Всего новостей: 2528923, выбрано 2 за 0.303 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Ясин Евгений в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыНефть, газ, угольФинансы, банкивсе
Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 июня 2015 > № 1416810 Евгений Ясин

Евгений Ясин: «Эльвира Набиуллина справляется со своей работой хорошо»

Экс-министр экономики России и научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин о том, как он оценивает итоги двухлетней работы главы Центробанка и когда закончится экономический кризис. // Владислав Лейбов, Bankir.Ru

Экс-министр экономики России и научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин

- Евгений Григорьевич, исполнилось два года работы Эльвиры Набиуллиной на должности главы Центробанка. Оценки ее работе на этом посту даются прямо противоположные. Например, часть экспертов хвалит ее за решительность, а остальные, наоборот, – ругают. А каково ваше мнение о ее работе?

- Эльвира Набиуллина на этом посту работает даже успешнее, чем она работала на предыдущих должностях. Я ее давно знаю, она моя ученица еще по Московскому государственному университету. Потом мы с ней вместе работали. Она пришла к нам в Экспертный институт Российского союза промышленников и предпринимателей, когда председателем был Аркадий Вольский. Мы там 2 года уже при новой власти работали, пытались подводить итоги, делать выводы из того, что произошло в России.

Затем она ушла, стала работать в министерстве экономики, и через какое-то время туда пришел я. Вот такое получилось стечение обстоятельств. Прошло время, меня перестали приглашать на работу в государственные органы власти. Я стал работать в Высшей школе экономики, а Эльвира продолжала работу на государственной службе. Она была заместителем министра экономического развития у Германа Грефа, а потом и сама стала министром. Например, они разработали большую программу приватизации, которая была предложена перед кризисом 2008 года.

Если говорить о личных качествах Эльвиры Сахипзадовны, то хотел бы отметить ее инициативность и ее верность идеям, с которыми мы когда-то вместе начинали работу.

Когда президентом снова стал Владимир Путин, она после работы его помощником получила назначение на пост председателя Центрального банка. Я могу сказать, что у меня не было особых ожиданий от работы Эльвиры на этом посту. Если бы дела в экономике развивались так же, как они шли до этого, когда был большой приток валюты в страну от продажи дорогих энергоресурсов, вряд ли бы ей пришлось проводить серьезные реформы.

Мы как экономисты могли напоминать, что все время дорожать природные ресурсы не будут. Но попробуйте в условиях высоких цен на продукты нашего экспорта отказаться от простых способов решать проблемы в экономике!

Потом настал момент, когда нефть стала дешеветь. Именно в это время Эльвира Сахипзадовна оказалась на одном из самых высоких государственных постов.

- И тяжелых постов?

- Да, особенно в такое время, которое наступило сейчас. Думаю, из всех мер, которые она предприняла, на первое место можно поставить переход к плавающему курсу рубля. Хотя этот переход, конечно, можно было сделать гораздо раньше.

- В более спокойное время?

- Да, в более спокойной обстановке. У этого шага ведь были и отрицательные моменты. Конечно, рублевые интервенции в спокойной обстановке позволяли решать определенные проблемы. Но вообще-то это не самое лучшее решение. В мировой банковской системе при рыночной экономике важно не просто заниматься интервенциями, но и иметь плавающий курс национальной валюты. Эта мера имеет и свои минусы, но все же лучше, когда само движение курса национальной валюты по отношению к другим валютам определяется рынком.

Я – убежденный рыночник. И вовсе не потому, что я им родился. Я ведь прожил большую часть своей жизни в СССР при плановой экономике.

- Это был тупиковый путь?

- Тогда плановая экономика была абсолютным тупиком. Но если у вас рыночная система, то вы в этой системе, сообразуясь с ее правилами, вводите и применяете плавающий курс рубля, и он регулируется сам. И тогда через какое-то время масштаб волатильности валюты оказывается меньше. Вы в случае плавающего курса национальной валюты будете прибегать к интервенциям гораздо реже, чем тогда, когда вы регулируете курс только валютными интервенциями.

В общем, переход к плавающему курсу рубля – это шаг, от которого Россия воздерживалась много лет. Трудно сказать, не хватало ли нам на это смелости, или не было разрешения руководства страны.

Эльвира Набиуллина это сделала. Сразу поднялся большой шум. Ее обвиняли в том, что началось резкое падение курса рубля. Вы помните, что было в декабре 2014 года – просто обвал курса нашей валюты. А ведь поддерживать курс рубля входит в зону ответственности Центробанка.

Правда, плавающий курс был введен раньше, в ноябре, и тогда обошлось без серьезных потрясений. И это было даже немного раньше, чем планировали.

- Да, официально с начала 2015 года планировали перейти к плавающему курсу рубля.

- А тут оказалось, что глава Центробанка виновата сразу во всех проблемах. А ведь это решение надо было принять гораздо раньше!

- Это была вынужденная мера?

- Что раньше срока? Да, вынужденная. В том смысле, что рано или поздно это пришлось бы сделать. Как я уже говорил, при плавающем курсе волатильность колебаний со временем будет ниже, и люди по-другому будут себя вести. А когда сложилась тяжелая ситуация на валютном рынке, раздавались голоса многих несогласных с политикой Центробанка. Говорили, что сейчас невозможно делать решительные шаги, давайте еще подождем. Но руководство Центробанка ждать не стало. Это был тяжелый момент. Люди, которые не принимали Набиуллину, хотели отстранить ее от работы, поставить на должности руководства регулятора других специалистов.

- Которые сразу решат все вопросы за пару недель, судя по их обещаниям в прессе – быстро, просто и легко?

- Это все ерунда. Так не бывает.

Решение о переходе к плавающему курсу рубля было принято, и решение это исключительно важное. С моей точки зрения, переход к плавающему курсу рубля в ноябре 2014 года это был большой шаг в развитии российской рыночной экономики.

А потом нужно было подтверждать свою уверенность, что это правильный путь. Ведь одно принятие решения не решило проблему. Была паника. Рубль падал. Что нужно было делать в это время? С учетом опыта других стран – повысить ключевую ставку Центробанка.

Конечно, в будущем эта ставка снизится до 2–3%, как во всем мире. Но пока мы не можем на это пойти. И ставку подняли в декабре до 17% годовых. Небольшие повышения ставки ранее на ситуацию не повлияли, пришлось прибегнуть к более решительным мерам. Нужно было решаться. Когда вы находитесь на таких постах и случается проблемная ситуация, то нужно принимать решения, которые вытекают из мирового опыта и которые могут быть более опасными. Тогда подняли ключевую ставку.

Вместе эти два шага привели к радикальным изменениям. Рубль перестал падать. Через некоторое время рубль даже серьезно укрепился. И если его крайняя точка при падении доходила до 70 рублей за доллар, то сейчас рубль колеблется в районе 55 рублей за доллар, а доходил и до 50 рублей.

Я лично считаю, что в карьере Набиуллиной это был один из самых ярких моментов. Когда принимаются важные решения, важно делать не то, что кому-то понравится или не понравится, а важно добиться долгосрочных результатов.

Сейчас говорят: «Но рубль-то опять стал падать». Конечно, ведь кризис-то не кончился! И еще нужно предпринимать усилия. Боюсь, как бы команда Центробанка не сдалась. Вот недавно ключевую ставку снизили до 11,5%. Они сделали то, что от них все ожидали, в первую очередь – руководство страны. Но позитивного результата это не даст. Российская экономика не поднимается, она не перешла в фазу подъема. Да, мы избавились от валютного кризиса, но нас уже ждут следующие проблемы. Как дальше поведет себя, какие решения будет принимать Эльвира Сахипзадовна, пойдут ли дела успешно – сказать трудно. Но я хотел бы подчеркнуть, что то, как будет развиваться ситуация в российской экономике, решает не только Центральный банк.

Обратите внимание, что когда возникают кризисные ситуации, то их нельзя разрешить быстро. Если даже будут приняты верные решения, это не означает, что прямо завтра ситуация станет лучше. Решение проблем экономики – очень тяжелый процесс.

Очень важно об этом и говорить, и писать. Мы сегодня находимся в сложной ситуации. Эта ситуация начала формироваться еще в 2003 году, но тогда был рост цен на нефть и газ, поэтому кризисные явления не были столь заметны. Важная наша проблема, что у нас бюрократия, к сожалению, одержала верх над бизнесом.

- Подскажите, вторая большая проблема после валютного кризиса – это зачистка банковской системы от банков, нарушающих антиотмывочное законодательство, и от банков-банкротов с крайне низким качеством активов. Такие банки ранее держались на плаву фактически за счет обмана Центробанка, фальсификации финансовой отчетности.

- Я думаю, Эльвира Набиуллина согласилась идти на работу в Центробанк в том числе и для того, чтобы очистить нашу банковскую систему. Проблема в том, что современная банковская система родилась в России только в начале девяностых годов. До этого у нас были не банки в их рыночном смысле. Это были, по сути, еще советские банки, которые работали совершенно по-другому. Раньше банки были инструментами планового ведения хозяйства, слежения за денежными потоками, но это не были банки в современном смысле этого слова.

Я думаю, Набиуллина закрывает те банки, которые этого заслуживают. По моим оценкам, у нас сейчас примерно 300 банков, которые играют на рынке позитивную роль.

Конечно, процесс расчистки банковской системы от слабых банков можно было проводить не так быстро, но эту работу нужно было сделать.

Вообще говорить, что у нас уже закончены рыночные реформы – это неправильно. Нам предстоит еще много строить, многое создать. Но та обстановка, которая сложилась в России – огромное влияние высших слоев бюрократии и постоянный рост цен на нефть, позволила отложить на время налаживание эффективной, высококачественной работы, в том числе и банковской системы страны. Теперь же мы вынуждены решать и эти проблемы.

Эльвира Набиуллина пришла к уверенности, что чистку банковской системы, закрытие проблемных банков-однодневок или банков, которые обслуживали только своих владельцев с нарушением законодательства, нужно сделать. И она занялась решением этой проблемы. Но я бы не сказал, что это ее главное дело. Возможно, она не планировала делать это столь быстро.

- Вы считаете, что ее сама жизнь заставила этим заняться?

- Да. И было найдено правильное профессиональное решение. На самом деле даже не важно, как эти решения оценят сегодня. Важно, чтобы они имели долговременные и позитивные последствия для банковской системы страны. И когда будут потом изучать историю развития банковской системы России, историки вспомнят и эти непростые дни.

- В целом какой оценки заслуживает Эльвира Набиуллина в должности главы Центробанка?

- Как минимум твердая четверка. Возможно, даже четверка с плюсом. Конечно, не все у нее получалось идеально. Ну, так ведь многие вещи и зависят не только от руководителя Центробанка. При прошлой команде многие решения, которые нужно было принимать, оттягивались, проблемы загонялись вглубь. В результате Набиуллиной пришлось в том числе разбираться с проблемами, которые накопились за время работы ее предшественников.

- Давайте немного поговорим о ходе экономического кризиса. Кто-то говорит, что дно кризиса уже пройдено, кто-то – что самое худшее еще ждет нас впереди. Оптимисты считают, что кризиса в России вообще не было. Как, по вашему мнению, насколько долго еще будет длиться экономический кризис?

- Очень сложно сказать. Думаю, этот процесс идет в несколько фаз. Первая – валютный кризис. Его мы уже пережили. Могут быть еще возвратные явления, но в целом мы пережили валютный кризис, хоть и тяжело. Вторая фаза – кризис реальной экономики. Он сейчас начинается.

- В разгаре?

- Не могу сказать. Пока им затронуто еще сравнительно небольшое число предприятий. Им предстоит решать проблему с расчетом по банковским долгам, повышением качества активов, повышением производительности труда. И бизнесмены только приступили к решению этих и многих других проблем. Сейчас мы наблюдаем, что разгорается кризис реальной экономики.

А дальше есть еще третья проблема. Возможно, самая сложная. Это проблема недостатка инвестиций. Ситуация такова, что бизнесмены не вкладывают деньги в развитие.

За 2013 год из России выведено более $60 млрд., за 2014 год – $151 млрд., с начала 2015 года – уже $110 млрд. О чем это говорит? У нас кризис доверия. Для роста инвестиций, без которых не будет роста экономики, нужно изменить ситуацию в плане инвестиционного климата.

Это самая важная точка, которая может обозначить перелом хода кризиса. Экономика сама по себе без роста инвестиций из кризиса не выйдет.

Вот сколько всего нам предстоит сделать. Как долго продлится кризис? Этот вопрос зависит не только от желаний экономистов, банкиров и бизнесменов. Это вопрос и политический, и правовой. Без продолжения реформ ничего не удастся сделать.

- Вы считаете, что нужно продолжать структурные реформы экономики, реформировать государственные институты? После этого и бизнесу будет легче работать и в целом экономика будет расти?

- Да, но нужно и проводить другую политику. Очень важно, чтобы в стране главным был закон, а не решения чиновников. Мы пока этого не сделали.

Россия > Финансы, банки > bankir.ru, 26 июня 2015 > № 1416810 Евгений Ясин


Россия > Финансы, банки > itogi.ru, 27 июня 2011 > № 364686 Евгений Ясин

Закон притяжения денег

«Месторасположение финансового центра значения не имеет. Главное — создать обстановку, при которой в Россию тянулись бы финансисты»

На прошедшем недавно Петербургском международном экономическом форуме власти вновь вспомнили о проекте международного финансового центра (МФЦ). На этот раз вопрос зашел о его территориальном расположении: строить МФЦ в центре Москвы или вынести его за МКАД. Между тем для меня остается загадкой: зачем идею перевода чиновников за Московскую кольцевую автодорогу «скрестили» с проектом МФЦ? Учитывая современные информационные технологии, конкретное месторасположение финансового центра значения не имеет. Может ли он в принципе появиться в нашей стране при текущих условиях — вот на этот вопрос надо искать ответы.

Прежде всего я не думаю, что мы его создадим благодаря указаниям сверху. Такие финансовые образования обычно не возникают по инициативе правительств. Становление МФЦ — это результат исторически сформировавшейся особой культуры, а она складывается там, куда тянутся люди, которые хотят торговать ценными бумагами и следить за этим процессом. Под их запросы самостоятельно возникает необходимая инфраструктура, там оседают адвокатские и банковские конторы и прочие фининституты. Не случайно лондонский Сити расположился много лет назад именно в центре города, удобном для встреч различных финансовых агентов.

Мои знакомые финансисты сказали, что самые крупные финансовые площадки в мире были созданы в зоне прецедентного права: в Англии, Америке, Гонконге. Почему так? Обстановка прецедентного права гораздо более благоприятна для этой среды, она вызывает большее доверие у инвесторов, чем континентальное право. Поэтому ни Франция, ни Германия, которые, несомненно, являются сильными экономическими державами, не имеют таких солидных и известных международных финансовых площадок. В этих странах законы стараются охватить все возможные ситуации, судья же пытается подвести свой вердикт под существующую статью, а не принимать решение, исходя из текущей ситуации и своей ответственности.

В России все иначе. Один англичанин из лондонского Сити сказал русскому бизнесмену: «У вас не прецедентное, не континентальное — у вас толковательное право. Вы можете любой закон толковать в любую сторону». Какой при такой практике можно построить финансовый центр? Ответ: никакой! Сначала необходимо создать нормальное правовое государство, чтобы в нем не сидело по тюрьмам сто с лишним тысяч предпринимателей по каким-то нелепым обвинениям, а уже потом замахиваться на более масштабные проекты. Ведь, говоря словами Маяковского: «В коммунизм из книжки верят средне. «Мало ли что можно в книжке намолоть!»

Если это учесть, тогда будет совсем другое дело. Если мы захотим создать такой центр в Москве, необходимо сделать нашу страну привлекательной. А в привлекательной России формировать привлекательную для инвесторов обстановку. Именно по такому пути развивались мировые финансовые площадки.

Пока что у нас нет главного — исторически сформировавшейся особой культуры, необходимой для создания МФЦ. На ее взращивание требуется немало времени.

В чем я разделяю идею президента Дмитрия Медведева — так это в том, что действительно хорошо было бы иметь в Москве такой МФЦ, хотя бы региональный (для СНГ или Восточной Европы). Но нужно на эту тему не разговаривать, не лозунгами бросаться, а дело делать. Бизнес не любит шума, деньги должны делаться в тишине. Совершенно не обязательно начинать с громкой рекламы и звонких речей. Достаточно создать такую обстановку, при которой в Россию тянулись бы деньги. А пока что они, наоборот, бегут в другие страны. За первые 4 месяца этого года уже утекло порядка 30 миллиардов долларов.

Евгений Ясин

на­уч­ный ру­ко­во­ди­тель НИУ «Выс­шая шко­ла эко­но­ми­ки»

Россия > Финансы, банки > itogi.ru, 27 июня 2011 > № 364686 Евгений Ясин


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter