Всего новостей: 2524987, выбрано 2 за 0.006 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Подольский Борис в отраслях: ХимпромСМИ, ИТвсе
Подольский Борис в отраслях: ХимпромСМИ, ИТвсе
Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > rusnano.com, 12 апреля 2017 > № 2203284 Борис Подольский

Идеальной оценки не существует. Интервью Бориса Подольского об инвестиционном климате в стране и политике развития РОСНАНО.

Вложение средств требует от инвестора тщательного анализа ситуации на рынке.

Автор: Жанна Раевская

Об инвестиционном климате в стране и политике развития компании в интервью с Борисом Подольским, заместителем председателя правления — исполнительным директором УК «РОСНАНО»

— Борис Геннадьевич, РОСНАНО — это не только инвестиционный фонд, но и государственная структура, наделенная функциями института развития. Государство, оценивая эффективность группы, исходит из тех же критериев, что и инвесторы, которые вкладывают деньги в ваши фонды?

— Да, у нас есть инвестиционный мандат от государства, есть новый сектор экономики, который мы должны были создать (и создали) и развивать. Именно в рамках этого сектора мы и можем инвестировать. Но помимо этого мы должны выполнять целый ряд задач, которые ставятся разными ведомствами и правительством в целом. Это и социальные функции — создание высококвалифицированных рабочих мест, поддержка технологических предпринимателей, импортозамещение, образование и подготовка кадров, метрология, стандартизация. И когда мы говорим «оценка государства», надо понимать, что оценок этих не одна и не две, а достаточно много. Соответственно и критериев не меньше. У профильных министерств свои сферы ответственности: кто-то отвечает за экономический рост, кто-то — за модернизацию промышленности, кто-то — за рабочие места или здоровье граждан. Но даже когда дело доходит до оценки чисто финансовых результатов, нередко приходится сталкиваться с непониманием специфики работы инвестиционных фондов, особенно фондов прямых инвестиций. Коллеги из Минэкономразвития стараются помогать в меру своих сил, но государственный институт развития иногда чувствует себя между Сциллой и Харибдой. С одной стороны, ты понимаешь, что надо находить проекты и в них инвестировать. А с другой стороны, может прийти внушительный контролер, дернуть тебя за руку и спросить, а в этом проекте прибыль у тебя где? Вот эти десять, с ними все в порядке, мы их в сторонку отложим, к ним претензий нет. А вот с этим давайте разбираться — куда деньги государственные пошли, почему прибыли нет? И в отсутствие какой-то реальной, четко описанной и понятной базы, в отсутствие понятия оценки эффективности всего фонда, а не каждого отдельного проекта этого фонда разговора на одном языке не получается.

— Какие методы оценки инновационных компаний использует РОСНАНО? Как вы оцениваете компании, в которые собираетесь инвестировать?

— Говорить о наличии единственно правильной, «волшебной формулы», которая нами или кем бы то ни было используется для оценки стоимости инновационных компаний, наверное, не совсем корректно. Такой формулы попросту нет. Все зависит от значительного числа факторов — стадии, на которой находится сама компания, наличия в отрасли сопоставимых конкурентов или производителей аналогичной продукции, сектора, в котором компания работает, степени уникальности продукта, который компания выпускает или разрабатывает. Перечислять можно долго. Существует несколько общепринятых методик — в частности, можно назвать такие, как оценка чистой приведенной стоимости или оценка с помощью рыночных мультипликаторов. Для компаний, которые находятся на ранних этапах своего развития, когда нет не только выручки, но иногда даже и рынка для будущего продукта, используются специальные методы оценки для венчурных бизнесов, например параметры последнего раунда привлеченного финансирования.

Если компания на рынке не уникальна, используются методы сопоставимых компаний, компаний-аналогов. Нередко используются различные методы финансового моделирования. В зависимости от ситуации мы используем какой-то из этих инструментов либо их комбинацию. Однако надо понимать, что каждый из этих приемов среди прочего базируется на определенных предпосылках, прогнозах и предположениях — входных параметрах. Это и макропараметры — например, прогноз динамики валютных курсов или инвестиционный спрос в экономике, и отраслевые прогнозы, и предположения относительно наличия спроса на конкретный продукт в стране или за ее пределами. И в этой ситуации очевидно, что погрешность оценок может быть весьма существенной. Достаточно взглянуть на аналитиков, пытающихся предсказать динамику нефтяных цен хотя бы на год вперед, чтобы понять, насколько зыбкая почва лежит даже под самыми изощренными математическими моделями.

— В других странах такая же проблема?

— Проблемы точности финансовой оценки везде одинаковы. Конечно, в зависимости от стадии развития конкретного рынка, его насыщенности, стабильности экономики и в конце концов опыта конкретного инвестора точность оценки может существенно различаться. На рынках с большим количеством торгуемых на бирже компаний можно, например, использовать уровень биржевых котировок в качестве индикаторов стоимости. Эксперты РОСНАНО всегда смотрят, как торгуются акции анализируемой компании, сколько было раундов финансирования, как они проходили, как оценивали компанию предшествующие инвесторы — те, которые входили в капитал компании до нас. К России эта история не всегда применима. Котирующихся на бирже инновационных компаний очень мало, и оценку по биржевым котировкам мы тоже, получается, не можем использовать.

Лучшие инвестиционные решения всегда базируются на большом количестве разных факторов. Среди них финансовый анализ и инвестиционная оценка, которые, в свою очередь, конечно, важны, но точно не являются единственными критериями для принятия решения. Опыт инвестора, знание и понимание перспектив конкретных технологий и динамики рынков, наконец, интуиция также крайне важны.

— Вы сейчас решаете задачу по привлечению рыночных инвесторов. А как вы оцениваете результаты деятельности РОСНАНО и как инвесторы оценивают вас как управляющую компанию?

— Ключевая вещь, которую нужно показать инвесторам, — это так называемый track-record (трэк-рэкорд), или история успеха управляющей компании. Инвесторы оценивают конкретную команду, которой доверяют свои средства в управление, а также количество и качество уже проинвестированных, или «закрытых», фондов. При этом, пожалуй, самым значимым показателем для оценки является критерий «деньги к деньгам». Сколько на вложенные инвестором деньги компания денег вернула, или доходность инвестиции. В фонде, как правило, есть много инвес­тиций в разные проекты. Это во многом зависит и от объема фонда, и от его инвестиционного мандата — в разных фондах по-разному. Помимо количества проектов, конечно, важную роль играет их инвестиционное качество. Есть проекты, которые приносят среднюю рыночную доходность, которая может быть сопоставима с другими существующими рыночными инструментами. Есть проекты, которые проваливаются. Но, если повезет, есть и так называемые «единороги». Это звездные проекты, которые приносят норму доходности существенно выше рынка. При этом фонд всегда оценивают по всему портфелю проектов, причем в оценке фонда важно учитывать, когда он формировался. Для сопоставления различных фондов между собой или сравнения с инвестиционным рынком в целом также используется понятие так называемого «винтажного года». Например, созданный в 2009 году портфель инвестиционного фонда сравнивается с инвестициями другого фонда того же винтажного года или в целом с показателями рынка. Соответственно после выхода из всех проектов ты сравниваешь свой фонд с сопоставимым и смотришь, какую доходность они показали инвесторам. Либо сравниваешь с тем или иным фондовым индексом — какую он продемонстрировал динамику за эти годы. Посмотрите, например, как изменился индекс РТС с 2011 года — мы тогда активно входили в проекты. Так вот, например, сейчас те, кто вложился в индексный фонд, привязанный к РТС, в минусе за этот период на 40–50%.

— РОСНАНО не первый год на рынке. Как меняется оценочная стоимость ваших портфельных компаний?

— На начальном этапе инвестиции, как правило, оценивают в размере оригинальных расходов на конкретный проект. А по истечении, например, года уже применяют метод инвестиционной оценки, чтобы получить так называемую «справедливую стоимость». В зависимости от характеристик конкретного проекта (инвестиции) эта оценка может колебаться в течение срока инвестиции и может как расти, так и снижаться по отношению к оригинальным затратам.

Возьмем в качестве примера один из наших проектов — «Монокристалл». В 2012 году этот проект был одним из «громких» убыточных проектов. Компания была на грани полной потери инвестиционной стоимости, но потом восстановилась. Сейчас она является одним из лидеров на мировом рынке искусственных сапфиров, которые используются в светодиодах и оборудовании для солнечной энергетики, а также в производстве смартфонов, планшетов и «умных» часов, для стекол, камер и сенсоров отпечатков пальцев. Доля «Монокристалла» на мировом рынке сапфиров для светодиодов — более 25%. Экспорт идет в два десятка стран.

Другой пример — компания «Хевел», наше совместное предприятие с «Реновой». Это проект, в рамках которого совместные действия инвесторов и менеджмента позволили выправить компанию, которая поначалу тоже выглядела далеко не блестяще. Был найден адекватный ответ на вызовы рынка, предложена новая стратегия, которая позволила выйти компании на безубыточность. Если раньше мы производили только солнечные панели, то теперь мы строим и продаем солнечные электростанции, дизель-солнечные гибридные системы, востребованные в отдаленных, не подключенных к сетям районах. Мы уже не сомневаемся, что из этого проекта мы также выйдем с положительным результатом.

Но бывают и ситуации, когда приходится принимать болезненные решения, списывать в убыток целые проекты.

— Получается, что РОСНАНО не просто дает деньги портфельным компаниям, но и помогает с выработкой и реализацией стратегии?

— Да, особенностью фондов прямых инвестиций является не просто вхождение в актив и последующий выход с прибылью, а именно активное учас­тие в управлении бизнесом и создании стоимости за счет внедрения новых стандартов управления, повышения операционной эффективности. В нашем случае мы также помогаем своим портфельным компаниям находить правильную маркетинговую стратегию, включая продажи, и даже формировать рынок. Еще РОСНАНО помогает портфельным компаниям получать различные инструменты государственной поддержки и находить партнеров среди компаний с государственным участием. Взять наш проект «Метаклэй», где был продукт, при производстве которого использовалась очень перспективная технология. Но они долгое время не могли масштабировать бизнес и занять достойную нишу на рынке. При нашей поддержке было найдено уникальное применение продукции в проектах «Газпрома», удалось вытеснить иностранных конкурентов. Сейчас продукция «Метаклэй» применяется в качестве изоляции в трубах большого диаметра. Компания стала неплохо зарабатывать, и недавно мы вышли из проекта с хорошей доходностью.

— Вы постоянно подчеркиваете, что РОСНАНО нужно оценивать как инвестиционный фонд. Если посмотреть с этой точки зрения, какую доходность показывают венчурные фонды на Западе?

— Насколько я помню, в принципе зарабатывают деньги около 20% фондов. То есть можно предположить, что соответственно 80% их теряют. Вопрос в том, сколько зарабатывают эти счастливые 20%. Это зависит от многих факторов. Для успешных венчурных фондов есть отдельные годы, когда наб­людается бум технологических компаний, когда надуваются пузыри и все удачно складывается. Вот тогда венчурные фонды показывают и 20, и 30, и даже 40%. Такие примеры можно найти. Но это скорее исключения. В среднем по рынку, конечно, доходность намного ниже — примерно от 10 до 15%.

Россия > Химпром. Приватизация, инвестиции. Госбюджет, налоги, цены > rusnano.com, 12 апреля 2017 > № 2203284 Борис Подольский


Россия. Весь мир > Химпром. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 27 декабря 2016 > № 2021909 Борис Подольский

В РОСНАНО заявили, что санкции не мешают компании работать с партнерами.

Санкции Запада в отношении России не мешают РОСНАНО взаимодействовать с европейскими и американскими партнерами, более того — они открывают «окно возможностей» на Восток, где компания активно ведет переговоры и надеется в ближайшее время создать несколько совместных фондов, рассказал в интервью РИА Новости исполнительный директор РОСНАНО Борис Подольский.

На сегодняшний день УК «РОСНАНО» привлекла в новые инвестиционные фонды под соуправлением 16,45 миллиарда рублей, общая задача – привлечь в фонды 150 миллиардов рублей до 2020 года.

«Мы исходим из того, что задача по привлечению 150 миллиардов рублей до 2020 года будет выполнена. Понятно, что с того момента, как мы брали на себя эти обязательства, до текущего дня произошло много разных событий, включая введение санкций в отношении России. Да, они нам не очень помогают, и мы, возможно, будем еще раз смотреть на эти цели, но пока намерены их выполнять», — заявил Подольский.

По его словам, в настоящее время РОСНАНО активно ищет партнеров для новых фондов. «Я думаю, что в первой половине 2017 года мы объявим о создании двух новых фондов и подпишем юридически обязывающие документы», — заявил он, уточнив, что компания ведет переговоры как с российскими, так и с иностранными партнерами. Среди возможных зарубежных инвесторов Китай и Ближний Восток, добавил он.

Санкции и «самоцензура»

Подольский в вопросе санкций выделяет две составляющие: санкции прямого действия и так называемую «самоцензуру». Санкции прямого действия практически не затронули компанию, тогда как опасения иногда вынуждали потенциальных партнеров вести себя более осторожно.

«Я не припомню случая, когда бы из-за прямых ограничений, прописанных ЕС и США, мы не смогли что-либо реализовать», — отмечает он.

В то же время «те, кто раньше были готовы вести активные переговоры, сейчас занимают гораздо более осторожную позицию». «Взвешивая все риски и не понимая, к чему может привести создание совместного фонда, они предпочитают вести себя более осторожно», — говорит Подольский.

Собеседник агентства напомнил, что РОСНАНО долгое время сотрудничала с Европейским банком реконструкции и развития, было подписано большое количество документов. «После введения санкций Евросоюзом этот банк прекратил новые инвестиции в России и некоторые из предыдущих наших договоренностей были пересмотрены», — отмечает он.

Америка — Европа

Подольский рассказал, что в настоящее время компания реализует совместные инвестпроекты в ряде европейских стран: Нидерландах, Франции, Финляндии, Великобритании, Германия.

«На нас в течение этого года выходили европейские венчурные компании и фонды, которые искали средства для создания отдельных фондов. У нас, к сожалению, немного другой мандат, мы не против участия в таких фондах, но нам необходимо, чтобы наша управляющая компания присутствовала в управлении фондом», — отметил он.

«Поэтому на данный момент, насколько мне известно, мы не ведем активных переговоров с кем-то из европейских партнеров о создании совместных фондов», — пояснил собеседник агентства.

Что касается США, РОСНАНО работает в стране на базе дочерней компании. «В США мы пытались на протяжении достаточно продолжительного периода времени организовать фонд с внешними инвесторами… В какой-то момент времени мы решили поменять стратегию и стали пытаться привлечь средства в фонд на базе активов РОСНАНО», — рассказал Подольский.

«К сожалению, по ряду сложностей странового характера этот проект нам тоже реализовать не удалось», — посетовал он. «С одной стороны, у нас есть очень большая наработанная база контактов в США, но, с другой стороны, предъявить что-то конкретное, что удалось бы реализовать, мы не можем. У нас есть ряд инвестиций в стартапы, но это инвестиции в отдельные компании, а не в фонды», — пояснил Подольский.

Исполнительный директор РОСНАНО отметил, что дочерняя компания продолжит работать в США, однако менеджмент корпорации будет критически подходить к масштабам активности в этой стране, принимая решения исходя из коммерческой привлекательности проектов.

«Окно» на Восток

Одновременно санкции Запада в отношении России открыли окно возможностей на Восток, полагает топ-менеджер.

В октябре председатель правления УК «РОСНАНО» Анатолий Чубайс заявлял, что Россия передала Японии предложения по сотрудничеству в области нанотехнологий.

«Мы хотели бы с потенциальными японскими партнерами создать несколько фондов с фокусом на нанотехнологии. Эти проекты могут быть как в России, так и в Японии. Заинтересованность есть и с той, и с другой стороны. Но японские партнеры будут работать, только если поймут, что они вкладывают в проект, имеющий коммерческий потенциал», — пояснил РИА Новости Подольский.

Он отметил, что на российско-японской межправкомиссии в ноябре обсуждалась концепция совместного фонда с РОСНАНО, в том числе участие в нем JBIC или иного японского институционального инвестора. «Наша идея — привлечь институционального инвестора, и банк JBIC в этом сегменте профильный. Мы также общаемся с большим спектром технологических компаний, например, мы разговаривали с Mitzui, но все это пока предварительные договоренности», — сказал Подольский.

«Я думаю, что 100 миллионов долларов — это комфортный объем для договоренности, лучше начать работать с фондом небольшого размера», — добавил он.

И космос по плечу

РОСНАНО планирует развивать и инвестиций в сфере космических технологий. Так, в октябре компания и индонезийская инфраструктурная компания с государственной поддержкой PT Wijaya Infrastruktur Indonesia подписали соглашение о создании международного аэрокосмического фонда прямых инвестиций (IASF) и уже ищет партнеров.

«Мы подписали меморандум о намерениях, конкретных договоренностей нет. РОСНАНО занимается активным поиском партнеров в странах АТР, Индонезия прорабатывалась в рамках данного направления. Нашей идеей по созданию аэрокосмического фонда первыми заинтересовались именно партнеры из этой страны», — рассказал Подольский, добавив, что переговоры идут также с Южной Кореей, Малайзией и другими странами АСЕАН.

«На данный момент очерчен круг инвестиционно привлекательных проектов для фонда, направленных на коммерциализацию разработок российских компаний в аэрокосмической отрасли. Проекты проходят предварительные экспертизы, по результатам которых и будет определен итоговый портфель фонда», — пояснил он.

Что касается сферы экологии, то компания рассматривает проект в области солнечной энергетики, также интересуется направлением cleantech (чистых технологий по энергоэффективности и ресурсосбережению), в том числе в ветряной энергетике.

Кроме того РОСНАНО обсуждает с коллегами из «Ростеха» технологии мусоропереработки для производства электроэнергии. «Мы обсуждаем возможные формы взаимодействия», — заключил Подольский.

Россия. Весь мир > Химпром. Внешэкономсвязи, политика > rusnano.com, 27 декабря 2016 > № 2021909 Борис Подольский


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter