Всего новостей: 2527507, выбрано 22 за 0.203 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Медведев Дмитрий в отраслях: Приватизация, инвестицииВнешэкономсвязи, политикаТранспортМеталлургия, горнодобычаГосбюджет, налоги, ценыМиграция, виза, туризмНефть, газ, угольФинансы, банкиТаможняЭкологияХимпромСМИ, ИТАвиапром, автопромНедвижимость, строительствоОбразование, наукаЭлектроэнергетикаАрмия, полицияАгропромРыбаМедицинавсе
Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева телеканалу «Россия 24».

Председатель Правительства ответил на вопросы телеведущей Марии Бондаревой.

Из стенограммы:

М.Бондарева: Дмитрий Анатольевич, приветствую Вас здесь, в нашей студии. Спасибо, что пришли.

Д.Медведев: Добрый день.

М.Бондарева: Первый вопрос, естественно, связан с Вашим только что закончившимся выступлением. Там получилась полемика между органами федеральной власти, региональной власти и бизнесом. На Ваш взгляд, в чём суть полемики?

Д.Медведев: Такие форумы и такая пленарная дискуссия, которая была, – я вижу их смысл именно в том, что различные слои нашего общества (это и бизнес, и эксперты, и представители власти) могут свободно обмениваться мнениями по самым актуальным вопросам. И поэтому инвестиционный форум, который проходит в Сочи, регулярно проходит, каждый год, с участием практически всех регионов нашей страны, – тоже затрагивает самые актуальные темы. Это было и сегодня. Там звучали разные предложения…

М.Бондарева: Очень жаркие иногда дискуссии.

Д.Медведев: Это нормально, иначе было бы скучно. Знаете, самое страшное, когда на таких мероприятиях хочется спать. А сегодня аудитория была достаточно активна, было подчас даже весело…

М.Бондарева: Чехова цитировали.

Д.Медведев: Чехова я цитировал, это мой любимый писатель. Есть целый ряд идей – и в этом, мне кажется, ценность форума, – которые, например, родились на прошлом форуме, а в этом году уже начали действовать как реально отработанные проекты. Я в своём выступлении сказал о том, что создана фабрика проектного финансирования, а идея впервые прозвучала год назад на этом же сочинском форуме. В результате подготовлена нормативная база, правила выдачи специальных субсидий, для того чтобы в дальнейшем направлять их на подобного рода крупные проекты. И сегодня же наши крупнейшие банки подписали соглашение о софинансировании, об участии в фабрике этих проектов. Соглашение подписали Внешэкономбанк, Газпромбанк, ВТБ и Сбербанк, а это наши крупнейшие финансовые институты. Это означает, что фабрика проектного финансирования состоялась. Деньги будут идти в развитие наиболее важных проектов в сфере промышленности, сельского хозяйства, которые будут проходить необходимый отбор и финансироваться на приемлемых условиях.

Если говорить о каких-то других – актуальных, но в то же время не до конца согласованных вопросах… Я только что заходил на круглый стол, там идёт жаркая дискуссия по поводу так называемой инфраструктурной ипотеки.

М.Бондарева: Мы с Антоном Германовичем Силуановым тоже затрагивали такой новый институт. Очень интересно было бы понять, что он собой представляет.

Д.Медведев: Инфраструктурная ипотека – это возможность получить деньги на разумных условиях, то есть по достаточно низкой ставке на продолжительный срок для развития инфраструктуры нашей страны.

Я, выступая там, сказал одну вещь, хочу её повторить. Вопрос инфраструктуры для России – это вопрос, по сути, сохранения единого государства. Какое-то маленькое государство в сердце Европы может особенно и не заниматься инфраструктурой: всё равно там всё само по себе будет развиваться. А мы должны вкладывать в инфраструктуру огромные деньги – миллиарды, триллионы, по сути, рублей – и в железную дорогу, и в автодороги, и, естественно, в развитие аэропортового хозяйства, и в закупку самолётов. Для всего этого необходимо создать инфраструктурную ипотеку.

Идут дискуссии. Скажу прямо, Минфин и Минэкономразвития дебатируют этот вопрос. Подводя итоги этого круглого стола, я им сказал, чтобы они в течение недели договорились.

М.Бондарева: Мне так показалось, что Вы результат озвучили, что всё-таки этому институту быть.

Д.Медведев: Да, конечно. Я им сказал, что в недельный срок они должны внести окончательные варианты постановления Правительства и других нормативных актов по этому вопросу.

М.Бондарева: Вы сами как сейчас оцениваете инфраструктуру в России?

Д.Медведев: Вопрос в точке отсчёта. Я уже достаточно давно наблюдаю за тем, как живёт наша инфраструктура. Я помню советскую инфраструктуру, раннюю постсоветскую инфраструктуру. Сейчас инфраструктура развивается. И это не фигура речи. У нас появляются новые аэропорты, новые взлётно-посадочные полосы – в том числе и в контексте крупных мероприятий типа футбольного чемпионата мира, – дороги. Ещё совсем недавно наши федеральные трассы были в ужасном состоянии. Сейчас приблизительно 75–80% федеральных трасс находятся в нормативном состоянии. То есть это весьма приличное состояние. К сожалению, с местными региональными дорогами ситуация гораздо хуже, там только 30% региональных трасс находятся в нормальном состоянии. В это направление будем вкладывать деньги, в том числе и этой инфраструктурной ипотеки, которая должна состояться.

Если говорить о железных дорогах, они тоже развиваются: новые поезда, новые направления. Но скажем прямо: Россия огромная страна, и нам ещё потребуются и значительные финансы, и достаточно немалое время для того, чтобы всё это вывести на мировой уровень. А мы обязаны это сделать, потому что наша страна обладает уникальными логистическими возможностями и с точки зрения транспортировки по России, и с точки зрения транспортировки морем, ну и пролёта, проезда по территории нашей страны.

М.Бондарева: Чтобы было понятно нашим зрителям: как в то, что Вы объясняете, вписывается слово «ипотека»?

Д.Медведев: Граждане нашей страны уже совершенно точно понимают, что означает «жилищная ипотека». Хотя ещё совсем недавно, десять лет назад не знал никто, что такое ипотека. И когда мы использовали этот термин, люди задавали вопрос: что это такое? Сейчас абсолютное большинство людей понимают, что это способ решения жилищной проблемы, когда ты получаешь кредит под залог приобретённой жилищной недвижимости. А потом его на каких-то условиях в течение какого-то времени с определённой процентной ставкой возвращаешь. То же самое и здесь.

М.Бондарева: Но только это не жильё.

Д.Медведев: Только это не жильё, это долгосрочное вложение в развитие инфраструктуры, когда есть кредитор, есть заёмщик, есть объект залога, есть некоторые другие обременения, которые используются, и в результате этого появляются новые дороги, новые железные дороги, новые объекты транспорта.

М.Бондарева: Очень многое в Вашей речи касалось так или иначе точек роста, дальнейшего роста экономики, будущих инвестиций. Где Вы видите это будущее?

Д.Медведев: Все точки роста, все будущие инвестиции, все стратегические направления инвестирования определены. Мы относительно недавно в силу разных причин, прежде всего внутренних, перешли к модели так называемого импортозамещения. Причём хочу ещё раз подчеркнуть, что это было сделано не потому, что в отношении нашей страны были объявлены какие-то санкции. Это был побудительный мотив, но главное – по другим причинам. Мы просто должны иметь нормальные производственные мощности в промышленности, транспорте, сельском хозяйстве, развивать цифровую экономику, развивать критически важные для нас направления: энергетику, фармацевтическую промышленность. Всё это, по сути, объекты импортозамещения, развития наших собственных возможностей. Этим занимаются все ведомства в Правительстве. Транспортом занимается Министерство транспорта. Если говорить о предприятиях различных отраслей, то это Министерство промышленности и торговли. Сельским хозяйством занимается Минсельхоз. Если говорить о цифровой экономике, о развитии телекоммуникаций – это Министерство связи. Все приоритеты определены, надо просто сконцентрироваться и работать. И у нас уже в этом смысле есть, я считаю, первые успехи, по целому ряду направлений мы существенным образом продвинулись вперёд.

Сегодня на пленарной дискуссии выступал руководитель «Биокада» Дмитрий Морозов, рассказывал, как развивается его предприятие, как они с конкурентами борются. И я специально подчеркнул: наша фармацевтическая промышленность растёт темпом 25% в год. Такого никогда не было. Что делали раньше? Просто брали валюту и закупали таблетки за рубежом. Естественно, на этом ещё и довольно большое количество посредников зарабатывало. А сейчас это вложения в нашу науку (она там очень сложная, вся фармакология сейчас – это высочайшая с точки зрения научного подхода область знаний, прикладных знаний), в производство, в упаковку и впоследствии в реализацию. И всё это работает. И мне очень отрадно, что таких отраслей у нас становится всё больше и больше.

У меня недавно был руководитель «Транснефти». Вы знаете, это крупнейшая компания, которая занимается транспортировкой нефти и нефтепродуктов по территории нашей страны. Она беспрецедентна по своему объёму работы, потому что работает в России. И вот что мне сказал руководитель компании Токарев. Он сказал: 93% закупаемого нами оборудования, в том числе самого сложного – управленческих комплексов, насосов, двигателей, турбин, самих труб, – российское. 93%! И это касается не только «Транснефти», это касается и «Роснефти», и «Газпрома». Все наши крупные компании, которые в настоящий момент испытывают давление из-за границы, где говорят: мы вас обложим со всех сторон, стараются перейти на внутренние, российские технологии, на внутренних, российских поставщиков. Я уверен, что это можно сделать.

М.Бондарева: Получается, что из-за, как Вы сказали, давления, расширяющегося в последнее время, нужно расширять и импортозамещение. Как Вы считаете, сейчас куда нам нужно нацелить все свои силы?

Д.Медведев: Как раз в эти самые стратегические, критически важные для нас отрасли, для того чтобы мы могли просто жить нормально, ни от кого не зависеть.

Ещё один пример приведу, он простой, но очень важный. Ещё совсем недавно мы с вами 50–60%, а то и 80% продуктов на своём столе видели только как импортные. Это касалось всего. В настоящий момент у нас есть Доктрина продовольственной безопасности. По очень важным направлениям мы достигли порога Доктрины продовольственной безопасности и даже превысили его. Это касается таких очень важных продуктов для жизни страны, как зерновые, пшеница – всё, что необходимо для производства хлеба и хлебобулочных изделий. Это касается сахара, целого ряда кормовых добавок, мяса птицы. Ещё совсем недавно мы закупали кур и другую живность за границей, сейчас это всё наше, российское. И стоит задача полностью решить эту продовольственную проблему по всем видам животноводческой продукции, по другому мясу и по молоку и маслу. Как только мы это сможем сделать, мы, по сути, будем кормить себя абсолютно сами – и реализовывать ещё и экспортный потенциал, а у нас он огромный. Мы и сейчас уже являемся крупнейшим нетто-экспортёром по зерновым и зернобобовым культурам. А в прошлом году собрали беспрецедентный по размеру урожай – 135 млн т, даже чуть больше. Это даёт нам возможность поставлять зерно на рынки крупнейших стран.

М.Бондарева: А что касается, если можно так сказать, финансового импортозамещения… Потому что сейчас, как мы видим, круг всё сужается и сужается…

Д.Медведев: Понимаете, сколько бы ни сужался круг, всё равно нас не смогут взять в кольцо, из которого нет выхода. Никогда этого не было в истории нашей страны.

М.Бондарева: Но сделать что-то нужно.

Д.Медведев: Во-первых, всякие санкции вредят обеим сторонам. Во-вторых, даже финансовые потребности мы в значительной степени покрываем за счёт наших внутренних возможностей – ищем новые финансовые рынки. Конечно, целый ряд проектов из-за финансовых санкций оказался под угрозой. Мы смогли найти иные финансовые ресурсы, мы мобилизовали наши внутренние возможности. Но, скажем прямо, лучше бы этих решений не существовало, потому что, ещё раз говорю, они вредят и иностранному бизнесу, и российскому. И всегда бьют по двум сторонам.

М.Бондарева: Естественно, одной пострадавшей стороны никогда не бывает.

Д.Медведев: Нет, бывает, но в данном случае эта мера бьёт именно по двум сторонам.

М.Бондарева: А если брать последние… даже санкциями их сложно назвать. Вот «кремлёвский доклад» – это, наверное, даже не санкции, а какой-то такой пугающий список. Что Вы можете о нём сказать? Он как-то тормозит развитие бизнеса?

Д.Медведев: Любые санкции, ещё раз подчеркну, конечно, работают в отношении всех, кто затрагивается этими решениями, – и тех, кто принимает эти решения, и тех, на кого они распространяются. Другое дело, какой они дают результат. Я всегда вспоминаю историю советского периода. В отношении Советского Союза санкции вводились около десятка раз. Ни одна из этих мер не привела ни на йоту к изменению позиции правительства Советского Союза. Это просто экскурс в историю.

Что касается нынешней темы, связанной с какими-то списками – опубликованными, неопубликованными... Во-первых, на мой взгляд, это в значительной степени внутриамериканская проблема. Это проблема борьбы американского истеблишмента с Президентом Трампом, это проблема сведения счётов между демократами и республиканцами, это проблема противоречий в республиканской части американской элиты. И вокруг этого крутится российская тема, при помощи которой значительная часть американского истеблишмента решает свои внутренние задачи.

Действительно, для бизнеса попадание в различного рода списки – это всегда настораживающий момент. И именно на это рассчитывают те, кто пытается давить на нашу страну. Причём это касается не только и, на мой взгляд, не столько российского бизнеса, сколько бизнеса, например, европейского. Когда списки формируются, они тем самым как бы говорят: вот посмотрите, такая-то компания попала в список, вы аккуратнее с ней, потому что мы её где-то там указали. Почему они это делают? По сугубо прагматическим причинам. Потому что они хотят продвинуть свои компании на европейский рынок (а скажем прямо, между Европой и Соединёнными Штатами Америки сейчас не лучший период отношений) и вытеснить наши компании, разорвать хозяйственные связи, которые сложились за десятилетия между Европейским союзом и Российской Федерацией, между компаниями из Евросоюза и России. И продвинуть свои проекты. Примеров полно, но я приведу, наверное, самый крупный. Американцы напрямую в своих законах борются с нашим «Северным потоком». Но не потому, что он не соответствует идеологии администрации Соединённых Штатов или Конгресса, а по вполне прозаическим, простым причинам: они хотят продвинуть свой сжиженный природный газ на европейский рынок и постараться нас вывести из игры.

М.Бондарева: Как это называется – геополитика? Как Вы считаете, будет ли новый виток санкций? Нас пугают, что есть какой-то ещё скрытый список, что могут ввести какие-то новые санкции. Ваше личное мнение, Ваши личные ожидания? Идут ли кулуарные обсуждения этой темы?

Д.Медведев: Мы ничего не ожидаем. Если кто чего захочет – может это сделать. Пусть у них голова болит. Мы готовы к любым решениям. Российская экономика за последние два года доказала, что способна справиться с очень серьёзными вызовами, в том числе с санкционными ограничениями – и по поставкам, и в области финансов. От того, что они какие-то очередные списки опубликуют или какие-то решения объявят, принципиально ничего не изменится. Это не значит, что мы не следим за ситуацией. Мы готовимся. Например, специальный банк недавно появился, который должен заниматься обслуживанием в том числе оборонной промышленности. Просто для того, чтобы нас, что называется, не застигли врасплох. Но в целом я никаких существенных угроз для нашей экономики, а тем более для граждан нашей страны не вижу.

М.Бондарева: Последний вопрос об отношениях России и Запада. Столько уже санкций, столько взаимных упрёков... И политические санкции, и экономические, и спортивные – чего только не было за это время! Нет ли такого ощущения у Вас лично, что какая-то черта невозврата пройдена?

Д.Медведев: Да нет никаких черт невозврата. Нет никаких красных линий. Есть история, которая всё расставляет на свои места. Много было разных эпизодов в российской истории с западными странами – и с Соединёнными Штатами, и с европейскими странами. В конечном счёте разум брал верх. Отношения стабилизировались, дурацкие решения отменялись, бизнес продолжался. Я уверен, что и в этот раз так будет. Хотя, прямо скажем, это время действительно в наших отношениях потрачено зря. Бизнес потерял деньги, рабочие места, никто от этого ничего не приобрёл.

М.Бондарева: Если говорить о правилах для бизнеса: сегодня на пленарной дискуссии шла речь, и недавно на РСПП тоже бизнес яро высказывал свою точку зрения по поводу того, что правила должны быть чёткими, стабильными, не меняться и так далее. Тем более ввиду обострённой геополитической ситуации. Должен ли бизнес опасаться повышения налоговой нагрузки?

Д.Медведев: Мы некоторое время назад (Президент об этом сказал, Правительство получило президентское поручение) договорились не менять условия игры. И я считаю, что мы (я имею в виду в широком смысле – власти) эту договорённость соблюдаем. Есть какие-то нюансы всегда, но мы сказали, что до 2018 года никак не трогаем налоговую систему, – мы её не трогаем. Бизнес иногда говорит: вы налоги не трогаете, но неналоговые платежи меняете. Да, в некоторых случаях это происходит, тот же нефтяной налоговый манёвр, некоторые другие решения. Но всё-таки это не кардинальные изменения налоговой системы. Давайте призадумаемся: например, подоходный налог в нашей стране уже не меняется 18 лет практически, ну чуть меньше, хотя в других странах он прыгает – то одна ставка, то другая…

Это означает, что мы всё-таки стараемся создать стабильные условия работы, условия жизни и для граждан, и для бизнеса. За последние годы мы не меняли, ещё раз говорю, налоговых правил. Это не означает, что налоговая система является абсолютно оптимальной. Какие-то изменения назрели, но их нужно обсудить, сделать это открыто и не создавать условий, которые кардинальным образом будут отличаться от тех, что есть.

В этом смысле, я считаю, бизнес может чувствовать себя спокойно.

М.Бондарева: А простым россиянам в этом плане есть чего опасаться?

Д.Медведев: Я же сказал, что мы в последние годы ничего практически не трогали в налоговой системе. И никаких опасений быть не может в том плане, что власть вдруг ни с того ни с сего решит каким-то непонятным образом ввести какие-то обременительные налоги, платежи новые, – ничего подобного мы делать не должны. Всякие изменения в налоговой системе должны быть сбалансированными и предварительно обсуждёнными и с экспертным сообществом, да и просто с людьми. Но ещё раз говорю: это не значит, что нужно стоять на месте. Нужно развиваться.

М.Бондарева: То есть всё-таки изменения какие-то будут?

Д.Медведев: Какие-то изменения всегда необходимы.

М.Бондарева: Последняя тема – цифровая экономика. Вы о ней уже говорили. Это, скажем, то, на что сейчас делает ставку наша страна – по планам Кремля, Правительства, это для нас драйвер роста. Вы поручили своей команде, Правительству, министрам изучить big data, блокчейн и так далее.

Д.Медведев: Понимаете, это, так сказать, не позиция, которую придумали где-то в высших инстанциях, в Кремле, в Правительстве. Это веление времени. Весь мир развивается сейчас как цифровой мир. И эти красивые выражения, которые ещё пять лет назад никто не слышал и не использовал в повседневной жизни, сейчас приобрели абсолютно конкретные измерения. Вот Вы сказали про блокчейн. Что такое блокчейн? Это система распределённых данных, которая позволяет верифицировать целый ряд операций, сделать их абсолютно доверенными, не подверженными мошенническим манипуляциям и тем самым укрепить доверие вообще к финансовой системе, к системе регистрации. У этой системы в целом огромное будущее, просто потому, что эту систему невозможно исказить, она сама себя поддерживает. Я уверен, что система распределённых данных будет применяться в самых разных областях.

М.Бондарева: Вы в это верите?

Д.Медведев: Я не просто в это верю. Уже сегодня – так. Хотя какие-то моменты могут и исчезнуть. Вот много про криптовалюты говорят…

М.Бондарева: Только хотела спросить: а в майнинг и биткойн верите?

Д.Медведев: Понимаете, все эти разговоры должны основываться на реальных потребностях. Судьба криптовалют нам непонятна. Именно с этим, кстати, связана высокая степень волатильности таких валют, то есть падения и роста курса этих валют. К ним нет доверия. Это бесконечный набор спекуляций.

М.Бондарева: Нет регулирования.

Д.Медведев: И нет регулирования, совершенно верно. Здесь регулирование необходимо и национальное, и наднациональное. Останутся они или исчезнут – на сей счёт есть очень разные мнения. Но возвращаясь к технологии распределённого реестра данных, или блокчейна: вне зависимости от судьбы этих криптовалют блокчейн и система верификации, которая основана на этой технологической идее, останутся точно. И это очень полезно для человечества и должно использоваться и в нашей стране. То, что связано с большими массивами данных (Вы упомянули уже big data), – тоже очень важное направление, которое позволяет обобщать результаты огромного массива данных, на основе этого устанавливать закономерности и принимать технологически, а впоследствии и экономически выверенные решения, в том числе о том, каким образом развивать ту или иную сферу экономики или социальную сферу, каковы реальные доходы. Всё это, безусловно, нуждается в государственной поддержке. Мы приняли программу цифровой экономики и обязательно будем воплощать её в жизнь.

М.Бондарева: Я так понимаю, вопрос, покупаете ли Вы биткойны, задавать нет смысла, потому что ответ будет «нет».

Д.Медведев: Я Вам могу прямо ответить: конечно, нет.

М.Бондарева: Получится через год нам с Вами здесь встретиться и записать интервью, как Вы считаете?

Д.Медведев: Если Вы меня пригласите дать интервью, я всегда к этому готов. Это не проблема. Был бы предмет для разговора. Но я уверен, что предмет для разговора будет, потому что наша экономика растёт, развивается. Такие форумы, как сочинский, очень популярны. И мои коллеги по Правительству вне зависимости от того, какова будет их судьба, я уверен, будут и дальше принимать участие в обсуждении ключевых вопросов. Сюда будет приезжать бизнес, эксперты. Потому что это прекрасное место и для того, чтобы обсудить сложные экономические и социальные вопросы, и просто для того, чтобы отдохнуть, скажем, покататься на лыжах.

М.Бондарева: Спасибо Вам большое за интервью. Желаю Вам, чтобы удачно прошёл этот форум.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Финансы, банки. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 февраля 2018 > № 2500543 Дмитрий Медведев


Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 ноября 2017 > № 2384220 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в Деловом и инвестиционном саммите Ассоциации государств Юго-Восточной Азии.

Тема дискуссии – «Развитие инфраструктуры для строительства будущего».

Выступление Дмитрия Медведева

Уважаемые дамы и господа!

Я искренне рад возможности выступить на таком представительном форуме – Деловом и инвестиционном саммите АСЕАН, встретиться с бизнесменами, политиками, экспертами, поговорить о том, как будет выглядеть экономика региона в ближайшие годы.

Тема этого делового саммита АСЕАН – «Развитие инфраструктуры для строительства будущего», – на мой взгляд, очень точно отражает особенности настоящего момента. Именно сейчас формируются контуры будущей глобальной экономики – экономики новых идей, новых технологий, новых материалов, которая, конечно, потребует и новой глобальной инфраструктуры, и новых механизмов регулирования.

Несмотря на бурное развитие электронной коммерции, цифровых технологий, международное регулирование мировой торговли по-прежнему существует в прежних рамках, в парадигме сорокалетней давности. Сохраняется нестабильность сырьевых рынков, растёт корпоративная и государственная задолженность, всё чаще используются методы так называемого нового протекционизма, когда экономические санкции становятся инструментом конкурентной борьбы.

Страны Азиатско-Тихоокеанского региона сталкиваются и со специфическими вызовами. Многие ресурсы экономического роста, которые ещё недавно успешно использовались, сегодня уже не дают такой отдачи. Сегодня трудно развиваться, опираясь только на дешёвую рабочую силу и низкие цены на сырьё. И всё это принципиально новая парадигма развития и для так называемых восточных драконов, которые последние 20 лет были локомотивами мирового экономического роста. А значит, это проблема и для глобальной экономики в целом.

Россия, как и другие страны, ищет пути адаптации к новой экономической реальности. Нам удалось несколько оздоровить национальную экономику, слегка изменив её текущее развитие и избавив её от чрезмерной зависимости от сырьевого экспорта. Положительные сдвиги появились в прошлом году и в этом году. У нас происходит неплохой восстановительный рост. Рассчитываем, что по итогам этого года рост ВВП превысит 2%.

В чём смысл этой экономической политики? Прежде всего в том, что мы проводили антикризисную поддержку перспективных отраслей, банковского сектора. Некоторые меры поддержки мы сохраняем и сейчас, так же как сохраняем плавающий валютный курс и режим инфляционного таргетирования. Жёстко контролируется бюджетный дефицит, чтобы обеспечить сбалансированность бюджетной системы при относительно низких ценах на нефть, которые имеют для нашей экономики большое значение до сих пор. Мы стараемся улучшать деловой и инвестиционный климат.

Выправляются структурные дисбалансы. Хорошую динамику показывают секторы экономики, которые не связаны с добычей нефти и газа. Они получили конкурентные преимущества на внутреннем рынке.

У нас в настоящий момент положительное сальдо торгового баланса. Есть тенденции к тому, чтобы наращивать международные резервы. Вполне закономерно, что интерес зарубежных инвесторов к проектам в нашей стране вырос. За первую половину этого года объём прямых иностранных инвестиций увеличился более чем на 100%. Мы и дальше будем стараться закреплять эти позитивные тенденции.

Д.Медведев: «Россия, как и другие страны, ищет пути адаптации к новой экономической реальности. Нам удалось оздоровить национальную экономику, изменив её текущее развитие и избавив её от чрезмерной зависимости от сырьевого экспорта. Положительные сдвиги появились в прошлом году и в этом году. У нас происходит неплохой восстановительный рост. Рассчитываем, что по итогам этого года рост ВВП превысит 2%».

Но этого мало. Мы, как и весь мир, понимаем, что будущее за цифровой экономикой. Перед нами сложная, нетривиальная задача: с одной стороны, нужно стимулировать международное сотрудничество в сфере информационных технологий, поощрять электронную коммерцию, трансграничный бизнес, с другой – обеспечивать национальную безопасность и защиту информации, в том числе такой информации, как персональные данные, в конечном счёте – выстроить прозрачные правила игры. Это непросто совмещаемые задачи. Россия, как и большинство других стран Азиатско-Тихоокеанского региона, готова в этой работе активно участвовать. Мы приняли специальную стратегию развития информационного общества и программу по цифровой экономике.

Россию и АСЕАН уже 20 лет связывает особая форма взаимодействия – диалоговое партнёрство. И общий настрой на активизацию взаимовыгодного сотрудничества. Напомню, что диалоговое сотрудничество между Россией и АСЕАН возникло в июле 1996 года. Прежде всего это торговля и инвестиции, хотя, скажем прямо, пока показатели взаимного товарооборота остаются достаточно скромными, особенно на фоне наших торгово-экономических связей с другими странами региона.

И по инвестициям, конечно, нам точно тоже есть чем заниматься. Возможностей для этого немало, тем более что есть необходимый инструментарий, включая механизмы взаимодействия и программные документы, и есть успешный опыт реализации совместных проектов на двусторонней основе. Но главное – мы видим реальный интерес делового сообщества наших стран к сотрудничеству в области энергетики, транспорта, сельского хозяйства, спутниковой навигации, в сфере высоких технологий, финансовых услуг, практически во всех значимых сферах это возможно. И это тем более логично, что АСЕАН сегодня по объёму экономики – шестая экономика в мире и третья в Азии.

Д.Медведев: «У нас в настоящий момент положительное сальдо торгового баланса. Есть тенденции к тому, чтобы наращивать международные резервы. Вполне закономерно, что интерес зарубежных инвесторов к проектам в нашей стране вырос. За первую половину этого года объём прямых иностранных инвестиций увеличился более чем на 100%. Мы и дальше будем стараться закреплять эти позитивные тенденции».

Российские предприниматели регулярно посещают Юго-Восточную Азию с бизнес-миссиями. Мы рассчитываем, конечно, и на ответные визиты, ваши визиты в нашу страну. Будем рады видеть вас в России.

Только в период с 2014 по 2017 год были организованы комплексные бизнес-миссии в Индонезию, Малайзию, Сингапур, Вьетнам, Камбоджу, Бруней-Даруссалам, Мьянму и на Филиппины.

Мы также готовы подключиться к инициативам АСЕАН по развитию энергетической, транспортной и информационной инфраструктуры. Мы делаем акцент на выстраивании оптимальных транзитных маршрутов, что очень важно для бизнеса. Развиваем свои морские и воздушные порты на Дальнем Востоке, создаём трансграничные нефте- и газопроводы.

Главная цель всех этих усилий, во-первых, сделать транзит грузов по маршрутам Азия – Европа максимально быстрым, экономически рентабельным. И во-вторых, сформировать на российском Дальнем Востоке мощный транспортный и индустриальный узел, который будет отвечать потребностям всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Стараемся создавать там специальные условия для бизнеса, которые соответствуют лучшим мировым практикам.

Приятно констатировать, что этими возможностями уже активно пользуются бизнесмены из разных стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе из стран АСЕАН, Китая, Японии, Республики Корея, Индии. Многие приезжают к нам в Россию, на Дальний Восток, чтобы посмотреть, как работают инструменты развития, принять участие в наших инвестиционных форумах. Они проходят в Петербурге, Сочи, Владивостоке. Там находят и перспективных партнёров. На Дальнем Востоке уже запущено более 500 совместных инвестиционных проектов. Совсем недавно у нас на Дальнем Востоке прошёл Восточный экономический форум. Было подписано много контрактов – в общей сложности на сумму около 50 млрд долларов. Так что в этом смысле развитие происходит.

Д.Медведев: «Мы делаем акцент на выстраивании оптимальных транзитных маршрутов. Главная цель этих усилий, во-первых, сделать транзит грузов по маршрутам Азия – Европа максимально быстрым, экономически рентабельным. И во-вторых, сформировать на российском Дальнем Востоке мощный транспортный и индустриальный узел, который будет отвечать потребностям всего АТР».

Ёмкий рынок, понятное регулирование, хорошая инфраструктура – это базовые условия успешного бизнеса. Именно такую среду мы стремимся создать и в рамках нового интеграционного объединения – Евразийского экономического союза, который мы создали в рамках нашего взаимодействия с пятью государствами. Важно, что многие азиатские, ближневосточные компании это уже оценили, как и хорошие перспективы экспорта в третьи страны.

Мы с партнёрами по Евразийскому экономическому союзу заинтересованы в максимально широкой кооперации со странами АСЕАН на основе универсальных принципов и норм международной торговли. Год назад вступило в силу первое полноформатное соглашение о свободной торговле государств Евразийского союза с одной из стран АСЕАН – Вьетнамом. Недавно завершены переговоры по такому соглашению в формате Евразийский союз – Китай. И идут переговоры, мы обсуждаем создание зоны свободной торговли в многостороннем формате – ЕврАзЭС – АСЕАН. Подобные переговоры идут и с другими странами АСЕАН в отдельности.

Уважаемые друзья!

По геополитическим, историческим и экономическим причинам Россия является частью Азиатско-Тихоокеанского региона. Развитие сотрудничества со всеми расположенными здесь странами, так же как и активное участие в решении региональных проблем, – это наш стратегический курс. Мы придаём этому региону сейчас особое значение.

В этом году Ассоциации государств Юго-Восточной Азии исполнилось 50 лет. История её развития убедительно доказывает, что можно находить взаимоприемлемые решения по самым сложным вопросам, несмотря на все различия. И в современном мире такой опыт нам исключительно важен.

Я сердечно поздравляю всех вас с этим юбилеем! Желаю участникам форума интересных дискуссий. И ещё раз всех приглашаю в Российскую Федерацию.

Спасибо за внимание!

Ответы Дмитрия Медведева на вопросы участников сессии:

Джои Консепсьон (председатель Делового консультативного совета АСЕАН, модератор сессии) (как переведено): В первую очередь хотел бы поблагодарить Его Превосходительство Премьер-министра Медведева за то, что он согласился ответить на вопросы аудитории. Первый вопрос задаст член Делового консультативного совета АСЕАН от Таиланда Арин Джира.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, меня зовут Арин Джира. Я представляю Таиланд в Деловом консультативном совете АСЕАН. Хотел бы задать такой вопрос. Российская Федерация достигла больших успехов и высокого уровня технологической компетенции в сфере инфраструктуры. Особенно сильное впечатление производит система метро в вашей стране. Какую роль могла бы сыграть Россия и что могла бы сделать ваша страна, чтобы содействовать осуществлению и ускорить темпы реализации Генерального плана по взаимосвязанности АСЕАН и наладить более тесное сотрудничество между Россией и нашим регионом в этой области? Спасибо.

Дмитрий Медведев: Спасибо большое за этот вопрос. Я уже начал, по сути, отвечать на него в своём вступительном слове. Конечно, с учётом нашей огромной территории развитие инфраструктуры имеет для России ключевое значение. И мы готовы предоставить свои инфраструктурные возможности всем государствам АСЕАН. Причём это не только аэропорты, но и морские терминалы, железная дорога, автомобильные дороги, трубопроводный транспорт, линии электропередачи и, конечно, то, что сейчас очень важно в любой стране, – высокоскоростные каналы связи. Это всё то, что создаёт единое экономическое пространство, создаёт эту самую взаимосвязанность, так сказать, connectivity, о чём Вы как раз и спрашивали. Не менее важно это для стран АСЕАН, поэтому мы считаем, что эти возможности могут быть применены и с учётом нашего перспективного сотрудничества, тем более что в последние годы реализован целый ряд крупных инфраструктурных проектов в этой сфере.

Мы готовимся к чемпионату мира по футболу, который пройдёт у нас в следующем году. Кстати, пользуясь этой возможностью, хочу пригласить всех присутствующих в этом зале посмотреть футбольные состязания, которые состоятся в нашей стране. Но мы смотрим в целом на инфраструктурные проекты максимально широко, поэтому видим большой потенциал и в развитии Северного морского пути. Мы реконструировали крупные дороги в нашей стране, такие как Байкало-Амурская и Транссибирская железнодорожные магистрали, которые также связывают Европу с Азией. Развиваем мы и международные коридоры. Все эти возможности могут быть использованы нашими партнёрами из АСЕАН. Мы приглашаем вас принять в этом участие.

Конечно, в значительной степени это будет зависеть и от активной позиции бизнеса, имею в виду и совместные проекты. Кстати, такие проекты уже есть. В частности, например, наша компания «Российские железные дороги» участвует в реализации крупного проекта по созданию на острове Калимантан в Индонезии комплексной инфраструктуры – мы считаем, что это один из хороших примеров, –там идёт строительство железнодорожной ветки, угольный терминал создаётся.

Кстати, есть примеры и обратного инвестирования, инвестирования в российскую инфраструктуру. В частности, сингапурская компания «Чанги эйрпортс» инвестирует в развитие авиахаба во Владивостоке.

Так что примеры сотрудничества в области инфраструктуры уже существуют. Конечно, мы бы хотели, чтобы их было как можно больше, и готовы предоставить все наши транзитные возможности нашим друзьям из стран АСЕАН.

Джои Консепсьон: Ещё один вопрос. Его задаст председатель Делового консультативного совета АСЕАН от Индонезии Анангга Русдьоно.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, меня зовут Анангга Русдьоно, я из Индонезии. Вы говорили об отношениях между Россией и АСЕАН. В чём заключается стратегическая позиция России в отношении Экономического сообщества АСЕАН?

Дмитрий Медведев: Мы видим в экономическом сообществе АСЕАН (это сообщество создавалось, по сути, на наших глазах, я помню провозглашение создания сообщества в 2015 году) очень многообещающего партнёра и очень серьёзную форму региональной интеграции. Я думаю, что буквально в ближайшие годы мы увидим в регионе влиятельное объединение экономик стран «десятки».

Конечно, для «десятки» существует и целый ряд вызовов, мы их также видим. Это серьёзный разрыв в области социально-экономического развития. Страны все разные, и разным является уровень их экономической подготовленности. Существуют и сложности логистического, транспортного порядка. Есть нестабильность на рынках, нарастание протекционизма. Все эти угрозы, безусловно, влияют и на Экономическое сообщество АСЕАН. Но я уверен, что эти угрозы преодолимы, тем более что налицо воля участников этого сообщества развивать такого рода экономическую интеграцию.

Для нас это тоже исключительно важно, потому что именно в формате такого рода взаимоотношений мы видим сотрудничество между Россией и государствами АСЕАН. Хотя пока, как я уже сказал, далеко не все возможности мы сумели реализовать, учитывая потенциал, который имеем. Во всяком случае, товарооборот между Российской Федерацией и Экономическим сообществом АСЕАН, если брать в целом, пока не так велик, как мы бы хотели. Он колеблется в пределах где-то до 15 млрд долларов в год. За последний год произошло его увеличение на треть, но потенциал существенно больше. Он может быть больше в разы. Потенциально, может, даже в десятки раз. Поэтому нужно будет сделать всё, чтобы развить эти отношения на новой основе.

В мае прошлого года у нас в Сочи прошёл саммит Россия – АСЕАН. Он стал знаковым для наших отношений с ассоциацией экономик АСЕАН. Надеюсь, что это даст хороший импульс и для формирования стратегического партнёрства между нашей страной, между Евразийским экономическим сообществом и «десяткой» экономик АСЕАН. Именно в этом мы видим основные перспективы нашего сближения.

Джои Консепсьон: Следующий вопрос, пожалуйста, Мокья Эбакчир из Мьянмы.

Мокья Эбакчир (как переведено): Господин Премьер-министр, ещё раз спасибо за то, что нашли время встретиться с представителями азиатских деловых кругов. Все, кто занимается бизнесом, знают, что для развития необходим выход на новые рынки. Экономика Азиатско-Тихоокеанского региона растёт наиболее быстрыми темпами, особенно экономика небольших стран, таких как Камбоджа, Лаос, Мьянма и Вьетнам. Эти растущие экономики способны стать новыми рынками для российских компаний. Почему бы Вам как Премьер-министру не призвать российских бизнесменов обратить внимание на Азию? Как можно стимулировать их интерес к Азии и азиатским рынкам? Россия добилась неплохих результатов в Таиланде, там работают многие российские компании. Что Вы думаете о том, чтобы пригласить азиатские компании на свой рынок? Как можно мотивировать азиатский бизнес к выходу на российский рынок?

Дмитрий Медведев: Мне кажется, мы этим и занимаемся. Я за последние несколько лет побывал во всех трёх странах, которые Вы упомянули, – в Камбодже, Лаосе, Мьянме. Туда же были направлены наши бизнес-миссии. Наверное, этого мало. Надо, чтобы компании из всех стран АСЕАН и упомянутой «тройки» тоже бывали в нашей стране. Тем более что, ещё раз подчеркну, пока наши экономические связи не являются такими активными, как нам бы хотелось.

В прошлом году внешнеторговый оборот стран АСЕАН составил более 2,22 трлн долларов. Наши торговые отношения гораздо скромнее. Это касается и инвестиций. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы эти связи наращивать.

Естественно, по линии Правительства Российской Федерации мы придаём импульс такого рода контактам, но не менее важно, чтобы развивались прямые взаимоотношения между представителями бизнеса.

В октябре этого года был согласован российско-асеановский план действий в сфере науки, технологий и инноваций. Надеюсь, что представители бизнеса тоже найдут там своё место. Одобрена рабочая программа по развитию энергетики на период до 2020 года. У нас есть рабочая программа со странами АСЕАН по сельскому хозяйству и продовольственной безопасности, действует программа в сфере туризма. Я думаю, что все эти программы могут внести дополнительный вклад в развитие наших связей.

И конечно, очень важно, чтобы свою лепту вносили бизнес-контакты. Деловой совет Россия – АСЕАН, который собирался в мае прошлого года в Сочи, Деловой консультативный совет АСЕАН, Торгово-промышленная палата, а также деловые клубы отдельных стран – естественно, все эти контакты мы будем поощрять как по правительственной линии, так и по линии наших общественных объединений – представителей делового мира. Причём, надеюсь, всё это приведёт к активизации наших переговоров по созданию соглашений о свободной торговле.

Я напомню, что мы, я имею в виду Евразийский экономический союз, подписали пока такое соглашение одно, с Вьетнамом (из государств АСЕАН), но в настоящий момент прорабатываются договорённости с целым рядом других стран Юго-Восточной Азии, в том числе с АСЕАН в целом. Надеюсь, что здесь будет полезное движение, которое поможет всем представителям бизнеса из государств «десятки» АСЕАН и упомянутых вами трёх стран. Так что мы ждём вас у нас, и, конечно, бизнес-миссии будут и в страны АСЕАН.

Вопрос (как переведено): Господин Премьер-министр, позвольте мне задать последний вопрос. Тема АСЕАН – 2017 – «Партнёрство ради перемен, обеспечение процветания для всех». Проблема бедности остаётся актуальной для многих стран АСЕАН. В чём заключается ваша «дорожная карта» по поддержке малых предприятий в России, чтобы они могли выходить на более высокие уровни производственно-сбытовых связей и становиться средними и крупными предприятиями? На Филиппинах на малые и микропредприятия приходится 99,6% всей коммерческой деятельности. Не могли бы Вы поделиться вашим опытом поддержки малых предприятий в России?

Дмитрий Медведев: Я, когда говорил о перспективах сотрудничества с «десяткой» экономик АСЕАН, упомянул о том, что эти перспективы очень значительные, но есть и проблемы. Они заключаются ровно в том, о чём Вы только что сказали, а именно в том, что существует разница в экономическом развитии стран АСЕАН. Есть более развитые экономики, менее развитые экономики, есть проблема бедности, о которой Вы сказали, есть проблема неразвитости инфраструктуры, проблема развития образования.

Очевидно, что это вообще-то глобальные проблемы, над которыми работают практически все страны, даже те, у которых уровень развития выше, чем в странах АСЕАН. Я считаю, что мы можем совместными усилиями внести свой вклад в их решение, прежде всего за счёт совместных бизнес-инициатив, а также тех инициатив, которые мы продвигаем в сфере образования, в гуманитарной сфере и просто в сфере помощи и поддержки государств АСЕАН. Всё это, кстати, будет предметом рассмотрения на завтрашней встрече в рамках Восточно-Азиатского саммита. Мы будем говорить о том, о чём Вы сказали.

Если говорить о нашем опыте, то действительно за последнее время мы приняли целый набор мер, направленных на поддержку российского малого бизнеса, потому что мы считаем, что за малым бизнесом в значительной степени будущее нашей страны. Скажем прямо, у нас тоже здесь есть ещё определённые проблемы, поскольку мы недовольны уровнем охвата малым бизнесом наших экономических отношений. Мы полагали бы, что где-то приблизительно 50 или 60% населения нашей страны должно участвовать именно в проектах, связанных с малым бизнесом. Пока эти цифры меньше. Где-то 25% нашего населения занимается различными формами малого бизнеса. Поэтому наша задача – простимулировать развитие малого бизнеса в нашей стране. Может быть, этот опыт будет использован и в других странах.

Что для этого делается? Мы приняли целый набор законодательных актов, направленных на то, чтобы поощрять развитие малого бизнеса. Это различного рода льготы – льготы налоговые, льготы, которые связаны с арендой различного рода средств производства, поощрением инвестиционных проектов.

Мы стараемся также помогать малому бизнесу через фонды – государственные фонды, которые создаются для того, чтобы можно было реализовывать различные проекты в сфере малого бизнеса. Не так давно такой фонд у нас заработал. В его орбиту попадают сотни тысяч малых предприятий. Надеюсь, они смогут использовать возможности, которые связаны с развитием этого фонда.

Наш набор мер поддержки малого бизнеса, наверное, не уникален. Мы идём здесь по тому пути, который выбирают и другие страны. Самое главное, как мне кажется, чтобы государство, государственная власть, Правительство уделяли этому значительное внимание.

В России есть очень крупные государственные и частные компании, но не менее важно, чтобы внимание государства, Правительства было сконцентрировано на развитии малого бизнеса. Мы готовы делиться этим опытом и с нашими друзьями из АСЕАН.

Филиппины. Россия. Азия > Внешэкономсвязи, политика. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 ноября 2017 > № 2384220 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 19 апреля 2017 > № 2160830 Дмитрий Медведев

Отчёт Правительства о результатах работы в 2016 году.

«Правительство Российской Федерации: <…> представляет Государственной Думе ежегодные отчёты о результатах своей деятельности, в том числе по вопросам, поставленным Государственной Думой» (Конституция Российской Федерации, статья 114, подпункт «а» пункта 1).

Из стенограммы:

Д.Медведев: Уважаемый Вячеслав Викторович (В.Володин), уважаемые депутаты Государственной Думы, уважаемые коллеги! Сегодня я представляю отчёт о деятельности Правительства за 2016 год депутатам нового, седьмого созыва. Со многими из вас мы сотрудничали, работали в прежнем составе Государственной Думы, поэтому итоги работы 2016 года – это в известной степени наш совместный результат. Хороший, очень плотный уровень взаимодействия сохраняется и с обновлённой Думой, это стало понятно за время первой осенней сессии. Я хотел бы искренне поблагодарить депутатов и прошлого, и нынешнего созыва за совместную работу.

Всего за прошлый год Государственная Дума рассмотрела и приняла 284 правительственных законопроекта, которые теперь стали законами. Новый состав парламента после выборов сразу включился в работу – за осеннюю сессию был одобрен 91 законопроект Правительства, и сейчас на разных стадиях рассмотрения находится ещё свыше 270. В том числе такие важные законопроекты, которые призваны повысить качество судебной экспертизы, эффективность борьбы с кибератаками, снизить число пробок, сделать движение безопасным. Один из таких важных законопроектов, который активно обсуждался в прошлом году, на который очень остро реагируют наши граждане, – «О садоводстве, огородничестве и дачном хозяйстве». Все эти проекты уже прошли первое чтение. Прошу уважаемых коллег-депутатов активно заниматься этими и другими важными законопроектами. От того, насколько слаженно мы с вами работаем, действительно во многом зависит, как живут граждане нашей страны.

В этом году по просьбе коллег-депутатов мы несколько изменили формат отчёта Правительства. Основной акцент решили сделать на ответах, на дискуссии. В докладе я коротко – умеренно коротко, конечно, – остановлюсь на основных итогах года.

Если говорить о политических событиях, то, конечно, главным политическим событием стали выборы в Государственную Думу. Единый день голосования определил стратегический курс России на ближайший политический цикл. Он показал, что важнее всего в работе власти для граждан нашей страны последовательность и ответственность за принимаемые решения, способность слышать и выполнять обещанное, побеждать честно и чисто. И как Председатель Правительства, и как Председатель партии «Единая Россия» я уверен, что это правильно. Люди проголосовали за стабильность, и в то же время наши граждане проголосовали за развитие, за то, чтобы мы сделали всё, чтобы людям жилось лучше, чтобы успех действительно стал нормой жизни в нашей стране. В этом главный политический запрос общества сегодня. Я уверен, что этот запрос сохранится и в ходе предстоящей президентской кампании. Борьба, как и в любой президентской гонке, естественно, будет серьёзной. Но хотел бы специально подчеркнуть в этом зале: мы никогда не превращали политическую борьбу в войну и делать этого не собираемся.

Мы с вами прекрасно понимаем, что сегодня у нас трудностей хватает, и если мы будем тратить время ещё и на популизм, на спекуляции, раздувать пустые конфликты, то от этого выиграют только те, кого вряд ли заботит, как будет жить Россия, те, кто хочет изолировать и ослабить нашу страну. Конечно, это не значит, что у нас не может быть разногласий, это совершенно нормально. Но хочу отдельно, специально подчеркнуть: наши споры при всей разнице в подходах политических партий, идеологии касаются методов достижения главной цели. А в чём эта цель? Она у нас общая – развивать страну, чтобы обеспечить людям благополучную жизнь. В этом смысле прошедший год был для нас очень важным. Он действительно был непростым, как и предыдущие, прошёл в режиме жёсткой экономии ресурсов, но дал нам главное – стал годом осознанных возможностей.

В политике – при всём внешнем давлении – мы по-новому осознали возможности не только ему противостоять, но и наступать в продвижении своих интересов. В экономике мы по-новому осознали возможности не только ситуативно отвечать на кризисные явления, но и создавать новые источники роста. Мы по-новому осознали возможности, существующие в нашей стране. Как и то, что рассчитывать нам приходится только на себя. Нас и санкциями продолжали давить (это уже общее место и, по всей вероятности, очень надолго), и нефть была дешёвой. Всё это осталось, но мы научились использовать ситуацию, когда вступили в конкурентную борьбу за лидерство на внутреннем и внешнем рынке. Сегодня никакие вызовы нас уже не пугают, наоборот, дают стимул развиваться. И эта уверенность в собственных возможностях уже приносит результаты. Ведь наша экономика развивается, несмотря на то что нам всем предсказывали катастрофу из разных мест, в том числе из-за океана. Прогресс видят даже те, кого трудно заподозрить в симпатиях к нашей стране.

Д.Медведев: «Всего за прошлый год Государственная Дума рассмотрела и приняла 284 правительственных законопроекта, которые теперь стали законами. За осеннюю сессию был одобрен 91 законопроект Правительства, и сейчас на разных стадиях рассмотрения находится ещё свыше 270. В том числе такие важные законопроекты, которые призваны повысить качество судебной экспертизы, эффективность борьбы с кибератаками, снизить число пробок, сделать движение безопасным».

Я хотел бы несколько слов сказать про эти оценки. Все оценки условны, но всё-таки это имеет значение. Два крупнейших рейтинговых агентства «большой тройки», я имею в виду Fitch и Moody's, за последние полгода изменили прогнозы для экономики России с «негативного» на «стабильный». А ещё одно, S&P, подняло его до «позитивного». И уже к концу года Россия может вновь вернуться в категорию стран с инвестиционным рейтингом. А это значит – дополнительные возможности для притока финансов и решения других задач.

В рейтинге глобальной конкурентоспособности наша страна в прошлом году поднялась на 43-е место, это неплохо с учётом того, какой путь мы проделали. Подчеркну отдельно, что наши позиции растут уже четвёртый год подряд, и это в условиях финансового кризиса. Мы последовательно продвигаемся и в рейтинге Всемирного банка Doing Business, который оценивает качество делового климата. Здесь тоже изменения существенные – за последние пять лет мы поднялись на 80 позиций. Обратите внимание – 80 позиций! Где мы были – это 120-е место в мире из 200 стран, которые в ООН, а сейчас мы на 40-м месте. И второй год подряд мы опережаем наших партнёров по БРИКС. А это для нас очень важно, потому что это наши друзья, но в тоже время это экономики, которые развиваются по сходным законам. Надеемся, что бизнесу от этого становится легче работать, экономика становится более эффективной, есть успехи и в области рейтингов по здравоохранению, по образованию. Там тоже есть движение вперёд.

Прогресс, пусть и небольшой, есть в каждой из отраслей критически важных для развития страны. А это значит, что это непросто отдельные успехи, это всё-таки системные улучшения. Принимаемые методы, меры - они работают. И в целом наша страна двигается вперёд.

Сегодня наша задача помочь этому движению. Чтобы каждое решение в экономике приводило к конкретным изменениям в жизни человека. Именно на это была направлена работа Правительства в прошлом году, хоть мы все прекрасно понимаем, что в повседневной жизни люди ни о каких рейтингах не думают. Мы все это понимаем, конечно. А думают, о тех проблемах и трудностях, с которыми сталкиваются каждый день, когда платят высокую плату за коммуналку, или ипотеку берут, когда не могут попасть к нужному врачу, или записать ребёнка в хорошую школу.

В последние несколько лет нам пришлось не просто, и всей стране и значительной части населения нашей страны. Но даже в этих условиях у нас есть неплохие результаты. Я отчитываюсь о результатах, поэтому ещё хочу специально это отметить.

Самый главный, наверное, из результатов – это увеличение продолжительности жизни. С 2006 года (а почему мы берём 2006 год – именно в тот период мы начинали реализовывать первый национальный проект) она выросла на 6 лет и достигла почти 72 лет. Это самый высокий показатель за всю историю страны.

Человек живёт дольше и лучше, если редко болеет, когда может заниматься любимым делом, строить планы для себя и своей семьи, получать стабильный доход. Наконец, когда у человека достойная старость и нет препятствий, чтобы быть активным. Не просто доживать, а жить полноценной жизнью. Мы понимаем, что пока реальная картина от этого довольно далека. Но чтобы такие возможности появились у каждого человека, чтобы у нас было больше здоровых, благополучных и счастливых людей, мы активно занимаемся сферами, которые непосредственно влияют на жизнь людей. Я на них остановлюсь.

Д.Медведев: «У нас общая цель – развивать страну, чтобы обеспечить людям благополучную жизнь. В этом смысле прошедший год был для нас очень важным. Он действительно был непростым, прошёл в режиме жёсткой экономии ресурсов, но дал нам главное – стал годом осознанных возможностей».

Первое – это поддержка семей с детьми. Более 10 лет назад мы вплотную занялись демографией. В 2007 году была принята Концепция демографической политики. Ситуация тогда, напомню, казалась непреодолимой. Это было следствие бесконечного количества демографических ям, гибели миллионов людей в XX веке и тех катастроф, которые наша страна пережила.

В России сейчас живёт 146,8 млн человек (по предварительной оценке Росстата). Конечно, в эту цифру внесло свой вклад возвращение Крыма в состав России. Но по рождаемости мы обогнали многие европейские страны. И это результат в том числе принимаемых нами мер: прежде всего материнский капитал, ежемесячные выплаты на третьего ребёнка, предоставление земельных участков, решение проблемы детских садов и создание условий для работающих матерей.

Впереди у нас решение ещё одной проблемы. Сейчас в детородный возраст вошло поколение родившихся на рубеже 1990-х годов. Людей этого поколения, к сожалению, меньше, чем предыдущих. И прогнозы в этом смысле не самые благоприятные. Но мы доказали, что любые, даже самые негативные тренды, тенденции можно переломить. Для этого нужно продолжать поддержку семей, использовать не только те меры, которые себя зарекомендовали, но и принимать новые. И я уверен, что вместе с регионами мы сможем разработать такие меры. Об этом меня спрашивали депутаты из «Единой России», некоторые другие тоже.

У нас есть ещё один важный результат – сократилось число сирот практически со 120 тыс. в 2012 году до менее чем 60 тыс. в 2016 году. И эта работа должна быть продолжена.

Второе – здравоохранение. Вне зависимости от того, какая у человека зарплата, сколько ему лет, где он живёт, он хочет быть здоровым. А если заболел – без сложностей получать самую эффективную помощь. И у нас есть реальные результаты. В прошлом году, по данным ВОЗ, Россия вошла в десятку государств, которые в последние годы добились наибольшего прогресса в борьбе с болезнями сердца, лёгких и диабетом. Главное – сокращается смертность от этих заболеваний.

Снижается материнская и младенческая смертность – за последние 25 лет, то есть за всю историю современной России, почти на три четверти. С 2011 года уровень младенческой смертности снизился почти в два раза, а за 2016 год (в сравнении с 2015-м) – на 7,7%. Во многом это произошло благодаря строительству перинатальных центров. В них есть всё, чтобы выхаживать новорождённых в самых сложных случаях. И строительство центров, естественно, продолжится.

Мы создали по всей стране центры высокотехнологичной медицинской помощи. Число пациентов, которым оказали такую помощь, выросло беспрецедентно – с 2010 года почти в три раза. И только за прошлый год её получили 960 тыс. человек. А когда мы начинали национальный проект, её получали приблизительно 70 тыс. человек! Это серьёзный результат на самом деле.

Мы прорабатываем сейчас вопрос создания в регионах новых центров, где будут применяться методы ядерной, регенеративной медицины, современные персонализированные технологии здоровья. Развиваем всё, что упрощает людям получение медицинской помощи, в том числе телемедицинские и информационные технологии, чтобы наши люди могли легко записаться к врачу, получить нужную справку, иметь доступ к своей медицинской карте.

Д.Медведев: «Самый главный из результатов – это увеличение продолжительности жизни. С 2006 года она выросла на 6 лет и достигла почти 72 лет. Это самый высокий показатель за всю историю страны».

Для этого важно, чтобы сама медицина была мобильной и врачи могли быстро доехать до больных даже в труднодоступных районах. В этом году в 34 регионах стартует приоритетный проект по развитию санитарной авиации, на который направляется 3,3 млрд рублей. Для обновления автопарка скорой помощи за счёт средств федерального бюджета уже закуплено в прошлом году 2,3 тыс. новых автомобилей.

У нас долгое время не хватало врачей в сельской местности. Благодаря той программе, которую начинала «Единая Россия», – «Земский доктор» – с 2012 года на село приехали работать почти 24 тыс. врачей. Мы приняли решение продлить её и на этот год и увеличить до 60% долю её федерального финансирования.

Мы стараемся сдерживать необоснованный рост цен на лекарства. Мы поддержали наших производителей. Эта работа будет продолжаться. Она требует новых механизмов. Уже в пилотном режиме в шести регионах настраивается система маркировки, чтобы защитить людей от поддельных лекарств. К концу 2018 года все выпускаемые лекарства должны быть промаркированы.

Депутаты из фракции «Единая Россия» задавали вопрос о медицинских вузах. Конечно, людям не всё равно, у какого врача лечиться, какое образование этот врач получил, поэтому вводится институт аккредитации специалистов, в соответствии с которым работать врачами будут только лучшие. Будем оценивать уровень квалификации медиков по новым профессиональным стандартам. Повышение квалификации выведем на новый уровень. Пройти переподготовку можно будет через портал непрерывного медицинского образования. Им уже сейчас пользуются более 133 тыс. врачей. В ведущих вузах, в научных организациях, чтобы регионы, где не хватает врачей, находили специалистов, мы применяем целевой приём и обучение в медицинских университетах. И это тоже даёт результаты.

Интересный факт: впервые в истории новой России (это опрос социологов) больше всего родителей в будущем видят своих детей врачами (когда я это прочитал, тоже был удивлён), а не юристами, экономистами, как это было всего несколько лет назад. Это уже другое восприятие жизни в нашей стране.

Третье. Пенсии и система социальной поддержки, активное долголетие.

Человечество, конечно, стареет в силу известных причин. Наша страна не исключение. Уже сегодня каждый четвёртый в России – пенсионер. В прошлом году мы приняли Стратегию действий в интересах граждан старшего поколения. На этот год предусмотрены средства на повышение доступности и качества социальных услуг для пожилых людей.

Но мы также понимаем, что система поддержки, социальная инфраструктура, обслуживающая этих людей, устарела и её нужно серьёзно менять. Мы стараемся это делать. А для достойной старости, конечно, нужна и нормальная пенсия. Мы понимаем, что в нашей стране она пока небольшая, поэтому продолжаем работать над развитием пенсионной системы. В 2012 году была принята Стратегия долгосрочного развития пенсионной системы на период до 2030 года. Это практически сразу дало дополнительные деньги Пенсионному фонду, снизило дефицит его бюджета, увеличило собираемость пенсионных взносов.

Продолжаем совершенствовать и страховые механизмы. Передали администрирование пенсионных взносов в налоговую службу. Конечно, возникают и трудности. Напомню, в прошлом году мы не смогли проиндексировать в полном объёме пенсии. Мы, естественно, ничего не забываем, мы понимали, что пожилым людям придётся непросто, но не обещали того, что не могли выполнить в тот период. Честно объяснили, почему приняли такое решение. Появилась возможность – пенсионеры получили единовременную дополнительную выплату к пенсии. Мы, понимаем, конечно, что этого недостаточно. Порядок индексации менялся только на прошлый год. В этом году пенсии проиндексируют в соответствии с законодательством. Кроме того, с 1 февраля мы перешли на индексацию по фактической инфляции всех федеральных социальных выплат. Это сделано впервые. Знаю, что у коллег-депутатов от Коммунистической партии есть вопрос относительно дальнейшей индексации пенсий работающим пенсионерам. Давайте обсудим социальные и экономические последствия этого.

Четвёртое, о чём хотел бы сказать, – доходы людей. Экономическая ситуация последних лет, конечно, сказалась на них негативно. Зарплаты в стране невысокие. И мы предпринимаем усилия для того, чтобы ситуацию выправить, ищем дополнительные ресурсы для того, чтобы помочь тем, кто зарабатывает мало.

В первую очередь это касается повышения зарплат тех, кто работает в образовании, здравоохранении, культуре, – как и заложено в майских указах Президента. Эту работу мы продолжим и в любом случае выйдем на показатели, которые определены в указах. Прошу и регионы, и коллег-депутатов активнее в этой работе тоже участвовать.

В прошлом году мы два раза поднимали минимальный размер оплаты труда – до 7,5 тыс. рублей. Хотя это тоже было непросто, мне пришлось несколько совещаний на эту тему провести (коллеги знают об этом) и объяснять, почему это нужно сделать. С 1 июля этого года МРОТ поднимется до уровня 7,8 тыс. рублей, а в ближайшие несколько лет – до уровня прожиточного минимума работающего. У нас есть все возможности, чтобы это обеспечить. Об этом спрашивали коллеги из «Единой России».

Есть решение ещё по одному важному вопросу – задержка зарплат. Я специально проводил несколько совещаний на эту тему. Конечно, люди должны получать свои деньги вовремя, в полном объёме, независимо от того, коммерческий это сектор или бюджетники. В том, что касается бюджетных выплат, ситуация под контролем, с коммерческим сектором всегда сложнее. Но мы продолжаем контролировать это в ежедневном режиме, увеличили ответственность работодателей. Тех, кто задерживает деньги, – штрафуют. За прошлый год было выплачено 25 млрд задолженности более чем 1 млн человек. И сейчас мы готовим поправки в законодательство, чтобы лучше обеспечить защиту прав работающих людей.

Будем поддерживать и рынок труда. Ситуация с безработицей у нас сейчас не такая острая, как была два года назад или в 2009 году. Число безработных, которые состояли на учёте в службе занятости, было меньше в прошлом году, чем количество предлагаемых вакансий. Уровень безработицы составил 5,5%. В этом году мы рассчитываем, что она должна опуститься ниже 5% . Это нормальный, близкий к среднемировым уровень безработицы. Мы поможем людям, которые потеряли работу, и тем, кому будет грозить увольнение. Инструменты для этого у нас есть, в том числе законодательные. Хотя их арсенал можно ещё раз посмотреть. Об этом нас спрашивали коллеги из КПРФ.

Д.Медведев: «Мы повысили гранты молодым кандидатам и докторам наук. Запустили программу, которая называется "Мегагранты". Создали на базе российских вузов и научных организаций 160 лабораторий международного уровня под руководством учёных с мировым именем. Ещё 40 начнут работать в этом году. Это новые точки роста нашей науки, к которым можно отнести также инжиниринговые центры, центры молодёжного инновационного творчества».

Пятое. Поддержка науки и качественное обновление всей системы образования.

Ещё совсем недавно, напомню, западные фонды, не стесняясь, проводили селекцию в российских университетах. Просто приходили и переманивали к себе самых способных. Шла настоящая охота за талантами. А у нас было немодным идти в науку. Сегодня мы делаем всё, чтобы преодолеть этот интеллектуальный провал. Общие расходы на науку в последние годы растут. Важно и то, что в эту сферу стали приходить деньги частного капитала.

Мы повысили гранты молодым кандидатам и докторам наук. Запустили программу, которая называется «Мегагранты». Создали на базе российских вузов и научных организаций 160 лабораторий международного уровня (подчёркиваю, именно международного уровня) под руководством учёных с мировым именем – наших и приглашённых. Ещё 40 начнут работать в этом году. По сути, это новые точки роста нашей науки, к которым можно отнести также инжиниринговые центры, центры молодёжного инновационного творчества.

Конечно, мы должны стимулировать конкуренцию среди крупнейших российских компаний за право участвовать в образовательных проектах. Это касается и высшего, и среднего профессионального образования. Сейчас предприятия очень часто получают, что называется, готовый продукт, а надо, чтобы они принимали участие в его создании. Система образования должна быть привязана к экономике и, конечно, должна быть завязана на работодателей. А научно-технические разработки, которые ведутся за счёт бюджета, должны быть ориентированы на потребности российской промышленности.

По-настоящему современная образовательная среда нужна нашим школам. К 2025 году у нас должно появиться 6,5 млн новых мест в школах. Первые объекты уже построены. Это почти 168 тыс. новых мест в 48 регионах. Новые школьные здания, новые классы, лаборатории – всё, что окружает детей, поможет учиться по самым передовым образовательным технологиям. Проект по школам должен быть поддержан и в плане содержания учебных программ и качества преподавания. В рамках проектной работы мы создаём национальную платформу электронного образования с широким интернет-доступом к библиотекам, музеям, выставкам. Создаём в малых городах современные многофункциональные культурные центры, реставрируем театры и музеи. Запускаем такие проекты, как «Местный дом культуры» (этот проект родился в том числе с участием коллег-депутатов, очень важный проект), «Театры малых городов» – тоже обсуждали, обсуждали на партийных форумах, обсуждали в Государственной Думе, обсуждали в Правительстве, этот проект предложила «Единая Россия». Я считаю, что это очень важно для провинции. Очень важно, чтобы люди, которые живут в разных регионах страны, не чувствовали себя оторванными от культуры. А общие расходы на культуру составляют сейчас почти 100 млрд рублей. Конечно, нужно стремиться к лучшему финансированию.

Мы стараемся делать многое, чтобы людям жилось удобнее. Создаём возможности посещать музеи, в том числе по интернету, записываться к врачу, не тратить время на получение документов, справок. Именно для этого были созданы многофункциональные центры, которые работают по всей стране. Хочу подчеркнуть специально, сегодня 96% граждан могут получить услугу через систему МФЦ – по принципу одного окна. Это существеннейшая экономия времени наших граждан – 96%, почти вся страна.

Люди уже смогли оценить это удобство. В день в МФЦ обращаются 350 тыс. человек. А в 2016 году эти центры оказали более 60 млн различных услуг, 60 млн. Ко всему привыкаешь, но совсем недавно всё это было совершенно иначе, давайте вспомним. Перечень этих услуг всё время расширяется – мы создаём в МФЦ дополнительные окна теперь и для бизнеса.

Конечно, чтобы в полной мере реализовывать социальную политику, которую мы ведём, нужно развивать здравоохранение, образование, помогать тем, кто не может помочь себе сам, для всего этого нам необходимо иметь сильную, растущую экономику, которая зарабатывает деньги. Уже в IV квартале прошлого года экономика показала пусть и небольшой, но всё-таки прирост – 0,3%. По итогам 2016 года у нас было существеннейшее замедление снижения валового внутреннего продукта по сравнению с падением почти на 3% в 2015 году. Такие показатели стали возможными не в силу улучшения внешней конъюнктуры, на это я обращаю внимание коллег-депутатов (эта внешняя конъюнктура как была, так и осталась для нашей страны очень тяжёлой, и в субъективном, и в объективном смысле). Это результат нашей совместной работы.

Д.Медведев: «Современная образовательная среда нужна нашим школам. К 2025 году у нас должно появиться 6,5 млн новых мест в школах. Первые объекты уже построены. Это почти 168 тыс. новых мест в 48 регионах. Новые школьные здания, новые классы, лаборатории – всё, что окружает детей, поможет учиться по самым передовым образовательным технологиям».

Инфляция составляет сейчас год к году 4,2%. А ещё два года назад, напомню, она выражалась двузначными цифрами. Постепенно снижается ключевая ставка Центрального банка, а значит, более доступными становятся потребительские и коммерческие кредиты. Ипотечные ставки находятся на рекордном минимуме для нашей страны. Этот минимум пока ещё не совсем минимум, но это существенно лучше, чем то, что было, и есть тенденции к тому, чтобы и дальше ипотечные ставки снижались. Значит, появились дополнительные возможности для инвестирования. Наши компании и банки уверенно справляются с обслуживанием своих внешних долгов. Нет никакого дефицита на валютном рынке, нет ажиотажного спроса.

Ещё недавно наш бюджет с учётом трат резервного фонда более чем на две трети зависел от продажи нефти и газа. Сейчас ситуация изменилась: доходы бюджета от других отраслей составляют более половины. Даже притом что в прошлом году цена на нефть и газ несколько подросла, в I квартале этого года несырьевые доходы составили почти 60% всех доходов федерального бюджета. Нам удаётся держать дефицит бюджета на приемлемом уровне. Основным источником покрытия дефицита является резервный фонд, деньги которого теоретически должны были бы закончиться уже к концу этого года. Но этого не произойдёт. Мы заработали больше, чем планировали, в том числе за счёт мобилизации доходов. Резервов здесь ещё достаточно. Настраиваем систему бюджетных платежей так, чтобы она была более эффективной.

У нас уже начался новый бюджетный цикл. Работу над бюджетом будем вести с учётом проектного подхода в государственных программах, который позволяет концентрировать ресурсы на ключевых направлениях. Активно использовать проектный подход мы начали в этом году. Что называется, снова, потому что у нас была первая часть национальных проектов, а сейчас – вторая. Я уверен, что этот подход открывает широкие возможности для развития и социальной сферы, и экономики.

Напомню, что вместе мы сформулировали 10 приоритетных направлений: здравоохранение, образование, ипотека и арендное жильё, жилищно-коммунальное хозяйство и городская среда, международная кооперация и экспорт, малый бизнес и поддержка предпринимательской инициативы, реформа контрольной и надзорной деятельности, безопасные и качественные дороги, проблемы моногородов и экология. По каждому из них разработаны проекты с конкретными исполнителями, ключевыми показателями, выделены просчитанные ресурсы, при этом ответственность не «размазывается» между ведомствами. Мы регулярно встречаемся на эту тему с Президентом, обсуждаем, как идёт работа по проектам. Считаю, что проектный подход – это отличная возможность внедрять на уровне государства самые современные управленческие технологии.

При формировании бюджета, мы считаем (надеюсь, что это созвучно и позиции уважаемых коллег-депутатов), нужно исходить из трёх принципиальных установок: деньги, во-первых, должны идти на вложения в человека; во-вторых, на реализацию инфраструктурных проектов; в-третьих, на обеспечение национальной безопасности. И ещё одно: несколько лет назад было принято решение о стабильности условий налоговой системы, поэтому и в этом году налоги мы повышать не планируем, и просил бы, уважаемые депутаты, нас в этом поддержать.

Фактически мораторий на увеличение налоговой нагрузки действует уже более трёх лет. Большинство изменений мы принимали по сборам в 2016 году, они были направлены на улучшение собираемости, а также на привлечение дополнительных доходов за счёт расширения базы.

В I квартале этого года налоговые поступления выросли почти на треть по сравнению с I кварталом прошлого года. Это на самом деле очень важный показатель. Хотя ещё Черчилль когда-то говорил, что популярны только расходы, а сбор денег для обеспечения никогда популярным быть не может. Но нам удалось увеличить собираемость налогов, и я считаю, что это хороший результат.

Кроме того, доработан упрощённый порядок возмещения НДС для крупнейших налогоплательщиков. Ряд решений был реализован на основе тех идей, которые были заложены в программе «Единой России». Среди них в том числе были меры налогового стимулирования для малого бизнеса. В частности, принято решение о продлении действия единого налога на вменённый доход – самого простого и востребованного налогового режима. Были подняты пороги применения так называемой упрощёнки. Мною как Председателем партии было предложено восстановить для некоторых категорий самозанятых граждан, которые работают без наёмного персонала, которые не зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей, возможность добровольного уведомления о такой деятельности с временным освобождением от уплаты налогов. Это мы долго обсуждали и считаем, что это правильно. Речь идёт о репетиторах, о нянечках, о сиделках. Соответствующие поправки были внесены в Налоговый кодекс. Хотел бы также поблагодарить за это коллег-депутатов.

Мы продолжаем принимать меры по снижению нагрузки на бизнес.

Передали администрирование социальных взносов в руки налоговиков. Правительство приняло трёхлетний мораторий на плановые проверки малого бизнеса. Смягчены некоторые нормы законодательства о контрольно-надзорной деятельности, уголовного закона. Для компаний, годовая выручка которых менее 400 млн рублей, установлен иммунитет по отдельным антимонопольным запретам. Упрощена бухгалтерская отчётность. Мы и дальше будем эти требования стараться упрощать для малого бизнеса.

Д.Медведев: «Инфляция составляет сейчас год к году 4,2%. А ещё два года назад она выражалась двузначными цифрами. Постепенно снижается ключевая ставка Центрального банка, а значит, более доступными становятся потребительские и коммерческие кредиты. Ипотечные ставки находятся на рекордном минимуме для нашей страны».

Приняты и некоторые другие важные меры для малого и среднего бизнеса. Неплохо работает «Программа 6,5» по кредитованию малого и среднего бизнеса. По вопросу доступности кредитных ресурсов – вопрос задавали и коллеги из фракции ЛДПР, и, конечно, он всех волнует: в прошлом году совокупный лимит кредитования малого и среднего бизнеса. По вопросу доступности кредитных ресурсов – вопрос задавали и коллеги из фракции ЛДПР, и, конечно, он всех волнует: в прошлом году совокупный лимит кредитования малого и среднего бизнеса по льготной ставке увеличен почти в два раза – до 125 млрд рублей.

И все эти меры уже дают результаты. Малых и средних предприятий становится больше. Мы ещё, наверное, об этом сегодня поговорим, потому что этот вопрос всегда волнует. С августа 2016 года – а мы тогда запустили реестр малых и средних предприятий – по март текущего года их количество выросло на 8,2%. То есть сам по себе объём малого бизнеса у нас не сжимается, а растёт, как и вклад в валовый внутренний продукт. Он сейчас составляет около 20%. Об этом мы, наверное, ещё поговорим.

Увеличился и интерес к России иностранных инвесторов. Фундаментальные плюсы нашей экономики – а они точно есть – это высокая доходность, наличие обширной ресурсной базы, квалифицированный персонал. Эти достоинства никуда не делись. Напротив, мы добавили к ним сейчас низкую инфляцию и целый ряд преимуществ, которые связаны с нашим членством в Евразийском союзе. В итоге к концу года динамика инвестиций в целом по экономике стабилизировалась. В этом году начинается их рост.

Уважаемые коллеги! Возможности, о которых я говорил вначале, мало осознавать, их надо использовать – с помощью специальных инструментов: правовых, финансовых и организационных. Так мы действовали в реальном секторе. Не дожидались, пока кризисные волны опрокинут целые предприятия, а то и города. Кстати сказать, и не прислушивались к советам различных специалистов, аналитиков, которые говорили о том, что кризис, мол, просто всё очистит и это такое хорошее явление, через которое нужно пройти. Мы на это не пошли, не отправили людей на улицу, а за счёт принимаемых мер точечно поддержали самые уязвимые предприятия. Но при этом, конечно, не создавали для них тепличных условий. С помощью инструментов господдержки мы стимулировали и производительность труда, и освоение новых технологий, и укрепление конкурентоспособности. И в результате мы достигли определённых успехов в импортозамещении (о котором меня спрашивают коллеги из «Единой России» и КПРФ).

Хотел бы подчеркнуть: импортозамещение для нас – это и есть такая осознанная возможность. Это не самоцель и не процесс ради процесса, чтобы любой ценой сохранить неконкурентоспособные производства. Я уже говорил об этом, в том числе и с этой трибуны.

Наша продукция должна отвечать самым высоким требованиям потребителей – как в России, так и на международных рынках.

Ещё один нюанс: мы не должны просто прошибать лбом сложившуюся структуру мировой торговли. Там, где это оправданно, нужно вступать в кооперационные альянсы. Главное, чтобы мы не просто собирали отвёрткой привезённые машинокомплекты, а развивали на своей территории полноценные технологические компетенции. И именно на это направлены все наши решения.

Для этого, в частности, действует инструмент, который стал популярен – о нём говорят, иностранные инвесторы его, что называется, уважают. Это специальный инвестиционный контракт, в рамках которого для инвестора фиксируются условия для работы в обмен на обязательства вкладывать деньги в увеличение локализации производства на конкретном предприятии.

Хорошим спросом пользуются программы Фонда развития промышленности, он предоставляет льготные займы под 5%.

Мы дополнительно поддержали отдельные отрасли – вы знаете об этом, я неоднократно с коллегами-депутатами это обсуждал, это автопром, лёгкая промышленность, сельскохозяйственное машиностроение и транспортное машиностроение, – в прошлом году почти на 106 млрд рублей. В этом году мы выделяем сопоставимые средства – 108 млрд рублей на эти же цели.

В результате была создана сбалансированная система мер, благодаря которой реальный сектор вышел окрепшим и готовым к росту. Об этом говорит статистика.

Прирост промышленного производства (это очень важный показатель для нас) за прошлый год составил 1,3%. В этом году мы ожидаем порядка 2%. Давайте сравним с некоторыми другими странами.

Ряд отраслей показали ещё более уверенный результат. Какие это отрасли? Не могу не упомянуть фармацевтику и медицинскую промышленность. Производство российских лекарств увеличилось почти на четверть. Это очень важный показатель. Это означает, что наши люди могут покупать российские лекарства, купленные не за валюту, а произведённые в стране. Они просто дешевле. По перечню жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов уровень самообеспеченности, то есть уровень производства внутри страны, достиг 77%.

Жильё. В прошлом году мы применили новый подход к развитию этой сферы. Были подготовлены конкретные шаги по благоустройству всех городов России. Это создание парков, пешеходных зон, детских и спортивных площадок, культурных пространств. Мы обязали все муниципальные образования сформировать и реализовать пятилетние комплексные программы по благоустройству.

Современные дома немыслимы без качественного коммунального сервиса.

Мы завершаем выполнение поставленной Президентом задачи по расселению аварийного жилищного фонда, который признан таковым по состоянию на 1 января 2012 года. Речь идёт о расселении 3 млн кв. м, где живёт почти 200 тыс. человек, в этом году.

За время реализации программы, с 2008 года мы расселили свыше 860 тыс. человек из более чем 13 млн кв. м аварийного жилья.

В прошлом году в новые квартиры переехали 176 тыс. человек. В целом по стране целевые показатели 2016 года по этой программе выполнены на 105%.

В 14 регионах такое аварийное жильё (подчёркиваю: конечно, признанное таковым на 1 января 2012 года) уже ликвидировано. Мы принимаем все меры, чтобы регионы могли выполнять свои обязательства, оказываем им финансовую поддержку. Усилили мониторинг за соблюдением сроков реализации региональных программ по расселению и за качеством нового жилья.

Чтобы привести в порядок жилищный фонд, были приняты программы капитального ремонта. В 2016 году капитальный ремонт сделан в 40 тыс. многоквартирных домов, где живут более 5 млн человек. Темпы ремонта по сравнению с 2015 годом были увеличены в два раза. Как выросла и собираемость платежей. При этом мы продолжаем помогать тем, для кого эти взносы оказались очень существенными: это ветераны Великой Отечественной войны, чернобыльцы, инвалиды, дети-инвалиды, пенсионеры.

Конечно, для такой огромной страны, как наша, нужно много жилья, и все эти программы имеют свои трудности, наверное, и проблемы, о чём и вы мне скажете. Тем не менее в прошлом году было построено почти 80 млн кв. м. Это означает, что десятки тысяч людей переехали в новые квартиры. Жилищное строительство во многом подстёгивается развитым рынком ипотечного кредитования. В 2016 году было выдано на четверть больше займов, чем годом раньше. Такими хорошими цифрами мы во многом обязаны государственной программе субсидирования процентных ставок на приобретение жилья в новостройках.

Сельское хозяйство. Его успехи подтверждаются ежегодным ростом в течение нескольких лет, в среднем – до 4% в год, в прошлом году – почти на 5%. Я напомню, что прошлый год стал годом рекордов для аграрного сектора. Такого урожая зерновых и зернобобовых у нас не было 25 лет. Продолжают расти объёмы производства овощей, фруктов, мяса.

Мы выделяем немалые средства на субсидирование краткосрочных кредитов, поддержали новые инвестиционные проекты, выделяли гранты среднему и малому бизнесу, разработали новый механизм льготного кредитования по ставке до 5%. Этими вопросами интересовалась фракция «Справедливая Россия». Такая господдержка действительно оказывает положительное влияние. Спрос на российскую сельхозпродукцию есть и внутри страны, и за рубежом. Объём экспорта за прошлый год вырос более чем на 5%.

Сельхозмашиностроение. Мы, наверное, ещё сегодня поговорим и по этой теме, и по другим. Тем не менее одну цифру назову: за прошлый год оно выросло более чем в 1,5 раза, в том числе благодаря правительственной программе скидок. Это тема, которая волнует коллег из ЛДПР и КПРФ. И ещё одна вещь, о которой я хотел бы сказать: доля отечественной продукции на рынке превысила 50%. Ещё совсем недавно всё, что покупали наши аграрии, это были иностранные комбайны, тракторы, а сейчас доля нашей продукции – более 50%. Но ещё более симпатичная цифра в отношении транспортного машиностроения. Мы стимулируем перевозчиков отказываться от старых вагонов. В результате производство новых вагонов выросло на треть. И в транспортном машиностроении у нас минимальная доля импортной продукции – всего 6%. Значит, мы можем себя полностью обеспечивать продукцией машиностроения. Эта цифра достижима и в других отраслях.

Автопром. Несмотря на сложности в отрасли, по некоторым позициям мы добились хороших результатов. В частности, производство автобусов увеличилось более чем на треть, в том числе в результате заказов для школ.

Инфраструктурные отрасли дали хороший результат. Топливно-энергетический комплекс (для нас это важный сектор) демонстрировал уверенный рост и даже рекорды: во-первых, по добыче и экспорту нефти, причём за счёт месторождений, для которых были приняты специальные режимы; во-вторых, по добыче угля; в-третьих, по экспорту газа. И мы продолжаем наращивать поставки, в том числе за счёт реализации такого проекта, как газопровод «Турецкий поток». В-четвёртых, очень хорошие показатели были достигнуты по генерации электроэнергии атомными электростанциями.

Транспортный комплекс. По дорогам. За прошлый год было построено и реконструировано 3,3 тыс. км различных дорог, отремонтировано 22 тыс. км, построено 7 мостов, проведены строительные и ремонтные работы на 30 мостах, количество перегруженных трасс снизилось на четверть. Это результат различных мер, в том числе запуска известной системы «Платон», которая собирает сейчас 20 млрд рублей. И мы, учитывая различные позиции и мнение самих перевозчиков, тариф не стали повышать существенно, стараясь всё делать достаточно аккуратно.

Внутренние авиаперевозки. Мы поддерживаем их развитие за счёт субсидирования. В итоге в прошлом году билет на самолёт купили 56,5 млн пассажиров – это на 7% больше, чем в 2015 году. И мы занимаемся, конечно, реконструкцией аэропортовой инфраструктуры.

Самым популярным видом транспорта всё равно остаётся железная дорога. За прошлый год поезда в нашей стране перевезли более 1 млрд человек и 1,2 млрд тонн грузов.

Напомню, что по решению Правительства в 2016 году 50-процентная скидка на железнодорожные билеты для школьников действовала круглый год. Всего было перевезено 2,3 млн человек.

Несколько слов про оборонку. Оборонно-промышленный сектор первым оказался в условиях санкций, в условиях давления. И именно поэтому там первой началась тема, связанная с импортозамещением. От этого зависела обороноспособность страны. В результате более чем на 10% вырос объём производства в ОПК, рост производительности труда за год – 13%. Хочу ещё цифру одну назвать: государственный оборонный заказ в 2016 году выполнен на рекордном уровне – 99%, такого не было никогда. А что касается ядерного оружейного комплекса, что для нашей страны, как вы понимаете, очень чувствительно, этот показатель составил 100%.

Напомню, мы занимаем второе место в мире на рынке вооружений. Объём экспорта продукции военного назначения превышает 15 млрд долларов. Были подписаны новые контракты, а портфель заказов к концу прошлого года составил 50 млрд.

Авиапром. Специально концентрируюсь на конкретных показателях, чтобы не было ощущения, что мы рассказываем о каких-то общих успехах. В 2016 году построено 30 гражданских и 109 военных самолётов, 22 гражданских и 186 военных вертолётов. Гражданская авиатехника пока отстаёт по объёму от того, что делается для оснащения Вооружённых сил, но это соотношение мы будем выравнивать. Средства на период 2017–2019 годов на это запланированы.

По ракетно-космической промышленности. В 2016 году стал работать первый гражданский космодром Восточный, с него стартовала ракета «Союз». На этот год запланировано два пуска. Ведётся создание второго стартового стола для тяжёлой ракеты «Ангара».

По судостроению. За год сдано шесть боевых кораблей – это две подводные лодки и надводные корабли. Из гражданских заказов: сданы ледокол «Поларис», который работает и на дизеле, и на сжиженном природном газе, ледокол «Новороссийск» – третий в серии самых мощных дизель-электрических ледоколов. Начата разработка атомного ледокола-лидера мощностью 120 МВт. Спущены на воду и самый мощный в мире головной универсальный атомный ледокол «Арктика» нового поколения и неатомные ледоколы – «Александр Санников» и «Виктор Черномырдин».

В целом можно говорить о возрождении нашего единственного в мире (подчёркиваю: единственного в мире) атомного ледокольного флота. Это важно для бесперебойной работы Северного морского пути и для освоения Арктики.

Мы должны заниматься не только Арктикой, конечно. Мы занимаемся каждым регионом. Равномерное развитие территорий – серьёзная задача для любой большой страны. Россия не исключение, поэтому здесь мы придерживаемся двух принципов: с одной стороны, помочь регионам найти верные ориентиры развития, согласовать инвестиционные планы, а с другой – повысить ответственность региональных властей, настроить их на конкретные результаты.

Что в этом направлении делалось?

Во-первых, мы корректируем госпрограммы и инвестиционные программы государственных компаний, увязывая их с перспективными проектами. Есть бизнес, который сейчас готов строить «заводы и пароходы». Но он сталкивается с ограничениями: нет дорог, нет энергосетей, нет жилья. Очевидно, что усилия бизнеса и государства здесь должны быть объединены.

Во-вторых, мы развиваем механизм проектного финансирования. Когда деньги есть – запускаем стройки, если ситуация меняется, стройки часто замораживают, и те, кто ждал этой инфраструктуры, её не получают. Поэтому нужно обязательно оберегать такого рода проекты, помогать им.

Улучшение инвестиционного климата также является темой номер один для региональных властей.

И наконец, мы сохраняем систему финансовой поддержки регионов. Она становится более мотивационной. У регионов есть обязательства, которые они берут на себя при получении помощи. В то же время, если результаты не достигнуты, должна быть ответственность. Главный критерий оценки – результат. Сколько создано современных высокотехнологичных компаний? Насколько вырос несырьевой экспорт? Как растут доходы людей?

Если обязательства исполнены, достигнуты высокие темпы роста собственного экономического потенциала, выделяются гранты. В прошлом году их было на 5 млрд рублей. В этом году ещё 10 млрд рублей предполагается. Но было принято решение – и здесь я просил бы коллег из Государственной Думы нас поддержать – увеличить эту цифру ещё на 10 млрд рублей. А с будущего года в качестве дополнительной меры мы планируем зачислять прирост налога на прибыль в той части, которая подлежит зачислению в федеральный бюджет.

Продолжаем совершенствовать межбюджетные отношения. В 2016 году региональные бюджеты исполнены с минимальным дефицитом за десять лет. Это очень важный показатель. Дефицит уменьшился с более чем 170 млрд до 12 млрд рублей. То есть, по сути, проблема дефицита исчезла. Сократилось число регионов, где госдолг превышает доходы. Об этом нас спрашивали коллеги из КПРФ, и другие фракции интересуются. Мы об этом ещё поговорим.

Подросла и доходная база – соглашения с регионами выполняют свою задачу. Естественно, Правительство продолжит помогать регионам. На 100 млрд увеличены дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности и ещё на 100 млрд – объём субсидий на софинансирование расходных обязательств.

Д.Медведев: «Ещё недавно бюджет с учётом трат резервного фонда более чем на две трети зависел от продажи нефти и газа. Сейчас ситуация изменилась: доходы бюджета от других отраслей составляют более половины. В I квартале этого года несырьевые доходы составили почти 60% всех доходов федерального бюджета. Нам удаётся держать дефицит бюджета на приемлемом уровне. Мы заработали больше, чем планировали, в том числе за счёт мобилизации доходов».

Здесь тоже коллеги из разных фракций спрашивают, насколько сбалансированы эти обязательства с финансовыми возможностями. Мы проводим инвентаризацию полномочий и анализ фактических расходов. Это позволяет справедливее распределять помощь из федерального бюджета.

Развёрнута и отдельная работа по моногородам. Создано 17 территорий опережающего развития. За прошлый год благодаря этой работе создано несколько тысяч новых рабочих мест вне градообразующих предприятий, что особенно важно.

Это общие подходы к региональному развитию, но есть и индивидуальные. Я говорю о Дальнем Востоке и Крымском полуострове, где мы решаем нетривиальные задачи.

В 2016 году на Дальнем Востоке в полтора раза сократилась убыль населения. Это очень важный суммарный показатель. В макрорегионе который год подряд отмечается рост промышленного производства. Число территорий опережающего развития выросло до 15. Появляется и много новых строек. Запущен механизм инфраструктурной поддержки крупных инвестпроектов.

Менее года назад, напомню, была представлена программа «Один гектар». Уже 11 тыс. гектаров нашли своих хозяев. Поступило 82 тыс. заявлений. Это очень важный показатель. Это означает, что у людей проснулся интерес к работе в этом регионе и они готовы ехать трудиться. Работают и другие решения: о свободном порте Владивосток, о поддержке авиаперевозок, о развитии транспортных коридоров.

Если говорить о Крыме, то мы решали не менее сложные задачи. Прошлый и позапрошлый годы для полуострова были переходными. Преодолевались последствия блокады. Осуществлялась интеграция в наше правовое и экономическое пространство. Эта работа продолжается и сейчас, но ситуация самым существенным образом изменилась, включая зависимость бюджетов Крыма и Севастополя от федерального. Может быть, ключевым событием прошлого года стало полное включение Крымской энергосистемы в единую энергетическую сеть страны. Была запущена последняя линия энергомоста. Суммарная мощность – 800 МВт, это более половины от общей потребности. А в декабре –магистрального газопровода. И это важнейший шаг к обеспечению полной энергетической безопасности.

Мы продолжаем строительство Керченского моста, реконструкцию федеральных дорог на подходах со стороны Краснодарского края, что важно. А пока работает паромная переправа. Её объёмы по перевозкам растут. На треть увеличилось число пассажиров (до 6 млн человек). Увеличился и туристический поток. В 2016 году Крым посетило 5,5 млн человек – в два раза больше, чем в 2014-м.

Я специально постарался дать по максимуму некоторые факты и цифры из жизни страны за прошлый год. Одни – не такие высокие, как нам бы всем хотелось, а другие – уже вполне достойные. Но все эти цифры говорят о том, что выбранное нами направление – верное. И это результат нашей общей ежедневной работы. Ни трудности в экономике, ни внешние вызовы не помешают нам добиваться поставленных целей.

Александр Васильевич Суворов говорил: «Природа произвела Россию только одну. Она соперниц не имеет. Мы – жители России, мы всё одолеем». Хорошие слова. Я в этом тоже уверен.

В.Володин: В соответствии с ранее принятым регламентом обсуждения отчёта переходим к вопросам от фракций.

О.Смолин (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Мой вопрос про 15 млн работающих пенсионеров, которым второй год подряд отказывают в индексации пенсий. Это приводит к снижению уровня жизни, платёжеспособного спроса, тормозит экономическое развитие страны, но самое главное – стимулирует людей не продолжать работу, но её прекращать.

По данным экспертов, близких к Правительству, в прошлом году Пенсионный фонд сэкономил на этом примерно 25 млрд рублей, однако около 3 млн пенсионеров либо прекратили работу, либо стали работать без трудовых книжек. Потери того же Пенсионного фонда – около 20 млрд рублей.

С учётом того, что мы заработали больше, чем планировали, стоит ли из-за 5 млрд отказывать в индексации пенсий 15 миллионам и вызывать их недовольство? Когда будет возобновлена индексация пенсий работающим? Нельзя ли для начала проиндексировать пенсии хотя бы работающим людям с низкой заработной платой или хотя бы инвалидам с низкой заработной платой, чтобы они оставались на работе?

Д.Медведев: Тема действительно хорошо известна. Вы понимаете, в каких условиях Правительство работало в прошлом году. Я, выступая только что с трибуны, говорил о том, что нам вообще пришлось принять, скажем так, не очень популярное и сложное решение о том, чтобы изменить порядок индексации именно в силу того, что бюджет формировался очень трудно. Тем не менее в определённый период мы смогли деньги изыскать, для того чтобы провести так называемую единоразовую компенсационную выплату в размере 5 тыс. рублей. Я напомню, что эта выплата, кстати, была сделана в отношении всех пенсионеров, в том числе работающих пенсионеров.

Но ситуация остаётся не самой простой. Цифры, которые Вы называете, не совсем точны. Нужно ещё раз проверить, какое количество средств потребуется для включения в индексацию работающих пенсионеров, потому что мы, конечно, при принятии решений ориентируемся прежде всего на индексацию выплат тем, кто не может трудиться, я думаю, что это вполне справедливый подход. Если человек способен трудиться, то всё-таки у него немножко другой финансовый статус.

Но проблема существует. Тему эту мы не закрываем, мы вернёмся к обсуждению этого вопроса и в ближайшее время сформулируем позицию о том, каким образом поступать дальше, потому что применительно к работающим пенсионерам есть разные предложения, я слышу и предложения от КПРФ, это вполне серьёзные предложения. Но будем определяться, исходя из комплексного анализа ситуации с пенсионными выплатами и с Пенсионным фондом в целом. Так что обсудим это ещё раз и на площадке Государственной Думы, и в Правительстве.

В.Пашин (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): В последнее время мы наблюдаем увеличение протестных акций, которые организованы дальнобойщиками, выступающими против системы «Платон». Акции проходят во всех регионах нашей страны. Во время протеста дальнобойщики выстраиваются вдоль трасс, перекрывают движение, в городах проходят митинги, в которых принимает участие большое количество людей. Возникает вопрос: будет выстроен какой-либо диалог с нашими гражданами по решению и урегулированию конфликтной ситуации?

Д.Медведев: Не просто будет, он выстроен. Этот диалог ведёт всё Правительство, включая меня. Мы находимся в постоянном диалоге.

Если говорить о тех, кто сейчас находится в таком состоянии – состоянии забастовки так называемой, то это приблизительно 480 человек. Обращаю внимание, что в системе «Платон» зарегистрировано 800 тыс. автомобилей.

Иными словами, это довольно небольшое число людей. Тем не менее мы, конечно, продолжаем консультации.

Я встречался лично с лидерами дальнобойщиков – они поставили массу разных вопросов. Многие вопросы абсолютно справедливы, касаются целого ряда технических проблем (например, максимальная нагрузка на ось, качество трасс), есть вопросы, связанные с ответственностью за нарушение правил дорожного движения, и, конечно, вопросы платы в системе «Платон». По всем этим вопросам даны поручения.

Более того, обсудив эту тему с коллегами, которые представляли Ассоциацию автоперевозчиков, я принял решение о том, чтобы увеличение платы происходило медленнее, чем мы на это ориентировались. Мы подняли эту плату постановлением Правительства всего на 25%, до 1 рубля 91 копейки за один километр. Это существенным образом смягчает ситуацию.

И ещё один момент, на который я хотел бы обратить внимание. Это не я сказал – это сказали коллеги, которые представляют Ассоциацию автоперевозчиков. Они все хотят работать не в серой, а в белой зоне. А вот часть людей, которая выступает с определёнными требованиями, как раз в этой системе не зарегистрирована. Но, мне кажется, вполне справедливо, что значительная часть людей, которые занимаются автоперевозками, компаний, которые занимаются автоперевозками, хочет именно того, чтобы всё, что делается, было понятно и прозрачно, чтобы они платили деньги за понятные услуги со стороны государства.

С другой стороны, вы понимаете, почему сама эта система возникла. В какой-то период мы брали и транспортный налог, и некоторые другие только с владельцев легковых автомобилей, но основной ущерб дорогам всё-таки причиняют тяжёлые грузовики. Поэтому всё это действует в мире, начало работать и у нас. Но самое главное, чтобы это было прозрачно и понятно, чтобы все подчинялись требованиям транспортного законодательства, – вот на этом основан наш постоянный диалог с владельцами автогрузовиков, владельцами компаний, которые занимаются перевозками.

А.Исаев (член фракции политической партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Сейчас мы наблюдаем укрепление курса рубля – это, безусловно, положительно сказывается на снижении темпов инфляции, это, безусловно, положительно и добавляет уверенности нашему населению, растёт его покупательная способность. Очень важно, что это даёт дополнительные возможности для инвестиций в нашу экономику и для импорта высоких технологий, хотя определённые сложности могут возникнуть у отечественных экспортёров.

В понедельник, мы знаем, Вы обсуждали этот вопрос с Президентом Российской Федерации. Не могли бы Вы и нам рассказать, что планирует сделать Правительство, для того чтобы использовать эту ситуацию для поддержки инвестиций в нашу экономику, для защиты отечественного товаропроизводителя (а это значит в конце концов защитить интересы работающих, их рабочие места)?

Д.Медведев: Это действительно очень важная тема. Я достаточно долго рассказывал о том, какие меры по поддержке предприятий мы принимали в прошлом году, в позапрошлом году по конкретным направлениям, по конкретным отраслям. Но мы с вами понимаем, что эти меры всё-таки носят адресный характер. Это важные меры, и мы их сохраняем. Я сказал, что на 108 млрд рублей мы продолжим поддержку ключевых отраслей, ключевых предприятий. Но должны быть и более системные меры, которые адаптированы к сегодняшней макроэкономической ситуации. Именно это мы обсуждали с Владимиром Владимировичем Путиным в понедельник во время встречи и говорили о тех тенденциях, которые сформировались в настоящий момент в экономике, включая и укрепление рубля, и возможности приобретения оборудования, для того чтобы реконструировать предприятия.

Что предлагает Правительство? Мы предлагаем рассмотреть вопрос о введении инвестиционной льготы общей, имея в виду понижение налога на прибыль до 5%, если средства расходуются на вложения в основной капитал предприятия, а именно: на реконструкцию, на модернизацию производства, на оснащение его высокотехнологичным оборудованием. Это уже системная мера. Эта мера поддерживается ведомствами Правительства, и я очень надеюсь на то, что она будет поддержана и коллегами из Государственной Думы. Потому что она коснётся всех, а не только конкретных предприятий.

Что мы планируем ещё сделать? Нужно, конечно, поддержать и такого рода вложения, и компании, которые у нас быстро сейчас растут и являются, как принято говорить, драйверами современного, высокотехнологичного развития. IT-компании, компании, которые занимаются интеллектуальной собственностью, патентование, лицензии – всё это могло бы попасть в перечень льготируемых видов расходов, которые, конечно, ещё предстоит определить Правительству, причём с учётом тех льгот, которые уже существуют. Эту работу мы настроим.

И может быть, ещё одно замечание по этому поводу, чтобы у вас была вся картинка – и наши представления, и то, что мы обсуждали с Президентом страны. Можно было бы подумать о том, чтобы во всяком случае часть этой льготы была обязательной за счёт федеральной части налога на прибыль. Это коснулось бы сельского хозяйства и обрабатывающих отраслей промышленности. Но это пока только предложения. Мы с вами в самом плотном контакте продолжим над этим работу.

Г.Хованская (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Строятся нежилые объекты, которые рекламируются затем как жильё. Стоимость их значительно ниже, чем жилья, так как их можно строить в промзонах, не надо менять генплан, нет обременения по инфраструктуре. И всё это с разрешения властей на землях, предназначенных для нежилых объектов. В апартаментах нет права на постоянную регистрацию, налоговые льготы, тарифы для жителей. Граждане купили апартаменты, поверив застройщикам, что перевести их в жильё легко, но зачастую это просто невозможно.

Обратная ситуация. Только после обращения к Президенту прошёл первое чтение проект, запрещающий использовать жильё для предоставления гостиничных услуг. Использовать квартиру под хостел и сейчас нельзя, но, несмотря на это, продолжается попытка легализовать эту деятельность. Люди, считавшие, что дома можно отдохнуть, жалуются, что их дом превратился в проходной двор.

Скажите, пожалуйста, можем ли мы рассчитывать на Вашу поддержку, или нужно снова обращаться к Президенту?

Д.Медведев: Уважаемая Галина Петровна, можете рассчитывать в полной мере. Потому что эта проблема существует. Это не означает, что нужно всё завернуть, так сказать, и запретить, и так называемые апартаменты, и создание этих самых гостиниц. Тем не менее совершенно очевидно, и здесь я с Вами не могу не согласиться, что всю эту работу нужно упорядочить в рамках совершенствования жилищного законодательства.

По нежилым объектам. Напомню, что понятие «апартаменты» в российском законодательстве отсутствует. Надо определиться в терминах. Потому что за границей строят так называемые лофты, их статус тоже не очень определённый. Мы должны понять, каким образом будут регулироваться такого рода стройки, будет ли в этом случае осуществляться процедура перехода из нежилого фонда в жилой с учётом того, что требования к нежилому фонду принципиально другие. И здесь я рассчитываю на помощь коллег – депутатов Государственной Думы в том, чтобы эти понятия развести. Может быть, не ставя глухой стены между ними, но тем не менее всё-таки эту деятельность (включая, ещё раз подчеркиваю, переход нежилого помещения в жилое) максимально точно расписать в законе, когда это можно, а когда вообще нельзя и недопустимо.

И наоборот, в отношении гостиниц или хостелов так называемых. Здесь, мне кажется, очевидно, мы заинтересованы в том, чтобы количество гостиничных мест росло, в том числе гостиниц не очень дорогих, с небольшим количеством звёзд. Но абсолютно недопустимо, когда подобного рода гостиницы создаются, например, на пятом этаже десятиэтажного дома. Это просто безобразие, этому нужно поставить заслон, имея в виду специальное регулирование. Я не предвосхищаю это специальное регулирование, но какое оно может быть: либо установить, что гостиницы могут создаваться только на первом этаже, с обособленным входом и выходом, как магазин, и тогда это жильцами достаточно спокойно будет восприниматься; либо, что более трудный вариант, но я его тоже не исключаю, потому что дома могут быть разные, – с письменного согласия всех жильцов, которые проживают в доме, и если владельцы убедят, что это так нужно и важно, и получат на это согласие, тогда, наверное, на это тоже можно было бы пойти.

Но я не предвосхищаю нормативную модель. Просил бы вместе с Правительством всеми этими вопросами позаниматься, мы готовы оказать здесь максимально деятельную помощь и вместе с вами подготовить проекты законов, включая изменения в Жилищный кодекс.

И последнее, просто я вспоминаю, что в Жилищном кодексе нет ведь запрета использования жилья под офис, но только в определённых, строго нормированных случаях. Нужно обратить внимание на формулировки этой нормы тоже.

А.Журавлёв (независимый депутат, избранный от политической партии «Родина»): Партия «Родина», которую я представляю в Государственной Думе, всегда отличалась патриотической риторикой, поддерживала любые начинания Правительства, связанные с укреплением государства, особенно в области строительства армии и флота и оборонно-промышленного комплекса. И, надо отдать должное, Правительство добилось в этом достаточно больших успехов, несмотря даже на частичное сокращение финансирования в этом году.

Мы считаем, что отечественный ОПК может стать локомотивом многих направлений нашей гражданской промышленности, и в связи с этим вопрос: какова стратегия Правительства Российской Федерации в области развития гражданских отраслей промышленности и каковы перспективы диверсификации технологий в ОПК в части их использования в гражданском секторе экономики?

Д.Медведев: Про перспективу роста отраслей промышленности я довольно подробно сказал. Чтобы не повторяться и не утомлять уважаемых коллег-депутатов, я скажу чуть больше про диверсификацию ОПК, тем более совсем недавно проводил на эту тему совещание.

Чего нам точно нужно избежать, так это повторения того, что было в 1990-е годы, когда на оборонных предприятиях начали делать кастрюли и сковородки. Совершенно другая ситуация – рост производительности труда, большой объём государственных заказов. Поэтому если и заниматься диверсификацией, это должна быть высокотехнологичная продукция: космос, высокие медицинские технологии, авиастроение, различного рода сложные приборы, которые нужны в гражданском секторе. Вот это цель.

Мы исходим из того, что в ближайшие годы объём гражданской продукции на предприятиях ОПК может вырасти приблизительно на 30%, это будет хороший результат. Но для этого нужны системные меры. Мы их наметили.

Какие это меры?

Во-первых, это различного рода льготы, которые мы будем применять к предприятиям ОПК, включая возможность субсидирования кредитов.

Во-вторых (я этого не исключаю), это могут быть в некоторых случаях запреты на ввоз целого ряда иностранной продукции. Просто для того, чтобы поддержать своих, ничего в этом особенного нет. Не в ущерб, конечно, интересам отраслей и тем более граждан, но для того, чтобы поддержать своё производство.

В-третьих (это тоже очень важное направление), экспортная поддержка. Для этого существует Внешэкономбанк, Российский экспортный центр, Фонд развития промышленности. Все они должны внести свою лепту. В этом случае мы получим современный диверсифицированный оборонно-промышленный комплекс, который и хорошее вооружение создаёт, и в то же время развивает гражданскую компоненту.

И последнее, что я хочу сказать на эту тему.

Так получилось, что в мире (и Советский Союз не был исключением) очень многие гражданские технологии развивались за счёт создания оборонных, военных решений. Так было, и до сих пор это во многом так.

Но начался в мире и обратный процесс: многие военные решения появляются в результате развития гражданских технологий. Я это говорю к тому, что, если мы будем развивать гражданскую компоненту в ОПК, мы тем самым будем способствовать тому, что оборонно-промышленный комплекс будет лучше выполнять свои задачи по созданию военной техники.

Н.Коломейцев (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Отвечающие за рост экономики центробанки и правительства 23 стран мира в разы снизили процентные ставки и сохраняют их, а через политику количественного смягчения максимально упростили доступ своих экономик к финансам. Их монетизация составляет 125%. В Российской Федерации всё наоборот: монетизация – 42 при норме 70, ставки повышены в три раза, тарифы естественных монополий, ЖКХ растут, ЦБ искусственно созданы механизмы недопуска к финансовым ресурсам.

Опять задерживаются зарплаты шахтёрам Гукова голодающим. Дальнобойщикам непонятно, почему 20 млрд рублей, собранных с них, идут в карманы ненасытного концессионера, а не в Росавтодор. Минфин пока саботирует самое эффективное постановление №1432.

Скажите, пожалуйста, что мешает вам отказаться от услуг уволенного вами Кудрина и Набиуллиной и защититься от нападок Навального?

Д.Медведев: По поводу количественного смягчения. Знаете, конечно, можно разные модели применять, но я, когда выступал, рассказывал о том, как выглядит наша экономика в сравнении с ситуацией, которая есть в экономиках близких нам стран БРИКС. Это экономики стран, сопоставимых с нами и по уровню экономического развития, и по многим другим показателям. В ряде этих стран пошли на так называемое количественное смягчение, и посмотрите, что у них происходит с валютой, с курсом, в целом с экономической ситуацией. Там большие трудности.

Нам этого удалось избежать. Это в значительной мере заслуга тех людей, которые над этим трудились – и в Центральном банке, и в финансовом блоке Правительства.

Да, иногда приходилось принимать жёсткие, не очень популярные меры, искать сложные решения, но всё это привело к тому, что у нас сейчас стабильный курс, мы можем развивать экономику и решать долгосрочные задачи.

Если говорить о кредитной политике, да, у нас, наверное, не идеальная сейчас ситуация с кредитами, тем не менее Центральный банк – а именно он отвечает за эти функции – последовательно снижает ключевую ставку. И по всей вероятности, если ситуация будет к этому располагать, эта политика будет продолжена, а стало быть, кредиты будут доступнее. Ещё совсем недавно кредитная ставка была почти в два раза больше.

Делать нужно всё максимально аккуратно, чтобы не разбалансировать ситуацию. А иначе мы получим ситуацию, близкую к Венесуэле или даже к некоторым нашим партнёрам по БРИКС, где, ещё раз подчёркиваю, финансовая ситуация выглядит гораздо более сложно, чем у нас.

По поводу «Платона». Я уже об этом говорил, не вижу смысла к этому возвращаться, скажу лишь, что эта система только тестируется. Естественно, деньги, которые собираются, должны идти прежде всего на реконструкцию дорог. Об этом мы говорили с дальнобойщиками. Именно такие решения и будут приниматься.

Ещё один сюжет, который Вы упомянули: я уже на эту тему высказывался, могу лишь ещё раз сказать и Вам. Я не буду специальным образом комментировать абсолютно лживые продукты политических проходимцев. И считал бы, что и уважаемая мною фракция Коммунистической партии Российской Федерации должна от этого воздерживаться.

В.Володин: Кстати, один раз уже страна от этого пострадала, и в первую очередь КПСС, поэтому выводы надо делать.

А.Диденко (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): С 2015 года Россия успешно выполняет военные задачи в Сирии, на борьбу с мировым злом направляются средства российских налогоплательщиков, российские военные ежедневно рискуют своей жизнью. Изначально мы обратились к мировому сообществу с предложением создать широкую коалицию по борьбе с международным терроризмом. Тогда мы остались в меньшинстве. Сегодня мы наблюдаем, как администрация США, с одной стороны, решает свои политические задачи за наш с вами счёт, с другой стороны, они бомбят аэродром в суверенном государстве, показывая, что 50 крылатых ракет могут попрать международное право. Европа и ближайшие арабские страны поспешили одобрить эти действия, даже не дождались предварительных итогов расследования. Чуть ли не Россию пытались обвинить в покровительстве этих нечеловеческих действий.

Фракция ЛДПР решительно осуждает агрессивную политику Вашингтона и хотела бы услышать оценку Правительством упомянутых эпизодов. И какие меры могут быть приняты, если авиаудары повторятся?

Д.Медведев: Наша позиция была, мне кажется, исчерпывающим образом сформулирована Президентом страны, именно он отвечает за внешнюю политику государства. Но, если Вы спрашиваете, я, конечно, свой комментарий тоже сделаю.

Всё, что произошло в последнее время в Сирии, включая военную атаку Соединённых Штатов Америки, абсолютно не идёт на пользу урегулированию ситуации. Что там произошло, в этой провинции Идлиб? Очевидно, что это большая и хорошо продуманная провокация, которая принесла свои плоды, в том числе, наверное, американской администрации. Что там на самом деле было – склад ли химического оружия, или вообще всё это придумано и инспирировано, – должна выяснить компетентная комиссия. И наша задача – сделать всё, чтобы эта комиссия провела расследование. Не вешать ярлыки сразу же на правительство Асада, делать какие-то выводы, создавать основу для дальнейших агрессивных действий, а провести максимально тщательное расследование – именно на этом настаивает наша страна.

С точки зрения международного права то, что было сделано американцами, является актом военной агрессии. Если говорить о нашем соучастии в процессах урегулирования в Сирии, то наши силы, наши возможности там используются на основании легального приглашения действующего правительства Сирии, а американцы применили силу без санкций ООН, в нарушение норм международного права. Это акт военной агрессии, о чём и было сказано.

Что будет дальше, мы не знаем, но я знаю абсолютно точно, кто выиграл от этого акта агрессии – ИГИЛ, или ДАИШ, как принято ещё называть, потому что в этом случае, по сути, им развязали этими решениями руки.

Я напомню, что наши американские партнёры, особенно в период предвыборной кампании, активно призывали к тому, чтобы совместно бороться с так называемым Исламским государством, говорили о том, что неважно даже, какой политический режим в Сирии, важно, чтобы мы противостояли террористам. Ну и что мы видим? Первое действие, которое осуществила американская администрация на сирийском направлении, – это удар по правительственным войскам. То есть борьба развёрнута не с террористами, а с политической властью Сирии. Нравится она американцам или нет, но это политическая власть, причём легальная политическая власть.

Всё это мы будем учитывать. Президент провёл Совет безопасности на эту тему, были даны необходимые поручения. Мы не можем, конечно, повлиять на позицию наших партнёров, которые пытаются тем более консолидировать внутри НАТО различные силы, но очевидно, что дальнейшая эскалация насилия приведёт только к разрушению сирийского государства, его фрагментации и частичной как минимум победе террористов. Это категорически не соответствует нашим планам. Естественно, наше Правительство и Министерство иностранных дел под руководством Президента работу на этом направлении продолжат.

В.Никонов (член фракции политической партии «Единая Россия»): Многоуважаемый Дмитрий Анатольевич! Вопрос о школах. Вы в своём докладе назвали уже эту цифру – 6,5 млн дополнительных мест, которые надо создать в школах. Была отработана неплохая схема, которая позволила решить во многом проблему мест в детских садах для детей от трёх до семи лет. Но школьная программа более дорогостоящая. Мы начали небольшими темпами, выделяя по 25 млрд рублей в первые два года. Как Вы относитесь к идее увеличения финансирования?

Второе. Во всех регионах ставят вопрос, нельзя ли выделять субсидии не на один год, а на два-три года, потому что за один год построить хорошую, большую, современную школу не получается.

Д.Медведев: Это на самом деле очень важная тема. Мы почти каждый день эту тему так или иначе обсуждаем: результаты, которые достигнуты, способы достижения целей, финансы. Напомню, мы хорошо с вами смогли реализовать программу по детским садам. Она, по сути, исполнена на 99%. Это выдающийся результат, который никогда не был достигнут в нашей стране – ни в советский, ни в постсоветский период. То есть мы, по сути, закрыли проблему детских садов для семей, которые имеют детей в возрасте от трёх до семи лет. Это очень хороший результат. Хочу ещё раз поблагодарить коллег из Государственной Думы, которые этому способствовали.

Теперь в отношении школ. Действительно, эта программа более масштабная, потому что мест в детских садах нужно было чуть больше миллиона, а если говорить о школьных местах, то их нужно 6,5 млн. И речь идёт не только о строительстве новых школ, но и о реконструкции старых школ, чтобы они были современными, удобными, чтобы были оснащены по последнему слову школьными принадлежностями, оборудованием, лабораторным в том числе. Это большая задача, и денег на неё требуется много, поэтому мы эту программу с вами подготовили на 10 лет.

В прошлом году удалось создать почти 170 тыс. новых школьных мест – это хороший результат. Да, действительно, финансов выделено 25 млрд рублей. Не могу с Вами не согласиться: лучше бы, если бы их было 50 млрд. Естественно, строили бы быстрее. Поэтому, отвечая на первую часть вопроса: появятся дополнительные деньги – постараемся эти деньги нацелить и на школьное строительство.

Есть сейчас запрос от Министерства образования выделить дополнительно 10 млрд, для того чтобы создать дополнительно 18 тыс. ученических мест. Но в любом случае мы создадим и в этом году не менее 170 тыс. таких мест, то есть продолжим работу именно такими темпами, а если позволят обстоятельства, будем делать это быстрее.

Теперь в отношении того, как эти субсидии реализовывать: в течение двух-трёх лет или одного года. Согласен, что зачастую стройка не попадает в строительный цикл и в результате возникают проблемы. Я недавно был в Тамбовской области, смотрел школу, даже приводил в пример. В этой школе будут учиться 2,5 тыс. человек, это самая большая школа в стране. Причём это не просто перенаселённый школьниками дом, а современная школа с огромным количеством кабинетов, лабораторий, различных залов. Очень хорошая школа. Такая школа, действительно, может быть построена в крупном микрорайоне.

Я почему её привожу в пример? Эту школу точно за год не построить. И тогда нужно смотреть, каким образом такого рода объекты создавать. Давайте рассмотрим вопрос о том, чтобы такого рода проекты можно было пролонгировать на несколько лет. Но при этом мы должны следить всё-таки за эффективностью расходования бюджетных средств, чтобы это не превращалось в ситуацию, когда в один год деньги получили и только на следующий год начали строить, имея в виду, что всё это помещается в трёхлетку. Если такой механизм создадим, я не возражаю против того, чтобы увеличить срок финансирования.

А.Грешневиков (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Год экологии и заповедников начался с закрытия детского журнала о природе «Муравейник» и увольнения из Минприроды единственного специалиста по заповедному делу – учёного Степаницкого. Хорошо бы закончить Год экологии добрым и прорывным делом, например, восстановлением программы возрождения Волги и принятием закона об оздоровлении бассейна реки Волги, её притоков по типу закона о Байкале.

Рядом с Волгой проживает более 40% населения России, из 100 самых загрязнённых городов 65 расположены тоже здесь. Ежегодно в Волге скапливается 60 млн тонн токсичных отходов, а обезвредить удаётся лишь 15. Сельхозпредприятия сбрасывают 400 тыс. тонн вредных веществ. В Послании Президента есть поручение Правительству подготовить программу сбережения Волги. Когда появится такая программа и закон, которые позволят создать экономические механизмы оздоровления великой реки, а также государственную схему бассейного управления этой рекой?

Д.Медведев: Правительство, конечно, много ошибок допускает, и наше в том числе, но мы «Муравейник» не закрывали и учёного не увольняли. Я, конечно, готов дать поручение, чтобы разобрались, что там произошло.

Если говорить об основной части вопроса, по поводу программы в отношении Волги. Абсолютно с Вами согласен: такая программа нужна и закон такой нужен. И в самое ближайшее время такой законопроект будет подготовлен. Надеюсь, что это произойдёт в ближайшие полтора-два месяца. Этот закон мы вам представим.

Что нужно сделать для оздоровления ситуации? Мы все понимаем, в чём проблемы. Очевидно, что это и сбросы от промышленных предприятий и от сельскохозяйственных предприятий в Волгу. И необходимость оздоровления притоков Волги, чтобы вся эта система биологическая была достаточно живой и сама себя воспроизводила в соответствии с биологическими, природными законами. И целый ряд других мер принять, включая дноуглубительные работы (чтобы Волга не цвела, это, к сожалению, проблема), меры по поддержанию биоразнообразия Волги. Всё это должно войти и в закон об оздоровлении ситуации с рекой, и в программу.

Деньги уже сейчас частично на эти цели выделяются. Они не очень большие, скажем честно, это несколько миллиардов рублей, но мы продолжим обязательно работу, чтобы полностью просчитать всю необходимую деятельность, которая требуется для того, чтобы Волга стала снова нормальной, полноценной рекой, гордостью нашей страны. Я думаю, что эти средства будут просчитаны тоже в самое ближайшее время. По мнению Минприроды, их общий уровень составит где-то в районе 200 млрд рублей. Это большие деньги, мы понимаем с вами. Тем не менее заниматься этим надо, и в программу должны войти все направления деятельности по оздоровлению ситуации вокруг Волги.

Р.Шайхутдинов (независимый депутат, избранный от политической партии «Гражданская платформа»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Партия «Гражданская платформа» ведёт активный диалог с предпринимательским сообществом и самозанятыми. При всём внимании Правительства к малому бизнесу ситуация, на наш взгляд, ухудшается. Малые предприятия сокращаются, теневая экономика растёт – по данным экспертов, в ней сегодня занято уже около 25% работников. Рост малых предприятий, о котором Вы сказали, эксперты связывают с сокращением как раз средних предприятий. Может, пора поменять подход и взять за основу пример, который демонстрирует сельское хозяйство, – импортозамещение? Распространив на программу поддержки малого бизнеса и предпринимательства именно программу импортозамещения, поддерживая формирование рынков для тех предприятий, которые нужны для развития страны, не только заградительными мерами, но и другими механизмами. Не считаете ли Вы это правильным?

Д.Медведев: Рост малых предприятий – ключевой показатель современного состояния экономики, здоровья экономики. Конечно, оценки могут быть разные. Я, выступая с трибуны, говорил о том, что за последнее время по состоянию оценок, начиная с августа прошлого года и по апрель, выросло количество малых предприятий на 8%. Вы связываете это с перетоком из средних предприятий. Это тоже нужно оценить, не готов ни спорить, ни согласиться по этому поводу. Но очевидно, что ситуацию с малым бизнесом мы должны мониторить.

Нужно ли нам полностью менять подходы, радикально менять позиции? Не уверен, что радикальные средства в этом случае помогают, всё-таки целый ряд мер, который за последнее время был принят для поддержки малых предприятий, себя зарекомендовал неплохо.

Довольны ли мы тем, каким образом выглядит ситуация на сегодня? Конечно, нет! И в этом Вы абсолютно правы. Малые предприятия в настоящий момент создают приблизительно 20% экономики в нашей стране, чуть меньше даже. А сколько нужно? Мы всё время задаём себе этот вопрос. Ну и ответ на него есть: как в других развитых экономиках – не менее 50. Вот это является главной целью. Конечно, ради этого нужно изыскивать самые разные новые инструменты.

Я уже называл, выступая с трибуны, целый ряд решений, на которые мы пошли, и по самозанятым, и по единому налогу на вменённый доход (который мы сохранили, хотя на него периодически тоже всякого рода нападки, не скрою, совершаются, тем не менее мы не пошли на то, чтобы от него отказаться), ряд других мер приняли.

И ещё раз упомяну «Программу 6,5». Понимаете, это вполне конкретная программа. Я периодически собираю своих коллег: она работает, помогает малому бизнесу, причём мы за последнее время сделали её, что называется, более демократичной, сейчас она распространяется на более широкий круг представителей малого бизнеса. В частности, деньги теперь могут получить и представители совсем небольшого бизнеса, потому что минимальный кредит снижен с 50 млн рублей до 5 млн рублей, целый ряд других решений принят.

Ставка кредитная, которая там используется, является вполне комфортной для малого бизнеса.

Если мы продолжим работу в этом направлении, будем расширять набор инструментов поддержки, то я думаю, что ситуация будет меняться.

Но ещё раз подчеркиваю, не могу с Вами не согласиться, работа по укреплению малого и среднего бизнеса должна быть обязательно продолжена на всех уровнях, не только на уровне Правительства. Нам необходимо развернуть в эту сторону и нашу банковскую систему, потому что банки далеко не всегда охотно работают с малым бизнесом, им проще работать с крупными клиентами. Будем надеяться, что и в этом направлении целый ряд программ новых появится, а такие программы разработаны и в наших крупнейших банках, я имею в виду и Сбербанк, и ВТБ, и другие банки. Мне кажется, это было бы правильным.

В.Ганзя (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Я сильно удивлена, что у нас всё так хорошо в здравоохранении, потому что оптимизация и недостаточное финансирование привели к ухудшению доступности и качества лечения населения. Дело в том, что люди ждут своей очереди недели, а иногда месяц, чтобы попасть к узким специалистам, поэтому вынуждены обращаться к платной медицине.

Не менее сложная ситуация складывается и для онкобольных. Ведь больно видеть, когда отчаявшиеся родители вынуждены искать то деньги, то место в клинике и в то же время новые корпуса, например, в НИИ детской онкологии, уже наполовину оснащённые современным оборудованием (в онкоцентре имени Блохина), до сих пор не введены в эксплуатацию, причём из-за каких-то межведомственных несогласий.

Скажите, пожалуйста, как Правительство намерено изменить сложившуюся ситуацию в здравоохранении, связанную с оптимизацией. И какие меры будут приняты в отношении онкоцентра – когда он начнёт работать?

Д.Медведев: Может быть, я не так чётко сформулировал, но мне казалось, что это всё прозвучало достаточно однозначно. Я не говорил, что у нас всё хорошо в здравоохранении. У нас, конечно, не всё хорошо, там очень много проблем, и я здесь с Вами не могу не согласиться. Но я говорил лишь о том, что там есть позитивные тенденции, и это тоже невозможно не видеть, в том числе создание новых клиник, оснащённых самым современным оборудованием.

Мы продолжим движение по программе совершенствования здравоохранения в ближайшие годы по всем направлениям, включая и электронную запись.

Вы сказали по поводу очередей. Да, конечно, есть и очереди к узким специалистам, хотя объективно в тех регионах, где налажена электронная очередь и все эти процедуры уже действуют, всё это гораздо более цивилизованно выглядит. Но проблемы есть, это правда.

Возвращаюсь к более конкретной части Вашего вопроса – по НИИ детской онкологии имени Блохина.

Действительно, эта стройка, к сожалению, затянулась по разным причинам. Сейчас не буду анализировать все эти причины – наверное, здесь и ведомственная несогласованность, и какие-то ещё причины. Мы и с Геннадием Андреевичем (Г.Зюгановым) к этой теме неоднократно обращались.

Ситуация такая. Сейчас проходит экспертиза проектно-сметной документации, она в ближайшее время будет завершена. Потому что всё построено, но то оборудование, которое заказывали, устарело, к сожалению, – строили долго. 1 млрд рублей выделен на закупку нового оборудования в текущем и следующем годах. НИИ имени Блохина попросил найти ещё дополнительно 3 млрд рублей на закупку ещё более современного оборудования. Я думаю, что в этом их нужно поддержать, с тем чтобы клиника была оснащена по самому последнему слову техники, потому что детская онкология – это страшная история и мы должны сделать всё, чтобы помочь детям, которые оказались в столь серьёзной и подчас трагической ситуации.

Клиника с учётом результатов работы по проектно-сметной документации и выделения этого миллиарда и дополнительных средств будет введена в строй – я имею в виду, полностью дооснащена – в следующем году и начнёт работать.

М.Дегтярёв (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): Россия в последние годы вложила огромные деньги в спортивную и туристическую инфраструктуру в связи с Олимпийскими играми и предстоящим чемпионатом мира. Это, конечно, дало серьёзный толчок развитию спорта, физической культуры и туризма.

Олимпийское наследие сегодня используется, оно востребовано, служит людям. Правда, это у многих вызывает зависть, многих раздражает.

В любом случае какие меры планирует принять Правительство, чтобы сохранить набранный темп в развитии физкультуры, спорта и туризма? Потому что грандиозных строек уже больше не предвидится, а традиции в физической культуре, спорте у нас великолепные, а с красотами и культурным наследием России соревноваться просто некому.

Д.Медведев: Не могу с Вами не согласиться, что в этом плане с нами трудно соревноваться, и подчас это, наверное, и зависть вызывает, и даже нападки на нас и наших спортсменов.

Мне кажется, знаете, что очень важно сделать? Вы точно сказали, что грандиозных строек не предвидится, но часть строек ещё идёт. Вот мы сейчас все стадионы завершим, сдадим их, передадим регионам, у нас будет уже современная футбольная Россия, проведём Кубок конфедераций, проведём чемпионат мира, проведём зимнюю Универсиаду – и действительно каких-то крупных строек не будет.

Но главное не это. Мы создали уже основу для занятий не только профессиональным спортом, но и любительским – физкультурой, и очень важно не потерять темп по строительству относительно небольших спортивных сооружений, которые должны быть в каждом населённом пункте. Даже в крупных деревнях должны быть полноценные спортивные сооружения.

В прошлом году мы построили 4 тыс. разных спортивных объектов – это неплохой темп. Нам нужно сохранить такого рода задел и строить во всех местах – и в городах, и в сёлах, начиная от дворцов спорта, которые есть ещё, действительно, не везде, и заканчивая небольшими площадками, которые должны быть на пришкольных территориях в сельской местности. Давайте этим вместе заниматься.

И.Гусева (член фракции политической партии «Единая Россия»): Правительство серьёзно занимается реформированием межбюджетных отношений, и для того чтобы простимулировать регионы по наращиванию собственного налогового и экономического потенциала, каждый год успешным регионам, где мы наблюдаем серьёзный рост экономики, выделяется 10 млрд рублей.

Но регионы разные, возможности разные (мы представляем регионы). Может быть, сделать следующий шаг и при сборе федерального налога дать возможность регионам оставлять не менее 50% от плановых цифр, согласованных с Министерством финансов Российской Федерации?

Д.Медведев: Мы довольно подробно об этом говорили, и в своём выступлении я тоже уделил этому внимание. Действительно, у регионов разные возможности, и мы обязаны это учитывать. В том числе есть и предложение, о котором Вы сказали. Всё это мы обязательно обсудим, постараемся принять сбалансированное решение, потому что мы не должны допускать существенной дифференциации в уровне доходов, мы должны выравнивать эти доходы. На всё это как раз и ориентирована деятельность финансово-экономического блока Правительства.

Я не буду сейчас специально глубоко во все эти цифры снова погружаться, называть, отмечу лишь одну позицию: в прошлом году объём поддержки, который был установлен для регионов, составил около 1,5 трлн рублей. Это очень большие деньги. Это и субсидии, и субвенции, и так называемые трансферты, и так называемые иные трансферты.

Естественно, мы будем мониторить ситуацию и принимать решения в зависимости от того, как она складывается в каждой конкретной территории. Но решения должны быть просчитаны. Я только что вам говорил о возможности появления новой инвестиционной льготы, которая рассчитана на инновационное производство. С другой стороны, мы должны помогать регионам, в том числе оставляя у них часть запланированной прибыли, и такие решения приняты. Такую оптимальную модель нам и необходимо выработать с вашим участием.

В.Гартунг (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): В связи с резким ростом курса доллара в декабре 2014 года многие валютные ипотечные заёмщики, имеющие рублёвые доходы, попали в катастрофическую ситуацию.

Вот пример. Заёмщица-пенсионерка, взявшая в банке 6,2 млн рублей на квартиру с видом на МКАД, внёсшая первоначальный взнос 4,4 млн рублей, 4,4 млн рублей выплатила банку добросовестно в течение нескольких лет и теперь вынуждена вернуть банку квартиру, за которую она уже 8,8 млн заплатила, и ещё остаётся должна банку 12,5 млн рублей.

И таких ситуаций по стране примерно тысяча, у меня целая папка этих обращений. Они каждый день стоят у Государственной Думы.

При желании Правительство могло бы помочь им через программу АИЖК, установив простые критерии входа в эту программу: это дата оформления кредита до 15 декабря 2014 года и наличие обязательств в иностранной валюте. Готово ли Правительство Российской Федерации оказать гражданам, столкнувшимся с обстоятельствами непреодолимой силы, такую поддержку?

Д.Медведев: С точки зрения квалификации того, что произошло, я всё-таки придерживаюсь немного другой позиции. Это не обстоятельства непреодолимой силы, это не форс-мажор. Во всём мире (начнём с этого) риски всё равно должны просчитываться при заключении договоров.

Конечно, люди попали в очень сложную ситуацию, и мы в этом случае не руководствуемся общими нормами законодательства, в том числе гражданского законодательства, о том, что в этом случае все риски концентрируются на одном заёмщике. Хотя в настоящий момент количество валютных ипотечных кредитов и вообще валютных займов существенно снизилось, потому что наши люди всё-таки стали задумываться, что есть обстоятельства, которые могут сложиться неблагоприятным образом. Хотя это и не форс-мажор, ещё раз подчёркиваю.

Теперь в отношении того, как и кому помогать. У нас было принято решение в рамках АИЖК и в соответствии с теми процедурами, которые установлены, о помощи заёмщикам, которые попали в сложную ситуацию. На это были выделены деньги – если я не ошибаюсь, порядка 4,5 млрд рублей. В настоящий момент эта работа не закончена. В общей сложности помощь была оказана 20 тыс. заёмщиков, часть этих заёмщиков – валютные заёмщики. Никакого запрета на оказание им помощи нет, но мы, конечно, стараемся такие сигналы посылать, чтобы эта помощь и поддержка оказывалась не по сплошному принципу, потому что это довольно сложно, а прежде всего тем, кто попал в сложную жизненную ситуацию. Может быть, типа той, о которой Вы только что рассказали. Это могут быть и инвалиды, и пенсионеры, и военнослужащие, и семьи с большим количеством детей. Эта работа будет продолжена.

С.Пантелеев (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): В текущем году на поддержку предприятий сельхозмашиностроения выделено 13,7 млрд рублей – это больше ассигнований прошлого года, но недостаточно для решения вопроса модернизации сельскохозяйственного производства. Вам известно, что порядка 40 млн гектаров пашни в стране не обрабатывается, техники для её обработки, особенно тракторной, не хватает, а мощности существенно изношены: 50% техники эксплуатируется более 10 лет, энерговооружённость ежегодно падает.

Чтобы активизировать решение этой задачи, в текущем году, по нашим расчётам, необходимо выделить из бюджета дополнительно 50 млрд рублей на краткосрочные кредиты сельхозпроизводителям и 50 млрд рублей на инвестиционные проекты и модернизацию сельского хозяйства.

Согласны ли Вы поддержать эти объёмы финансирования, принимая во внимание жизнеобеспечивающую роль сельскохозяйственной отрасли и то, что, как Вы сказали на итоговой коллегии, АПК является локомотивом экономики России?

Д.Медведев: С оценками того, что в настоящий момент делается, я уже выступал с трибуны – по поддержке сельхозмашиностроения. Но, видимо, здесь наши ощущения несколько разные. Я считаю, что за последние годы мы достигли существенного прогресса в области сельхозмашиностроения, потому что каждый год закупается 21–22 тыс. единиц новой техники – такого не было никогда за всю историю Российской Федерации.

В чём не могу с Вами не согласиться, так это в том, что нам нужно всё равно продолжить эту работу, потому что значительная часть парка служит уже более 10 лет, и в этом Вы абсолютно правы. Именно поэтому мы и сохраняем ассигнования на эти цели, и в этом году, как Вы справедливо сказали, – 13,7 млрд рублей на закупку сельхозтехники.

При этом ещё раз хочу обратить внимание на то, что здесь речь идёт о закупке именно нашей техники. В настоящий момент уже 55% сельхозтехники, которая используется аграриями, – это российская техника. Они стали её покупать, потому что она стала качественной. И здесь ситуация, когда, по сути, аграрный сектор даёт заказ нашему машиностроению, и это даёт очень хороший эффект. Этот курс будет продолжен. Считаю, что он приносит очень хорошие результаты.

По поводу необрабатываемых земель. Конечно, наша задача заключается в том, чтобы пашни вовлекать в оборот, и для этого был принят новый закон, касающийся оборота земель сельхозназначения, ответственности тех, кто держит такую землю. В этом смысле задача всех властей – доводить этот закон до исполнения, вовлекать неиспользуемые пахотные земли в сельхозоборот. Это действительно общая и очень важная задача.

Притом что – не будем лукавить, что называется – всё равно урожаи, которые мы собираем, существеннейшим образом отличаются от того, что было в советские времена, равно как и решение вопросов обеспечения продовольственной безопасности. Мы достигли таких уровней обеспечения продовольственной безопасности, которые заложены в доктрине, которых никогда в предыдущие годы – ни в постсоветский, ни в советский периоды – мы не достигали. Мы, по сути, кормим себя сами, это выдающийся результат. Результат работы по программе развития села за последние 10–12 лет.

Теперь в отношении дополнительных средств. Мы не отказываемся рассмотреть вопрос о выделении дополнительных ассигнований, естественно, с учётом ситуации, которая сложится. Я об этом ещё, может быть, чуть позже два слова скажу. Речь может пойти и о краткосрочных кредитах (я недавно встречался с производителями животноводческой продукции), и об инвестиционных кредитах. Такого рода обращения со стороны Минсельхоза в Правительство есть, они будут самым внимательным образом рассмотрены.

Но если вы ставите этот вопрос – я в данном случае уже обращаюсь к коллегам из Коммунистической партии, – если вы считаете целесообразным поддерживать сельское хозяйство, я просил бы вас поддержать и законопроект о бюджете, потому что именно там будут заложены эти ассигнования.

Я.Нилов (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, как Вы относитесь к предложению фракции ЛДПР наконец ввести в России прогрессивную шкалу налогообложения, но при этом тех граждан, которые получают, допустим, до 20 тыс. рублей в месяц, вообще освободить от подоходного налога?

Почему мы так ставим вопрос – давайте посмотрим, что происходит в стране. У нас с каждым годом всё больше людей находится за чертой бедности. У нас законом установлен МРОТ ниже величины прожиточного минимума. Это нонсенс! У нас практически все местные бюджеты дефицитные. При этом граждане видят, мы все видим, что ресурсы финансовые сосредоточены и централизованы в основном у ограниченной группы лиц. И мы считаем, что некая децентрализация сегодня крайне необходима.

Плюс такой бы налоговый манёвр, на наш взгляд, мог бы стать действенным инструментом для борьбы с бедностью и для того, чтобы государство смогло полноценно и в полном объёме выполнять все свои социальные обязательства. В том числе решился бы вопрос индексации пенсий работающим пенсионерам, о чём сегодня уже говорилось в ответах на вопросы.

Д.Медведев: Это предложение не новое, и такой подход разделяют многие коллеги из других фракций. Я, кстати, как и мои коллеги по Правительству, никогда не говорил, что мы навсегда отказались от изменения законодательной модели в области налогообложения доходов физических лиц. Но давайте от общетеоретических установок перейдём к практическим делам.

Так называемая плоская шкала налогообложения была введена 1 января 2001 года, у нас появилась единая ставка 13%. Я не говорю об удобстве администрирования, это само собой разумеется. В результате мы смогли существенным образом поправить ситуацию с уплатой этого налога, по сути, истребили «конвертную» схему, значительная часть экономики была выведена из серой зоны.

Поэтому, если принимать подобное решение, – понятно, не сейчас, потому что мы сейчас, по сути, ввели мораторий на изменение налоговой системы, а когда-то в будущем нам в любом случае нужно взвесить все плюсы и минусы такого рода изменений. Есть, наверное, плюсы, их нужно просчитать, но есть и очевидные минусы, о которых всё время говорят и которые невозможно отрицать.

Начнём с того, что возникнет колоссальная дифференциация по доходам. По понятным причинам значительная часть людей, у которых более высокая налоговая база, живут в крупных городах, в регионах, где больше населения. Как быть с другими регионами? Это первое.

Второе и, может быть, ещё более важное. По всей вероятности, может произойти возврат так называемых серых схем, когда в силу ряда причин деньги будут уплачиваться снова в конвертах. Этого мы допустить не можем, потому что в настоящий момент более 3 трлн рублей поступает в бюджет за счёт подоходного налога. Это огромная цифра.

Поэтому такого рода решения должны быть максимально тщательно просчитаны. И мы точно не должны потерять того, что достигли за последние годы. А в этом смысле наша страна была и остаётся примером для очень многих других юрисдикций или других стран. Ещё раз подчеркиваю, любой вопрос может обсуждаться, речь идёт только об уместности и времени постановки подобных вопросов и реализации подобных предложений.

А.Лавриненко (член фракции политической партии «Единая Россия»): В этом году кардинальным образом изменилась система льготного кредитования сельхозтоваропроизводителей, льготные кредиты выдаются по ставке не выше 5%, основная масса кредитов идёт через Россельхозбанк. Кредиты очень востребованы. Банк имеет массу заявок, но выделенных средств недостаточно.

Дмитрий Анатольевич, не рассматривает ли Правительство возможность докапитализировать Россельхозбанк?

Д.Медведев: Ваш вопрос, по сути, является продолжением того диалога, который у нас идёт на эту тему последний час.

Хочу прямо сказать, Правительство рассматривает такого рода предложения. Россельхозбанк является крупнейшим кредитором аграрного сектора, специализированным, по сути, в этом смысле финансовым институтом, коммерческим банком, поэтому мы заинтересованы в том, чтобы он был докапитализирован до нужного уровня.

В настоящий момент у нас на докапитализацию Россельхозбанка заложено 10 млрд рублей в структуре тех 215 млрд рублей, которые идут на финансирование сельского хозяйства. Но с учётом обсуждения этой темы, совещания, которое я провёл, было принято решение о том, чтобы изыскать ещё 20 млрд рублей за счёт высвобождения целого ряда инструментов, которые были направлены на поддержку банковской системы. Таким образом, Россельхозбанк сможет получить для докапитализации 30 млрд рублей, и это в значительной степени закроет те проблемы, которые существуют. Я считаю это очень важным.

Г.Омаров (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Увеличение продолжительности жизни и рост рождаемости должны быть важнейшими составляющими демографической политики Правительства Российской Федерации. Статистика за 2016 год свидетельствует о том, что эти показатели приобрели критический характер, рождаемость снижается, младенцев родилось на 50 тыс. меньше, чем в 2015 году, увеличение населения идёт за счёт миграции из стран ближнего зарубежья.

Очевидно, что существующие механизмы правительственного стимулирования роста населения видятся неэффективными. Сохранение нации возможно при коэффициенте рождаемости 2,11%, при коэффициенте 1,9% сохранение нации сложно, может понадобиться от 80 до 100 лет. При коэффициенте 1,3% сохранение нации невозможно, экономической модели не существует. В России сегодня коэффициент 1,7–1,8%.

Какие меры Правительство Российской Федерации намерено принять для исправления сложившейся демографической ситуации?

Д.Медведев: С частью того, что Вы сказали, я точно согласен. Мы действительно должны сделать всё, чтобы этот негативный тренд, который стал образовываться (я об этом уже тоже сказал, выступая), постараться преодолеть. Потому что мы сейчас попадаем в демографическую яму, связанную с выходом в репродуктивный период поколения 1990-х годов, там действительно провал, и нужно сделать всё, чтобы постараться этот тренд выправить. Сделать это непросто.

С чем я не согласен? Если говорить о системе поддержки деторождения, я лично принимал участие в формировании этой системы в 2006–2007 годах, реализовывал её впоследствии, я считаю, что у нас одна из лучших в мире, наиболее эффективных систем.

Давайте зададимся по-честному вопросом, в какой стране есть материнский капитал. Нигде нет его, только у нас в таком объёме. За счёт этого нам удалось сохранить демографические тренды, не только за счёт миграции, а именно за счёт естественного прироста населения (я уже не говорю о том, что очень важно продолжить работу по программе «Здравоохранение» и снижать смертность). Поэтому я считаю, что у нас одна из лучших, наиболее эффективных систем, но и она в известной степени себя исчерпала. Я спорить не буду, нам нужны новые подходы, нам нужно смотреть вперёд.

Когда мы начинали работать, у нас коэффициент был 1,3 (в 2006 году), и все говорили о том, что Россия однозначно будет вымирать, нам рисовали самые тяжёлые перспективы, падение населения страны до 100–110 млн человек.

Но этого не произошло. У нас 147 млн. И даже с учётом миграции и прихода Крыма – всё равно у нас ситуация выправилась, коэффициент сейчас 1,75–1,8. Вы правы, этого недостаточно, надо стимулировать, чтобы коэффициент был 2. Это очень сложно: чем более развитой является страна, тем более сложно стимулировать такого рода процессы, потому что люди, женщины прежде всего, задумываются о карьере, есть масса всяких разных проблем. Тем не менее стимулировать это можно.

Поэтому нам нужно подумать и о сохранении в том или ином виде программы материнского капитала, и о стимулировании – и это очень важно – рождения не только вторых и третьих детей (потому что это мы плюс-минус научились делать), но и о стимулировании рождения первенцев, и вот это действительно ключевая задача. Если мы все вместе сможем придумать инструмент финансовый, организационный, как это лучше сделать, наряду с региональными программами, наряду с программами выделения необходимых земельных ресурсов и так далее, – тогда, я считаю, наша задача будет выполнена.

Ю.Афонин (член фракции политической партии «Коммунистическая партия Российской Федерации»): Озеро Байкал – достояние национального и мирового масштаба, внимание к которому, кстати, активно проявляют наши западные и восточные партнёры. Мы знаем о серьёзных мерах, которые приняты для защиты озера, – это и закрытие Байкальского ЦБК, и противодействие гидростроительству бассейна Селенги, и принятие соответствующей программы. Однако, несмотря на те усилия, которые предпринимает Минприроды, региональные власти Иркутской области и Республики Бурятия, остаётся нерешённым целый комплекс проблем.

Одну из причин этого мы видим в том, что сегодня Байкалом занимаются разные федеральные ведомства, решения которых иногда противоречат друг другу. В результате нередки случаи, когда глава муниципалитета получает из прокуратуры два предписания: первое – предписание о строительстве социального объекта, второе – о запрете выделения земли под строительство этого объекта.

Какие комплексные меры Правительство намерено в ближайшее время принять для решения проблем Байкала?

Д.Медведев: Байкал является крупнейшим резервом питьевой воды на планете, жемчужиной нашей природы. Мы должны сделать совместно всё, чтобы Байкал сохранялся в том виде, в котором есть, и, наоборот, принять меры по недопущению дальнейшей деградации природных ресурсов и недопущению сбросов и иных проблем, которые связаны с самим озером.

Вот Вы упомянули субъекты Федерации, в которых эта программа в настоящий момент реализуется. Я начну с того, что и сами коллеги, в том числе в Иркутской области и в Республике Бурятия, должны максимально внимательно относиться к тем решениям, которые они принимают.

По поводу сбросов, по поводу всякого рода проблем, которые связаны с функционированием объектов на берегу озера. Некоторое время назад на эту тему даже был репортаж. Надо максимально тщательно контролировать утверждение проектно-сметной документации и по гостиницам, и по другим объектам, которые концентрируются на берегу озера. Это ответственность региональных властей, и её ни в коем случае невозможно перекладывать на плечи властей федеральных, это то дело, которым они должны заниматься вместе с муниципалитетами.

Теперь по поводу большой программы. Здесь я не могу Вас не поддержать, необходимо, чтобы всё это было в одних руках. Ровно поэтому было создано Байкальское управление Росприроднадзора, для того чтобы следить за ситуацией вокруг Байкала и выдавать необходимые предписания, именно поэтому этой темой и соответствующей программой занимается Министерство природных ресурсов, оно и должно отвечать за её реализацию.

У нас были выделены средства, порядка 30 млрд рублей, связанных с перепрофилированием и закрытием Байкальского целлюлозно-бумажного комбината. Сейчас уже эти процедуры все позади, но в то же время работы, направленные на минимизацию накопленного экологического ущерба, необходимо продолжить.

Средства, которые на это были выделены, необходимо окончательно освоить, создать и новые социальные объекты там, и новые туристические объекты, в то же время не допустить деградации биосферы, которая сложилась вокруг озера. Поэтому эта работа по ФЦП будет продолжена Министерством природных ресурсов. В настоящий момент готовятся поправки к программе и к закону об озере Байкал. Просил бы принять в этом участие.

С.Катасонов (член фракции политической партии «Либерально-демократическая партия России»): Проблема, которая волнует практически всех жителей нашей страны, – это ситуация, которая сложилась в области здравоохранения. Де-факто надо признать, что медуслуги стали платными для населения. Это обусловлено целым рядом фактором.

Во-первых, нет понятного, прозрачного перечня гарантированных государственных услуг. Во-вторых, тарифы, которые сегодня заложены в ОМС, экономически необоснованные, поэтому врачи, скажем так, принципиально переводят своих пациентов на платные услуги. В-третьих, так называемая оптимизация, которая привела к тому, что не только отделения закрываются, а сегодня целые районные больницы ликвидируются. Это вызывает социальное напряжение. В частности, в Оренбургской области в 5-тысячном посёлке тысяча человек вышла на улицу. Хотелось бы всё-таки понять, это и есть государственная политика в области здравоохранения либо ситуация будет меняться?

Д.Медведев: Мы с вами понимаем: такие решения, по изменению работы самой системы здравоохранения, лёгкими не бывают. Я отмечу лишь несколько моментов.

Первое – по поводу оптимизации, которая проходила и проходит в целом ряде территорий. Эта оптимизация должна быть, безусловно, разумной, она не должна причинять ущерб населению страны, и это ответственность региональных властей – как и какие решения здесь принимать. Мы со своей стороны готовы помогать, но здесь прежде всего критерием должны быть интересы людей, которые проживают в соответствующей местности. Этим же применительно к федеральным учреждениям должно руководствоваться и Министерство здравоохранения.

По поводу стандартов. Я считаю, что за последнее время мы смогли создать более современную систему стандартов, систему подушевого норматива финансирования. Естественно, мы заинтересованы в том, чтобы этот норматив рос, чтобы не было дифференциации в региональных системах здравоохранения, такой как существует.

В настоящий момент в соответствии с этим стандартом (на самом деле он есть и действует, я не могу согласиться с тем, что он не применяется), существует в соответствии с Конституцией, в соответствии с другими нормативными актами набор медицинских услуг, которые могут и должны оказываться бесплатно. Этот перечень никто не менял и менять не собирается. Это и амбулаторные услуги, и услуги, связанные со стационарным лечением, вызов врача на дом, скорая помощь, целый ряд других услуг, которые образуют базу для оказания услуг здравоохранения любому человеку в нашей стране.

Является ли эта система идеальной? Нет, конечно, она требует совершенствования, и мы, естественно, готовы всем этим заниматься. Но ресурсы внутри системы сконцентрированы очень значительные, таких ресурсов раньше не было. Общие ресурсы здравоохранения, или консолидированный бюджет, насколько я помню, – 2 трлн 220 млрд рублей. Мы должны сделать всё, чтобы эти деньги расходовались рациональным образом.

Последнее – по поводу платности услуг. Действительно, в ряде случаев злоупотребления платностью допускаются, здесь я спорить с Вами не буду. Это решения, которые не должны приниматься. За бесплатностью услуг должны следить все: и контрольные структуры, и прокурорские структуры. Подмена бесплатных услуг платными – это правонарушение, и за это должна наступать ответственность. О каждом таком факте необходимо сообщать в органы здравоохранения или правоохранительные структуры.

Набор платных услуг, которые оказываются населению, был установлен Правительством в 2012 году и никаким особым коррективам не подвергался.

А.Сидякин (член фракции политической партии «Единая Россия»): Уважаемый Дмитрий Анатольевич, Вы в своём выступлении уже отметили, что инфляция у нас замедлилась, и это действительно так. Но по бензину и дизельному топливу ситуация обратная – рост цен заметен. Я знаю, что Правительство предпринимает здесь определённые усилия, но из регионов раздаются тревожные звонки, что чуть ли не изо дня в день рост цен автолюбители на заправках наблюдают. Причём люди говорят, что цена на нефть растёт – растёт на бензин, цена на нефть падает, а на бензин всё равно растёт. И в этой связи опасаются, что этот процесс никогда не закончится.

Скажите, пожалуйста, насколько оправданны опасения граждан? Что предпринято (или будет предпринято) Правительством в этом болезненном вопросе?

Д.Медведев: Этот вопрос действительно очень острый, и мы постоянно получаем сигналы, мои коллеги собирают совещания, приглашают туда нефтяников, разбираются, почему в том или ином регионе произошёл рост, почему образуется дефицит. Очевидно, что бензин является подакцизным товаром, и в ряде случаев принимались решения об увеличении акцизов в непростой финансово-экономической ситуации. Но если брать совокупно – я понимаю, что средняя температура по больнице мало кого интересует, тем не менее усреднённый рост цен на бензин за прошлый год оказался ниже инфляции. Потому что инфляция у нас была 5,4%, а рост цен на бензин составил 4,1%. Но это не означает, что везде ситуация была гладкой. И в этом смысле Вы абсолютно правы.

Что здесь делать? Мне кажется, мы уже с вами научились работать в этом направлении. Должен быть тотальный контроль. Если что-то происходит не в связи с изменениями базовых цен или изменениями акцизной политики – а это злоупотребления либо поставщиков, либо посредников, – на это необходимо влиять. Мы готовы это делать по линии Правительства, и такая работа будет продолжена. Я просил бы и вас, как коллег по Государственной Думе и коллег по фракции «Единая Россия», также максимально тщательно следить за всеми процессами в разных регионах и в случае необходимости сообщать нам, чтобы мы могли принимать оперативные меры. При понимании того, что, естественно, в конечном счёте эти цены определяются спросом и предложением, потому что это та сфера, которая государственному регулированию подвергается только косвенно.

О.Нилов (член фракции политической партии «Справедливая Россия»): Одной из основных причин преждевременной смертности в России является массовое употребление гражданами, причём часто неосознанное, фальсифицированного алкоголя. Десятки тысяч отравленных ежегодно, сотни тысяч умерших от сопутствующих заболеваний, тысячи «фабрик смерти» по всей России, миллионы литров контрафакта. Всё это производится и реализуется часто при попустительстве властей и силовых структур. Причина – многомиллиардные доходы, идущие мимо казны в карманы криминальных структур, часть которых идёт на прямой подкуп чиновников-силовиков. Наши законы о госмонополии на спирт, о приравнивании бутлегеров к фальшивомонетчикам, о возврате контроля государства, а значит, и многомиллиардных доходов, не поддерживаются Правительством. Но самое главное, нет персональной ответственности за это тихое массовое убийство – от участкового до начальника ГУВД, от главы поселкового муниципалитета… Правда, за исключением одного региона, есть такой регион – это Чечня, где власть Рамзан Кадыров употребил и навёл порядок.

Дмитрий Анатольевич, где отставки и посадки за этот народомор?

Д.Медведев: Если говорить о правоохранительных органах, то они работают, в том числе и по печальным фактам, которые были в прошлом году. Надеюсь, что посадки там точно будут.

А в отношении того, как нам регулировать эту сферу. У нас в целом количество смертей от употребления алкоголя, в том числе алкоголя некачественного или опасного, снижается. Но всё равно общее количество таких трагических ситуаций огромно, около 15 тыс. человек в год. Хотя совсем недавно эта цифра была где-то почти в два раза больше. Тем не менее существует целый набор идей о том, каким образом в этой сфере навести порядок.

Я знаю о том, что «Справедливая Россия» предлагает рассмотреть вопрос о введении государственной монополии. Мы неоднократно к этой теме обращались, обсуждали её и с коллегами по Правительству, и с представителями силового блока.

Понимаете, что работает в целом ряде скандинавских стран – не факт, что таким образом будет работать у нас.

Начнём с того, что те печальные факты, о которых Вы сказали, связаны ведь с употреблением непищевого алкоголя, а когда речь идёт о государственной монополии, речь идёт обычно о введении государственной монополии на производство спирта. То есть одним этим решением эта задача не закрывается.

Во-вторых, есть другой момент. Если это делать, необходимо выкупать эти спиртзаводы, хотя и сейчас значительная часть спиртопроизводства осуществляется «Росспиртпромом». То есть в принципе поставить это под контроль можно и должно.

Сейчас самое главное, чтобы на эту систему в полной мере распространить правила ЕГАИС, то есть автоматизированного учёта, чтобы мы понимали движение по всей цепочке. Это поможет навести порядок, в том числе в отношении нелегальных производителей – а с ними борьба идёт: смею Вас уверить, не все те структуры, которые с этим борются, сидят на финансировании у подобного рода каких-то водочных королей, значительную часть доходов, которые связаны с производством нелегальной водки и спирта, за последнее время удалось просто нейтрализовать. Это было сделано по целому ряду территорий, в том числе по Северной Осетии, где, как известно, этот бизнес очень сильно процветал. То есть бороться с этим можно.

Есть и другие меры. В настоящий момент мы рассматриваем распространение всей ЕГАИС не только на производство спирта, но и в том числе на производство технических видов спиртов, чтобы мы понимали, что с ними происходит (это задача, которой занимается целый ряд ведомств и которая, надеюсь, в ближайшее время будет решена), включая сырьё для производства всякого рода химической продукции и продукции, которая идёт на прилавки магазинов.

Здесь, я считаю, нужно объединить усилия и постараться создать универсальную систему контроля и надзора.

Введение же государственной монополии, возвращаюсь к той идее, которую Вы сформулировали, в настоящий момент – нам во всяком случае – представляется малореалистичным. Но самое главное, скорее всего, эта монополия не принесёт желаемого эффекта. Хотя, если будут представлены убедительные доказательства того, что это в конечном счёте в масштабах страны создаст, и предложения, каким образом эту задачу решить, естественно, Правительство готово рассмотреть и инициативу «Справедливой России».

В.Володин: Заданы все вопросы от фракций в соответствии с ранее принятым регламентом обсуждения отчёта Правительства, переходим к выступлениям руководителей фракций.

Г.Зюганов: Уважаемые коллеги, члены Правительства!

В политике, чтобы не делать лишних ошибок, надо быть как минимум принципиальным. Когда мы говорим о кризисе и наших партнёрах, надо помнить, что многие партнёры маски сняли, рукава засучили, сапоги начистили, беспилотники зарядили, и цель их не Украина и Сирия, цель их – Россия, и из этого надо исходить в своей финансово-экономической политике в ближайшее время.

Что касается формулы выхода из кризиса, она звучала в этом зале и в выступлениях Президента, который призывал нас к консолидации сил на фоне происходящего, и в выступлениях Святейшего Патриарха, который заявлял, что надо взять с собой и Святую Русь, и великую российскую державность, и советскую справедливость, и в выступлениях нобелевского лауреата Жореса Алфёрова, ибо без современного научно-технического прогресса и качественного образования все эти задачи не решаемы.

К сожалению, Дмитрий Анатольевич, в политике Правительства не учитывается эта главная формула вывода страны из кризиса. Многие министры, наверное, о ней и не слышали.

Раскол в стране усиливается, кто бы что ни говорил, у нас 1% населения захватил 90% собственности, а страна продолжает нищать – это является главным позором: 40 млн граждан еле сводят концы с концами, хватает средств только на одежду и лекарства. Мы обязаны всё сделать, чтобы исправить это положение.

Что касается озлобленности, она нарастает на глазах – это видно и по отношению к врачам, и по ситуации, которая складывается на транспорте: каждый день вы видите эти ужасные кадры, которых раньше в жизни нашего общества не было.

Кризис в целом продолжает углубляться. И на мой взгляд, если мы не сменим курс и не укрепим кадровый состав Правительства, политический кризис будет неизбежен.

Вы первым заявили (я помню, в Ярославле) о необходимости модернизации. Мне казалось, эта линия восторжествует. Ничего похожего. Посмотрите на свои конкретные сводки. ВВП за последние четыре года упал на 8%. Мы недополучили товарной продукции на 100 трлн рублей. Три годовых бюджета выброшены на свалку, а не включены в оборот.

Внешний долг уже 530 млрд долларов, это на 150 млрд больше, чем золотовалютные резервы. Вы понимаете, что это такое при нынешней политике главного глобалиста – Америки.

Если посмотреть на общественные настроения: одни живут в интернете, другие в телевидении, а реальность направлена на дестабилизацию происходящего. Я видел трагедию СССР, видел поведение Ельцина. И никогда не думал, что мы доживём до тех дней, что не сбережём свою страну и не выполним наказ избирателей – сохранить единое Союзное государство.

Главная, на мой взгляд, ошибка: нет нормального управления в стране. Президент довольно эффективно занимается международной политикой, силовики борются с преступниками, у них огромная работа, стараются делать это профессионально, а Правительство, особенно финансово-экономический блок, ползёт по ельцинско-гайдаровской колее. Всё крутится у них вокруг сводки текущего дня. Но сегодня текущий день даже не может прокормить нормально.

Правильно вы гордитесь: хлеба вырастили больше. Но ни в одном магазине он не стал ни на копейку дешевле, а люди потеряли в доходах за три года примерно 20%. Тогда почему, если хлеб есть, гоним за кордон, а у себя не можем отрегулировать нормально цены? Мы должны всё сделать, чтобы исправить ситуацию. Мы в этом вопросе подходим абсолютно прагматично и конструктивно. Назову некоторые идеи.

Мы предложили отработать стратегический план. Вы все поддержали, приняли закон. Для того чтобы отработать, надо предложения собрать со всей страны и с каждого субъекта, оттянули это на 2018 год и опять барахтаемся в текущих проблемах. Но разве такой гигантский корабль, как наша страна в 11 часовых поясах, может работать и идти вперёд без соответствующего компаса и стратегии? Китайцы приняли две стратегии – к 100-летию Компартии и к 100-летию образования республики. Смотрите, какими темпами идут, кто нам не даёт поучиться у них! I квартал – 7 с лишним процентов промышленность, а у нас к февралю по ВВП – минус 1,5%. А Вы говорите, у нас всё хорошо. Совсем это не так.

Наука и образование. Все в мире знают: чтобы провести модернизацию, надо минимум вкладывать в науку – 7%, в образование 7% от ВВП и примерно столько в здравоохранение. У нас это в два с лишним раза меньше.

А посмотрите с этим ЕГЭ. Новый министр взялась за это, её со всех сторон стали колошматить. За что? За то, что она решила вернуть школе доброе русское и советское имя? Это делают те, кто ничего не понимает в образовании.

А если посмотреть, мы же создали уникальное учебное заведение у Алфёрова: школа, институт, академия, опытные производства. Почему не внедряют это хозяйство? Фильм отснят великолепный на эту тему.

Народные предприятия. Вы же сами помогали, когда Маркелова отгоняли от нашего лучшего хозяйства – «Звениговское». Оно стало чемпионом в Европе, а не только в нашей стране, 13 млрд общий оборот, 1 млрд одних только налогов заплатили.

Почему у нас великолепные фильмы лежат про народные предприятия? Почему не хотите показать, как умные, образованные современные люди двигают вперёд производство?

ЖКХ. Кто бы что ни говорил, в хрущёвках живёт 40% населения. Они решили свою проблему. Но сегодня, если вы не утроите вложения в ЖКХ, это будет бомба, которая взорвётся в каждом городе. У нас уже в этом году дефолт коммунальный – Воркута, Пенза, Красногорск… Неужели вы не чувствуете эту жуткую опасность?

У нас страна стоит на миллионе километров трубопроводов разного сечения – от магистральных до квартальных. 600 тысяч сгнило.

ЖКХ требует особого подхода. Здесь он такой стандартный, текущий, он не решает ни одной проблемы. Москва проявила инициативу, правильно сделала. Но без поддержки всех регионов, без соответствующих программ от Владивостока до Калининграда невозможно решить. Нужна общенациональная государственная программа, и мы её в состоянии решить.

Если взять коррупцию. Я Вам благодарен, когда Вы отогнали Маркелова от нашего хозяйства. На него ж вот такая стопка лежала, силовики всё подтвердили… Но это тоже ненормально, когда один за другим садятся губернаторы. Это авторитет власти. Отработайте кадровую политику. У нас была гениальная кадровая политика. Куда у нас нормальные люди подевались? Почему вы не хотите ни к кому прислушаться ни слева, ни справа?

Что касается партийного строительства. С Вами обсуждали (Жириновский помнит, Миронов помнит), мы Вам объясняли – в мире три-четыре политических течения. Всё остальное от лукавого. Как развивалась Америка, как Англия, как Китай, как Франция. У нас сейчас 77 партий…

И таких вопросов много. Но хочу, чтобы почувствовали. Ещё раз заявляю, нас не взяли ни батыи, ни наполеоны, ни гитлеры... Нас раздолбили русофобией, антисоветизмом и национализмом. Это хуже термоядерного оружия. Гляньте на Украину, посмотрите вокруг.

Идём к 100-летию. Это не только мой праздник, это гениальный эксперимент в мире, который спас распавшуюся империю, ведь империя распалась на 47 территориальных квазиобразований. Собрали, 6 тыс. заводов за 10 лет построили, победили, в космос прорвались. Давайте вместе готовиться к этой уникальной дате. К нам приедут из 150 стран – лучшие государственные деятели и парламентарии, ваши коллеги. Это наш общий национальный праздник. Вам в любом случае придётся возвращаться к ленинско-сталинской модернизации, изучать опыт реформ Китая... А пока ваше Правительство работает очень слабенько. И если у вас дальше будет Кудрин и ему подобные, просто обвалимся. Нельзя этого допускать категорически.

В.Жириновский: Раз передо мной выступали левые депутаты, я, естественно, нахожусь под впечатлением. Когда мы слушаем всё, что здесь говорится, у нас у всех настроение ухудшается. Для чего мы всё это говорим? Всё плохо, Россия вымирает, ещё что-то там... Зачем про плохое день и ночь говорим? Вечером включите телевизор: из десяти сюжетов новостей девять отрицательные, всё отрицательное, каждый день. Это тоже неправильно. Это не свобода слова. Надо создавать хорошее настроение.

Когда мы говорим про русофобию, то надо брать причины. У нас был союз Антанта: Британия, Франция, Россия. Никакой русофобии не было. Мы вместе должны были добить Германию в 1917 году. Кто остановил это всё?

Поэтому никаких экспериментов не надо. Надо было беречь правительство царское – не уберегли, временное не уберегли. Советское было – так всё было хорошо, что его не уберегли тоже? Надо же смотреть на всё объективно. А то мы вырываем всё кусочками – нравится это, нравится то, нравится другое...

А причина? Мы говорим, распалось государство на сколько-то там... Оно не распалось бы, если бы кто-то не захватил власть в Петрограде, ничего не распалось бы. Захватили власть, разогнали всех, объявили другую власть. Вот в это время и стали разбегаться, потому что нет хозяина в доме. А зачем этого хозяина убрали? Ну так же нельзя.

Вот сколько великих достижений было! А сколько крови, сколько жертв, сколько трупов? Ведь сегодня мы почему мучаемся? Людей не хватает. Почему об этом честно не сказать? Не хватает хороших, образованных, опытных. Посмотрите, у нас большинство министров – какое образование? Финансисты, социологи, журналисты даже есть. Видите, как хорошо. Оборонная промышленность, а курирует журналист. Вот я бы никогда в жизни не согласился. При советской власти одни технари были. Я предлагаю на руководящие должности поставить инженеров по всей стране. Они меньше совершат ошибок, у них специальное мышление. И главной профессией в стране объявить – инженер транспортного машиностроения, чтобы в эти вузы шла молодёжь.

Вот претензии к Министру труда и Министру образования: кого они нам готовят? Министерство образования готовит специалистов, которые не нужны нашей экономике, а Минтруд не может их трудоустроить. Есть три вуза, ни один выпускник которых не работает по специальности. Да закройте их! Так же нельзя. Почему вы не закрываете эти вузы или не трансформируете их профиль подготовки кадров? Вы бережёте академиков и преподавателей, а студенты вас не интересуют.

Сейчас посол в Турции – вакантное место. Почему? Не могут подобрать нужную кандидатуру со знанием турецкого языка. Я их предупредил, что недопустимо направлять послами людей, не знающих языка. А востоковедов полно подготовили. Где же специалисты? Больше всего у нас готовят востоковедов, вакансия образуется – нет специалиста.

Минфин. Что он делает, Минфин? Бюджет мы утверждаем осенью, а деньги почему не идут в январе? Вот сейчас у нас с вами 19 апреля. Пусть нам скажет господин министр: деньги пошли уже все по бюджету 2017 года? Нет. Где они находятся? Почему они лежат в Москве? Почему их не спустить туда, в регионы?

Как мы управляем промышленностью? Мы разогнали министерство. Хорошо. Создали ассоциации. Какая разница? Слово другое, да? Ассоциация. Те же проблемы. Укрупнять надо руководство предприятиями, собрать все мелкие предприятия. Не хотите назвать министерством, пусть будут ассоциации, но деньги нужно давать как можно раньше.

Минэкономики должно более точный прогноз давать. Не могут дать точный прогноз. Почему? Не знают экономики. Замещение идёт по верху. Снизу брать нужно, тогда будет результат, а так результат будет плохой.

Вот вы арестовали Маркелова. Если бы он остался в ЛДПР, он бы здесь сидел, в зале, а попал в «Единую Россию» и сейчас сидит в СИЗО.

Поэтому, когда берёте людей, вы хоть у нас спросите, что за человек…

Ресурсов много. Но почему мы держим 400 млрд долларов, наши валютные запасы? Почему Правительство не может у Центрального банка взять деньги? Почему ЦБ выше Правительства, ЦБ выше Президента, выше нас с вами? С какой стати? Кто дал такие права Центральному банку, что он командует экономикой, он решает, какой будет курс? А может быть, мы будем решать, какой будет курс? Кто нам установил курс 56 рублей? Почему в Туркмении 3 маната (местная валюта) за доллар? По всему миру 2–3 рубля за доллар, если перевести на рубли, только в России с самыми богатыми ресурсами 60, 70… Это тоже нужно разбираться. И почему нельзя эти деньги использовать?

Вот мы за эти годы много денег бросили на спорт. Хорошо. Красивый город Сочи. Хорошо. Чемпионаты проводим. Хорошо. А если все эти деньги бросить на дороги? Я вас уверяю, проблема с дорогами была бы решена. Или все эти деньги бросить на жильё? Проблема с жильём была бы решена. А кто принимал решение все ресурсы страны бросить на сооружение великолепных спортивных сооружений? Людям нужны дороги и дома на первом месте. А потом он на стадион пойдёт. А если дома нет, что он после матча будет делать?

И построили пятиэтажки. Где, в какой стране мира строят на 40 лет? 100 лет, 150 стоят дома, при царе построенные, а Хрущёв построил, и уже сносить надо. А что нужно было делать? Дайте землю и дайте стройматериалы, и сейчас бы люди жили каждый в своём доме. Но нельзя, частная собственность. Мы же коммунизм строили…

Нам же уже обещали, Дмитрий Анатольевич, построить миллион коттеджей, деревянное строительство… Это прозвучало. Ну и что дальше? Кто-то остановил, потому что боится власть независимых граждан. Будут жить в отдельных домах, своя машина, свой офис, своя мастерская. Вот этого власть боится. Поэтому здесь надо смотреть и думать, почему три эпохи и трижды мы боимся сделать народ богаче, независимее, самостоятельнее.

Вот арестовали этого Маркелова, а он мне говорил: «Что я, белая ворона, что ли? Все берут, и я буду». Вот вам психология губернатора. Тогда когда других арестуем? Сразу нельзя? Постепенно, по три-четыре человека в год? Я согласен, сразу – это коллапс будет в управлении.

Вот эти все декларации, мы зачем это делаем? Мы народ раздражаем. О какие богатые министры, депутаты, губернаторы!.. А пресса радуется: ой, ещё одна машина, вот ещё там где-то квартира, ой, там за границей... Я много раз предлагал: уберите все декларации. Вы знаете, кого надо арестовать, и арестовывайте без деклараций. Вы прекрасно знаете, кто ворует и у кого какие деньги. И зачем лишний раз народу создавать такое впечатление, что есть мультимиллионеры, миллиардеры и есть зарплата 5 тыс., 7 тыс. и так далее? Это ровным счётом ничего не даёт, это только конфликты в семье...

Штрафы. Подают заявления в суд о защите чести и достоинства на миллиард. Это кто должен отдать такой штраф? Кто мешает указать: штраф не больше размера трёх средних зарплат этого человека? И то он три месяца будет без зарплаты…

Министерство сельского хозяйства. Ну что мы с турками из-за помидоров спорим? А чего мы раньше помидоры не выращивали? Почему, когда нас зажали со всех сторон, у нас вдруг появился скот и всё остальное?

И Кубань, пустая Кубань. Где пляжи? 200 км пустого побережья. Попробуйте взять землю, попробуйте там построить. Сочи – великолепно. Остальное – пустые километры. Люди в Турцию едут, а там теракты. Куда ехать людям? В этом виноваты эти вот министры, и поэтому мы должны думать об этом… Смотрите, как они сидят все, Дмитрий Анатольевич, смурные, грустные.

Нужно улыбаться, вы министры самого лучшего в мире правительства! Самой сильной в мире страны! За вами самые большие деньги и самые лучшие депутаты Государственной Думы!

В.Васильев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемый Вячеслав Викторович! Гости, дорогие коллеги, друзья!

Сегодня у нас очень важное обсуждение. Уже девятый год эта традиция в России. У нас есть возможность всегда и подготовиться, и выслушать доклад, и задать вопросы. В этом году их как никогда много. Они содержательные, и ответы на них тоже были развёрнутыми.

Разговор очень важен, об этом говорили все выступающие. Сегодня необходимо отметить, что Россия живёт в условиях жёстких международных санкций, преодолевая последствия экономического кризиса – падение мировых цен на энергоносители.

И обсуждая сегодня работу Правительства, мы должны сделать ряд выводов о том, как справилось государство в этих непростых условиях. Прошлый год был особенно важен, в 2016-м решалось: либо мы преодолеем последствия кризиса и создадим возможность для экономического роста, либо будет стагнация, которая неизбежно приведёт к сокращению социальных расходов.

Думаю, что все вы, уважаемые коллеги, к какой бы политической фракции кто ни относился, согласитесь: с этой сложной ситуацией вместе с Правительством нам удалось справиться, и отчётные цифры, пояснения, которые мы слышали, тому свидетельство.

Все социальные обязательства государства неукоснительно исполняются, несмотря на сокращение доходов в 2016 году. Фактически проведена индексация, доиндексация пенсий. Исполняются майские указы Президента, в том числе касающиеся увеличения заработных плат врачей, учителей и других работников социальной сферы.

Правительство услышало предложения Думы при внесении изменений в бюджет 2016 года и принятии бюджета 2017 года, что позволило сохранить объёмы поддержки сельского хозяйства, существенно поддержать оборонно-промышленный комплекс, ремонтировать и строить дороги, а также запустить новые проекты по благоустройству дворов, парков, по дополнительному финансированию муниципальных домов культуры и малых театров.

Несомненным успехом является рекордное с 1990 года снижение темпов инфляции, а ведь она в первую очередь бьёт по самым бедным слоям населения.

Необходимо отметить, что Правительство и Центральный банк в прошлом году провели санацию банков, убрав с рынка недобросовестные и ненадёжные организации, тем самым защитив интересы населения, вкладчиков, обеспечив стабильность финансовой системы нашей страны. Это позволило нам выйти на важнейшее решение – создание национальной платёжной системы «Мир», что в современных условиях необходимо для сохранения экономического и политического суверенитета страны, нашего бизнеса, нашей банковской системы.

Сегодня мы принимаем во втором чтении законопроекты, которые позволят в ближайшее время перевести на расчёты в рамках национальной платёжной системы работников бюджетной сферы и пенсионеров. То, о чём последние 20 лет говорили все фракции, нам удалось решить. И не могу не отметить, что это стало возможным благодаря тому, что нынешний состав Государственной Думы, избранный 18 сентября 2016 года, начал работать в постоянном диалоге с Правительством. И Председатель Правительства сегодня тоже на это обратил внимание и отметил.

Наша с вами важнейшая задача – выйти на повышение качества принимаемых законов. Об этом говорили все выступающие, и решить эту задачу без Правительства, разумеется, мы не сможем. Более 50% рассматриваемых сегодня законопроектов внесены Правительством, а на остальные законопроекты мы будем получать заключения и отзывы.

Хотелось бы поблагодарить, Дмитрий Анатольевич, Вас за то, что Вы занимаете принципиальную позицию и, несмотря на сопротивление некоторых чиновников, поддержали все фракции Государственной Думы, предложившие внести дополнительные механизмы совместного контроля за качеством принимаемых законов.

Во-первых, мы предложили поправку в 125-ю статью Регламента Государственной Думы о том, что отныне по законопроектам, требующим издания подзаконных актов, перед третьим чтением Правительство будет представлять подробную информацию о содержании и сроках принятия соответствующих подзаконных актов. Важно, что такая норма закреплена и в правительственном регламенте. Представляете, какая это возможность изменить законы к лучшему!

Во-вторых, Правительство по просьбе Государственной Думы будет оценивать регулирующее воздействие принятых во втором чтении законопроектов, касающихся экономической политики и прав бизнеса. Уверен, что эти решения помогут нам увеличить эффективность совместной работы.

Вместе с тем, говоря о взаимодействии с Правительством, хочу поднять и некоторые волнующие фракцию вопросы.

Первое. На прошлой неделе нами в первом чтении был принят подготовленный группой моих коллег законопроект, позволяющий жильцам при оплате общедомовых нужд переходить от нормативов к показаниям общедомовых счётчиков. В данном случае мы фактически исправляем ошибку, допущенную восемь месяцев назад, которая вместе с постановлением Правительства от 26 декабря 2016 года привела к резкому завышению стоимости жилищно-коммунальных услуг, недовольству людей, нарушению принципа справедливости и поощрению бесхозяйственности. Примеры подобных ошибок, к сожалению, не единичны, и виной тому ведомственный лоббизм, в противостоянии которому, Дмитрий Анатольевич, Вы нас поддерживаете. Спасибо за это. Это ситуация, когда те или иные министерства вместо того, чтобы вносить свои законопроекты на обсуждение Правительства, на общественное обсуждение, пытаются в обход добиться их принятия через отдельных депутатов, кстати, в различных фракциях. С ведомственным лоббизмом и нам, и Правительству вместе нужно бороться самым жёстким образом.

Второе. Нерешённой остаётся проблема закредитованности регионов, об этом уже говорили. К сожалению, принимаемые нами меры по замещению коммерческих кредитов бюджетными оказываются явно недостаточными. Есть регионы, долг которых сегодня составляет почти 100% от годовых доходов их бюджетов. Правительство должно выработать план чрезвычайных мер по наведению порядка в этой сфере, с тем чтобы помочь этим регионам вылезти из долговой ямы.

Третье. Острейшей финансовой проблемой для многих регионов являются, по мнению наших коллег из субъектов Федерации, почти кабальные соглашения между регионами и Министерством финансов, исполнить которые зачастую невозможно.

Мы считаем, что все вопросы, связанные с финансированием регионов в рамках межбюджетных отношений, должны решаться не на трёхсторонней комиссии и не ведомственными актами, а приниматься в этом зале, обсуждаться в Совете Федерации и утверждаться Президентом в федеральном законе о бюджете.

Это сделает систему более прозрачной и позволит всем депутатам, представляющим те или иные регионы, а не только тем, которые входят в состав трёхсторонней комиссии, участвовать в обсуждении и принятии соответствующих решений. Регионы будут получать информацию об объёмах финансирования не в марте-апреле текущего бюджетного года, как это происходит сейчас, а в ноябре предшествующего. Мы понимаем, что в этом случае возрастёт количество поправок, подаваемых ко второму и третьему чтению бюджета, но считаем, что такое решение будет серьёзным шагом на пути создания открытого, понятного и для федерального центра, и для регионов бюджета. Со своей стороны (Владимир Вольфович (Жириновский) говорил об энтузиазме) мы готовы работать и до ночи, чтобы решить эту задачу.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, мы очень надеемся, что в текущем году нам удастся перейти к устойчивому росту национальной экономики. Основа для этого заложена, как вытекает из Вашего доклада. Наша фракция готова работать в этом направлении с Правительством. И для этого просим Вас ставить Правительству более амбициозные задачи, как их ставит Президент. Дума неоднократно подчёркивала, что приоритетным в работе Правительства должно стать полное и неукоснительное исполнение указов Президента от 7 мая 2012 года.

Завершая своё выступление, хочу сказать следующее. Мы готовились к сегодняшнему обсуждению, внимательно слушали доклад Председателя Правительства, его ответы на наши вопросы. Их было много, как никогда много. Позиция фракции «Единая Россия», моих коллег, едина. Мы считаем, что Правительство в непростых условиях сработало достаточно эффективно, обеспечив выполнение обязательств государства перед людьми и заложив основу для дальнейшего развития нашей страны.

С.Миронов (руководитель фракции политической партии «Справедливая Россия»): Уважаемые коллеги! Оптимизм Правительства подкупает, и очень хотелось бы следовать этому оптимизму. Как мы слышали от предыдущего министра экономики, точки роста найдены, инфляция локализована, процветание не за горами. Не экономика, а просто песня! Правда, достаточно всего лишь двух-трёх сводок Росстата, чтобы поставить этот оптимизм под очень большое сомнение. Рост экономики близок к статистической погрешности. За два года реальные доходы граждан нашей страны упали на 9%. За чертой бедности сегодня находится более 20 млн человек.

Правительство рассуждает о политике развития, но для всё большего количества россиян эта политика – политика выживания. По официальной статистике, рост цен с начала года составил 1%, а население устойчиво не верит в официальные цифры инфляции. Люди говорят: такое ощущение, что, кроме рубля, всё дорожает. Правительство всячески избегает слова «кризис», а 78% взрослого населения нашей страны уверено, что сейчас в России полноценный экономический кризис. Более 40% людей в нашей стране получают зарплату менее 20 тыс. рублей в месяц. Среднюю зарплату, о которой рапортует Росстат, люди в регионах не видят.

Согласно официальному сценарному прогнозу на 2017–2019 годы, Правительство вообще не ставит себе задачу снижать численность населения с доходами ниже прожиточного минимума. Это недостойно нашей великой страны. Доходы ниже прожиточного минимума – это даже не бедность, это нищета. Всевозможные опросы показывают, что уже каждый четвёртый гражданин России сегодня экономит на еде. Это позор! Среди работающих бедных много молодых семей с детьми – не менее трети. Бедность особенно вопиюща в сёлах и небольших городах. Нелегко и среднему классу, 70% которого экономит буквально на всём. Как в этой ситуации можно рассчитывать на экономический прорыв и демографический рост?

Из-за роста цен пенсия снова стала синонимом бедности. Пенсионеры тратят деньги всего на три позиции из перечня товаров и услуг, по которым определяется индекс роста цен, – это жилищно-коммунальные услуги, лекарства и, конечно же, питание. Это те сферы, где были самые мощные ценовые скачки.

Буквально два штриха по здравоохранению и жилью. Сегодня у нас в результате оптимизации 16 тыс. населённых пунктов Российской Федерации (в XXI веке!) полностью лишены какой-либо медицинской помощи. Сегодня у нас в результате оптимизации количество врачей резко сократилось.

Хроническое безденежье, чехарда пенсионных реформ, страх потери работы, дамоклов меч нищеты вызывают сильнейшую социальную депрессию, недоверие к институтам власти, подрывают единство нашего общества. Попытки экономического блока Правительства вместо реальной борьбы с бедностью подправить картину за счёт манипуляций с величиной прожиточного минимума, МРОТ и индекса цен вызывают у людей лишь раздражение.

Вывод один – нынешняя экономическая модель полностью себя исчерпала.

Заявления некоторых министров экономического блока нередко вообще носят провокационный и запугивающий характер. Парадоксально, но вся правительственная дискуссия о налогах сползает к увеличению налоговой нагрузки на низкодоходные группы населения. Чего только стоит предложение повысить подоходный налог до 15% или попытки вывести из тени самозанятых, обещая освободить их от налогов на два года, начинать взимать налоги на третий! Как можно искать в нянях и репетиторах источник устойчивых бюджетных доходов? Может, надо просто поблагодарить их за то, что они спасают свои семьи от нищеты?

Без структурных реформ и инвестиций экономику не поднять. Но главное – надо развернуть экономику лицом к человеку. Если не придать экономике человеческое измерение, ничего не получится. Нужны мотивы и стимулы к труду. В условиях, когда труд, созидательная деятельность не является гарантией справедливого вознаграждения и заслуженного социального статуса, никакого экономического чуда не будет.

Теперь о структурных реформах.

Первое. Вялость инвестиционного процесса очевидна. Инвестиции в основной капитал снижаются третий год подряд – откуда взяться экономическому росту? Хватит связывать структурные реформы с сокращением доли государства в экономике и с приватизацией! Мы уже проходили это и остались у разбитого корыта. Нужны локомотивы экономического роста. Хочу назвать три важнейших.

Это государственные инвестиции в инфраструктуру. Причём здесь не просто допустимы, а желательны именно мегапроекты, такие, например, как высокоскоростной транспортный коридор между Европой и Азией через Россию. Дороги – это рычаг стягивания огромной территории страны в интересах наших граждан, оказавшихся в тисках многочисленных моногородов. В России во все времена дороги кормили людей.

Это строительство доступного жилья, передача его гражданам на условиях социального найма. Это само по себе может стать одним из мощнейших стимулов экономического роста. Пора распрощаться с догмой, что ипотека – единственный путь решения жилищного вопроса в России, особенно перед лицом роста бедности основной массы наших граждан.

Наконец, это энергосбережение. Эта тема в России такая же традиционная, как и дороги. В 2016 году завершилась пятилетняя программа по энергосбережению, но она не выполнена в полном объёме. Между тем развитие новых технологий в энергетике – важнейший фактор экономического роста.

Теперь второе – о влиянии структурной реформы курса рубля.

Минфин и Минэкономразвития постоянно говорят о переоценённости рубля. Но нельзя забывать, что большинство жителей страны – это в большей или меньшей степени импортёры, а затыкать дырки в бюджете слабым рублём – это опять косвенным образом обирать население. Провалы по доходам надо компенсировать не курсом рубля, а мерами по жесточайшему контролю над эффективностью бюджетных расходов. Правительству пора заняться развитием, а не монетарной эквилибристикой. Нельзя допускать, чтобы валютный рынок превращался в площадку для спекуляций обладателя инсайдерской информации.

Третье. Инвестиционная активность тормозится не только дороговизной денег, но и тем, что нет ясности: зачем вообще их инвестировать. Потенциальный рост ВВП сегодня почти полностью зависит от внутреннего спроса. В условиях сокращения реальных доходов населения никакого роста не будет. Люди мало зарабатывают и, соответственно, мало покупают. Вот, кстати, главный рычаг и главная причина низкой инфляции.

Кроме того, возникла громадная задолженность населения перед банковским сектором, сегодня она превышает 10 трлн рублей, а между тем выручка банковского сектора в 2016 году выросла в пять раз. У банков нет денег, чтобы кредитовать экономику, но вполне достаточно, чтобы поиграть на курсе рубля.

Четвёртое. Введение прогрессивной шкалы подоходного налога, на чём уже 10 лет настаиваем. Все разговоры о том, что кто-то уйдёт в тень, что невозможно собирать… Весь мир собирает, 19 стран из двадцатки экономически развитых используют прогрессивную шкалу налога, а мы нет. Я думаю, что нужно всё-таки переходить к реальным делам.

Пятое. В прошлом году количество малых предприятий сократилось на 29%, причём именно за счёт выхода из бизнеса или ухода в тень.

Например, страсти по системе «Платон» обернулись тем, что Правительство проигнорировало интересы низкорентабельных перевозчиков, которые тем не менее очень нужны нашей стране.

Радуют, конечно, успехи сельского хозяйства, но, если мы не решим проблему с семенным фондом (80% всех семян мы покупаем за рубежом), у нас ничего хорошего не будет.

На основе официальных данных Федеральной службы государственной статистики партия «Справедливая Россия» подготовила специальный доклад «Социальные итоги года». Я после своего выступления этот доклад передам Дмитрию Анатольевичу Медведеву. И главный вывод этого доклада заключается в том, что социальное самочувствие граждан сегодня крайне низкое и продолжает снижаться.

И должен сказать, что в целом, говоря о работе Правительства Российской Федерации, наша фракция, наша партия «Справедливая Россия» считает, что нужно оценить работу Правительства Российской Федерации как неудовлетворительную.

Мы считаем, что результаты работы финансово-экономического блока нашего Правительства вступают в прямое противоречие с 7-й статьёй Конституции Российской Федерации, где говорится, что Российская Федерация – это социальное государство.

Поэтому мы уверены, что необходимо менять экономический курс, необходимо менять курс работы Правительства, а самое главное, мы абсолютно уверены, что такой финансово-экономический блок в нашем Правительстве не нужен гражданам России. Спасибо за внимание.

В.Володин: Уважаемые коллеги, мы с вами завершили выступления от фракций. Заключительное слово Дмитрия Анатольевича Медведева, Председателя Правительства Российской Федерации.

Д.Медведев: Уважаемые коллеги! С большим удовольствием, как обычно, выслушал выступления наших руководителей фракций в Государственной Думе – и по эмоциональному накалу, и по содержанию. Если позволите, прежде чем я сердечно поблагодарю всех за проделанную работу, за вопросы, я всё-таки некоторые комментарии к тому, что прозвучало, тоже сделаю.

Геннадий Андреевич (Г.Зюганов) говорил о макроэкономических показателях. Наверное, не всё так просто, но я всё-таки хотел бы ещё раз акцентировать внимание всех, и наших коллег из Коммунистической партии на том, что макроэкономика в нашей стране находится в порядке, и это действительно заслуга и Центрального банка, и финансово-экономического блока Правительства.

Вот и про долг говорили. Вы найдите ещё страну, где такой небольшой внутренний и внешний долг, как наша. Таких стран почти нет! У нас очень низкий уровень долговой нагрузки. На это я хотел бы обратить внимание. Это некоторое передёргивание фактов.

Вы про ЖКХ говорили. Нужна общегосударственная программа. Геннадий Андреевич (обращаясь к Г.Зюганову), я Вас полностью в этом смысле поддерживаю. Давайте поработаем совместно, чтобы эта программа работала так же хорошо, как в Москве, в других местах. Здесь Вы найдёте в лице Правительства Российской Федерации самых горячих сторонников совместной работы. Давайте это сделаем.

Про кино какое-то рассказывали. Я его не видел, но, если дадите, с удовольствием посмотрю.

Ещё одну вещь абсолютно точно сказал Геннадий Андреевич Зюганов: гляньте на Украину. Вот гляньте. Это очень правильные слова. Но одну поправку я всё-таки хотел бы внести в то, что было сказано лидером Коммунистической партии. Геннадий Андреевич, Кудрин не работает в Правительстве Российской Федерации. Вы сказали: выгоните Кудрина. Но его нет в нашем Правительстве. Алексей Леонидович занимается другими делами. Сейчас 2017 год. Какая-то преемственность в подходах может быть, тем не менее давайте не будем всё валить на конкретных людей.

Теперь в отношении некоторых позиций, которые были озвучены Владимиром Вольфовичем (Жириновским). Тоже много интересных мыслей прозвучало. Я не могу не согласиться с идеей о том, что мы должны поднять инженерную профессию на самый высокий уровень. Мы с Владимиром Вольфовичем оба юристы по образованию. Тем не менее мы понимаем, насколько важно, чтобы у нас были грамотные инженеры. Я как-то рассказывал, и в этом зале тоже, но ещё раз напомню. Я, может быть, лет 20 назад, ещё в Петербурге, когда занимался совсем другими вещами, познакомился с каким-то немцем, и он оставил мне визитку. Я запомнил это на всю жизнь. Я был молодой юрист, какие-то консультации, наверное, были... И на этой визитке было написано: «дипломированный инженер». Понимаете? Я считаю, что мы должны сделать всё, чтобы наши инженеры с таким же удовольствием изготавливали вот эти визитные карточки, на которых написано «дипломированный инженер», гордились своей профессией. В этом будущее России.

По поводу деления имущества, нажитого в браке. Владимир Вольфович, не мне Вам объяснять, есть же брачный контракт, всё решаемо.

Наконец, с чем также не могу не согласиться из тех сентенций, которые были озвучены лидером ЛДПР: коллеги, надо точно беречь лучшее в мире Правительство и лучших в мире депутатов Государственной Думы. Безусловно, так. Лучше не скажешь.

Моя родная фракция – Владимир Абдуалиевич Васильев озвучил целый ряд идей, по которым мы, конечно, готовы вместе с коллегами работать, в том числе и по регламенту Правительства, по более подробной информации, по законопроектам. Всё это мы с вами уже обсуждали, и я все поручения дам. Кстати, как и вопрос ведомственного лоббизма. Это безобразие. Мы с вами неоднократно об этом говорили, и я коллегам по Правительству, что называется, и по левую, и по правую руку сидящим, тоже об этом говорил. Существует только консолидированная позиция Правительства. Ведомственный лоббизм недопустим. Он подлежит истреблению. Если поймаете кого-нибудь с этим – замминистра или ещё кого-то, даже самого министра, – дайте мне информацию, мы с товарищами разберёмся по-товарищески. Это недопустимо.

По соглашениям с регионами, по закону о бюджете, по отражению соответствующих расходов в бюджете – давайте обсудим все плюсы и сложности такого подхода. Я к этому готов. Очевидно абсолютно, что это создаст дополнительную нагрузку для Государственной Думы, но в то же время выведет этот процесс на законодательный уровень. В этом есть плюсы. Давайте постараемся найти сбалансированную, оптимальную конструкцию для этого.

Сергей Михайлович Миронов, когда критиковал Правительство – а Правительство, очевидно, нужно критиковать, в определённых ситуациях, во всяком случае, – сказал о том, что мы боимся слова «кризис». Помилуйте, кто ж его боится? Мы открыто об этом говорим. Уважаемые коллеги, давайте честно: я сегодня всё специально смягчил, имея в виду, что и экономика стала расти, действительно, и целый ряд отраслей даёт уверенный рост. У нас есть масса позитивных показателей. Но давайте на землю опустимся все: а мы в каких условиях живём? Финансы закрыты, блокада, цена на нефть упала в два раза! Вы это всё забыли? Ничего не изменилось. Давайте так, дайте универсальный рецепт, если порулить готовы, что делать дальше. Деньги найдите дополнительные. Вот привёл наш коллега, Сергей Михайлович, какие-то примеры. Мы изучим, естественно. А просто так эти разговоры никакой ценности не имеют – в условиях крайне трудной внешней и внутренней конъюнктуры.

Хочу завершить вот чем. Уважаемые коллеги, во-первых, всех призываю к ответственности, давайте будем ответственными, давайте вместе помогать стране, а не реализовывать политические амбиции. Наша задача именно в этом. Давайте действовать в интересах граждан нашей огромной страны. Вот это ключевая вещь. Давайте из этого исходить.

Я хочу искренне поблагодарить всех депутатов Государственной Думы, которые эти четыре часа потратили на общение с Правительством. Это всегда нелёгкий разговор. Спасибо вам за вопросы, за неподдельное внимание к нашей деятельности. Будем работать над решением этих задач.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 19 апреля 2017 > № 2160830 Дмитрий Медведев


Россия > Транспорт. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 23 марта 2017 > № 2116869 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с представителями малого и среднего бизнеса в сфере автоперевозок.

Обсуждались актуальные для отрасли вопросы, в частности, совершенствование системы «Платон», весогабаритного контроля, регламентация работы штрафных стоянок, проблемы подготовки водителей, перспективы создания объединяющей автоперевозчиков саморегулируемой организации.

Из стенограммы:

Д.Медведев: У нас накопилось довольно много проблем, связанных с автомобильными перевозками. Часть из них, конечно, решается, часть решается, наверное, не так, как надо было бы их решать. Ко мне обратились коллеги из партии «Единая Россия» и сообщили о том, что есть желание пообщаться и обсудить наиболее актуальные темы, которые сегодня существуют в сфере автомобильных перевозок. Естественно, регулирование, которое осуществляется на уровне законов, Правительством, это не только система «Платон», хотя по ней тоже достаточно вопросов. Сергей Иванович (обращаясь к С.Неверову), удалось пообщаться по этим вопросам?

С.Неверов: Вчера к нам обратились представители грузоперевозчиков, которые возглавляют определённые ассоциации и сами за рулём находятся. В течение вечера мы достаточно плотно обсудили очень много проблем – с чего всё начиналось и к чему мы пришли. Основные вопросы, которые звучат, это прозрачность распределения средств, которые поступают в систему «Платон», восстановление региональных дорог, проблема, которая сейчас существует при весогабаритном контроле, получение налоговой льготы без проволочек, то есть взаимодействие налоговой и системы «Платон». Очень многие проблемы в принципе решаемые, думаю, что такая возможность есть. Более подробно об этом они сами скажут. С одной стороны, здесь, может быть, и невнимательность в регионах, с другой – грузоперевозчики постоянно стучались в двери… Может быть, не в ту дверь стучали? Или тихо стучали? На самом деле есть предпосылки для решения очень многих вопросов, которые вчера были озвучены.

В.Матягин (президент ассоциации «Центр объединения грузоперевозчиков “Грузавтотранс”»): Ассоциация «Центр объединения грузоперевозчиков “Грузавтотранс”» существует с 2011 года. Я сегодня буду представлять и свою ассоциацию, и объединение «12 тонн». Вопросов действительно в отрасли накопилось очень много. С 2005 года, когда отменили лицензирование, взамен мы ничего не получили. Получили по полной программе свободу. Наелись этой свободой. Какие вопросы сегодня глобально волнуют рынок – это допуск на рынок. Это давно уже обсуждается, с 2005 года. Вроде отменят лицензирование, планировали ввести саморегулирование. Насколько я знаю, Вы, Дмитрий Анатольевич, поддерживаете идею саморегулирования, чтобы рынок сам себя регулировал, но нам надо помочь. На добровольной основе 6,5 млн грузового транспорта, которые существуют в России, мы не соберемся.

Обязательно должно быть саморегулирование. Мы готовы прописать и стандарты, и правила, помочь, подсказать. Многие коллеги – что крупные перевозчики, что небольшие предприниматели – говорят, да, это довлеет над всеми, потому что демпинг цен, переполненность рынка, квотирование (то, что сегодня существует на рынке) погружает отрасль в упадническое состояние. Также руководители на местах и, может быть, в верхах, которые не досмотрели, упустили эти вопросы... Мы готовы решать эти вопросы, бизнес готов к этому. Если мы сейчас упустим возможность, дальше развалим всю транспортную отрасль – грузового автотранспорта в России. И то, что многие сегодня и в Минтрансе, и в Правительстве, и в «Единой России», и в других структурах активно подключаются, – большое спасибо.

Мы за последнее время создали ряд ресурсов при участии Минтранса, создали рабочую группу по весогабаритам, экспертный совет. Вопрос с «Платоном» актуальный, но это не первоочередной вопрос на сегодняшний момент. У нас вопрос связан с весогабаритными параметрами, со штрафстоянками, с коррупционными проявлениями, которые происходят на дорогах, с этими поборами, – это в большей степени людей волнует. И люди приходят, спрашивают: когда мы эти вопросы устраним? Даёт о себе знать и нелогичность законодательства, которая на сегодняшний момент присутствует. Порой мы сталкиваемся с тем, что нам объясняют, что это не белое, а чёрное. А на самом деле это белое. Я с 1998 года в транспорте, и за баранкой сидел, и снизу доверху эти процессы знаю. И когда мы начали поднимать вопросы коррупционных проявлений на трассах, мне приветы передавали с трассы. Это тоже не есть правильно. Мы хотим, чтобы народ на это спокойно реагировал. В этом отношении надо плотно поработать. Есть предложения, готовые предложения, как это сделать.

Что касается системы «Платон», многие индивидуальные предприниматели сами баранку крутят, ездят и им бегать по налоговым, заниматься сбором каких-либо документов, чтобы вычеты по системе «Платон» сделать, по транспортному налогу очень сложно. Здесь хотелось бы сделать процесс взаимозачёта. Могут же РТИТС и налоговая между собой эти вопросы согласовать, а непосредственно владельца транспорта уведомить, что состоялся такой обмен? Надо упрощать это всё. В электронном виде галочку поставили – всё, решили вопросы!

Хотелось бы, чтобы одно из предложений от бизнеса тоже рассмотрели. Многие перевозчики, конечно, ездят не так много и на небольшие расстояния по федеральным трассам, а некоторые по 20–30 тыс. в месяц наматывают. У нас же в магазине чем больше покупаешь, оптом, тем скидка больше. В этом отношении нужно тоже рассмотреть такую возможность, чтобы для тех, кто много использует федеральные трассы, через определённое количество времени, расстояния была возможность платить по меньшему тарифу. Это тоже помогло бы бизнесу.

У нас много возникает вопросов, связанных с ремонтом дорог. Куда направляются деньги? Многие не видят. Может быть, создать какой-то ресурс, портал, где участники рынка могли бы вносить свои предложения, оставлять свои комментарии – какие дороги в плачевном, какие в хорошем состоянии. Чтобы люди видели, куда эти деньги уходят.

Ещё одна из наших проблем. Мы выделяем вроде бы транспортный налог из системы «Платон». Он должен идти в региональные фонды. Конечно, это хорошо, но, может быть, вам сверху и не видно, но нам снизу всё-таки видно, что происходит у нас на региональных дорогах, – мы латаем ржавое корыто. Мы вчера обсуждали этот вопрос. Нужно для губернаторов поставить задачу: хотите транспортный налог из системы «Платон» получить – наведите порядок по весогабаритным параметрам. Что сегодня происходит? У нас когда федеральные трассы перекрыты, на региональную выезжают, её, скажем, месяц назад сделали, а она уже в плачевном состоянии. Выброшенные деньги, неэффективное использование. И одно из предложений в этом заключается.

Дальше. Вернусь как раз к самому проблемному вопросу, бичу всех перевозчиков, которые говорят: «Платон» мелочь по сравнению с тем, с чем мы сталкиваемся, с весогабаритными параметрами. На сегодняшний момент разработано и принято много актов, и когда нам говорят, что это было принято в 2011–2012 годах, согласовано с перевозчиками, я спрашиваю: с какими? Нас там не было. Мы эксперимент проводили в прошлом году, загоняя машину, бетономешалку, на весы (в рамках закона), у неё на две задние оси показывает почти 20% осевой нагрузки перегруза. Нам говорят, распределите правильно нагрузку на ось. Но, извините, как бетон, жидкий, можно распределить? Это завод-изготовитель, конструкция... И мы, получается, здесь без вины виноватые. Отсюда и многие вопросы, связанные с весогабаритными параметрами и контролем осевых нагрузок, перевозчик не может их контролировать. На него заведомо возлагают ту функцию, которую он не может выполнить.

Чтобы убрать эти весогабаритные перегрузы с дорог, мы этот вопрос на рабочую группу вынесли и в Минтрансе активно нас в этом вопросе поддержали: надо в логистических центрах, портах, крупных карьерах, на предприятиях установить весы с осевыми нагрузками и чётко оттуда выпускать. И зациклить это на кол-центр, даже в ту же самую систему «Платон» ввести, чтобы можно было отследить. Потому что мы ловим не тех преступников. И по осевым нагрузкам нужно ответственность реально на грузоотправителя возложить, а перевозчика освободить от осевых нагрузок. Или же логично поднять те нормативы, которые присутствуют.

Ещё один бич, с которым мы сталкиваемся, – категорийность дорог. У нас дороги по России как лоскуты идут: 6, 8, 9, 10 тонн… Мы загрузились в Москве – вроде 11,5 тонн, пока доехали до Белоруссии, много раз нас останавливали, «обули». А что делать? Приходится людям платить. И эта проблема не будет решаться, потому что нам говорят: «До нас эти проблемы не доходят».

Реплика: До Смоленска три – 10, 8, 6.

Д.Медведев: Так исторически складывалось.

В.Матягин: Ущерб дороге наносим. И мы предложили: давайте по федеральным трассам сделаем 11 или 11,5 тонны – все дороги. Потому что мы уже ущерб наносим. Не будем людей, как говорится, делать преступниками на дорогах.

С чем мы ещё сталкиваемся? Перевозчик не хочет возить с перегрузом, это не его прихоть. Грузоотправители, заказчики, участвуя в тендерах, нажимают на кнопочку, опускаясь ниже определённых разумных пределов, а потом вынуждают перевозчиков возить с перегрузом. Вы можете сказать: «А почему вы возите?» Но, извините, у нас перенасыщенность, переполненность рынка, и всем кушать хочется. Если ты не повезёшь, так другой повезёт.

Д.Медведев: С перегрузом.

В.Матягин: Да. Мы с Вами земляки, из Санкт-Петербурга. У нас это глобальная проблема. Сколько бьёмся над этим, нам только приветы передают и улыбаются. Честно говоря, людей эти вопросы очень волнуют.

По штрафстоянкам. Мы прекрасно понимаем, для чего вроде бы они нужны, но мы не понимаем, зачем эта избыточная функция – постановка на штрафстоянку. У нас 500 тыс. штрафов на сегодняшний момент. Если нас поймали, то мы должны эти 500 тыс. заплатить. Но нас зачем-то направляют на штрафстоянку. Штрафстоянки почему-то у нас региональные, я имею в виду в регионах. Их комитеты по законности и правопорядку прописывали. В регламентах штрафстоянок не прописано, как забрать машину, как устранить причину задержания. И всё выстроено таким образом, что надо прийти и договориться. В основном сопровождают машины на штрафстоянки – не эвакуируют, а именно сопровождают: в вереницу выстроят 10 автомобилей и до штрафстоянки сопровождают – от 16 тыс. до 75 тыс. за одну единицу техники. А порой разбивают машину и полуприцеп. Извините, 32 тыс. или 150 тыс. заплатить! Да я лучше колёса куплю на эти деньги… Бывает, даже из-за 20 кг. Это перекос законодательства.

Мы считаем, что штрафстоянки не выполняют своей функции. Вы запросите, сколько реально было выставлено штрафов, сколько было привлечено грузоотправителей, перевозчиков и сколько реально денег в бюджет было получено. Я вам скажу, что это минимальная цифра. Потому что всё решается в процессе – кто как договорится.

Д.Медведев: То есть, по сути, это просто заработок для тех, кто этим занимается, и всё.

В.Матягин: Конечно. Миллион-полтора в день со штрафстоянки за то, что перевозчиков туда перемещают, сопровождают, – неплохой бизнес. Я бы хотел таким заняться, но, извините, меня туда не подпустят.

Что нас ещё волнует? Перенасыщенность рынка, демпинг цен. Нет реальной тарификации, всё с потолка взято. Если реально посчитать все затраты, которые сегодня несёт перевозчик, – честно сказать, мы, наверное, ещё из своего кармана должны вытащить определённую сумму и отдать государству.

Давайте всё-таки продуманно вводить допуск на рынок, считать минимальный тариф затрат перевозчика – нижнюю планку, как в Европе сделано. Мы ничего нового не придумываем. За шесть лет мы изучили и американский опыт, и германский, и финский, и японский. Много там чего хорошего. У нас как говорят? Надо хорошее брать и в наших реалиях попытаться привить. Вот мы и говорим: давайте привьём в наших реалиях этот опыт. В той же самой Швеции есть тарифы, где посчитаны все затраты, налоги, зарплаты и всё остальное, чтобы люди платили и в бюджет деньги, и в то же время о себе не забывали, об обновлении транспортных средств.

Соответственно, минимальная планка должна быть, а максимальную уже рынок отрегулирует.

Система обучения водителей у нас сегодня вообще никакая, нулевая. Аварийность постоянно растет. Применять со стороны законодательства кнут, взамен не давая пряник, честно сказать, тоже неправильно. Мы знаем, как это всё функционирует. Автошкола должна отвечать за качество, и система обучения должна быть подправлена. За 12 занятий обучают у нас на профессионального водителя – это смешно. В Финляндии 280 часов только на безопасную езду закладывают. И там заинтересованы в качественном водителе три стороны.

Д.Медведев: А у нас 12 занятий всего?

В.Матягин: 12 занятий.

Д.Медведев: Безобразие, конечно.

В.Матягин: Там заинтересованы три стороны: государство – потому что это возможная гибель людей; страховые компании – потому что аварийность – это их убытки; и третье звено – это сами транспортные компании. Необязательные ремонты, аварийность над нами очень сильно довлеют. Мы это неоднократно и на форумах обсуждали, но, честно сказать, воз и ныне там. Здесь должны быть государством определены программы, как это всё сделать, как облегчить жизнь. Мы не только на себя тянем, мы говорим: помогите, мы сами готовы в этом отношении что-то делать, направить, и понимаем, как это сделать.

П.Осеев (директор некоммерческого партнёрства «Объединение добросовестных участников рынка перевозок “Эверест”»): Я являюсь членом правления, пресс-секретарём некоммерческого партнёрства «Эверест» – это объединение добросовестных участников рынка грузовых перевозок. В наше объединение входит порядка 560 единиц транспортной техники. Наши участники, члены нашего объединения – это, скажем, не крупный и не мелкий, но средний бизнес, у которого от 60 до 500 единиц собственной техники. Все достаточно вбелую работают, добросовестно относятся и к своим обязанностям, и к законам, которые приняты. Оплачиваем также «Платон». Но есть часть перевозчиков, которые эту систему не оплачивают по определённым причинам. Причин множество.

Д.Медведев: Вы сами, Павел Михайлович, скажите, потому что – у меня во всяком случае – такой разговор первый. Вы сами как оцениваете эту систему?

П.Осеев: Вы знаете, мы оцениваем её положительно. Она очень многие фундаментальные вещи показала, показала те транспортные компании, тех перевозчиков, индивидуальных предпринимателей, частных лиц, которые готовы и хотят соблюдать закон, хотят работать вбелую, не платить взятки.

Но есть контингент, по-другому не могу его назвать, который нарушает здоровую конкурентную среду. Мы налоги и сборы, установленные законодательством, платим. А те, кто это не делает, жёстко демпингует рынок грузовых перевозок, и появляется нездоровая конкуренция, которая нам мешает.

Мы много обсуждали эту тему с нашими коллегами из различных организаций, объединений в транспортной отрасли, все склонны к тому, чтобы систему штрафов, которая есть в системе «Платон» на сегодняшний день, для тех, кто не зарегистрирован в ней, увеличить хотя бы до 50 тыс., потому что на сегодняшний день 5 тыс. и 10 тыс. при вторичном нарушении за сутки – люди готовы так платить, нежели регистрироваться и оплачивать систему.

Д.Медведев: То есть проще штраф платить, чем регистрироваться.

П.Осеев: Проще заплатить штраф, это не большая копейка. Если люди его платят, значит для них это не деньги. Соответственно, 50 тыс. – это и не 500, это и не 5, но человек всё-таки будет задумываться, насколько это будет бить ему по карману. Если он за три дня 150 тыс. насобирает штрафов, то, наверное, задумается, лучше ли платить в «Платон», что по факту означает платить государству в дорожные фонды, чтобы восстанавливалось дорожное полотно и федеральные трассы, но не платить в воздух.

И также соглашусь с коллегой. Необходим действительно портал единый, который бы мог показывать реальную ситуацию с дорогами в регионах. Тогда будет меньше возникать у общества вопросов, как деньги тратятся, куда они идут. Потому что это тоже бич, когда перевозчики и готовы платить, многие готовы платить, но они не понимают куда эти деньги идут. Они говорят: покажите нам, куда они идут, тогда мы будем платить.

Д.Медведев: Это естественное желание.

П.Осеев: В Федеральном дорожном агентстве была создана рабочая группа, она полтора года взаимодействовала при колоссальной поддержке Министерства транспорта. Очень конструктивно провели все диалоги, устранили недочёты в системе «Платон». Она полезна, она нужна, но нужен жёсткий контроль за теми, кто уклоняется от ответственности и уклоняется от норм закона.

Реплика: Дмитрий Анатольевич, вчера очень интересная тема была поднята – по электронной товарно-транспортной накладной.

П.Осеев: Это предложения, они достаточно простые по своей форме. Государство на сегодняшний день очень хорошо считает деньги и смотрит их движение. Товарно-материальные ценности, которые передвигаются по территории Российской Федерации, никто не считает, они неподконтрольны. Вы, Дмитрий Анатольевич, говорили, что есть проект о создании электронного бюджета.

Д.Медведев: Даже уже реализуется.

П.Осеев: На сегодняшний день сформирована рабочая группа по электронным товарным накладным, концепция пока идейная, она была создана на нашей базе с соавторами. И Министерство транспорта очень качественно помогает, предоставило нам свою площадку для обсуждения, для выработки механизмов, необходимых для её реализации. Это также облегчит жизнь перевозчикам, потому что на сегодняшний день товарно-транспортная накладная – это основной документ, который подтверждает факт перевозки.

Оплата перевозчику на сегодняшний день идёт по оригиналам товарно-транспортных накладных. То есть перевозчик едет 15 дней куда-то, потом берёт эти документы, месяц едет куда-то, потом их сдаёт, потом ему оплачивает тот, кто заказывал эту услугу. По факту перевозчик получает через месяц-полтора, а то и три денежные средства. Кто-то вообще не платит, а не платят как раз те псевдоэкспедиторы, которыми наполнен рынок, которые подавляющее большинство заработка перевозчика просто откусывают ни за что, перекладывая бумажку с одного места на другое. Работают не в соответствии с федеральным законом в части транспортно-экспедиционной деятельности.

Экспедиторы, порядочные и добросовестные, необходимы в отрасли. Это факт. Электронная товарная накладная даст прозрачность между грузоотправителем, фактическим перевозчиком, который сидит и получает деньги, и конечным получателем. При этом электронный документооборот: не будет необходимости перевозчику бегать с этими документами, сдавать их куда-то.

Мы сейчас взаимодействуем с Министерством финансов, с Министерством транспорта и с Минэкономразвития. Получены от них ответы по доработке определённых моментов. Было предложено на рабочей группе в Министерстве транспорта предложить Министерству финансов выработать транспортную накладную в едином формате, чтобы она была применима.

Д.Медведев: Нет, конечно, если она будет электронная, она и должна быть единой. Она должна быть унифицированной, а иначе как?

В.Матягин: Дмитрий Анатольевич, электронная накладная позволит принимать потоки и вывести всех остальных перевозчиков из тени, потому что без этого невозможно будет работать.

Д.Медведев: Мы это понимаем. Мы ради чего электронный бюджет внедряем и вообще любые электронные способы оформления хозяйственных отношений? Вопрос в чём? Просто отрасль, она же разная. Есть те, кто вбелую работает, сидит за этим столом и хочет нормальных перемен, а есть те, кто хочет недобросовестной конкуренции, о которой вы только что сказали, ничего не платить, штрафы платить. Мы их сможем перевести на электронную накладную?

П.Осеев: Вы знаете, это предложили сделать обязательным по одной простой причине, что если перевозчик, грузоотправитель и грузополучатель находятся в рамках правового поля, то ничего не мешает им заниматься этим документооборотом в электронном виде. При этом никто не отменяет бумажный носитель.

Д.Медведев: Во всяком случае на первых порах.

П.Осеев: Да, на первых порах. Если это будет необязательным, это бессмысленно.

Д.Медведев: Это как и везде. Мы электронные документы внедряем, но понимаем: жизнь есть жизнь, и всё равно делается бумажный дубликат. Если что-то случилось с компьютером, ещё что-то… Но, конечно, главным является электронный носитель.

П.Осеев: Плюс ко всему поднимались вопросы о том, что псевдопосредники выступают в роли грузоотправителей – их очень много. И когда возникает тот же весогабаритный контроль, машины попадают на нём и получается штраф 500 тыс., то грузоотправителя, к сожалению, не найти. А в электронном документообороте впихнуть какое-нибудь ООО «Ромашка» уже не получится. Ответственный будет чётко установлен.

Д.Медведев: Система будет прозрачная: будет виден и грузоотправитель, и перевозчик, и грузополучатель.

П.Осеев: При этом будет чёткое понимание, где перевозится контрафакт, чёткое понимание, какой регион перенасыщен, например, рыбой или мясом. Это также распределение товаров народного потребления.

Д.Медведев: Почему из Белоруссии столько креветок приехало.

П.Осеев: Да. Тем не менее в Беларуси эта система работает, пусть не ахово, но работает, и ей все очень довольны на сегодняшний день. Мы просто хотели бы, чтобы Вы нас поддержали в этом отношении. Мы как работали на сегодняшний день с Министерством транспорта по товарной накладной, так и будем дальше взаимодействовать.

В.Матягин: Можно я добавлю? Вы говорите – электронная накладная. Если у нас будет допуск на рынок, то опять же, чтобы выйти на рынок не просто так – купил машину, какую-то бумажку получил, – а нужно обучиться заниматься этим делом, предпринимательством, правильно строить экономику, правильно распределять грузы, иметь в штате специалистов, которые должны быть. И это привить будет тоже легко, это будет в обязаловку.

Д.Медведев: Если будет нормальная саморегулируемая организация, то она не будет допускать таких…

В.Матягин: Конечно. Так что в совокупности это надо решать.

Реплика: Дмитрий Анатольевич, меня очень волнует система налогообложения нашей отрасли. Мы говорим, что сегодня очень большая конкуренция, существует демпинг, каботаж, тарифы низкие, аварийность высокая. Не секрет, что подавляющее большинство нашего грузового транспорта сегодня по техническим параметрам не соответствует тем стандартам, которые необходимы для работы на наших дорогах. Поэтому хочется попросить Вашей помощи и обратить Ваше внимание на вопросы развития нашей отрасли.

Сегодня только на грузовом автомобиле можно осуществлять перевозку товаров народного потребления от двери до двери. Но сегодня российские перевозчики не имеют возможности обновляться, развиваться. Сегодня единственная система, которая позволяет это делать, – это лизинговая система. Но, поверьте, это очень тяжело в нынешних условиях. Я думаю, коллеги меня понимают.

Хочется попросить Вас от имени коллег: поддержите, мы готовы работать, мы готовы трудиться…

Д.Медведев: Помимо лизинга что ещё Вы предлагаете использовать, какие формы? Кредиты или что?

Реплика: Кредиты ещё дороже, чем лизинговая система.

Д.Медведев: О том и речь.

Реплика: Дело в том, что сегодня, к сожалению, нам дают лизинг всего на четыре года.

Д.Медведев: То есть условия лизинга неприемлемые.

Реплика: Конечно. Если хотя бы на шесть-семь лет, мы ещё потянем. За четыре года лизинговый платёж настолько высок, что перевозки становятся нерентабельными. И, сами понимаете, в связи с тем, что курс европейской валюты повысился, все наши накладные затраты выросли: и ремонт, и запчасти. И топливо сегодня стоит недёшево на нашем рынке.

В.Матягин: В Японии существуют ассоциации – по землям. После оплаты акциза на топливо в государственный бюджет часть его возвращается в эти ассоциации для обновления транспортных средств. Очень хорошая программа.

Можно было бы над этим задуматься, это связать в рамках объединения рынка. Перевозчик не должен быть покинут, он не должен быть вне каких-либо ассоциаций или СРО. Он должен где-то находиться. Если он начинает себя нехорошо вести, демпинговать или нарушать какие-то правила игры, которые мы можем прописать, то была бы возможность его отстранить: не хочешь нормально вести себя, пытаешься рынок поломать – значит, ты не умеешь вести бизнес, ты должен уйти. И тогда будут нормальные правила, будет порядок в этом отношении. И в бюджет будут поступать колоссальные деньги.

Д.Медведев: Это Вы, Владимир Васильевич, абсолютно правильно говорите. Причём это касается не только перевозок.

Во всём мире принято считаться с позицией корпорации. Если ты внутри корпорации – неважно, это корпорация перевозчиков или врачей, – к тебе отношение уважительное. Ты работаешь вбелую, ты платишь налоги, и ты под защитой корпорации и, стало быть, государства в целом. Если ты обособляешься и каким-то образом пытаешься от всех правил отойти, то, как правило, это плохой знак: это означает, что этот человек пытается вести недобросовестную конкуренцию, то есть ничего не платить, куда-то прятаться, возить что-то левое, просто закон нарушать. Поэтому идея саморегулируемых организаций абсолютно справедлива.

В.Матягин: Анализируя состояние этого рынка: почему мы к этой ситуации пришли? После распада СССР мы от государственного перешли к частному и от плановой экономики к рыночной. А правила игры и некоторые законы мы ещё с СССР оставили, где-то что-то подправляя под наши реалии. И в обществе на сегодняшний момент существует колоссальный нигилизм.

В том году 17 мая первый раз ассоциация «Грузавтотранс» собрала съезд – автомобильных грузоперевозчиков. Общество разобщено, и когда предлагаешь, давайте наведём здесь порядок, все говорят: да мы не верим, что можно что-то поменять. Мы говорим: да возможно, надо только собраться. Вот одному камень сложно поднять, а вдесятером подошли и подняли, унесли его.

Это в обществе, конечно, нужно прививать – то, что сейчас меняется ситуация. Раньше, может быть, на это смотрели как-то сквозь пальцы... Но до общества нужно доносить. Да, многие тенденции идут. Мы с чем сталкиваемся, когда людям объясняем? Говорят: всё равно ничего не получится. Никто ничего не хочет делать. В таком формате происходит.

Д.Медведев: Нигилизма хватает. Спорить с вами не буду. И старого законодательства хватает. А если говорить по-честному, и новое законодательство иногда подчас хуже старого: его штампуют, штампуют (и мы все в этом принимаем участие, что скрывать), а потом смотришь – многие решения далеко не так хорошо продуманы. Именно поэтому нужны встречи, нужны коммуникации, общение, обсуждение этого. Во всяком случае я всегда за это.

В.Матягин: У нас в министерстве вроде бы всем занимаемся, но внутреннему транспорту очень мало уделяем внимания, и у нас нет структуры, даже в Министерстве транспорта, которая непосредственно занималась бы внутренним транспортом, хотя это одна из самых крупнейших отраслей – 6,5 млн единиц грузового транспорта.

Д.Медведев: А кто у вас занимается внутри министерства?

М.Соколов: У нас есть соответствующий департамент, 35 человек работает. Департамент городского транспорта, но туда в том числе входит и грузовой транспорт, то есть общественный транспорт и грузовой. И создано бюджетное учреждение «Агентство автомобильного транспорта», а вот агентства отраслевого, как является, например, у моряков Росморречфлот, у авиации – Росавиация, такого агентства действительно нет.

Д.Медведев: Вы правы в следующем. Вот вы вспоминали советский период. Экономика у нас уже, конечно, не плановая, а рыночная. В то же время напомню, каким образом регулировался транспорт в советский период: Министерство морского флота, Министерство речного флота, Министерство автомобильного транспорта, Министерство воздушного транспорта, Министерство путей сообщения. Пять отдельных министерств. Нам не нужно пять министерств, потому что это просто пятикратное увеличение бюрократии, но то, что автомобильные перевозки и грузовые автомобильные перевозки должны занимать более значительное место в системе регулирования транспорта, это абсолютно однозначно.

Тем более что вы правильно говорите: как ни крути, мы, с одной стороны, государство железнодорожное, и нам действительно без этого никуда не уйти, а с другой стороны – автомобильное. Всё остальное у нас – так, пока ни шатко ни валко. Речные перевозки у нас, к сожалению, не очень активны, хотя рек очень много. Воздушные перевозки, конечно, развиваются, но очень дорогие. Поэтому два основных вида транспорта пока – это железная дорога и автомобиль.

В.Матягин: Но до железной дороги, до моря надо ещё довезти, и это только грузовой автотранспорт.

Д.Медведев: Согласен.

А.Дворкович: Многие вещи, которые были сегодня озвучены на разных площадках и в разных форматах, естественно, обсуждаются и обсуждались. Упомянута была рабочая группа, которая существует в Минтрансе, поэтому с частью предложений я знаком, а часть либо прозвучала впервые, либо они не в столь высокой степени проработаны. Но я очень коротко скажу об этом.

Естественно, мы поддерживаем развитие системы весогабаритного контроля. Определённые наработки здесь уже есть, но есть и нюансы, о которых было сегодня сказано, – по категорийности дорог, по тому, где осуществляется контроль, каким образом. Эти вещи предстоит довести до ума, доработать, но в целом абсолютно правильно приоритет назван. Это даже важнее в какой-то степени, чем система «Платон», для контроля ситуации на дорогах и сохранения качества дорог при условии, что они, конечно, должным образом строятся и ремонтируются.

Тема СРО давно уже не звучала. Мы в какой-то момент к СРО стали относиться более критично, чем на первоначальном этапе, потому что в каких-то сферах не очень хорошо эта система сработала. Где-то она более-менее прилично существует, например в оценочной деятельности. Применительно к транспорту можно вернуться к этой теме. Я поддерживаю это. Но мы хотим, чтобы инициатива была снизу, чтобы её не навязывать отрасли. Чтобы сообщество это предложило, а мы тогда вместе выработаем правила и стандарты.

Реплика: Концепция у нас уже есть. Мы готовы представить, как это будет выглядеть.

А.Дворкович: Хорошо. Отработаем вопросы по штрафстоянкам, по обучению, по лизингу. По лизингу сразу скажу: у нас ресурсы, конечно, небольшие есть, мы их сегодня даём в основном на лёгкий коммерческий транспорт («Газели», например), где свои автомобили есть и есть определённая поддержка. На тяжёлые грузовые мы не даём сегодня средства. Это проблема. Поэтому так дорого получается. Посмотрим, можем ли какие-то ресурсы здесь найти, выделить.

Если перенаправить акцизы на эти цели, тогда у нас это будет вычет из средств на ремонт дорог, и тоже возникнут проблемы. Я подумал, но это пока просто на уровне идеи: может быть, из транспортного налога этот вычет делать? То есть если средства направляются на обновление парка транспортных средств, то как раз транспортный налог на эту сумму не платить. Вот это можно было бы вполне сделать. То же самое касается для организаций налога на прибыль. Здесь можно посмотреть, какие варианты есть.

По системе «Платон», действительно, часть предложений была отработана, часть прозвучала сегодня впервые.

И по штрафам. Прозвучала тема 50 тыс. по штрафам. Мы пока предлагали только небольшое повышение. Напомню, что мы сначала решили сократить штрафы до минимального уровня – 5 тыс., и 10 тыс. при повторном нарушении.

Д.Медведев: А вот коллеги говорят: неправильно.

А.Дворкович: Мы это отчасти делали специально, потому что хотели, чтобы система заработала в полной мере, чтобы рамки были установлены в большем количестве мест, чтобы контроль осуществлялся более полно. Рамки в основном все будут установлены к середине этого года. Контроль будет уже полноценным. Поэтому и штрафы можно повышать. Во второй половине года можно к этой теме вернуться.

Д.Медведев: Во-первых, хорошо, что мы в таком составе встретились. Мои коллеги молодцы, организуют такие встречи, участвуют в них. Вот вы хвалили, что такое общение есть. Но важно, чтобы Правительство и руководство страны получали такую информацию непосредственно от тех, кто работает, в том числе работает на дорогах у нас.

Вы сказали много интересных вещей, часть мне известна, часть из них была совершенно новой. И, наверное, в этом особая ценность этой встречи.

Начну с того, о чём Аркадий Владимирович (Дворкович) говорил, – по поводу системы саморегулирования. Вы знаете, здесь вы сами должны определиться. Если вы решите создать что-то такое серьёзное, мы будем только рады. Потому что гораздо проще общаться с большой, серьёзной организацией, у которой есть представители, у которой сформированы требования, что делать, например, по электронной товарно-транспортной накладной и так далее, – чем с группами разных людей с неопределёнными целями.

Но у нас действительно просьба: если вы на такие решения пойдёте, а это может способствовать и борьбе с демпингом, и с различного рода другими нарушениями, чтобы эта инициатива действительно была ваша. Мы здесь ничего навязывать не будем. Это первое.

И второе, что очень важно, чтобы решения, которые принимаются в такой саморегулируемой организации, исполнялись. По понятным причинам это же общественные решения, а не государственные, они основаны только на авторитете самой организации. Если организация будет авторитетной, тогда и решения будут исполняться. Сможете создать такую организацию – мы будем только рады, и Правительство будет вас в этом поддерживать.

Теперь те вопросы, которые звучали, некоторые из них повторялись, я тем не менее скажу. Конечно, очевидно, что существует масса тем, по которым, к сожалению, регулирование является недостаточным или неправильным. Упомянутые весогабаритные параметры, связанные с конструктивными особенностями транспортных средств и тем, что перевозчик в принципе не может контролировать (вы об этом говорили), тем не менее лупят за это вас. В этом надо наводить порядок, в том числе и с нагрузкой на ось, и с массой других вопросов этого регулирования. Это регулирование на стыке между нормативным регулированием, скажем так, юридическим языком, и техническим регулированием, но оно должно быть. И оно должно быть не только на уровне Министерства транспорта, может быть, базовые вещи этого должны быть на уровне постановления Правительства. Я даю поручение такого рода решения подготовить.

Дальше, по категорийности дорог. Вы только что сказали о том, что дороги как лоскутное одеяло: едешь – там одна дорога, одна нагрузка, потом сразу же другая. Я не уверен, что всё это сделано с какими-то злыми целями, по злому умыслу. Вы знаете прекрасно состояние нашего дорожного фонда, он, мягко говоря, и раньше, в советские времена, был неидеальный, и сейчас он довольно сложный. Но то, что здесь должно происходить какое-то выравнивание, это совершенно очевидно, потому что в противном случае это просто повод для злоупотреблений, для манипуляций. Едешь-едешь – и бац, привет, плати. И в ряде случаев я допускаю, что эта чересполосица категорийности сохраняется именно в этих целях.

Надо провести мониторинг вообще всех дорог по категориям – ничего в этом особо сложного нет, мы имеем все электронные карты страны – и постараться хотя бы сгладить вот эту категорийность. Наверное, от неё полностью не уйти, но сгладить было бы можно.

Вы говорили о том, что перевозчик не хочет возить груз с перегрузом, возить грузы, которые выше существующих нормативов. Естественно, всё это отношения между отправителем, перевозчиком, получателем. Другое дело, что они у нас тоже надлежащим образом не отрегулированы. И какова ответственность в этом случае отправителя или получателя, для меня не очень понятно. Крайним в этом случае опять же остаётся перевозчик, хотя именно ему говорят: вези или пошёл вон, мы другого такого же найдём. Систему ответственности здесь необходимо точно выравнять.

По поводу штрафных стоянок. Я услышал то, что вы сказали, что в основном это отмывка для тех, кто пытается на этом деньги зарабатывать. Наверное, не везде, но в целом с этим тоже нужно разбираться. Поручения по этому поводу я обязательно дам, чтобы и правовой статус штрафных стоянок, и порядок привлечения к ответственности, сроки – всё это было регламентировано и, самое главное, нам было понятно, кто этим всем хозяйством управляет. Жуликов-то везде хватает, это мы понимаем, тем не менее должен быть один ответственный узел за всё это.

По поводу автошкол. Этого я вообще не знал, что посетил 14 занятий – сел и поехал. Одно дело за баранку легковой машины сесть, и то, кстати, это тоже большая и серьёзная проблема. Другое дело, когда речь идёт о грузовом автотранспорте. Надо будет посмотреть. Это, по всей вероятности, требования, которые устанавливает МВД?

М.Соколов: И Минобразования.

Д.Медведев: Я подпишу поручение о том, чтобы эти правила всё-таки сделать более жёсткими, пусть там не обижаются, мы должны получать квалифицированных водителей, а не чёрт-те кого. ДОСААФ – да, но дело-то в том, что ДОСААФ – это было добровольное общество содействия армии, авиации и флоту, а сейчас у нас автошколы, по сути, на коммерческой основе, но это же поточным не может быть.

Теперь тут упоминалась зачётная схема для того, чтобы уйти от этих посылов туда-обратно, я её в целом поддерживаю, и считаю, что она может быть внедрена. Прошу также подготовить предложения о том, чтобы всё это происходило в упрощённом порядке.

Важным является вопрос о контроле за тем, куда направляются средства, в том числе от «Платона» получаемые, но не только. И здесь я поддерживаю идею какой-то электронной системы, портала, сайта, где можно было бы смотреть, каким образом распределяются средства, в какие регионы они идут. Понятна идея, что там, где в основном ездят, там и деньги должны расходоваться – это не безусловно, у нас очень большое дорожное хозяйство, страна самая большая в мире, тем не менее я считаю, что это вполне разумная идея.

Идею, которую вы предложили, по поводу уменьшения тарифа пропорционально пробегу, если речь идёт об автомобилях, которые ездят на дальние расстояния, – можно продумать, потому что она экономически вроде разумно выглядит. Чем больше ездишь, тем меньше платишь тариф, в этом резон определённый есть. Я пока не говорю «да», но точно продумать, просчитать это было бы можно.

Теперь по системе «Платон». Очевидно, и все коллеги говорили здесь, что в целом эта система нужна. Почему? Потому что она помогает нам восстанавливать дороги, с другой стороны, показывает всех, кто работает по-честному, вбелую, отделяя их от тех, кто занимается недобросовестной конкуренцией. И для меня это очень важно услышать от вас, профессионалов, потому что такие системы существуют в мире, очень во многих странах, но важно, что это и вы осознаёте.

В то же время совершенно очевидно, что эта система только развивается, у неё есть недостатки, и эти недостатки должны устраняться. Причём не так, как захотелось кому-то: «давай здесь так сделаем», а в диалоге именно с вами, потому что вы этой системой пользуетесь, вы деньги туда платите, вы видите все её сильные стороны и все её слабые стороны.

По поводу увеличения штрафов. Мы действительно колебались, надо ли делать сразу большие штрафы, и вы сомневались в этом, когда мы обсуждали эту систему, но уже сейчас все признают, что штрафы должны быть больше, чтобы система работала честнее. Давайте мы к этому вопросу вернёмся так, чтобы не исказить картинку, но в то же время чтобы побудить всех, кто не зарегистрировался, вести себя честно, чтобы не было недобросовестной конкуренции, когда одни платят, а другие нет или лишь платят штрафы. Такие предложения будут подготовлены, и я их тоже в виде поручения сначала подпишу, а потом, соответственно, их можно воплотить уже в нормативные акты.

Про электронную товарно-транспортную накладную – если честно, мне приятно было это слышать от присутствующих, потому что это означает, что вы сами осознаёте, насколько важно прослеживать движение грузов по территории страны, и готовы работать, что называется, нормально, вбелую, чтобы всё было видно, прозрачно, это соответствует общей идеологии, которую мы пытаемся внедрять. Давайте вместе этим займёмся. Концепцию, естественно, я изучу и дам поручение по ней поработать.

По лизингу. Откровенно говоря, лучше лизинга ничего нет. Но лизинг тяжёлый, вы правильно сказали, по срокам и потому что мы этот лизинг не дотируем никак. Мы это делаем по другим транспортным средствам, но не делаем по грузовым, исходя из того, что это вроде бы коммерческая сфера. Хотя там тоже есть и коммерческая сфера. Давайте мы проработаем. Конечно, скажу прямо, это будет зависеть от наших финансовых возможностей. Если будет возможность туда какую-то толику денег отправить, немножко денег добавить и в лизинг для покупки грузовых автомобилей, мы попробуем это сделать. По условиям лизинга тоже посмотрим, я услышал то, что вы говорите в отношении коротких сроков для возврата.

Что хочу ещё сказать в заключение?

Сама система «Платон», о которой мы в том числе говорили, действительно работает. Принципы, которые заложены в неё, вы это тоже признаёте, правильные. Но нужно отладить все организационные и правовые механизмы, это совершенно очевидно, мы и раньше это понимали, и опыт её внедрения показывает, что это именно так. Нужно обеспечить правильное правоприменение, чтобы не было стыдно никому из участников этих отношений.

Поэтому мы, я считаю, могли бы эту экспериментальную часть не сплющивать, а растянуть – и продлить льготный период, который существует. То есть отказаться в настоящий момент, на время, от более жёстких решений, которые были приняты, и проиндексировать тариф на ближайшее время на меньшие суммы, то есть на 25% к установленному сегодня тарифу. Я думаю, что это позволит и всем грузоперевозчикам лучше приспособиться, и ещё раз верифицировать работу самой системы – увидеть, как она действует, увидеть её сильные стороны и слабые стороны. Я думаю, что это решение вас не огорчит.

Хочу вам пожелать всего самого доброго, здоровья и, конечно, успехов в том очень нелёгком труде, которым вы занимаетесь и занимается огромное количество ваших товарищей. Мы его ценим и считаем его очень полезным для нашей страны.

Россия > Транспорт. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 23 марта 2017 > № 2116869 Дмитрий Медведев


Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 февраля 2017 > № 2086511 Дмитрий Медведев

Заседание Правительственной комиссии по использованию информационных технологий для улучшения качества жизни и условий ведения предпринимательской деятельности.

В повестке: о закупках отечественного программного обеспечения и микроэлектроники; о создании системы «Электронный бюджет».

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Сегодня мы обсудим меры по импортозамещению при закупках программного обеспечения. Это касается не только поддержки наших разработчиков – хотя это важно, их действительно надо поддерживать, – но и вопросов безопасности. Этой темой мы начали заниматься в 2015 году, когда доля иностранной продукции в этом сегменте рынка была очень высокой. Около 75% всего софта, который приобретали для госсектора, были зарубежными программами. Теперь существуют ограничения по допуску иностранного программного обеспечения к участию в государственных закупках. Информация о существующем российском программном обеспечении вносится в специальный реестр, который существует с начала прошлого года. Он уже содержит сведения о почти 3 тыс. программных продуктов и продолжает пополняться.

За последние два года количество контрактов на покупку готового софта нашего производства выросло в два раза. Это ещё раз доказывает, что иногда импортный продукт – это просто привычка, вера в то, что иностранное всегда более высокого качества. Российские разработчики выпускают программы, которые не уступают по удобству и по функциональности зарубежным.

Сегодня ведомства используют в своей работе преимущественно российские справочно-правовые системы (так изначально и было, потому что у нас своя правовая система, и ещё в 1990-е годы эти системы были российскими), это же касается антивирусных продуктов. Надо осуществить их переход в целом на отечественные офисные пакеты, это относится и к государственным компаниям. Но делать это надо разумно, чтобы не создавать самим себе проблем.

Импортозамещение в сфере IT касается не только программного обеспечения, но и микроэлектроники. Мы поддерживаем наших производителей в этом сегменте. В мае прошлого года я утвердил план гарантированных закупок российской гражданской микроэлектронной продукции. Теперь у нас паспорта нового поколения для выезда за рубеж, водительские удостоверения, полисы обязательного медицинского страхования, платёжные карты и другие электронные документы должны изготавливаться с использованием именно российской микроэлектроники. Это действительно вопрос нашего суверенитета, нашей безопасности.

В 2016 году на закупку серверов, компьютеров, микрочипов и радиочастотных меток в общей сложности было использовано почти 4,5 млрд рублей из федерального бюджета. Тем не менее задачи, планы на прошлый год выполнены не в полном объёме. Рассчитываю услышать, почему это произошло, каковы предложения, как можно решить возникшие сложности. Потому что, как обычно, эти сложности носят и объективный характер – связаны с целым рядом технологических ограничений, – и, конечно, субъективный характер. Какие в дальнейшем шаги нужно предпринять?

И ещё один вопрос. Мы работаем над созданием системы «Электронный бюджет». Там представлены данные всех участников работы с бюджетными ресурсами, чтобы каждый мог воспользоваться порталом системы и посмотреть, как формируется бюджет, какие программы, какие проекты финансируются за счёт бюджета, в каком объёме, за счёт чего финансируются внебюджетные фонды и на что расходуются внебюджетные фонды, мог оценить эффективность расходов. Это важно не только для экспертов и аналитиков, но и для тех людей, которые хотят знать, как государство распоряжается деньгами, а значительная часть государственных денег формируется, как известно, за счёт налогов. Благодаря порталу бюджетный процесс для них должен стать максимально прозрачным.

Пока система не введена в эксплуатацию. Некоторые её модули и компоненты находятся в разработке. Нужно следить, чтобы работа шла по плану. У нас установлен срок – к 2020 году она должна быть полностью готова, тем более что эти сроки уже переносились. Для работы над электронным бюджетом у ведомств есть всё необходимое.

Мы рассмотрим также порядок работы комиссии на этот год.

Россия > СМИ, ИТ. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 21 февраля 2017 > № 2086511 Дмитрий Медведев


Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 17 февраля 2017 > № 2079511 Дмитрий Медведев

Заседание президиума Совета при Президенте Российской Федерации по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

О ходе реализации приоритетных проектов «Малый бизнес и поддержка индивидуальной предпринимательской инициативы», «Чистая страна» и «Безопасные и качественные дороги».

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Рассмотрим несколько приоритетных проектов. Начнём с направления, которое касается развития малого бизнеса, индивидуального предпринимательства – той сферы экономики, с которой сталкиваются практически ежедневно многие из нас. Эта сфера даёт работу миллионам людей и делает развитие экономики в целом более устойчивым. Именно в небольших компаниях нередко рождаются различные современные и зачастую прорывные идеи, формируются рынки, концентрируются капиталы, появляются новые бизнесы. Мы все понимаем, какое значение малый бизнес имеет для страны.

Паспорт проекта мы утвердили в конце ноября, ключевая цель – обеспечить дополнительную занятость в этом секторе ещё для 1,2 млн человек, поддержать по показателям 336 тыс. индивидуальных и малых предприятий, в том числе путём расширения доступа к закупкам и мерам поддержки в рамках национальной гарантийной системы. У нас создана необходимая инфраструктура для этого, работает профильная корпорация развития, банк, принят программный документ «Стратегия развития малого и среднего бизнеса на период до 2030 года». Работает и так называемая программа «Шесть с половиной». Этот инструмент мы создали для помощи тем малым компаниям, которые ведут проекты в приоритетных отраслях – здравоохранении, аграрном секторе, обрабатывающих производствах и некоторых других.

Однако рост сектора сдерживает ситуация с доступом к кредитам. Малый бизнес далеко не всегда способен предоставить достаточное залоговое обеспечение. Для решения этой задачи мы собрали предложения и банковского, и делового сообщества. Есть разные идеи и по корректировке программы стимулирования кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства в сфере высокотехнологичных производств, и по повышению статуса гарантий и поручительств корпорации МСП и МСП Банка, и по разработке стандартов кредитования представителей сектора, и по расширению информационного обмена. Всё это, надеюсь, позволит сделать хорошую деловую репутацию реальным активом, а с другой стороны, защитить банки от недобросовестных предпринимателей. Сегодня мы об этом поговорим.

Также посмотрим, как идёт реализация проекта «Чистая страна». Он направлен на формирование в нашей экономике новой отрасли по переработке твёрдых отходов. Речь идёт о предприятиях, которые занимаются производством электроэнергии на основе возобновляемых источников. Для мощности, которая вырабатывается на основе таких источников, у нас существует и специальный механизм – так называемый зелёный тариф. Он уже применяется для солнечных и ветровых станций. Сегодня посмотрим, можно ли распространить его и на энергию, которая вырабатывается мусоросжигательными заводами.

Такой шаг в целом должен способствовать улучшению экологической ситуации в крупных городах, мегаполисах. Скажем, в Московской области почти вообще не осталось полигонов, где можно было бы захоранивать бытовые отходы без ущерба для экологии.

Кроме того, мы вносим изменения в ряд документов, в том числе по проекту «Безопасные и качественные дороги», в частности, уточняются регионы, где он будет реализован. Определимся с судьбой информационного ресурса, где будет формироваться база фото- и видеоматериалов, которые присылают люди. Внесём ряд изменений в проект по развитию и поддержке экспорта.

Россия > Госбюджет, налоги, цены. Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 17 февраля 2017 > № 2079511 Дмитрий Медведев


Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 января 2017 > № 2033145 Дмитрий Медведев

Заседание Правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации.

Рассматривался ряд заявок, в частности, заявка от компании, подконтрольной Фонду Шёлкового пути, на приобретение акций «Сибур Холдинг».

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Наша работа посвящена решению сложной задачи по выводу экономики на устойчивую траекторию роста. И один из вызовов – добиться восстановления инвестиционной активности, в том числе со стороны зарубежных инвесторов. Сегодня у нас первое в этом году заседание комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций.

Мы по-прежнему заинтересованы в расширении сотрудничества с теми, кто готов создавать и развивать проекты в нашей стране. Ценим, что встречный интерес сохраняется, в чём-то он даже укрепился. Это видно и по работе нашего консультативного совета. 17 октября мы провели 30-е заседание совета. Увеличилось не только число участников, но и общий объём капитальных вложений в нашу экономику.

Это доказывает и работа нашей комиссии, где новые сделки обсуждаются регулярно. Статистика также говорит о том, что есть позитивные сдвиги, хотя общая сумма пока далека от показателей более благополучного 2014 года. На докризисные показатели мы ещё пока не вышли, тем не менее есть неплохие результаты.

Наша страна по-прежнему открыта для тех, кто хочет здесь развивать своё дело, кто понимает, что возможности нашего рынка, нашей экономики большие, кто видит, какие выгоды появляются, например, в связи с созданием Евразийского экономического союза.

Мы прошли период адаптации к внешним шокам. Провели антикризисную работу, поддержали потенциальные точки роста (вчера обсуждали это на совещании по планированию нашей деятельности), добились существенного снижения инфляции. Запустили различные механизмы поддержки инвестпроектов. Будем работать и дальше в этом направлении.

Сегодня у нас на рассмотрении несколько заявок, в том числе от компании, подконтрольной Фонду Шёлкового пути, которая хотела бы приобрести акции «Сибура».

Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 января 2017 > № 2033145 Дмитрий Медведев


Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 17 октября 2016 > № 1937617 Дмитрий Медведев

30-е заседание Консультативного совета по иностранным инвестициям в России.

Обсуждались предложения по совершенствованию таможенного законодательства, технического регулирования, развитию банковского и финансового секторов, расширению инвестиций в сельское хозяйство, перерабатывающую промышленность, фармацевтику.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Cегодня у нас 30-е заседание консультативного совета. Конечно, дело не в каких-то круглых датах и количестве встреч, но сама по себе эта цифра говорит о многом и прежде всего о том, что формат, который был создан в 1994 году, оказался хорошим, востребованным и, самое главное, полезным бизнесу.

Во время наших встреч мы всегда обсуждали немало важных, интересных вопросов. На основе предложений КСИИ формировались поручения руководства Правительства, принимались решения, запускались новые проекты, приходили новые инвестиции. Только за последнее время с участием консультативного совета была завершена подготовка стандартного кредитного договора для микро-, малого и среднего бизнеса в нашей стране. Разработан план мероприятий по повышению энергоэффективности в капитальном строительстве, сделано было много других полезных вещей.

Поэтому позвольте прежде всего поблагодарить всех членов совета, которые помогали и сейчас помогают нам лучше ориентироваться в условиях глобальной конкуренции, в существующих экономических процессах, и вместе с нами участвуют в проработке наших инициатив, проводят серьёзные аналитические исследования и в конечном счёте помогают решать важнейшие задачи.

За последнее время количество участников нашего консультативного совета выросло. Это показывает, что, даже несмотря на довольно сложный внешний фон, взаимовыгодное сотрудничество не останавливается, интерес к России и российской экономике. В совет входят руководители уже 54 глобальных компаний, которые представляют самые разные сегменты экономики – от сельского хозяйства и фармацевтики до машиностроения и электроники. Семь компаний работают в консультативном совете с 1994 года. В этом году к нам присоединились ведущие компании Европы и Азиатско-Тихоокеанского региона по целому ряду сегментов. Надеюсь, это будет хорошим политическим сигналом.

Важно также, что растёт совокупный объём инвестиций участников консультативного совета в российскую экономику. В общей сложности это порядка 160 млрд долларов. И благодаря этим инвестициям в России создано более 225 тыс. рабочих мест. Как правило, это высокоэффективные рабочие места, на современном производстве, с хорошим уровнем оплаты труда.

География проектов участников консультативного совета охватывает уже более 50 регионов нашей страны, то есть больше половины Российской Федерации. Но при этом основная часть всё равно сконцентрирована вокруг Москвы и Московской области. Надеемся, что в будущем региональное сотрудничество будет развиваться не менее активно.

Мы прошли наиболее сложный период, когда наша экономика вынуждена была адаптироваться к внешним шокам. Я имею в виду и падение цен на углеводороды, и внешнее давление, различные политические ограничения. Тем не менее мы проделали антикризисную работу. Нам удалось добиться целого ряда неплохих результатов. У нас сейчас самая низкая инфляция за весь период существования в России рыночной экономики, по сути, за 25 лет. Мы рассчитываем, что инфляция в следующем году составит порядка 4%, что будет создавать принципиально иные условия для работы на рынке.

Нам удалось также добиться того, что экономика постепенно выходит на траекторию роста. Рост этот пока очень слабенький, тем не менее это уже рост, и будем надеяться, что восстановительные возможности здесь не исчерпаны.

Компании, которые сегодня делают ставку на расширение производства на территории России, на глубокую локализацию, стратегически должны получить существенный выигрыш. Во-первых, потому что произведённая продукция в целом будет конкурентоспособна на нашем рынке, а также на рынке единого Евразийского союза. Во-вторых, мы в рамках «пятёрки» Евразийского союза планируем в скором времени завершить гармонизацию таможенно-тарифной политики. Это должно обеспечить максимальные преимущества тем, кто уже разместил здесь своё производство, – и в рамках самого союза, и в рамках зон свободной торговли, которые создаются с другими государствами. 5 октября вступило в силу первое соглашение о зоне свободной торговли с Вьетнамом. Переговоры ведутся с целым рядом других стран. В общей сложности до 40 государств в этом участвует, Понятно, что не все эти переговоры завершатся в скором времени подписанием документов, тем не менее это говорит о потенциале создания зон свободной торговли и, соответственно, участия на российском рынке и выхода на другие рынки.

В третьих, мы заинтересованы в расширении несырьевого экспорта из России. Это одно из наших приоритетных направлений. Мы создаём для этого страховые и другие механизмы поддержки, специальные институты. Надеемся, что эти шаги могут быть интересны нашим коллегам – зарубежным инвесторам. Мы находим и новые решения для привлечения инвесторов. В этом году запустили новый механизм, он называется «специальный инвестиционный контракт», который может использоваться и иностранными инвесторами. По его условиям инвестор должен освоить, создать или модернизировать производство в России, а государство обязуется предоставить ему стабильные условия ведения его бизнеса. Мы, конечно, заинтересованы и в новых технологиях, и в новых решениях. Пользуясь этой возможностью, хотел бы всех пригласить на форум «Открытые инновации», который у нас ежегодно проходит. Он состоится 26 октября в «Сколково». На этот форум мы зовём всех, кто занимается технологическим предпринимательством. В Москву приезжают и профессионалы в области технологий, и те, кто занимается наукой, корпоративным управлением, в общем, разговор может быть довольно интересным.

Хотел бы ещё раз подчеркнуть, уважаемые коллеги: мы по-прежнему открыты для всех, кто хочет работать в нашей стране, делать здесь бизнес с российскими партнёрами, самостоятельно делать бизнес или продавать здесь свои товары и услуги.

Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > premier.gov.ru, 17 октября 2016 > № 1937617 Дмитрий Медведев


Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 июля 2016 > № 1810250 Дмитрий Медведев

Совещание по улучшению инвестиционного климата.

Обсуждались, в частности, вопросы совершенствования государственного контроля в рамках процедур экспорта и импорта, предоставления государственных услуг с использованием электронной подписи, а также оптимизации подключения к газораспределительным сетям.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Мы собрались на нашу встречу, чтобы в очередной и, конечно, не в последний раз обсудить ситуацию вокруг инвестиционного климата. С учётом того, что это, может быть, одна из самых трудных тем, которыми занимается Правительство, работа в этом направлении велась, ведётся и будет вестись в очень разных форматах. Но самое главное, что она приносит определённые результаты, может быть, не такие быстрые, как мы бы хотели, но тем не менее изменения есть. Вы сами знаете об изменении рейтингов по ряду направлений, хотя хочу заметить, что и рейтинги – не самоцель. В первую очередь всё это делается для того, чтобы бизнес, предприниматели могли спокойно работать, комфортно ощущать себя в условиях российской экономики, тех правил регулирования, которые действуют, чтобы проблем было меньше и проекты развивались лучше.

По поводу проектного подхода отмечу, что решение, которое принято Президентом о создании совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам, его президиума, будет иметь и измерение, связанное с малым бизнесом, индивидуальным предпринимательством и, по сути, деловым климатом. Продолжим работу и в этом формате.

Сегодня мы остановимся на тех вопросах, которые с 2012 года ведёт Агентство стратегических инициатив по Национальной предпринимательской инициативе, той работе, которая была поддержана Правительством. Многие идеи в итоге воплотились в нормативные акты, всего их было принято в результате реализации этой инициативы 467, из них 85 федеральных законов, которые были разработаны в рамках «дорожных карт». В принципе это результат. Конечно, нормативные акты – это ещё не сам деловой климат, более того, мы знаем случаи, когда нормативные акты хорошие, а действуют не так, как надо. Но всё-таки удалось и на нормативном уровне многое поменять, создать нужную схему взаимодействия между различными федеральными структурами, которые сначала гибкости не проявляли, и деловым сообществом. Сейчас это неплохо работает, но нужно двигаться дальше, нужно двигаться в сторону реализации тех карт, которые до конца не реализованы. Сейчас мы работаем по семи таким картам, в частности, скорректирована карта по градостроительству. Мы дорабатываем также общие подходы по энергосетям в части присоединения к газу – тема, сразу скажу, сложная. По некоторым оценкам, это присоединение занимает до 500 дней, эти 500 дней – это не пресловутая программа, с которой когда-то некоторые наши коллеги выходили к народу, а 500 дней, потраченных зачастую бесплодно. Но 500 дней, когда речь идёт о крупных компаниях, хоть как-то можно объяснить, а если это средние и малые предприятия, это, конечно, запредельно долго. Нужно двигаться к тому, чтобы эту систему поменять, действовать быстрее.

Мы также работаем по ускорению процедур контроля грузов, которые пересекают нашу границу. Результаты должны улучшить наши позиции по направлению международной торговли. Здесь, кстати, у нас всё плохо, у нас 170-е место в рейтинге Doing Business. Сами можете посчитать: количество членов Организации Объединённых Наций – и 170-е место. В общем, это очень плохой результат, это неприемлемо, поэтому нужно двигаться максимально быстро, с тем чтобы эти позиции улучшить. Для этого нужно скоординироваться с проектом по развитию международной кооперации и поддержки экспорта, которую мы также планируем реализовывать в рамках нового проектного офиса, то есть на площадке, которая создана в рамках упомянутого указа Президента.

Можно будет обсудить сегодня ещё одну тему (я полагаю, что лучше поработать по конкретным направлениям, чтобы это не было, так сказать, общими отчётами какими-то) – применение электронной подписи в различных информационных системах. Это действительно процедура, которая позволяет упрощать в целом деловой оборот и помогает избежать технических ошибок, которую также нужно всемерно продвигать.

Готов ваши предложения выслушать. Пожалуйста, коллеги, давайте начнём работать.

Россия. Весь мир > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 июля 2016 > № 1810250 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 31 мая 2016 > № 1772839 Дмитрий Медведев

Встреча Дмитрия Медведева с предпринимателями.

Председатель Правительства встретился с представителями бизнес-сообщества и предпринимательской платформы партии «Единая Россия».

Из стенограммы:

Д.Медведев: Добрый день! Такие встречи обычно проводятся прежде всего для того, чтобы послушать вас. Совсем недавно у меня была встреча с представителями нашего крупного бизнеса, я имею в виду РСПП. Но у нас бизнес разный, и проблемы здесь тоже в чём-то совпадающие, в чём-то не совпадающие. Всё-таки крупному бизнесу гораздо проще, как правило, противостоять всякого рода проблемам, именно в силу запасов, что называется, развитости юридической службы, привлечения консультантов. Среднему бизнесу и малому труднее находиться в таких проблемных ситуациях, особенно когда складывается неблагоприятная конъюнктура, будь то внутри страны или же за границей.

Мы сейчас хотели бы создать и развивать в нашей партии предпринимательскую платформу. Это не означает, что до этого «Единая Россия» вообще не обращала внимания на бизнес-класс, но тем не менее сейчас это представляется особенно актуальным именно в силу того, что от самочувствия бизнеса в стране зависит экономическая ситуация. Что скрывать, сейчас ситуация весьма непростая, и задача государства заключается в том, чтобы по максимуму создать для бизнеса комфортные условия для работы, для развития, снять административные ограничения, которых в нашей стране ещё очень много. У нас бюрократические традиции глубочайшие ещё со времён царя-батюшки. В этом смысле любой чиновник считает своим долгом, естественно, управлять. Но управлять нужно грамотно, управлять нужно так, как это и должно быть в XXI веке. И вот каким образом эту работу наладить, я бы тоже хотел от вас услышать, какие административные ограничения, вы считаете, являются в настоящий момент избыточными, какое регулирование нужно в настоящий момент сохранить – это ещё один набор вопросов.

И, наконец, меры поддержки. Мы действительно создали за последние, наверное, лет семь систему мер поддержки. Раньше у нас её не было. Первый раз мы попали в сложную ситуацию в 2008 году, когда начался кризис, и тогда на ходу создавалась система поддержки бизнеса – и крупного, и среднего, и малого. Она дала свои плоды, свои результаты, потому что наряду с улучшением внешнеэкономической конъюнктуры у нас в 2010 году начался восстановительный рост в экономике, который продолжался несколько лет и позволил нам выйти на определённое такое плато стабильности. Но потом снова начались экономические проблемы, которые, естественно, усугубились всякого рода политическими проблемами. Это, конечно, также повлияло на условия ведения бизнеса в нашем государстве и нам снова пришлось в 2014-м, 2015 году восстановить весь арсенал мер поддержки. Какие-то формы поддержки мы, по сути, создавали снова, какие-то реанимировали.

Мне бы хотелось услышать, что, на ваш взгляд, работает, а что не работает, потому что, чего скрывать, очень часто от благих пожеланий, которые формулируются наверху, правильных решений, абсолютно правильных деклараций до момента их исполнения существует большая дистанция и даже самые лучшие решения просто не работают. Плюс есть, что называется, родимые пятна государственного аппарата, когда для осуществления решения порой требуются месяцы. Я вот, например, долго добивался в прошлом году того, чтобы государственные гарантии, по которым принимаются решения, по конкретным проектам, выдавались не в течение полугода, а то и большего срока, а относительно быстро. То есть либо она есть и для бизнеса это поддержка, либо эту гарантию где-то замылили и тогда ценность такой государственной поддержки стремится к нулю. Это лишь один из примеров, но тем не менее достаточно показательный.

Мы создали и систему мер поддержки экспорта, и Фонд развития промышленности, и государственная программа у нас работает, но тем не менее есть и нюансы, и из этих нюансов, собственно, и состоит наша повседневная жизнь. В данном случае я имею в виду жизнь тех, кто занимается предпринимательством в российской экономике.

Давайте мы пройдёмся по всем этим вопросам. Если есть какие-то предложения, то я просил бы их прямо так и формулировать, с учётом того, о чём было сказано, что вы провели обсуждение, есть уже какие-то суммарные подходы, которые можно было бы обсудить. Давайте приступим. Прошу.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 31 мая 2016 > № 1772839 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 декабря 2015 > № 1567915 Дмитрий Медведев

О реализации «дорожных карт» национальной предпринимательской инициативы.

Совещание.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Мы обсуждаем ход реализации нашей предпринимательской инициативы, «дорожных карт» по осуществлению этого проекта. В этом году в целом завершается основной этап этого действительно важного для нашей страны государственного проекта. Сегодня мы встретились, чтобы обсудить результаты выполнения этой работы и поговорить о том, что делать дальше.

Национальная предпринимательская инициатива стала принципиально новой программой для улучшения делового климата в нашей стране. Сами реформы, которые направлены на упрощение, удешевление, ускорение государственных процедур, обозначили предприниматели и затем просто контролировали выполнение этих реформ. В этом смысле проект оказался уникальным, потому что он сразу же обеспечил нужный уровень взаимодействия между государственными структурами и бизнесом.

Инициатива реализуется в формате «дорожных карт». Сейчас работа идёт по 11 таким картам. Всем известно, на что направлены эти карты. Это и таможня, и налоговое администрирование, поддержка экспорта, градостроительство, энергосети, конкуренция, оценочная деятельность, регистрация предприятий и права собственности, повышение общего качества регуляторной среды, расширение доступа малого и среднего бизнеса к закупкам естественных монополий, компаний с государственным участием.

Конечно, всех проблем мы в рамках этой инициативы не решим, но благодаря совместной работе с предпринимателями удалось добиться (и это, в общем, отмечают все, это мнение не только государственных служащих) упрощения самих бизнес-процессов, регулирования, улучшить условия, которые необходимы для того, чтобы начинать своё дело. При этом многие реформы были основаны на так называемой тактике быстрых побед, когда ликвидируются процедуры, которые в большинстве стран просто уже не используются, и от них отказываются.

Несколько слов о результатах по отдельным направлениям. В части повышения доступности для бизнеса энергетической инфраструктуры удалось в два раза сократить срок присоединения к электросетям, в тех случаях, когда не требуется сооружения сетевой инфраструктуры, то есть мощностью до 670 кВт. За этот год в три раза снизилась стоимость подключения для потребителей, когда речь идёт о соответствующих установках до 150 кВт.

В сфере жилищного строительства мы приняли перечень процедур. Если раньше число согласований и их виды отличались от региона к региону в несколько раз, на 200–300% (это создавало много трудностей для инвесторов), теперь перечень устанавливает предельное число согласований, предельное число разрешений вне зависимости от региона. При этом Правительство в целом намерено ещё дальше подрезать этот список.

Реализация «дорожной карты» в таможенной сфере позволила существенно сократить количество документов, которые необходимы для декларирования, а также время на таможенные операции.

В части поддержки экспорта ключевыми решениями стало создание Российского экспортного центра, который предоставляет поддержку экспортёрам в режиме одного окна.

Кроме того, была запущена программа Росэксимбанка по предоставлению кредитов с субсидированной процентной ставкой на поддержку выпуска высокотехнологичной продукции. Разработан комплекс мероприятий по упрощению розничной и мелкооптовой экспортной торговли, упрощён порядок предоставления документов для подтверждения налоговой ставки 0% по налогу на добавленную стоимость.

В рамках карты в сфере регистрации прав на имущество, права собственности нам удалось впервые создать электронную систему подачи документов в нашей стране. Срок регистрации права собственности сократился до 10 рабочих дней. Это, кстати, одна из наиболее продвинутых практик даже в мировом масштабе – по данному показателю Россия заняла 8-е место в рейтинге Всемирного банка по ведению бизнеса.

Мы также значительно упростили процесс регистрации новых компаний – теперь это можно сделать с помощью интернета (так называемая онлайн-регистрация). В три раза сократилось количество обязательных процедур, необходимых для старта бизнеса.

Отдельное внимание было уделено малому и среднему предпринимательству. В нынешних экономических условиях это понятно, потому что в период кризиса малый и средний бизнес страдают больше всех. Была установлена обязательная квота закупок для госкомпаний в размере не менее 18% годового объёма.

Кстати, хочу вас проинформировать, что я утвердил Положение, по которому Федеральная корпорация по развитию малого и среднего бизнеса теперь сможет мониторить действия региональных властей в сфере закупок товаров и услуг у небольших предприятий. По результатам мониторинга будет формироваться сводный отчёт, который станет основой для подготовки предложений по совершенствованию доступа малого и среднего бизнеса к госзакупкам.

Это лишь некоторые из тех эффектов, которые были достигнуты в рамках инициативы. Очень важно, что все изменения происходили не на бумаге (действительно, это так, это подтверждают все мои контакты с бизнесом), а в реальной жизни, они ощущаются бизнесом. Понятно, что ситуация неидеальная, предприниматели ставят этим преобразованиям свои оценки, для этого есть различные инструменты. В любом случае можно сказать, что национальная предпринимательская инициатива как масштабный проект по улучшению делового климата состоялась. Это точно. Причём это не только наша оценка, это оценка международная. Вы все знаете, по известным рейтингам, Россия со 120-го места в 2011 году по ведению бизнеса поднялась на 51-е место. Мы вошли также в пятёрку стран, где реализовано наибольшее количество мер по улучшению условий ведения бизнеса. Что само по себе, конечно, отрадно и неплохо, особенно с учётом того, что всё-таки все эти процедуры мы вынуждены были делать в период, когда экономика наша, скажем так, переживает не лучшие времена.

Конечно, это не означает, что мы должны остановиться и сказать, что тема закрыта, инициатива реализована, всё хорошо. Даже страны, у которых ситуация с деловым климатом гораздо лучше нашей, предпринимают меры для его улучшения. И нам придётся эту работу с не меньшей энергией продолжить. Высказывается идея продолжить работу именно в формате «карт», прорабатывается вопрос о дополнении инициативы новыми мероприятиями.

Давайте обсудим эти и другие предложения.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 декабря 2015 > № 1567915 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 2 октября 2015 > № 1506664 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев провёл встречу с представителями российских деловых кругов в рамках форума «Сочи-2015».

Стенограмма:

Д.Медведев: Привет всем ещё раз! Уважаемые коллеги! Время быстро бежит. В этом зале мы с вами встречались ровно год назад. Вот мы этот год прожили, было много всего разного и сложного. Какие-то итоги я подвёл в своём выступлении на пленарном заседании. Сейчас встретился, как обычно, с вами, чтобы вас послушать, для того чтобы вы поделились своими впечатлениями, трудностями и предложениями.

Формат общения между Правительством и представителями бизнеса абсолютно традиционный, мы регулярно это делаем – и так, и сяк, и в узком, составе, и в широком составе, и персонально. Наверное, сейчас нужно обменяться информацией о том, что происходит.

Экономическая ситуация в стране изменилась довольно существенно за истекший год. Понятно, что жить в условиях 50 долларов за баррель – это всё-таки несколько отличная ситуация от 110 долларов. Кто-то получает минусы, кто-то получает плюсы, в том числе от девальвационного эффекта. Но есть общие моменты, про которые нам есть смысл также поговорить.

Очевидно, что Правительство сейчас стоит перед довольно непростой задачей – как сверстать бюджет. Собственно, осталась всего неделя, через неделю бюджет будет уже подготовлен. Он жёсткий, как я и сказал сегодня, выступая на форуме, – очень жёсткий, но в то же время адекватный той ситуации, в которой мы находимся. Мы стараемся всё-таки основные макропоказатели сохранять. Вы знаете, что и борьба с инфляцией остаётся довольно существенной задачей Правительства, и неувеличение дефицита против тех цифр, которые мы для себя определили как относительно безопасные.

Считаем, что 3% – это относительно безопасная цифра, больше разгонять дефицит мы не будем. И, конечно, соблюдение правил игры, что обычно больше всего волнует бизнес. Соблюдает государство правила или же как-то от этих правил отступает – всегда вопрос дискуссий. Хочу прямо вам сказать, что мы исходим из того, что все параметры, которые были объявлены раньше, мы будем соблюдать, включая налоговую сферу, регуляторную среду.

Если говорить о налогах, то мы не выходим с инициативами повышения налоговых ставок, более того, приняли решение приостановить взимание ряда неналоговых платежей до 1 января 2019 года. Я собирался с рядом присутствующих коллег, мы обсуждали, это всё сохраняется.

Но есть отдельные развилки, отдельные нюансы, в том числе по налоговому манёвру так называемому, тем не менее это никак кардинальным образом ситуацию ни в налоговой, ни в регуляторной сфере не меняет. В общем и целом мы находимся в той системе координат, которую с вами обсуждали ещё год назад здесь. При всех издержках нынешнего периода это, наверное, важно, что нам удаётся эту рамку сохранять.

Дальнейшее снижение административного давления на бизнес остаётся всё равно важнейшей задачей. Я говорил сегодня про проверки, с которыми мы перманентно боремся. На моей памяти это уже, наверное, третья или четвёртая кампания. Это не означает, что все остальные провалились. Какие-то вещи уходят, наиболее одиозные, наиболее такие отжившие, какие-то, как обычно, возникают. В любом случае цифра 2 млн проверок, я её сегодня приводил, конечно, колоссальная, и нужно минимизировать число проверок. Это общая позиция – позиция Президента, позиция Правительства. Сейчас целый ряд предложений готовится, некоторые из них приняты, есть «дорожная карта» предпринимательской инициативы, о которой многократно мы говорили, обсуждали её. В общем и целом мы все считаем, что это довольно полезная оказалась история. Опять же, где-то лучше что-то происходит, где-то хуже, но в любом случае это набор решений, набор мер, направленных на снижение административных барьеров, на упрощение ведения дела, на то, чтобы просто для бизнеса были более нормальные человеческие условия работы.

Я думаю, что для вступительного слова достаточно. Ещё раз хотел бы адресовать вам предложение обсудить текущую ситуацию, естественно, обсудить и тему импортозамещения, которая сейчас на слуху и о которой я уже несколько слов в своём докладе сказал, и некоторые другие вопросы. Пожалуйста, давайте приступим к работе, у нас есть коллеги, которые хотели бы с чуть более продвинутыми сообщениями выступить, а потом можно более короткие сделать или ещё о чём-то поговорить.

Пожалуйста, давайте для затравки, Алексей Борисович, начнём с вас.

А.Миллер: Уважаемый Дмитрий Анатольевич, уважаемые участники совещания! В нефтегазовой отрасли сегодня действуют разнонаправленные макроэкономические факторы, но хотел бы отметить один очень важный положительный фактор, который есть для газового бизнеса, – это рост спроса на российский газ на европейском рынке. В III квартале объём поставок газа «Газпрома» на европейский рынок вырос на 23% по сравнению с III кварталом 2014 года, и, если сравнивать объёмы поставок сентября этого года с соответствующим периодом прошлого года, рост составил 24%. Без сомнения, это очень хороший положительный фактор, и, как я сказал, при разнонаправленных тенденциях для газовой отрасли это будет играть очень существенную роль в части формирования бюджета в 2016 году.

С другой стороны, мы должны прекрасно понимать, что именно в данный момент единовременно мы реализуем ряд крупных инвестиционных проектов, такие как «Сила Сибири», как «Северный поток-2».

Дмитрий Анатольевич, если говорить о тех, предлагаемых с нашей стороны шагах и мерах поддержки для «Газпрома», для газовой отрасли, я позволю придерживаться структуры Вашего доклада. В качестве первого направления Вы обозначили инвестиционный климат, и для нас в этом блоке, без сомнения, является очень важным получение для Амурского газоперерабатывающего завода, который расположен в Свободненском районе Амурской области, статуса территории опережающего социально-экономического развития, а для нашего предприятия «Газпром переработка Благовещенск» – резидента такой территории. Просьба поддержать. Газоперерабатывающий завод будет самым крупным в Российской Федерации, одним из крупнейших в мире. Объём переработки – 49 млрд куб. м газа, и самое главное, что это очень важное звено в таком комплексном, системном проекте, как «Сила Сибири». Все мы знаем, что газ Восточной Сибири является жирным газом, содержит много ценных химических элементов, и кроме всего прочего, по своей продукции переработки он будет также являться поставщиком уже для газохимического комплекса, который планирует здесь же, рядом с нами, строить компания «Сибур». Поэтому просьба поддержать предложение по созданию территории опережающего развития в Свободненском районе Амурской области.

В рамках восточной газовой программы есть ещё один очень важный и крупный проект, без сомнения, значимый для газоснабжения Дальнего Востока и в дальнейшем для поставок газа на экспорт, а также расширения мощностей по сжижению газа на Сахалине, – это Южно-Киринское месторождение. Мы знаем, что в адрес Южно-Киринского месторождения были введены санкции со стороны Соединённых Штатов Америки. С другой стороны, Налоговым кодексом предусмотрены квоты для проектов на шельфе, которые находятся южнее 55-го градуса северной широты, предоставлены, в частности, льготы по НДПИ. Южно-Киринское месторождение расположено на 51-м градусе. Дмитрий Анатольевич, разница в ставке НДПИ для проектов, которые расположены в Охотском море южнее 55-го градуса северной широты и севернее, отличается более чем в 10 раз. С учётом того, что Южно-Киринское месторождение действительно является базовым, значимым для газоснабжения Дальнего Востока и для поставок в дальнейшем газа на экспорт, просьба рассмотреть возможность предоставления тех льгот, которые предоставлены проектам на шельфе, аналогичным проектам, которые расположены севернее 55-го градуса, тем более и природно-климатические условия полностью совпадают.

То, что касается импортозамещения. Сегодня в Вашем присутствии «Газпром» подписал первые два договора на поставку будущей вещи. Это новый вектор нашей работы по программе импортозамещения. Дмитрий Анатольевич, Вы в течение долгого времени возглавляли совет директоров «Газпрома» и знаете, что «Газпром» импортозамещением начал заниматься не вчера и не позавчера, а более 10 лет назад, и сегодня мы более 90% нашей продукции покупаем на российском рынке, а то, что касается трубной продукции, – 99,5% это поставка наших российских трубников. Но в любом случае мы в рамках программы импортозамещения видим очень хороший потенциал и возможности для «Газпрома». Это касается не просто замещения продукции, которая до сегодняшнего дня поступала из-за рубежа, но и производства аналогичной по качеству, по техническим условиям продукции дешевле.

Договор покупки будущей вещи – это договор, который предусматривает со стороны производителя организацию производства, серийного производства импортозамещаемой продукции. «Газпром», соответственно, обязуется со своей стороны обеспечить гарантированный спрос на данную продукцию. Те два договора, которые сегодня подписаны, рассчитаны до 2023 года, и самое главное – это понимание того, что наши потенциальные поставщики имеют уже на сегодняшний день гарантированный сбыт. Но есть вопросы, которые касаются нормативно-правового регулирования договора будущей вещи и вообще, я бы сказал, договоров по импортозамещению в части антимонопольного законодательства. Мы выбор контрагента произвели на основании, конечно же, прозрачного, открытого, публичного отбора, но, с другой стороны, это не классический конкурс на договор поставки. Эти договоры, которые были подписаны, конечно же, в себя включают договор поставки будущей продукции, и в этой связи мы видим определённую коллизию со статьёй 10, со статьёй 11 закона о конкуренции. Дмитрий Анатольевич, просьба дать поручение проанализировать нормативно-правовую базу под импортозамещение именно в части тех схем, которые были наработаны нами вместе с нашими потенциальными поставщиками.

То, что касается государственного регулирования, государственного управления, о чём Вы говорили в своём докладе. У нас есть очень хорошая сейчас практика работы над проектом «Сила Сибири» по постановлению Правительства Российской Федерации по мерам комплексной поддержки и реализации данного проекта. Причина появления такого постановления продиктована тем, что проект «Сила Сибири» должен быть реализован в жёсткие временные сроки.

Сегодня мы имеем соглашения с нашими европейскими партнёрами, которые, Вы знаете, были подписаны на форуме во Владивостоке, о начале строительства газопровода «Северный поток – 2». Но данный проект предусматривает не только строительство морского газопровода, но и создание газотранспортных мощностей на территории Российской Федерации. Это газопровод Бованенково – Ухта-2, это газопровод Ухта – Торжок-2, это газопровод Починки – Грязовец, газопровод в Ленинградской области от компрессорной станции Волховская до компрессорной станции Балтийская на берегу Финского залива. Срок создания этих газотранспортных мощностей очень-очень жёсткий, это конец 2019 года. Сроки предельно жёсткие. Уважаемый Дмитрий Анатольевич, просьба поддержать предложение по специальному постановлению, по аналогии с газопроводом «Сила Сибири», о мерах комплексной поддержки реализации проекта «Северный поток – 2». Это не требует никакого финансирования государственного, это меры, которые направлены исключительно на ускорение процедур, которые связаны с разрешительной документацией, процедур, которые связаны с прохождением государственной экспертизы и выделением земельных участков.

Вы в своём выступлении отметили вопросы бюджетной политики. Без сомнения, бюджетная политика напрямую связана с платёжной дисциплиной. К сожалению, ситуация по платежам за газ с начала календарного года ухудшилась. Сегодня суммарная дебиторская задолженность потребителей за газ в Российской Федерации превысила 151 млрд рублей и увеличилась почти на 25 млрд рублей с начала года.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, мы все прекрасно понимаем, что такая ситуация самым негативным образом влияет на темпы и ход реализации программ газификации в субъектах Российской Федерации. Фактически это тормозит социально-экономическое развитие регионов. Просьба в ближайшее время, если это возможно, провести совещание под Вашим председательством по данной проблематике. Данный вопрос на Вашем уровне рассматривался, рассматривался неоднократно, но мы считаем, что с учётом вот этой негативной тенденции, которая продолжается, с учётом той макроэкономической ситуации, которая есть на сегодняшний день в стране, есть необходимость посмотреть на данную проблематику, посмотреть, что сделано, посмотреть какие предложения и меры реализованы, а какие не реализованы. Без сомнения, этот фактор увеличения дебиторской задолженности за платежи за газ, конечно, становится всё более и более значимым. В целом я думаю, что для экономики Российской Федерации это может стать значимым отрицательным фактором. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

Совещание по долгам за газ я готов в очередной раз провести для того чтобы, что-то задвигалось. Договорились.

Пожалуйста, коллеги.

А.Мордашов (председатель совета директоров ПАО «Северсталь»): Спасибо, уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые участники совещания! Я как раз в продолжение слов Алексея Борисовича (Миллера) хотел сказать несколько слов по поводу стратегии тарифной политики естественных монополий в Российской Федерации.

Очевидно, что естественные монополии являются становым хребтом экономики нашей страны, они являются очень важными, ключевыми клиентами для целого ряда крупных, малых, средних предприятий. И очевидно, что тарифная политика, тарифы на газ, электричество и услуги «РЖД» должны позволять монополиям эффективно работать, развиваться. В то же время очевидно, что уровень этих тарифов должен позволять экономике в целом и предприятиям, всем формам отечественного бизнеса, эффективно функционировать. Поэтому крайне важно наличие института государственного регулирования тарифов, для того чтобы исключить возможность необоснованных решений.

Мы видим, что многое делается Правительством, для того чтобы формировать правильную тарифную политику, стратегию в этой области. Кстати, мы очень высоко оцениваем, с благодарностью, и видим усилия Правительства по регулированию тарифов на электрическую энергию, заморозке… Вообще в целом заморозка тарифов в 2014 году, с нашей точки зрения, была серьёзным вкладом в сдерживание инфляции. Отказ от такой болезненной практики, которая была, по наличию последней мили в энергетике – тоже очень хороший вклад в сдерживание тарифов, за что мы очень благодарны. Полезным стало создание советов потребителей при монополиях. При этом в нынешней обстановке нам кажется (и мне лично кажется) очень важным высветить ряд моментов.

Во-первых, наверное, вслед за бюджетом у нас сегодня нет возможности сохранять политику долгосрочного планирования тарифов. Поскольку всё стало очень волатильно, то, наверное, имеет смысл отказаться от политики трёхлетнего планирования тарифов. Конечно, она целесообразна в целом и в принципе давала определённую предсказуемость участникам рынка, но сегодня, наверное, это маловозможно. Наверное, логично проводить индексацию раз в год. Конечно, нам кажется, чтобы и дальше сдерживать инфляционное давление на экономику, важно было бы индексировать тарифы на уровень, меньший, чем инфляция.

Мне трудно сейчас высказывать какие-то рекомендации, но нам всем кажется, что было бы правильно, чтобы этот уровень тарифов индексировался на процент заметно не более низкий, чем темпы инфляции в стране. В этой связи в настоящее время единократное повышение железнодорожного тарифа, тарифа «РЖД» с 1 января 2016 года на 10%, выглядит в целом разумным, и многие, наверное, его поддержат.

При этом очень хотелось предложить также отказаться от практики тарифного коридора «РЖД», который, в общем, в этих условиях создаёт дополнительную непредсказуемость. Всё время идут дебаты, поднимет «РЖД» тариф в пределах коридора, не поднимет, то есть это разовое повышение тарифа в этой обстановке нам кажется разумным и целесообразным.

Наверное, дальнейшая коммерциализация, уход в рыночные механизмы в тех сферах деятельности естественных монополий, которые для этого пригодны, тоже могли бы послужить практике сдерживания тарифов. Алексей Борисович только что назвал ряд позитивных примеров «Газпрома», о том, как «Газпром» ведёт работу по сдерживанию издержек, что, несомненно, окажет позитивное влияние на рост тарифов.

При этом хотелось бы ещё один важный момент отметить. Очень смущает складывающаяся практика нетарифного регулирования, которая может привести де-факто к существенному удорожанию электроэнергетики. Сейчас обсуждается инициатива Минэнерго по обязательной покупке дорогой мощности для поддержания строительства генераций на основе возобновляемых источников энергии. Сама по себе, наверное, фундаментально эта цель, может быть, и правильная, но в нынешней обстановке мы посчитали, что это может привести за период 2015–2020 годов к росту финансовой нагрузки по этим договорам в 2,3 раза – с 203 млрд до 466 млрд. В сегодняшних обстоятельствах это точно будет существенным вкладом в фактическую инфляцию. Хотелось бы предложить отложить это хотя бы на несколько лет.

Следующая инициатива, которая сегодня тоже обсуждается в Правительстве, – как мы знаем, разрабатывается правительственное постановление об оплате резерва мощности. Если это будет введено сегодня, это приведёт опять же к дополнительной нагрузке на всю отрасль народного хозяйства примерно на 100 млрд рублей. Нам тоже кажется, что это очень болезненно может отразиться на бизнес-климате в нашей стране.

И ещё одно, может быть, не самое важное, но тем не менее техническое замечание. Есть формула расчёта мощности, в которую входит доходность обязательств федерального займа как один из компонентов. Но сегодня мы видим очень резкие колебания этого, и, может быть, можно временно исключить или как-то заморозить влияние этого фактора на формулу цены.

В целом ещё раз хотелось бы подчеркнуть, что мы видим большие усилия Правительства по сдерживанию тарифов естественных монополий. Очень благодарны за тот диалог, который нам удаётся вести, и сегодняшняя встреча тому подтверждение. Очень надеемся, что общими усилиями нам удастся выработать сбалансированную политику в этой сфере. Большое спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 2 октября 2015 > № 1506664 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 2 октября 2015 > № 1506459 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в работе круглого стола «Инвестиционный климат на местах. Секреты успеха».

Стенограмма:

С.Беляков (президент фонда «Петербургский международный экономический форум», модератор круглого стола): Дмитрий Анатольевич, у нас все панелисты высказались, что для них является содержанием понятия «инвестиционный климат». Это было важно для того, чтобы понять, мы одинаково видим свою задачу на разных уровнях – на региональном, на муниципальном, на федеральном – или нет. А что для Вас такое инвестиционный климат? Потому что и сегодня в ходе пленарного заседания Вы сказали, что это безусловный приоритет, и, в общем, сама жизнь заставляет не просто так считать, а ставит это приоритетным направлением. Что такое инвестиционный климат для Председателя Правительства?

Д.Медведев: Знаете, Сергей, думаю, коллеги уже дали и научное, доктринальное, и практическое, и всякое другое определение того, что такое инвестиционный климат. Я скажу лишь об одном. На мой взгляд, хороший инвестиционный климат в стране тогда, когда он не зависит от действий Правительства.

Что это означает? Это означает, что страна живёт стабильно, спокойно, и каждый раз не приходится при том или ином изменении обстоятельств выдумывать «Национальную предпринимательскую инициативу» – 1.0, 2.0, 3.0 – в попытке достигнуть какого-то результата. Знаете, это, наверное, тот идеал, к которому мы должны стремиться, то есть минимизировать связь между действиями отдельных должностных лиц и инвестиционным климатом. Она, конечно, есть. Она есть и в развитых рыночных обществах, но она гораздо менее связана с личностями, чем у нас, и вот в этом я как раз вижу нашу основную проблему. Ведь когда вы приезжаете инвестировать куда-то в одну из европейских, например, стран, вы не задаёте вопрос: а кто губернатор этой провинции? По большому счёту вам всё равно. Если это будет консерватор – хорошо, социал-демократ – ну тоже вроде не критично, даже если коммунист будет – и то жить можно. А у нас, когда инвестор принимает решение (это то, о чём я говорил сегодня с высокой трибуны форума), он думает: так, вот в эту губернию поеду – да, там дядька нормальный сидит, толковый, команда неплохая, и много инвестиций за последнее время понабрал в разных местах. А сюда не поеду – он вроде бы и неплохой руководитель, но не ловит мышей, никто к нему не идёт, решения вроде принимаются, но не исполняются. А здесь просто деньги таскают, требуют за любое действие, чтобы занесли. Вот это, собственно, и есть та наша отрицательная специфика, с которой мы должны бороться. Ну а как бороться, коллеги знают лучше меня. <...>

С.Беляков: Дмитрий Анатольевич, Вы, определяя, что такое инвестиционный климат (я под этими словами просто подпишусь, и можно было бы дальше ничего не добавлять), определили это как максимальное сокращение доли, значения и зависимости от государства. А как этого практически достичь? Вы, с одной стороны, являетесь Председателем Правительства, провозглашаете приоритеты Правительства, разные министерства достигают или не достигают, но двигаются в этом направлении, по крайней мере стараются. С другой стороны, Вы лидер партии, для Вас важна оценка избирателями сегодняшнего состояния их жизни, социального уровня их жизни. Нет ли тут конфликта и противоречия между задачами развития и задачами обеспечения стабильности, в первую очередь социальной, здесь и сейчас. Противоречие – я имею в виду, что мы средства многие направляем не на развитие, ожидая отложенного эффекта, а тратим сегодня, сейчас на конъюнктурные задачи сегодняшнего дня – важные, но сегодняшнего.

Д.Медведев: Здесь нельзя никого обманывать, тут все люди грамотные, взрослые. Конечно, есть противоречие, абсолютное. Но так весь мир устроен, мы здесь не первые и не последние. Если бы Правительство могло всегда проводить политику, которая выстрадана, например общеэкономическими задачами, то, наверное, это было бы счастливое правительство. Но, как правило, оно не продержалось бы и очень короткого времени, потому что есть текущая экономическая жизнь, есть огромное количество социальных проблем, есть и просто специфика нашей страны, поэтому я здесь даже оправдываться не буду. Мы массу вопросов, которые могли бы решать быстрее, вынуждены откладывать на потом, принимать паллиативные решения, идти на компромиссы, ровно для того чтобы у нас была спокойная ситуация, чтобы люди чувствовали себя защищёнными, чтобы не происходили социальные всплески избыточные. Это то, о чём я говорил во время большой пленарной сессии. Если поступать иначе, мы попадем в очень тяжелую, в очень проблемную ситуацию и тогда вынуждены будем снова и снова проводить те реформы, которые мы, собственно, уже некоторое время назад провели.

И последнее, наверное: в этом-то, собственно, и есть искусство государственного управления, чтобы, понимая, что ты вынужден решать текущие конъюнктурные задачи, поддерживать те или иные группы людей, бороться с кризисом, помогать тем или иным предприятиям, всё-таки видеть финальную цель и двигаться к ней. Иногда быстро, иногда такими мелкими шажками, но понимая, что там, за поворотом. Я надеюсь, что мы всё-таки видение этой цели даже в нынешней весьма непростой ситуации не утратили. И мне бы очень хотелось, чтобы мои коллеги – руководители субъектов Федерации, руководители муниципалитетов тоже могли отрешиться от текучки и эту впереди стоящую цель для себя обозначить и к ней идти.

Здесь много коллеги говорили и, наверное, ещё скажут о практиках, о всякого рода рекомендациях, о рейтингах. Знаете, я себя ловлю на мысли: хорошо, что они есть, и спасибо нашим товарищам из общественных организаций, представителям бизнеса России, представителям «Деловой России» и других объединений предпринимателей. Это такая школа, но она тоже не должна быть бесконечной, потому что всё это появилось у нас ровно потому, что мы проходим за 20–25 лет то, на что современные развитые экономики потратили 100–150 лет, и мы вынуждены сами учиться. И поэтому, знаете, немножко такой ликбез: все эти рейтинги, карты – мне это немножко напоминает моё комсомольское прошлое, мы какие-то штрихи себе ставим: это, значит, сегодня, это завтра, а это программа 2.0, а в рейтинге конкурентоспособности эта область отстала от этой… Ну нет такого за границей, нет. Надо нам это делать? Надо. Потому что мы ещё немножко другие. И в этом смысле это всё-таки подтягивает, создаёт такой соревновательный дух. Так что у меня просьба всем этим по возможности пользоваться. А всем регионам, всем муниципалитетам и, конечно, бизнесу, который с этим связан, я желаю максимальных успехов. Надеюсь, увидимся ещё на просторах форума. До свидания.

Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 2 октября 2015 > № 1506459 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 июня 2015 > № 1398745 Дмитрий Медведев

О развитии малого предпринимательства в Крыму.

Совещание.

Перед совещанием Дмитрий Медведев посетил сельскохозяйственный производственный кооператив «Терруар» и кондитерскую «Трэ Джойе».

Сельскохозяйственный производственный кооператив «Терруар» в Балаклавском районе Севастополя – винодельческое хозяйство полного цикла, основанное в 2006 году. На 10 га земли выращивается более 11 сортов винограда, среди них «пино-нуар», «каберне», «совиньон», «рислинг», «шардоне», «совиньон-блан», «гевюрцтраминер», «мускат-блан». Саженцы виноградной лозы поставлены из одного из лучших французских питомников в Бургундии и высажены в 2008, 2010 и 2013 годах. Валовой сбор винограда в 2014 году составил 31 т.

Предприятие малого бизнеса – ресторан-кондитерская «Трэ Джойе» – открылось в Ялте в марте 2015 года. Производит высококачественную кондитерскую продукцию, в том числе мороженое по итальянской технологии. Вся продукция изготовлена из натуральных и качественных продуктов, в технологии используется минимум жиров, только натуральные ягоды и фрукты, выращенные в Крыму. К июню 2015 года предприятие выпускает порядка 200 кг мороженого в сутки.

Совещание о развитии малого предпринимательства в Крыму

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, коллеги!

Для нас крайне важно, в каком состоянии находится малый бизнес. Прямо скажем, сейчас не самые простые времена, и ровно поэтому я предложил встретиться здесь, в Крыму, где – подчёркиваю – есть своя специфика, для того чтобы поговорить о проблемах развития малого бизнеса в России в целом и в Крымском федеральном округе в частности.

Но начну я с того, что хочу сообщить: я утвердил новую редакцию федеральной целевой программы «Социально-экономическое развитие Республики Крым и города Севастополя на период до 2020 года». Предыдущая редакция формировалась в переходный период, когда сложно было учесть все нюансы.

Сейчас мы программу скорректировали, изменили часть её параметров, мероприятия программы, уточнили ключевые показатели, государственных заказчиков. Хотел бы специально акцентировать внимание на том, что это окончательный вариант программы. Больше мы, естественно, ничего переделывать не будем, поправки внесли. По ней теперь нужно работать, работать методично, каждый день, исполнять все те позиции программы, которые есть.

Объём финансирования ФЦП огромен для нашей страны – это 708 млрд рублей, почти на 30 млрд больше, чем в предыдущей редакции, там было 680. Деньги пойдут на строительство дорог, на больницы, на школы, на модернизацию инженерной, транспортной, социальной инфраструктуры региона и, конечно, на развитие туризма, с которым в значительной степени связан малый бизнес Крымского федерального округа.

Крым вернулся в состав России больше года назад. На протяжении этого времени мы интегрируем полуостров в российскую жизнь. Все сферы его жизни в свою очередь интегрируем в правовую ткань России, в социально-экономические условия жизни в нашей стране и, конечно, в политическую систему. В целом можно сказать, что такой базис, основа для работы крымской экономики по российским законам сформирована. Это не значит, что мы не будем вносить каких-то точечных изменений, дополнений, потому что, несмотря на формальное окончание переходного периода, мы с вами понимаем: всё равно для полноценного врастания и всей жизни на полуострове, и бизнеса, который здесь существовал и сейчас работает, потребуется более длительное время. Мы прошли тем не менее переходный период и по основным позициям работаем по общим правилам, как и с другими регионами России.

Конечно, федеральный центр и дальше будет вкладывать деньги в развитие инфраструктуры, в улучшение социально-экономических показателей и, естественно, в деловую среду на полуострове. Мы крайне заинтересованы, чтобы здесь появлялись новые рабочие места, включая высокотехнологичные рабочие места, но не менее важно, чтобы здесь появлялись современные источники роста. На самом деле в Крыму есть всё для самодостаточного развития, мы это прекрасно понимаем. Так было и 10 лет назад, и 20 лет назад, другое дело, что использовалось это, может быть, не вполне адекватно.

Что здесь есть? Собственно, вы сами всё это отлично знаете: это и успешные предприятия в ряде отраслей, здесь сегодня существует особый в ряде случаев налоговый и таможенный режим, и, конечно, самое главное – это энергичные люди, которые способны всем этим заниматься. Поэтому потенциально Крым может и должен стать одним из самых процветающих регионов Российской Федерации.

Теперь – к повестке дня совещания. Мы сегодня поговорим о том, как развивается малый бизнес, обсудим проблемы, с которыми сталкиваются предприниматели. Я сразу хочу сказать: я готов выслушать любые предложения, естественно, ёмко и компактно сформулированные, о том, как лучше выстроить работу с малым бизнесом. Здесь поэтому присутствуют мои коллеги, которые возглавляют ключевые ведомства российские – Министерство экономического развития, Министерство финансов, Министерство сельского хозяйства, Федеральную антимонопольную службу, не говоря уже о коллегах, которые занимаются Крымом в постоянном режиме. Ещё раз подчёркиваю: просил бы вас высказываться о тех предложениях и проблемах, которые вы считаете правильным осветить.

Развитие бизнеса в целом… Я специально акцентирую на этом внимание, тем более мы сейчас с коллегами, с руководителями Республики Крым и Севастополя, с другими коллегами проехались по некоторым малым предприятиям крымским. Это на самом деле серьёзнейший фактор, который должен снизить дотационность полуострова. Конечно, здесь очень многое зависит от профессиональной и добросовестной работы всех органов власти Крымского округа, то есть республики и Севастополя.

В прошлом году Правительство России оказало государственную поддержку малому и среднему предпринимательству в Крымском округе на сумму приблизительно 200 млн рублей. В этом году мы продолжим помогать целому ряду предприятий, которые работают в Крыму. Естественно, сейчас фантастических возможностей нет, тем не менее определённые ресурсы у нас на развитие малого предпринимательства в бюджет заложены, в том числе в так называемую антикризисную часть бюджета, по которой Правительство оперативно принимает решения, так что эти средства можно использовать и в Республике Крым, и в Севастополе, включая развитие крестьянских и фермерских хозяйств.

Кроме того, вы знаете, коллеги, что на полуострове создана свободная экономическая зона. Она развивается, может быть, не так быстро, как нам бы всем хотелось, тем не менее для её резидентов действует целый ряд серьёзных налоговых преференций. Для компаний, которые зарегистрированы в первые три года работы свободной зоны, предусмотрены пониженные тарифы страховых взносов в государственные внебюджетные фонды (они уменьшились у нас с 30% до 7,6%). Кроме того, мы ввели здесь режим свободной таможенной зоны.

Соответственно, правовые акты приняты. В общем, по этим правилам можно работать. Но, ещё раз подчёркиваю, пока ещё такой существенной работы я, во всяком случае, не вижу, потому что количество предпринимателей пока не очень большое. Самое главное, что процесс тем не менее запустили, этот процесс разворачивается. Будем надеяться, что будут результаты.

Ещё одна серьёзнейшая проблема – как для Крыма, так, естественно, для всей нашей страны (здесь Крым не исключение) – это доступность финансовых ресурсов. Для малого бизнеса вообще получение кредитов – это всегда проблема. Во всяком случае, это была проблема у нас, мы её до конца не решали даже в более простые времена. Сейчас она стала ещё более сложной, это мы понимаем. Для малого бизнеса, который не имеет полноценной кредитной истории, не имеет очень часто серьёзных гарантий, надёжной обеспечительной базы, – это действительно головная боль. А для крымских компаний это проблема вдвойне более острая, поскольку крупные наши банки пока не работают на полуострове по вполне понятным причинам. Но тем не менее мы решением этой проблемы занимаемся, в том числе с помощью Агентства кредитных гарантий. Это агентство разработало программу стимулирования кредитования субъектов малого и среднего предпринимательства, которая действует и в Крыму. Благодаря этой компании и соответствующей программе мы хотели бы, чтобы более тщательно использовался механизм льготного кредитования на покупку оборудования, на модернизацию производства, на запуск новых проектов, ну и для пополнения просто оборотного капитала, то есть пополнения денежных средств. В Крыму и Севастополе существуют гарантийные фондыподдержки, инструменты микрофинансирования. Может быть, вы мне расскажете о том, насколько это всё хорошо сейчас работает. Возможно, нужно подумать над смягчением кредитных условий в целом для малых и средних предприятий. Многие в текущей экономической ситуации просто не могут отвечать банковским требованиям. Банковская ситуация в Крыму особенная, поэтому, я ещё раз говорю, и собрались мы здесь для разговора.

Целый ряд есть специфических проблем, включая, например, лицензирование морских и внутренних водных перевозок. В Крымском округе, как известно, большинство маломерных судов вообще не лицензировано в соответствии с законодательством России. Это проблема, её нужно решать, конечно, имея в виду безопасность пассажиров, но в то же время не парализуя транспортное сообщение, не парализуя туристический бизнес. Надеюсь, что ведомства получат необходимые поручения, я по итогам сегодняшнего совещания целый ряд поручений подпишу, в том числе и на эту тему. Но она не единственная.

Вот круг вопросов для обсуждения. Для сообщения тоже по тематике я передаю слово Министру экономического развития Алексею Валентиновичу. Пожалуйста.

А.Улюкаев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Действительно, развитие малого и среднего предпринимательства в Крыму имеет свою специфику – есть плюсы, есть минусы. Плюс – это просто исторически высокая роль малого и среднего бизнеса в экономике полуострова. Скажем, в сельском хозяйстве 80% продукции – это малый и средний бизнес, крестьянские и фермерские хозяйства, подворья. А с другой стороны, большие трудности связаны с режимом переходного периода, адаптацией к требованиям российского законодательства, к особенностям оказания поддержки МСП, его функционирования. В этой связи специальная задача – интеграция малого и среднего бизнеса полуострова в российскую правовую систему, с тем чтобы использовать и инструменты нашей традиционной поддержки малого и среднего бизнеса, и инструменты, которые даёт режим свободной экономической зоны, и находить некие специфические решения. Этот процесс интеграции у нас немного в 2014 году затянулся, сейчас активизируется. У нас за первые четыре месяца года количество зарегистрированных индивидуальных предпринимателей и юрлиц МСП на 70% увеличилось, сейчас у нас 86 тыс. примерно этих субъектов.

Д.Медведев: Сколько?

А.Улюкаев: Примерно 86 тыс. сейчас, на май. 30 тыс. – это юрлица малого и среднего предпринимательства.

Д.Медведев: В Крыму?

А.Улюкаев: В Крыму. 56 тыс. – индивидуальные. Но это меньше, чем было в предшествующем правовом режиме.

Д.Медведев: Но это естественно, потому что кто-то просто в силу разных причин прекратил деятельность. Но насколько это меньше?

А.Улюкаев: Прекратил деятельность, затормозил свою деятельность, ищет новых контрагентов, потерял контрагентов на Украине и ищет в России и так далее. Но динамика этого года очень бурная, я думаю, что мы к концу этого года наверстаем в основном эту ситуацию.

Для того чтобы максимально интегрировать, наверное, где-то со второго полугодия прошлого года – массированная система проведения форумов соответствующих, семинаров, у нас официальный сайт в режиме вопросов – ответов, прямого диалога с бизнесом. И если в 2014 году больше вопросов было по особенностям применения российского правового режима налогообложения, системы регистрации и так далее, то сейчас основная проблема – это финансирование, это доступ к кредитному ресурсу, доступ к финансовому ресурсу.

Здесь действительно проблемы понятные. Это, во-первых, просто меньшее количество кредитных учреждений, которые работают, – и не самые крупные. У нас сейчас 25 коммерческих банков работают здесь, при этом по ряду из них есть программа поддержки МСП. Но объём кредитного портфеля, который был предоставлен малому и среднему бизнесу, конечно, очень небольшой и меньше, чем был прежде, – примерно 1 млрд 700 млн по Республике Крым, 850 млн – по городу Севастополю. Понятно, что в силу этих причин – меньшего количества кредитных организаций, меньшей ресурсной базы, недостаточности залогов, потому что и предприятия не перерегистрированы, и активы, предмет залога, не перерегистрированы в большом количестве случаев, и предприятия лишаются залоговой базы... Это дополнительная трудность для работы банковских организаций. Это мы должны компенсировать через систему государственной финансовой поддержки. Поэтому в прошлом году были созданы и в Республике Крым, и в городе Севастополе соответствующие государственные фонды поддержки предпринимательства, имеется фонд микрофинансирования предпринимательства и имеется гарантийный фонд поддержки предпринимательства.

По объёмам. Действительно, в прошлом году порядка 200 млн – 140 с лишним по Республике Крым, 40 с лишним по городу Севастополю…

Д.Медведев: Мы можем эти суммы наращивать сегодня?

А.Улюкаев: Мы в этом году, несмотря на серьёзную бюджетную ситуацию (я сейчас скажу по цифрам), более чем в полтора раза эту поддержку увеличиваем. Самое главное, что степень востребованности возросла, потому что, скажем, по прошлому году по Республике Крым мы капитализировали фонд микрофинансирования на 53 млн, а количество займов выдано на 28 млн, то есть степень использования фонда немножко больше 50% – недостаточно. Поэтому на 2015 год у нас есть и эта возможность, и плюс то, что мы смогли выделить в бюджете текущего года. Это касается, кстати говоря, и гарантийного фонда, у нас капитализация его была 45,6 млн рублей, а поручительств выдано на сумму 37 млн рублей, то есть ещё некоторый люфт даже по тому ресурсу, который был предоставлен по 2014 году.

В текущих условиях для Республики Крым из федерального бюджета на систему государственной поддержки малого и среднего предпринимательства определена сумма 170 млн, это на 30% примерно больше, чем было в прошлом году. По видам поддержки: центр поддержки предпринимательства – 19 млн, гарантийный фонд – на 51 млн дополнительно капитализируем, фонд микрофинансовых организаций – 61 млн рублей, поддержка начинающим субъектам МСП через гранты – 25 млн и субсидирование процентной ставки по кредитам – 15 млн, плюс оставшийся с 2014 года задел средств, в принципе вполне приличный.

По городу Севастополю степень использования средств в 2014 году была, к сожалению, ещё меньше, чем сейчас. Например, фонд микрофинансирования – 30 млн капитал, а использован на 5,3 млн, то есть соответственно почти 80% средств 2014 года ещё на 2015 год не было использовано, составляет задел на текущий год. Это же касается и гарантийного фонда. Капитализация 10 млн – одно поручительство предоставлено на 1 млн рублей. Тоже ресурс довольно большой. Тем не менее мы в этом году в тяжёлых бюджетных условиях пошли на то, чтобы резко увеличить по городу Севастополю программу поддержки малого и среднего бизнеса – 122,6 млн рублей. Точно так же: центр поддержки предпринимательства – 14 млн, гарантийный фонд – 66,5 млн, фонд микрофинансирования – 28 млн, гранты начинающим субъектам МСП – 7 млн и субсидирование процентной ставки – также 7 млн. Опять-таки, довольно большой ресурс для использования.

Структура поддержки отраслевая почти поровну распадается между торговлей, сельским хозяйством и промышленностью. Чуть больше торговля, сельскохозяйственная промышленность порядка четверти также составляет. В основном это всё-таки пополнение оборотных средств. Пока инвестиционная деятельность, наверное, тоже по понятным причинам, неактивна, тем не менее через те дополнительные инструменты, которые у нас есть, прежде всего Агентство кредитных гарантий, мы будем поддерживать именно инвестиционную деятельность.

Напомню, что Агентство кредитных гарантий предоставляет гарантийную поддержку для инвестиционных проектов от 50 млн рублей до 1 млрд. Общий капитал агентства – 50 млрд рублей, при этом из него финансируются инвестиционные проекты и плюс текущие расходы, связанные с реализацией капексной составляющей инвестиционного проекта, то есть 70% должно быть покрытие, собственно, капитальных затрат и 30 % сопряжённых с капитальными затратами текущих расходов по этим проектам. Мы пошли на изменение существенное нашей нормативной базы в части Агентства кредитных гарантий, поскольку в целом для Российской Федерации зафиксировано в нормативно-правовой базе, что банками-участниками являются банки, имеющие капитал 100 млрд рублей. Соответственно, для Крымского федерального округа таковых банков нет вообще, поэтому мы сделали исключение в нормативной базе, и сейчас два банка крымских (РНКБ прежде всего) включены в эту систему, могут работать и предоставлять средства с гарантийной поддержкой Агентства кредитных гарантий именно для инвестиционных проектов. И, конечно, с 1 июля у нас заработает система одного окна – корпорация развития малого и среднего предпринимательства, которая включает в себя и гарантийный ресурс Агентства кредитных гарантий, и кредитный ресурс Банка МСП (Банка поддержки малого и среднего предпринимательства) и элементы государственной поддержки, которую мы осуществляем в рамках соответствующей государственной программы. Надеюсь, это поможет оптимизировать дополнительную работу по обеспечению финансовыми ресурсами малого бизнеса и даст ему дополнительное продвижение.

Д.Медведев: Алексей Валентинович, я всё-таки хочу понять по нашей зоне особой экономической… Хотя этим и Олег Генрихович (О.Савельев – Министр Российской Федерации по делам Крыма) занимался, может, это к вам обоим вопрос. Почему там всего пока 15 резидентов зарегистрировано? Просто потому что времени мало прошло или есть какие-то проблемы? Кто ответит?

О.Савельев: Да, я отвечу. Дело в том, что этот процесс, конечно, идёт, он набирает…

Д.Медведев: Сколько она у нас работает по времени?

О.Савельев: С 1 января. Все нормативные подзаконные акты, которые были необходимы, в середине февраля были приняты и утверждены в Минюсте. Соответственно, с этого момента началась уже вся технологическая работа одновременно и в совмине Крыма, и в правительстве Севастополя, и в Министерстве по делам Крыма. Были открыты консультационные центры, и пошёл вал обращений…

Д.Медведев: А этот вал-то всего в 15 штук зарегистрированных? У нас здесь за столом есть коллеги, которые являются резидентами этой самой зоны. Но тем не менее.

О.Савельев: Проблемы, конечно, были. Первая проблема, с которой мы столкнулись, – излишне для крымских условий была усложнена инвестдекларация, которая является частью соглашения. Соответственно, уже в апреле эта инвестдекларация была существенным образом упрощена, остались только основные условия соглашения, потому что по большому счёту это сделка между государством (в данном случае это подписывает со стороны государства совет министров Крыма и правительство Севастополя) и предпринимателем. Предприниматель берёт на себя обязательства по реализации инвестиционного проекта, а государство берёт на себя обязательства предоставить необходимый для этого набор льгот. И основные условия этой сделки (потому что там санкции прописаны в законе, которые пугали существенно предпринимателей) как раз открыли в первую очередь для малого бизнеса двери для того, чтобы получить статус участника.

Второе. Нужно чётко тоже понимать, что мы конкурируем – потому что эти консультационные центры дали нам огромный опыт именно при общении непосредственно с самими предпринимателями, – мы конкурируем, на самом деле ещё и с самозанятостью, и с работой просто-напросто вне регистрационного поля…

Д.Медведев: С работой в серой зоне и в чёрной зоне конкурировать невозможно. Она всегда изначально будет гораздо более прибыльной, точно так же, как и целый ряд видов криминальной деятельности, всегда будет на порядок более прибыльной, чем другая. Но это не значит, что мы должны с ними сравнивать.

О.Савельев: Дело в том, что, как ни странно, наш опыт работы с предприятиями подтвердил, что вообще честно жить приятнее. И уже за это готовы люди… Как раз эта сделка – полная отчётность в обмен на льготы…

Д.Медведев: Вы за всех не расписывайтесь.

О.Савельев: Нет, конечно.

Д.Медведев: Я о присутствующих не говорю, но люди разные все. Я просто что хотел сказать, Олег Генрихович (обращаясь к О.Савельеву), вам и всем присутствующим. Я понимаю, есть проблемы, в том числе и таможенные проблемы, я уж не говорю про особую ситуацию, в которой находится наша страна и Крымский полуостров. Тем не менее мы вот эту самую свободную экономическую зону создавали для того, чтобы она развивалась. Там должно быть не 15 резидентов, а сотни, тысячи. Надо сделать всё для того, чтобы процедуры регистрации были максимально простыми, а выгоды, которые мы там дали… Там ведь у нас дискуссия была, мы с вами проводили совещание. Естественно, часть наших коллег по Правительству возражала против этого, потому что это вопрос налогов, вопрос учётной политики. Но уж если мы на это пошли, этот механизм должен работать. Я обращаюсь тут ко всем членам Правительства и к руководителям Крыма и Севастополя: нужно сделать всё, чтобы этот механизм заработал. Давайте упростим всё радикальным образом, иначе не было смысла создавать эту зону.

Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 июня 2015 > № 1398745 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 4 июня 2015 > № 1388716 Дмитрий Медведев, Алексей Улюкаев

Заседание Правительства.

Основной вопрос повестки – о защите прав предпринимателей.

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги. У нас несколько законопроектов в повестке дня, которые активно прорабатывались, обсуждались. По части из них дискуссии продолжаются, но нам нужно двигаться вперёд, принимать необходимые решения. Первый из вопросов, который хотел бы отметить, касается защиты прав предпринимателей. Мы рассматриваем законопроект, который устанавливает с 1 января 2016 года трёхлетний запрет на проведение плановых проверок в отношении малых предприятий, что, собственно, и планировалось. При этом запрет не будет распространяться на некоторые общественно значимые или опасные виды деятельности – в сфере здравоохранения, образования, промышленной безопасности, пожарного надзора и некоторых других (список не подпадающих под запрет закона видов деятельности, естественно, носит ограничительный характер), а также на компании, которые были уличены в том, что они грубо нарушали законодательство.

Во время действия закона о государственном и муниципальном контроле мы добились ощутимого повышения прозрачности и публичности проверок, были установлены исключительные основания для их внепланового проведения (я напомню, это закон от 28 декабря 2008 года). Однако избыточные административные барьеры сохраняются, и контроль и надзор остаются одной из чувствительных точек, где соприкасаются государство и бизнес.

Мы неоднократно обсуждали эту тему на различных площадках, с представителями делового сообщества. Изменения в законодательстве, которые мы рассматриваем, продолжают работу Правительства по совершенствованию форм контроля и надзора.

Надеюсь, что трёхлетний мораторий на плановые проверки для малого бизнеса упростит условия его работы, станет, отчасти во всяком случае, мерой поддержки в нынешних условиях. При этом мы исходим в качестве общего принципа из презумпции добросовестности представителей бизнеса, рассчитываем на их сознательность, потому что по понятным причинам в этом случае многое будет зависеть от них самих.

Также мы рассмотрим пакет законопроектов о создании свободного порта Владивосток. Неоднократно к этой теме возвращались. Задача масштабная – занять достойное место среди ведущих центров Азиатско-Тихоокеанского региона, таких как Сингапур и Гонконг, которые стали мегаполисами мирового уровня во многом благодаря режиму свободных портов.

Свободный порт будет создан на территории 13 муниципалитетов, куда входит Владивостокский городской округ, морские порты Зарубино, Находка, аэропорт, где проложены международные транспортные коридоры, которые соединяют Приморье с богатыми провинциями Китая и вообще нашими соседями. Чтобы свободный порт заработал, мы намерены предпринять ряд шагов.

Во-первых, это предоставление фискальных преференций резидентам, без этого не обойтись; пониженные ставки по уплате налога на прибыль на продолжительную перспективу, на пять лет.

Во-вторых, мы говорим о необходимости облегчить целый ряд других обязанностей, в том числе уменьшением совокупных отчислений в государственные внебюджетные фонды. По понятным причинам, эта тема требует дополнительной проработки, потому как речь идёт о выпадении доходов этих фондов и, соответственно, муниципалитетов. Это всё ложится на федеральный бюджет. Вот этот момент нужно ещё окончательно взвесить, и плюсы, и минусы решения, которое будет принято здесь.

В-третьих, в свободном порту Владивостока будет введён облегчённый визовый режим, благодаря этому иностранные гости могут получать восьмидневную визу прямо на границе. Это, безусловно, удобно, при этом пункты пропуска должны будут работать круглосуточно.

В-четвёртых, таможня заработает в режиме одного окна, предоставляя услуги таможенного, пограничного, фитосанитарного и других видов контроля. Мы планируем ввести режим свободной таможенной зоны, которая позволит, к примеру, освобождать ввозимое оборудование от уплаты импортной пошлины и налога на добавленную стоимость.

В-пятых, у Правительства появляется право вводить особые условия работы для образовательных и медицинских учреждений, а также для ряда предприятий, в том числе рыболовных, что, надеюсь, откроет доступ иностранным компаниям в эти сферы на территории нашей страны. Это будет удобно для их работы и, самое главное, инвестирования в объекты.

Ещё одна важная новация заключается в том, что все проверки деятельности резидентов, и плановые, и внеплановые (в контексте, кстати сказать, того, о чём я по первой теме говорил), будут проводиться только в специальном порядке, по согласованию с профильным ведомством. Таким образом, будет дополнительный контроль.

Наконец, будет создан специальный наблюдательный совет, куда войдут и представители власти, и бизнеса. В самое ближайшее время законопроект должен быть доработан и внесён в Государственную Думу.

Следующий вопрос нашей повестки дня – внесение изменений в Бюджетный кодекс, что должно сделать управление государственными деньгами более эффективным и прозрачным, улучшить контроль за их использованием. Изменения касаются зачисления торгового сбора в региональные фонды. Кроме того, они устанавливают основания, по которым взыскание неуплаченных административных штрафов и иных платежей в бюджет признается невозможным или, как принято говорить, безнадёжным.

Ряд положений документа повышает качество прогнозирования бюджетных доходов и поступлений для покрытия бюджетного дефицита, а также, надеюсь, сделает финансовый контроль более эффективным, в том числе за счёт его пролонгации на все стадии бюджетного процесса.

И наконец, там появляется возможность размещения временно свободных средств федерального бюджета на депозитах в Банке развития и внешнеэкономической деятельности, то есть в ВЭБе. Это не только защитная мера от инфляции, но и дополнительный источник финансовых ресурсов для инвестиций Внешэкономбанка.

Ряд субсидий мы также с вами распределяем. Часть из них касается пострадавших от пожара Хакасии и Забайкальского края. Лето уже началось, но, к сожалению, не у всех есть возможность оплатить путёвки в санатории и на курорты, в первую очередь речь идёт о неработающих пенсионерах, о семьях с детьми, о самих детях. Поэтому на отдых предлагается выделить деньги напрямую из федерального бюджета: Республике Хакасия – более 125 млн рублей, Забайкальскому краю – 30 млн рублей. Деньги пойдут на оплату путёвок для этих людей в санатории и детские лагеря, которые расположены как в самом Сибирском федеральном округе, так и в Республике Крым. Разумеется, дорога к месту отдыха также в этом случае оплачивается. Что касается детей, которые ещё не достигли шести лет, то за счёт государства с ними может поехать один из родителей или иной законный представитель ребёнка. Это такая вполне ощутимая, хорошая гуманитарная поддержка.

Также мы распределяем субсидии на поддержку сельского хозяйства. На возмещение части процентной ставки по краткосрочным кредитам на развитие растениеводства, переработки и реализацию продукции регионам предлагается направить более 21 млрд рублей, из них 2,5 млрд рублей дополнительно выделены в рамках плана первоочередных мероприятий, то есть нашего «антикризисного плана». Эти деньги должны помочь сельхозпредприятиям преодолеть проблему закредитованности.

Только нужно следить, чтобы эти деньги быстрее доходили до адресата. Я посмотрел, и Министр сельского хозяйства на эту тему сокрушался: надо взять это под контроль, Аркадий Владимирович (Дворкович), чтобы деньги не болтались неизвестно где, а то мы их здесь отправляем, они вроде бы развёрстаны, а сельхозпредприятия говорят: а мы их не получали. Где они находятся? Если они находятся в регионах, тогда нужно с них спросить за это дело, какие-то меры принять вплоть до дисциплинарных. Так не должно быть, особенно в период, когда речь идёт о сборе урожая, когда речь идёт о подготовке к посевной или вообще к любым событиям сельскохозяйственной жизни.

Первый доклад – Алексея Валентиновича Улюкаева. Пожалуйста.

А.Улюкаев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги! Предпринимательское сообщество регулярно ставит вопрос о том, что избыточное бремя регулятивное в области контрольно-проверочной деятельности является одним из важных ограничивающих моментов для инвестиционной и деловой активности. В последние годы мы предприняли несколько шагов по смягчению этого бремени. Начиная с 2011 года у нас наметилась положительная динамика в части количества и обременительности проверок.

Тем не менее вопрос по-прежнему стоит ещё достаточно остро. Как было отмечено в Послании Президента Федеральному Собранию, необходимо обеспечить для важного предпринимательского сегмента (малое и среднее предпринимательство, индивидуальное предпринимательство) возможность обеспечения так называемых надзорных каникул, то есть режима, при котором плановые проверки для субъектов малого предпринимательства не проводятся, если в течение трёх лет до наступления момента плановых проверок не было выявлено существенных нарушений, создающих угрозу жизни и здоровью граждан.

В ходе подготовки законопроекта были многочисленные обсуждения с экспертным сообществом, деловым сообществом. Как нам представляется, предлагаемые изменения в статью 27 закона «О защите прав юридических лиц, индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора)» являются разумным компромиссом из высказанных предложений.

Первое – о видах контроля, на которые распространяется законопроект. Это, конечно же, те виды контроля, которые регулирует базовый федеральный 294-й закон.

Есть несколько изъятий. Эти изъятия прежде всего связаны с риск-ориентированным подходом к проверкам, то есть сферы, которые несут наибольший риск с точки зрения угрозы безопасности жизни и здоровью граждан, здесь выделяются. Речь идёт о промышленной, пожарной, экологической, радиационной безопасности, безопасности гидротехнических сооружений, которые касаются объектов 1-го и 2-го класса опасности. Мы сочли возможным сделать такие исключения, исходя из того риска, который здесь содержится, и, исходя из того, что количество этих объектов невелико и субъектов малого предпринимательства там практически нет, их число крайне незначительно.

Кроме того, предлагается не распространять надзорные каникулы на социальные учреждения – школы, детские сады, детские оздоровительные лагеря, в отношении которых сейчас установлена более частая периодичность проверок, чем для других учреждений. Она, как правило, связана с учебным годом, проводится перед началом смен в оздоровительных лагерях, перед началом учебного года в школах и иных образовательных учреждениях, и такой режим, нам представляется, необходимо сохранить.

Два слова – о статистике, кого этого касается. У нас за прошлый год 2,4 млн проверок, из них 960 тыс. – плановых проверок. Вот это тот массив, который будет затронут требованиями настоящего законопроекта.

Важный вопрос – что относится к категории грубых нарушений обязательных требований, с тем чтобы это тоже было изъятием из надзорных каникул? Мы отнесли сюда несколько позиций. Первая: условие применения надзорных каникул отсутствует для тех хозяйствующих субъектов, которые по результатам трёхлетнего периода были либо лишены лицензии за нарушения законодательства, либо руководители которых привлекались к дисквалификации или деятельность которых приостанавливалась в соответствии с Кодексом об административных правонарушениях.

На самом деле перечень этих оснований невелик, конечен и касается прежде всего лицензионных видов деятельности. И по статистике, из 950 тыс. плановых проверок прошлого года к этой категории отнесено 11 тыс., то есть порядка 1%.

Механизм действия законопроекта. Имеется в виду, что начиная с 1 января 2016 года на три года вводится этот режим. В первый год (у нас ещё нет единого реестра субъектов малого предпринимательства) при составлении плана проверок на 2016 год контролирующие органы будут руководствоваться теми сведениями, которые у них есть, относительно отнесения соответствующих предприятий к субъектам малого предпринимательства. При этом в законопроекте отдельно оговаривается право субъектов малого предпринимательства после опубликования плана проверок направить возражения в части включения их в этот план, если, по их мнению, они сюда отнесены не в соответствии с законодательством.

Начиная с 2017 года (поскольку с октября этого года у нас должен заработать реестр малых и средних предприятий, который будет делать Федеральная налоговая служба) планы проверок будут осуществляться на основе межведомственного взаимодействия в рамках соответствующего документооборота на базе этого единого реестра проверок.

С точки зрения дополнительной защиты прав субъектов малого и среднего предпринимательства отдельно оговаривается, что если проверка будет проведена с нарушением предусмотренных законопроектом требований, то это повлечёт за собой недействительность проверки.

Законопроект согласован в установленном порядке.

Просьба поддержать.

Д.Медведев: Спасибо, Алексей Валентинович. Пожалуйста, коллеги, я знаю, есть какие-то нюансы, по которым хотелось бы высказаться.

Антон Германович, пожалуйста.

А.Силуанов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Уважаемые коллеги! Мы поддерживаем законопроект. Единственное, на что хотелось бы обратить внимание, – на аудиторские организации. Мы осуществляем внешний контроль качества работы аудиторских организаций. По данным Росфиннадзора, из всех проверок аудиторских организаций, которые были проведены за прошлые годы, 82% выявляли нарушения деятельности аудиторских организаций.

Дело в том, что мы не бизнес проверяем, когда осуществляем контроль за аудиторскими организациями, а проверяем их, по сути дела, и осуществляем регуляторную функцию по надзору за деятельностью этой категории организаций.

Нам нужно обеспечить проверку достоверности информации от аудиторских организаций. И мне кажется, можно было бы эту категорию организаций включить в тот список, о котором Алексей Валентинович докладывал, который не подпадает или в усечённом виде подпадает под действие этого закона.

Просьба рассмотреть.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, какие ещё будут предложения?

М.Мень: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Мы не видели, к сожалению, этот законопроект, он не поступал к нам на согласование, а управляющие компании по многоквартирным домам в подавляющем большинстве попадают под эти меры. Мы только что закончили процесс лицензирования, 1 мая, и есть опасение, что это серьёзно ударит по лицензионному контролю. Сегодня как раз большие очень ожидания у людей.

Просьба дать нам сутки на площадке Аппарата доработать и в этот перечень наряду с социальными объектами включить компании, управляющие многоквартирными домами.

Д.Медведев: Ладно, услышал. Пожалуйста.

А.Улюкаев: Дмитрий Анатольевич, на самом деле каждое ведомство такую позицию фиксирует: в целом правильно, но для моих подопечных надо сделать исключение. Скажем, аудиторские организации…

Д.Медведев: Это нормально. Если бы вы не возглавляли Минэкономразвития, вы бы такую же позицию заняли.

А.Улюкаев: Конечно. Поэтому всё-таки есть риск для жизни и здоровья или нет – это критерий, которым мы руководствовались.

Д.Медведев: Понятно. Пожалуйста.

Д.Козак: Я по поводу управляющих компаний – хотел поддержать. Статья 9 в этом законе: ресурсоснабжающие организации все попадают в исключение, порядок проверки определяется Правительством, а управляющие компании как раз ведут деятельность, сопряжённую с риском для жизни и здоровья, поэтому предложение Минстроя просьба поддержать.

Д.Медведев: Доработать – речь идёт об этом.

Д.Козак: Да, конечно.

Д.Медведев: Пожалуйста.

А.Дворкович: Дмитрий Анатольевич, у нас дискуссия такая была по Россельхознадзору, но я, несмотря на опасения Россельхознадзора, поддержал тем не менее коллег, потому что есть необходимость, если мы видим риски и видим обращения и жалобы, в проведении внеплановых проверок Россельхознадзора. Там опасность гораздо выше, чем по управляющим компаниям и по аудиторским.

Д.Медведев: Это означает только одно: у вас более либеральный взгляд на экономику, чем у некоторых коллег по Правительству. Это, в общем, общеизвестно.

А.Дворкович: Более прагматичный, я бы сказал.

Д.Медведев: Может, и более прагматичный. Ладно, коллеги, вот что я хочу сказать. По поводу аудиторских организаций: мне здесь трудно что-то возразить Министерству финансов. Это не те организации, которые страдают от бесконечных проверок. Это первое.

Второе: в отношении них действительно важны некоторые меры регулятивного порядка, потому что не секрет, что очень часто аудиторские организации просто входят в прямые договорённости с проверяемыми структурами и выдают нам на-гора абсолютно искажённые результаты аудиторской деятельности.

Поэтому я бы считал правильным позицию Минфина здесь поддержать.

Что касается темы, связанной с управляющими компаниями, просил бы все заинтересованные ведомства под руководством Минэкономразвития этот вопрос обсудить, ещё раз доработать и представить окончательную версию. Договорились?

Принимается решение с учётом того, о чём я сказал.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 4 июня 2015 > № 1388716 Дмитрий Медведев, Алексей Улюкаев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 июня 2015 > № 1386051 Дмитрий Медведев

Совещание о предельном уровне неналоговых платежей предпринимателей и организаций.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Добрый день, коллеги! Мы сегодня обсудим с вами вопрос по предельному уровню неналоговых платежей предпринимателей и организаций. Напомню о развитии этой идеи: сначала я встречался с предпринимателями в марте 2015 года, там эта тема достаточно рельефно прозвучала, потом были совещания и в Правительстве, и у Президента вопрос тоже обсуждался. В чём смысл? Нам особенно важно, чтобы в нынешних условиях бизнес чувствовал себя уверенно, а один из основных факторов такой уверенности заключается в прозрачности и стабильности не только налоговых выплат (по которым у нас существует решение о том, чтобы их не увеличивать), но и неналоговых платежей, которые формально в систему налогов не входят, но фактически для бизнеса представляют точно такой же обязательный платёж. Если предприниматель точно знает, сколько он должен будет платить и налоговых, и неналоговых платежей сегодня, через месяц, через год или два, он может планировать свой бизнес, и работу ему будет прогнозировать, безусловно, проще. А это не может не сказаться в общем и целом на экономических показателях и бизнеса отдельного, и страны в целом.

Поэтому совместно с ведущими общественными объединениями, которые сегодня здесь у нас представлены, в рамках рабочей группы были рассмотрены предложения по введению моратория на ряд неналоговых платежей. Есть предложение о введении такого рода приостановления неналоговых платежей, то есть моратория, до 1 января 2019 года, особенно в отношении тех, механизмы взимания которых в настоящий момент ещё не подготовлены, то есть отсутствуют. Также предлагается не увеличивать ставки неналоговых платежей, которые уже существуют, и уровень административной нагрузки. Сегодня мы все эти предложения обсудим.

Отдельно хотел бы подчеркнуть, что возможное введение отсрочки уплаты этих платежей или моратория, неувеличение отдельных видов неналоговых платежей не должно сказаться на ситуации с рисками, то есть не должно приводить к увеличению рисков по отдельным видам производственной, промышленной и иной деятельности. Это касается любых угроз, и этот фактор тоже должен приниматься во внимание. Поэтому наше сегодняшнее решение должно базироваться на балансе, с одной стороны, интересов бизнеса, с другой стороны – необходимости защиты от рисков, которые, естественно, существуют в той или иной деятельности, за которую взимаются неналоговые платежи.

Давайте исходя из этого и построим обсуждение.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 1 июня 2015 > № 1386051 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 апреля 2015 > № 1341031 Дмитрий Медведев

Совещание о программе поддержки инвестпроектов на основе проектного финансирования.

Вступительное слово Дмитрия Медведева:

Уважаемые коллеги! Прежде чем поговорим по вопросам проектного финансирования, несколько слов по ситуации, которая сложилась в Хакасии. Как известно, из-за стихийного бедствия погибли люди, сгорело много домов. Вчера я разговаривал несколько раз с Министром по чрезвычайным ситуациям, с руководителем региона Виктором Зиминым, обсуждали ситуацию. Разобраться с причинами того, что случилось, поручено правоохранительным органам. В то же время задача МЧС, других ведомств – вместе с регионом провести обследование потерь, подготовить правительственные документы о помощи на восстановление жилья, на поддержку семей погибших и пострадавших. Минздрав и Министерство по чрезвычайным ситуациям должны оказать необходимую помощь по вопросам здоровья, прежде всего по ожоговой терапии. Я только что с министром разговаривал на эту тему.

Пострадавших нужно будет распределить между Красноярском и, в случае необходимости, Москвой – в зависимости от тяжести вреда здоровью. По обстановке нужно будет докладывать, потому что стихия там ещё не полностью успокоилась. Нужно принимать все необходимые меры для того, чтобы постараться ограничить, локализовать проблемы, хотя это непросто.

В том, что касается решений, помощи, поддержки со стороны федерального центра, необходимо будет подготовить проекты актов Правительства. Сергей Эдуардович (обращаясь к С.Приходько), как руководителя Аппарата я прошу вас взять это под контроль, вместе с МЧС, вместе с другими коллегами все необходимые решения подготовить и внести в короткой перспективе, в короткий срок для принятия.

С.Приходько: Обеспечим.

Д.Медведев: Договорились. Теперь по программе поддержки инвестпроектов на базе проектного финансирования. Мы её принимали для того, чтобы в условиях ограниченного доступа к деньгам, кредитованию, обеспечить длинными деньгами на приемлемых условиях те российские компании, которые готовы заниматься долгосрочным инвестированием в приоритетных секторах экономики, тем самым стимулировать экономический рост. Сумма всех затрат по проектам, которые претендуют на поддержку в рамках программы, может колебаться от 1 до 20 млрд рублей. При этом доля заёмных средств не должна превышать 80%. Доступ структур из всякого рода благоприятных юрисдикций, так называемых офшорных зон, исключается.

Программа была утверждена Правительством в октябре прошлого года. На сегодня для включения в программу отобрано семь проектов на сумму порядка 73 млрд рублей, объём кредитных средств, которые требуются, – около 50 млрд рублей. Большинство проектов (так в силу разных причин получается) направлено на развитие сельского хозяйства. Ещё ряд проектов точнее, три, в сфере энергетики и коммуникаций находятся на рассмотрении специальной межведомственной комиссии.

В целом интерес к программе со стороны бизнеса имеется, инвесторы получают возможность привлекать заёмные средства по ставке, которая ниже рыночной. Проекты, которые уже вошли в неё или будут отобраны, действительно должны быть важными, иметь, по сути, стратегическое значение для развития отраслей, поэтому под них должны предоставляться льготные кредиты.

В то же время нужно проанализировать, какие объёмы средств должны направляться в дальнейшем на поддержку долгосрочных инвестпроектов в рамках этой программы. Все они работают по системе предоставления кредитов и выдачи гарантий, но с гарантиями пока ситуация не решена, и это плохо. Сколько это продолжаться будет вообще? Ведомства кивают друг на друга, Минфин кивает на Минэкономразвития, Минэкономразвития – на Минфин, потом все на ВЭБ кивают, на коммерческие банки. И что дальше? Деньги где? Где гарантии?

Хотел бы, чтобы мне сегодня об этом доложили с предложениями о том, что делать, и об ответственности тех, кто за всё это отвечает, кто несёт персональную ответственность за принятие решений.

Приступим к обсуждению.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 13 апреля 2015 > № 1341031 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 19 сентября 2014 > № 1180409 Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев принял участие в панельной дискуссии «Защита прав предпринимателей. Диалог бизнеса и Правительства» в рамках форума «Сочи-2014».

Стенограмма выступления Дмитрия Медведева:

Добрый день, уважаемые коллеги! Тема вашего круглого стола или панельной дискуссии, безусловно, для России сверхактуальна. Вот здесь коллеги говорили по поводу безопасности бизнеса и того, что у нас в стране бизнесом заниматься небезопасно. Мы, конечно, во-многом отстаём ещё от тех стандартов, к которым нужно стремиться, но объективности ради надо признать, что бизнесом небезопасно заниматься везде. Я не имею в виду угрозу физическую, слава богу, в большинстве стран её нет, и в нашей стране всё это кануло в Лету. Но если ты не хочешь проблем, не хочешь головной боли, можно пойти заниматься, например, государственной службой. Там будет тихая заводь, скорее всего. Если человек не нарушает определённые правила, можно долго и хорошо просидеть на этой службе и каких-то даже результатов добиться. Человек, который занимается бизнесом, всегда рискует. Если хотите, это свойство души такое. Меня всегда неприятно удивляло, в последние годы, во всяком случае, что у нас стала меняться пропорция тех людей, которые хотят идти в бизнес, и тех, которые хотят идти на госслужбу. Несмотря на то что я на этой госслужбе пребываю уже 15 лет, чего никогда от себя не ожидал, мне, конечно, не очень нравится, что значительная часть молодёжи говорит: мы лучше чиновниками станем. И вовсе не обязательно мотивация такая сверхвульгарная – взятки брать. Нет, просто типа это правильный путь.

Я думаю, что мы просто обязаны культивировать особое, уважительное отношение к ответственному, серьёзному, законопослушному бизнесу. Мы любим всегда говорить (когда бываю в разных коллективах, говорят): мало снимают сегодня фильмов про рабочих. Справедливо, наверное, надо снимать обязательно. Или про село. Но назовите примеры, когда наши многочисленные сериалы содержат сколько-нибудь приличный пример бизнесмена, с которого хочется брать пример, заниматься такой работой. Этого почти нет. Бизнесмен, которого показывают в кино, – это обычно либо кровосос, либо преступник, либо какой-нибудь аморальный тип. Это же штампует восприятие. Поэтому положительные примеры – карьерный рост, понимание бизнеса как настоящей карьеры – очень важны в этом смысле, скажем так.

А идеи, которые вы озвучили в выступлении (Андрей Геннадьевич [Назаров, исполнительный сопредседатель АНО «Центр Общественных процедур «Бизнес против коррупции»] говорил, другие коллеги), наверное, точно нужно бы изучить. Я когда-то действительно поддержал идею кратного штрафа для чиновников, можно было бы, наверное, рассмотреть эту идею и для предпринимателей. Тем более, скажем прямо, кратный штраф в миллионы долларов, который платит чиновник, это такая специфическая вещь. А где, возникает вопрос, он эти миллионы взял? Бизнес-то хоть деньги зарабатывает, он-то точно способен заплатить!

Другое дело – здесь очень важен вопрос исполнения. Потому что, как мне докладывали, эти кратные штрафы, которые налагались, очень часто не исполнялись по факту. Но я думаю, что бизнес способен за себя платить, если действительно тот или иной бизнесмен признан виновным.

И ещё на что, мне кажется, очень важно обратить внимание. Ответственность бизнеса существует в любом мире, в любой стране. Она не должна распространяться только в уголовно-правовую плоскость, потому что это наиболее жёсткая ответственность, которая очень часто ведёт к дезорганизации бизнеса. Она должна всё-таки простираться и в гражданско-правовую, в административно-правовую сторону, даже когда речь идёт о защите интересов государства.

Но одно дело, когда вынесено решение в рамках гражданского судопроизводства и та или иная компания должна платить деньги, может быть, даже приличные суммы, – это более или менее решаемая ситуация, если компания «живая». А другое дело, когда речь идёт о более жёсткой ответственности. Мне кажется, нам нужно ориентировать развитие нашего законодательства не только в сторону совершенствования уголовного закона, но и в сторону совершенствования закона гражданского и административных правил.

В отношении диалога коллега говорил, безусловно, такой диалог должен быть продолжен на всех уровнях, начиная от президентского и заканчивая уровнем муниципалитета. Любой государственный руководитель просто обязан периодически встречаться, общаться с представителями бизнеса, узнавать, в чём проблемы, стараться решать их.

Ну и, наконец, в отношении совершенно конкретного вопроса по северным гарантиям. Мы с вами понимаем, в какой момент всё это появилось. Мы понимаем, какая это чувствительная тема. Конечно, для значительной части людей эти северные выплаты, северные гарантии остаются существенным элементом трудовых отношений. В то же время очевидно, что тогда, когда эти нормы появлялись, бизнеса не существовало как такового, были только государственные предприятия, и вообще значительная часть такого рода выплат сформировалась за счёт так называемых общественных фондов потребления, сейчас их нет. И всё это ложится и на большой бизнес, который худо-бедно способен платить, и на малый и средний, который платить, в общем, не всегда способен. Поэтому я хотел бы вас поддержать в чём (и на это нацелить членов Правительства, которые за это отвечают)? Надо пытаться формировать оптимальный баланс между такого рода социальными гарантиями и интересами бизнеса, не обижая обычных работников, в то же время делать такого рода выплаты более цивилизованными. На это, мне кажется, не жалко времени и сил. Надеюсь, что коллеги этим позанимаются.

Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 19 сентября 2014 > № 1180409 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 3 февраля 2014 > № 1022608 Дмитрий Медведев

Совещание о мерах поддержки малого и среднего предпринимательства.

Д.Медведев: «Предлагается создание национальной системы гарантийных организаций с единым координирующим центром. Им станет федеральный гарантийный фонд, он же Агентство кредитных гарантий. Предоставляемые им гарантии должны повысить возможности банков без особого риска кредитовать относительно небольшой бизнес».

Д.Медведев: У нас с вами сегодня встреча, посвящённая поддержке малого и среднего бизнеса. Тема постоянно в зоне внимания Правительства и других структур, но с учётом того, что ситуация не такая, как мы бы все, наверное, хотели, нам всё равно приходится к этим вопросам возвращаться.

Работа по поддержке и стимулированию этого вида предпринимательства ведётся довольно значительная. Идёт она по разным направлениям: во-первых, государство принимает меры по созданию мотивации для тех, кто открывает своё дело, во-вторых, это поддержка уже работающих компаний.Сегодня мы собрались для того, чтобы обсудить меры по повышению доступности кредитования для небольших компаний и совершенствованию механизма предоставления государственных гарантий или же поручительств для малого и среднего бизнеса.

Сегодня, как известно (цифра тоже всем хорошо знакомая), удельный вес малого и среднего бизнеса в экономике страны не слишком велик, если его сопоставлять с развитыми странами, хотя, конечно, этот сектор всё равно растёт. Но у нас пока доля малого и среднего бизнеса в ВВП – это порядка пятой части. От общей численности занятых если считать, это четвёртая часть. В других странах цифры другие, вы знаете.

Стимулирование деятельности малого и среднего предпринимательства – один из элементов экономической политики. Напомню, что у нас и в рамках Национальной предпринимательской инициативы, и в рамках тех «дорожных карт», которые мы приняли, мы действуем для того, чтобы убирать существующие препоны, чтобы компании работали свободно и эффективно. Здесь тоже есть движение вперёд – нельзя считать, что ничего не происходит, – и в области таможенного администрирования, и строительства, и энергетики.Уже в этом году новые предприятия малого бизнеса в производственной, научной и социальной сферах смогут воспользоваться двухлетними налоговыми каникулами. Работа по реализации этого решения идёт достаточно активно, и надеюсь, что для малых и средних предприятий более открытой станет система государственных закупок на основе закона о контрактной системе.

Кредитный ресурс, действительно, одна из серьёзных проблем. В общем, ситуация всем известна – банки не особенно любят вкладывать деньги в малое предпринимательство. Банковская осторожность, с другой стороны, тоже понятна: большинство небольших фирм имеет низкую кредитоспособность, это связано с низким качеством залогового обеспечения и отсутствием ликвидного имущества, которое может быть предметом обеспечения или же предметом взыскания. Действующие меры по развитию кредитования малого и среднего бизнеса пока не дали нам в этом плане совершить качественный рывок.Есть целый ряд предложений, сегодня мы их обсудим, они носят дискуссионный, скажем аккуратно, характер, включая возможности долгосрочного кредитования с использованием средств Фонда национального благосостояния путём размещения определённой суммы в банках с высоким рейтингом долгосрочной кредитоспособности. Но Фонд национального благосостояния – это наш важнейший ресурс, и вопрос любого его использования требует очень серьёзного анализа. Давайте, ещё раз говорю, поговорим обо всех плюсах и минусах такого пути.

Сегодня мы также обсудим систему гарантий, которые государство готово предоставить кредитным организациям при инвестировании в малый и средний бизнес.

Предлагается создание национальной системы гарантийных организаций с единым координирующим центром. Им станет федеральный гарантийный фонд, он же Агентство кредитных гарантий. Предлагается создать его в форме небанковской кредитной организации.Основная задача агентства – это предоставление контргарантий региональным гарантийным организациям, которые уже этим занимаются. Гарантии, которые такое агентство сможет предоставлять, наверное, должны повысить возможности банков без особого риска кредитовать относительно небольшой бизнес, что должно в целом увеличить общий объём инвестиций в этот сектор экономики.

Здесь есть определённые цифры. По оценкам Минэкономразвития (сейчас Алексей Валентинович (Улюкаев) доложит их), цифры выглядят довольно привлекательно: чуть ли не до полутриллиона рублей можно будет собрать. Но поживём – увидим, какие будут результаты. В любом случае надо действовать и в этом направлении тоже. Приступим к обсуждению темы.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 3 февраля 2014 > № 1022608 Дмитрий Медведев


Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 января 2014 > № 991011 Дмитрий Медведев

Интервью Дмитрия Медведева телеканалу «РБК-ТВ».

«Мы должны сделать ставку на улучшение делового климата в стране, иначе мы просто не сможем развиваться. А новое качество делового климата – это не только крупные компании, которые долгое время были драйверами развития, это прежде всего малый и средний бизнес».

Стенограмма:

Ж.Немцова: Мы находимся на Гайдаровском форуме и беседуем с Председателем Правительства Российской Федерации Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Дмитрий Анатольевич, здравствуйте!Д.Медведев: Здравствуйте.

Ж.Немцова: Спасибо, что согласились дать интервью нашему телеканалу.

Ю.Таманцев: И всему предпринимательскому сообществу в его лице. Это интервью тем более актуально, так как ситуация в экономике становится более чем тревожна. Бизнес хочет узнать, что делать.

Ж.Немцова: Кстати, сегодня в ходе пленарного заседания Вы сказали уже, что наблюдается стагнация, и отметили особо, что это вызвано в первую очередь внутренними факторами, а не внешней конъюнктурой. Действительно, сейчас нет драйверов для роста ВВП. Мы видим, что и потребительские расходы сокращаются (об этом говорят в том числе и крупные ритейлеры), и компании режут свои инвестпрограммы, я имею в виду госкомпании. В этих условиях на что будет делать ставку Правительство? Будет ли оно делать ставку именно на развитие, на стимулирование бизнеса, снижение налоговой нагрузки на предпринимателей?

Д.Медведев: Много вопросов назадавали! Ещё раз спасибо, что позвали после Гайдаровского форума поговорить о проблемах экономики. Я вообще старался некоторые позиции высказать, но тем не менее постараюсь ещё раз их акцентировать.Действительно, возможности для роста в том виде, в каком мы этот рост понимали, может быть, последние лет 10, в настоящий момент исчерпаны. Я прямо скажу: я не уверен, что это так плохо, потому что, когда мы уповали только лишь на состояние дел в наших энергетических компаниях, на экстенсивное развитие за счёт роста стоимости энергоносителей, мы понимали, что есть предел, который был достигнут в определённый момент. Потом произошёл кризис в 2008–2009 годах, потом начался восстановительный рост, который обычно продолжается несколько дольше, чем считают экономисты, но тем не менее у него тоже есть определённый потолок. Всё, восстановительный рост закончился, мировая экономика находится в довольно сложном положении, европейская экономика находится почти что в рецессии, и у нас есть свои проблемы, проблемы, о которых я также сегодня несколько раз говорил.

На что нам нужно делать ставку? Я думаю, что не открою секрет, если скажу, что мы действительно должны сделать ставку на улучшение делового климата в стране. У нас нет просто уже другого ресурса для роста. Конечно, мы можем и денег подкачать, и какие-то механизмы дополнительные включить, но в целом, если мы не выйдем на новое качество делового климата, мы просто не сможем развиваться. А новое качество делового климата – это всё, это не только крупные компании, которые, действительно, очень долгое время были драйверами развития, это прежде всего малый и средний бизнес. Я сегодня приводил такую цифру: в нашей стране за счёт малого и среднего бизнеса образуется всего лишь порядка 20%, может быть, 25% валового внутреннего продукта, всё остальное – это то, что производится в других видах деятельности, за счёт крупного бизнеса в том числе.

Ж.Немцова: Какие конкретные меры Вы предлагаете?

Д.Медведев: Все меры, которые предложены, уже работают, надо просто заниматься тем, чтобы эти меры доходили до адресата. Смотрите: мы всё время говорим о том, что нужно сделать так, чтобы малый и средний бизнес получил доступ и к нормальным кредитам, и к нормальным контрактам. С 1 января текущего года вступил закон о федеральной контрактной системе – это не панацея, но тем не менее там заложены очень правильные подходы к тому, каким образом обеспечивать договорами и участием, соответственно, в государственных подрядах, в государственных поставках наши компании малого и среднего бизнеса. Если мы, допустим, сможем двинуть малый и средний бизнес именно в эту сферу, я уверен, что это даст очень неплохой и достаточно быстрый эффект.

Другая тема. Мы всё время говорим о том, что нам не хватает нормальных кредитов по нормальным кредитным ставкам. Понятно, что это не вопрос, который решается за несколько месяцев, тем не менее я считаю, что сейчас Центральный банк начал проводить довольно разумную политику по оздоровлению банковской системы в целом, и с учётом целого ряда системных решений это в конечном счёте должно всё-таки улучшить ситуацию на кредитном рынке, даже в условиях, может быть, затухающего потребительского спроса. Хотя как будет развиваться этот спрос, мы тоже до конца, естественно, не знаем, потому что мы понимаем с вами: этот год, который начался, 2014-й, может быть не менее сложным, чем 2013-й, но тем не менее есть и другие прогнозы. И хотя я сегодня в основном говорил о наших внутренних проблемах, о структурных проблемах российской экономики, о необходимости изменений именно внутри самой экономической системы нашей страны, но не скрою, конечно, мы в значительной мере зависим и от ситуации на европейских рынках и мировых рынках. Если она улучшится, то это скажется и на ситуации в российской экономике.

Ю.Таманцев: Есть такой уже анекдот по поводу 2014 года: он будет хуже, чем 2013-й, но лучше, чем 2015-й.

Д.Медведев: Хотелось бы, чтобы было иначе.

Ю.Таманцев: Возвращаясь к проблеме малого бизнеса, хотели бы обратить Ваше внимание на то, сколь глубоки противоречия между тем, что декларируется сейчас Правительством, и тем, что происходит в реальности. Если брать прошлый год: увеличение взносов для малых предпринимателей до 30%, увеличение их же для индивидуальных предпринимателей практически в 2 раза, введение уже с этого года повсеместной кадастровой оценки земли, недвижимости организаций. Малый и средний бизнес – это часть нашей целевой аудитории, и нам известны чаяния его. Знаете, что говорят, что просят? Не надо льготных кредитов, не надо каникул, дайте стабильности, хотя бы 5 лет не меняйте правила игры на этом рынке. Глава Правительства может в эфире телеканала «РБК» объявить мораторий на изменение правил игры?

Д.Медведев: Не может, такого не бывает, и пусть сказки никто не рассказывает. Правила игры меняются во всём мире, меняются каждый год. Должны быть фундаментальные вещи, которые не подвержены изменениям и которые действительно определяют деловой климат. Но давайте так. Я сам в бизнесе провёл больше 10 лет, и если бы мне кто-нибудь рассказал о тех условиях, которые будут для ведения бизнеса сегодня, году в 1995, я бы просто никогда в это не поверил, я бы считал, что это почти стерильные условия. Сейчас они нам не нравятся, по вполне понятным причинам мы тоже не довольны ими, и полным-полно проблем, которыми можно заниматься. Но есть фундаментальные вещи – налоговые ставки. Вот их трогать без какой-то особой нужды нельзя. Мы специально провозгласили, это курс Правительства, что не будем вторгаться в налоговую систему. Если где-то какая-то маленькая настройка идёт, то она, во-первых, не должна затрагивать существенные условия хозяйствования, а если вдруг мы чувствуем, что мы что-то сделали слишком жёстко, мы иногда даже вынуждены отыгрывать. И мы это сделали в прошлом году применительно к страховым взносам – вспомним, что происходило. Поэтому фундаментальные условия ведения экономической деятельности мы трогать не будем, у нас есть масса позиций, которые очень хорошо себя зарекомендовали. Достаточно взять хотя бы плоскую шкалу налогообложения. Скажем честно, если бы не она, у нас бы абсолютное большинство зарплат до сих пор так и платилось в конвертах, но сейчас же этого нет. Поэтому изменения будут, но они не будут затрагивать существенных условий ведения хозяйственной деятельности.

Ж.Немцова: Правительство считает, что возможно стимулировать и ускорить экономический рост, инвестируя в инфраструктурные проекты, и, в частности, средства Фонда национального благосостояния будут потрачены на эти проекты. Насколько я знаю, Вы уже подписали соответствующий документ в ноябре о выделении 150 млрд рублей на строительство ЦКАД. Какие ещё проекты получат, с Вашей точки зрения, финансирование? И насколько действительно велика экономическая отдача? Понятно, что на момент строительства, возможно, мы увидим какой-то прирост, а что будет дальше? Это просчитано каким-то образом?

Ю.Таманцев: Я добавлю. Есть уже некоторые оценки, что реализация этих масштабных инфраструктурных проектов, по крайней мере для введения их на полную мощность, будет давать не более 0,7% в год.

Д.Медведев: Вы знаете, подсчёты есть разные. Мы понимаем, как по-разному можно те или иные положительные эффекты считать от реализации проектов. Я скажу так: у нас абсолютно уникальная страна, в этом её преимущества и её проблемы. Если мы не будем вкладываться в инфраструктуру, у нас просто не будет единой страны.

Я довольно много размышлял на тему того, куда, например, можно помещать деньги Фонда национального благосостояния. Он же тоже не резиновый, не беспредельный по своему размеру. Вот в инфраструктуру, на мой взгляд, можно. Причём куда? Я слежу за тем, например, что пишут наши граждане и, кстати, представители предпринимательского сословия. Говорят: «А почему это, допустим, ЦКАД? Почему это Московский транспортный узел, почему не в какое-то другое место помещаете?» А ответ очень прост: это не потому, что мы с вами в Москве живём, а потому что через этот узел проходит до 50% транспортных потоков нашей страны. У нас так страна устроена. Да, это, наверное, не очень хорошо, но я напомню, что у нас в европейской части нашей страны живёт подавляющее большинство населения, поэтому туда деньги мы обязательно направим, и все задачи, которые поставлены перед Московским транспортным узлом, решим где-то, наверное, к 2018 году. За счёт этого мы получим действительно определённое приращение. Сколько оно будет, я бы сейчас пока никакие цифры не выводил. Но это не значит, что мы не будем заниматься Сибирью и Дальним Востоком, в том числе за счёт средств ФНБ, поэтому из тех 450 млрд, которые мы планируем потратить на развитие инфраструктуры, значительная часть (порядка 300 млрд) пойдёт именно на развитие Восточного полигона так называемого, то есть того, что находится на Дальнем Востоке, – это БАМ, Транссиб и то, что даёт нам опять же возможность отправлять наши грузы, переваливать их на территорию государств, находящихся уже на Дальнем Востоке, и доставлять, соответственно, грузы нашим удалённым регионам, развивать там производство. А там очень много планов, и хороших.

Ж.Немцова: А будет ли финансирование (ещё об одном проекте шла речь) строительства высокоскоростной магистрали Москва – Казань?

Ю.Таманцев: Наши источники в Правительстве говорят, что в связи с дороговизной этого проекта (метр, по-моему, больше миллиона)…

Д.Медведев: Проект действительно недешёвый, это правда. Его оценивают по-разному, но, в общем, он может в конечном счёте вылиться приблизительно в триллион рублей. Это большие инвестиции, и мы не отказываемся от этого проекта. Но необходимо всё-таки всё посчитать, ну и, может быть, дождаться такой чуть более энергичной экономической ситуации. Хотя вообще сама по себе тематика высокоскоростных магистралей мне кажется для нашей страны очень позитивной, потому что далеко не всегда самолёт летает, далеко не везде можно проложить обычные дороги. Это всё-таки очень удобный способ доставки, но дорогой – это правда. Поэтому от проекта не отказываемся, вернёмся к нему чуть позже.

Ж.Немцова: Ещё одну, наверное, больную тему хотелось бы поднять. Межбюджетные отношения, долги регионов. В некоторых регионах долг бюджету уже приближается к 100%, и все винят именно майские указы, в частности индексацию зарплат бюджетников.

Как будет эта проблема с регионами решаться? Как-то будут меняться межбюджетные отношения, регионам отдадут возможность увеличить налоговую базу? Что будет сделано? Насколько это опасно вообще, вот эта ситуация, которая сейчас сложилась?

Д.Медведев: Я не считаю эту ситуацию опасной, но она как минимум требует внимания. Я думаю, все понимают, что выполнение указов, подписанных Президентом в мае 2012 года, требует действительно серьёзной финансовой мобилизации, просто потому что эти указы посвящены очень важным и очень ёмким в финансовом плане областям нашей жизни – это и здравоохранение, и образование, и в целом развитие бюджетного сектора. Конечно, значительная часть этих расходов ложиться на регионы, в этом нет ничего удивительного. Часть из них с ними справляется, часть из них, действительно, говорит о том, что им трудно, но это не значит, что эти расходы невыполнимы. Все указы должны быть исполнены, и цели, которые в них поставлены, должны быть достигнуты. Те, кому сложно, приходят ко мне, приходят к Президенту, приходят в Минфин, и мы стараемся оказывать им определённую поддержку – это обычная, совершенно нормальная практика. Но за счёт, с другой стороны, реализации этих указов происходит выполнение важнейших социальных задач и в области образования, и в области здравоохранения. Мы понимаем, что они, в конечном счёте, тоже приносят свой экономический эффект, поэтому это не просто траты куда-то в никуда, наоборот, это выполнение задач государства, которое сегодня эти задачи способно решать.

Да, лучше бы, конечно, если бы у нас был немножко другой рост, это правда, чтобы регионы имели чуть больше источников дохода, и мы на это ориентировались изначально, но так сложились экономические обстоятельства. Это не значит, что мы свернём с этой дороги. Если потребуется, регионы получат необходимую меру поддержки, они уже её получают.

Ж.Немцова: В том числе расширение налоговой базы?

Д.Медведев: В отношении расширения налоговой базы. Мы к этому готовы подойти, но, нужно понимать, таким образом, чтобы расширение налоговой базы региона всё-таки не сказалось на выполнении общих задач государства. Я напомню, у нас где-то в 1990-е годы баланс между доходами, которые аккумулируются на федеральном уровне и в регионах, был приблизительно 50 на 50. С одной стороны, это вроде бы справедливо, а с другой стороны, мы не могли решить целый ряд общегосударственных задач, а они действительно есть, и они очень сложные, включая Вооружённые силы, безопасность. От этого никто уйти пока не может. В настоящий момент эта пропорция приблизительно 70 на 30. Я не говорю, что она оптимальная. Мы будем думать о том, каким образом её выравнивать. Может быть, она должна быть несколько другой, может быть, это не 70 на 30, а 60 на 40. Но факт тот, что мы должны сделать так, чтобы реализация общегосударственных задач не наносила ущерба экономике регионов и наоборот.

Ю.Таманцев: Важно ещё понимать временной лаг, плечо исполнения майских указов. Может ли быть реструктурировано исполнение этих указов на срок, допустим, до после 2018 года?

Д.Медведев: Что значит реструктурировано? Это завещание потомкам, что ли?

Ю.Таманцев: Пролонгировано, скажем так.

Д.Медведев: Знаете, ни одна политическая сила – и, естественно, и Президент страны, и Правительство страны – не может позволить себе такую роскошь и сказать, что, знаете, у нас что-то не получилось, поэтому вы нам разрешите ещё поработать, а мы всё это реализуем. Поэтому мы будем стараться сделать всё в тот период, который отведён действующими сроками исполнения полномочий Президента и Правительства и других органов власти. Другого просто не дано.

Ж.Немцова: Ещё один вопрос про инновационное развитие. Пока доля наукоёмких производств остаётся ничтожной, и в структуре экспорта доля эта небольшая. Скажите, пожалуйста, как Вы оцениваете успехи России в области инновационного развития? Есть ли они, или как-то эта идея провалилась, с Вашей точки зрения?

Д.Медведев: Вы знаете, я оцениваю ситуацию как разную. То, что мы продвинулись, это абсолютно точно. Я буквально на днях встречался с руководителем компании «Роснано» Анатолием Борисовичем Чубайсом, который тоже на этом самом Гайдаровском форуме был, и я у него спросил: что у нас получается-то? Он мне на самом деле показал целый ряд проектов, которые работают очень неплохо, которые приносят реальный результат. Это очень высокого уровня инновационные проекты в области нанотехнологий и в сопряжённых технологиях. Часть из них уже приносит деньги, часть из них деньги принесёт, может быть, чуть позже. С другой стороны, он мне говорит: «По некоторым направлениям нам продвинуться не удалось».

Почему я вспомнил об этой встрече? Потому что вообще любая наукоёмкая продукция и вообще любая инновационная деятельность – это всё-таки высокорисковая деятельность, начиная от стартапа и заканчивая уже коммерческим использованием. Это довольно сложный процесс, но мы обязательно должны перевернуть нашу экономику и сделать так, чтобы доля наукоёмкой продукции в общих объёмах продукции, которая производится, была как можно выше. При этом речь идёт о самых разных отраслях, я об этом не устаю повторять. Это не только, например, какие-то рафинированные нанотехнологии или что-то совсем такое тонкое, типа информационных технологий. Нет. Это даже всем нам понятная энергетическая сфера. Даже производство нефти, газа, переработка могут создавать основу для применения высоких технологий и уже создают. Поэтому это очень большая, серьёзная работа по всем направлениям.

Ю.Таманцев: Наши зрители очень взволнованы возможностью возвращения Следственному комитету прав возбуждать уголовные дела по налоговым правонарушениям. «Никто не забыт, ничто не забыто». Мы помним, чем это оборачивалось до 2010, до 2011 года. Ваше отношение к этому? И к какому знаменателю всё же мы придём?

Д.Медведев: Мне кажется, что, в общем, всё, что было сделано за последние годы, не пропало и не ушло куда-то в другую сторону. Государство настраивает систему уголовного судопроизводства, то есть предварительного расследования, в том числе по налоговым преступлениям.

Как я уже об этом говорил, мне представляется, что очень важно, чтобы такого рода решения, которые принимаются следственными структурами, базировались на компетентном экономическом мнении, потому что это очень сложная материя. Если говорить абсолютно прямо, вообще налоговое право – оно очень сложное и в нашей стране, и в других странах, поэтому необходима помощь. Но при этом, с другой стороны, налоговые преступления относятся к числу наиболее тяжких преступлений, совершаемых практически в любой стране мира.

Поэтому та модель, которая сейчас предложена, носит, на мой взгляд, вполне компромиссный характер и соединяет, с одной стороны, право принятия следственными органами решений о возбуждении уголовного дела по одному из налоговых преступлений, с другой стороны, она основана на возможности получить компетентное мнение налоговых властей, которые должны сказать, есть здесь правонарушение или его нет.

В конечном счёте как, я понимаю, эта модель может работать? Если, допустим, следственные структуры понадеялись только на себя, такие дела просто будут разваливаться в суде, поэтому на месте любого грамотного следователя я при наличии такой модели обязательно обращался бы к мнению налоговых властей, которое бы впоследствии действительно показывало, есть ли событие преступления или его нет. В этом случае, я считаю, эта модель будет работать и не должна нанести ущерба тем общественным отношениям, которые охраняются.

Ж.Немцова: Спасибо Вам большое за интервью, было очень приятно с Вами пообщаться. Надеюсь, не в последний раз.

Д.Медведев: Взаимно, спасибо большое. Вам успехов и, конечно, вашему каналу и вашим зрителям. Спасибо.

Россия > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 15 января 2014 > № 991011 Дмитрий Медведев


Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 27 сентября 2013 > № 908271 Дмитрий Медведев

XII Международный инвестиционный форум «Сочи-2013»

Основная тема форума – экономическое развитие страны и качество жизни, в частности, привлечение прямых иностранных инвестиций, комплексное развитие регионов и транспортной инфраструктуры с привлечением частных инвестиций. Также участники обсудили социальные темы: развитие системы здравоохранения, участие частных медорганизаций в системе ОМС, политика социального развития для людей с ограниченными возможностями и т.д.

Стенограмма:

Выступление Дмитрия Медведева на пленарном заседании XII Международного инвестиционного форума «Сочи - 2013»

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Добрый день, дамы и господа! Я сердечно всех приветствую в Сочи! Впервые наш традиционный инвестиционный форум проходит здесь, в Имеретинской долине, где через пять месяцев стартуют зимние Олимпийские игры. Условия для работы здесь точно более комфортные, чем это было до сих пор, даже при понимании того, что стройка всё равно продолжается, она очень большая. Я надеюсь, что новая площадка придаст форуму новый импульс, придаст импульс дискуссиям об экономическом развитии нашей страны, экономическом развитии регионов, и, конечно, о будущем России.

Сегодня здесь собрались губернаторы, представители бизнеса и очень значительная часть Правительства Российской Федерации. Вместе мы должны обсудить, как экономическое развитие влияет на качество жизни людей, с какими вызовами сталкивается наша экономика и каковы перспективы её развития. Форум в этот раз получился очень объёмный. Даже по количеству презентаций нам не удалось это всё уместить в час, поэтому мы начинаем работать с некоторой задержкой, потому что очень много проектов привезли наши коллеги – руководители регионов. Надеюсь, это будет в конечном счёте на пользу.

Что сегодня очевидно? Российская экономика давно уже стала частью экономики глобальной. А это значит, что последствия мирового финансового кризиса оказывают существенное отрицательное влияние на наше развитие.

Сейчас экономика очень значительной части развитых государств и прежде всего, конечно, Европы балансирует на грани рецессии. Рецепта устойчивого роста пока не смог найти никто. Какие бы ни принимались меры, они не помогли окончательно справиться с последствиями проблем, которые возникли в мировой экономике. Скажем прямо, зачастую эти меры были, мягко говоря, непродуманными и спонтанными. В данном случае я не про нашу страну говорю, я имею в виду, например, Кипр, где пошли даже фактически на экспроприацию вкладов граждан.

Прогнозы относительно России колебались от одной крайности к другой, от осторожного оптимизма в определённый период посткризисного роста до экспертного пессимизма, который мы, наверное, видим в настоящий момент. Макроэкономические прогнозы, первые планы Правительства на период 2012–2013 годов были основаны на ожидании оживления экономики в странах Евросоюза, тем более что на эти государства приходится приблизительно 50% внешнеторгового оборота России.

Мы прогнозировали сохранение роста ВВП на уровне более 3%. Исходя из этого мною были определены основные, главные задачи Правительства, их было названо вначале семь. Они включали бюджетное планирование на основе жёсткого бюджетного правила, принятие всех основных государственных программ, выполнение задач социального развития, которые поставлены в указах Президента и в Основных направлениях деятельности Правительства, последовательная приватизация излишних государственных активов, полноценная реализация «дорожных карт» Национальной предпринимательской инициативы, активизация реформы государственной службы и запуск механизмов так называемого Открытого правительства. Мы начали этим заниматься, в общем и целом по этим семи задачам мы довольно активно продвинулись, а свои соображения о том, что было сделано – о кризисном развитии и о посткризисном развитии нашей экономики, я изложил в сегодняшней статье, которая опубликована «Ведомостями».

Что хотел бы сказать в этом зале? В нынешних условиях ключевым фактором замедления роста стала структура российской экономики (это нужно признать прямо), а также неблагоприятная конъюнктура на сырьевые товары, которые преобладают в российском экспорте, конечно, за исключением цен на нефть. Замедление экономической активности связано ещё и с тем, что увеличение производства происходит, к сожалению, в основном за счёт только государственного сектора. Государство исполняет все социальные обязательства, увеличиваются доходы работников бюджетной сферы, реализуются крупные инвестиционные проекты с участием государства, расширяем субсидирование сельского хозяйства, особенно с учётом погодных условий, и субсидирование целого ряда других отраслей.

Однако вот такая модель, даже при кажущейся надёжности, чревата нулевыми темпами роста.

Опора на государственный спрос и бюджетные методы поддержки, конъюнктура внешних рынков не могут больше быть единственными источниками устойчивого экономического роста, и мы должны со всей ответственностью признать, что этот потенциал нашей страной исчерпан. Поэтому мы все должны быть готовы принимать непростые решения. Мы обязаны найти иные источники роста нашей экономики, прежде всего те источники, которые есть в негосударственном секторе. Государство, безусловно, будет исполнять все свои основные функции, и оно, конечно, не может отказываться помогать тем, кто нуждается в этом, помогать регулированием, помогать принятием решений, но при этом государство должно уходить из сфер, где более эффективен бизнес или в ряде случаев так называемый некоммерческий сектор. Бизнесу нельзя мешать развиваться, нельзя ограничивать его активность. Это тривиальная вещь, тем не менее она всё равно применительно к нашему государству является вполне актуальной темой.

Нам нужно оптимизировать текущие расходы бюджета, прекратить тратить деньги на неэффективные проекты или неэффективные учреждения и в целом стремиться сделать нашу государственную машину компактной, недорогой и по возможности максимально эффективной. Это стратегический приоритет.

Мы понимаем трудности этого пути, мы понимаем, как много ещё предстоит изменить и в работе власти, и в структуре экономики, и в понимании самих людей, в их привычках, в поведении, которому они обычно следуют, но только такой путь может позволить создать новую конкурентоспособную экономику и обеспечить экономическое и социальное развитие.

Каковы основные принципы, на которых должна строиться новая модель экономики современного периода? Первое – это, безусловно, максимальная предпринимательская свобода, здоровая конкурентная среда и, конечно, значительное улучшение бизнес-климата.

Второе – развитие всей инновационной цепочки и стимулирование технологического перевооружения каждого производства (подчеркиваю: каждого производства) и в результате всей экономики.

Третий принцип – это, безусловно, качественно новый уровень государственного управления, повышение прозрачности и подотчётности государства перед всем обществом.

Теперь давайте задумаемся над тем, над чем задумывается любой инвестор, принимая инвестиционное решение, как размышляет инвестор, что имеет для него принципиальное значение и что мешает развитию бизнеса. Ведь по большому счёту выбор той или иной страны, региона, конкретного проекта зависит от трёх параметров. Инвестору при принятии решения должно быть выгодно заниматься этой деятельностью, комфортно и безопасно. Что значит выгодно? Конечно, выгода прежде всего зависит от обязательных платежей, от ставок налогов, страховых платежей, от энергетических и транспортных тарифов, конечно, от кредитных ставок.

Не секрет, что у большинства российских предприятий издержки производства быстро росли в течение последних лет, и сегодня их уровень близок к критическому. Именно поэтому нами принято решение заморозить их на год (сажем прямо, это решение непростое), а в дальнейшем ограничить их рост на уровне инфляции предыдущего года. При этом мы надеемся, что инвестиционные планы компаний не будут страдать существенно. Мы пошли на этот шаг, для того чтобы помочь промышленным предприятиям, сельскому хозяйству восстановить рентабельность и стимулировать повышение производительности труда, сделать их продукцию более конкурентоспособной. И мы очень рассчитываем, что бизнес, подчёркиваю, бизнес, который в результате этого получит дополнительные возможности, ответственно распорядится этим новым ресурсом.

Не менее важный вопрос – недостаток дешёвых и длинных денег. Правительство и созданный недавно в структуре Банка России мегарегулятор, готовят меры по защите пенсионных накоплений и повышению доходности их инвестирования. Нам необходимо заниматься развитием долгосрочного страхования. Правительство рассчитывает, что осенью Государственная Дума рассмотрит инициированный Правительством пакет законов о налоговых мерах по стимулированию долгосрочных инвестиций розничных инвесторов и развития национальной финансовой индустрии. В числе приоритетных задач остаётся и превращение Москвы в один из международных финансовых центров.

От недостатка именно вот таких дешёвых и длинных денег особенно страдает малый и средний бизнес. Для того чтобы сделать для него кредитные ресурсы более доступными, расширить прямую финансовую поддержку, создаётся Федеральный гарантийный фонд. Несмотря на все сложности, хотел бы также отметить, что мы продолжим поддержку небольших компаний, в основном производственных компаний, инновационных компаний, в том числе стартапов таких проектов, и в новом бюджете на эти цели предусмотрено около 70 млрд рублей.

Я также предлагаю обсудить ещё одну идею – налоговых каникул для новых малых предприятий в определённых областях, прежде всего производственных сферах деятельности. Эта мера применялась в разных странах. Конечно, её использование сопряжено с рисками ухода от налогов со стороны недобросовестных лиц, и мы это понимаем, мы это с коллегами по Правительству обсуждаем. Но полагаю, что если мы всё-таки такое решение примем, при должной системе контроля такие риски можно минимизировать, а все полномочия по введению соответствующих налоговых каникул должны быть сконцентрированы на региональном и местном уровне. Эту идею я также предлагаю обсудить на площадке нашего форума, тем более что она затрагивает абсолютно все регионы.

Принимаются меры и по другим направлениям. Сняты ограничения на участие иностранных граждан и институтов развития в уставном капитале малых и средних компаний. Надеюсь, что более открытой для малого бизнеса станет система государственных закупок. С 1 января следующего года не менее 15% объёма государственных заказов должно быть отдано небольшим фирмам и социально ориентированным некоммерческим организациям. Аналогичные подходы должны быть установлены и для закупок инфраструктурных монополий и компаний с преимущественным государственным участием.

Теперь второе, о чём я сказал. Что означает комфортно? Комфортно на языке инвестора означает стабильность, прозрачность в регулировании, одинаковые для всех правила и процедуры. Хорошо известно, что инвестиции тормозит не только отсутствие выгоды, но и опасение и недоверие к органам власти, неуверенность в устойчивости политической системы и, конечно, условия ведения бизнеса в регионах – порой просто нежелание или неумение поддерживать деловые инициативы. Чтобы помочь руководителям на местах грамотно наладить работу с потенциальными инвесторами, год назад было принято решение о разработке регионального инвестиционного стандарта. В его основе – 15 лучших региональных практик. У нас есть регионы, где очень прилично, весьма открыто, грамотно работают с инвесторами. Такие регионы у нас в стране есть, есть и регионы с проблемами. В основе – 15 лучших вот этих региональных практик.

Сегодня соответствующий стандарт работает в большинстве субъектов России, и я надеюсь, что на его основе будут оцениваться конкретные результаты – и по числу реализованных проектов, и по количеству новых рабочих мест, и по росту налоговых поступлений. При этом обязательно будет учитываться мнение регионального бизнес-сообщества. Агентство стратегических инициатив обязано эту работу вести и регулярно докладывать Правительству.

По инициативе бизнеса в дополнение к инвестиционному стандарту развивается и дорабатывается сейчас специальный стандарт развития конкуренции. Мы тоже его будем внедрять.

И третье, о чём я сказал, это безопасность – безопасность бизнеса и, конечно, защита прав предпринимателей. Я не раз говорил, что нам нужно избавляться от предвзятого отношения к предпринимательству. К сожалению, эти специфические формы ощущения, отношения к бизнесу в нашей стране ещё не изжиты, на самых разных уровнях, подчеркиваю. Это касается и чиновников, и сотрудников правоохранительных структур, и судей. Но во всём мире частная инициатива является основой развития.

В прошлом году, я напомню, был создан институт бизнес-омбудсмена, работают другие защитные институты, работает интернет-портал, на который можно обращаться с жалобами на действия властей. Важно то, что эта работа не ограничивается федеральным центром, региональные бизнес-уполномоченные действуют сегодня в 65 субъектах Федерации. Наверное, по-хорошему они должны быть созданы во всех наших территориях. В любом случае безопасный бизнес – это такой бизнес, который можно защитить судебными мерами, который можно защитить, подчёркиваю, в российских судах – не в иностранных, а в российских. Поэтому совершенствование правосудия, уход от тезиса о привилегированной защите только государственных интересов и государственной собственности остаётся важнейшей составляющей делового климата.

Теперь несколько слов о том, что мы планируем предпринять для дополнительного стимулирования инвестиционной активности. Прежде всего нужно будет гораздо более энергично использовать средства Фонда национального благосостояния, Инвестиционного фонда, Российского фонда прямых инвестиций и других институтов развития, для того чтобы реализовывать крупные инфраструктурные и региональные проекты для развития различных отраслей и наших территорий. Как известно, мы планируем выделить450 млрд рублей из Фонда национального благосостояния на модернизацию Транссибирской магистрали, на строительство Центральной кольцевой автодороги в Московской области и высокоскоростной железной дороги Москва – Казань. Эти и другие проекты, которые должны появляться по мере накопления ресурсов и развития экономики, напрямую должны влиять на развитие наших территорий, на темпы их роста, и, конечно, мы обязаны самым внимательным образом контролировать их исполнение. Нужно использовать все возможности государственно-частного партнёрства. Я напомню, что законопроект об основах государственно-частного партнёрства прошёл первое чтение в Государственной Думе. Правительство активно работает с коллегами из парламента, чтобы принять этот законопроект в самое короткое время. Подобные законы должны появиться также и в регионах, поэтому я обращаюсь к присутствующим здесь руководителям субъектов Федерации, к региональным лидерам: я думаю, что в ваших интересах обеспечить принятие соответствующего законопроекта в самое короткое время.

Есть и ещё один очень сложный вопрос, на который мы обязаны ответить сами себе, создавая новую модель развития российской экономики. Этот вопрос и простой, и сложный: кто вообще будет работать над реализацией наших планов, кто будет их осуществлять? Ведь любой, даже самый успешный, проект может стать провальным из-за отсутствия квалифицированных кадров, современных технологий. Поэтому именно человек, его таланты, интеллектуальные способности, его желание быть не просто специалистом, а быть человеком, который развивает сам себя, должны стать главными ценностями в России. Это, конечно, один из важнейших ключей к инновационному развитию нашей экономики. Такое развитие, конечно, зависит от очень конкретных проблем. Для их решения нужно использовать различные методы. Я считаю, что для поддержки науки и инноваций можно было бы пойти на отмену пошлин на научное оборудование и материалы, которые ввозятся для проведения исследований, также нужно по мере возможности увеличивать число бюджетных грантов и субсидий на эти цели, совершенствовать правовую среду для коммерциализации новых технологий, для бизнеса, который готов инвестировать именно в инновационные производства. Конечно, мы продолжим поддерживать бизнес-инкубаторы, технопарки, наукограды, инновационные центры, такие как «Сколково» и другие, будем привлекать в них лучших зарубежных преподавателей, лучших учёных – и наших, и иностранных. И очень важно, чтобы в такие научные центры, такие наукограды и инкубаторы заходил наш бизнес, включая малый и средний. Я хотел бы отметить, что буквально несколько дней назад Правительство приняло решение, которое упрощает правила признания дипломов и выдачи разрешений на работу для выпускников ведущих университетов мира, это очень важно для нас.

Уважаемы коллеги, не думаю, что я кого-то напугаю в этом зале, но очевидно, что всех нас ждут не самые простые времена, и я считаю, что именно сейчас, в этот период, который мы переживаем, нам нужно воспользоваться нашим очень серьёзным преимуществом. Оно заключается в том, что у нас очень низкий по сравнению с европейскими странами уровень безработицы, и поэтому нужно уйти от политики сохранения занятости населения любой ценой. Безусловно, это очень болезненная тема, она связана с сокращением неэффективных рабочих мест, и, принимая такие решения, нужно действовать очень взвешенно, одновременно давая людям возможности для повышения квалификации, для освоения новой специальности. Очевидно, что кому-то (и это, может быть, значительная часть населения) придётся менять не только место работы, но и профессию, и место жительства, но всё это нужно делать. Только в этом случае мы получим более современную экономическую модель. Необходимо более эффективно использовать имеющиеся трудовые ресурсы в бюджетном секторе, стимулировать поздний выход на пенсию для квалифицированных работников, особое внимание уделить нашим моногородам и содействовать реструктуризации градообразующих предприятий (там очень много проблем, мы с вами это знаем).

Уважаемые коллеги, уважаемые друзья, хотел бы ещё раз повторить то, о чём написал сегодня в статье и что уже сказал в этом зале: время простых решений прошло. Экономические вызовы, которые стоят перед нами сегодня, нельзя недооценивать. Впереди у нас непростой отрезок пути, нам необходимо в трудных, в чём-то даже, может быть, кризисных, условиях продолжать двигаться к постиндустриальной экономике, к умному государству, которое провозглашает своей основной ценностью человека. Нам нужно выйти на траекторию устойчивого развития и при этом сохранить достижения предыдущих лет по снижению уровня бедности, по поддержке наименее защищённых граждан и проблемных территорий. Но государство, о котором я говорю, не может быть построено только усилиями власти. Личность, причём личность социально ответственная, – это полноправный партнёр государства в этой крайне непростой работе. Осознание этой ответственности должно прийти к каждому, оно не должно зависеть от социального статуса человека. Этим качеством должен обладать и рабочий, и студент-первокурсник, и академик, и бизнесмен, и, конечно, чиновник. Одновременно должна меняться и власть. Она должна быть в постоянном диалоге с активными участниками общественной жизни, именно поэтому и развиваются механизмы так называемого Открытого правительства, механизмы свободного информационного общения. И, конечно, всё, что я сказал, не имеет никакого смысла, если будет осуществляться только на уровне столицы. Сила России – в силе её регионов. Мы, все присутствующие в зале, это воспринимаем одинаково, и все, кто здесь находится, понимают это как никто другой. Поэтому, работая вот таким образом вместе, мы должны сделать качественный шаг вперёд, в сложных условиях реализовать намеченные планы и с честью выйти из той непростой ситуации, которая сложилась в настоящий момент в мире и в нашей экономике тоже, в результате создать сильную и современную Россию – страну, где обеспечивается высокое качество жизни. Именно над этим все мы и работаем. Спасибо вам большое!

А.Шаронов (ректор Московской школы управления «Сколково», модератор XII Международного инвестиционного форума): Спасибо, Дмитрий Анатольевич! Мы начинаем наше заседание, нашу панельную дискуссию. Уважаемые участники уже представлены. Тема нашего заседания, нашей встречи – это «Экономическое развитие и качество жизни». Я бы просил всех спикеров быть достаточно краткими и конкретными, с тем чтобы мы максимально отвечали ожиданиям нашей аудитории. А разговор я предлагаю построить вокруг двух базовых тем, которые определяют экономическое развитие, определяют качество жизни в любой стране, в том числе и в нашей, – это институты, Дмитрий Анатольевич говорил об этом, и это качество человеческого капитала. Это совершенно не новые для нас темы, и у нас есть много уроков, о которых мы сегодня сможем поговорить.

Я прошу взять слово Министра экономического развития России Алексея Улюкаева. Алексей Валентинович, вы на недавнем заседании Правительства в сентябре отмечали, что Россия по факту имеет уровень экономического развития, темпы роста не только ниже стран БРИК, на которые мы всегда ориентировались и неплохо смотрелись в этой группе, но и впервые ниже среднемирового уровня, который включает и развитые страны, традиционно растущие более медленными темпами по понятным причинам. При этом одновременно вы представили весьма оптимистический прогноз для обеспечения экономического роста. Где вы видите источники для реализации этого оптимистического сценария? Какие у нас риски и ключевые ограничения? Не будет это просто политической хотелкой, а таким сложным, но достижимым сценарием? Пожалуйста.

А.Улюкаев: Спасибо. Добрый день, уважаемые коллеги! Вообще, посмотрел бы я на того человека, который год назад назвал бы прогноз 1,8% роста ВВП в этом году и выход на 3% при большой работе в следующем году оптимистическим. Мне кажется, что здесь речь идёт не об оптимизме или пессимизме, а об учёте рисков, которые существуют, тех вызовов, которые есть, и возможностей эти риски преодолеть и этим вызовам соответствовать. Смотрите, три основных фактора роста всегда бывает, три драйвера экономического развития – это спрос внешний, внутренний спрос потребительский, внутренний спрос инвестиционный. Проблемы наши связаны с исчерпанием мощности работы этих факторов, и с этим же связаны риски по прогнозу отчасти, потому что риск того, что не будут выходить из рецессии страны Европы, ухудшится ситуация со странами Азии, означает риск снижения конъюнктуры экспортных товаров, ограничение внешнего спроса со всеми вытекающими последствиями для бюджета и для экономического роста. Мы этот риск тестируем посредством того, что у нас есть дополнительные бюджетные сценарии, которые учитывают эту ситуацию.Но дело не только в этом. Существуют риски внутренние, мы их видим. Ведь тот наш расчёт на выход из нынешней тяжёлой ситуации и переход к, может быть, не очень высоким, но стабильным темпам роста от 3% в следующем году до 3,3% в 2016 году во многом увязан с внутренним спросом. А внутренний спрос – это издержки, это инвестиции, это поведение домашних хозяйств. Мы видим, что, возможно, потребительское кредитование будет сокращаться в близкие периоды. Это риск по розничному товарообороту. Возможен риск по объёму кредитования для бизнеса. Есть риск по реализации инвестиционных программ естественных монополий. Мы работаем над этим и считаем, что эти риски существуют, но они достаточно умеренны и в прогнозе учтены, и в плане действий Правительства учтены. Но есть, я считаю, самый принципиальный риск. Это риск того, что мы не внедрим ту новую экономическую модель, новую модель развития, о которой сегодня говорил Председатель Правительства, и которая должна прийти на смену той модели, которая работала прежде, которая справлялась с задачами на стадии восстановительного роста – восстановительного роста после кризиса 1998 года, восстановительного роста после кризиса 2008 года, – но которая захлёбывается сейчас, потому что основана на постоянном росте спроса. Про риски по внешнему спросу я уже сказал, всё остальное во многом связано с издержками.

Мы должны перейти от экономики роста спроса к экономике предложения. Если бы даже каким-то образом нам удалось увеличить спрос, мы столкнулись бы с тем, что он не работает. По подсчётам аналитиков, из каждого рубля увеличения объёма спроса сейчас на рост физических объёмов российских товаров и услуг приходится 23–24 копейки. Чуть большая сумма – это прирост импорта, и почти 50 – это рост цен, это инфляция – потребительская и инфляция издержек.

Разорвать эту ситуацию, этот порочный круг – наша задача. Здесь мы ставим перед собой целью новое качество управления издержками для отдельных предприятий и для экономики в целом: достигать тех же целей с меньшими затратами, с большей энергоэффективностью, с большей в целом эффективностью, и производительностью труда.

Для этого мы пошли на очень серьёзные меры в области тарифной политики, и первый шаг, о чём сегодня сказал Председатель Правительства, – это замораживание тарифов по газоснабжению, по железнодорожным перевозкам и по сетям энергоснабжения на 2014 год. Но этого недостаточно, мы должны в целом перейти к контрциклическому механизму тарифообразования, установлению длительных тарифов, которые бы учитывали экономическую конъюнктуру и факторы экономического роста.

Мне кажется, прообраз такого заложен нами в индексации тарифов для населения по формуле «инфляция минус». Сейчас у нас самая простая формула – это просто 70% от инфляции прошлого года и корректируем тарифы. Но мы готовы будем предложить более взвешенные, серьёзные и долгосрочные модели, которые позволили бы эту ситуацию решать, снижать издержки, запустить механизм снижения издержек, начиная от естественных монополий, и затем распространить их на все сферы экономики.

А.Шаронов: Алексей Валентинович, очень отрадно слышать про проблему снижения издержек, немножко огорчает то, что мы говорим об этом не один десяток лет. Всё-таки ведь в мире помимо заклинания этой проблемы очень широко используют такое средство, как конкуренция. Вот вы как министр, отвечающий за экономическое развитие, как видите в том числе болезненные меры по развитию конкуренции и по сокращению издержек, которые, кстати, приводят к высвобождению рабочей силы со всеми последствиями для людей, для бюджета. Вот как совместить эти две темы – экономический рост и болезненные последствия этой конкуренции.

А.Улюкаев: Знаете, англичане говорят «no pain, no gain» – без боли не бывает результата. Решение проблем – это серьёзно, это очень ответственно. Поэтому, конечно же, будут те предприятия, которые будут испытывать трудности. Я сейчас говорю не только о предприятиях инфраструктурной сферы, для которых ограничение тарифов означает выпадающие доходы, будут сложности и с другими предприятиями. Конкуренция – это, безусловно, мощный механизм снижения издержек и повышения общей эффективности экономики в целом. У нас есть «дорожная карта» по повышению конкуренции. Должен сказать, что с точки зрения формальных показателей, может быть, дело обстоит не так плохо, но все сидящие в зале, наверное, и сами на себе чувствуют, что пока серьёзных изменений здесь нет, пока довольно большая зависимость от того или иного поставщика, трудности входа на рынок. Всё, что касается снижения административных барьеров, упрощения входа на рынок, оценки регулирующего воздействия, которую мы проводим также, потому что, к сожалению, недостаток конкуренции зачастую – это результат и нашей деятельности, деятельности министерств и ведомств, которые, может быть, слишком ориентированы на государственный сектор и не всегда понимают, что частный бизнес – это мощнейший конкурентный игрок в экономике, который даёт результаты.

А.Шаронов: Спасибо. Я, кстати, тоже имею некое отношение к этой рабочей группе. Что печально, могу сказать, что наш закон о конкуренции (не так давно принятый закон) признан одним из лучших в мире, а состояние конкуренции в Российской Федерации находится в общем далеко-далеко не на уровне лидеров среди тех стран, на которые мы ориентируемся.

Спасибо, Алексей Валентинович.

Я прошу взять слово господина Майкла Шервуда. Он представляет один из крупнейших инвестиционных банков мира, который в том числе работает и в Российской Федерации. Эта компания является одной из тех, которые выбирают российские регионы, выбирают проекты для того, чтобы проинвестировать прежде всего чужие деньги, но в том числе и свои. Поэтому я хочу, Майкл, спросить вас, как вы выбираете регионы и проекты, какие из инвестиций были наиболее успешными и почему.

М.Шервуд (руководитель центрального офиса банка Goldman Sachs) (как переведено): Большое спасибо за то, что пригласили нас участвовать. Конечно же, Goldman Sachs активно занимается бизнесом здесь, в России, в Москве. И надо сказать, что помимо того, что мы занимаемся консультационной деятельностью в отношении наших клиентов и в России, и по всему миру, мы сами инвестируем и инвестируем весьма активно. В последние десятилетия у нас были сотни инвестиционных проектов, Goldman Sachs в Московский регион и в другие регионы инвестировал порядка 25 проектов. Как только ваши инвестиции начинают приносить плоды, появляется стимул продолжать работать в том же самом направлении. Мы инвестируем в интернет-проекты, в проекты в потребительской сфере и прочее.

Очень просто быть хорошим партнёром в хорошие времена, надо сказать. У нас есть опыт прохождения кризиса в 2008–2009 года, когда времена были далеко не оптимальные, и тем не менее наши партнёры успешно с нами совместно решали проблемы в сложных финансово-экономических ситуациях, и мы, таким образом, находили действительно хороших партнёров, с которыми хочется снова и снова инвестировать. Я хотел бы упомянуть, что мы 8–10 лет назад инвестировали в «Росевро». Они строили большие здания, большие сооружения, это были серьёзные инвестиции. Мы продолжили эти инвестиции, было создано несколько тысяч рабочих мест на этапе строительства и далее постоянных рабочих мест, осуществлялись проекты в конкретных регионах, привлекались так называемые якорные бренды. Это помогло регионам расширить свои инфраструктурные возможности и пройти кризис. Поэтому нам в этом плане повезло. Сейчас мы рассматриваем 20–30 регионов, в которых имеются привлекательные инвестиционные проекты. И вторая компания, в которую мы недавно проинвестировали несколько больше 5%, это «Иркутск Ойл». Это независимая нефтедобывающая компания в Сибири, прекрасная команда управленцев в этой компании и отличное знание специфики региона, в котором ведётся добыча. Поэтому мы решили работать совместно с ЕБРР и проинвестировать в этот регион.

Суммируя ответ на ваш вопрос, я бы сказал, что залог успеха в том, чтобы найти хорошего партнёра и выстроить сбалансированные рабочие отношения с регионом, в который осуществляются инвестиции, и, конечно же, ориентироваться на те или иные меры стимулирования, которые являются обоюдовыгодными, в том числе для региона, в который осуществляются инвестиции.

И как я уже сказал, нам очень повезло, потому что у нас в последнее десятилетие успешный портфель инвестиций.

А.Шаронов: То есть вы не отличаетесь оригинальностью и выбираете такие сектора, как добыча природных ресурсов и недвижимость, которые имеют понятные перспективы и опираются на внутренний и внешний спрос. А вот что касается более сложных, более наукоёмких инновационных секторов, вы в эту сторону смотрите?

М.Шервуд: Я бы не сказал, что всё так однобоко. Мы не только инвестируем в добычу углеводородов, мы были одними из первых инвесторов, которые проинвестировали в российского интернет-гиганта Mail.ru. Я ещё раз говорю, проектов множество, мы обычно не инвестируем в очень крупные компании, обычные суммы инвестиций где-то 50 млн долларов, но они могут наращиваться в объёме. Мы инвестируем в технологические компании и другие сферы бизнеса. Да, у нас есть определённая избирательность, и если мы инвестировали в хорошего партнёра, допустим, как в господина Тинькова, мы продолжаем инвестировать в его проекты. Это, я думаю, хороший пример, каким образом мы это делаем.

А.Шаронов: Вы говорите о важности стимулов, которые создают в том числе региональные власти. Не называя регионов, у вас есть такие регионы, где вы обожглись и куда решили больше никогда не ходить?

Д.Медведев: Можно и назвать.

А.Шаронов: Не надо. Когда Медведев уйдёт, тогда можно называть.

М.Шервуд: За эти годы были, конечно… У нас есть трудности по регионам, но в основном связанные с вопросами финансирования и займов для регионов, и с цикличностью это тоже можно связать. Но в общем и целом я бы хотел сказать, что мы находили должный баланс между стимулами со стороны регионов и интересом со стороны компании. Нужно сказать, что я не нахожусь на передовой по этим решениям, но опыт положительный.

А.Шаронов: Спасибо. Все губернаторы могут выдохнуть: в общем, таких регионов не оказалось.

Я прошу взять слово Игоря Ивановича Сечина – президента, председателя правления и заместителя председателя совета директоров компании «Роснефть». Игорь Иванович, вопрос о роли сектора в экономическом росте. Как вы видите возможности роста экономики в целом? И в том числе какова роль нефтегазового сектора, особенно в связи с изменением спроса, появлением новых источников и новых географических центров добычи углеводородов? Пожалуйста.

И.Сечин (президент ОАО «Нефтяная компания “Роснефть”»): Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Добрый день, уважаемые коллеги! Безусловно, использование бюджета в качестве инструмента экономической политики чрезвычайно важно и актуально сегодня в условиях торможения экономического роста, обусловленного кризисными явлениями. В этой ситуации возможны два способа жизни – это сокращение расходов бюджета, второе – это создание условий для ускорения роста. Об этом говорил и Дмитрий Анатольевич сегодня. Но всё же главный движитель роста – это инвестиции. Говоря об инвестициях и инвестиционных планах нашей компании, нельзя не сказать о тех условиях инвестиционной деятельности, которые создаются государством с момента принятия нового налогового режима 60/66 для нефтяной отрасли, а также заключении четырёхсторонних соглашений. Сегодня Правительство принимает новое решение о заморозке тарифов. Все эти меры дали результаты на стимулирование добычи нефти, увеличение глубины переработки, увеличение производства высококачественных нефтепродуктов, и результаты со стороны бизнеса, как я сказал, не заставили себя ждать. По итогам 2012 года инвестиции в нефтяную отрасль России девяти крупнейших российских компаний достигли величины 1,5 трлн рублей, причём 45% пришлось на «Роснефть». Это не является удивительным, ведь совсем недавнее прошлое, в 1990-х годах, отчётливо показало, что даже относительно краткосрочное недофинансирование нефтяной отрасли приводит к затяжному и порой драматическому снижению основных производственных показателей добычи нефти, восполнения запасов и соответствующим ухудшениям финансовых результатов. Так, добыча нефти с 1985 по 1995 год упала с 520 млн т до 300. Как упоминалось, последние новации в области фискального режима по шельфовым проектам, трудноизвлекаемым запасам создают благоприятные условия для инвестиций. Инвестиционные планы «Роснефти» масштабны, суммарные инвестиции до 2022 года оцениваются в сумму более 9,5 трлн рублей, свыше 80% из них будет направлено на разведку и добычу углеводородов, включая шельф и новые проекты Восточной Сибири. По опыту работы компании, например на шельфе Охотского моря, по освоению Ванкорского месторождения, можно с уверенностью сказать, что реализация задач государственного значения освоения ресурсов нефти и газа арктического шельфа, активное вовлечение ресурсной базы Восточной Сибири, завершение программы модернизации и развития нефтепереработки и нефтехимии не только обеспечивают высокую доходность для компании, но и создают точки мощного роста практически во всех секторах российской экономики. Инвестиционный портфель нашей компании сейчас включает значительное число высокоэффективных нефтедобывающих и газовых проектов. Объём инвестиций в разведку и добычу углеводородов на суше до 2022 года составит порядка 6 трлн рублей, из которых 2 трлн будет направлено на новые месторождения. Мы надеемся, что запуск и разработка этих новых месторождений, особенно в Восточной Сибири, позволят реализовать существенный синергетический эффект, долгосрочную перспективу для загрузки ВСТО и в целом способствовать развитию региона Восточной Сибири и Дальнего Востока.

На сегодняшний день компания ведёт работы на шельфе практически всех морей, омывающих территорию России. Работы ведутся в рамках 44 лицензий, суммарно извлекаемые запасы оцениваются в 42 млрд т нефтяного эквивалента. Ресурсы нефти и газа лицензионных участков только на арктическом шельфе оцениваются в 34,6 млрд т нефтяного эквивалента.

Ожидаемый вклад арктических проектов к приросту запасов составит более 80%.

При этом в рамках реализации шельфовых проектов предполагается обеспечить локализацию для 70% оборудования. Таким образом, освоение шельфа сформирует от 300 до 400 тыс. высококвалифицированных рабочих мест в различных отраслях российской экономики. Это даст значительный импульс развитию инноваций и разработке высокотехнологичной продукции.

Мы исходим из того, что Россия должна стать лидером в освоении арктических ресурсов и экспортёром высокотехнологичных нефтесервисных услуг.

Модернизация наших нефтеперерабатывающих мощностей – ещё одна важная статья нашей инвестиционной программы. В результате реализации мы получим увеличение объёмов нефтепереработки, выпуска качественных светлых нефтепродуктов. Нашим флагманским проектом является новый проект создания нефтехимического комплекса (ВНХК) в Приморском крае.

«Роснефть» нацелена на достижение максимальной эффективности своей деятельности. Синергетический эффект от приобретения новых активов составит более 12 млрд долларов с учётом эффекта дисконтирования. Сегодня я могу вас проинформировать, что мы получили оценку справедливой стоимости всех активов и обязательств каждой компании бывшей группы «ТНК-ВР» на дату покупки. Оценка была проведена независимым оценщиком Deloitte & Touche, и по результатам оценки справедливая стоимость чистых активов, приобретённых группой компаний, составила порядка 1,934 трлн рублей, что превышает стоимость переданного возмещения на сумму 167 млрд рублей. Указанное превышение, конечно, будет предварительно показано в консолидированной отчётности компании за девять месяцев. Мы ожидаем соответствующего увеличения дивидендов для наших акционеров в соответствии с дивидендной политикой. Ясно, что в ближайшие десятилетия нефтяная отрасль по-прежнему будет оставаться важнейшим драйвером экономического роста и технологического развития России. Такие же тренды развиваются и в целом в мире, об этом свидетельствует реализация проектов в Австралии, Нигерии, в Северном море, на Аляске, в Мексиканском заливе, в том числе и включая проекты по сланцевому газу. Спасибо.

А.Шаронов: Спасибо, Игорь Иванович, мы ещё вернёмся к отрасли, а сейчас я хочу попросить взять слово Дмитрия Анатольевича. Дмитрий Анатольевич, свой вопрос я хочу начать с анекдота. Мать с отцом возвращаются с работы, к ним прибегает орава детей – грязных, изодранных, побитых, но довольных. Мать в ужасе говорит: «Боже, как вы все выглядите!» – а отец ей: «Ну что, этих попробуем отмыть или новых нарожаем?». Мой вопрос касается институтов в России. Мы уже 20 лет говорим и создаём институты, речь идёт о таких фундаментальных институтах, как судебная власть, как добросовестная конкуренция, о таких более узких и специальных институтах развития, как ВЭБ, Российская венчурная компания, Российский фонд прямых инвестиций, ряд других институтов, тем не менее мы по-прежнему испытываем серьёзные сложности и имеем фундаментальные отличия от других экономик, в том числе развивающихся стран, в вопросах привлечения инвестиций. Поэтому вопрос: всё-таки наши институты так и не заработали или нам не хватает, мы не создали ещё каких-то принципиально важных фундаментальных институтов?

Д.Медведев: Андрей Владимирович, знаете, детей можно воспитывать по-разному. Можно трястись над ними и говорить «ты сюда не ходи, с этим не дружи, а если двойку получишь, мы тебя поставим в угол и будешь стоять весь вечер», а можно работать по-другому, можно общаться с детьми иначе, можно собственным примером показывать, что делать, можно создавать условия, чтобы они развивались как самостоятельные личности.

Так вот, если вернуться к вашему сравнению: да, мы своих детей нарожать-то нарожали, но эти институты у нас находятся в придавленном состоянии, надо дать возможность раскрыть им свой потенциал. Нам не нужно создавать ещё двадцать институтов развития, давайте пользоваться теми, что есть, давайте только дадим им возможность руководствоваться собственным мандатом и осуществлять свою компетенцию в полном объёме. Это касается вообще всего, что мы делали. Вы упомянули закон о конкуренции, который считается одним из лучших в мире, – это правда. Могу вам сказать как человек, который довольно много когда-то занимался гражданским правом. Я считаю, что у нас Гражданский кодекс один из лучших в мире, потому что он наиболее новый. Кодекс Наполеона 200 лет назад создан, Германское гражданское уложение – более 100 лет назад, а у нас современный Гражданский кодекс – это наша экономическая конституция. Но ведь не всё работает, поэтому очень многое зависит от нас. Институты – важнейшая часть улучшения инвестиционного климата, но по-хорошему нужно смотреть и на самих себя. Я говорил в отношении наших государственных компаний, они многое делают. Здесь присутствует руководитель одной из крупнейших компаний с контрольным государственным участием – Игорь Иванович Сечин. Очень важно, чтобы государство показывало пример ответственного поведения, в том числе и применительно к деятельности компании, которую оно контролирует, будь то «Роснефть», «Газпром», РЖД или другие компании, показывало примеры правильной корпоративной культуры. У нас одно время были бесконечные корпоративные конфликты в целом ряде секторов, эти конфликты завершались перетоком капитала и изменениями в акционерном капитале (это, кстати, касается и «Роснефти»). И мне кажется, государство должно начинать с себя, в том числе и показывая пример правильных корпоративных стандартов, корпоративной культуры. Я знаю, что у «Роснефти», например, до сих пор существует тема, касающаяся миноритарных акционеров ТНК-ВР. Существует, Игорь Иванович?

И.Сечин: Да, Дмитрий Анатольевич, существует. Она в наследство нам досталась в результате приобретения активов ТНК.

Д.Медведев: Ну вот. Сейчас за развитие компании отвечает другой акционер, контрольный акционер. Контрольным акционером является государство. Мне кажется, что можно было бы и государству показать пример правильного поведения и принять решение, направленное на обеспечение благоприятного инвестиционного климата применительно к конкретной компании по миноритарным акционерам – взять и выкупить соответствующие доли. Если вы к этому готовы, то я сегодня подпишу соответствующую директиву. Как, Игорь Иванович? (обращаясь к Сечину)

Видимо, в зале много акционеров. Все оживились.

И.Сечин: Дмитрий Анатольевич, учитывая Вашу озабоченность и Ваше решение, я думаю, компания… Несмотря на отсутствие с юридической стороны обязанности по выкупу этих долей, мы выполним поставленную Вами задачу, но в добровольном порядке.

Д.Медведев: Спасибо.

И.Сечин: И в самое ближайшее время совет директоров «Роснефти» рассмотрит и примет необходимые решения по приобретению акций у миноритарных акционеров на справедливых условиях, которые будут проработаны с международными экспертами. С целью учёта интересов миноритарных акционеров мы предлагаем принять за основу средневзвешенную цену на основе биржевых котировок за последние 18 месяцев. Этот период учтёт стоимость акций до начала объявления ВР о выходе из этого актива, учтёт и падение, и рост, и он будет отражать справедливую цену этих акций: как нам представляется, премия к текущим котировкам составит от 20 до 30%.

Д.Медведев: Денег хватит у вас на это?

И.Сечин: Дмитрий Анатольевич, деньги в компании есть.

Д.Медведев: Хорошо. Тогда выполняйте добровольно.

И.Сечин: Спасибо большое.

Д.Медведев: Спасибо.

А.Шаронов: Александр Николаевич Ткачёв здесь сидит, он всегда по итогам форума делает отчёт: сколько договоров было подписано, сколько инвестиций привлечено. Вот сейчас он может отчитаться, что форумом решена проблема миноритарных акционеров в компании «Роснефть». Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Я прошу взять слово господина Фульвио Конти, генерального директора компании Enel (это сначала национальный монополист, а теперь крупная интернациональная энергетическая компания, которая работает во многих странах мира, в том числе в Российской Федерации). Только что премьер сказал, что мы вынуждены пойти на довольно непопулярные меры – это и секвестр государственных расходов, и замораживание тарифов естественных монополий. Вот в этой ситуации, на ваш взгляд, что может быть новым драйвером для развития энергетической инфраструктуры в Российской Федерации? Пожалуйста, господин Конти.

Ф.Конти, генеральный директор энергетической компании «Enel» (как переведено): Спасибо за предоставление мне возможности выступить. Добрый день! Добрый день, премьер-министр! В ответ на ваше приглашение скупить акции миноритариев – я не буду скупать миноритариев опять, я хотел бы, чтобы они были довольны, чтобы они имели хорошую прибыльность и дивиденды. Я думаю, что и все мы стремимся к этому – должны стремиться к тому, чтобы все энергетические активы и любые другие работали прибыльно и инвесторы были довольны. Наш случай, я думаю, образцовый случай. Мы инвестировали в генерацию и продажу электроэнергии более 5 млрд евро. Пока ещё прибыльность недостаточна, чтобы наши миноритарии были полностью довольны. Наши миноритарии – это российские инвесторы, российские граждане.

Почему это так? Потому что первоначальный импульс к свободному рынку, свободному конкурентному рынку, о котором вы говорите, первоначальные инвестиции в улучшение технологий в последние годы несколько замедлились и будут замедляться, видимо, больше, если … Прискорбная ситуация – замораживание тарифов, которую мы прекрасно понимаем с вашей точки зрения. Это политическое решение, которое работает на граждан, но в краткосрочном плане, а в долгосрочном плане, если это будет продолжаться, перечеркнёт возможности долгосрочного необходимого инвестирования в энергетический и промышленный сектор России. Пример, который приходит в голову: 60% или больше генерационных мощностей в вашей стране и дислокационных возможностей электричества примерно 30-летней давности. Стареют мощности, надо заменять эти мощности, необходимо технически совершенствовать эти активы, и для этого требуются большие инвестиции. По нашей оценке, больше 650 млрд евро нужно вложить до 2035 года за предстоящие 20 лет. Откуда взять 650 млрд евро для этого? Откуда, как не через поток наличности, через прибыльность существующих инвестиций? Я вам скажу, что пока мы ещё не рассматриваем последствия экологического фактора в большинстве регионов – регионов, которые нам говорят и другим говорят, что вы должны инвестировать не только в совершенствование технологии, но и в уменьшение экологических последствий вашей деятельности. Это ещё дополнительные необходимые инвестиции. Поэтому, если посмотреть на замораживание тарифов, за которые вы выступаете, политически это правильно, я понимаю это ваше решение, мы должны его уважать. Но отвечая на ваш вопрос, относительно инвестиций, инвестиционная составляющая не изменится, если это краткосрочное решение – на несколько месяцев или на год. Но если вы исходите из того, что замораживание – это решение долгосрочное, что вы не будете увеличивать цены, чтобы они отражали затраты, то это будет иметь негативные последствия.

Существующие новые технологии, которые есть, могут быть применены на российском рынке в конечном счёте в интересах окончательного потребителя. Вот эта теория, что замораживание помогает потребителю, это ненадолго, потому что для потребителя в конце концов главное – эффективность снижения затрат. Затраты на генерацию электроэнергии из традиционного, обычного процесса сжигания газа по сравнению с комбинированными циклами – это двойной эффект, увеличение эффективности в 2 раза, уменьшение затрат в 2 раза, и в конечном счёте граждане от этого выиграют. Но если Вы замораживаете тариф, никто не будет инвестировать, и эффективность пострадает.

Поэтому я прошу вас отнестись к нашей индустрии, к нашей отрасли с сочувствием. Нужны инвестиции, чтобы прибыльнее становилась отрасль, чтобы приходили новые иностранные инвесторы. Нынешняя система субсидий должна меняться, чтобы отражать стоимость генерации электроэнергии и в то же время способствовать привлечению новых технологий. Я думаю, что Правительство хочет также развивать возобновляемые источники энергии. Это хорошо, но нужны стимулы. Стимулы означают, что нужны деньги. Деньги откуда? Я думаю, что в том числе и от граждан.

Я подтверждаю, что мы будем работать у вас в стране. Я подтверждаю, что мы будем продолжать инвестиции, если в конечном счёте рынок будет правильным, открытым, если мы сможем действительно привносить новые технологии в систему электроэнергии.

Электроэнергия, я закончу этим заявлением, – это самый эффективный вектор энергии, это видно и в этом здании. Электричество чисто, эффективно делаем, и электричество наносит не меньший ущерб окружающей среде, но для того чтобы были новые технологии в сферах и генерации, и распределения, необходимо, чтобы реальная стоимость отражалась.

А.Шаронов: Спасибо.

Господин Конти, всё-таки очень коротко скажите, что делать в ситуации, когда основные инфраструктурные монополии – «Транснефть», «Газпром», «Российские сети» – будут ограничены в росте тарифов? Вы говорите о привлечении, стимулировании частных инвестиций. Это очень важная тема, и она движется. Что делать инфраструктурной части, инфраструктурной составляющей энергетики, которая будет (есть уже политическое решение, премьер об этом сказал) ограничена в валовой выручке и, значит, в возможностях развивать инфраструктурную составляющую?

Ф.Конти (как переведено): Я могу говорить только о даунстриме, только о секторе распределения. И я думаю, что через концепцию платы за мощности вы должны акционировать новые мощности, предлагать их инвесторам, с тем чтобы мы могли использовать большие ресурсы природного газа, угля, гидроресурсы, которые имеются, для того чтобы совершенствовать существующие планы через реинжиниринг, через создание новых мощностей. Огромные инвестиции, длительное время их реализации требуется для нашей отрасли, и сегодняшнее решение потребует три-четыре года, пять лет реализации. Если вы не примете таких решений сейчас, то через пять лет у вас будет не хватать энергии. Мы должны знать сейчас, в каких условиях работаем, будет ли достаточно гарантий наших капиталовложений после этого замораживания и платы за мощности. Эта концепция, я считаю, – ключ.

Снятие перекрёстного субсидирования между отоплением и генераций – тоже очень важный момент, потому что здесь смешиваются технологии, которые не очень эффективны сами по себе, это надо понимать. По другим вопросам, я думаю, что эксперты смогут здесь дать рекомендации.

А.Шаронов: Спасибо, господин Конти. Я хочу попросить взять слово губернатора Калужской области Анатолия Дмитриевича Артамонова. Анатолий Дмитриевич, премьер сегодня уже говорил о неких образцовых региональных практиках в области привлечения инвестиций. Вы, безусловно, попадаете в категорию отличников по этому показателю. Я могу сказать, что в своё время наблюдал за тем, как вы боролись с одной из крупных областей – Московской областью – за привлечение к себе «Фольксвагена». Это выглядело почти безнадёжным делом. Они не знали, где находится Калуга, и они хорошо понимали и уже долго переговаривались с Московской областью, но случилось чудо – они пришли, и всё это чудо сейчас вылилось в огромный работающий автомобильный кластер, который возник почти на пустом месте. Опять же, говоря о теме институтов и о теме кадров, о теме человеческого потенциала, что такого волшебного вы придумали в маленькой Калужской области, что смогли привлечь уже многих мировых гигантов работать на Калужской земле?

А.Артамонов (губернатор Калужской области): Спасибо большое за эту возможность здесь сегодня присутствовать, именно на этом месте, для меня это большая честь.

Да, действительно сегодня у нас уже правило – привлечение инвестиций. В прошлом году мы в развитие экономики 110 млрд рублей привлекли, в том числе более 1,1 млрд иностранных инвестиций, и у нас все последние годы такие цифры по иностранным инвестициям подтверждаются. Как и все в 1990-е годы, мы задумались над этим, но мы поняли сразу, что без привлечения инвестиций, без развития экономики, дальше невозможно будет решать те кричащие проблемы, которые тогда стояли. Вы знаете, и заработную плату было нечем платить, и вообще проблем было очень много – социальных и других. Мы начали активный поиск инвесторов, рекламировали себя, презентации всякие проводили, но эффекта это особого не давало. И мы решили тогда, что, наверное, это бессмысленно, не мы должны о себе рассказывать и о тех условиях, которые мы предлагаем, а это кто-то должен за нас делать и в первую очередь те инвесторы, которые к нам придут. Если мы сумеем создать им те условия, на которые они рассчитывают, то, наверное, так и произойдёт, и это, по сути дела, и произошло. Крупнейшей компанией, которую мы привлекли, конечно, был «Фольксваген». Нашей задачей было не обмануть ожидания наших партнёров, мы сделали всё от нас зависящее, они выполнили все свои обязательства, и для нас было очень важно, что представители этой признанной, крупнейшей мировой компании никогда не имели возможности сказать о нас чего-либо плохого. Это для нас, наверное, было самой лучшей рекламой.

Что мы сделали? По сути дела, сняли те проблемные вопросы, которые всегда были на устах у инвесторов, когда они задумывались о том, чтобы прийти в Россию: бюрократия, сложности подключения к инфраструктуре, в то время ещё много разговоров было о коррупции (к счастью, сейчас их всё меньше и меньше становится) – и, как они считали, тяжёлое налоговое бремя. Бюрократию мы взяли на себя, и в первую очередь нам в этом помогло то, что мы пошли по пути создания индустриальных парков. Сейчас их у нас уже 10, а в то время, в 1990-е годы, найти лишний рубль в казне, чтобы вложить в развитие инфраструктуры (сети подтянуть, дороги и так далее), – это была фантастика. И если бы Внешэкономбанк тогда не встал рядом с нами и не поверил нам, мы бы, наверное, с этой задачей не справились. Но нам поверили, и мы начали вкладывать средства в развитие этих индустриальных площадок. Это, по сути дела, было не ново, американцы в своё время, когда выбирались из кризиса, тоже применили этот принцип – tax increment financing, то есть когда мы вкладываем деньги в расчёте на то, что окупим эти затраты за счёт дополнительных налоговых поступлений. Сегодня я слышу иногда: вот, вы много кредитов взяли, это нагрузка обременительная для бюджета. Я должен сказать, что это всё не имеет никакой почвы под собой, такие разговоры. Мы ни одного рубля кредитов не взяли на проедание, и в этом, может быть, самое главное то, что мы имеем. Наши кредиты как бы сами себя обслуживают за счёт дополнительных налоговых поступлений. За счёт продажи подготовленной земли (которую мы в индустриальных парках готовим) мы полностью не только выручаем эти средства, но с 0,34% нашу бюджетную обеспеченность довели до 1. Мы восемь лет уже держим среднюю заработную плату вслед за Москвой и Московской областью в нашем округе. И конечно, это бы не было возможным, если бы мы не развивали экономику. Можно было бы просто говорить о том, что это боязно, но для того чтобы не проиграть, надо, конечно, было подумать о том, как поддержать эти вложения. Мы создали институты развития, которые управляли этими процессами и управляют по сей день очень успешно. Это Агентство регионального развития, которое консалтинговые услуги оказывает бесплатно, кстати говоря, для наших инвесторов, и Корпорация регионального развития, которая сегодня в общем уже управляет капиталом более 10 млрд рублей.

А.Шаронов: Это госкомпании?

А.Артамонов: Это наши государственные компании. Корпорация регионального развития осуществляет девелоперские услуги. Она как раз и готовит эти площадки. И мы сегодня инвестору предоставляем полностью «упакованный» земельный участок, где они сразу же после подписания соглашения с нами или достижения соглашения даже в устной форме (мы и на это идём иногда) могут приступать к работе, и никаких там 70 или 600 дней – на следующий день! Это, конечно, очень важно. И с момента подписания соглашения до ввода первой очереди предприятия, как правило, почти всегда, – не более года.

А.Шаронов: Анатолий Дмитриевич, доносятся слухи о том, что в связи с таким экономическим бумом, который вы организовали в области, вы начинаете испытывать проблемы с персоналом, проблемы с кадрами. Насколько это соответствует действительности? И как вы решаете? Всё-таки кадры нужны достаточно квалифицированные, потому что речь идёт о машиностроении, о высоких технологиях.

А.Артамонов: У нас действительно существует проблема с кадрами в том плане, что если, допустим, шесть лет назад 65 тыс. человек наших жителей области работало в Москве и в Московской области, то сегодня их осталось 51 тыс. Наша задача их вернуть. И они возвращаются, к счастью, как и приезжает огромное количество людей из других регионов, мы всех принимаем. И сегодня мы приняли программу «Жильё для профессионалов» – строим очень активно жильё, его покупают, и мы не успеваем обеспечивать...

А.Шаронов: Вы за бюджетные деньги строите жильё?

А.Артамонов: Нет, мы так же жильё строим, по этому же принципу: готовим площадки, как в индустриальных парках, под комплексную жилую застройку. Приходят инвесторы, и не только наши российские – и белорусы, и украинцы строят, пожалуйста, мы всем даём такую возможность. Финская компания Lemminkainen сейчас приходит. Пожалуйста, пусть строят. Мы строим всё больше и больше каждый год хорошего жилья. Люди приезжают, покупают. У нас ни одной свободной квартиры в продаже сегодня практически нет, всё уходит с фундамента.

А.Шаронов: Спасибо, Анатолий Дмитриевич. Алексей Валентинович, я сейчас к вам обращаюсь. Всё звучит настолько просто, что удивляешься, почему это получается далеко не во всех регионах. Один мой знакомый говорил, как надо играть в футбол: «Играйте просто – бейте издалека сильно и в “девятку”». На ваш взгляд, почему так просто не получается воспроизвести этот опыт в других регионах? И каково значение федеральных стимулов, в данном случае 166-го знаменитого постановления?

А.Артамонов: Вы знаете, сегодня я должен…

А.Шаронов: Анатолий Дмитриевич, у меня вопрос к Улюкаеву по этому поводу. Почему не воспроизводится так быстро и легко ваш опыт, который вы изложили в течение трёх минут?

А.Улюкаев: Я думаю, дело в мотивации и терминологии, в правилах игры, которые мы устанавливаем. Правила должны мотивировать бить в «девятку», а наши правила мотивируют бить куда-нибудь часто.

А.Шаронов: Нет, но это ещё надо уметь.

А.Улюкаев: Смотрите, я говорю прежде всего о налоговой системе, о полномочиях. Дело в том, что у нас субъекты Федерации, регионы не имеют стимула создавать собственную налогооблагаемую базу в больших объёмах. Это плохо влияет на трансферты, с одной стороны, с другой стороны, источников собственных доходов у них…

А.Шаронов: Это уже камень в ваш огород, если это плохо влияет …

А.Улюкаев: В мой, в мой огород камень, безусловно. Потому что всё, что касается налогообложения имущественного, налогообложения недвижимости, – это наша ответственность. Сейчас два таких закона о налогообложении недвижимости физических лиц и юридических лиц находится в Государственной Думе, и если к этому прибавить кадастровую оценку земли и имущества и дать под неё хорошую базу через работу кадастров в создании единого реестра (здесь мы тоже приотстали, это опять моя личная ответственность, наверное), это даст серьёзный рывок в создании мотивации субъектов зарабатывать деньги и оставлять их у себя на цели развития.

И второе, может быть, более конкретное. Губернатор упомянул здесь систему финансирования, при которой инвестор стимулируется тем, что в дальнейшем по мере запуска проекта часть налогов ему будет зачитываться. Мы сейчас работаем над тем, чтобы распространить эту систему и на федеральные налоги, такие предложения подготовлены и обсуждаются с ведомствами, причём если в первоначальной редакции это касалось только частного инвестора, то сейчас мы собираемся распространить этот механизм и на те случаи, когда первичным инвестором выступает и государственная компания регионального уровня, одна из тех, что губернатор Артамонов сейчас упомянул. Мне кажется, это очень серьёзный стимул. Единственное, конечно, важно, чтобы эти средства были, что называется, окрашенными, то есть чтобы средства, которые таким образом будут поступать, оставались в рамках этого фонда развития или корпорации развития и шли бы на финансирование дальнейшей подготовки новых инвестиционных проектов. Мне кажется, если работать с этих двух сторон, мы можем много добиться.

А.Шаронов: Спасибо. Я прошу Игоря Ивановича взять коротко слово. Мы начали говорить об институтах, и важнейшим институтом являются налоги. Налоги выполняют как минимум две функции – фискальную и стимулирующую. Вы долго работали внутри государства и скорее отстаивали фискальную функцию, а сейчас работаете в компании, и, конечно, вам интересна стимулирующая функция. Два слова скажите, пожалуйста, об этом. Я так понял, что у вас есть ещё какие-то новости.

И.Сечин: Спасибо большое. Я очень коротко скажу по поводу налогов. Думаю, с учётом долгосрочности проектов, которые реализуются в нефтегазовой сфере, период работы по проектам десятки лет продолжается. Самое главное – это налоговая стабильность. Налоговый режим создаст условия для инвестирования в той мере, в которой эти условия стабильности и предсказуемости будут обеспечены. Считаю, что нам удалось очень конструктивно, в духе взаимовыгодного диалога провести работу по стимулированию шельфовых проектов. Российское законодательство по шельфу сейчас является одним из лучших в мире по трудноизвлекаемым запасам. Мы продолжаем работу с Министерством финансов, с Правительством по новым подходам к налогообложению в нашей отрасли. Считаем, что возможно применение в перспективе в счёт мультипликативного эффекта, который приносят наши новые проекты... Здесь может быть разработана модель создания таких консолидированных групп налогоплательщиков, выравнивания внутриотраслевых налогов. Такую работу мы проводим и будем продолжать.

Но самое главное – это налоговая стабильность для наших проектов. Действительно, сейчас поступила информация, Дмитрий Анатольевич, после Вашей информации о директивах, которые Вы подписали. Рост котировок «Роснефти» в течение 15 минут составил 0,61%. Поэтому это реальный эффект …

А.Шаронов: Главное, чтоб форум не обвинили в манипулировании рынком, а так всё очень хорошо.

И.Сечин: Таким образом, акции компании «Роснефть» на ММВБ стоят 265,3 рубля. Спасибо вам большое.

А.Шаронов: Дмитрий Анатольевич, у нас ещё есть время сделать какие-то заявления, чтобы, может быть, весь рынок двинуть вверх.

Д.Медведев: Ещё какие-нибудь, может, поручения раздать тут крупным компаниям? Немножко подкачаем ситуацию.

А.Шаронов: Спасибо. Дмитрий Анатольевич, ещё один вопрос, и после этого я задам один вопрос всем очень короткий, на 15 секунд.

Дмитрий Анатольевич, Вам вопрос. Мы долгое время в советские времена и до настоящих времён живём в парадигме, живём в уверенности, что Россия – самая образованная и читающая страна, у которой есть большой запас квалифицированных кадров и стоимость этих кадров сравнительно невысока, что даёт дополнительные преимущества для России, в том числе как для места для инвестиций. Вместе с этим со всех сторон, в том числе в исследованиях Совета по иностранным инвестициям, который Вы возглавляете, говорят о том, что это уже не так – не соответствует современным требованиям значительная часть рабочей силы, большой отток кадров не только из регионов, а в целом из страны, кадры уже совсем недёшевы. Согласны ли Вы с этой оценкой? И как Правительство смотрит на то, что наше преимущество постепенно превратилось в проблему? Что делать?

Д.Медведев: Я не знаю, кто в какой парадигме живёт. Я в такой парадигме уже давным-давно не живу. Абсолютно точно, что у нас есть проблемы и с образованием, и с кадрами, которые необходимы для развития экономики. Да, у нас были в общем и целом неплохие стартовые возможности и советское образование применительно к уровню образования середины XX века было крепким, было подготовлено много хороших специалистов – и инженерных, и с соответствующими комментариями, наверное, в области гуманитарных наук. Но потом мы из лидеров ушли, и сейчас нам нужно догонять. Для этого необходимо развивать саму систему образования (вот законы принимаем), реформировать науку (тоже законы принимаем), и максимальным образом стимулировать наших людей повышать свою квалификацию. Реестр или спектр мер может быть самый разный. У Правительства их довольно много, я их озвучивал и с этой трибуны, когда выступал. Надо с этим что-то делать, в противном случае мы окажемся или перейдём из страны, которая всегда гордилась своим образовательным уровнем, в страну-середнячка. У нас нет пока, конечно, критического отставания, неправильно было бы считать, что мы уже совсем на обочине, но мы можем просто утратить наше конкурентное преимущество, если не рванём вперёд. Именно поэтому у нас успешные государственные менеджеры, которые являются заместителями мэра, переходят в ректоры. Знаете таких?

А.Шаронов: Читал.

Д.Медведев: Ну вот. Занимайтесь образованием, Андрей Владимирович.

А.Шаронов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич, за напутствие. Коллеги, мы приближаемся к завершению нашего круглого стола. Я просил бы в течение 20 секунд каждого из участников ответить на такой вопрос: какие вы видите ваши личные две сверхзадачи, которые вы можете и должны реализовать на том месте, где вы работаете, для того чтобы позитивно повлиять на сохранение экономического роста, просто на экономический рост в стране, в регионе. Анатолий Дмитриевич, ваши две личные сверхзадачи?

А.Артамонов: Я считаю, наверное, и каждый на моём месте эту задачу тоже имеет в виду, что как можно больший процент людей среднего класса, которых мы можем отнести к среднему классу, должен появляться в нашем региональном обществе.

А.Шаронов: Как вы на это повлиять лично можете?

А.Артамонов: То, что сегодня у нас системно растёт заработная плата во всех отраслях нашей экономики, позволяет мне надеяться, что мы в конечном итоге в какой-то степени приближаемся к этому.

И второе, то, что касается экономики непосредственно, – это рост наших экспортных возможностей. Причём одна часть задачи наша, где мы должны в технологическом плане расти; и вторая часть, я думаю, что на неё надо тоже посмотреть, – это проблема нашего рубля, он переоценён. И сегодня даже качественную продукцию мы затрудняемся продать.

А.Шаронов: Спасибо. (Далее – как переведено). Мистер Конти, ваше личное участие в российском экономическом росте и в инвестиционном климате. Пожалуйста.

Ф.Конти (как переведено): Это, конечно же, привнесение новых технологий в Россию, в российскую экономику, в том числе и энергоэффективность, снижение затрат, и таким образом повышение уровня удовлетворённости потребителя. Но и, возможно, вторая задача – это убедить власти на местах и на более высоком уровне стабилизировать регулятивную среду, тарифы, чтобы мы более прозрачно смотрели вперёд на наши дальнейшие инвестиции.

А.Шаронов: Thank you. Алексей Валентинович, сверхзадачи у недавно назначенного министра две.

А.Улюкаев: Считаю, первое – запустить механизм снижения издержек, начиная с инфраструктурных компаний, через долгосрочное и прозрачное тарифообразование, дальше по всем циклам в экономике. Второе – максимально способствовать поддержке малого и среднего бизнеса, потому что, я считаю, настоящая диверсификация экономики – это здесь. Если можно, третье – «мыть» всех подряд. Новых не рожать, а «мыться».

А.Шаронов: Хорошо. Это первое, с этого нужно было начинать. Спасибо, Алексей Валентинович. Дмитрий Анатольевич.

Д.Медведев: Уже все сверхзадачи разобрали. Давайте я скажу таким образом…

А.Шаронов: Хорошо с такими людьми работать. Они предвосхищают желания премьера.

Д.Медведев: Мне кажется, моя сверхзадача как Председателя Правительства – обеспечить необходимый уровень консолидации всех общественных сил, которые заинтересованы в развитии нашей экономики и в том, чтобы улучшалось качество жизни наших людей. Под «всеми» я имею в виду государство, общественные структуры и бизнес. Если мы добьёмся такого уровня консолидации, значит у нас будет успех.

А.Шаронов: Спасибо, это очень важно. Хотя мы говорим про экономику, конечно, основа – это социальное согласие. Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Майкл, пожалуйста.

М.Шервуд (как переведено): С точки зрения Goldman Sachs, я бы сказал, мы можем принести больше иностранных инвестиций в российскую экономику, будь то сделки слияния-поглощения или прямые инвестиции, и можем рассказать свою историю о том, как мы инвестируем, но это опять-таки дилемма: яйцо или курица – что первично? И, говоря о крупных социальных инвесторах по всему миру: я вижу, что помимо того, что они сотрудничают с нами, они могут сотрудничать с Российским фондом прямых инвестиций. Но я думаю, что в налаживании таких долгосрочных контрактов с российским Правительством между иностранными инвесторами как раз и может помочь Goldman Sachs.

И.Сечин: Спасибо большое. Я буду стремиться доказать, что профессионализм и порядочность менеджмента не зависят от характера собственности, которая в управлении находится, и хочу создать лучшую управленческую команду на базе «Роснефти». Второе, мечтаю пробурить разведочные скважины на Карском море и открыть уникальные месторождения с запасами 3,5 млрд т жидких ресурсов и 11,4 трлн – по газу. Спасибо.

А.Шаронов: Спасибо, Игорь Иванович. Ваши обещания легче всего проверить, кстати, они были самыми конкретными. Большое спасибо всем панелистам за очень интересные выступления, а аудитории – за терпение. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо.

***

Председатель Правительства осмотрел стенд с макетами олимпийских объектов, строительство которых в Сочи финансировало ОАО «Газпром», – двух канатных дорог, курорта «Альпика-Сервис», гранд-отеля «Поляна», биатлонной трассы и других.

Дмитрию Медведеву продемонстрировали также макет культурно-этнографического центра «Моя Россия», который будет располагаться в пойменной части реки Мзымта, на левом берегу. Строительство парка планируется завершить к концу 2013 года. На макете Председателю Правительства продемонстрировали уже построенные павильоны, представляющие север страны, центральные и южные регионы, Санкт-Петербург, Москву и Казань.

Премьер-министр заглянул на экспозиции Оренбургской, Ярославской, Ленинградской, Волгоградской областей, регионов Северного Кавказа, представляющие региональные инвестиционные проекты, в том числе строительные, туристические, инновационные, сельскохозяйственные.

* * *

В присутствии Дмитрия Медведева были подписаны следующие документы:

- соглашение о купле-продаже акций закрытого акционерного общества «Геотрансгаз», общества с ограниченной ответственностью «Уренгойская газовая компания», открытого акционерного общества «Алроса – Газ» и закрытого акционерного общества «Иреляхнефть» между главами компаний «Роснефть» и «АЛРОСА»;

- соглашение о выборе подрядчика и заключении договора на выполнение проектных работ по строительству завода по сжиженной переработке газа на Дальнем Востоке России между нефтяной компанией «Роснефть» и компанией «Эксон Мобил Раша»;

- меморандум о сотрудничестве между сторонами в ходе реализации регионального инвестиционного проекта «Чистый Дон» между губернатором Ростовской области Василием Голубевым и генеральным директором открытого акционерного общества «Евразийский», инвестором «АБВК-Эко» Станиславом Светлицким;

- меморандум о сотрудничестве и взаимодействии по реализации проектов субъектов малого и среднего предпринимательства и инициатив между автономной некоммерческой организацией «Агентство стратегических инициатив по продвижению новых проектов» и Российским банком поддержки малого и среднего предпринимательства;

- рамочное соглашение о сотрудничестве по развитию инфраструктурных объектов морского порта Тамань для перевалки цветных металлов между Министром транспорта Максимом Соколовым, губернатором Краснодарского края Александром Ткачёвым и компанией «Русал Глобал»;

- рамочное соглашение о сотрудничестве по развитию инфраструктурных объектов морского порта Тамань для перевалки зерновых и генеральных грузов между Министром транспорта Максимом Соколовым, губернатором Краснодарского края Александром Ткачёвым и Крымским логистическим терминалом;

- рамочное соглашение о сотрудничестве по развитию инфраструктурных объектов морского порта Тамань для перевалки угля между Министром транспорта Максимом Соколовым, губернатором Краснодарского края Александром Ткачёвым и компанией «Кузбассразрезуголь».

Россия. ЮФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 27 сентября 2013 > № 908271 Дмитрий Медведев


Россия. УФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 июля 2013 > № 870777 Дмитрий Медведев

Встреча с представителями российских и международных деловых кругов в Екатеринбурге

Стенограмма:

Д.Медведев: Добрый день, уважаемые коллеги! Прошу всех, кто использует перевод, надеть наушники. Если позволите, я несколько слов скажу вначале, потом с удовольствием послушал бы ваши идеи и предложения, с которыми вы приехали сюда.

Только что завершилось пленарное заседание форума «Иннопром-2013». Я рад на самом деле, что уже второй год подряд имею возможность приехать и поучаствовать в форуме. Работа продолжается в формате панельных дискуссий, в которых участвуют деловые круги, ведущие мировые учёные обсуждают наиболее острые вопросы. Хотел бы всем сказать большое спасибо за то, что вы с нами, за то, что вы приехали в это отличное время года в Екатеринбург.

Естественно, уже звучали интересные предложения. Я хотел бы подчеркнуть, что здесь, на Урале, для применения этих предложений есть прекрасный потенциал – и крупные металлургические предприятия, и машиностроительные предприятия, оборонные предприятия, научно-исследовательские, образовательные центры. Продукция многих из них представлена на выставке, надеюсь, вы что-то видели.

Создание условий для стабильного промышленного роста – это одна из наших главных задач. Условия могут быть экономические, но очень важны инфраструктурные и правовые условия, и, конечно, сегодня это понимают и бизнес, и государство.

России нужно качественно повышать производительность труда, технологический уровень, внедрять новые стандарты работы, осваивать перспективные отрасли и рынки, готовить новое поколение специалистов – мы откровенно обсуждаем это с представителями крупного бизнеса (вчера у меня была встреча с нашими коллегами из Российского союза промышленников и предпринимателей) и с представителями среднего и малого бизнеса.

Сегодня мы создали так называемые дорожные карты, всего их девять штук, они реализуются уже, по этим картам осуществляются решения в области предпринимательских инициатив с привлечением экспертов. Обсуждались разные задачи, включая, например, такие сложные, как промышленная безопасность, экологическое нормирование, вопросы, связанные с созданием единого финансового мегарегулятора. Мы в нашей стране решили объединить органы, которые этим занимаются, и передать эти функции нашему Центральному банку, сейчас как раз такие решения приняты. Почему я об этом говорю? Потому что все эти решения, очень важные и сложные, рождались не в тиши кабинетов Кремля или Белого дома нашего, Дома Правительства, а с участием экспертов, в режиме конструктивного обсуждения, и я в этом плане очень благодарен и бизнесу, и представителям науки, которые свои соображения высказывали.

Если позволите, не буду больше злоупотреблять вашим вниманием и послушаю то, что вы хотели бы сказать.

Я приглашаю всех принять участие в разговоре, у кого есть что сказать, буду рад выслушать вместе с моими коллегами, которые тоже здесь. Кто хотел бы что-то сказать?

Вопрос (как переведено): Здравствуйте, меня зовут Росс Креплов, я являюсь промышленным конструктором и работаю по всему миру. В этой стране я встретился с большим количеством молодых талантливых экспертов, конструкторов, которые обладают огромными возможностями, активной энергией, и они готовы активно работать. Что в России сможет поддерживать эти амбиции, которые столь присущи молодым людям? Потому что нужно развивать промышленность именно с участием молодых людей.

Д.Медведев: Я понимаю. Одна из основных тем «Иннопрома» в этом году как раз посвящена промышленному дизайну. Надо признаться, что мы, может быть, не занимались этим так плотно, как другие страны. Я очень рад, что сегодня именно этому посвящено внимание наших гостей. Здесь есть и молодые дизайнеры, и люди уже зрелые, опытные. Спасибо большое, что вы принимаете участие в этих мероприятиях. Конечно, мы будем поддерживать это направление, никаких сомнений нет, тем более что для того, чтобы развивать правильно свою промышленность, мы должны думать не только над тем, какими потребительскими свойствами обладает та или иная вещь, но и над тем, как она выглядит, как она может продаваться. Без этого сегодняшний, современный рынок просто невозможен, поэтому, конечно, мы в этом направлении собираемся работать, рассчитываем и на вашу помощь.

Вопрос (как переведено): Очень интересно находиться здесь. Иногда приходится слышать: Россия не имеет возможности для создания компьютеров или Россия не может построить автомобиль, или ещё что-нибудь… Я не могу с этим согласиться. Я думаю, что вы сможете импортировать значительную часть продукции этих потенциальных отраслей и, начав с нуля, добиться успеха, даже если вы «приехали последними на вечеринку». Вы видите вещи, каковы они есть. Готовы ли вы к тому, чтобы продвигать эту идею, может быть, даже в процессе «обмена мозгами», обмена между умами? Вы знаете, я живу в Лондоне и думаю, что мы все связаны.

Д.Медведев: Мне трудно что-то возразить против этого. Мне кажется, это хорошая идея, надеюсь, мы в этом направлении будем двигаться. Давайте подумаем об этом. Я не знаю, может, коллеги хотят что-то прокомментировать. Аркадий Владимирович (обращаясь к А.Дворковичу), хотите что-то добавить?

А.Дворкович: Идея, что мы можем создавать новые отрасли с нуля, даже если не являемся в них сегодня лидерами, не имеем экспертизы, накопленной в течение последних десятилетий, наверное, правильная. Тем не менее не по всему фронту, нужно делать выбор. Мы отчасти такой выбор сделали, когда в «Сколково» занялись, например, в том числе медицинскими технологиями, которыми не занимались очень долгое время, где у нас на протяжении десятилетий не было своей серьёзной компетенции. Сегодня есть наработки в области медицинской техники и новых лекарств инновационных, которые могут войти в число наиболее востребованных уже через несколько лет, поэтому примеры есть, наверное, будем и в других сферах этим тоже заниматься.

Д.Медведев: Я не знаю, может, у бизнеса есть какие-то свои собственные ощущения от этого. Пожалуйста, Александр Николаевич (обращаясь к А.Шохину).

А.Шохин (президент Российского союза промышленников и предпринимателей): Ну и с точки зрения бизнеса, безусловно, промышленный дизайн – это и упаковка продукции для её лучшей продажи, это и комфорт потребителя, будь то индустриальный потребитель или граждане.

Во многих учебных заведениях сейчас у нас начинают преподаваться и промышленный дизайн, и смежные направления. Я думаю, что и в Уральском федеральном университете имени первого Президента России Бориса Ельцина тоже это направление будет. Вот сидит Дмитрий Пумпянский (председатель совета директоров ОАО «Трубная металлургическая компания») – председатель наблюдательного совета этого университета. Не знаю, подтвердит он эту мою гипотезу. Дмитрий Александрович?

Д.Пумпянский: У нас здесь, в Свердловской области, очень сильный архитектурный институт, где на самом деле профессионально преподается тема промышленного дизайна, связанная не только с дизайном конечной продукции, но и с дизайном как частью проектирования непосредственно при создании продукции, в том смысле этого английского слова, который уважаемый коллега имел в виду… Очень большие наработки в этом плане, и некоторые выпускники Свердловского архитектурного института работали дизайнерами при разработке новейших моделей «Ситроена», «Пежо» во Франции, так что да, действительно, этому уделяется серьёзное внимание.

Д.Медведев: То есть мы это можем делать, вопреки существующим представлениям?

Д.Пумпянский: Можем, абсолютно. Сегодня при выпуске новых моделей, даже в таком, может быть, непривычном ракурсе посмотреть… Мы выпускаем локомотивы в Свердловской области на совместном предприятии с «Сименсом», мы сегодня уделяем дизайну этих локомотивов огромное значение, потому что это уже сегодня визитная карточка и предприятия, и в целом отрасли.

Д.Медведев: Спасибо. Пожалуйста, коллеги, кто хотел бы продолжить? Можно не только про дизайн, можно и про другие вещи поговорить.

А.Шохин: Дмитрий Анатольевич, я бы хотел проинформировать, что мы, РСПП, вместе с компанией KPMG проводим регулярные исследования...

Я бы хотел, чтобы господин Гощанский пару слов сказал о привлекательности инвестиционного климата в России с точки зрения иностранных инвестиций.

Д.Медведев: Пожалуйста.

О.Гощанский (председатель правления, управляющий партнёр аудиторско-консалтинговой фирмы KPMG Russia & CIS): Гощанский Олег, управляющий партнёр компании KPMG.

Да, мы вместе с РСПП закончили исследования по привлекательности инвестиционного климата в регионах. Скажу в целом, что, естественно, картинка разнится от региона к региону. Ряд регионов можно назвать чемпионами, и, кстати, Свердловская область в их числе, но в целом имидж инвестиционный у России, если коротко, улучшается, может быть, не такими темпами, как хотелось бы. Это первая общая ремарка.

Вторая ремарка. Будет справедливо сказать, что здорово отличается имидж России в глазах инвесторов западных – тех, которые уже в России, и которые ещё в Россию не пришли.

Д.Медведев: Да, это известный факт.

О.Гощанский: То есть те, кто в России, гораздо более здраво относятся к привлекательности.

Д.Медведев: Они просто понимают, что здесь происходит, не только из прессы или каких-то других источников.

О.Гощанский: Так точно. Ну и опять-таки момент конкурентной среды никто не отменял. Может быть, те, кто уже здесь, не хотят, чтобы пришли и другие вслед за ними.

Поэтому основные моменты: имидж улучшается, но не совсем быстро, и опять-таки очень здорово разнятся регион от региона и, соответственно, есть разница в глазах людей, пришедших сюда из-за границы, и тех, кто пока ещё не пришёл и над этим размышляет.

Д.Медведев: Понятно. Спасибо. Пожалуйста, прошу вас.

С.Кравченко (региональный президент компании «Боинг» в России и СНГ): Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Меня зовут Сергей Кравченко, я президент компании «Боинг» в России и СНГ. Я бы хотел привлечь ваше внимание к одному вопросу, который, мне кажется, очень созвучен тому, что обсуждалось сегодня на пленарном заседании: какие у России есть альтернативные пути роста? Мне кажется, что экспорт интеллектуальных сервисов – это реальная возможность для России диверсифицировать свою экономику. Я знаю, что Вы лично много занимались IT-компаниями, и в последнее время мы видим успехи российских IT-компаний. И на IPO вышли несколько компаний, недавно вышла компания «Люксофт» на IPO. Мы, кстати, работаем с «Люксофтом», у нас более 400 программистов в ней заняты постоянно. Знаете, мало говорят о том, что в России есть прекрасные инженерно-сервисные компании, но, например, самый большой инженерный центр, который есть у компании «Боинг» за пределами Соединённых Штатов Америки, находится именно в России, и там работают выпускники университетов не только Москвы, но и Самары, Уфы, Екатеринбурга.

Мне кажется, экспорт инженерно-сервисных услуг, Дмитрий Анатольевич, для России очень важен по двум направлениям. Первое. Феномен Индии показывает, что для России можно зарабатывать просто миллиарды долларов, и сейчас большой дефицит инженеров. Но ещё более важно другое: через такого рода проекты можно обучить как квалифицированных пользователей, инженеров, которые потом могут спроектировать следующий региональный самолёт или МС-21 и подготовить управленцев и лидеров, которые могут управлять российскими компаниями. Я могу привести пример из своего личного опыта. У меня в начале 2000-х годов, когда я начал строить этот конструкторский центр, было два заместителя. Один из них ушёл к Погосяну (М.Погосян) и был руководителем сертификации проекта SAJ, а второй сейчас стал руководителем «Камова». И, мне кажется, если мы сейчас посмотрим на эти инженерно-сервисные компании не только как на возможность увеличения экспорта интеллектуальных услуг, но и как на возможность подготовки специалистов для российской экономики, то это будет очень интересная тема.

И я в этой связи хотел бы поблагодарить Вас за то, что в последние годы не только российские программисты, но и инженеры, которые экспортируют свой интеллектуальный труд, получили определённые льготы. Конечно, они не такие большие, как те, которые Вы и Президент дали программистам, но это тоже очень важно, потому что это очень конкурентная среда. Сегодня Украина, например, борется за эти контракты, и я могу сказать совершенно откровенно, что цены, которые дают, например, инженерные компании на Украине нам, компании «Боинг», лучше, потому что всё-таки не так много ещё сделано в этой области из того, что вы сделали уже для российских программистов.

Д.Медведев: Сейчас, наверное, наши российские программисты заплачут от трогательных чувств. Потому что я вчера общался с коллегами из РСПП, там как раз были коллеги, представляющие программистов, и они тоже положительно оценивают то, что было сделано за последнее время…

С.Кравченко: Спасибо Вам за это тоже.

Д.Медведев: …и просят нас сохранить определённые виды льгот, специализированных режимов, которые были введены применительно к IT-отрасли. Не скрою, на эти льготы постоянно покушается Правительство (не будем делить Правительство на Минфин и не-Минфин – все в одной, так сказать, лодке). Но, я считаю, что действительно целый ряд отраслей должен иметь определённую поддержку, именно в силу того, что у нас в этих отраслях исторически было конкурентное преимущество и сейчас надо как-то их поддержать. Спасибо, что вы так оцениваете нашу работу, но вы говорили про интеллектуальные сервисы и про инженерные центры – если что-то можно сделать с учётом текущих наших экономических возможностей для развития именно такого рода бизнеса, то давайте подумаем совместно. Потому что, вы правы, тот же самый феномен Индии наводит на размышления о том, что это может быть огромным, значимым сектором нашей экономики и хорошим драйвером развития. Но для этого нужны какие-то дополнительные решения, вполне вероятно, для того чтобы всё это развивать.

С.Кравченко: И сегодня у России есть преимущество, потому что Россия делает самые сложные инженерные проекты для западных компаний – это не только «Боинг», это Airbus, Intel, многие другие компании. Спасибо.

Д.Медведев: Да. И вы правы: наши коллеги, наши соседи, что называется, не спят, не дремлют, они тоже работают на этой поляне, потому что все мы когда-то были внутри одного научно-производственного советского потенциала, после дезинтеграции Советского Союза там тоже развиваются эти виды услуг. И наша задача – в дружеском ключе, но всё-таки демонстрировать свои возможности, не отдавая выгодные заказы, стараясь приобретать их для наших компаний. Спасибо.

Д.Мёллер (президент ООО «Сименс» в России, Белоруссии и Центральной Азии): Дитрих Мёллер, «Сименс». Я хотел поблагодарить Вас за внимание к работе «Сименс» не только на Урале. От имени нашего партнёра «Синара» хотел бы пригласить Вас на совместное предприятие Ural Locomotives, «Уральские локомотивы», где строятся не только локомотивы, но и второй завод по выпуску электрических поездов – «Ласточек». Это, по-моему, хороший пример инвестиций в регион и совместной работы, один из примеров германско-российских экономических связей на частной основе. В связи с этим я хотел задать вопрос о таможенном режиме стимулирования инвестиций в Россию. У нас парадокс в том, что конечный продукт иногда облагается нулевой таможенной ставкой – газовые турбины, КРУЭ (КРУЭ – комплектное распределительное устройство с элегазовой изоляцией), другие вещи, – когда комплектующие облагаются 15–20%. В начале наладки производства в России это явный минус, потому что определённое время, когда наладится производство комплектующих, нужно импортировать некоторые комплектующие. Есть у Правительства какие-то планы специального таможенного режима, чтобы стимулировать инвестиции хотя бы на определённое время, три года или пять лет?

Д.Медведев: Спасибо за вашу оценку нашего сотрудничества. «Сименс» наш давний и проверенный партнёр, надёжный друг в этом плане. Если говорить о таможенном режиме (тема, которую вы подняли), то, конечно, наша задача – совершенствовать таможенные процедуры и создавать современный режим. Ровно для этого мы приняли так называемую «дорожную карту», посвящённую таможенному регулированию. На самом деле то, о чём вы рассказываете, действительно встречается – когда комплектующие ввозить гораздо дороже, чем, допустим, та ставка, которая применяется к законченному уже продукту. Но это делается иногда и по, я думаю, вполне очевидным соображениям, по понятным причинам: мы и свои комплектующие производим, у нас есть своя продукция. Но в целом этой задачей мы занимались и будем заниматься в рамках именно вот этой самой национальной предпринимательской инициативы и специальной «дорожной карты», которая посвящена таможенному регулированию. Эту проблему мы знаем и будем стараться её оптимизировать. Хотите что-то, может, сказать?

А.Дворкович: Да, изменение конкретных ставок как по экспорту, так и по импорту производится на основании решения специальных органов Таможенного союза после предварительного рассмотрения на рабочей группе, которой с нашей стороны занимается Минэкономразвития и Минпромторг в данном случае. Я знаю, что обращения были со стороны компании, эта работа идёт, но пока ещё результата нет, скажем так. Вернувшись в Москву, я узнаю, на какой стадии идёт рассмотрение конкретных заявок, и, если там есть какие-то бюрократические задержки, то мы, естественно, посмотрим, можно ли ускорить эту работу.

Д.Медведев: Да, теперь эта работа (справедливо было сказано), действительно, ведётся у нас на уровне наднационального органа, на основе нашего Таможенного кодекса Таможенного союза. Поэтому в этом смысле она, может быть, стала несколько труднее, потому что нам нужно выйти уже на соответствующий уровень, что, собственно, нашим партнёрам знакомо, например, по процедурам, которые существуют в Евросоюзе, тем не менее мы эту работу будем вести.

А.Шохин: Я хотел бы в порядке информации для коллег сказать о том, что мы вместе с Евразийской экономической комиссией учредили консультативный совет, в который входят представители бизнеса трёх стран. И если у вас такого рода вопросы будут возникать, можно действовать не только через национальное российское Правительство и те структуры, которые Аркадий Владимирович (А.Дворкович) упомянул, но и через Российский союз промышленников и предпринимателей, поскольку у нас уже налажен механизм взаимодействия с Евразийской комиссией – и на уровне комиссии в целом, и на уровне департаментов и консультативных комитетов по отдельным (а их насчитывается 13) направлениям.

Д.Медведев: Да, было бы хорошо, если бы РСПП тоже помогал.

Эндрю Сомерс (президент Американской торговой палаты в России) (как переведено): У меня есть предложение, которое, как я надеюсь, поможет глобально стимулировать рост малых и средних предприятий России. Всё больше и больше успешных российских малых и средних предпринимателей приходят к нам в AmCham (Американская торговая палата в России) и просят нас связать их с американскими малыми предприятиями, а также с потенциальными потребителями и партнёрами. Иногда мы можем сделать это, но на ограниченной и жёсткой основе. Я бы посоветовал Правительству создать такую единую систему, которая смогла бы идентифицировать регионы Соединённых Штатов по секторам: «Потенциальные потребители российской продукции» и «Потенциальные партнёры для российского бизнеса». Это мы называем match-making (установление соответствий). США сделали это около 10 лет назад, нашли соответствие американского бизнеса с российским, это работало очень хорошо, но сейчас в США перестало действовать, однако модель до сих пор существует. Я думаю, если Правительство создаст такую развитую систему match-making, это поможет вашему малому и среднему бизнесу выйти на мировой рынок. Вы даже можете начать с модельного проекта с одним или двумя штатами или одним или двумя регионами, который поможет Правительству в этом направлении.

Д.Медведев: Спасибо, господин Сомерс. Я считаю, что это вполне разумная идея, понимая, что на самом деле можно создавать отдельную систему поиска партнёров в малом и среднем бизнесе в Америке, в России. Но вообще для этого существуют и общественные организации бизнеса, которые есть у вас, есть у нас, для этого существуют торговые палаты, для этого существуют объединения работодателей типа РСПП (там, правда, у нас крупный бизнес). Но если вы считаете, что можно попробовать создать какую-то особую систему, которая будет эффективнее работать, чем соответствующие услуги, которые предоставляют торговые палаты, можно этим позаниматься, у меня нет возражений. У нас для этого будет целый ряд дополнительных возможностей как по линии бизнеса, так и на правительственном уровне.

У нас сейчас довольно важной является задача интенсификации российско-американских экономических связей, потому что политические контакты гораздо эффективней, и надо признаться по-честному, продуктивнее бывают. Торговый оборот с Соединёнными Штатами Америки не сильно растёт, вы это знаете, инвестиции тоже не очень большие, и на это мы неоднократно обращали внимание в ходе контактов с нашими партнёрами. Я рассчитываю, что и будущий приезд Президента Соединённых Штатов Америки к нам, и последующий визит вице-президента господина Байдена, и работа между Правительством и соответствующими подразделениями Администрации США на экономическом направлении принесут свои плоды.

Ещё раз говорю, насчёт такой системы поиска давайте подумаем, но только, мне кажется, не нужно изобретать деревянный велосипед, создавать что-то, что уже существует. Если мы каким-то образом дополним существующие возможности торговых палат, то это будет хорошо.

А.Шохин: Дмитрий Анатольевич, в порядке информации тоже. Мы пять лет назад учредили российско-американский бизнес-диалог. В нём участвуют РСПП, ТПП, «Деловая Россия», «Опора», AmCham (Американская торговая палата), U.S. Chamber of Commerce (Торговая палата США) и двусторонние деловые советы. И я думаю, Эндрю Сомерс согласится, что мы не весь потенциал этой структуры используем.

Д.Медведев: Я почему и адресовал вам.

А.Шохин: И в рамках визита и Президента Обамы, и вице-президента Байдена мы могли бы организовать ряд бизнес-ивентов двусторонних, где продвинуть эти идеи, о которых господин Сомерс говорил.

Д.Медведев: Здесь вопрос только в одном, мне кажется, – это должно быть удобно для использования, потому что сейчас возможности поиска потенциальных партнёров колоссальные, достаточно в интернет залезть, там много чего есть, и всё остальное. Но очень часто компании, малые компании ищут какого-то специфического потребителя или заказчика, и если здесь удастся какую-то внести новизну, это было бы хорошо, мне кажется, это полезно было бы. Пожалуйста!

В.Скорняков: Владимир Скорняков, председатель совета директоров Каменск-Уральского металлургического завода. Я считаю,что инвестициидолжны идти как на восток, так и на запад. Вот Каменск-Уральский металлургический завод выпускает полуфабрикаты из алюминиевых сплавов для авиации (российской и зарубежной), но мы покупаем «Боинги» за границей, продаём «Боингу» алюминий, но продаём его всего на 7,5 млн долларов. Почему не расширяются связи – непонятно. Мы сертифицировались…

Д.Медведев: Что вы предлагаете? Погрозить пальцем кому-нибудь? Или как поступить?

В.Скорянков: Нет, я предлагаю расширять связи – не на словах, а на деле.

Д.Медведев: Расширяйте!

В.Скорняков: Я и предлагаю партнёрам…

Д.Медведев: Да, коллеги должны услышать ваши предложения.

С.Кравченко: Россия стала основным поставщиком титана для гражданской авиации Соединённых Штатов Америки.

Д.Медведев: Да, но там объёмы не 7 млн долларов, правильно?

С.Кравченко: Там объёмы 17 млрд долларов. Россия сегодня является основным поставщиком американской авиационной промышленности по титану. У нас бизнес-план на 17 млрд, и мы выполнили контрактов с НПО «Ависма» и «Ростехом», как мы Вам докладывали, более чем на 6 млрд долларов. И, кстати, в двух часах езды отсюда работает самый лучший в мире завод – совместное предприятие с «Ростехом» (50 на 50), на котором делаются детали для «Дримлайнера» и 777-го самолёта, которые не делаются в других странах мира.

Д.Медведев: Наш коллега прав в одном: надо внимательнее относиться друг к другу и правильно выбирать партнёров – на это трудно что-то возразить.

С.Кравченко: «Российский алюминий», кстати, всё равно тоже летает на самолётах «Боинга», может быть, он приходит через заводы «Алкоа», но…

Д.Медведев: Хорошо, что нет Дерипаски (О.В.Дерипаска).

Д.Вудхаузен (профессор прогнозирования и инноваций английского университета De Montfort) (как переведено): Я из университета De Montfort University, у нас есть договор о сотрудничестве с университетом имени Баумана, мы бы хотели больше кандидатур от вас. В одной конкретной проблеме, которая важна для малых фирм... Когда вы пытаетесь сделать новый потребительский продукт, что-нибудь из того, что вы упоминали, вы находитесь на начальном этапе инновационного процесса, который называется fuzzy front end (размытый передний край). Когда вы спрашиваете, какого роста будут индийские автомобилисты через пять лет, какие цвета будут выбирать женщины в этот период, какие будут регламенты по загрязнению воздуха у индийского правительства – все эти неопределённости очень сложно собрать вместе. Если вы хотите, чтобы ваши маленькие фирмы росли и имели возможность прогнозировать развитие технологий, общества, законодательства, рынков, всю эту размытую неточную область, будет очень полезно, если вы отправите ваших специалистов в Англию. Возможно, мы сможем помочь в производстве потребительского продукта. Скажем, у вас есть такие бренды, как Apple, и у вас есть прогнозная работа о потребительском поведении и брендах на том направлении, где мы действительно поможем вам – в топовых сферах: алюминий, титан, энергетические ресурсы, которые у вас есть... Если вы отправите этих людей ко мне, я буду их наставником.

Д.Медведев: Спасибо за предложение. Я хотел бы согласиться с тем, что и применительно к деятельности небольших структур, и применительно к крупным компаниям очень важно иметь понимание того, что будет происходить: какова будет перспектива, «погода» в развитии тех или иных процессов. В этом плане неопределённости, которые существуют, нужно максимальным образом устранять, для этого, собственно, существует и Правительство, и общественные структуры, и экспертиза. Мы будем рады, если это всё будет применяться. Пожалуйста!

И.Ланг (генеральный директор научно-индустриальной корпорации ООО «Дюпон наука и технологии»): Меня зовут Иржи Ланг, я возглавляю «Дюпон» в России. Мы очень рады быть здесь, на Урале, мы открыли новый офис. Мы убеждены в будущем России, поэтому приняли в прошлом году более чем 100 выпускников из ваших вузов. Мы гордимся тем, что все подразделения (13 подразделений в России) растут. Мы на 100% business to business, поэтому мы можем развиваться только вместе с нашими заказчиками. Некоторые из наших заказчиков, между прочим, стали первыми в Европе, например, по выпуску защитных костюмов и так далее. Но одна вещь, с которой мы всё время сталкиваемся, – непонятный импорт. Например, наш филиал в Чебоксарах хотел бы развиваться и хотел бы больше инвестировать, но очень тяжело конкурировать с непонятным импортом, grey import. Что можно сделать со стороны Правительства или что нам сделать для того, чтобы мы бы могли развиваться ещё быстрее в России?

Д.Медведев: Спасибо. Эта проблема существует, она, конечно, не только российская, но у нас, действительно, не самые в этом смысле пока хорошо работающие институты, которые борются с серым импортом и контрафактной продукцией. Мне кажется, здесь не нужно придумывать каких-то чрезвычайных мер, это не помогает, а, как правило, ведёт даже в обратном направлении. Мне кажется, что нужно просто контролировать, что ввозят, и привлекать к ответственности тех, кто использует продукцию, ввозит продукцию, которая не имеет соответствующей защиты, то есть продукцию, которая произведена контрафактным путём или с нарушением интеллектуальной собственности.

Дело в том, что у нас, надо признаться, никогда не было какой-то эффективной системы защиты от контрафакта и защиты интеллектуальной собственности, мы начали её создавать лет 20 назад, и пока…

Продолжение следует...

Россия. УФО > Приватизация, инвестиции > premier.gov.ru, 11 июля 2013 > № 870777 Дмитрий Медведев


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter