественное мнение при такой системе учитывается, однако, проходя через фильтры избирательной системы, может корректироваться. Эта сложная система была призвана оградить национальные интересы государства от политических страстей и иррациональности масс через механизм посредников в лице выборщиков. При этом предполагалось, что выборщики - люди определенного общественного положения, ответственные собственники, которым есть что терять в случае социальных потрясений и допущенных ошибок государственного управления, а кроме того - представители тех слоев общества, которых сложно подкупить в силу их имущественного положения. Считалось, что выборщик должен быть настолько состоятелен и независим, чтобы не бояться потерять государственную должность и не связывать свою судьбу с государственной службой. То есть отцы-основатели не доверяли выбору толпы, в силу чего не было предусмотрено прямое избрание президента.

Кроме указанного недоверия отцов-основателей к общественному мнению, были и другие причины, побудившие творцов американской Конституции отдать предпочтение системе непрямого голосования. Прежде всего было необходимо обеспечить равенство штатов - членов федерации как объединения равных субъектов, сохраняя между ними баланс с тем, чтобы одни из них не обретали большие полномочия за счет других. Палата представителей (нижняя палата Конгресса США), избираемая каждые два года, представляет общественное мнение в соответствии с количеством населения, тогда как в Сенате (верхняя палата Конгресса) представлены интересы штатов как субъектов федерации. Таким образом, при создании конституционной системы Соединенных Штатов приоритет отдавался союзу штатов в целом и равенству на уровне его субъектов.

Данная система, сложившаяся в ходе исторического развития Соединенных штатов, выглядит явным анахронизмом и, как стало в очередной раз очевидно в связи с последними президентскими выборами, вызывает массу конфликтов. Исторический генезис этой системы понятен, однако в современных условиях она далека от того, чтобы ее можно было считать в полной мере демократической, что дает основания подвергать сомнению присущую США привычку учить демократии другие государства и народы.

Конфликтный потенциал американской государственной системы, связанный с наличием института выборщиков, подтверждается предпринятыми попытками инициировать пересчет голосов, а также провести расследование на предмет возможных хакерских атак, якобы исказивших результаты выборов 2016 года. Однако предпринимавшиеся попытки сломать сложившуюся выборную систему, а также угрозы и неприкрытое давление на выборщиков2 в конечном итоге вышли для демократов боком - за Трампа отказались голосовать два выборщика, а за Клинтон - пять3. При этом уместно отметить, что за всю историю США было всего 157 выборщиков, отказавшихся голосовать за положенного кандидата, и почти половина этих случаев пришлась на 1872 год, впрочем, даже этим «недобросовестным выборщикам» ни разу не удалось изменить первоначальных итогов голосования4. Случай избрания Д.Трампа - 17-й в истории Соединенных Штатов, когда благодаря институту выборщиков победил кандидат, получивший на выборах меньшее количество голосов.

Другим важным аспектом, продемонстрировавшим изъяны американской политической модели, стали наглядно проявившиеся негативные тенденции американской политической культуры. Недовольство избранием Д.Трампа отразилось и в социальных сетях. При этом, в соответствии с присущими США брутальными политическими традициями, данное недовольство приобрело агрессивные черты, выразившиеся в том числе в призывах в социальных сетях убить нового президента. Неудивительно в этой связи, что уличные демонстрации против Трампа и общий накал страстей вокруг его избрания вызвали к жизни воспоминания о череде имевших место в американской истории убийств действовавших президентов и кандидатов в президенты. Так, за историю США было убито четыре президента - Авраам Линкольн (1865 г.), Джеймс Гарфилд (1881 г.), Вильям Мак-Кинли (1901 г.) и Джон Кеннеди (1963 г.). В 1968 году во время предвыборной кампании был убит Роберт Кеннеди - брат президента, а уже в 1972 году также в ходе предвыборной кампании, в результате покушения, был ранен и остался парализованным до конца своих дней кандидат от Демократической партии Джордж Уоллес.

Эти и многие другие примеры свидетельствуют о присущей американскому обществу высокой степени конфликтности, которая проявляется в том числе и в агрессивной и беспринципной политической культуре, отражением которой стала предшествовавшая избранию Дональда Трампа предвыборная кампания.

Революция Дональда Трампа: оценки нового 
президента политологической мыслью США

Предвыборная кампания в США подняла в американском обществе настоящую информационную бурю комментариев и оценок. Внесли свой вклад в осмысление происходящих процессов и известные политические мыслители Америки.

В этой связи интересен анализ вызовов, с которыми столкнется Д.Трамп, сделанный основателем разведывательно-аналитической компании «Stratfor» Джорджем Фридманом, который в своем информационном бюллетене «Geopolitical Futures» сравнил Трампа с Лениным, однако отметил невозможность в современной Америке придерживаться революционных механизмов проведения в жизнь радикальных преобразований. Если Ленин, по мнению Дж.Фридмана, придя к власти, мог полагаться на идейно близких и преданных дилетантов, в частности поручив Льву Троцкому создание Красной армии, то новому американскому президенту предстоит иметь дело с громадной, уже сложившейся бюрократической машиной Соединенных Штатов, которую невозможно переформатировать, только заменив руководителей федеральных ведомств.

По мнению Дж.Фридмана, мир вступает в новую эпоху. Если раньше его развитие определялось борьбой либеральных и консервативных сил, то сегодня на поверхность выходит дихотомия интернационального мультикультурализма и национализма. Националистам постепенно удалось переместиться из периферии в центр политического спектра. Этот сдвиг нагляднее всего проявился в результатах выборов в США и Великобритании. По мнению американского политолога, противостояние между мультикультурализмом и национализмом будет определять политическую повестку дня грядущего десятилетия.

Революционный мотив звучит и в оценках результатов выборов в США американского консервативного политика и публициста Патрика Бьюкенена. Примечательно при этом, что Д.Трампа часто сравнивают с Бьюкененом. Их идейное сходство заметили не только сторонники демократов, но и сам Бьюкенен, назвавший Трампа будущим Республиканской партии и предрекший США революцию в случае его неизбрания на пост президента. Взгляд П.Бьюкенена на значение победы Д.Трампа особенно интересен тем, что этот консервативный мыслитель когда-то предложил Республиканской партии придерживаться именно той стратегии, которая привела избранного президента к победе. В частности, Бьюкенен советовал сосредоточить усилия на избирателях, придерживающихся традиционных ценностей, и отринуть химеру леволиберальной политкорректности как порождение не реальной жизни, а агрессивной пропаганды. Кроме того, Бьюкенен давно отличается искренним интересом к России и симпатией к ней как ведущей силе, отстаивающей на международной арене консервативные ценности. Более того, по его мнению, Россия - западная страна, христианская цивилизация, которой грозят те же проблемы, что и другим странам традиционного культурного ареала.

Практически в унисон с высказываниями Бьюкенена о России на протяжении ряда лет звучат некоторые заявления Трампа о необходимости налаживания диалога между двумя странами, приоритете решения внутриамериканских проблем, незаинтересованности в расширении НАТО. Как и Бьюкенен, Трамп считает, что внутренние дела других стран не затрагивают национальных интересов США. Бьюкенен предрекает Трампу тяжелое президентство и противостояние со стороны левых либералов, не согласных признать свое поражение и легитимность новоизбранного президента. В то же время необходимо отметить, что республиканцы не только победили на выборах президента, но и обладают большинством в обеих палатах Конгресса, что должно упростить новому президенту процедуру утверждения законопроектов.

Уникальность положения Д.Трампа в современной американской политической системе отметил патриарх внешней политики Генри Киссинджер, по мнению которого важной особенностью Д.Трампа, отличающей его от других кандидатов, является отсутствие у него обязательств перед какими-либо группами влияния, так как Трамп стал президентом благодаря собственной стратегии и программе, представленной общественности США в момент, когда его конкурентам оказалось нечего предложить избирателям.

Другой именитый американский политолог, бывший советник по национальной безопасности Президента Картера Збигнев Бжезинский, отметил, что непонимание и завышенные ожидания, связанные с перспективами развития российско-американских отношений после победы Д.Трампа, могут быть чреваты опасностями, однако диалог между двумя странами необходим. Бжезинский признался, что был уверен в победе Х.Клинтон, и объяснил ее поражение растущим в американском обществе уровнем социального неравенства, ощущением социальной несправедливости и деморализацией общества5.

Леволиберальная пропаганда и «конец глобализации»

После избрания Д.Трампа Президентом США темой номера журнала «Foreign Affairs» стал популизм6 в качестве ставшего расхожим негативного ярлыка, который навесили на Д.Трампа и всех правых политиков доминирующие в информационном поле средства массовой информации коллективного Запада. Практически каждый политик, пытающийся прийти к власти на волне постоянно растущего негодования граждан по поводу неспособности ныне существующей, построенной на мультикультурной идеологической доктрине социально-экономической системы, а также поддерживающего ее истеблишмента решать насущные проблемы, обвиняется в популизме. Этот же пропагандистский тренд проявился и в информационной политике других изданий. В частности, журнал «Time» в итоговом, декабрьском номере 2016 года, провозгласив Д.Трампа человеком года, значительное внимание уделил анализу роста влияния несистемных «популистских» сил, чаяния которых противоречат устоявшимся идеологическим установкам истеблишмента не только в США, но и других странах леволиберальной демократии.

В борьбе против изменения сложившегося в последние десятилетия порядка идет беззастенчивое манипулирование общественным мнением и передергивание фактов. Люди, голосующие за правых, приравниваются к популистам, сравниваются с фашистами либо их предвестниками. При этом не ставится вопросов о том, как коррелируют демократия и популизм. Дональд Трамп, Виктор Орбан, Марин Ле Пен выставляются популистами, а Хиллари Клинтон, воспоминания которой о пребывании на посту американского государственного секретаря, так же как и ее риторика во время предвыборной кампании, изобиловали примерами неприкрытого популизма и заигрывания с разношерстными группами целевых аудиторий избирателей, изображается воплощением демократизма.

Для дискредитации Дональда Трампа леволиберальные американские СМИ не только пытались ассоциировать политика и бизнесмена с регулярно подвергающимся нападкам российским президентом, но и с Президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, активная неоднозначная внешняя политика которого, наряду с консервативным мировоззрением и авторитарным стилем правления, хорошо вписывается в страшную картину, предрекаемую миру сторонниками торжества ценностей разнообразных меньшинств над выработанным веками развития человеческого общества здравым смыслом.

Прямые аналогии между Дональдом Трампом и одиозными, на леволиберальный взгляд, зарубежными политиками проводятся не всегда, но общий контекст очевиден. Осуждение российского или турецкого лидера легко соседствует с материалами о мнимой мировоззренческой ущербности внутри- и внешнеполитических целей, объявляемых Д.Трампом в качестве приоритетных, а его риторика вписывается в любой как прямой, так и косвенный негативный контекст. Причем подобная тенденциозная подача материала сохранилась и после окончания предвыборной гонки.

В дискредитации кандидата от Республиканской партии приняли участие политики, журналисты, звезды Голливуда и нобелевские лауреаты. Так, например, «угрозе Трампа» были посвящены авторские колонки нобелевского лауреата по экономике Пола Кругмана в «Нью-Йорк таймс». Кругман не прекратил своих нападок на нового президента и после окончания предвыборной борьбы, и, зная особенности его публицистического стиля, есть все основания полагать, что он и дальше будет подвергать деятельность Д.Трампа нападкам. Проводником «глобального неонацизма» назвал Трампа американский лингвист и политический публицист леворадикального толка Ноам Хомский. Примечательно в этой связи, что журнал «Time», признавший Трампа «человеком года», охарактеризовал его «президентом Разъединенных Штатов Америки».

Одним из направлений дискредитации Д.Трампа были утверждения о том, что его победа неблагоприятно скажется на финансовых рынках. Однако данные прогнозы финансовых аналитиков и недоброжелателей Д.Трампа не оправдались. Сразу после избрания нового президента доллар упал, но тут же начал отыгрывать падение, индекс доллара вырос к шести основным валютам, хорошую динамику демонстрировали фондовые рынки. Это значит, что глобальный бизнес верит Дональду Трампу, а большая часть озвучивавшихся его противниками опасений и предостережений была надуманной и не имевшей под собой реальных оснований.

Блага глобализации - глобальный экономический рост и международное разделение труда оказались далеко не однозначными по своим результатам, так как приносят доходы международному бизнесу, транснациональным корпорациям, но не решают проблем снижения уровня жизни средних слоев населения деиндустриализирующихся стран Запада. В результате процесса глобализации произошла деиндустриализация развитых стран, в то время как интеграционные проекты (Европейский союз) не решили проблем стран Южной и Восточной Европы. Глобальная миграция населения - фактически новое переселение народов - ударила по экономике и культуре, моральному самочувствию и национальной идентичности широких слоев населения, рядовых граждан. Мигранты угрожают рабочим местам, размывают социокультурный фундамент жизни западных обществ. Финансовая элита, для которой характерна транснациональная идентичность, и другие представители «давосской культуры» оторвались от средних и низших слоев своих обществ, представителям которых на бытовом уровне, в повседневной жизни приходится сталкиваться с неприглядными сторонами не работающих на практике положений мультикультурализма, ухудшением социального положения, ростом преступности, насилием и моральным дискомфортом от невозможности жить в собственных странах по собственным правилам.

Прагматизм и социальный запрос на перемены

Подводя итоги президентства Б.Обамы, а также предвыборной кампании в США, журнал «Forbs» в своем ежегодном рейтинге самых влиятельных мировых политиков поместил уходящего американского президента на 48-е место. Первое место занял Президент России Владимир Путин, а второе - избранный Президент Дональд Трамп7. И это не простое совпадение. Такая оценка объясняется тем, что в современном, постоянно усложняющемся мире необходимы лидеры, способные принимать решения.

Что касается Запада, то западные общества устали от идеологически мотивированной социально-экономической и внешней политики своих элит. Мультикультурные леволиберальные эксперименты привели к игнорированию реальных жизненных интересов «среднестатистических» граждан западных стран, которые стали проявлять интерес к мыслящим более насущными и жизненными категориями консерваторам.

Противники Дональда Трампа клеймили его как расиста и сексиста, указывали на отсутствие у него опыта работы на государственной службе. Против него работал весь пропагандистский аппарат леволиберальных американских средств массовой информации, однако, несмотря на это, он победил. Залог его успеха в том, что он сумел сосредоточить внимание на целевой аудитории, не только белых американцах с традиционными представлениями о ценностях жизни и морали, но и людях, уставших от сложившейся политической системы и истеблишмента.

По сравнению с Трампом, Хиллари Клинтон предстала компромиссным кандидатом с заученными шаблонными лозунгами и стремлением угодить сразу всем возможным целевым аудиториям избирателей, а также немалой долей самоуверенности человека, прочно и давно входящего в сложившуюся систему американского истеблишмента, что, конечно, также не могло импонировать «среднему» обывателю. Демократы делали ставку на цветное население и молодежь, но просчитались. Когда-то под лозунгом перемен был избран Барак Обама, однако перемен не произошло, в то время как социальный запрос на них сохранился. На этом фоне и в контексте этих ожиданий и победил Дональд Трамп как новая яркая несистемная фигура - символ перемен на американском политическом небосклоне.

Избрание Трампа и распространение правых взглядов в Европе может свидетельствовать о выходе на авансцену новой элиты, готовой отвечать на социальные запросы населения своих стран, непонимающего смысла войн «за демократию» в других государствах и агрессивного навязывания своих «универсальных ценностей» в условиях нарастающих социально-экономических проблем, безработицы, массовой неконтролируемой иммиграции и распространения терроризма.

Под воздействием социально-экономических изменений, в свою очередь, может трансформироваться консолидированная антироссийская политика коллективного Запада, так как «среднему» европейскому обывателю все сложнее понять антироссийский пафос своих правительств в условиях нерешенных острых проблем внутренней политики. Однако даже в этих условиях есть весомый сдерживающий фактор для позитивного либо нейтрального восприятия России - устоявшиеся в западной культуре (особенно англосаксонской) антироссийские клише.

С победой Дональда Трампа появляются основания говорить о том, что прервался мировой тренд на мультикультурализм и глобализацию в их либерально вильсонианском мессианском прочтении. Несмотря на эпатажность Трампа, его неоднозначные высказывания, его победа знаменует собой возвращение к здравому смыслу и отходу от умозрительных неподтвержденных жизненной практикой и историческим опытом человечества идеологических построений воинствующего мультикультурализма и извращенной политкорректности. Примером утраты здравого смысла представителями леворадикальной мультикультурной политкорректности могут служить такие феномены, как отказ упоминать в официальных сообщениях Белого дома Рождество, как якобы затрагивающее чувства верующих нехристианских конфессий, при том что 96% американцев по-прежнему отмечают этот праздник. Д.Трамп обещал, что в случае своего избрания покончит с этой извращенной практикой и вещи снова будут называться своими именами, и люди будут праздновать Рождество.

Торжество здравого смысла для США означало бы отход от диктата меньшинств, который совершенно искажает понимание демократии как отстаивание интересов большинства. Обама пытался возрождать «американскую мечту» меньшинств, Трамп попробует возродить «американскую мечту» белых англосаксонских протестантов, консервативного американского рабочего класса - синих воротничков и всех людей, для которых веками складывавшиеся представления о достойной жизни, добре, зле, нравственности - не пустой звук.

Внешнеполитические ожидания и намечающийся разворот к традиционным ценностям

Эпатажные заявления Дональда Трампа дали повод ожидать масштабного переформатирования внешней политики США. Судя по всему, достаточно много изменений сулит жесткий антикитайский курс, провозглашенный новым президентом. Вызывают внимание политических аналитиков и имеющиеся намеки на улучшение российско-американских отношений. Однако данная перспектива на практике представляется довольно туманной, так как позитивные жесты в отношении Российской Федерации на фоне ужесточения антикитайской риторики могут свидетельствовать в том числе о желании Вашингтона вбить клин во всеобъемлющее партнерство и стратегическое взаимодействие России и КНР.

Более того, даже при наличии искреннего желания упрочения двусторонних российско-американских отношений Д.Трамп может столкнуться с препятствиями системного характера, так как во внешней политике Президент США зависит от решений Конгресса. Несмотря на доминирование Республиканской партии в Конгрессе, которое дает президенту значительную свободу действий как во внутренней, так и во внешней политике, именно Россия может быть тем исключением, в отношении которого эта свобода действий не сработает в силу сложившейся политической культуры и инерции мышления политического класса Соединенных Штатов.

Победа Дональда Трампа ознаменовала собой глубокий кадровый и идейный кризис, поразивший истеблишмент США. Происходит заметная перестройка внутриэлитных отношений. Поэтому есть основания говорить о политическом закате династии Клинтон, сторонники которой тем не менее всеми силами стараются подчеркивать значение ее наследия для будущего Соединенных Штатов и мира в целом.

Однако наиболее важным итогом является тот факт, что выборы показали, насколько не соответствовали действительности ожидания большинства аналитиков. Так, например, считалось, что Республиканская партия находится на закате популярности, а выдвижение Трампа - лишь очередное доказательство внутрипартийных разногласий и отсутствия долгосрочной стратегии. Но в действительности оказалось, что значительная часть американского общества готова поддержать партию, которая выдвинет на первый план нового лидера, не принадлежащего к устоявшемуся политическому мейнстриму.

Команда Трампа, в которой будут задавать тон отставные военные и весьма состоятельные представители бизнеса, вызвала волну нападок со стороны леволиберальной общественности, открывшей новый фронт борьбы с избранным президентом. И действительно, члены команды Д.Трампа - не менее яркие фигуры, чем он сам. Глава администрации Райнс Прибус - председатель Национального комитета Республиканской партии. Главный советник - редактор крайне правого издания «Breitbart» Стивен Бэннон. Госсекретарь Рекс Тиллерсон - председатель совета директоров «ExxonMobil», обладающий давними связями с Россией и лично Президентом Путиным, 24-й человек в списке наиболее влиятельных людей 2016 года по версии журнала «Forbs». Советником по национальной безопасности должен стать Майкл Флинн, сторонник сотрудничества с Россией и экс-глава военной разведки. Пост главы ЦРУ в команде Трампа занял Майкл Помпео - член ультраконсервативного Движения чаепития. Пост генерального прокурора прочат активному противнику иммиграции из Мексики Джеффу Сешнсу.

На должность главы Пентагона избранный президент решил назначить генерала морской пехоты Джеймса Мэттиса, получившего за свой впечатляющий послужной список и бескомпромиссность прозвище «Бешеный пес». По мнению Джорджа Фридмана, Мэттис - классический образец честного солдата, который готов жертвовать собой, но не подчиняться непродуманным планам непонимающего реальной обстановки на поле боя командования. Эта отличительная черта военного дает американскому аналитику основание надеяться, что Мэттис сможет вернуть в Пентагон гражданские добродетели, которые, по его мнению, давно утратили служащие военного ведомства США, привыкшие печься только о собственном карьерном росте и боящиеся говорить политикам о реальном положении вещей.

Все эти фигуры отличаются самобытностью и достаточно выраженными взглядами, которые плохо согласуются с леворадикальными идеологическими установками ушедшей администрации Барака Обамы и многие годы навязываемыми американскому обществу понятиями о политкорректности. Не может не раздражать представителей антироссийского направления в истеблишменте США намечающееся изменение вектора в отношении Российской Федерации, которое демонстрируют отдельные представители команды Д.Трампа. Так, предполагаемый заместитель нового советника по национальной безопасности Кэтлин Макфарленд заявила, что российский Президент Владимир Путин достоин Нобелевской премии мира за предложение о ликвидации химических арсеналов сирийского правительства.

В то же время с окончанием предвыборной гонки риторика Д.Трампа стала меняться, может быть, войдут в более системное русло и его политические взгляды. Знаковой можно считать ориентацию нового президента на пересмотр отношений с НАТО и снижение вовлеченности США в мировые дела, однако и в этом вопросе только время покажет, сможет ли новый президент изменить сложившиеся отношения внутри альянса.

Победа Д.Трампа породила массу геополитических ожиданий, разные оценки возможных геополитических последствий, надежды на то, что холодная война между Россией и США закончится, попытки определить основных геополитических «выигравших» и «проигравших». Однако опыт российско-американских отношений свидетельствует о том, что геополитические и институциональные реалии двух стран не позволяют надеяться на быстрое и радикальное улучшение. Когда-то Джордж Буш «заглянул в глаза Путину», и с этим связывали ренессанс российско-американских отношений, потом была попытка «перезагрузки» двусторонних отношений с администрацией Барака Обамы. Результат этих начинаний известен. Кроме того, Д.Трамп пообещал снова сделать Америку великой и нет никаких гарантий, что этого «величия» не захотят достичь привычным способом демонизации России и самоутверждения за ее счет. Примечательно, что наученные печальным опытом российские власти демонстрируют сдержанность оценок и прагматичную готовность к конструктивному диалогу.

Предвыборная риторика Д.Трампа породила в аналитических кругах массу предположений и вызывает значительный интерес. Тем не менее неизвестно, будет ли он в действительности реализовывать на практике свои предвыборные заявления. Генри Киссинджер посоветовал новому президенту не продвигать некоторые свои инициативы, оставив ряд острых вопросов предвыборной повестки дня открытыми. Однако политическая практика США свидетельствует о приоритете геополитической логики и согласования политических и институциональных традиций перед индивидуальными симпатиями и устремлениями президента.

 1Клинтон получила на 2 млн. больше голосов, чем Трамп // Ведомости. 24.11.2016 // URL: http://www.vedomosti.ru/politics/news/2016/11/24/666768-klinton-poluchila (дата обращения: 11.01.2017).

 2Выборщик: Россия не вмешивалась в избирательный процесс. Член коллегии выборщиков Брайен Уэстрейт - об угрозах сторонников Клинтон, победе Трампа и отношении к России // Известия. №238 (29730). 20.12.2016. С. 3; Лозанский Э. Ход истории остановить не удастся // Известия. №239 (29731). 21.12.2016. С. 6; Ермаков Д. Трамп, брекзит и другие недоразумения // Профиль. №48 (981). 26.12.2016. С. 15.

 3Ратников А. Победитель выборщиков. Какие противоречия будут у Трампа с Конгрессом // РБК. №237 (2493). 21.12.2016. С. 4; Выборщики сделали выбор // Профиль. №48 (981). 26.12.2016. С. 11.

 4Макаренко Г. Президента назовет коллегия. Могут ли выборщики не дать Дональду Трампу стать президентом США // РБК. №236 (2492). С. 6.

 5Fitzgerald S. Zbigniew Brzezinski: Trump’s Russia Outreach Important for the Future. 23 November. 2016 // URL: http://www.newsmax.com/Newsfront/zbigniew-brzezinski-trump-russia-outreach/2016/11/23/id/760349/ (дата обращения: 11.01.2017).

 The Power of Populism // Foreign Affairs. 2016. November/ December. Vol. 95. №6.

 7Khomami N. Vladimir Putin tops Forbes 2016 list of most influential people. Donald Trump is in Second place on annual list, with Theresa May 13th and Barack Obama 48th // The Guardian. 14.12.2016 // https://www.theguardian.com/world/2016/dec/14/vladimir-putin-donald-trump-forbes-2016-list-most-influential-people (дата обращения: 11.01.2017); Мартынов А. Детская обида американского джедая //Известия. №238 (29730). 20.12.2016. С. 6.

США > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083711 Вахтанг Сургуладзе


Германия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083710 Виктор Васильев

Quo vadis, Германия?

Виктор Васильев, Ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, доктор политических наук

Вехи германских хроник

Прошло более 26 лет после восстановления германского единства, что дает благоприятный повод осмыслить процесс укрепления экономической мощи, повышения статуса ФРГ как европейского и мирового политического игрока. Разумеется, в фокусе внимания исследований и дискуссий находятся социально-экономическое самочувствие граждан объединенной Германии, негативные тенденции, вызовы и риски, с которыми сталкиваются политический класс, избиратели страны, а также возможные механизмы преодоления сложностей. Анализ российско-германских отношений за этот период нацелен на сохранение позитивного опыта, выявление «болевых точек», на поиск выхода из кризисного состояния.

Как отмечают ближайшие соратники канцлера Г.Коля, процесс объединения привел не только к увеличению территории страны, но и усилению ее ведущей политической роли в Европе. Итоги проведенного в 2015 году опроса показали, что новый старт для страны «как радость» воспринимается 67% западных немцев и 72% их соотечественников в новых федеральных землях1. Сложенные потенциалы интеллектуальных ресурсов ФРГ и ГДР, выгодное географическое местоположение с передовой экономической моделью вывели новую Германию на позиции крупнейшей экономики в Европе и четвертой в мире после США, Китая и Японии.

В то же время восточные немцы укоряют западных в том, что они не понимают социальных достижений граждан бывшей ГДР. От пробуксовки объединительного процесса пострадала динамика выравнивания уровня жизни, что также сказывается на социальном расслоении германского общества, резкой реакции восточных немцев на происходящие в стране, Европе и мире процессы. Эти и другие факторы во многом способствовали, в частности, созданию Левой партии по инициативе недовольных левых социал-демократов и Партии демократического социализма (ПДС) из бывших сторонников СЕПГ, появлению партии правых популистов «Альтернатива для Германии» (АдГ).

Проявились и другие симптомы. Проницательные, зоркие эксперты стали замечать даже в поведении представителей элит объединенной Германии избыточное проявление высокомерия, менторства, морализаторства, что мешает любому аналитику и журналисту взглянуть на проблемы непредвзято, посмотреть на самих себя объективно, внимательно выслушать противоположную сторону.

Новая ФРГ активно «пробивала» признание Хорватии и Словении как субъектов международной жизни, и в 1992 году новые балканские страны получили независимость. Плотная работа Берлина по «умиротворению» Югославии завершилась участием германских ВВС в авиарейдах против независимого государства. Тем самым были нарушены Заключительный акт Хельсинки, Парижская хартия, Договор «2+4» об окончательном урегулировании в отношении Германии, Основной закон ФРГ, в результате чего внешняя политика ФРГ приобрела иное качество и измерение. Сделав выводы из «усмирения» сербов, ФРГ во главе с канцлером Г.Шрёдером в составе «тройки» с участием России и Франции отвергла силовое вмешательство США в Ираке, что подтвердило возможность многообразных площадок для обсуждения насущных проблем европейской и мировой политики.

В те годы значительно продвинулись торгово-экономические связи ФРГ - РФ, набирал динамику политический диалог на высшем уровне, по инициативе В.Путина и Г.Шрёдера был создан интеллектуальный формат гражданского общества «Петербургский диалог». Закреплялся и продвигался процесс исторического примирения между русскими и немцами, дружба приобретала реальные формы межчеловеческого общения. Проявив благородство и великодушие при восстановлении германского единства, Москва старалась видеть в немцах верных друзей и надежных партнеров, подтверждая такую линию конкретными делами. В 2002 году Россия направила специалистов МЧС в новые земли ФРГ для преодоления последствий от наводнения. Впервые в послевоенной истории страны центральные германские СМИ известное изречение эпохи холодной войны «Русские идут!» тиражировали в доброжелательном ключе, писали о русских как о союзниках, пришедших на помощь немцам против природной стихии.

На фоне возрастания социально-экономических проблем, недовольства и дезориентации в обществе Президент ФРГ Й.Рау (СДПГ) 12 мая 2004 года в своей так называемой «Берлинской речи» указал на несоразмерно завышенное довольствие определенного круга лиц на государственной службе и в сфере экономического менеджмента, их безмерное интеллектуальное высокомерие. Схватка за власть, подчеркивал глава государства, не должна сводиться к ленинской формуле «кто кого», отвлекать от подлинно глубинных проблем, таких, например, как структурная безработица, - «самая глубокая рана германского общества». Й.Рау сделал ставку на культивирование таких добродетелей, как правдивость, чувство долга и порядочность. Уверенность граждан может состояться лишь на основе осознания формулы «мы - это государство». Демократическое государство выполняет более важные функции, чем конвенциональное предприятие по оказанию социальных услуг или агентство для увеличения экономического потенциала. Только здравый подход к соблюдению рациональных пропорций государства и рынка обеспечит социальную стабильность и справедливость.

Выступление Президента ФРГ совпало по времени с либеральной социально-экономической реформой «Повестка дня - 2010» канцлера Г.Шрёдера. Этот проект стал детонатором массового сокращения электоральной плазмы СДПГ, что затем проявилось на досрочных выборах в Бундестаг в 2005 году, приходе к власти канцлера А.Меркель (ХДС) и формировании коалиции с участием консерваторов и социал-демократов. На общегерманских парламентских выборах в 2009 году кандидат в канцлеры от СДПГ Ф.-В.Штайнмайер не сумел остановить стремящуюся сохранить власть А.Меркель, которая, по итогам вотума, сменила младшего партнера по коалиции СДПГ на СвДП.

Актуальные споры о ценностном фундаменте германского общества, как мы видим, - это не сиюминутное озарение сторонников и оппонентов различных направлений развития ФРГ, ЕС. С начала 2000-х годов президенты, публицисты, активисты гражданского общества ФРГ подвергали резкой критике германские элиты, СМИ за их самолюбование и надменность, приведшие, в частности, к упадку школьной системы, наркомании и алкоголизму среди молодежи, ее массовому уходу в виртуальный мир компьютеров. Еще тогда звучали настоятельные рекомендации о необходимости обязательного изучения мигрантами в ФРГ немецкого языка и уважения ими законов страны пребывания. Закрепилась тенденция к трансформации базовых основ управления государством в так называемую демократию зрителей, когда вместо граждан вектор развития общества определяет все более узкий круг политического класса и менеджеров, а молодежь - будущее ФРГ и Евросоюза - утрачивает жизненные ориентиры2

С таким багажом внутренних проблем, скажем, однако, прямо, безработица при канцлере А.Меркель значительно сократилась, чему в немалой степени способствовала ориентированная на экспорт германская экономика. ФРГ успешно справилась с проблемами мирового финансово-экономического и европейского долгового кризисов, но столкнулась с трудностями, связанными с выходом Великобритании из ЕС, продолжающимся конфликтом на Украине, миграционными потоками, с разломами внутри ЕС, противостоянием между США, ЕС и РФ.

Помимо названных вызовов, эрозия морали, принципов социальной справедливости, столкновение христианства (заметим, его постдогматической модификации) с религиями изгнанных, мигрантов, беженцев из других регионов мира, усилили центробежные тенденции, вызвали дискуссии о так называемых «новых немцах». Это понятие включает в себя не только новых пришельцев, но и самих немцев, которые пытаются осознать свою идентичность в новых обстоятельствах.

Бывая в городках прежней ГДР, можно было видеть трудолюбивых немцев, которые старательно и с воодушевлением ремонтировали средневековые постройки, наполняя их современной бытовой техникой. Сейчас бюргеров мучают иные проблемы. На глазах исчезает прежний лоск ранее ухоженных площадей в Кёльне, Мюнхене, Бонне, потускнел пряничный лик уютных общин, грязь и мусор в которых могут лежать днями как знак предупреждения о несовместимости гуманистических императивов с мировоззрением пришельцев в качестве личных гостей г-жи канцлера. Германия разительно меняется по всем азимутам, а свои ощущения от перемен немцы выражают выходом из традиционных партий, переходом во вновь образующиеся партии с радикальными лозунгами, сублимируют их на выборах различного уровня.

Правый крен - ответ на современные кризисы?

Одним из симптомов тревожных тенденций в ФРГ стали рост националистических и популистских настроений, возникновение движений и партий, которые воспользовались затяжными кризисами, разломами, вызовами. В некоторых странах ЕС их рейтинг колеблется на отметке от 20 до 45%. Стыковка правых популистов с левыми популистами происходит на основе их политики и практики отторжения «иноверцев», позиционирования как гаранта защиты «маленького человека». Правые популисты и часть националистически настроенных левых подают себя как реальные европейцы с лозунгами о «Европе народов». Поэтому рецепт решения проблемы они видят в возвращении в национальное пристанище, что на практике означает посулы светлого квазибудущего - идеализированного прошлого. ХДС и СДПГ пытаются профилактическими мерами сузить политический маневр правых и левых популистов, видя в выборах в Бундестаг в 2017 году и Европарламент в 2019 году пробу сил между проевропейскими партиями и евроскептическими течениями с националистическими лозунгами и возможность пресечь расширение националистического электората. Присутствие партии правых популистов «Альтернатива для Германии» в десяти ландтагах, Европарламенте, перспективы ее прорыва в другие земельные парламенты и Бундестаг говорят о расширяющемся потенциале недовольства.

Факт, что 25% опрошенных немцев выражают симпатии в отношении АдГ, представляется опасным, попытка некоторых деятелей этой партии спекулировать на трагедии Холокоста ставит под сомнение «чистоту помыслов» АдГ, поскольку антисемитскую риторику используют и неонацисты из Национал-демократической партии Германии (НДПГ), чем подтверждается возможность слияния правого популизма с правым экстремизмом. По сообщениям немецких СМИ, берлинский филиал НДПГ сумел расширить ряды своих сторонников через инструментализацию темы беженцев. В 2015 году военная контрразведка разоблачила трех военнослужащих и одного вольнонаемного бундесвера в их правоэкстремистской деятельности, за что они были уволены из армии3

Провалом завершилась очередная попытка Федерального конституционного суда запретить НДПГ. Вердикт высшей судебной инстанции от 17 января 2017 года - малочисленность партии и ее «скромное влияние» на общество, мол, не представляют опасность - кажется малоубедительным и даже вредным. «Гуманное отношение» германской юстиции к НДПГ по времени совпало с операциями правоохранительных органов ФРГ против членов правоэкстремистского движения так называемых «граждан рейха». «Имперские бюргеры», не признавая ФРГ как государство, настаивают на продолжении существования Третьего рейха, территория которого сейчас оккупирована державами-победителями. Изготовление личных документов, автономеров виртуального государства могло бы показаться абсурдом, если бы специальные службы ФРГ не обнаружили у «имперских граждан» оружие и если бы «вечно вчерашние» не нападали на полицейских.

Уверенный марш Австрийской партии свободы, представитель которой с небольшим отставанием уступил выдвиженцу «зеленых» на выборах главы Австрийской Республики в декабре 2016 года, брекзит - тревожные сигналы лидерам стран - членов ЕС, пока не сумевшим разработать эффективные инструментарии противодействия популизму, национализму.

Итоги выборов в германские земельные парламенты в марте и сентябре 2016 года выявили тектонические, глубинные процессы, которые приводят к дальнейшему расслоению между богатыми и бедными, росту позорного для Германии явлению детской бедности, противостоянию между сторонниками традиционной идентичности и выразителями адаптированной к новой Европе философии. Особенно это проявилось в новых федеральных землях. Избиратели Восточной Германии, только-только ментально влившиеся в объединенную Германию, столкнулись с новой европейской идентичностью, которая для восточногерманского социума никак не корреспондировалась с представлениями о традиционной самобытности западных немцев. Восточногерманский социум явно разочаровался в существующих парламентских партиях, программные установки которых все больше размываются, теряют свой профиль и по безликости субстанции напоминают партии так называемого демократического блока бывшей ГДР.

Показательны выборы в ландтаг Мекленбурга - Передней Померании 4 сентября 2016 года, где АдГ набрала почти 22% голосов и нанесла серьезное символическое поражение канцлеру и потеснила ХДС (19%) на третье место. ХДС, прочно занимавший в этой земле второе место после СДПГ, уступил его правым популистам. Все эксперты отмечают тот факт, что в Мекленбурге - Передней Померании находится избирательный округ А.Меркель на общефедеральных выборах, что означает разгром ХДС на политической родине своего лидера. Добившись крупного успеха, АдГ провозгласила начало конца пребывания А.Меркель во власти. Результаты выборов 4 сентября 2016 года стали детонатором внутрипартийной дискуссии в ХДС о будущем партии, о выработке адекватных решений в ФРГ, ЕС, в первую очередь по проблемам миграции.

В то же время итоги выборов показали, что в обществе существует запрос на лидеров традиционных и малых партий, учитывающих интересы «человека с улицы» в сферах безопасности, труда, образования. Эти тенденции закрепились по итогам выборов в Палату депутатов Берлина 18 сентября 2016 года. ХДС, который совместно с СДПГ участвовал в коалиционном правительстве земли, утратил статус младшего партнера, и теперь социал-демократы создали коалиционную связку с «зелеными» и Левой партией.

Безусловно, А.Меркель встревожил выход из ХДС в январе 2017 года известного деятеля партии, бывшего президента «Союза изгнанных» Э.Штайнбах, которая тем самым выразила протест лидеру ХДС за ее миграционную политику, подрыв устоев традиционного германского консерватизма. Возникающие сетевые группы внутри ХДС, в частности «Берлинский кружок», бьют тревогу по поводу ошибок А.Меркель, не желающей слышать голоса партийцев, простых немцев. Традиционные сторонники канцлера продолжают покидать ХДС: если верить немецким СМИ, только в декабре 2016 года партийный билет сдали более 3 тыс. бывших активистов ХДС.

Недовольные политикой А.Меркель, ее однопартийцы привлекают внимание к АдГ, в которой наряду с националистами существует и умеренное крыло. Его выразители не штурмуют административные здания, не жгут автомобильные покрышки, не стреляют по полицейским, а готовы к нормальной управленческой и законотворческой деятельности. Звучат рекомендации о возможности правительственной коалиции консерваторов с АдГ даже на федеральном уровне, хотя верхушка ХДС эти инициативы, понятно, отвергает.

В научных кругах стали все активнее рассуждать о том, что по Европе бродят «призраки» национализма, популизма. По мнению исследователя г-жи Э.Роль, «национализм, как заразная болезнь, охватывает одно за другим государства - члены ЕС... правый радикализм и фашизм могут внезапно сблизиться»4. В дискуссиях зазвучала тема веймаризации Европы. Немцам, другим народам континента хорошо известна материализация «призраков» с ее трагическими последствиями.

Кровавые преступления одиночек - несостоявшихся «новых немцев» в Баварии в июле 2016 года, теракт против посетителей рождественского базара в центре Западного Берлина в декабре 2016 года сотрясли мультикультурное общество ФРГ, руководство которой пытается успокоить общественное мнение, видимо, не желая признать неспособность переварить вселенское «переселение народов» и нейтрализовать рост популистских настроений. Консолидированная атака правых популистов Австрии, Венгрии, Нидерландов, Франции, Польши на А.Меркель - «канцлера беженцев» - увеличивает риски создания правого интернационала. Поэтому актуальная задача официального Берлина - не допустить превращение популистов, радикальных националистов в доминирующую политическую силу. Насколько трудной будет эта задача, показал слет фракции Европарламента «Европа наций и свобод» в январе 2017 года в немецком городе Кобленце, где руководители партий еврокритического спектра приветствовали победу Д.Трампа в США, подвергли резкой критике миграционную политику А.Меркель, моделировали развал Евросоюза, построение новой Европы.

В этом контексте официальному Берлину ничего не остается, как списывать свои просчеты на Москву, которая, якобы, поддерживает и даже финансирует популистов и националистов ФРГ. Тут хотелось бы напомнить, что неонацистская НДПГ была создана в Западной Германии в середине 60-х годов XX века в эпоху существования «большой коалиции» с участием ХДС/ХСС и СДПГ и представлена в семи из десяти тогдашних земельных парламентов. Поэтому Берлину надо задуматься об объективных причинах возникновения популистских и неонацистских партий и течений. Ведь в ту же АдГ перешли также бывшие активисты ХДС с солидным партийным стажем. На этом фоне удручает политическая слепота тех же немецких политиков - разоблачителей Москвы, которые не только закрывают глаза на активность украинских ультранационалистических сил. Дальнейшее молчание Берлина по поводу бандеризации Украины, робкие упреки по поводу националистических шалостей радикалов не могут не вызвать предположение о том, что постоянные заявления Берлина о поддержке Киева - не хочется верить - относятся ко всей палитре политических течений «независимого государства».

Разумеется, никому не возбраняется перевоспитывать националистов в демократов - дело благородное, на сей счет европейский опыт богатый, но противоречивый и с негативным привкусом. Мало кто сомневается, что провал очередной попытки запретить НДПГ вдохновит младобандеровцев на Украине на новые факельные шествия в Киеве, марши в честь «славных воинов» Ваффен-СС в других странах Старого Света.

В условиях нарастания террористической опасности, настроений электората А.Меркель вынуждена менять не только риторику, но и тактику, соглашаясь с ужесточением приема мигрантов. 
В принятой в начале ноября 2016 года новой политической программе ХСС обнаруживаются схожие базовые установки с позициями АдГ. В документе ХСС, в частности, акцентируются такие категории, как любовь к родине (малой), отечеству, Европе, патриотизм, семейные ценности, нацеленные на сохранение и развитие истинных традиций баварцев, немцев. Тем самым подчеркивается, что не только АдГ имеет монополию на сохранение и защиту морально-этических норм бытия.

Баварцы, отдавая приоритет «руководящей культуре», то есть сохранению базовых культурно-исторических традиций немцев, считают ее стержнем немецкий язык. В программах ХСС и АдГ можно констатировать не только интеллектуальное противостояние, но и смысловое совпадение в подходах к культуре и языку, развитию статуса семьи на основе христианских традиций, включая незыблемость брака между мужчиной и женщиной. В резолюции съезда ХДС (декабрь 2016 г.) его делегаты высказались, в частности, за сохранение немецкой идентичности, за более жесткие меры экстрадиции мигрантов, не получивших статус беженцев. Так, руководители ХДС и ХСС не только и не столько уступают правому крылу своих партий, но прежде всего создают социально-культурно-ценностный заслон пропагандистским клише националистического крыла АдГ, которое пытается использовать агрессивную риторику с элементами антисемитизма с прицелом на выборы в Бундестаг в 2017 году.

Германия: гегемон, модератор, посредник, балансир?

Аналитики считают, что объединенная Германия - держава в центре континента - обязана сохранить целостность Европы, гасить постоянно возникающие центробежные силы, снимать противоречия и быть модератором процессов формирования баланса интересов. Модератор, по сути, призван обладать дальновидностью и чувством меры, точным глазомером и дипломатическим тактом, проявлять решительность, терпение и выдержку. Крупной державе не позволительно быть мелочной и тем более ошибаться.

Собственно, Берлин приступил к модернизации внешней политики и политики безопасности еще до возникновения украинского кризиса. Выступления министров иностранных дел и обороны - Ф.-В.Штайнмайера и У. фон дер Ляйен соответственно - на Мюнхенской конференции по безопасности в феврале 2014 года о готовности немцев взять на себя больше ответственности в международных делах логически вписались в общенациональный дискурс о необходимости обновления позиционирования Берлина в новых условиях. Также призыв Президента ФРГ Й.Гаука «действовать быстрее, решительнее и содержательнее» отражал изменение парадигмы внешней политики Берлина, который заявил о своем лидерстве в формировании нового миропорядка и при решении возникающих конфликтов. При этом Берлин не забывал демонстрировать континенту и миру европейскую суть Германии, сознавать свою роль, действовал, думается, умно и осмотрительно, избегая повода о витализации «германского вопроса».

«Германская же Европа» с ее попытками втиснуть объективные процессы и «национальную гордость младоевропейцев» в рамки своего даже благородного целеполагания непременно вызовет негативную, подозрительную реакцию. Заявления германских политиков, публикации на тему о готовности Берлина взять на себя больше ответственности в Европе и мире подвергаются критическому скрупулезному анализу. Дискуссии показывают, насколько «тонок лед» при восприятии роли Германии, которую стали именовать «четвертым рейхом» страны южного фланга ЕС, и не только они. В контексте этих споров эксперты цитируют хрестоматийное высказывание лауреата Нобелевской премии по литературе Т.Манна в 1953 году о важности построения европейской Германии. Эксперты, вспоминая пик восхищения такой формулой в процессе восстановления немецкого единства, однако, сегодня вынуждены констатировать парадоксальную вещь о существовании европейской Германии в некой германской Европе5

По мнению известного немецкого исследователя У.Бека, мировой экономический и финансовый кризис, другие разломы «катапультировали» мощную в экономическом плане ФРГ на позиции ведущей европейской державы. Возродившаяся из руин Второй мировой войны Германия из ученика выросла в наставника Европы. Но, как поясняет ученый, для немцев слово «Macht» (власть, держава, сила), как и прежде, звучит, как бранное слово, которое они охотно заменили на такие понятия, как «ответственность», «национальные интересы». Последние термины умело закамуфлированы высокопарными рассуждениями о Европе, мире, сотрудничестве, экономической стабильности.

Недопустимо, однако, считать, что подъем и превращение Германии в державу-лидера в «германской Европе» являются плодом тайной коварной тактики. Под воздействием финансового кризиса процесс роста влияния ФРГ, по крайней мере на первоначальной стадии, проходил спонтанно. А.Меркель, увидев в кризисных явлениях благоприятную возможность для укрепления внешнеполитических позиций страны и, разумеется, своего рейтинга популярности, умело воспользовалась шансом. Тем самым канцлер оказалась прилежной ученицей итальянского ученого Н.Макиавелли, а стиль ее политики по аналогии получил название «Меркиавелли»6.

В то время как ряд стран - членов ЕС погружались в опасный финансово-экономический кризис, она проводила курс на стабильность страны, сохранение ЕС, оказывая помощь проблемным странам. В результате в германской политике, СМИ, общественном мнении стала проявляться национальная гордость немцев за достигнутые успехи. Самовосприятие немцев приобрело новый смысл: хотя они и не властелины Европы, но немцы ее наставники, учителя. Немцы взяли на себя политическую ответственность за проведение решительного курса не только в сферах финансов и экономики, но и экологии и энергетики. Они, возмущаясь легкомыслием греков и португальцев, испанцев и итальянцев, решили стать наставниками в сферах бюджетной дисциплины, налоговой морали, бережного обращения с природой. Если Г.Коль обещал «цветущие ландшафты» в Восточной Германии, то А.Меркель посчитала такие планы своей исторической задачей касательно всей Европы при понимании, что немцам больше подходит статус наставника и морального просветителя Европы.

Такой подход мотивирован драматическим прошлым, его преодолением, повышением современной роли объединенной Германии, а актуальная самоидентификация немцев устремлена в будущее единой Европы. В этой связи У.Бек полагает уместным говорить о «германской Европе», в которой демократическая ФРГ ответственно участвует в формировании и реализации европейской политики, развитии экономики континента. Термин «четвертый рейх» он решительно отвергает, считает его абсурдным, поскольку современная ФРГ не навязывает свою волю другим странам с помощью оружия. В то же время он не отрицает, что сильная экономическая держава, не руководствуясь логикой войны, обладает другими, более эффективными инструментариями, использует, например, стратегию непредоставления кредитов и инвестиций в кризисных условиях. Поэтому настойчиво проводится тезис о статусе Германии как «добром и только добром гегемоне» в европейском оркестре крупных и малых стран.

У.Бек далеко не единственный ученый, который занимается проблемой статуса современной Германии. Известный эксперт Х.Мюнклер, избегающий в своих исследованиях термин «германизирующаяся Европа», характеризует современную ФРГ и как вынужденного жесткого воспитателя слабых в экономическом плане стран - членов ЕС, и как самого главного «кассира, спонсора» - спасателя проблемных европейских государств. С его точки зрения, ФРГ обладает потенциальными возможностями в сферах экономики, политики, идеологии, культуры, а также в военной сфере за счет суммарного потенциала бундесвера и экспорта вооружений, и в рамках ЕС играет такую же лидирующую роль, как и США в глобальной политике и экономике. Не расшифровывая существо германской идеологии, эксперт рассматривает военный фактор как крайнюю меру.

Можно согласиться с мнением аналитиков, что тандем Берлин - Париж не совсем достаточен для успокоения тех стран, которые традиционно настороженно относятся к ФРГ. Поэтому подключение других государств к связке Германия - Франция, например Италии, Польши, может смягчить предубеждения, помочь коллегиально отвечать на актуальные вызовы, связанные в том числе и с победой Д.Трампа в США.

Д.Трамп смешал все карты официального Берлина, который (Берлин) запустил в ходе избирательной кампании в США эффективные инструментарии немецких СМИ по запугиванию собственного обывателя приходом к власти американского популиста. Опросы выявляют, что более 60% немцев обеспокоены победой Д.Трампа. В то же время амбиции Берлина на лидерство в Европе притупили политическое чутье у первого эшелона политиков ФРГ, не стеснявшихся в уничижительных, оскорбительных оценках в отношении Д.Трампа. «Споткнулся» даже опытный главный дипломат Берлина Ф.-В.Штайнмайер, назвавший американца «проводником ненависти». Вновь проявила выдержку А.Меркель, правда, затем в ультимативном тоне предложив Президенту США партнерство на ценностной платформе. Она, вдохновленная Б.Обамой на роль главного хранителя и проводника либерального глобализма, намерена, думается, следовать этой линии.

Как бы там ни было, несмотря на устойчивую тенденцию к повышению степени критического восприятия общественностью ФРГ нового хозяина в Белом доме, официальный Берлин останется верным союзником, партнером и другом США. Сотрудничество между военными ведомствами, профильными министерствами ФРГ и США, многочисленные проекты по линии таких общественных организаций, как «Атлантический мост», «Молодые сторонники трансатлантического сотрудничества», в ходе реализации которых интеллектуальному ядру германского общества прививались успешный американский образ жизни с напоминанием о внушительном вкладе США в освобождение немцев от гитлеризма, построение Германии, зацементировали незыблемость трансатлантического партнерства.

Подтверждается экспертиза о том, что в случае кардинальных изменений в мире будет востребован серьезный запрос германской общественности на качественно новый внешнеполитический курс Берлина. Канцлер ФРГ столкнулась с новой философией трансатлантического партнерства, парадигма которого будет наполняться новым содержанием по чертежам ключевого спонсора НАТО с его представлениями о многообразии центров притяжения в мировой политике.

Непредсказуемое поведение Д.Трампа повергло в шок, растерянность и смущение германский истеблишмент, основные игроки которого, по меткому определению одного из комментаторов, ощущают себя отвергнутыми детьми, брошенными на произвол судьбы. Но «берлинские дети» указывают главе государства США на его место, резко критикуя Д.Трампа, например, за строительство стены на границе с Мексикой, за ограничение въезда мигрантов в Новый Свет. Все же как коротка политическая память: помнится, немецкие официальные круги дружно поддержали европроект Яценюка по строительству стены на границе с Россией.

Между тем телефонный разговор Д.Трампа с А.Меркель 28 января 2017 года свидетельствует об их едином подходе к роли НАТО, хотя и с нюансами о более активном вкладе немцев в финансовую составляющую альянса, о готовности «углублять и без того отличные двусторонние отношения США - ФРГ». Контакт показал, что А.Меркель умеет держать удар, ведь до этого Д.Трамп своими прежними высказываниями о катастрофической ошибке А.Меркель в миграционной политике нанес канцлеру обиду. А у нее память цепкая.

Что русскому хорошо, то немцу… выгодно

В РФ хорошо помнят вклад объединенной Германии в развитие новой государственности, создание гражданских институтов, новой экономической модели, многопартийной системы новой России. После развала СССР в период тотального дефицита и шоковой терапии официальные власти Германии, муниципальные структуры и большая армия добровольцев гражданского общества оказали конкретную поддержку в виде кредитов и гуманитарной помощи не только Москве и Санкт-Петербургу, но и населенным пунктам в российской глубинке. Гуманитарная помощь направлялась в детские дома, приюты, дома для инвалидов, больницы, клиники. Немецкие друзья и партнеры организовывали акции по предоставлению «гуманитарки», медицинского оборудования и лекарств для спасения детей от неизлечимых у нас в то время опасных болезней. Известна акция «Мурманский конвой», организаторы которой в 2003 году собрали медикаменты, предметы обихода, продукты питания и, минуя множество бюрократических барьеров, привезли действительно ценный гуманитарный груз на север России.

Оценивая позитивный взгляд наших сограждан на Германию и немцев в 1990-х - середине 2000-х годов, нельзя не отметить, что он формировался благодаря доброжелательным по тональности репортажам российских журналистов об объединенной Германии, о встречах лидеров ФРГ и России Б.Н.Ельцина и Г.Коля, а позже Г.Шрёдера и В.В.Путина. Первые годы взаимодействия главы Российского государства с канцлером А.Меркель также подавались в положительном ключе, пока руководитель кабинета министров ФРГ, пойдя по стопам заокеанского союзника, не превратилась в публичного профессионального правозащитника на территории РФ. Но главное, огульная критика депутатами Бундестага и СМИ российских реалий не доводилась до сведения россиян, а в СМИ и общественно-политических кругах РФ не считали уместным отвечать на резкие заявления германских политиков.

Позитивные, как оказалось наивные, доверчивые ожидания были настолько распространены, что было не принято замечать дебаты в Бундестаге, например, по поводу войны в Чечне, нарушений прав человека, медленного темпа реформ в сфере правосудия и построения гражданского общества в РФ, преодоления сталинизма. Чрезмерно критическая тональность германских СМИ в отношении России не соответствовала уровню доверительных отношений, которые складывались между руководителями ФРГ и РФ. Менторский тон с немецкой стороны приходил в противоречие с ожиданиями российских элит, которые, как выяснилось впоследствии, оказались завышенными.

Не могло не удивить пассивное отношение ФРГ к Петербургскому международному экономическому форуму (ПМЭФ), созданному в 1997 году по инициативе тогдашнего председателя Совета Федерации Е.С.Строева. Казалось, ПМЭФ станет магнитом для германских политиков, представителей деловых и экспертных кругов. Но поскольку встречи в городе на Неве стали восприниматься в Старом Свете как противовес Давосскому форуму, гости из ФРГ были представлены на уровне премьер-министра земли Бранденбург М.Штольпе (СДПГ), отдельными депутатами Бундестага, специалистами немецких фирм, аккредитованных в РФ.

Сдержанность немецкой стороны к этому формату, в рамках которого открывались возможности для бесед с главой Правительства РФ, руководителями регионов, обескураживала московских и питерских организаторов ПМЭФ, считавших ФРГ близкой и дружественной России страной с ее, как им казалось, естественной тягой к русским. К слову сказать, в одном из заседаний в Санкт-Петербурге приняла участие делегация Латвии во главе с министром транспорта. Многочисленные делегации КНР на солидном уровне - явный пример профессионального прогноза и реального интереса к сотрудничеству с Москвой. Почувствуйте разницу. Вероятно, были причины, по которым в ФРГ не считали резонным направлять в Санкт-Петербург представительные делегации. Тем временем в РФ продолжали восхищаться Германией как искренним другом и надежным партнером.

Готовность Москвы к широкому взаимодействию с Берлином, инерция доброжелательного восприятия русскими новой Германии все больше обесценивались резкой критикой российских реалий со стороны Берлина. Вспоминается выступление доктора Л.Рошаля на заседании «Петербургского диалога» в Гамбурге в сентябре 2004 года, когда он с опытом переговорщика с террористами в Беслане задал вопрос германской общественности и СМИ: какая же Россия немцам подходит, ведь они были недовольны Россией Николая II, Ленина, Сталина, Хрущева, Брежнева, Путина? - подразумевая, что они были довольны Россией Ельцина - слабой и заглядывающей им в рот.

Вопрос активиста гражданского общества так и остался без ответа, а его интервью о трагедии в Беслане немецким телевидением было показано в течение лишь 30 секунд. Будем объективны. В России не забудут солидарность, проявленную руководством ФРГ, рядовыми гражданами в дни трагедии Беслана. Тысячи немцев собрали денежные средства и детские игрушки для пострадавших школьников Беслана. Общественные организации земли Бранденбург приняли детей Северной Осетии для реабилитации и отдыха в спортивных центрах - на базе бывших пионерских лагерей времен ГДР. И в других землях ФРГ гражданские объединения проявили заботу о российских детях как о близких родственниках. Но реакция немцев на суждения Рошаля была лишь одним из эпизодов, подтвердившим неоднозначность отношений Москва - Берлин.

Лишь анализ всей совокупности событий и фактов позволяет осознать отдельные причины, по которым даже известные российские аналитики не смогли понять генезиса жесткой реакции официального Берлина на украинские события весной-летом 2014 года и устойчивости нравоучительной риторики в отношении Москвы и по сей день. К тому же многие российские политики и аналитики считали объединенную Германию «адвокатом» интересов Москвы на международной арене и даже называли ФРГ «пророссийской державой». Их посыл - в условиях украинского кризиса власти ФРГ, испытавшей раскол нации, попытаются понять решение руководства РФ по вопросу воссоединения Крыма с Россией.

К сожалению, в последние годы от «Партнерства для модернизации» прочной константой остался лишь негативный фон немецких СМИ, которые «успешно» воздействуют на умы немцев, повышают градус русофобии, что социологические центры ФРГ выдают за самостоятельное умозаключение сограждан. По степени обличительного пафоса в адрес России применительно к летней Олимпиаде в Бразилии германские СМИ уверенно заняли одно из призовых мест. Жесткие позиции политиков и экспертов «в русском вопросе» приобрели унифицированный характер, а полярная точка зрения квалифицируется политическим мейнстримом как отход от европейских интересов.

Существуют и взвешенные воззрения в экспертных исследованиях, например, Фонда Эберта, но они являются скорее исключением. В РФ картина выглядит несколько иначе. Часть аналитиков полагают, что сейчас в российско-германских отношениях экономика, гуманитарная и даже политическая сфера функционируют хорошо. Другие эксперты настаивают на том, что лидирующая роль ФРГ в ЕС - это, по существу, роль наместника США, послушного инструмента политики Вашингтона и НАТО.

Однако вопрос намного сложнее. В процессе консолидации Трансатлантического партнерства, что проявилось в решениях саммита НАТО в Варшаве в июле 2016 года, важную роль играет А.Меркель, которой приписывают либо полную уступчивость Вашингтону, либо пытаются показать ее как последовательного государственного деятеля в продвижении и защите интересов ФРГ и ЕС.

Точка зрения автора сводится к необходимости более объективной оценки сложного человеческого характера и в чем-то талантливого руководителя кабинета министра ФРГ, которая, не изменяя традициям германских канцлеров в плане приверженности трансатлантической солидарности, имеет свой взгляд на происходящие в мире процессы. Так, тезисы А.Меркель об условиях снятия взаимных санкций, в «чем она очень заинтересована», девальвируются ее личными ощущениями о массированном пересечении русскими танками украинской границы. О своих танковых кошмарах она поведала в конце августа 2016 года7.

Весьма странная оценка, но такое ее мироощущение один в один повторяет галлюцинации П.Порошенко. Судя по всему, эти сноведения и побудили германский бундесвер принять участие в придвижении инфраструктуры НАТО к границам РФ, а в целом интересное предложение Ф.-В.Штайнмайера о начале диалога по проблемам контроля над вооружениями носит туманные обещания без конкретных обязательств западной стороны. А.Меркель никогда не пойдет на обострение отношений с США, лавируя, снимая проблемы между друзьями и партнерами в кулуарном формате.

Но одно дело анализ российских экспертов, другое - рядовых граждан, хорошо помнящих эпохи Брандта, Коля, Шрёдера. Русский «человек с улицы» спрашивает, а когда придет следующий Брандт, кто вновь закурит, как когда-то Э.Бар, «трубку мира» (он был заядлым курильщиком) и совершит мужественный поступок в пользу преодоления уже закрепляющегося отчуждения и безразличия между русскими и немцами. Политикам и экспертам и РФ, и ФРГ, упрекающим Кремль в нарушении всех норм международного права и доверия, полезно вновь прочитать текст выступления В.В.Путина в Бундестаге 25 сентября 2001 года. Тогда он обозначил проблемы, которые в Берлине не хотели видеть. Помимо этого, внес предложения по сотрудничеству между Москвой, Берлином и Брюсселем, реализация которых стала бы маркером многопланового взаимодействия.

В Берлине, европейских столицах не пожелали понять Россию, видеть в ней полноправного члена международного сообщества с реальной возможностью участвовать в процессе подготовки и принятия решений по актуальной повестке дня обеспечения европейской безопасности. Не вняли предупреждениям о трудностях построения общеевропейского дома, в котором европейцев будут делить на восточных и западных, северных и южных. К сожалению, тенденции на углубление линии разреза и появления разломов усугубляются. Призыв построить прочную и устойчивую архитектуру безопасности, без которой в Европе невозможно создать доверие, немецким политическим классом так и не был услышан8

Инициатива-предупреждение В.Путина объединить партнерские усилия для противостояния реальным, а не надуманным угрозам, которые способны перекинуться от отдаленных границ в самое сердце Европы, оказалась пророческой, примеров трагических событий достаточно. Но в тисках трансатлантических установок Берлин не может проявить самостоятельность, а смягчение риторики, внешне эффектные фразы известных немецких политиков о диалоге с РФ в контексте электоральной стратегии остаются благими заявлениями и намерениями, по которым дорога вымощена в известном направлении.

Канцлер и ее сторонники продолжают увязывать снятие мер наказания с РФ с выполнением ею Минских договоренностей. Нарратив - признание немецкой стороной расхождений по ряду международных проблем и внутренней политике РФ, начавшихся «недоразумений» еще до украинского кризиса. Речь идет лишь о констатации различий, но не о признании Берлином, например, агрессией участие германских ВВС в авиарейдах против Югославии. Осмысление Берлином проблем, о которых Москва предупреждала более 15 лет назад, происходит с трудом. Мешают, видимо, та же переоценка собственной роли «миролюбивого гегемона, балансира, адвоката», непогрешимость и, наконец, отсутствие знаний о психологии русских либо примитивное представление о социуме.

Упрощенный образ русских приводит ряд азартных немецких журналистов к нелепому выводу, что новая РФ - подросток в пубертатном возрасте с комплексами неполноценности, но который может стать опасным, если не ограничивать его в действиях. Европа должна поддерживать в РФ некие реалистические силы и гражданское общество, которые блокируют тупиковый путь Кремля и выступают за модернизацию страны9. Русским навязывается мысль о том, что распад СССР - благо, которое, мол, «к сожалению», не воспринимается большинством населения РФ как «освобождение». Кстати, призывы германской общественности в течение многих лет признать 8 мая 1945 года официальным праздником - Днем освобождения (как это было в ГДР) - власти ФРГ отвергают.

Москве вменяется в вину якобы поддержка пропагандистских кампаний по свержению правительства А.Меркель, что на деле отражает современные технологии США, ЕС по отвлечению немецкого электората от острых проблем, например, с миграцией, дефицитом внутренней и внешней безопасности, ростом терроризма. Не исключено наличие у Берлина, прежде всего СДПГ, некоего плана «Б» по восстановлению нормальных отношений РФ - ФРГ. Визит в Москву 21-22 сентября 2016 года вице-канцлера, министра экономики и энергетики, председателя СДПГ З.Габриэля свидетельствует о желании социал-демократов, немецкого бизнеса вернуться на прежние позиции сотрудничества, что выгодно и русским, и немцам.

Революционная рокировка в руководстве СДПГ (январь 2017 г.) с выдвижением на пост председателя СДПГ, кандидатом в канцлеры бывшего председателя Европарламента М.Шульца, переход в МИД ФРГ З.Габриэля, избрание Ф.-В.Штайнмайера 12 февраля 2017 года президентом страны не дают однозначного ответа на возможность нормализации отношений между РФ и ФРГ. Электоральная лихорадка явно усилит эмоциональную возбужденность М.Шульца, заявления которого о РФ и в спокойные времена не отличались сдержанным характером. З.Габриэль и Ф.-В.Штайнмайер будут в меру дипломатичны, ожидая от Москвы инициативных прорывов по преодолению украинского кризиса, но не более того. Как отмечает А.Мюллер, бывший руководитель избирательного штаба В.Брандта в 1972 году, утрата социал-демократами стержня внешней политики мира и разрядки с обязательным равноправным участием Москвы - явный просчет современных лидеров СДПГ, что, по его мнению, непременно скажется на выборах в Бундестаг в 2017 году.

В условиях возможного возвращения в Бундестаг Свободной демократической партии (СвДП) и прорыва в парламент АдГ не исключается - как один из вариантов - повторение большой коалиции с участием ХДС-ХСС и СДПГ, что вполне устраивало бы А.Меркель, которая знает все сильные и слабые стороны в целом послушного ей младшего партнера правительственной конфигурации. Актуальные предпочтения немцев относительно канцлерства А.Меркель и М.Шульца на выборах в Бундестаг 24 сентября 2017 года выглядят в соотношении 44% к 40% в пользу действующего главы кабинета министров ФРГ. Есть трезвые головы в ХДС и ХСС, а Левая партия призывает не делать русских врагами немцев. Не может формула «диалог в условиях мер наказания и устрашения» оставаться бессрочной доминантой, хотя политика действующего правительства ФРГ уже вошла в новейшую историю как сознательный курс Берлина на рукотворный кризис.

Народы двух стран не могут смириться с таким положением дел, для них деградация отношений - противоестественна, общественный запрос на конструктивные контакты очевиден. Уверен, что взаимовыгодное партнерство во всех сферах политического диалога, межчеловеческого общения и деловых связей хорошо и выгодно и русским, и немцам во всем их многообразии, что сложно разрушить, кто бы этого ни хотел и ни принимал близорукие решения.

Однако не следует предаваться иллюзиям преодоления коренных противоречий. Ликвидация «неполадок» не устранит политико-идеологическую «беспристрастность» германского правящего класса, который с его врожденными инстинктивными наклонностями и перфекционизмом перевел Россию из круга друзей и партнеров в категорию «самого крупного соседа Европы» как географическую данность. В условиях «санкционного возмездия за Украину» Берлин будет искать возможность сохранения экономических связей, благодаря которым, как утверждают некоторые эксперты, в ФРГ обеспечены работой более 700 тыс. немцев. Это важные параметры на фоне угрозы из США ввести высокие пошлины на немецкую продукцию автомобилестроения, в котором занят каждый седьмой работающий немец.

Свою новую «восточную политику» на российском направлении Берлин будет и дальше выстраивать, вероятней всего, под впечатлением «крымской весны», в русле атлантической солидарности, по заветам Б.Обамы и внутреннему убеждению А.Меркель стремиться играть роль незаменимого догматического проповедника и жесткого контролера европейских ценностей на российском духовном пространстве. Германской стороне потребуются большие усилия и не один год для восстановления у русских доверия к словам и обещаниям Берлина, но прежний уровень доверительности - что было характерно и во времена царской России, и СССР, и тем более новой России - представляется далекой призрачной перспективой. Вместе с тем это не исключает откровенный характер обмена мнения по двусторонней и международной повестке дня, интенсивные культурные, научные, молодежные обмены, активный диалог гражданских обществ, взаимодействие в сфере военно-мемориальной работы.

 1Ludewig J. Unternehmen Wirdervereinigung. Von Planern, Machern, Visionären. Hamburg: Osburg Verlag, 2015. S. 252-253.

 2Hahne P. Schluss mit lustig. Das Ende der Spassgesellschaft. Lahr/Schwarzwald: Johannis-Verlag der St.-Johannis-Druckerei, 2005. S. 89-93, 98.

 3MAD spührt Rechtsextremisten // Berliner Morgenpost. 18.03.2016.

 4Roll. E. Wir sind Europa. Eine Streitschrift gegen den Nationalismus. Berlin: Ullstein Buchverlage, GmbH, 2016. S. 10. 

 5Beck U. Das deutsche Europa. Berlin: Suhrkamp Verlag, 3. Auflage 2015. S. 7.

 6См.: Васильев В. Антикризисная политика А.Мeркель в рамках Европейского союза // МЭ и МО. 2013. №5. С. 59. 

 7Merkel stellt Aufhebung der Russland-Sanktionen in Aussicht. 30. August 2016 // http:// www. zeit.de/ politik/ausland/2016-08/angela-merkel-russland-sanktionen-aufhebung

 8Выступление В.В.Путина в Бундестаге 25 сентября 2001 г. // Дипломатический вестник. Октябрь 2001.

 9Wehner M. Wie weiter mit Moskau? // Russland-Analysen. №320. 15.07.2016. S. 6-8.

Германия > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083710 Виктор Васильев


Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083708 Анатолий Стрельцов

Суверенитет и юрисдикция государства в среде информационно-коммуникационных технологий в контексте международной безопасности

Анатолий Стрельцов, Заместитель директора Института проблем информационной безопасности МГУ им. М.В.Ломоносова, профессор, доктор технических наук, доктор юридических наук

Одной из актуальных проблем современного этапа развития общества является противодействие угрозе нарушения международного мира и безопасности вследствие злонамеренного или враждебного применения информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) государствами в политических целях. Опасность данной угрозы отмечалась в политических документах Президента Российской Федерации1, лидеров других государств2, докладах Группы правительственных экспертов ООН по достижениям в сфере информатизации и коммуникаций (далее - ГПЭ)3.

По результатам работы ГПЭ4 (2013 г.) отмечалось, что международное право применимо к регулированию отношений в области поведения государств в сфере ИКТ, имеет существенно важное значение для поддержания мира и стабильности, создания открытой, безопасной, мирной и доступной ИКТ-среды. В следующем докладе ГПЭ5 (2015 г.) было отмечено, что «государственный суверенитет и международные нормы и принципы, вытекающие из принципа государственного суверенитета, распространяются на поведение государств в рамках деятельности, связанной с использованием ИКТ, а также на юрисдикцию государств над ИКТ-инфраструктурой на их территории». При этом эксперты полагали, что при осуществлении правоприменительной практики в рассматриваемой области важнейшее значение имеют обязанности государств в соответствии со следующими принципами Устава и другими нормами международного права: суверенное равенство; разрешение международных споров мирными средствами таким образом, чтобы не подвергать угрозе международный мир и безопасность и справедливость; отказ в международных отношениях от угрозы силой или ее применения как против территориальной неприкосновенности или политической независимости любого государства, так и каким-либо другим образом, несовместимым с целями ООН; уважение прав человека и основных свобод; невмешательство во внутренние дела других государств.

Рекомендации ГПЭ о применимости международного права к отношениям в ИКТ-среде и необходимости соблюдения государствами в данной среде принципов международного права в современных условиях можно рассматривать как важную политическую задачу для всего международного сообщества. Несмотря на значительное количество работ, посвященных различным аспектам данной проблемы6, приемлемого подхода к ее решению пока найти не удалось.

В настоящей статье выделены основные проблемы применения международного права к деятельности государств в ИКТ-среде, обеспечению мирного разрешения международных споров.

На основе de lege ferenda сформулированы предложения по прогрессивному развитию международного права для укрепления суверенитета государств и обеспечения полноты их юрисдикции в ИКТ-среде как необходимого условия сохранения международной безопасности и мира.

ИКТ-среда

Понятие «ИКТ-среда» является синонимом терминов «ИКТ-инфраструктура»7 и «киберпространство»8. В международных документах понятие «ИКТ-среда» впервые появилось совсем недавно9. В достаточно общем виде его содержание может быть раскрыто как совокупность средств, систем и сетей, используемых для оказания услуг телекоммуникационной связи и автоматизированной обработки информации, а также организационной инфраструктуры, предназначенной для создания и эксплуатации соответствующих средств, систем и сетей.

ИКТ-среда включает две основные составляющие - телекоммуникационную среду и информационную среду.

Телекоммуникационная среда с технической точки зрения представляет собой следующую совокупность: телекоммуникационные устройства; линии связи и каналообразующее оборудование; системы открытых протоколов обмена информацией между телекоммуникационными устройствами; глобальная система цифровых адресов и доменных имен (цифровых идентификаторов); программное обеспечение, реализующее методы, алгоритмы и процессы телекоммуникационной связи на базе протоколов взаимодействия локальных вычислительных сетей и предоставляющее доступ к локальным вычислительным сетям и иным средствам автоматизированной обработки информации (например, хост-компьютеры).

Важную роль в существовании и развитии телекоммуникационной среды выполняет организационная инфраструктура, обеспечивающая выполнение необходимых административных функций. Техническую основу телекоммуникационной среды составляют национальные сети электросвязи и сеть Интернет.

Сеть электросвязи представляет собой технологическую систему, включающую в себя средства связи и линии связи10. В Российской Федерации единая сеть электросвязи состоит из расположенных на территории России сетей электросвязи следующих категорий: сеть связи общего пользования; выделенные сети связи; технологические сети связи, присоединенные к сети связи общего пользования; сети связи специального назначения и другие сети связи для передачи информации при помощи электромагнитных систем.

Сеть Интернет является как бы технологической надстройкой над сетью электросвязи, обеспечивающей оказание услуг информационного взаимодействия пользователей на основе передачи данных и доступа к информации, расположенной в локальных вычислительных сетях. Особенностью сети Интернет является использование для передачи данных двух основных протоколов: межсетевого протокола (IP), который разделяет передаваемые данные на отдельные пакеты и снабжает их заголовками и указанием адреса получателя, и протокола управления передачей (TCP), который отвечает за правильную доставку пакета. Так как эти протоколы взаимосвязаны, обычно говорят о протоколе TCP/IP. Протоколы TCP/IP не исчерпывают совокупность протоколов, используемых в сети Интернет для выполнения функций сетевых и почтовых служб.

К числу услуг передачи и обработки информации, оказываемых с помощью сети Интернет, можно отнести, например, электронную почту, телеконференции, передачу файлов, средства доступа к информационным ресурсам (системам) в локальных сетях, расположенных в различных частях всемирной паутины и объединяемых телекоммуникационной сферой.

На базе услуг передачи и обработки информации развиваются специализированные технологии автоматизированной обработки информации в интересах осуществления различных видов деятельности: электронная коммерция, дистанционное образование, дистанционное оказание услуг в области здравоохранения, государственные услуги и т. д.

В обеспечении функционирования сети Интернет - как глобальной составляющей телекоммуникационной среды - значительную роль играют цифровые адреса объектов коммуникации как разновидность «электронных» идентификаторов (далее - цифровых) этих объектов. Адрес содержит полную информацию, необходимую для идентификации локальных вычислительных сетей, их подсетей и компьютеров. С целью облегчения процедуры доступа к этим ресурсам используется доменное имя, функция которого аналогична цифровому адресу. Доменные имена также обеспечивают возможность идентификации локальных вычислительных сетей, их подсетей и компьютеров. Для обработки пути поиска в доменах имеются специальные серверы доменных имен. Они преобразуют доменное имя в специальный цифровой адрес. Доменный адрес определяет отдельную область адресного пространства телекоммуникационной среды.

Таким образом, телекоммуникационная среда - это искусственное телекоммуникационное пространство, созданное для передачи, распространения и обеспечения доступа к информации в интересах субъектов жизни общества.

Информационная среда представляет собой совокупность вычислительных и информационных ресурсов. Вычислительные ресурсы образуются совокупностью локальных вычислительных сетей, иных средств вычислительной техники и программных средств, описывающих методы и способы автоматизации обработки информации, и могут быть использованы для организации распределенных вычислений в интересах получения требуемого пользователю результата (например, для дешифровки зашифрованного кода, моделирования сложных социальных и физических процессов).

Информационные ресурсы представляют собой совокупность структурированных массивов разнообразной информации (баз данных), предназначенной для удовлетворения потребностей пользователей.

На базе объединения вычислительных и информационных ресурсов создаются системы автоматизированного управления сложными, в том числе производственными, процессами, электронные средства массовой информации, информационные системы, социальные сети и другие объекты информационной среды. Ее устойчивое функционирование определяется в значительной степени устойчивостью функционирования телекоммуникационной среды.

В современном обществе ИКТ-среда de facto стала важным фактором развития экономической, социальной и духовной сфер общественной жизни, выполнения государством его обязанностей, в том числе в области обеспечения национальной безопасности. В связи с этим государства предпринимают усилия по обеспечению на основе государственного суверенитета и юрисдикции устойчивости функционирования и безопасности использования национальных сегментов ИКТ-среды, интеграции этих сегментов в глобальную ИКТ-среду.

Организационную инфраструктуру национального сегмента телекоммуникационной среды образуют уполномоченные федеральные органы исполнительной власти в области связи, операторы связи, конечные пользователи сети, поставщики интернет-услуг, локальные регистраторы сети и некоторые другие субъекты, а национального сегмента информационной среды - уполномоченные федеральные органы исполнительной власти в области контроля и надзора в сфере средств массовой информации, массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, а также обладатели информации, операторы информационных систем, владельцы сайтов сети Интернет, провайдеры хостинга, организаторы распространения информации в сети Интернет, операторы поисковых систем, пользователи и некоторые другие субъекты.

Суверенитет и юрисдикция государства в ИКТ-среде

Как известно, существует достаточно много различных подходов к определению дефиниции «суверенитет»11. В то же время общий смысл этого понятия раскрывается примерно одинаково и в российской, и западной школах международного права. Суверенитет - это политико-юридическое понятие, отражающее органическое свойство государства - верховенство на своей территории, то есть отсутствие на этой территории другого субъекта власти, решающего в соответствии с Конституцией вопросы правотворчества, правоприменения (в том числе, правоохраны) судопроизводства и независимости в международных отношениях12. По мнению Конституционного суда Российской Федерации13, «суверенитет, предполагающий, по смыслу статей 3, 4, 5, 67 и 79 Конституции Российской Федерации, верховенство, независимость и самостоятельность государственной власти, полноту законодательной, исполнительной и судебной властей государства на его территории и независимость в международном общении, представляет собой необходимый качественный признак Российской Федерации как государства, характеризующий ее конституционно-правовой статус». В Конституции Российской Федерации закреплена норма, определяющая, что суверенитет государства распространяется на всю его территорию14.

В международном праве под «территорией», на которую может распространяться суверенитет, понимается весь земной шар, включая его сухопутные и водные пространства, недра и воздушное пространство над ним, а также космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела15. Пространственные пределы суверенитета конкретного государства определяются государственными границами.

Целесообразность распространения понятия «суверенитет» на ИКТ-среду (ИКТ-инфраструктуру) отмечена в Докладе ГПЭ (2015 г.)16, где закреплено согласие правительственных экспертов с тем, что «суверенитет государств и международные нормы и принципы, проистекающие из суверенитета, применяются к осуществлению государствами деятельности, связанной с ИКТ, и к их юрисдикции над ИКТ-инфраструктурой, расположенной на их территориях».

При анализе содержания понятия «суверенитет» в данном случае представляется правильным исходить из того, что ИКТ-среда как объект международных отношений представляет собой юридическую фикцию. Данная юридическая фикция заключается в том, что соответствующая совокупность устройств и средств связи, локальных вычислительных сетей, информационных систем, существующих в пространстве цифровых идентификаторов и протоколов их взаимодействия, а также субъектов обеспечения согласованного функционирования выделенных устройств, средств, сетей и систем в составе глобальной ИКТ-среды, рассматривается как составляющая территории государства, что позволяет распространить на ИКТ-среду понятия «суверенитет государства» и «юрисдикция государства».

Суверенитет и юрисдикция государства в телекоммуникационной среде означает его верховенство в сети электросвязи и в определенной части сети Интернет, которая может быть названа «национальным сегментом» данной сети. Это верховенство проявляется в осуществлении государственной юрисдикции на основе принципов территориальности и защиты национальных интересов.

Несмотря на то что по поводу понятия «юрисдикция государства» продолжаются научные дискуссии17, представляется возможным в развитие позиции С.В.Черниченко18 исходить из того, что юрисдикция - это область общественных отношений, в которой государство считает возможным и допустимым ожидать, требовать и добиваться осуществления его правовых велений, а также устанавливать и развивать сотрудничество с другими государствами, в том числе посредством участия в деятельности международных организаций. Юрисдикция государства осуществляется с учетом признанных государством международных договоров, а также международных обычаев и общих принципов права. Как закреплено в Конституции Российской Федерации, «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы»19.

По мнению А.Р.Каюмовой, наиболее распространенным критерием классификации юрисдикции является ее объем, или содержание, которое определяется содержанием правотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности, обеспеченной судопроизводством, то есть предметной сферой этих видов деятельности государства.

В рамках государственной юрисдикции в национальном сегменте сети электросвязи осуществляется реализация законодательной, исполнительной и судебной властей в следующих областях20:

- связь, координация деятельности по созданию и развитию сетей связи, спутниковых систем связи, использование на территории Российской Федерации спутниковых систем связи гражданского назначения, в том числе систем телевизионного вещания и радиовещания;

- создание, развитие и эксплуатация сетей связи, а также применение средств связи, выполнение функций администрации связи Российской Федерации, присоединение сетей электросвязи и некоторые другие вопросы;

- использование радиочастотного спектра;

- использование ресурса нумерации, в том числе в российских сегментах международных сетей связи;

- оказание услуг связи;

- подтверждение соответствия средств связи и услуг связи установленным требованиям;

- организационно-техническое обеспечение устойчивого функционирования сетей связи, защита сетей связи от несанкционированного доступа к ним и передаваемой посредством их информации.

Суверенитет государства в области сети Интернет определяется его верховенством в национальном сегменте сети Интернет. Понятие «национальный сегмент» сети Интернет не имеет нормативно-правового закрепления, но, очевидно, подразумевается законодателем при регулировании общественных отношений в этой сети21.

Пространственные пределы государственного суверенитета в сети Интернет в настоящее время не определены. Остается неясным и метод отграничения национального сегмента одного государства от национального сегмента другого государства, и, соответственно, пространство государственной юрисдикции.

На территории в традиционном смысле слова пределы суверенитета и территориальной юрисдикции государств определяются государственными границами. Эти границы представляют собой условные линии, прочерченные по суше и водам, а также проходящие по этим линиям вертикальные поверхности, определяющие пределы суверенитета государств на земной поверхности, в воздушном пространстве и недрах. Подобный механизм закрепления государственных границ в сети Интернет пока не предложен.

Суверенитет государства в информационной среде означает его верховенство в пространстве вычислительных и информационных ресурсов.

Содержание юрисдикции государства в национальном сегменте информационной сферы охватывает общественные отношения в области информатизации и использования информационных ресурсов в интересах личности, общества и государства22.

Исходя из этого, государство осуществляет юрисдикцию в следующих областях:

- категорирование информации, предъявление требований к ее хранению и контроль за их выполнением;

- применение информационных технологий, включая вопросы использования программ для электронных вычислительных машин и баз данных;

- создание и эксплуатация информационных систем;

- использование информационно-телекоммуникационных сетей;

- обеспечение защиты информации.

Учитывая, что реализация юрисдикции в выделенных областях возможна только при устойчивом функционировании национального сегмента телекоммуникационной среды, можно полагать, что пространственные пределы суверенитета государства в информационной среде совпадают с пространственными пределами верховенства государства над национальным сегментом телекоммуникационной среды и прежде всего пространственными пределами суверенитета в национальном сегменте сети Интернет, то есть верховенства государства в области обеспечения устойчивого функционирования и безопасного использования данного сегмента в составе глобальной сети Интернет.

К важным вопросам государственной юрисдикции в этом сегменте, в частности, относятся группы общественных отношений, связанные с осуществлением следующих функций: присвоение цифровых идентификаторов локальным вычислительным сетям и поддержание в актуальном состоянии связанных с этими идентификаторами информационных систем; принятие и контроль реализации протоколов информационного взаимодействия пользователей и объектов информационной среды, используемых стандартов; идентификация, установление и поддержание правового режима критически важных объектов ИКТ-среды; стимулирование развития новых ИКТ и способов их практического применения во всех сферах жизнедеятельности общества.

Применение международного права в ИКТ-среде 
в контексте безопасности

Применение международного права для регулирования международных отношений осуществляется государствами на основе суверенитета и государственной юрисдикции, а также уважения общих принципов права, признанных цивилизованными народами, в частности принципа справедливости, и в целях обеспечения национальной безопасности.

Как полагает политическое руководство Российской Федерации23, одной из целей международного сотрудничества в области международной информационной безопасности является создание условий, обеспечивающих снижение риска использования информационных и коммуникационных технологий для осуществления враждебных действий и актов агрессии, направленных на дискредитацию суверенитета, нарушение территориальной целостности государств и представляющих угрозу международному миру, безопасности и стратегической стабильности.

В этой связи важным аспектом государственного суверенитета и государственной юрисдикции, базирующейся на принципе защиты национальных интересов, и прежде всего обеспечения национальной безопасности, является противодействие угрозе злонамеренного и враждебного использования ИКТ против прав и свобод граждан, интересов общества и государства, нарушения международного мира и безопасности. В рамках государственной юрисдикции решаются вопросы выявления признаков злонамеренного использования ИКТ, расследования инцидентов в ИКТ-среде, закрепления юридических фактов, порождающих, изменяющих и прекращающих правоотношения в области ИКТ-среды, связанные с защитой национальных интересов и выполнением международных обязательств Российской Федерации.

Возможность реализации государственной юрисдикции в рассматриваемой области на основе принципа справедливости существенно ограничена в силу ряда обстоятельств.

Во-первых, регулирование отношений в ИКТ-среде обусловлено предоставлением на основе доброй воли США разработанных ими телекоммуникационных технологий для использования субъектами других государств мира. Обязательства по обеспечению устойчивости функционирования и безопасности использования государствами мира технологий, реализованных и развивающихся в рамках сети Интернет, не взяло на себя ни одно государство, включая США.

С согласия правительства США регулирование отношений в этих областях приняли на себя специализированные некоммерческие организации, зарегистрированные на их территории. К числу таких организаций, в частности, относятся: Общество Интернета (Internet Society - ISOC), Консорциум Всемирной паутины (World Wide Web Consortium - W3C), Корпорация по присвоению имен и адресов в Интернете (Internet Corporation for Assigned Names and Numbers - ICANN), Администрация адресного пространства Интернет (Internet Assigned Number Authority - IANA).

Реализация компетенций в рассматриваемой области некоммерческими организациями, находящимися под юрисдикцией США и не обладающими вследствие этого ни международной правоспособностью, ни дееспособностью, ни деликтоспособностью, не способна создать в данной области международные правовые обязательства для государств.

Во-вторых, отсутствие признанных международным сообществом механизмов делимитации границ государств в ИКТ-среде и, соответственно, международных договоров, закрепляющих границы национальных сегментов ИКТ-среды, не позволяет использовать суверенитет государства в данной среде как средство добросовестного выполнения международных обязательств.

В-третьих, в отсутствие международных договоров, регулирующих отношения в области обеспечения устойчивости функционирования и безопасности использования сети Интернет, в международном праве сложился определенный международный правовой обычай24 решения данной проблемы.

Как известно25, основными признаками международного правового обычая являются продолжительное существование соответствующей государственной практики и убежденность в правомерности и необходимости соответствующего действия. В данном случае рассматриваемый правовой обычай существует уже более 20 лет. Его принятие в качестве правовой нормы подтверждается, в частности, нормой федерального законодательства Российской Федерации, которая устанавливает, что «регулирование использования информационно-телекоммуникационных сетей, доступ к которым не ограничен определенным кругом лиц, осуществляется в Российской Федерации с учетом общепринятой международной практики деятельности саморегулируемых организаций в этой области»26.

Основное содержание данного обычая заключается в следующем:

- образование, развитие и функционирование ИКТ-среды как у нас в стране, так и за рубежом осуществляется прежде всего на основе реализации инициативы негосударственных субъектов, действующих в своих интересах, то есть на основе гражданских отношений;

- существование под эгидой правительства США системы присвоения цифровых идентификаторов и поддержание в актуальном состоянии информационных систем, обеспечивающих навигацию запросов пользователей в пространстве данных идентификаторов;

- фактическое устранение государства от регулирования отношений в области развития национальных сегментов ИКТ-среды, обеспечения устойчивости их функционирования и безопасности использования, интегрированности в глобальную сеть Интернет;

- развитие национального сегмента ИКТ-среды, а также сети связи общего пользования как составляющей единой сети электросвязи осуществляется на основе частных инвестиций операторов связи и провайдеров услуг сети Интернет, а их взаимодействие с операторами связи и провайдерами услуг сети Интернет других государств регулируется гражданским правом;

- присвоение цифровых идентификаторов операторам связи осуществляется на основе договорных отношений, регулируемых гражданским законодательством.

В-четвертых, ИКТ-среда базируется на реализации ИКТ в пространстве электромагнитных полей, что придает многим происходящим в этой среде юридически значимым событиям (юридическим фактам) свойство виртуальности.

Объективизация этих событий и атрибуция субъектов, вовлеченных в возникающие правоотношения, осуществляется государствами в рамках осуществления внутренней юрисдикции и применения международного права на основе презумпции доверия к национальным органам, уполномоченным осуществлять правоприменительную практику, правоохрану и правозащиту.

В то же время, учитывая виртуальность событий, происходящих в процессе реализации ИКТ в ИКТ-среде, у других государств часто отсутствуют достаточные основания доверять заключениям органов исполнительной власти других государств. Новейшая история дает достаточно оснований для возникновения такого недоверия. Например, утверждение официальных лиц США в Совете Безопасности ООН о наличии средств массового поражения у Ирака (2003 г.), трактовка мандата Совета Безопасности ООН государствами, участвовавшими в вооруженном вторжении в Ливии (2004 г.), обоснование необходимости вооруженного вторжения государств НАТО в Югославию без мандата Совета Безопасности ООН (2001 г.) и т. д.

В-пятых, ИКТ по определению не являются оружием27, что делает невозможным использование ст. 51 Устава ООН для противодействия враждебному использованию ИКТ против территориальной целостности и политической независимости государств. В то же время, по мнению многих экспертов, враждебное использование ИКТ потенциально способно привести как к серьезным человеческим жертвам, так и оказать существенное разрушительное воздействие на инфраструктуру современного общества.

В-шестых, современные международные договоры в области безопасности и международного гуманитарного права не адаптированы к применению в ИКТ-среде.

Исходя из того, что источниками международного права в юридическом смысле слова являются формы, в которые облекаются нормы международного права, выражающие согласованную волю его субъектов28, к основным источникам международного права29 относятся прежде всего международные договоры, не только определенно признанные государствами (как известно, договор не создает обязательств или прав для третьего государства без его на то согласия30), но и создающие основание для добросовестного толкования в соответствии с обычным значением, которое следует придать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора31. Возможность трактовки положений международных договоров в области безопасности и международного гуманитарного права в терминах ИКТ-среды не предусматривалась государствами, подписавшими эти договоры, и, соответственно, не накладывает на них никаких обязательств.

Таким образом, применение международного права к ИКТ-среде в контексте международной безопасности создает существенные риски безответственного нарушения целостности сети Интернет посредством злонамеренного использования ИКТ, а также предоставляет заинтересованным государствам значительные возможности для манипуляций международным и национальным общественным мнением в области международной правовой ответственности государств за совершение международно-противоправных деяний, а также существенно затрудняет разрешение мирными средствами международных споров по поводу инцидентов, которые могут возникнуть в ИКТ-среде.

Предложения по прогрессивному развитию 
международного права и его адаптации к ИКТ-среде

Основным способом решения выделенных выше проблем является прогрессивное развитие международного права применительно к деятельности государств в ИКТ-среде. Данный процесс может происходить в форме подготовки и заключения международных договоров, составляющих основные источники международного права безопасности и международного гуманитарного права, а также договоров, развивающих международное процедурное право применительно к регулированию международных отношений в ИКТ-среде.

В качестве примера рассмотрим пути развития и адаптации некоторых международных договоров. 

Устав ООН32. Как показывают проведенные исследования, все положения Устава ООН могут быть применены к ИКТ-среде.

В то же время представляется важным дополнительно закрепить трактовку враждебного применения ИКТ как средства «силы» (ст. 2(4) и «вооруженного нападения» (ст. 51);

Как отмечалось выше, ИКТ не являются оружием по определению, но могут приобрести такие свойства посредством превращения в оружие некоторых устройств и механизмов невоенного назначения и, соответственно, использования их для организации вооруженного нападения.

Прецедент такой трактовки «вооруженного нападения» создан резолюциями СБ ООН33 по результатам обсуждения трагических событий в США 11 сентября 2001 года. Данное нападение было осуществлено с использованием гражданских самолетов.

Декларация о принципах международного права34. Закрепленные в декларации положения не создают препятствий для их применения при регулировании международных отношений в ИКТ-среде. 
В то же время с учетом их применения в новой сфере международной жизни, обладающей рядом особенностей, положения декларации нуждаются в дополнении. В таком дополнении целесообразно было бы уточнить трактовки отдельных формулировок декларации применительно к ИКТ-среде.

Например, уточнить применительно к этой среде трактовку территориальной неприкосновенности или политической независимости, суверенного равенства и некоторых других норм.

Гаагские и Женевские конвенции35. Принципы и нормы международного права безопасности и международного гуманитарного права, закрепленные данными нормативными правовыми актами, не регулируют отношения в области враждебного использования ИКТ в качестве средств «силового» воздействия на противника в ходе вооруженных конфликтов и поэтому нуждаются в уточнении.

Так, целесообразно уточнить, как осуществляется отделение в ИКТ-среде зоны вооруженного конфликта от национальных сегментов ИКТ-среды нейтральных государств. Каков должен быть механизм опознания гражданских и военных объектов в ИКТ-среде, без которого невозможно соблюдение принципов необходимости и пропорциональности в ходе вооруженного конфликта, а также выполнение некоторых других ограничений, накладываемых международным гуманитарным правом на военные действия? Какие процедуры проведения международных расследований по признакам нарушения данных ограничений одной из воюющих сторон необходимо выполнять уполномоченным органам?

Процедурные принципы и нормы объективизации враждебного использования ИКТ и атрибуции субъекта данной деятельности

Международное процедурное право36 представляет собой совокупность принципов и норм, регулирующих порядок осуществления прав и обязанностей субъектов международного права, то есть правоприменительную деятельность данных субъектов, практическую реализацию ими принадлежащих им юридических властных полномочий.

Применительно к ИКТ-среде эти властные юридические полномочия охватывают в том числе отношения в области использования имеющихся средств самообороны для отражения «вооруженного нападения», расследования инцидентов в ИКТ-среде, обладающих признаками нарушения норм международного гуманитарного права, и другие.

Представляется, что для минимизации рисков ошибочной оценки инцидентов в ИКТ-среде, а также выявления негосударственных субъектов враждебного использования ИКТ целесообразно создать на базе уже существующих международных организаций систему объективизации и атрибуции опасных инцидентов в ИКТ-среде на основе презумпции доверия к национальным уполномоченным органам исполнительной власти и основанной на согласии членов международного сообщества презумпции доверия к третьей уполномоченной государствами стороне.

При этом важно, чтобы в реализации процедурных норм и принципов на основе универсальных международных договоров принимали участие все заинтересованные лица, включая национальных провайдеров интернет-услуг и операторов связи.

Международные договоры по делимитации границ в ИКТ-среде. В контексте предотвращения нарушений международного мира и безопасности и реализации механизмов приписывания государствам международно-правовой ответственности sui generis за совершение международно-противоправного деяния представляются актуальными проблемы делимитации государственных границ в ИКТ-среде.

q

Государственный суверенитет в ИКТ-среде является важной составляющей суверенитета современного государства и создает основание для юрисдикции государства в телекоммуникационной и информационной средах. Юрисдикция государств в ИКТ-среде в определенной мере базируется на международном правовом обычае, следование которому в период обострения международных отношений порождает опасные риски для обеспечения национальной безопасности и независимых государств.

Для укрепления международного мира и безопасности в условиях обострения угрозы враждебного использования государствами ИКТ против других государств представляется важным активизировать усилия международного сообщества по реализации рекомендаций ГПЭ, связанных с принятием и соблюдением правил ответственного поведения государств в ИКТ-среде37, а также по прогрессивному развитию и адаптации международного права к данной среде.

 1Основы государственной политики Российской Федерации в области международной информационной безопасности на период до 2020 г. Утверждена Президентом Российской Федерации 24 июля 2013. №Пр-1753.

 2International Strategy for Cyberspace. Prosperity, security, and networked world. 2011. May. President of United States // www.whitehouse/sites/default/files/rss_viewer/international security for cyberspace; Государственные стратегии кибербезопасности. Европейское агентство по сетевой безопасности. 2012 // http://www.securitylab.ru/analytics/429498.php

 3Доклады Группы правительственных экспертов ООН по достижениям в сфере информатизации и телекоммуникаций в контексте международной безопасности (2010, 2013, 2015 гг.).

 4Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 24 июня 2013 г. A/68/98*.

 5Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

 6Schmitt M.N. Computer Network Attack and the Use of Force in International Law: Thoughts on a Normative Framework // Columbia Journal of Transnational Law. 1999. Vol. 37; Tikk E. 10 Rules of Behaviour for Cyber Security. Maeve Dion, Stockholm University. 2010; Шинкарецкая Г.Г. Информационные технологии, война и гражданское население. Институт государства и права РАН // www.igpran/ articles/3404/; Koh H.H. International Law in Cyberspace // Harvard International Law Journal. December 2012. Vol. 54; Stauffacher D.Kavanagh C. Confidence building measures and International Cyber Security. Geneva: ICT4Peace Publishing; Крутских А.В., Стрельцов А.А. Проблемы применения международного права к злонамеренному использованию информационно-коммуникационных технологий // Международная жизнь. 2014. №11; Десятый международный форум «Партнерство государства, бизнеса и гражданского общества при обеспечении международной информационной безопасности». 20-23 апреля 2015 г., Гармиш-Партенкирхен, Германия; Тиунов О.И., Авхадеев И.З. Об использовании информационно-коммуникационных технологий в вооруженных конфликтах и вопросы применимости международного права к их использованию государствами // Современное международное право. Теория и практика. М., 2015.

 7http://itlaw.wikia.com

 8http://en.wikipedia.org

 9Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

10Федеральный закон «О связи» от 7 июля 2003 г. №126-ФЗ.

11Ушаков Н.А. Суверенитет в современном международном праве. М., 1963; Марченко М.Н. Государственный суверенитет: проблемы определения понятия и содержания // Правоведение. 2003. №1; Моисеев А.А. Критика концепции относительного государственного суверенитета // Московский журнал международного права. 2007. №3; Пастухова Н.Б. О многообразии подходов к трактовке и пониманию суверенитета // Государство и право. 2007. №12.

12Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев. М.: Проспект, 2015. С. 56; State sovereignty is the concept that states are in complete and exclusive control of all the people and property within their territory. The Levin Institute. The State University of N.Y., 2016 // www.globalization101.org

13Постановление Конституционного суда РФ от 7 июня 2000 г. №10-П. По делу о проверке конституционности отдельных положений Конституции Республики Алтай и Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

14Конституция Российской Федерации. Ст. 4.

15Международное право / Отв. ред. В.И.Кузнецов, Б.Р.Тузмухамедов. М.: НОРМА ИНФРА-М, 2010. С. 439.

16Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

17Каюмова А.Р. Понятие и виды юрисдикции в международном праве // Современное международное право. Теория и практика. М., 2015. С. 240-255.

18Черниченко С.В. Международное право. М.: НИМП, 1999. С. 114.

19Конституция Российской Федерации. Ст. 15. П. 4.

20Федеральный закон «О связи» от 7 июля 2003 г. №126-ФЗ.

21Федеральный закон от 5 мая 2014 г. №97-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам упорядочения обмена информацией с использованием информационно-телекоммуникационных сетей».

22Федеральный закон от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Ст. 1.

23Основы государственной политики в области международной информационной безопасности на период до 2020 г. Утверждены Президентом Российской Федерации 24 июля 2013 г. №Пр-1753.

24Статут Международного суда. Ст. 38.

25Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... С. 27.

26Федеральный закон от 27 июля 2006 г. №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». Ст. 15. П. 2. Абз. 1.

27Стрельцов А.А. Основные направления развития международного права вооруженных конфликтов применительно к киберпространству // Право и государство. 2014. №3.

28Словарь международного права. М.: Международные отношения. 1982. С. 59.

29Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... С. 26-28.

30Венская конвенция о праве международных договоров. 23 мая 1969 г. Ст. 31. П. 1.

31Там же. Ст. 34.

32Устав Организации Объединенных Наций. 26 июня 1945 г.

33Резолюции Совета Безопасности ООН 1368 от 12 сентября 2001 г., 1373 от 28 сентября 2001 г.

34Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН. Резолюция 2625 Генеральной Ассамблеи ООН от 24 октября 1970 г.

35Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о положении неприятельских торговых судов при начале военных действий. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны. Гаага, 18 октября 1907 г.; Конвенция о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 31/72. 10 декабря 1976 г.; Конвенция об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция об улучшении участи раненых, больных и лиц, потерпевших крушение, из состава вооруженных сил на море. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция об обращении с военнопленными. Женева, 12 августа 1949 г.; Конвенция о защите гражданского населения во время войны. Женева, 12 августа 1949 г.; Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся защиты жертв международных вооруженных конфликтов. Женева, 
8 июня 1977 г.; Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 г., касающийся защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера. Женева, 8 июня 1977 г.

36Международное право / Отв. ред. К.А.Бекяшев... М.: С. 320

37Доклад Группы правительственных экспертов ООН. 22 июля 2015 г. A/70/174.

Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083708 Анатолий Стрельцов


Афганистан. Великобритания. РФ > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083707 Юрий Булатов

СССР и Великобритания: афганский формат переговоров и консультаций 1941 года

Юрий Булатов, Декан факультета международных отношений, профессор кафедры всемирной и отечественной истории МГИМО МИД РФ, доктор исторических наук

Нападение фашистской Германии на Советский Союз коренным образом изменило соотношение сил на международной арене. В документах НКИД СССР той поры отмечалось, что «волею обстоятельств СССР и Англия стали  товарищами по оружию, то есть если не формально, то фактически стали военными союзниками»1. Непосредственно 22 июня 1941 года министр иностранных дел Великобритании А.Иден в беседе с послом СССР в Лондоне И.М.Майским заявил, что сам факт объявления Германией войны Советскому Союзу ни в какой мере не меняет политику Англии, что  действия Англии в борьбе с Германией сейчас не только не ослабеют, но, наоборот, усилятся2. В этот же день премьер-министр Великобритании У.Черчилль выступил по радио и сделал следующее заявление: «Любой человек или государство, которые борются против нацизма, получат нашу помощь. Любой человек или государство, которые идут с Гитлером, - наши враги… Такова наша политика, таково наше заявление. Отсюда следует, что мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем»3.

Эти заявления А.Идена и У.Черчилля, сделанные как в узком кругу, так и на широкой публике, продемонстрировали, что английский кабинет меняет свое отношение к СССР перед лицом фашистской агрессии. Дипмиссиям и загранпредставительствам Великобритании было предписано оперативно возобновить или заново установить прямые контакты с посольствами и постпредствами СССР за рубежом. Незамедлительно отреагировало на эти перемены и английское посольство в Кабуле. 23 июня 1941 года по поручению посла Великобритании в Афганистане Ф.Тайтлера майор британских спецслужб Флетчер, официально аккредитованный в Кабуле как пресс-атташе в ранге первого секретаря английской миссии, посетил советское посольство. Целью его визита являлась задача установить непосредственный контакт между спецслужбами СССР и Великобритании на «афганском плацдарме».

Однако руководство легальной резидентуры советской внешней разведки в Кабуле посчитало преждевременным прямой контакт такого рода с англичанами без соответствующих консультаций с Москвой. Было принято решение, что советскую сторону на этой встрече будет представлять кадровый сотрудник НКИД СССР (карьерный дипломат), советник посольства В.С.Козлов. В ходе состоявшейся беседы был очерчен круг вопросов, представлявших взаимный интерес. Английский разведчик выразил готовность информировать советскую сторону о подрывной деятельности фашистской агентуры и германского посольства в Афганистане. Он также указал на необходимость совместной борьбы СССР и Великобритании с происками фашистской Германии в Афганистане, особо отметив, что немцы неоднократно предлагали кабульским правителям попытаться расширить афганскую территорию за счет СССР и Британской Индии. В конце беседы Флетчер предложил советской стороне объединить усилия и выдворить немецких специалистов и советников из Афганистана. По его словам, большинство из них в действительности являлись фашистскими агентами.

Этот первый контакт британской разведки с советским посольством англичане решили продублировать и по официальным дипломатическим каналам: спустя всего лишь несколько часов после визита Флетчера советскую миссию посетил еще один «спецпредставитель» - советник посольства Великобритании Халей. Он также был принят советником В.С.Козловым. Халей предложил свой вариант советско-английского сотрудничества по нейтрализации происков немцев в Афганистане. Английский дипломат в первую очередь призывал к тому, чтобы совместными усилиями блокировать торговые операции немцев в Афганистане. Если бы это удалось, советская сторона обеспечила бы себе монополию на покупку афганского сырья, и прежде всего шерсти, на севере Афганистана, а англичане - в Кандагаре, то есть на юге страны. По мнению английского советника, совместные усилия затруднят немцам покупку каких-либо товаров в Афганистане и в итоге закроют для них афганский рынок. Эти действия рассматривались английским дипломатом как первый шаг, который неизбежно приведет к сокращению числа работавших в Афганистане немецких специалистов и советников4.

Подробную информацию о первых контактах советника В.С.Козлова с представителями английской дипмиссии в Кабуле срочно направили в Москву. Присланные из Кабула донесения были изучены в Центре, специалисты которого пришли к единому мнению: очевидно, что английские дипломаты в Афганистане получили от своего правительства карт-бланш в выборе тем для обсуждения с сотрудниками советской дипмиссии, при этом они не имели каких-либо полномочий для принятия конкретных решений.  Дальше обсуждения и обмена мнениями дело так и не пошло.

Интересно, что англичане вели себя аналогичным образом и в Лондоне, что подтверждается сообщениями в адрес НКИД СССР. В одной из телеграмм советского посла в Великобритании говорится следующее: «В области политической Британское правительство охотно будет обсуждать с нами все вопросы, затрагивающие интересы обеих стран, в частности и в особенности проблемы Ближнего и Дальнего Востока; далее такого обсуждения и координации линий Британское правительство не считает возможным идти...»5 Таким образом, можно сделать вывод, что в первые дни Великой Отечественной войны английская дипломатия отрабатывала главную на тот момент свою задачу - попытаться повсеместно, где это возможно, сформировать устойчивые каналы связи с официальными представителями СССР.

27 июня 1941 года афганская тема была поднята и в Москве на переговорах народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова и посла Великобритании в СССР Р.С.Криппса. В ходе встречи договаривающиеся стороны пришли к единому мнению о желательности общей политической линии правительств СССР и Великобритании в отношении стран Ближнего и Среднего Востока, в том числе и в Афганистане6. Получив соответствующие инструкции из Москвы, советник дипмиссии  СССР в Кабуле В.С.Козлов 28 июня 1941 года посетил посольство Великобритании и информировал английского посла Ф.Тайтлера о том, что советская сторона принимает предложение о сотрудничестве с Великобританией по выдворению немцев из Афганистана7.

2 июля 1941 года посол СССР в Кабуле К.А.Михайлов после возвращения из поездки по северным районам Афганистана принял в своей резиденции главу английской дипломатической миссии Ф.Тайтлера. Английский дипломат вновь затронул тему о возможной высылке немцев из Афганистана. К.А.Михайлов, в свою очередь, заметил, что советская сторона ждет конкретных предложений на этот счет, ибо инициатива исходила от англичан. Посол СССР также подчеркнул, что советская сторона не видит каких-либо принципиальных возражений по установлению более тесного контакта и сотрудничества с английской миссией. Однако никаких договоренностей по итогам этой встречи К.А.Михайлов и Ф.Тайтлер так и не достигли. Английский посол лишь проинформировал главу советской дипмиссии, что в ближайшее время он ожидает получить от своего правительства инструкции по поводу дальнейших действий. Ф.Тайтлер выразил уверенность, что их контакты будут продолжены8.

К.А.Михайлов впоследствии отмечал, что «наша политика в Афганистане с первых дней войны исходила из необходимости выявлять и учитывать все могущие возникнуть здесь провокационные по отношению к нам комбинации и пресекать враждебную нам деятельность. Естественно, что главными нашими противниками с этого времени стали немцы и итальянцы. Напротив, англичане могли быть нами использованы в деле борьбы с угрозой фашистской опасности Афганистану, поскольку они были заинтересованы в этом»9.

Как отмечает историк российских спецслужб Ю.Н.Тихонов, Ф.Тайтлер был первым представителем Великобритании в ранге посла, посетившим советское посольство в Кабуле. На этой встрече оба дипломата вели себя сдержанно, так как за долгие годы противостояния и вражды между СССР и Великобританией в Афганистане сформировался устойчивый «образ врага»10. Однако сдержанность посла СССР К.А.Михайлова была продиктована не только «грузом прошлых лет». Советский дипломат  располагал информацией, что англичане намерены начать некую игру с русскими на «афганском плацдарме». Накануне встречи с Ф.Тайтлером К.А.Михайлов в телеграмме от 30 июня 1941 года в адрес НКИД СССР проинформировал  Центр о содержании беседы английского военного атташе Ланкастера с военным министром Королевства Афганистан Шах Махмудом, состоявшейся сразу же после нападения фашистской Германии на Советский Союз. На этой встрече Ланкастер, являвшийся также резидентом английской разведки в Афганистане, доверительно довел до сведения высокого афганского сановника английскую точку зрения по поводу ожесточенных боев, развернувшихся на советско-германском фронте. Англичанин, в частности, заявил, что Англия не заинтересована в полной победе СССР над Германией11. Свой антисоветский настрой подполковник Ланкастер демонстрировал повсеместно и не считал нужным его скрывать. Как отмечал советник полпредства СССР в Кабуле В.С.Козлов, в первые месяцы советско-германской войны этот английский офицер в беседе с начальником штаба афганской армии Омар-ханом открыто заявлял, что он не принадлежит к числу сторонников победы Советского Союза над фашистской Германией12.

В той или иной степени подобных взглядов придерживались и другие сотрудники британской миссии в Кабуле. Полпредство СССР в афганской столице располагало информацией, что летом 1941 года англичане в своих беседах с афганскими чиновниками не скрывали скептического отношения к силе советского вооружения, прозорливости стратегического руководства советского военного командования, организации военного хозяйства в СССР и к политической устойчивости советских граждан. Вывод напрашивался сам собой. «Англичане, - говорилось в сообщениях советского посольства из Кабула в Москву, - полагают, как бы подольше затянуть войну Германии с СССР, ослабить обе стороны и выиграть на этом»13. Вот почему советские представители в Афганистане, как отмечал полпред СССР К.А.Михайлов, с первого своего контакта с англичанами должны были занять осторожную позицию, учитывая возможность провокации с их стороны14.

Такого рода двойственное поведение британских должностных лиц в Кабуле руководство СССР напрямую связывало с военными приготовлениями англичан на  Востоке. Например, накануне вероломного нападения фашистской Германии на Советский Союз из Лондона в Москву по разведканалам поступило срочное сообщение о том, что 16 июня 1941 года состоялось очередное заседание Комитета имперской обороны под председательством У.Черчилля. Обращаясь к участникам совещания, английский премьер-министр настаивал на скорейшем завершении всех приготовлений к бомбардировке Баку. По его мнению, в случае нападения Германии на Советский Союз необходимо было в первую очередь лишить нацистов доступа к стратегическим запасам нефти в Советском Закавказье.

В тот же день главнокомандующему индийской армией была послана телеграмма №130: «Развитие советско-германских отношений может сделать для нас исключительно выгодным быть готовыми предпринять бомбардировку Бакинских промыслов с минимальнейшей задержкой. В связи с этим предлагаем Вам… сделать все административные приготовления для этой операции, включая все требуемые расширения и улучшения выбранных посадочных площадок. Предполагаемый объем атак будет равняться интенсивности операций двух эскадрилий бомбардировщиков «Веллингтон» и двух эскадрилий бомбардировщиков типа «Бленхейм», оперирующих из Мосула [Ирак] примерно в течение месяца»15.

Именно в такой обстановке, на фоне планируемых англичанами военных операций, 8-10 июля 1941 года в Кремле состоялись переговоры председателя Государственного комитета обороны (ГКО) СССР И.В.Сталина с послом Великобритании в Москве Р.С.Криппсом. Афганская тема в контексте советско-британских отношений в условиях войны также была поднята в ходе этих встреч. Советский лидер обратил внимание собеседника на большое скопление немцев в Афганистане, отметив, что этот факт будет вредить и Англии, и СССР. И.В.Сталин сообщил английскому дипломату о донесении советского посла из Кабула, в котором последний информировал, что в разговоре с ним глава английской миссии заявил о необходимости выбросить немцев из Афганистана.

Считая высказывания представителя английской миссии мнением английских кругов, Сталин и решил поставить перед Криппсом вопрос о немцах. Что, по мнению Криппса, необходимо предпринять, спросил Сталин, чтобы выгнать немцев из Афганистана сейчас, так как потом это будет сделать трудно16. Английский посол не имел, по-видимому, соответствующих полномочий и постарался уйти от ответа. Он лишь проинформировал советского лидера о своей беседе с афганским послом в Москве по поводу немцев. По словам Р.С.Криппса, афганский дипломат сообщил, что кроме немецкой миссии в Кабуле, в Афганистане немцев нет. По мнению Р.С.Криппса, для того, чтобы прояснить ситуацию, В.М.Молотову следовало бы сделать соответствующее представление в адрес афганской дипмиссии в Москве. Криппс также обещал Сталину немедленно связаться с английским посланником в Кабуле и выяснить вопрос о немцах.

В ходе переговоров Р.С.Криппс демонстрировал преувеличенную осторожность при обсуждении афганского вопроса. Такое свое поведение Криппс объяснял тем, что лично сам он не мог давать какие-либо указания, так как это выходило за сферу его деятельности.  Все инструкции, продолжал английский дипломат, должны были идти через Лондон, где они согласовывались с английским правительством. Тем не менее Криппс выразил готовность связаться со своим правительством по вопросу о принятии мер в Афганистане, если имеется такая опасность17.

10 июля 1941 года Р.С.Криппс известил И.В.Сталина о том, что он информировал Лондон и просил рассмотреть поставленный Сталиным вопрос о совместных действиях в Афганистане. Однако в действительности английский посол не спешил прояснить ситуацию по Афганистану и медлил выходить на контакт с британской миссией в Кабуле. Р.С.Криппсу пришлось повторно давать обещание И.В.Сталину непременно связаться с английским посланником в Кабуле. Для пущей убедительности Р.С.Криппс заявил, что «если надо будет, то он согласует со своим правительством вопрос о совместных действиях английского и советского правительств»18. Очевидно, на тот момент такой надобности, по мнению английского посла, еще не возникло.

Совместные действия на «афганском плацдарме», намеченные представителями СССР и Великобритании в ходе переговоров в Кремле, сдерживались неопределенностью союзнических обязательств. Хотя 8 июля 1941 года премьер-министр У.Черчилль направил И.В.Сталину личное послание, с тем чтобы разрядить обстановку на переговорах при обсуждении вопросов советско-британского сотрудничества. В этом документе глава английского кабинета особо подчеркивал: «Мы сделаем все, чтобы помочь Вам, поскольку это позволяет время, географические условия и наши растущие ресурсы. Чем дольше будет продолжаться война, тем большую помощь мы сможем предоставить»19.

Однако камнем преткновения на переговорах в Москве явился вопрос о политическом сотрудничестве СССР и Великобритании. С одной стороны, для налаживания такого сотрудничества имелась объективная основа, ибо наличие общего врага определяло и общие интересы в войне с фашистской Германией; с другой стороны, СССР и Великобритания не скрывали, что они проводят самостоятельную политику и по-своему расставляют приоритеты в развитии двусторонних контактов.

Советское руководство считало необходимым прежде всего решить вопрос о создании политической базы для развития отношений между двумя странами. Это позволило бы определить степень военно-политического сближения, а также конкретизировать масштабы и размеры взаимной помощи. В свою очередь, официальная позиция Лондона сводилась к тому, что в области экономической и военной помощи нет и не могло быть никаких границ для сотрудничества с СССР, кроме границ возможного. Следуя этой линии, посол Великобритании Р.С.Криппс утверждал, что в данный момент ощущалась бóльшая необходимость в военном и экономическом сотрудничестве, нежели чем в политическом. Он заявлял, что не нужно ждать заключения политического соглашения, а нужно немедленно перейти к военно-экономическому сотрудничеству. После того как Великобритания и СССР достигнут сотрудничества по военным и экономическим вопросам и добьются в этой области успеха, будет создана основа для достижения политического сотрудничества между обеими странами. Однако, как показывает практика, любое сотрудничество немыслимо без базового соглашения. В итоге договаривающиеся стороны смогли лишь в некоторой степени сблизить свои позиции и учесть интересы друг друга.

12 июля 1941 года в Москве было подписано Соглашение между правительствами СССР и Великобритании о совместных действиях в войне против Германии. В этом документе платформа советско-британского сотрудничества была изложена очень кратко. Договаривающиеся стороны заявили о следующем: оба правительства взаимно обязуются оказывать друг другу помощь и поддержку всякого рода в настоящей войне против гитлеровской Германии; они далее обязуются, что в продолжение этой войны они не будут ни вести переговоров, ни заключать перемирия или мирного договора, кроме как с обоюдного соглашения. Этот документ вступал в силу немедленно и ратификации не подлежал20.

Соглашение от 12 июля 1941 года, как отмечалось впоследствии в документах МИД СССР, легло в основу союзнических отношений между Советским Союзом и Великобританией и положило начало созданию антигитлеровской коалиции21. Однако представляется, что такая оценка верна прежде всего для победного 1945 года. В первые же дни войны этот документ в большей степени представлял собой лишь протокол о намерениях. В соглашении от 12 июля 1941 года не были определены ни цели войны, ни задачи послевоенного устройства мира. Совместные действия в войне против фашистской Германии также не были конкретизированы каким-либо образом и подпадали под главную формулировку «об оказании друг другу помощи и поддержки всякого рода». Основываясь на этих фактах, можно сделать вывод, что летом 1941 года контуры антигитлеровской коалиции намечались лишь пунктиром. В отношениях с Советским Союзом англичане продолжали твердо придерживаться той позиции, что наличие общего врага не является достаточной базой для политического сотрудничества22.

Оценивая советско-британские контакты на первоначальном этапе Великой Отечественной войны, руководство внешней разведки СССР пришло к следующему заключению: «Хотя английское правительство осознает объем угрожающей Англии опасности в случае поражения СССР и намерено оказывать помощь Советскому правительству в соответствии с декларацией Черчилля, тем не менее все расчеты англичан базируются на неизбежности поражения Красной армии в самом ближайшем будущем»23. Это сообщение разведорганов СССР было направлено в адрес Государственного комитета обороны СССР 15 июля 1941 года.

18 июля 1941 года ЦК ВКП(б) принял постановление о задачах внешней разведки в период войны. В этом документе особо подчеркивалось, что первоочередной целью органов советской внешней разведки является выявление истинных планов и намерений наших союзников, особенно США и Англии, по вопросам ведения войны, отношения к СССР и проблемам послевоенного устройства. В постановлении ЦК ВКП(б) были также конкретизированы задачи разведки в нейтральных странах, в том числе и в Афганистане, с тем чтобы не допустить их перехода на сторону стран «оси», парализовать в них подрывную деятельность гитлеровской агентуры и организовать разведку с их территории против Германии и ее союзников24.

По мнению руководства советской разведки, благоприятные условия для активизации такого рода деятельности сложились на «афганском плацдарме». Учитывался также и тот факт, что сотрудники британской легальной резидентуры продолжали демонстрировать свое явное стремление войти в контакт с «советскими коллегами по работе». Летом 1941 года посол К.А.Михайлов информировал НКИД СССР о регулярных визитах «тихих англичан» в советскую дипмиссию. В телеграмме от 17 июля 1941 года К.А.Михайлов сообщил в Центр о новой встрече майора Флетчера с советником посольства СССР В.С.Козловым. В ходе состоявшейся беседы англичанин проинформировал советскую сторону о том, что в Афганистане действует «пятая колонна» немцев в составе примерно 80 человек, подчеркнув, что разведцентр абвера, координировавший ее деятельность, находился в Иране. Английский разведчик назвал некоторые имена фашистских агентов, предупредив, что вся афганская секретная полиция якобы полностью подкуплена немцами25.

Разовые контакты английских легальных разведчиков с сотрудниками советской миссии в Кабуле продолжали развиваться по восходящей линии. Частым гостем советского посольства стал и резидент английской разведки в Афганистане подполковник Ланкастер. 25 июля 1941 года английский разведчик посетил советское посольство и проинформировал К.А.Михайлова о провале операции агентов абвера, пытавшихся проникнуть с территории Афганистана в Северо-Западную пограничную провинцию Британской Индии26. В следующий свой визит британский подполковник уведомил советского посла об арестах, проводимых афганской контрразведкой в Кабуле. По данным английского разведчика, было арестовано 48 афганцев, подозреваемых в связях с немецкими агентами.

Все арестованные являлись пуштунами, большая часть которых были выходцами из Вазиристана (часть пограничной территории Британской Индии)27.

Деятельность легальной советской разведки и ее агентурной сети в Афганистане была в значительной степени упорядочена после того, как в Кабул резидентом внешней разведки был назначен М.А.Аллахвердов (оперативный псевдоним «Заман»). В афганской столице М.А.Аллахвердов был аккредитован в качестве первого секретаря советской дипмиссии под фамилией М.А.Алмазов. Советский разведчик хорошо знал специфику агентурной работы на Среднем Востоке. В разные годы он руководил резидентурами советской разведки в Иране (1928-1930 гг.), в Афганистане (1934-1936 гг.) и в Турции (1936-1938 гг.). Для развития контактов с британской разведкой представлялось также немаловажным, что М.А.Аллахвердов обладал большим опытом работы в Европе и не понаслышке был знаком с деятельностью западных спецслужб. В 1933-1934 годах он находился на нелегальной работе в Австрии, Швейцарии и Франции, где возглавлял агентурную сеть советской разведки.

В рассматриваемый период деятельность резидентуры во главе с М.А.Аллахвердовым стала приобретать особую значимость. Высшее руководство СССР в своих контактах с англичанами все чаще стало использовать конфиденциальную информацию, поступавшую из Кабула. Более того, в Кремле сочли возможным передать английской стороне некоторые копии документов, добытых советскими разведчиками в Афганистане. Действуя таким образом, советское правительство также стремилось установить доверительные отношения и наладить политический диалог с британскими официальными лицами.

Советское руководство поручило НКИД СССР совместно с НКГБ СССР подготовить на базе разведданных, полученных из Афганистана, материал, представлявший интерес для британских правящих кругов. В результате в компетентных ведомствах была подготовлена справка о подрывной деятельности немецкой агентуры в Афганистане, нацеленной на Британскую Индию. В приложении к справке были приведены данные радиоперехвата: тексты некоторых «свежих» телеграмм абвера, отправленных из Кабула в Берлин уже после нападения фашистской Германии на Советский Союз. 31 июля 1941 года эта секретная информация за подписью заместителя наркома НКИД СССР А.Я.Вышинского была направлена по договоренности в распоряжение английского посла в Москве Р.С.Криппса.

После того как Лондон подтвердил достоверность и значимость полученных из Москвы разведматериалов, посол Р.С.Криппс обратился к А.Я.Вышинскому с благодарственным письмом. В этом послании, в частности, говорилось следующее: «Британские органы выражают Вам благодарность за предоставление этих материалов [перехваченные советской разведкой донесения абвера о планируемых немцами операциях против Великобритании с территории Афганистана], они просили добавить, что любая другая информация, которую Советские органы могли бы предоставить по данному вопросу, то есть данные или указания об интригах, направленных против Индии не только со стороны немцев, но также и со стороны итальянцев в Афганистане и Иране, были бы весьма желательны. Поэтому я просил бы Вас быть столь любезным и сообщить мне, не имеются ли еще подобные материалы»28.

Результативность советской разведки на афганском направлении способствовала поступательному развитию контактов как между спецслужбами СССР и Великобритании, так и между внешнеполитическими ведомствами двух стран. 5 августа 1941 года состоялись очередные рабочие консультации В.М.Молотова и Р.С.Криппса. В ходе этой встречи советский нарком передал английскому дипломату дополнительные данные о деятельности немецкой агентуры в Афганистане. Речь шла о секретной переписке фашистского агента К.Брикмана, полученной агентурным путем советской резидентурой в Кабуле. Эти письма касались планов деятельности немецкой разведки в полосе «независимых» племен Британской Индии. Разведорганами СССР было также установлено, что К.Брикман находился на особом положении в германской дипмиссии в Кабуле. Он не входил в штат абвера, а представлял внешнюю разведку СД (служба безопасности под руководством рейхсфюрера Гиммлера).

В связи с активной деятельностью К.Брикмана в Афганистане англичане были обеспокоены прежде всего двумя обстоятельствами. Во-первых, этот офицер СД, получая напрямую указания из Берлина, действовал автономно и не был подотчетен ни фашистской легальной резидентуре, ни послу Германии в Афганистане. Соответственно, сбор сведений о деятельности фашистского агента Брикмана был крайне затруднен. Во-вторых, британскую разведку тревожил также и тот факт, что К.Брикман имел прямой выход на премьер-министра Афганистана М.Хашим-хана.

Согласно официальной версии, К.Брикман прибыл в Афганистан в конце 1940 года в качестве врача-стоматолога и получил разрешение открыть первый и единственный в своем роде зубоврачебный кабинет в Кабуле. Столичная элита, в том числе и премьер-министр Афганистана М.Хашим-хан, стали его постоянными пациентами29. В создавшихся условиях информированность и компетентность советской разведки по «афганским делам» предопределили обсуждение В.М.Молотовым и Р.С.Криппсом более широкого круга проблем на заданную тему. Английский посол поставил вопрос о сотрудничестве английской и советской разведок не только в Афганистане, но и в Иране30.

По достоинству оценив поступавшую из Москвы развединформацию, английское правительство через своего посла в Москве официально обратилось с предложением установить прямые контакты между спецслужбами двух стран. 13 августа 1941 года в московской гостинице «Националь» объявился новый постоялец - сотрудник английской разведки подполковник Гиннес, прибывший для проведения переговоров с представителями НКГБ СССР. Сначала англичане пытались всячески скрывать от советской стороны официальное название службы, которую представлял Гиннес. Однако было установлено, что этот английский разведчик являлся всего лишь сотрудником Управления специальных операций (УСО), входившего в состав Министерства экономической войны Великобритании. В компетенцию данного ведомства входили военно-техническая разведка, организация саботажа на транспорте и объектах военной промышленности в тылу противника, проведение диверсионных операций и т. д.

Советское руководство, уделяя первостепенное внимание налаживанию военно-политического сотрудничества с англичанами, приняло решение замкнуть контакты с УСО все-таки на политическую разведку. Первому управлению НКГБ СССР (внешняя разведка) было поручено курировать эти переговоры. 14 августа 1941 года в обстановке строгой секретности начались первые советско-британские консультации по линии спецслужб. Однако соответствующая специфика и сфера деятельности этих двух ведомств СССР и Великобритании не способствовали успешному ходу переговоров и развитию взаимодействия. Договаривающиеся стороны зачастую демонстрировали принципиально иные, отличные друг от друга подходы к развитию двусторонних отношений. Даже английский разведчик Гиннес в своем докладе в Лондон отмечал, что «представления русских по отдельным вопросам были настолько отличны от наших, что могут отразиться на нашем будущем сотрудничестве»31.

Подполковник Гиннес, как и его соотечественник посол Р.С.Криппс, на переговорах в Москве избегал обсуждения политических тем и на словах делал упор прежде всего на необходимость развития военно-технического сотрудничества по каналам спецслужб. Однако на деле это никак не подтверждалось. В ходе затянувшихся переговоров между представителями НКГБ СССР и УСО советской разведке стало известно содержание телеграммы от 8 августа 1941 года, направленной МИД Великобритании в адрес английского посла в США. В этом послании английская сторона оговаривала свои «условия» военно-технического сотрудничества с СССР. В документе говорилось, в частности, следующее:

«1. Наше отношение к русским целиком строится на строгом взаимном базисе для того, чтобы заставить их показать нашим представителям в России свои военные заводы и другие объекты, в которых мы заинтересованы. Пока что русские у нас почти ничего не видели. В ближайшее время им будут показаны заводы, выпускающие стандартную продукцию, однако на экспериментальные объекты они допущены не будут.

2. Начальники штабов установили порядок в качестве общего принципа для руководства всем ведомствам, согласно которому русским можно давать только такую информацию или сообщения, которые, если бы даже и попали в руки немцев, ничего бы не дали им»32.

В итоге 29 августа 1941 года советско-британские переговоры по линии разведок двух стран были приостановлены, ибо сразу достичь какого-либо соглашения между спецслужбами, в том числе и в сфере военно-технического сотрудничества, не представлялось возможным. Подполковник Гиннес в своем отчете по этому поводу информировал Лондон, что возможное соглашение «рассматривается не как политический договор, а как основа для практической работы наших связующих звеньев и не нуждается в официальной подписи»33.

Советский Союз предпринял еще одну попытку, третью по счету с начала Великой Отечественной войны, наладить стратегическое военно-политическое сотрудничество теперь уже одновременно с Великобританией и США. 24 сентября 1941 года СССР присоединился к Англо-американской декларации (Атлантическая хартия), где Президент США Ф.Рузвельт и премьер-министр Великобритании У.Черчилль излагали общие принципы своей национальной политики, на которых они основывали свои надежды на лучшее будущее для мира34. Однако этот шаг руководства СССР не наполнил конкретным политическим содержанием союзнические отношения, а породил целый ряд вопросов. По сути дела, пассивно-выжидательная тактика правящих кругов Великобритании и США представляла собой аналог их традиционной политики «умиротворения» агрессора, но только теперь уже в условиях Великой Отечественной войны. В этой связи председатель ГКО СССР И.В.Сталин осенью 1941 года отмечал: «Все-таки есть много неясного в позиции Америки: с одной стороны, она поддерживает воюющую Англию, а с другой стороны, поддерживает дипломатические отношения с Германией»35. Все это не мешало Великобритании выступать в поддержку США - своего стратегического союзника по всем вопросам мировой политики в годы Второй мировой войны.

С тем чтобы расставить все точки над «i», Советский Союз в ходе работы Московской конференции представителей СССР, Великобритании и США (29 сентября - 1 октября 1941 г.) выступил с предложением заключить соглашение о сотрудничестве трех держав. Спецпредставитель США Гарриман, которого У.Черчилль в посланиях И.В.Сталину характеризовал не иначе как «замечательным американцем, преданным всем своим сердцем победе общего дела»36, оставил без внимания советское предложение, и эта инициатива СССР была заблокирована.

Великобритания, следуя в фарватере внешнеполитического курса США, в ходе Московской конференции демонстрировала некую двойственность в своей политике в отношении СССР: с одной стороны, англичане нарочито позиционировали себя в качестве младшего партнера США, с другой стороны, стремились подчеркнуть «особый» характер  своих отношений с СССР.

30 сентября 1941 года, то есть в дни работы Московской конференции, представители спецслужб СССР и Великобритании подписали документ с пространным названием «Запись того, на что согласились советские и британские представители в своих беседах по вопросу о подрывной работе против Германии и ее союзников». Для повседневной координации и взаимодействия спецслужб были сформированы секции связи. В Москве такую секцию возглавил английский полковник Д.Хилл, а в Лондоне - сотрудник советской внешней разведки полковник И.А.Чигаев. Договаривающиеся стороны одобрили также «Предварительный план общей линии поведения в подрывной работе для руководства советской и британской секций связи». При подписании этих документов официальные представители разведорганов СССР и Великобритании заявили, что они «пришли к единодушному мнению, что сотрудничество не только желательно и осуществимо, но и существенно для достижения нашей общей цели разгрома врага»37.

Действительно, договоренности, достигнутые представителями спецслужб СССР и Великобритании при подписании соглашения от 30 сентября 1941 года, казались достаточно весомыми. Этот документ предусматривал возможности сотрудничества органов разведки двух стран на трех континентах: в Европе, Азии и Америке. Что касается Азиатского региона, то здесь союзники планировали усилить совместную подрывную работу против стран «оси» на территории Турции, Ирана и Китая. Афганистан, по обоюдному согласию, в этом документе не был даже упомянут. Таким образом, на первоначальном этапе Великой Отечественной войны какие-либо совместные спецоперации разведслужб СССР и Великобритании по пресечению происков фашистской Германии и ее сателлитов на «афганском плацдарме» не планировались. Легальной резидентуре постпредства СССР рекомендовалось продолжать работу по развитию контактов с аккредитованными представителями спецслужб Великобритании в Афганистане строго по официальным каналам.

Тем не менее посольства СССР и Великобритании в Кабуле активизировали свою совместную деятельность по выявлению агентов абвера среди немецких специалистов и советников, работавших в Афганистане. С подачи британского разведчика Флетчера советская резидентура взяла в дополнительную разработку немецких агентов Ф.Венгера, Л.Гильхамера, В.Кнейрляйна, П.Ливена. Например, немецкий разведчик Фридрих Венгер был давно известен НКГБ СССР. С 1929 по 1934 год он работал в СССР в качестве иностранного специалиста Энергоцентра. В 1938 году Ф.Венгер объявился в Афганистане как представитель Организации Тодта*(*Организация Тодта - полувоенное правительственное учреждение Третьего рейха, занимавшееся в Афганистане разработкой и строительством сети автомобильных дорог.) в статусе руководителя группы немецких советников и специалистов в афганском Министерстве общественных работ. В отчете советской разведки за 1941 год была дана следующая характеристика этому немецкому агенту: «Ф.Венгер принадлежит к числу самых опасных для нас фашистских агентов, и он немало поработал во вред нам. Известна его работа 1941 года по составлению топографического плана северного пограничного района, прилегающего к нашей территории, а также плана южного пограничного района, сопредельного с Британской Индией. Планы снабжены детальными заметками, имеющими военно-стратегическое значение».

Советская резидентура в Афганистане также сообщала, что, согласно полученной информации, копия южного плана вместе с сопроводительной запиской была изъята из дел афганского Министерства общественных работ швейцарским инженером Кирхгофом и, по-видимому,  была передана им англичанам38.

Советской разведкой было также установлено, что ближайшими помощниками Ф.Венгера в Министерстве общественных работ являлись немецкие агенты В.Кнейрляйн - инженер гидротехнического отдела и П.Ливен - инженер дорожно-строительного отдела. Посол Третьего рейха в Кабуле Г.А.Пильгер, оказавшись после окончания Великой Отечественной войны в тюремной камере НКВД в Москве, 1 ноября 1945 года на допросе однозначно указал на принадлежность В.Кнейрляйна к германской контрразведке39.Что касается П.Ливена, то англичане неоднократно делали афганскому МИД представление о его деятельности близ границ Британской Индии, несовместимой со статусом гражданского инженера. Однако аргументы англичан афганская сторона сочла неубедительными. Единственное, на что пошли афганские власти, это был перевод П.Ливена - руководителя дорожного строительства на юге Афганистана - из Кандагара в Кабул.

Точными данными о другом немецком разведчике - Л.Гильхамере, его деятельности и положении в немецкой колонии советская разведка на тот момент не располагала. О Л.Гильхамере было лишь известно, что он возглавлял в Кабуле Бюро  по координации деятельности всех немецких промышленных и торговых фирм и был тесно связан с Ф.Венгером. Функции и основные направления деятельности вышеназванного бюро, согласно донесениям советской резидентуры, были совершенно неясны40.

Майор Флетчер, предоставляя советской стороне конфиденциальные сведения о немецких агентах в Афганистане, ставил перед собой задачу обезвредить фашистскую агентуру прежде всего в Министерстве общественных работ Афганистана. Англичане в этом вопросе были особо заинтересованы, так как именно это афганское ведомство разрабатывало планы по строительству в Афганистане аэродромов, мостов и дорог на основе рекомендаций немецких советников и специалистов. Не представляло большого труда убедиться, что большая часть транспортной инфраструктуры, созданной в Афганистане  при содействии немцев, была нацелена на Британскую Индию.

Сотрудник британской миссии Флетчер также информировал советское посольство в Кабуле о родственных связях немецкого посла в Афганистане Г.А.Пильгера с представителем внешнеполитической разведки Третьего рейха в Кабуле Вильгельмом Ван Метереном. Этот немецкий разведчик, официально представлявшийся как заместитель руководителя технического бюро «Сименс» в Афганистане, был хорошо известен англичанам по активной шпионской работе в Египте в прошлые годы. Пользуясь своими родственными связями с послом Г.А.Пильгером, в мае 1941 года В.Метерен возглавил местное отделение НСДАП в немецкой колонии в Кабуле.

Все эти факты убедительно свидетельствовали о том, что Флетчер передавал советской резидентуре дозированную информацию в первую очередь о тех немецких агентах в Афганистане, чья деятельность была направлена против англичан. Сведения об агентурной сети фашистов в полосе советско-афганской границы оставались, как говорится, за скобками сообщений британского разведчика. Тем не менее сотрудничество с  британскими спецслужбами продолжалось. Руководитель советской внешней разведки в годы Великой Отечественной войны П.М.Фитин, в частности, отмечал по этому поводу: «Устанавливая контакты с представителями американской и английской разведок, мы не рассчитывали на их искренность, но все же полагали, что такие контакты могут быть полезными»41.

Контакты между дипмиссиями СССР и Великобритании в Афганистане не остались незамеченными кабульскими правителями. Афганская верхушка с большим беспокойством отмечала сближение позиций СССР и Англии как на международной арене, так и на «афганском плацдарме» в годы Великой Отечественной войны. Эта озабоченность была связана с тем, что афганское руководство, всегда стремившееся укрепить независимость своей страны, в своей политике традиционно старалось играть на противоречиях, существовавших между СССР и Великобританией. Особую тревогу афганским лидерам внушали частые визиты в советское посольство пресс-атташе дипмиссии Великобритании Флетчера, чья принадлежность к «деликатной» английской спецслужбе не являлась секретом для афганцев. В  итоге Флетчер был взят «под колпак» афганской контрразведкой, и по ее представлению майор Флетчер, кадровый сотрудник «Интеллидженс Сервис», в середине сентября 1941 года был объявлен афганским правительством персоной нон грата и выслан из Афганистана. Следует отметить, что такого рода меры афганской стороны никак не коснулись советского посольства в Кабуле.

Осенью 1941 года руководство СССР поставило перед советской дипмиссией в Кабуле задачу добиться во что бы то ни стало высылки из Афганистана немецких и итальянских разведчиков, действовавших под личиной гражданских советников и специалистов, а также ликвидации колоний граждан нацистской Германии и фашистской Италии на территории этого восточного государства. По поручению НКИД СССР советское посольство в Кабуле в контактах с англичанами стало уделять первостепенное внимание необходимости подготовить демарш в адрес афганского правительства с требованием удалить «неофициальных» немцев и итальянцев из Афганистана. Советская сторона оперативно подготовила соответствующую информацию, подтверждавшую подрывную деятельность представителей держав «оси» в Афганистане.

Однако советские предложения провести демарш СССР и Великобритании и потребовать от кабульских правителей пресечь происки фашистов в Афганистане были встречены сотрудниками британской миссии в Кабуле неоднозначно. Например, советник Халей в ходе беседы, состоявшейся в советском посольстве в Кабуле 5 сентября 1941 года, заявил следующее: «Вступление англо-советских войск в Иран 25 августа 1941 года  предотвратило профашистский переворот в этом восточном государстве. Таким образом, немецкая угроза не представляет ныне большой опасности, и немцы изолированы сейчас настолько, что нецелесообразно требовать их выдворения из Афганистана»42.

Однако иной ответ прозвучал из уст нового посла Великобритании в Афганистане Ф.Уайли. 9 сентября 1941 года состоялось знакомство советского полпреда К.А.Михайлова с новым английским послом. В ходе первой же беседы Ф.Уайли высказал свое мнение по поводу немецкой опасности в Афганистане. Он сказал буквально следующее: «а) борьба с немцами должна вестись в Афганистане. Немецкая опасность - реальный факт. Халей в этом вопросе не прав; б) борьбу с немцами в Афганистане англичане в последние месяцы не вели. Если что-либо и делалось, так это только Советским Союзом; в) англичане в борьбе с немецкой угрозой в Афганистане не могут пойти на ввод своих войск в Афганистан и на замену нынешнего афганского правительства другим правительством. Эти меры внешнеполитического нажима со стороны Англии могут привести к антианглийским выступлениям афганских племен - пуштунов. В настоящее время Англия перебросила свои войска в большом количестве с северо-западных границ Индии в Ирак и Северную Африку». Подводя итог состоявшейся беседы, советский полпред сделал вывод, что Ф.Уайли еще не определился и занял колеблющуюся позицию в части конкретных мер по выдворению немцев из Афганистана. Английский дипломат также дал понять, что такого рода вопросы находятся вне его компетенции43.

В конце сентября 1941 года министр иностранных дел Великобритании А.Иден заявил советскому послу в Лондоне И.М.Майскому, что настало время оказать давление на афганское правительство с целью избавиться от представителей стран «оси» в Афганистане. В качестве первого шага он говорил о необходимости потребовать удаления всех неофициальных немцев и итальянцев. Когда это будет сделано, он признал возможным поставить вопрос о ликвидации дипмиссий «оси» в Кабуле. Вместе с тем он подчеркнул, что для англичан было бы нежелательным доводить дело до вооруженного конфликта с афганцами44.

29 сентября 1941 года И.М.Майский во время встречи с министром иностранных дел Великобритании сообщил о согласии Советского Союза на совместный с англичанами демарш по выдворению представителей нацистской Германии и фашистской Италии из Афганистана. Однако вскоре выяснилось, что англичане не особенно склонны к совместным действиям с СССР на «афганском плацдарме». Во-первых, настораживал тот факт, что англичане стремились взять все это дело исключительно под свой контроль и лишь информировать советских «товарищей по оружию» о результатах своих действий. Во-вторых, руководство британской миссии в Кабуле всячески пыталось избежать огласки в прессе и на радио по поводу предстоящего совместного демарша СССР и Великобритании в адрес премьер-министра Афганистана М.Хашим-хана.

В ходе встреч 2 и 6 октября 1941 года с советским полпредом К.А.Михайловым Ф.Уайли нарочито подчеркивал значимость именно совместного демарша, а также выражал желание сверить предварительные тексты демаршей. Такая возможность ему была предоставлена. Ф.Уайли попытался наставлять советского посла, как по-дружески просить М.Хашим-хана удалить неофициальных немцев и итальянцев из Афганистана. Он также признался, что всякого рода возбуждения афганцев могут привести к нежелательным последствиям и что афганское правительство может при желании создать большие неприятности англичанам. Он подчеркнул, что на севере от Гиндукуша, на советско-афганской границе, афганское правительство ничего серьезного сделать не может, поскольку там живут не афганцы (пуштуны), а другие народности45.

Спустя несколько дней Ф.Уайли неожиданно отказался от совместного демарша, поставив советскую миссию в Кабуле перед свершившимся фактом. 9 сентября 1941 года английский посол посетил в одиночку премьер-министра Афганистана М.Хашим-хана и, во-первых, заверил главу афганского правительства в дружеских отношениях Англии к Афганистану и в отсутствии у Англии агрессивных намерений в отношении Афганистана, а во-вторых, просил удалить неофициальных представителей Германии и Италии из Афганистана и организовать наблюдение за остающимися в Кабуле германской и итальянской дипмиссиями.

Следует также отметить, что Ф.Уайли имел следующую директиву: если афганский премьер спросит его, не означает ли просьба об удалении немцев и итальянцев, что готовится вторжение английских войск в Афганистан с целью организовать на «афганском плацдарме» переброску военных грузов в СССР, то он должен заверить М.Хашим-хана, что ничего подобного Англия не подготавливает. Однако до этого дело не дошло. Выслушав английского посла, афганский премьер, в свою очередь, заявил, что вопрос об удалении неофициальных немцев и итальянцев из страны должен решаться афганским Народным советом (Лойя-джирга).

Расценив такой ответ М.Хашим-хана как отказ, Ф.Уайли попытался отыграть назад. Английский дипломат смущенно заявил, что он считает врученное им английское заявление необоснованным и напрасным делом. При этом он трижды обратил внимание Хашим-хана  на то, что СССР, так же как и Англия, заинтересован в удалении из Афганистана немцев и итальянцев. Этот одиночный демарш английского посла Ф.Уайли лишь осложнил выполнение задачи руководства СССР и Великобритании способствовать высылке немецких и итальянских специалистов и советников из Афганистана46.

Переломить ситуацию в пользу союзников удалось лишь благодаря усилиям советского постпредства в Кабуле. По согласованию с НКИД СССР и НКГБ СССР советские дипломаты при деятельном участии сотрудников легальной резидентуры в Афганистане подготовили заявление Советского правительства от 11 октября 1941 года. В этом документе, адресованном премьер-министру Афганистана М.Хашим-хану, содержалось обращение с просьбой принять меры к тому, чтобы в ближайшее время все члены немецкой и итальянской колоний покинули Афганистан и чтобы афганское правительство гарантировало соответствующее наблюдение за германской и итальянской миссиями, исключающее возможность проявления каких-либо вражеских действий как по отношению к Афганистану, так и Советскому Союзу.

Советское послание от 11 октября 1941 года и сегодня следует рассматривать как образец дипломатической переписки между двумя суверенными государствами. Этот документ был подготовлен безупречно как по форме, так и по содержанию. Во-первых, в данном заявлении советская сторона особо подчеркнула свое дружеское отношение к политической независимости и территориальной целостности Афганистана, а также заявляла об отсутствии каких-либо агрессивных намерений со стороны СССР в отношении Афганистана. Призывая к тому, что афганским правящим кругам необходимо рассмотреть вопрос о ликвидации немецкой и итальянской колоний в Афганистане, посол К.А.Михайлов вместе с тем не выдвигал каких-либо ультимативных требований в адрес правительства Афганистана. Только рекомендация и совет о выдворении немцев и итальянцев из Афганистана являлись главным посылом советского заявления.

Во-вторых, советская сторона четко аргументировала свою позицию по поводу подрывной деятельности стран «оси» в Афганистане, ссылаясь на статьи 2 и 3 Договора о нейтралитете и взаимном ненападении между СССР и Афганистаном от 24 июня 1931 года. Как известно, в этом двустороннем советско-афганском соглашении отмечалось, что, если линия поведения третьей державы или третьих держав по отношению к одной из договаривающихся сторон будет носить враждебный характер, другая договаривающаяся сторона обязуется не только не поддерживать такую линию поведения, но обязана на своей территории противодействовать ей и вытекающим из нее враждебным действиям и начинаниям (ст. 2). Договаривающиеся стороны также заверяли друг друга в том, что не допустят и будут препятствовать на своей территории организации и деятельности группировок, а также будут препятствовать и деятельности отдельных лиц, которые вредили бы другой договаривающейся стороне (ст. 3).

В беседе с М.Хашим-ханом К.А.Михайлов устно и письменно предоставил афганской стороне конкретные факты вражеской деятельности немецких и итальянских фашистских групп на территории Афганистана. Он передал М.Хашим-хану список кадровых немецких разведчиков в Афганистане, задействованных в подготовке террористических групп и диверсионных банд, нападавших на советские пограничные посты и пытавшихся перебросить своих агентов в советский Туркестан, Узбекистан и Таджикистан. Посол К.А.Михайлов также указал, что все приведенные в советском заявлении факты абсолютно достоверны, что можно было бы значительно увеличить список немцев, занимавшихся подрывной по отношению к СССР и Афганистану работой, так же как можно увеличить и число фактов, разоблачавших вражескую деятельность немцев в Афганистане47.

Факты, свидетельствовавшие о подрывной деятельности немцев и итальянцев в Афганистане и изложенные в советском заявлении от 11 октября 1941 года с позиции общих интересов СССР и Афганистана, не позволили афганским правящим кругам представить демарш советского посла К.А.Михайлова как грубое вмешательство СССР во внутренние дела Афганистана. По сведениям советской стороны, такого рода «домашние заготовки» у афганцев имелись, но пустить их в ход они так и не решились. В итоге премьер-министр Афганистана заверил, что примет все необходимые меры. Однако официального ответа на вопрос о высылке немецких и итальянских специалистов из Афганистана К.А.Михайлов в ходе аудиенции у премьера М.Хашим-хана так и не получил. Ф.Уайли также не был уведомлен афганской стороной о решении по поводу демарша англичан от 9 октября 1941 года. Пауза несколько затягивалась.

В создавшихся условиях британский посол в Кабуле вновь стал «наводить мосты» в отношениях с советским полпредом К.А.Михайловым. 13 октября 1941 года английский дипломат посетил советское посольство, заявив, что несогласованность в демаршах СССР и Великобритании на имя афганского премьера имела место исключительно в силу неурядиц технического порядка. По словам английского дипломата, согласно полученным инструкциям он должен был незамедлительно довести до сведения М.Хашим-хана содержание английского демарша и тотчас доложить в Лондон об исполнении данного поручения. В ходе состоявшейся беседы с полпредом К.А.Михайловым Ф.Уайли всячески подчеркивал, что советское заявление от 11 октября 1941 года не имело принципиальных расхождений с английским, хотя и оказалось более основательным.

16 октября 1941 года министр иностранных дел Афганистана А.Мухаммед-хан проинформировал советского посла, что афганское правительство решило принять совет правительства СССР и удалить из страны немецких и итальянских специалистов. В конце октября 1941 года, как сообщил в Москву К.А.Михайлов, немецкая и итальянская колонии в Афганистане перестали существовать, высылка из Афганистана немцев и итальянцев прошла быстро и безболезненно. Советский посол также подробно информировал Центр о закулисных переговорах на этот счет, состоявшихся между Ф.Уайли и доверенными лицами М.Хашим-хана. В отчете дипмиссии СССР за 1941 год говорилось в этой связи следующее: «Афганское правительство под предлогом якобы господствующих в Афганистане нравов «гостеприимства» добилось от англичан получения официальных писем Ф.Уайли: 1) об отсутствии у англичан претензий ставить перед афганцами какие-либо «новые просьбы». Это заверение было дано устно и письменно; 2) о гарантиях, что выдворяемым немцам и итальянцам не будет причинено какого-либо ущерба в период их передвижения через территории, находящиеся под английским контролем; 3) устно было гарантировано, что выдворяемые поедут только через Индию, Ирак и Турцию; 4) оплату расходов по переезду выдворяемых до границ Турции англичане брали на себя, хотя афганцы и «гостеприимный народ».

Советский посол К.А.Михайлов в доверительной беседе с Ф.Уайли выразил  мнение, что не следовало бы давать афганскому правительству ни устных, ни письменных заявлений, которые могли бы быть впоследствии использованы  против Англии и СССР в случае, если возникнет вопрос о ликвидации немецких и итальянских дипломатических миссий в Афганистане. Ф.Уайли в ответ на это заявил, что он исходит из инструкций, полученных из Лондона и Дели. О ликвидации дипмиссий стран «оси» в Афганистане английский дипломат обещал запросить Лондон отдельно48.

Полпред К.А.Михайлов неслучайно ставил вопрос о возможном закрытии дипмиссий стран «оси» в Кабуле осенью 1941 года. Советский дипломат располагал на этот счет достоверной информацией, поступившей из надежного источника в кругу высшей элиты афганского общества. В шифротелеграмме от 25 ноября 1941 года, направленной в Москву из посольства СССР в Кабуле, в частности, говорилось: «Согласно неофициальной информации, полученной от профессора*, (*Лицо, действовавшее в Кабуле в окружении афганского руководства под псевдонимом «профессор», установить не удалось.) премьер-министр Афганистана М.Хашим-хан считает, что для того, чтобы избежать вовлечения Афганистана в войну, следует пойти на дальнейшие уступки русским и англичанам, в частности принять предложение о выдворении немецкой и итальянской миссий, в случае если такое предложение поступит»49. В конце 1941 года К.А.Михайлов неоднократно направлял в Москву подобные предложения. Например, в телеграмме советского посла от 30 декабря 1941 года говорилось следующее: «Наиболее радикальной мерой пресечения враждебной деятельности дипмиссий стран «оси» в Афганистане могла бы явиться ликвидация этих миссий. В последнее время, однако, Ф.Уайли не поднимает этого вопроса»50.

После высылки немецких и итальянских специалистов из Афганистана в отношениях между советской и британской дипмиссиями в Кабуле наметилась некая пауза, хотя англичане и пытались сохранить видимость «рабочих» контактов между союзниками по антигитлеровской коалиции. Осенью 1941 года от англичан  неоднократно поступало предложение начать политический диалог между СССР и Великобританией на региональном уровне. К.А.Михайлов информировал Центр, что глава британской миссии Ф.Уайли в ходе своих посещений постпредства СССР настойчиво поднимал вопрос о возможном заключении тройственного англо-советско-афганского пакта.

По мнению английского дипломата, Великобритания и Советский Союз могли бы стать гарантами безопасности внутриполитической обстановки в Афганистане, обеспечив тем самым незыблемость границ этого восточного государства. Однако дальше общих рассуждений на этот счет Ф.Уайли никогда не шел и какого-либо проекта о заключении трехстороннего пакта никогда не предлагал. Советскую сторону настораживал сам факт того, что британский представитель так и не проинформировал афганское правительство по поводу своей инициативы. Вскоре и сам Ф.Уайли отказался от своей затеи51.

Вполне возможно, что этот якобы «доверительный» контакт между союзниками на афганской почве должен был обеспечить дымовую завесу для неприглядных действий англичан в соседнем Иране. Однако все тайное в итоге становится явным. Советская разведка информировала Центр, что после ввода советских и британских войск в Иран в августе 1941 года британские спецслужбы с ходу начали реализовывать свой план по созданию в Тегеране английской разведшколы. Вскоре эта школа стала действовать под вывеской любительского молодежного радиоклуба. Этот британский региональный разведцентр был ориентирован на подготовку агентов из числа уроженцев Закавказья и Средней Азии для их последующей заброски на советскую территорию, примыкавшую к полосе границ СССР с Турцией, Ираном и Афганистаном. Достоверная информация по поводу предполагаемых действий выпускников разведцентра была получена от одного из курсантов «этого образовательного учреждения» - советского разведчика и будущего Героя Советского Союза Г.А.Вартаняна52.

Кроме того, в северной части Ирана, то есть в зоне ответственности советского командования, англичанам удалось разместить в полной боевой готовности свой спецотряд. Перед этой группой английских диверсантов была поставлена задача разрушить кавказские нефтепромыслы с тем, чтобы не допустить их перехода в руки немцев в случае, если бы такая опасность оказалась реальной. Руководитель советской разведки П.М.Фитин в своем донесении от 22 сентября 1941 года информировал руководство ГКО СССР о том, что этот британский спецотряд, получивший название «Миссия №16 (Р)», находится в режиме постоянного боевого дежурства и по приказу может быть немедленно переброшен на самолетах на Кавказ. П.М.Фитин сообщал, что в своей внутренней переписке по данному вопросу англичане неоднократно подчеркивали необходимость соблюдения максимальной осторожности с тем, чтобы даже сам факт существования такой миссии не стал известен советскому правительству, так как это могло серьезно скомпрометировать английских представителей на переговорах в Кремле53.

На первоначальном этапе Великой Отечественной войны было также установлено, что уже после подписания Соглашения между правительствами СССР и Великобритании о совместных действиях в войне против Германии от 12 июля 1941 года английская сторона неоднократно нарушала взятые на себя обязательства не вести каких-либо сепаратных переговоров с нацистами. Руководство советской разведки докладывало в Кремль, что только в период с 1941 по 1943 год было зафиксировано 43 эпизода негласных контактов англичан с представителями Третьего рейха54.

Безусловно, такого рода деятельность английских официальных гражданских и военных лиц создавала неблагоприятный фон для развития советско-британских отношений. Однако руководство СССР до поры до времени не стремилось придать огласке эти факты или возвести их в абсолют как непреодолимое препятствие на пути укрепления единства действий стран-союзниц по антигитлеровской коалиции. Тем не менее советская сторона по конфиденциальным каналам доводила, конечно, до У.Черчилля и других официальных лиц сведения о неприглядной стороне деятельности английских коллег. Например, И.В.Сталин в своем послании премьер-министру Великобритании от 8 ноября 1941 года недвусмысленно указывал, что в англо-советских отношениях нет ясности и не обеспечено взаимное доверие55.

Следует особо подчеркнуть, что перемены в развитии советско-британских отношений и перспективы сотрудничества между двумя странами определялись не закулисным противоборством и тайными спецоперациями, а ходом боевых действий на советско-германском фронте. Крах гитлеровского плана молниеносной войны против СССР и контрнаступление советских войск под Москвой, начавшееся 5 декабря 1941 года, заставили англичан в корне изменить свой подход к развитию контактов с Советским Союзом.

Кроме того, в рассматриваемый период ухудшилось положение англичан на восточной периферии Второй мировой войны. 7 декабря 1941 года Япония внезапно напала на военно-морскую базу США в Пёрл-Харборе на Гавайских островах. Одновременно японский флот и авиация нанесли удары по Британской Малайе, Индокитаю, Таиланду, Сингапуру, Гуаму, Гонконгу и Филиппинам. 8 декабря 1941 года США, Великобритания, а также Канада и другие британские доминионы объявили войну Японии. Однако перевес сил был не в пользу Великобритании. Спустя всего лишь несколько дней после своего официального вступления во Вторую мировую войну Япония потопила английские линкоры «Принц Уэльский» и «Рипалс», то есть были ликвидированы крупнейшие корабли союзников.

Как отмечал западный историк С.Морисон, союзники потеряли свою репутацию на всем Востоке и начали терять уверенность в себе56. Напомню также, что всего лишь за месяц до начала войны на Тихом океане У.Черчилль в своем послании от 7 ноября 1941 года на имя Председателя СНК СССР И.В.Сталина самонадеянно утверждал следующее: «С целью удержать Японию в спокойном состоянии мы отправляем в Индийский океан свой новейший линейный корабль «Принц Уэльский», который может настигнуть и уничтожить любой японский корабль, и создаем там мощную эскадру линейных кораблей»57. Однако на поверку все оказалось наоборот.

В создавшихся условиях настоятельная необходимость развития советско-британского сотрудничества на долгосрочной основе становилась все более очевидной. В середине декабря 1941 года руководство СССР вновь предложило заключить советско-британский политический договор. Министр иностранных дел Великобритании А.Иден прибыл в Москву и 16 декабря 1941 года встретился с И.В.Сталиным. Советский руководитель предложил А.Идену для изучения и внесения корректив проекты двух договоров - о взаимной военной помощи и о разрешении послевоенных проблем. Ознакомившись с этими документами, английский министр заявил, что у него нет каких-либо принципиальных возражений против такого рода договоров. Политический союз ведущих стран антигитлеровской коалиции стал обретать зримые контуры (26 мая 1942 г. в Лондоне  В.М.Молотов и А.Иден подписали Договор между СССР и Великобританией о союзе в войне против гитлеровской Германии и ее сообщников в Европе и о сотрудничестве и взаимной помощи после войны).

Перемены в развитии отношений между СССР и Великобританией, наступившие после визита А.Идена в Москву в декабре 1941 года, повлияли и на работу сотрудников британской миссии в Кабуле. Английская сторона прервала паузу в контактах с советской дипмиссией в Афганистане и активизировала работу в данном направлении. Британские дипломаты вновь зачастили с визитами в постпредство СССР. Как  докладывал в Центр советский посол К.А.Михайлов, англичане напрямую вышли на него с предложением организовать регулярный обмен информацией о подрывной деятельности в Афганистане немецкой и итальянской спецслужб, действовавших против СССР и Великобритании. «Афганский» канал связи между Москвой и Лондоном, как и в первые дни Великой Отечественной войны, вновь заработал на полную мощь и сохранил свою значимость в межсоюзнических отношениях вплоть до разгрома фашистской Германии весной 1945 года. Один из руководителей советских органов безопасности (1941-1945 гг.) П.А.Судоплатов впоследствии в своих воспоминаниях отмечал, что наиболее результативным сотрудничество спецслужб союзников в годы Великой Отечественной войны оказалось именно в Афганистане58.

 1Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны 1941-1945. М., 1983. Т. 1. С. 73.

 2Там же. С. 45.

 3Там же. С. 513.

 4Телеграммы советника посольства СССР в Афганистане В.С.Козлова в НКИД СССР 24 и 25 июля 1941 г. АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 148-149.

 5Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны… С. 56.

 6Запись беседы народного комиссара иностранных дел СССР В.М.Молотова с послом Великобритании в СССР Р.С.Криппсом 27 июня 1941 г. Документы внешней политики СССР (далее - ДВП СССР). М., 2000. Т. 24. С. 47-49.

 7Запись беседы советника посольства СССР в Кабуле В.С.Козлова с Ф.Тайтлером. АВП РФ. Ф. 071, 1941. Оп. 23. П. 196. Д. 5. Л. 118.

 8Телеграмма полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР 3 июля 1941. АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 165.

 9Доклад Посольства СССР в Афганистане «О внешней политике афганского правительства в 1941 - начале 1942 г.» АВП РФ. Ф. 06. Оп. 4. П. 16. Д. 161. Л. 16.

10Тихонов Ю.Н. Афганская война Сталина. Битва за Центральную Азию. М., 2008. 
С. 331-332.

11Телеграмма полпреда СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР 30 июня 1941. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 162.

12Справка «Английская политика в Афганистане», составленная советником В.С.Козловым 3 июля 1942. АВП РФ Ф. 059. Оп. 24. П. 2. Д. 199. Л. 134.

13Доклад Посольства СССР в Афганистане…

14Там же. Л. 19.

15Агрессия. Рассекреченные документы Службы внешней разведки Российской Федерации. 1939-1941. М., 2011. С. 488-489.

16ДВП СССР М., 2000. Т. 24. С. 122.

17Там же. С. 123.

18Там же. С. 132.

19Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны… С. 68.

20Там же. С. 82-83.

21Там же. С. 11.

22Там же. С. 49.

23Очерки истории российской внешней разведки. М., 1999. Т. 4. С. 277.

24Там же. С. 8, 276.

25Телеграмма посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР. 17 июля 1941. АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 176.

26Подробнее см.: Булатов Ю.А. Срыв гитлеровского «блицкрига» в Центральной Азии: противоборство Германии и СССР на «афганском плацдарме» // Военно-исторический журнал. 2013. №7,8.

27Телеграммы посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР 25 июля и 19 августа 1941. АВП РФ. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 183, 217.

28Письмо посла Великобритании в СССР Р.С.Криппса заместителю наркома НКИД СССР А.Я.Вышинскому 2 сентября 1941. АВП РФ. Ф. 059. Оп. 23а, п. 1. П. 199. Д. 1. Л. 1.

29Тихонов Ю.Н. Афганская война Третьего рейха. НКВД против абвера. М., 2003. С. 130-131, 156-157.

30ДВП СССР. М., 2000. Т. 24. С. 219.

31Очерки истории российской внешней разведки… С. 386.

32Там же. С. 528.

33Там же. С. 386.

34Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны… С. 131.

35Там же. С. 139.

36Там же. С. 132.

37Очерки  истории российской внешней разведки… С. 663.

38Справка «Немцы в Афганистане», составленная по материалам резидентуры советской разведки в Кабуле 20 мая 1942. Архив СВР России. Д. 28172. Т. 1. Л. 301.

39Там же. Л. 303.

40Там же.

41Очерки истории  российской внешней разведки… С. 23.

42Доклад Посольства СССР в Афганистане... Л. 31.

43Там же.

44Там же. Л. 33.

45Там же. Л. 34.

46Там же. Л. 35.

47АВП РФ. Ф. 06. Оп. 3. П. 9. Д. 105. Л. 22-27.

48Доклад Посольства СССР в Афганистане… Л. 39.

49Телеграмма посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР 25 ноября 1941. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 66.

50Телеграмма посла СССР в Афганистане К.А.Михайлова в НКИД СССР 30 декабря 1941. Ф. 059. Оп. 1. П. 349. Д. 2383. Л. 106.

51Доклад Посольства СССР в Афганистане… Л. 39-40.

52Долгополов Н.М. Вартанян. М., 2014. С. 58-59.

53Очерки истории российской внешней разведки... С. 533-535.

54Великая Отечественная война. М., 2013. Т. 6. С. 224-225; Архив СВР России. Д. 138612. Т. 1. Л. 76-103.

55Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны… С. 171.

56Morison S.E. History of U.S. Naval Operations. Boston, 1949. Vol. 4. Р. 190.

57Советско-английские отношения во время Великой Отечественной войны… С. 170.

58Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-1950 годы. М., 1997. С. 267.

Афганистан. Великобритания. РФ > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083707 Юрий Булатов


Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083706 Александр Крамаренко

Невыполненная миссия Александра Бенкендорфа и ее уроки

Александр Крамаренко, Чрезвычайный и Полномочный Посол

11января этого года исполнилось 100 лет со дня смерти последнего посла Российской империи в Великобритании графа Александра Бенкендорфа, который был похоронен в католическом Вестминстерском соборе Лондона. Эта годовщина стала своевременным напоминанием о его невыполненной миссии в Лондоне, куда он прибыл в 1903 году. В чем она состояла и почему это имеет значение для нас сейчас?

Когда угроза общеевропейской войны нависала над континентом и все ведущие столицы Европы активно занимались формированием противостоящих военно-политических альянсов, умы участников этой гонки во все большей мере занимал один критически важный вопрос. Речь шла о позиции Великобритании в этом новом геополитическом раскладе.

Как известно, Германия желала войны и была к ней готова. Хотя англо-германские противоречия вышли на первый план в европейской политике, не было достаточно ясно, чтó это означало в случае франко-германского военного конфликта. Берлин знал о существовании франко-российского военного союза и планировал ведение войны на два фронта с тем, чтобы сначала нанести поражение Франции, а затем сосредоточиться на России. Германское правительство все еще думало, что Великобритания, не будучи континентальной державой и с небольшой сухопутной армией, останется в стороне даже перед лицом нарушения бельгийской границы, гарантированной Лондоном.

Эти германские расчеты оказались иллюзией, имевшей катастрофические последствия. К силе убежденности в этом привело то обстоятельство, что Берлин был потрясен вступлением Великобритании в войну 4 августа 1914 года. И министру иностранных дел Эдуарду Грею было далеко не просто убедить правительство Асквита объявить войну Германии, причем он ссылался на «обязательство чести» по отношению к Франции и Бельгии.

Было ли глупо со стороны германской элиты исходить из таких расчетов? Следует иметь в виду, что в Европе складывалась беспрецедентная ситуация. Объединение Германии «железом и кровью» в качестве Прусской империи было лишь одним из крупных факторов этой новой ситуации. Кстати, Ф.И.Тютчев, который хорошо знал Германию, еще в середине XIX века писал, что в Европе нет места для Германской империи. Остро стояла также проблема трансформации европейского общества в результате промышленной революции. Многие историки, включая Макса Гастингса (в его книге «Первая мировая война. Катастрофа 1914 года»), указывают на перспективу потери контроля над ситуацией в собственных странах как на одну из причин того, что правительства европейских стран позволили ввергнуть континент в войну. Этот последний фактор в равной мере относился как к Великобритании, так и Германии. Стратегический анализ явно отставал от проходивших де-факто радикальных перемен в европейской политике.

Было заключено англо-французское «Сердечное согласие», но оно не предусматривало каких бы то ни было обязательств на случай, если Франция объявит войну Германии как союзник России. Давние разногласия между Великобританией и Россией в Центральной Азии, получившие название Большой игры, были урегулированы в секретном соглашении 1907 года. Таким образом, со стороны Великобритании наблюдалась стратегическая неопределенность/двусмысленность, что и питало германские иллюзии. Задачей Александра Бенкендорфа как раз и было подтолкнуть англичан к большей ясности, что могло бы открыть глаза Берлину и предотвратить Первую мировую войну.

Эта миссия оказалась невыполнимой. Британцы не могли преодолеть свой стратегический менталитет, который зиждился на императиве неучастия в обязывающих альянсах с континентальными державами. Стоит отметить, однако, что, когда Лондон действовал вопреки данной доктрине, это имело далекоидущие последствия. Многие историки сейчас рассматривают Крымскую войну, инициатором которой стал Наполеон III, как «ненужную». Сказать так - значит сказать очень мало, поскольку эта война создала условия для объединения Германии по опасному сценарию посредством Франко-прусской войны. Только Россия смогла бы это предотвратить, но, униженная условиями Парижского мира и находясь в разгаре проведения кардинальных внутренних реформ, она не имела для этого ни стимулов, ни политической воли. Как указывает Орландо Файджес в своей книге «Крымская война», именно кабинет Пальмерстона настаивал, в отличие от французов, на наиболее унизительных статьях мирного договора, которые накладывали ограничения на военное присутствие России на Черном море.

Теперь же, в преддверии Первой мировой войны, англичане никак не могли определиться и прийти к пониманию того, что германское доминирование на континенте не отвечает их жизненно важным интересам. Как и многие другие, они предпочитали верить в то, что большая война в Европе невозможна. Кажется, что к тому времени у них выветрились воспоминания о континентальной блокаде Наполеона. Впоследствии эта стратегическая двусмысленность выразится в «Странной войне» 1939-1940 годов и приведет к трагедии под Дюнкерком. И это уже не говоря о Версальской системе, которая оставила за бортом Германию и Советский Союз и гарантировала границы только западных соседей Германии.

В обоих случаях именно германская агрессия вносила ясность в британское стратегическое мышление, то есть приводила к пониманию фундаментального совпадения интересов между Великобританией/Францией и Россией в том, что касается поддержания мира в Европе. Кажется, что даже одного повторения в истории такого рода грубой ошибки уже слишком много, каковы бы ни были обстоятельства, включая классовые предрассудки и соображения идеологического порядка. История дает массу примеров того, что геополитика берет верх над всеми остальными факторами. Неудивительно по-этому, что даже сейчас, в условиях брекзита и «глобальной революции» Дональда Трампа, западные историки и обозреватели (как, например, британский историк Ниал Фергюсон) усматривают в нынешних европейских делах этот давний геополитический отпечаток.

Сейчас, как никогда прежде, очевидно, что геостратегическое наследие холодной войны, включая такие институты, как НАТО и Евросоюз, во все большей мере становится крупным препятствием на пути установления в Европе четкой и ясной системы коллективной безопасности, основанной на принципах неделимости безопасности и равной безопасности для всех. Выход Великобритании из ЕС с сохранением членства в НАТО напоминает стратегическую неопределенность британской внешней политики прошлого. К сожалению, логика такого подхода приводит некоторых, включая Н.Фергюсона (в его статье в американском журнале «Форин полиси»), к выстраиванию искусственного «Русского вопроса» на замену Германскому вопросу, который, как полагают, разрешен раз и навсегда. В действительности же это способствует поддержанию на плаву политики холодной войны. Грустно наблюдать то, как германские элиты с охотой дают себя поймать на эту наживку.

Чего не хватает в данном анализе, так это того, что фиаско Еврозоны/Евросоюза чревато возникновением новой проблемы несовместимости Германии с остальной Европой, на этот раз торгово-экономической. Никто не верит в то, что Германия могла бы вновь стать крупной военной державой. Именно поэтому устарела НАТО как средство сдерживания Германии. Вопрос же в том, как обеспечить экономическое сотрудничество с Германией, у которой профицит текущего счета платежного баланса составляет 9% ВВП, когда она окажется предоставленной самой себе. Если, конечно, как полагают некоторые, уже упущен - вследствие политизированного расширения Евросоюза «по дешевке» в последние 15 лет - момент создания устойчивой и сильной наднациональной Европы.

Британский историк Доминик Ливен в последней книге о России «К пламени» пишет, что в своем планировании войны, которая стала Первой мировой, Берлин думал о России в категориях «ловушки Фукидида». Действительно, Россия развивалась в то время ускоренными темпами (сопоставимыми с Китаем последних 30 лет) - достаточно вспомнить знаменитые слова П.А.Столыпина о «20 годах без войны». Немцы думали, что через 15 лет Россия станет доминирующей экономической державой в Европе. Но германский бизнес был ведущим иностранным инвестором в России, что предполагало вариант стать частью экономического успеха России.

Почему бы не пойти по этому пути сейчас, учитывая наш огромный потенциал в плане усваивания иностранных инвестиций, особенно если Германии и Европе придется нести двойное бремя управляемой глобализации/деглобализации, то есть столкнуться с серьезными вызовами в своих торгово-экономических отношениях как с США, так и Китаем. Стоит вспомнить о том, что 12 лет назад американский Национальный совет по разведке предусматривал в одном из своих сценариев развития глобальной ситуации возможность того, что США придется выйти из глобализации, если она будет действовать против интересов Америки.

По крайней мере, на этих путях можно было бы частично решить более серьезную проблему, а именно ту, что Германия окажется в геополитической терра инкогнита после окончания холодной войны. При этом уместно иметь в виду, что по своему мироощущению Германия является продуктом и жертвой «крестового похода» Запада против культурных различий и самой истории. Как показывает греческий кризис, различия в области культуры никуда не делись. А всем странам не уйти от того, чтобы творить собственную историю. Поэтому отношения сотрудничества между Германией и фланговыми державами к западу (США, Великобритания, Франция) и к востоку (Россия, Польша) могли бы стать материальной гарантией прочного мира в Евро-Атлантике.

Только на этом пути можно создать не куцую, а внятную, по-настоящему целую и свободную Большую Европу и вместе с тем извлекать из истории уроки, а не застревать в ней. Москва за это последовательно выступала с того самого момента, когда мы вступили на путь радикальных перемен 30 лет назад. Поддержка Дональдом Трампом Великобритании после того, как та выйдет из Евросоюза, и его готовность к сотрудничеству с Берлином и Москвой вне и помимо существующей «лоскутной» европейской архитектуры помогут прийти к такому результату. Альтернативой были бы продолжение попыток стратегического латания дыр и тупик, в котором мы находимся после окончания холодной войны. Тем более что вопросы экономического развития и процветания являются приоритетными для всех, в том числе в нашем регионе.

Вопрос не только в том, что Евро-Атлантика сталкивается с вызовом качественно новой конкурентной глобальной среды. Речь прежде всего идет об уровне жизни и перспективах на будущее в каждой стране в пределах ее национальных границ. Искусственные торгово-экономические разделительные линии на континенте уже не способствуют решению этих проблем - они превращаются в материальную силу, генерирующую собственную логику. Например, использование «Восточного партнерства» ЕС в геополитических целях привело к украинскому кризису. Это также доказывает, что политика, которая противоречит деловому смыслу, ведет в никуда. Поэтому политическое единство Евро-Атлантики недостижимо без создания единого для всего региона экономического пространства, основанного на принципах и нормах ВТО.

Россия. Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083706 Александр Крамаренко


Йемен > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083705 Сергей Серебров

Йеменский кризис: «тикающая бомба»?

Сергей Серебров, Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, кандидат экономических наук

В июне 2015 года, когда шел третий месяц войны в Йемене, Генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун назвал ситуацию в этой стране «тикающей бомбой» и призвал стороны как можно скорее прекратить бойню, в которой больше половины жертв - гражданское население. Речь шла о военном вмешательстве саудовской коалиции в Йемен. Происходящее в этом региональном конфликте трудно назвать гражданской войной, поскольку в нем участвует множество иностранных акторов с собственными интересами, часто противоречащими друг другу.

Масштабная гуманитарная катастрофа в Йемене давно вызывает осуждение ООН и правительств многих цивилизованных стран планеты, повлияв на резкое ухудшение имиджа Королевства Саудовская Аравия (КСА) и ее стратегических партнеров на международной арене. Политический раскол Йемена по линии Север-Юг обозначился уже в 2009 году, но в условиях войны и блокады он принял уродливые формы за счет ускорения эрозии государственных институтов Юга и усиления там неформалов, включая террористические структуры «Аль-Каиды на Аравийском полуострове» (АКАП) и ИГИЛ, запрещенные в России. Интервенция обострила все этнокультурные проблемы фрагментированного йеменского социума, усилив кризис идентичности.

Война отчетливо показала, что ни одна из официальных целей иностранного военного вмешательства в Йемене недостижима средствами, применяемыми коалицией.  В мире не осталось никого, кто не признал бы необходимость перехода к политическому урегулированию, включая официальных лиц самого королевства. Но вопреки здравому смыслу эти убеждения никак не влияют на милитаристский курс, ведущий от одной катастрофы к другой. Затягивание конфликта усиливает угрозу его расширения на страны региона. Формирование чувства отчужденности и враждебности между народами, связанными историей и этнокультурными узами, чрезвычайно опасно. Крах системы безопасности в самом Йемене и вокруг него поставит под угрозу поставки нефти в Европу и вообще торговые потоки через международный пролив Баб-эль-Мандеб.

Война уже стерла сотни памятников древности, входивших в фонд культурного достояния не только арабов, но и всего человечества. Война нависла над древнейшим очагом земледельческой культуры на планете в Йемене, чтобы «пожрать» ее уникальные рукотворные экокомплексы и агротехнические сооружения, созданные за прошедшие века предками йеменцев. «Тикающая» в Йемене «бомба» сравнима со взрывом безумия. По сути, в Йемене возник очаг очередной гибридной войны, ломающей судьбы миллионов людей и не приносящей ничего, кроме всплеска экстремизма и ломки государственных границ и институтов по всему Ближнему Востоку.

Апологетика вмешательства не выдерживает никакой критики. Война полностью перечеркнула итоги миротворческой международной миссии под эгидой ООН, действовавшей три с половиной года в этой стране, и крайне осложнила дорогу к восстановлению диалога. Многие нити связывают конфликт с долгосрочной политикой неоглобализма, которую проводили прежние администрации США в этом регионе. Сравнивая с другими аналогичными конфликтами, он выглядит даже еще более циничным, поскольку ни один из провозглашенных ранее принципов политики Вашингтона по отношению к Йемену не избежал превращения в свою полную противоположность. Это касается и борьбы с международным терроризмом, и содействия спасению государства от развала, и курса на укрепление безопасности в этом регионе, и, разумеется, проблем демократических реформ и свобод.

Саудовский взгляд на ситуацию в Йемене

Военное вмешательство в Йемен позиционировалось КСА как вынужденная, крайняя мера, продиктованная чрезвычайными обстоятельствами. Согласно утверждениям Эр-Рияда и западных СМИ, хуситы с помощью иранского оружия и инструкторов совершили в Йемене переворот и захватили власть в стране, свергнув законного Президента Мансура Хади. При этом прямыми менторами хуситских лидеров выступали якобы духовные лидеры Ирана и ливанской «Хезболлы». В основе их дружбы с хуситами, по этой версии, лежит шиитская солидарность, направленная против КСА и всех суннитских режимов региона вообще. В этой риторике постоянно звучало два взаимосвязанных мотива: хуситский переворот и вот-вот ожидаемая иранская агрессия. Оба аргумента, собственно, и создавали рамки тех чрезвычайных обстоятельств, которые вынудили КСА на ответные действия.

Таким образом, КСА удалось быстро добиться согласия еще восьми суннитских стран на участие в военной коалиции под собственным предводительством. В их число вошли все члены Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), кроме Омана (обвиненного в прохуситских симпатиях), Кувейт, ОАЭ, Бахрейн и Катар, а также Египет, Судан, Марокко и Иордания. Парламент Пакистана проголосовал против участия своей армии в операциях в Йемене, но это не остановило КСА. Согласие большинства неаравийских стран прямо увязывалось с урегулированием их финансовых запросов.

Рождение военной коалиции во главе с КСА должно было обозначить первый крупный шаг к легализации лидерства королевства в регионе, замаячившего после лондонской международной конференции в январе 2010 года. На этой конференции, посвященной кризису в Йемене, госсекретарь США Х.Клинтон впервые без обиняков обозначила контуры новой иерархии своих опорных региональных союзников в глобальной антитеррористической кампании. Оказавшийся тогда на грани провального государства, Йемен был отодвинут на второстепенные роли, хотя еще в 2009 году он пользовался равным с КСА статусом если не выше.

Мало кто обратил тогда внимание на существенный нюанс, отличавший подходы КСА и США к проблеме безопасности в Йемене: спецслужбы США на весь мир признали, что главным источником  террористической угрозы в мире является «Аль-Каида» Аравийского полуострова, расположенная в Йемене, и с ней США вели активную борьбу, а КСА рассматривало основной угрозой хуситов, впоследствии ставших признанными международным сообществом полноправными участниками мирного политического урегулирования кризиса под эгидой ООН (под именем движения «Ансаруллах»). 

В Йемене объявление о военном вмешательстве без санкции ООН в марте 2015 года было встречено как проявление политики гегемонизма со стороны КСА. Полное отсутствие законных оснований для интервенции усугублялось грубым прерыванием миротворческой миссии специального представителя Генсека ООН в Йемене Джамаля Беномара, покинувшего Сану за три дня до вмешательства с готовым пакетом мер для мирного продолжения миссии ООН.

Но для стратегических партнеров КСА решение об интервенции, по-видимому, не стало большой неожиданностью. Резолюция СБ ООН 2216, принятая в апреле 2015 года, не содержала осуждения вмешательства Эр-Рияда в миссию ООН (Россия воздержалась при ее голосовании), а США и Великобритания направили в штаб командования операции «Буря решимости» своих офицеров для оказания логистической поддержки коалиции в Йемене. Посол КСА в Вашингтоне Адель Джубейр, первым сделавший официальное заявление об интервенции в Йемен, тут же получил пост министра иностранных дел королевства. Командующим коалицией и самой операцией был назначен 30-летний принц Мухаммад ибн Салман, сын нового саудовского короля, сразу получивший также и внеочередное назначение на роль заместителя наследного принца в королевстве. Победа в Йемене выглядела не только гарантированной, но и чрезвычайно существенной для КСА. Даже предостережения компетентных американских генералов, хорошо владевших ситуацией в регионе и назвавших военное вмешательство в Йемен «плохой идеей», не остудили саудовские властные элиты. 

Но сюрпризы посыпались сразу после начала бомбардировок Йемена с воздуха: все союзники КСА по коалиции воздержались от направления в зону конфликта своих сухопутных сил. Ведь в реальности ни хуситского переворота, ни присутствия Ирана в Йемене нельзя было обнаружить. Даже вопрос о моменте якобы совершенного хуситами переворота против Президента А.-Р.Мансура Хади оставили открытым и его начали произвольно пристегивать к разным ситуациям и событийным контекстам, которыми был чрезвычайно богат период управляемой ООН транзиции в Йемене.

Дата гипотетического переворота свободно мигрировала на довольно большом временном промежутке. Последние версии стали относить ее к середине 2014 года, когда хуситы вывели из-под контроля своих ярых политических противников из партии «Аль-Ислах» провинцию Амран, расположенную между провинцией Саада - вотчиной йеменского зейдизма и столицей Йемена Саной. Это событие действительно стало переломным в коренном изменении баланса сил внутри страны на финальном этапе Плана урегулирования ССАГПЗ. Как только «Аль-Ислах» утратил в Амране имидж непобедимого претендента на власть в стране, начался «эффект домино» - обвальное падение его влияния по всей стране. Этот факт произвел ошеломляющий эффект на власти КСА, вызвав весьма эмоциональную реакцию, заслонившую подлинные причины происшедшего. Именно отсюда родился миф об иранском оружии, инструкторах, заговоре и т. д.

Между тем наиболее яркой чертой амранских событий можно считать почти полное отсутствие элемента вооруженной борьбы между хуситами и проислахскими вооруженными ополчениями. Если бы «Аль-Ислах» продолжал пользоваться влиянием среди племен хашид, составляющих подавляющее большинство населения провинции Амран, то у хуситов просто не было бы никаких шансов. Оказалось, что шейхи клана аль-Ахмар - вождийского рода конфедерации племен хашид, самой могущественной в Йемене, просто утратили доверие входящих в конфедерацию племен именно из-за их активного лоббирования интересов салафитского крыла партии «Аль-Ислах». Шейхи самых влиятельных племен конфедерации хашид, которые считаются непризнанными истинными правителями Йемена, проигнорировали призыв своего верховного вождя - шейха Садыка аль-Ахмара выступить против хуситов. Они заключили договоры с командирами хуситской милиции и открыли им беспрепятственный проход через свои племенные территории, чтобы те могли завершить обезвреживание вооруженных салафитских группировок, бежавших из Саады и обещавших вернуться с подкреплением. 

Этот эпизод также показал переоценку, произошедшую в племенной части йеменского общества, событий, связанных с серией саадских войн с 2004 по 2010 год, в которых участвовали радикальные вооруженные группировки «Братьев-мусульман» (БМ), входящие в структуры «Аль-Ислаха». Они воевали на стороне сил правительства против зейдитского движения. В тех войнах приняло участие несколько племен хашид и даже несколько шейхов погибли. Последствия этой гражданской войны открыли многим шейхам глаза на перспективы продолжения такого курса в масштабах всего Йемена и заставили усомниться в «Аль-Ислахе». Они осознали также, что и раскол самой конфедерации хашид на тех, кто сохранил верность зейдитским учителям, и тех, кто за последние годы перешел в ряды салафитов, поверив в авторитет «Аль-Ислаха», станет неизбежным, если сектантская рознь превратится в ключевой лозунг мобилизации сторонников верховного вождийского рода.

Разочарование КСА поражением «Аль-Ислаха» в Амране объяснялось просто: оно открыло хуситам путь в Сану, а заодно - к их превращению из узкой региональной политической группы в нечто большее, в силу национального масштаба, тем самым угрожая с точки зрения КСА ее долгосрочным интересам в Йемене. Очевидно, что речь главным образом шла именно об интересах, лежащих в сфере религиозной идеологии. Но если это так, то международный конфликт в Йемене следует рассматривать в этнокультурной плоскости, что полностью меняет суть кризиса.

Исламистское крыло партии «Аль-Ислах» - БМ контролировало крупнейшую сеть религиозных колледжей в ЙАР - «Маахид ыльмийя», через которую в общество насаждались идеи ваххабитского учения, доминировавшего в КСА. Она была основана на средства КСА и правительства ЙАР в 1970 году.

Вопреки расчетам радикального крыла партии «Аль-Ислах», в которое входила верхушка БМ и шейх Хамид аль-Ахмар (миллиардер из семьи шейхов аль-Ахмар), революционный подъем в Йемене не добавил «Аль-Ислаху» шансов на захват лидерства на политической сцене. В городах, где развивались основные события мирной революции, даже наоборот, агрессивное поведение сторонников «Аль-Ислаха» вызвало отторжение революционных масс от этой партии. Революционная молодежь, жестко установившая правило использования исключительно мирных форм выражения протеста, осуждала всякое насилие и считала действия ислахских активистов провокационными.

После того как партия «Аль-Ислах» утратила лидирующие позиции почти на всем пространстве Северного Йемена к концу 2014 года, в политике КСА обозначился поворот к силовому сценарию разрешения конфликта в Йемене, в котором были заинтересованы прежде всего религиозные элиты королевства. Успех военного вмешательства зависел напрямую от точности оценок причин поражения «Аль-Ислаха» и от того, примут ли йеменцы предложенную хусито-иранскую интерпретацию в качестве мобилизационного лозунга для поддержки коалиции.

Причины враждебности религиозных и политических фракций во властных элитах КСА к хуситам состояли в острой критике лидерами движения роли ваххабизма в Йемене, а также осуждении прозападной внешней политики Эр-Рияда и других арабских режимов. Но не менее важную роль имел, очевидно, и эпизод с захватом саудовских солдат в плен, когда КСА в конце 2009 года решило направить в зону саадского конфликта свои армейские подразделения для участия в уничтожении хуситов. Этот эпизод закончился освобождением пленных саудовцев в обмен на перемирие, подписанное в феврале 2010 года. 

Анализ событий июня 2014 года в Амране показывает, что они были связаны с продолжением конфликта между хуситами и проислахскими салафитскими вооруженными группировками, начавшегося в Сааде в 2011 году, и не имели отношения ни к статусу законного Президента Хади, ни к продолжению имплементации плана мирного политического процесса в Йемене под эгидой ООН. Более того, Президент Хади встретил хуситов, мирно вошедших 21 сентября 2014 года в Сану, и в тот же день подписал с ними «Договор о мире и национальном партнерстве», одобренный СБ ООН1. Из Саны в КСА бежала лишь верхушка радикального крыла партии «Аль-Ислах» - шейх Абдуль-Маджид аз-Зиндани, шейх Хамид аль-Ахмар и генерал Али Мохсен. Все высшее руководство умеренного крыла «Аль-Ислаха» осталось в Сане и участвовало в подписании нового базового соглашения. В Сане остался также верховный вождь конфедерации хашид шейх Садык аль-Ахмар, наделенный иммунитетом в соответствии с местными древними обычаями.

В подписанном документе фиксировалось сохранение курса на полную реализацию Плана урегулирования на основе итоговых решений уже завершившегося в январе того же года «Национального диалога» (НД). Документ был составлен и подписан в присутствии специального представителя Генсека ООН в Йемене Джамаля Беномара. Это событие трудно считать тем самым переворотом хуситов против Президента М.Хади, который послужил впоследствии оправданием для внешнего военного вмешательства. Переходный Президент Мансур Хади по определению просто не мог быть объектом борьбы за власть в Йемене, потому что, во-первых, его уход с поста был предрешен условиями международного мирного плана и должен был состояться не позднее конца 2015 года (хотя срок его полномочий после продления официально заканчивался даже раньше - в феврале 2015 г.), а во-вторых, любое посягательство на переворот сломало бы весь механизм имплементации Плана урегулирования, который предполагал проведение выборов новых органов власти республики. Следовательно, никакой заинтересованности у находившихся на пике своей популярности хуситов (о чем свидетельствовала массовая народная поддержка их экономических требований к властям после входа в Сану) в этом не могло быть. 
В срыве плана и инсценировке переворота были заинтересованы лишь те силы, которые вышли из списка главных претендентов на победу на выборах по результатам борьбы или те, кто рассчитывал взять реванш силой.

Экспертное сообщество, в том числе на Западе, с осторожностью отнеслось к саудовской интерпретации существа конфликта внутри Йемена и пыталось повлиять на политику своих правительств в отношении планов военного вмешательства. Ведущие востоковеды США и Великобритании заявили протест, назвав интервенцию «незаконной с точки зрения международного права», поскольку ни одно государство в составе коалиции не находилось в положении самообороны2. Война в Йемене, рискованная сама по себе, будучи возведенной по совершенно ложным основаниям в степень экзистентной битвы КСА за интересы арабов против виртуальной агрессии Ирана, превращалась в самую настоящую «бомбу» для всего региона.

В СМИ уже был запущен термин «прокси-война», который чудесно объяснял, почему военное вмешательство против неугодных Эр-Рияду йеменских политических акторов на самом деле является войной арабов с персами, с одной стороны, и суннитов с шиитами - с другой. Голос экспертного сообщества был начисто заглушен дискурсом, в котором было слишком много ошибочных утверждений. В созданном мифе исчез второй, а возможно, и главный член йеменского альянса, который сегодня весьма успешно противостоит саудовской коалиции, - бывший Президент Али Абдалла Салех, который в феврале 2012 года добровольно передал кресло президента Мансуру Хади. В силу йеменской специфики он до сих пор уверенно контролирует не только партию власти - Всеобщий народный конгресс (ВНК), но еще и парламент, а также элитные подразделения армии и все силы специального назначения страны. Вооруженная милиция хуситов, даже закаленная в ходе шести саадских войн в 2004-2010 годах, не может сравниться с боевой мощью и численностью регулярной йеменской армии и спецподразделений, подготовленных американскими инструкторами для борьбы с «Аль-Каидой» в период пребывания у власти Салеха.

Заявления, что армия якобы воюет на стороне Хади против хуситов, не имеют ничего общего с реальными событиями. Влияние Президента Хади в армии крайне незначительно. Его кадровая реформа в армии провалилась. Этот промах составлял одну из наиболее уязвимых точек «Дорожной карты» Плана урегулирования. Южанин по происхождению, Президент Хади в силу особенностей страны оказался чужим как для северян, так и для военных-южан, которые не могли забыть, что во время гражданской войны 1994 года он воевал на стороне их врагов.

Революционное брожение в обществе раскололо йеменскую армию на две крупные группировки. Одну из них, составлявшую примерно 1/4 численного состава регулярной йеменской армии, относящуюся к «Аль-Ислаху», возглавляет генерал Али Мохсен. Она является неотъемлемой частью сил саудовской коалиции. Все ее вооружение и финансирование, найм военнослужащих и т. д. производятся через генерала Али Мохсена, назначенного заместителем главнокомандующего и вице-президентом Йемена.

Другая, гораздо большая по численности и намного лучше подготовленная часть регулярной армии Йемена воюет против сил коалиции на стороне йеменского альянса. Она сохраняет лояльность клану бывшего Президента Салеха. Насколько можно судить из сообщений, в этой части армии поддерживается нормальная военная дисциплина и высокий моральный дух. Плечом к плечу с ними сражаются вооруженные формирования хуситов и «народных комитетов», под которыми чаще всего подразумевают вооруженные ополчения племен.

Как эта ситуация в армии могла выпасть не только из ведущегося вокруг йеменского кризиса дискурса, но и из внимания Вашингтона, который с 2001 года считал сферу военного сотрудничества основой своей стратегии, - не понятно. При этом никаких причин ассоциировать бывшего Президента Салеха с хуситами не было и нет. Оказавшиеся «в одной лодке» стороны йеменского альянса не дают никаких поводов называть этот альянс «хуситским». 

Вполне возможно, что среди причин явных искажений, допущенных при обосновании военного вмешательства, было стремление КСА максимально гармонизировать свои подходы к оценкам ситуации в Йемене с заявлениями республиканского сенатора США Дж.Маккейна, сделанными им в 2013 году. В своих высказываниях по Йемену сенатор убеждал американцев, что «хуситы - страшнее «Аль-Каиды»3, а угроза экспансии Ирана через хуситов является столь откровенным вызовом непосредственно США, что президенту пора всерьез задуматься о направлении американского военного контингента в Йемен. В известном смысле действия КСА сильно напоминали реализацию нарисованного сенатором Маккейном сценария.

Отдельного комментария требует тезис о шиитской солидарности, положенный в основу утверждений о причастности Ирана к хуситам. Автор не смог обнаружить достоверных данных о какой-либо причастности Ирана к ходу внутриполитической борьбы в Йемене, а тем более - к снабжению хуситов оружием. Все, чем они располагают, - это оружие, традиционно находящееся в распоряжении племен, а также некоторые виды тяжелого оружия, добытые ими в ходе саадских войн у армии, салафитских вооруженных группировок из структур «Аль-Ислаха», а также у саудовских частей. Хуситы неоднократно выражали готовность сдать тяжелое оружие Правительству национального единства, как только оно будет образовано на основании компромисса, достигнутого при участии эмиссара ООН накануне интервенции.

Что касается тезиса о религиозных мотивах солидарности, в нем также обнаруживаются большие лакуны и явные натяжки. Натяжки начинаются даже в интерпретации конфликта между хуситами и ваххабитским крылом БМ в составе «Аль-Ислаха». Сегодня его считают проявлением сектантской вражды и частью шиито-суннитских противоречий в масштабах всего региона. Но небольшой экскурс в историю этого конфликта в Йемене показывает, что в его основе лежат совершенно иные мотивы, связанные с понятием йеменской национальной идентичности.

Конфликт зародился в конце 1980-х годов в зейдитской провинции Саада, когда только возникали трения и споры между местными зейдитами и «реформаторами» - новоиспеченными адептами ваххабизма, прямо упрекавшими их в нарушениях требований «истинного» ислама при отправлении культа. Быстрый рост рядов салафитов в Йемене проходил под покровительством высших государственных служащих, позже вошедших в «Аль-Ислах». Трения расширялись и нередко заканчивались насилием. Со временем этот факт стал лучше осознаваться йеменцами и многие из них уже сознательно выступили на защиту идентичности.

В 2007 году, вследствие крайне непопулярных саадских войн, в Йемене начался заметный рост влияния традиционных школ ислама - зейдизма и шафиизма. Первыми в защиту йеменской идентичности перед натиском прозелитского агрессивного течения выступили зейдитские улемы, идейные вдохновители хуситского движения. Улемы избрали традиционный именно для йеменской культуры путь компромисса. Они решили устранить отдельные положения религиозной доктрины зейдизма, которые, с их точки зрения, вступили в конфликт с республиканскими общественными реалиями. Этим они хотели восстановить доверие властей к зейдитской общине и доказать, что чуждый культурным традициям страны ваххабизм не отвечает национальным интересам страны.

Зейдитское вероучение занимает уникальное промежуточное положение между суннитским и шиитским исламом. Его принято относить к наиболее умеренным течениям в исламе. Главным и почти единственным признаком, отличавшим его от суннизма, был постулат об имаме - предводителе общины верующих в исламе. Причем речь шла не о политической роли имама и тем более не о лишении его сакральных черт, которых в зейдизме и так не отмечалось, в противоположность другим шиитским школам, а только о пункте об обязательной принадлежности  имама к роду потомков «дома Пророка». 

Таким образом, высшие зейдитские улемы убрали последнее положение, роднившее зейдизм с джаафаризмом - ведущей шиитской школой в Иране, тем самым одновременно и вовсе устранив причину классификации зейдизма как шиитской школы. По всем прочим критериям он неотличим от шафиизма - суннитского мазхаба, которому традиционно следовало 70% населения Йемена в его современных границах. Этот фактор обеспечивал гармонию в отношениях между зейдитами и шафиитами на бытовом уровне на протяжении многих веков - верующие обеих сект могли свободно молиться в мечетях друг друга.

Следует особо отметить, что представители хуситского движения «Ансаруллах» продемонстрировали подчеркнутое внимание к закреплению республиканских, демократических принципов и институтов государства также и во время инклюзивного «Национального диалога», в котором участвовали также и представители «Аль-Ислаха». Ни в позиции духовных лидеров зейдитов, ни во взглядах их политического движения «Ансаруллах» (хуситов) не выявлено никаких специфических проявлений шиитского ислама, дело осталось только за исламоведами, чтобы окончательно причислить зейдизм к суннизму. Президент Салех уже несколько раз в своих публичных выступлениях заявлял, что зейдизм есть суннитское направление в исламе. И он, с нашей точки зрения, имел полное основание для этого! Поэтому версии переворота или шиитской солидарности между Ираном и хуситами, на наш взгляд, не могут рассматриваться как адекватные аналитические концепции для исследования мотивов саудовского военного вмешательства.

Структура йеменского кризиса

Особо тяжелое, по гуманитарным последствиям, протекание кризиса в Йемене обусловлено сочетанием массированных бомбардировок с блокадой всего периметра Йемена под предлогом создания надежного барьера на пути иранских вооружений хуситам. Наземная операция, все же запущенная летом 2015 года с участием иностранных наемников, частей спецназа ряда государств Залива, сил «народного сопротивления» и «национальной армии» Хади, концентрировалась на тыловых действиях и поддержке фронтов, уже открытых «Аль-Ислахом» и другими группировками, противостоявшими альянсу еще до войны, - в Марибе, на востоке страны, и в Таизе - на западе. Только к середине второго года на фронты начали поступать новые йеменские наемники, получившие подготовку в специальных лагерях.

Блокада перекрыла все пути доставки любых грузов в Йемен, что привело к экономическому удушению этой беднейшей страны региона, а также к лишению всего населения большинства товаров первой необходимости, которые и в мирное время страна получала по каналам внешней торговли. По ряду товаров, таких как рис, сахар, мука, чай, медикаменты и т. д., зависимость страны от импорта находилась на уровне 80-100%. Блокада привела к образованию острого дефицита воды и топлива.

Блокада Йемена превратилась в инструмент двоякого воздействия на политическую ситуацию в стране: обстановка гуманитарной катастрофы была призвана вызвать недовольство населения йеменским альянсом, отказавшимся принять условия Эр-Рияда, сводившиеся к требованию о капитуляции альянса, как настаивала и резолюция 2216 СБ ООН4, подготовленная британскими юристами, а дозированная помощь должна была укрепить положение тех структур, которые были определены саудовским военным командованием (СВК) в качестве опорных. Через них бедствующее население получало продовольствие, а вооруженные формирования - оружие и деньги. Предпочтением пользовались салафитские структуры, близкие к «Аль-Ислаху».

Значительная часть гуманитарной помощи страдающим регионам поступала, минуя СВК, от других стран Аравии, вошедших в коалицию, а также от соседнего Омана, заинтересованного в сдерживании потока йеменских беженцев на свою территорию. К весне 2016 года число внутренних беженцев достигло уже 3,5 млн. человек. Каждый из доноров, как правило, стремился создать в Йемене собственные рычаги влияния, причем со ставкой на структуры, отличные от фаворитов СВК, нередко даже их полных оппонентов. В этом качестве особенно ярко заявили о себе ОАЭ, самый активный участник наземной операции после КСА, направивший в Йемен собственный спецназ на южный театр действий, на северный - иностранных наемников, в том числе из стран Латинской Америки.

За 19 месяцев войны, к концу 2016 года, картина йеменского кризиса распалась на четыре крупных фрагмента, каждый из которых содержал в себе зародыш отдельного нового конфликта или даже нескольких конфликтов сразу.

Север

Главные военные действия, от которых в значительной степени зависят итоги кампании, разворачиваются на Севере, той части Йемена, которая до 1990 года входила в ЙАР (Северный Йемен). Ситуацию там контролирует йеменский альянс, рассматривающий интервенцию как акт «американо-саудовской агрессии». В йеменский альянс вошли два участника политического процесса в Йемене: хуситы - движение «Ансаруллах» и Всеобщий народный конгресс - партия бывшего Президента Салеха. Смешивать их и называть собирательным термином «хуситы», как это практикуется в СМИ, не только некорректно, но и, как было показано выше, опасно. Такое смешение приводит к совершенно ложным представлениям о сущности конфликта. В разгар массовых протестных выступлений Президент Салех олицетворял собой диктаторский коррумпированный режим, правивший страной 33 года, а пережившие шесть актов саадской войны хуситы - одну из его главных жертв.

Лидер хуситов, сейид Абдул-Малик аль-Хуси, стремился утвердить себя в роли авангарда революции. В 2014 году бывших непримиримых противников свел в сугубо тактический альянс общий беспощадный враг - «Аль-Ислах», который угрожал буквально смести и физически уничтожить обе стороны в случае прихода к власти. С точки зрения обоих участников альянса, у саудовской коалиции нет иной цели, кроме приведения к власти в Йемене неприемлемого для обоих «Аль-Ислаха».

«Хуситы» (то есть, согласно принятой терминологии в дискурсе, обе стороны альянса) стали объектом систематической и постоянно усиливающейся демонизации в ведущих органах западных СМИ, как ранее сирийский Президент Б.Асад или еще раньше иракский С.Хусейн и ливийский М.Каддафи. Пропагандистская кампания во всех случаях строилась по единому сценарию, только в одних примерах злодеями фигурировали законно избранные президенты, а в других - путчисты. В данном случае йеменский альянс выступал в роли «путчистов», хотя в его составе и был бывший президент, сохранивший куда больше  рычагов влияния в обществе и государстве, чем сменивший его Хади. Большое неудобство для этой искусственной пропагандистской конструкции представлял тот факт, что высшее политическое руководство порицаемого альянса заняло прочные позиции в атакуемой ежедневно с воздуха авиацией коалиции столице Йемена городе Сане, а именуемый при всех упоминаниях «законным президентом» Мансур Хади отсиживается в столице КСА - Эр-Рияде, лишь изредка отваживаясь показаться на родине!

К концу 2016 года граница пролегания фронтов, пунктирами окруживших северный театр военных действий, не претерпела существенных изменений. Охваченными гуманитарной катастрофой, затронувшей 21 млн. йеменцев, остаются провинция Саада и другие районы с зейдитским населением, составляющим до 30% всего населения страны, а также крупнейшие города Нижнего Йемена, имеющего суннитское население. Наиболее тяжелая обстановка сложилась в разрушенном войной Таизе, культурной столице республики, и страдающей от голода Ходейде - важнейшем порте Йемена. Над всеми этими районами нависла реальная угроза массовой гибели мирных жителей от войны и блокады.

В письме, переданном в ноябре 2016 года парламентом Йемена из Саны в британскую Палату общин, приведена следующая статистика ущерба от войны: «10 тыс. гражданских лиц убито, включая 3200 детей, 1900 женщин и 5100 стариков, уничтожено 78 тыс. жилых домов, 820 школ, 212 мостов, 263 госпиталя, 664 мечети, 46 соборных мечетей, 242 археологических памятника, 178 центральных водохранилищ, 14 аэропортов и столько же морских портов, 915 автопоездов с продуктами, 276 бензоколонок, 54 промышленных предприятия. Кроме того, отмечалось 65 бомбовых ударов по массовому скоплению гражданских лиц»5.  

Многочисленные признаки военных преступлений в Йемене давно привлекли внимание специализированных комитетов ООН. С просьбами о возбуждении специального расследования в Йемене неоднократно обращался Верховный комиссар ООН по правам человека З.Р. аль-Хусейн. Но все его просьбы были отклонены6. Великобритания, ведущая «досье Йемена» в ООН, плотно контролирует информационное пространство вокруг конфликта. Последний отказ в расследовании был выдан всего за две недели до получившего широкий общественный резонанс массового убийства гражданских лиц в ходе траурной церемонии в Сане 8 октября 2016 года. Общее число пострадавших оценивается почти в 800 человек. Но вместо расследования внимание мировой прессы на следующий же день было переключено на инцидент в Красном море с участием эсминца ВМФ США, и только на третий день последовало внезапное признание вины со стороны СВК, в котором атака на похороны была названа «ошибкой», и на этом дело было закрыто.

Такая же судьба постигла ранее и доклад ООН по положению детей в зонах конфликта, который в начале июня 2016 года послужил основанием для внесения КСА в черные списки стран, убивающих детей. В нем указывалось, что 60% установленных случаев гибели йеменских детей приходятся на авиаудары коалиции. Но оказавшийся «под давлением» Генеральный секретарь ООН был вынужден менее чем через неделю вычеркнуть КСА из этого списка7. Сокрытие преступлений и препятствия, создаваемые на пути расследований со стороны ООН, превратились в одну из помех для скорейшего перевода кризиса в фазу урегулирования.

Юг

Вторая зона конфликта за период военных действий почти совершенно отпочковалась от главной и образовалась на Юге, территории бывшей НДРЙ. Здесь йеменский альянс изначально был представлен исключительно силами безопасности и армейскими частями, чьих командиров Президент Хади заподозрил в лояльности Салеху, вызвав ответные подозрения в планах самого Хади по отделению Юга от Севера. Этот конфликт между Хади и армейским командованием на Юге первоначально и интерпретировался как переворот. Хуситы имели к нему настолько косвенное отношение, что эту версию пришлось отставить.

Обстановка гуманитарного бедствия, блокады, активизация вооруженных группировок, экономический упадок, искусственный вакуум власти - все это стимулировало рост влияния запрещенных в России террористических группировок АКАП и появившейся в Йемене синхронно с интервенцией ИГИЛ.

На Юг приходится всего около 1/4 населения страны, но почти 2/3 территории. Этот факт позволил спикеру СВК в апреле 2016 года с некоторым преувеличением заявить, что коалиции удалось «отбить у путчистов» 85% территории страны8. Но это вовсе не означало, что там была установлена законная власть. Президент Хади ни сам лично, ни через свою администрацию, не может похвастаться каким-либо существенным влиянием в этой зоне.

Судьба Юга в настоящее время находится в состоянии неопределенности, что трудно назвать случайным. Отсутствие лидера, способного приступить к восстановлению государственных национальных институтов власти на Юге, позволило множеству внутренних и внешних акторов начать процесс изменения баланса сил в пользу лоялистов КСА, влияние которых было перед войной незначительно в связи с подъемом южнойеменского национализма.

В 2009 году политический авангард Юга - движение «Аль-Хирак» заявило о начале мирной борьбы за мирное восстановление независимости Юга в границах 1990 года. «Аль-Хирак» часто называют южным сепаратистским движением. Однако историческая специфика Юга, который до объединения не был частью политического пространства классического Йемена, расположенного на Севере, приверженность лидеров «Аль-Хирака» исключительно мирным формам борьбы и сам характер их основного требования - признания международным сообществом законности права южан на самоопределение - не позволяют рассматривать «Аль-Хирак» как типичный пример сепаратистских движений.

Это политическое и социальное движение родилось на почве правозащитного движения, вызванного последствиями гражданской войны 1994 года. Сегодня его фундамент составляет острый кризис идентичности - осознание глубокого социокультурного разрыва, отделившего южнойеменский социум от северойеменского за годы республиканского режима. Большинство населения Юга и все ведущие фракции «Аль-Хирака» поддерживают концепцию права Юга на самоопределение и решительно отвергли план федерализации страны, утвержденный Президентом Хади в феврале 2014 года. В нем Юг предстоит разделить на два штата - Аден и Хадрамаут. План не приняли как сторонники сохранения целостности Юга, так и те, кто видит его будущее в создании федерации Юга Аравии, состоящей из гораздо большего числа штатов. Проект Хади в итоге только стимулировал борьбу за скорейшее самоопределение Юга.

Именно в этом ключе и было воспринято военное вмешательство КСА в марте 2015 года южанами, которые увидели в нем прежде всего орудие избавления Юга от военного «оккупационного» присутствия армии и сил спецназа, укомплектованных северянами. Еще более на готовность южан сотрудничать с СВК повлияло хорошо известное негативное отношение Эр-Рияда к вопросу о единстве Йемена. Часто вспоминают, что КСА было единственной страной в мире, которая в разгар гражданской войны между Севером и Югом в мае 1994 года признала самопровозглашенное государство на Юге, просуществовавшее всего несколько недель. Интересный факт опубликовал американский журнал «Форин полиси», что политическое завещание Ибн Сауда, основателя королевства, произнесенное им на смертном одре в 1953 году было: «Не дайте Йемену объединиться»9. Подобное восприятие военной интервенции в Йемене среди южан обусловило их готовность к сотрудничеству хоть с саудовской коалицией, хоть с кем угодно вообще, лишь бы способствовать достижению своей цели. Но при этом «Аль-Хирак» намерено создать на Юге суверенное независимое государство, которое было бы наследником НДРЙ в смысле международного права, а не политической ориентации. Эта задача не встретила поддержки со стороны СВК.

Война стимулировала приток на Юг больших партий оружия, которое предназначалось для участия южан в войне с йеменским альянсом, но разошлось по рукам и осело на месте. Формирование ополчения для войны на Севере производится за счет наемников, но ожидать их лояльности генералу Али Мохсену, фактическому командующему новой «национальной армией» страны, трудно в силу упоминавшегося раскола страны по оси Север - Юг. Все политические лидеры Юга категорически против какого-либо участия южан в бойне на Севере. Невнятные и часто противоречивые действия СВК на Юге, бессилие Президента Хади проводить собственную политику и угроза превращения генерала Али Мохсена в теневого правителя главной нефтедобывающей провинции страны - Хадрамаута толкают Юг в сторону нового конфликта. В его эпицентре находится Президент Хади, вызвавший глубокое разочарование среди южан своей ролью в конфликте.

Президент Хади лишен возможности оказывать влияние на ситуацию в стране и зарекомендовал себя как зависимый от КСА политик, выполняющий все его рекомендации. Ярким примером были указы президента о назначении на пост заместителя главкома и вице-президента Йемена генерала Али Мохсена весной 2016 года. Это назначение не преследовало иной цели, кроме затягивания военного конфликта в Йемене и отказа от поиска альтернативы его силового разрешения.

Объективно саудовская политика на Юге ведет, во-первых, к закреплению раскола Йемена по линии Север - Юг и, во-вторых, всяческому проталкиванию там проекта «независимый Хадрамаут» под видом содействия плану федерализации. Если с первой задачей южане готовы согласиться, то со второй - нет, и это обстоятельство может привести к новым осложнениям. Провинция Хадрамаут выделяется не только своим уникальным историко-культурным своеобразием, огромной территорией, занимающей 40% площади страны, и самыми внушительными запасами углеводородов в Йемене. Она также служит кратчайшим путем для саудовской экспортной нефти к терминалам Аравийского моря, минуя Ормузский пролив. Поэтому у проекта «независимый Хадрамаут» имеется «второе дно», которое вызывает настороженность даже у сторонников обособления Хадрамаута от охваченного кризисом Йемена.

Любые попытки включения Хадрамаута в геополитическую орбиту КСА неизбежно вызовут колоссальное сопротивление со стороны как Адена, так и Саны. Но таких элементов в локальной культуре сотни. Если все конфликты такого рода пытаться переводить в плоскость силового противостояния, то от Йемена буквально ничего не останется уже в ближайшие десятилетия.

Территории КСА и Баб-эль-Мандебский пролив

Два оставшихся фрагмента пока занимают подчиненное положение в сложной структуре йеменского кризиса: один расположен в зоне международного Баб-эль-Мандебского пролива, а другой - на территории КСА - в трех пограничных провинциях Асир, Джизан и Наджран, где набирает темпы партизанская война йеменского альянса в качестве стратегического ответа «саудовскому агрессору». Нарастающая обстановка нестабильности в них содержит сразу два типа угроз для безопасности КСА.

Первый связан с давним спором о принадлежности этих территорий, исторически входивших в йеменский ареал. И хотя спор считался законченным с подписанием Джиддийского договора о границе в 2000 году, в обществе так и не сложилось консенсуса по этой проблеме. Здесь кроется угроза тотальной войны в регионе.

Второй - внутрисаудовский аспект данной проблемы - состоит в положении шиитской общины, составляющей большинство жителей этих провинций. Идентичное по этнокультурным признакам йеменцам, население Асира, Джизана и Наджрана принадлежит в основном к исмаилитской школе шиитского ислама. Риск дестабилизации в них сопряжен с обострением шиитского вопроса, уже доставлявшего неприятности правящей саудовской династии. Но даже если всего этого не случится, само появление угроз такого рода в связи с военным вмешательством в Йемен является потенциальным источником определенных напряжений внутри правящих элит КСА. 

Морская блокада Йемена со стороны Красного моря к северу от Баб-эль-Мандебского пролива с участием военных кораблей саудовской коалиции и ВМФ США, а также использование пролива для доставки в зону конфликта военных грузов для нужд коалиции - еще одна группа рисков, сопряженных с вопросом о безопасности свободного судоходства через эту важнейшую мировую транспортную артерию. Несколько десятков единиц йеменского гражданского флота, включая рыбацкие лодки, были потоплены силами коалиции. Отмечаются все более тяжкие потери также и в составе военных флотилий стран коалиции. В октябре 2016 года ситуация в Красном море осложнилась инцидентом с участием эсминца ВМФ США «Мэйсон», который уничтожил три радара береговой охраны Йемена в ответ на пуски «хуситских ракет» в его сторону (сам альянс официально опроверг факт атаки).

Все описанные производные конфликты, о которых вообще не упоминается как правило в СМИ, служат иллюстрацией того факта, что динамика йеменского кризиса за 19 месяцев претерпела изменения в сторону его расширения, а не официально обещанного СВК еще в июне 2015 года затухания.

Перспективы кризиса

Большое число европейских и американских политиков, а также члены Европарламента уже пришли к пониманию, что единственным способом нормализации обстановки в Йемене может быть только возврат к политическому диалогу. Само решение о военном вмешательстве в Йемен все отчетливее выглядит как крупная политическая ошибка Эр-Рияда. Американский эксперт по Ближнему Востоку Симон Хендерсон в уже упоминавшейся выше статье в журнале «Форин полиси» назвал ее «параноидальным решением» саудовского руководства10.

Большие трудности в переводе кризиса в мирное русло возникли также в связи со сбоем международного механизма урегулирования такого рода проблем, вызванного перехватом инициативы из рук ООН, как только управляемый процесс мирного урегулирования в Йемене пошел по незапланированному КСА руслу. Приняв ответственность на себя, власти КСА опасаются, что уже не смогут позволить ООН вернуться в Йемен, не признав, что не справились с этой задачей. Очередное подтверждение этому грустному выводу дал провал длившихся почти 100 дней мирных переговоров под эгидой ООН в Кувейте. Раунд переговоров длился с апреля по август 2016 года в трехстороннем формате с участием делегаций Президента Хади и двух участников йеменского альянса - движения «Ансаруллах» и партии ВНК (Салеха). Сам ход и нулевой итог встречи показали, что дальнейшие переговоры в таком же формате, по-видимому, совершенно бесполезны. 

Среди основных драйверов продолжения войны в Йемене находится процесс милитаризации КСА с упором на обладание сверхмощным диверсифицированным современным оружием, которое поставляют ему США и Великобритания. Гонка за военным лидерством толкает саудовское руководство к достижению победы в Йемене любой ценой. Сумма заключенных военных контрактов на поставки вооружений КСА приблизилась к 150 млрд. долларов, а военный бюджет КСА в 2016 году впервые достигло 82 млрд. долларов что поставило королевство на третье место в мире после США и Китая!

Рекордные сделки превратили йеменский конфликт в источник обогащения производителей оружия стран Запада. Любые вопиющие факты военных преступлений и гуманитарных катастроф в Йемене, вызванных действиями коалиции, встречают чисто символические ответные меры, не затрагивающие военную сферу. Западные офицеры продолжили свою миссию в штабе саудовской коалиции. В «логистическую поддержку», которой они занимаются, входят такие услуги, как содействие морским силам коалиции со стороны ВМФ США, использование своих самолетов-заправщиков для авиации коалиции в ходе выполнения боевых заданий, предоставление разведданных для определения целей авиаударов, а также помощь в подборе оружия и даже расчет траекторий подлетов к целям.

Йеменский альянс ответил на крах кувейтских переговоров крупным шагом в направлении консолидации своих сил. 6 августа 2016 году в Сане был сформирован коалиционный Высший политический совет (ВПС) в составе десяти членов, председателем которого был избран член политсовета движения «Ансаруллах», Салех аль-Самад, а его замом - заместитель председателя партии ВНК. ВПС сменил временный орган управления - Высший революционный совет, созданный хуситами 6 февраля 2015 года в обстановке вакуума власти. ВПС опирается на возобновивший свою работу парламент страны, чью законность трудно оспорить - с ним работала ООН до 6 февраля 2015 года. Сформировано Правительство национального спасения с участием многих знаковых и уважаемых фигур в Йемене во главе с бывшим ректором Аденского университета доктором А.Бен-Хабтуром.

Вопреки расчетам КСА, ситуация на Севере окончательно приняла вид отечественной войны, в которой участвует население как зейдитских, так и суннитских районов. На данном этапе можно констатировать, что пропагандистская война, по крайней мере на Севере страны, была полностью выиграна йеменским альянсом. Его сторонники настроены до конца оказывать сопротивление силам «американо-саудовской» агрессии. Тех йеменцев, которые вступили в ряды коалиции, они именуют обидным словом «мунафик» - «лицемер», имеющим в культурном коде этой страны смысл «хуже предателя». Похоже, что использование гуманитарной катастрофы в качестве политического оружия пока не работает.

Довольно стремительно развивается ситуация также в зоне Баб-эль-Мандебского пролива и в саудовских прифронтовых провинциях Асир, Джизан и Наджран, где йеменский альянс использует тактику партизанских атак в сочетании с нанесением ракетных ударов по военным лагерям, которые нередко поражают также и гражданские саудовские объекты.

За минувшие с начала войны 19 месяцев йеменский кризис развернулся в масштабную гуманитарную катастрофу и подлинное политическое бедствие для йеменского народа. Вместо обещанной соседним королевством помощи в разрешении проблем страны, в первый же год она потеряла более 30% ВВП, а в 2016 году падение обещает составить еще 40%.  Более 82% жителей остро нуждаются в помощи, а от 7 до 14 млн. человек страдают от голода, острого дефицита воды и отсутствия медицинской помощи. Самой пострадавшей группой являются дети, составляющие 50% населения Йемена.

Сердцевину кризиса составляет не гражданская война, а иностранная военная интервенция. Основные драйверы для продолжения и углубления кризиса также находятся за пределами Йемена. В погоне за военным превосходством и лидерством в регионе Эр-Рияд отказывается сотрудничать с ООН. Передав военное командование йеменской части сил коалиции генералу Али Мохсену, Президент Хади ослабил свои возможности участвовать в контроле над ситуацией и побудил стороны йеменского альянса консолидировать политическое руководство в Сане. Ситуация на Севере обещает перерасти в региональное бедствие. На Юге назревает конфликт, связанный с возможной фрагментацией этой части страны. Центральным вопросом урегулирования является скорейшее прекращение операции военной фазы саудовской коалиции в Йемене и снятие блокады для облегчения доступа гуманитарных грузов бедствующему населению. Только так и можно остановить механизм, заставляющий «тикать йеменскую бомбу».

 1SC/11578, 23 September. 2014.

 2Tharoor I. Top Yemen scholars in the West condemn Saudi Arabia’s war // Washington Post. April 18. 2015. 

 3U.S. Senator John McCain believes the Houthis to be more dangerous than al-Qaeda in Yemen // Yemen Post. June 08. 2013.

 4S/RES/2216 (2015)

 5Аль-Барламан: рисалат ли умум аль-британий би ихсаийят дахайя аль-удван, аль-Мисак 06.11.2016 // http://www.almethaq.net/news/news-47812.htm]

 6Zeid urges accountability for violations in Yemen // OHCHR. Geneva. August 25. 2016.

 7Saudi-led Yemen coalition removed from U.N. child rights blacklist pending review // Reuters. Jun 7. 2016.

 8Michael M. Spokesman says Saudi-led force will commit to Yemen truce // Associated Press. April 8. 2016.

 9Henderson S. How to End Saudi Arabia’s War of Paranoia // Foreign Policy. October 20. 2016.

10Ibid.

Йемен > Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083705 Сергей Серебров


Германия. Евросоюз. Весь мир > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083704 Ольга Мельникова

Нюрнбергский трибунал - уроки для современности

Ольга Мельникова, Начальник отдела ДИП МИД России

Планируя создание Международного военного трибунала и проведение международного судебного процесса над главными нацистскими военными преступниками, державы антигитлеровской коалиции руководствовались принципами неотвратимости ответственности и наказания всех нацистских преступников, виновных в массовых злодеяниях.

Международный военный трибунал в Нюрнберге стал первым в истории прецедентом осуждения преступлений государственного масштаба, когда перед судом предстали представители государственной власти (высшие политические и военные руководители), сделавшие целое государство с его учреждениями, структурами, карательными органами, идеологией и пропагандистской машиной орудием своих чудовищных преступлений.

Став уникальной международной судебной структурой, Нюрнбергский трибунал, как и принятые им решения, выводы и квалификационные определения, имел весомый прецедентный характер. Его историческая миссия заключалась в осуществлении правосудия в отношении главных инициаторов и виновников фашистских злодеяний.

Нюрнбергский трибунал продемонстрировал всему миру истинное лицо фашизма, разоблачил его сущность и планы уничтожения целых государств и народов, чудовищные массовые преступления против мира и человечности.

Основная задача судебного процесса состояла не только в заслуженном возмездии и наказании преступных руководителей гитлеровской Германии, но и в создании международно-правовой основы уголовной ответственности всех физических лиц и организаций, виновных в тягчайших преступлениях и массовых злодеяниях. Его опыт и решения в дальнейшем легли в основу деятельности национальных судов по преследованию и наказанию нацистских преступников. Фактически суд довершил военный разгром гитлеризма разгромом юридическим и моральным и, казалось, создал преграду для возрождения фашизма в будущем.

Нюрнбергский процесс оказал исключительно важное влияние на международно-правовую практику и развитие современного международного права. Принципы и нормы, сформулированные Нюрнбергским процессом и одобренные ООН, легли в основу всех послевоенных международных документов, имеющих целью предотвращение агрессии и военных преступлений, таких как Конвенция о предупреждении преступлений геноцида и наказании за него 1948 года, Женевские конвенции 1949 года о защите жертв войны.

Именно с Нюрнбергского процесса началась история создания в международном праве специального раздела - международного уголовного права, а также история развития новых принципов и норм во всех других разделах международного права.

Нюрнбергский трибунал стал первым в новейшей истории примером международного правосудия, когда военные преступления, преступления против человечности были признаны подсудными не только национальному суду, но и специальному международному суду, организованному в соответствии с международно-правовыми договорами.

Нюрнбергский трибунал послужил прообразом для создания подобных международных судебных учреждений, таких как Международный военный трибунал для Дальнего Востока, Международный трибунал по бывшей Югославии, Международный трибунал по Руанде и, наконец, на основании Римского статута от 17 июля 1998 года Международного уголовного суда.

На Нюрнбергском процессе впервые в мировой истории агрессия была признана тягчайшим международным преступлением против всего человечества и дана юридическая оценка другим военным преступлениям.

Принятые в 1946 году в Нюрнберге решения и сегодня не утратили своего юридического и политического значения, продолжая служить ориентиром для пресечения агрессивных, шовинистических действий, для привлечения к уголовной ответственности за наиболее тяжкие преступления, попрание норм международного правопорядка и прав человека.

Особенно это актуально сегодня, когда во многих странах мира наблюдается рост националистических, фашистских, неофашистских движений или им сочувствующих.

В последние годы мы все чаще становимся свидетелями проведения регулярных маршей легионеров СС, чествования ветеранов дивизии «Ваффен-СС», признанной Нюрнбергским трибуналом преступной. Очевидно, что подобные демонстративные акции, равно как и участившиеся попытки обелить нацизм и фашизм, являются благоприятной питательной средой для роста числа националистических группировок, ратующих за «чистоту расы», дискриминацию по религиозному, национальному или этническому признакам.

Растет число антисемитских выходок, которые уже давно не ограничиваются осквернением могил жертв Холокоста. В Польше и странах Балтии ведется настоящая война с памятниками солдатам Красной армии, освободившим Польшу и всю Европу от фашизма. Возрастает количество актов насилия в отношении людей с другим цветом кожи, лиц иного вероисповедания, мигрантов, представителей национальных или этнических меньшинств.

На Нюрнбергском процессе народы мира через своих представителей однозначно оценили суть совершенных преступлений как не подлежащее оправданию преступление.

Тем кощунственнее звучат сегодня, спустя десятилетия, попытки не только оправдания, но и героизации военных преступников, превращения фашистских приспешников в Эстонии, Латвии, на Украине в борцов за национальную независимость. Россия решительно выступает против подобных попыток.

К сожалению, уже невозможно вернуть жизни 77 жертв осужденного в Норвегии террориста-националиста, организатора и исполнителя взрыва в центре Осло и хладнокровно расстрелявшего подростков в молодежном лагере, или сгоревших заживо и убитых в Доме профсоюзов в Одессе. Собственно, чем эти события отличаются от погромов во Львове или Галичине, которые начались сразу после прихода в эти города немецких войск в июле 1941 года.

В этой связи борьба с «раковыми метастазами фашизма» и их уничтожение является актуальной и сегодня, в XXI веке, и в России, и в мире. Нельзя допустить, чтобы в наше время люди рассматривали фашизм в любых его формах как уже преодоленную для мира опасность либо как проявление демократии.

Спустя 70 лет необходимо в полной мере отдавать себе отчет в том, что вынесенный Международным трибуналом в Нюрнберге приговор и в наши дни может служить юридической основой пресечения агрессивных войн и привлечения к уголовной ответственности физических и юридических лиц за преступления против мира и человечности.

Значительно участились попытки фальсификации исторических фактов и приуменьшение роли России в наиболее важных исторических событиях, особенно таких, как Вторая мировая война.

Притом что международное сообщество не стремится умалить роль и вклад союзников по антигитлеровской коалиции в победу над фашизмом, мы все чаще сталкиваемся с попытками переписать историю Второй мировой войны, принизить и даже свести к нулю роль Советского Союза в разгроме фашизма, поставить знак равенства между Германией, страной-агрессором, и СССР, который вел справедливую войну и ценой огромных жертв спас мир от ужасов нацизма. 26 млн. 600 тыс. наших соотечественников погибли в этой кровавой войне. И больше половины из них - 15 млн. 400 тыс. - были мирные граждане.

За последние годы мы наблюдали множество усилий не только отдельных организаций и политиков, но и государственных структур, напрямую направленных на стирание из памяти народов вклада СССР в победу над гитлеровской Германией.

Сегодня мировое сообщество серьезно дезинформировано о ходе Второй мировой войны, на Западе сформирован стереотип, согласно которому именно американские войска без какой-либо помощи Красной армии и СССР освободили Европу от фашизма.

Очень важно, чтобы представители молодого поколения имели возможность доступа к историческим знаниям о событиях того времени, и не только накануне очередного празднования Дня Победы 9 Мая. Необходимо постоянно прилагать усилия к сохранению исторической правды и памяти о минувшей трагедии, предостерегать новое поколение от предательства интересов миллионов людей, ставших жертвами Второй мировой войны.

Именно опираясь на исторические факты, нужно решать вопросы антивоенного, антифашистского образования и воспитания, с тем чтобы поставить преграду на пути новых веяний по героизации военных преступлений в современном мире.

Также важно, перекладывая смысл совместной борьбы в прошлом на практику современных угроз и вызовов, обращаться к общим историческим ценностям. Необходимо приступить к формированию международно-правовой базы для предотвращения возможностей фальсификации истории Второй мировой и Великой Отечественной войн. В этом особая ценность решений Нюрнбергского процесса, который создал прецедент и заложил фундамент для решения данной задачи.

Это заставляет нас настойчиво ставить вопрос о значимости создания единой основы в изучении истории минувшей войны в контексте современных вызовов и угроз миру и стабильности, безопасности и согласию в международном сообществе. Об этом взывают к нам уроки Нюрнбергского процесса.

Германия. Евросоюз. Весь мир > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > interaffairs.ru, 23 февраля 2017 > № 2083704 Ольга Мельникова


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 23 февраля 2017 > № 2083492 Федор Лукьянов

Возвращение к норме

Федор Лукьянов о том, почему не стоит надеяться на «сделку» между Россией и США

Официальный представитель Белого дома Шон Спайсер в очередной раз объяснил намерения президента Трампа в отношении Москвы. «Если он сможет добиться сделки с Россией, что пытались сделать несколько последних администраций, то он так и поступит, а если не сможет — то не поступит. Но он попытается… Его успех как бизнесмена и переговорщика нужно рассматривать как позитивный знак, что он способен это сделать».

Ключевые слова здесь: «Что пытались сделать несколько последних администраций». То есть речь идет не о новых подходах, а о том, что Дональд Трамп обладает более высокой квалификацией, чем предшественники, и справится с тем, что им оказалось не под силу.

Соответственно, преемственности в политике на российском направлении будет существенно больше, чем инноваций.

Ничего удивительного. Ожидания, что Трамп качественно изменит отношения Вашингтона и Москвы, — производная от двух явлений. Во-первых, позитивных высказываний претендента на номинацию, а потом кандидата республиканцев о качествах Путина как лидера. Во-вторых, мощной медийно-политической кампании с обвинениями Трампа в пророссийских взглядах, а потом и в прямых связях с Кремлем и даже российскими спецслужбами.

Первое явно не стоит преувеличивать — Трамп всегда представлял Путина как антитезу Бараку Обаме: вот, мол, сильный лидер, защищающий национальные интересы, не то что наш рохля.

Миллиардер-республиканец строил стратегию на отрицании всего, связанного с Обамой. Второе — придумка демократических политтехнологов, которые в какой-то момент сделали ставку на запугивание избирателей призраком путинизма. На выборах это, как известно, сработало мало, но оказалось более перспективным после выборов и инаугурации, когда объектом воздействия стали уже не граждане США, а вашингтонское политическое сообщество. Вероятнее всего, накат продолжится, и он будет неизбежно ограничивать пространство для маневра Белого дома на российском направлении.

Как бы то ни было, это конъюнктурные обстоятельства, а между тем российско-американская стратегическая рамка определяется гораздо более солидной основой — наличием у двух стран самых больших на планете ядерных арсеналов и способности физически уничтожить друг друга.

Траектория развития отношений Москвы и Вашингтона по существу не меняется с пятидесятых годов прошлого века, когда установилась модель ядерного сдерживания, и циклы обострений и разрядок напряженности ритмично сменяются. Конец идеологической конфронтации не изменил cхему, хотя уменьшил (во всяком случае, так долго казалось) риск столкновения. Снижение порога страха, правда, произвело и расхолаживающее воздействие — угроза стала восприниматься как менее реальная, хотя арсеналов осталось более чем достаточно.

Сегодня военизированная риторика возвращается, и механизмы «холодной войны», призванные обеспечивать взаимную сдержанность, снова востребованы.

Неслучайно Дональд Трамп уже не раз упоминал ядерные потенциалы и разоружение в контексте России. Он это, правда, делает скорее инстинктивно, чем осознанно, но инстинкт не подводит — пока арсеналы существуют, они будут диктовать парадигму отношений.

Однако использовать тему для нового раунда дипломатической активности не получится — с российской стороны ясно сказано, что дальнейшие сокращения нецелесообразны, да и сам Трамп, если верить утечкам, жалуется Путину на невыгодность СНВ для Америки. Между тем последняя сделка под названием «перезагрузка» нанизывалась именно на стержень сокращения вооружений. Что еще может сыграть стержневую роль, непонятно.

Из заявлений, которые за последнюю неделю сделали высокопоставленные представители администрации США (прежде всего вице-президент Пенс и госсекретарь Тиллерсон), можно сделать один вывод: Вашингтон при Трампе не собирается включать Украину в пресловутую сделку с Москвой, скорее разрешение восточноукраинского конфликта выдвигается в качестве предварительного условия для дальнейшего торга. В этом есть своя логика. К Украине слишком много внимания, именно она стала детонатором обрушения отношений России и Запада три года назад.

Попытка обойти Киев или сделать его предметом размена создаст идеальный повод для атаки на Белый дом и будет использована как подтверждение всех обвинений в сговоре с русскими.

Однако исключение украинской темы из гипотетического «пакета» резко снижает его привлекательность для России. В прошлом году Сэм Чарап и Джереми Шапиро верно писали о том, что причиной неудачи российской политики Обамы стало нежелание обсуждать в рамках пакетного подхода сюжеты, которые Москва считает для себя жизненно важными, а Вашингтон — не первоочередными, но идеологически принципиальными. Прежде всего процессы на постсоветском пространстве. Стремление попросту обходить наиболее болезненные вопросы, сконцентрировавшись на тех, где в принципе можно договориться, привело к растущему раздражению России и ощущению «разводки».

Трамп отвергает все, что связано с Обамой, но воспроизводит тот же подход.

Принцип «избирательного вовлечения» России, объявленный когда-то еще Кондолизой Райс, не работал с самого начала. И тем более сейчас, когда отдельно взятые «сферы кооперации» соседствуют не с «зонами безучастия», то есть отсутствия сотрудничества, а с прямым подавлением через санкции и другие ограничительные меры.

В российско-американских отношениях не происходит ничего драматического, мы наблюдаем возвращение к норме.

Это норма доперестроечного периода, то есть времени, когда руководители Соединенных Штатов не считали задачей изменить своего собеседника, как это стало происходить после распада СССР. В этом, собственно, и заключается отличие Трампа от трех его предшественников. И Билл Клинтон, и Джордж Буш-младший, и Барак Обама, ведя дела с Россией, имели в виду (и говорили об этом публично), что она «неправильная», должна меняться. Используя выражение той же Кондолизы Райс, Соединенные Штаты практиковали «трансформативную дипломатию», то есть содействие преображению партнера в ходе взаимодействия. С точки зрения классических отношений великих держав это нонсенс, чреватый подрывом доверия, необходимого для достижения договоренностей. Что и произошло.

Трамп никого трансформировать не собирается — ни мир, ни отдельные страны. Поэтому его намерения будут более понятны Москве, чем то, что делали хозяева Белого дома с начала девяностых. Но стоит ли рассуждать о сделках? Ведь в период «холодной войны» «сделок» СССР и США не заключали, хотя и были равновесными сверхдержавами. Речь шла тогда о поддержании баланса, установившегося по итогам Второй мировой и цементированного угрозой гарантированного взаимного уничтожения. Периодически та или другая сторона пыталась сместить его в свою пользу, случалось обострение, после чего баланс восстанавливался, иногда действительно путем разменов.

Можно, например, вспомнить самый опасный эпизод «холодной войны» — Карибский кризис, после которого Советский Союз отказался от размещения ядерного оружия на Кубе, а Соединенные Штаты убрали ракеты из Турции. Но такая «сделка» была достигнута не только ценой острейшего военно-политического кризиса, а и в условиях полномасштабного противостояния.

Теоретически можно представить себе нечто схожее с Трампом. Его администрация состоит из людей (силовики и представители крупного и очень жесткого бизнеса), психология которых вполне допускает игру в эскалацию на грани фола.

Однако международный контекст все-таки качественно другой, никакого баланса нет, российско-американские клинчи отнюдь не исчерпывают глобальную повестку дня.

Норма отношений двух стран, учитывая культурно-исторические различия, геополитические устремления, заложенную традицией ХХ века конкурентность, — это регулируемое соперничество с постоянным элементом идейного противостояния, которое, однако, допускает возможность взаимовыгодной кооперации и взаимодействия по жизненно важным проблемам. В условиях глобальной среды последнее становится более востребованным.

Вообще, внимательно следить надо не за отношением Трампа к России, которое в итоге может оказаться гораздо более «обычным» подходом республиканца-консерватора, а за эволюцией того, как Америка смотрит на мир и понимает в нем свою роль. Начинает складываться новое устройство, и от позиции США во многом зависит пространство возможностей для других — что становится доступным, а чего надо добиваться (или не надо).

Рассуждать же о сделках, тем более «новых Ялтах» и прочих схемах раздела мира, не только бессмысленно, но и вредно.

Мир стал намного более демократичным и разнообразным, и мысль о том, что «крупняк» договорится о судьбе всех остальных, популярностью пользоваться не будет. Время сверхдержав уходит в прошлое, что тоже норма международных отношений, если смотреть на всю историю, а не только на прошлый век.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 23 февраля 2017 > № 2083492 Федор Лукьянов


Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 22 февраля 2017 > № 2084394 Герман Греф

Встреча с главой Сбербанка России Германом Грефом.

Президент, председатель правления Сбербанка России Герман Греф информировал Владимира Путина об итогах работы банка за 2016 год и текущей деятельности: перспективах развития рынка ипотечного кредитования, новых механизмах финансовой поддержки малого бизнеса, предприятий ВПК и сельхозпроизводителей.

В.Путин: Герман Оскарович, результаты: каков портфель, структура портфеля, рост доходов, прибыль у банка, – в целом, конечно, все эти показатели известны, но хотелось бы от Вас лично услышать некоторые вещи.

Г.Греф: Владимир Владимирович, прошлый год был для нас достаточно удачным. Если говорить о финансовых показателях, то за всю историю Сбербанка это самый удачный год. Мы заработали по российским стандартам [финансовой отчётности] 517 миллиардов чистой прибыли.

Наш самый лучший показатель до этого был в 2013 году, докризисном, – 360 миллиардов, и, в общем, для такого непростого года, мы считаем, что это очень неплохой результат. В принципе, по всем ключевым показателям у нас в прошлом году была очень неплохая динамика.

Мы в прошлом году выдали корпоративным клиентам более девяти триллионов рублей кредитов, и если говорить о росте нашего корпоративного кредитного портфеля, то он был минимальный. К сожалению, пока ещё спрос очень небольшой, и плюс переоценка портфеля за счёт укрепления рубля привела к тому, что у нас портфель за год практически не прирос.

Но если взять абсолютную цифру выдачи кредитов по сравнению с 2015 годом, то в прошлом году банк выдал на 35 процентов больше корпоративных кредитов, чем в 2015 году. Год 2015-й, конечно, кризисный, и, может быть, это не очень корректное сравнение, тем не менее относительная динамика достаточно неплохая.

По розничным клиентам мы в прошлом году выдали 1,6 триллиона рублей. Есть тоже небольшой прирост по розничному портфелю, порядка 8–9 процентов, но если нивелировать те факторы, о которых я уже сказал, укрепление рубля и так далее, сравнить с прошлым годом, то это рост на 28 процентов по сравнению с 2015 годом.

В.Путин: Прилично.

Г.Греф: Да. То есть явное оживление, хотя пока ещё оно не вполне докризисное, не очевидное, конечно. По сравнению с 2014 годом эти показатели, конечно, все ещё не восстановлены.

Качество кредитного портфеля, что очень важно для нас, в прошлом году серьёзно улучшилось. Мы снизили долю просроченной задолженности более чем на процентный пункт – с 3,1 до 2 процентов портфеля. Это, конечно, очень серьёзно повлияло на цифры нашей прибыли.

Если сравнивать качество нашего портфеля и управление нами риском, то мы в среднем в 2–3 раза лучше, чем рынок, и это, конечно, результат внедрения большого количества систем по управлению риском в банке, в том числе, конечно, автоматические системы по управлению риском. Собственно, это дало нам очень большой прирост чистой прибыли.

Ставки по кредитованию, Владимир Владимирович, в конце прошлого года уже достигли докризисного уровня практически по всем видам наших продуктов. И у нас есть такой сложный показатель – это достаточность капитала. Потому что банк – это единственный вид бизнеса, где всё время требуется поддержание определённого уровня капитала. Так как мы не получали денег от государства, мы полностью капитализируемся за счёт нашей чистой прибыли.

Все деньги, которые мы в прошлом году заработали, будут отправлены в капитал, кроме 20 процентов дивидендов, которые мы направим на выплату акционерам – это более 100 миллиардов рублей, из которых более 50 миллиардов рублей будут направлены в бюджет Российской Федерации через Центральный банк.

Два вопроса, Владимир Владимирович, которые Вы мне традиционно задаёте: первый – это ипотека.

В.Путин: Ещё сельское хозяйство и ВПК.

Г.Греф: Начну с ипотеки. Ипотечный портфель у нас в прошлом году вырос очень хорошо. Сегодня Сбербанк – это 55 процентов рынка ипотеки. Мы как в кризис выросли, и, в общем, поддерживаем эту долю, в первую очередь за счёт того, что мы запустили несколько очень интересных продуктов.

Хотел Вам доложить, что есть очень интересная программа, которая в этом году будет развиваться, сделана она вместе с Правительством. Мы запустили новый продукт, который делает наше дочернее предприятие – это сервис «Ипотека-онлайн», через специальный сайт «ДомКлик», где клиент может подать заявку и оформить все документы на получение кредита и подбор квартиры, не обращаясь физически в банк, и приехать в банк только один раз, потому что пока, к сожалению, нормативное регулирование не позволяет подписывать документы через удалённый доступ.

Поэтому нужно приехать один раз, чтобы физически это подписать. И первая стадия – вся, которая связана с коммерческим сектором: подбор квартиры и выдача ипотечного кредита – делается через «одно окно» в автоматическом режиме.

Мы в прошлом году начали эксперимент с Правительством. И спасибо Игорю Ивановичу Шувалову, он поддержал эту инициативу, и, в общем, мы даже не верили, что к концу года будет такой результат. Мы сделали совместный проект с Росреестром, и сегодня за четыре дня можно зарегистрировать право собственности, не обращаясь в Росреестр, – через Сбербанк.

То есть ты получил ипотеку, подобрал квартиру, оформил договор купли-продажи, отправил документы на регистрацию, и через четыре дня тебе пришлют в электронном виде свидетельство о регистрации, которое позволяет тебе въезжать в квартиру и больше никуда не обращаться. 17 процентов наших клиентов уже используют этот сервис. Это, конечно, очень большой сдвиг, и уже десятки тысяч квартир оформлены таким образом.

Сейчас мы работаем с Росреестром, чтобы сделать полностью автоматическим процесс и вообще сделать его онлайновым. Если человек пользуется услугами риелторов, обычно весь процесс стоил 150 тысяч рублей – от начала до конца, до оформления прав собственности. Сегодня этот процесс стоит примерно 10 тысяч.

Это первый такой проект, мы хотим дальше его продолжать с другими органами власти, чтобы уже человека не гонять ни по банкам, ни по органам власти. Это очень хороший проект.

В.Путин: И снижает затраты. А ставка [по ипотеке] у вас сейчас какая?

Г.Греф: По ипотеке сегодня у нас исторически самые низкие ставки. В этом году, с учётом того, что есть достаточно амбициозные планы по снижению инфляции, ставки будут падать, конечно. Поэтому я думаю, что в этом году мы выйдем на исторические, самые низкие уровни ставок по ипотеке.

Ещё один такой важный сегмент – это малый бизнес. Владимир Владимирович, я Вам в прошлый раз, когда докладывал, говорил, что у нас есть проблема с тем, что мы не научились хорошо кредитовать малый бизнес и у нас серьёзно упали объёмы.

Мы в конце прошлого года запустили новый проект, который назвали «Смарт-кредит» (или «Умный кредит»), который основан на анализе транзакционной информации наших клиентов, которые являются таковыми больше, чем полтора года.

Мы не требуем никакой информации, мы сами анализируем всю их деятельность на основе технологии больших данных и высылаем им предложение получить кредит. 63 тысячи клиентов в прошлом году получили от нас такое предложение, и мы уже до конца прошлого года выдали более 11 миллиардов рублей по новой технологии.

Самое главное, пока рано хвастаться, но мы видим, что по итогам первых трёх месяцев [программы] просрочка в малом бизнесе – это беда, к сожалению, – у нас всего 11 миллионов рублей просроченных кредитов, это рекордно низкая цифра. И это ключик, мы этот продукт сейчас лучше отрабатываем, пытаемся расширить на новые категории клиентов, но это принципиально новый подход.

В конце прошлого года благодаря этой технологии риски упали, невозвраты упали, мы от полутора до пяти процентных пунктов сразу снизили ставку по кредитам малому бизнесу. У нас сегодня максимальная ставка по кредиту малому бизнесу составляет 15–16 процентов, минимальная – 11,5. Раньше была минимальная [ставка] 15 процентов.

Это, конечно, большой шаг вперёд, и надеюсь, что в этом году мы сделаем большой прогресс в части предоставления кредитов малому бизнесу с учётом того, что с налоговой службой мы реализовали в прошлом году уникальный проект по предоставлению так называемых «умных планшетов».

В них есть полный набор возможностей регистрации юридического лица в удалённом режиме, открытие счёта в удалённом режиме и ведение бухгалтерского учёта, налогового учёта и отчётности – полностью всё в удалённом режиме. Они автоматически связываются с налоговым «облаком», и, в общем, это большой прорыв.

В.Путин: А как у вас сельское хозяйство, ВПК? Кредитуете в большом объёме?

Г.Греф: По ВПК у нас ситуация в прошлом году закончилась не очень хорошо, потому что ВПК нам вернул большое количество кредитов. Из-за этого у нас упал наш портфель.

В.Путин: Погасили прежние кредиты?

Г.Греф: Да. Если говорить о цифровых показателях, то у нас результаты не очень хорошие в силу того, что мы были самым большим кредитором и получили огромную сумму возврата в конец года.

В.Путин: Но для ВПК это хорошо.

Г.Греф: Для ВПК это хорошо, снижение заложенности, конечно, но для банка это не очень хорошо. Но самое главное, мы Вам докладывали в Ижевске, – эти первые принципиально новые подходы к оздоровлению предприятий. В этом году мы с целым рядом предприятий, которые были тогда намечены, начинаем уже такого рода комплексную программу, когда мы не просто даём кредиты, мы разрабатываем совместную программу по оздоровлению предприятия, финансированию, контролю за внедрением новых технологий по управлению предприятием.

По сельскому хозяйству у нас портфель очень быстро растёт, и, в общем, сельское хозяйство выдержало кризис. Это единственный портфель, который практически не пострадал. Мы – крупнейший кредитор в сельском хозяйстве. Мы много работали в прошлом году с Минсельхозом, в этом году начинает работать принципиально новый механизм по сельхозсубсидиям и дотациям.

Первый квартал будет непростой, когда мы будем новый механизм притирать, как всегда бывает, к сожалению, много сбоев обычно. Думаю, что к марту мы увидим, как это всё будет работать, но думаю, что тот механизм, который Минсельхоз предложил, в конце концов, по результатам, мне кажется, даст очень хороший результат.

В.Путин: В чём новизна?

Г.Греф: Все дотации распределяются очень прозрачно и направляются в банк напрямую, то есть нет посредников, нет субъектов Федерации, нет никакого выбора и так далее, нет влияния…

В.Путин: Административного.

Г.Греф: Да. И если у компании есть проекты, которые попадают в зоны, которые государство приняло решение субсидировать, и эти проекты приняты банком к финансированию – он считает риск их приемлемым, то автоматически субсидируется со стороны государства соответствующая ставка. Это новый механизм, он частично раньше использовался, сейчас Минсельхоз его очень сильно расширил.

В.Путин: Банк выступает как агент Правительства?

Г.Греф: Фактически да. Мы выступаем таким коммерческим агентом.

Россия > Финансы, банки > kremlin.ru, 22 февраля 2017 > № 2084394 Герман Греф


США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083511 Михаил Делягин

 Революция Трампа

против глобальных монополий

Михаил Делягин

Смена эпохи

Форма существования капитализма — неуклонное расширение рынков для сбыта своей продукции. Создав с уничтожением Советского Союза единый глобальный рынок, капитализм достиг объективного планетарного предела своего развития. Попытка сделать его безграничным при помощи организации масштабных и многоуровневых финансовых спекуляций, а также глубокого преобразования сознания его прямых и потенциальных успехов, несмотря на колоссальные успехи и сказочное расширение ёмкости рынка, в целом провалилась: даже финансовые спекуляции нашли свой объективный предел.

Капитализм упёрся в традиционный для себя кризис сбыта (пусть и новой, финансово-информационной продукции), однако на сей раз возможности расширения рынка отсутствуют по естественным, непреодолимым причинам.

При этом на глобальном рынке сложились глобальные монополии — и, естественно, начали загнивать. Загнивание монополий непосредственно проявляется в сжатии коммерческого спроса, который становится главным дефицитом эпохи. Борьба за спрос, за рынок сбыта носит тотальный и ожесточённый характер и растаскивает единые глобальные рынки на макрорегионы. В валютной сфере это хорошо видно по выделению и обособлению зон евро и юаня, в обычной торговле все страны "большой двадцатки", вопреки официальным декларациям, с момента обострения кризиса в конце 2008 — начале 2009 года усиливают протекционистскую защиту своего рынка (единственным исключением была Россия, но санкции поставили нас в общий ряд).

Распад единых мировых рынков на макрорегионы, который завершится срывом человечества в новую глобальную депрессию, — содержание времени, в котором мы живём.

Соответственно объективной тенденции развития человечества, как обычно, меняется и его доминирующая идеология: от либерализма, обслуживавшего нужды глобального рынка, — к патриотизму, выражающему интересы не глобальных спекулянтов, а народов. Смена доминирующей идеологии и реализующей ее экономической политики, отражающая принципиальную новизну наступающей эпохи, носит, без преувеличения, революционный характер.

Когда-то, на рубеже 70-х—80-х годов ХХ века, завершающуюся сейчас либеральную контрреволюцию элит начала Маргарет Тэтчер. Разложенное социальным иждивенчеством и отсутствием внятных перспектив общество стало слабее крупного транснационального бизнеса, подчинявшего себе государства, и Тэтчер возвела этот процесс в перл творения, создав современный политический либерализм, исходящий из необходимости служения государства именно международному капиталу, а отнюдь не своему народу.

Однако глобальной эта либеральная контрреволюция элит стала лишь с приходом к власти в доминанте Запада, США, выразителя той же самой объективной тенденции — Рейгана. Уничтожение Советского Союза временно (до срыва человечества в депрессию) сделало США доминантой всего мира, и новое качественное изменение, участниками которого мы являемся, станет глобальным лишь после того, как преобразует США, подчинит их себе и превратит их в свой главный инструмент.

Подобно контрреволюции элит, патриотическая революция народов началась вне США: её объявил в своей Валдайской речи в сентябре 2013 года президент Путин. В результате украинской катастрофы слабое и во многом подчиняющееся глобальным спекулянтам с их либеральной идеологией российское государство приобрело гибридный характер: внешняя и в значительной степени внутренняя политика носят патриотический характер, а социально-экономическая остаётся всецело либеральной. Политической "ногой" наше государство стоит в третьем тысячелетии, в 10-х годах XXI века, а социально-экономическую оно оставило во втором — в 90-х годах ХХ века. Разумеется, в этой интересной позе оно не в состоянии практически реализовать потребности новой эпохи и возглавить её, и глобальной патриотическая революция Путина стала лишь тогда, когда в США к власти пришёл разделяющий её ценности Трамп.

Патриотическая революция

В результате кардинального упрощения коммуникаций в ходе глобализации сложился принципиально новый всемирно-исторический субъект: глобальный управляющий класс, обслуживающий интересы различных групп глобального бизнеса.

Упрощение коммуникаций, являющееся основным содержанием глобализации, объективно способствует сплочению представителей различных имеющих глобальное влияние управляющих систем (как государственных, так и корпоративных) и обслуживающих их деятелей спецслужб, науки, масс-медиа и культуры на основе общности личных интересов и образа жизни. Образующие его люди живут не в странах, а в пятизвёздочных отелях и закрытых резиденциях, обеспечивающих стандартный (запредельный для обычных людей) уровень комфорта вне зависимости от страны расположения, а их общие интересы обеспечивают частные наёмные армии.

Новый глобальный класс собственников и управленцев противостоит разделённым государственными границами обществам не только в качестве одновременного владельца и управленца (нерасчленённого "хозяина" сталинской эпохи, что является приметой глубокой социальной архаизации), но и в качестве глобальной, то есть всеобъемлющей структуры.

Этот глобальный господствующий класс не привязан прочно ни к одной стране и не имеет внешних для себя обязательств: у него нет ни избирателей, ни налогоплательщиков. В силу самого своего положения "над традиционным миром" он враждебно противостоит не только экономически и политически слабым обществам, разрушительно осваиваемым им, но и любой национально или культурно (тем более — территориально) самоидентифицирующейся общности как таковой и, в первую очередь, — традиционной государственности.

Под влиянием формирования этого класса, попадая в его смысловое и силовое поле, государственные управляющие системы перерождаются. Верхи госуправления начинают считать себя частью не своих народов, а глобального управляющего класса. Соответственно, они переходят от управления в интересах наций-государств, созданных Вестфальским миром, к управлению этими же нациями в его интересах, в интересах конгломерата борющихся друг с другом глобальных сетей, объединяющих представителей финансовых, политических и технологических структур и не связывающих себя с тем или иным государством. Естественно, такое управление осуществляется в пренебрежении к интересам обычных обществ, сложившихся в рамках государств, и за счёт этих интересов (а порой и за счёт их прямого подавления).

Отдельные люди и целые народы многократно восставали против этого неоколониализма, но пока питающий глобальный бизнес глобальный рынок не исчерпал свои ресурсы и не был подорван собственными порождениями — глобальными монополиями, — эти протесты были обречены на поражение.

Сегодня ситуация кардинально изменилась: глобальный рынок распадается, и глобальный бизнес (а с ним его политико-идеологический инструмент — глобальный управляющий класс) стоит перед реальной перспективой утраты среды своего обитания.

В этой ситуации он довольно чётко разделился на две группы, которые ведут друг с другом непримиримую войну по всему миру, но наиболее явно и ожесточённо — в самих США в ходе антитрамповской кампании, уже приобретшей характер "холодной гражданской войны" на уничтожение.

Первая группа пытается любой ценой сохранить "старый мир", законсервировать распадающийся глобальный рынок, чтобы продолжать получать с него привычную прибыль. Её песенка спета: неумолимо распадающийся глобальный рынок хоронит членов этой группы под своими обломками. Блестящая фраза Сороса — "музыка кончилась, а они ещё танцуют" — сегодня может быть сказана про него самого.

Вторая группа глобального бизнеса — не только производственники, но и некоторые спекулянты, — сознавая неизбежное, приняла распад и пытается приспособиться к нему. Это вполне логично: раз процесс нельзя остановить, его надо возглавить и направить в выгодную для себя сторону. Раз старый мир обречён, надо не тратить силы и ресурсы на заведомо тщетную реанимацию, а научиться извлекать новую прибыль: сначала из его краха, а потом из новой реальности, которая стабилизируется на его руинах.

Эта часть глобального бизнеса поставила на Трампа.

Он такой же системный политик, как и Хиллари Клинтон, — только "гранаты у него не той системы".

Из мира либеральных спекуляций он пытается (по-видимому, искренне) построить — по крайней мере, в Америке — мир национально ориентированного производства.

Трамп стал символом и выразителем интересов тех сил — причём не только в одних лишь США, но и в самом глобальном бизнесе, — которые не готовы жертвовать Америкой ради глобальных спекуляций и совершенно спокойно пожертвуют ими ради Америки.

Это кардинальное изменение соотношения сил на глобальной арене и, соответственно, изменение самого вектора развития человечества.

Это касается всех.

На наших глазах и с нашим непосредственным участием мир вступает в новую эпоху, основным содержанием которой становится национально-освободительная борьба обществ, разделённых государственными границами и обычаями, против общего врага: всеразрушающего господства глобального управляющего класса. Это содержание с новой остротой ставит вопрос о солидарности всех национально ориентированных сил, ибо традиционная разница между правыми и левыми, патриотами и интернационалистами, атеистами и верующими попросту теряет значение перед общей перспективой социальной утилизации, разверзающейся у человечества под ногами из-за агрессии либерально ориентированных глобальных спекулянтов.

Практически впервые в истории теряют значение противоречия между патриотами разных стран, в том числе — и прямо конкурирующих друг с другом. Они оказываются попросту незначительными перед глубиной общих противоречий между силами, стремящимися к благу отдельно взятых обществ, и глобального управляющего класса, равно враждебного любой обособленной от него общности людей. В результате появляется объективная возможность создания ещё одного — как ни парадоксально, патриотического — Интернационала, объединённого общим противостоянием глобальному управляющему классу и общим стремлением к сохранению естественного образа жизни и суверенитета своих народов.

Мы уже видим, как отчаянные попытки либералов всех мастей поссорить Россию с Трампом при помощи цитирования действительно болезненных высказываний членов его команды разбиваются (причём с обеих сторон) о равнодушное пожимание плечами: мол, ну да, конечно, у нас разные интересы, и они, конечно, будут сталкиваться, но это сущие пустяки на фоне того, что нас действительно объединяет.

Патриотическая революция носит характер национально-освободительной войны (пусть даже "холодной") против глобальных монополий — в первую очередь, против глобальных спекулянтов, привыкших уничтожать народы и зарабатывать сверхприбыли при помощи либеральной идеологии.

Эта идеология всё чаще воспринимается как кровавое мошенничество — и ничего больше.

Новая эра конфликтов

Надвигающийся новый "многополярный" мир отнюдь не благостен (о чём предупреждал ещё отчаянно выступавший против "однополярности" Е.М. Примаков). Он страшен, конфликтен и более всего напоминает межвоенный период с его яростной борьбой всех против всех, допускающей самые фантасмагорические союзы (например, польско-немецкий — против Чехословакии и Советского Союза).

Совсем не факт, что противоречия между патриотами разных стран останутся в тени на фоне их общей борьбы против либеральных глобальных спекулянтов, стремящихся любой ценой сохранить единый мировой рынок. Даже если их сегодняшняя контригра по разжиганию конфликтов между своими патриотическими оппонентами (в качестве примера можно посмотреть на отношение польских и украинских патриотов к российским) потерпит крах, конфликты между патриотами разных стран усилятся и выйдут на первый план по мере ослабления либеральных глобальных спекулянтов.

А те нелиберальные спекулянты, которые уже сейчас готовятся зарабатывать в условиях распада мира на макрорегионы, с огромным удовольствием будут подзуживать патриотов, ибо война приносит им значительно большую прибыль, чем мир.

"Трампономика", как она есть

Противостояние с Китаем, несмотря на вал обрушившейся либеральной критики, отнюдь не является новацией Трампа — он всего лишь с большей яркостью и откровенностью выразил американский внутриэлитный консенсус, основанный на полном неприятии (как несовместимой с национальным суверенитетом США) экономической зависимости от торговли с Китаем и сохранения приобретённого тем американского госдолга.

И это выражение, в отличие от многих других обещаний Трампа, пока осталось только словами: он понимает силу Китая и совершенно не хочет дразнить его сверх меры.

Экономические новации Трампа в ином, и они уже одобрены бизнесом: вопреки обещаниям либералов, победа Трампа не только не обвалила, но и, напротив, подстегнула биржевые котировки.

Ключевая экономическая идеологема Трампа — рабочие места. Ему не нужен дешёвый импорт, как Обаме, — ему нужно, чтобы Америка снова работала. Для этого нужно вернуть на её территорию производства любой ценой — даже прямым административным принуждением.

Трамп будет добиваться повышения ставки ФРС, и не только потому, что без этого не удастся поддержать даже текущий баланс распадающейся американской экономики, а бесплатные деньги обессмысливают труд и создание рабочих мест, так как единственно-разумной деятельностью становятся спекуляции с этими деньгами.

Главной мотивацией Трампа, не просто оскорблённого и ошарашенного, но испуганного развязанной против него "холодной войной", сейчас должно стать истребление противников. Как бизнесмен он должен понимать: наиболее надёжный способ победы — уничтожение экономической базы врага. А повышение учётной ставки ФРС с эффективностью огнемёта делает банкротами большинство противостоящих ему либеральных глобальных спекулянтов.

Да, повышение ставки ФРС удорожит обслуживание американского госдолга, однако, как минимум, частично проблема будет, хоть и временно, решена усилением притока в США капиталов, привлечённых ростом доходности. А на худой конец Трамп может вспомнить о своём предвыборном обещании реструктурировать американский госдолг по старому принципу "кому должен, всем прощаю".

В целом, озабоченность его политикой в профессиональной среде вызвана не только пропагандистскими мотивами, но и вполне объективными проблемами резкого сужения масштаба рынков (при переходе от глобального рынка к макрорегионам). Трамп выражает объективную тенденцию и потому собирает урожай ненависти и страха перед ней. Но тенденция объективна, и нам всем предстоит, пусть и порознь, заново учиться жить в самостоятельных экономиках, управлять ими, преодолевать их монополизм и изыскивать качественно-новый технологический базис (ибо нынешний ориентирован на глобальный рынок и в существенной части неминуемо погибнет просто из-за сужения рынка, которое лишит его критически-значимых потребителей).

В этом новом мире Россия имеет колоссальные преимущества в виде массива так называемых "закрывающих" технологий (созданных в основном в военно-промышленном комплексе, но отражающих специфику русской культуры) — дешёвых и простых, но сверхпроизводительных, способных поэтому качественно повысить эффективность и снизить потребность в людях и производственных мощностях. Однако пока в российском госаппарате просто некому использовать имеющиеся у нас предпосылки для превращения в лидеров мирового развития.

Материал подготовлен в рамках реализации проекта "Научно-просветительская программа "Государство Российское: новый этап". При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации от 05.04.2016 № 68-рп и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией "Российский союз ректоров".

США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика. Госбюджет, налоги, цены > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083511 Михаил Делягин


Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083503 Иван Коновалов

 Философский камень XXI века

на вопросы «Завтра» отвечает директор лаборатории Vankon Иван Коновалов

Алексей Анпилогов

"ЗАВТРА". Наш сегодняшний разговор будет посвящён интересной теме — постепенному приходу в наш мир технологий трёхмерной печати. И мой первый вопрос: что такое аддитивные технологии и почему их так назвали?

Иван КОНОВАЛОВ. "Аддитивными" эти технологии назвали от английского глагола to add — "добавлять, плюсовать". Такое название эта группа технологий получила потому, что при их использовании происходит постепенное, послойное создание трёхмерного объекта, которое получается последовательным добавлением плоских слоёв в общий объём готового изделия.

"ЗАВТРА". А насколько инновационны аддитивные технологии? Ведь есть два противоположно-взаимоисключающих подхода к 3D-печати: с одной стороны, есть мнение, что "всё это не более чем дорогие игрушки", но, с другой стороны, есть и вторая крайность — что аддитивные технологии являются чуть ли не современным аналогом средневекового "философского камня", использование которого может превратить любой технологический процесс в машиностроении в "кнопочно-рутинное" программирование 3D-принтера, который уже сам всё сделает — от столовой ложки до лопатки турбореактивного двигателя!

Иван КОНОВАЛОВ. Я считаю, что с появлением аддитивных технологий мы получили ни много ни мало — новую промышленную революцию. Такая оценка отнюдь не сверхоптимистична: при должной организации работы с использованием систем автоматизированного проектирования (САПР), непосредственно связанных с 3D-принтерами, мы можем получать готовые изделия, полностью соответствующие требованиям конструкторов и разработчиков, уже через 3-4 часа после того, как окончательная цифровая модель создана средствами САПР. Даже десять лет тому назад процесс проектирования шёл через сложные этапы создания проекций и чертежей, потом — пластилиновых или гипсовых моделей, потом изготавливались на отдельном оборудовании опытные образцы — а теперь, с применением 3D-принтеров, это можно сделать "в один проход", и это не будет стоить слишком дорого. То есть срок доводки, отладки, испытания и приёмки изделия сокращается радикально, а сама структура промышленного производства, которая раньше была намертво привязана к громадным цехам, испытательным полигонам, большим производственным коллективам и множественным отделам в конструкторских бюро, становится избыточной. Условно говоря, завтра и самолёт, и ракету, и автомобиль при желании можно будет разработать на кухне, а собрать в соседнем гараже, при этом они будут иметь качество серийного изделия, и их изготовление не отнимет десятилетия напряжённого труда. Но, конечно, у существующих технологий 3D-печати есть свои ограничения, их тоже надо учитывать.

"ЗАВТРА". А какие сейчас есть ограничения у 3D-принтеров? Что они могут, а что им недоступно? Они могут, например, сразу сделать деталь из высокопрочного стального сплава?

Иван КОНОВАЛОВ. Вот об этих ограничениях я и упомянул. Нет, как раз из стали пока что 3D-принтеры ничего сделать не могут: нет такой технологии, которая могла бы точно и прочно спечь стальной порошок и получить готовое изделие, сравнимое по физическим и химическим свойствам с продукцией фрезерного или токарного производства. Последнее достижение аддитивных технологий в "стальном мире" — это лишь высокопрочная точечная сварка стальных конструкций, в такой технологии сейчас, например, собирают мост в Голландии, где все операции по соединению стальных балок производит робот. Однако, как вы понимаете, от такого подхода до "отливки" готового стального моста по 3D-модели всё-таки дистанция серьёзного размера.

С другой стороны, в части других металлов у 3D-принтеров есть серьёзные успехи, в первую очередь — в рамках развития технологий SLS (выборочное лазерное спекание) и SLM (выборочная лазерная плавка). SLS и SLM-принтеры уже освоили такие материалы, как алюминий и углепластики. Например, детали для ракетных двигателей J-2X и RS-25, изготовленные методом SLM, были приняты по качеству даже НАСА. Хотя они несколько уступают по плотности материала деталям, изготовленным литьём и сваркой, но отсутствие сварочных швов благоприятно влияет на прочность изделий, и в итоге получается то же самое качество, приемлемое даже для ракетной техники.

Основное препятствие применения мощной SLM-технологии в "стальном мире" сегодня — это вопрос создания качественных и дешёвых порошков для последующего спекания лазерами высокой мощности. Как только материаловедение решит задачу создания таких порошков — 3D-принтеры закроют практически весь спектр используемых человечеством материалов, кроме, пожалуй, самых экзотических. И вот тогда это станет настоящим "философским камнем": из горы невзрачного серого порошка можно будет собрать и собор, и яхту, и космический корабль.

"ЗАВТРА". Если речь зашла об экзотических материалах — то, возможно, стоит рассказать о медицине и опыте вашей лаборатории в создании весьма сложных "деталей", потом попадающих в человеческий организм?

Иван КОНОВАЛОВ. Да, медицинская сфера — нагляднейший пример того, как аддитивные технологии позволяют решать массу задач, которые невозможно было сделать пилой, зубилом или даже фрезерным станком с ЧПУ. На сегодняшний день очень масштабные разработки в медицинской отрасли связаны с 3D-печатью искусственных суставов, скелетных костей, элементов черепа и позвоночника. То, что сейчас доступно для больных людей и инвалидов в виде весьма ограниченного набора стандартных титановых или полимерных имплантатов-заменителей, которые надо подгонять и адаптировать под свойства и особенности конкретного человека, уже в промежутке трёх-пяти лет можно будет легко и массово получать в виде готовых имплантатов, созданных на основе компьютерной томографии (КТ). То есть напечатанный имплантат будет полностью повторять вышедшую из строя человеческую кость — в силу чего и сама операция пройдёт проще, быстрее пойдёт процесс заживления и реабилитации. В стоматологии эти технологии уже активно применяются, причём не только в западных странах, но и в России. Сегодня можно на основании той же КТ изготовить индивидуальные коронки для замены разрушенных зубов, и точность такой коронки будет в районе 10-15 микрон, это практически полный аналог живого зуба, человек не чувствует замены.

"ЗАВТРА". Так что, отдавать ребёнка в медицинское училище на зубного техника уже безнадёжное занятие? Его заменят 3D-принтером?

Иван КОНОВАЛОВ. Ну, всё не так трагично. В конце концов, с исчезновением московских извозчиков появились водители московских такси и машинисты метро. Так что, думаю, и в вопросе зубных техников всё не так печально — им надо будет просто переквалифицироваться в специалистов по стоматологическим аддитивным технологиям, которые будут знать о компьютерной томографии, фотополимерах и принтерах гораздо больше, чем сегодня знают о своих нехитрых инструментах. Вместо работы руками предстоит работа головой — разве это не вариант?

Более того, оказывается, что компьютерное моделирование позволяет уйти в более щадящие технологии и с точки зрения самих пациентов. Например, с помощью специальных накладок-кап сегодня можно безболезненно поменять прикус, что раньше приходилось делать установкой травмирующих и неудобных брекет-систем. Сейчас же изменение прикуса моделируется компьютером, а человек просто постоянно носит во рту корректирующую капу-накладку, которая день за днём двигает зубы так, как это рассчитал компьютер, оказывая на них точное управляющее давление. А результат один — ровные зубы, приятная улыбка, правильный прикус.

"ЗАВТРА". Зубы, кости, суставы… Это ещё можно понять и принять. А насколько реальны утверждения о том, что завтра можно будет "напечатать" послойно если не всего человека, то, по крайней мере, какие-то его органы, целиком состоящие из живых клеток, а не из костной и соединительной ткани, которые мы уже смогли воспроизводить достаточно уверенно?

Иван КОНОВАЛОВ. Пока что мягкие, "живые" человеческие органы и их печать находятся за пределами возможностей аддитивных технологий. Я здесь подчёркиваю именно слово "технологии", поскольку мы говорим не о каких-то смелых опытах в научных лабораториях, а о массовом явлении, которое влияет на нашу жизнь, изменяет наши представления о ней. Известно, что в США проводятся уже около десятка лет опыты по печати небольших участков достаточно простых тканей — кожи, мышц, кровеносных сосудов. Наибольшим успехом было создание в 2006 году из человеческих клеток имплантатов мочевых пузырей, с которыми люди живут и сегодня. Однако сама индустрия печати человеческих органов из живых клеток только зарождается, в настоящее время большая часть таких работ выполняется практически вручную, а при помощи 3D-делают только незначительную часть — создание плоской структуры слоя ткани. Но перспективы в этой сфере, конечно, захватывающие.

Это обычная ситуация — например, один из столпов современной 3D-печати, так называемая стереолитография (сокращенно — SLA) появилась на уровне лабораторных опытов ещё в 1960-х годах, когда впервые были получены стабильные результаты в виде "засветки" лазером фотополимеров в жидком состоянии, в результате чего в толще раствора полимера в жидком состоянии с помощью когерентного света формировали сложную пространственную структуру. Однако первый SLA-принтер был запатентован только в 1986 году, а создан в виде эффективного промышленного изделия десятилетием позже. Ну, а на нынешние высокие стандарты качества SLA-технология и вовсе вышла в середине 2010-х годов. Это обычный "шаг технологии": от идеи и опыта до массового применения и устоявшейся технологии всегда проходят не месяцы, но годы и даже десятилетия. Поэтому печать живого человеческого сердца я жду лет через десять, не раньше.

"ЗАВТРА". Живое сердце? А что, есть неживое? Оно-то зачем?

Иван КОНОВАЛОВ. Не смейтесь. Неживые, инертные модели органов мы печатаем на 3D-принтерах уже сегодня. И нужны они не пациентам, а врачам. Печень, почка, поджелудочная железа — это сложные трёхмерные органы, которые хоть и похожи у всех людей, но имеют разное положение полостей, протоков, сосудов и нервов, находящихся в них. В силу чего любой хирург, который проводит операцию на живом органе (а других-то нет!) какие-то подробности об их строении часто выясняет уже во время операции, когда его скальпель доходит, например, до неприятной вены, которая мешает работе. Да, до момента операции хирург всегда изучает и рентгеновские снимки, и плоские разрезы КТ, но всё равно — он работает с трёхмерным органом, работает в состоянии стресса и ограничений по времени, может допускать ошибки, действовать в неудачном ключе. А мы поступаем иначе: на основе последовательных срезов КТ делаем точную трёхмерную модель нужного человеческого органа из материала, похожего на живые ткани (пластик или силикон), после чего она попадает к хирургу — и он уже может спокойно разработать план операции, посмотреть, куда ведут его разрезы скальпеля, не пересекают ли они важные артерии или нервные окончания. И это, как оказалось, радикально экономит время — по оценкам, время операции сокращается в два-три раза, вместо двух-трёх часовой операции можно иногда справится за сорок минут, если у врачей была модель оперируемого органа. А это уже, согласитесь, технология.

То же — и в создании так называемых хирургических шаблонов, когда из такого же инертного материала создаётся накладка на орган или на ткань, которая не позволяет хирургу отклониться от оптимального направления в положении хирургического инструмента, повредить не те ткани или соседние здоровые органы. Тут самый наглядный пример тоже будет из области стоматологии: сегодня мы печатаем на 3D-принтерах высокоточные хирургические шаблоны для установки зубных имплантатов. В прошлом, до их прихода в медицину, имплантаты, особенно устанавливаемые в нежную верхнюю челюсть, иногда пробивали её верхний свод и выходили своими концами в слизистую или даже в полость гайморовой пазухи, вызывая потом постоянные воспаления в ней. Сейчас это осложнение исключили — в том числе и за счёт применения хирургических шаблонов.

"ЗАВТРА". А где ещё нашли своё "место под солнцем" аддитивные технологии?

Иван КОНОВАЛОВ. Уже традиционно для ХХ и XXI веков — любая новая технология что-нибудь да приносит в военной сфере. Так, на многих современных американских военных кораблях нашлось место 3D-принтерам, которые используются для печати запасных частей для военной техники. Это связано с тем, что военно-морской флот часто действует в удалении от своих ремонтных баз и складов снабжения, а возить с собой всю номенклатуру запасных частей, добиваться 100% надёжности или разбирать другие единицы такой же военной техники на предмет недостающих запасных частей — всё-таки ущербные и половинчатые варианты. В случае промышленного 3D-принтера всё выглядит не в пример элегантнее: всё, что нужно для его работы, — это электроэнергия, запас соответствующего полимерного раствора или металлического порошка, да полный набор цифровых чертежей и 3D-моделей потребных запасных частей. После чего при использовании 3D-печати можно сократить перевозимый на корабле склад запасных частей до минимума, а остальное получать из чрева 3D-принтера, когда эта запчасть сломалась и критически нужна.

"ЗАВТРА". А насколько реальны страхи, что распространение 3D-печати приведёт к тому, что завтра любой преступник или террорист сможет напечатать автомат Калашникова в любом сарае?

Иван КОНОВАЛОВ. Это, в общем, скорее "страшилки" массового бессознательного. Да, в сети уже полно видеофайлов, в которых американские граждане браво стреляют на заднем дворе из очередного пластикового пистолета, напечатанного на 3D-принтере. За кадром остаётся только то, что все эти изделия оказываются реально одноразовыми, рассчитанными именно на эти один-два выстрела для ролика на "Ютуб". И дело тут не только в слабости 3D-печати в части создания металлических деталей — в конце концов, знаменитый австрийский пистолет "Глок-17" большей частью сделан из высокопрочного термостойкого пластика, что и обусловило эргономичность и низкий вес этого пистолета.

Слабость нынешней массовой технологии 3D-печати, упомянутой SLA-стереолитографии — в том, что она пока ещё недостаточно точна для целей оружейного дела, её нижний предел точности находится где-то на уровне 16 микрон. Этого вполне хватает для многих бытовых приложений, но у стрелкового оружия требования повыше.

Однако и тут технология не стоит на месте — уже появились комбинированные станки, которые объединяют 3D-принтер и высокоточный фрезерный станок, причём создание готового изделия в них идёт непрерывно, в один проход. То есть такой агрегат удачно сочетает преимущества старой и новой технологий, и вот на нём уже можно создать всё что угодно, в том числе и то, что незаконно.

"ЗАВТРА". Что же тогда будет с абстрактными "токарями и фрезеровщиками 6-го разряда"?

Иван КОНОВАЛОВ. Это, безусловно, вопрос социальных изменений. С одной стороны, нельзя сказать, что нынешние аддитивные технологии — "детский конструктор", который можно приобрести в соседнем супермаркете и получить литейный, токарный и фрезерный цех на полке своего гаража. Нынешние промышленные 3D-принтеры, которые используют последние достижения SLA, SLS и SLM технологий, комбинированные обрабатывающие центры — это оборудование стоимостью в сотни тысяч и даже миллионы долларов. Так что "мгновенная смерть" ни токарям, ни фрезеровщикам уж никак не грозит — даже крупные и процветающие предприятия будут использовать аддитивные технологии на наиболее сложных и ответственных участках, где старые технологии были неэффективны или катастрофически трудозатратны. С другой стороны, если рассмотреть рынок в динамике, то тенденция очевидна: на сегодняшний день в России уже установлено и работает около десятка промышленных 3D-принтеров, которые могут закрыть задачи в авиастроении, оборонной промышленности, создании космических аппаратов. Если речь идёт о профессиональных машинах, которые используются, например, в медицинской сфере, то таких принтеров уже сотни. Так что я думаю, что с течением времени перед нынешними производственными рабочими встанет простой вопрос: или переквалифицироваться и постигать тонкости и сложности аддитивных технологий — или соглашаться быть "слабым звеном", роль которого будет постоянно уменьшаться.

"ЗАВТРА". Получается, только бесправному и низкооплачиваемому гастарбайтеру на московской стройке опасаться нечего? Его-то на дорогущий принтер никто не заменит!

Иван КОНОВАЛОВ. И это тоже неправильный взгляд. Аддитивные технологии уже пришли и в такую традиционную отрасль, как строительство. Более того, тут у России есть свои уникальные наработки: российская компания недавно сделала строительный принтер, который может печатать стены здания из стандартного бетона, заливая конструкции стен по заранее разработанному плану. К достоинствам этого изделия можно отнести его дешевизну: его создатели понимали, что конкурировать их детищу надо будет как раз с низкоквалифицированной и дешёвой рабочей силой, которую массово используют российские застройщики. С другой стороны, сделать такой бетонный принтер было гораздо легче, чем принтер, использующий лазерное спекание порошка или стереолитографию: в здании не нужны микронные точности, там и миллиметров вполне достаточно. В итоге получился достаточно интересный строительный принтер, и им уже заинтересовалась отрасль.

"ЗАВТРА". А куда завтра шагнёт аддитивная технология?

Иван КОНОВАЛОВ. Во-первых, конечно, за аддитивными технологиями останется в ближайшее время всё мелкосерийное и опытное производство — тут им нет равных ни по стоимости, ни по удобству, ни по срокам исполнения заказов. Во-вторых, везде, где нужна персонализация изделия, тоже будут использоваться различные технологии 3D-печати — такой подход открывает совсем другой мир, отличный от мира ХХ века, который прошёл под сенью известной фразы Генри Форда, сказанной им по поводу его легендарного автомобиля "Форд-Т": "Цвет автомобиля может быть любым, при условии, что он чёрный". Это фраза подчёркивала торжество индустриального подхода, в рамках которого потребитель был не более чем очередным "винтиком" в машине капиталистического способа массового производства. Аддитивные технологии позволяют уйти от этого диктата: автомобили будут не только "любого цвета", к чему мы уже привыкли, но и вообще — любыми. Любой формы, любого размера. Хватило бы вам фантазии и порошка с фотополимером.

Ну, и в-третьих, всегда нужно, конечно, учитывать оборотную сторону любой технологии. Если гипотетический "капитализм будущего" сможет остаться решающей силой — то мы сможем увидеть не только "новые органы в кредит", но и, например, "гамбургеры и пиццу из белковой массы, крахмала и пальмового масла", которую бесправным рабочим будут выдавать холодильники-принтеры в обмен на трудодни на самых тяжёлых и опасных работах. А в случае неуплаты по счёту людей будут лишать и такой "помойной еды" из принтера-пищераздатчика. Неприятный мир? Не спорю. Ведь, в конечном счёте, использование и развитие любой технологии зависит только от нас самих, и только нам решать: будут ли 3D-принтеры спасать жизни — или их приспособят для производства оружия и синтетической еды взамен натуральной.

"ЗАВТРА". Большое спасибо за интересную и содержательную беседу.

Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083503 Иван Коновалов


КНДР > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083473 Александр Проханов

 Явление вождя

главный редактор «Завтра» беседует с заместителем Председателя ЦК Трудовой Партии Кореи Ким Ги Намом

Александр Проханов

Александр ПРОХАНОВ.

Уважаемый товарищ Ким Ги Нам, в нашей стране после кончины Сталина были лидеры, но не было вождя. В вашей стране роль вождя очень важна. Я бы хотел понять, как появляется вождь? Можно выучить и воспитать инженера, врача, учителя, но нельзя выучить вождя. А как в вашей стране рождается вождь? Какими свойствами должны обладать и человек, и среда, в которой он воспитывается, чтобы возникла такая мощная и значительная величина?

КИМ Ги Нам

Это непростой вопрос, Александр Андреевич. На него нельзя ответить коротко.

Александр ПРОХАНОВ.

Это вопрос не только непростой, но и совершенно секретный.

КИМ Ги Нам

Не совершенно секретный, конечно, но этот вопрос занимает центральное место в теории кимирсенизма, кимирченизма, он ключевой. У нас есть народная поговорка: "Нашему народу повезло с вождями". А наши вожди часто говорили, что им повезло с народом. Все наши вожди вышли из народа.

В 1974 году я в составе большой делегации корейской ассоциации работников общественных наук посетил Японию. Мы объехали почти всю страну, побывали в 47 уездах. Встречались с японскими учёными, в том числе с первым генеральным директором Международного института изучения идей чучхе, видным, признанным в мире специалистом по международному праву. Я тогда задал ему вопрос: каким образом Ким Ир Сену удаётся вникать во все вопросы жизни страны и мудро руководить делами революции и строительства, в чём секрет?

Это почти такой же вопрос, Александр Андреевич, что вы задаёте мне. И тогда он тоже затруднился ответить на мой вопрос. Но тогда я, не задумываясь, сказал то, в чём всегда был убеждён: товарищ Ким Ир Сен считал народные массы своим учителем. А народ мудр. И у него можно научиться всему.

Такое основополагающее отношение к народу как учителю подчёркивал и товарищ Ким Чен Ир, и в настоящее время наш высший руководитель товарищ Ким Чен Ын.

В своей новогодней речи Ким Чен Ын дважды — в начале и в конце своего выступления — повторил, что ему не хватает знаний и опыта руководителя, чтобы самым достойным образом служить народу. И он поклялся перед всем народом ещё усерднее, самоотверженней трудиться и учиться у народа. Не помню примера, чтобы руководитель страны, глава народа делал такое признание и давал бы клятву усерднее работать, самоотверженней служить народу и учиться у него. Вот так могу ответить на ваш вопрос.

Александр ПРОХАНОВ.

Можно ли сказать, что вождь соединён двумя пуповинами, которые питают его соками: одна пуповина связывает его с народом, а другая связывает с небесами?

КИМ Ги Нам

Наши вожди — товарищи Ким Ир Сен, Ким Чен Ир и сейчас товарищ Ким Чен Ын — всегда подчёркивали, что народ для них — это небо. Девизом товарища Ким Ир Сена были слова "Поклоняться народу, как небу". По-корейски эта фраза состоит всего из четырёх слов, и в этих словах глубокий смысл, в них заключено поклонение народу и самоотверженное служение ему.

Вы, Александр Андреевич, наверное, слышали об успешном запуске нашей страной баллистических ракет. И когда были запуски ракет, Ким Чен Ын непосредственно на месте несколько дней и ночей напролёт работал, руководил процессом. А это северные районы, где очень холодно. Помимо того ещё и очень опасно, ведь не исключены аварии. Но он находился рядом со специалистами, учёными, которые монтировали ракету. Наш товарищ Ким Чен Ын работает именно так — дни и ночи. Я привык, что его звонки звучат и на рассвете, и днём, и ночью. У нас есть выражение "стальной полководец". Наш Ким Чен Ын — истинный стальной полководец.

Александр ПРОХАНОВ.

После вашего ответа хочется, чтобы когда-нибудь ночью мне позвонил товарищ Ким Чен Ын.

КИМ Ги Нам

Я знаю, что товарищ Ким Чен Ын очень уважает вас, Александр Андреевич. Вы известны у нас в народе. Ваши заслуги, работа писателя снискали большое уважение у народа КНДР.

Александр ПРОХАНОВ.

Спасибо, я очень тронут.

Товарищ Ким Ги Нам, не правда ли, что вождь лишь тогда — вождь, когда он с народом не только в минуты праздников, но и в минуты трагедий? Триумф страны — это триумф вождя. Трагедия страны — это трагедия вождя.

КИМ Ги Нам

Вы правы у нас в прошлом году в северо-восточных регионах было сильнейшее наводнение, вызванное тайфуном и сильными дождями. Оно привело к огромным разрушениям. Американцы говорили, что корейцы не переживут такое, не встанут на ноги.

На ликвидацию последствий нами были направлены военные подразделения. И хотя военные не были строителями, они за 2 месяца построили 15 тысяч квартир. И это не просто квартиры — их оборудовали бытовой техникой, мебелью, предметами обихода. Весь мир изумлённо воскликнул, что это чудо. Товарищ Ким Чен Ын руководил работами, сделал всё возможное для облегчения участи пострадавших. Я и сам был там на новосельях, и хочу сказать, что даже в Пхеньяне нет таких квартир, какие построены там и переданы людям.

Александр ПРОХАНОВ.

Ныне учение чучхе очень актуально, поскольку теория марксизма практически исчезла. Американцы сегодня после прихода Трампа констатируют крах американской мечты. Мусульманский мир, который пытался предложить свой вариант вселенской идеологии, разбомблен, уничтожен. Китайцы тоже не могут предложить мечту всему миру, у них нет универсальной идеи. Возник вакуум, и в этот вакуум должно войти учение чучхе, не правда ли?

КИМ Ги Нам

В конце 80-х—начале 90-х годов распался Советский Союз, Горбачёв, который был у власти, посадил в тюрьму членов ГКЧП. Они провели в тюрьме несколько месяцев. Но никакой вины на них не было, и власти вынуждены были их освободить. Среди них были министр обороны Дмитрий Язов и Олег Шеин. Они несколько раз приезжали в нашу страну. Олег Шеин написал статью, где говорил о том, что международное коммунистическое движение исчезло, центром мировой революции станет КНДР, и возглавить это движение может только товарищ Ким Чен Ир.

Александр ПРОХАНОВ.

Сейчас для российского президента очень важна проблема вождя. Кто он, Владимир Путин? То ли он отличный менеджер, который пришёл к управлению корпорацией. Или он лидер. Либо он — вождь. И мы, идеологи, пытаемся объяснить, как Путин превращается из лидера в вождя.

КИМ Ги Нам

Да, это будет хорошая работа, нужное объяснение.

Александр ПРОХАНОВ.

Вы запустили целую стаю баллистических ракет. Национальной птицей КНДР является сапсан. Это стая баллистических сапсанов. Поздравляю вас.

КИМ Ги Нам

Мы делаем упор на своё собственное производство вооружения, ядерного в том числе, наши ракеты сделаны нашими руками. В последнем запуске и установка была нашего производства.

Наши пусковые установки — передвижные, и враги поняли, что им не удастся в ответ нанести по КНДР превентивный удар. Противник ахнул, увидев, что наши ракетчики уже после пятиминутной подготовки могут производить запуск. В мире считаные страны — буквально только три государства — могут позволить себе такие технологии, и мы добились того, что стали обладать такими технологиями.

Александр ПРОХАНОВ.

А какова дальность ракет?

КИМ Ги Нам

Точной цифры у меня нет. Но есть предположения, что это 6 тысяч километров. Это удивительная технология, высокий уровень, потому что ракеты запускаются вертикально и потом выходят за атмосферу, там летят. Затем возвращаются, достигая цели на земле. И противник боится, потому что знает, что наши ракеты выходят за пределы атмосферы, а когда возвращаются, поражают цель. Это высокая, сложная техника. И мы уже создали её.

Александр ПРОХАНОВ.

Как советский писатель я описал советскую ядерную триаду. Я был на пусках таких вот мобильных установок, которые двигались по огромным пространствам и были неуязвимы для врага. На атомной подводной лодке я уходил в океан, где проходило дежурство, проводились стрельбы из-под воды. Летал на стратегическом бомбардировщике, который двигался из Белоруссии в сторону Западной Германии и готов был нанести по ней удар. Может быть, мне удастся описать корейскую ядерную триаду?

КИМ Ги Нам

Как знать…

Александр ПРОХАНОВ.

Но вернёмся к теме вождя. Как, по-вашему, создаётся, формируется вождь, как возникает феномен вождя?

КИМ Ги Нам

Вожди не создаются. Вождями рождаются. Вождь должен иметь преемника.

Александр ПРОХАНОВ.

А если у вождя родится не сын, а дочь?

КИМ Ги Нам

Не обязательно должно быть кровное родство между преемником и вождём. У нас самые тесные связи — это пэктусанские связи, они как кровное родство и даже больше, чем кровное. Гора Пэктусан — это героическое место, где действовали партизаны, сражался Ким Ир Сен. Там в партизанском отряде родился Ким Чен Ир. И эта энергия победы, коренящаяся в народе, перетекает от вождя к вождю, соединяет их в неразрывное целое.

Александр ПРОХАНОВ.

Прошу вас, уважаемый товарищ Ким Ги Нам, передайте мой нижайший поклон товарищу Ким Чен Ыну.

КНДР > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 22 февраля 2017 > № 2083473 Александр Проханов


Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083128 Маргарита Симоньян

Маргарита Симоньян: почему Россия не может представить свою точку зрения миру?

Бенжамен Кенель (Benjamin Quénelle), La Croix, Франция

Russia Today, главное российское международное СМИ, обвиняют в распространении кремлевской пропаганды в мире и стремлении повлиять на выборы во Франции. Его молодой главный редактор Маргарита Симоньян защищается, переходя в наступление на «так называемую свободную и демократическую прессу» на Западе.

Бенжамен Кенель: Russia Today — политический проект?

Маргарита Симоньян: Если считать France 24 политическим проектом, тогда да, Russia Today — политический проект. Россия — не первая страна, которая создала собственный канал для представления миру своей точки зрения. Взгляните на заявления французских политиков во время запуска France 24: они утверждали, что канал отразит французские взгляды на мир. В ВВС World долгое время заявляли, что их цель — нести в мир британские ценности. Почему Франция и Великобритания могут это делать, а России нельзя представить свою точку зрения миру? Что тут не так?

— Вы запустите Russia Today на французском языке до президентских выборов?

— Пока у нас есть интернет-сайт на французском языке. Мы также планируем запустить канал на французском, чтобы охватить французскую аудиторию. Мы сделаем это в конце года. Проект был отложен. Изначально в планах стоял 2014 год, но реализацию пришлось отсрочить из-за удара по нашему бюджету в связи с обвалом рубля. В любом случае, мы никогда не ставили перед собой цель начать вещание до президентских выборов во Франции. Это ложь, которую придумали французские журналисты.

— Незадолго до президентских выборов во Франции было начато несколько инициатив для борьбы с фальшивыми новостями, fake news. Вы это одобряете?

— Все было бы замечательно, если бы они на самом деле пытались бороться с fake news, а не использовали их как инструмент против нас. По сути мы имеем дело со средством давления, а не с инструментом демократической прозрачности. Французская пресса каждый день публикует фальшивые новости о Russia Today, Sputnik, России. И никто в Париже не осуждает эту дезинформацию.

— Почему Russia Today и Sputnik регулярно публикуют fake news?

— Мы их не публикуем. Можете мне поверить, как и у всех СМИ, у нас есть целая система проверочных фильтров, которые позволяют не пропустить ложную информацию. Иногда, конечно, бывают ошибки, но с Russia Today такое случается куда реже, чем с CNN. Как и любое информационное агентство, мы иногда допускаем ошибки. Но зачем сосредотачиваться исключительно на этих ошибках и делать из них целую историю, игнорируя при этом каждодневно направленную против нас дезинформацию? Такой подход никак не назвать справедливым и объективным.

Мы регулярно даем комментарии и объяснения запрашивающим их западным СМИ, но они их не публикуют. Они лишь смеются над этим, потому что преследуют собственную цель: они пишут о нас то, что собирались, вне зависимости от реальных фактов. Мы разочарованы отношением к нам западной прессы. Изначально мы думали, что вы объективны и честны.

— Как бы то ни было, вы трижды публиковали ложные сведения об Эммануэле Макроне (о французских корреспондентах в Москве в футболках «Вперед!», двойной жизни Эммануэля Макрона и расходах на его поездку в Ливан)…

— Это просто немыслимо! Статья о французских корреспондентах в Москве в футболках движения «Вперед!» основывается на словах представителя «Республиканцев» в Москве. Мы взяли у него интервью, а затем рассказали о событиях во французской политике на основании того, что он нам сообщил. (На самом деле французские корреспонденты не ходили в футболках «Вперед!», — прим. ред.).

Что касается заявлений о том, что Russia Today первым писал насчет возможной двойной жизни Макрона, это неправда. Посмотрите сами на то, что до этого сказал Николя Саркози французской прессе, и на его намеки насчет Эммануэля Макрона.

Наконец, по поездке Эммануэля Макрона в Ливан, об этом писала французская пресса, и мы лишь подхватили это. Но ваши СМИ затем представили ситуацию так, словно все исходило от нас. Шума наделали и другие статьи, но вы упоминаете только три из них. Вы выбрали их, потому что они подкрепляют ваши аргументы. Вы и ваши коллеги задаете мне вопросы конкретно о трех этих новостях, словно кто-то приказал вам задавать эти вопросы. Ваша задача — показать вашим читателям, что Russia Today и Sputnik против Эммануэля Макрона, хотя мы лишь повторяем то, о чем говорит французская пресса.

— Удалось ли Russia Today за 12 лет существования изменить образ России за границей?

— Нашей целью никогда не было менять образ России за границей. Наша задача — рассказать миру то, о чем ему не говорят. После всего того, о чем твердила ваша так называемая свободная и демократическая пресса, ваши страны спокойно бомбили Ирак и Ливию, и никто не сказал ничего против. Дело в том, что ваше общественное мнение слушает и поддерживает спецслужбы, не ставя ничего под сомнение.

Взгляните, как в США убеждали население в необходимости войны в Ираке: аргументы американской власти и прессы были самыми настоящими fake news. Вся западная пресса говорит одно и то же. Миру нужна другая точка зрения. Миру необходимы другие голоса.

Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083128 Маргарита Симоньян


Франция. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083080 Марин Ле Пен

Марин Ле Пен: «У отмены двойного гражданства могут быть исключения»

В воскресном интервью L'Orient-Le Jour лидер Национального фронта и кандидат в президенты Франции Марин Ле Пен заняла неоднозначную позицию по своему интересующему тысячи ливанцев проекту отмены двойного гражданства. Кроме того, она не стала обращать внимание на отрицательное отношение ливанцев к режиму Асада (после 30 лет оккупации и устроенных в 2005 году убийств) и подтвердила поддержку сирийских властей.

Сириль Нем (Cyrille NÊME), Сандра Нуджеим (Sandra NOUJEIM), Энтони Самрани (Anthony SAMRANI), L'Orient-Le Jour, Ливан

L'Orient-Le Jour: Вы впервые провели встречу с действующим главой государства во время поездки за границу. Почему это стало возможным в Ливане, а не где-то еще?

Марин Ле Пен: Прежде всего, я думаю, что сегодня моя партия — первая во Франции. У нас сложились давние дружеские связи с Ливаном, и по случаю избрания президента Ауна мне показалось необходимым совершить эту поездку для встречи с главой ливанского государства.

Мне кажется, что у Ливана и Франции есть особая связь. Она ослабла за последние годы, но я намереваюсь серьезно укрепить ее. Прежде всего, вокруг франкофонии: она является нашим общим достоянием, экономической и культурной магистралью, которую вновь необходимо открыть.

Далее, вокруг геополитического видения, потому что Франция больше не является, но должна вновь стать великой державой и фактором равновесия, в частности между США и Россией. Ливан тоже представляет собой фактор равновесия, как по своей истории, так и способности предоставить каждой религии место в управлении страной. Это стало возможным благодаря приверженности ливанцев Ливану, которая стоит выше религиозной идентичности. Мне кажется, эту модель следовало бы применять и в других странах. Это патриотическая модель, которая продвигается нами на протяжение многих лет и полностью противоречит коммунитаризму англосаксонского типа. Его примером может послужить Великобритания, где исламским судам позволили осуществлять развод.

— В Ливане права человека и семьи, а также политическая система определяются общинами. Такую модель вам бы хотелось видеть в других странах?

— Когда я говорила о других странах, то не имела в виду Францию. У каждой страны есть своя история, и я не стремлюсь любой ценой навязать французскую модель, поскольку концепция светского общества нередко не встречает понимания в других государствах. Тем не менее я считаю, что нас объединяет приверженность патриотизму, и что такая модель в регионе позволила бы сохранить целостность религий и меньшинств, которые сегодня подвергаются нещадным гонениям.

— Вы не хотите такой коммунитаристской модели для Франции, но полагаете, что она идет на пользу Ливану…

— Мне не кажется, что в Ливане существует коммунитаризм. Если ливанцы ощущают себя в первую очередь гражданами страны, это уже не коммунитаризм.

— Учитывая сложившийся в Ливане кризис из-за появления беженцев, намереваетесь ли вы сохранить или расширить принятое на конференции в Лондоне в феврале 2016 года обязательство Франции о выделении 100 миллионов евро стране в 2016-2018 годах?

— Да, я, разумеется, оставила бы в силе эту помощь. Что касается ее увеличения, посмотрим, будет ли это необходимо. Хочу отметить, что с самого начала миграционного кризиса я была единственной (пусть даже сейчас ко мне присоединяется Европейский Союз), кто говорил, что принимать мигрантов в Европе — большая ошибка. Международное сообщество могло бы с самого начала сформировать и профинансировать гуманитарные лагеря в Сирии и соседних странах под ответственность Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев. Так можно было бы разместить беженцев неподалеку от дома.

— Ливан сегодня принимает от 1 до 1,5 миллиона сирийских беженцев, тогда как Франция обязалась принять 3 000 в 2016 и 2017 года. По-вашему, это нормально?

— Когда возникает кризис, его урегулирование вполне обоснованно протекает на региональном уровне. Если бы вдруг завтра возникла серьезная проблема, например, природная катастрофа в Германии, не думаю, что немцы поехали бы в Ливан! Как бы то ни было, я не считаю нормальным то, что Ливану приходится выпрашивать помощь международного сообщества. В любом случае, общая цель — вернуть сирийцев в родную страну…

— Значительная часть из них не вернутся, пока у власти остается Башар Асад…

— Кто не вернется? Если исламистские фундаменталисты останутся, а остальные вернутся в Сирию, в ближайшие годы у вас определенно возникнут серьезные проблемы!

Как бы то ни было, Ливан не обязан терпеть, он может с полным на то основанием отправить беженцев в родную страну по окончанию войны.

— В ходе поездки в Бейрут вы провели встречи со многими политическими и религиозными деятелями, в частности с патриархом маронитов и муфтием. Вы обращались ко всем сторонам с одним и тем же посланием?

— Разумеется, у меня не было никаких причин встречаться с одними, но не с другими. В ходе визита я особо подчеркивала значимую роль Франции в защите восточных христиан: это историческая роль, от которой никак нельзя отказываться.

— Вы считаете, что Франция забросила ее?

— Отчасти да. Николя Саркози сказал восточным христианам: «Нужно будет уехать из ваших стран, чтобы вас приняли беженцами в Европе». Мне кажется, он совершенно не понял их стремлений, не понял Ливан. В то же время Жак Ширак, с которым у меня было немало разногласий, и Франсуа Миттеран сохраняли исторические связи Франции и Ливана. Я борюсь за то, чтобы христиане остались в родной стране.

— Как можно совместить стремление защитить восточных христиан и поддержку сирийского режима, который навлек немало бед на голову ливанских христиан и в частности устроил политические убийства их лидеров?

— Самое сложное в войне — остановить ее. Раз Франции и Германии удалось достичь примирения, думаю, что Ливану и Сирии это тоже по плечу. Мне кажется, что прийти к миру можно как раз в борьбе с общим врагом. Этим врагом сейчас, бесспорно, является «Исламское государство» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.). Этот общий враг может помочь собрать за одним столом Россию, Ливан, США, Францию… Я говорила еще с самого начала сирийского конфликта (причем тогда в одиночестве), что свержение Башара Асада лишь поможет ИГ взять власть в Сирии.

— ИГ не существовало в начале сирийского конфликта…

— Вы правы, оно зародилось в Ираке благодаря США. Что касается Сирии, думаю, что те, кто сделал ставку на не связанную с исламистскими фундаменталистами умеренную оппозицию, должны были понять, что если она и существует, то крайне слаба и не может быть альтернативой Башару Асаду. В геополитике зачастую приходится выбирать меньшее зло, а по моему мнению в данном случае меньшее зло — Башар Асад. Я — француженка и считаю, что он не был угрозой для Франции.

— Если вас изберут, вы нормализуете отношения между Францией и сирийским режимом? В том числе путем возобновления работы французского посольства в Сирии и встречи с Башаром Асадом?

— Да, разумеется. Потому что мне хочется, чтобы все собрались за столом переговоров. Думаю, Франция допустила огромную ошибку, разорвав отношения с Сирией. Дело в том, что разрыв отношений с Сирией повлек за собой разрыв отношений между французской и сирийской разведкой. Это не дало нам увидеть нависшую над нами угрозу. Но я не собираюсь никого учить жизни, желающих найдется немало и без меня. Для меня главное — защита интересов Франции.

— Может ли эта защита предусматривать военное вмешательство по примеру операции Москвы в сотрудничестве с Дамаском?

— Россия была вынуждена начать военное вмешательство как раз потому, что ранее определенные страны приняли меры для ослабления Башара Асада, единственного, кому было по силам дать отпор исламистским фундаменталистам. Это эффект домино.

— В похожей ситуации Франция последовала бы примеру России, если бы вы были президентом?

— Если бы я была главой государства в начале войны в Сирии, я предоставила бы поддержку Башару Асаду в борьбе с исламистами, но не стала бы проводить вмешательство. Каждый раз, как мы вмешивались в чужие конфликты, это оборачивалось для нас катастрофой. Мне кажется, что Франция должна вмешиваться только в том случае, если о том просит правительство.

— По вашим словам, Башар Асад является лучшим партнером в борьбе с ИГ, хотя он сам и его союзники ставили на первое место борьбу с мятежниками, а не ИГ? Об этот свидетельствует взятие этой группой Пальмиры во время наступления в Алеппо…

— Я не могу поставить себя на место Башара Асада и сказать, почему нужно было бороться за Пальмиру, а не Алеппо. У меня нет достаточной информации, чтобы рассуждать об этом. Но я не сомневаюсь в стремлении Асада бороться с ИГ.

— У вас никогда не было на этот счет ни малейших сомнений?

— Нет, никаких.

— Радикальный ислам включает в себя «Хезболлу»?

— У меня нет каких-то особых отношений с «Хезболлой», и я никогда не встречалась с ее представителями. Вы так говорите, словно они — мои лучшие друзья. Все предельно прозрачно: я общалась с самыми разными депутатами и представителями ливанских политических сил, но у меня нет каких-то особых связей ни с кем из них.

— Одна из представленных в вашей программе мер наделала немало шума в Ливане. Вы намереваетесь отменить двойное гражданство с неевропейскими государствами. Как объяснить десяткам тысяч франко-ливанцев, что им придется выбрать одну из двух стран?

— Прежде всего, мы еще не определились, будет ли такая мера иметь обратную силу. Мы думаем над этим, но решение еще не принято. Это означает, что данное постановление коснется лишь тех, кто намеревается получить двойное гражданство.

Мне хочется добиться прояснения условий получения французского гражданства. Есть ряд стран, где получение двойного гражданства с Францией не представляет сложностей, а с другими все несколько труднее…

— Будут ли исключения?

— В самом постановлении нет. Однако впоследствии могут быть заключены двусторонние соглашения с рядом стран. Препятствий для этого нет. Я не собираюсь упрямо ставить запреты…

— Могут ли потенциальные исключения руководствоваться какими-то иными критериями помимо национальности?

— Религиозных критериев не будет, если вы об этом… Хочу еще раз напомнить, что я в принципе считаю, что у человека может быть лишь одно гражданство, потому что речь идет о нации.

— Однако франко-ливанцы считают, что две их идентичности тесно связаны друг с другом…

— Отношение ливанцев к двойному гражданству пропитано тревогой. Они так крепко держатся за двойное гражданство с Францией, потому что все еще боятся возвращения войны.

— В ходе визита вы не пытались привлечь средства для президентской и парламентской кампании у ливанских спонсоров и банков?

— У меня нет ливанских спонсоров. И я приехала не за тем, чтобы их искать. Но если ливанские банки захотят одолжить мне денег на президентскую кампанию, они заинтересованы в этом, если стремятся к развитию Ливана!

Франция. Ливан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083080 Марин Ле Пен


Франция > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083057 Каролин Валентен

Франция — главное поле битвы политического ислама

Проблема беженцев и иммигрантов, Le Figaro, Франция

По случаю выхода книги «Подчиненная Франция: голоса несогласных» Каролин Валентен дала большое интервью социологу Матье Боку-Коте. Одна из соавторов вышедшей под редакцией Жоржа Бенсуссана работы представляет взгляд изнутри на охвативший страну культурный кризис.

Франция представляет собой главный театр наступления исламизма в Европе. Причем это означает не только теракты за последние два года, но и формирование на французской территории настоящего контробщества, которое все больше дистанцируется от остальной нации. Оторванность элиты, цензура французской идентичности, отсутствие физической и культурной безопасности, рост числа неразумных уступок в школах и больницах…

Анализ и критика такого безволия стали главной целью вышедшей недавно в издательстве Albin Michel книги «Подчиненная Франция: голоса несогласных» (Une France soumise: les voix du refus) под редакцией Жоржа Бенсуссана (Georges Bensoussan) в сотрудничестве с Шарлотт Бонне (Charlotte Bonnet), Барбарой Лефевр (Barbara Lefebvre), Лоранс Маршан-Тайяд (Laurence Marchand-Taillade) и Каролин Валентен (Caroline Valentin). Работа включает в себя рассказы очевидцев и аналитику (мне тоже посчастливилось приложить к этому руку) для формирования общей картины подчинения Франции. Каролин Валентен любезно побеседовала со мной об этой выдающейся книге, которая оставит свой след в умах и позволяет серьезно поразмышлять над ситуацией во Франции вдали от привычных шаблонов СМИ, слишком часто затуманивающих взгляд.

Матье Бок-Коте: Госпожа Валентен, вам довелось работать над книгой «Подчиненная Франция: голоса несогласных», которая вышла 18 января этого года в издательстве Albin Michel под редакцией Жоржа Бенсуссана. Позвольте для начала задать вам простой вопрос: чему или кому подчинена Франция?

Каролин Валентен: Перед тем как ответить на ваш вопрос, думаю, будет важно отметить особенность книги. Она представляет собой не политический трактат, а сборник рассказов очевидцев и аналитики. Свидетельства (чаще всего анонимные) обычно исходят от людей, которые непосредственно работают в этой среде. Это не публичные деятели, а сотрудники образовательных и медицинских учреждений, сил безопасности. Аналитика чаще всего составлена интеллектуалами, которые освещают поднятые в рассказах очевидцев темы: вопросы идентичности, мультикультурализм, упадок национального образования, раскрепощенный антисемитизм и, разумеется, мстительный и требовательный политический ислам, который по большей части подпитывает нападки на светское государство и республиканский порядок.

Книга проливает свет на тот факт, что в рамках борьбы с западным политическим либерализмом политический ислам считает Францию одним из главных, если не главным полем битвы. Но это еще далеко не все. Собранные свидетельства иллюстрируют отказ большого числа представителей власти от жесткого и повсеместного следования республиканской законности. И раз природа не терпит пустоты, место этой законности заполняет подчинение целых регионов страны правилами, которые чужды тем, что установил народ демократическим путем.

Это касается фотографии класса, на которой некоторые ученики стоят, сложив руки в антисемитском жесте: несмотря на все требования учителя, ее не стали переделывать и раздали семьям, как есть. Это касается ученика, который оскорбляет педагога и угрожает ему, но остается совершенно безнаказанным. Разумеется, это касается ношения паранджи в общественных местах: несмотря на закон 2010 года, это практически не встречает противодействия со стороны полицейских, потому что те боятся, что над ними устроят самосуд, как было в июле 2013 года в Траппе. Более того, руководство даже призывает их не составлять протоколов, чтобы не нарушать общественное спокойствие.

Касательно названия книги, хочу отметить один важный семантический момент: оно предполагает, что подчинение охватывает не всю Францию, а ее часть. Дело в том, что сама концепция Франции многослойна: помимо географической составляющей речь может идти о французской нации, которая в свою очередь включает в себя французский народ и его руководство. В данном случае мы подчеркиваем линию разлома, которая идет вдоль каждой составляющей Франции по отношению к упомянутому нами подчинению. В подчинении находится часть территории, часть политического руководства и чиновников и, следовательно, к большому сожалению и против его воли, часть народа.

В такой перспективе одна из особенностей нашей книги заключается в том, что свидетельства в ней даются изнутри, участникам гражданской жизни (по большей части госслужащими), которым на каждодневной основе приходится сталкиваться с описываемыми ими проблемами. Иногда речь идет о происшествиях, которые напоминают те, что описываются в газетах, однако книга предоставляет слово лично прошедшим через это людям.

Кроме того, как отмечает один из очевидцев, бывший педагогический инспектор Бернар Гремион (Bernard Grémion), госслужащих зачастую вынуждает молчать администрация, которая стремится монополизировать информационный поток вокруг этих инцидентов (и даже замять дело, ответив молчанием на запросы журналистов). В результате роль государства в упадке собственного авторитета просматривается в книге намного более четко, чем в прессе.

На ее страницах перед читателем разворачивается противостояние между французской нацией, ее правилами и идентичностью с одной стороны и контробществом с другой стороны. Оно включает в себя отчасти (лишь отчасти) французских мусульман: тех, кто считают Францию враждебной средой и хотят формирования салафитского контробщества, и тех, кто стремятся к англосаксонской общинной модели, чтобы расширить заметность и место мусульман в общественном пространстве.

У этого контробщества имеются черты, на которые опирается его неприятие французской республиканской модели, светского общества и гуманизма: представление мусульманина как высшего существа, эндогамия, солидарность исключительно с одним сообществом в отличие от нашего принципа всеобщего братства, несогласие со свободой совести и слова, клеймение любых проявлений критики ислама, неприятие равенства, роль жертвенности женщин в структуре сообщества и ношение вуали. Как часто отмечают, это контробщество зародилось в пустоте, на отсутствии духовности и в условиях кризиса государства.

Как бы то ни было, здесь не стоит приуменьшать роль политического ислама и его пропаганды собственной жертвенности. Они пытаются воспользоваться людьми, которыми тем проще манипулировать, что их плохое понимание общества делает их восприимчивыми к всевозможной фантасмагорической риторике о неприятии французской культуры (утверждается, что все они становятся ее жертвами повсюду во Франции). В нашей книге существует немало материалов по этому поводу, например, от палестинского писателя и политического беженца Валида Хусейни, который сидел в Палестине в тюрьме за вероотступничество и основал во Франции Французский совет бывших мусульман, и писательницы алжирского происхождения Джемили Бенабиб.

Книга говорит нам о том, что на части территории страны противодействующее нашей модели контробщество смогло взять верх и насадить собственные правила в ущерб правилам нации, которая подчиняется этой обструкции, хотя у нее есть средства дать отпор. Кстати говоря, именно отсутствие реакции со стороны тех, кто должен следить за соблюдением правил, подтолкнуло людей взять слово: если бы с такими случаями боролись и принимали необходимые меры наказания, участвовавшие в создании нашей книги люди не испытывали бы такого возмущения и негодования.

Есть множество примеров ситуаций, когда местных чиновников просили воздержаться от применения власти, хотя только она обладает легитимностью перед лицом другой власти, которая таковой не является. Слабость государства и вызываемое ей презрение ложатся в основу контробщества и становятся катализатором его расширения. К точно такому же выводу приходит социолог и эксперт по исламу во Франции Тарик Йилдиз. Его посвященное французским мусульманам исследование показало, что те прекрасно осознают слабость государства: некоторые недовольны ей, а другие рады, потому что «хотят занять его место». Из-за фактического отсутствия государства в некоторых уголках Франции государственные функции оказываются в руках исламистов, причем не обязательно наиболее радикально настроенных из них.

— С каких пор Франция оказалась в подчинении?

— Это подчинение начало постепенно формироваться по мере роста населения африканского происхождения в результате уже не трудовой иммиграции, а процесса воссоединения семей, которому была вынуждена подчиниться Франция с 1974 года. Как бы то ни было, эффект массы — не единственный фактор. Не меньшую (если не большую) роль сыграл отказ от призыва к ассимиляции, который до того момента был на первом месте во Франции. Она была наиболее приспособившейся к иммиграции европейской страной, так как принимала иностранцев на своей территории с середины XIX века.

Что касается конкретной даты отказа от ассимиляционной политики, мнения здесь расходятся.

Некоторые, как, например, журналист Эрве Алгаларрондо (Hervé Algalarrondo) считают поворотным моментом события мая 1968 года, когда демонстранты увидели, что не пользуются поддержкой среди рабочего класса: он предстал в их глазах уже не движущей силой революции, а наоборот бастионом утвердившегося порядка. Другие, как географ Кристоф Гийюи (Christophe Guilluy) и журналистка Элизабет Леви (Elisabeth Lévy), берут за отправную точку приход левых к власти, первые городские беспорядки в конце 1970-х годов и либеральный поворот в экономике 1983 года, который ознаменовал отход от социальных вопросов.

Левые с течением лет заменили символическую фигуру рабочего фигурой иммигранта и объявили его новой жертвой номер один ценой искаженной интерпретации антирасистской идеологии, которая утвердилась на Западе во второй трети ХХ века. Антирасизм подменил собой классовую борьбу, а прославление культурных различий стало новой summa divisio общества, позволяя привлекать голоса граждан с помощью их самоидентификации уже не по классовым интересам, а по их принадлежности к этническому меньшинству ради получения неких особых преимуществ. Когда правые затем вновь пришли к власти, они никак не изменили такое положение дел и тоже держались за мультикультурализм, пусть, наверное, и по несколько иными причинам (это касается, например, идеи счастливой глобализации).

Помимо такого идеологического сдвига причиной попустительства и близорукости можно считать и существенные перемены в обществе. Сейчас мы, наверное, не станем подробно рассматривать это попустительство и лишь скажем, что оно явно имеет отношение к индивидуализму, эпохе эгоцентризма, который все больше утверждается в наших обществах и ведет людей к мысли, что они могут пользоваться своими правами и свободами совершенно беспрепятственно. При этом они забывают, что означает принадлежность к социальной группе: права в равной степени подразумевают обязанности, а свобода одних неизменно заканчивается там, где начинается свобода других.

Как говорил Камю, человек должен сдерживаться. Это отражает простое, но прекрасное правило, на котором зиждется вся совместная жизнь в цивилизованном обществе. В теории, если не человек не сдерживается, ему может грозить наказание. Административное или судебное для нарушителей закона, а также социальное, когда речь заходит о порядках и обычаях: осуждение, упреки или даже исключение из общества. Писанные и неписанные правила передаются именно так, через ежедневную и постоянную конфронтацию людей между собой внутри общества, к которому они принадлежат.

Сейчас же мы видим, что под вопросом оказалась сама идея ограничения и наказания. Причем, как ни парадоксально, в значительной степени это дело рук самого государства, потому что оно по факту больше не реализует свою власть. Левиафан пошатнулся, и в таких случаях мы неизменно наблюдаем одно и то же явление: государство становится сильным со слабыми и слабым с сильными. В частности это проявляется в юридической асимметрии, которая бьет по самой сути судебной системы: государство ведет себя совершенно непримиримо с любыми проявлениями дискриминации (тут мы видим продолжение самообличительного постулата о том, что Франция — неизлечимо расистская страна), но, как мы демонстрируем в книге, ему совершенно не хватает жесткости в противодействии агрессивному неприятию интеграции и французской культурной идентичности.

Самоустранение государства проявляется прежде всего в подходе к символике власти. Мы — старая христианская страна, которая несколько отошла от Бога (к этому я еще вернусь), но в куда меньшей степени от идеи святого. Власть во Франции может заявить о себе только в том случае, если воплощает святое, суть жертвы человека ради общего блага, что должно иллюстрироваться примерным поведением, достоинством, высотой взглядов. Только вот со времен Валери Жискар д'Эстена и особенно Николя Саркози и Франсуа Олланда это стремление к символизму исчезло.

Эпоха эгоцентризма — это время эгоистических лидеров, которые не стесняются выставлять частную жизнь на всеобщее обозрение и даже не пытаются скрыть погоню за личными интересами и чисто предвыборный характер своих поступков. В конечном итоге, они демонстрируют, что являются всего лишь обычными людьми. Все это ведет к разрушению представлений о вертикальном характере власти.

Если же эта вертикаль ставится под сомнение, начинает рушиться все здание. Это означает не только исчезновения Левиафана, но и подрыв легитимности гражданского контроля, обычаев и традиций. Дело в том, что государственный авторитет связан с общественным. Родители и дети, учителя и ученики, теперь уже никто из нас не решается требовать в общественном пространстве приличий и сдержанности там, где дух времен требует выставления всего себя напоказ.

Такое всеобщее попустительство, постановка под сомнение принципа власти сейчас видны повсюду, пропитали все общество и создают хаотические ситуации во всех областях. Об этом свидетельствует в частности рассказ Изабель Керсимон (Isabelle Kersimon) о работе преподавателя неподалеку от Вердена. Стоит отметить, что ученики в этом случае — не иммигранты и не мусульмане. Как бы то ни было, это попустительство представляет наибольшую угрозу для нас (под «нами» я имею в виду не коренных французов, а всю нашу национальную общность) именно в рамках конфликта с частью мусульман.

Дело в том, что этих мусульман направляет (иногда без их ведома или даже против их воли) прекрасно организованный политический ислам, который представлен во Франции двумя течениями, салафитами и Братьями-мусульманами (это политическое движение было создано дедом Тарика Рамадана Хасаном эль-Банной) (запрещена в России — прим. ред.). Братья-мусульмане стремятся к верховенству ислама во всех регионах и насаждению законов шариата среди всего человечества. Этот проект завоевания (как силой оружия, так и более мягким путем) не поддерживается большинством мусульман, однако Братья прекрасно организованы и формируют активное и эффективное меньшинство.

Я не скажу вам ничего нового, отметив, что везде и во все времена у активного меньшинства на порядок больше шансов повлиять на ход истории, чем у молчаливого большинства. Кстати говоря, формирование сетей и связей является частью их стратегии, как мы это видим во Франции по благожелательному отношению к представителям политического ислама со стороны политической и информационной элиты. Что касается салафитов, пусть они и квиетисты, они выступают за идеологию разрыва и стремятся сформировать собственное контробщество.

Как отмечает Тарик Йилдиз, среди французских мусульман, особенно тех, что не живут в смешанной среде, наибольшим престижем всегда пользуются те, кто радикальнее всего проявляет себя в словах и вере. Это характерно для культуры ислама, который не терпит плюрализма мнений и придает огромное значение верности общине. В нашей книге есть весьма интересные материалы на эту тему, в частности «Исламофобия: контррасследование» журналистки Изабель Карсимон и «Ислам перед демократией» сотрудника Национального центра научных исследований Филиппа д'Ирибарна (Philippe d'Iribarne).

— Как Франция подчинилась?

— Со стороны руководителей и властей у истоков этого подчинения стоит целый ворох благих намерений, трусости и циничного потворства в стремлении сохранить карьеру и привлечь голоса, а также немалая доля посредственности. Однако тот факт, что это подчинение направляется страхом или фаустовскими компромиссами ослепленных стремлением к власти людей, которые совершенно потеряли из виду понятие общего блага, а законы и правила не применяются, представляет собой ничто иное как отрицание демократии.

На практике эта идеология привела наших политиков к принятию (иногда скрытному) мультикультуралистской политики. Критерий этноса подменяет собой социальный класс. Эта политика, которой следует наша элита, на самом деле представляет собой этническую дискриминацию, систему, где республиканская модель больше не находит места. Компромиссы и освобождение некоторых групп от стоящих перед остальными правил являются прекрасным тому примером.

Но Франция идет еще дальше и закрепляет такую исключительность в законах, одним из самых шокирующих и тлетворных образчиков которых, без сомнения, стала «городская политика»: этническое скопление иммигрантов и их потомков в некоторых городах и районах стало источником наблюдаемых нами коммунитаризма и агрессивного культурного раскола. Причем такое этническое сосредоточение не является результатом государственной политики изоляции или формирования гетто, как и плодом чистой случайности. Отчасти оно проистекает из стремления этого населения жить вместе со «своими» (пусть даже сами эти люди утверждают обратное).

Кроме того, государство выделяет этим кварталам и, следовательно, только этим группам населения настоящую манну субсидий в рамках городской политики. Руководствуясь такими географическими критериями, государство по факту действует в ущерб миллионам других бедных французов, которые живут за пределами финансируемых территорий. То есть в нашем случае речь идет не о неприменении правильной политики, а о применении неправильной. Направление финансирования на жителей этих районов в ущерб другим нуждающимся категориям населения обостряется и другим явлением, которое опять-таки наносит удар по малоимущим французам: очень слабая ротация в социальном жилье в этих районах.

Как отмечает в нашей книге мэр коммуны Ивелин, иммигрантам из Магриба и Африки в целом (в отличие от людей из Италии, Испании, Вьетнама или Португалии) свойственно «передавать по наследству» социальное жилье, добиваться для своих детей квартиры поблизости и отправлять заработанные деньги родственникам или на постройку дома в родной стране. Причем все это происходит с благословления государства (через префектуру) и жилищного управления, несмотря на нехватку социального жилья, которое должно предоставляться лишь по одному критерию, то есть тем, кто нуждается в нем больше всего.

И это еще далеко не все. Франция с несравненной в Европе щедростью заботится об оказавшихся на ее территории иностранцах, предоставляет им помощь и субсидии, бесплатный доступ к соцобеспечению, причем на уровне, который не просто равен правам платящих отчисления французов, но даже может превышать их (это касается, например, покрытия расходов на стоматологию и оптику, чего бывает крайне трудно добиться малоимущим французам). Более того, нельзя не отметить поразительное отсутствие строго контроля за выделением и использованием помощи. Причем это нередко может быть осознанным, а в касающихся иммигрантов проверках на определенные вещи часто закрывают глаза.

Принявшие участие в написании нашей книги люди с возмущением отмечают, что отношение к иностранным нелегалам может быть лучше, чем к французам, которые платят отчисления (причем обязательные и составляющие ощутимую часть их заработка), чтобы удержать систему на плаву. Такое неприкрытое нарушение социальной справедливости тем более поразительно, что его причиной является попустительство администрации, хотя та отличается немалым числом сотрудников, а ее работа считается слишком дорогостоящей среди платящей налоги и отчисления части французов. Где равенство в государственных расходах?

Так, кто же виновен в случившемся? Люди, которые бессовестно злоупотребляют системой, тем более что сделать это можно даже полностью не осознавая ситуации, потому что злоупотребить системой чрезвычайно легко? Или же государство, политики и чиновники, которые допустили формирование столь слабой системы? Подобное явление в социально-экономической сфере описывают Пьер Каюк (Pierre Cahuc) и Андре Зильберберг (André Zylberberg) в «Фабрике недоверия»: все поняли, что если кричать громче соседа, можно получить больше, чем он. Как говорят немцы, рычащую собаку всегда кормят лучше. Организованные группы видят слабость государства и пытаются извлечь из нее выгоду. Это подтверждают свидетельства из нашей книги. Мультикультурализм и стремление к коммунитаризму, по сути, представляют собой лишь проявления этого феномена.

— В книге отмечается одно важное понятие: культурная идентичность. Во Франции существует культ общечеловеческих ценностей, однако вы, по всей видимости, реабилитируете некое особое французское наследие, социальность. Становится ясно, что во Французской нации нельзя все просто так поменять. Что особого есть во Франции?

— Самое удивительное в мультикультурализме, который пытается навязать нам поддерживаемой частью элиты политический ислам, как раз заключается в том, что нам приходится отвечать на элементарные вопросы вроде «Существует ли особое французское наследие?» Разумеется, такое наследие существует и является особенностью Франции, это аксиома! Нам, конечно, бывает трудно выразить его в словах, но, в принципе, зачем бы нам вообще это делать? Французская культурная идентичность — это идентичность французов, то есть создавших страну людей. Лучше или она или хуже, чем в других странах, не имеет значения. Она существует и точка.

Если взглянуть несколько шире, мы видим, что французская идентичность уходит корнями глубоко в историю людей и идей. Франция родилась не в 1945, 1918 или даже 1789 году. Французскую идентичность тем сложнее синтезировать, что она чрезвычайно богата и сложна, и что одна из ее основных характеристик заключается в невозможности ее сведения к стереотипу. Если все же попытаться, я бы, пожалуй, перефразировала Пеги: «Франция — страна маленьких, но вовсе не малых людей». Это означает, что в большинстве случаев речь идет о людях скромного, деревенского происхождения (массовое переселение в города было всего три поколения назад).

Это страна крестьян, солдат и рыцарей, а не моряков, торговцев и колонистов. Это страна людей, которые прочно держатся за те места, где живут. У нее есть естественные границы: Рейн, Вогезы, Юра, Альпы, Средиземное море, Пиренеи, Атлантика. Франции свойственны две тенденции: воинственное стремление к выравниванию национальных границ по естественным и центростремительное движение общества: речь идет о чрезвычайно однородной и единообразной стране с социальной точки зрения. Иначе говоря, это страна среднего класса: ее история была отмечена чрезвычайно мощной социальной интеграцией, в рамках которой средний класс постепенно вобрал в себя аристократию в XIX веке, а затем и крестьянство на протяжение последних двух третей ХХ века.

Кроме того, этой удивительно однородной по населению стране свойственно невероятное стремление к общечеловечности, которое опять-таки возникло не во времена Просвещения. Его, наверное, можно отследить до XVII века или даже Возрождения. Речь идет о космополитизме, заинтересованном и воодушевленном принятии новых идей, распространении идеалов личных свобод, а также стремлении интеллектуалов, элиты и народа к победе разума и личной свободы над феодальной и авторитарной системами во Франции и по всему миру.

Наконец, Франция — страна, которая назвала себя старшей дочерью церкви, однако эмансипировалась от нее, Бога и даже самой идеи Бога. Этому тоже отводится важнейшая роль в сознании большинства французов. Как говорил Марк Блок (Marc Bloch), Франция — в той же степени таинство в Реймсском соборе, что и день взятия Бастилии. Это в той же степени Ришелье и Людовик XIV, что и Вольтер и Бланки. Французы считают себя в первую очередь свободными людьми, однако им в то же время свойственна огромная гордость за прошлое, в том числе величественные следы монархии. Страна крепко держится за закон о разделения церкви и государства 1905 года, но там с любовью реставрируют соборы. Мало кто из французов не гордится Версалем, хотя никому из них не придет в голову желать возвращения абсолютной монархии.

Но вернемся к христианству и эмансипации французов от него. Борьба закончена, свобода победила. Только вот большинство людей, даже те, кому свойственно критическое отношение к церкви или даже некий антиклерикализм, с легкостью признают, что в плане политических идей наша либеральная демократия пошла по прочерченному христианством пути. Христианство, религия эмансипации, поколениями готовило умы к идее свободы и дало людям инструменты, скорее, для их освобождения, а не подчинения. Как писал де Токвиль о декларации 1789 года, «христианство сделало всех людей равными и не против того, чтобы все граждане были равны перед законом». В конечном итоге все французы держат глубоко в душе лозунг «свобода, равенство, братство».

Как видите, французскую культурную идентичность нельзя описать в двух словах. И хотя я надеюсь, что с данным мной определением согласны многие французы, в него внес бы свои коррективы каждый человек, который читает эти строки и пытается дополнить их собственными взглядами. Быть может, существуют страны, где дать понятие национальной идентичности проще. Но во Франции эта идентичность является одновременно плотной и неосязаемой. Как говорил Марк Фюмароли (Marc Fumaroli), мы — страна величия и изящества.

— Из всего этого следует, что нравы имеют огромное значение для общества. Каким образом?

— Решающее значение нравов свойственно не только Франции. Все социальные группы определяют себя через общие правила, а принятие и уважение становятся основой принадлежности к группе. В случае общества этими правилами являются нравы, традиции и обычаи, о которых я говорила выше, а также право, в том числе форма правления. Эти правила исходят от определенного взгляда на общество, общие принципы, республиканские принципы (в данном случае речь в большей степени идет о республике как форме правления), законность, равноправие, сохранение государства, справедливость, свободу и эмансипацию, общее благо и зло (хотя, конечно, тут можно бесконечно долго спорить об определении прав и необходимой форме республики). Если сообщество больше не скрепляется принципами, его не существует.

Кроме того, как мне кажется, во Франции существуют причины того, что единство социальной группы приобретает особую значимость. Наша страна формировалась веками по модели территориального объединения вокруг центральной власти, что вылилось в формирование единой и неделимой республики, которая сегодня является основополагающим принципом для французской нации и народа. С такой точки зрения республика обращается к гражданам, а не сообществам, а принцип общего блага должен направлять подготовку и реализацию политику государственных служб.

Хотя сообщества существуют на социальном уровне, потому что люди сближаются в силу семейных и дружеских связей или на основании личного и культурного сходства, их нет на политическом уровне. Во Франции им не положены политическое представительство, особые права и прерогативы, у них нет возможности навязать Франции принципы, которые отличаются от тех, что лежат в основе ее общества. Права одинаковы для каждого, политические вопросы обсуждаются в перспективе общих задач, а солидарность охватывает всех.

Сейчас, когда национальное единство оказалось под ударом из-за религиозных мотивов (об этом говорится в нескольких главах нашей книги), а на определенной территории мусульманские мигранты и потомки мигрантов пытаются поставить под сомнение не только общность жизни и нравов, но и основополагающие для французского общества принципы свободы и равенства, вопрос светского государства вновь вышел на первый план.

В такой ситуации некоторым хотелось бы заставить нас поверить в то, что французская культурная идентичность полностью сводится лишь к понятию светского общества и ничему большему. В этом я полностью разделяю мнение Пьера Манена (Pierre Manent): светское государство как таковое не ценность, а только средство организации общества, которое представляет собой лишь самый последний отрезок истории Франции. К тому же, французская идентичность отнюдь не исчерпывается им, потому что сформировалась задолго до закона 1905 года, хотя сейчас и несет на себе большой его отпечаток.

Перед тем, как говорить о светском обществе, ему нужно дать четкое определение. С одной стороны оно подразумевает религиозный нейтралитет государства и в частности отдаление религии от власти, как это принято во всех либеральных демократиях. Как бы то ни было, во французском культурном пространстве у него появляются и другие черты. Это ожидание от граждан сдержанности в проявлении своих религиозных чувств. Французы стремятся к обществу, в котором люди оценивали бы других по их личным качествам, характеру, уму, достоинствам и недостаткам, чтобы связи устанавливались именно по этим критериям без какого-либо воздействия религии.

В этом французский дух идет на лобовое столкновение с социальными группами, где принадлежность выстраивается исключительно по этническим и религиозным критериям. Здесь мы наблюдаем эссенциализм, который опять-таки в корне противоречит гуманизму французской идентичности. В таких условиях свойственный французскому духу космополитизм может в полной мере проявить себя, как, кстати, до недавнего времени было с интеграцией иммигрантов. Лучшим тому подтверждением служит доля иммигрантов во Франции: на них приходится около четверти ее населения (за три поколения).

Таким образом, хотя элита упорно отрицает стремление народа к сохранению идентичности, он не забыл о ней, и последнее слово все равно за ним, потому что он играет главную роль в интеграции. Хотя часть левых и поддерживающая мультикультурализм элита обличают этническую и расистскую дискриминацию, ежегодные отчеты Национальной консультативной комиссии по правам человека, несмотря на свойственный им мультикультуралистский налет, демонстрируют, что первичный расизм по цвету кожи и этнической принадлежности носит во Франции лишь остаточный характер.

В то же время у французов просматривается четкое стремление к защите их основополагающей культурной идентичности и следованию вытекающим из нее социальным кодексам. Это стремление, кстати говоря, вполне логично, оно является неотъемлемой частью человека. Как отмечает Кристоф Гийюи, отношение к другому носит всеобщий характер, а желание сохранить и передать свою идентичность и культуру, страх оказаться в меньшинстве проявляются по всему миру, а не только во Франции или на Западе.

— Какие качества должен приобрести иммигрант, чтобы стать французом?

— Чего ждет страна, где жители видят себя подобным образом, от принимаемых ей людей? Я отвечу на этот вопрос другим вопросом. Как вы думаете, может ли страна, где люди определяют себя вышеупомянутым образом, а прочная солидарность между ними играет основополагающую роль (причем она обходится в немалые деньги, если судить по размаху и щедрости нашей системы соцобеспечения), примириться с прибытием и присутствием на ее территории большого числа выходцев из совершенно других цивилизаций, некоторые из которых открыто отвергают суть французской идентичности и хотят жить в собственном религиозно-этническом кругу (часть территории страны по факту аннексируется их религиозно-политической идеологией), причем с присутствием, если не засильем регрессивных течений, что враждебно относятся к любым попыткам эмансипации человека от религии? Думаю, ответ понятен из самого вопроса.

Насыщенная и сложная история Франции проявляется в нравах и укладе жизни, в отношении к другим, общественному пространству, государственным финансам. Когда Франция только начала принимать людей из других стран в XIX веке (прочие европейские государства тогда еще не были центрами иммиграции), принципы французской культурной идентичности ставили обязательством их ассимиляцию: изучение языка, следование обычаям и традициям, принятие правил, формирование связей с другими французами.

Все это опиралось на такие простые вещи как знакомство с французской кухней, особым ритмом недели, рабочими часами, временем приема пищи, как понимание того, что от вас ждут в общественном пространстве в плане правил приличия, общения, поведения в транспорте, на работе, в школе, в магазине, в больнице и так далее.

Наш конфликт идентичности с политическим исламом напоминает об одном немаловажном факте: наша идентичность также включает в себя общее стремление к демократии и свободе, тогда как мусульманские общества выстраиваются на концепции подчинения, идеал справедливости там, где мусульманские общества не признают равноправие мужчин и женщин и угнетают религиозные меньшинства, и людское братство там, где мусульманские общества видят нечто подобное лишь между собратьями по вере.

Путь ассимиляции долог и труден, потому что всем этим иностранцам необходимо отказаться от стремления жить исключительно в рамках унаследованной от предков культуры и добавить в нее (или даже поставить во главе угла) французскую культурную идентичность. На этом пути человек мог столкнуться с враждебностью коренного населения (так было с итальянскими мигрантами на юге Франции и бельгийскими на севере, где происходили агрессивные ксенофобские акции), и его далеко не всегда ждал успех: после неудачной интеграции немалая часть иммигрантов вернулись на родину.

Тем не менее те, кто остались, прошли ассимиляцию и стали французами, причем не только по паспорту, но и в душе. Как говорил получивший в 24 года французское гражданство философ Левинас, и как любит повторять Ален Финкелькраут (Alain Finkielkraut), Франция — это страна, «к которой можно привязаться душой и сердцем, а не только корнями». Кстати говоря, добавлю, что французская культурная идентичность так богата, а интеграции отводится настолько большое значение в умах людей, что человек иностранного происхождения может считаться частью французской нации лишь в том случае, если предан ей душой и сердцем. В то же время, если эта преданность видна, происхождение и цвет кожи не имеют значения. Путь даже гражданство получить довольно легко, французы будут считать французами только тех, кто полностью принял вышеупомянутые общественные принципы.

В этой связи некоторые говорят о несовместимости мусульманской культуры и французской культурной идентичности. Я совершенно с этим не согласна. Существование во Франции большого числа прекрасно интегрировавшихся мусульманских граждан наглядно подтверждает обратное. Проблема лишь в том, что о них у нас не говорят. Их гораздо реже видно по телевидению, о них куда меньше пишут газеты, они не появляются в нашей книге, потому что не являются частью конфликтных ситуаций с точки зрения идентичности и культуры.

Тут мне хотелось бы напомнить о работе Тарика Йилдиза «Кто они?Исследование молодых мусульман во Франции»: эти мусульмане не ощущают себя в ущемленном положении, отказываются от позитивной дискриминации и посредничества между государством и гражданами. Что бы ни думали на этот счет разномастные поборники мультикультурализма и представители политического ислама, само их существование подтверждает возможность интеграции, которая к тому же носит умиротворяющий характер. Нужно не ставить под сомнение нашу модель интеграции, а найти средства для обеспечения ее нормальной работы.

Последний момент: французская культурная идентичность не является неизменной. Она никогда не была таковой, и это прекрасно! Смешение в обществе, безусловно, отражается на ней, тем более что, как я уже говорила, врожденный космополитизм порождает интерес и открытость к иностранным культурам. Как бы то ни было, тут существуют непреодолимые барьеры, наши гуманистические принципы. Они не только являются источником прав, но и ставят запреты. Так, я уже говорила о существующем в исламской культуре подчинении человека группе и общинной солидарности, о подчиненном положении женщины по отношению к отцу, брату и мужу, о ее сведении к домашней и репродуктивной функциям.

Во французском восприятии у всего этого нет права на жизнь, потому что оно идет вразрез с нашими принципами равенства, свободы и братства. Несогласие с таким положением дел, неприятие ношения вуали — не расизм, а спасительный республиканский рефлекс. Точно такая же логика заключается в активном противодействии всем многочисленным проявлением эссенциализма в доктрине мультикультурализма и пропаганде политического ислама, который опирается на представление картины борьбы белых расистов и жертв-иммигрантов.

Как бы то ни было, у процесса эссенциализации, на который опираются мусульманский коммунитаризм и его неприятие интеграции, есть и другие, еще более серьезные последствия, пусть даже о них пока что почти не говорят. Представленные в книге свидетельства иллюстрируют эти плохо освещенные в общественном пространстве аспекты. Отраженные в них ненависть и неприятие существуют в рамках схемы чистого эссенциализма. Ненависть к Франции и французам говорит о ксенофобии в самом что ни на есть ее буквальном понимании.

То же самое касается и совершенно беспардонных проявлений антисемитизма и гомофобии. В книге имеется несколько материалов на эту тему. Как было сказано выше, мы в Европе не привыкли к таким заявлениям. И вовсе не потому, что у нас нет ни одного расиста, антисемита, сексиста, гомофоба или ксенофоба. Да те, кто придерживается подобных взглядов, осознают их позорный характер и опасаются последствий их открытого выражения, которые могут варьироваться от порицания до уголовной ответственности.

Сегодня же мы видим, как люди оправдывают свою ненависть к Франции неким «государственным расизмом» и расизмом «галлов». Они не ощущают этот запрет. Они продолжают действовать по схеме своей родной культуры, в которой расизм и ксенофобия не означают такого же осуждения хотя бы потому, что в этих странах они не являются правонарушением. Наверное, это один из самых тревожных символов полного отсутствия культурной интеграции во Франции.

— После терактов в Charlie Hebdo премьер Мануэль Вальс произнес речь, в которой обвинил Францию в апартеиде по отношению к иммигрантам. Это грубое и пропитанное ненавистью к себе обвинение кажется тем более удивительным, что Вальс неизменно, как тогда, так и сейчас, представлял себя жестким поборником светского общества. Не отражает ли оно покаянную позицию французской элиты, которой все еще свойственно винить себя во всех грехах?

— Разумеется. По правде говоря, после терактов в Charlie Hebdo Вальс нес просто несусветный вздор, потому что положение в кварталах, где сосредоточены иммигранты и их потомки, явно не имеет ничего общего с нищетой и гонениями в гетто в ЮАР во времена апартеида. Эти слова были особенно неуместными после мероприятий 11 января, когда на улицы французских городов вышла огромная толпа, чтобы выразить солидарность и сострадание, а также исполненного возмущения и стремления отстаивать национальную идентичность выступления самого Вальса в Национальном собрании. После него его даже сравнили с Клемансо. Он говорил о французском народе, который пошел маршем, проявив «достоинство и братство, чтобы заявить о своей приверженности свободе, сказать безусловное „нет" терроризму, нетерпимости, антисемитизму и расизму», оказался «на высоте своей истории».

Но затем, два дня спустя, Вальс не только заявил о существовании «территориального, социального и этнического апартеида» в «гетто», но и отметил (по типичной логике самобичевания), что «интеграция больше ничего не значит». Кроме того, он осудил дискриминацию в связи с первичным расизмом по фамилии и цвету кожи… Она, разумеется, заслуживает порицания, но исходит лишь от отдельных людей, а не от всей Франции, которую никак нельзя назвать расисткой страной вроде ЮАР времен доктрины апартеида. Таким образом, мы видим поворот на 180 градусов по отношению к прозвучавшим двумя днями ранее словам в парламенте.

В то же время он прекрасно вписывается в идеологию мультикультурализма, которая во вроде бы похвальном стремлении облегчить сосуществование во Франции и Европе людей разных культур пытается не призвать мигрантов к интеграции в культуру принимающей страны (как следует из незапамятных традиций гостеприимства), а, скорее, разрушить ее культурную идентичность. Ее цель не просто в том, чтобы признать равноценность всех культур и заявить, что у культуры принимающей страны нет никакого приоритета перед культурой родины мигрантов, а в том, чтобы вызвать у принимающей стороны отвращение к собственной идентичности.

Как утверждается, это нужно, чтобы коренное население избавилось от всех культурных предрассудков по отношению к мигрантам и приняло их такими, какие они есть, со всеми их отличиями. По факту, эта стратегия выливается в очернение французов, Франции, ее истории и культуры. Поэтому мы и слышим исполненные клеветы и ненависти к Франции заявления некоторых политиков и интеллектуалов, которые слишком часто воспринимаются как проявления антирасизма, хотя на самом деле относятся к эссенциализму.

Примеров тому существует огромное множество. Так, еще совсем недавно на праймериз Социалистической партии кандидат Венсан Пейон (Vincent Peillon) позволил себе гротескное и даже оскорбительное сравнение между положением мусульман в современной Франции и евреев при Виши. Вторым, наверное, еще более символичным примером (мы разбираем его в книге) стало принятие так называемого закона Тобиры.

Напомним, что по этому закону 2001 года трансатлантическая работорговля признается «преступлением против человечности». В данном случае речь идет исключительно о деятельности французских и европейских работорговцев в течение четырех столетий. В то же время закон совершенно закрывает глаза на арабо-мусульманских работорговцев и внутриафриканскую работорговлю, история которой насчитывает 14 веков. Несколько лет спустя историк Оливье Петре-Гренуйо (Olivier Pétré-Grenouilleau) оказался под прицелом мультикультуралистов в целом и Тобиры в частности за то, что напомнил в работе о роли африканских работорговцев и том, что сама эта практика была обычным дело на континенте задолго до прихода европейцев.

Это показалось совершенно неприемлемым Тобире, которая по чисто расовому или даже расистскому восприятию человечества считает, что нам не следует вспоминать об арабо-мусульманской работорговле, чтобы «молодые арабы» «не ощущали на своих плечах весь груз темного наследия арабов». В честь чего это, интересно, их нужно освободить от груза ответственности за ошибки предков, раз от других требуют постоянно каяться за них? Позитивная дискриминация в риторике самобичевания… За всем этим становится уже непросто уследить.

Заявление Вальса разочаровало многих противников мультикультурализма, которые до того момента видели в нем союзника. Разумеется, то был лишь политиканский маневр с целью заручиться поддержкой ультралевых, однако он разбил дух единства и гордости от французского гражданства, о котором премьер говорил двумя днями ранее. Государство и общество расистские, а на нас всех лежит страшная вина — об этом сказал глава правительства. Низкий, политиканский и малодушный шаг. Его не хватило для того, чтобы левые мультикультуралисты и политический ислам стали считать Вальса союзником, однако цена все равно оказалась высокой: серьезная ложь с целой россыпью неприятных последствий.

Это заявление прозвучало от одного из высших государственных деятелей, что придает ему формируемую властью легитимность и лишь становится дополнительным аргументом в пользу и так уже эффективной пропаганды политического ислама, которая убеждает французов мусульманской культуры выбирать религию, а не республику, уверяет их в том, что они стали жертвами. А убеждения движут группами гораздо больше, чем факты. Политический ислам прекрасно это понимает и после каждого исламистского теракта активно продвигает линию «мусульмане — первые жертвы» дискриминации, которая неизменно ведет к терактам.

На самом же деле социологические исследования в западных странах после 11 сентября или во Франции после событий 13 ноября наоборот свидетельствуют о большой терпимости, несмотря на гибель людей, насаждение догм мультикультурализма и пагубную роль СМИ. Пресса уделяет непропорционально большое внимание мусульманским радикалам и оттесняет в тень тех, кто прекрасно себя чувствуют в рамках республики и могли бы стать примером реальности совместимости французской культурной идентичности с исламом.

Если люди, которые живут в закрытом этническом, религиозном и культурном кругу, являются жертвами, то причиной этого становится не некий расизм большинства, а насаждаемая мультикультуралистической элитой и политическим исламом вера в то, что их отвергнут при попытке прикоснуться к обществу. На самом деле это не так, и об этом нужно говорить.

— Подчиненная Франция — это еще и та Франция, которая не хочет заявить о себе или уже на это просто не способна. У нас часто говорят о потерянных территориях республики и даже потерянных территориях нации. Как Франция может вернуть их? Достаточно ли государству в полной мере реализовать свой суверенитет, чтобы зачастую враждебно относящиеся к Франции пригороды пошли по пути ассимиляции?

— Наша книга — не политическая работа. Она не предлагает политических решений. В то же время мы надеемся, что она подтолкнет людей к тому, чтобы задуматься о причинах проблемы и возможных выходах.

Первый, быть может, недостаточный, но совершенно необходимый этап заключается в том, что государству нужно в полной мере реализовать свой суверенитет, то есть обеспечить следование принятым от имени всех граждан законов на всей территории страны, даже если для этого потребуется применить силу. Это меньшее, что предполагает демократия. Как я уже отмечала выше, ему необходимо восстановить свой авторитет и вернуть легитимность власти.

Однако книга обращается не только к политическому руководству. Наверное, в первую очередь она обращается к французам, причем даже не как к гражданам, которые обладают правом голоса и могут ставить требования перед политическими лидерами, а как к членам нации. В нашей либеральной демократии поле применения закона ограничено, и многие ситуации в общественном пространстве регулируются не им, а социальным контролем.

Этот контроль в свою очередь сегодня становится излюбленным инструментом политического ислама, с помощью которого тот с большим успехом насаждает на определенной территории собственную власть в ущерб законам республики. Это многое говорит о силе подобного инструмента. Как бы то ни было, сегодня догмы индивидуализма говорят нам, что при виде неподобающих слов и поступков нам нужно не вмешиваться, а проглотить свое возмущение.

Все это напоминает о работах Стэнли Милгрэма (Stanley Milgram), который показал, как людям свойственно подчинять собственные этические взгляды некой силе, если они считают ее легитимной. Кроме того, Милгрэм продемонстрировал, что если человеку указать на это влияние и объяснить, что оно противоречит его глубинной этике, он будет в силах освободиться от него. Мы написали эту книгу в стремлении вызвать коллективное возмущение, пробудить сознание, вызвать желание что-то предпринять. Каждый человек должен оценить, какая на нем лежит ответственность.

Государству и политикам принадлежит ключевая роль в восстановлении общественного контроля. Это, разумеется, идет рука об руку с легитимизацией культурной идентичности, необходимостью ее защиты и признанием интеграции и ассимиляции единственным путем мирного сосуществования всех французов вне зависимости от их корней в составе нации. Наше политическое руководство должно понять, что власть — не только действие, но и символика. Политика — не только создание и принятие законов, но и символическое воплощение определенной идеи Франции. Политики не просто занимают должности, а подают пример, становятся образцами.

Сегодня же мы видим, как представитель группы «Партия коренных жителей республики» Хурия Бутельджа выпускает книгу с провокационным названием «Белые, евреи и мы», однако ни один политик или антирасистская ассоциация не решаются осудить ее почти что сегрегационистский характер. Поющие о ненависти к «неверным» и Франции рэперы провозглашаются представителями страдающей молодежи, а национальная пресса дает им слово, причем опять-таки на фоне полного безразличия государственных властей. Все это становится сильнейшим ударом по общей морали и стремлению граждан следовать ей на каждодневной основе.

Политическому руководству следует понять, что его роль не только носит исполнительный и законодательный характер, но и включает в себя чрезвычайно мощную психосоциологическую составляющую. Оно имеет большое значение в символическом воплощении культурной идентичности Франции, и если оно, наконец, признает, что насаждаемый им мультикультурализм наталкивается на необходимость сохранения социальной группой культурного большинства в своей стране, то, может быть, наконец, примирится с народом, который больше совершенно ему не доверяет. Ему необходимо вернуться к заброшенной роли по постановке рамок.

Если конкретнее, но не вдаваясь в детали мер, которым все равно предстоит заниматься не мне, книга указывает на требующие срочного исправления пробелы. Нужно вернуть системе легальность и равенство. Радикальным образом изменить критерии распределения социальной помощи, выделять ее в первую очередь самым нуждающимся. Пересмотреть порядок предоставления социального жилья и бороться с культурной изоляцией этнических пригородов — наверное, это самая важная мера для восстановления чести нашей системы интеграции, единственной, кому по силам сохранить мир в обществе. Возможно, это подразумевает большее присутствие полицейских, намного более активное чем сейчас применение карательных мер, более жесткую судебную систему и значительные инвестиции в тюремную.

Франция > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > inosmi.ru, 22 февраля 2017 > № 2083057 Каролин Валентен


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 22 февраля 2017 > № 2083041 Сергей Котляренко

Сергей Котляренко: «С Игорем Шуваловым у меня отношения исключительно в рамках «клиент-управляющий»

Дмитрий Яковенко

Forbes Staff

Основатель «КСП Капитал управление активами» о работе с влиятельными клиентами, будущем управляющих компаний и личных инвестициях

Несмотря на знакомство и деловые отношения со многими участниками списка Forbes, Сергей Котляренко долгое время оставался непубличным человеком. Только в 2016 году он подтвердил, что занимается проектом по скупке квартир в сталинской высотке на Котельнической набережной в интересах семьи первого вице-премьера Игоря Шувалова. К этому моменту он успел выстроить крупный бизнес по управлению активами: 30 млрд рублей и 200 клиентов. Сергей Котляренко дал Forbes первое интервью, в котором рассказал о бизнесе «КСП Капитал управление активами», отношениях с состоятельными людьми, о том, есть ли жизнь вне бизнеса, и как ему помогает философия карате.

— Расскажите о своем бизнесе. Что значит управление активами?

— Основной фокус – это компания «КСП Капитал управление активами». По лицензии Центрального банка она управляет ценными бумагами, средствами НПФ и ПИФами. Вторая компания «КСП Капитал», с помощью которой мы управляем долями в обществах и имуществом, оказывает услуги, необходимые нашим клиентам: например, инвестиционный консалтинг. Мы представляем интересы наших клиентов, которые хотят приобрести или продать какой-либо актив. Также у меня есть ряд собственных проектов – это инвестиции, не связанные с управлением активами.

— Но начинали вы c юриспруденции.

— Да, я закончил юридический факультет МГУ. Начинал работать в юридической фирме «АЛМ», основанной Александром Мамутом. Затем у меня был непродолжительный период госслужбы, в 2004 году я вернулся к юридической практике. Тогда мне очень помогли знакомства, которые я приобрел в «АЛМ»: я позвонил всем, с кем у меня были хорошие отношения, рассказал, что создаю юридическую практику и предложил сотрудничество. До сих пор с некоторыми людьми из того периода поддерживаю отношения. Сейчас юридической практикой я почти не занимаюсь, несмотря на то, что существует адвокатское бюро «КСП Лигал», где я возглавляю экспертный совет.

— Как вы пришли к управлению активами?

— Было несколько причин. Во-первых, в какой-то момент отношения с клиентами вышли на такой уровень, когда помимо юридических услуг требовалась помощь по управлению активами. Во-вторых, я всегда понимал, что у меня более высокие амбиции — нужно было расширить горизонт знаний, приобрести новые компетенции, в общем, выйти на новый уровень. Поэтому в 2012 году я купил небольшую действующую управляющую компанию, на основе которой была создана «КСП Капитал управление активами».

— Кто ваши клиенты? Есть ли среди них крупные бизнесмены, с которыми вы познакомились в «АЛМ»? Общаетесь ли и работаете с Мамутом?

— На мой взгляд было бы непрофессионально говорить о своих клиентах. Что касается Александра Леонидовича, то по-прежнему нас связывают хорошие отношения и я благодарен ему за мой начальный опыт. Совместных бизнес проектов у нас сейчас нет.

— На каких принципах вы выстраивали бизнес по управлению активами?

— Есть три составляющие. Самый первый и важный фактор — легальность всего происходящего, потому что никакая доходность не оправдывает незаконности операций. Второй фактор — профессионализм: бизнес может быть легальным, но его можно легко потерять из-за непрофессионализма управления. И третий фактор – это доверительные отношения, в рамках которых соблюдаются различные этические договоренности, не регулирующиеся юридическими формальностями. Это тем важнее, что начиналась «КСП Капитал управление активами» как инвестиционный бутик. В первое время у нас было буквально четыре-пять клиентов и около семи сотрудников. Сейчас клиентов-физлиц более 200, также мы управляем деньгами нескольких институциональных инвесторов, НПФ и СРО, а в компании работает более 40 человек.

— Какой объем активов находится под вашим управлением и как он распределяется по ключевым направлениям: сколько приходится на пенсионные фонды, сколько на доверительное управление и ЗПИФы?

— Мы предпочитаем раскрывать только ту информацию, которую от нас требует законодательство и Центральный банк. Многие наши ЗПИФы предназначены для квалифицированных инвесторов и раскрывать информацию о них запрещено законом.

— Но уже сейчас из инвестиционного бутика, условного мультифэмили-офиса вы превратились в розничную компанию.

— Еще не превратились, но движемся в этом направлении. Когда компания работает в формате бутика, ее сложно капитализировать. Единственный способ – это пойти в большую розницу. К тому же мы видим, что на рынке активно развиваются процессы диджитализации. За прошлый год мы увеличили штат на 40% — и это не продажи, а спецы по айти технологиям.

— Это большой вызов. Как вы собираетесь конкурировать с гигантами, которые уже давно и хорошо известны на рынке?

— На самом деле, рынок еще не сформирован. В России уровень проникновения инвестиционной индустрии совсем маленький, меньше двух процентов. 98-99% денег, которыми владеют физлица, лежат на депозитах. По этому параметру впереди нас не только мировые лидеры, такие как США, но и соседи – даже в Казахстане проникновение инвестиционной индустрии больше. Я хорошо помню, как как в конце 90-х, еще когда я работал в «АЛМ», мы сопровождали покупку маленького банка, из которого потом вырос «Русский стандарт». Тогда все с недоумением относились к идее сделать крупный розничный банк, в конце 90-х банки зарабатывали исключительно на корпорациях. Но в итоге у Тарико все получилось, и нам кажется, что в инвестиционной индустрии произойдёт такая же метаморфоза. Да и государство тоже заинтересовано в развитии инвестиционной индустрии, в том, чтобы население не фокусировалось только на одних классических банках. Кроме того, на рынке уже давно происходит определенное переформатирование: многие управляющие компании уходят в связи с тем, что регулятор повышает требования к собственным средствам, к IT-обеспечению, к отчетности, в общем, к прозрачности процедур. Наконец, мы видим, действия регулятора в сфере НПФ, с которыми активно работаем. Сейчас деньгами крупнейших НПФ управляют аффилированные управляющие компании. Это несет существенные риски, поскольку бенефициары фондов стремятся к тому, чтобы инвестировать часть средств в собственные проекты через управляющую компанию. Я думаю, что в обозримом будущем законодательство и регулирование ЦБ будет заставлять крупнейшие фонды работать с независимыми УК.

— Вы уже разработали продуктовую линейку для розницы?

— Мы сейчас над этим работаем. Смотрим какие должны быть минимальные требования к клиентам. Например, по доверительному управлению, если человек хочет сформировать валютный портфель, пожалуй, нецелесообразно, начинать с суммы меньше чем 10 миллионов рублей – слишком существенные издержки администрирования. Если рублевый портфель, то, наверное, пять миллионов рублей — нужный старт.

— Суммы все-таки существенные для клиента, которого можно позиционировать как розничного.

— И это еще маленький вход. Но основная ставка будет не на классическое доверительное управление. Есть и более низкий порог входа: по ИИС мы пока видим на уровне 100 000 рублей. Есть желание заниматься так называемыми мини-ДУ. Идея в том, чтобы не для каждого отдельного клиента формировать выбирать стратегию, а работать с пулом клиентов, которых устраивает определенная стратегия. Например, мы уже создали несколько фондов объемом около 300-500 млн рублей, в который клиенты вносят относительно небольшие суммы 300 000-500 000 рублей. В каждый из фондов входит небольшой объект коммерческой недвижимости с хорошим, абсолютно прозрачным денежным потоком от хороших арендаторов. Грубо говоря, это супермаркет в Подмосковье с хорошим арендатором, крупной торговой сетью. Людям это нравится. Это — как альтернатива депозитам. Многие хотели бы быть владельцами некой недвижимости, но им это не позволяют средства. Форма коллективных инвестиций дают такую возможность.

— Один из клиентов «КСП Капитал» все-таки известен. Это первый вице-премьер Игорь Шувалов и его семья. Как вы начали работать с его активами?

— Игорь Иванович был директором фирмы «АЛМ», когда я пришел туда еще студентом, позже работали на госслужбе. Затем был период, в течение которого мы почти не общались. В конце 2007 года он обратился ко мне с одним вопросом, который не был связан с управлением активами, ему нужна была юридическая консультация. Управляющим активами я стал, когда начался процесс реструктуризации активов семьи Игоря Иванович. Необходимо все было сделать абсолютно законно. Это тоже была очень интересная работа, даже вызов — сделать активы и доходы государственного служащего, который пришел из бизнеса, понятными, прозрачными для контролирующих органов, и управлять ими независимо от него и его семьи. Мы работаем с его семьей как с остальными клиентами — на рыночных условиях, и, конечно, с заключением всех необходимых соглашений.

Читать также: Наследники-диверсанты. Сын Игоря Шувалова и другие боевые пловцы с острова Русский

— Шувалов знает о процессе управления?

— Он знает только стратегию – в общих чертах – и может видеть результаты управления из отчетов, которые мы ему предоставляем.

— Знакомство с такими людьми как Шувалов помогает вам в бизнесе?

— Нет. Иногда, конечно, кто-то может позвонить и попросить решить какой-то вопрос. Как правило, эти люди оказываются разочарованы, когда узнают, что у меня, например, с Игорем Ивановичем отношения исключительно в рамках «клиент–управляющий». Приходится таких людей расстраивать. Вообще, надо знать характер Игоря Ивановича — если бы я пробовал какие-то вопросы через него решать, то уже давно перестал с ним работать.

— Один из самых известных ваших проектов – приобретение квартир в высотке на Котельнической набережной. Как вам пришла в голову такая идея? Вы ее где-то подсмотрели и на какую доходность рассчитываете?

— Мне вообще лично нравиться заниматься инвестированием в интересные объекты жилой и нежилой недвижимости. Я рекомендую свои клиентам это направление для своих вложений. В этих проектах можно рассчитывать 20-30% доходности и даже выше.

— Расскажите о ваших личных инвестициях.

— У меня есть несколько проектов. Больше всего мне нравятся проекты, ориентированные на глобальный рынок. В качестве примера могу привести компанию Charterscanner. Это система онлайн-бронирования бизнес-джетов. Сейчас на рынке представлено несколько таких проектов. По сути, это Uber в сфере бизнес-авиации. В этом проекте основные партнеры иностранные.

— Какова стоимость компании и вашей доли?

— Думаю, компания сейчас стоит около десяти миллионов, моя доля составляет примерно 35 процентов.

— Какие еще у вас есть инвестиции?

— Например, есть компания, занимающаяся вывозом мусора в одном российских регионов. И, несмотря на то, что начался проект случайно, мне нравится этим заниматься. Там была плохая ситуация с вывозом мусора и, зная мой широкий круг общения в разных сферах бизнеса, меня попросили посмотреть, как можно эффективно и быстро ее решить. Естественно, у меня в этом не было никакой компетенции, я нашел отраслевого партнера в Москве, мы сделали совместное предприятие, вышли на конкурс, выиграли его, начали заниматься вывозом мусора. В прошлом году я выкупил долю партнера.

— Раскроете объем инвестиций?

— Это существенный объем средств. Как правило, эти проекты начинаются от 100 млн рублей

— А что именно вам нравится в этом проекте?

— Он абсолютно понятный и при соответствующем регламентировании совершенно прозрачный. Плюс, в этой сфере сейчас неразбериха, что совершенно очевидно – это одна из следующих сфер, где постепенно будет происходить процесс упорядочивания и консолидации. Сейчас правила не соблюдаются, мусор выбрасывают как хотят. Любой ресторан должен иметь контракт с мусоровывозящей компанией, но никто этим не занимается. Так что запас для повышения эффективности здесь очень большой. Вообще, сфера ЖКХ – очень интересна. Она за последние десятилетия сильно «просела» и там колоссальная неэффективность. Следовательно, любой, кто открыто и профессионально туда приходит, получает шансы на рост и соответственно высокую доходность.

— У вас есть какие-то потенциально проекты в ЖКХ или другой сфере, куда бы вы хотели бы еще зайти?

— Как сейчас модно говорить в среде инвестбанкиров, в пайплайне всегда есть какие-то проекты. Также у меня есть один проект в сфере онлайн-образования – это «Новая школа», владеющая правами на бренд «Get A Class». И еще серьезная инвестиция в одну российскую технологическую компанию, но я пока не готов о ней рассказывать.

— Предлагаете ли вы инвестиции в эти проекты клиентам «КСП Капитал управление активами?»

— На сегодняшний день это только мои инвестиции. Но, в принципе, я считаю, что идея через платформу управляющей компании предложить инвесторам поучаствовать в бизнесах, которые твои собственные, вполне хорошая. И я считаю, что в каких-то своих бизнес-проектах я, безусловно, кому-то предложу участие, но только после серьезного успеха. И как ни странно, такие вещи как раз лучше делать не с друзьями-товарищами.

— И еще о личных проектах. Самый известный пример – ваша совместная с Кириллом Шамаловым и Денисом Никиенко инвестиция в «Эйти сервис».

— Надо сказать, что внимание СМИ к этой истории преувеличено. AT Consulting, которому мы оказывали услуги, искал инвестора, я предложил своим знакомым совместно войти минимальными деньгами (по меркам даже малого бизнеса) в одну из его дочерних компаний, чтобы посмотреть насколько это направление инвестиционно привлекательно. Прошло несколько месяцев, мы изучили этот бизнес, поняли бесперспективность дальнейшего участия. Поэтому и вышли. При этом мы, естественно, не претендовали на прибыль от контрактов, которые были заключены или обсуждались компанией до нашего прихода. По условиям наших договоренностей, любые дивиденды, которые юридически нам причитались, все равно подлежали перераспределению от нас в пользу пригласившего нас основного собственника. В этом проекте практически отсутствовали дивиденды. Обычная бизнес история, каких сотни.

— Как вы вообще решили заняться собственными инвестициями?

— Это было примерно 2013-2014 годах, когда у меня возникло желание выйти за рамки только обслуживающего бизнеса.

— А сейчас, когда у вас есть штат больший сотрудников, вы меньше работаете?

— Нет. Вообще, я работаю даже больше.

— А есть ли жизнь вне работы?

— Обязательно. Моя жизнь – это моя семья. И, конечно, спорт.

— Каким спортом вы занимаетесь?

— Последние 15 лет - окинавским каратэ синдо-рю.

— Философия каратэ помогает в бизнесе?

— Конечно. Ведь каратэ – это, по сути, тренировка концентрации. В школе и потом на юрфаке я занимался самбо, помню, не понимал, почему все так нервничают перед сдачей экзаменов. То, как ты «горишь» перед соревнованиями или аттестацией – по сравнению с этими экзаменами – полная ерунда. В боевых искусствах человек всегда нацелен на развитие и результат. В этом главный смысл.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 22 февраля 2017 > № 2083041 Сергей Котляренко


Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084395 Сергей Собянин

Встреча с мэром Москвы Сергеем Собяниным.

С.Собянин информировал Президента о социально-экономическом развитии Москвы в 2016 году. Обсуждалась реализация ряда масштабных транспортных проектов, в частности запуск Московского центрального кольца [МЦК], а также программа обновления жилого фонда столицы.

В.Путин: Сергей Семёнович, поговорим о том, как прошёл 2016 год для Москвы, какие результаты получены в работе, какие задачи стоят перед столицей в 2017 году.

С.Собянин: Владимир Владимирович, год был тревожным, потому что мы не знали, как будет дальше развиваться экономика, как будут инвестиции себя вести, что будет и с курсом, и с ожиданиями различного рода. Тревог было много. Но по итогам года мы видим, что основные тренды положительные.

Промышленность, особенно обрабатывающая, начала вставать на ноги, у нас плюс 2 процента по предварительным итогам. Плюс значительно нарастили экспорт продукции обрабатывающей, что позитивно, это говорит не только об импортозамещении, но и о том, что наша промышленность становится более конкурентной на международных рынках.

С точки зрения привлечения инвестиций в экономику в этом году 3 процента прироста инвестиций, [впервые] за последние три года. В сопоставимых ценах это, собственно говоря, рекордный показатель. У нас был прирост 1 процент, 1,7 процента – мы не падали все эти годы по инвестициям, а в этом году ещё и прирост 3 процента. Причём сохраняются и иностранные инвестиции примерно в таком же объёме, как были раньше. Это говорит о стабильности притока и иностранных, и российских инвестиций. Сегодня уже ежегодный объём инвестиций в основной капитал составляет 1600 миллиардов, это достаточно большой объём.

В прошедшем году нам удалось реализовать транспортные проекты на рекордные объёмы. МЦК [Московское центральное кольцо] мы с Вами открывали, при Вашей помощи возведён уникальный объект. Сегодня уже 330 тысяч пассажиров каждый день пользуются этой транспортной магистралью. Построили 117 километров дорог, это вообще рекорд за всю историю Москвы, причём это не просто дороги в поле – это дороги в городской застройке: развязки, эстакады, тоннели, реконструкция действующих дорог. Это достаточно сложный проект, и тем не менее, несмотря на ситуацию, мы вышли на эти показатели.

Объём жилищного строительства немножко ниже, ввод, но он ниже по сравнению с рекордным прошлым годом, а если взять среднегодовой [показатель] за последние пять лет, то выше среднегодового. И объём продаж на рынке, мы видим, тоже увеличивается. Никаких сомнений нет, что эта отрасль также будет развиваться: и гражданское строительство, жилищное, и коммерческое строительство.

Немало тревог вызывал малый и средний бизнес. Вы не раз указывали нам, что надо предметно заниматься созданием соответствующей инфраструктуры, поддержкой малого и среднего бизнеса. Должен сказать, что прирост количества предприятий малого бизнеса в Москве, индивидуальных предпринимателей составляет около 10 процентов, и в прошлом году мы неплохо подросли. Объём доходов, что является более объективным показателем, от малого бизнеса в бюджет составил 17 процентов. Это говорит, что прибыльность предприятий растёт, растёт их количество. Достигли таких достаточно позитивных результатов.

Заканчиваем программу реновации жилого фонда, снос «хрущёвок». За все годы этой программы переселили 160 тысяч московских семей, это около 6 миллионов квадратных метров реновированного жилья, достаточно большой объём. Остались буквально считанные единицы домов. Думаю, что в 2017–2018 годах мы вообще полностью закончим эту программу.

Тем не менее, несмотря на то, что мы эту часть программы реализовали, в Москве немало ещё остаётся жилья, мягко говоря, некомфортного, по большому счёту ветхого, жилья. Это пятиэтажки примерно таких же серий, как мы снесли, но их значительно больше – около 25 миллионов квадратных метров, в них проживает 1 миллион 600 тысяч москвичей.

На сегодняшний день мы встали перед такой дилеммой. Мы собираем деньги с этих людей для того, чтобы капитально ремонтировать этот жилой фонд. Зайдя туда, мы увидели целый ряд серьёзных проблем. Эти пятиэтажки были построены на срок «до строительства коммунизма», как Хрущёв говорил: он предполагал, что, наверное, коммунизм наступит через 25 – максимум 50 лет. Но 50 лет прошло, коммунизм не наступил. Хочу показать, в каком виде они находятся: балконы, которые провисают, и, кроме как их срезать, больше их никак не отремонтируешь. Центральное отопление вмонтировано прямо в стены домов, и, чтобы их отремонтировать, надо выломать все стены либо разместить отопление внутри жилых помещений, что уменьшит и так небольшое пространство. Канализация вмонтирована в стены между квартирами. Чтобы её отремонтировать, надо снести перегородки между квартирами или вынести стояк. Но выносить некуда, потому что это уже купленное пространство.

Подвалов нет в пятиэтажках – есть небольшое пространство. Чтобы его отремонтировать, надо вскрыть все полы на первых этажах. Стены находятся в очень плохом состоянии. Те, которые в хорошем состоянии, – боюсь, что через 10 лет они тоже будут в таком же состоянии. Фасады: швы разошлись, стыки. Печальное зрелище.

В.Путин: Сергей Семёнович, мы с Вами уже говорили на эту тему. Я знаю настроения и ожидания москвичей. Ожидания связаны с тем, чтобы эти дома снести и на их месте новое жильё построить. Мне представляется, что это и было бы самым правильным решением. Вопрос только в возможностях столицы, в бюджетных возможностях, в возможностях привлечения инвесторов и так далее.

С.Собянин: Действительно, такой проект требует огромных финансовых ресурсов, значительных организационных, административных затрат. Мы знаем, с чем сталкиваемся. Когда проводили снос первой серии этих пятиэтажек, по масштабу он гораздо меньший, требовались просто неимоверные усилия. Многие инвесторы, которые подвизались, просто разорились на этих проектах. Мы взяли на бюджет эти проекты и доводим до логического завершения.

Сегодня бюджет Москвы достаточно устойчивый. Мы рассчитались в основном с долгами, которые нам достались с прежних лет. В этом году неплохие поступления в бюджет, как я уже говорил, налога на прибыль, подоходного налога. Мы имеем запас прочности. Поэтому с точки зрения финансового запуска видим возможности у города.

Но есть определённые проблемы, связанные с нормативным регулированием этого процесса. Например, есть законодательство, связанное со сносом аварийных домов. Есть варианты сноса в соответствии с гражданско-правовыми сделками – по сути дела, это коммерческий снос, там рыночный выкуп и так далее. Ни то, ни другое в этой ситуации неприменимо. В результате мы и как аварийные их не можем сносить, и как ветхое не можем ремонтировать, капитально ремонтировать. Получается неурегулированная ниша.

Мы сносили их в соответствии с постановлениями Правительства Москвы, законами Москвы 1990-х годов. Сегодня это уже, конечно, устарело. И, входя в такой проект, было бы хорошо отрегулировать это специальным законом, который мы можем подготовить и внести в Государственную Думу. Необходимо изменить ряд норм, регулирующих градостроительные технические нормы. Мы строим в действующей городской застройке, не в чистом поле, поэтому необходимы специальные нормы, чтобы ускорять эти процессы. Если действовать по сегодняшним нормативам, они хороши для застройки в чистом поле. Но для таких проектов они значительно удлинят и усложнят процессы строительства.

Поэтому, Владимир Владимирович, если бы можно было, я бы попросил помочь и оказать содействие в изменении этой нормативной базы, инициировании специального закона. Мы готовы подготовить такой законопроект, согласовать его так, чтобы мы могли с юридической точки зрения реализовать этот проект наиболее эффективно.

Со своей стороны все финансовые и организационные моменты мы решим самостоятельно. Конечно, это будет значительным подспорьем в обновлении всего города, улучшении экологической ситуации, транспортной ситуации, создании новой городской среды. И конечно, стоит, чтобы 1 миллион 600 тысяч жителей города получили новое современное жильё взамен этого ветхого, которое, я боюсь, через 10–20 лет просто станет аварийным, несмотря на наши потуги в его ремонте.

В.Путин: Хорошо. Давайте сделаем это, но исходим из того, и я ожидаю именно такой организации работы, при которой всё, что мы делаем, идёт на пользу людям, улучшает их жизнь. А здесь возникают вопросы, связанные с расселением, с районами будущего места жительства. Нужно сделать так, чтобы это всё людей устраивало. Поэтому нужно и с жителями это всё прорабатывать, и показывать, делать всё это прозрачно, показывать, что конкретно люди от реализации этих проектов получат и что они выиграют.

С.Собянин: Так и сделаем, Владимир Владимирович, тем более у нас опыт богатый. Мы стараемся переселять людей в те районы, где они сегодня проживают, предлагаем такие варианты, которые подавляющее большинство жителей устраивают. После реновации как минимум на 20–30 процентов стоимость этого жилья, капитализация улучшается, даже если не увеличиваем метры, но качество жилья совсем другое. Исходя из этого, конечно, это будет позитивно, мне кажется, восприниматься, тем более что мы на сегодняшний день имеем массовые обращения [по этим домам] и самих жителей, и муниципальных депутатов, и ассоциаций депутатов, и Общественной палаты Москвы. Мы имеет основание говорить, что это народный проект.

В.Путин: Хорошо, давайте сделаем.

С.Собянин: Спасибо.

Россия. ЦФО > Госбюджет, налоги, цены. Транспорт. Недвижимость, строительство > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084395 Сергей Собянин


Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084371 Сергей Жвачкин

Встреча с губернатором Томской области Сергеем Жвачкиным.

С.Жвачкин информировал Президента о социально-экономической ситуации в регионе.

В.Путин: Сергей Анатольевич, вопрос традиционный – о социально-экономическом положении в Томской области.

С.Жвачкин: Владимир Владимирович, мы закончили 2016 год достаточно уверенно. Валовый региональный продукт – мы впервые в истории достигли полутриллиона. Надо сказать, что за четыре года он вырос на 30 процентов, и не за счёт сырьевых отраслей. Лесоперерабатывающая промышленность у нас 170 процентов за год дала результат [по темпам роста], мы построили новые заводы. И знаете, Владимир Владимирович, в прошлом году меньше 1 процента круглого леса вывезли. То есть исторически мы тоже такой рекорд поставили. Всё перерабатывается, и это замечательно.

«СИБУР» провёл крупнейшую модернизацию Томского нефтехимического комбината. Теперь это новое производство, конкурентоспособное на рынке.

Хорошо показали себя строители. Кстати, в 2015 году мы побили рекорд Советского Союза по вводу жилья. Никогда даже в Советском Союзе не вводилось столько жилья, сколько мы ввели в том году.

И другие предприятия показывают хорошие результаты. «Росатом» продолжает реализацию проекта «Прорыв» на территории региона, в рамках которого будет построен реактор на быстрых нейтронах «БРЕСТ-ОД-300», то есть учёные работают сегодня.

Хорошими темпами поднимается сельское хозяйство. Благодаря последним принятым решениям мы достаточно хорошо его перевооружили, за четыре года более 900 единиц техники закуплено сельхозпредприятиями. Есть и другие меры поддержки: это и компенсация процентной ставки, это гранты, которые сегодня фермерам идут. Благодаря этой работе за прошлый год, скажем, по маслу мы выросли на 170 процентов, по сметане – на 150. Сыры стали выпускать: импортные мы не покупаем – мы сами выпускаем (замечательная моцарелла у нас есть и так далее).

За прошлый год у нас уровень инфляции – где-то 5,3 меньше, чем общероссийский. По статистике за прошлый год по поднятию цен – самый низкий уровень с 1990 года благодаря всем совместным усилиям, которые сегодня идут в сельском хозяйстве.

Мы начали заниматься возобновляемыми источниками, имеются в виду дикоросы [дикорастущие растения], грибы и ягоды. Над нами смеялись, но мы в прошлом году налогов получили 700 миллионов [на продукцию из дикоросов]. Если такими темпами пойдём, то это примерно сравняется с [налогами] от нефти и газа, что мы получаем.

У нас замечательные люди пришли в сельское хозяйство, молодёжь, наука – и это даёт сегодня такие результаты. Могу похвастаться, по результатам 2016 года по производительности труда в сельском хозяйстве заняли [в регионе] первое место, это при том что Сибирь, где есть ещё и Алтайский край. По надоенности первое место заняли – представляете, такая гордость наших селян.

В.Путин: Неожиданно.

С.Жвачкин: Мы продолжаем сегодня это направление.

Конечно, известен наш научно-образовательный комплекс. По результатам 2016 года у нас учатся [студенты] из 75 регионов России и 60 стран мира – от Америки, Венесуэлы до Индии и Китая. Вот такая широкая география. В общем-то, это очень приятно.

Наши вузы продолжают работу в программе [поддержки крупнейших вузов] «5–100». Вообще, наука – это наш конёк. В ВРП, который я называл, 15 процентов – это наукоёмкая высокотехнологичная продукция. Мы одни из лидеров сегодня в Российской Федерации, у нас очень много различных предприятий – и в области ИТ-технологий, и других. Кстати, с Фондом перспективных исследований мы создали первый крупный центр по робототехнике. С ФАНО мы объединили шесть медицинских институтов Российской академии наук и создали крупнейший медицинский центр не только за Уралом, но и в стране.

То есть, конечно, наука – это наш конёк, продолжаем работать, завоёвываем новые рынки. В прошлом году, например, вся связь на чемпионате мира по футболу работала на нашей томской программе. Правда, это не помогло нашим футболистам, но во всяком случае факт есть факт. Сегодня это наша гордость – научно-образовательный комплекс.

Много делается для жителей в социальном плане. Например, мы ввели в эксплуатацию самый крупный за Уралом бассейн. И в прошлом году уже Кубок мира по подводному плаванию проходил у нас в Томске, в Сибири. И конечно, удивлялись люди, когда приезжали, например, из Латинской Америки, что в Сибири центр водных видов спорта олимпийского класса.

В здравоохранении в рамках выполнения Ваших майских указов у нас все показатели выполняются, всё выполнено. Делаем более доступным качество оказания медицинских услуг, ввели новый гемодиализный центр и радиологический каньон в онкологическом диспансере, много других объектов. Продолжаем работу в этом направлении.

11-й год подряд – и, насколько мы знаем, мы единственные в России – у нас демографический рост, без перерыва. За последние несколько лет на 25 тысяч увеличилась численность населения области, и не за счёт миграционных процессов, а в основном именно за счёт демографического роста. Правда, есть свои проблемы. Пришлось построить 30 детских садов за два с половиной года. Теперь мы большую программу вместе с Правительством разрабатываем по строительству школ, потому что эти дети подрастут, придут в школы.

Конечно, очень хорошо, что в результате мер, которые были приняты на государственном уровне, сегодня такой рост [населения], потому что люди нам нужны – Вы знаете, у нас такая ситуация. Конечно, есть официальный уровень безработицы – небольшой, 1,7 процента. Но на самом деле мы сегодня уже даже из города возим людей на лесоперерабатывающие заводы в тайгу, у нас не хватает рабочих рук. И мы знаем, что уже несколько десятков тысяч человек ездят к нам из соседних территорий, из Кемерово, Новосибирска. Поэтому для нас проблема не занятости – у нас, наоборот, проблема, где взять трудовые ресурсы.

На 2017 год бюджет сформировали, закон принят. Думаю, у нас никаких нет сомнений, мы уверенно смотрим не только на 2017, но и на ближайшие годы.

Сегодня занимаемся уже чисто тактическими делами, сейчас готовимся к паводку. Вы знаете, в Сибири очень большой уровень снега, поэтому мы вместе с Министром [МЧС] совещание уже провели в Томске.

Неожиданно возникла проблема, совершенно новая для нас, – это сибирский шелкопряд. Эта гусеница появилась у нас из-за того, что последние несколько лет были тёплые зимы, она обычно не доходила до нас, а сейчас появилась в достаточно большом количестве: тысячи гектаров заражены. Мы обратились в Правительство, потому что на отдельно взятой территории мы не победим эту проблему.

Но в целом я считаю, что уверенность у нас есть. Самое главное, чтобы это чувствовали жителей Томской области, все задачи выполнимы.

Владимир Владимирович, у меня 17 марта заканчивается пятилетний срок губернаторства. Согласно закону выборы в сентябре, поэтому прошу принять решение.

В.Путин: Хорошо.

Скажите, пожалуйста, – действительно, я вижу результат хороший за эти пять лет – как Вы сами настроены на следующий срок, готовы ли Вы пойти на выборы в сентябре этого года?

С.Жвачкин: Да, Владимир Владимирович. Сложная, непростая, но интересная работа. Мы работаем командой, и, конечно, хотелось бы закрепить некоторые позиции, которые удалось завоевать, вместе с томичами, потому что у нас удивительные люди, – делать так, чтобы всё-таки жизнь становилась лучше. Это самая главная задача, по-моему, для всех.

В.Путин: Хорошо. Действительно, результат, как я уже сказал, хороший. Ваша команда демонстрирует работоспособность, желание работать и умение. Я тогда подпишу соответствующий документ, указ о назначении Вас исполняющим обязанности вплоть до выборов в сентябре 2017 года. Желаю Вам успехов.

С.Жвачкин: Спасибо, Владимир Владимирович, за доверие работать в Вашей команде. Выбор сделают томичи, но я готов работать вместе с Вами, чтобы каждый томич жил лучше, так же как и каждый россиянин.

В.Путин: Хорошо.

Россия. СФО > Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 21 февраля 2017 > № 2084371 Сергей Жвачкин


Россия > СМИ, ИТ > svoboda.org, 21 февраля 2017 > № 2083858 Анатолий Стреляный

Анатолий Стреляный: Понурив головы

Анатолий Стреляный

Каждое правление в России располагало некоторым числом верных сынов отечества, в том числе – приближенных к царствующим особам. Среди них были лица больших талантов, даже гении. Все они уходили от трона понурив головы. Речь не о государственных деятелях, а о писателях, ученых, видных общественниках. Ни один царь не следовал их советам. С Карамзиным Александр I десять лет гулял по утрам, бывал у него дома, их беседы длились часами. Это не мешало царю отвергать практически все предложения историографа, последнее и самое серьезное – так резко, что тот в отчаянии призвал в судьи будущее: "Потомство! Достоин ли я имени гражданина Российского? Любил ли Отечество? Верил ли добродетели?" Царь мечтал почти отпустить Польшу, Карамзин страстно возражал: "Ни пяди ни врагу, ни другу!"

Жуковский, Пушкин, Тютчев, Достоевский – все они от высочайшего равнодушия к их мнениям впадали в такое уныние, что странно, как никто из них не переметнулся к бунтарям. Крупные и бескорыстные мастера культуры были вхожи и к Ленину, и даже к Сталину, не говоря об остальных, вплоть до Ельцина. Политические последствия во всех случаях были равны нулю.

Посмотрим теперь на самых благочестивых из "запутинцев". Что говорить, не устраивает их многое, что-то просто возмущает и в режиме, и в Самом. Но свои замечания первому лицу всяк старается сделать так, чтобы не раздражить, не обидеть... Сколько трогательной педагогики, верноподданнического такта в их оценках высочайших речей и шагов! Вот решается такой человек высказаться о последнем ежегодном послании. Огорчило оно его, что называется, до душевной боли. Но первым делом он отмечает спокойную уверенность, деловитость спасителя нации и только потом – что не помешало бы немножко огня, чего-то, вдохновляющего людей. Ведь наш народ, он такой, привык к высоким целям, его только призови! Тут же и пара осторожных слов о внутренней политике: эх, стала бы она такой же сильной, ясной, как внешняя!

Ее, путинскую внешнюю политику, им сам Бог послал. Чистосердечно приветствуя эту внешнюю политику, они могут благонадежно осуждать все, что творится внутри Отечества, при этом не опасаясь быть занесенными в черный список. Они против Запада, за опору на собственные силы, за новую индустриализацию. В прошлом России ценят все, что может помочь ей идти вперед, терпеть не могут романтику царя Гороха. Не любят церковь с ее претензией задавать тон в обществе, мечтают окоротить попов. Больше же всего осуждают они вельмож и их обслугу: за алчность, нескромность в быту, "нивочтоневерие". Ясно слышится невысказанное: разогнать мерзавцев, раскулачить, люстрировать! Думают, что такая программа пройдет, потому что они не какие-нибудь либералы, а горячие "крымнашисты", стремящиеся опять сдружить с Россией всех, кто состоял с нею в СССР.

Почему же Путин (или кто там его сменит) и не подумает прислушаться к ним? Почему ни один из русских правителей не поступил в распоряжение лучших сынов отечества? Вообще-то достаточно было бы заметить, что у царя Александра, кроме Карамзина, были и другие собеседники. Киссинджер, по его словам, все время помнил, что, когда он не говорит с президентом, с ним говорит кто-то другой. Хочет оно или не хочет, первое лицо олицетворяет равнодействие основных социальных и политических сил. Вон и Обама – что он говорит Трампу, уступая ему место? "Вы зависите от других людей". Это значит, что "нужно уважать государственные институты и политические процессы, чтобы принимать правильные решения".

Есть еще одно, чего никогда не понять благороднейшим из стоящих у всякого трона. Дело в том, что все их советы имеют в виду пользу Отечества и ничего кроме. А для правителя, особенно в России, значение имеет обычно то, что кроме. Он заботится, в первую очередь, о своей власти, а служить своей власти и добру – не одно и то же. И что ему прикажете делать с прожектами бескорыстных и прямодушных людей, предлагающих исключительно добро?!

Так и получается, что всякий честный охранитель обречен на двойное огорчение. Больно не только оттого, что ты оказываешься не очень нужным власти. Еще больнее, может быть, сознавать в глубине души правоту ее отрицателя, не позволяющего себе никаких иллюзий. Такой может сказать при встрече на том свете: "Я хотя бы портил настроение венценосному негодяю. А ты? Что вызывал у него ты своими благими советами? Скуку, сударь, царскую зевоту". Тут подгребает представитель и третьего пути. Это человек, который однажды твердо положил себе заниматься рутинной работой по собиранию общественных сил, способных потягаться с режимом. Ну, а если такой возможности не было, уходил до поры до времени в частную жизнь.

По ходу ознакомления с программой нынешних карамзинистов вы с изумлением открываете, что оздоровлять Родину, воспитывать служивый класс они предлагают теми же способами, какие выстрадал Запад! Независимые суды, честные выборы, свобода слова, свободная частная собственность… Спрашивается: если вы это все понимаете, чего смотрите на Запад как Ленин на буржуазию? Чего огораживаете страну? Чего морочите головы согражданам и себе? Чего-чего… Охотно, но впопыхах пополняя свое совковое образование, они перебрали романтической русскости. Если сам Достоевский ничего хорошего для России не ждал ни от Европы, ни от всех этих славянских "землиц", которые, вместо благодарности за свое освобождение, потянутся не к Москве, а на Запад, то что прикажете нам? Мы что, умнее Федора Михайловича?! В том-то и дело, братцы, что не умнее.

Анатолий Стреляный – писатель и публицист, ведущий

программы Радио Свобода "Ваши письма"

Россия > СМИ, ИТ > svoboda.org, 21 февраля 2017 > № 2083858 Анатолий Стреляный


Россия. ЦФО > Экология > mos.ru, 21 февраля 2017 > № 2082697 Антон Кульбачевский

Антон Кульбачевский: Для нас каждый год — это год экологии

Глава Департамента природопользования и охраны окружающей среды — о том, как влияет изменение климата на жизнь городов и чего ждать Москве от Года экологии.

2017 год объявлен в России Годом экологии. Это значит, что по всей стране особое внимание будут уделять проблемам окружающей среды, сохранению заповедников, совершенствованию природоохранного законодательства. В Москве уже этой весной высадят тысячи новых деревьев и кустарников, летом презентуют новый сорт розы «москвичка» и проведут первый Климатический форум, а к сентябрю откроют три уникальных природных музея. Руководитель столичного Департамента природопользования и охраны окружающей среды Антон Кульбачевский рассказал в интервью mos.ru, где можно будет понаблюдать за жизнью пчелиного роя, когда в «Лосином острове» горожане увидят, как проходят реабилитацию дикие животные, зачем экзотическим зверям регистрация в Москве и какие меры принимаются для улучшения экологической обстановки в столице.

— Какие просветительские проекты для горожан будут проводить в Москве в Год экологии?

— Постараемся охватить практически все московские школы экологическими уроками. Традиционно в Москве в этом году пройдут акции, посвящённые раздельному сбору мусора: «Разделяй и используй» — все округа города будут объезжать маркированные передвижные пункты по раздельному сбору мусора; «Батарейки, сдавайтесь!» — акция по сбору и утилизации разрядившихся батареек проводится в марте в образовательных учреждениях города; «Бумажный бум» — акция по сбору макулатуры, проводится среди образовательных, социальных учреждений, учреждений культуры. Также мы готовимся провести традиционные экологические акции и праздники, такие как «Час Земли» (в последнюю субботу марта в разных странах мира выключают свет на один час для сохранения энергоресурсов планеты — с 20:30 до 21:30 по московскому времени. — Прим. mos.ru), «День эколога» (отмечается 5 июня. — Прим. mos.ru) и «День без автомобиля» (отмечается 22 сентября. — Прим. mos.ru). Надеюсь, что горожане нас ещё активнее поддержат.

Особо хотел бы отметить День эколога (отмечается 5 июня. — Прим. mos.ru) в этом году. На празднике мы планируем презентовать новый сорт розы под названием «москвичка». Сорт уже выведен и сейчас проходит регистрацию. Это кустовая роза, которая адаптирована к городским условиям. «Москвичка» украсит розарий Ботанического сада. В день презентации мы также планируем дарить эти розы горожанам на улицах. В будущем, я надеюсь, этот сорт будет применяться в озеленении улиц, площадей, скверов и бульваров.

Для нас каждый год — это год экологии. Поэтому столичный Департамент природопользования и охраны окружающей среды будет продолжать заниматься своей повседневной работой. Но при этом основной упор мы сделаем на экологическом просвещении москвичей, воспитании экологической культуры у подрастающего поколения.

— Планируется, что в Год экологии в Москве появятся два новых экомузея: музей леса в парке «Лосиный остров» и музей Москвы-реки на базе судна «Московский эколог». Когда они начнут работать?

— И музей леса, и музей Москвы-реки мы планируем открыть к 1 сентября. Судно «Эколог» с музеем на борту будет курсировать по Москве-реке до окончания навигации в ноябре. А потом мы снова запустим его с началом навигации в апреле — мае 2018 года.

Остановки плавучий музей будет делать на причалах и там же будет принимать на борт посетителей. В ближайшее время мы заключим так называемый договор причаливания с ГБУ «Гормост» и планируем, что плавучий музей будет останавливаться в Центральном, Южном, Юго-Восточном, Северном и Северо-Западном округах Москвы. Зимняя стоянка музея Москвы-реки планируется в «Серебряном бору».

В этом музее будут интерактивные залы с информационными панелями, где можно будет узнать всё об истории Москвы-реки, о том, как менялись её русло и водоток. Также посетители смогут сделать заборы воды на разных участках реки и исследовать её качество в научной лаборатории музея, сравнить разные образцы под руководством экскурсоводов-экологов.

— А каким будет музей леса?

— Он тоже будет наполнен интерактивными экспонатами. Но если у музея Москвы-реки тематика будет скорее научная, то музей леса в национальном парке «Лосиный остров» будет ориентирован в первую очередь на детей. Не хотелось бы преждевременно раскрывать подробности всей экскурсионной программы, могу лишь сказать, что об экологии, о защите леса там будут рассказывать через русский фольклор и сказочных персонажей.

— Антон Олегович, а какова судьба павильона «Пчеловодство» на ВДНХ, его тоже превратят в экомузей?

— Да, в этом году в павильоне «Пчеловодство» на ВДНХ появится музей пчелы. Его планируем открыть уже в июле. Это наш совместный проект с Союзом пчеловодов России, который раньше занимал этот павильон. В российских городах есть музеи, посвящённые пчёлам, но подобный появится впервые. За стеклом мы хотим показать жизнь целого улья — все её процессы, от появления пчёл на свет до производства мёда. В природе всё это скрыто от глаз человека. Однако в музее будет построен большой улей из стекла. В него пчеловоды заселят пчёл. Будут выбраны отечественные породы пчёл, прекрасно адаптированные к городской среде в средней полосе России.

В тёплое время года пчёлы будут свободно перемещаться по территории ВДНХ и возвращаться в улей в павильоне «Пчеловодство». Зимой они будут жить только в пределах помещения музея. Площадь павильона составляет 200 квадратных метров, улей и музейная экспозиция займут большую её часть.

— Почему именно пчёлы? Зачем мегаполису музей пчелы?

— Пчёлы одни из самых древних обитателей Земли. Их жизнь социальна, подчинена определённым законам и правилам, каждый обитатель пчелиного сообщества выполняет свою важную функцию, ульи и муравейники часто сравнивают и с человеческим обществом. У посетителей музея пчелы будет возможность внимательно изучить жизнь улья, узнать поближе этих удивительных и полезных существ. Можно сказать, что вместе с музеем пчелы в Году экологии в столице появятся три уникальных природных музея.

— А как же мёд — его дадут попробовать гостям музея?

— Прежде чем понять, можно ли есть мёд, добытый в городской среде, его надо проанализировать. Как правило, московский мёд не продаётся, его не едят. Но в музее пчелы посетителям расскажут, как отличать натуральный, хороший мёд от подделок; что такое перга, прополис, мумиё; как используют мёд и его субстанции в медицине.

— Расскажите, насколько масштабно продолжится программа «Миллион деревьев» в этом году.

— Акция «Миллион деревьев» проводится четвёртый год. Мы высадили уже более полутора миллионов деревьев и кустарников в московских дворах. Озеленение прошло в трети московских дворов, две трети ещё только предстоит украсить деревьями и кустарниками.

С 2015 года по этой программе мы стали озеленять ещё и учреждения социальной сферы: дворы школ, больниц, поликлиник, детских садов.

Кроме того, у «Миллиона деревьев» есть подпрограмма «Лунка в лунку». Мы заменяем сухостойные, аварийные, либо утраченные из-за погодных условий деревья практически на всей территории города. Например, в прошлом году в июле был ураганный ветер, столица потеряла шесть тысяч деревьев. Вот эти шесть тысяч деревьев были осенью высажены на тех же местах.

Нынешней весной мы планируем высадить в рамках программы более 4800 деревьев и более 165 тысяч кустарников. Среди самых популярных пород деревьев — липа, клён, рябина, берёза, а среди кустарников — спирея, кизильник, лапчатка, сирень. Самые массовые высадки будут приурочены к 1 Мая и 9 Мая. Вторая волна высадки деревьев у нас запланирована на осень; жители определят, какое количество растений будет высажено в осеннем сезоне.

— Как вы боретесь с воровством саженцев? Не раз сообщалось, что некоторые особо предприимчивые люди выкапывают их и забирают себе на дачу.

— Эти случаи в Москве единичны. Деревья не похищают, жертвами вандалов становятся кустарники — сирень, чубушник, жасмин. Во дворах новые растения будут находиться под присмотром камер видеонаблюдения, доступ к которым имеют контролирующие органы. Участковые тоже предупреждены о рисках и станут следить за сохранностью саженцев во время обходов территории.

— Антон Олегович, в Москве в Год экологии проведут Климатический форум. Расскажите, что там будут обсуждать, смогут ли посетить его не только эксперты, но и обычные горожане?

— Конечно, москвичи смогут посетить его, чтобы узнать больше о климате в столичном регионе. Это первый Климатический форум, который пройдёт в нашем городе. Мы пригласим специалистов и экспертов-экологов из разных городов и стран для обсуждения проблем изменения климата. Прежде всего, нам интересен обмен опытом с теми городами, у которых есть программы устойчивого развития в условиях меняющегося климата, программы адаптации к изменениям климата.

В Москве такая программа есть, мы готовы делиться с российскими городами опытом. Ждём также гостей из Лондона и Парижа с их решениями. Мы не будем акцентировать внимание на антропогенных причинах изменения климата — об этом и так много и часто говорят. На форуме мы постараемся уделить внимание естественным причинам, просчитать, как изменится климат в Московском регионе через десятки лет, и, возможно, выработать универсальные сценарии для развития городов при изменениях климата. Форум состоится 21–22 августа.

— А как изменился климат Москвы за последние годы? Это отразилось на жизни города?

— В последние десятилетия в Москве наблюдалась тенденция к потеплению климата. Это не значит, что каждая зима стала теплее, а каждое лето жарче. Потепление климата приводит к тому, что изменяется количество и распределение атмосферных осадков, погода становится переменчивой, всё чаще мы замечаем проявления, которые прежде не наблюдались в регионе или наблюдались очень редко. В качестве примеров можно привести и ледяные дожди зимой, и ливни, которые идут несколько дней в летнее время, или жару и засуху, приводящие к смогу и пожарам в лесах.

Как это влияет на городскую среду? Вот простой пример. В зимнее время у нас участилось количество переходов температуры через нуль. Это приводит к гололедице. Ещё 20 лет назад городская система коммунального хозяйства не была готова к тому, что зимой температура скачет от нуля до минус 20 и обратно к нулю в течение одной недели. И сопровождают всё это снегопады, изморось или ледяные дожди. А сейчас городские службы ЖКХ выстраивают свой режим работы, предусматривая в том числе и такие погодные сценарии. Глобальное потепление влияет на города сильнее, чем кажется. Очень важно учиться учитывать климатические перемены, прогнозировать их воздействие на природу и городскую среду, на жизнь общества в будущем.

— Расскажите, а какова судьба «Экологической стратегии Москвы», какие из её положений вы считаете наиболее важными?

— Проект «Экологическая стратегия Москвы» прошёл все согласования с общественниками, он доработан, и я надеюсь, что в самое ближайшее время будет принят. Это план по улучшению экологии города, который определяет направление нашей работы до 2030 года. Наиболее важными я считаю положения по улучшению качества воздуха на 30 процентов возле автомобильных трасс и на 20 процентов — в районе жилой застройки к 2030 году. Также к 2030 году стратегия ставит перед нами задачи: перерабатывать до 40 процентов отходов и увеличить площадь зелёных насаждений с 54,5 процента до 61 процента (в границах Москвы до 2012 года). Некоторые меры для выполнения этих положений принимаются уже сегодня.

Конечно, самая главная проблема для любого мегаполиса — это загрязнение атмосферы, которое негативно отражается на воде, почве, растениях и здоровье жителей.

С московской промышленностью мы уже разобрались, часть вредных производств в предыдущие годы были выведены за пределы города. Те предприятия, которые работают в городской черте, выполняют программу модернизации, в том числе экологической. Они совершенствуют производство, делают более высокотехнологичными свои очистные сооружения.

Однако самый главный источник загрязнения окружающей среды — это автомобили. Когда машины стоят в пробках, мы получаем в эти часы самое большое количество загрязняющих веществ, поступающих в атмосферу. И город сейчас решает эту проблему. Градостроительная программа, транспортная программа — всё это косвенно или напрямую связано с тем, чтобы разгрузить автомагистрали, чтобы автомобили меньше стояли в пробках, меньше загрязняли окружающую среду.

Помимо того, что появляются новые развязки, сейчас идёт строительство Северо-Западной, Северо-Восточной хорд, которые призваны снизить нагрузку автопотока на МКАД. Рассредоточение автомобилей и снижения числа пробок на МКАД существенно улучшит качество воздуха в районах, граничащих с Кольцевой автодорогой.

— Антон Олегович, год назад для снижения загазованности воздуха от автомобильных выхлопов в Москве было введено требование к качеству моторного топлива автомобилей — использовать в городской черте бензин класса не ниже «Евро-5». Это требование соблюдается?

— Да, такое требование к моторному топливу для автомобилей в Москве действует с 1 января прошлого года. Самые распространённые нарушения связаны с продажей автомобилистам контрафактов, который на АЗС выдают за топливо класса «Евро-5», хотя оно таковым не является.

Мы вправе проводить плановые проверки АЗС один раз в три года, а также реагируем на жалобы, которые поступают к нам на горячую линию. Автомобилисты очень быстро понимают, что им продали низкокачественное топливо: двигатель начинает «чихать», машина плохо заводится. Больше всего нареканий вызывают несетевые АЗС, которые расположены не в центральной части города, а на окраинах, особенно в ТиНАО. Проверки проводим совместно с природоохранной прокуратурой, делаем контрольные закупки и исследуем качество топлива. В 2016 году было проверено более 30 АЗС по жалобам на горячую линию, также было проведено 12 плановых и внеплановых проверок. По итогам инспекций АЗС были оштрафованы более чем на три миллиона рублей. В чёрном списке, опубликованном на сайте Департамента, на сегодняшний день находятся 26 АЗС.

Что касается частного автопарка в Москве, то с каждым годом он становится всё более экологичным. В 2012 году у нас всего порядка шести процентов автомобилей имели класс двигателя «Евро-5», а сейчас доля таких автомобилей в городе — около 20 процентов.

— Для неэкологичных грузовиков в этом году ограничен въезд в центральную часть города. Как следят за тем, чтобы «грязные» грузовые авто не нарушали ограничения?

— С 1 января 2017 года грузовики с двигателями класса ниже «Евро-3» не могут въезжать на Третье транспортное кольцо (ТТК) и в его пределы, а грузовики с двигателем класса ниже «Евро-2» — на Московскую кольцевую автомобильную дорогу (МКАД) и в её пределы.

Порядка 30 процентов выхлопных газов, загрязняющих воздух в районе автомобильных трасс, выбрасывают грузовики. Ограничения должны стимулировать транспортные компании обновить автопарк.

Въезд грузовиков на ТТК и МКАД фиксируют видеокамеры, операторы по паспорту транспортного средства в базах ГИБДД видят экологический класс двигателя каждого из них. Если грузовик с неподходящим классом двигателя въедет в центральную часть города, то его владелец получит штраф. Для этого инспекторам ГИБДД не надо бегать за нарушителями, всё фиксируют камеры.

Мы ожидаем, что ограничение на въезд грузового транспорта в центральную часть города снизит загазованность воздуха на два-три процента, а это существенно для такого мегаполиса, как Москва. Думаю, в конце 2017 года мы уже сможем оценить эффективность этой меры.

— Антон Олегович, в Москве применяют «зелёные» стандарты для строительства?

— Мы можем лишь рекомендовать строительным компаниям и девелоперам придерживаться хотя бы отчасти «зелёных» стандартов в жилой и офисной застройке. Но скоро в Москве появится достойный образец экодома. Первым зданием, возведённым полностью по «зелёным» стандартам, станет дом Всемирного фонда дикой природы (WWF) с солнечной батареей на крыше.

— А много ли в Москве уголков экобаланса, где ничего приводить в порядок не надо, а только беречь и сохранять?

— Конечно. У нас есть особоохраняемые природные территории, на них есть и заповедные участки. Это наша гордость, это ядра московской природы, которые мы охраняем, изучаем, показываем школьникам и студентам в образовательных целях. Особоохраняемые природные территории, такие как памятник природы «Серебряный бор», национальный парк «Лосиный остров», природно-исторические парки «Измайлово», «Битцевский лес» и другие, — это жемчужины нашего города. Не в каждом мегаполисе, отъехав восемь километров от центра, можно повстречать лося, лису, зайца. А в Москве это реально.

Но и на центральных улицах города появляются более экологичные уголки. После первых этапов реализации программы «Моя улица» мы видим много озеленённых комфортных общественных пространств. Это не может не радовать.

— Появится ли на территории парка «Лосиный остров» центр реабилитации животных от Московского зоопарка? Это же ваш совместный проект?

— В парке «Лосиный остров» уже готовы вольеры для содержания животных. Задачей реабилитационного центра станет помощь пострадавшим и ослабленным диким животным, которых передают зоопарку. После реабилитации часть из них будут возвращать в дикую природу. Сейчас мы решаем юридические вопросы — как передать имущество Московскому зоопарку. Далее останется завезти туда животных, организовать экскурсионную программу. А так, в принципе, всё готово.

Ещё у нас с Московским зоопарком есть план по созданию парка с полувольным содержанием животных в ТиНАО. Сейчас ищем земельный участок, и параллельно идёт поиск инвесторов для этого проекта.

Мне не нравится название «сафари-парк», ведь сафари — это изначально термин, обозначающий охоту. Мы же выступаем за то, чтобы фотоохота вытесняла охоту в нашем обществе, чтобы главным для человека стало общение с природой, а не её уничтожение ради трофеев. Кстати, в феврале экскурсии с фотоохотой по местам обитания белок, дятлов, бобров пройдут в «Серебряном бору». Думаю, что подобные мероприятия мы сможем проводить и на других природных территориях.

— Антон Олегович, а что касается закона по содержанию диких животных в домашних условиях, какова его судьба?

— Пока этот закон не принят, рассмотрение законопроекта запланировано на март. В Москве с каждым годом увеличивается спрос на экзотических животных. Это животные, которые не водятся на территории Российской Федерации, их завозят, естественно, в основном контрабандными каналами. При этом нарушается ветеринарное, таможенное законодательство.

В Москве о том, что диких животных содержат дома, и содержат плохо, мы узнаём только тогда, когда случается что-то экстраординарное: питомец убегает, или жалуются соседи, или владелец бросает питомца.

— Много таких случаев?

— На нашу горячую линию еженедельно поступает семь-восемь обращений от горожан о диких животных, попавших в беду, в том числе и об экзотических животных. Мы в проект закона ввели требования к содержанию диких животных в неволе частными лицами. Содержать у себя дома можно и рысь, и игуану, и черепаху. Главное условие — оформить для него регистрацию. Это значит, что у владельца должны быть документы, доказывающие легальность происхождения животного, что его не ввезли контрабандой. А в доме должны соблюдаться все условия для комфортного содержания — должен быть просторный вольер, аквариум или террариум, питомца должны кормить подходящей ему пищей.

Владелец будет обязан обеспечить доступ наших специалистов к питомцу для оформления регистрации. Запрет на домашнее содержание будет прописан только для крупных диких кошек, хищников, крупных животных, таких как слоны или жираф, для ядовитых змей.

— Расскажите, а как часто пресекаются попытки нелегальных поставок диких животных?

— В 2016 году в столичных аэропортах у контрабандистов были конфискованы десятки особей. Перевозили их часто тайно, в ужасных условиях. Это и обезьяны лапундеры, и детёныши тонких лори, и краснокнижные черепахи, и змеи, в том числе ядовитая куфия. В прошлом году в Домодедове в багаже у пассажира, вылетавшего в Арабские Эмираты, нашли 30 соколов. Скорее всего, он вёз их на продажу — для столь популярной в ОАЭ соколиной охоты. Всех животных и птиц мы отправляли в центр передержки животных под Яхромой.

Многие животные, птицы и рептилии, которых ввозили в страну незаконно контрабандисты или выбрасывали на улицу хозяева, оказываются после центра передержки в Московском зоопарке, также мы передаём зверей в Ярославский зоопарк, налаживаем контакты с другими зоопарками страны.

В наших планах — передавать спасённых диких экзотических животных в лицеи, школы и другие образовательные учреждения с экологическим уклоном для их живых уголков. Главное, чтобы о них заботились неравнодушные люди, которые понимают, как это нужно делать.

Россия. ЦФО > Экология > mos.ru, 21 февраля 2017 > № 2082697 Антон Кульбачевский


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 февраля 2017 > № 2082345 Патрик Бьюкенен

Разрядка Трампа — Путина мертва?

Патрик Бьюкенен (Patrick Joseph Buchanan), The American Conservative, США

Одна из причин, по которой Дональд Трамп стал президентом, заключается в том, что он понимает свою страну и мир лучше, чем его соперники.

Он увидел, как разрастается и крепнет американский национализм внутри страны, как усиливается этнический национализм в Европе. А еще он поддержал Брексит.

В то время как наш политический истэблишмент от обеих партий преклоняется перед разнообразием, Трамп увидел, что американский средний класс страдает от демографических перемен, возникших в нашей стране из-за вторжений третьего мира. И он пообещал обуздать эти изменения.

Пока наши корпоратисты курили фимиам у алтаря глобальной экономики, Трамп ездил по стране, оценивая потери рабочего класса. И забытые американцы в Пенсильвании, Огайо, Мичигане и Висконсине отреагировали на это.

Если Буш II и президент Обама ввергли нас в пучину войн в Афганистане, Ираке, Ливии, Йемене и Сирии, то Трамп увидел, что его соотечественники хотят избавиться от этих нескончаемых войн и поставить Америку прежде всего.

Он предложил новую внешнюю политику. Несмотря на заявления Митта Ромни, сказал Трамп, Россия не является «нашим геополитическим врагом номер один».

Более того, 67-летний Североатлантический альянс, обязывающий нас защищать два десятка стран, ни одна из которых не вносит такой же вклад в бюджет НАТО, какой вносим мы, является «устаревшим».

Многие из них — дармоеды, сказал Трамп. Он надеется на сотрудничество с Россией в борьбе против наших настоящих врагов, каким являются «Аль-Каида» и ИГИЛ (запрещенные в России организации — прим. пер.).

Именно за такую повестку проголосовали американцы. Но масштабы и злобность антитрамповских сил в этом городе вызывают сомнения в том, что Трамп сумеет выполнить свои обещания.

Вспомните его план примирения и сближения с Россией. То же самое в годы холодной войны делали Эйзенхауэр, Джон Кеннеди, Никсон и Рейган, причем делали они это вместе с намного более опасной советской империей.

Американская элита до сих пор восхваляет Франклина Рузвельта за его партнерство в борьбе против Гитлера с одним из самых ужасных массовых убийц в человеческой истории Иосифом Сталиным. Она продолжает аплодировать Никсону, который отправился в Китай, чтобы установить дружественные отношения с самым страшным массовым убийцей 20-го века Мао Цзэдуном.

Однако Трампу не позволяют наладить партнерство с Путиным, чьим величайшим преступлением стал бескровный возврат Крыма, принадлежавшего России с 18-го века.

Антипутинская паранойя у нас в стране просто поражает.

То, что он — убийца, громила из КГБ и душегуб, нам ежедневно и очень напыщенно заявляет Джон Маккейн. Выступая на прошлой неделе на Мюнхенской конференции по безопасности, сенатор Линдси Грэм пообещал: «2017 год станет годом, когда конгресс надает России по заднице». Вот уж воистину, слова не мальчика, но государственного мужа.

Как может президент вести переговоры с противоборствующей великой державой, если лидеры его собственной партии вставляют ему палки в колеса и саботируют его усилия?

А что касается ведущих средств массовой информации, то они просто помешались на своем стремлении погубить Трампа. А чтобы добиться своего, они используют следующую линию повествования:

Трамп — это сибирский кандидат, креатура Путина и Кремля. У него давние и прочные связи с Россией. Чтобы помочь Трампу, Россия взломала компьютеры Национального комитета Демократической партии и компьютер руководителя предвыборного штаба Хиллари Клинтон Джона Подесты. Она также направила материалы переписки WikiLeaks и добилась того, чтобы американский народ во время кампании узнал о них. А люди Трампа тайно сотрудничали с российскими шпионами.

Веря в то, что Путин лишил Хиллари Клинтон президентства, демократы жаждут мести — и отомстить они хотят как Путину, так и Трампу.

Из-за этой эпидемии русофобии почти невозможно налаживать нормальные отношения. Реагируя на постоянные нападки, инициаторы которых называют администрацию марионеткой Путина, Белый дом, похоже, ужесточает свои позиции в отношении России.

Поэтому мы видим, как американские войска направляются в Польшу, Болгарию и Румынию, как натовские войска размещаются в прибалтийских государствах, как в Белом доме звучат новые жесткие заявления о том, что Россия должна вернуть Крым Украине. Мы читаем о российских шпионских кораблях, крадущихся вдоль американских берегов, о российских самолетах, пикирующих на флот США в Черном море, о ракетах, развертываемых Россией в нарушение соглашения 1987 года о контроле вооружений.

Американские субмарины типа «Огайо» только что провели испытательные пуски ракет «Трайдент» у тихоокеанского побережья. Эти ракеты могут оснащаться термоядерными боеголовками.

Сегодня угасают последние надежды на заключение перемирия в Донбассе, на снятие санкций и на возвращение России в лоно Европы. Если раньше русские с надеждой смотрели на избрание Трампа, то теперь у них видимо возникает разочарование и чувство отчаяния.

Возникает вопрос: куда мы движемся с этой своей враждебностью, если об улучшении отношений с Россией нет и речи?

Россия не откажется от Крыма. Путин этого не допустит. А если он сделает это, российский народ отвернется от него.

В чем тогда заключается конечная цель этой яростной враждебности Вашингтона к Путину и к России, а также наращивания натовских сил в Прибалтике и в черноморском регионе? В том, что вторая холодная война с Россией теперь допустима и стала приемлемой реальностью?

Где те советники Трампа, которые скажут ему, что надо твердо противостоять волне русофобии и вырабатывать соглашение с российским президентом? Дело в том, что когда Россия приперта к стене, вторая холодная война с ней может закончиться не так счастливо, как первая.

Патрик Бьюкенен — учредитель и редактор издания The American Conservative, автор книги «Величайшее возвращение: Как Ричард Никсон смог оправиться от поражения и создать Новое большинство» (The Greatest Comeback: How Richard Nixon Rose From Defeat to Create the New Majority).

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 21 февраля 2017 > № 2082345 Патрик Бьюкенен


Россия. Весь мир > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082338 Сергей Колесников

Сергей Колесников: «Вряд ли нас можно удивить климатом Экватора или Новой Зеландии»

Дмитрий Яковенко

Forbes Staff

Президент корпорации «Технониколь» о международной экспансии, особенностях Китая и Дальнего Востока и неутомимости российских чиновников

Производитель строительных материалов «Технониколь» уже давно превратился из локальной российской компании в полноценную глобальную корпорацию. Сегодня у нее есть 51 завод в семи странах мира, ее продукцию покупают в 82 государствах. Генеральный директор и совладелец «Технониколь« Сергей Колесников рассказал Forbes, почему Хабаровск не так уж отличается от Харбина, зачем агрохолдинги покупают у корпорации каменную вату и сколько запретов и ограничений для бизнеса придумывают российские чиновники каждый год.

— В этом году корпорации «Технониколь» исполняется 25 лет…

— Совершенно верно. Мы считаем нашим днем рождения ноябрьские праздники 1993 года. По гороскопу, выходит, мы скорпионы.

— Как прошлый предъюбилейный год прошел для корпорации «Технониколь»?

— Год выдался насыщенным. Мы запустили три новых завода – завод монтажных пен в Рязани и два завода по производству каменной ваты – в Хабаровске и Ростове. Осенью была закрыта сделка по покупке производителя изоляционных материалов Superglass в Шотландии за 8,7 млн фунтов стерлингов.

— Каков объем продаж корпорации в 2016 году и кто сейчас ваши основные клиенты?

— Выручка «Технониколь» составила порядка 70 млрд рублей без НДС, увеличившись за прошлый год примерно на 10%. Мы исторически сильно сконцентрированы на корпоративном секторе. У нас 50-100 корпоративных клиентов. Это «Магнит», Х5, «Росатом», РЖД, крупные строительные компании. Два года назад мы сделали ставку еще и на розницу – сейчас это направление занимает 13-14% от совокупных продаж. Мы стали очень значимым поставщиком для «Леруа Мерлен» и других наших компаний-партнеров: «Петрович», Obi, «Эпицентр» в Украине. Мы активно работаем и на строительных рынках, которых, как было много, так и осталось – особенно в провинции: начиная с Хабаровска и заканчивая Смоленской областью. Мы начали интернет-продажи – не могу сказать, что уже достигли крупных показателей, но процесс пошел.

— Последние два года российская экономика провела в состоянии рецессии. Как корпорация прошла этот период, учитывая, что открытые в прошлом году заводы строились фактически в кризис?

— Кстати, решение по строительству рязанского завода монтажных пен мы приняли в 2015 году. То есть если бы не был кризис, мы бы его вообще не построили. Мы тогда как раз увидели лозунг про импортозамещение, проанализировали рынок и обнаружили, что 80% продукта импортируется. Так что именно девальвация и кризис подтолкнули нас к этому решению. Уже сейчас видим, что темпы роста продаж огромны. Импорт в прошлом году сократился до 60% — недалек тот день, когда он приблизиться к нулю.

Есть еще одна ниша, которую мы открыли в кризис. У нас был очень большой рост поставок на агроиндустрию. Оказалось, что каменная вата – это не только изоляционный материал, она еще подходит для выращивания семян и растений. Мы делаем из нее субстраты, которые поставляем в теплицы как в России, так и за рубежом Речь идет по сути об искусственной почве из базальтовых волокон, которая удивительно хорошо удерживает влагу и питательные вещества. И прошлом году мы поставили в теплицы порядка 2000 тонн этого продукта, примерно 30 000 кубометров.

Несмотря на появление новых ниш, российский рынок сильно просел. Мы оцениваем средний индекс снижения рынка строительных материалов за 2015-2016 годы в 25%. Но это падение мы компенсировали экспортом в Европу и Азию. Фактически мы за два года нарастили экспорт в два с половиной раза, одновременно увеличив и объемы производства в абсолютном выражении.

— Экономическая элита и правительственные круги надеются, что российская экономика в 2017 году начнет расти. Вы чувствуете какое-то оживление?

— Нет. Но, во всяком случае, нет падения, и мы этому рады. Но «Технониколь» как сбалансированная компания развивается постоянно. Известный пример, в китайском языке слово «кризис» – это два иероглифа: опасность и возможность. Поэтому на опасности мы реагируем экспортом, а на возможности – импортозамещением. Это если уж совсем просто.

— Какова структура выручки с точки зрения рынков, на которых вы работаете?

— Из 70 млрд рублей продаж прошлого года на экспорт приходится порядка 20%. Это если говорить о том, что производится в России и отправляется за рубеж. Если добавить производство в других странах – получается около одной трети всех продаж.

В прошлом году мы увеличили количество рынков, в которые мы экспортируем свою продукцию, до 82 стран. Основную свою активность мы концентрируем в Евразии. Мы очень сильны в СНГ – я думаю, ни одна мировая компания не сравнится с нашими позициями на этом рынке. С 2004 года мы увеличиваем свое присутствие на европейском рынке, где охватили уже практически все страны. Начинаем увеличивать поставки в Азиатско-Тихоокеанский регион. К нам начинают обращаться клиенты, о которых мы даже понятия не имели. С таких экзотических для нас рынков, как Новая Зеландия, Австралия, Африка.

— И вы не предпринимали никаких активных действий, чтобы выйти на эти рынки?

— У нас есть продуктовые линейки, покрывающие все климаты. В одной только линейке битумно-полимерных материалов около 2500 продуктов. Мы знаем технические требования 82 стран, в 60 из них прошли сертификацию. Поэтому вряд ли нашу компанию можно удивить климатом Экватора или Новой Зеландии. В мире профессионалов с учетом уровня развития современных коммуникаций требуются лишь технические данные, доверие к марке и цена. Если клиент понимает, что ему все это нравится, он покупает.

— Расскажите о вашей стратегии на азиатском направлении.

— В Азию мы заходим очень осторожно, открываем офисы, отправляем технических специалистов для поддержки клиентов. Участвуем в тендерах: недавно выиграли большой контракт на прокладку тоннеля в Индию, поставили туда продуктов больше, чем на $1 млн. Очень большой контракт заключили по поставке продукции на Шанхайскую табачную фабрику. При этом, наша цена не была самой низкой – клиент выбрал нас именно из-за качества. По этому проекту была крайне сложная логистика: наши машины из Хабаровска стояли по четверо-пятеро суток на таможне, в силу того, что Уссурийский пограничный переход не справляется: летом очень большой поток древесины идет. И это большая проблема, если мы хотим увеличить экспорт не только по трубе. Насколько я знаю, на границе с Китаем сейчас пропускных пунктов очень мало – пальцев двух рук хватит, чтобы посчитать. А граница очень большая – порядка 4 000 км, и надо увеличивать их частоту, чтобы мы могли ездить в Китай, как канадцы в Америку.

— Китайская экономика замедляется, разговоры о «городах-призраках», в которых возведено много жилья, не нужного никому, стали общим местом. Вас это не пугает с точки зрения выхода на рынок КНР?

— Китайский рынок сложный. И из всех азиатских стран я на него смотрю с большой осторожностью. Не факт, что он будет первой страной, куда мы будем идти с производством, есть альтернатива в виде Индии, Индонезии, Малайзии

Соглашусь, бум строительства в Китае уже прошел, рынок строительных материалов не растет. Другое дело, что наши изоляционные материалы – это не только строительство, но и ремонты. А в силу строительного бума – об этом говорится в местных китайских изданиях – было поставлено много некачественных изоляционных материалов. Поэтому огромное количество даже элитного жилья – от 10 до 40% по моим оценкам — построенного в годы бума, за последние десять лет может потребовать ремонта.

— Уже прошел период, когда создавать производства в азиатском регионе было выгодно с точки зрения низких затрат на рабочую силу?

— Азия очень большая. Индия и Китай разные. Даже сам Китай – материковый и побережный – разный. Соглашусь, производить «коммодити» в Китае стало дорого, он потерял преимущество дешевой фабрики. При этом Вьетнам и Индия по-прежнему остаются странами с очень дешевой рабочей силой.

Сравним Китай с Хабаровском, где у нас открылся завод. Могу сказать, что на сегодняшний день заработная плата в Хабаровске как минимум не выше, чем, скажем, в Харбине. С точки зрения стоимости энергии эти регионы тоже сопоставимы. Другое дело, что у России есть проблема с подключением электроэнергии, есть проблема с инфраструктурой. В отличие от Китая у нас очень мало индустриальных парков на Дальнем Востоке. Если вы приедете в Харбин или Тяньцзинь, вы встретите руководителей нескольких индустриальных дирекций, которые будут конкурировать за вас.

И это большая проблема, потому что Дальний Восток – Хабаровск и Приморье – по многим показателям – налоги, трудовые и сырьевые ресурсы – могут быть местом крайне привлекательным для российских инвесторов и международных компаний. Инфраструктуры на Дальнем Востоке катастрофически не хватает. Я знаю, что эту проблему решают, знаю, что со скрипом она движется. Эту тему нужно как-то подталкивать.

— Где вы берете деньги для развития производства: это кредиты или собственные средства?

— С 2009 года, после того кризиса, мы приняли жесткое решение, что основные фонды мы строим только из собственных средств. Кредиты мы можем брать под покупку оборотных активов, технологического оборудования, хотя и эта практика стала уменьшаться.

— Центральный банк стремится снизить инфляцию, утверждая, что в этом случае кредиты для промышленности станут дешевле, а сами предприниматели получат возможность строить долгосрочные инвестиционные планы. Вы видите результаты этой политики?

— Результата этой политики мы не видим. Реальные ставки по кредитам для промышленности – 12,5% для лучших заемщиков. Инфляция – 5%, значит реальная ставка – порядка 7%. Это очень много. И если у вас есть деньги и вы нормальный человек — подчеркиваю, мы рассуждаем сейчас сугубо в парадигме риск–доходность – получается, что самое простое для вас – сидеть в рублевых финансовых инструментах, минуя производственные риски. Построить производство и заработать 12% годовых на вложенный капитал – для этого должно произойти большое стечение позитивных обстоятельств и вашего упорного труда. Притом что вас постоянно будут проверять контролирующие органы, вы потеряете огромное количество нервов и не будете видеть свою семью в течение большого времени. Производство в Российской Федерации – это очень энергозатратный процесс с точки зрения ресурсов, времени и здоровья.

— Каковы, на ваш взгляд, нынешние лоббистские возможности «Деловой России» или «Опоры России»?

— С моей точки зрения, влияние этих организаций за последние два года выросло. К мнению «Деловой России» и «Опоры России» стали прислушиваться, и нам даже иногда удается отбить совсем уж одиозные, совсем жесткие нормативные акты, которые резко ухудшают положение бизнеса.

С точки зрения инициатив, которые мы можем провести, дело обстоит похуже. Но я, если честно, сторонник уменьшения инициатив. Смотрите сами: в Думе за предыдущий созыв было принято 1837 законов. Они за собой тянут с десяток тысяч нормативных актов. Исполком «Деловой России» подсчитал, что в неделю регистрируется 132 нормативных акта. Умножьте на 52 недели и посчитайте, сколько актов выходит из-под пера за год. Каждый из них — 10-20 страниц. Нам в «Деловую Россию» на оценку регулирующего воздействия приходит 200 документов, из которых по моим оценкам, шесть из семи имеют негативный для бизнеса характер и только один что-то улучшает. Я четыре года работаю по этому направлению и вижу нарастающий с каждой неделей, с каждым годом, поток нормативных актов – ужесточить, отнять, наказать, запретить, уточнить, регламентировать. В мире, где царит огромная неопределенность даже на уровне геополитики, где изменения происходят постоянно, быть связанным таким потоком нормативных актов – просто кощунственно. Нам наоборот нужна гибкость, потому что мир меняется, меняются технологии и принципы продаж. И вместо того, чтобы дать предпринимателям эту гибкость в регулятивной сфере, мы начинаем прописывать… Например, вот вы как журналисты должны работать по инструкции №1301 Минтруда, которая гласит, что у вас должна быть подставка, а если ее нет – вы должны заплатить штраф 150 000 рублей.

— Подставка?

— Да, под ноги. 28 миллиметров, с уклоном 13,8 градуса, а если будет другая – теоретически на месте Минтруда, я мог бы с вас по 150 000 рублей взять за каждое рабочее место.

И таких законов много. Как менять эту систему – не понятно. 2 000 сотрудников в Министерстве экономического развития, 500 человек в ФАС, 12 человек в комитете «Деловой России» и около 100 человек в РСПП. Они это делают с восьми до восьми, с утра до вечера, а мы – в свободное от основной работы время, которое забираем у своих семей.

Неудивительно, что бизнес уже не является популярным занятием среди молодежи. Молодые люди хотят идти в госуправление или госкомпании. У нас открытая экономика, а самого предпринимателя в этой системе мы не видим. Мы лишаем его какой-либо защиты, он подвержен не только экономическим, но и регуляторным рискам.

— Вы сказали, что люди не хотят идти в бизнес. Корпорация сталкиваестя в трудностями при найме сотрудников? Как вы оцениваете уровень нынешнего технического образования?

— В России по-прежнему хорошее технического образование. Может быть, нет навыков общения у молодежи, навыков работы в коллективе несколько меньше чем у предыдущего, например, моего поколения. Дети растут с компьютером, это снижает их коммуникативные способности. Но они по-прежнему умные, конечно. С технической точки зрения я не вижу проблем.

— Вы финансируете две школы биатлона – в Рязани и Ульяновске. Есть ли еще планы в этом направлении?

— Сложно сказать. Было бы неплохо для начала справиться с тем, что уже есть – мы в ответе за тех, кого приручили, как говорится. Обе школы развиваются, появляются подающие надежды спортсмены. А в Москве биатлона, к сожалению, нет. Есть небольшое стрельбище в Пушкино, но за него даже как-то стыдно. Хотелось бы, конечно, это изменить, но первый и главный вопрос – земля. Кто выдаст 40 гектаров для биатлонного стрельбища? 40 гектаров в транспортной доступности. Конечно, можно выдать землю за Дмитровом где-нибудь или в Тверской области, но туда никто не поедет.

Скажу честно, когда я участвовал в биатлонных проектах в Ульяновске и Рязани, нам очень помогал прямой контакт с региональными властями. Было удивительно легко работать. Как будет в Москве – не знаю. Думаю, что без внимания первых лиц что-либо сделать будет очень тяжело. Во всяком случае, любые попытки сделать по-другому заканчивались потерей времени и сил и борьбой с закрытыми дверями.

Россия. Весь мир > Недвижимость, строительство > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082338 Сергей Колесников


США. Россия. Весь мир > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > bankir.ru, 21 февраля 2017 > № 2082327 Алексей Субботин

Алексей Субботин, Opportunity Network: «С помощью нашей платформы клиенты банков находят партнеров по всему миру»

Алексей Субботин, директор по развитию бизнеса в России

Беседовал: Николай Зайцев, корреспондент

Сегодня банковские менеджеры зачастую не могут заинтересовать клиента банка новой услугой, потому что не знают его реальных потребностей. О том, как платформа Opportunity Network может помочь и банку, и его клиентам, порталу Bankir.Ru рассказал директор по развитию бизнеса в России Алексей Субботин.

— Почему вас привлекло участие в таком необычном проекте, как Opportunity Network,— поиск по миру партнеров и контрагентов по ведению бизнеса по всему миру?

— Много лет я работал на стыке финансовых услуг и корпоративного бизнеса. В свое время я работал в Лондоне в отделе стратегического планирования одного из больших банков, что дало мне понимание того, как банковская система работает в принципе и в каких направлениях она развивается. Затем я занимался отношениями с инвесторами в одной из крупнейших российских компаний, также консультированием российских корпораций по вопросам корпоративного управления.

Я свободно ориентируюсь в международных рынках капитала, у меня есть опыт работы в банке и понимание корпоративного мира. Поэтому, когда ко мне обратился мой товарищ, с которым мы учились в бизнес-школе в Барселоне, я заинтересовался и после знакомства с компанией и ее основателем Брайаном Палласом согласился возглавить их бизнес в России. Могу сказать, что особенно мне понравилась простота и элегантность решения. Как сказал тогда Брайан, мы — та цирковая лошадка, которая умеет делать только один фокус (single trick pony).

— И что это за фокус?

— Opportunity Network соединяет интересы проверенных бизнесменов. Мы обеспечиваем нашим клиентам доступ к бизнес-интересам правильных людей, непосредственно принимающих решения, в проверенных компаниях, которые являются клиентами надежных банков в различных странах мира. На нашей платформе не проходит никаких транзакций, нет никаких аукционов. Более того, информация на платформе анонимна.

Наша единственная задача — помочь одному бизнесмену найти другого, чтобы вместе делать бизнес. Простота — наше кредо. Наша система поиска партнеров построена по разумным и прозрачным критериям с упором на реальность бизнес-интересов и надежность потенциальных партнеров. Другое отличительное качество Opportunity Network — безопасность. Наша платформа официально сертифицирована по всем стандартам США и ЕС. Это очень критичный момент, особенно когда работаешь с банками. Недавно мы подключили первого американского партнера — Citizens Bank. В процессе мы прошли полный цикл проверок по американским стандартам: техническим, экономическим, юридическим и регуляторным.

— Как долго существует платформа Opportunity Network? Это стартап или уже нет?

— Стартапов я видел довольно большое количество и даже сам принимал активное участие в фандрайзинге одной из финтековских компаний в Москве. Opportunity Network мне сложно назвать стартапом, сейчас это динамично растущая молодая компания. В 2014, когда создавалась Opportunity Network в ней было всего 4 человека.

В начале целью было создать платформу для обмена инвестиционными идеями коммуникации между управляющими состоянием богатых семей, но постепенно идея трансформировалась в универсальную платформу для всех предпринимателей, которые соответствуют достаточно высоким критериям надежности. Бизнес-интересы, размещенные на платформе сейчас включают продажу и покупку товаров и услуг, инвестиции и поиск капитала, операции с недвижимостью покупку и продажу бизнесов.

Сейчас у нас 13,5 тыс. активных пользователей в 128 странах мира и с каждым днем их число растет. В январе я был в Барселоне, в новом офисе компании, который теперь занимает целый этаж в большом офисном здании. Там постоянно работает порядка 80 человек, плюс несколько десятков коллег работают с нами по контрактам. На встречу в Барселону приехало более 30 человек из 25 стран. Я был приятно удивлен калибром людей, которые работают с Opportunity Network по всему миру. Все они занимаются тем же, чем и я в России,— продвигают нашу платформу, находя в каждой стране банки-партнеров, которые будут предлагать услуги нашей платформы непосредственно своим клиентам — компаниям и состоятельным владельцам капитала.

— А что, на ваш взгляд, самое интересное в этом проекте?

— В самой идее платформы много инноваций, что всегда интересно и любопытно. Я думаю, что ребята реализуют очень правильную идею — партнерство. Наш СЕО Брайан Паллас уверен, что финтех может успешно сотрудничать с традиционной банковской моделью. Сейчас много говорят о цифровой революции, о конфликте банков с финтехстартапами, но мы уверены, что во многом этот конфликт является надуманным. Банки и технологические компании могут и должны сотрудничать. И Opportunity Network дает им такую возможность.

А для России это еще и очень своевременно — сейчас у наших предприятий есть потребность выйти за пределы своих местных рынков со своей продукцией. Руководство страны не раз публично заявляло: экспортируйте, пользуйтесь девальвацией рубля, растите.

Внешние рынки сейчас очень привлекательны для многих российских компаний. Но что делать, если производство находится, например, где-нибудь в райцентре Архангельской области? Начать экспортировать оттуда очень сложно — люди плохо говорят по-английски, у них нет нужных связей и опыта ведения переговоров с иностранцами. Что может руководитель этого предприятия сделать, чтобы начать ВЭД? Поискать нового партнера в интернете? Если бы это было так легко, то экспортом у нас занимался каждый второй, но это не так. Все, что ему остается,— ездить на отраслевые ярмарки-выставки, теряя время и деньги, или работать с посредниками, которых опять же надо найти и отдать им часть прибыли. Но самая главная проблема — это недоверие к незнакомым людям из других стран.

— Если говорить о доверии, то как ваша платформа проверяет контрагентов? Или эту функцию берут на себя банки?

— Работать с банками было одним из самых важных стратегических решений для нас. У каждого банка есть отработанные процедуры, помогающие им знать своих клиентов. С одной стороны, это гарантирует постоянное качество проверки, а с другой — существенно ускоряет и удешевляет процесс для всех. Компаниям, получающим приглашение присоединится к нашей платформе, не надо еще раз доказывать свою рукопожатность, скажем так.

— То есть люди и компании благодаря вашей платформе просто встречаются со своими контрагентами, а платформе платят комиссию. И всё?

— Сама модель работает по такому принципу: чтобы подключиться к платформе, надо получить приглашение от банка. Без приглашения от банка-партнера подключиться к платформе Opportunity Network невозможно. Мы не берем никаких комиссий, компании просто оплачивают годовую подписку и больше ничего. Наш подход отражает обширный опыт работы, который ясно указывает на то, что бесплатное предложение абсолютно девальвирует ценность услуги в глазах клиента.

— А вы можете подключиться к конечному клиенту конкретного банка без его приглашения?

— Нет. Только через наших партнеров. Помимо формальной проверки (KYC) приглашение от банка помогает понять, зачем та или иная компания хочет присоединяться к нашей платформе. И насколько банк поддерживает подобные устремления своего клиента. Возвращаясь к примеру с лесопромышленниками из Архангельска, это просто: все, что они хотят,— продать свои доски в Европу. Для банка это выгодно: бизнес клиента растет, появляются валютные платежи, паспорта сделок, конверсионные операции и т. д.

— Соответственно, на кого сейчас ориентированы предложения Opportunity Network? На привлечение банков, чтобы они рекомендовали вас своим клиентам?

— Да, мы сейчас договариваемся с ведущими российскими банками. После заключения с ними договоров мы вместе запускаем процесс по привлечению их клиентов на нашу платформу. У нас есть большой опыт внедрения, мы знаем, как надо организовать процесс, какие их его элементов являются критичными, чтобы Opportunity Network стала доступной для клиентов банка в течении одного-двух месяцев. Если потребуется, мы можем за свой счет привлечь консультантов, которые помогают идентифицировать наиболее вероятных кандидатов среди клиентов банка-партнера, интегрировать нас в продуктовую линейку банка, оптимизировать мотивацию клиентских менеджеров и многое другое. После этого мы вместе с банком формируем информационную поддержку, проводим различные клиентские мероприятия и не только.

— У вас в начале года должны были пройти встречи с рядом российских банков. Как они прошли? Есть заинтересованность в работе с вами?

— Сейчас я веду переговоры с шестью ведущими российскими банками.

— Но в этих банках есть люди, заинтересованные в вашем сервисе? Они уже понимают, что вы им предлагаете?

— Да. Основные клиенты внутри банка — это те, кто занимается работой с корпоративными клиентами, инновациями, развитием нефинансовых услуг. Мы также заинтересованы в сотрудничестве с руководителями подразделений по управлению частным капиталом, ведь именно с этого начиналась Opportunity. В России, как и в большинстве стран мира, уровень инноваций в корпоративном сегменте банков в последнее время был не очень высоким, по большей части там доминируют кредитные отношения. Надо отметить, что на этот процесс наложилась не очень благоприятная макроэкономическая ситуация. Сейчас большинство банков стремится развивать транзакционные доходы, стать основным банком для клиента, его партнером по бизнесу. Это, безусловно, требует более глубокого понимания клиентского бизнеса и его потребностей. И об этом сейчас все банкиры говорят — могу процитировать здесь не только Германа Оскаровича Грефа.

Opportunity Network позволяет банку это сделать без каких-либо дополнительных затрат. Банк-партнер, пригласивший своего клиента подключиться к нашей платформе, получит эксклюзивный доступ к бизнес-интересам своих клиентов и будет видеть, что они делают на платформе, какие сделки и контрагентов они ищут.

Возвращаясь к нашему примеру — банк, пригласивший лесопромышленников из Архангельской области на нашу платформу, увидит, что они хотят продавать доски в Швецию. Что это дает банку? С одной стороны, возможность подготовиться, так как возможную сделку придется сопровождать банковскими транзакциями, а, с другой стороны, возможность сделать какое-то индивидуальное продуктовое предложение для этого клиента,— например, дать ему более интересный курс по обмену шведской кроны или предложить гарантию. Много чего можно сделать, если вовремя понимать исходные предпосылки.

— И это поможет банку предлагать клиенту какие-то новые продукты точечно. в тот момент, когда они нужны?

— Да. Если банк видит, что клиент ищет деньги на покупку нового оборудования, то он может предложить кредит. Или порекомендовать какой-либо механизм господдержки, чтобы ускорить или облегчить сделку. Скажем так, у банка появится понимание и возможность своевременно подготовить нужные клиенту продукты. Сотрудник банка получит возможность выстроить с клиентом общение по существу, перейти от разговоров о стоимости услуг, к беседам о развитии бизнеса. Мы встречались с клиентскими менеджерами Caixa Bank, это наш партнер в Испании, и самый интересный фидбэк был следующий: «Ваш продукт дал мне доступ к СЕО!»

— Это поможет банкам увеличить продуктовый ряд?

— Возможно, но не сразу. Это точно позволит банкам углубить свои отношения с клиентами. Сотрудники банка будут лучше понимать, как их клиенты видят возможное развитие своего бизнеса. И не стоит забывать о конкуренции — у многих компаний, особенно у крупных и тех, кто занимается экспортом, счета открыты в нескольких банках.

— А другой банк может привести этого же клиента к вам? Вы же сами говорите, что у крупных клиентов счета есть не в одном банке? Не будет ли жесткой конкуренции банков за одного экспортно ориентированного игрока?

— Отношения, выстраиваемые на нашей платформе, эксклюзивные. Банк, который пригласил клиента, будет единственным, кто видит, что это делает этот клиент. Мы гарантируем это, идентифицируя компанию по ее ИНН. Если один раз этот ИНН был отнесен к этому банку, он так и остается единственным окном для клиента в систему, пока тот не уйдет из этого банка вообще. И до тех пор, пока клиент остается клиентом этого банка, только этот банк будет видеть активность клиента на платформе.

ВЭД — это далеко не единственный вид деятельности на нашей платформе. Просто сейчас мы понимаем, что ВЭД наиболее привлекательна для российских банков и для клиентов, а наша платформа идеально для этого подходит. В то же время на платформе достаточно много бизнес-интересов, связанных с инвестициями, покупкой и продажей бизнесов, операциями с недвижимостью. Мы начинали как платформа для управляющих состоянием богатых семей, и сейчас многие из них активно ищут инвестиционные возможности за пределами своих традиционных рынков.

— А есть какие-то формальные требования к размеру бизнеса?

— Нет, формальных требований нет. Но мы исходим из того, что участники платформы должны быть в состоянии заключать сделки свыше $1 млн. Об этом мы говорим с нашими банками-партнерами, когда они выбирают, кого из своих клиентов им следует пригласить в Opportunity Network.

— А зарабатывает средства платформа на чем?

— На подписке. Мы абсолютно не вовлечены ни в какие транзакции. Наша платформа — это простое и надежное решение. При этом работа с нашей платформой экономит огромное количество времени и душевных сил, поскольку позволяют значительно повысить уровень доверия к потенциальному контрагенту.

— Звучит разумно! Хочу пожелать вам удачи. И, может быть, несколько слов в заключение?

— Спасибо! Я уверен, что уже в самое ближайшее время российские банкиры оценят потенциал нашей платформы Opportunity Network и станут нашими партнерами. Мы открыты для сотрудничества со всеми. Хорошие сделки случаются, когда хорошие люди находят друг друга,— это наш девиз!

США. Россия. Весь мир > Финансы, банки. СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > bankir.ru, 21 февраля 2017 > № 2082327 Алексей Субботин


Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082278 Виталий Чуркин

«Гигант дипломатии»: иностранная пресса о Виталии Чуркине

Анастасия Ляликова

Forbes Staff

Как мир запомнил постпреда России при ООН

20 февраля, за день до своего 65-летия, скончался постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин. В МИДе подчеркивали, что дипломат ушел из жизни «на рабочем посту». По информации источников New York Post, причиной смерти стал сердечный приступ.

Должность постпреда Чуркин занимал почти 11 лет. Его коллеги и оппоненты считали его человеком, жестко отстаивающим позицию России на международной арене: представитель России неоднократно критиковал политику других стран и пользовался своим правом вето, в частности на проекты резолюций Совбеза ООН по Сирии и Украине. Однако в день трагедии почти все его бывшие оппоненты высказались о дипломате с большой теплотой. Ключевые западные СМИ опубликовали заметки, где отметили его профессионализм и человеческие качества.

«Господин Чуркин с его безупречным английским и невозмутимым поведением воплощал образ дипломата старой школы. Его восхождение по карьерной лестнице в Министерстве иностранных дел пришлось на не самые простые 40 лет в истории его страны и отчасти связано с тем, что в эту эпоху перемен ему пришлось заново утверждать место России на дипломатической сцене после окончания холодной войны», — пишет The Washington Post.

Издание отмечает, что он был воспитан в духе истинного коммунизма, но при этом был идеологически достаточно гибким, что позволило ему пережить масштабные политические и экономические изменения, когда сначала к власти в СССР пришел Михаил Горбачев, а затем последовал развал Советского Союза. После этого, при Борисе Ельцине, он стал представителем России на Балканах, где в тот момент кипела война.

В 1992 году, будучи заместителем министра иностранных дел России, он впервые в истории российской и советской дипломатии начал проводить регулярные открытые брифинги для иностранных журналистов. «Несмотря на давление событий, он, казалось, упивался вниманием западных корреспондентов, которые окружали его на брифингах, и был рад подробно им отвечать», — пишет Reuters, добавляя, что постпред свободно владел английским.

New York Times отмечает, что Чуркин в юности работал переводчиком, и поэтому его нередко раздражали переводчики Организации Объединенных Наций, которые не могли подражать его стилю речи.

Washington Post добавляет, что в этот период, с середины 1990-х годов, Чуркин был крупным игроком в дипломатической среде, в том числе помогал наладить связи Москвы с боснийскими сербами, пытаясь призвать их к переговорам. В 1994 году, как пишет газета, ему приписывали роль посредника в сделке, позволившей «предотвратить авиаудары НАТО, снять осаду Сараево и ввести российские войска наравне с силами ООН в регион».

Хотя тогда мир в регионе сохранить не удалось, но его работа по Югославии повысила его статус, после чего он был назначен послом в Бельгии и затем в Канаде, а в 2006 году стал постоянным представителем России при ООН. «У него была репутация человека находчивого и остроумного, особенно в общении с американскими и европейскими коллегами», — пишет газета.

New York Times добавляет, что временами он мог быть чрезмерно едким. В частности, дискутируя с постпредом США при ООН Самантой Пауэр по поводу действий России в Сирии, он заявил: «Особенно странным мне показалось выступление представителя Соединенных Штатов, которая построила свое выступление так, будто она мать Тереза».

«Чуркин был воинственным защитником российской политики», — соглашается Reuters. NYT отмечает, что в публичном поле дипломат был известен как защитник Кремля, однако собеседники издания в частном порядке отметили, что он не всегда одобрял действия президента Путина.

Так, журналист Том Брокау из NBC News, знавший Чуркина в течение многих лет, вспоминал, что на приеме у него дома в 2015 году посол описывал администрацию Путина как «клептократию», говорится в публикации. «В частных беседах он мог очень критически отзываться о Путине и о том, как он управлял страной», — сказал Брокау 20 февраля. Он добавил, что не менее критически российский дипломат относился и к администрации Барака Обамы.

Издание добавляет, что отношения России с Соединенными Штатами испортились в период пребывания Чуркина в должности посла в ООН — сначала из-за Ливии, а затем из-за кризиса в Сирии и на Украине.

Он был известен как ярый защитник Башара Асада, с помощью права вето заблокировал шесть резолюций Совбеза, направленных против сирийского президента, а каждую реплику со стороны Запада в адрес действий России встречал критикой в адрес политики США и ЕС в Йемене и других странах, пишет NYT.

Тем не менее он мог удивить свои коллег-дипломатов, признает газета. В декабре прошлого года он вел переговоры со своими французскими и американскими коллегами — в течение трех часов в закрытом помещении они обсуждали формулировки в проекте резолюции по отправке наблюдателей от ООН в Алеппо, где проходила эвакуация. «Это был первый случай за несколько месяцев, когда Совет Безопасности достиг консенсуса в отношении Сирии», — подчеркивает издание.

«Это был не просто какой-то дипломат, человек в костюме», — заявил старший корреспондент CNN Ричард Рот. Он привел слова представителя Великобритании Мэтью Рикфорта, назвавшего Чуркина «гигантом дипломатии». «Он выделялся среди всех 193 постпредов», — заключает журналист.

Россия > СМИ, ИТ. Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082278 Виталий Чуркин


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082276 Сергей Земков

«Лаборатория Касперского»: импортозамещение работает, это свершившийся факт

Сергей Земков

Forbes Contributor

Что можно и нужно сделать, чтобы расшевелить российскую IT-индустрию и заставить ее работать в полную силу?

Программа импортозамещения стала одной из самых обсуждаемых тем в российской IT-индустрии с самого своего запуска. Могут ли российские продукты честно конкурировать с западными? Зачем вообще идти по трудному пути разработки собственного софта, если есть рабочие зарубежные решения, отлично зарекомендовавшие себя на рынке? В конце концов, сработает это или нет — получится ли таким образом «расшевелить» индустрию и заставить ее работать в полную силу?

Механизм вполне разумен

На самом деле часть этих вопросов надуманные. Импортозамещение работает, это свершившийся факт: чуть больше чем за год существования реестр отечественного ПО пополнился почти тремя тысячами продуктов и продолжает пополняться с завидной регулярностью. Это защитные решения, бухгалтерские и учетные системы, системы проектирования и многое другое. Вопрос скорее в том, достаточно этого или нет для достижения конечной цели — полностью обеспечить госорганы и госкомпании качественным отечественным ПО? И если недостаточно, то что для этого нужно сделать?

Сам механизм поддержки выстроен вполне разумно: нельзя просто запретить зарубежное ПО, можно лишь дать отечественным разработкам приоритет при выборе. Да, опыт показал, что обоснование закупок иностранного софта не всегда работает корректно. Часто эти обоснования написаны словно под копирку и невольно вызывают подозрения, что не обошлось без влияния иностранных вендоров. Но все же это меньшее из зол: полный запрет убьет конкуренцию и понизит отраслевые стандарты.

«Черные пятна» в отечественной разработке

Однако надо понимать, что сегодня российский софт может полноправно соперничать с зарубежным только в некоторых нишах, так уж сложилось исторически. Близкий для меня лично пример — «Лаборатория Касперского», которая занимается разработкой защитного ПО уже двадцать лет. В нашем случае история развития компании и продукта во многом совпадает с развитием самой отрасли, но так бывает не со всеми и не всегда.

В России есть отличные конкурентоспособные разработки в области бухгалтерских и учетных систем, инженерных решений и телекоммуникаций, но нет, например, своей мобильной операционной системы — зарубежные производители тут остаются безальтернативными лидерами. И это не единственное черное пятно в отечественной разработке.

Что нужно, чтобы устранить эти пятна? Ответ прост до банального: нужны деньги. Бюджет. И курс на импортозамещение играет огромную роль в перераспределении денежной массы на рынке. Госзакупки сегодня составляют около половины российского рынка информационной безопасности и значительную часть рынка IT в целом. Стимулируя госорганы покупать российское ПО, власть создает для разработчиков понятную перспективу развития, побуждает их закрывать пустующие ниши.

Парадоксальным образом сыграл на руку индустрии обвалившийся рубль: он подстегнул руководство крупных коммерческих компаний обратить внимание на российский софт. Рублевые бюджеты в долларовом эквиваленте у компаний резко сократились, тогда как стоимость зарубежного ПО формировалась по курсу доллара. Однако в малом и среднем бизнесе деньги на IT фактически перестали выделяться как таковые: для многих главной задачей стало просто выжить, удержаться на плаву.

Обобщая, можно сказать, что российский рынок стал более стабильным, но одновременно сократился в объеме денежной массы. А разработка качественного ПО стоит денег, и немалых.

Не ограничиваться одной Россией

Решение опять же есть: отечественным разработчикам надо выходить на международный рынок, не ограничиваться одной только Россией. Но тут есть ряд институциональных проблем, которые усложняют международную экспансию даже для очень перспективных продуктов. Например, российские экспортеры ПО вынуждены платить НДС дважды — в России и в стране реализации. Это делает софт более дорогим, а значит, менее конкурентоспособным.

При этом, к примеру, экспортеры природных ресурсов возвращают уплаченный в России НДС по экспортным контрактам: это хороший пример того, что власти могут сделать для развития отрасли не в национальной перспективе, а в общемировой. Да и вообще, существующее на сегодняшний день в РФ законодательство и валютное регулирование делает международные операции для большинства разработчиков (а это по сути малый и средний бизнес) трудновыполнимыми и достаточно дорогими с точки зрения администрирования.

Но главное, что мы все должны понять, чтобы избавиться от иллюзий и завышенных ожиданий от импортозамещения: разработка ПО и развитие IT-отрасли — дело не одного дня. Это долгий, мучительный, ресурсоемкий процесс, который требует упорства и поддержки. Развитие тут надо рассматривать в долгосрочной перспективе и не делать поспешных выводов.

Можно точно сказать, что лед тронулся: появилась ассоциация российских производителей программного обеспечения «Отечественный софт», которая объединяет уже полторы сотни российских разработчиков; в новых системах изначально закладывается необходимость использования ПО из реестра; наконец, как уже было отмечено, сам реестр растет довольно неплохими темпами.

Избегайте спекуляций и алармизма. Нам всем нужно набраться терпения и продолжать работать над созданием качественного, конкурентоспособного, в том числе и на международном рынке, отечественного софта.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082276 Сергей Земков


Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082268 Александр Чачава

Как выбрать инвестора от пре-seed до раунда А

Александр Чачава

Forbes Contributor

Стоит проанализировать не только общую инвестиционную стратегию и портфолио фонда, но и то, есть ли у него госинвесторы и насколько быстрые планируются «выходы»

Сотни статей написано на тему важных факторов, которые надо учесть при выборе венчурного инвестора. В основном их пишут основатели стартапов, описывая свой опыт, который ограничивается 2-3 сделками. Наш опыт куда больше, так что в этой статье я хотел бы помочь советами предпринимателям.

На самой ранней стадии лучше привлекать деньги у друзей и семьи, людей, которых вы хорошо знаете и которые вас хорошо знают. Либо вообще первые шаги делать на свои. Лучше не давать ранним инвесторам долю более 10%. Многие стартапы умерли из-за того, что инвестор ранней стадии взял слишком большую долю в бизнесе. Инвесторы более поздних стадий крайне негативно относятся к тем стартапам, в которых ранний инвестор получает слишком большую долю. Он обычно не профессионал, не вовлечен в бизнес, не приносит ценности, при этом его доля дает ему возможность участвовать в управлении или блокировании тех или иных решений. Кроме того, такая большая доля в руках непрофессионального инвестора свидетельствует о неопытности фаундеров, да и профессиональному VC обидно за свой миллион долларов получать меньшую долю, чем ранний непрофессиональный инвестор за $100 000.

На стадии seed, когда уже готов прототип и нужны деньги на доработку продукта, проверку модели роста и так далее, в идеале найти супер-ангела или соответствующий фонд ранней стадии, часто это одно и то же. Супер-ангел – это человек из отрасли, серийный инвестор ранней стадии, который разбирается в теме, обладает определенной репутацией и связями. Проекты таких супер-ангелов легче находят инвестиции на раунд А, который предполагает масштабирование бизнеса или рост аудитории. На стадии seed лучше всего поделить не более чем 15% акций, либо вообще взять конвертируемый займ к раунду А со скидкой 30%.

Наконец, инвестора на раунд А лучше искать среди профессиональных венчурных фондов, которые уже имеют опыт успешных инвестиций в компании вашей стадии и рынка. Неплохо изучить релевантные фонды до начала общения и выбрать те из них, которые кажутся более подходящими.

Важнейший фактор в подборе конкретного человека, у которого вы возьмете деньги – ваша с ним психологическая совместимость. Если вам неприятно общаться с человеком, с которым потом планируете быть вместе акционерами одной компании, лучше не идти на этот шаг. Многие сравнивают выбор инвестора с выбором второй половины для создания семьи. Психологическая совместимость, профильность и репутация фонда важнее оценки бизнеса. В конце-концов, когда мы не можем договориться об оценке со стартапом, всегда есть шанс структурировать сделку так, чтобы акции можно было перераспределить в зависимости от выполнения KPI. В быстро растущем стартапе мы готовы и на меньшую долю, главное чтобы цена акции росла кратно каждый год.

Когда основатели проекта определили шортлист фондов, потенциально готовых инвестировать, провели с ними предварительные переговоры и получили позитивную обратную связь, наступает очень важный момент — выбора фонда. Самые сильные и привлекательные стартапы получают несколько предложений об инвестиции, зачастую не совсем понимая, какой фонд выбрать, ведь все фонды обещают примерно одно и то же: smart money и все такое. Наша рекомендация – сделать по 4-5 референс—звонков по каждому фонду. Да, это займет время, но выбор инвестора – одно из ключевых событий в жизни стартапа, плохой инвестор может разрушить компанию, а хороший – внести значительный вклад в успех.

Референс-звонки лучше всего делать в портфельные стартапы фонда, причем стоит выбрать пару звездных и пару неудачных проектов, например. Так вы узнаете, играл ли какую-то роль инвестор в развитии успешных стартапов и какую именно, а также, что еще более важно, как вел себя, когда проект переживал сложные времена. Возможно, портфельные стартапы не расскажут всей правды о своем инвесторе, но выдумывать сказки тоже не будут, общая канва даст вам достаточно информации о фонде. Если же фонд откажется делать интро в портфельные компании с просьбой о референс-колле, это будет довольно странно выглядеть – стоит задуматься.

Отдельно стоит взять подробное интервью у партнера фонда, не стоит этого стесняться, фонд точно также должен продавать себя стартапу, как и стартап продает себя фонду. Команда и ее бэкграунд, кто инвесторы в фонд, какие успехи и неудачи, как могут помочь и так далее. Некоторые фонды не любят раскрывать своих инвесторов, необходимо настоять на своем, нужно знать, кто основные LP в фондах. Сегодня, в эпоху санкций, противоотмывочных компаний, борьбы с коррупцией и всеобщей прозрачности оффшоров деньги пахнут. Раунд даже от слегка токсичного фонда может закрыть западные рынки капитала и усложнить фандрайзинг в России. Понять степень токсичности фонда иногда бывает довольно непросто, найдите знакомого инвестбанкира для консультации, он вам все расскажет про каждый фонд.

Отдельный и большой вопрос – как относиться к фондам с госденьгами. Как минимум такие фонды проигрывают частным с точки зрения гибкости и скорости работы, но однозначно токсичными я бы их не назвал. Для стартапа, планирующего работу в России, такой фонд может оказаться даже предпочтительным. Для международного стартапа, в случае оформления сделки в английском праве в соответствующей юрисдикции государственность денег будет почти не заметна. В любом случае, есть большая разница между частным фондом с государственным LP и полностью госструктурой или госкорпорацией, которые решили заняться прямыми инвестициями в стартапы.

Подписанием термшита выбор инвестора не заканчивается, тем более, что до 50% сделок разваливаются даже после подписания этого предварительного документа. Инвестор будет просить запрета конкурентных переговоров на время действия термшита, это довольно распространенное пожелание, идти на него стоит на довольно короткий срок, до двух месяцев, и при условии, что финансовое положение стартапа довольно устойчиво на этот период. Есть фонды, которые уже подписав термшит, потом затягивают сделку, видя сложное финансовое положение стартапа, пытаются отторговать его «по итогам due diligence». Вообще я бы внимательно отнесся к фондам, которые отчаянно торгуются, внося сложности в условия контракта, вроде кратных преимуществ при ликвидациии и прочих потенциальных обременений. В общем, не садитесь играть в азартные игры с инвестором без хорошего юриста, имеющего опыт подобных сделок. Да, оценка вашего бизнеса может вам не понравиться, стоит поинтересоваться аргументами в пользу этой оценки, обычно фонды пользуются довольно понятными и простыми методиками. Но при этом сама структура и условия сделки должны быть довольно просты и понятны, если это сделка не поздней стадии на десятки млн долларов, конечно.

Еще один важный фактор, на который стоит обратить внимание, – это долгосрочность стратегии фонда. Сегодня нельзя построить серьезную компанию быстрее, чем за пять лет, мало кто не обходится без пивотов, долин смерти и прочих сложных периодов. Лучше выбирать серийные фонды с длинной стратегией, понимающие, что «экзит» за 2-3 года при инвестициях на ранней стадии из области фантастики. В России в начале 10-х годов появилось несколько десятков венчурных фондов, половине из которых не удалось найти LP на второй фонд. Очень важно отношение фондов к доразмещению и последующим раундам. Инвесторы поздних стадий обычно требуют со-инвестиций ранних инвесторов, а иногда проще и быстрее провести внутренний раунд с текущими инвесторами, не отвлекаясь на полноценный фандрайзинг. Поэтому, если модель и возможности фонда предполагают только однократную инвестицию и будущее фонда не очень понятно, то это тоже минус при выборе инвестора.

Понятно, что в критической ситуации, в которую частенько попадают российские стартапы, не приходится быть слишком привередливым. Умный основатель не будет загонять себя в угол, переговоры с инвестором лучше вести, имея солидный запас наличности на счету, либо выручку от клиентов, либо альтернативные варианты. Большая ошибка, которую допускают многие начинающие предприниматели, это переоценка потенциала выручки и недооценка потребности в инвестиционных средствах. Понятно, что размываться хочется как можно меньше, но лучше брать инвестиции с запасом, это увеличит устойчивость компании и позволит избежать критических ситуаций, которые в конечном итоге размывают еще больше, а чаще убивают компанию. Скупой платит дважды. Инвесторов гораздо больше привлекают стартапы и молодые компании, которым нужны деньги не для выживания, а для быстрого роста.

Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082268 Александр Чачава


Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082267 Александр Ларьяновский

Мозги на прокачку: что мешает росту сервисов онлайн-образования

Александр Ларьяновский

Forbes Contributor

Лентяйство, прогнозы в отрыве от рынка и отсутствие стандартов — каким был 2016 год для российского рынка интернет-образования

Еще каких-нибудь 20 лет назад именитая консалтинговая компания могла доблестно провалить выход «больших парней» на перспективный рынок, просто неверно оценив его состояние и перспективы. Прогнозы строились на несколько лет вперед, и отвечать за них не приходилось, так как от красивой презентации до упущенных прибылей проходили чудесные долгие месяцы. Хорошо, что скорость выросла — теперь прогнозы стали попадать в медиа быстрее. Можно хоть что-то исправить.

Буквально вчера разработчики и инвесторы обсуждали обзор российского рынка образовательных технологий (edtech), подготовленный инвестиционным аналитиком ФРИИ. Материал основан лишь на объемах инвестиций в образовательные проекты, взятых из открытых источников - в основном, из западных исследований. Никаких оценок объема рынка, никаких финансовых итогов года (хотя бы только результатов 2016 года) крупнейших игроков именно российского рынка. В принципе никаких фактов и реальных показателей реальных компаний в статье не приводится. И при этом уже в первых строках автор берется объяснить, какие перспективы ждут сектор образовательных технологий, выгодно ли в него инвестировать и что происходит в этой сфере в России. Основываясь исключительно на объемах инвестиций и интуиции, при этом абсолютно игнорируя те доли рынка, которые уже освоены и продолжают развиваться достаточно быстрыми темпами, автор прямо признает: «Целью данной статьи было скорее оценить инвестиционную активность в сегменте и рассмотреть основных игроков, нежели, например, оценить объемы рынка».

На самом деле действительно «большие парни» на это не купятся и продолжат вкладывать деньги. К счастью, рынок образовательных технологий не успел принять подобные прогнозы и бодро развивается. 2016 год для отечественного рынка онлайн-образования был успешным. Видно, что отрасль находится в состоянии активного развития. На рынке уже совершаются сделки: например, Mail.Ru Group купила контрольную долю в компании GeekBrains (обучающая платформа для программистов). Это уже не просто инвестиция, а полноценная покупка. А значит, это индикатор: на рынке edtech есть товар, который не просто может когда-нибудь «выстрелить», а уже есть «выстрелившие» проекты и востребованные аудиторией сервисы.

Не будем говорить о неслучившихся ожиданиях в отношении отдельных сервисов и технологий. Например, кажется, всевозможные чат-боты (виртуальные собеседники для мессенджеров) пока все еще не способны помогать в обучении. На данный момент чат-боты не стали инструментом ни для кого на российского рынке edtech: даже при современном уровне развития технологий усиление естественного интеллекта машинным пока не приносит значительных плодов. Конечно, работы в этой области активно продолжаются, однако на сегодняшний день видимого результата, увы, нет.

Растет сегмент, связанный с дополнительным школьным образованием: самые явные лидеры в нем — Uchi.ru и «Фоксфорд», предлагающие курсы для учеников средних и старших классов. «Фоксфорд» в 2017 году добавил в линейку продуктов и услуги онлайн-репетиторов, что, на мой взгляд должно помочь проекту резко увеличить выручку. У Maximum (курсы подготовки к ЕГЭ и ОГЭ) дела тоже идут в гору. Заметьте: изначально это был офлайн-проект, но сейчас он активно развивает именно онлайн-продукты.

Онлайн-сервисы, безусловно, очень сильно опережают по темпам роста рынок офлайн-продуктов. По нашим подсчетам (онлайн-сервиса английского языка Skyeng. — Forbes) на рынке иностранных языков офлайн сегмент не растет вообще. Мне сложно говорить о статистике других игроков на рынке онлайн-обучения иностранным языкам, но наша выручка выросла за 2016 год втрое и обогнала все московские школы английского языка (Skyeng объявил о ежемесячной выручке в 40 млн рублей в декабре 2016 года. — Forbes). Впрочем, по другим игрокам в этом (одном из самых больших для онлайн-образования)т сегменте есть предположения. Компания Englishdom, по моим подсчетам, зарабатывает около 8 млн рублей ежемесячно. Есть новая «звезда» - платформа для продажи собственных онлайн-курсов GetCourse вышла на ежемесячную выручку около 21 млн рублей.

Главное разочарование инвесторов в 2016 году - многопользовательские онлайн-курсы (massive open online courses, MOOC).

Подобные игроки хотя и смогли привлечь большую аудиторию, так и не нашли работающих моделей монетизации. По сути, все дело в том, что MOOC-платформы так и не смогли зарекомендовать себя как «жанр». На глобальном рынке для оценки перспектив MOOC показательна динамике Coursera. За 2016 год выручка компании, по моим оценкам, составила около $80 млн — и это заработок с богатейшего американского рынка! Компания экспериментирует с бизнес-моделями — помимо изначальной оплаты документов о прохождении курсов вводит ежемесячные подписки, запускает доступные исключительно за деньги курсы, работает с компаниями, но пока большого роста нет.

На данный момент, пожалуй, все разработчики MOOC-продуктов пытаются искать новые модели. В том числе и в России. Например, компания «Нетология», образовательный проект для обучения интернет-специалистов, от классических для модели MOOC курсов уходит в образовательную систему с «живыми» преподавателями, запускает и офлайн-школу.

В чем проблема? В самообразовании, по всей видимости, зарабатывать много не удается. Аудитория, хотя и любит «шэрить» статьи о будущем онлайн-образования, оказывается, не так просто переходит от обещаний к делу. Как итог — только 4% записавшихся на курсы на MOOC-платформах доходят до конца. Поэтому все деньги на рынке онлайн-образования — в сервисах с личными уроками преподавателей (конечно, в зависимости от успешности самого исполнения бизнеса), где всегда выше средний чек пользователя, выше его лояльность и лучше мотивация студентов. Я тоже вижу это в статистике рынка близкого мне изучения иностранных языков. Duolingo, крупнейший ресурс для изучения иностранных языков, зарабатывает меньше, чем российское приложение Lingualeo, но их доходы несопоставимы с доходами игроков, которые идут на эксперименты с офлайн-уроками.

Для российского рынка онлайн-образования я вижу три перспективных (с точки зрения выручки) сегмента.

Дополнительное школьное образование. Родители готовы вкладывать большие деньги в развитие своих детей на фоне консервативного государственного образования. Любопытный тренд здесь - запуск все большего числа проектов по обучению детей программированию и робототехнике:. На это есть спрос у родителей и интерес у детей. На данный момент пока нельзя выделить одного-двух самых больших игроков, их достаточно много, и все они активно пытаются развиваться на этом рынке. Но с детьми есть довольно большая проблема для онлайн-сервисов — детей нельзя долго удержать за компьютером. Тем не менее создается множество гибридных моделей с интеграцией онлайн- и офлайн-продуктов, которые успешно развиваются.

Иностранные языки (общий размер российского рынка онлайн-сервисов я бы оценил более чем в $1 млрд).

Послевузовское профессиональное образование и различные индивидуальные курсы. Здесь очень большой акцент на самообразовании без «живых» преподавателей, поэтому этот сегмент наименее успешен. Но здесь стоит выделить отдельную довольно заметную категорию: проекты, которые работают по так называемым soft skills (рисование, шитье и т. д.). Именно этим можно объяснить успех упоминавшегося GetCourse. В том же тренде еще два успешных проекта, также уже названный Geek Brains и сервис для обучения программированию HTML Academy. Оба сервиса показывают кратный рост выручки ежегодно.

Есть тренды, пронизывающие все сегменты рынка онлайн-образования. Например, все больше проектов улучшают технологии обработки огромных объемов данных об учениках и их учебных «привычках». Платформы получают возможность отслеживать, какие ошибки и на каких именно этапах обучения сделал конкретный студент, а это дает возможность прийти к выводу: что именно должна этому человеку подсказать система, что именно должен ему объяснить преподаватель. В этой сфере успешные и активно развивающиеся — разработчик адаптивного курсов Stepik.org, есть сильные проекты в Высшей школе экономики. Постепенно появляется все больше проектов, как коммерческих, так и не коммерческих, которые занимаются аналитикой учебного процесса и строят его не по принципу «у нас так получается», а по принципу «статистика, математика и аналитика показали, что это успешный путь».

Кроме того, уже длительное время наблюдается тенденция по переводу университетов на дистанционное образование. Но на этом поле, пожалуй, пока больше попыток и действий, нежели результатов, которыми можно было бы похвалиться. С одной стороны, вузам легко поставить LMS- платформу (learning management system, система открытия-закрытия контента, контроля и управления студентами и т. д.). С другой стороны, вряд ли обучение через подобные инструменты можно считать онлайн-образованием — это всего лишь чуть более упрощенный и эффективный инструмент управления контентом и доступом к нему, а не онлайн-сервис. К образованию как к процессу эти платформы не приспособлены, они не позволяют правильно строить персональную образовательную траекторию. Их недостаток в том, что преподаватели, прочтя лекцию и раздав домашнее задание, не ставят целью выяснить, что у слушателей усвоилось и осталось в памяти. Эффективность учебного процесса достоверно не известна. При этом, кстати, в России появляются проекты, работающие в области прокторинга. Они разрабатывают технологии контроля над сдачей онлайн-экзаменов, которые позволяют пресечь «жульничество» вроде переключения между вкладками в браузере или поиска подсказок в интернете. Такие проекты даже используют технологии отслеживания взгляда. Когда подобные технологии будут внедрены во все образовательные онлайн-проекты и начнут действительно эффективно работать, можно будет с большей вероятностью судить об эффективности или неэффективности методик онлайн-образования в целом.

Что в итоге? Российский рынок онлайн-образования стоит перед несколькими крупными вызовами.

Начать стоит с разработки действенных инструменты работы с мотивацией студентов. Как показывает практика, без этого бизнес в сфере онлайн-образования не растет быстрыми темпами. Нужно делать так, чтобы пользователь за свои деньги дошел до результата. Те, кто правильно умеет в своих продуктах работать с мотивацией, выигрывают.

Какие дорожки можно попробовать протоптать? Выходом может стать смена методик, переход к фрагментарному обучению. Коротко суть этого подхода можно сформулировать так: не надо учить всё (на что уйдут годы), а учи то, что даст результат в ближайшие недели. Главное мерило успеха — возврат «инвестиций», потраченных на учебу, буквально завтра или послезавтра (в виде дополнительного дохода, повышения самооценки или общей успешности). Проще говоря, если, например, в курсе иностранного языка предлагают зубрить диалоги Смитов, а вам интересно, о чем Шерлок говорит с Ватсоном в последней серии культового сериала, то требуйте от курсов именно этого. Иначе зачем тратить свое время и деньги?.

Другой путь — создание экосистемы образования, которая максимально сможет «погрузить» студента. Уроки должны сочетаться с самостоятельной работой, образовательный элемент должен появиться в интересном познавательном контенте для досуга (кино или статья): раньше на понимание этого контента не хватало знаний, а теперь он стал доступен. Фактически нужно, чтобы в современном ритме жизни человек непрерывно, несколько раз за день, иногда глубоко, иногда по чуть-чуть приобретал все новые знания. Здесь мерилом успеха для пользователя будет долгосрочность усвоенных знаний, то, какой процент полученной информации остается в его памяти через месяц, полгода, год после окончания учебы.

И наконец, не стоит забывать о том, что есть убедительные механизмы для оценки результативности полученных знаний внешними агентами — работодателями, вузами (при поступлении школьников).

Постепенное решение проблемы мотивации учеников сделает все более актуальным вопрос «Где деньги?». Для поиска ответа на него уже есть несколько предпосылок. Во-первых, выручка проектов в сфере edtech напрямую зависит от срока обучения студента. Сейчас он может составлять от нескольких недель (в рамках самообразования) до месяцев (у проектов с преподавателями, выступающими офлайн). Нельзя назвать среднее «эталонное» значение — у детей, очевидно, срок учебы должен быть дольше, у взрослых он может быть короче. Все зависит от сферы и отрасли приобретаемых данных. Но в целом очевидно: по метрике длительности работы студента с образовательным продуктом онлайн-сервисы проигрывают офлайн-занятиям.

Во-вторых, большие перспективы есть по увеличению ARPU, средней выручки на одного пользователя. Снова нет «среднего по больнице» (у продуктов для самообучения ARPU может составлять единицы рублей в месяц, а у продуктов с учителями — тысячи рублей). Но «чеки» в офлайне тоже остаются выше, чем в онлайне.

В-третьих, на рост выручки онлайн-проектов будут работать стандарты. Когда дипломы, сертификаты и прочие бумажки в онлайн-образовании будут котироваться у работодателей, тогда ценность их будет расти и количество клиентов будет увеличиваться. Пока этого нет вообще. Даже именитые вузы не могут сказать, что онлайн-дипломы, полученные с окончанием их же онлайн-курсов, котируются наравне с полученными традиционно, за партой.

Россия > Образование, наука. СМИ, ИТ > forbes.ru, 21 февраля 2017 > № 2082267 Александр Ларьяновский


Россия. Китай. США > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 21 февраля 2017 > № 2081974 Юрий Тавровский

 «Ялта-2»

возможен ли «равносторонний треугольник» в отношениях Москвы, Пекина и Вашингтона?

Юрий Тавровский

В начале XXI века, с интервалом примерно каждые пять лет, в мировой политике происходят этапные события.

В феврале 2007 года Владимир Путин на конференции по международной безопасности в Мюнхене выступил с речью, содержавшей следующую формулировку: "Россия — страна с более чем тысячелетней историей, и практически всегда она пользовалась привилегией проводить независимую внешнюю политику. Мы не собираемся изменять этой традиции и сегодня. Вместе с тем, мы хорошо видим, как изменился мир, реалистично оцениваем свои собственные возможности и свой собственный потенциал. И, конечно, нам бы также хотелось иметь дело с ответственными и тоже самостоятельными партнёрами, с которыми мы вместе могли бы работать над строительством справедливого и демократического мироустройства, обеспечивая в нём безопасность и процветание не для избранных, а для всех".

В феврале 2013 года во время беспрецедентной встречи с правящей элитой в форме "коллективной учебы Политбюро ЦК КПК" на тему "Решительно идти по пути мирного развития" Председатель КНР Си Цзиньпин заявил: "Мы будем решительно идти по пути мирного развития, но категорически не станем отказываться от наших законных прав и интересов и не будем жертвовать коренными интересами государства… Ни одна страна не должна рассчитывать на то, что мы будем вести торговлю своими коренными интересами, ни у кого не может быть ни малейшей надежды на то, что мы вкусим горькие плоды ущемления суверенитета, безопасности и интересов развития государства".

В январе 2017 года в своей инаугурационной речи 45-й президент США Дональд Трамп сказал: "Мы будем стремиться к дружбе с другими странами, но при этом будем руководствоваться только своими интересами. Мы будем укреплять союзы и создавать новые".

Каждое из этих программных заявлений не только влекло за собой последствия для всей мировой политики, но и меняло отношения в "глобальном треугольнике" Москва—Пекин—Вашингтон. Именно после своей мюнхенской речи Путин окончательно стал persona non grata для Запада, а Россия — главным объектом давления и провокаций. Именно после объявления Си Цзиньпина о "выходе из тени" всерьёз началось сдерживание КНР в военной и торговой областях. Именно после речи Трампа на инаугурации глобалисты-"неоконы" в США и по всему миру начали ожесточённую "гибридную войну" против него.

Приоритет национальных интересов объединяет Владимира Путина, Си Цзиньпина и Дональда Трампа, ярких лидеров трёх ведущих держав современного мира. Вопрос в том, какими они видят эти национальные интересы и смогут ли достичь если не их синергии, то хотя бы отказа от противостояния? Путин продолжает следовать "мюнхенским" курсом", и его принципы вряд ли изменятся. Си Цзиньпин тоже выдерживает курс "следования коренным интересам государства". Неизвестной величиной в этом уравнении пока остаётся Трамп. Ему ещё предстоит продемонстрировать серьёзность обещаний, которые он давал в ходе предвыборной кампании и в первых заявлениях уже внутри Белого дома.

Срочно подождать!

За первые недели своего президентства Трамп привёл в исполнение два главных предвыборных обещания: отказался от Транстихоокеанского торгового партнёрства и приступил к сооружению "Великой мексиканской стены". При этом пока не разразилась обещанная торговая война с КНР, и не началось хотя бы ограниченное сотрудничество с Россией. В Москве и Пекине в создавшейся ситуации, скорее всего, приняли самое мудрое решение: "Срочно подождать!". Это ожидание, по традиции, продлится сто дней. "Испытательный срок" закончится к началу мая, а в середине месяца Путин и Си Цзиньпин встретятся в Пекине на саммите "Новый Шёлковый путь". У них будет время и возможность подробно обсудить слова и дела нового участника "треугольника", согласовать те общие позиции, которые не противоречат национальным интересам России или Китая.

Российско-китайское стратегическое партнёрство недаром называется именно так. Именно стратегические, военно-политические причины постоянно подталкивают обе страны к расширению и углублению взаимодействия, которое всё больше напоминает военный союз. НАТО во главе с США четверть века вгрызалось в зону российских жизненных интересов, дойдя уже до рубежей внутренних русских земель, а к 2016 году балансирование на грани войны приняло крайне опасные формы. Одновременно США за последние годы стянули вокруг Китая кольцо военных баз, подстрекают недружественные режимы, размещают боевые корабли в угрожающей китайскому судоходству конфигурации, провоцируя Пекин на создание "выдвинутых рубежей" в Тихом океане. Именно стремление Москвы и Пекина "не пропасть поодиночке", а вовсе не торгово-экономические интересы как таковые помогли им "взяться за руки".

Разъединить российско-китайскую сцепку мечтали и во времена правления Барака Обамы. Однако пойти на сближение с Россией "неоконам" мешала иррациональная ненависть, усиленная представлением о слабости России, а с Китаем — в общем-то, рациональное неприятие китайского "мирного возвышения", поставившего США на грань утраты глобального лидерства. Ещё в 2009 году Обама привёз в КНР предложение создать дуумвират "G-2" и совместно править миром — при условии, что Вашингтон будет "старшим братом". Стоит ли разъяснять, что принятие этого предложения Пекином означало бы конец китайско-российского стратегического партнёрства и сползание к новой "холодной войне" с Москвой? Но предложение было отвергнуто, а сдерживание продолжилось с удвоенной силой.

Теоретически можно допустить, что подобная или похожая попытка может быть повторена. Однако резкие антикитайские заявления Трампа в ходе предвыборной кампании и первые практические шаги его самого и его команды делают такое допущение маловероятным. Игра на оголённом нерве тайваньской проблемы, подтверждение "ядерного зонтика" над оспариваемыми Японией островами Дяоюйдао/Сэнкаку вряд ли можно считать случайностями начального периода. А ведь в небесах витает ещё и "дамоклов меч" обещания обложить китайский экспорт пошлинами в десятки процентов, что будет означать начало торговой войны.

"Чечевичная похлёбка" для Москвы

Попытки расшатать стратегическое партнёрство Москвы и Пекина могут последовать и на российском направлении. Для Трампа очевидно, что российские товары не лишают американцев рабочих мест. Напротив, снятие санкций может стимулировать американский экспорт в Россию, создать многие тысячи дополнительных вакансий на предприятиях США. В данной ситуации оказались невостребованными идеологические фобии госдеповских дам, которым уже показали на дверь. Но созданное ими "прокрустово ложе" американо-российских отношений, символом которого являются санкции, вряд ли удастся быстро разрушить. Впрочем, отрицательное влияние санкций может быть перевешено шагами по ослаблению давления НАТО на западные рубежи России, завершением подстрекания Киева, реальным взаимодействием в борьбе с исламистами. Отвечающие в первую очередь интересам самих США, эти и другие шаги могут подаваться как авансы Кремлю в ожидании ответных ходов. Именно так их будут трактовать не только западные дипломаты и журналисты, но и наши доморощенные либералы, для которых неприятие Китая стало "символом веры". Уже сейчас разные формулы "размена" стратегических отношений с КНР на благосклонность США оживлённо обсуждаются на телевизионных ток-шоу и в печатных изданиях. Думается, что и в экспертном сообществе, включая специалистов по Китаю, найдётся некоторое число сторонников "размена".

В оборот уже ввели разнообразные аргументы. Напоминают о том, как в 70-е годы прошлого века Дэн Сяопин разменял переход к системной враждебности с СССР на допуск к западным капиталам, рынкам и технологиям. Называют имя Генри Киссинджера, не раз успешно сыгравшего роль напёрсточника в игре с Пекином и Москвой и продолжающего манипулировать двумя столицами в интересах третьей. Подсчитывают скромные итоги российско-китайской торговли, мизерные суммы китайских капиталовложений. Настаивают на "предательстве" Пекином Москвы в критические моменты украинского и сирийского кризисов. Эксплуатируют глубоко засевший в нашем коллективном бессознательном со времен боёв на острове Даманский миф о намерении Поднебесной захватить Сибирь и Дальний Восток. Обнаруживают у российских границ то танковые колонны, то стратегические ракеты.

Конечно, в большой политике никогда нельзя говорить "никогда". Совпадающие сегодня национальные интересы завтра могут разойтись. Но в текущей ситуации и на обозримую перспективу их близость или даже совпадение для Москвы очевидны. Прежде всего, одновременное сдерживание России и Китая продолжается. Довольно туманные намёки на возможность ослабления давления на Москву не принимают реальных очертаний. Но даже если сдвиг от конфронтации к сосуществованию или точечному сотрудничеству с Вашингтоном произойдёт, он потребует времени. Есть ли это время у администрации Трампа, а если есть, то как много? За несколько месяцев или лет и ценой существенных уступок в отношениях с Китаем Москва действительно можно добиться потепления с Америкой. Но как долго продлится оттепель? Не повысит ли классический бизнесмен Дональд Трамп цену на свой товар ещё до завершения сделки?

Пойдя на тактическое удлинение российско-американской стороны треугольника за счёт отношений с Китаем, Кремль понесёт стратегические потери. Он уменьшает свою дальнейшую ценность в рамках "треугольника" как с точки зрения Вашингтона, так и Пекина. Мало того, что будет утрачено личное доверие, которое было наработано между Путиным и Си Цзиньпином в ходе их 15 встреч за 2013-2016 годы. Путину уже не удастся войти в историю творцом новой модели отношений с Китаем, которую он начал создавать чуть ли не с первых месяцев своего президентства: подписание Большого договора в 2001 году, создание тогда же ШОС, окончательное урегулирование пограничной проблемы в 2005 году, начало сопряжения ЕАЭС и "Нового Шёлкового пути" в 2015 году. Будет поставлено под вопрос наработанное с большим трудом доверие и взаимопонимание между силовыми структурами двух стран. Вернуться обратно ко всем этим наработкам в весьма вероятном случае перемены настроений у Трампа или его ухода из власти будет очень трудно и уж точно невозможно во время правления Си Цзиньпина, которое продлится до 2022 года.

Разные возможности, равные выгоды

Суета вокруг "разменов" в рамках "глобального треугольника" подменяет осознание возможности создания устойчивой равносторонней структуры с вершинами в Москве, Вашингтоне и Пекине. Именно сейчас для этого сложилась небывало удачная ситуация, позволяющая соединить три стороны, ставшие примерно равновеликими. Отречение Трампа от экономического и финансового глобализма, от намерения проецировать силу в любую точку мира сокращает американскую сторону "треугольника". Недавние заявления Си Цзиньпина в Ханчжоу и Давосе о готовности возглавить глобализацию мировой экономики, напротив, говорят не о стремлении к мировому военному господству, а о желании качественно нарастить участие Китая в мировых делах после десятилетий "пребывания в тени". Это удлиняет китайскую сторону. Что касается России, то её наступательная внешняя политика на время компенсировала экономическое затухание и почти уравняла нашу сторону "треугольника" с двумя другими.

Мало того — именно Россия могла бы стать посредником в предотвращении перехода американо-китайского противостояния на более высокий и опасный уровень или даже инициатором трёхстороннего взаимодействия по ключевым международным проблемам. Коренные интересы Москвы, Вашингтона и Пекина одновременно, хотя и в разной степени, затрагивают проблемы исламского терроризма, распространения ядерного оружия, кибербезопасности, глобального финансово-экономического кризиса. Даже этот краткий перечень показывает обширность поля для взаимодействия, которое не ущемляет национальные интересы ни одной из сторон.

"Красные линии" в отношениях трёх стран пока не пересечены. Окна возможностей не захлопнулись, а иногда даже открываются шире. Выход США из Транстихоокеанского партнёрства означает для Пекина положительный сигнал о возможности предотвращения антикитайской торговой войны. В случае отказа от обещанного резкого повышения пошлин на китайский экспорт или даже введения невысоких дополнительных барьеров можно будет рассчитывать и на предотвращение двустороннего конфликта. Антироссийские заявления из новой вашингтонской администрации продолжают раздаваться, но на довольно низком уровне. С более высоких этажей идут ощутимые позитивные импульсы.

Три рыцаря традиционализма

Помимо близости интересов в сфере безопасности, начинает просматриваться и некая идеологическая близость "вершин треугольника". Это безусловный приоритет национальных интересов, возврат к традиционным ценностям своих народов и отторжение противоречащих им либерально-глобалистских мантр. Это апелляция к авторитету мыслителей и лидеров прошлого, к религиозным и этическим нормам, прошедшим проверку веками.

Выдвинув в 2012 году программу "Китайской мечты о великом возрождении китайской нации", Си Цзиньпин в своих выступлениях и статьях цитирует Конфуция гораздо чаще, чем Мао Цзэдуна. Возвращение к традиционным китайским ценностям после периода увлечения западным образом жизни набирает темпы и проявляется в самых разных областях: от ношения традиционного костюма даже в бытовых ситуациях до прилива интереса молодёжи к полузабытому классическому литературному языку "вэньянь". Развернувшаяся в последние годы системная борьба против коррупции тоже носит антилиберальную окраску — среди осуждённых за последние три года примерно миллиона чиновников большинство имели счета и недвижимость за границей, получали "откаты" от иностранных фирм и потому были сторонниками прозападной ориентации Китая.

Российский лидер пока не сформулировал столь необходимую нам "Русскую мечту", хотя его разрозненные выступления складываются во вполне последовательную систему консервативных, патриотических ценностей. Он цитирует классиков русской философской мысли XIX-XX веков. Он воцерковлён и соблюдает все православные праздники, одновременно проявляя должное уважение к другим традиционным религиям России: мусульманству, иудаизму и буддизму. Он шаг за шагом восстанавливает духовные скрепы общества, символы преемственности российских традиций: от возрождения поруганных храмов до возврата гвардейских мундиров, от мелодии советского государственного гимна до советских праздников. Несмотря на сильнейшее давление либерального прозападного лобби, он не позволяет пересадить на нашу почву однополые браки, вседозволенность, разрушать традиционные семейные нормы, систему просвещения и защиты семьи.

Даже в ходе предвыборной кампании, когда каждый голос был решающим, Дональд Трамп не боялся открыто говорить о своём неприятии размывания традиционных ценностей, подчёркивать значение христианской морали вопреки либеральному "мейнстриму", узаконивающему привилегии сексуальных и национальных меньшинств. Трамп обещал защитить семьи, христианскую этику и свободу вероисповедания, понимаемую как право отвергать диктат новомодной политкорректности. Он говорил, что их утрата обернётся отказом от наследия отцов-основателей Соединённых Штатов, создавших Конституцию на основе Священного писания. Отказ от христианских скреп может уже в обозримом будущем привести Америку к распаду по конфессиональным и этническим линиям. В своей инаугурационной речи 45-й президент США сказал, ссылаясь на Библию: "Как это хорошо и приятно, когда народ Божий живёт в единстве!". И его лозунг "Америка прежде всего!" означает "Христианство прежде всего!".

Это удивительное расположение звёзд на мировом политическом небосклоне может превратиться в устойчивое созвездие. Его могут назвать "G-3", "Второй Ялтой" или ещё как-нибудь. Шансов на такое развитие событий не так много, но они есть.

На фото: «Ялта-2»: роли могут быть распределены и так, Китай — на подъёме, США — на спуске

Материал подготовлен в рамках реализации проекта "Научно-просветительская программа "Государство Российское: новый этап". При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии c распоряжением Президента Российской Федерации от 05.04.2016 № 68-рп и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией "Российский союз ректоров".

Россия. Китай. США > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 21 февраля 2017 > № 2081974 Юрий Тавровский


Евросоюз. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 21 февраля 2017 > № 2081931 Джульетто Кьеза

 Ограбление по…

конец абсолютному доминированию?

Джульетто Кьеза

Буквально за несколько лет ситуация в мире кардинально изменилась. И происходит не эволюционное развитие мира, а революционное. Хотя в какой-то мере эта революция спонтанная, и происходит она из-за медленного, но устойчивого накопления причин, ситуация, которая привела к политической революции на Западе: в Европе и Соединённых Штатах Америки, — зрела давно.

На наших глазах происходит кризис цивилизации. Этот процесс, который начался тридцать лет назад, очень быстро развивался. Дело в том, что Запад пытался соединить западный и весь остальной мир в одном идеологическом, культурном и экономическом пространстве. Это не получилось и не могло получиться, потому что глобализация в том виде, в котором была задумана, невозможна в принципе, поскольку она перечёркивает историю разных народов, как бы отменяет её. Но это несовместимо с природой людей и попросту нарушает законы природы. Ведь человеку, как и народу, требуется определённое время, чтобы адаптироваться. Эволюция стала настолько стремительной, что не даёт времени приспособиться. Сегодня человек, сев в самолёт, всего за несколько часов может совершить кругосветное путешествие, обогнуть планету. А когда это могут сделать целые народы, начинается неизбежное столкновение между разными культурами, обычаями, религиями, что приводит к неразрешимым противоречиям.

Очень важный момент сегодняшней действительности — технологическая революция. Внутри неё действуют информационно-коммуникационные технологии, которые в течение одного поколения произвели столь глубокие изменения, что меняют все предыдущие отношения между людьми и народами. Технологическая революция, которая происходит так быстро, что люди не могут адаптироваться, производит антропологические изменения в самом человеке. Эти изменения поначалу кажутся приятными, но когда они накапливаются, то нарушают все принципы и даже законодательство.

Ведь всякое общество регулируется законами. Они распространяются на всех, то есть на каждого человека, независимо от того, какие у него интересы. Но вот законы перестают работать, потому что условия самой среды меняются столь быстро, что люди не понимают, что делать. И тогда попросту происходит слом обычаев, традиций.

Мы сейчас находимся именно в такой ситуации и должны найти выход как можно быстрее. При этом надо понимать, что все проблемы разрешить попросту невозможно. Но можно и нужно, по меньшей мере, уменьшить скорость разрушения. Нужно немного притормозить и найти время для размышления. Иначе, если мы продолжим нестись на такой скорости, то провалимся в пропасть.

Все мы помним, как Фукуяма после падения Берлинской стены сказал, что история закончена. Но вот прошло совсем немного времени по историческим меркам, и забурлил весь мир. А дело в том, что такие слова — это совокупность всех иллюзий, которые питал и сам Фукуяма, и многие на Западе. Они наивно считали, что произошла окончательная победа одной системы. И то, что мы имеем на сегодняшний день, — это и есть результат данных иллюзий: "Мы победили, наш порядок будет доминировать, потому что наши конкуренты исчезли".

Но что означает конец истории? Это отсутствие столкновения интересов. Когда интерес один, управление одно, доминирование очевидно — вот и всё, история закончена. Но это очень наив­ное видение мира. Мир большой. И миллиарды людей невозможно свести к одной схеме, к одному знаменателю.

История не только не закончена, но сейчас интересы обостряются. Причём сталкиваются разные интересы: интерес экосистемы сталкивается с развитием человечества, как оно было задумано Западом. Александр Зиновьев давно предупреждал, что механизм развития Запада не может продолжаться в прежнем виде, потому что превращается в авторитарную систему. И слова о конце истории эквивалентны идее создания авторитарной мировой системы — и даже более жестокой, недемократической, по существу — системы насильственной.

Однако фраза, не имеющая под собой оснований, стала столь популярной, потому что система массовой информации была в руках тех людей, которые так думают. Вот наглядный пример доминирования одного мышления: эти люди распространяют те идеи, которые сами и придумывают. Это не реальная информация, а их мнение. Но поскольку они контролируют поток информации, то их мнение становится мировой доминантой. Хотя — относительно мировой, до тех границ, на которые распространяется их влияние. И это тоже показатель их интеллектуальной и идеологической ошибки. Ведь идеи не дойдут до всех. Например, полтора миллиарда человек на планете попросту не имеют доступа к электроэнергии. Многие идеи не распространяются из-за языковых барьеров. Полтора миллиарда говорят на китайском языке. Миллиард двести миллионов индийцев, миллиард африканцев. Да и вообще, глобализация и унифицирование идей могут распространяться лишь до некоторого предела. Но этот предел американская, англосаксонская культуры не видели, а потому и не учитывали. Ведь они доминировали в течение трёх с лишним веков, это долго, это выработало привычку: "Мы доминируем, мы — выше, лучше остальных". Это расистская идея, которая как раз и родилась потому, что мы, западные люди, доминировали веками. Остальной мир был ограблен Западом. Мы, западные люди, думали, что так будет бесконечно, потому что в течение трёх веков мы доминировали. Но вдруг в мире появляются гиганты, которые могут не только сказать "я не согласен" и защититься, но и дать отпор. И раньше были несогласные, но они не могли постоять за себя. Индия, например. Целый континент мы завоевали, забирали там всё и делали, что хотели. Но вот появляются такие политические силы, как Китай, Россия. И продолжение ограбления уже невозможно.

Евросоюз. США. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > zavtra.ru, 21 февраля 2017 > № 2081931 Джульетто Кьеза


Россия. ПФО > Транспорт > gudok.ru, 21 февраля 2017 > № 2081926 Сергей Калужский

Требуется увеличение ресурса тележки

Сергей Калужский, генеральный директор ООО «Ульяновский завод тяжёлых и уникальных станков»

На железной дороге так заведено, что пассажирские поезда отходят и приходят чётко по расписанию. Однако в грузовом движении другая ситуация. Организовать его так же чётко, как пассажирское, не удаётся по многим причинам. Одна из них – низкое качество изготовления и ремонта деталей тележки грузового вагона, напрямую влияющее на его ресурс.

Анализ допусков на размеры и взаимное расположение деталей тележки грузового вагона показал, что большие их величины приводят к появлению больших зазоров в соединениях рама – букса, балка – клин – рама. Неконтролируемое взаиморасположение деталей относительно друг друга влечёт за собой перекос деталей и повышенный их износ в процессе эксплуатации. Станкостроители пришли к выводу о том, что необходимо ужесточить допуск на размеры всех ответственных деталей тележки. Разработанные с такими допусками чертежи позволят изготавливать эти детали более точно и обеспечить максимальный запас металла на износ.

Судя по многочисленным вопросам и дискуссиям, наш анализ вызывает большой интерес у железнодорожников, однако это направление практического развития пока не получило.

Молчание вагоностроителей понятно: пока не будет изменена нормативная документация на тележки грузового вагона, нет смысла и обсуждать точность обработки деталей тележек.

Хотя, к примеру, на литьё и неразрушающий контроль тех же деталей нормативная документация имеется. В ноябре 2012 года на заседании секции «Вагонное хозяйство» НТС ОАО «РЖД» заслушивался доклад о недостатках существующей конструкции тележки. В частности, поднимался вопрос о широких полях допусков деталей тележки, из-за чего при неблагоприятном сочетании может происходить перекос осей колёсных пар, что в свою очередь приводит к повышению воздействия на тележку сил, росту сверхдопустимых напряжений и повышенному износу деталей. В решении протокола НТС было записано, что необходимо разработать и согласовать комплект чертежей на тележку с ужесточением полей допусков и требований к механической обработке деталей с последующим внесением изменений в ремонтную документацию. Но, насколько мне известно, такие чертежи ещё не разработаны.

Надо понимать, что мы не предлагаем уменьшать зазоры в соединениях деталей тележки. Между деталями, изготовленными и с минимальными, и с максимальными значениями в пределах полей допусков, зазор всё равно существует. Сейчас он варьируется от 3 до 10 мм! Речь идёт лишь о том, чтобы он был одинаковым во всех соединениях одной тележки. В результате был бы обеспечен максимально возможный запас металла на износ и значительно увеличен ресурс тележки.

Ведь ресурс любой конструкции оценивается по самому «слабому звену». Если в одном узле тележки зазор будет 3 мм, а в другом 10 мм, то ресурс всей тележки будет определяться ресурсом «слабого звена», т.е. соединения с наибольшим зазором.

Мы, безусловно, готовы участвовать в совершенствовании конструкции тележки. Считаю, что совместная работа должна строиться в рамках НП «ОПЖТ». Тем более, что по инициативе ОПЖТ проводилось сравнительное исследование новых и изношенных тележек. В результате исследований выяснилось, что нагрузки, которые испытывают изношенные детали тележки грузового вагона, в четыре раза превосходят нагрузки, которые испытывают новые детали, зазоры между которыми гораздо меньше. Понятно, что исследование проводилось на деталях, изготовленных по существующим чертежам с широкими полями допусков на размеры. Но даже эти результаты показательны.

Считаю, что необходимо общими усилиями решить вопрос об обработке опытной партии деталей тележки грузового вагона, их сборке и испытании тележки из них. Изменений нормативной документации для этого пока не потребуется, поскольку опытная партия деталей будет изготавливаться в пределах существующих сейчас допусков. Но при этом поверхности деталей будут обработаны более точно, чем прежде, что исключит возникновение разных зазоров между ними.

Точность обработки деталей и упорядочение всей системы производства деталей тележек является необходимой составной частью этого подхода и, безусловно, поможет уменьшить вероятность изломов.

Россия. ПФО > Транспорт > gudok.ru, 21 февраля 2017 > № 2081926 Сергей Калужский


Украина > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 21 февраля 2017 > № 2081921 Надежда Савченко

«Достали они меня!»

Савченко рассказала «Газете.Ru», почему решила избавиться от неприкосновенности

Дмитрий Кириллов (Донбасс)

В третью годовщину «майдана» главный бунтарь украинской политики народный депутат Надежда Савченко объявила о снятии с себя депутатской неприкосновенности. Такой опции украинское законодательство не предусматривает, но Надежду Савченко отсутствие прописанных правил еще ни разу не останавливало.

«Третья годовщина «майдана». Пришло время политикам выполнять свои обещания без третьего «майдана»!» — написала Надежда Савченко на своей странице в фейсбуке, прикрепив к публикации фотографию, на которой депутат держит в руке фото о снятии депутатской неприкосновенности.

«Призываю всех народных депутатов Украины, президента Украины и украинских судей сделать то же самое!» — объявила Савченко.

В настоящий момент Савченко исключена из фракции БЮТ в Верховной раде, а также из состава украинской делегации в Парламентской ассамблее Совета Европы. Кроме того, сейчас идет процесс ее исключения из членов комитета Рады по безопасности и национальной обороне.

Инициатива по сути внефракционного и фактически «безработного» депутата снять с себя неприкосновенность не очень громко освещается в украинских СМИ. В Киеве сейчас пытаются, насколько это возможно, игнорировать Савченко.

Другое дело, что скандалы преследуют народного депутата Украины буквально по пятам.

«Все обвиняют меня в популизме!»

Накануне в эфире одного из украинских телеканалов бывший представитель Украины в минской трехсторонней переговорной группе Роман Бессмертный обвинил Савченко в том, что она в очередной раз ездила «к кураторам в Москву».

Сестер Веру и Надежду Савченко заметили в аэропорту Борисполь, и в ходе прямого эфира гость студии с ведущим быстро проанализировали варианты рейсов, отлетавших в это время (Дубай, Минск, Париж…), и сошлись в мнении, что возможен только полет в Москву через Минск.

Депутат Савченко тут же оперативно отреагировала публикацией своей фотографии с сестрой — в Париже. Таким образом стало известно о новом направлении деятельности нардепа. Савченко начала международную кампанию давления на лидеров стран с многочисленной украинской диаспорой.

Главам Франции, Канады, Австралии и других стран пытаются напомнить о «списке 44». В Киеве 44 гражданина Украины признаны политзаключенными, отбывающими сроки в Российской Федерации. В списке, кроме осужденных судом Чечни на длительные сроки националистов Станислава Клыха и Николая Карпюка, довольно много имен выходцев из Крыма, как украинцев, так и крымских татар.

«Газета.Ru» застала Надежду Савченко в перерыве заседания Верховной рады Украины.

«Во-первых, уйти от депутатской неприкосновенности обещали практически все политические партии во время последней избирательной кампании, а обещания надо выполнять, — пояснила Савченко свой демарш. — Во-вторых, не нужна она, эта неприкосновенность, ни мне, ни другим депутатам, ни судьям, ни президенту Украины».

Далее она рассказала, что ей сообщили о том, что для отмены депутатской неприкосновенности нужно решение Конституционного суда. «Но если хотя бы половина, 225 украинских депутатов, напишет такие же заявления, как и я, то, может, дело-то и сдвинулось бы? О большем числе депутатов или конституционном большинстве в таком вопросе я даже не мечтаю», — рассказала Савченко «Газете.Ru».

Корреспондент «Газеты.Ru» задал несколько вопросов украинскому депутату.

— Надежда, но ваше решение не несет никаких правовых последствий. К чему оно?

— Достали они меня! Особенно пока пытались убрать меня из комитета Верховной рады по национальной безопасности и обороне, и сплошь и рядом звучали слова о том, что меня, «к сожалению, нельзя привлечь к уголовной ответственности».

Делают вид, что я такая же грязная, как и они, и только неприкосновенность не дает это доказать и показать. Лишать надо этой неприкосновенности всех этих извращенцев (наиболее близкий по смыслу перевод на русский язык украинского словосочетания «ціх покидькив». — «Газета.Ru»), она не нужна в принципе!

— Есть первая реакция ваших коллег на это решение?

— Да как всегда — все! Обвиняют в популизме. А мне особо всей этой грызней заниматься некогда. Я по-прежнему делаю все от меня зависящее для освобождения наших пленных. Не отказываюсь от любых вариантов и любой помощи. Сегодня утром вот провели митинг под Верховной радой, напомнили здешним обитателям о пленных и политзаключенных в России. Пришло много разного народа, было много флагов «Укропа», например.

Я сейчас много езжу, общаюсь с диаспорами, встречаюсь с разными компетентными людьми. Самая важная цель — разработать дорожную карту, механизм для освобождения тех же украинцев, застрявших в российских тюрьмах. Политзаключенные должны получить свободу наравне со всеми нашими пленными!

Украина > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 21 февраля 2017 > № 2081921 Надежда Савченко


Россия. США. Евросоюз > Армия, полиция > gazeta.ru, 21 февраля 2017 > № 2081221 Роуз Гетемюллер

«Есть опасения, что у нас с Россией разные цели»

Замгенсека НАТО Роуз Гетемюллер дала эксклюзивное интервью «Газете.Ru»

Александр Братерский (Брюссель – Москва)

На прошлой неделе в Брюсселе завершилась встреча министров обороны стран НАТО, которая стала первой сверкой часов для нового главы Пентагона Джеймса Мэттиса и партнеров по альянсу. О том, каковы основные вызовы для НАТО сегодня и каковы перспективы отношений альянса и России, «Газете.Ru» рассказала заместитель генерального секретаря союза Роуз Гетемюллер.

— НАТО вскоре переезжает из старого здания в новое. Можно ли воспринимать это как символ того, что альянс ждут перемены?

— Как любая большая организация, НАТО всегда должно искать возможности для реформ, иначе оно будет обречено на стагнацию. Мы регулярно делаем обзоры о том, где находится организация как в политическом смысле, так и по существу. Одна из моих обязанностей как заместителя генсека НАТО заключается в том, чтобы смотреть, как управляется организация, и это касается как политических вопросов, так и собственно работы штаб-квартиры. Если же говорить о переезде в новое здание — это замечательный шаг, так как он создает возможность для того, чтобы «перевести НАТО в XXI век». Поэтому новое здание как отвечает современным экологическим стандартам, так и обладает повышенными возможностями в части технологий. НАТО является витальной организацией, которая постоянно меняется, и я думаю, это останется неизменным.

— Перед какими вызовами сегодня стоит альянс? Генсек НАТО Йенс Столтенберг уделяет сегодня много внимания «вызовам с Востока» — угрозам со стороны исламистских радикалов.

— Коренные ориентиры, о которых было заявлено на саммите в Варшаве, — это «сдерживание и оборона» и «проекция стабильности». Иногда их разделяют по геополитическому признаку — «сдерживание и защита» сфокусированы на север и восток, в направлении России, а «проекция стабильности» — на юг. Но для нас все это цели на «360 градусов». «Сдерживание и оборона» — это принцип, который мы используем, борясь с террористами в Афганистане, когда продолжаем миссию «Решительная поддержка».

Хочу отметить, что это зона взаимного интереса НАТО и России. Иллюстрацией этого может служить тот факт, что эта тема постоянно обсуждалась на заседании совета «Россия – НАТО». Что касается принципа «проекции стабильности», то она также является темой «360 градусов». Здесь цель в создании условий для того, чтобы нам не угрожал терроризм. Это цель долговременная, и здесь нам нужно сотрудничество с другими институтами, такими как Европейский союз.

Нам необходимо сделать все возможное, чтобы террористические организации не произрастали на почве бедности и нестабильности в других регионах мира.

В связи с этим НАТО работает над созданием стабильности и безопасности в различных регионах, вместе с организациями, которые осуществляют экономическую помощь странам, такими как ООН, ЕС, Африканский союз.

— Видите ли вы возможность для сотрудничества с Россией в борьбе с общими угрозами?

— Потенциал для сотрудничества есть всегда. Но тут возникает вопрос: разделяем ли мы одну и ту же цель, есть ли у нас общее ощущение, откуда исходят угрозы и как нам с ними бороться. Это те вопросы, на которые мы должны ответить, когда мы думаем о возможностях совместной работы России и НАТО. И если честно, есть озабоченность, что мы не разделяем ощущения общих угроз, одних и тех же ориентиров и целей.

Генсек Столтенберг говорил, что у нас есть общие цели. Однако мы должны быть уверены, что, разделяя эти цели, мы определяем их одинаково.

— Вы упомянули Афганистан. Недавно командующий силами НАТО генерал Джон Николсон сказал, что обеспокоен возможным сотрудничеством России и группировки «Талибан». Видите ли вы в этом тревожный сигнал?

— Это как раз тот пример, о котором я говорила, когда упомянула о «совместных целях» и «определении угроз», которые являются общими для обеих сторон. С точки зрения правительства Афганистана, США, Пакистана, «Талибан» — это угроза. Превращение их из врагов в партнеров по переговорам — это долговременная цель, но сейчас мы должны быть озабочены нестабильностью, которую «Талибан» создает в Афганистане.

— Россия постоянно выражает обеспокоенность строительством системы американской ПРО в Европе. Говорится, что оборонительные ракеты, установленные в системе, могут быть превращены в наступательные. Есть ли в НАТО желание снять эту обеспокоенность, например, с помощью инспекций с российской стороны?

— Хочу сказать одну вещь, которая меня озадачивает. В СССР была абсолютная уверенность в возможности преодолеть систему ПРО, как существовавшую, так и ту, которую планировалось создать. Я имею в виду программу «Звездных войн» Рональда Рейгана, который пытался создать ракетный щит для защиты США и союзников от угроз, исходящих от Советского Союза.

В то время, в 1980-е годы, Андропов и другие лидеры СССР, которые пришли ему на смену, были уверены в возможностях советской науки по противостоянию этим средствам.

Это помогло созданию довольно эффективных систем ракетного вооружения в СССР. Но что меня всегда озадачивало те десять лет, что я занималась этим вопросом, так это отсутствие той же уверенности в Российской Федерации.

Уверенности в том, что ограниченная по своим задачам система ПРО не может быть эффективной против российских ракет. И это в то время, когда российские стратегические силы модернизируются, а на боевое дежурство встают более эффективные ракеты, обладающие еще более совершенным возможностями преодоления систем ПРО.

— На востоке Украины вновь после определенного перерыва возобновились боевые действия. В их эскалации на Западе обвиняют Россию. Не считаете ли вы, что необходимо оказывать давление и на украинскую сторону?

— Мы ведем один разговор и с россиянами, и с украинцами о том, что минские соглашения — это путь вперед, и обе стороны должны соблюдать свою приверженность процессам, о которых договорились в Минске. Я хочу, правда, отметить, и генсек Столтенберг часто об том говорит, что Россия имеет «повышенное влияние» в этом вопросе. Речь идет о влиянии на силы сепаратистов в Донецке и Луганске.

— Вы многие годы изучали Россию. Насколько оптимистично вы настроены на возможность улучшения отношений между НАТО и Россией? Россией и США?

— Российские дипломаты одни из лучших в мире, а российские эксперты обладают глубокими знаниями в сфере контроля над вооружениями и нераспространения ядерного оружия — темой, которой я занималась на протяжении многих лет моей карьеры. Ко многим экспертам, которых я знаю в России, я отношусь с большим уважением.

Многие говорят о таких ресурсах России, как нефть, газ и алмазы. Это важно для российской экономики. Но потенциал образованного населения страны очень высок. И я часто думаю, что этот потенциал сдерживает система управления, сложившаяся в Российской Федерации.

Что касается отношений с другими странами, будь это страны этого альянса или другие, главный предмет озабоченности для всех нас в НАТО — будет ли Россия придерживаться правил, установленных международными законами. Вмешательство в дела Украины и захват украинской территории в 2014 году поставило это под вопрос.

Россия. США. Евросоюз > Армия, полиция > gazeta.ru, 21 февраля 2017 > № 2081221 Роуз Гетемюллер


Китай. Россия > Агропром > oilworld.ru, 21 февраля 2017 > № 2080827 Андрей Сизов

Свободный Китай: почему России стоит изучить аграрную политику соседа

Андрей Сизов,

Директор аналитического центра «СовЭкон»

Китай постепенно отходит от курса на самообеспечение продовольствием и упрощает регулирование сельского хозяйства. На этом фоне российская аграрная политика выглядит все более архаичной

В начале февраля Пекин опубликовал Документ №1, первый в череде программных документов, которые готовятся Компартией Китая в течение года. Документ №1, как и предыдущие 13 лет, был посвящен сельскому хозяйству. Надо сразу отметить, что если в России многие программные документы остаются нереализованными, то мера воплощения подобных программ в Китае намного выше. Изучение Документа №1 и пятилетних планов КНР дает представление о том, куда собирается и куда будет двигаться вторая экономика мира.

Международная экспансия

Курс на международную кооперацию и экспансию в сельском хозяйстве, заявленный Пекином в предыдущие годы, уже привел к активным инвестициям китайских компаний за рубежом. Китайцы инвестируют по всему миру в растениеводческие и животноводческие компании, в торговые компании, в бизнесы, разрабатывающие технологии для АПК. К сентябрю 2015 года, когда я писал об этой тенденции, Китай, в частности, приобрел за $4,7 млрд крупнейшего производителя свинины в США — Smithfield Group, а также крупные торговые транснациональные компании, специализирующиеся на сельхозсырье, — Nidera и Nobel.

В 2016 году экспансия продолжалась: китайская компания ChemChina договорилась о покупке швейцарской Syngenta — одного из мировых лидеров по производству средств защиты растений и семян. В настоящее время сделка стоимостью $43 млрд одобрена властями США, где расположена часть заводов Syngenta, и рассматривается европейскими регуляторами. После закрытия сделка будет самой крупной иностранной инвестицией Китая.

Курс на либерализацию

Основная тема Документа №1 — отказ от идеи безусловного роста валовых показателей в пользу более современного сельского хозяйства, качественного продовольствия и высоких доходов для сельхозпроизводителей и сельского населения.

Но не менее важно то, о чем Документ №1 почти не говорит. Тема продовольственной безопасности, являвшаяся для китайской аграрной политики ключевой в течение десятилетий, на этот раз почти не затронута. Вопрос о самообеспечении Китая продовольствием явно отходит на второй план.

До сих пор продовольственная безопасность оставалась особой темой для Китая в силу исторических причин. Многие, включая высшее руководство, помнят Великий голод, который поразил страну в конце 1950-х — начале 1960-х годов прошлого века и унес от 15 млн, по официальным оценкам, до 45 млн, по неофициальным, жизней.

Документ №1 — очередной шаг на пути от плановой экономики к более свободному рынку. Пекин постепенно дает больше свободы своим фермерам и намерен сократить вмешательство в рыночные отношения.

Весьма показательны действия Пекина на рынке кукурузы — основной зерновой культуры для страны. Долгое время Китай стремился любой ценой нарастить ее производство. Главным способом стала поддержка завышенных цен закупки зерна в государственный фонд. Эта программа стартовала в 2007 году, и с тех пор сборы кукурузы выросли в полтора раза. Однако побочным эффектом стало накопление огромных запасов, оцениваемых в 100–200 млн т, или 10–20% от всего мирового производства. Только хранение такого объема обходилось в несколько миллиардов долларов в год. В 2016 году Пекин объявил о завершении такой ценовой политики.

Справедливости ради отметим, что цены на другие зерновые — пшеницу и рис — по-прежнему поддерживаются, однако объявлено, что и они будут приближаться к рыночным уровням.

Импорт продовольствия и шансы для России

Для российских аграриев важнее всего то, что Поднебесная будет оставаться крупным и по некоторым направлениям растущим импортером продовольствия. Пекин все больше готов торговать продовольствием с остальным миром.

Вместе с тем идеализировать ситуацию, конечно, не стоит. Быстрый прорыв на китайский рынок по-прежнему маловероятен. Как показывает практика переговоров Китая с Россией и другими странами, Пекин чрезвычайно неторопливо открывает свои рынки, часто выдвигая завышенные требования к своим партнерам.

В случае России, несмотря на многолетние переговоры по доступу на китайский рынок, пока реальные результаты чрезвычайно скромны. Россия поставляет в Китай около полумиллиона тонн соевых бобов, 200 тыс. т растительных масел, около 100 тыс. т кукурузы и несколько десятков тысяч тонн куриных субпродуктов. В денежном выражении это менее 3% от всего российского аграрного экспорта и меньше 0,5% китайского продовольственного импорта.

Предположу, что успешное увеличение поставок на китайский рынок будет во многом зависеть от степени интеграции России в стратегический транспортный и инфраструктурный проект Пекина «Новый шелковый путь» (НШП), который связывает Китай с Европой. Роль России в нем пока по-прежнему не определена. Москва может быть как сторонним наблюдателем, если основной маршрут минует ее территорию, так и активным участником проекта, если основным станет так называемый северный маршрут, который может пройти по российской территории. Стоит отметить, что НШП — это не только новые логистические возможности по поставкам в Китай, но и, вероятно, крупные китайские инвестиции в аграрный бизнес. Возможно, степень участия России в НШП прояснится после майского визита в Китай президента Путина, который поедет на международный форум, посвященный как раз проекту Шелкового пути.

Россия и Китай: противоположные векторы

Документ №1, как и другие принимавшиеся в Китае программы, в том числе в области аграрной политики, во многом следуют опыту развитых стран. В целом это курс на развитие международной торговли, снижение степени государственного вмешательства в функционирование рынков, поддержку доходов фермеров. Последний крупный кейс по дерегулированию рынков — это отказ ЕС от страновых квот в производстве молока в 2015 году.

На этом фоне российская аграрная политика выглядит все более архаичной. По-прежнему одной из главных стратегических целей называется самообеспечение продовольствием. Понятное дело, что вопрос цены достижения этого утопического ориентира для потребителей не поднимается. Обходится стороной и тот факт, что значительная часть аграрных технологий и материально-технических ресурсов импортируется в Россию, и в обозримом будущем эта ситуация не изменится.

Государство активно вмешивается в функционирование зернового рынка, рассматривается и вопрос регулирования цен на молочные продукты. На полном серьезе обсуждается жесткое планирование производства аграрной продукции. Чиновники самых разных уровней по советской традиции по-прежнему в первую очередь думают о цифрах валовых урожаев и надоев, а не о доходах производителей. Постоянная погоня за валовыми цифрами ведет зачастую к чудовищным искажениям статистики.

Государственная программа сельского хозяйства, которая должна давать инвесторам долгосрочные ориентиры, концептуально не состоялась. Десятки подпрограмм по конкретным направлениям слиты воедино, а решение о поддержке тех или иных проектов отдано чиновникам разных уровней, и это не считая, что бюджет программы, например на 2017 год, урезан на 30% от первоначально планировавшегося.

Доступ на китайский рынок, который многими рассматривается как определяющий фактор для дальнейшего развития российского АПК, конечно, важен. Но еще более важным сейчас является создание долгосрочной прозрачной аграрной политики, которая создаст условия для устойчивого развития сельского хозяйства. Ориентиров же для нее достаточно не только на Западе, но уже и на Востоке.

Китай. Россия > Агропром > oilworld.ru, 21 февраля 2017 > № 2080827 Андрей Сизов


Россия > Агропром > agronews.ru, 21 февраля 2017 > № 2080405 Игорь Абакумов

Чем больше, тем меньше.

Игорь Абакумов об издержках гигантомании в аграрной отрасли.

Тревоги последних дней: страну ожидает «молочный кризис», да и с мясным производством перспективы не очень радужные. С чего бы это, если отрасль в передовиках, а показатели образцовых крупных хозяйств еще недавно били рекорды? Чтобы ответить на поставленный вопрос, начать стоит с краткого курса государственного латифундизма в Отечестве после 1917 года — многое станет понятным.

Сельские эксперименты

После Октябрьского переворота на базе образцовых помещичьих имений были попытки создания совхозов — полностью государственных промышленных производств, оснащенных американскими тракторами, прицепными комбайнами и локомобилями. Совхоз «Хуторок» под Армавиром (национализированное имение барона Рудольфа Штейнгеля) — единственный сохраненный до наших дней образец, и то благодаря тому, что его опекала лично Надежда Крупская как пример социалистического хозяйства для показа рабочим и фермерам США, Франции, Германии. По сути, это был уже тогда вертикально интегрированный государственный холдинг с диверсифицированным производством зерна, молока, мяса, шерсти и их глубокой переработкой электрическими и механическими машинами на более чем 40 тысячах гектаров. Другие столь же удачные попытки сохранить имения мне неизвестны, чаще они дробились на мелкие колхозы и товарищества либо вовсе исчезали.

Настоящий взрыв строительства аграрных гигантов пришелся на начало 20-х годов, когда в Россию приехал американский коммунист Гарри Уэйр и обаял Ленина так, что в 1921 году по его личному указанию в Пермской губернии было выделено несколько тысяч гектаров для создания первого российско-американского совхоза. Уже летом прибыли первые 50 вагонов с тракторами, комбайнами, фермерами, ветврачами и скотом из Северной Дакоты. Однако пермское село Тойкино не стало столицей нового агробизнеса: для полного успеха климат был не тот. Тогда в Ростовской области для совхоза N 2 отрезали сразу 200 тысяч гектаров, и пошло-поехало на Дону, на Кубани (Сад-Гигант) и в Ставрополье. Гигантомания американских энтузиастов, не удовлетворенная в США, где фермеры отказывались продавать свои наделы корпорациям во избежание конкуренции, совпала с коммунистической идеологией. В 1928 году в связи с кризисом хлебозаготовок (и последующим раскулачиванием) Сталин принимает решение резко активизировать создание крупных зерновых фабрик. Американские специалисты приезжают сотнями. Историк-экономист Александр Никулин цитирует в своем исследовании одного из них — Томаса Кэмпбелла: «Народ России находится под новой формой революционного управления, также доселе неизвестного. Эта форма управления основана на всеобъемлющей программе индустриализации с централизованным контролем. Коммунист вы или нет (автор подчеркивает, что сам он не коммунист. — «О»), но всем становится ясно, что советский эксперимент невозможно просто игнорировать. Революция разбудила гигантские социальные силы. Идеи коммунизма были посеяны тысячи лет назад, их урожай поспевает только сейчас. Автор искренне рад, что экспериментальным полем коммунистического урожая стала Россия, а не Соединенные Штаты».

Последняя фраза ключевая: 14 агроагломераций на юге России обрабатывали более миллиона гектаров, но уже в 1932 году в совхозах-гигантах началось обвальное сокращение производства. Причины: отсутствие мотивации у работников, резкое истощение пашни от применения упрощенной агротехники (монокультура пшеницы без севооборотов, мелкая пахота, сокращение паров), падение заработков, повальное бегство населения в города, сужение рынка труда, невозможность эффективного управления такими массивами и коллективами.

Итог известен: с 1932 года началось массовое разукрупнение гигантов, в том числе из-за начавшихся социальных волнений по причине безработицы. Совхозы делили на пять, десять, а иногда на двадцать хозяйств. В это время Александр Чаянов, великий экономист, создавший теорию дифференциальных оптимумов сельскохозяйственных предприятий, которая и сегодня предостерегает весь аграрный мир от гигантомании, уже два года был под следствием по делу «кулацко-эсеровской группы», а еще через пять лет расстрелян — как теоретик кооперации семейных ферм…

Автор: Игорь Абакумов, кандидат экономических наук, доцент МСХА им. К.А. Тимирязева, издатель портала "Крестьянские ведомости"

Россия > Агропром > agronews.ru, 21 февраля 2017 > № 2080405 Игорь Абакумов


Россия > Образование, наука > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084378 Ольга Васильева

Встреча с главой Минобрнауки Ольгой Васильевой.

Владимир Путин провёл рабочую встречу с Министром образования и науки Ольгой Васильевой. Обсуждалась текущая ситуация в научной сфере, в частности вопросы поддержки молодых специалистов.

В.Путин: Ольга Юрьевна, давайте поговорим о том, как Вы оцениваете ситуацию в сфере науки, какие видите вызовы, проблемы.

О.Васильева: Если позволите, то я поговорила бы о науке молодой. До 2014 года мы имели очень негативные цифры, когда молодые уходили из науки. Год 2014-й стал переломным – пришли молодые исследователи.

Это благодаря прежде всего исполнению Ваших поручений, на базе которых и строится наш инструментарий. И уже в 2015 году мы получили цифру – 379 тысяч [научных работников], из них 8,5 тысячи – пришедшие вновь.

Эта молодая наука основывается на нескольких моментах, которые уже отработаны. Прежде всего это первый грант, его называют «посевным» грантом, когда молодой человек, молодой учёный в первый раз обращается в фонд.

Это был РФФИ, а вообще благодаря Вашей поддержке, внебюджетным и бюджетным средствам научные фонды в прошлом году имели наполнение 40 миллиардов.

У нас было шесть тысяч заявок в РФФИ, 2,5 тысячи молодых учёных получили поддержку. Это первый раз, когда обратились 500 [специалистов] за возможностью поехать в какие-то научные центры на стажировку. Это очень важное начало для молодых.

Второе важнейшее начало для молодых – это то, что они принимают участие в мегагрантах. На сегодняшний день у нас 160 лабораторий, это тоже выполняется благодаря Вашим поручениям, в 2017 году будет ещё 40. Итого у нас 200 центров в 79 университетах. Таким образом, мы охватываем почти всю территорию нашей страны.

Плюс самое важное, что руководителями лабораторий являются наши учёные, которые вернулись или работают, продолжают работать и там, и здесь. Самое важное, что они формируют [научные] школы – сейчас это пять тысяч человек, и там есть молодые учёные: две тысячи человек аспирантов, 800 студентов, и эта система продолжает развиваться.

Конечно, колоссальную поддержку составляют президентские гранты, потому что и кандидаты наук – 600 тысяч [в год], доктора – один миллион [в год], аспиранты – 22 800 рублей [в месяц] – всё это, конечно, очень сильная материальная поддержка для того, чтобы остаться в науке, служить ей.

Ещё есть другие вещи, которые затрагивают уже правовые аспекты, потому что мы вышли на систему, – считаю, что это наш определённый успех, пока небольшой, но успех, – когда на нашем портале все научные и образовательные организации высшей школы вывешивают вакансии. Их может быть 800 в течение одного месяца. Это прозрачная конкурсная система, которую мы отсматриваем, отслеживаем, и мы можем точно говорить, что сейчас идёт конкурентная борьба за молодого учёного.

Очень важный момент, который мы запустили в этом году, – это уже новое, для того чтобы им давать возможность расти дальше, – это система постдоков. То есть он защитился, он молодой кандидат. Где ему начать своё научное поприще?

Мы отобрали 2,5 тысячи заявок, взяли, посмотрели – 444 дали возможность работать, получать деньги, работать по своей теме два-три года. Причём 120 заявок у нас от организаций. Это тоже очень большой плюс.

Ещё хотела с радостью Вам сказать: первый раз (это уже студенческая наука) ЮФУ – Южный федеральный университет, ректор мне сообщила, – получил за право использовать результаты интеллектуальной собственности 200 миллионов в прошлом году. Это совершенно новые горизонты, это вообще новое слово в отношениях с бизнесом, выстраивание новой модели.

Мне очень хотелось сказать, что у нас есть ещё один амбициозный проект, отчасти амбициозный. Наши математики – филдсовские лауреаты, это питерская школа, приходили в Министерство и советовались вот по какому поводу.

Количество статей растёт, но если в других научных отраслях – 52 процента молодых учёных, то в базовой математике – 37, плюс упала на 13 процентов защита диссертаций. Без базовой математики невозможна физика, биотехнологии, невозможно ничего.

И они придумали очень интересный проект, который мы запускаем, он называется «Региональный математический центр» – 10 площадок, региональные университеты. Выезжает команда: крупный математик, вокруг него пять кандидатов, аспиранты и студенты-магистранты.

Они выбирают площадки и начинают создавать маленькие научные ростки, преподавая там и работая семестр, полгода, а может быть, и два семестра, в течение года. Молодые ребята оттуда имеют возможность стажироваться в наших лучших институтах: Стекловском, Ландау, в наших университетах, – и таким образом эта школа потихонечку, как бусинки, собирается. Важно, что это обращение было от самих [математиков], то есть они болеют за это душой, и думаю, что с таким подходом мы проект этот тоже осуществим.

И, наверное, последнее. Работая над уже действительно реальным осуществлением Стратегии научно-технологического развития России, которую Вы подписали, которая открыла перед нами совершенно иные горизонты развития науки, мы поставили перед собой амбициозную задачу – от исследования до конечного продукта.

На сегодняшний день мы имеем уже 100 организаций, организаций бизнеса, которые готовы с нами работать. Это не только самые крупные, которые всегда нас поддерживали («Росатом», «Роскосмос»), но и мелкие организации, которые интересны для молодых учёных.

Хочу сказать, это тоже новое, мы проанализировали и получили [данные]: маленькие технологические компании, получив от нас определённые субсидии, через какое-то время не только их возвращают, но и идут в плюс. Молодые ребята с удовольствием в них работают, потому что на сегодняшний день заинтересованность именно в таких небольших, но очень видимых результатах совершенно очевидна.

Но при этом фундаментальная наука продолжает развиваться, и процент молодых [учёных] увеличивается. На сегодняшний день это реально ощутимый результат, без всякого преувеличения.

В.Путин: Наука молодеет.

О.Васильева: Да, молодеет, и это здорово.

Россия > Образование, наука > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084378 Ольга Васильева


Россия > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084375 Владимир Мау

Встреча с ректором Академии народного хозяйства и госслужбы Владимиром Мау.

Состоялась встреча Владимира Путина с ректором Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) при Президенте, членом Экономического совета при Президенте Владимиром Мау. Ректор РАНХиГС информировал главу государства о ключевых аспектах деятельности академии и путях совершенствования подготовки кадров для системы госуправления. Отдельно обсуждались итоги работы форума «Гайдаровские чтения», прошедшего в Москве в январе текущего года.

В.Путин: Владимир Александрович, мы поговорим, безусловно, о том, как развивается академия. Кроме этого Вы ещё и член Совета при Президенте по экономическому развитию, по развитию экономики, и работаете в рамках ЦСР – Центра стратегических разработок.

Сейчас там готовится целый набор программ, я с ними тоже недавно ознакомился, нахожу их интересными и перспективными. Хотя, конечно, всё это нужно дорабатывать. Совсем недавно вы проводили «Гайдаровские чтения». Давайте с этого блока начнём.

В.Мау: Владимир Владимирович, большое спасибо за возможность ответить на эти вопросы, вообще доложить о нашей работе.

Действительно, для экономистов сейчас очень серьёзный профессиональный вызов – та точка, в которой находится наша страна и глобальная экономика. Сразу скажу, в моём понимании наш тренд сопоставим с трендом развитых стран – у нас общие проблемы.

Есть, конечно, некоторая специфика, часто говорят, что она хуже (по целому ряду параметров она гораздо лучше), чем в других развитых странах. Но, несомненно, ключевой вопрос, который обсуждался и на «Гайдаровских чтениях» в январе (спасибо большое за ту поддержку, которую Вы всегда оказываете), ключевой вопрос – это перспективы экономического роста.

Причём проблема состоит в том, что впервые в истории современного экономического роста, впервые за 200 лет современного экономического роста мир понял, что остановка спада не есть автоматическое начало роста.

Вот Япония 25 лет стагнирует, Европа – пять лет. То есть мы видим, что в экономике происходят какие-то серьёзные, фундаментальные изменения: технологические, структурные, макроэкономические, которые начинают тормозить рост, темп роста начинает колебаться вокруг нуля, плюс-минус, но без того, что мир знал в предыдущие десятилетия.

Это на самом деле самая большая загадка экономического развития, вокруг которой все ведущие эксперты ведут очень интересное обсуждение. На «Гайдаровском форуме» это обсуждалось очень подробно.

Здесь есть, конечно, очень важный аспект, сформулированный Вами в Послании в декабре, о том, что российская экономика должна расти темпом несколько выше среднемирового. Это очень точное определение, потому что по уровню своего развития, действительно, российская экономика должна расти быстрее, чем в Германии, и медленнее, чем в Китае, условно говоря.

Это правильный параметр, и в этом смысле она не может расти раз и навсегда установленным темпом. Мы зависим от глобальных трендов, мы открытая экономика, мы в мировой торговле, и поэтому наш успешный рост – это мировой плюс.

И в этом смысле основная дискуссия – это механизм, инструменты, которые позволили бы расти. Тут есть набор экономических вещей, очень важна наша макроэкономическая стабильность и набор таких институциональных тезисов, о которых Вам, наверное, все докладывают.

Если можно, мне кажется важным ещё на один вопрос обратить внимание. Тоже была очень важная тема форума «Гайдаровские чтения» в этом году: удивление от успешности российской антикризисной программы. Это не комплимент, не преувеличение, но если на форуме в январе 2015 года (мы всегда его проводим за неделю до Давоса) и среди иностранных, и среди российских экспертов царили полное уныние и пессимизм – что произойдёт дальше, – то сейчас совершенно оптимистичные настроения.

Оптимистичные не потому, что у нас высокий темп. Вообще я бы не фетишизировал темпы, я всегда коллег предупреждаю, что Советский Союз провёл политику ускорения в 1986–1988 годах, темпы роста действительно возросли, но ценой резкого роста бюджетного дефицита и государственного долга, после чего экономика 10 лет падала. Мы должны понимать, что в принципе есть такие ситуации, когда вы можете два года ускоряться, а потом 10 лет падать.

Нам нужен устойчивый рост в долгосрочной перспективе. И в этом смысле очень важно, что российское Правительство продемонстрировало, что в самой тяжёлой ситуации, в ситуации двойных шоков, санкций, падения цен на нефть (кстати, в той же глубине, как это было в 1986 году) оно способно не принять ни одного неверного решения, ни одного популистского решения. Это и денежная политика Центрального банка, и финансовая политика – всё было очень точно выверено, что позволило сделать спад минимальным, не допустить рост безработицы в принципе.

Впервые, кстати, в этот кризис не произошло долларизации вкладов – этого вообще никогда не бывало. С тех пор как покупка валюты перестала быть уголовным преступлением в 1990 году, у нас всегда в кризис росли долларовые накопления, в этот раз этого не произошло. То есть в этом смысле Россия подала миру сигнал, что политика ответственна, предсказуема и понятна.

В этот раз на форуме было около двух тысяч иностранных экспертов из восьми с лишним тысяч участников вообще, были два бывших президента, пять премьер-министров, действующий второй человек в Международном валютном фонде – первый заместитель исполнительного директора.

И все задавали вопрос, с одной стороны, как нам это удалось (но это более или менее понятно), а с другой [говорили], что это очень хорошая стартовая позиция для инвестиций, экономическому курсу можно доверять.

На самом деле экономика – это на 80 процентов психология. Если есть основа для доверия… Конечно, проблема санкций, ограничены инвестиции, но инвестиции всё равно идут, всё равно российский рубль и российский фондовый рынок в последнем году демонстрируют очень позитивные тренды.

Переход от пессимизма к оптимизму – это очень важно, хотя, конечно, очень хрупко, инвесторы – это такие «стадные» люди, поэтому они смотрят и бегут один за другим. Но, в общем, в моём понимании сейчас ситуация благоприятная.

Я всегда призываю в ближайший месяц, в ближайший период, если смотреть по позитивной динамике, смотреть не столько параметры, связанные с номинальными темпами роста, сколько связанные с динамикой частных инвестиций. Краткосрочно это гораздо более точно может показывать, что происходит в экономике.

В.Путин: Вы хотели сказать об академии?

В.Мау: Владимир Владимирович, хотел осветить, с Вашего позволения, два сюжета, связанных с нашим развитием. Это вопросы достигнутых результатов после нашей последней встречи: в какой ситуации находится академия, а также некоторые предложения по совершенствованию подготовки кадров для системы госуправления, что, по определению Академии народного хозяйства и госслужбы при Президенте, является нашим основным мандатом.

Тем более если говорить об институциональных реформах и опять же возвращаться к дискуссиям. Именно дискуссия о роли госуправления и кадров для госуправления касается одной из важнейших институциональных реформ, которые предстоят.

Российская академия народного хозяйства и госслужбы является, поверьте мне, уникальным образовательным и научным учреждением. И уникальность его состоит не только в том, что это единственное [образовательное] учреждение при Президенте Российской Федерации. Это, конечно, накладывает на нас повышенную ответственность и перед Вами, и перед нашими студентами, но я приведу ряд цифр и фактов, которые говорят, что мы действительно уникальны. Это не предмет гордости, это предмет некой данности.

Прежде всего академия сочетает в себе четыре функции. Мы крупнейший международно признанный университет, у нас учится больше 100 тысяч студентов высшего образования на разных программах. Мы мощный научно-исследовательский центр, в котором, скажем, научно-исследовательские работы на одного сотрудника превышают миллион рублей (в стране немного, считаные единицы университетов, которые могут отчитаться такими цифрами).

Мы крупнейшая и старейшая в стране бизнес-школа, у нас учится более 1300 студентов MBA. И мы, наконец, национальная школа госуправления – 60 процентов слушателей Академии – это государственные и муниципальные служащие. Ни один из этих блоков не является второстепенным, каждый из них дополняет друг друга, и эта синергия даёт колоссальный эффект.

Академия стала самым крупным по масштабу учебным заведением. Я сказал, что примерно 100 тысяч студентов (чуть больше 100 тысяч студентов), а всего в год через Академию проходит 180 тысяч человек: программа переподготовки, повышение квалификации, MBA и так далее.

У нас беспрецедентная региональная сеть, у нас в настоящее время 53 филиала. Причём некоторые из них – в прошлом это крупные региональные университеты в Петербурге, Нижнем Новгороде (не буду перечислять, их 15 крупнейших), которые хорошо позиционированы на рынке образования в своих регионах. Эта сеть позволяет масштабировать программы и по единым стандартам одновременно, скажем, подготавливать госслужащих по всей территории страны.

Академия является полноценной структурой непрерывного образования. У нас можно учиться с девятого класса на протяжении всей карьеры. Для каждого этапа карьеры найдётся какая-то программа. Нередко к нам родители, которые отучились на профпереподготовке, приводят детей-школьников, дети-школьники приводят родителей. Это, конечно, источник нашей постоянной устойчивости. Мы не зависим от демографических трендов, мы не зависим от того, что количество школьников падает или растёт. Мы очень сбалансированная структура.

Академия – это единственное учебное заведение, в котором две трети контингента взрослые, то есть люди старше 25 лет. Это тоже для нас исключительно важно, поскольку к нам приходят всё-таки в основном не потому, что после школы надо пойти в вуз, не потому, что родители сказали.

К нам приходят люди для повышения устойчивости своей карьеры, для которых приход в академию – это не мода, а инвестиция: инвестиция времени или инвестиция денег, поскольку программы МВА, естественно, платные. И, Вы знаете, этот контроль качества со стороны людей, которые инвестируют, гораздо важнее, чем проверки контрольных или надзирающих органов. В этом смысле мы репутационно, конечно, очень озабочены, чтобы к нам они приходили.

Ещё одна наша особенность – мы действительно стремимся к индивидуализации образования. Современный образовательный тренд – он «доиндустриальный». Если индустриальное образование университетов второй половины XIX–XX веков – это прежде всего массовое, целостное образование, когда сотни, тысячи людей готовят по одним программам, то сейчас, когда студент поступает в вуз, многие специальности, которые через шесть лет будут, ещё не существуют.

Очень важна тонкая настройка. И в этом смысле мы предлагаем в рамках высшего и дополнительного образования около 2000 программ. Это звучит гигантски, но это то, что позволяет индивидуализировать тренд.

Не знаю, могу ли я похвастаться, но у нас уникальная финансовая модель. Мы благодарны Правительству за те бюджетные средства, которые мы получаем. Мы получаем по нормативам – всё нормально, но 64 процента мы зарабатываем на рынке образования. Таких вузов тоже нет, обычно пропорция противоположная.

И, соответственно, мы гордимся нашими выпускниками, они у нас лидеры по зарплатам. Все существующие рейтинги показывают: по основным профессиям – это экономисты, юристы, социальные работники – наши выпускники находятся в первой тройке по зарплатам на московском рынке.

В.Путин: Владимир Александрович, как сейчас организована работа по переподготовке действующих госслужащих и муниципальных служащих?

В.Мау: Вы знаете, это самый важный и самый сложный вопрос, который хотел попросить Вас обсудить. Тут есть некоторые проблемы, но всё-таки скажу пару слов о важности этого вопроса.

Дело в том, что современные технологии – не образовательные, а вообще реальные современные технологии – относительно снижают роль затрат труда, роль издержек, дешевизны рабочей силы, поскольку современные технологии, самые современные, очень гибки, легко локализуются, их можно развивать в разных секторах и они меньше зависят от труда.

Отсюда, кстати, тренд реиндустриализации. Ведь промышленники возвращаются из Китая в развитые страны не потому, что в разных странах подумали, что это хорошо, – просто появилась промышленность, где издержки труда неважны, гораздо важнее близость разработок и близость потребителя.

И в этом смысле у нас появляется очень хороший шанс, но это значит, что конкурировать начинают не по издержкам, а по моделям управления. Мы можем быстро развернуться там, где чиновники, управленцы и работники – но не в смысле издержек, а интеллекта – наиболее адекватны. И в этом смысле, конечно, задача исключительно важная.

Мы как академия сосредоточены на ряде ключевых программ, которые я бы назвал «бутиковыми». Вот есть массовые, есть «Макдоналдс», а есть бутик. Мы, особенно московский кампус, сосредоточены на «бутиковых программах». С Вашего позволения я несколько назову.

Это высшие резервы управленческих кадров, через нас прошло примерно 500 человек. Это действительно «золотой фонд», я Вам покажу некоторые имена участников, в том числе Ваши недавние назначенцы через эту программу прошли.

По Вашему поручению мы в прошлом году начали, в этом продолжим подготовку региональных инвесткоманд совместно с АСИ. За два года через нас пройдут примерно 800 человек. Это уникальная работа с региональными руководителями (примерно девять человек от региона), на которой концентрируются кадры лучших управленческих школ мира. В ней участвуют преподаватели Гарварда, INSEAD, школы Ли Куан Ю из Сингапура, ряд других ведущих школ мира и, естественно, наши практики, наши специалисты.

Я докладывал Вам об этом в Ярославле во время президиума Госсовета, это действительно формирует уникальные команды. Сейчас, в общем, главное – это командообразование, главное – это дух, способность руководителей разных направлений договориться друг с другом. Мы перемешиваем руководителей региона и руководителей федеральных органов, расположенных в регионе, и это даёт совершенно неожиданный эффект.

У нас есть большая программа – управленцы в бюджетной сфере, кстати, это тоже было [сделано] по Вашему поручению ещё как Председателя Правительства. За прошедшие шесть лет у нас уже прошло 23 тысячи руководителей школ, учреждений культуры, учреждений здравоохранения, муниципальных и региональных руководителей соответствующих отраслей.

Очень важный проект, который позволяет чувствовать новейшие управленческие технологии, и все эти программы мы всегда завершаем проектами. На самом деле в центре не лекция, а проект. Участники должны написать тот проект, который потом оказывается на портале, он открыт, который они дальше реализуют на своей работе. Сейчас мы плотно работаем над командами моногородов, управленческие команды моногородов – тоже очень важный вызов.

Антикоррупция. За последние семь лет прошло 20 тысяч человек. С тех пор как активизировалась работа по открытости данных, по антикоррупции, [появилось] очень много таких знаний, которые мы должны HR-службам, кадровым службам давать, это через нас идёт.

Очень важный проект, связанный с Крымом, но это скорее «курсы молодого бойца». Мы за год пропустили 28 тысяч региональных и муниципальных крымских чиновников: подготовка к российскому законодательству, сдаче квалификационных экзаменов на занятие соответствующих должностей. Это был настоящий вызов.

Подготовка губернаторов и их заместителей, это была традиционная линия академии. И, наконец, мы пользуемся интересом и среди руководителей силовых структур. За последние три года у нас проучилось больше двух тысяч соответствующих руководителей, по 50–60 в год на магистерских и более коротких программах.

В.Путин: Отношения с Администрацией Президента выстроены в этом смысле нормально?

В.Мау: Да, очень позитивно, спасибо большое, – и с Администрацией, и с Аппаратом Правительства. С Администрацией, кстати, мы за последние 10 лет разработали и внедрили систему личностно-профессиональной диагностики, и отбор кандидатов в резерв под патронажем Президента как раз осуществлялся на основе этих наших методик.

Очень подробно и тщательно каждый человек проходит более чем четырёхчасовое тестирование, плюс обратная связь, плюс контакты, дискуссии вокруг его деятельности. Это позволяет сформировать индивидуальную траекторию, дать советы, как ему лучше двигаться в дальнейшей работе, как ему лучше совершенствоваться в своём дальнейшем развитии.

Конечно, предстоит ещё очень много сделать в этой области, потому что я называю цифры, они довольно большие, но всё равно в стране полтора миллиона государственных и муниципальных служащих. И конечно, есть проблемы, связанные с тем, что их образованию должно уделяться гораздо больше внимания.

Мы сейчас подробно с руководством Администрации Президента прорабатываем концептуальные вопросы: как это может выстраиваться, как повысить эффективность подготовки государственных и муниципальных служащих.

Тут, конечно, есть проблемы, если можно, я бы некоторые обозначил. Если бизнес-образование, как во всех развитых странах, в кризис растёт (это парадоксально, но спрос на бизнес-образование в кризис растёт, люди платят свои деньги), переподготовка государственных и муниципальных служащих снижается, сокращаются бюджеты, сокращается численность переподготовки, сокращается число длинных программ, и, соответственно, чтобы сэкономить, растёт число очень коротких программ. То есть возникает целый ряд проблем как со стороны спроса, так и со стороны предложения.

Скажем, со стороны спроса: есть формальное требование к переподготовке каждого раз в три года (оно, как правило, не выполняется), но всё равно здесь основной спрос связан не со знаниями и квалификациями, а с тем, что в отдел кадров надо принести документ о прохождении программы. Это, конечно, проблема, от которой надо уходить, у нас есть предложения, как это сделать.

В.Путин: Давайте обсудим.

Россия > Образование, наука. Госбюджет, налоги, цены > kremlin.ru, 20 февраля 2017 > № 2084375 Владимир Мау


Россия > Транспорт. Армия, полиция > gudok.ru, 20 февраля 2017 > № 2081956 Дмитрий Шаробаров

Магистрали безопасности

Уровень преступности на железных дорогах падает даже в условиях интенсивного развития транспорта и роста пассажиропотока

Транспортная полиция, изначально именовавшаяся железнодорожной, 18 февраля отметила 98-летие со дня основания. О том, как транспортные полицейские обеспечивают правопорядок на объектах железнодорожного транспорта, «Гудку» рассказал начальник Главного управления на транспорте МВД России генерал-лейтенант полиции Дмитрий Шаробаров.

– Дмитрий Владимирович, для большинства пассажиров главным критерием комфортной поездки является безопасность. Без полиции транспортники не смогут её обеспечить. Как лично вы оцениваете состояние правопорядка на железных дорогах страны?

– Давайте посмотрим на цифры. Если сравнивать данные за 2015 и 2016 годы, то можно говорить о снижении количества преступлений в общественных местах на объектах транспорта на 4%. Краж стало меньше на 12,6%, грабежей – на 34,3%, а разбоев – на 2,6%. При этом количество противоправных действий, совершённых гражданами в пьяном виде, уменьшилось на 9% – во многом этому способствовала профилактическая работа подразделений транспортной полиции.

В целом преступность в поездах сократилась на 11,2%, в том числе дальнего следования – на 12,6% и пригородного сообщения – на 7,9%. А вот в подвижном составе, который сопровождался нарядами полиции, цифры более серьёзные: общее число зарегистрированных преступлений снизилось на 23,1%. В поездах дальнего следования снижение составило 18,5%, а пригородного сообщения – 42,3%.

В целом можно говорить об оздоровлении обстановки на железных дорогах страны.

– По какому принципу выбираются направления, на которых необходимо сопровождение полицейскими нарядами?

– Анализируется криминогенная обстановка в поездах, в том числе на пригородных направлениях. Там, где происходит увеличение противоправных деяний, туда направляем наряды полиции. Но в первую очередь стараемся сопровождать электрички в вечернее и ночное время. Увеличиваем плотность нарядов под конкретные общественно-массовые и спортивные мероприятия, вплоть до сопровождения каждого поезда. Приходится маневрировать.

– А в поездах межгосударственного сообщения спокойно?

– Для этого мы не только сами работаем, но и активно взаимодействуем с коллегами из стран СНГ. В рамках утверждённых Единых дислокаций сопровождаются маршруты между Россией и Республикой Беларусь, Казахстаном и Азербайджаном. А, к примеру, с 22 по 31 августа 2016 года на объектах железнодорожного и воздушного транспорта прошло совместное оперативно-профилактическое мероприятие «Пассажир». В нём были задействованы органы внутренних дел на транспорте Российской Федерации и Республики Беларусь. В этой операции принимали участие Департамент безопасности, Дирекция железнодорожных вокзалов ОАО «РЖД» и их региональные подразделения, АО «ФПК», САБ аэропортов.

С коллегами из Казахстана мы реализуем комплексный план оперативно-разыскных и профилактических мероприятий по противодействию преступности на объектах железнодорожного, воздушного и водного транспорта.

– На массовых мероприятиях ранее часто работали бойцы ОМОНа, в структуре органов внутренних дел на транспорте были собственные силовые подразделения. Сейчас они перешли под юрисдикцию Росгвардии. Сказалось ли это на взаимодействии?

– Сейчас действует совместный приказ Федеральной службы войск национальной гвардии и Министерства внутренних дел, определяющий порядок взаимодействия подразделений при выполнении задач по охране общественного порядка и обеспечении общественной безопасности. На 98 железнодорожных вокзалах и станциях ежедневно задействовано около 300 военнослужащих Росгвардии. Совместные наряды с использованием служебно-разыскных собак ежедневно осматривают вокзалы, станции и прилегающие территории. Более того, отряды ОМОНа по-прежнему задействуются при проведении массовых мероприятий спортивного, общественно-политического и религиозного характера. И по-прежнему бойцы оказывают силовую поддержку в оперативно-профилактических и специальных операциях, во время следственных действий по уголовным делам.

– Столичные вокзалы вместе с полицейскими периодически патрулируют молодые люди из студенческого оперативного отряда МИИТа, в южных регионах – представители казачества. Это частные случаи или органы внутренних дел на транспорте активно сотрудничают с представителями гражданского общества?

– Взаимодействуем постоянно. В настоящее время на объектах оперативного обслуживания всех управлений на транспорте МВД России по федеральным округам, Восточно-Сибирского и Забайкальского ЛУ МВД России на транспорте заключено 88 соглашений с общественными объединениями правоохранительной направленности. В том числе с 59 добровольными народными дружинами и 29 казачьими формированиями. Общая штатная численность этих структур более 7 тыс. человек. В среднем в сутки выставляется 436 человек, которые совместно с нарядами полиции задействуются почти на 100 железнодорожных вокзалах и станциях.

– А чем поможет тот же дружинник или казак, ведь у него полномочий несопоставимо меньше, чем у полицейского?

– И снова я обращусь к цифрам. В 2016 году представители общественных объединений совместно с нашими сотрудниками раскрыли 35 преступлений, задержали 16 лиц, находящихся в розыске, пресекли более 13,5 тыс. административных правонарушений. Я считаю, что это существенная помощь.

Что же касается формы сотрудничества общественников с транспортной полицией, то она заключается в информировании о правонарушениях и участии в мероприятиях по обеспечению правопорядка при проведении спортивных, культурно-зрелищных и массовых мероприятий.

Например, на объектах транспорта Северо-Кавказского федерального округа в 2016 году наряды ППСП совместно с представителями казачества пресекли более 3,8 тыс. административных правонарушений, Южного федерального округа – более 7 тыс.

Взаимодействуют Крымское ЛУ МВД России на транспорте и ГКУ «Крымский республиканский штаб народного ополчения – народная дружина Республики Крым». Представители этой организации привлекаются к обеспечению правопорядка на вокзалах Джанкой, Симферополь, Евпатория и Феодосия, Керченской паромной переправе.

– В последнее время одна из самых больных тем, связанных с железной дорогой, – травмирование граждан, в том числе несовершеннолетних, на путях. Можно ли говорить о тенденции снижения травматизма?

– Проблема здесь есть. По данным ОАО «РЖД», в 2016 году травмы на объектах транспортной инфраструктуры получили 2677 человек, в предыдущем – 2895. Надо учесть, что большая часть происшествий на дороге заканчивается трагически: в 2015 году погибли 1946 человек, а в 2016 году – 1777. Наибольшее количество пострадавших зарегистрировано на Московской дороге – 1060.К сожалению, несмотря на принимаемые меры, количество несчастных случаев с детьми на объектах железнодорожного транспорта возросло со 127 (в 2015 году) до 157 (в 2016 году).

Хочу отметить, что мы не делим зоны ответственности. Эффективность работы во многом зависит от организации совместной деятельности сотрудников транспортной полиции и работников железнодорожных предприятий. И мы действительно боремся с этой проблемой сообща. Со своей стороны ГУТ МВД России и территориальные органы МВД России на железнодорожном транспорте постоянно проводят профилактическую работу и пресекают правонарушения, которые могут повлечь травмы граждан на дороге. В том числе в нашем арсенале есть нормы административного права по профилактике действий, угрожающих безопасной работе транспорта (глава 11 КоАП РФ). В 2016 году к административной ответственности по статьям этой главы КоАП РФ привлечено свыше 219 тыс. человек.

– Расскажите, пожалуйста, о совместной с железной дорогой работе по профилактике травматизма?

– Главное управление на транспорте МВД и Департамент охраны труда, промышленной безопасности и экологического контроля ОАО «РЖД» в течение последних двух лет реализуют План проведения межведомственных мероприятий по профилактике травматизма граждан на объектах инфраструктуры ОАО «РЖД». Особое внимание при этом уделяется профилактике детского травматизма. К примеру, в истекшем году накануне летних школьных каникул и начала учебного года проведены профилактическая акция «Дети и транспорт», профилактическое мероприятие «Осторожно – поезд!» с привлечением представителей транспортных предприятий. Их целью было предупреждение транспортных правонарушений, в первую очередь со стороны «зацеперов», а также травматизма несовершеннолетних.

С 2015 года наши совместные усилия были также направлены и на включение в учебную программу образовательных организаций раздела «Правила нахождения несовершеннолетних на железнодорожном транспорте» в обязательную часть учебного предмета «Окружающий мир» на уровне начального общего образования и учебного предмета «Основы безопасности жизнедеятельности» на уровне основного общего образования. Инициативу поддержало Минобрнауки России. Сотрудники ОВДТ совместно с администрациями транспорта проводят патрулирование железнодорожных перегонов, отработку подвижного состава (особенно высокоскоростного сообщения «Сапсан», «Ласточка»), железнодорожных вокзалов и станций. Принимаются меры по пресечению нарушений со стороны участников неформального молодёжного движения «зацеперов».

– И каковы результаты?

– Малолетних правонарушителей на железной дороге стало меньше: по упомянутой 11-й главе КоАП РФ ими совершено 24,7 тыс. правонарушений (в 2015 году – 31 тыс.). Сотрудники ОВДТ в прошлом году за административные нарушения, предусмотренные статьёй 11.17 КоАП РФ «Посадка или высадка граждан на ходу поезда либо проезд на подножках, крышах вагонов или в других не приспособленных для проезда пассажиров местах», задержали 567 несовершеннолетних «зацеперов». Наибольшее количество в Центральном – 342 и Северо-Западном федеральном округе – 76.

– Штраф в 100 рублей, который предусматривает статья 11.17 КоАП РФ, мало кого может испугать...

– Это так. Поэтому в столичном регионе, где больше всего «зацеперов», предлагаются изменения в региональное законодательство. Так, УТ МВД России по ЦФО совместно с правительством Москвы уже работает над изменениями в части 3 статьи 3.12 закона города Москвы от 21 ноября 2007 года № 45 «Кодекс города Москвы об административных правонарушениях». Эти коррективы ужесточат ответственность родителей и законных представителей несовершеннолетних, бесцельно находящихся в зоне повышенной опасности на железной дороге без сопровождения взрослых. Административный штраф будет варьироваться от одной до пяти тысяч рублей.

– Ещё два-три года назад серьёзной проблемой для предприятий железнодорожного транспорта был оборот контрафактных деталей. Сейчас вам удалось взять ситуацию под контроль?

– Главное управление и органы внутренних дел на транспорте на постоянной основе реализуют комплекс мероприятий по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, связанных с оборотом контрафактных и некондиционных запасных частей для транспортных средств. В том числе и подвижного состава железнодорожного транспорта. Организован обмен информацией с Минтрансом России, проводятся совместные операции по устранению угроз возникновения аварийных ситуаций на транспорте.

Определённые успехи есть, но продолжаем выявлять факты таких преступлений. В 2016 году по материалам сотрудников подразделений экономической безопасности и противодействия коррупции ОВДТ возбуждено 38 уголовных дел о незаконном обороте неаутентичной продукции, используемой при ремонте и техническом обслуживании подвижного состава железнодорожного транспорта.

В прошлом году возбуждено уголовное дело о мошенничестве в отношении группы лиц, которая организовала поставку в адрес эксплуатационного вагонного депо контрафактной железнодорожной боковой рамы. Товарный вид непригодной к эксплуатации детали придавали на территории арендованного складского помещения. В ходе расследования из незаконного оборота изъято 66 боковых рам, подготовленных к реализации.

Возбуждено уголовное дело в отношении работников вагоноремонтного участка эксплуатационного вагонного депо, которые под видом новых деталей автосцепки – эластомерного поглощающего аппарата, устанавливали отремонтированные детали, бывшие в употреблении. А новые комплектующие похищали.

Пристальное внимание уделяется неправомерным действиям техперсонала при регистрации и допуске к эксплуатации объектов железнодорожного транспорта. Так, возбуждено уголовное дело по фактам мошеннических действий руководителей коммерческой фирмы при проведении ремонтных работ грузового парка. Установлено, что в документы вносились заведомо ложные сведения о якобы проведённых работах по ремонту, замене тех или иных узлов и агрегатов подвижного состава без их фактического проведения.

– Внедрение требований ФЗ-16 «О транспортной безопасности» фактически изменяет всю конфигурацию системы обеспечения безопасности транспорта, в том числе и железнодорожного. А какая роль в ней отводится подразделениям ОВДТ?

– Давайте по порядку. В соответствии с этим федеральным законом обеспечение безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств (ОТИ и ТС) возлагается на субъекты транспортной инфраструктуры и перевозчиков. Защиту ОТИ и ТС от актов незаконного вмешательства должны осуществлять специализированные подразделения транспортной безопасности. Они действуют в соответствии с планом обеспечения транспортной безопасности: задействованы в обеспечении пропускного и внутриобъектового режимов, контроля за передвижением физических лиц и транспортных средств на объекте и т.д.

Работники этих подразделений наделены правом проведения досмотра, дополнительного досмотра, повторного досмотра, наблюдения и собеседования в целях обеспечения транспортной безопасности. А предназначение полиции – противодействие преступности, охрана общественного порядка, собственности и обеспечение общественной безопасности, в том числе на объектах железнодорожного транспорта, то есть мы работаем в соответствии с законом «О полиции».

Рассмотрим на примере. Сотрудник подразделения транспортной безопасности в ходе досмотра находит у гражданина запрещённые к свободному обороту предметы и вещества. Сам он ничего изымать не может – обязан сообщить об опасной находке сотрудникам полиции. К ним же обращается и в том случае, если в зону транспортной безопасности пытаются проникнуть люди, не имеющие на то законных оснований.

Поэтому задачей транспортной полиции является взаимодействие с подразделениями транспортной безопасности и реагирование на противоправные действия. Безусловно, полномочия полиции более широкие, чем у подразделений транспортной безопасности.

Есть и другие функции. К примеру, полиции предоставлено право участвовать в проверках, проводимых уполномоченными федеральными органами исполнительной власти. Есть обязанность давать заключения о возможности допуска трудоустраивающихся граждан к работе, непосредственно связанной с обеспечением транспортной безопасности. ГУТ принимало активное участие в разработке приказа МВД «О порядке выдачи органами внутренних дел РФ заключения о возможности (заключения о невозможности) допуска лиц к выполнению работ, непосредственно связанных с обеспечением транспортной безопасности». Только за один год ОВДТ проверили более 46 тыс. граждан. В результате по 1,1 тыс. человек были выданы отрицательные заключения.

– Обеспечение транспортной безопасности связано с использованием различных технических средств. Вы можете использовать возможности такого оборудования в оперативной деятельности?

– Главное управление на транспорте МВД, так же как и Министерство транспорта, субъекты транспортной инфраструктуры, задействовано в комплексе технических мер, направленных на обеспечение антитеррористической защищённости объектов транспорта. Техника помогает транспортным полицейским выполнять свои непосредственные функции в условиях интенсивного развития транспортной системы, многомиллионного пассажирского потока. К примеру, мы имеем доступ к видеоинформации с 59,1 тыс. камер, установленных на вокзалах. За счёт этого ОВДТ ежегодно пресекается порядка 500 преступлений.

Беседовала Елена Демиденко

Справка «Гудка»

Начальник Главного управления на транспорте МВД России генерал-лейтенант полиции Дмитрий Владимирович Шаробаров родился в 1956 году в селе Танциреи Воронежской области. После окончания дорожного техникума и службы в Пограничных войсках пришёл на работу в подразделение уголовного розыска отдела милиции на станции Москва-Казанская.

За семнадцать лет, с 1981 по 1998 год, прошёл путь от инспектора группы по борьбе с преступными посягательствами на грузы линейного пункта милиции до заместителя начальника управления уголовного розыска Московского УВД на железнодорожном транспорте МВД России. В 2002 году возглавил криминальную милицию этого управления.

С 2004 года работает в центральном аппарате Министерства внутренних дел РФ первым заместителем начальника Департамента обеспечения правопорядка на транспорте. В 2010 году назначен начальником Главного управления на транспорте МВД РФ.

Указом Президента Российской Федерации 9 ноября 2011 года Шаробарову Д.В. было присвоено звание генерал-лейтенанта полиции.

Награждён медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени, медалью «За отличие в охране общественного порядка».

Россия > Транспорт. Армия, полиция > gudok.ru, 20 февраля 2017 > № 2081956 Дмитрий Шаробаров


Казахстан. Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > kapital.kz, 20 февраля 2017 > № 2081292 Пекка Вильякайнен

Через 10 лет в шахтах не будет ни одного человека

Как стартапы изменят экономику и что могут предложить казахстанские разработчики

«Я ведь из маленькой страны. Она вон там, справа. На карте ее даже может быть не видно. Финляндия настолько маленькая, что сами мы ее в шутку называем страной Микки Мауса», — с этих слов Пекка Вильякайнен, который уже более пяти лет выступает в роли советника фонда «Сколково», начинает свою речь в рамках евразийского этапа Open Innovations Startup Tour. Около шести лет назад тогда еще президент России Дмитрий Медведев решил, что стране не хватает собственной Кремниевой долины. После чего в 20 км к западу от центра Москвы было создано «Сколково» — центр инноваций, который объединил всевозможные технологичные предприятия. Пекка выступил не только в роли советника фонда «Сколково», а также стал советником бывшего российского президента Дмитрия Медведева. За манеру ведения бизнеса и стремление доводить все дела до конца бывший руководитель Microsoft Стив Баллмер назвал финна «Бульдозер». Прозвище настолько прижилось, что на сайте «Сколково» появился «Официальный блог финского Бульдозера».

О кризисе, инвестировании стартапов и роли государства в их продвижении Пекка Вильякайнен, советник фонда «Сколково», рассказал в интервью деловому изданию «Капитал.kz».

Ребятам о стартапах

На интервью Пекка не перестает шутить. После пресс-конференции мы проходим в небольшой зал для совещаний с матовыми стеклянными стенами. Он усаживается слева от меня и сразу начинает говорить: «Мы три года назад зимой были в Якутии. Кажется, это одна из самых холодных точек на Земле в это время года. Так вот тогда о стартапах никто там даже и не знал. Ко мне подходили люди и спрашивали: „Что ты, финский конь, тут забыл?“ Они вообще не могли понять, как связаны между собой стартапы и экономика».

— Так вы ездите по странам, если можно так назвать, с просветительской миссией. В Казахстане вы в первый раз?

— Знаете, мой жизненный опыт приучил меня ни в коем случае нельзя говорить девушке, что это твой первый раз (смеется). Если быть серьезным, то я ведь представляю здесь российское правительство и помогаю, советую на тему инноваций. Вы правы, моя задача исключительно просветительская. Я хочу ознакомиться со всеми представленными проектами. С нами путешествуют пятнадцать экспертов, специалистов из «Сколково». Это люди, которые разбираются в разных направлениях. Они как раз и производят экспертную оценку представленных стартапов.

— На местном рынке чувствуется ли какая-нибудь сегментация среди стартапов?

— Честно говоря, даже несмотря на размер страны, люди здесь мне кажутся более скромными в позитивном смысле этого слова. Люди здесь достаточно прямолинейны и не особо переживают обо всей этой бюрократической чуши, а, скорее, решают более насущные проблемы. К тому же, в размерах мира, ваша страна не такая большая, поэтому все стартапы здесь имеют экспортную направленность.

— То есть вероятность выхода на международный рынок у местных стартапов есть?

— Скорее всего, таких стартапов даже больше, но сами они пока об этом не знают. То же самое и в России. Куда ни зайди, в какой-нибудь университет или даже простой частный дом, наверняка в чулане полным-полно патентов. В России стартапы чуть более зашоренные, ведь представляется, что Россия уже достаточно большой рынок именно для амбиций местных компаний, поэтому потребности выходить за рубеж у них нет.

Удивительно, но в Казахстане прослеживаются «давление» приложений для мобильных устройств и ИТ-сфера в целом. Но что особенно меня интересует, так это те стартапы, которые бы могли помочь крупным предприятиям, в частности горнодобывающей промышленности, тяжелой и нефтегазовой отрасли увеличить свою конкурентоспособность.

— Разве компании в этой области используют стартап-разработки?

— Пока что нет, но как мы слышали от представителей ваших технопарков и институтов развития, их заставляют. У таких предприятий просто нет другого выбора. Сейчас ведь такие времена, когда они обязаны полагаться на новые технологии и стартапы для того, чтобы повысить свою производительности и улучшить эффективность. Понятно, что горнодобывающая промышленность это трудоемкое производство. Те же десять лет назад отрасль требовала значительного вложения в плане человеческого капитала. Сейчас мы рассматриваем проекты, благодаря которым через 10 лет в шахтах не будет ни одного человека. Понятно, что процесс будет полностью роботизирован, будут операторы, управляющие процессом на расстоянии, но однозначно лицо индустрии изменится.

— Может уже есть компании, которые практикуют такой способ работы по миру?

— Думаю, мой пример прозвучит неактуально для Казахстана, потому что у вас нет прямого доступа к морю, но я недавно читал один пример касательно морских перевозок. Так вот, в следующем году в море выйдет первый корейский грузовой танкер, который сможет перевезти до 1 млн тонн различных грузов и при этом не будет управляться ни единым членом экипажа.

— Таким инициативам наверняка помогает государство…

— Когда речь заходит о необходимости использования новых технологий и инноваций, даже в горнодобывающей сфере, государство здесь вообще не должно играть никакой роли.

— Почему?

— Потому что решение об этом должно приниматься самим предприятием, исходя из бизнес-реальности. Что государство должно сделать, так это помочь молодым предпринимателям стать более видимыми, обрести свой «голос», если можно так выразиться. То же самое делаем мы в «Сколково». Мы служим своего рода глобальным акселератором и помогаем компаниям создать нужную презентацию, чтобы они могли продать себя нужным стейкхолдерам. Помогаем в плане защиты прав патентования и защиты прав интеллектуальной собственности и связываем их с нужными людьми, чтобы, когда придет время, стартаперы смогли о себе заявить.

— А какова здесь роль государства?

— Государство должно влиять на университеты, скажем, корректируя их образовательную повестку. Но когда та же горнодобывающая компания выходит на потребность сделки, государство должно самоустраниться. Государство должно держаться как можно дальше от стартапов. Государство должно убирать барьеры между разными институтами развития, чтобы все предприниматели знали, что есть какое-то одно место, где они могут ощутить себя частью предпринимательского сообщества. Естественно, государство должно участвовать в грантовом финансировании, но не делать так, чтобы эти гранты воспринимались как зарплата.

Надо помнить, что грантами всегда сыт не будешь и нужно искать частного инвестора, который тебя поддержит, либо стараться финансировать проект из собственных средств. Думать о том, что предпринимательство может быть безрисковым делом, — абсолютное заблуждение.

Сознание предпринимателя

— Вы сказали, что помогаете компаниям создать нужную презентацию, чтобы они могли себя продать. У местных компаний уже сформировалось то самое осознание, что их стартапы могут приносить прибыль?

— Осознание есть, но ожидания слишком нереалистичные. Им почему-то кажется, что как только ты закончил создание своего проекта, создал пилотный проект, на этом твой путь закончен. Но на самом деле именно тогда начинается основная работа. Например, если государство начнет оказывать всестороннюю поддержку, то предприниматели превращаются в маленьких детишек, которые начинают кричать и требовать все больше денег.

— А если их им не дают?

— А если их не дают, то возвращаются домой и начинают плакать. А это уже вам не предпринимательство, а молодежная программа, ни с каким бизнес-настроем это не связано.

— Может, есть какая-то бизнес-модель, благодаря которой стартап может монетизироваться?

— Все зависит от специфики бизнеса. На рынке потребительских товаров выручку компании получают очень быстро. Или вы можете выстроить модель работы с каким-нибудь известным брендом, что поможет вам заработать. В B2B-сегменте есть разные способы монетизации. Например, продажа лицензии или передача патентных прав от каких-то более крупных компаний.

— Большинство производственных компаний, не связанных с миром технологий, говорят о значимом влиянии кризиса на их работу. В области стартапов та же ситуация?

— Сейчас всяческие инвестиционные фонды деньгами, как говорится, по самые уши забиты. Но при этом они достаточно критично подходят к отбору потенциальных кандидатов на получение этих самых средств. Прежде всего, нужно доказать опыт работы, у стартапа должна быть сформирована окончательная команда, опыт в производственной сфере. Но вот такой тщательный отбор никак не связан с хайпом вокруг экономического кризиса или его отсутствием. Щепетильность инвесторов оправдана не кризисом, а тем, что они хотят как можно скорее вернуть те деньги, которые вложили в стартапы.

— Вы ведь и сами вкладываете собственные средства в инновации. Как понять, что проект будет успешным? Заранее это как-то можно сделать?

— Прежде всего, у проекта должно быть наличие постоянной, налаженной связи с вашими клиентами. Другими словами, ваш продукт должен быть а) уникальным, б) хорош во всех смыслах. Сам я никогда не инвестирую в стартапы, которые нацелены только на местный рынок. Скажем, компания, которая потолком себе ставит Россию, а за ее пределы выходить не хочет. Россия — это ведь всего два процента от всего мира в экономическом смысле. Если стартап хочет расти, его коллектив должен состоять из разных людей. Очень важно понимать, какой стиль лидерства и руководства сложился в коллективе и как на это реагируют сотрудники. То есть в коллективе должна быть западная манера управления, когда ты доверяешь своим сотрудникам, помогаешь им, а не этот пережиток советской манеры управления, когда ты управляешь всем ежовыми рукавицами.

Казахстан. Россия > Приватизация, инвестиции. Образование, наука > kapital.kz, 20 февраля 2017 > № 2081292 Пекка Вильякайнен


Россия > Образование, наука > zavtra.ru, 20 февраля 2017 > № 2081255 Михаил Мороз

 Сможет ли выжить русская литература в современной школе?

Продолжение разговора о школьном образовании

Михаил Мороз

Пять лет я уже без школьной практики, где физически, почти всем своим существом, пришлось ощущать истребляющие нововведения в образовательный процесс. Я не раз об этом говорил и писал и тогда, когда работал, и сейчас, когда приходится знакомиться с сущностными изменениями в образовании заочно. Не покидает ощущение, что живешь на колониальной территории, где правят всем, что ни есть вокруг, захватчики. Особенно это касается русского языка и литературы, уровень преподавания которых вполне укладывается в представление, что ты и твои русские соотечественники живут в условиях оккупированной страны. Причем должен заметить, что не учителя повинны в том, что уровень преподавания страшно, бедственно снижается . Прежде всего, отмечаю (не мне принадлежит это открытие, а многим честным ученым), что в последние десятилетия ужасающе помутилось качество языковой среды. Почему?

Имеющие власть нарочно и с легкостью отдали ТВ и другие СМИ в руки русоненавистников-либералов. И все под вывеской «свободы слова», когда любое национально-патриотическое слово подавляется беспощадно и с издевательской насмешкой. Везде и во всем, на всех «шоу», (а кроме «шоу» для развлечения и отвлечения ничего на ТВ уже не осталось) вытесняется русское слово. На нем говорить становится для новоиспеченных буржуа и тех, кто их обслуживает, признаком дурного тона, безвкусицей и даже позором. Жаль, что границы заметки не позволяют мне привести языковую муть, без всякой надобности употребляемую ведущими ТВ, комментаторами, журналистами, актерами и актерками, прочей «творческой элитой». Но читатель, к его несчастью, сам слышит её, эту словесную чепуху, каждый божий день, да и мы здесь обсуждали не раз это явление. Но самое страшное в том, что волей-неволей через ТВ и интернет окунают в эту тяжелую языковую среду, где только словесная муть, школьников. А потом заставляют выпускников на ЕГЭ или ОГЭ, где все пропитано примитивизмом и пустомыслием, угадывать ответы и создавать тексты по предложенным шаблонам, называя их сочинениями.

Но более всего удручает, когда вытесняется, выбрасывается вон из школьных программ по литературе русская классика, сокращаются часы на литературу. Внешне вроде всё объемно: заглянешь в учебник литературы, в оглавление, и кого там, и чего там не увидишь. Вроде всё есть. А по существу – галопом по Европам. Многообразия, что требует многознания, столько, что мозги зашкаливает. Повторю то, что было в прошлом тексте, размещенном на сайте: «многознание уму не научает». Эта известное предостережение Гераклита Эфесского верно и в нашу эпоху.

Совершенно верно пишет профессор Всеволод Троицкий, доктор филологических наук, профессор, член-корреспондент РАН, гл. сотрудник Института мировой литературы им. А.М.Горького, член Союза писателей России. Привожу его утверждение полностью: «Словесность в школе «сократили» под стать программам школы колониальной страны, сократили так, чтобы народ (в массе) не владел свободно русским литературным языком, как это по преимуществу было в лучшие для школы годы ХХ века. Сократили так, чтобы у окончивших школу не могло сформироваться должного для свободного человека запаса культурной памяти в виде знания традиционного объёма произведений русской классики, того школьного литературного канона, который был не вся классика, но ворота в неё. Ведь только это и может обеспечить знание литературного языка и связь со старшими поколениями, с культурой и историей своей Родины…Одновременно увеличили программы по английскому и др.иностранным языкам. Всё это, если исходить из нынешних задач и интересов школы независимой державы, – очевидно антипатриотично, противоречит интересам народа, формированию национального культурного сознания, здоровому органическому развитию личности и бережному отношению к традиционным духовным ценностям нации».

Вот об этом и надо не просто говорить, но бить в набат.

Россия > Образование, наука > zavtra.ru, 20 февраля 2017 > № 2081255 Михаил Мороз


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 20 февраля 2017 > № 2080487 Лукка Росси

«Санкции будут отменены до 2020 года, но не в ближайшее время»

Екатерина Кравченко

Forbes Staff

Чего ждет бизнес от Дональда Трампа, когда могут отменить санкции, в чем польза девальвации рубля, чем грозит Brexit и где роботы заменят человека, рассказал партнер международной консалтинговой компании A.T. Kearney Лукка Росси

- Многие называют президента США Дональда Трампа новым «черным лебедем» мировой политики и экономики. Его победа на выборах оказалась для многих неожиданной. Вас удивил результат?

- Он действительно был «черным лебедем». Глава социологической службы, проводившей предвыборные опросы в США, заявлял, что Трамп не сможет победить на этих выборах. Опросы проводились во всех 50 штатах на протяжении длительного времени, избиратели отвечали на конкретные политические вопросы, и казалось, что выводы социологов не могут быть неверными, но они таковыми оказались. Результаты выборов иногда трудно предсказать. В США результаты выборов стали сюрпризом для большинства избирателей и наблюдателей. Я думаю, респонденты иногда просто не хотели признавать, что поддерживают Трампа, но в итоге отдали голоса за него. Он привлек на свою сторону больше избирателей, чем многие ожидали.

- Некоторые политологи прогнозируют разворот отношений США по целому спектру ключевых внешнеполитических аспектов.

- Трамп — это новый человек в политическом истеблишменте, поэтому никто не знает наверняка, что он будет делать. Его политическая программа довольно обширна. Помимо Ближнего Востока, России и Китая программа Трампа включает внутренние экономические реформы, в том числе налоговую, и международную торговлю.

- Насколько обоснованы надежды на улучшение отношений между США и Россией? Насколько назначение госсекретарем США бывшего генерального директора ExxonMobil Рекса Тиллерсона способно изменить ситуацию?

- Я уверен, что диалог между Россией и США станет более свободным благодаря Тиллерсону. Он хорошо знает Россию и поддерживает хорошие отношения с российским руководством. Трамп, вероятно, планирует использовать его как связующую нить с Россией. Некоторые внешнеполитические приоритеты Трамп обозначил еще во время предвыборной гонки, в их числе было улучшение отношений с Россией. Но интересно, что прогнозы о потеплении отношений между Вашингтоном и Москвой основаны исключительно на оценке личных отношений лидеров, притом что ни одна из существующих проблем пока не решена. Безусловно, есть основания надеяться, что отношения между Россией и США будут нормализованы за счет более продуктивных личных отношений ключевых лиц. Трамп окружает себя людьми, которые очень подходят для этих целей. Посмотрим, как будет развиваться ситуация.

- С другой стороны, бюрократическую машину невозможно быстро перенастроить.

- Cейчас ситуация сильно отличается от того, что было при Бараке Обаме, администрация которого сталкивалась с противодействием Конгресса на протяжении восьми лет. Впервые за многие годы при президенте-республиканце его партия контролирует Палату представителей и Сенат, и это дает президенту уникальные возможности работать по целому ряду направлений. Насколько я понимаю, он наделен определенной свободой в принятии решений по внешней политике без поддержки Конгресса, которая требуется в случае, когда речь идет о внутренних делах. Контроль республиканцев над Конгрессом теоретически развязывает президенту руки.

Некоторые решения внутренней политики не вызывают споров. Например, снижение налогов поддерживают и Республиканская партия, и президент, поэтому эта мера, скорее всего, будет реализована. Но возникнут новые вопросы: дефицит бюджета США очень высок, и будет интересно узнать, как правительство намерено его сокращать в условиях снижения налоговых сборов. Трамп уже нанес удар по проведенной Обамой реформе здравоохранения, против которой республиканцы выступали с самого начала.

Для мировой экономики многое будет зависеть от того, какие еще шаги (помимо выхода США из соглашения о Транстихоокеанском партнерстве) администрация Трампа сделает в сфере международной торговли. Предвыборная программа во многом была построена на обещаниях закрыть границы. Он говорил, что введет пошлины на импортные товары и будет взимать их в том числе и с американских компаний, чьи производственные подразделения находятся за рубежом. Если обещания будут реализованы, последствия будут очень серьезными. Весь мир, затаив дыхание, ждет. Многое зависит от действий Трампа в первые шесть месяцев: это может указать общий тренд.

- Какова цена этих решений?

- Речь идет о миллиардах долларов. Трамп пригласил в администрацию людей с определенными взглядами. И то, каких людей Трамп выбрал себе в окружение, позволяет судить о том, в каких направлениях он планирует действовать. Так, директор ЦРУ республиканец Майк Помпео категорически выступал против соглашения с Ираном. Скорее всего, это соглашение будет пересмотрено, так как Трамп будет оценивать ситуацию с позиций Помпео. Однако старые проблемы никуда не делись: вопрос с Украиной стоит по-прежнему остро, ситуация на Ближнем Востоке не изменилась.

- Место России на глобальной экономической карте изменилось. Несколько лет назад она выбыла из составляемого A.T. Kearney рейтинга 25 самых привлекательных стран для прямых иностранных инвестиций. В чем кроется главная причина снижения позиций России — в геополитике?

- В 2013 году Россия еще входила в топ-15, а в 2014-м уже выбыла из топ-25. Это, безусловно, объясняется геополитической ситуацией, но есть еще одна причина: ключевую роль в российской экономике играют полезные ископаемые, а сырьевые рынки в последнее время находились в подавленном состоянии, что сказалось на притоке иностранных инвестиций в страну. Аналогичную ситуацию мы наблюдали на Ближнем Востоке: хотя экономическая мощь этого региона в целом сохраняется, уровень иностранных инвестиций в некоторых странах сократился из-за слабости сырьевой экономики. Но я считаю, что, когда санкции в отношении России будут отменены, российские компании укрепят свои позиции и приток инвестиций увеличится.

- Когда, по-вашему, могут снять санкции?

- Я полагаю, что это случится до 2020 года, но не в ближайшее время. Инвесторы принимают во внимание такой фактор, как стабильность региона, куда они собираются вкладывать средства. Что касается политической, финансовой, фискальной и правовой среды, то они терпеть не могут сюрпризы и неопределенность. Они предпочитают иметь дело с конкретными рисками, когда можно понять, имеет ли смысл делать ставку.

Главная проблема сейчас — это неопределенность: санкции явно сдерживают инвесторов. Но другие развивающиеся страны, в которых санкций нет, тоже сейчас испытывают сложности, их рост замедляется. В последние 10 лет мы наблюдаем масштабное перемещение материальных благ из стран со зрелой экономикой в развивающиеся. Правда, этот процесс замедляется. Правительства развитых стран сокращают расходы, а их жители закрывают границы в попытке противостоять процессу глобализации. Сейчас мы видим такие процессы в Великобритании, США и ряде европейских стран. Строительство «укрепительных стен» — это защитная реакция на глобализацию и перераспределение материальных благ.

Разрыв между сверхбогатыми и беднейшими слоями населения увеличился. Идет усиление поляризации в обществе, которая, вероятно, стала одной из причин выигрыша Трампа на выборах. Он победил благодаря голосам тех, кому не выгодна глобализация. И Brexit случился из-за тех людей, которые на бытовом уровне поняли, что стали жить хуже из-за глобализации. Поэтому сейчас мы видим, как возводятся стены между странами, которые не способствуют развитию внешней торговли и приросту инвестиций. Нас ждет период существенной неопределенности. В этом году пройдут выборы во Франции, в Германии и, скорее всего, в Италии. Во Франции и Италии есть крупные партии, которые задумываются о необходимости возведения стен между собственной экономикой и глобальным рынком. Речь идет о сценарии, когда крупные экономики стремятся к локализации, а не глобализации. Это должно стать предостережением для развивающихся стран, получающих огромные доходы от экспорта товаров в развитые страны.

В случае России есть еще проблемы старения населения и демографии: у вас численность работоспособного населения сокращается. Среди стран БРИКС Россия имеет наименьшую долю молодежи в совокупных трудовых ресурсах. Интересно, какие меры Россия собирается принимать для «омолаживания» рабочей силы. В этом смысле у вашей страны больше общего с развитыми странами, чем с развивающимися.

- Как Россия выглядит в сравнении с другими экономиками?

- Положение России с точки зрения инвестиционной привлекательности ухудшилось и не соответствует значению и доле вашей экономики в мире. Россия по этому показателю находится на уровне стран с гораздо менее развитой экономикой и менее актуальным значением в глобальном контексте.

Вообще сложно сравнивать вашу страну с другими странами, поскольку существует целый ряд специфических обстоятельств, в их числе и геополитический контекст, то есть санкции, и депрессия на важнейшем для России рынке полезных ископаемых. Таких факторов нет в других странах.

- Россия присоединилась к соглашению ОПЕК по ограничению добычи нефти. Насколько эта сделка способна стабилизировать энергетический рынок и экспортно-ориентированные экономики?

- Важно, как будут соблюдаться договоренности. ОПЕК нередко объявляла о заключении соглашений, которые впоследствии никем не соблюдались. Посмотрим. Во многом то, что будет происходить на нефтяном рынке, зависит от того, какую политику США будут проводить в сфере энергетики. Если Трамп будет поддерживать сланцевую добычу и наращивание объемов поставок нефти из США, это сильнее повлияет на цены, чем договоренности ОПЕК.

Рост цен на нефть — более благоприятный для экономики сценарий в целом. Сейчас предложение энергоресурсов превышает спрос, а избыток производства нефти определяется рядом факторов: во-первых, сдвигом в сторону альтернативных источников энергии, во-вторых, замедлением экономик в некоторых крупных странах — потребителях нефти, в первую очередь в Китае. Если не исчезнет дисбаланс спроса и предложения, цены останутся заниженными.

- Вы ожидаете, что спрос на сырье восстановится?

- Трудно сказать. Давайте рассмотрим Китай. Трамп планирует ввести пошлины на импортные товары. Во-первых, это не поспособствует развитию китайской экономики. Во-вторых, отразится на ценах на нефть, поскольку в числе потребителей сырья — развивающиеся экономики, которые растут быстрее, чем другие страны: Индия, Китай, страны Юго-Восточной Азии. Замедление же экономик будет способствовать дальнейшему снижению цен на нефть, а значит, вырастет необходимость сокращения объемов нефти на рынке.

- Одним из значимых факторов для развития российской экономики многие называют произошедшую девальвацию рубля. Насколько сила или слабость валюты может дать толчок для экономики?

- Девальвацию рубля необходимо рассматривать как возможность для развития, поскольку это сделало товары российского производства более конкурентоспособными. У России появилась возможность перейти на следующий уровень в игре. Конечно, обратной стороной медали является инфляция, которая также была спровоцирована девальвацией.

Многое зависит от того, по каким позициям вы хотите конкурировать. В данный момент ключевым конкурентным преимуществом являются нематериальные ценности. Если вы посмотрите на финансовую отчетность некоторых компаний, вы убедитесь, что выгоднее иметь больше нематериальных активов, чем материальных. К нематериальным активам относятся исследования и разработки, бренды, информационные технологии — вот где прибыль на инвестиции растет в геометрической прогрессии. Если вы продолжите конкурировать на уровне материальных активов, победить в этой игре, скорее всего, будет сложно, потому что по производству более конкурентоспособными могут оказаться другие страны. Если вы конкурируете на уровне нематериальных активов, у вас больше шансов.

«Международные компании не готовы переезжать в Москву»

- Москва в 2016 году опустилась с 14-й на 18-ю строчку в рейтинге глобальных мегаполисов, который A.T. Kearney составляет на основе оценки деловой активности, человеческого капитала, информационного обмена, культурного опыта и политического веса городов. Вы в Москве бывали несколько раз. Заметили изменения?

- По уровню комфорта Москва не уступает любой европейской или мировой столице. Хотя она опустилась за год на несколько ступенек в одном из индексов, в другом индексе — перспективных глобальных мегаполисов — Москва поднялась с 45-го на 35-е место. При составлении этого рейтинга мы учитывали четыре фактора: благосостояние жителей, экономические показатели, эффективность управления и социальную обстановку. Москва — признанный культурный центр, который славится своими галереями, музеями и т.д. Привлекает ли Москва достаточное количество туристов из-за рубежа? Наверное, нет. Может ли Москва развивать партнерские отношения с другими мегаполисами мира? Наверное, да. Если говорить об экономике, Москва выделяется высоким уровнем инвестиций в развитие инфраструктуры и аэропортов. Готовы ли международные компании размещать здесь свои штаб-квартиры? Пока нет. Причин несколько. Москве нужно развивать свои возможности по привлечению иностранных студентов — это важный фактор с точки зрения старения населения. Что касается городского управления и политического значения, Москва может стать образцовым городом для организации международных встреч на высшем уровне, которые проводятся в Москве не так часто. Это уже хорошее начало, но городу есть над чем поработать.

- Как выиграть конкуренцию с другими городами?

- Когда международные организации принимают решения о том, куда вкладывать средства и где разместить свой офис, они принимают во внимание два фактора: экономические условия (налоги, инфраструктура и инвестиционный потенциал) и социальную среду (удобство перемещения и возможность найма квалифицированных кадров). Это также связано с качеством системы образования и социально-экономическими условиями.

Например, иностранцу проще переехать в Москву, чем, скажем, в город на Сицилии, потому что Москва — это культурная столица. Вот в этих направлениях Москве необходимо двигаться дальше. Конечно, насколько позволяют санкции.

Действия компаний всегда очень рациональны и основаны на оценке экономической среды. После голосования за Brexit, например, многие банки рассматривают возможность переезда из Лондона, поскольку они рискуют потерять финансовый паспорт Евросоюза. Если после выхода Великобритании из Евросоюза будут введены пошлины на некоторые товары, не стоит ожидать, что производители этих товаров останутся в стране, которая станет менее конкурентоспособной по сравнению с другими европейскими рынками.

Города конкурируют друг с другом, стремясь привлечь динамичные инвестиционные потоки. Москва конкурирует с большинством мировых финансовых центров, таких как Лондон, Нью-Йорк и Франкфурт, в поиске новых источников дохода и инвестиций.

- Для многих финансовых компаний Лондон был одной из главных площадок. Есть ясность с пониманием последствий Brexit? К чему готовиться?

- Представитель ЕС выразил четко позицию блока — сохранить целостность Евросоюза. Не являясь членом ЕС, Великобритания не сможет претендовать на свободу движения товаров, услуг, лиц и капитала. Я думаю, что британцы хотят сохранить свободу движения капитала, но намереваются ограничить движение людей. Евросоюз на такое предложение, скорее всего, ответит: «Или все, или ничего».

Для большинства компаний [клиентов в Великобритании] ситуация с Brexit пока не ясна. Первыми о возможных сценариях задумались банки из-за риска потери паспорта ЕС. У остальных нет понимания, как действовать. На вопрос, стоит ли закрывать завод по производству автомобилей в Великобритании прямо сейчас, ответить сложно, потому что не ясно, каковы будут последствия выхода Великобритания из ЕС с точки зрения конкурентоспособности производителей. Закрытие завода — весьма дорогостоящее мероприятие. Такие решения не принимаются, пока нет ясности относительно того, как будут развиваться события.

«Экономика уплотнения»

- В Давосе одной из популярных тем была новая промышленная революция. Сильные изменения ждут бизнес?

- В основе новой промышленной революции — робототехника и интернет вещей. Это предполагает широкое использование датчиков и продвинутых вычислительных мощностей. Сочетание этих факторов меняет бизнес. Многие сектора уже изменились. Посмотрите, например, на биотехнологии. Со временем людям придется учиться управлять все более сложными средствами производства. На смену нам приходит новое поколение работников, с которыми роботы будут трудиться бок о бок. Раньше это казалось невозможным — роботы были опасными, мы старались держать их на расстоянии. Уже сейчас есть заводы, где роботы работают вместе с людьми. Но людям нужно учиться взаимодействовать с роботами и управлять ими. Это новые навыки. Следовательно, переквалификация рабочей силы неизбежна.

Некоторые считают, что нет такой сферы деятельности, где роботы бы не могли полностью заменить людей. Мы уже достигли большого прогресса на пути развития искусственного интеллекта. Даже аналитики в хедж-фондах уже начинают терять работу из-за появления высокотехнологичных систем, которые способны принимать решения за человека.

- Где роботы не смогут заменить людей?

Трудно сказать, в каких сферах жизни люди не сдадут позиции. В секторе финансовых услуг применение робототехники сейчас активно обсуждаются. Есть целый ряд программных приложений, которые позволяют автоматизировать всю бумажную работу. Трудоемкие процессы, связанные с обработкой документов, полностью автоматизируются с помощью робототехники, и административный персонал может быть сокращен.

Три года назад говорили, что профессия водителя такси будет существовать всегда. А сегодня на улицах уже появляются беспилотные автомобили! Как вы думаете, сможет ли робот делать работу парикмахера? Нет? А вы уверены, что через пять лет это по-прежнему будет невозможно? Еще один пример — журналистика. Уже существуют системы искусственного интеллекта, которые способны собирать данные из внешних источников и составлять статьи в автоматизированном режиме. Для журналистов, похоже, это не очень хорошая новость. В любой отрасли можно найти сферы применения искусственного интеллекта, робототехники и аналитики, которые способны вытеснить людей из определенных профессий.

Могут ли информационные технологии стать главными на нашей кухне? Один человек, который был большим фанатом компьютерных технологий и работал днями и ночами напролет, не имея времени ходить по магазинам и готовить еду, придумал напиток с высоким содержанием белка, смешав несколько разных компонентов. Он также разработал приложение, которое умеет готовить еду на ваш вкус. Вы отправляете рецепт по интернету и получаете на дом, например, такой напиток. Вот, пожалуйста, супермаркеты, продукты питания, еще одна сфера применения новых технологий. Программные приложения можно использовать даже для того, чтобы просто приготовить еду. Это потрясающе, как мне кажется.

- Как при столь быстром развитии технологий действовать бизнесу, чтобы сыграть на опережение?

- Нужно позвонить в компанию A.T. Kearney, и проблема будет решена (смеется). Конечно, нужно стараться быть лучше всех. В первую очередь требуется умение анализировать последствия нововведений для вашей компании. Несколько месяцев назад мы проводили опрос, посвященный теме лидерства, чтобы выявить основные характеристики успешных руководителей и организаций. Респонденты признавали, что успешная стратегия — ключевой фактор успеха. Конечно, легко сказать: мне нужна успешная стратегия. Вопрос в том, как ее выработать. Во-первых, успешная стратегия всегда предполагает очень сложную работу. Это требует внедрения новой бизнес-модели, изменения портфеля или способов оказания услуг, смену восприятия компании заинтересованными сторонами. Успешная стратегия вовсе не означает, что нужно встать у руля компании и продолжать делать то же самое. Во-вторых, и это признают все респонденты, глубочайшие последствия для бизнеса сейчас несут технологии. Мир меняется гораздо быстрее, чем мы ожидаем. То, чего люди ждут через семь лет, случается обычно через два года.

Главе компании важно принципиально понимать экономические последствия внедрения новых технологий в своей организации и то, какую пользу для бизнеса можно из этого извлечь. А для этого нужно прежде всего очень хорошо знать собственный бизнес.

Наш вклад — это исследования в сфере будущего производства. В глобальной экономике будет много дискуссий о том, как производственным предприятиям не потерять актуальность, как новые технологии будут влиять не только на экономику, но и на повседневную жизнь общества. Кроме экономических последствий здесь возникнут и серьезные социальные эффекты, причем гораздо более значительные, чем принято думать. И контролировать их будет гораздо сложнее, чем мы ожидаем. Это станет серьезной проблемой. Экономический аспект прост: сначала вы инвестируете в новые технологии, потом сокращаете штат.

- Вы консультируете не только бизнес, но и правительства некоторых стран. Что бы вы посоветовали российскому правительству?

- У правительства должны быть два-три приоритета. Во-первых, это обновление системы образования. Потребуются люди с новыми навыками и другим отношением к рискам, нежели у нашего поколения или предыдущих поколений. Возможно, новые технологии будут способствовать развитию предпринимательства, поскольку начать производство с точки зрения технологий будет проще. Ни в Европе, ни в России нет традиции обучения работников, готовых принимать на себя существенные риски. Европейский Союз был основан, во-первых, для защиты Европы от войн, во-вторых, для защиты благосостояния граждан. Это система, направленная на обеспечение безопасности и не готовая к рискам. Но ее направленность должна измениться.

Каким образом правительство может стимулировать перемены? Во-первых, за счет образования, роль которого возрастает. Во-вторых, за счет «экономики уплотнения»: чтобы система работала успешно, большое значение имеет так называемая плотность ресурсов. Кремниевая долина — это удачный пример того, что я называю «экономикой уплотнения». Почему Кремниевая долина так успешна? Да потому что в одном месте сосредоточено столь много человеческого и экономического капитала, что этот капитал начинает сам себя воспроизводить. Но если государство будет распределять инвестиции на своей территории случайным образом, пользы будет мало. Я люблю приводить в качестве примера свою родную страну Италию, в которой семь или восемь научных центров, занимающихся исследованиями продуктов питания. Столько исследовательских центров на одну страну — это слишком много, достаточно одного. Мы можем сосредоточить ресурсы в одном месте и использовать преимущества «экономики уплотнения». Так что правительству придется делать выбор.

- Вы никогда не называете имен клиентов, но можете сказать, изменился ли профиль ваших российских клиентов — стало ли больше госкомпаний?

- Мы не раскрываем информацию о клиентах, но в их числе есть и государственные, и частные компании.

- На что сейчас спрос со стороны российских клиентов?

- Российские компании сейчас фокусируются на изменении операционной бизнес-модели и источников прибыли, много запросов наблюдается в сегменте цифровой экономики. Сейчас многие компании владеют терминологией цифровых технологий, но не совсем понимают суть и законы цифровой экономики.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 20 февраля 2017 > № 2080487 Лукка Росси


Италия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 20 февраля 2017 > № 2080439 Умберто Эко

Обретенный Эко

Беседа Ливио Дзанетти с Умберто Эко

Рита Чирио (Rita Cirio), L'Espresso, Италия

Конец 1990-х годов. Издатель Карло Караччоло (Carlo Caracciolo) убедил Ливио Дзанетти, который до тех пор продолжал работать в Rai, но уже оставил пост сначала директора радиостанции GR1, потом объединенной редакции GR, самой крупной радиостанции Европы, начать писать (когда и как ему вздумается) для Espresso. Кто мог это сделать лучше него? Караччоло и Дзанетти познакомились во времена Etas Kompass еще до учреждения Espresso, где Ливио потом пройдет весь путь от редактора, корреспондента, главного редактора до поста директора, который он занимал в течение 14 лет. Он превратил (и весьма успешно) это издание из газеты широкого формата в журнал малого формата. С того времени в журнале то и дело, чтобы освежить память читателя и позволить ему углубиться в материал, публиковались разрозненные записки, планы, записи разговоров отцов-основателей, Караччоло и Скальфари, с другими авторами.

Однажды Ливио отправился в Милан к Умберто Эко, самому выдающемуся автору, пользующемуся международным признанием и пишущему для Espresso уже очень давно: он публикует свои тексты в журнале с середины 1960-х годов и не скупится на критику, когда это требуется. Сидя перед окнами, выходящими на Замок Сфорца, они долго беседуют на темы, связанные с Espresso и его историей, используя их как отправной пункт для обсуждения природы и перспектив культурной (и не только) журналистики, ее различий и сходств с журналистикой остального мира, делятся пророческими предположениями. Одним словом, вы прочитаете то, из чего Ливио намеревался сделать целую главу для книги.

Но он не успел написать книгу.

Эко вспоминает об этом разговоре вскоре после смерти Ливио, он очень трепетно к нему относится: я отсылаю в Милан машинописный текст расшифровки с кассет, он вносит правки, что-то вырезает, поясняет, делая заметки своим изысканным почерком, который я знаю с тех пор, как была его ассистенткой в Политехническом музее Милана (в 1970-е годы) и помогала ему вести протокол устных экзаменов. Что касается публикации, он говорит, что у него начинается крапивница при одной только мысли о возможных купюрах или пересказах. «Или все, или ничего, положи, пожалуйста, все это в ящик под замок».

Там текст и лежит, в ящике моего письменного стола на улице По, до самого переезда журнала.

Но и я сама переезжаю. Куда же делась эта беседа? Об этом меня спрашивает и сын Ливио Оттавио, он до сих пор корит себя за то, что не смог тогда из-за учебы тоже поехать в Милан; он уже давно собирает статьи и интервью своего безвременно ушедшего отца. Зная меня, он понимает, что из уважения и любви я наверняка положила этот текст в какое-нибудь надежное место — именно чтобы спасти его от беспорядка, в котором я лишь чудом помню, где что лежит. Пару месяцев назад я получила предупреждение от компании Equitalia: я должна заплатить все штрафы, которые моя дряхлая машинка якобы собрала за 2015 год. Только вот я сдала ее на металлолом почти десять лет назад! В какой точке пространства умудрилась собрать штрафы эта колымага, которую уже давно превратили в компрессию Сезара? Где-нибудь в музее Марселя?

Я с полицейским педантизмом перерываю целый архив в поисках свидетельства о сдаче машины на металлолом. Под каким-то геологическим слоем нахожу две большие черно-белые фотографии Ливио, которые мне когда-то заботливо дала Франка Орфини, чтобы у Оттавио была память о его отце в молодости. И вот он, этот большой конверт, присланный из Милана, с Площади Кастелло на улицу По, 12, заказной почтой с сопроводительным письмом от работавшей тогда секретарем Умберто Габриэллы Чонколини.

Для любителей казусов с Equitalia я нашла также и свидетельство об уничтожении моей маленькой машинки, номер 68, от 11.01.2008, в 17:25…

Приятного чтения и воспоминаний.

Ливио Дзанетти: Ну, начну издалека: какие газеты читали у тебя дома, когда ты был ребенком?

Умберто Эко: Читали Gazzetta del Popolo, и для меня это было важно, потому что в ней было цветное приложение для детей про журналиста Пио Перкопо и Изолину Мардзаботто и других. Недавно вспомнил, что там же тогда начали публиковать воспоминания Джино Корнабо, «Разочарованного человека» Акилле Кампаниле. Из еженедельных изданий всегда были Domenica del Corriere и Corriere dei Piccoli для меня. Мама читала журналы Novella и Annabella, которые не были тогда еще похожи на современный Novella 2000, там публиковались рассказы Муры (Mura), Каролы Проспери (Carola Prosperi), Лучаны Певерелли (Luciana Peverelli).

— Что ты помнишь из Corriere dei Piccoli?

— Абсолютно все, в том числе потому, что из-за своего культа памяти я все время покупаю их на книжных развалах, а в этом году мне подарили коллекцию 1932 года, которую я читать не мог, потому что это год моего рождения. Но я прекрасно помню все рассказы, выпуски времен войны в Испании, войны в Эфиопии… Потом, уже в школе, мы обязательно покупали (по крайней мере, нам настойчиво советовали покупать) Balilla со знаменитыми пропагандистскими стишками: «Король Георг английский/Боясь вступать в войну/Министра Чурчиллоне/Зовет помочь ему…» Потом я всегда с большим интересом встречался с теми, кто покупал комиксы Avventuroso (а потом L'Uomo mascherato, Mandrake) и «Микки-Мауса». Потом мне показали Vittorioso. Я очень хотел его купить, но семья продолжала покупать Corriere dei Piccoli, потому что газету читали и взрослые, там были прекрасные стихи, рассказы разных писателей…

— «Пространство приключений»…

— Нет, это была Domenica, а не Corriere dei Piccoli… Вот тогда мы пришли к компромиссу, что я мог покупать Vittorioso, но должен был и дальше покупать Corriere dei Piccoli, что мне было только на руку, но мне никогда не разрешалось покупать «Микки-Мауса» и Avventuroso, и их я читал, обмениваясь с друзьями. Помню, как еще в послевоенные времена в лицее в пьемонтском городке Алессандрия развернулось прямо-таки религиозное противостояние между теми, кто читал Gazzetta, и теми, кто читал Stampa, они были как две футбольные команды, «Турин» и «Ювентус». По крайней мере, до тех пор, пока Gazzetta оставалась популярной газетой. Потом ее популярность пошла на спад.

— Для какого издания ты написал свою самую первую статью?

— Самую первую свою статью я написал в католический еженедельник под названием Voce alessandrina.

— На какую тему?

— Точно не помню, но это было что-то заурядное. Первая «непровинциальная» статья появилась в Ateneo, газете Туринского университета. Потом я начал писать в журналы Молодежного католического движения, которые выходили на национальном уровне. Потом в 1950-е годы замечательный Паоло Бернобини (Paolo Bernobini, итальянский поэт, журналист — прим. пер.) пригласил меня работать в ABC. Тогда, мне кажется, им руководил Гаэтано Бальдаччи (Gaetano Baldacci).

— А твое знакомство с Espresso?

— Сначала я познакомился с ним как читатель. В роли читателя я присутствовал при его появлении на свет, я работал на телевидении, и там везде говорили об этом еженедельнике, который должен был стать чем-то совершенно новым, наследником Mondo. Далее в 1965 году Эудженио Скальфари (Eugenio Scalfari, итальянский журналист, писатель, политик. Один из основателей еженедельника Espresso, основатель газеты Repubblica — прим. пер.), проездом оказавшийся в Милане, захотел со мной встретиться и предложил мне вести еженедельную рубрику рецензий.

— Ты помнишь свою первую статью в Espresso?

— Тогда это был еще широкоформатный Espresso, в центре была большая статья Паоло Милано (Paolo Milano), потом Витторио Сальтини (Vittorio Saltini, итальянский литературный критик, писатель — прим. пер.), помню еще, что Скальфари говорил о «маленьком греческом храме»: две маленькие колонки по бокам, одна, допустим, на общественно-политические темы, одна литературная, а я писал рецензии на книги. Я спорил со Скальфари, он мне говорит: ты все время пишешь рецензии на Леви-Стросса и других никому не известных людей, не забывай, что нас пока что покупают юристы с юга страны, последователи Кроче (итальянский философ, историк, политик, писатель, литературный критик. Главный идеолог либерализма в Италии в XX веке, представитель неоидеализма — прим. пер.), которые всего этого не понимают. Я ему говорил: нет, теперь вас покупают дети юристов с юга, которые уже не являются последователями Кроче».

— Да, это вы познакомили всех со структурализмом, но я помню и первые страницы цветного Espresso, помню статью, где говорилось «между реками Бормидой и Танаро…»

— Про Бормиду и Танаро — это еще была статья в колонке. А в Espresso мне дали…

— … полноценную страницу, и я ее курировал.

— Символом этой страницы стал значок радиации. Я начал ездить как корреспондент в Америку, рассказывал о том, что такое хиппи, психоделическое искусство, МакЛюэн и тому подобное. Потом я начал там вести разные серии рубрик, потом тематические номера, как раз вместе с тобой. Это были уникальные, хорошо сделанные номера, я знаю людей, которые до сих пор их хранят…

— Там было по 20-30 машинописных листов, сегодня это сопоставимо с книгами.

— А потом наступил период малоформатного Espresso…

— Помню, как меня поразил текст, где ты говорил, что человек, родившийся в Алессандрии, даже будучи по уши влюблен, не может сказать: «Я тебя люблю». Я сказал себе: интересно, почему бы это человек из Алессандрии…

— По той же причине, по которой он не использует форму отдаленного прошедшего времени, в противном случае все бы приняли его гомосексуалиста.

— Но на Сицилии отдаленное прошедшее используют даже гетеросексуалы…

— На Сицилии? Да уже начиная с Болоньи и южнее вовсю пользуются формой прошедшего отдаленного.

— Неужели?

— Я до сих пор поражаюсь, когда слышу, как житель Болоньи использует прошедшее отдаленное, потому что он говорит с североитальянским акцентом, как и я, и при этом использует эту временную форму, этот диссонанс кажется мне несколько странным.

— А что ты читал в Espresso? Кто был твоим фаворитом? Были ли вообще у тебя таковые?

— В зависимости от номеров, в зависимости от времени. Разумеется, материалы вроде «Коррумпированная столица, зараженная нация» читали все.

— А любимые ведущие рубрик?

— Ах, они… Критика Джено Пампалони (Geno Pampaloni) и Паоло Милано (Paolo Milano).

— Какое впечатление произвела на тебя атмосфера в Espresso?

— Я же там бывал очень редко, потому что я не жил в Риме, но в начале было впечатление, что мы совершенно чужды друг другу.

— Почему?

— Потому что Espresso был типичным воплощением той римской культуры, в рамках которой по вечерам все отправлялись на виа Венето и с недоверием относились к работавшим в издательских домах интеллектуалам «ломбардского направления», как выразились бы тогда. Поэтому мы были из разного теста, ассимиляция происходила очень медленно…

— Возникали ли какие-либо причины для разногласий?

— Постоянно. У нас бывали сражения, потому что Сальтини (Saltini) писал яростные тексты против Группы 63 (Il gruppo 63 — итальянское неоавангардистское литературное движение, в состав которого входили итальянские критики, поэты и писатели, в том числе и Умберто Эко — прим. пер.), а Манганелли (Giorgio Manganelli, итальянский писатель, переводчик, журналист, литературный критик, один из последовательных теоретиков неоавангардизма — прим. пер.) и я писали гневные письма сначала Скальфари, потом тебе, а вы уже пытались все наладить…

— Потому что Сальтини исповедовал взгляды Лукача…

— Именно так, поэтому редакция была платформой разногласий, курятником, где петухи постоянно клюют друг друга, но это мне всегда казалось преимуществом журнала, где каждый мог сказать что-то вопреки мнению остальных. Но было и множество случаев, когда споры рождались из-за невнимания, то есть в Espresso халатно относились к работе, однажды у нас возник весьма крупный скандал… Вы поставили в публикацию не те фотографии… Не подумав о том, что они значат в контексте публикации, и мы недоумевали: «Почему эти римляне так невнимательно относятся к тому, что они делают». Вот так…

— «Эти римляне». Кстати, в журнале работали люди со всей Италии, а отнюдь не только из Рима.

— Да, но работали в римском темпе.

— Да, римские привычки, это точно…

— И эти римские привычки сохраняются до сих пор…

— В момент перехода от широкого формата к формату журнала ты выступал за первый. Ты хотел сохранить широкий формат?

— В момент реорганизации я помню, насколько все были обеспокоены сменой формата, сколько раз рассматривались новые варианты, обложки. Помню, что в конце концов, после многочисленных пробных макетов, ты извлек бессовестную имитацию журнала Spiegel с красной рамкой, а я говорил: «Как же так, после всех попыток представить новый Espresso мы повторяем нечто уже существующее». Но это сработало, ты оказался прав. Однако, переходя от 80 тысяч к 300 тысячам экземпляров, те, кто писал в журнал, отмечали, как у них прямо на глазах меняется его аудитория. Например, то, что я тут же заметил: в широком формате можно было позволить себе определенную иронию, в формате журнала тоже, но в редакцию начинали приходить возмущенные письма, потому что читателей, способных оценить эту иронию, было не более 80-100 тысяч, а остальные 200 тысяч были от нее далеки.

— Даже несмотря на то, что вначале новый Espresso пытался вести просветительскую культурную политику.

— Только это выглядело так, как будто ты хочешь организовать забег на стометровку: у тебя есть три тысячи человек, которые умеют бегать на 100 метров, а если ты собрал 30 тысяч, кто-то неизбежно отстает.

— Кстати, говоря о культуре, что ты думаешь об итальянской культурной журналистике по сравнению с иностранной?

— Тогда или сейчас?

— И тогда, и сейчас.

— Они очень сильно различаются, сейчас итальянская культурная журналистика свелась исключительно к внутренним сплетням, где газета выступает в роли провокатора, задает вопросы, вызывающие неловкость. Мы дошли до точки, когда в течение трех дней могут идти споры о книге, на которую даже рецензии не было опубликовано. То есть журналистика перестала давать новости о культурных событиях, она сообщает только о низменных вещах, превратившись в один из видов развлечения экспертов. Любопытно, неужели читателю интересно знать, что писатель Х поругался с писателем Y. Но очевидно, что в какой-то мере это нравится публике, то есть писатель стал своего рода велогонщиком, актером, поэтому, даже если мы не слишком хорошо его знаем, нам интересно знать, что у него завязалась с кем-то нежная дружба. В зарубежной журналистике, на мой взгляд, этого еще не нет. Но в Италии культурная журналистика была первой во времена издания Paese Sera, начавшего выпускать книги в качестве приложений, быть может, следуя типично итальянской традиции третьей страницы. Итальянская журналистика, выпускавшая приложение в области культуры, всегда гораздо больше внимания уделяла культурным событиям, чем остальные газеты. Да, англосаксонские газеты всегда выпускали еженедельное книжное приложение, но там публиковались исключительно рецензии и не было места никаким дискуссиям. Но исключены также и сплетни. Строго только рецензии, что позволяет сохранить определенный уровень морали, вот что я хочу сказать. У нас получилось, что хороший сам по себе проект (множество страниц, посвященных культуре) вызвал негативные побочные эффекты: избыток страниц о культуре, которые надо чем-то заполнять, привел к появлению сплетен. Возможно, прежняя третья страница итальянских газет, где нужно было написать редакционную статью в левой колонке, репортаж в правой и небольшую рецензию в нижней части страницы, вынуждала тебя сосредоточиться на культуре, а не на сплетнях.

— Был момент, когда итальянская культурная журналистика была, как бы это точнее сказать, закрыта, идеологически замкнута.

— Да, но этот узел довольно быстро развязался. Достаточно взглянуть как раз на Espresso в 1960-е годы, чтобы понять, как быстро произошло это переключение внимания. Думаю, если взглянуть на крупноформатный Espresso, то ты там найдешь и злобные комментарии о некоторых культурных событиях, но они не будут сводиться исключительно к сплетням, которые, правда, характеризуют не столько еженедельные, сколько ежедневные издания сегодня.

— Я могу тебе сказать, что когда Espresso начал отводить пространство как раз для популяризации определенных культурных феноменов, которые не освещались тогда в Италии, к примеру, от Венского кружка до критического рационализма, в редакцию стали приходить возмущенные письма, среди которых было несколько от депутата Пайетты. А это были уже 1970-е годы, начало 1970-х, что само по себе любопытно, как ты считаешь?

— Нет, это не любопытно, я четыре года проработал на Rai, начиная с 1954 года, уже в 1955 меня назначили присмотреть вечером за работой одного сотрудника канала, который, с одной стороны, руководил процессом (если программа не выходила в эфир, он ставил документальный фильм), а с другой, принимал телефонные звонки от зрителей. Там были сотрудники развлекательных программ, которые пытались, помимо Клаудио Вилла (Claudio Villa) и других итальянских песен, периодически ставить Ива Монтана или Жюльетт Греко. Знал бы ты, сколько звонков поступало на телевидение из-за того, что в эфире показали кого-то, кто поет по-французски! То есть 80% зрителей высказывали свое недовольство, и решение было найдено благодаря даже не телевидению, а музыкальным автоматам, когда в барах стали звучать песни группы Platters. Тогда уже у телевидения появился повод ставить в эфир иностранных исполнителей. Значит, то, что происходило с любителями итальянской песни, повторялось и с поклонниками итальянской культуры.

— Чем иностранные издания отличаются от наших в лучшую сторону? Ты теперь так много ездишь по миру…

— Ты знаешь, мне чужда любовь к иностранному, и я всегда смеюсь, когда в итальянской прессе пишут «как сообщает авторитетная газета New York Post». New York Post — отнюдь не авторитетное издание, но мы всегда воспринимаем иностранные газеты всерьез. И иностранные издания тоже все больше двигаются в направлении итальянской прессы, то есть они также ориентируются на еженедельный формат… Достаточно посмотреть, какое бешеное, безудержное внимание они уделили в последние несколько лет сексуальному скандалу Клинтона — Левински, чтобы понять, что и американские газеты тоже стали похожи на итальянские. Да, конечно, некоторые крупные старые издания блюдут основы, например, New York Times сохраняет способность глубоко анализировать события, не идти на поводу у сплетен, не ставить на передовицу телевизионные новости, писать настоящие рецензии на книги. Но это отдельные случаи. Раньше телевидение оттеснило прессу вправо, теперь интернет смещает ее влево, так что она теряет во многом свои основополагающие функции, первая из которых — опубликовать новость раньше всех. Более того, газеты существуют благодаря рекламе, и, следовательно, им приходится увеличивать количество страниц. Таким образом, чтобы заполнить эти страницы, они могут лишь двигаться к еженедельному формату, а теперь он все чаще превращается в облегченный еженедельный формат.

— Какие недостатки Espresso ты бы выделил?

— Ну, за долгие годы я нашел бесконечное их количество, и нельзя забывать, что однажды ты мне заказал длинную критическую статью о недостатках Espresso, и я их все досконально и вероломно перечислил. Только за этим не последовало ни малейшей попытки улучшений.

— Какие конкретно недостатки ты можешь вспомнить?

— Например, Espresso был в числе первых изданий, начавших заигрывать с обманчивыми заголовками, просто ради шутки, ради занятного заголовка, уже никому не было важно, о чем говорилось в статье. Это стало общей тенденцией, но в те времена Espresso был среди первых. Он стал одним из самых первых, кто изобрел ложную сенсацию: в то утро Ненни поднялся в половину седьмого утра и позвонил Де Гаспери (Pietro Nenni — итальянский политик и журналист, занимал пост заместителя председателя Совета министров в 1963-1968 годах и министра иностранных дел в 1946-1947, а также 1968-1969 годах. Alcide De Gasperi — итальянский политик, занимал пост председателя Совета министров в 1945-1953 годах, министра иностранных дел Италии в 1951-1953 годах — прим. пер.). Только вот никто не мог знать, что делал Ненни в половину седьмого утра. Это театрализация новости.

— Безграничная.

— Да. Разумеется, Espresso несет определенную историческую ответственность за то, что потом стало нормой журналистики.

— А достоинства?

— Даже если мы упрекаем Espresso за то, что в каких-то вопросах ему не хватало открытости, его всегда отличало неисчерпаемое любопытство в отношении любого феномена, здесь также всегда существовал культ хорошей фотографии.

— Какие были недостатки в газете Repubblica?

— Repubblica была, как я всегда говорил Скальфари, первым изданием, ответственным за «экспрессизацию» ежедневной прессы и ее дальнейший переход к еженедельному формату. Ее примеру последовали и другие, и газета Corriere della Sera превзошла своего учителя. Но начало всему положила именно Repubblica.

— Отсюда можно перейти к разговору о легендарной журналистике англосаксонского мира, которая, как предполагается, лишена этих недостатков.

— Сейчас это уже не так, как мы уже говорили, во многом это уже превратилось в миф, за исключением некоторых крупных изданий. Я приведу один пример. Мне заказали недавно статью в New York Times для еженедельного приложения, которое обращается к некоторым писателям с вопросом о самом великом изобретении нашего тысячелетия. Я отправил им текст, после чего меня засыпали электронными письмами следующего содержания: «Вы пишете, что ваш дедушка умер от гриппа, а вы вылечились от того же самого гриппа при помощи пенициллина. Пенициллином уже не лечат вирус гриппа, следовательно, здесь какая-то ошибка». Я ответил: пожалуйста, уберите слово «вирусный», и больше не будем об этом говорить. Но ведь это значит, что в редакции был человек, который проверил всю статью, вчитался в каждую деталь. Сегодня подобное внимание к тому, что публикуется, безусловно, все еще сохраняется в англосаксонской прессе, и оно весьма пристально, в то время как в итальянской прессе этого нет, и ошибки превратились в ежедневную норму. Действительно, если в издании 64 страницы, попробуй найди в нем все ошибки! Только вот в воскресном приложении New York Times таких страниц 640, но редакция, очевидно, платит тому, кто их выискивает. В Espresso несколько месяцев назад я прочитал о «книге откровения», позвонил Клаудио Ринальди (Claudio Rinaldi — главный редактор Espresso с 1991 по 1999 год — прим. пер.), сказал ему, что это, очевидно, калька с английского, потому что Книга Откровения — это Апокалипсис. Ринальди согласился, что это никуда не годится, но пару месяцев спустя в журнале вновь написали о «книге откровения». На днях, не помню уже, в какой газете, говорилось о знаменитой книге Фолкнера «Вопль и гнев».

— Да, вместо «Шум и ярость».

— Значит, переводчик не знал даже о существовании итальянского перевода! Так что без лишнего обожествления англосаксонской журналистики мы должны признать, что там все еще существует этот контроль, которого при этом нет во французской журналистике, где пропускают двойные согласные в итальянских именах. В американской журналистике до сих пор могут уволить, если статья выйдет с серьезными ошибками.

— Нейтралитет сейчас принято представлять как одно из достоинств журналистики?

— Нейтралитет — это во многом иллюзия, потому что, когда на заданную тему публикуется три интервью с цитатами от первого лица, каждое из которых представляет отношение к этой теме, никто не расскажет тебе о процентном соотношении этих мнений, так что нейтралитет — весьма спорный вопрос.

— Дело в том, что у нас успехом пользуются ангажированные издания.

— В этом нет ничего плохого, как только ты узнаешь, что итальянская пресса ангажирована, ты прекрасно понимаешь, чего можно от нее ожидать. К тому же, можно исповедовать определенные взгляды и делать при этом честные публикации, можно высказывать критические взгляды по отношению к Берлускони в редакционной статье, но когда ты цитируешь то, что сказал Берлускони, нужно привести его слова в точности как они звучали, значит, можно занимать определенную политическую позицию и быть при этом объективным.

— Да, конечно, сегодня сложно быть ангажированным, но есть другие трудности. Помню, какую неловкость испытали так называемые демократические издания, когда Проди возглавил правительство: «что же мы будем теперь делать, не можем же мы расхваливать правительство!» Газеты могут писать о правительстве, когда это надо, и критиковать его, когда им вздумается, но в тот раз неловкость возникла в связи с тем, что газеты не знали, как продолжать заниматься сенсационной журналистикой любой ценой, поэтому они оказались в таком положении.

— Издание должно прежде всего решить, что оно собой представляет, а потом, уже определившись с тем, что оно такое, всегда может найти способ говорить обо всем. Проблема в том, что часто газеты теряют свое лицо, будь то итальянские или иностранные.

— Быть может, это связано теперь с очень быстрой сменой владельцев. Stampa всегда знала, что она из себя представляет, потому что ее владелец не менялся в течение ста лет, зато в других изданиях происходили совершенно неожиданные повороты. Представь только себе, какую неловкость может испытывать журналист, работающий в последние несколько лет в журнале Panorama.

— Одно из обвинений, звучащих в адрес наших газет, в том числе в адрес Espresso и Repubblica, а также по отношению к местным газетам, состоит в том, что они мало освещают общественные проблемы и слишком много говорят о правительстве.

— Это, безусловно, так, я думаю, если взять французскую газету, то спор между Шираком и Жоспеном уместится там в статье на страницу, а здесь ему выделят три или четыре. Недостаток ежедневной прессы 20 лет назад состоял в том, что (как говорили) ее тексты выходили за пределы уровня читателя, потому что статья представляла собой зашифрованное сообщение, которое одно политическое объединение посылало другому. Теперь же сообщения проходят «ниже» уровня читателя, то есть они написаны так, что публика их понимает (они снабжаются большими фотографиями, в них раздувают сенсации и так далее), но издание при этом все равно остается лишь инструментом общения между различными политическими объединениями. Есть еще одна типичная для итальянских газет черта: поскольку надо работать в еженедельном формате, то есть заполнить 60-70 страниц, на одну и ту же тему пишется пять статей, которые ничем друг от друга не отличаются. Если происходит землетрясение, обвал или убийство продавца газет в Милане, или Д‘Алема выступил с критикой в адрес Проди, то появляется материал для одной статьи, или, максимум, для статьи, где излагаются факты, и для комментария к ней. Теперь же эти события занимают, по меньшей мере, от двух до трех страниц, а если читать все эти статьи, то в каждой говорится одно и то же… Почитывая газету в туалете, читатель по своей лени остается вполне доволен, что ему рассказали одно и то же два или три разных человека, такое бывает и в повседневной жизни. Только это удовольствие, свойственное раннему детству (мама, расскажи мне еще раз ту сказку, которую ты мне рассказала вчера), — это пустая трата страниц и журналистских ресурсов.

— Не получается ли, что из-за этого газеты начинают походить одна на другую?

— Они чудовищно похожи. Первые исследования, которые проводились в телепрограмме Tribuna Politica в 1960-е годы (одно, очень хорошее, сделал Паоло Фаббри), показывали, что, когда на митингах выступали Тольятти, Ненни или представитель христианско-демократической партии, они занимали весьма разные позиции. Когда же они оказывались на программе, все пытались ориентироваться на среднего телезрителя, и в результате говорили одно и то же. Газеты в своей попытке завоевать телеаудиторию не только перезваниваются, чтобы узнать, с какой обложкой и с каким заголовком выйдет конкурент, и выпустить свой номер с таким же, они пытаются провести уравниловку и по общим темам. Сколько раз случалось, что я давал газете интервью на какую-то тему и получал звонок от другого издания, просившего дать им аналогичное интервью. Я обычно отвечаю, что, раз то мнение было опубликовано в первой газете, то вторая должна попытаться услышать нечто иное. Нет-нет, они все хотят, чтобы я сказал то же самое.

— Из-за этого они перестают быть узнаваемыми, и это касается даже их внешнего вида…

— Становится все сложнее отличить одну газету от другой, как когда-то было трудно отличить Panorama от Espresso, однако, к счастью, Panorama подалась вправо, поэтому спутать их стало невозможно. По крайней мере, экспертам, если не широкой публике.

— Что послужило причиной, на твой взгляд?

— Это попытка конкурировать с телевидением, телевидение обращается ко всем, и газеты тоже стремятся к этому, в то время как Stampa обращалась к буржуазии Пьемонта.

— Быть может, это непременное условие, чтобы остаться на рынке, потому что Монтанелли (Indro Montanelli — итальянский историк, журналист, основатель газеты Il Giornale — прим. пер.),если помнишь, когда выпускал Voce, сказал: я не буду ни от кого зависеть, моя газета не будет ни в коей мере зависеть от телевидения, остальные газеты выделяют для него шесть страниц в день, это возмутительно, а я — ничего. И это не сработало.

— Даже Repubblica появилась с утверждением «мы не занимаемся освещением спорта», но потом ей пришлось все же это сделать, потому что в противном случае газета теряла читателей.

— Да, огромной доли читателей. А говорить о телевидении — это типичная черта исключительно итальянских газет…

— Ни одна другая мировая пресса не уделяет столько внимания телевидению. Я уже много раз говорил, что газеты — словно Citrоёn, на боку которого написано: «Покупайте Renault»: не надо читать, идите смотреть телевизор. Они только и делают, что рекламируют своего главного конкурента.

— Они также должны учитывать, что люди воспринимают реальность через призму телевизора в Италии, поэтому ты должен иметь в виду, что первый ход должен быть именно такой.

— Но почему же в других странах это так не бросается в глаза, и люди тем не менее все равно продолжают покупать газеты?

— Не знаю.

— Вот почему мы являемся страной, которая мало читает газеты. В тех странах, где читают больше, люди ищут в газетах то, чего не существует на телевидении.

— Как, по-твоему, у местных изданий есть будущее в Италии?

— Не знаю, я не углублялся в этот вопрос.

— Почему в других странах местных газет или нет, или они не считаются настоящей журналистикой?

— В Америке почти вся журналистика местная. Я не понимаю, почему так происходит здесь, так как не живу в маленьких провинциальных городах и не могу следить за местной прессой.

— Есть ли будущее у еженедельных изданий?

— Этого будущего остается все меньше, поскольку ежедневные газеты не просто работают в формате еженедельника, но к ежедневной версии добавляется также приложение: недели не хватает, чтобы все это прочитать. Когда мы начнем привыкать к представлению, что Sette (приложение к Corriere della Sera) или Venerdi (приложение к Repubblica) не нужно выбрасывать на следующий день, а можно держать просто на столе, быть может, захватить его с собой в поезд, то причины покупать Espresso или Panorama у многих отпадут. Ты скорее будешь покупать специализированное ежемесячное издание (о компьютерах, о яхтах, об интерьере). 20 лет назад не существовало ежемесячных изданий, специализирующихся на путешествиях, на животных, на лыжах и так далее. Только представь себе, что во всей Америке есть только два еженедельных издания, Time и Newsweek, все остальные выходят один раз в месяц.

— Но как же они занимаются их продажей в такой огромной стране? Я помню, что одной из проблем Espresso, например, было то, что он выходил в Риме, который изначально находится в выгодном положении с точки зрения географического расположения, а до Палермо журнал вместо пятницы часто доходил через неделю.

— Этого я тебе сказать не могу, но если ты живешь в Оклахоме, то New York Times будет у тебя к девяти или десяти утра в любом случае. Естественно, стоить он будет дороже. Если ты в Париже, то Espresso получишь через неделю после его выпуска. При всех живущих в Париже итальянцах Espresso не продает, наверное, и 30 тысяч экземпляров, попробуй тут пойми, почему. Вообще надо сказать, что в Нью-Йорк Espresso приходит раньше, чем в Париж: в Нью-Йорке он бывает в середине недели, а в Париже — неделю спустя. Значит, должно быть, что-то не так с дистрибуцией. Мне предложили в этом году почетную подписку на Stampa: я в любом случае должен ее купить, потому что по почте она приходит мне на два дня позже.

— В Америке работает и доставка от двери до двери.

— В Нью-Йорке газета New York Times будет у двери твоей квартиры уже в семь утра.

— Я побывал на разных собраниях здесь у нас, например, в Finegil, которые представляют нашу местную прессу, чтобы организовать доставку от двери до двери, например, в Ливорно, в Падуе, в Сассари. Это не получается, слишком дорого стоит, сообщества киоскеров тут же начинают устраивать саботаж. И это еще одна проблема с местными газетами, потому что в США тебе ее приносят к двери вместе с бутылкой молока, как это часто показывают в кино.

— Да, но я совершенно не понимаю, почему никто не разрешит эту проблему с владельцами киоском… Киоскеры не хотят, чтобы газеты продавались в барах, но никому так и не приходит в голову попросить их доставлять по 50 экземпляров в бары? Бары получат от этого свою выгоду, потому что к ним будет заходить больше людей, киоскеры будут получать свой процент, и все будут довольны. То же самое и от двери до двери. Если каждое объединение киоскеров наймет безработного парня и заплатит ему за доставку от двери до двери, они бы продавали больше газет.

— Еще одна отличительная черта итальянской журналистики — это оседлость самих журналистов, то есть те, кто работает в Espresso, так там и остаются, те, кто пишет для Corriere, остаются в Corriere. Если верно, что у газет должна быть душа, то эту душу представляют те, кто долго работает в редакции, только вот из-за этого газеты немного стареют, кристаллизуются, в них мало движения. Молодым людям, желающим проникнуть в мир журналистики в Италии, потребуется на это больше сил, чем в других странах мира.

— Не знаю, в любом случае, я не верю в миф, будто в Италии журналистами становятся, главным образом, дети журналистов. Джулия Борджезе (Giulia Borgese) и Джулиано Дзинконе (Giuliano Zincone) — дети журналистов, но ты, я, она (указывает на присутствующую на интервью Риту Чирио) — нет.

— Как ты относишься к профессиональным объединениям?

— Ни положительно, ни отрицательно… Естественно, они ограничивают возможность трудоустройства.

— Но существует и риск, что без профессионального союза журналисты станут в некотором смысле авантюристами, не знаю, хорошо это будет или плохо.

— Их авантюризм будет состоять в том, что они будут переезжать с места на место?

— Нет, в том, что они будут слишком много импровизировать.

— Я не понимаю, как профессиональное объединение, требуя, чтобы ты непременно прошел определенный период практики, а потом выдержал общий экзамен, может помешать появлению в профессии довольно заурядных специалистов.

— До этого мы говорили об еженедельных изданиях, которые существуют в осадном положении, однако если что-то и помогает этим изданиям, по крайней мере, двум основным, сохранять своего рода олигополию — то это бонусы. Они стоят денег, их могут позволить себе только те, кто много продает, а добавляя бонусы, продолжает хорошо продаваться, в то время как остальные остаются за пределами рынка. Затем бонусы, о которых говорят столько плохого, становятся, по крайней мере для еженедельных изданий, но в перспективе также и для крупных ежедневных, своего рода обязательным ресурсом, и это исключительно итальянский феномен.

— Да, только итальянский, и он остается для меня необъяснимым, потому что я делаю все возможное, чтобы получать газеты без всяких бонусов, а значит, они попадают только к «дикой» аудитории. Быть может, это обязательная стадия, в такой стране, как Италия, где количество читателей ежедневных и еженедельных изданий крайне низко, нужно завоевать девственную территорию, где, очевидно, эти приманки актуальны. Значит, вероятно, это переходная стадия.

— Это еще и реклама, которая обязывает тебя выпускать бонусы, чтобы поддержать высокие тиражи и продавать рекламное пространство.

— Да, но в других странах газеты выпускаются высокими тиражами, даже не используя бонусы, а это страны, где, по данным статистики, люди читают в десятки раз больше нас. Есть «малоразвитая» аудитория, которую предстоит еще завоевать. Espresso завоевывает ее, ставя на обложку изображение задницы, а также выпуская эротические фильмы, но если задуматься о том, что журнал предлагает в качестве бонусов эротические фильмы класса B, это значит, что он обращается к крайне малоразвитой публике.

— Или к аудитории коллекционеров…

— Да, но коллекционеров такого рода фильмов…

— Да, но я говорю, что коллекционер не разбирается слишком хорошо…

— Если ты предлагаешь в качестве бонуса фильм «Убальда обнаженная и жаркая», то ты точно не обращаешься к аудитории синефилов.

— Давай вернемся к разговору о телевидении, где ты, кстати, работал.

— Но это было совсем недолго, я проработал там всего четыре года в самом начале. Да и сделал пару-тройку передач за сорок лет.

— А как же радио?

— Тоже ничего.

— Что тебе нравится больше: радио или телевидение?

— Ну, я считаю, что если завтра мы все вместе организуем государственный переворот, а потом кому-то надо будет захватить что-нибудь, кто-то захватит телефонные сети, кто-то автопром… а я возьму на себя радио.

— Почему?

— Потому что можно осуществлять значительный контроль за территорией, а значит — иметь большое влияние.

— Кстати, диктаторы третьего мира очень широко используют радио.

— Радио до сих пор является инструментом осуществления весьма значительного контроля, как в положительном, так и в негативном отношении.

— Тебе никогда не хотелось поработать на радио?

— Да, но мне бы хотелось и взобраться на Монблан, съездить в Манилу, получить гомосексуальный опыт. Только вот времени на все нет.

— Смотри, это не предложение, я спрашиваю, потому что радио (здесь я с тобой согласен) является не только инструментом, покрывающим гораздо большую, чем телевидение территорию, оно также является живым инструментом, способным не то что манипулировать аудиторией, но оказывать гораздо более мощное воздействие на нее.

— Но в конце концов я и для радио кое-что делал. Помню, в 1970-е годы мы делали «Невозможные интервью», их до сих пор продолжают слушать. Я каждый год получаю 15, 20, 30 тысяч с авторских прав, то есть они до сих пор продолжают выходить в эфир.

— Задам тебе еще один вопрос: как скажется глобализация на судьбе национальных и местных газет? Все немного выйдет из строя?

— Это уже началось потихоньку на телевидении, достаточно привести в пример сериалы и подобные им проекты, в газетах пока ничего особенного не происходит. В крайнем случае, в каждом номере будет репортаж, купленный у иностранного издания, но не более того, потому что газета, в отличие от того, что мы думаем, — это все же локальный продукт. Corriere — газета для миланцев, только взгляни, какие усилия прикладывает Repubblica на раздел для Эмилии-Романьи, Рима, Милана. Газеты все еще покупают, ими пользуются больше, чем телевидением, чтобы узнать, что показывают в кино, какие открыты аптеки, что случилось на Соборной площади, и на это уходит почти половина газеты. Значит, поскольку эта функция газеты не может никуда исчезнуть, то она становится довольно маловосприимчива к глобализации.

— И последнее. Ты уже много лет бываешь в иностранных университетах, знаменитых университетах, где обучаются представители правящего класса, например, Америки, те, кто решает, что нам нужно делать в ближайшие годы или даже дни. Какой вес имеют газеты в элитных университетах, насколько они им интересны?

— Я не понимаю твоего вопроса. Существуют факультеты журналистики…

— Вопрос вот в чем: интересуются ли газетами представители элиты, скажем так, стран-гегемонов, которые учатся в этих университетах, будут ли они потом пользоваться ими как способом донесения своего мнения?

— С одной стороны, как я начал говорить, существуют факультеты журналистики, которые создают настолько единые стандарты, что журналист, пишущий в Нью-Йорке, пишет так же, как это делает журналист из Лос-Анджелеса, потому что все газеты имеют один и тот же стандарт, один и тот же способ подачи информации. С другой стороны, очень небольшое количество студентов университета и интеллектуалов читают ежедневную прессу. Но речь не только об этом, в Америке ни один интеллектуал не пишет в газеты. Дела обстоят не так, как у нас или в Германии и Франции. Есть четкое разделение между миром печати и миром академической культуры.

— Чем это объясняется?

— Это старая традиция англоязычного мира. Оксфорд, Кэмбридж, американские кампусы расположены в отдалении от крупных городов, в то время как Сорбонна находится в центре города. В самом деле, в англосаксонских странах говорят о конфликте gown versus town, то есть мантии и города.

— Но в целом американское государство создали в том числе и журналисты.

— Но мы говорим ведь не о журналистах, а об университетах. Центры интеллектуального развития расположены за городом, они существуют сами по себе и не контактируют с городом.

— Ты говорил, что интеллектуалы не пишут в газеты…

— Разумеется, есть исключения, но обычно если университетский профессор решает начать писать в газетах, он увольняется из университета. Здесь нет органической взаимосвязи.

— Но есть же такие люди, как, например, Кеннет Гэлбрэйт (Kenneth Galbraith), которые пишут в газетах. Я только что прочитал забавную статью Гэлбрайта о сексуальном скандале Клинтон и Левински, где он пишет: «Поскольку американские журналисты — животные и ничего не знают об экономике, ничего не знают о политологии, но зато досконально разбираются в трусах, то…»

— Гэлбрайта приглашают исключительно как колумниста, у него нет своей еженедельной рубрики, он не пишет регулярные редакционные статьи, как это делают наши политологи. В Америке Пазолини никогда бы не писал передовиц, как в Corriere di Ottone, или как Ален во Франции (Эмиль-Огюст Шартье, мыслитель и журналист, пользовавшийся большим влиянием в начале XIX века).

Текст подготовлен к публикации и любезно предоставлен Оттавио Чирио Дзанетти (Ottavio Cirio Zanetti).

Италия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 20 февраля 2017 > № 2080439 Умберто Эко


Россия > Электроэнергетика > gazeta.ru, 20 февраля 2017 > № 2079808 Леонид Акимов

Закон об электроэнергетике: «якорь» или «маяк»?

Директор департамента правовой защиты «Россетей» о законодательстве в электроэнергетике

Леонид Акимов

Закон об электроэнергетике нуждается в пересмотре. Текущая версия законодательства свою задачу выполнила, структурировав экономические отношения в отрасли. В то же время, в ходе последующей детальной проработки его положений в других нормативных актах, был накоплен ряд компромиссов. Нужен новый закон – закон прямого действия. О необходимых изменениях рассуждает директор департамента правовой защиты ПАО «Россети» Леонид Акимов.

Построение «комфортной правовой среды», о котором неоднократного говорили в правительстве, обсуждали эксперты и юристы применительно к электроэнергетике, должно выражаться в формировании на законодательном уровне четкого, понятного правового регулирования, устанавливающего баланс между участниками рынка электроэнергии, а также учитывающего интересы потребителей электроэнергии, исходя из особой социально-экономической значимости отрасли.

К сожалению, приходится констатировать — действующий федеральный закон «Об электроэнергетике» не отвечает этим требованиям. Прежде всего, ввиду своего «переходного» и «рамочного» характера, который неоднократно отмечался исследователями в области права. Определение базовых экономических основ функционирования рынка электроэнергии, требований к субъектам рынка электроэнергетики, порядка и условий его функционирования фактически смещено на подзаконный уровень регулирования.

Во исполнение нового закона было издано 45 постановлений правительства, которые не только «развивают» законодательные положения, но и во многих случаях просто «подменяют» их. При этом подзаконная нормативная основа постоянно корректируется, что не способствует формированию устойчивой регуляторной среды. Накопилось много компромиссов, закон перестал быть законом прямого действия – стал «якорем».

Неоднократные поправки, а закон об электроэнергетике корректировался 39 раз, не изменили ситуации кардинальным образом. Действующая редакция закона по-прежнему «рамочна» и не учитывает все технологические особенности процессов производства и распределения электроэнергии, а также особой роли электросетевого хозяйства, как системообразующего инфраструктурного элемента экономики.

Как результат – сформировавшаяся в электроэнергетике система правовых норм характеризуется ограничением экономических права участников рынка, а также способствует формированию коррупциогенных факторов ввиду большого количества отсылочных норм и норм «исключений», а также необоснованно широких пределов для правоприменения.

Помимо уровня качества правового регулирования, одним из важнейших недостатков закона является также то, что его положения формировались изначально без учета социальной составляющей. Она является неотъемлемым элементом в сфере обращения электрической энергии, которую следует рассматривать не только как особый вид товара в коммерческих отношениях, но и как незаменимый для жизнеобеспечения населения ресурс.

Принимая в 2001 года «Единую государственную концепцию реформирования электроэнергетики», правительство решило пойти по пути создания свободного рынка, минимизировав вмешательство государства. В надежде на «всемогущество рынка», как регулятивного механизма и добросовестность участников, государством были созданы достаточно либеральные регулятивные механизмы, предполагающие, что экономические стимулы и методы позволят создать в энергетике эффективную бизнес-среду.

Однако этого не произошло. По прошествии почти 15 лет мы имеем набор парадоксов: гарантируемую законом монополию поставщиков электроэнергии вместо конкурентного розничного рынка, а с другой стороны конкуренцию за долю в тарифе между множеством сетевых компаний вместо единой естественно монопольной инфраструктуры. А еще — забюрократизированную систему инвестиционного планирования, отсутствие нормальной системы учета поставляемой электроэнергии и расчетов на розничном рынке электроэнергии, олигополию на оптовом рынке.

Одним из последствий ограничения государственного вмешательства и несовершенства правового регулирования является, в том числе, чрезвычайно низкий уровень платежной дисциплины в отрасли. Практика показала, что большинство гарантирующих поставщиков уклоняются от своевременного погашения задолженности и препятствуют конкуренции на розничных рынках. В частности, задолженность гарантирующих поставщиков за прошедшие три года практически удвоилась и достигла почти 100 млрд руб., при чем часть гарантирующих поставщиков, задолжав, «уходят в банкротство».

Современная стадия развития отрасли, конечно, требует не «лоскутной» переработки закона об электроэнергетике, а подготовки принципиально нового документа — сбалансированного, лишенного внутренних противоречий и несоответствий, гармонизированного с законодательством. Наиболее остро вопрос переработки закона об электроэнергетике встает в текущих условиях, когда происходят системные изменения базовых кодифицированных нормативных актов (Гражданский и Налоговый кодексы), а также идет процесс формирования единого рынка электроэнергии в ЕврАзЭс.

На базе существующих разработок и законодательных инициатив необходимо подготовить новый закон об электроэнергетике, основанный на принципах равноправия и ответственности всех участников процесса производства, распределения и потребления электроэнергии, включая установление ответственности потребителей за использование заявленной при технологическом присоединении мощности.

«Новый» закон об электроэнергетики должен начать строительство рынка от потребителя к поставщику и существенным образом изменить систему отношений в отрасли за счет исключения из нее институтов и субъектов, существование которых не имеет достаточного технологического и экономического обоснования. При этом следует таким образом сформировать систему отношений в сфере обращения электрической энергии, чтобы для поддержания платежной дисциплины не требовалось прибегать к «экстраординарным» мерам понуждения (административного и уголовного).

Полноправными участниками процесса инвестиционного планирования в электроэнергетике должны стать и российские регионы, в том числе в синхронизации планов развития инфраструктурных объектов.

Законодательство также должно четко отражать реальный статус электросетевого комплекса с учетом его социально-экономического значения, истории создания и технологий каждого из его элементов. Магистральные сети должны обеспечить системную надежность, перетоки и единство. В это время распределительный комплекс должен сосредоточиться на взаимодействии с потребителем. При этом должны создаваться максимально благоприятные условия для доступа к распределительным сетям в тех секторах экономики, которые наиболее нуждаются в развитии (сельское хозяйство, инновационный сектор и так далее) с тем, чтобы отказаться от имеющейся практики использования подключения к магистральному сетевому комплексу, как «инструмента» решения экономических проблем или оптимизации расходов отдельных крупных потребителей.

Подключение потребителя к магистральной сети влечет за собой ряд негативных последствий, ведь она создавалась для передачи энергии от станций до распредсети, и условная теплица не должна подключаться к ЕНЭС. Такое подключение уменьшает выручку региональной ТСО, существенно увеличивает нагрузку на региональный бюджет (компенсация выпадающих доходов), а также нарушает технологию, создавая на базе магистральных сетей второй распределительный комплекс, нанося вред существующему.

Ну и безусловно, в новый закон должны быть заложены положения системного характера, учитывающие перспективные потребности экономики в развитии возобновляемой энергетики и инновационных технологических решений в инфраструктуре. Данное направление правового регулирования должно в полной мере отвечать той тенденции в динамке развития экономических отношений в инновационной сфере, которая наметилась на текущий момент.

Все начиналось с использования попутного газа в нефтепереработке как нового топлива для получения электроэнергии. Дальше – переработка мусора, сельхоз отходов, которые в некоторых регионах России уже служат топливом для выработки электрической и тепловой энергии. Но развитие технологий не стоит на месте. Новый закон должен базироваться на будущей технологической платформе, использующей решения smart grid, накопители, распределенную генерацию.

Россия > Электроэнергетика > gazeta.ru, 20 февраля 2017 > № 2079808 Леонид Акимов


США. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 20 февраля 2017 > № 2079783 Андрей Колесников

Пост-порядок и пост-популизм

Андрей Колесников о том, почему преждевременно говорить о крахе западной демократии

Мюнхенская конференция по безопасности, ровно 10 лет назад прославленная знаменитой «мюнхенской речью» Путина, из которой потом выросла политика его третьего срока, стала, как сказал бы Ленин, концентрированным выражением коллективных страхов Запада.

Крайняя степень тревоги обнаруживается уже в самом названии доклада «Пост-правда, пост-Запад, пост-порядок», подготовленного к конференции. Это такой своего рода новый мюнхенский сговор — признание крайней степени неопределенности и констатация того, что вера в западные институты пошатнулась у самих ее носителей.

Не рано ли Запад показывает самому себе фильм ужасов?

Может быть, институты сильнее людей? Или, как в случае с блокировкой антимиграционного указа Трампа, всегда найдутся люди с ценностями и нравственным законом «в себе», которые рискнут воспользоваться институтами, продемонстрировав их возможности в критических ситуациях?

Три года назад вышла книга Генри Киссинджера «Мировой порядок», где он писал о том, что, в сущности, никакого глобального мирового порядка никогда не существовало. В том смысле, что у каждой цивилизации был свой «глобус».

Тем не менее всегда существовала гравитация более удобного порядка: беженцы с риском для жизни, но и спасая жизнь, бегут, чаще — плывут по-прежнему в Европу. И этой гравитацией порядок, описываемый такими банальными словами, как «западная демократия», по-прежнему обладает, даже несмотря на то, что времена, описанные когда-то поэтом Приговым, давно закончились: «Шостакович наш Максим убежал в страну Германию, ну, скажите, что за мания убегать не к нам, а к ним». Как и десятилетия тому назад, люди по иронической интеллигентской формуле продолжают «выбирать свободу», но только не в стране с лучшими девушками с социально пониженной ответственностью и лучшими кибербойцами.

Да, четвертая волна демократизации по Сэмюэлу Хантингтону (после первой волны второй половины XIX века, волны послевоенной второй половины XX века и третьей, начиная с 1970-х) не состоялась и пошла вспять. Вместо четвертой волны демократизации мир ждет, скорее всего, четвертый срок президента Путина. Да, возможно, все остановилось ввиду несправедливости глобализации, усугубившей неравенство. Однако когда этот мир был равным? В колониальные времена? Или в эпоху «два мира, два Шапиро»?

До сих пор мощнейшую европейскую гравитацию испытывают на себе страны Восточной Европы.

Бухарестский «майдан» обращен лицом на Запад. Впрочем, киевский и московский поворачивались туда же: не на Туркменистан же смотреть.

Социологические данные, которые приводятся в докладе к Мюнхенской конференции, свидетельствуют о том, что народы самых критикующих ЕС стран — Польши и Венгрии, как и раньше, уповают на Европейский союз.

Ждут ли «с томленьем упованья», например, поляки войска НАТО на своей территории? 65% — ждут, в 2005 году таких было всего 33%. Россия так напугала Европу, что Североатлантический альянс вновь обрел смысл своего существования. Опрос Pew Research показал, что 52% жителей Польши считают, что надо увеличивать расходы на оборону. Для сравнения: в Германии так считают 34% граждан. Чем ближе российская граница, тем больше хочется чего-нибудь нарастить.

Должен ли ЕС играть более существенную роль в мировых делах? Да — говорят 66% венгров (!), 61% поляков, 90% испанцев и — внимание! — 80% французов, на которых обращены сейчас взоры всего мира, поскольку потенциальная победа Ле Пен еще в большей степени, чем победа Трампа может превратить ситуацию в «пост-порядковую». Это данные того же Pew Research, свидетельствующие о сохраняющейся вере в Евросоюз: в логике — да, работает плохо, должен работать лучше. Фонд Бертельсманна дает в том числе средние цифры по странам Евросоюза, отражающие настроения по поводу того, оставаться в ЕС или выходить. Больше 60% за то, чтобы остаться, около 25% за то, чтобы уйти. Тренд — в пользу первого желания.

Устаревшие ЕС и НАТО сохраняют статус «якорей» и для Восточной Европы, и для Южной, и для Западной.

И возможно, их «якорная» сила была бы меньше, если бы на востоке оставалась «домюнхенская» (до 2007 года) Россия.

Все эти институты, возможно, и обветшали, но у них недурная кредитная история, и в ситуации турбулентности клиенты иной раз предпочитают старый банк новой кредитной организации, шибко бойкой и слабо предсказуемой, громоздящей что-то вроде политической пирамиды «МММ» из предвыборных обещаний и зажигательных твитов, которые что-то воспламеняют в голове, но потом быстро тухнут.

Нет ничего нового в истории «пост-порядкового» популизма. На самом деле он и сам — пост-популизм, потому что состоит из цитат и заимствований из политиков прошлого, тени Бенито Муссолини и Чарльза Линдберга с его America First маячат за спиной Трампа, а вся консервативная традиция Франции — за Ле Пен, стоящей на плечах идеологов «консервативной революции».

Нет ничего более банального, чем популизм — его можно бояться, но почему же ему нужно удивляться?

Как пишет влиятельный индийский публицист Панкадж Мишра в своей новой книге «Эпоха гнева. История настоящего времени», «фрустрированные персонажи формулировали весь этот тип политики — от национализма до терроризма — начиная с Французской революции». И, в частности, он напоминает, как «разгневанные французы устраивали расправу над десятками итальянских рабочих-мигрантов в 1893 году». Меркель на них не было, возможное ослабление позиций которой Eurasia group называет одним из глобальных рисков ближайшего времени…

Что же до Трампа, то он только сейчас начинает понимать, в какую переделку попал — до какой степени управление девелоперским бизнесом отличается от менеджерирования государства, сколько инстанций в институционально развитых демократиях «мешают» президенту принимать решения и что это такое — реально работающая конституция и те самые «сдержки и противовесы».

И вот уже на трибуне Мюнхенской конференции стоит шеф Пентагона, бравый генерал Джим Мэттис, и заявляет, что «стоя на фундаменте нашего НАТО, 28 демократий (число членов ЕС. — А.К.) помогают сохранять основанный на правилах международный порядок». Нет ничего более противоречащего твитам Трампа, которым, казалось, когда-нибудь мог быть придан нормативный статус, чем это заявление его ключевого министра.

Старик Киссинджер, который что-то давненько не встречался с Путиным, в «Мировом порядке» писал о том, что в мировой истории встречаются режимы, где есть порядок, но нет свободы, или есть свобода, но нет порядка, а надо сделать так, чтобы были одновременно и порядок, и свобода.

Легко сказать. Под знаменем трампизма-лепенизма борьба за «пост-порядок» продолжается. Под брендом Sputnik можно увидеть, например, такое сообщение: «Бывший французский министр экономики Макрон предположительно является «американским агентом», лоббирующим интересы банков». Тот, кто это сочинял, запутался в реальности совсем. Но так ведь это и не реальность вовсе, а та самая «пост-правда». Дезинформация, о которой в докладе Мюнхенской конференции сказано — «подделывай ее, утекай ее, распространяй ее!».

И получишь «пост-порядок». Чего ради? Раньше хоть коммунизм был целью…

США. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta.ru, 20 февраля 2017 > № 2079783 Андрей Колесников


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter