Всего новостей: 2394016, выбрано 2 за 0.001 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Плущевский Дмитрий в отраслях: Финансы, банкивсе
Плущевский Дмитрий в отраслях: Финансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 сентября 2017 > № 2297638 Дмитрий Плущевский

Остановите бабушку: чем хороша идея Минфина ограничить продажу криптовалюты

Дмитрий Плущевский

 основатель блокчейн-платформы по управлению цифровыми золотыми активами GoldMint

Замминистра финансов Алексей Моисеев в эфире телеканала «Россия 24» рассказал, что Минфин рассматривает возможность запретить свободную продажу криптовалюты — покупать ее смогут только квалифицированные инвесторы

Сама криптовалюта будет приравнена к финансовым активам, и регулироваться как «иное имущество», заявил Моисеев.

Еще в начале лета вневедомственная рабочая группа при Госдуме предлагала криптовалюту приравнять к товару. Но в этом случае возникающий при обороте того же биткоина НДС моментально уводил бы всех квалифицированных и неквалифицированных инвесторов в зону серой купли/продажи, то есть сохранялся бы текущий статус-кво. Новая риторика министерства финансов кажется более конструктивной.

Волатильность, которую сегодня демонстрирует криптовалюта — биткоин, эфириум, лайткойн и другие — действительно не оставляет места для «обычных» людей. Заходить на этот рынок должны квалифицированные инвесторы, обладающие капиталом и знающие, что они делают. Государство обязано регулировать новый рынок, создавая на нем легитимные правила игры. Вряд ли разумному человеку придет в голову ругать государство, запрещающее ему идти туда, где ожидается схождение селевых потоков. Скорее, наоборот, все будут ругать государство, если оно не сможет вовремя предупредить и оградить граждан от катастрофы.

Если не придать правовой статус новому рынку — будет торможение в развитии. А если пойти по принципу «все разрешено», то мы можем прийти к тому, что возле метро появятся точки с объявлениями «Инвестируем в биткоины! Доход 1000%» — и люди с удовольствием понесут туда деньги. Финансовая грамотность населения по-прежнему низкая, у нас очень любят быстрые доходы. Многие помнят финансовые пирамиды 90-х — МММ, «Гермес», «Хопер-Инвест» и другие, которые продавали свои акции под фантастические проценты. Жертвами пирамид стали несколько миллионов вкладчиков, которые сами же потом обвиняли государство, что оно допустило такое развитие событий. Очевидно, государство учится на своих ошибках и не хочет повторения истории. Неспроста в прессе все чаще появляются мнения не только о пузыре на рынке криптовалют, но и сравнении с финансовыми пирамидами — аналогии напрашиваются сами собой.

Криптовалютные ПИФы

Одним из сценариев развития событий может стать появление паевых фондов открытого типа, которые будут профессионально заниматься управлением криптовалютами. Открытые ПИФы находятся под строгим надзором государства, как и банки, поскольку они инвестируют деньги граждан. В случае с криптовалютой возможен тот же подход: в открытые инвестиционные фонды сможет прийти любой гражданин и купить пай — без открытия кошельков, самостоятельной скупки криптовалюты со всеми сопутствующими рисками. Этим будут заниматься профессиональные трейдеры. Для тех же, кто хочет на свой страх и риск самостоятельно заниматься инвестированием в криптовалюты или хоть в руду на Луне, есть закрытые или интервальные ПИФы, в которых могут принимать участие только квалифицированные инвесторы. Таким образом, обычные гражданы защищены от рисков, связанных с той же высокой волатильностью.

Звучат возражения, что подобное регулирование противоречит самой сути биткоина с его идеей децентрализации. На самом деле здесь происходит подмена понятий: блокчейн никогда не создавался под лозунгом «что хочу, то и ворочу». Сейчас идет нормальный процесс, который проходит любая технология.

Что делать с майнерами?

Минфин не озвучил позицию по майнерам и по тем, у кого уже есть на руках биткоины и другая криптовалюта — а что делать им? Почему они должны идти в те же ПИФы? Или как облагать майнеров налогом, лицензировать их деятельность и так далее? Я бы привел аналогию с добычей драгоценных металлов — золота, серебра, платины. После их добычи, драгметаллы сначала идут на аффинаж (очищение), затем попадают в первичный оборот в банках, где облагаются НДС, затем уже обращаются на биржах, где НДС не облагаются.

С майнингом можно поступить примерно также: лицензировать майнеров, первичное размещение криптовалюты обложить НДС, а дальнейший оборот НДС не облагать. Майнеры смогут легально добывать свой продукт. Сами майнеры, по крайней мере крупные, в этом должны быть заинтересованы, ведь для них главное — продать легально валюту, которая затем будет попадать на биржу, где ее смогут купить квалифицированные инвесторы. Во всяком случае, проще получить лицензию и платить НДС, чем давать повод государству закрыть нелегально работающую ферму, в которую вложено миллионы долларов.

Что делать тем, у кого криптовалюта уже на руках? Вряд ли государство будет заставлять принудительно нести активы в ПИФы, однако тех, кто не станет этого делать, естественным образом вымоет с рынка. Государство не хочет всех причесать под одну гребенку, а хочет дать возможность работать на новом рынке крупным фондам, которых привлекает как раз высокая волатильность — пока спреды можно ловить хоть по пять раз в день.

Каким должен быть следующий шаг?

Криптовалюта — это не монолит, не то, что существует в единственном экземпляре. Криптовалют сегодня больше 700, и каждый день появляются новые проекты. Поэтому следующим шагом должно быть введение градации криптовалют по надежности: финансовые инструменты, технические токены и так называемые stable coins, стабильные валюты. Скорее всего, внутри министерства уже сейчас идут дебаты о том, как именно такая градация должна выглядеть, и надеюсь, что скоро мы услышим мнение Минфина и на эту тему.

Сама по себе градация вряд ли будет сложной. Так, в США есть тест Хауи, разработанный Верховным судом. Тест позволяет определить, подпадает ли тот же токен под определение «ценная бумага». В России тоже можно ввести подобный тест, у нас есть достаточно организаций, которые могут давать подобные заключения. В свою очередь, технических токенов очень много. По большому счету, игровая валюта в Angry Birds или World of Tanks является такими же технической криптовалютой. Но Минфин не предлагает разрешать играть и покупать игровую валюту только квалифицированным инвесторам — об этом речь не идет.

Наконец, stable coins, привязанные к относительно стабильным активам, таким как недвижимость, золото, газ, нефть и другие, очевидно, не так подвержены волатильности. Золото, например, один из самых стабильных продуктов: тот же доллар, который считается символом надежности, за последние 10 лет в два раза обесценился по отношению к золоту. Каждый год в мире добывается примерно одно и то же количество золота, это прогнозируемый с точки зрения цены коммодити, абсолютно всем понятный товар и считается одним из трех самых надежных и эффективных активов для инвестиций. Очевидно, что в данном случае рисков для населения потерять деньги намного меньше. Правда, проектов, предлагающих стабильную криптовлаюту, пока не очень много, и большинство из них как раз привязаны к золоту: GoldMint, Royal Mint Gold, DigixDAO (впрочем, так и не взлетевший), OneGram и другие.

Итак, нужна градация, которая разделит криптовалюту по степени надежности. Cказать, что все виды криптовалют должны покупать и продавать только профессионалы, было бы неверно. Звучат также мнения, что биткоин и так сам по себе слишком дорогой для «обычных» людей, и поэтому ограничения, предложенные Минфином, излишни. Но все почему-то забывают, что биткоин делится на сатоши — 1/100 000 часть биткоина. И сатоши может купить любая бабушка — и любая бабушка может прогореть на волатильности, как и любой другой «обычный» человек.

Криптовалюта как национальная идея

И еще большой вопрос, а нужно ли этим «обычным» людям вступать в криптомир? Ведь по сути, о блокчейне и криптовалюте слышало не так много людей, а разбирающихся в этих вопросах — еще меньше. Поэтому и внимание первых лиц государства к этой теме кажется избыточным на данном этапе, но контекст, в который все это поворачивается, очень правильный. А все криптоанархисты, которые сегодня кричат государству «Руки прочь от биткойна!» — опережают свое время. Лет на 200. Наоборот, очень здорово, что российское правительство заговорило об этом раньше, чем, например, правительство Франции, Англии или той же Индонезии. Мы действительно находимся в арьергарде новой технологии, и если для России нужна новая идея, то почему бы такой идеей не стать блокчейну и крипте? Неспроста ведь криптокоммьюнити процентов на 25 состоит из русскоговорящих.

Россия > Финансы, банки. СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 сентября 2017 > № 2297638 Дмитрий Плущевский


Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 апреля 2017 > № 2138354 Дмитрий Плущевский

Современный ломбард. Почему безналичный расчет выгоден всем?

Дмитрий Плущевский

вице-президент по стратегическому развитию Национального объединения ломбардов

Сегодня на ломбардном рынке существует большой оборот наличных денег

Ломбарды обнаружили, что их используют для обналичивания денег: клиенты закладывают вещи и сразу же выкупают их с помощью кредитных карт. Ломбард за один день займа по закону может брать максимум 0,47%, а комиссия банков за снятие наличных с кредитных карт составляет от 1 до 5% в среднем. Выгода для клиентов ломбардов очевидна. Об этом написала газета «Ведомости». Статья разошлась по многим СМИ и буквально взбудоражила рынок. Выводы, которые сделали эксперты в упомянутой статье, а также мнения, которые мне в последующие дни довелось слышать от разных людей, однозначны: безналичный расчет для ломбардов — зло, поскольку якобы позволяет недобросовестным клиентам легко обналичивать деньги, и с этим нужно срочно бороться.

На самом деле, все с точностью наоборот: внедрение безналичного расчета позволит сделать и финансовый, и технологический рывок всему рынку. Пока же дела обстоят по-другому. На рынке ломбардов зарегистрировано около 8 000 юридических лиц, это 20 000 точек. Согласно консенсус-оценке участников рынка, общий портфель ломбардов составляет примерно 40-45 млрд рублей в год. В год же ломбарды выдают населению 400-500 млрд рублей. Деньги выдаются наличными, что неудобно никому: ломбардам, населению, государству.

Почему это неудобно ломбардам?

С 1 апреля 2017 года до 30 июня 2017 года Центральный Банк установил для ломбардов верхнюю планку полной стоимости кредита в размере 166,232% в год, то есть примерно 0,47% в день (13,663% в месяц). Это много. Правда, средняя ставка ломбардов в крупных городах — 90-100% годовых, а вот небольших населенных пунктах — уже 130% годовых. И первоисточник таких высоких ставок – высокая стоимость фондирования.

Поскольку ломбарды выплачивают только наличными, то они как субъекты предпринимательства фактически не существуют для банков. Банки не хотят связываться с такими организациями, и это понятно: наличный оборот сложно контролировать, он непрозрачный, и банк не может провести качественный скоринг. Поэтому ломбарды вынуждены привлекать инвестиции на выдачу средств населению у ростовщиков — под большие проценты — 40% и выше. Именно поэтому у ломбардов такие высокие проценты займов для населения.

Почему это неудобно для населения?

Кроме крайне высоких ставок (хотя они в разы ниже, чем у МФО), есть чисто бытовые неудобства. По статистике, 50% операций ломбардов — пролонгация залогов. Для того, чтобы эту пролонгацию сделать, заемщик вынужден ехать в ломбард, стоять в очереди, переоформлять займ. И потом, безналичный расчет намного безопасней — по крайней мере, не придется держать при себе иногда довольно крупную сумму денег по дороге домой.

Почему наличные не нравятся регулятору?

Потому что такой рынок контролировать очень сложно. Ломбарды давно вышли из серой зоны, это активно развивающаяся индустрия, причем очень важная для государства, поскольку является рынком финансовой доступности. По сути, это социальная часть финансового сектора. Рынок регулирует ЦБ в лице своего структурного подразделения «Главное управление рынка микрофинансирования и методологии финансовой доступности», и он крайне заинтересован в переводе ломбардов на безналичный расчет. В частности, одна из ближайших инициатив — перевести их на единый план счетов, по аналогии с банками. Все подобные шаги направлены на то, чтобы сделать рынок ломбардов более прозрачным. И именно поэтому ЦБ поддерживает все шаги разработчиков специализированного ПО, платежных систем и так далее, которые помогают двигать рынок в нужном направлении. Но проблема все равно остается.

Почему рынок не переходит на безналичный расчет?

В связи с особенностями российской банковской системы, займы на карту клиента оперативно перевести не всегда получается. С технической стороны ломбарды совершенно спокойно могут перечислять деньги клиентам через банки. Проблема в том, что примерно каждая десятая транзакция на карту приходит с задержкой. Человек приходит в ломбард и хочет получить сразу же деньги за залог. Более того, ломбарды по закону обязаны ему тут же эти деньги выдать. Но российские банки могут задержать перевод денег до трех дней (о чем предупреждают при оформлении карты). Возникают конфликты.

Почему так происходит? Банк-отправитель перечисляет деньги мгновенно. Но банк-эмитент карты может эти peer-to-peer переводы задержать, потому что некоторые банки, особенно маленькие, используют подобные транзакции для пополнения ликвидности в текущий момент (особенно для них это актуально в кризис). Крупные сети ломбардов пробовали решить эту проблему, пытаясь работать с разными провайдерами. Но даже самый крупный банк периодически может задерживать транзакции, причем иногда совершенно неожиданно для ломбарда, который вроде бы уже привык, что этот банк переводит деньги мгновенно. Поэтому в конце концов участники рынка вынуждены были отказаться от выдачи наличных по картам.

Что можно сделать?

На самом деле, сейчас уже нет вопроса перейдет ли ломбардный рынок полностью на безналичный расчет или нет. Вопрос в сроках. Я думаю, что переход случится через 3-6-9 месяцев, в любом случае процесс начнется уже в этом году. Уже есть ряд инициатив, обеспечивающие гарантировано моментальные переводы, и все они поддерживаются не только игроками рынка, но и регулятором.

Во-первых, есть так называемые prepaid-карты, которые выдаются клиентам непосредственно в ломбарде. Счет ломбарда и счет карты находится в пределах одного банка, поэтому платежи поступают мгновенно. Еще до недавнего времени подобный инструмент был недоступен. Скорее всего, именно этот способ и получит наибольшее распространение.

Есть эксперименты сетей ломбардов с начислением электронных денег на электронные кошельки. Но с учетом того, что проникновение электронных денег в сегмент пользователей ломбардными услугами очень незначительно (основные заемщики — социально незащищенная часть населения), то для заемщика подобные инструменты неудобны. Банковскими же картами научились пользоваться, кажется, уже все.

Есть еще третий вариант, который станет доступен в России в будущем, возможно — уже в следующем году. Мировая практика движется в сторону диджитализации всех процессов. В мире можно найти кейсы, когда заемщик просто фотографирует залог, загружает фотографию на биржу, получает online-предложения от разных ломбардов, выбирает устраивающее, и ломбард отправляет к нему специальную курьерскую службу для совершения сделки.

Как только рынок ломбардов России перейдет на безналичный расчет, у нас тоже появятся подобные услуги. Они станут особенно востребованы среди того самого Поколения Z, которое сейчас начинает активную жизнь с точки зрения потребления.

Как изменится рынок с переходом на безналичный расчет?

Первый вопрос, который возникает у всех (и в первую очередь у представителей регулятора): не пострадает ли население при введении безналичного расчета. Ответ однозначный – не пострадает. Клиенты получат специализированные карты, на которые и смогут принимать деньги от ломбардов или рассчитываться с ними, например, с помощью POS-терминалов.

В свою очередь, государство получит дополнительную прозрачность рынка, а ломбарды — creditability. Если сейчас они кредитуются в среднем под 40% годовых, то теперь они смогут брать кредиты не у ростовщиков, а у банков не дороже 20% годовых. Ломбарды станут полноценным бизнесом, который можно продать или купить, рынок начнет консолидироваться и развиваться быстрее.

При этом выгода, которую получат игроки рынка при получении доступа к более дешевым кредитам, далеко не вся пойдет им в карман: из-за крайне высокой конкуренции ломбарды снизят стоимость займов для населения на те же 20 процентных пунктов. Сейчас клиенты берут займы примерно на 400 млрд рублей в год под 100% годовых, то есть выплачивают 40 млрд только процентами. Снижение ставки на 20 процентных пунктов позволит сэкономить 8-10 млрд рублей. С учетом того, что в год услугами ломбардов пользуется примерно 8 млн россиян, то каждый из них сэкономит по 1 000 рублей. Да, в среднем экономия кажется не такой большой, но это средние цифры, для разных людей она может быть разной. Но и дополнительная 1 000 рублей для социально незащищенной категории населения точно не будет лишней. А решение проблемы обналичивания денег, о которой говорилось в статье «Ведомостей», давно найдено: любой ломбард может установить как минимальный срок займа, так и собственные тарифы на снятие безналичных средств, так что обналичивание через ломбарды окажется дороже, чем через банки.

Поэтому внедрение безналичного расчета позволит сделать рынку серьезный рывок в развитии, обеспечит его прозрачность, регулятору будет проще его контролировать, а клиентам – удобнее и безопаснее пользоваться его услугами.

Россия > Финансы, банки > forbes.ru, 12 апреля 2017 > № 2138354 Дмитрий Плущевский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter