Всего новостей: 2527474, выбрано 792 за 0.225 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Персоны, топ-лист СМИ, ИТ: Швыдкой Михаил (120)Петровская Ирина (96)Путин Владимир (72)Малюкова Лариса (71)Быков Дмитрий (61)Мозговой Владимир (57)Тарощина Слава (56)Медведев Дмитрий (42)Мединский Владимир (40)Латынина Юлия (34)Поликовский Алексей (33)Найман Анатолий (28)Пиотровский Михаил (28)Генис Александр (26)Сокуров Александр (26)Стуруа Мэлор (26)Мартынов Кирилл (25)Герман Алексей (24)Архангельский Андрей (22)Ивлиев Григорий (22) далее...по алфавиту
США > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 7 июля 2015 > № 1458930 Лиана Алавердова

Типично по-американски

Лиана АЛАВЕРДОВА

Лиана Алавердова родилась в Баку, закончила исторический факультет АзГУ. Работала в Институте философии и права Академии наук Азербайджана. С 1993 года живет в США, работает в Бруклинской публичной библиотеке. Является автором поэтических сборников, эссе, статей, переводов с английского и азербайджанского языков, которые неоднократно публиковались в журналах, газетах и альманахах в Азербайджане, России и Соединенных Штатах.

Хоть и пестра современная Америка, но и в этой мешанине культур и языков есть устоявшиеся и легко узнаваемые привычки и черты. Когда мы говорим: «Это типично по-американски», то имеем в виду все что угодно, от безобидных привычек до устойчивых черт национального характера, от доминирующих убеждений до вкусовых пристрастий.

Когда-то существовал миф, что американский и русский национальные характеры схожи. Миф этот культивировался самими американцами. Помните Саманту Смит, написавшую письмо Андропову в разгар «холодной войны»? В своей книге «Путешествие в Советский Союз» милая девочка сформулировала это так: «Они такие же, как мы». Проведя более двадцати лет в США, я уверена, что это прекраснодушное видение и тогда, и теперь далеко от действительности. То, что все люди мира имеют сходные физиологические и психологические черты, еще не основание для отождествления неблизких культур.

Я не претендую на всеохватность, а пишу лишь о своем взгляде на абстрактного американца, которого так же невозможно встретить на своем пути, как среднестатистического русского. Впрочем... невозможное все же однажды удалось. В 2005 году на основании статистических данных и собственных теоретических выкладок Кевин О’Киф, автор книги «Средний американец. Удивительный поиск самого обычного гражданина страны» (Kevin O’Keefe, «The Average American. The Extraordinary Search for the Nation’s Most Ordinary Citizen»), сумел-таки найти «среднего американца» во плоти... неподалеку от своего родного города в штате Коннектикут. У «найденыша» присутствовали все 140 показателей, которыми, по мнению автора, должен обладать «средний американец». Уже тот факт, что в многомиллионной Америке нашелся лишь один субъект, отвечающий требованиям строгой статистики, говорит о том, что подобный подход является скорее забавным исключением в мире реальных индивидов. Не сомневаюсь, что при желании можно было бы сыскать подобный «показательный» экземпляр в любой стране мира. Однако, возвращаясь к реальности, замечу, что более продуктивным является не конструирование «выставочного представителя» того или иного общества, а выделение черт, которые бросаются в глаза иммигрантам и по сути являются типичными для культуры народа.

Начнем с рождения ребенка. Если не считать незапланированных младенцев, которые появляются у неразумных тинейджеров, все большее число американок решается на материнство, предварительно отучившись и став на ноги в финансовом смысле. Чем дольше оттягивается процесс приумножения семьи, тем с большей помпой обставляется ожидание долгожданного чада. В Америке популярен обычай baby shower, что в неуклюжем переводе означает «лялечный душ», когда подруги, родственники, коллеги и другие приглашаемые в дом лица осыпают беременную подарками для будущего младенца. У нас такой ритуал представить себе трудно из-за суеверия: боялись ведь даже заранее сообщать о беременности, не то чтобы закупать детские вещи и принимать подарки «впрок». Здесь же не успевает женщина забеременеть — сей радостный факт становится достоянием широкой общественности, а теперь, при существовании социальных сетей, аудитория может быть расширена до сотен знакомых и малознакомых людей.

У нас не принято устраивать всякие торжества и сразу после рождения ребенка, когда он еще не вполне окреп. Новорожденный и его мать в этот период жизни считаются наиболее уязвимыми, их здоровье тщательно оберегают, что не предполагает большого количества контактов с посторонними. В Америке при родах присутствуют, как правило, муж и мать, а то и другие родственники, и поглазеть на младенца пускают всех желающих, как будто не ведая о микробах. Американцы трубят во все трубы и звонят во все колокола, оповещая о радостном событии, не думая о «сглазах» и отметая страхи. Тут и надписи на машинах «Baby on board» («Младенец на борту»), и надувные шарики соответствующих полу ребенка цветов, развевающиеся на крыльце, и плакаты «It’s a boy!», «It’s a girl!»

Говорят, что ребенка надо воспитывать, когда он лежит поперек кровати. Когда он укладывается вдоль, уже поздно. Американцы воспитывают чувство собственного достоинства у своих детей едва ли не с колыбели. Американская мамаша предлагает своему младенцу право выбора в развлечениях, одежде, да в чем угодно, тогда как наша считает, что сама лучше знает, что надо ее ребенку. Моя дочь наблюдала сценку. В магазине игрушек два отца с малышами: наш эмигрант и американец. Эмигрант приказывает: «Завяжи шнурки!» Американец вопрошает своего малыша: «Милый, что бы ты хотел посмотреть?»

Большинство американских детей сызмальства воспитывается на идее приятия любых религий, национальностей, оттенков кожи и сексуальных ориентаций. Акцент, неправильные ударения, речевые ошибки, которых так стесняются эмигранты, для США настолько привычное дело, что раздражают они только наиболее «нервных» старожилов.

Учительница русского языка в американской частной школе попросила ученицу прочесть вслух какой-то текст. Девочка отказалась. Учительница назвала ее бесстыжей. Абсолютно непредставимо в устах американского педагога. Начать с того, что здесь в школах не заставляют читать вслух или отвечать урок перед классом (особенно тех учеников, у кого есть дефект речи, или тех, кто слишком сильно волнуется и не может справиться со своим волнением). Вызывают с места только тех, кто не имеет подобных комплексов, и то далеко не все учителя. Здесь не сообщают оценок во всеуслышание, и родители на родительском собрании сидят перед педагогом индивидуально, а не группой.

Кстати, когда-то я присутствовала на лекции, которую Евгений Евтушенко читал перед русскими студентами в Квинс-колледже. Два его поступка шли в разрез с этикетом, принятым в американских учебных заведениях: то, что он предложил студентам по очереди читать стихи вслух по книге, и то, что попросил студента сходить за чаем.

Но вернемся к учительнице русского языка. Вторая ее ошибка, с точки зрения американского воспитания: она приписала девочке качество, которое, кстати, никак не соответствовало ее проступку. У нас не редкость сказать ребенку: «плохая девочка», «плохой мальчик», даже «дурак». Американские родители (само собой разумеется, я имею в виду тех родителей, которые еще могут служить примером для подражания, а не «пещерных» жителей) обсуждают поведение, а не моральные качества ребенка. Американская поговорка гласит «Labeling is disabling», то есть навешивание ярлыка калечит, оно равнозначно постепенному превращению ребенка в морального инвалида, в неполноценное существо. Если вы по какому бы то ни было поводу внушаете ребенку, что он плохой, вы наносите удар по его достоинству, он может перестать чувствовать свою ценность и уважать себя. Он станет только хуже. О телесных наказаниях я вообще не говорю, это противозаконно в Америке, и родителей просто привлекут к ответственности, если о факте порки станет известно. Название книги Игоря Кона «Бить или не бить?» звучало бы абсурдно для американцев. Вопрос давно снят.

Американцы тоже сердятся на своих детей, но популярный подход заключается в том, что за свои промахи и ошибки наказывать себя должны сами дети. Типичный американец дает ребенку time out, чтобы он посидел и подумал о своем поведении, или отсылает его в свою комнату, лишая привычных развлечений. Когда сердятся на ребенка, зачастую называют его полным именем: «Мэри Анн Смит, ступай в свою комнату и никаких видеоигр на сегодня!» Или называют дочь «young lady», показывая тем самым крайнюю степень неудовольствия. Если же вина за какой-то инцидент лежит на взрослом, то ему следует признать свою вину. Бесчестность и обман считаются тяжким грехом, и многие родители уверены, что шпаргалки и подсказки на экзаменах — не безобидные шалости, а проступок, заслуживающий серьезного наказания.

Американцы обычно выдают детям allowance, что-то вроде пенсиона, определенную сумму в неделю, чтобы они умели распоряжаться деньгами и разумно их тратить. Три слова родители внедряют в сознание своих отпрысков с младенческих лет: «спасибо», «пожалуйста», «извините». Их усилия большей частью не пропадают втуне. Образованные и необразованные, черные и белые, американцы автоматически, легко и не задумываясь, произносят эти слова. Приветливость и благожелательность при встрече, пресловутая «американская улыбка» — результат того же воспитания.

Начнем со слова «спасибо». Вероятно, многие, когда смотрят церемонию награждения «Оскара», удивляются, с каким энтузиазмом американские кинозвезды благодарят все свое окружение за собственные успехи. Родители, жены и дети, коллеги по работе — все получают свою долю благодарностей. Искренно это или нет — дело совести кинозвезд, но выглядит такая признательность благородно и трогательно. Так же почти любая книга не обходится без списка тех, кто сподвиг автора на его труд и помог ему. Американцы не оставляют без внимания никакую услугу, никакой знак внимания, каким бы мелким он ни казался. После визита в гости — телефонный звонок или открытка с благодарностью хозяйке, по правилам, обязательны. Дверь тебе открыли или попридержали перед тобой — «спасибо» следует автоматически.

Но вот приходит время, и милый ребенок превращается в подростка, тинейджера. Когда-то я, по совету подруги, не без пользы прочла популярную книгу «Reviving Ophelia: Saving the Selves of Adolescent Girls» («Возрождающаяся Офелия: как сберечь свое «я» у взрослеющих девочек») — о том, что происходит с девочками-подростками под влиянием американской массовой культуры. Никакие книги, однако, не в состоянии помочь, когда ваши дети внезапно, но неизбежно входят в штормовую зону — подростковый период. Тинейджеры — это родительское наказание, причем в этом случае почти нет разницы между недавними эмигрантами и коренными жителями страны. Грипп не делает различий между национальностями и расами, и тинейджерство, подобно тайфуну, проносится по прежде мирной жизни, чтобы вы еще больше ценили прекрасное прошлое, когда дети были маленькими и вы что-то значили в их глазах. Американские подростки полагают себя свободными людьми, игнорируя общепринятые модели поведения и культуру «взрослых», пока их не принудят обращать внимание на расхождение с нормами этикета. Подростки считают, что имеют право на неограниченную свободу. Им неведома поговорка «Знай край, да не падай», и они агрессивно реагируют на рамки, в которые их пытаются загнать. Американское общество весьма толерантно к свободе самовыражения и чудачествам поведения. Один из дельных советов, который я слышала, звучит очень по-американски: дать детям самим пожать то, что они посеяли, то есть прочувствовать последствия своего неправильного поведения. Но как же трудно следовать этому совету, когда мы только и желаем подстилать ковровые дорожки, чтобы детки наши не набили синяки и шишки!

Как они справляют праздники. Только в русских ресторанах дозволяется приносить выпивку с собой, и только наши люди приносят конвертики с деньгами в ресторан вместо подарка юбиляру. Американцы отмечают свои дни рождения по-другому. Если они идут в ресторан, они принимают в расчет то, насколько там хорошее обслуживание. Если американцы приобретают крупные вещи, то непременно проводят тщательное «расследование» по интернету, используя результаты опросов потребителей, чтобы покупать со знанием дела именно то, что действительно необходимо.

Принимая гостей у себя дома, американцы часто устраивают фуршет, без сидения за столом, без тостов, песен и танцев. Или идут в бар и платят за именинника и за себя. И не всегда дарят подарки. А если дарят, то уж не то, что полезно и нужно, а то, что индивидуально, редко и без чего вполне можно обойтись. Дарят вещи, имеющие символическое значение, отнюдь не шикарные в обыденном понимании. Подарки могут быть дорогими, но не «гламурными». Браслет в знак дружбы, например, не драгоценный, а простой. Когда я успешно сдала экзамен на гражданство, моя приятельница американка подарила мне жестяной патриотический флажок. Другая подруга американка подарила мне на день рождения майку с изображением Анны Ахматовой. Типичные американцы стараются делать «персонализированные» подарки. Они исходят из того, что у человека все необходимое для жизни есть, а подарить ему надо нечто специфическое (майку или кружку с любимым литературным персонажем), кухонную утварь с именными монограммами, дощечки с банальными либо смешными цитатами, подушки и коврики, воспевающие радости домашнего очага, безделушки, привезенные из путешествия, либо, повышая уровень утилитарности, билет на концерт или кружку пива в баре. Им и в голову не придет принести на день рождения деньги в конверте.

Или они устраивают сюрприз имениннику. Когда он приходит домой, усталый после работы, и включает свет, на него с воплем «Surprise!» набрасывается группа взбудораженных родственников и друзей. Насчет подарков существует обязательное правило: или развернуть их в присутствии дарителя и поблагодарить, или, если вы получили подарок по почте либо через третье лицо, отметиться в письменной форме, желательно открыткой или письмом, написанными от руки. Конечно, это страшно старомодно, но куда предпочтительнее, чем отписка электронной почтой. И уж вовсе неправильно смолчать, оставив в недоумении пославшего вам подарок человека: получили ли вы его и понравился ли он вам? Кстати, желательно отвечать благодарственной открыткой и на приглашение, скажем, на обед. Прекрасный обычай, но соблюдается он лишь теми, кто прошел соответствующую школу воспитания.

Вообще американцы относятся к празднованиям своих дат гораздо спокойнее, чем наши, и частенько вообще их не отмечают, а отправляются в путешествие. Американцы любят необычно, «тематически» справлять свадьбы, дни рождения и другие торжества. Свадьба у сына моей коллеги пришлась на хэллоуин, 31 октября — можете себе представить костюмы гостей и страшилки! Может все быть стилизовано под детский лагерь, куда невеста ходила ребенком. На одной такой свадьбе гости играли в детские игры, а прием проходил в кафе, напоминавшем кафе ее детства. Подруга моей дочери справляла шестнадцатилетие, так называемое торжество Sweet Sixteen, «на тему» Little Mermaid, Русалочки. Всем гостям подарили ракушки на память. Платье было в русалочьем стиле, декорации на столах — рыбы, морские коньки, ее лучшие подруги были одеты в соответствующие костюмы. В конце любого знаменательного торжества гостям обычно раздают party favors, сувениры на память.

Американская улыбка. Один из отличительных признаков американца — белозубая и широкая «американская улыбка». Принято улыбаться во время интервью при приеме на работу, начальству и коллегам, соседям и просто случайным знакомым, с которыми встретишься взглядом. Многих иностранцев американские улыбки раздражают. Они им представляются неискренними, искусственными. Михаил Жванецкий писал, что американцы улыбаются, как будто лампочка включилась в электросеть. Очень многие выходцы из Союза, в том числе иммигранты «со стажем», не видят смысла в том, чтобы постоянно улыбаться, тем более незнакомым людям.

Выпускник Гарвардского университета Франсис Тэйпон (Francis Tapon) оставил мир бизнеса, чтобы исполнить свою мечту: посетить все страны мира и написать о своих впечатлениях. Сейчас он путешествует по Африке и в своих заметках возражает угрюмым оппонентам: «Я предпочту ежедневную фальшивую улыбку хмурому лицу». Европейцы говорили нашему путешественнику: пусть мы холодны вначале, но потом, когда потеплеем, можем стать друзьями на всю жизнь. Представьте себе, американцы тоже имеют друзей на всю жизнь.

Американская улыбка не так фальшива, как представляется. Многие американцы настроены позитивно и склонны полагать, что незнакомец, встреченный ими, хороший человек и не причинит им зла. Улыбка при встрече взглядами — культурная норма, сигнал доброй воли, означающий, что вы благожелательно настроены, не причините зла и верите, что незнакомец тоже настроен благожелательно. Распространенность улыбки возрастает по мере удаления от больших городов. Нью-Йорк, например, считается более «холодным» городом. То ли потому, что в нем много иммигрантов, то ли потому, что он просто чересчур огромен, но тут улыбку не встретишь так же часто, как в американской «глубинке».

Средний американец. Раз уж мы заговорили о таких стереотипах, как американская улыбка, не могу не коснуться вопроса о «среднем американце». Что такое «средний американец» и существует ли он в реальности? Или это ходячий стереотип с набором характеристик: улыбчивый, но страшно деловой господин, с энтузиазмом берущийся за разрешение как своих личных вопросов в районе собственного огорода, так и мировых проблем? В США средний американец воспринимается как принципиально важное понятие, с которым надо считаться. Демократы и республиканцы во время избирательных кампаний апеллируют именно к среднестатистическому американцу. Под среднего американца выстраивают свои рекламные призывы американские корпорации, его интересы учитывают или, напротив, игнорируют местные телевидение и радио. Его называют «средний Джо» или «средняя Джейн», в зависимости от пола.

Казалось бы, задача вычислить и понять, что из себя представляет этот среднестатистический американец, как минимум довольно трудна, если вообще принципиально разрешима. Далеко не всегда можно провести статистический анализ, так как перепись населения не включает в себя все необходимые характеристики. 3ато существуют опросы общественного мнения и данные многочисленных исследований. В конце концов, средний американец — это не только результат вычислений, скажем, среднего дохода на душу населения, но и статистически наиболее вероятный типаж, наделенный тем, что характерно для большинства американцев, будь то привычки, вкусовые предпочтения, интересы, хобби и множество других показателей. Такие исследования проводятся в США регулярно с целью изучения структуры производства и рынков сбыта различных товаров и услуг. В результате вместо карикатуры, какие любят рисовать за пределами США, проявляется картина, претендующая на объективность.

Вот некоторые характеристики. Большинство американцев женятся хотя бы раз в жизни, и первый их брак чаще всего заканчивается разводом. Средний возраст вступающих в брак для мужчин 26.8, а для женщин — 25.1 лет. Разведенные чаще всего вступают в брак вторично. Средний работающий американец зарабатывает около 24.5 долларов в час (данные Bureau of Labor Statistics). 67% американцев — домовладельцы, проживающие в домах не более чем с тремя спальнями. Основная часть американцев принадлежит к среднему классу, во всяком случае, считает, что к нему принадлежит, даже если доход не дотягивает до среднего. Кстати, 55% американцев думают, что они умнее, чем «средний американец». Среднему американцу сегодня 37 лет. Курят только 22% американцев. Самая распространенная для этой категории американцев

религия — христианство.

Сами коренные американцы зачастую понятия не имеют, кто мог бы быть олицетворением большинства их соотечественников. Есть исключения, конечно. К ним принадлежит уже упомянутый Кевин О’Киф. Он путешествовал по всей стране, встречался с людьми, пытаясь выяснить, каковы наиболее существенные черты облика искомого героя, и в общей сложности принял во внимание 140 показателей.

Где живет большинство американцев? В городах? А вот и не угадали. Большинство американцев живет в пригородах, правда, в урбанизированных пригородах.

Перечислю еще несколько характеристик среднего американца, учтенных О’Кифом. Он должен закончить среднюю школу, проживать в одном и том же доме не менее пяти лет и в том же штате, где родился. Он должен работать, быть американским гражданином, верить в то, что семья очень важна, быть женатым и иметь как минимум одного ребенка. Так как ни одна национальность в США не составляет большинства, критерий национальности не важен. Большинство «средних американцев» живут в домах, принадлежащих одному из членов семьи, семья составляет в среднем не более четырех человек. Дом для большинства — самое крупное капиталовложение в жизни. Дом «среднего Джо» будет стоить от 100 000 долларов до 300 000 долларов. Вокруг дома — от одного до двух акров земли и обязательно лужайка. Находиться этот дом будет не дальше трех миль от ближайшей закусочной McDonald’s и в двадцати минутах езды от магазина Walmart. «Средний Джо» водит автомобиль и всегда пристегивает ремень безопасности. Дома у него есть какое-нибудь домашнее животное, причем не обязательно кошка или собака. Ложится спать он до полуночи. «Средний Джо» поддерживает право на аборт, но против абортов в своей семье. Считает себя счастливым и уверен, что счастья на деньги не купишь.

Он умеет стрелять из ружья, поддерживает право носить оружие при условии, что владельцы оружия зарегистрированы. Играет в лотерею хотя бы раз в году. В его семье по крайней мере у одного человека есть хобби. Он ежегодно жертвует на благотворительность и работает как волонтер. Большую часть дня проводит в помещении, хотя не менее одного раза в неделю дает себе какую-нибудь физическую нагрузку. Весит от 135 до 205 фунтов (то есть от 61 до 92 кг). Пьет кофе и содовую, ест арахисовое масло, никогда не употреблял наркотиков. Хоть раз в жизни он делился своими проблемами с психологом. Поддерживает американскую армию, хотя считает войны во Вьетнаме и Ираке ошибкой. Носит очки, имеет дома стереопроигрыватель, цветной телевизор с видеопроигрывателем, посудомоечную машину и стиральную машину с сушилкой. Не курит, пьет иногда, нерегулярно. Список можно было бы и продолжить, но не многовато ли статистики?

Средний американец, однако, всего лишь пустая оболочка, где такие характеристики, как доход, возраст, мобильность, привычки и многие другие показатели, хотя и представляют интерес, но далеко не исчерпывают содержания, скрывающегося за скорлупой ореха, вернее, под черепной коробкой среднего американца. Чем живет он, каковы его взгляды на жизнь, моральные ценности?

Базовые ценности. Социолог Робин Мэрфи Уильямс предложил ряд базовых ценностей, которые, по его мнению, укоренены в национальной психике и разделяются большинством американцев. Что представляют из себя эти ценности? Изложу в произвольном порядке.

В первую очередь американцы ценят достижения и успех, причем успех заслуженный, обретенный не любой ценой, не окольными путями, через знакомства, связи, наследуемое богатство, а как результат собственной упорной деятельности. Не любят нытиков, тех, кто сваливает неудачи на внешние обстоятельства и предпочитает надеяться на случай. Умный человек, не стремящийся к успеху, для американцев почти оксюморон. Другое дело, что они разносят понятия известности и успеха. В 1998 году опросы Louis Harris выясняли у американцев, хотят ли они быть знаменитыми, прославиться (славу определяли как «быть популярным, широко известным и признанным за достижения, деятельность, способности, экспертизу и мнения»), и 69% сказали «нет». Представление, насаждаемое массовой культурой, будто все в Америке одержимы желанием прославиться, не соответствуют действительности. В 2002 году тинейджеров попросили назвать своих кумиров, и, согласно опросу Гэллопа, только 25% выбрали артистов, известных людей или спортсменов.

Деятельность и труд, принцип «делу время, потехе час» до сих пор исповедуется многими. Американцы в массе своей трудятся истово и неутомимо. Workaholic (трудоголик) — широко распространенное явление в Америке. И если раньше основные тяготы работы ложились на плечи мужчин, то теперь, уже давно, американские женщины разделяют трудовое бремя в семье, а то и пашут в одиночку. Многие женщины не мыслят себе радости жизни без работы, ориентированы на успех и вкалывают так, что и времени на личную жизнь почти не остается. Выражение career woman я узнала только в Америке. Американцы работают больше (если исчислять часами в неделю), чем французы и немцы, но меньше, чем корейцы или сингапурцы (Business Insider, 2013), в среднем — 38 часов. К сожалению, американское правительство годами насаждает иждивенческую психологию, «борясь с бедностью», а в результате этой «борьбы» количество бедных не снижается, зато зависимость от государственной помощи становится все крепче.

Нерасторжимо связан с упомянутыми моральными ценностями и американский индивидуализм. Как уже было сказано, американцы традиционно ценят успех, являющийся следствием индивидуальных усилий и инициативы. Опора на самого себя, свой вкус и предпочтения — этим духом проникаются с детства. Родители, как правило, прислушиваются к предпочтениям детей, а не навязывают им свои взгляды. Но индивидуализм имеет и свою оборотную сторону — одиночество. Чувство одиночества вполне субъективно: можно остро ощущать одиночество и в кругу семьи. Одиночество усугубляется и зависимостью от электронных игрушек, gadgets, социальных сетей, которые, при всех их преимуществах, все же являются суррогатами живого общения. Как результат — страдают семейные ценности. В 2012 году 27% всех домашних хозяйств в США состояли из одного человека. В 2013 году неженатыми были 44.1 % жителей США старше 18 лет. Родители и дети часто живут далеко друг от друга и видятся только по праздникам. Родители стараются не вмешиваться в жизнь детей, а дети яростно обороняют границы своей независимости.

Понятие privacy — одно из понятий, труднее всего усваиваемых нашими иммигрантами. Тем более, что оно тесно связано с представлениями о дружбе и близости, которые не вполне совпадают у разных этносов, включая русских и американцев. Насколько я понимаю, прямого перевода этого слова на русский не существует. «Уединение или уединенность»? Не совсем то... Более близко стоит по смыслу слово «невмешательство», но и оно неточно передает понятие, весьма существенное для американской культуры. Я бы перевела это слово как принцип невторжения в частную жизнь, право на принадлежащие исключительно их владельцу личное пространство и время, на которые никто не имеет права посягнуть! Очередь в аптеке или на почте не дышит друг другу в затылок, а позволяет каждому иметь возможность переговорить с работником так, чтобы его не слышали окружающие. Если один человек ненароком нарушает персональное пространство другого, проходя к выходу в автобусе или в любой толпе, извинение слетает с его уст автоматически. Если вы подойдете к кому-то слишком близко и при этом не извинитесь, на вас посмотрят осуждающе. И будут правы!

Нашим соотечественникам нелегко дается понимание того, что нельзя позвонить знакомым до 10 утра или после 9 вечера, потому что вы можете их потревожить. Американцы в этом случае не церемонятся и прямо говорят, если по той или иной причине им неудобно с вами разговаривать. Уважение к privacy для американцев превыше всего.

Один из коренных принципов privacy — не задавать лишних вопросов, не стараться проникнуть в чью-то частную жизнь, пусть даже с самыми лучшими намерениями. Например, беседую я со своим коллегой американцем. Он мне жалуется на здоровье: разорванный мениск в колене, врач не советует делать операцию. Я немедля делюсь семейным опытом: моему мужу сделали операцию одновременно на обоих коленях и (о ужас!) рекомендую моему коллеге последовать его примеру. Это явно превышает допустимый уровень участия с моей стороны, и я почти мгновенно понимаю, что сказала лишнее, но слово не воробей. Мой коллега мягко повторяет, что ему врач операцию делать не советует, и тут, по законам здешнего этикета, мне следует извиниться и заткнуться, что я и проделываю со смущением.

В публичной библиотеке, например, privacy неукоснительно соблюдается. После того как посетитель воспользуется компьютером, вся информация стирается, и никто не может получить к ней доступ. А после возврата книг читателем в компьютерной системе не будет сохранена информация о том, что он читал. В Бруклинской библиотеке, где я работаю, ввели новый каталог, который позволяет читателям сохранять в памяти своего персонального файла список прочитанных книг. Но это делается сугубо добровольно, и никто, кроме самого читателя, не будет иметь доступа к этой информации.

Открытость — только добровольная. Сказанное отнюдь не означает, что американцы совершенно закрыты для общения. Они открываются настолько, насколько хотят открыться, и форсировать этот процесс ни в коем случае нельзя. Не рекомендуется выуживать личную информацию, забрасывать вопросами, что называется «лезть в душу». Как нигде здесь уместно следовать максиме «Не задавайте вопросов — не услышите лжи». Но ложь — не самое страшное. Вас сочтут nosy, sneaky, то есть сующим нос не в свои дела, пронырой. Составить столь нелестное мнение о себе — не слишком ли высокая цена за попытку удовлетворить любопытство?

С другой стороны, американцы не любят и слишком закрытых людей, тех, кто категорически не делится никакими сведениями ни о себе, ни о своей семье. Дело в тонком балансе, который соблюдать ох как трудно! По себе знаю: то лишнее скажу, то не скажу того, что надо. Как говорится, век живи — век учись... Интерес к ближнему поощряется, но проявлять его нужно в очень деликатной форме, а то ближний может отдалиться. Спросите, есть ли у кого-то дети — и нечаянно наступите на больную мозоль. Интересоваться семейным положением тоже может быть чревато: а что, если тот, кого вы спрашиваете, имеет нетрадиционную сексуальную ориентацию? Открытость приветствуется, но только добровольная. И — обоюдная. Как говорится, не спрашиваете — не отвечаем!

В одной связке с индивидуализмом идет свобода. В первую очередь, конечно, свобода, связанная с правом на выбор, но не только. Имеются в виду и гражданские свободы, и свободы в основании собственного бизнеса. Хотя очень многое в стране делается в помощь малому бизнесу, бюрократические препоны создали в последнее время менее свободную атмосферу для бизнеса, чем ранее. В результате США не входят сейчас в десятку самых свободных для бизнеса стран (отдельное спасибо нынешнему президенту и его команде!). Зато туда вошли Гонконг, Сингапур, Австралия, Швейцария, Новая Зеландия, Канада, Чили, Мавритания, Ирландия и Дания. Это не касается свободы индивидуального выбора, будь то выбор одежды, еды, прически, стиля поведения или карьеры, обучения и т.д. В книге «Парадокc выбора» профессор социологии Барри Шварц писал: «Когда у людей нет выбора, жизнь почти невыносима. С ростом возможностей выбора, как это существует в нашей культуре потребления, автономия, контроль и освобождение, приносящие это разнообразие, являются мощными и позитивными. Но с возрастанием вариантов выбора негативные стороны усиливаются до такой степени, что мы становимся перегружены ими. В этот момент выбор уже не освобождает, а ослабляет». (Перевод мой. — Л.А.).

Практичность. Очень важны для американцев эффективность и производительность, практичность. Это народ, который не терпит долгих проволочек и любит работать быстро, применяя инновационные решения, преобразуя идеи в практические дела. Ноу-хау американского бизнеса — важнейшие наработки, которые неотделимы от американской культуры. Когда я закончила учиться на степень магистра в библиотечном деле, то приняла участие в церемонии окончания колледжа. К тому времени я только три года прожила в Америке, и меня, помнится, поразила четкая организация этой церемонии. Толпы выпускников, их родственников и друзей, и при всем при том — никакой давки, неразберихи, все продумано, как оркестровая партитура. Тщательная подготовка любого мероприятия и начинания — норма, а не исключение в Америке. Плохо ли, хорошо ли, но даже такая, казалось бы, по природе консервативная организация, как библиотека, и та постоянно что-то меняет, внедряет новые модели обслуживания, новые технологии. То вводится система автоматического приема книг, то к этому прибавляется и сдача книг с помощью автоматов. Еще недавно мы выдавали читателям только книги и диски, потом — электронные книги, а теперь уже выдаем на дом пластины Google Nexus, и читатели пользуются в библиотеке переносными ноутбуками.

Америка, безусловно, поклоняется научно-техническому прогрессу, а это, в свою очередь, сопровождается все возрастающим уровнем экологического сознания. Как ни крути, Америка — локомотив прогресса. Продвижение вперед по тернистой дороге прогресса ускоряется заинтересованностью частных бизнесов в получении прибыли. Побочный продукт этой корыстной деятельности — все более широко удовлетворяемые потребности всех, стремящихся к материальному комфорту. Мы жили в стране под лозунгом «Все во имя человека, для блага человека!», когда в реальности советский прогресс подразумевал принесение в жертву интересов людей интересам государства. Приехав в Америку, мы обнаружили, что не существует практически никаких бытовых удобств, которые не были бы уже придуманы и внедрены здесь.

Важнейший элемент американского сознания — равенство. Идея равенства лежит в основе американского общества с самого его зарождения. Свобода вероисповедания с годами трактовалась все более расширительно, и теперь я часто встречаю в родном Бруклине мусульманок в паранджах, из которых проглядывают только щелочки глаз. Расовое равенство, за которое пришлось побороться, в нынешние времена разыгрывается как игральная карта демагогами всех мастей. Они ухватываются за любой случай, когда белый убивает черного (когда происходит наоборот, это не так интересно, так же, как и политически невыгодно обращать внимание на те примеры, когда чернокожие убивают своих же собратьев, что в 90% случаев и происходит). Вряд ли кто-нибудь станет возражать против идеи равенства возможностей. Однако когда пытаются распространить эту идею на сферу экономики, это чревато последствиями. Осуществи уравниловку — и Америка сползет к уровню стран третьего мира. Но не будем о грустном.

В бытовом плане американцы весьма просты и часто относятся к окружающим без всякого чувства превосходства. Во всяком случае, признак хорошего тона — вести себя в обществе именно так. Буквально с первых минут знакомства они предлагают обращаться к ним по имени и проявляют прочие признаки простоты в общении.

Если в 1960-х годах социолог Р.Уилльям писал о расизме как укорененной в национальной психике идее (язык не поворачивается назвать ее словом «ценность»), то сегодняшняя Америка разительно изменилась. Согласно опросу Гэллопа, в 1948 году только 4% американцев одобряли браки между белыми и черными. В 2002 году — 65%, в 2003 году — 72%. На смену узаконенному расизму за какие-то 50 лет пришли мультикультурализм и толерантность. Религиозная терпимость, которая всегда была присуща Новому Свету, распространилась на все расы и культуры, включила и людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Причем мультикультурализм и терпимость к разным стилям жизни насаждается американской культурной и политической элитой, государственными структурами, это идея, идущая не столько снизу, сколько сверху. Под ее влиянием меняется лицо Америки, общественное сознание. Многие штаты узаконили браки между гомосексуалистами. Что станет следующим шагом? Узаконенная полигамия? Не буду загадывать...

Еще одна идея, которую не выкорчевать из массового сознания (да и не надо!) — идея демократии. Не случайно Джорджу Бушу так понравилась книга Натана Щаранского «В защиту демократии». Буш по наивности полагал, что демократически измененный Ближний Восток — это благо для мира и для Америки. В реальности демократическим путем в Египте, например, пришла к власти религиозно-политическая ассоциация «Братья-мусульмане», и потребовалось вмешательство военных, чтобы положить конец этой власти. В Ираке демократически избранный шиитский руководитель прибрал к рукам все органы власти и вытеснил суннитов в оппозицию. В результате мы имеем совершенно отмороженных фанатиков ИГИЛа, рядом с которыми померкла угроза Аль-Каиды.

Важнейшей составляющей американского «коллективного сознательного» (если позволите подобное выражение в противовес юнговскому «коллективному бессознательному») является гуманизм. Слишком высокое слово в применении к практичным, деловым, одержимым желанием заработать и преуспеть янки? Настаиваю, что гуманизм не на словах, а на деле — одна из коренных, основополагающих характеристик американского морального сознания. В 2003 году, согласно опросам Гэллопа, 82% американцев пожертвовали деньги религиозным и другим благотворительным организациям, а 59% работали там волонтерами. По данным журнала «Philantropy», пожертвования среднего американца более чем в семь раз превышают пожертвования среднего немца. Думаете, прижимистые и бережливые немцы, что с ними сравнивать? Но по данным за 1995 год, средний американец пожертвовал в три с половиной раза больше, чем француз, и в четырнадцать раз больше, чем итальянец. Дело не только в богатстве страны. Американцы гораздо чаще, чем жители других развитых стран, жертвуют не только деньги, но и время, помогая общественным организациям, школам, религиозным учреждениям. Вопреки мнению, что миллиардеры и корпорации могут себе позволить жертвовать деньги и жертвуют их больше остальных, на самом деле большинство пожертвований приходит от частных лиц, почти в три раза больше, чем от корпораций, фондов и других учреждений.

В 2004 году Гэллоп спросил тинейджеров, какова их цель в жизни. Превалировали ответы: «внести изменения в жизнь и помочь людям» или «быть хорошим христианином». Таких ответов было в 12 раз (!) больше, чем «быть успешным или знаменитым». В 1998 году старшеклассники школы Wareham, Massachusetts, открыли Зал Славы Обычных Героев. В него вошли, например, пенсионер, бывший уборщик Дин Пина, отдавший свое место в очереди по пересадке сердца шестнадцатилетней девочке, и некто Кевин Донахью, который переселился к своей прежней жене и стал заботиться о ней после того, как у нее был диагностирован рак. Дело не в том, что в Америке есть добрые люди. Они есть везде, во всем мире. Дело в том, что идеал добрых дел здесь культивируется, пропагандируется, прививается с детства в семье. Моя подруга Мэри Лу, католичка, приучала дочерей помогать бедным и участвовать в разного рода благотворительных акциях. Совсем еще детьми они помогали в бесплатной столовой для бедных. И такое поведение воспринимается как норма, а не как подвиг. Американцы в целом отзывчивы и великодушны. Правда, многие убеждены, что для того, чтобы по-настоящему помочь человеку, надо не рыбу наловить для него, а дать ему в руки удочку, чтобы он сам мог ее наловить.

Да, американское законодательство поощряет благотворительность, и те, кто жертвуют деньги, получают налоговые послабления. Многие корпорации и компании используют это преимущество. Однако треть налогоплательщиков не указывают в своей налоговой декларации сведений о пожертвованиях. В докладе влиятельной американской консервативной организации American Enterprise Institute сказано, что практически ни для кого налоговые послабления не являются главным стимулом для пожертвований.

Уровень религиозности влияет на уровень благотворительности. По данным того же института, религиозные люди жертвуют в четыре раза больше денег и в два раза больше личного времени на волонтерство, чем нерелигиозные. Вопреки расхожему мнению, религиозные люди жертвуют больше нерелигиозных не только на свои церкви и синагоги (что естественно), но и на другие общественные и индивидуальные нужды. В 2000 г. консервативные семьи пожертвовали на 30% больше либеральных, хотя либеральные имели на 6% больше дохода. Либералы будут сокрушаться, что правительство выделяет недостаточно денег на пособия, но деньги бездомному скорее пожертвуют не они, а консерваторы. Что ж, вера в большое доброе правительство — не только социализма наследие, но и удел тех, кто не прошел этого урока истории...

Fair Play. Ко всем перечисленным ценностям я бы добавила веру в честность, в правила, в то, что здесь называют fair play (честной игрой). Громкие политические скандалы и распущенность голливудских звезд не должны затмевать того факта, что большинству людей глубоко отвратительны неприглядные выходки знаменитостей, и на бытовом уровне честность ценится высоко. Кто соврет при приеме на работу, тот крепко рискует, если неожиданная проверка выведет обман на чистую воду. Вылетит с работы вмиг! Шпаргалка или списывание — скандал на всю школу. Американцы верят в эффективность открытых каналов коммуникации между людьми. Если их что-то не устраивает в поведении человека, предпочитают сказать ему об этом открыто, а не копить раздражение. Например, если кому-то не понравится анекдот с расистским душком, то вполне вероятно, что он об этом либо скажет шутнику, либо даже заявит по инстанциям.

Бытовые привычки. Вначале немного о еде. Образованные американцы более озабочены тем, насколько здоровую пищу они едят. Типично по-американски включить в обед белковое, углеводное и овощное блюдо. Нарезают огурцы в салат кружочками, а салат подают в огромной лохани, берут двумя специальными большими вилками или ложками, чтобы можно было его перемешивать, подбрасывая. И жаря яичницу, ее подбрасывают, чтобы перевернуть. Чеснок нарезают огромным ножом, очень быстро. Почти никогда не едят супов. А если едят, то это для них особая трапеза. Не принят обед из трех-четырех блюд. На одной тарелке могут лежать одновременно салат, рыба, картошка. Типичным для американцев считается сначала все нарезать на тарелке, а потом уже есть. Только американцам приходит в голову намазывать на ломтики яблока, груши, сельдерея… арахисовое масло. Только они делают треугольные бутерброды, а дети запивают обед молоком. Иммигранты даже не подумают, что можно заправлять яичницу кетчупом или острым соусом, а также есть стейк с кетчупом. Очень характерно для американцев поглощать сосиски с пивом на спортивных матчах, жевать попкорн в кино, таскать с собой всюду бутылочки с водой. Спиртное пьют в основном русские, ирландцы и итальянцы, американцы в винах не слишком разбираются. Когда мы были у друзей в штате Миссисипи, то на обеде, где собралась родня, не было ни одной бутылки спиртного, даже пива. Мужчины там если и пьют, то очень немного, в мужской компании, на рыбалке и/или охоте, а на алкоголь в обществе американцы-протестанты взирают неодобрительно.

Американцы легко выбрасывают еду и ненужные вещи.

Несколько слов об одежде. Приехав сюда, я поразилась равнодушному отношению многих к тому, что на них надето. Помню, как я была удивлена, когда увидела молодую женщину в длинной юбке и кроссовках, для меня это было настолько же стилистически несовместимо, насколько носительнице сей экипировки было наплевать на внешнее впечатление от ее облика. Таков подход к одежде многих американцев, за исключением тех, кто работает и вынужден одеваться в соответствии с dress-code, или тех, кто неравнодушен к собственной внешности, есть и такие. Многие американки почти не прибегают к косметике. Могут весь день провести в постели, если устали. Чаще всего они не переодеваются, когда приходят домой с работы. Душ принимают утром, перед работой, а не вечером. Пользуются дезодорантами. Смертный грех — телесный запах или запах изо рта. Равно неприлично ходить с металлом или зияющими дырами во рту.

Можно перечислить еще мелочи, вроде того, что американцы зажимают нос, когда ныряют, или считают, не загибая, а разгибая пальцы, но пора остановиться. Облизывают пальцы во время еды — пренеприятная привычка. Для американца не редкость бухнуться в одежде и обуви на постель. Так что в их гигиенических навыках есть свои причуды. Американцы наивно полагаются на экспертов в любых вопросах, причем это свойственно частным лицам, компаниям и даже самим экспертам. За советом при решении любого вопроса следует обращаться к наставнику, будь то психотерапевт, финансовый консультант, автор популярной книги на тему успеха и преуспеяния, организатор свадебных торжеств и пр. Однажды посетительница библиотеки попросила меня найти книгу по… завязыванию шнурков, а другая — на тему, как приучить детей отказаться от памперсов в пользу горшка.

Вот и судите сами: похожи мы на них или нет?

Опубликовано в журнале:

«Дружба Народов» 2015, №7

США > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 7 июля 2015 > № 1458930 Лиана Алавердова


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 30 июня 2015 > № 1415232 Алишер Усманов

Встреча с Алишером Усмановым.

Глава государства встретился с А.Усмановым, основателем USM Holdings. Обсуждались итоги работы холдинга, в том числе по реализации социальных проектов, а также деятельность А.Усманова на посту президента Международной федерации фехтования.

В.Путин: Алишер Бурханович, мы в последнее время слышим о Вас чаще как о спонсоре в решении различных финансовых проблем в области спорта, но у Вас всё–таки одна из наших крупнейших и успешных производственных компаний – «Металлоинвест».

Давайте с этого начнём, как Вы оцениваете ситуацию в экономике в связи с деятельностью Вашей компании, каково её положение?

А.Усманов: С удовольствием, тем более что мне будет приятно Вам сообщить, что в наш холдинг уже входит не только «Металлоинвест», у нас есть и телекоммуникационная компания под названием «МегаФон», есть и интернет-холдинг – Mail.Ru. И все эти три компании объединяет группа акционеров.

Сегодня в группе работает 125 тысяч человек. Они производят корпоративный валовый продукт в объёме где–то до 15 миллиардов долларов год.

Доходы этих компаний, которые у нас объединены в едином блоке, составляют несколько миллиардов долларов. Естественно, все те изменения, которые сегодня происходят в экономике, а тем более они усугублены внешними факторами по отношению к нашей стране, играют негативную роль, они осложняют путь улучшения технологий для наших компаний, останавливают процесс повышения производительности труда.

Но в то же самое время они консолидируют наши коллективы, прежде всего, на достижение меньшими затратами хотя бы того результата, который мы делали в нормальных условиях, когда у нас были свободные финансовые ресурсы для оборотных средств, когда все банки с удовольствием нас финансировали. Банки и сейчас готовы, но в силу известных обстоятельств они ведут себя достаточно осторожно.

Хочу Вам доложить, что наш производственный холдинг –«Металлоинвест» – не понизил [производство] продукции, а наоборот, мы повысили производство железной руды на три процента, к сожалению, на три.

Но зато за эти четыре с половиной года мы создали крупнейший в мире холдинг, который довёл переработку железной руды до конечного продукта, используемого в самых экологически чистых технологиях по производству стали, – это железные слитки, которые, так же как и алюминиевые, используются для последней стадии изготовления всех продуктов металлургического цикла.

Это нас очень радует, это для нас большой успех. В производительности труда он кратно повышает результаты нашей компании, и мне кажется, для нас сегодня важно сохранить все социальные проекты, которые мы (берём пример с Вас, когда Вы даёте указание Правительству сохранять все социальные обязательства) берём на себя по двум каналам дополнительно.

Мы заключаем со всеми регионами, где находятся наши предприятия, социальные и экономические договоры. Они составляют в год порядка 10–15 миллиардов рублей. Помимо этого акционеры нашего холдинга, я и второй акционер, создали свои фонды, и через эти фонды мы ведём благотворительные и социальные проекты.

С удовольствием опять хочу Вам доложить: мы открыли хоккейный центр в городе Новотроицке. Это «тяжёлый» моногород, наследие Советского Союза. Там будет большой хоккейный центр на 1300 зрительских мест совместно с торговым центром, его можно будет и как концертный [зал] использовать.

В городе Орске в Оренбургской области мы открыли совместно с администрацией на средства нашего фонда прекрасный театр, самый крупный в Уральском регионе. В Железногорске мы сегодня два медицинских центра новых построили. В Белгородской области фонд нашего второго акционера построил самый лучший, думаю, в нашей стране офтальмологический центр, который Вы посещали в Белгороде.

Таких проектов у нас очень много. В общей сложности за пять лет акционеры нашего холдинга [направили] около 60 миллиардов рублей на социальные программы, предприятия – около 50 миллиардов. Думаю, что люди нам доверяют, поэтому руководители регионов с нами находятся в рабочих, товарищеских отношениях, а это залог того, что мы должны преодолеть те сложности, которые созданы, будем так говорить, если не субъективно, то как минимум не по нашей вине.

Уверен, что мы пройдём этот период и выйдем опять на те магистральные пути развития нашего холдинга и добьёмся тех результатов, которые мы ставили в самом начале, когда его создавали.

В.Путин: Вы уже упомянули и о спорте, Вы президент Международной федерации фехтования. Какие у вас мероприятия намечаются?

А.Усманов: Владимир Владимирович, неоднократно гордился и всем об этом рассказываю, что я коллега нашего Президента в спорте. Мы с Вами оба занимались единоборствами – это когда кроме себя ещё надо победить и своего противника.

С 2006 года я возглавлял Европейскую федерацию, в 2008 году меня избрали президентом Международной федерации фехтования. Шестой год исполняю эти обязанности. Второй год сборная Российской Федерации – номер один в общекомандном зачёте на чемпионатах мира. В этом году в Москве буквально через две недели – с 13 по 20 июля – будет проходить чемпионат мира. С удовольствием Вас приглашаем на него. Информирую Вас, что президент Международного олимпийского комитета [Томас Бах] планирует тоже посетить наш чемпионат мира, потому что, к нашему счастью, он тоже член нашей федерации, фехтовальщик, в прошлом олимпийский чемпион.

Надежды у нас такие, что мы должны быть первыми, раз мы уже ими были. Вы лучше меня знаете, что удержать победу дважды тяжело, а третий раз совсем будет тяжело, но ребята мне говорят, что они могут.

Помимо этого какие успехи у нас внутри федерации? Мы наконец–то на примере борьбы, которую Вы практически помогли сохранить в олимпийской программе, мы заранее взяли курс на большее внедрение фехтования на телевидение. У нас сейчас большие договоры с «Евроньюс», с «Евроспортом», сейчас даже с «Си-Эн-Эн» – они приедут на чемпионат мира (мы их пригласили, они согласились).

Поэтому надеюсь, что не зря представляю Россию в олимпийском движении. Горжусь тем, что я первый россиянин, который стал президентом международной федерации в олимпийском виде спорта. Надеюсь оправдать доверие Родины.

В.Путин: Пожелаем успеха нашим спортсменам на предстоящем чемпионате мира.

А.Усманов: Спасибо большое. Будем стараться.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 30 июня 2015 > № 1415232 Алишер Усманов


Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 23 июня 2015 > № 1433505 Кирилл Махновский

Прагматичный подход

Леонид Коник

Кирилл Махновский, генеральный директор ООО "Орион Экспресс"

Через полгода после назначения генеральным директором ООО "Орион Экспресс" Кирилл Махновский в интервью главному редактору "Стандарта" Леониду Конику рассказал о бизнесе, стратегии и планах компании.

- В 2014 году прирост абонентской базы "Орион Экспресса" составил 30?%. Сохранился ли такой темп в I квартале 2015 года? Сколько активных абонентов обслуживает компания? Каков ваш месячный ARPU?

- Сохранить в 2015 году прошлогодние темпы роста будет проблематично и нам, и другим операторам непосредственного спутникового вещания (DTH): рынок платного телевидения хоть и будет расти, но уже не столь быстро. Тем не менее нам по-прежнему удается опережать его по темпам развития. В I квартале абонентская база "Орион Экспресса" увеличилась на 75 тыс. и составила 2,655 млн домохозяйств, то есть прирост по отношению к концу 2014 года составил 3?% при росте рынка на 1?%. При этом мы поднялись на четвертое место в топ-5 игроков рынка платного ТВ. В целом в текущем году мы рассчитываем на прирост абонентской базы "Орион Экспресса" на 12-13?%, хотя аналитики прогнозируют лишь 5?%-ный рост рынка.

По приросту абонентской базы в I квартале у нас лидировали Москва (+9?% к декабрю 2014 года), Забайкальский край (+8?%), Чукотский АО (+8?%), Республика Бурятия (+7?%), Челябинская область (+7?%), Республика Алтай (+7?%). Общий объем поступлений за этот период составил 802 млн рублей. Точных данных об ARPU в 2015 году у нас пока нет, так как только в феврале мы сократили скидку при оплате годовой подписки. Как это повлияет на размер ARPU, мы увидим только по итогам I полугодия. В 2014 году ARPU в сети "Орион Экспресс" составил 65 рублей в месяц на бюджетном пакете и 225 рублей в месяц?-??на остальных пакетах.

- Какова ваша политика учета абонентской базы?

- Нормативных документов на этот счет не существует, а участники рынка учитывают абонентов по-разному. Мы считаем активным абонентом того, кто имеет оплаченную подписку или производил оплату не более шести месяцев назад. Доля социальных абонентов у "Орион Экспресса", к сожалению для нас, велика, зато процент оттока мал: за все время существования проекта, с 2008 года, он составил всего 10?%, и это с учетом тех, кого мы потеряли в середине 2010 года при переходе с вышедшего из строя спутника "Экспресс–АМ2" на космический аппарат Intelsat 15.

- В феврале "Орион Экспресс" снизил скидку при оплате годовой подписки до 25-33?% в зависимости от пакета (ранее?-??50?%), а скидку в размере 50?% от стоимости ежемесячной подписки предложил при оплате услуг сразу за два года. Сколько абонентов уже выбрали плату за год и сколько?-??за два года вперед?

- Пока статистику приводить рано, с февраля прошло еще не так много времени. До изменения политики скидок льготный тариф, с платой за год вперед, выбирали около 30?% наших подписчиков. В феврале-марте двухлетний контракт предпочли 5?% абонентов. Это предложение, в частности, защищает клиентов от скачков обменного курса: и в оферте, и в договоре четко прописано, что цена гарантированно сохранится в течение двух оплаченных лет. Мы ожидаем, что все больше абонентов будут делать выбор в пользу двухгодичной подписки, так как продукт "Орион Экспресса" получил еще одно весомое преимущество: со 2 апреля 2015 года мы расширили пакет вещания более чем до 200 каналов, одновременно увеличив контентное предложение на 35 телеканалов.

- Как выглядит система дистрибуции "Орион Экспресса"?

- Система дистрибуции?-??одна из основных составляющих бизнеса DTH-оператора, и мы долго ее выстраивали. У "Орион Экспресса" 29 собственных региональных складов, в том числе открытый в апреле в Москве. Они расположены по всей стране таким образом, чтобы любой установщик мог доехать до ближайшего к нему склада не более чем за сутки. По всем складам мы проводим единую тарифную политику и предлагаем установщикам одинаковые цены на оборудование. Конечную стоимость оборудования и установки для абонентов мы не регулируем (хотя и объявляем рекомендованные цены)?-??фиксированной является только цена подписки. В реальности цена для конечного потребителя зависит от платежеспособности региона и доступности в нем оборудования "Орион Экспресса".

В нашей системе зарегистрировано 5 тыс. установщиков, и каждый имеет в ней личный кабинет. Для них действует партнерская программа, которая ежемесячно корректируется с учетом наших маркетинговых акций. Партнеры получают от нас бонусы?-??не только за установку, но также за продление подписки, расширение пакета и другие действия. Бонусы?-??это баллы, накапливающиеся на электронном счете партнера, который может тратить их на закупку оборудования "Орион Экспресса", продление подписки, а вскоре мы добавим и сертификаты сетей по продаже электроники.

В зависимости от активности мы классифицируем установщиков по уровням?-??"премиум", "золотой", "серебряный"?-??и предлагаем разные условия сотрудничества. Мы группируем установщиков по территориальному признаку, и каждый пул партнеров ведет отдельный менеджер "Орион Экспресса".

- Есть ли у вас эксклюзивные партнеры?

- Требования работать с нами эксклюзивно мы не предъявляем, это было бы утопично как с точки зрения выстраивания партнерских отношений, так и с точки зрения контроля. Каждый установщик работает с теми операторами, с которыми ему удобно. Зачастую в определенной точке можно настроиться на один спутник и нельзя на другой, что диктует выбор DTH-оператора в данном месте. Так что 100?% партнеров "Орион Экспресса" работают более чем с одним оператором спутникового ТВ, при этом многие торгуют сопутствующими товарами, а некоторые трудятся и в других отраслях.

- Группа компаний "Орион Экспресс" ведет вещание в России через ООО "Орион Экспресс" и ООО "Телекарта". В чем логика работы через два юридических лица?

- Так сложилось исторически. Изначально целью был вывод на рынок DTH-дискаунтера, для этого был придуман бренд "Телекарта". Но теперь все услуги DTH мы продвигаем под маркой "Телекарта". А "Орион Экспресс" работает в секторе В2В, предлагая услуги по подъему ТВ-каналов на спутник, подготовке и круглосуточному вещанию телеканала (playout), дистрибуции контента. Де-юре операторской лицензией владеет ООО "Орион Экспресс", а принадлежащее ему на 100?% ООО "Телекарта" выступает как агент.

- Каков объем частотного ресурса, который "Орион Экспресс" арендует на спутниках Intelsat 15, Horizons 2 и "Экспресс-АМ5"? Есть ли планы по его увеличению в 2015 году?

- На спутниках Intelsat 15 и Horizons 2, которые расположены в позиции 85°?в.?д., мы арендуем 15 транспондеров по 36 МГц, транслируя через них более 200 телеканалов, а на космическом аппарате "Экспресс-АМ5" (140°?в.?д.)?-??три транспондера по 54 МГц, передавая через них менее 100 ТВ-каналов.

Если быть точным, то "Орион Экспресс" располагает спутниковой емкостью в объеме 695,79 МГц, из которых к началу II квартала 2015 года было реализовано 190,4 МГц (это на 2?% больше, чем к началу текущего года).

В точке 85°?в.?д. емкости для развития достаточно, а вот в орбитальной позиции 140°?в.?д. (точнее, в используемом нами луче) наблюдается ее дефицит. Если нам удастся найти дополнительную емкость в интересующем нас с точки зрения географии луче, мы, скорее всего, ее докупим.

- Если на "Экспресс-АМ5" нет свободной емкости, почему бы не арендовать ее на спутниках в соседних орбитальных позициях?

- Нас интересует именно "Экспресс-АМ5", так как он включен в лицензию "Орион Экспресса". Задействовать третью орбитальную точку нецелесообразно: из двух существующих позиций мы уже охватываем 100?% территории России и СНГ, а количество потенциальных пользователей постепенно сокращается, и перспектив серьезного роста у рынка DTH нет.

- В сентябре 2011 года "Орион Экспресс" договорился с Intelsat о перемещении его космического аппарата Horizons 2 в орбитальную позицию 85°?в.?д., а в октябре 2012 года начал вещание на нем. Каковы условия вашего соглашения с Intelsat?

- Владельцем спутника Horizons 2 является Intelsat. Согласно регламенту МСЭ, космический аппарат вместе с орбитальной позицией продаже не подлежит. "Орион Экспресс" арендовал на Horizons 2 на весь срок его жизни 12 транспондеров, и у нас есть опцион на выкуп остальных транспондеров. В общей сложности на Horizons 2 имеется 20 транспондеров, около восьми из которых пока не задействованы. При этом два транспондера в принципе не могут работать на Россию, и Intelsat ищет возможность их продажи клиентам в Азии.

- В апреле 2014 года компания запустила услугу двустороннего высокоскоростного спутникового интернет-доступа через Horizons 2. Какова судьба этого проекта?

- Россия находится значительно севернее экватора, над которым расположены все геостационарные спутники, что не позволяет нам использовать для услуг спутниковой связи антенны малого диаметра. Рекомендованный размер тарелки составляет 1,2 метра, а это влечет за собой дороговизну абонентского оборудования и сложность его установки. Мы запустили проект с использованием абонентского оборудования Hughes. Центральную станцию, установленную в Москве, также приобрели у этой американской компании. В Москве располагается и одна из двух земных станций спутниковой связи для ШПД-проекта, а вторая смонтирована в Красноярске.

Мы планировали продвигать услуги спутникового ШПД и в В2В-, и в В2С-сегменте, причем второй рассматривали как основной, так как уже располагаем солидной базой абонентов DTH. Однако падение курса рубля скорректировало наши планы, и пока мы смогли подключить к этой услуге около 100 абонентов?-??как физических, так и юрлиц.

- Сколько операторов сетей кабельного ТВ покупают контент у "Орион Экспресса"? Идет ли компания на продажу прав ретрансляции единичных каналов или предлагает только пакеты?

- Услуги по дистрибуции телеканалов (как собственных, так и стороннего производства) являются для нас важной составляющей В2В-направления. Мы имеем контракты на дистрибуцию с 400 операторами кабельного ТВ, совокупная абонентская база которых превышает 20 млн домохозяйств. Продвигаем каналы как поштучно, так и пакетами, с соответствующими скидками, и планируем расширять это направление деятельности.

У "Орион Экспресса" также имеется шесть каналов собственного производства. В конце прошлого года мы запустили два новых канала с большой социальной составляющей: "ЕГЭ ТВ" для школьников и "Мир увлечений" для слабослышащих телезрителей. Кроме того, компания оказывает полный комплекс услуг playout?-??от производства контента до подъема на спутник. Многих наших клиентов в сегменте В2В привлекает именно возможность создания телеканала "под ключ". Например, по такому принципу мы начали проект с "Нашим радио": на базе уникального видеоархива радиостанции "Орион Экспресс" будет делать канал "Наше ТВ" (заказчиком и автором этого проекта является ЗАО "Мультимедиа Холдинг"). Такие телеканалы, как "Хорошее кино", Galaxy, "Мир океана", тоже полностью собираем мы.

- Почему "Орион Экспресс" не использует новые российские спутники "Экспресс-АТ1" и "Экспресс-АТ2", предназначенные именно для непосредственного спутникового вещания?

- Переход с одного космического аппарата на другой является для DTH-оператора сложной задачей, ведь в этом случае придется перенастраивать весь парк абонентского оборудования. Поэтому для смены спутника должен быть серьезный аргумент. Нас вполне устраивает работа через существующие спутники, и свободной емкости на перспективу в точке 85°?в.?д. нам хватает. Не говоря уже о том, что на космических аппаратах серии "Экспресс–АТ" применяется круговая поляризация, тогда как "Орион Экспресс" вещает в линейной.

- Дальний Восток является одним из главных рынков спутниковой связи в РФ. Однако в DTH там работает только ваша компания. Почему конкуренты до сих пор не вышли на него?

- На Дальнем Востоке проживает всего 5?% населения России, и в основном люди живут там в крупных городах, где высокое проникновение кабельного телевидения и IPTV. На труднодоступных дальневосточных территориях основная часть россиян уже подключилась к "Орион Экспрессу", и с экономической точки зрения выход на этот рынок второго DTH-оператора малоэффективен.

- С конца 2013 года "Орион Экспресс" оказывает услуги непосредственного вещания в Киргизии через дочернее ОсОО "Визион". Расскажите об этом операторе.

- Мы создавали компанию "Визион" специально под вещательный проект в Киргизии. У "Орион Экспресса" 51?% уставного капитала ОсОО "Визион", а 49?% принадлежит местному партнеру. "Визион" является единственной в Киргизии компанией с лицензией на DTH. Он работает под брендом "Континент ТВ" и продвигает премиальный пакет.

Темпы набора абонентской базы у "Визиона" ниже, чем мы ожидали, это объясняется как низкой платежеспособностью населения, так и конкуренцией со стороны других российских операторов DTH, несмотря на то что они сами непосредственно на киргизском рынке не присутствуют. Тем не менее проект "Визион" развивается, при этом затраты на его поддержку минимальные: мы подняли на спутник два федеральных телеканала Киргизской Республики, а в целом пакет для вещания в этой стране сформирован из имеющихся у нас каналов с правами трансляции на данную территорию.

- Почему "Орион Экспресс" не пошел путем конкурентов, которые поощряют продажу их карт условного доступа в странах СНГ местными дилерами? И есть ли у вас планы выхода на рынки других государств?

- Задумав выход на рынок Киргизии, мы изначально заложили идею создания легального местного оператора. И возможность экспансии в другие страны СНГ рассматриваем только так?-??с учетом официального местного лицензирования.

Мы прорабатывали варианты выхода и в другие страны, в первую очередь нас интересовали Украина и Казахстан. Однако в Казахстане нам не удалось получить лицензию, а на Украине слишком сдерживает развитие бесплатное спутниковое ТВ. Также мы изучали возможность работы в Азербайджане, как с нашего спутника, так и через борт Azerspace-1, но этот проект не получил развития из-за специфики местного рынка. В силу близости азербайджанского и турецкого языков местные жители принимают очень много турецких каналов, в частности со спутников Digiturk.

Работа на рынках стран дальнего зарубежья с большими русскими диаспорами имеет смысл, но в этом случае эффективен не спутниковый, а кабельный доступ. Мы прорабатываем ряд вещательных проектов в сотрудничестве с кабельными операторами в Европе.

- Нашла ли компания партнеров в Крыму и начала ли вещание на полуострове?

- "Орион Экспресс" был одним из первых операторов, если не вообще первым, кто начал вещание в Крыму после его воссоединения с Россией. Мы провели целый ряд семинаров для местных установщиков и зарегистрировали их в своей системе. Однако в Крыму высокое проникновение кабельного ТВ и эфирного телевидения (на полуострове доступны три цифровых мультиплекса, а в Севастополе?-??даже четыре), так что большого количества подключений там мы не прогнозируем.

- В конце апреля "Орион Экспресс" запустил благотворительный проект, взявшись обеспечить более 200 школ в пяти регионах РФ оборудованием для просмотра спутникового телевидения и подключением к телеканалу "ЕГЭ ТВ". Как возникла идея? Есть ли вообще коммерческая составляющая у телеканала "ЕГЭ ТВ"?

- Желание помогать?-??своего рода показатель зрелости компании, и если такая возможность есть, ее нужно использовать. Ведь бизнес, стремящийся к долголетию и процветанию, должен не просто существовать внутри своего рынка, но и приносить пользу обществу.

Запуская "ЕГЭ ТВ", мы не делали ставку на большой коммерческий успех, у канала изначально сильная социальная составляющая. Большинство телеканалов осуществляют работу по одной из трех моделей: платной, рекламной или смешанной. Рекламы на "ЕГЭ ТВ" не будет, поэтому условно он работает по платной модели. Операторам кабельного ТВ канал предлагается за сравнительно небольшую цену. Большинство из них уже откликнулись и готовы разделить с нами социальную ответственность за будущее российских школьников. Поэтому сверхприбыли при реализации этого проекта мы не ожидаем, но рассчитываем, что выйдем на окупаемость, в первую очередь чтобы иметь возможность делать еще более качественный контент. Что касается благотворительной акции "ЕГЭ с Телекартой", мы выступили с инициативой ее проведения, поскольку не понаслышке знаем, что у школьников в удаленных регионах нет столь широкого выбора преподавателей и литературы, как в городах-миллионниках. У них зачастую более скромные финансовые возможности, а условия сдачи ЕГЭ везде одинаковые. Спутниковый канал, вещающий по всей стране, позволяет помочь в решении этой проблемы.

Россия > СМИ, ИТ > comnews.ru, 23 июня 2015 > № 1433505 Кирилл Махновский


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 23 июня 2015 > № 1410504 Сергей Медведев

За тех, кто в танке: почему в России так любят патриотические шоу

Сергей Медведев

Страна застряла в эпохе геополитики, массовых армий, танковых баталий, аннексий и контрибуций

Главным хитом лета-2015 в России становятся танки. Сезон открылся презентацией на параде Победы нового Т-14 «Армата» (который заглох напротив Мавзолея) и бурным обсуждением этого события в соцсетях. Парад, впрочем, прошел без инцидентов, и танки с ракетами привычно отутюжили московский асфальт. Но любовь к тяжелой технике никуда не ушла, и вот уже 12 июня, в День России, патриотичные матери в Тамбове вышли на свой парад, переделав детские коляски под фанерные танки с пушками и нарядив малышей в гимнастерки и пилотки. В тот же день для детей постарше в подмосковной Кубинке открылся танковый Диснейленд: армейский парк «Патриот» стоимостью 20 млрд рублей, где представлены новейшие образцы вооружений, проходят танковые шоу и можно записаться на службу по контракту. Ежедневно «Патриот» посещают до 20 000 человек.

Вудсток наоборот

Традиционные летние праздники и фестивали на глазах превращаются в выставки военной техники. За последние пару лет главный российский рок-фестиваль «Нашествие» эволюционировал в военно-патриотическое шоу, главным покровителем которого является Армия России. Получился Вудсток наоборот: в русском роке культуру протеста и пацифизма заменили конформизм и патриотизм, любовь к оружию и бюджетным деньгам. То же самое произошло с Грушинским фестивалем авторской песни. На заседании «военного совета» фестиваля было решено, что «рядом с площадкой размещается историко-патриотическая и техническая экспозиция с интерактивным участием молодежи» — попросту говоря, на фестиваль приходят все те же танки, друзья берутся за руки и за новейшие образцы вооружений.

Что дальше? «Усадьба-джаз» со стрельбами из «Шилки»? Пикник «Афиши» с полевыми кухнями и палатками помощи ДНР? Конкурс Чайковского со смотром военных оркестров? Катание выпускников на БТР вместо речных трамвайчиков в выпускную ночь? Танки заходят на наши улицы и в наши парки, катят по экранам телевизоров, от «танкового биатлона», невиданного нигде в мире развлечения, до документального кино: в последние недели на федеральных каналах вышли фильмы, оправдывающие советские вторжения в Венгрию в 1956-м и в Чехословакию в 1968-м, с гордостью показывающие русские танки на улицах Будапешта и Праги.

Наступает пора отпусков, в которые, как известно, наш человек ездит на танке.

По градусу военно-патриотической истерии Россия сегодня напоминает СССР второй половины 1930-х, эпохи физкультурных парадов, макетов танков и дирижаблей, бритых затылков и скрипящих портупей. Сегодня страна снова радостно рядится в гимнастерки, фотографируется на танке и ждет войны. В России идет постоянная литургия Победы, из всех искусств для нас главным стало военно-патриотическое шоу, и война в Украине с идущими к границе колоннами военной техники — лишь продолжение этого непрерывного военного парада, загипнотизировавшего нацию.

Дитя ХХ века

Танк — одно из главных изобретений века пара и металла, смертоносное чудо эпохи индустриализации, дитя ХХ века. Он родился в затяжных окопных сражениях Первой мировой, был создан почти одновременно в Англии, Франции и России, и впервые был применен в битве на Сомме в 1915 году. Вместе с ипритом, аэропланом и пулеметом «Максим» это была еще одна технология массового общества, машина индустриализации смерти. Без малого 30 лет спустя танки, а точнее способность их производить и развертывать, решали исход Второй мировой: в Курской битве летом 1943-го участвовало 2 млн человек и 6000 танков.

Та война стала вершиной и одновременно началом заката бронетанковой мощи. Советский Союз все еще держал в центре Европы огромную танковую группировку, чтобы после нанесения тактического ядерного удара выиграть у сил НАТО танковое сражение под Фульдой и за три дня выйти к Ла-Маншу, но в военном деле уже наметился переход от планов массовых танковых сражений индустриальной эпохи к постиндустриальным технологиям «третьей волны», как назвал их футуролог Элвин Тоффлер: высокоточному «умному» оружию, силам быстрого развертывания, космическим и информационным технологиям, средствам ведения кибервойны. Одновременно в «третьем мире» стали возникать конфликты малой интенсивности, этнические и религиозные войны, в которых танки уступали место боевикам с «калашниковыми», растворяющимся в пейзаже, исчезающим среди мирного населения. СССР столкнулся с этим в Афганистане, где танки не могли контролировать гористую территорию, а затем Россия столкнулась в Чечне, где танки застревали на улицах Грозного и легко расстреливались из домов. В наши дни танки с замазанными номерами не могут переломить ситуацию в Донбассе, и нам остается лишь читать репортажи о сгоревших в бронемашинах российских солдатах-срочниках, подобно 20-летнему танкисту из Бурятии Доржи Батомункуеву. Танки не выиграли России ни одного сражения в последние 30 лет, но при этом остаются важным символическим ресурсом.

По сути, они стали одним из символов нового патриотизма.

Одна из опор режима — танкостроительный «Уралвагонзавод» с его начальником сборочного цеха Игорем Холманских, который в 2012 году обещал вывести уральских мужиков против протестующих на столичных митингах и вскоре стал представителем президента в Уральском федеральном округе; с его неуклюжими, словно вырубленными топором, трамваем и поездом, будто они какие-то незаконнорожденные дети танков; со все той же заглохшей «Арматой». Путинская Россия забуксовала на том самом поле под Прохоровкой, застряла в эпохе геополитики, массовых армий, танковых баталий, аннексий и контрибуций. Сам Путин видит себя в роли Сталина, стоящего над картой Европы в Ялте или Потсдаме, манием руки присоединяющего территории, вершащего судьбы мира. И посткрымское большинство в России верит в эту архаичную иллюзию, молясь на «тополи» и «искандеры», создавая культ «вежливых людей», приникая к спасительной броне танков и БТР. Путин создал в России нацию войны, которая задраила люк и глядит на мир через смотровую щель танка.

Дорожные войны

Писатель Герман Садулаев опубликовал на «Снобе» этнографический этюд под названием «Хотят ли русские войны». Первооткрывателем темы он не стал, еще в марте 2014 года, сразу после аннексии Крыма, об этом же писала в «Новой газете» Евгения Пищикова и пришла тогда к неутешительному выводу: таки да, хотят, и последующий год лишь подтвердил этот печальный вывод. Сто лет назад, в январе 1918 года, Александр Блок стращал Европу: «Да, скифы — мы, да, азиаты — мы с раскосыми и жадными очами»; теперь Садулаев пугает Европу русскими гуннами, якобы мы такие же воинственные кочевники и только прикидывались мирными хлебопашцами. «И грабят Рим (это про гуннов), жгут Берлин, заходят в Париж».

На это можно было бы возразить строкой Бродского из стихотворения «На смерть Жукова»: «Смело входили в чужие столицы, но возвращались в страхе в свою», но дело вовсе не в полемике, не в исторической точности, не в шапкозакидательстве в духе растопчинских афишек 1812 года или патриотического лубка 1914-го («сдал австриец русским Львов: где им, зайцам, против львов!»)… В заключении своего эссе в качестве последнего аргумента о воинственности русских Садулаев приводит привычки нашей автомобильной езды — и здесь он неожиданно прав. На наших дорогах идет гоббсовская «война всех против всех», в которой водители доказывают собственное превосходство, меряются мощью и крутизной своих автомобилей.

Мечта большинства российских водителей — танк; за неимением оного они покупают внедорожник и самоутверждаются на нем.

Такие люди не способны завоевать мир, потому что не обучены коллективному действию, дисциплине и порядку; это разобщенные, закомплексованные монады, прячущиеся от мира за тоннами железа, «кенгурятниками», тонированными стеклами и лошадиными силами. Танк — это образ мышления распадающегося общества, симптом болезни под названием социальная аномия.

Русский Тяньаньмэнь

Ранним утром 19 августа 1991 года я проснулся от того, что тряслась земля. Звенели чашки в буфете, вибрировали стекла. По Минскому шоссе в добрых пяти километрах от нашей дачи на полной скорости шли в Москву танки. По всем каналам телевизора шло «Лебединое озеро», затем начали передавать пресс-конференцию ГКЧП. Я наскоро позавтракал и поехал в город. Танки стягивались на Манежную, тогда еще по-имперски строгую, не обезображенную церетелиевскими башенками и гномами. Сияло солнце, вокруг стояли зеваки и скучали милиционеры, танки казались совсем не страшными рядом со старым зданием МГУ. Я подошел к одному из них, залез на броню и постучал. Неожиданно для меня люк открылся, и оттуда, щурясь на солнце, вылез щуплый светловолосый мальчишка лет девятнадцати. «Есть закурить?» — спросил он неуверенно. Я дал ему пачку сигарет и одну из ельцинских листовок, что раздавали у Белого дома. Подумав, он ее взял и скрылся в люке.

Одним из тех, кто помогал в обороне Белого дома, организовывал радиосвязь, готовил возможную эвакуацию Ельцина, был лейтенант запаса Сергей Шойгу, за что получил медаль «Защитнику свободной России». Он еще раз помог свободной России в октябре 1993-го, согласившись выдать тысячу автоматов москвичам, вышедшим к Моссовету по призыву Егора Гайдара. Теперь времена изменились, и Сергей Шойгу заказывает исследование о том, как противостоять «цветным революциям».

По его словам, «мы не имеем права повторить ситуацию коллапса 1991 и 1993 года» и «не должны допустить, чтобы армия стояла в стороне, как в 1991 году». Видимо, лучшей гарантией против оранжевой угрозы и коллапса является все тот же танк, выведенный на улицу или площадь, — русский Тяньаньмэнь.

Я думаю о том, как быстро летит время и меняется мир.

За эти годы Сергей Шойгу из лейтенанта запаса стал министром обороны, в США был избран черный президент, на Западе был побежден СПИД, случилась сланцевая революция, Илон Маск строит частные космические корабли, Google готовится раздавать интернет на всю планету со спутников. А Россия — что Россия? Мы сидим все в том же танке, играем в войну и боремся с вымышленными угрозами и фашистами.

Пока снаружи не постучат.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 23 июня 2015 > № 1410504 Сергей Медведев


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 22 июня 2015 > № 1409774 Александр Животовский

Председатель НКРСИ А.Животовский: Мы предлагаем изменить механизм финансирования регулятора для усиления его независимости

Эксклюзивное интервью председателя Национальной комиссии, осуществляющей госрегулирование в сфере связи и информатизации Александра Животовского агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: В этом году комиссия провела долгожданный конкурс на получение лицензий на 3G. Были положительные отзывы о его проведении, в том числе и от международных инвесторов. Вкратце оцените результаты конкурса и расскажите о подготовке к внедрению следующего, четвертого поколения в Украине. В частности, недавно президент в своей речи сообщил о проведении в 2017 году тендера по 4G. Расскажите об этом подробней.

Ответ: Если коротко, то конкурс прошел успешно, продали сразу три лицензии, обеспечив нормальную конкуренцию. Операторы уже начали разворачивать сети, инвестируя в инфраструктуру. А это и закупка нового оборудования, и заказы на строительные работы для украинских подрядчиков. Уже открываются тестовые зоны – процесс запущен. Следующий шаг – это внедрение 4G-стандарта. В Европе LTE-сети уже давно развиваются, запущен процесс внедрения связи четвертого поколения и у наших коллег по Восточно-европейскому партнерству: Грузии и Молдавии. В НКРСИ работа над этим вопросом началась еще с августа прошлого года, одновременно с подготовкой к 3G. Была создана рабочая группа, в которую вошли представители госорганов (Госпецсвязи, Минобороны, АМКУ) и операторов. Мы определили несколько диапазонов, в которых просматриваются коммерческие кейсы по 4G – это 800 МГц, 900 МГц, 1800 МГц, 2300 МГц и 2500 МГц. Но все эти частоты не свободны. Поэтому, прежде всего, необходимо провести инвентаризацию всего спектра, чтобы понять, где у нас работают коммерческие операторы, где работают специальные пользователи, как долго они будут там работать и надо ли проводить конверсию.

Когда мы будем иметь полную картину по радиочастотному спектру, мы сможем предпринять необходимые регуляторные меры. По существу это будут изменения к закону о радиочастотном ресурсе, которые позволят нам задать механизмы для перераспределения спектра частот. Вот два направления нашей работы по внедрению 4G.

Вопрос: Вы уже определились, кто будет проводить исследования радиочастотного спектра?

Ответ: Операторы предложили привлечь к исследованиям не только украинские институты, которые были задействованы в работе по 3G, но и западных консультантов. Мы полностью поддерживаем эту идею. Думаю, что во взаимодействии с западными экспертами мы сможем максимально эффективно использовать европейский и мировой опыт в реализации всех мероприятий, необходимых для запуска новых технологий. По результатам исследований мы должны сформировать дорожную карту развития отрасли на следующие несколько лет, с рекомендациями по внедрению конкретных механизмов для ее реализации. Это важно для операторов, которые должны понимать перспективу, планируя свою деятельности, и особенно сейчас, в период больших инвестиций в развитие сетей в связи с освоением 3G-лицензий.

Совместно с операторами мы сформулировали основные задачи и разработали проект технического задания для проведения исследований. Направили запросы десяти ведущим международным консалтинговым компаниям, которые специализируются на телекоммуникациях и имеют опыт реализации проектов по рефармингу в разных странах, в том числе и в Европе. От шести компаний получили "обратную связь", а по итогам дальнейших консультаций у нас сформировался портфель из трех предложений от авторитетных британских компаний с описанием необходимых работ, их объемов и предполагаемой стоимости. На данном этапе эти материалы изучаются операторами для подготовки предложений по определению основного исполнителя, взаимодействию с ним и механизму финансирования. Мы приглашаем к участию в проекте всех участников рынка, никаких барьеров. Но понимаем, что по факту это будет 4-5 компаний с амбициями внедрения 4G-технологии.

Вопрос: Есть уже операторы, проявившие заинтересованность?

Ответ: Три крупнейших оператора мобильной связи не скрывают своей заинтересованности в 4G. Возможно, этот список пополнится и другими желающими. Для реализации дальнейших шагов мы создадим более узкую рабочую группу, куда войдут по одному представителю от компаний, участвующих в финансировании, от Министерства обороны, Госспецсвязи и от нас. Этой группой будет доработан и согласован весь пакет документов, необходимый для проведения исследований. Результат должен быть приемлемым для всех заинтересованных сторон. Кроме того, необходимо эту работу формализовать либо указом президента, либо распоряжением правительства, как это было с 3G. Все должны понимать, что есть согласованный план действий: проводятся исследования и на основании полученных результатов, с учетом рекомендаций международных экспертов, разрабатывается и внедряется регуляторно-правовой инструментарий для проведения рефарминга и подготовки тендера по продаже 4G-лицензий.

Вопрос: Готовы ли операторы к рефармингу?

Ответ: Необходимость проведения рефарминга очевидна для всех участников рынка, но самостоятельно, путем простого обмена частотами, они вопрос решить не смогут. Эта задача выходит далеко за рамки возможностей отдельно взятых операторов и их коммерческих интересов. Поэтому нужно изначально садиться и договариваться всем вместе о принципах обмена частотами, о формировании цены на лицензии с соответствующим обоснованием. Одна из основных задач государства – это эффективное использование ресурсов, в том числе и радиочастотного спектра. И чтобы избежать долгих дискуссий касательно цены, необходимо подготовить предложение, подкрепленное убедительными аргументами. В основу должен быть заложен анализ формирования цен на телекоммуникационных рынках разных стран, проведенный с привлечением независимых экспертов. Понятно, что стоимость частот в разных диапазонах разная — "высокие" стоят меньше, чем "низкие". Например, если мы 3G-лицензии в диапазоне 2100 МГц продали по цене 0,164 евро за 1 МГц на одного человека, то в Грузии, в декабре прошлого года, Vimpelcom купил лицензии в 800-м диапазоне по 0,264 евро

Вопрос: Ранее вы заявляли, что есть компании, которые "держат" у себя частоты, но не используют их на полную силу. Вы как-то проверяете эти компании, занимаетесь этим вопросом?

Ответ: По действующей редакции законодательства у нас нет предпосылок для аннулирования лицензий таким компаниям. При этом все понимают, что эти компании сегодня не платят реальную цену за этот радиочастотный ресурс. Для сравнения: операторы мобильной связи за свои GSM-частоты платят 20 тыс. грн/МГц в одном регионе, а в ряде перспективных для развития 4G-диапазонов ставка составляет всего 30 грн/МГц. По-моему, самый эффективный способ стимулирования таких компаний – это поднятие планки экономической целесообразности по средствам увеличения ренты на радиочастотный ресурс. Тогда они вынуждены будут либо развивать бизнес на этих частотах, либо отказываться от них полностью или частично.

Вопрос: Вы уже инициировали подобные изменения?

Ответ: Пока нет. Сначала нужно провести исследования, а потом запустить процессы в комплексе. Мы исходим из того, что у компаний, которые занимают частоты в перспективных диапазонах, нет лицензий на 4G. Именно поэтому, когда я говорю о технологической нейтральности, я делаю акцент на том, что к этому надо подходить осторожно: если мы просто введем технологическую нейтральность без перераспределения частот, это будет во вред рынку и государству.

Принцип технологической нейтральности предполагает приблизительно равное распределение спектра. Поэтому у нас внедрение технологической нейтральности возможно только в комплексе с рефармингом. Наша задача – дать возможность всем операторам развивать новую технологию, избегая диспропорции.

Вопрос: То есть, процесс подготовки к тендеру на 4G и введение технологической нейтральности – это будут параллельные процессы?

Ответ: Можно сказать и так. Есть три инструмента, позволяющие запускать новые технологии, - технейтральность, рефарминг и продажа новых частот. Для обеспечения равных конкурентных возможностей для участников рынка, мы должны задействовать все три. Но сначала мы получим результаты исследований экспертов, затем стоит провести консультации со спецпользователями, а потом всем вместе, учитывая рекомендации экспертов и потребности операторов, определить каким должен быть тендер на частоты. Возможно, это будет тендер на пакеты частот. Ведь для развития бизнеса, оператору необходим портфель частот – немного низких, которые дают территорию, и высоких - которые дают мощность в городах.

Вопрос: Я правильно понимаю, что даже при введении технологической нейтральности, нужно будет получать новую лицензию?

Ответ: Да, поскольку действующие лицензии выдавались с учетом привязки диапазона к использованию конкретной технологии. Например, для 900/1800-диапазонов, прописано, что в этих частотах можно предоставлять услуги только с использованием GSM-технологии.

Вопрос: Давайте по срокам. В 2017 году вы планируете запуск. Что по этому проекту вы планируете сделать до конца текущего года?

Ответ: Закончить подготовительные консультации и оформить наши планы распоряжением Кабмина или указом президента. Затем заключить договоры с западными консультантами и начать работу над исследованием. Если мы успеем в этом году – будет хорошо. Далее, год уйдет на исследования, еще один год – на рефарминг. А в 2017 году мы планируем выйти на проведение тендера.

Вопрос: Теперь хотелось бы поговорить о ваших законодательных инициативах. Закон "Об электронных коммуникациях" готовится, как я понимаю, на смену закона "О телекоммуникациях". Расскажите, что нового появится в законодательстве.

Ответ: Мы изначально задействовали прозрачный подход к общественному обсуждению наших инициатив: у нас есть рабочая группа по подготовке законопроекта, в которую входит порядка 60 представителей рынка и госорганов. Это принципиально, поскольку, по сути, мы переписываем действующий закон о телекоммуникациях. Что нового в нем? Во-первых, это упрощение входа на рынок. Если сейчас оператор должен предоставить НКРСИ пакет документов, затем комиссия в течение 30 дней их рассматривает и лишь потом принимает решение о внесении в реестр, что дает право вести деятельность на рынке, то по новой процедуре – прислал в электронной форме заявку и все – можешь работать.

Во-вторых, это отмена лицензирования видов деятельности. Сейчас компании вынуждены получать лицензии на каждый вид деятельности в сфере телекоммуникаций, например, на обслуживание сетей. Мы же исходим из того, что лицензироваться должен только ограниченный ресурс – частоты и номерной ресурс.

Третий очень важный момент – это так называемое ex ante регулирование. Есть два вида регулирования - ex ante и ex post. Ex post – это то, чем занимается Антимонопольный комитет, когда есть монополист по факту либо есть сделка, по которой нужно проанализировать риски монополизации. Ex ante – это когда обеспечивается конкуренция, исходя из текущего положения на рынке действующих игроков и потенциального прихода новых. Поясню на примере двух рынков – ШПД (широкополосный доступ к интернету – ИФ) и мобильной связи. Например, ШПД. Игроки начинают развивать услуги в каком-то районном центре. Есть крупный оператор, который завел туда оптику и выставляет такие цены, что другим операторам экономически нецелесообразно вообще заходить в этот город. Таким образом, этот большой оператор становится там доминирующим и возникает монополия на отдельно взятом географическом рынке. А наша задача как регулятора обеспечить потребителю выбор.

Если говорить о рынке мобильной связи, то после событий прошлого года, очевидно, что в обществе есть запрос на нового оператора. Но есть существенные барьеры для входа на рынок. Это, как минимум, ставки интерконнекта. Новый оператор, у которого, к примеру, только 100 абонентов вынужден конкурировать с оператором, у которого 10 тыс. абонентов. Разница несопоставимая. Чем больше абонентская база оператора, тем больше звонков приходит на его сеть, в результате образуется существенный перекос трафика в сторону большого оператора. И при равных ставках интерконнекта возникает значительный отток средств в сторону большого оператора. Это ложится дополнительным финансовым грузом на новичка, который должен вкладывать существенные инвестиции в развитие своей сети.

Очевидно, что этот сегмент рынка, а это - оптовый рынок, нуждается в регулировании. Один из подходов – это введение ассиметричных ставок интерконнекта, с использованием которых создается паритет для всех операторов. Но само определение таких ассиметричных ставок требует глубокого анализа и моделирования рынка в целом, поэтому применять данный инструмент следует очень осмотрительно.

Это два примера ex ante - регулирования. А в целом, оно сводится к трем вещам. Первое – обеспечение равного для всех игроков рынка доступа к инфраструктуре. Чаще всего это применяется в спорах по кабельной канализации. Когда мы говорим о конкуренции в фиксированной связи – в 90% случаях мы подразумеваем равный доступ к инфраструктуре. Второе – регулирование розничных тарифов. Оно сводится к анализу отчетности и себестоимости услуг, что позволит эффективно противодействовать демпингу и тарифной дискриминации со стороны доминирующих операторов. И третье – регулирование оптового рынка.

Вопрос: Сейчас, согласно закону, комиссия не может этого делать?

Ответ: В том-то и дело, что на данный момент регулятор не имеет таких возможностей. Например, несколько лет между операторами возникали серьезные трения по поводу интерконнекта. Чтобы урегулировать споры, было принято волевое решение о введении единой ставки на уровне 36 копеек. Сегодня нельзя сказать, почему ставка именно такая, поскольку операторы, согласно законодательству, не обязаны предоставлять информацию, которая давала бы представление о себестоимости этой услуги. У нас нет данных - нам не с чем работать.

Другой аспект – это контроль качества услуг. Есть компании, которые сидят в перспективных диапазонах, и де-юре присутствуют во всех регионах. По факту это не значит, что они предоставляют услуги, они просто поставили одну антенну в регионе и лицензионные условия как бы выполнили. С этим тоже надо что-то делать.

Еще один аспект, очень популярный у нашей общественности, - стоимость лицензий на РЧР. Часто приводят в пример скандинавские страны, где лицензии раздавались фактически бесплатно. При этом забывают сказать, что там ставятся жесткие условия по обеспечению интернет-услугами малонаселенные территории и существует механизм контроля над выполнением.

Если убрать плату за лицензию, то теоретически у оператора появляются дополнительные средства для инвестиций в регионы. Но если на оператора накладываются обязательства, например, покрыть города с населением 10 тыс. человек, то должен быть предусмотрен механизм контроля, иначе, в чем смысл лицензирования? Значит, оператор должен отчитаться, сколько у него по факту есть в этом 10-ти тысячнике абонентов, а регулятор должен иметь возможность убедиться, что это реальные абоненты, которым предоставляется услуга с определенным показателем качества. Соответственно, регулятор должен иметь право и возможность проконтролировать выполнение оператором своих обязательств и при необходимости воздействовать на оператора санкциями или штрафами.

Вопрос: В новом законе такая возможность предусматривается?

Ответ: Да, предусматривается. Но я хотел бы отметить, что речь идет не об усилении или увеличении регулирования. Мы концептуально меняем подходы к регулированию. С одной стороны, открытый доступ на рынок, отсутствие лицензий и рисков остановки деятельности через их аннулирование. С другой стороны, механизм контроля и ответственности за нарушение. Это применяемый в Европе подход, который нам необходимо внедрить в Украине.

Вопрос: А какие еще новшества в законе?

Ответ: ex ante – это один существенный блок. Второй – это независимость регулятора.

Вопрос: Про регулятора тоже будет в этом законе? Не будет отдельного? Когда-то подобная идея обсуждалась.

Ответ: Идея об отдельном законе, возможно, и будет воплощена. Но, поскольку мы с отраслью обсуждаем кардинальные изменения в законодательстве, то необходимо найти консенсус и в вопросах функционирования регулятора.

Презентуя рынку свое видение модели регулятора, мы решили обратиться к опыту наших зарубежных коллег. В конце мая в Киеве состоялся телекоммуникационный форум, в котором приняли участие руководители регуляторов Швеции, Литвы, Грузии и Молдовы. Мы инициировали в рамках Форума проведение дискуссионной панели регуляторов, на которой обсуждались европейские подходы к функционированию регуляторного органа и реализация этих подходов в отдельно взятом государстве. Фабула выступлений наших европейских партнеров сводилась к следующему: эффективность регуляторного органа по выполнению функции защиты потребителей лежит в плоскости его максимальной независимости.

В чем состоит независимость регулятора? Первый аспект – это финансирование. В мировой практике применяются разные модели – напрямую из отрасли, из бюджета или же смешанные. Но важна не модель финансирования, а его достаточность для обеспечения деятельности регулятора. Прежде всего, речь идет о кадровом ресурсе. Регулировать деятельность компаний с миллиардными оборотами должны специалисты соответствующей квалификации и зарплатами, которые бы отвечали уровню средней зарплаты по отрасли. Таких диспропорций как сегодня быть не должно.

Зарплатный фонд – это одна составляющая бюджета, другая – это радиочастотный мониторинг. Это еще одна большая тема для дискуссий с операторами и поиска компромисса. Что у нас сейчас происходит? В действующем законе прописано, что мониторинг проводится УГЦРом, он обязательный, но делается по заявкам операторов. Т.е. конфликт заложен в самом законодательстве. Операторы соглашаются с тем, что мониторинг является государственной функцией и его надо проводить. При этом они считают, что оплачиваться мониторинг должен из взносов за РЧР. В год операторы платят в бюджет порядка 1,7 млрд ренты за РЧР, мониторинг обходится в 400 млн грн. в год. То есть, мы должны прийти в Минфин с предложением вытащить из бюджета 400 млн на проведения мониторинга? Так это не работает. Ни Минфин, ни Кабмин нас не поддержат. Нужно искать другие механизмы.

Вопрос: Каким Вы видите финансирование регулятора?

Ответ: Мы считаем, что источников финансирования должно быть два – часть напрямую от операторов в виде регуляторного сбора и часть из средств, перечисляемых операторами в бюджет за радиочастотный ресурс.

Бюджет регулятора складывается из фонда оплаты труда — в соответствии со средними показателями по отрасли, затрат на аренду офиса, средств связи и т.д., а также затрат на мониторинг. Делим этот бюджет на доходы отрасли и получаем определенную долю процента. Это упрощенный расчет регуляторного сбора.

Вопрос: Как это законодательно можно урегулировать? Вписывается процент отчислений в закон?

Ответ: Да. В текущей редакции законопроекта мы предлагаем 5% от сбора за радиочастотный ресурс и не более 1% с доходов операторов. Мы изначально отказались от фиксированной процентной ставки, как это принято, например, в Грузии. Там, основным источником финансирования является закрепленная законом регуляторная плата в размере 0,75% от общей стоимости предоставленных услуг. Мы выбрали более гибкую и лояльную к рынку систему. Например, с ростом доходов рынка ставка может быть снижена без необходимости вносить изменения в законодательство.

Вопрос: Всех ваших лицензиатов?

Ответ: Всех тех, кто внесен в реестр как оператор и провайдер телекоммуникаций.

Вопрос: Как восприняли это сами операторы?

Ответ: На одном из последних заседаний рабочей группы мы как раз обсуждали этот вопрос. На самом деле операторы тоже хотят, чтобы в регуляторе работали квалифицированные сотрудники, с которыми они говорили бы на одном языке, чтобы мониторинг был заботой государства, и не приходилось каждый год подписывать договора с госпредприятием.

Мы предусмотрели прозрачную схему контроля над бюджетом регулятора и предлагаем создать бюджетный совет, в который войдут представители от президента, Кабмина, ВР, наделив его функциями надзора за формированием и использованием бюджета. И, естественно, бюджет должен быть публичным и доступным для просмотра в Интернете. Кроме того, мы закладываем обязательный ежегодный аудит, который должен проводиться одной из ведущих и авторитетных компаний. Это общепринятая практика.

Но финансирование – это лишь один аспект, другой, более важный, – это независимость регулятора в принятии решений. Мы общались на форуме с коллегами из Молдовы и Грузии по этому поводу. В Молдове, например, в год принимается 150 актов, у нас по плану только 30. Почему так? На сегодняшний день в Украине внедрение новых регуляторных актов происходит по сложной и обременительной системе двойного согласования. Сначала мы принимаем документ и обсуждаем его с рынком. К обсуждению мы также привлекаем и представителей заинтересованных госорганов. Уже доработанный документ мы отправляем на официальное согласование в Регуляторную службу, Минюст, Минобороны, Госспецсвязи и т.д. Как правило, это 5-6 государственных органов. И у каждого из них могут появиться дополнительные пожелания или замечания. И мы вынуждены снова дорабатывать и отправлять на согласование. К сожалению, этим часто пользуются отдельные участники рынка, которым что-то в этом акте не понравилось, блокируя, таким образом, его внедрение. А в результате мы ходим по кругу. На прохождение всей процедуры у нас уходит 5-6 месяцев. Это серьезно тормозит нашу работу. Необходимо вносить изменения, предоставив регулятору возможность принимать необходимые решения на основе консультаций с участниками рынка, как это происходит у наших партнеров в Европе.

Вопрос: А как в Молдове, например, это происходит?

Ответ: В Молдове органы исполнительной власти вносят свои предложения наравне с участниками рынка в рамках публичного обсуждения. Дальше регулятор принимает решение и точка. Если кто не согласен, он может опротестовать решение регулятора в суде. Нельзя постоянно ходить по кругу. Мы пытались проанализировать, что в последние 10 лет происходило в отрасли. Результат печальный - ничего не происходило. Потому что большую часть документов так и не смогли вытащить из этого круга…

Вопрос: Новый законопроект предполагает урегулирование этих вопросов?

Ответ: Да, там предусмотрен следующий алгоритм: мы разрабатываем акт, обсуждаем его с отраслью, затем принимаем решение и оно обязательно для всех операторов. Если кто-то не согласен, он вправе оспорить это в суде. Наши коллегии из Швеции рассказывали, что в свое время многие их решения оспаривались в суде и отменялись. Но со временем качество подготовки документов повышалось, что привело и к изменению статистики. Всех удовлетворить нельзя, но если большая часть рынка поддерживает решение, то в суде легко доказать правоту регулятора. И это очень важная часть нашего законопроекта. Для того, чтобы нашу отрасль вытянуть, нужно работать быстрее и больше. Собрались, обсудили, пришли к мнению, что это полезно для рынка, приняли решение, двигаемся дальше…

Вопрос: Когда вы прогнозируете, что законопроект может быть внесен в Раду и когда может быть принят?

Ответ: Мы уже заканчиваем работу над документом, остались последние штрихи. Думаю, что уже осенью он может быть принят парламентом. Мы проделали значительную домашнюю работу. Документ, который у нас рождается, проработан со всей отраслью: каждый раздел, каждый пункт. И это вселяет уверенность, что законопроект наберет проходной балл.

Вопрос: Хотелось бы еще прояснить положение о ставках интерконнекта. На Телекомфоруме, о котором говорилось выше, Вы упомянули, что ставки могут снижаться. Как вы планируете решать этот вопрос? Будут ли пересматриваться ставки в этом году?

Ответ: Я уже не раз говорил, что ставки интерконнекта должны снижаться, стремясь к нулю. Но нужно учитывать, что у отдельных операторов доходы от интерконнекта занимают существенную долю в общих доходах. И просто обнулить их - означает срезать доходы отрасли. Поэтому к этому процессу нужно подходить взвешенно. Мы исследовали этот вопрос: ЕС идет по пути снижения ставок. Сейчас в Европе ставка интерконнекта - 0,01 евро. В Украине год назад она составляла 0,04 евро. Но с учетом падения гривны это уже всего 0,015 евро. Разница незначительная. Проблема в другом – в запертом внутри сетей трафике.

Сейчас мы завершаем подготовительные работы по запуску услуги переноса номера, которая призвана "разогнать" на рынке конкуренцию за качество. Но эта услуга не будет работать, если внутрисетевые звонки бесплатны, а между сетями – заградительные ставки интерконнекта. Кроме того, ноль в сети тормозит рынок. Мы понимаем, что операторы, не имея новых технологий, дрались за абонента всеми доступными методами. Но сегодня этот ноль бьет по ARPU. Поэтому наша задача – снижать заборы и вытолкнуть наверх трафик между сетями. В этом направлении мы и будем работать.

Также планируется одновременно начать процесс запуска услуги MNP и снижение ставок интерконнекта. По нашему плану услуга должна заработать уже с января 2016 года. На сегодняшний день определен администратор базы данных – это УГЦР, как и настаивали операторы. В августе администратор должен провести прозрачный тендер по выбору поставщика оборудования и программного продукта.

Вопрос: Это будет открытый тендер?

Ответ: Это будет абсолютно открытый прозрачный тендер. Сейчас УГЦР готовит требования по оборудованию и софтам, на основе которых будет объявлен конкурс. В конкурсе смогут участвовать все, у кого есть опыт внедрения подобных проектов в других странах и соответствующая квалификация. Требование к вендорам простое: это должны быть понятные компании, оборудование и решения которых будет совместимо с оборудованием и софтами операторов - им ведь нужно будет вести локальные базы данных.

Вопрос: Недавно в прессе разгорелась дискуссия по поводу идентификации абонентов. Насколько я понимаю, MNP предполагает обязательную регистрацию. Оператор "Астелит" выступает против этого, говоря, что другие услуги предоставляются же абоненту без идентификации, например мобильный интернет, то почему при этой услуге должна быть идентификация.

Ответ: Позиция любого оператора ограничивается его коммерческими интересами. Мы же, как регулятор отрасли, должны быть над процессами и руководствоваться интересами государства и отрасли в целом.

У нас 95% анонимных пользователей и тут нечем гордиться, никакого отношения к свободе слова это не имеет. Если посмотреть на опыт большинства стран мира, то там вы либо предоставляете свой паспорт при покупке сим-карты, либо вы покупаете без паспорта, но карта будет действительна максимум пару месяцев, а потом все равно нужно будет пройти регистрацию. Тут есть два важных фактора. Первый – это национальная безопасность. Очевидно, что когда страна находится фактически в состоянии войны, этим нельзя пренебрегать. И второй – это развитие дополнительных услуг. Сейчас многие пользуются интернет-банкингом, получают выписки-балансы на свои мобильные телефоны. А так как 95% абонентов у нас без регистрации, то мы все больше сталкиваемся с таким видом мошенничества, когда крадутся телефоны вместе с персональными данными и начинаются неприятности со счетами. Поэтому регистрация уже становится необходимостью.

Есть два подхода – можно обязать регистрироваться и это уже обсуждается. Согласно статистике, треть абонентов каждого оператора меняет сим-карту раз в год. Это очевидно из публичных отчетов операторов. Поэтому тезис о том, что если обязать всех зарегистрироваться, то люди из отдаленных регионов "не дойдут" до магазина, где можно зарегистрироваться, несостоятелен.

Другой подход - мотивировать людей приходить и регистрироваться в случае замены или утери карточки, дополнительных услуг, как финансовых, или того же переноса номера. В этом случае вопрос безопасности отключается, но рынок постепенно увеличивает долю регистрированных пользователей.

Так или иначе, за регистрацией будущее. Сейчас в розничный рынок все больше проникают технологи BIG DATA для изучения спроса потребителя по всем сферам жизнедеятельности, открываются новые перспективы и новые потребности. Но пока нашим мобильным операторам это не интересно, поскольку они продают преимущественно голос. Когда же они будут предоставлять другие услуги, тогда без идентифицированного абонента двигаться будет почти невозможно. Хотя недавно я услышал, что "Киевстар" думает о создании финансовой компании. Это как раз пример движения в сторону дополнительных услуг.

Вопрос: Я правильно понимаю, что услуга MNP будет платной для абонентов?

Ответ: Услуга не может быть бесплатной, потому что есть себестоимость ее производства. К тому же определенный барьер перехода будет содействовать обдуманности шагов абонента. А вот конкретная стоимость – это уже предмет будущей дискуссии. Это должна быть такая цифра, которая не будет слишком обременительна для абонента. Логичнее всего привязываться к определенному коэффициенту от ARPU.

Вопрос: Мой последний вопрос относительно сбора в Пенсионный фонд от услуг мобильной связи. Не планируете ли вы инициировать его отмену с учетом того, что услуга мобильной связи перестала быть роскошью?

Ответ: Речь идет о доходах бюджета и расходах операторов. И это вопрос скорее к правительству и парламенту. С точки зрения регулятора, могу сказать, что пока я не вижу, чтобы операторы испытывали проблемы с маржой. Но в свете тех инвестиций, которые они вкладывают сейчас в развитие, мы также не считаем правильным дополнительное налоговое давление на операторов. Тем более, что они инвестируют в те работы и услуги, которые увеличивают доход в бюджет.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 22 июня 2015 > № 1409774 Александр Животовский


Россия > СМИ, ИТ > bankir.ru, 15 июня 2015 > № 1401399 Михаил Никифоров

Камерное совещание

Провести совещание или встречу с помощью систем видеоконференцсвязи (ВКС) – сегодня это уже повседневная практика современных российских компаний. // «Эксперт Online», 21 апреля 2015 года

Кажется, что подавляющее большинство заинтересованных в ВКС-услугах потребителей уже давно их внедрили, и рынок подобных ИТ-сервисов уже насыщен. На самом деле это не так: системы ВКС продолжают динамично развиваться, открывая перед пользователями новые возможности. Об этом в интервью «Эксперт-онлайн» рассказывает Михаил Никифоров, руководитель направления видеоконференцсвязи компании КРОК.

- Почему системы ВКС широко востребованы на рынке, что их внедрение дает клиенту?

- Традиционно считается, что системы ВКС позволяют компании экономить на командировках. Это, действительно, так. Но есть, на наш взгляд, пожалуй, более значимый результат от применения подобных решений – они кардинально повышают оперативность и эффективность управления. Имея систему ВКС, топ-менеджмент может в считанные секунды организовать совещание между сотрудниками удаленных подразделений. Таким образом, в арсенале компании оказывается эффективный инструмент, позволяющий оперативно влиять на ключевые бизнес-процессы. Ведь вовремя связаться с удаленным офисом где-нибудь во Владивостоке и почти в личном диалоге выяснить состояние дел – зачастую это очень важно для управления компанией, сотрудники которой не находятся в одном помещении. Также стоит отметить, что ВКС широко и успешно используется для дистанционного обучения­ – как среди образовательных учреждений, так и бизнес-заказчиков. Отдельно можно выделить развитие видеоконференцсвязи в рамках телемедицины.

- Компании из каких отраслей наиболее активно внедряют у себя системы ВКС? Кто, например, ваши основные заказчики?

- Это абсолютно любые компании, выделить какую-то сферу деятельности сложно. Пожалуй, главное, что объединяет активных пользователей систем ВКС – это их территориальная распределенность. Среди наших заказчиков есть и представители телеком-индустрии, и крупные банковские и страховые организации, например Альфа-банк и «Ингосстрах», и ритейлеры – такие, как «Х5 ритейл групп», «М.Видео», Metro Cash & Carry, Ашан, государственные структуры. Например, системы ВКС, как вы, наверное, знаете, сейчас широко применяются в судебных органах страны. Наше законодательство позволяет выносить приговор по кассационным жалобам осужденных удаленно, через системы видеосвязи. В результате экономятся огромные средства и усилия, потому что заключенных теперь не обязательно этапировать в здание суда для заслушивания приговоров по кассационным жалобам, их достаточно доставить в ближайшее СИЗО, где установлена система ВКС. Среди наших заказчиков становится все больше медицинских учреждений, которые используют данные системы для проведения сложных операций, а также для обучения студентов. Словом, области применения систем ВКС расширяются, соответственно – растет круг заказчиков.

- И все же на рынке бытует мнение, что те компании, которые хотели, уже давно внедрили себе системы ВКС. Можно ли говорить о том, что этот рынок сейчас окончательно насыщен, что он достиг своего «потолка»?

- Нет, такие рассуждения не справедливы. Рынок систем ВКС продолжает динамично развиваться, в том числе и среди пользователей, которые уже давно внедрили у себя данные сервисы. Связано это с тем, что современные системы видеоконференцсвязи продолжают модернизироваться, открывая перед потребителями новые возможности.

- Но что там можно модернизировать? Ставим в переговорную камеру, микрофон, которые качественно передают изображение и голос, и, если все нормально работает, зачем что-то еще менять?

- Системы ВКС устроены не так примитивно, и их технологии постоянно совершенствуются. Так лет 5 назад был массовый переход систем ВКС на HD-качество, что кардинально изменило качество видео, сейчас начинает появляться формат еще более высокой четкости 4К. Пару лет назад системы начали активно внедрять мобильные функции, которые, по сути, меняют устоявшиеся представления о работе видеоконференцсвязи. Ведь раньше такой формат коммуникаций воспринимался исключительно как соединенные между собой переговорные помещения, оснащенные камерами и микрофонами. Сейчас же участником совещания может стать и сотрудник, который, скажем, находится в аэропорту или в гостинице, и теперь с помощью своего ноутбука, смартфона или планшета он имеет возможность принять участие в важном совещании. А чтобы не быть голословными мы обычно предлагаем заказчикам протестировать самые разнообразные системы в демонстрационном центре нашего партнера, компании Polycom. Кстати, мы сами и оснастили его оборудованием.

К другим заметным технологическим новинкам в области ВКС можно отнести такие предложения, как виртуализация аппаратной части и системы ВКС из «облака».

- Что дают потребителям эти два новых технологических тренда?

- Виртуализация аппаратной части означает то, что клиенту дается возможность не приобретать аппаратную часть специально для новой ВКС-системы, как это было раньше. Теперь производители систем предлагают программные решения, благодаря которым можно использовать уже имеющиеся в компании сервера общего назначения, что приводит к существенной экономии.

Что же касается облачных систем ВКС, то в этом случае вообще весь аппаратный комплекс, программное обеспечение и прочее находится у поставщика услуг. У клиента остается только необходимое оборудование в переговорных комнатах – видеокамеры, микрофоны и программные клиенты на компьютерах и мобильных устройствах. Зачастую такой подход весьма выгоден компании. Ей в этом случае не надо сразу тратить средства на закупку масштабного решения: допустим, компания предполагает, что через год у нее будет 25 филиалов, которые должны охватить система ВКС. Однако, по тем или иным причинам, половина филиалов не открылась. При таком сценарии клиент потратит зря деньги на закупку мощной системы ВКС. Если он предпочтет облачный вариант услуг, то ему не нужно сразу осуществлять значимые инвестиции, так как можно платить абонентскую плату по факту за тот объем услуг, который тебе необходим, и в нужный момент расширять его или наоборот сократить до требуемого масштаба.

А ещё облачная ВКС является одним из способов импортозамещения, потому что всё оборудование устанавливается у поставщика услуг. Мы, например, свою облачную услугу ВКС разворачиваем на решениях Polycom, одного из лидеров рынка. Заказчик получает качественный сервис, всеми остальными техническими вопросами занимаемся мы, как провайдер.

- Кто сейчас является основными производителями систем ВКС, появляются ли новые игроки?

- Среди производителей систем ВКС есть два «кита» и много других компаний, в том числе очень молодых, которые хотя и занимают меньшую долю, однако активно пытаются ее нарастить, прорваться за счет новых идей или агрессивной ценовой политики. Устоявшимся брендам приходится на это отвечать. В общем, существует нормальная конкуренция, которая постоянно держит рынок в тонусе.

- Влияет ли на рынок ВКС развитие бесплатных потребительских cервисов видеосвязи типа Skype? Ведь любой человек без использования мудреных систем ВКС может, по сути, нажать клавишу на смартфоне и осуществить видеовызов, скажем, со своим деловым партнером?

- Да, позвонить по Skype, конечно, можно. Но очень большой вопрос, насколько удовлетворительным будет уровень качества, а также набор услуг в подобном видеосервисе. Начать с того, что современная ВКС-система позволяет охватить практически неограниченное число участников. При этом совещанием можно управлять, выводить на экран определенного спикера, иллюстрировать встречу нужными документами и использовать множество дополнительных услуг, что невозможно в потребительских видеопрограммах. Таким образом, производителей систем ВКС никак нельзя назвать конкурентами Skype. Эти услуги принципиально разного уровня качества, и если в компании регулярно используют в работе современную систему ВКС, то вряд ли они для проведения совещаний и оперативного управления будут использовать бытовые бесплатные программы.

Россия > СМИ, ИТ > bankir.ru, 15 июня 2015 > № 1401399 Михаил Никифоров


Россия. Украина > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 15 июня 2015 > № 1400005 Евгений Киселев

Евгений Киселев: Для лечения жертв пропаганды необходим новый язык ("Sverigesradio", Швеция)

Максим Лапицкий

В Стокгольме побывал известный российско-украинский тележурналист Евгений Киселев. Он был гостем семинара по теме: российские СМИ и их влияние на политику на Украине и в Западной Европе, проведенного секцией российских программ Внешнеполитического института Швеции. Говорил Евгений Алексеевич преимущественно об используемых российским телевидением боевых методах пропаганды и о том, что можно ей противопоставить. После семинара Евгений Киселев любезно согласился побеседовать с Радио Швеция, и мы говорили с ним, в большей степени, о технологических и терапевтических аспектах работы СМИ в отношении русскоязычной публики.

Радио Швеция: В Швеции существуют разные суждения о российской пропаганде. Есть те, кто уверены, что Россия ведет информационную войну против стран Запада вообще, и Швеции, в частности. Есть такие, как например депутат Европарламента Гуннар Хекмарк, которые считают, что нужно создавать русскоязычное телевидение или увеличивать мощности русскоязычного радиовещания. Вы считаете, что такие попытки парировать, то, что определяется, как российская информационная война, они могут иметь шанс на успех?

Евгений Киселев: Я считаю, что стоит только захотеть, по-настоящему захотеть, организовать такое телевизионное, радиовещание и это произойдет. Вопрос в наличии политической воли у лидеров Запада, у лидеров Евросоюза, лидеров Большой семерки, у американских руководителей. Я понимаю, что здесь есть некие подводные камни; как политического, так и чисто технологического свойства. Смотрите, если говорить о вещании на русском языке — телевизионном или радио. Как вещать по радио на ФМ частоте»?

— Вещь ныне забытая. Когда-то велась ретрансляция «голосов» на ФМ частотах, а на коротких волнах никто уже радио не слушает.

— Да, в России никто коротких волн не слушает, нужно попасть на ФМ-частоты. ФМ-частоты распространяются, к сожалению, лишь на несколько десятков километров. Возникает вопрос, а кто будет это ретранслировать в Москве? Значит нужно вступать в какие-то отношения с существующими ФМ вещателями. Например, уговорить «Эхо Москвы» час ретранслировать, например, ваше радио, или BBC или какой-то новую радиостанцию, но, разумеется, никто не позволит «Эху Москвы» это делать. То же касается и телевидения. Давайте организовывать телевизионное вещание, но как телевизионный сигнал попадет на телевизионные приемники российских граждан? Предположим, может быть, спутниковое вещание. Но проблема в том, что спутниковое вещание, потихоньку, становится вчерашним днем в развитии телевидения. Тарелки индивидуального приема с ресиверами, ну да, это, возможно, работает в Иране, где власти, по непонятным причинам, закрывают на это глаза. Я думаю, что при желании, в России, нынешняя Государственная дума запросто может объявить незаконным пользование спутниковыми тарелками и приемниками индивидуального пользования. Но даже если и не запретила бы, имеется статистика, которая показывает, что только несколько сот тысяч российских граждан, не более миллиона, готовы смотреть такое вот телевидение. Есть два других способа: можно зайти в кабельные сети и теоретически это возможно, потому что, скажем, в провинции, некоторые небольшие кабельные сети, бог знает, что себе позволяют. Но опыт телекомпании «Дождь», показал, что если в какой то момент власти захотят «вырубить» вас из эфира, то все кабельные операторы, и большие и маленькие, берут под козырек и перестают вас транслировать. И есть еще конечно интернет.

— Но его тоже можно перекрыть.

— Опять же история с «Гранями.ru», с «Ежедневным журналом» показывает, что при желании и любой интернет-ресурс тоже можно отрубить. Что остается? Остается перспектива прямого интернет-вещания через спутник, о котором мы все время слышим. Я читал о программе, готовящейся Google: сверхмощные роутеры работают прямо со спутников. Но, в конце концов, дело может дойти до того, что будут ставить помехи. Второй путь — это переговоры. Вот есть Russia Today/RT. Российская власть чрезвычайно заинтересована в том, чтобы RT продолжала функционировать в разных странах мира, вещать на территории Европы, США, третьих стран. Дальше, ребята, садитесь за стол переговоров. То есть, я теоретически могу представить себе ситуацию, когда во время переговоров на высшем уровне, условная госпожа Меркель или условный господин Обама, говорит господину Путину: Слышь, Путин? Хочешь, чтобы Russia Today продолжала вещать в Америке или в ФРГ? Дай нам возможность тоже вещать. Будь это Ameriсa Today или Germany Today, или те же «Голос Америки» или «Немецкая волна». Дайте нам возможность тоже зайти в кабельные сети и вещать на русском языке на территории России. Баш на баш. И я думаю, что такой путь тоже возможен. И кстати, такой путь мог бы стать одним из способов разрядки напряженности в отношениях между Западом и Россией.

— Какие противоядия против агрессивного, «боевого» метода пропаганды существуют?

— Я думаю, что такие методы, безусловно, есть. Я примерно представляю, как разговаривать с людьми, которые заразились этой ядовитой спецпропагандой. Да, действительно, приемы специальной пропагандисткой обработки страны, с которой ведется война, применяются по отношению к собственному народу. Но дело не в том, по отношению к кому они применяются, а в том, как эти методы работают. А работают они — путем давления на подсознание. Путем создания того, что называется глубокой эмоциональной травмой. Когда человек потрясен: «мальчика распяли». Люди, попавшие под влияние такой пропаганды, рассчитанной на то, что обрабатывается не рациональное, а иррациональное. Пропаганда методом глубокой асоциальной травмы достает до подсознания. Ну и, соответственно, приходится с этими людьми и говорить, как с душевнобольными. Это род душевного расстройства. Не могу сказать, что это шизофрения, но, безусловно, психоз.

Мне часто приходится участвовать в различных радиопередачах в Киеве. Непременный атрибут радиопередач в прямом эфире — это звонки слушателей. Очень часто звонят люди агрессивные, придерживающиеся отличной от моей точки зрения. Украина в этом смысле сильно отличается от России, но антиамериканские, антизападные настроения там тоже очень распространены. Особенно, среди людей старшего поколения.

Классический случай: звонит человек и начинает что-то раздраженно, на повышенных тонах говорить про эту Америку, которая всех достала. И у меня есть стандартный, шаблонный способ разговора с таким радиослушателем. Ведущий часто норовит оборвать, убрать, но я прошу: «Дайте поговорить...» И говорю: «Спасибо Иван Иванович. Ради бога, расскажите, пожалуйста, я вас правильно понял, вы очень не любите Америку?» «Да, я не люблю Америку». «Извините, можно я повторю, может я что-то недопонял, но вы не любите Соединенные Штаты?» И в процессе такого вежливого разговора пар начинает выходить. «Да я не люблю США». «А почему?» «Ну, потому что они везде лезут». «Нет, подождите, к вам лично они лезут? Вам, лично, что-нибудь сделали?» Молчание. «Хорошо, у вас есть знакомые американцы?» «Нет, конечно». Ну и так далее. В конце концов, может быть, я и не достучусь до сознания такого агрессивного человека, тяжело зараженного, вот этой самой «пиндософобией», но, по крайне мере, многие слушатели задумаются, для них что-то прояснится. Послушайте, ну как можно не любить, подозревать и в чем-то обвинять страну, которую ты не знаешь, в которой никогда не был, на языке которой не говоришь, не знаком ни с одним ее представителем ...и это типичная ситуация. И я думаю, такой спокойный, психотерапевтический разговор, в прямом и переносном смысле, имеет смысл.

— То есть, нужно готовить журналистов терапевтов?

— Да. И второе, над чем я очень часто думаю. Я глубоко и искренне ценю и уважаю моих коллег по профессии, журналистов, которые выступают там, где это еще возможно. На маленьких радиостанциях, вроде «Эха Москвы», на телеканале «Дождь». На каких-то сайтах пишут, в каких-то журналах. Они молодцы, они иногда чрезвычайно убедительны, они хлестко владеют пером. Но, я порой думаю, кому они проповедуют? К кому обращена их проповедь? Они пытаются обратить в свою веру тех, кто уже давно уверовал. Эту аудиторию уже не надо переубеждать, а с аудиторией, которая требует переубеждения, или которой могла бы помочь отличная или альтернативная точка зрения, мне кажется, порой, надо говорить по-другому. Потому, что они говорят хлестко, но обидно. И в этом, мне кажется, есть некая проблема. То есть, нужно найти новый язык. Новый способ общения. Пытаясь обращаться к этим людям, с одной стороны, как бы понимая, что они немножко не в себе, но сохраняя, какое-то, априори, уважительное отношение. Господа, давайте разберемся, попробуем найти общий язык. Почему вы так уверены, что у власти в Киеве фашистская хунта? Что такое хунта? Что такое фашизм? Посмотрите, почитайте. Я за вас не будут говорить. Но, что называется, раскройте глаза. Почему вы так доверяете государственному телевидению? Оно вас никогда в жизни не обманывало?

Россия. Украина > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 15 июня 2015 > № 1400005 Евгений Киселев


Россия > СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 8 июня 2015 > № 1396002 Сергей Валуев

Сергей Валуев: приоритетом информатизации становится безопасность.

Как идет информатизация деятельности Минпромторга, модернизация его ИКТ-инфраструктуры, в интервью CNews рассказал директор департамента информационных технологий и общественных связей Сергей Валуев.

CNews: Какова роль Минпромторга в создании электронного правительства, на каком этапе реализации сегодня находится задача перевода государственных услуг, за которые отвечает ведомство, в электронный вид?

Сергей Валуев: Минпромторг, наряду с другими ведомствами, ведет активную работу по взаимодействию в рамках электронного правительства. В прошлом году мы разработали концепцию перевода госуслуг в электронный вид, а также создали автоматизированную информационную систему поддержки оказания государственных услуг Минпромторга России в электронном виде. Наши коллеги из Минкомсвязи выведут эти интерактивные формы на Единый портал госуслуг. Теперь у заявителя появляется возможность подать заявку на получение/переоформление лицензии, других необходимых документов, являющихся результатом оказания госуслуги.

Кроме того, Минпромторг является активным участником межведомственного электронного взаимодействия в рамках оказания государственных услуг. Сегодня мы используем электронные сервисы межведомственного взаимодействия ряда ведомств, а также планируем расширить перечень ведомств, с которыми взаимодействует министерство, как в рамках межведомственного электронного взаимодействия, так и в качестве поставщика и потребителя данных.

CNews: В каких направлениях развивается информатизация деятельности Минпромторга, какие значимые проекты определяют ее ход?

Сергей Валуев: Я хотел бы выделить две основные платформы: во-первых, развитие информационных систем внутри министерства, во-вторых, информационно-коммуникационную инфраструктуру.

В основе развития информатизации министерства лежит уже упомянутая мною система оказания госуслуг в электронном виде. Ключевую роль играет электронный документооборот, особенно в части реализации планшетных решений. Разработанное для министерства мобильное рабочее место руководителя пользуется популярностью не только у руководства, но и вызывает интерес у других министерств и ведомств. Преимущества сервиса очевидны – он всегда под рукой, даже вне стен министерства.

Кроме того, одним из наиболее заметных мероприятий по информатизации стала модернизация официального информационного сайта министерства в прошлом году. Она привела к активному росту интереса со стороны внешних пользователей, число посетителей сайта увеличилось в разы. Сотрудники тоже откликнулись предложением новых идей развития сайта, таких как, например, создание типовых разделов отраслей промышленности и регионов. Мы планируем в этом году продолжать развитие сайта как раз в рамках предложений наших коллег.

Также к значимым проектам можно отнести работу по автоматизации проектного управления в министерстве. В прошлом году была разработана методология, в этом году перед департаментом стоит задача создания непосредственно автоматизированной системы проектного управления.

Что касается информационно-коммуникационной инфраструктуры, в прошлом году была начата работа по обеспечению информационной безопасности. Проведены исследования состояния ИБ на текущий момент, даны рекомендации, в этом году будем создавать комплексную систему защиты информации, которая обеспечит все выявленные потребности.

Важно отметить, что увеличение количества предоставляемых ИТ-сервисов ведет и к увеличению объемов данных, передаваемых через сеть Минпромторга, служа мощным стимулом ее развития. В этом году планируется провести модернизацию внутренней сети министерства, поскольку нагрузка значительно возросла, в том числе и с распространением решений для мобильных устройств.

В 2014 году была проведена модернизация автоматизированной телефонной станции, благодаря которой министерство постепенно переходит на IP-телефонию. Мы внедрили сервис «открытой» персональной видеоконференц-связи на рабочих местах для руководителей, которая позволяет оптимизировать рабочее время руководителей. В этом году планируем увеличивать количество рабочих мест, оборудованных персональной видеоконференц-связью. Также к АТС центрального аппарата планируется подключить территориальные органы Минпромторга России для оптимизации расходов на связь и улучшения предоставляемых сервисов в министерстве в целом.

CNews: Какие новые сервисы в ближайшее время появятся в работе Минпромторга?

Сергей Валуев: Если говорить об ИТ-сервисах, есть смысл разделить их на два типа: используемые сотрудниками министерства и те, которые необходимы для внешних пользователей. К сервисам для сотрудников в первую очередь стоит отнести проектное управление, создание электронного архива документов, автоматизацию процесса подачи декларации госслужащих, внедрение новых сервисов межведомственного взаимодействия, сервис подачи заявок в техподдержку, сервис обмена мгновенными сообщениями в рамках сформированных рабочих групп, персональную видеоконференц-связь и многое другое.

Что касается сервисов для внешних пользователей, то здесь нужно говорить о возможности подать жалобу на решения и действия, совершенные при предоставлении государственных услуг, отслеживать статус рассмотрения заявки на субсидию, а также сервисы, планируемые в рамках создания официального сайта: паспорта регионов, предоставление публичного доступа к данным бюджета министерства, публикация данных о проводимых министерством конкурсах на замещение вакантных должностей.

CNews: Как взаимодействует Минпромторг с российским промышленным сектором в вопросах внедрения ИТ в различных отраслях промышленности?

Сергей Валуев: Пока существуют разрозненные информационные системы, аккумулирующие информацию по отдельным отраслям промышленности. Зачастую они эксплуатируются и администрируются не самим министерством, а его подведомственными научными институтами. Такая ситуация сложилась вследствие накопления больших объемов информации внутри отраслей, которые курируют профильные департаменты. Это не отвечает современным стандартам ведомственной автоматизации, вопрос глобальной интеграции стоит достаточно остро.

Решить проблему призвана единая государственная информационная система (ГИС), охватывающая всю промышленность. Ее создание предусматривает Федеральный закон 488-ФЗ «О промышленной политике в Российской Федерации», который вступит в силу в этом году. Согласно закону ГИС промышленности будет содержать информацию о реализации промышленной политики, в том числе это будут сведения о состоянии промышленности и прогнозе ее развития, субъектах деятельности в сфере промышленности, прогнозах выпуска основных видов промышленной продукции и их фактическом выпуске, объемах импорта промышленной продукции в Россию, использовании ресурсосберегающих технологий и возобновляемых источников энергии, государственных и муниципальных промышленных программах, мерах государственной поддержки промышленности.

CNews: Как сегодня реализуется задача создания ГИС промышленности?

Сергей Валуев: Правительство поручило Минпромторгу разработать и утвердить требования к ГИС промышленности и наделило полномочиями обладателя информации, содержащейся в данной информационной системе. Для наполнения ГИС промышленности данными органы государственной власти, органы местного самоуправления и другие субъекты деятельности в сфере промышленности должны будут обеспечить нам доступ к своим базам данных посредством единой системы межведомственного электронного взаимодействия. Часть данных, аккумулированных в ГИС промышленности, будет опубликована в Интернете в формате открытых данных.

Сейчас мы разработали проект постановления правительства «О порядке создания, эксплуатации и совершенствования государственной информационной системы промышленности», уже завершено общественное обсуждение документа, и сейчас он проходит этап согласования с другими ведомствами. Мы предполагаем итерационное создание ГИС промышленности и стремимся к тому, чтобы уже в 2016 году начали функционировать некоторые ее подсистемы.

CNews: Насколько сегодня актуальна задача по импортозамещению в информатизации деятельности Минпромторга, какова в нем доля российского программного обеспечения (ПО)?

Сергей Валуев: Данную задачу по импортозамещению в сфере ПО мы считаем правильной и крайне важной, особенно в условиях текущей внешнеполитической ситуации, где приоритетом становится безопасность. В настоящее время значительная часть функционирующих в нашем министерстве информационных систем построена на базе платформ отечественных разработчиков. Системы, которые мы создавали и развивали в недавнем времени, являются российскими разработками, в частности я говорю об официальном информационном сайте министерства, системе электронного документооборота и информационной системе оказания государственных услуг.

Кроме того, мы поддерживаем инициативу правительства и Минкомсвязи России о содействии развитию отечественного ПО. Мы участвовали в ряде совещаний, на которых обсуждался проект постановления правительства о создании реестра отечественного программного обеспечения, и выступили с поддержкой данной инициативы.

Россия > СМИ, ИТ > minpromtorg.gov.ru, 8 июня 2015 > № 1396002 Сергей Валуев


Польша > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 июня 2015 > № 1401483 Анджей Гонтаж

Поработят ли нас машины? ("Rzeczpospolita", Польша)

Анджей Гонтаж (Andrzej Gontarz)

Те, кто пугает нас, что роботы захватят власть над людьми, обычно представляют себе нереальную ситуацию, при которой развиваться будут только машины, а все окружающее их останется неизменным. Этот подход основан на убеждении, что эволюция технологий искусственного интеллекта станет протекать совершенно автономно, в отрыве от всех социальных, культурных и цивилизационных процессов.

Большая красная кнопка

Между тем в действительности развитие робототехники, как и всех других отраслей, сопровождается действиями людей, направленными на приведение развития в соответствие существующей в обществе иерархии ценностей. Из-за этого в будущем роботы будут, возможно, работать совершенно в ином окружении и на иных условиях, чем мы сейчас себе представляем.

В этом контексте кажутся в целом бессмысленными разговоры о так называемой этике роботов. Этика как умение различать добро и зло относится только к людям, которые создают роботов или пользуются ими. Нет оснований всерьез рассматривать сценарии, что автономно действующему автомобилю придется в какой-то момент самому решать, рисковать ли пассажирами, совершая резкий поворот вбок, который приведет к столкновению с фонарем, чтобы спасти оказавшегося перед машиной пешехода, или же спасать пассажиров, рискуя жизнью и здоровьем пешехода-неудачника.

Более вероятен такой сценарий, что дороги для самоуправляющихся автомобилей будут полностью закрыты, так что пешеход вообще не сможет на них появиться.

Другой вариант — это запрограммированная четкая процедура действий робота в аварийной ситуации. Она используется сейчас в беспилотных аппаратах. Если такой аппарат теряет связь с оператором или в его программе возникает ошибка, он не предпринимает никаких дальнейших самостоятельных действий, а переходит к записанному алгоритму возвращения на базу.

Это своего рода цифровой аналог большой красной кнопки, которая используется в промышленной автоматике: в случае угрозы она позволяет одним движением отключить работу всей системы.

Общества постоянно стараются адаптировать механизмы своего функционирования (законы, государственные институты, инфраструктуру) к вызовам, связанным с развитием технологий. Именно людям придется найти решения (технические, юридические, организационные), которые сведут на нет угрозу со стороны машин и позволят использовать их в соответствии с обозначенными целями. Ни одно решение в этой сфере нельзя оставлять технике.

Если, например, общепризнанной ценностью, как мы все больше видим это сегодня, станет стремление к экономизации практически всех сфер человеческой жизни, то роботы станут в первую очередь служить оптимизации стоимости труда, сокращению расходов и замене более дорогих решений дешевыми.

Если некоторые решения разойдутся с общепринятыми представлениями об общем благе или даже будут направлены против интересов отдельных людей и групп (например, теряющих рабочие места в некоторых профессиях), это вовсе не значит, что они будут внедряться вразрез со всеобщими (хотя не всегда осознаваемыми) общественными ожиданиями и убеждениями. В конечном счете, на то, как используются любого рода технологии, будут влиять установившиеся в конкретном обществе образцы поведения.

Если взять пример интернет-магазинов, на первый план выходит требование как можно быстрее доставить покупателю заказанный товар. Наши ожидания в значительной мере способствуют тому, что в сортировочных и упаковочных отделах начинают применяться оптимизированные и автоматизированные методы работы, в частности, с использованием роботов или так называемых умных систем управления рабочим процессом. Ведь только так можно сегодня удовлетворить эти ожидания. Так что мы, как это ни парадоксально, сами готовим себе судьбу рабов машин.

В других сферах ситуация похожа. Начнут ли роботы в Японии опекать пожилых граждан только из-за того, что появятся реальные технические возможности создать такие машины? Нет. Интенсивные работы по как можно более широкому внедрению роботов в систему социальной и медицинской опеки ведутся в стране цветущей сакуры потому, что формат многопоколенческой семьи переживает там кризис. Пожилые люди не получают помощи и поддержки от родственников, а нанимать к каждому одинокому человеку профессиональную медсестру и сиделку слишком дорого. Спасением в этих обстоятельствах может стать соответствующим образом сконструированный и запрограммированный робот, который поможет справиться по крайней мере с некоторыми будничными делами. Исходная точка здесь — вновь не технологический выбор, а социальная проблема: как обеспечить относительно достойные условия жизни людям, оставшимся без поддержки родственников.

Собака-робот

Появление роботов многое меняет и осложняет, но одновременно — упрощает и позволяет. Те, кто призывает нас сейчас освободиться от диктата роботов, грешат наивностью.

Человек всегда, испокон веков, поддавался влиянию общества, в котором жил. Окружение постоянно влияет на нас, заставляет действовать по действующим в нем правилам. Господство и давление роботов и искусственного интеллекта заключается не в том, что они заменят нас в принятии решений и управлении нашей судьбой, а в том, что нам придется придерживаться правил, проистекающих из их существования в нашей жизненной среде, приспосабливаться к принципам, которые возникнут из-за их присутствия в разных сферах нашей жизни.

Например, помнить об алгоритмическом характере работы умных машин, связанных с этим возможностях, а одновременно ограничениях. Иначе мы не сможем успешно функционировать в современной цивилизационной среде, как не можем сейчас выжить в джунглях, не зная царящих в ней законов природы и не соблюдая их.

В последнее время повсюду цитируют предостережения из открытого письма, которое подписали влиятельные представители науки и бизнеса, в частности, физик Стивен Хокинг (Stephen Hawking), предприниматель Элон Маск (Elon Musk), а также представители компаний Google, Microsoft и IBM. Интересно, что научные и предпринимательские карьеры этих людей в значительной мере связаны с развитием систем искусственного интеллекта. Каков в таком случае подлинный смысл их выступления?

Обществу, которое пользуется магическим мышлением, нужны шаманы. Их роль хотят взять на себя сегодня эксперты. Открытое письмо, как мне кажется, призвано показать, кто принадлежит к этой касте посвященных.

Не будем пугать друг друга роботами, искусственным интеллектом и думающими машинами. Это путь в никуда. Давайте воспринимать их присутствие в своем окружении как естественный элемент развития цивилизации и учиться использовать их в собственных целях. Другого варианта, чтобы на самом деле контролировать роботизированную среду, кроме как хорошо узнать ее, нет.

Робот — это, по сути, очень простое, узкоспециализированное устройство, машина с одной или несколькими функциями, которая может точно исполнить лишь запрограммированную задачу. Кто знает, какие новые профессии появятся в будущем на рынке труда в связи с развитием навыков пользования функциями, которые в разных жизненных ситуациях могут предложить нам роботы.

Не выпустить из рук сферу искусственного интеллекта

Если мы хотим узнать, что смогут в будущем делать роботы, нас следует взглянуть на самих себя. Вместо того чтобы спорить об этике роботов, подумаем о наших собственных (групповых и индивидуальных) воззрениях на развитие робототехники. Взглянем на ценности, которые мы исповедуем, подумаем, каких правил мы придерживаемся в нашей частной, общественной и профессиональной жизни, каким образом они могут отразиться в способах использования умных машин.

Искренний ответ на эти вопросы может сказать многое о возможностях и перспективах использования роботов. Мы увидим, какие из них могут быть добрыми, а какие нанести нам вред. Задумаемся, какие у нас мечты, какие цели мы себе ставим, как мы представляем мир и свое место в нем, и тогда мы увидим, что можно позволить роботам, а к чему их допускать не следует.

Общество должно взять на себя ответственность за собственные действия перед лицом вызовов современной цивилизации, и это единственный путь, чтобы не выпустить из своих рук сферу искусственного интеллекта, точнее, не отдать ее тем, кто его создает. Но это уже тема для другой статьи.

Анджей Гонтаж — культуролог, бывший директор по вопросам информатизации Центра современного искусства Уяздовский замок и главный редактор журнала Computerworld.

Польша > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 июня 2015 > № 1401483 Анджей Гонтаж


Италия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 июня 2015 > № 1401479 Умберто Эко

Мобильный телефон и королева из Белоснежки ("L'Espresso", Италия)

Чрезмерное использование мобильного телефона связано с верой в его магические возможности. Все дело в наших религиозных упованиях на неожиданное чудо

Умберто Эко (Umberto Eco)

Иду я как-то по улице и вижу: навстречу мне шагает женщина, сросшаяся со своим мобильным, разумеется, она не смотрит вперед. Если бы я вовремя не уклонился, мы бы столкнулись. Но будучи по натуре человеком коварным, я встал как вкопанный, отвернувшись в другую сторону, будто высматривал что-то в глубине улицы: так синьора натолкнулась на мою спину. Я напрягся, чтобы приготовится к удару, и мне удалось устоять. Ее же замкнуло, мобильный вывалился у нее из рук, она поняла, что ударилась о того, кто не мог ее увидеть, и пойти в обход следовало бы ей. Она пробормотала извинения, меж тем я в самом миролюбивом тоне проговорил: «Не беспокойтесь, случается, в нынешние времена». Надеюсь только, что мобильный, упав, все же сломался, и советую тем, кто попадет в такую ситуацию, вести себя точь-в-точь как я. Разумеется, этих импульсивных звонильщиков хорошо было бы придушить еще в детстве, но так как Ирода встретишь не каждый день, придется наказывать их теперь, хотя они все равно никогда не поймут, в какую пропасть падают, и, несмотря ни на что, будут упорствовать.

Мне хорошо известно, что о синдроме чрезмерного использования мобильного телефона написаны десятки книг, и, казалось бы, к этому вопросу уже нечего добавить. Но если все же поразмыслить, остается необъяснимым то обстоятельство, что чуть ли не все человечество заражено одной и той же манией и больше не общается друг с другом лицом к лицу, не смотрит на пейзажи, не размышляет о жизни и смерти, а в исступлении непрерывно лопочет, почти всегда без всякой к тому срочности, тратя свою жизнь на диалог вслепую.

Дело в том, что мы живем в эпоху, позволившую человечеству впервые воплотить в жизнь одно из трех заветных желаний, которые веками считались компетенцией магии. Первое из них — желание летать, разумеется, не усевшись в специальный агрегат, а паря в небесах собственной персоной, взмахивая руками, как крыльями; второе — победить врага или даже целую армию, произнеся тайные заклинания или же проколов глиняную фигурку; третье же — общаться на расстоянии через океаны и горные гряды, предварительно заполучив во служение какого-нибудь мага или же волшебный предмет-помощник, который вмиг перенесет нас из Фрозиноне на Памир, с острова Иннисфри в Тимбукту, из Багдада в город Поукипзи, соединив с тем, от кого мы оделены тысячами миль. Теперь мы можем делать это сами, собственными руками, это вам не история с телевидением, навязывающим чужие решения и вкусы, а прямой эфир показывают все реже.

Что веками заставляло людей обращаться к магии? Спешка. Магия же сулила мгновенный переход от причины к следствию, по мановению ока, избежав промежуточных шагов: произношу заклинание и обращаю железо в золото, призову ангелов и передам через них послание. Вера в магию не рассеялась с приходом научного знания, более того, мечта о синхронизации причины и следствия превратилась в технологию. Сейчас технология — это тот механизм, что дает тебе все и сразу (вот именно, жми на кнопку своего мобильного и моментально свяжешься с Сиднеем). Меж тем, на самом деле наука развивается неспешно. А нас ее осмотрительная медлительность не в силах более удовлетворить. Теперь мы хотим заполучить чудодейственное средство от рака. Сегодня, не завтра. До такой степени, что готовы довериться любому врачу-шарлатану, торгующему моментально исцеляющими волшебными настоями, который не заставит нас ждать годами.

Связь между одержимостью технологиями и верой в магические возможности очень тесная, в основе ее наши религиозные упования на неожиданное чудо. Развитие технологий рассказывало и продолжает рассказывать нам о тайнах, наука бьется над их разгадкой и исследует, насколько они постижимы или же, напротив, непостижимы. Вера в чудо показывает нам принципиально иное — нуминозное, сакральное, божественное начало, действующее без промедлений.

Можно ли провести параллели между теми, кто обещает мгновенное излечение, как отец Пио, мобильным телефоном и королевой из Белоснежки? В некотором-то смысле да. Ведь и синьора из моего рассказа живет в мире сказок, зачарованная говорящей раковиной, а не волшебным зеркальцем.

Италия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 июня 2015 > № 1401479 Умберто Эко


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 июня 2015 > № 1411274 Ольга Мордкович

ТЕЛЕ2-тесто: как жена министра образования построила карьеру в IT

Юлия Таратута, Дмитрий Филонов

Жена главы Минобрнауки Дмитрия Ливанова Ольга Мордкович о самостоятельной карьере, муже из правительства, Юрии Ковальчуке и усыновлении

Ольга Мордкович, директор по IT в Теле2, — пример женской карьеры, самостоятельность которой почему-то принято подвергать сомнению. Женщина на топ-менеджерской позиции в телекоме, к тому же жена чиновника. В новости Мордкович попадает в связи с декларациями о доходах членов правительства. В интервью Forbes Woman она развенчивает слухи.

— Это ваше первое интервью, расскажите немного о своей семье.

О. М.: Я родилась и выросла в Москве, работала тоже всегда здесь, но благодаря командировкам от Tele2 поездила по стране. Родители мои оба были связаны с информационными технологиями, хотя тогда это так не называлось. Мама работала на оборону, папа — из энергетики, занимается автоматизацией в области обеспечения надежности высоковольтного оборудования, его системы АСУ, мониторинга и диагностики работают на многих энергетических объектах в нашей стране и за рубежом. Вот такое у меня происхождение.

— Говорят, ваш отец преподавал в МИСИС, ректором которого позднее стал ваш муж Дмитрий Ливанов. Это ложные слухи?

О. М.: Просто сплетни, не имеющие ничего общего с реальностью. Кстати, когда слух попал в СМИ, никто не задался вопросом, каким образом Ольга Анатольевна Мордкович может быть дочерью Юрия Сергеевича Карабасова — ни отчество, ни фамилия же не совпадают. Фамилия у меня, кстати, папина.

— Да, и вы ее не поменяли.

О. М.: Так получилось, что к моменту замужества у меня уже была профессиональная репутация, была выстроена какая-то своя жизнь, и фамилия стала ее частью. Да и документов накопилось немало, это же все пришлось бы менять. К тому же так получилось, что в моем поколении я осталась единственным носителем гордой фамилии Мордкович. В общем, я решила ее сохранить, хотя фамилия у мужа действительно красивая.

— Вы учились в Институте нефти и газа им. Губкина. Но с нефтью вас, кажется, мало что связывает.

О. М.: Да, я закончила знаменитую «керосинку», хотя мою профессиональную ориентацию скорее предопределило то, что я закончила 57-ю школу — она была известной кузницей управленческих кадров. Только в моем выпуске два достаточно серьезных бизнесмена — Вадим Мошкович и Александр Клячин. Вадим — мой одноклассник, в школьном журнале наши фамилии шли одна за другой. Когда одного вызывали к доске, а другой не выучил, сердце стучало: как сказали — Мордкович или Мошкович? К сожалению, я их обоих потеряла из виду после выпуска. Ну и, наверное, половина нашего класса пошла после школы на «губкинскую» прикладную математику.

— В ту же легендарную «губкинскую группу», кажется, входили Аркадий Волож и Илья Сегалович?

О. М.: С ними вместе я не училась, но все это была примерно одна тусовка. Какая карьера меня ожидала после вуза? Закончила я факультет автоматики и вычислительной техники по специальности «прикладная математика», специализация — применение вычислительной техники в народном хозяйстве. В рамках профильного образования можно было бы развиваться, например, в направлении своей дипломной работы — моделирование гидроразрыва пласта. Но в институт, где я делала диплом, меня не взяли, хотя я защитилась с отличием и была одной из лучших по успеваемости в группе. Я обиделась и ткнула в список для распределения наугад — буквально пальцем в небо — и в итоге попала в Научно-исследовательский физико-химический институт им. Карпова. Никто меня там не ждал, делать было нечего, не то что компьютерной техники — мне полгода не могли найти стол и стул. Я какое-то время ютилась в библиотеке, а потом перестала посещать институт и прибилась к каким-то программистам. И когда меня собрались увольнять за «леность и нехождение в классы», уже в принципе было куда пойти.

Я устроилась компьютерщиком в учебный центр полиграфии при издательстве «Молодая гвардия». Это была партийная структура с суперпередовыми по тем меркам технологиями: центру выделяли валюту — в институте закупали компьютеризованные печатные и цветоделительные машины, осваивали компьютерный набор и потихоньку переходили на персональные компьютеры. Линотипов я уже не застала, но по углам еще валялись металлические буковки. В издательстве я сначала работала «эникейщиком», помогала сотрудникам — в основном женщинам-наборщицам, вчерашним линотиписткам — обращаться с компьютерами. Выяснилось, что у меня хорошо получается объясняться с пользователями, и я стала заниматься обучением тоже. Карьера пошла вверх, но ненадолго. Настал 1991 год, КПСС перестала существовать, в издательстве при ЦК КПСС и его учебном центре начались разброд и шатание. Народ начал потихоньку разбредаться, ну и я тоже.

— Куда вы побежали?

О. М.: К Константину Боровому. В бизнесе же тоже есть мода. Какое-то время все открывали банки, сейчас бросились в соцсети, а тогда было время бирж — бирж были сотни. И вот Боровой создал такую структуру для координации их работы — Конгресс бирж, и нужно было наладить коммуникацию на базе новых технологий. Интернета в его нынешнем виде еще, конечно, не было, по тем временам высокотехнологичные коммуникации означали электронную почту, листы подписки. Я ходила по домам и офисам и ставила «диалапные» модемы — сначала на 1200 бод, потом на 2400. У Ирины Хакамады дома, например, первый модем был установлен вот этими руками. Учила продвинутых москвичей пользоваться электронной почтой, можно сказать, компьютеризировала элиту. Потом началась эпоха интернета, и стало понятно, что дело перспективное. Надо создать коммерческую структуру, которая будет заниматься подключением к интернету в масштабах всей страны. Так образовалась акционерная компания «Релком». И поскольку я вроде бы уже была в теме электронных коммуникаций, меня привлекли к этому проекту.

— Где вы еще успели поработать до Tele2?

О. М.: Из «Релкома» я уходила в Национальную службу новостей. В 1996 году мы делали первый в России сайт о выборах, где результаты голосования публиковались онлайн. Во время проекта я была формально в декрете, так что одной рукой кормила ребенка, а другой забивала результаты выборов на сайт. А потом меня позвали в Golden Telecom. Сначала бизнес-аналитиком, а потом я довольно быстро стала там директором по внутреннему развитию, курировала бизнес-процессы и IT. Когда Golden Telecom слился с «Телероссом», мне пришлось погрузиться в тему биллинга — в 1999 году все были озабочены знаменитой «проблемой 2000». Старый биллинг «Телеросса» не поддерживал переход на 2000 год, и нам пришлось срочно, на ходу менять систему.

Мы выбрали систему производства российской компании Flagship, которая потом получила название Protek Flagship, и внедрили ее успешно, в срок — к 2000 году. А меня пригласили на работу во Flagship. С тех пор биллинг, можно сказать, моя узкая специализация. Protek вообще была очень интересной компанией, которая тоже стала в России кузницей кадров, только для индустрии телекоммуникаций. Это, наверное, моя вторая любимая компания после Tele2.

— А кто вас позвал в Tele2?

О. М.: Уже не помню, как они на меня вышли. Просто однажды позвонили, предложили встретиться, пообщаться. Я в Protek несколько раз имела дело со скандинавскими телекомами и была заворожена тем, как они ведут бизнес, — это, конечно, совсем другая модель управления. Скандинавские компании — малочисленные и очень быстрые организации, у нас был, например, заказчик, виртуальный оператор, обслуживавший 180 000 абонентов — в компании работали всего четыре человека. Ну и дополнительным плюсом в Tele2 была возможность заниматься моей любимой темой — биллингом. IT-индустрия вообще отличается подвижностью, и до Tele2 я меняла работу каждые полтора-два года, а за последние 11 лет мне ни на минуту не было скучно. Компания росла и менялась на глазах. Когда я пришла в Tele2 в 2004 году, у нее было 300 000 абонентов в семи регионах, а сегодня мы обслуживаем больше 35 млн абонентов более чем в 60 регионах страны.

— Про вас часто пишут, что ваши успехи в карьере связаны с позицией вашего мужа-министра. Карьера Ливанова когда-нибудь влияла на вашу или это совпадение, которое вас тяготит?

О. М.: С одной стороны, не слишком приятно, когда твои заслуги приписывают внешним обстоятельствам. С другой — я уже привыкла к подобным предположениям и они больше меня не задевают. В 2004 году мой муж пошел работать в правительство начальником департамента в Министерстве образования. Трудно себе представить, как это могло повлиять на мое назначение директором по IT в шведскую компанию. А переговоры о работе с Tele2 начались, кстати, еще в 2003 году, то есть раньше, чем мой муж перешел на работу в правительство, просто компания очень серьезно относилась к выбору кандидатов на руководящие позиции, и процесс был по-шведски неспешным.

Моя карьера достаточно логично развивалась, в ней не было никаких резких зигзагов, я не меняла ни область деятельности, ни должностной уровень. Я ушла из Protek с директорской позиции и на директорскую позицию пришла в Tele2.

— Компания сменила прежнего владельца, шведку Кристину Стенбек, на россиян — ВТБ и структуры Юрия Ковальчука и Алексея Мордашова. Как это изменило компанию, жить стало легче? Говорят, шведы вели дела экономно.

О. М.: Шведы очень тщательно контролировали расходы. И сейчас мы не отходим от нашего позиционирования как дискаунтера, и это заставляет нас эффективно управлять издержками. А в связи с текущей экономической ситуацией каждая копейка на счету.

— Акционеры не вмешиваются в «редакционную политику»?

О. М.: Лично с нынешними акционерами я не знакома. Но после ухода шведов я не вижу никаких изменений к худшему ни в стиле управления, ни в корпоративной культуре. Напротив, у нас стало больше возможностей. Мы из сильного регионального игрока превратились в многообещающего федерального оператора. У нас есть амбиции войти в тройку лидеров, и, судя по тому, как развивались события после заключения сделки с «Рос­телекомом», этим планам суждено реализоваться.

Возвращаясь к вопросу о переменах в управлении, на моем уровне я не замечаю вмешательства в операционную работу. Я вижу их влияние в части планирования бюджета и структуры затрат — нормальный контроль за тем, как мы распоряжаемся деньгами акционеров. У наших новых владельцев достаточно широкий портфель инвестиций, и, если мы занимаемся какими-то новыми крупными проектами, нам могут порекомендовать, с кем проконсультироваться, как объединить закупки, где воспользоваться эффектом масштаба.

— Вся история Tele2 при шведах была войной с Министерством связи за частоты.

О. М.: Зачем война? Борьба, в которой мы победили.

— Да, это почти совпало со сменой собственника.

О. М.: Мы начали продвигать принцип технейтральности (возможность развивать любую технологию связи на уже имеющихся у операторов частотах. — Forbes Woman) в 2011 году, до смены акционеров. Но цикл работы министерства долгий, окончательное решение в пользу ее внедрения приняли в 2013 году. Мы также активно поддерживали отмену «мобильного рабства», которая позволила абонентам переходить к другому оператору без смены номера. Те регуляторные решения, которые идут на пользу всему рынку связи, в том числе являются итогом нашей работы.

— И все же человека более влиятельного, чем Юрий Ковальчук, представить себе сложно. Неужели жизнь не стала проще принципиально?

О. М.: Не знаю. Наверное, когда речь идет о стратегических партнерствах или о финансировании, наличие серьезных акционеров в российском бизнесе помогает. Как в известном анекдоте: в любом случае не повредит. Это придает прочности и веса, но я бы не сказала, что Tele2 пришла и административным ресурсом подвинула всех конкурентов.

— Раньше вы были очень прозападными, а сейчас?

О. М.: Я как технический человек могу сказать, что есть определенные технологии, которые развиваются во всем мире одинаково. Есть европейские и мировые стандарты, на них мы ориентируемся. Есть российские поставщики, которые делают продукцию на конкурентоспособном уровне, и мы с удовольствием с ними работаем. Мы всегда готовы их поддерживать — с точки зрения бизнес-логики это правильно, но основной нашей задачей и в составе шведского концерна, и после прихода российских акционеров было предоставлять нашим абонентам качественные услуги по низким ценам.

— Когда запретили американское усыновление, ваш муж Дмитрий Ливанов был, пожалуй, первым, кто сформулировал, что он против. Было ли это вашим семейным решением и вообще обсуждали ли вы с ним этот вопрос?

О. М.: Я не комментирую деятельность моего мужа. У нас с ним есть соглашение: «Банк не торгует семечками, а я не даю кредиты».

— Хорошо. Тогда же стало известно, что ваша семья усыновила ребенка. Расскажите, как это случилось?

О. М.: У нас к этому моменту уже было двое детей, и мы давно обсуждали возможность такого способа расширения семьи. Решили, что вполне можем усыновить, и усыновили. Пошли к оператору базы данных детей, лишенных попечения родителей, и нам выписали направление.

— Усыновление в России — непростой процесс?

О. М.: Нет, мне кажется, это в большой степени предрассудки. По сравнению с тем, когда мы занимались оформлением усыновления, сейчас немного изменили процедуру — включили в нее обязательное прохождение курсов подготовки приемных родителей, и, как мне кажется, это правильно, потому что усыновление не должно быть спонтанным решением. За границей этот процесс занимает годы, а я первую справку взяла всего за четыре месяца до того, как мы привезли ребенка домой, притом что я работала на полную ставку и не брала отпуск специально для оформления документов. Это же очень короткий срок, даже беременность дольше продолжается.

— А чем вы руководствовались, когда принимали решение, — соображениями милосердия или вам просто хотелось третьего ребенка?

О. М.: Есть дети, которым нужна семья, а есть родители, у которых есть возможность ребенка принять. Если люди, у которых все хорошо, не будут усыновлять детей, то кто их будет усыновлять?

— Третий ребенок поменял как-то вашу семью?

О. М.: Да, очень сильно, и только в лучшую сторону. Мы очень счастливы, что он у нас есть. Со старшими детьми у младшего очень хорошие отношения. Мне вообще кажется, что семья из трех детей гораздо лучше сбалансирована, чем из двух. Всегда есть возможность для гибкости, маневра и создания временных коалиций.

— Сколько лет ребенку?

О. М.: 7 лет сейчас.

— А как устроены семьи, в которых два человека более-менее работают всегда?

О. М.: Так и устроены — времени на семейную жизнь немного, поэтому тратить ее на пережевывание того, чем на работе занимаешься, вообще не хочется. Мы другие вопросы обсуждаем. У нас же трое детей — темы для разговоров всегда найдутся.

— У много работающих людей бывает эмоциональная проблема — на детей остается очень мало времени.

О. М.: Наверное, в семье, где мама не работает, ребенок приходит из школы в 12 часов, а она стоит у плиты и печет плюшки, как в «Карлсоне», больше общения. Но мне кажется, нам удается поддерживать достаточно близкие отношения с детьми, хотя, конечно, им виднее, насколько нам это удается. Наша старшая дочка уехала учиться в Санкт-Петербург — так она решила, но мы обязательно общаемся каждый день.

— На кого она учится?

О. М.: Она учится на филфаке СПбГУ. Да, дети, к сожалению, получились у нас совершенно непрофильные. У двух родителей с математическим образованием откуда-то совершенно гуманитарные дети, может, мутация? Я говорю о старших, по младшему трудно пока сказать, в нем по крайней мере еще видна техническая жилка.

— Кстати, вы сами когда-то получили MBA в бизнес-школе МИРБИС. А почему здесь, а не за границей?

О. М.: Я училась без отрыва от работы, когда ребенку было всего полтора года, уехать надолго для образования не было возможности, это и так было достаточно напряженное время. Поскольку МИРБИС в это время предлагала совместные программы с лондонским Guildhall University, получила параллельно две степени — российскую и английскую. Диплом, кстати, я писала по-английски — мне хотелось попрактиковаться.

— А как вы познакомились с мужем?

О. М.: Мы просто вращались в одном кругу. Мой муж — выпускник другой математической школы, 91-й, того же года выпуска, что и я. У нас было человек двадцать общих знакомых, мы общались приблизительно в одной компании и рано или поздно должны были встретиться. Так и случилось: однажды поехали вместе в какую-то поездку большой компанией.

— Скажите, а у вас никогда не было желания работать в профильном министерстве?

О. М.: Нет, мне кажется, в семье достаточно одного госслужащего, должна быть диверсификация.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 5 июня 2015 > № 1411274 Ольга Мордкович


Россия. ЮФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 4 июня 2015 > № 1420581 Алексей Волин

Алексей Волин назвал 16 пунктов стратегии телевизионного развития в РФ

Ялта, 4 июня 2015 года. — Министерство связи и массовых коммуникаций Российской Федерации завершает работу над стратегией развития телевещания в стране на период до 2025 года. Об этом на проходящей в Крыму второй общероссийской отраслевой «Конференции кабельной и медиаиндустрии» сообщил замглавы Минкомсвязи России Алексей Волин. Главная задача документа — показать отрасли четкие ориентиры и магистральные пути развития, а также наметить перечень проблем, которые необходимо решить.

По словам Алексея Волина, документ вскоре будет вынесен на обсуждение с экспертами и участниками рынка. Приводим тезисы выступления замглавы Минкомсвязи России, в которых он рассказывает о 16 пунктах стратегии телевизионного развития в РФ.

1. Ключевым элементом развития телевидения становится контент. Выиграет и утвердится на телерынке только тот, кто сможет произвести и показать зрителю интересные и качественные фильмы и передачи, тот, чью продукцию зритель захочет получить.

2. Так как производство качественного контента обходится дорого, осуществить его сможет только ограниченное количество каналов. Поэтому развитие рынка обеспечат пять-шесть крупных игроков, которые в состоянии тратить миллиарды рублей на контент. Они — локомотивы индустрии, они задают стандарты. По сути дела, что хорошо для них, то хорошо и для телевидения. Национального телевидения в России не будет, если не станет крупных игроков.

3. Объемы произведенного контента будут и дальше нарастать, причем, как профессионального, так и полупрофессионального, включая пользовательский контент. Это приведет к появлению большого количества нишевых каналов, что в свою очередь усилит конкуренцию на рынке.

4. В стране не будет одного главного способа приема телевизионного сигнала. Зритель будет пользоваться эфирным приемом, доставкой сигнала по кабельным и спутниковым сетям, мобильными платформами и IPТV. Нет и не будет одного главного экрана, на котором смотрят телепередачу. Уже сегодня он и в телеприемнике, и в планшете, и в смартфоне.

Телевидение становится многоэкранным и многоформатным. От этого меняются и задачи государственной политики. Если до сегодняшнего дня задачей государства было создать инфраструктуру цифрового эфирного вещания, которая в состоянии в каждый дом доставить 20 каналов стандартного телевизионного качества, то теперь эта задача уже почти выполнена.

Программа цифрового ТВ завершается. Новая цель звучит иначе: обеспечить каждому жителю возможность приема тех телевизионных каналов, того качества, на те устройства, тем способом, каким он пожелает.

5. Мы уже сегодня вошли в стадию, когда в телевизионной технике не спрос определяет предложение, а наоборот. Вначале придумываются технические новшества, затем их предлагают потребителю. И уже потребитель с разработчиками начинают думать, что с ними делать и как их можно использовать. Зачастую новые технические решения становятся маркетинговыми инструментами и используются для замены телевизоров, антенн или декодеров.

6. У зрителя будет возрастать спрос на многоэкранность и интерактивность. Поэтому важное значение будет иметь возможность обратной связи со зрителем.

7. Телевизионные каналы в новых условиях меняют свое функциональное предназначение. Они из обычных трансляторов превращаются в фабрики контента. При этом они обрастают библиотеками, собственным производством, а зачастую выходят и на рынки кабельных, спутниковых и других услуг. Равно как и крупные операторы начинают формировать свои библиотеки. Таким образом, формируются крупные многопрофильные корпорации.

8. Телевизионные измерения сегодня отстают от основных тенденций развития индустрии. Поэтому в медиаметрии в ближайшее время необходимо учесть весь набор происходящих изменений. С учетом многоэкранности, видимо, измерять уже надо будет не домохозяйство, а каждого зрителя. Внутри одного домохозяйства уже сформировался разный телевизионный просмотр.

9. Мы понимаем, что сетевому партнерству приходит конец. В этих условиях региональным каналам надо увеличивать объемы собственного производства, расширять закупки в библиотеках, переходить к синдикации.

Отдельно перед государством встает вопрос, что делать с частотами. Сегодня лицензией на частоту обладает именно партнерство в лице федерального и местного канала. Как быть, если федеральный партнер потребует развода и уйдет из семьи? Сегодня по закону имущество в виде эфирной частоты уходит к государству и выставляется на конкурс. На наш взгляд, здесь может возникнуть противоречие между законом и справедливостью.

10. Мы считаем, что государство не должно отключать аналоговое вещание. В рамках многоукладности и многоформатности, аналоговое вещание должно и может существовать до тех пор, пока на него будет спрос. То есть, пока будут желающие оплачивать эту услугу. Оно отомрет естественным путем.

Первым шагом на пути к его исчезновению станет прекращение финансирования со стороны государства распространения аналогового сигнала обязательных общероссийских общедоступных каналов в городах с населением менее 100 тыс. человек после 2018 года. В этих условиях население переключится на мультиплексы, и разница между цифровой и нецифровой картинкой станет очевидной. С увеличением возможных способов доставки сигнала зрителю аналоговое вещание, скорее всего, исчезнет через два года.

11. Государство создает серьезную инфраструктуру, которая открывает широкие возможности для неэфирного кабельного вещания. Речь идет о прокладке волоконно-оптических сетей связи и предоставлении широкополосного доступа в интернет в населенные пункты численностью свыше 250 человек. Это программа сильно изменит ландшафт медиапотребления.

12. Проблема всех индустрий сегодня — это проблема кадров. Те специалисты, в которых по-настоящему нуждается отрасль, без ее участия не появятся. Институт даст базу, специалиста сделают сами каналы. И чем дальше, тем больше подготовка кадров будет становиться делом производств. Потому что кроме самих телевизионщиков никто не сможет подготовить тех специалистов, которые им нужны.

13. Тема ближайших лет — это импортозамещение. Доля оборудования может быть средней, программного обеспечения — высокой, оптических каналов связи — низкой. Несмотря на это в стране начнется производство целого ряда узлов и оборудования. И особенно велик будет спрос на отечественный контент. Этому способствует и закон, разрешающий неэфирным каналам продавать рекламу при условии, что не менее 75% их продукции — отечественного производства.

14. Сегодня особую актуальность приобретает устойчивость системы передачи сигнала, потому что потребителю важна гарантированная и качественная услуга. Все это требует денег и увеличения поступлений на каналы.

15. Будет происходить увеличение доли платных сервисов. Все участники рынка, которые оказывают качественные услуги, будут вынуждены сокращать количество бесплатных сервисов и услуг. Будет реализовываться принцип «хорошо бесплатно не бывает».

16. Несмотря на увеличение количества и доли платных сервисов, для телеканалов главным источником дохода останется реклама. Но при этом внутри самой рекламы тоже будут происходить изменения. Рекламодатель видит, как работает таргетированная реклама в интернете и при помощи уже появившихся технологий желает распространить таргетирование на рекламу в телевидении.

Россия. ЮФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 4 июня 2015 > № 1420581 Алексей Волин


США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 июня 2015 > № 1411287 Питер Гринбергер

«Идеальный твит информирует, помогает и развлекает одновременно»

Альфия Галиева

Директор Twitter по продажам на развивающихся рынках Питер Гринбергер о том, как привлечь внимание 300 млн пользователей к своему бренду

— Что изменилось в поведении пользователей и как изменилась реклама в Twitter за время существования сервиса?

— Twitter изначально рассчитан на работу в реальном времени, его задача — наладить контакт с пользователем здесь и сейчас. Поэтому все главные изменения за последнее время направлены на более эффективное решение этой задачи. Значительно изменились виды контента. Сегодня пользователи могут размещать не только 140 символов текста, но и картинки, видео, анимацию. К посту можно прикрепить до четырех картинок видео, для обычных пользователей — не более 30 секунд, для верифицированных аккаунтов — более длительное. Такой контент значительно повышает конверсию — пользователи охотнее реагируют на визуальные образы, чем на текст. Меняются и возможности таргетирования рекламных твитов. Сейчас это можно делать по интересам, по типу мобильного устройства и даже по телевизионным предпочтениям пользователей.

Сегодня у нас более 300 млн активных пользователей по всему миру. Еще около 500 млн незарегистрированных пользователей каждый день посещают наш сайт в поисках информации или просматривают аккаунты известных брендов. Мобильное приложение Twitter установлено сегодня примерно на 1 млрд устройств. Оно объединяет сеть рекламных мобильных приложений, то есть можно размещать рекламу в Twitter через другие приложения. Рекламодатели могут выбрать подходящий инструмент для увеличения трафика или для повышения узнаваемости бренда.

— Какие визуальные инструменты наиболее популярны?

— Многие рекламодатели пользуются сервисом Vine. Это циклическое видео длиной шесть секунд. Не так давно мы запустили видеосервис Periscope. Он позволяет вести видеотрансляцию в прямом эфире, которую пользователи могут комментировать. Видео хранится в течение суток. Контент можно распространять в режиме реального времени по всему миру.

Хорошие результаты дает соединение рекламных кампаний на телевидении и в Twitter, ведь половина наших пользователей пишут твиты, когда смотрят телевизор. Мы давно заметили это в США, а теперь и в других странах. При этом мы не рассматриваем свой сервис в качестве конкурента телевидению, они прекрасно дополняют друг друга: мы обнаружили, что просмотр спортивного матча с Twitter вызывает у пользователей больше радости, чем без него. Ведь люди любят делиться эмоциями. Наш сервис имеет возможность удвоить эффективность телерекламы, если она пересекается с рекламой в твитах.

— В чем отличие аудиторий и рекламных стратегий в Twitter в России, США, Европе?

— В США и Европе реклама в Twitter присутствует немного дольше. Бренды научились быстро реагировать на важные новости. Вспомните историю с платьем, которое меняло цвет. Десятки брендов тут же начали писать на эту тему. Раньше такая оперативность была редкостью — теперь это норма.

Если же говорить о различиях между пользователями разных стран, то они в первую очередь в темах. В Индонезии, например, люди больше общаются с семьей и друзьями. В Индии одна из самых популярных тем — крикет. В Бразилии — огромный интерес к футболу, мы отмечали значительное увеличение конверсии во время чемпионата мира. Наша задача — предоставить рекламодателю данные о том, сколько раз та или иная тема или слово упоминалось твитах в данной стране за определенное время. Ведь каждые два дня пользователи отправляют около миллиарда твитов, и на каждый можно ответить релевантным рекламным сообщением в самое подходящее время. Прийти к любому пользователю в нужный момент намного важнее, чем прийти к нужному пользователю, но не вовремя. Именно это делает Twitter незаменимым для брендов. И именно поэтому у нашего сервиса один из самых высоких показателей конверсии рекламных сообщений — в среднем 3-5%, а в отдельных случаях — 50 и даже 100%.

В России с ноября прошлого года мы работаем с партнером по продаже рекламы и уже заметили, что самые разные российские компании — от финансовых до развлекательных — грамотно пользуются рекламой.

Наша аудитория растет: половина российских пользователей проверяют аккаунт в Twitter каждый день, треть из них — несколько раз в день.

Здесь очень эффективны рекламные видео. Цена на них одна из самых низких в мире, хотя с ростом популярности сервиса соотношение может измениться. Пока в этом сегменте работают Sony Playstation и Disney, но мы ожидаем, что число компаний увеличится. Кроме того, в России высокий процент рекламы мобильных приложений. Удачно работает компания Aviasales — проводит таргетинг по новостям и по теме каникул и отпусков. Сбербанк успешно увеличивает число подписчиков своего аккаунта.

— Какие рекомендации можете дать по проведению рекламной кампании в Twitter?

— Первое, что мы советуем рекламодателям: слушайте. Очень важно знать, что говорят о вашем бренде, ваших товарах и даже о ваших конкурентах. Затем начинайте выстраивать собственное качественное сообщество. С этой задачей хорошо справляется рекламный аккаунт. Дальше нужно наращивать конверсию с помощью разных видов релевантного, актуального контента. Хороший твит должен либо информировать, либо помогать, либо развлекать. Идеальный делает это одновременно.

Размещать твиты нужно пару раз в день, а потом провоцировать аудиторию сделать покупку, загрузить приложение, посмотреть видео. Запуская рекламную кампанию, важно определить ее цель — повысить узнаваемость бренда, увеличить продажи или привлечь внимание к приложению. От цели зависит и способ размещения контента. Если вы хотите, чтобы аудитория посмотрела видео, не размещайте под ним других ссылок и обязательно скажите пользователям: «Посмотрите это видео!» Статистика показывает, что аудитория откликается активнее, когда ее просят. Правило «Просите — и воздастся» справедливо и для Twitter.

— Какие ошибки чаще всего делают рекламодатели в Twitter?

— Самая большая ошибка — безликие твиты, похожие на пресс-релизы. Twitter скорее сообщество по интересам, чем социальная сеть. Здесь важнее не кого вы знаете, а кого или что вы хотите знать и на какие темы — искусство, музыка, спорт, мода. Мы говорим: вы тот, кого вы читаете, и вы то, что вы пишете. Сообщения должны быть личностными, эмоциональными, располагающими к диалогу. Еще до появления рекламы в Twitter этим активно и грамотно пользовались небольшие компании, например небольшие ресторанчики и кафе. Реклама в других медиа им, как правило, не по карману, и они использовали Twitter для общения с клиентами — рассказывали о новинках меню, объявляли об акциях и скидках.

Мы говорим рекламодателям: задавайте вопросы, пользуйтесь визуальным контентом в нужное время в нужном месте. Последнее особенно удается, например, компании Samsung. Как только Apple выпускает новый iPhone, Samsung публикует комментарий по этому поводу. Другой пример: туристическая компания Visit Ireland начала кампанию на волне популярности сериала Game of Thrones: хотите посмотреть, где это снималось, — купите билет и приезжайте.

Еще одна распространенная ошибка — устаревший и несвоевременно обновляемый контент. Мы советуем выпускать несколько твитов друг за другом, немного изменяя и дополняя их, потому что лента обновляется быстро, и они так же быстро устаревают. Очень важный момент, который не используют многие рекламодатели, — хештэги. Они помогают начать беседу или организовать ее. Без хештэга конверсия значительно падает.

Ну и самая большая ошибка — это отсутствие бренда в Twitter.

Соцсети сегодня стали частью повседневной жизни. Это можно игнорировать, а можно воспользоваться и рассказать о себе потенциальным клиентам или покупателям.

Важный момент — воздействие позитивной и негативной информации на пользователей. По нашим данным, у позитивной информации более высокий отклик, мы советуем брендам быть позитивными, но честными с аудиторией и отвечать на негативные отзывы. В этом случае большая часть негатива уходит, потому что пользователь получает обратную связь и меняет отношение к компании.

— Некоторые социальные сети предлагают средствам массовой информации размещать новости прямо в их аккаунтах, минуя собственные сайты. Twitter готов предложить что-то такое же революционное?

— Мы считаем, что Twitter сам по себе революционный инструмент для СМИ. Это лучшее место для размещения кратких, срочных новостей. Все заметные медийные истории последнего времени начинались в Twitter и потом перемещались в социальные сети. Люди любят сравнивать социальные сети, но каждая из них предназначена для определенных целей. Мы уверены, что наш сервис — для живого, публичного общения, для оперативной информации, которую нужно знать прямо сейчас, что, разумеется, отличает Twitter от социальных сетей или сайтов, где, например, просто размещают фото.

США > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 июня 2015 > № 1411287 Питер Гринбергер


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 2 июня 2015 > № 1387771 Владимир Путин

Заседание Совета по развитию физической культуры и спорта.

Владимир Путин провёл заседание Совета по развитию физической культуры и спорта.

Обсуждались вопросы развития спорта высших достижений, правового регулирования профессионального спорта, деятельности профессиональных спортивных организаций.

* * *

В.Путин: Добрый день, уважаемые коллеги!

В прошлом, 2014 году наш Совет определил задачи развития массового спорта и приоритеты новой Федеральной программы строительства спортивных объектов.

Сегодня на повестке дня – спорт высших достижений, включая вопросы правового регулирования профессионального спорта. Мы неоднократно подходили к этому «весу», что называется, всё вокруг этой темы ходили – давайте сегодня подробнее поговорим.

Создание условий для деятельности профессиональных спортивных организаций – чрезвычайно важная тема.

Сразу скажу, что целенаправленная, системная политика государства в сфере спорта высших достижений в последние годы даёт позитивные результаты.

Достаточно вспомнить победы России на Универсиаде в Казани, московском чемпионате мира по лёгкой атлетике, на Олимпийских и Паралимпийских играх в Сочи. То есть задачи, поставленные в Стратегии развития отрасли, в целом выполняются.

И здесь следует отметить немалую заслугу Фонда поддержки олимпийцев России. В этом году ему исполняется 10 лет. За это время он реализовал 57 программ на сумму порядка 8 миллиардов рублей, прежде всего направленных на поддержку перспективных спортсменов. Подавляющее большинство из них стали призёрами и чемпионами Олимпийских игр. И это хороший, если не сказать отличный, результат, который необходимо развивать.

Целенаправленная политика государства в сфере спорта высших достижений в последние годы даёт позитивные результаты. Достаточно вспомнить победы России на Универсиаде в Казани, московском чемпионате мира по лёгкой атлетике, на Олимпийских и Паралимпийских играх в Сочи.

В этой связи я хотел бы просто пофамильно назвать тех, кто реально вкладывает средства в этот фонд и помогает спорту. Если кого–то забуду – не сердитесь, пожалуйста. Абрамов, Абрамович, Алекперов, Авен, Богданов, Вексельберг, Дерипаска, Евтушенков, Лисин, Потанин, Усманов, Бокарев.

Должен отметить, что призёрами и чемпионами стали 87 процентов грантополучателей.

Реализуются меры государственной поддержки. В их числе – президентские стипендии. Считаю, нужно подумать, как повысить эффективность таких механизмов, какие дополнительные решения предложить. Прошу Минспорт проработать этот вопрос.

Сейчас в рамках нашего заседания хотелось бы услышать и о ходе подготовки к Играм в Рио–де-Жанейро, до которых осталось чуть больше года, о готовности национальной сборной к приближающимся Первым Европейским играм в Баку.

В их программе – тридцать одно соревнование. Причём одиннадцать из них – отборочные к бразильским Олимпиаде и Паралимпиаде. И готовность наших атлетов уже сейчас должна быть на высоте.

Развитие отечественного спорта – вот что для нас должно быть самым главным. В этом настоящая социальная ответственность.

Также просил бы доложить о результатах первого постолимпийского сезона в зимних видах. До «белых» Игр в Пхенчхане, конечно, ещё достаточно времени, ещё три года. Но это тоже не так уж и много, быстро время летит.

Отдельного обсуждения требует и футбол. И речь не только о чемпионате мира 2018 года, о строительстве инфраструктуры и подготовке нашей сборной. Прежде всего имею в виду развитие футбола в целом, развитие футбола в регионах Российской Федерации. Считаю целесообразным посвятить этому ближайшее заседание нашего Совета.

Не менее важная тема – материально-техническая база спорта. Напомню, что в конце 2012 года была поставлена задача обеспечить к июню 2015 года все олимпийские и паралимпийские виды федеральными тренировочными центрами. Сегодня хотелось бы услышать, как идёт эта работа.

Важным условием развития профессионального спорта является обеспечение атлетов достойными пенсиями, расширение их возможностей получить по завершении спортивной карьеры дополнительное образование или новую профессию.

Также необходимо обсудить развитие научной базы большого спорта. Напомню, что для решения этой задачи, для того, чтобы объединить усилия лучших специалистов, организовать масштабную исследовательскую работу, три года назад Минспортом был создан Федеральный научный центр.

Современный мировой спорт – это не только борьба атлетов, но и жёсткая конкуренция передовых технологий восстановления спортсменов, реабилитации, медицинского сопровождения. Этими вопросами, безусловно, нужно постоянно и предметно заниматься, при этом чётко проводить грань между тем, что разрешено и что запрещено, тем самым защищая и чистоту спорта, и жизнь, и здоровье спортсменов.

В этой связи, к сожалению, вынужден отметить, что случаи выявления у российских атлетов допинга участились. С одной стороны, это говорит о повышении эффективности работы наших антидопинговых служб, но, кроме того, и о необходимости серьёзно усилить профилактику этого явления, предусмотреть меры, когда использование допинга в спорте станет неоправданным ни с моральной, ни с материальной, ни с карьерной, ни с репутационной точек зрения.

Что касается собственно медицинского обеспечения наших спортсменов, то в этой сфере ФМБА России многое сделало. Но есть вопросы, требующие дополнительной работы или решений. Например, надо уточнить порядок финансирования за счёт средств федерального бюджета этого направления, включая первичную и специализированную медико-санитарную помощь, реабилитацию. Тут есть проблемы и некоторые нюансы, связанные с ОМС. Нужно над этим тоже подумать.

Зрелищные соревнования, выступления звёзд спорта – один из самых мощных ресурсов популяризации здорового образа жизни, позитивных примеров для молодёжи.

Уважаемые коллеги! Теперь о так называемом профессиональном спорте, роль и место которого в нашей стране необходимо очень грамотно, предметно определить, структурировать.

В мире много примеров, когда некоторые виды спорта – бокс, футбол, баскетбол, теннис и ряд других – успешно развиваются на профессиональных принципах. Не только популяризируют спорт, здоровый образ жизни, но и служат мощным социальным лифтом, являются успешными доходными отраслями (например, за счёт рекламы и других источников) и обеспечивают занятость значительного числа людей.

Считаю, что за счёт грамотного, продуманного управления профессиональный спорт в России также может вполне эффективно использовать коммерческие, рыночные источники финансирования. При этом ассигнования из бюджета, из средств госкомпаний должны прежде всего идти в основном на массовый спорт, а не на закупку иностранных звёзд ради престижа по непрозрачным и часто необоснованным ценам, как это порой у нас, к сожалению, до сих пор бывает. Обращаю на это внимание в том числе и руководителей компаний с госучастием. Развитие отечественного спорта – вот что для нас должно быть самым главным. В этом настоящая социальная ответственность.

Формирование эффективной модели профессионального спорта потребует и чёткого нормативно-правового регулирования. Во–первых, это касается трудовых отношений, в том числе с иностранными спортивными специалистами. Поручение навести порядок здесь было дано ещё в апреле прошлого года. Рассчитываю сегодня услышать о результатах этой работы.

Чрезмерное участие иностранных специалистов и легионеров в нашем спортивном движении не помогает развитию российского спорта, а тормозит его, создает проблемы при формировании национальных сборных.

Во–вторых, надо закрепить правовой статус субъектов профессионального спорта, включая профессиональные клубы и лиги, определить порядок их создания, сотрудничества и финансовые взаимоотношения как с общероссийскими федерациями, так и с государством, в том числе по вопросам проведения чемпионатов России.

Важным условием развития профессионального спорта является решение и таких задач, как запуск отечественной системы разрешения спортивных споров, обеспечение атлетов достойными пенсиями, расширение их возможностей получить по завершении спортивной карьеры дополнительное образование или новую профессию. Предлагаю сегодня в ходе дискуссии затронуть и эти вопросы.

Необходимо создать условия и для роста поступлений из внебюджетных источников, использовать форматы, доказавшие свою эффективность и в отечественной, и в мировой практике. Имею в виду те же лотереи или продажу прав на телерадиовещание.

Здесь добавлю, что, по экспертным оценкам, на федеральных каналах спорт постепенно, к сожалению, вытесняется, а зрелищные соревнования, выступления звёзд спорта – один из самых мощных ресурсов популяризации здорового образа жизни, позитивных примеров для молодёжи и просто для семейной аудитории. Вспомните Олимпиаду в Сочи, после которой в спортивные секции начался настоящий, заметный приток, если не сказать, аншлаг.

Если мы хотим сохранить наш уровень и иметь перспективы развития в спорте, то другого пути нет, нужно развивать собственную базу.

Считаю целесообразным рассмотреть возможность создания общедоступного спортивного канала. Мы с коллегами уже говорили на этот счёт, хотел бы сегодня услышать конкретные предложения по этой теме, окончательно сформулированные.

Давайте приступим к работе. Слово руководителю рабочей группы по подготовке нашей сегодняшней работы Сергею Семёновичу Собянину.

С.Собянин: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Рабочей группой, в состав которой вошли представители Федерального Собрания, Администрации Президента, Правительства Российской Федерации и основных субъектов, действующих в российском спорте, включая Олимпийский комитет, спортивные федерации, профессиональные лиги и клубы, антидопинговое агентство «Русада», были подготовлены соответствующие предложения по комплексным изменениям в законы, регулирующие профессиональный спорт и спорт высших достижений.

В частности, Владимир Владимирович, свои предложения о создании нового спортивного канала, о котором Вы только что говорили, доложит Дмитрий Николаевич Чернышенко. В случае Вашей поддержки, Владимир Владимирович, предлагается оформить все эти предложения соответствующими поручениями Президента и, соответственно, реализовать их оперативно на практике.

Из чего исходила рабочая группа при подготовке этих предложений? Прежде всего учтены качественно новые возможности для развития большого спорта, которые были созданы в России за последние годы. В нашей стране построено множество современных спортивных сооружений, позволяющих проводить соревнования самого высокого качества. И это очень важно. Строительство стадионов и тренировочных баз создавалось не только в Москве, Сочи, Казани и городах, которые примут чемпионат мира по футболу, но и в других регионах – практически в каждом субъекте Российской Федерации.

Помимо кардинального обновления инфраструктуры большого спорта за последние годы существенно улучшена и вся система подготовки спортивного резерва. Министерством спорта разработано более 70 федеральных стандартов спортивной подготовки. Определены базовые регионы для развития отдельных видов спорта. Так, Москве поручено развивать 54 вида спорта, Санкт-Петербургу – 40, по 30 видов спорта развивают такие крупные регионы, как Московская область и Свердловская область.

В рамках данной идеологии несколько лет назад, к примеру, в Москве мы создали экспериментальную команду для целевой подготовки к Олимпиаде в Сочи. Для кандидатов в сборную России были созданы все необходимые материальные условия, определены оптимальные программы подготовки, выделено целевое финансирование, и в течение нескольких лет перед Олимпиадой отслеживался прогресс спортивного мастерства. Это позволило сделать надёжный прогноз относительно итогового результата и отобрать сильнейших.

Этот подход к подготовке полностью себя оправдал. Спортсмены-москвичи внесли значительный вклад в победу сборной России – почти половина золотых медалей. В настоящее время в составе экспериментальной команды Москвы к Олимпиаде в Рио–де-Жанейро готовятся 230 спортсменов.

Ещё одной важной особенностью современного этапа является, конечно, активный процесс формирования структур профессионального спорта. В популярных игровых видах спорта успешно развиваются сильнейшие профессиональные лиги. Сложился институт спортивных агентов, работают, хотя пока ещё и не очень хорошо, системы трансфертов игроков, продажи прав на трансляции и рекламу. Обсудив в период подготовки к заседанию Совета все эти изменения, рабочая группа предлагает внести в закон о физической культуре и спорте и другие законы следующие наиболее важные изменения.

Во–первых, предлагается подробно определить в законе правовое положение, права и обязанности основных субъектов профессионального спорта – клубов, лиг, агентов и так далее, о чём вы уже сказали.

Во–вторых, считаем необходимым включить в закон обязательные требования к профессиональным клубам по развитию детского и юношеского спорта. Это значит, что каждый профессиональный клуб будет обязан содержать детско-юношескую спортивную школу, оплачивать работу тренеров и участвовать в организации регулярных первенств для юниоров.

В–третьих, предлагается ввести систему аккредитации спортивных агентов, которые будут осуществлять федерации или спортивные лиги по соответствующим видам спорта.

Четвёртое. Предлагается создать отечественную систему разрешения спортивных споров, включая постоянный третейский спортивный суд для разрешения споров между спортивными федерациями, профессиональными лигами, клубами и отдельными игроками. На наш взгляд, это позволит перевести в российскую юрисдикцию большинство судебных споров. Соответственно, сократится число обращений в Международный спортивный арбитраж, хотя в определённых случаях возможность его использования также, конечно, должна сохраниться.

Пятое. В целях устранения противоречий в системе найма и увольнения профессиональных спортсменов и тренеров предлагается закрепить в Трудовом кодексе положение заключения с ними исключительно срочных трудовых договоров.

И шестое. Рабочая группа рассмотрела сложившиеся механизмы финансирования профессионального спорта. Все коллеги согласны, что наиболее уязвимой стороной сегодня является чрезмерная зависимость клубов от бюджетного финансирования и спонсорских средств компаний, в том числе и государственных компаний. Такая зависимость препятствует нормальной спортивной конкуренции, ставя одни клубы в привилегированные условия и неоправданно ущемляя права других клубов.

Понятно, что кардинальным решением этой проблемы стал бы выход профессионального спорта на самоокупаемость. Однако понятно, что двигаться вперёд к достижению этой цели нужно максимально аккуратно, не устанавливая каких–либо жёстких сроков.

В качестве первого шага рабочая группа предлагает ряд мер по созданию дополнительных источников финансирования профессионального спорта и упорядочению бюджетных расходов.

Прежде всего предлагается по–новому отрегулировать порядок передачи прав на проведение чемпионатов России. Как известно, сегодня собственниками прав на чемпионаты являются спортивные федерации, которые передают их профессиональным спортивным лигам. Сроки действия соответствующих договоров между федерациями и лигами, как правило, не превышают 3–4 лет. Это, конечно, слишком короткий срок. Более того, у профессиональных лиг отсутствуют гарантии их продления на очередной срок.

Но если право на проведение чемпионата России приходится заново подтверждать каждые два или четыре года, под него практически невозможно привлечь долгосрочные спонсорские контракты. Также невозможно выгодно продать права на трансляцию соревнований, поскольку телекомпании предпочитают заключать многолетние контракты как минимум на пять лет, а часто и на более длительные сроки.

Для решения проблемы предлагается перейти к системе долгосрочных контрактов, вплоть до 15 лет, на проведение чемпионатов России с их автоматическим продлением на очередной срок. По мнению коллег, это позволит профессиональным лигам улучшить качество организации чемпионатов России, расширить круг привлекаемых спонсоров, а также существенно увеличить доходы от продажи на трансляцию соревнований.

Разумеется, при переходе на долгосрочные договоры у спортивных федераций сохранится право голоса при решении ключевых вопросов проведения чемпионатов России. Также будет определён механизм досрочного расторжения договоров в случае выявления грубых нарушений в работе профессиональной лиги.

Следующая мера озвучивалась неоднократно. Речь идёт о специальных платежах букмекерских контор и тотализаторов непосредственно на развитие спорта, а также спортивных лиг. Этот механизм требует тщательной проработки.

Что касается бюджетного финансирования профессиональных спортивных клубов. Действительно, будет целесообразно на первом этапе запретить использование бюджетных средств на трансферты и выплаты спортивным агентам. Возможность бюджетного финансирования других статей расходов предлагается сохранить. Также должна сохраниться бюджетная поддержка строительства стадионов и другой спортивной инфраструктуры, что чрезвычайно важно.

Представляется, что для упорядочения финансирования в профессиональных спортивных клубах могли бы быть приняты крупнейшими компаниями с государственным участием специальные собственные регламенты. Для этого не нужно менять закон, достаточно решений, принимаемых на корпоративном уровне.

В заключение скажу о подходах к решению ещё одной актуальной проблемы – регулирования привлечения легионеров в российские клубы. По данному вопросу, уважаемый Владимир Владимирович, как Вы сказали, было дано поручение практически год тому назад. Соответствующий закон внесён в Думу и принят в первом чтении. В рамках рабочей группы мы ещё раз обсудили этот вопрос. Считаем, что необходим гибкий, сбалансированный механизм регулирования числа легионеров, который, с одной стороны, не ослаблял бы российские клубы и не подорвал интерес болельщиков к чемпионатам России по футболу, хоккею, баскетболу, а с другой стороны, учитывал бы интересы наших национальных сборных, а это не менее важно.

В этой связи предлагается наделить спортивные федерации правом устанавливать гибкие ограничения на участие легионеров в российских чемпионатах в зависимости от ситуации, складывающейся в конкретном виде спорта, с учётом мнения профессиональных лиг. В ближайшее время Правительство России совместно с депутатами завершит, как докладывалось на рабочей группе, работу над этими поправками, что позволит принять данный закон.

Уважаемый Владимир Владимирович, сформированные в докладе рабочей группы предложения обсуждены с Правительством Российской Федерации, большинством заинтересованных спортивных федераций и профессиональных лиг. Прошу их поддержать. Спасибо.

В.Путин: Спасибо большое.

Виталий Леонтьевич, пожалуйста, мы сейчас послушаем коллег, а потом, если желание будет у кого–то прокомментировать что–то либо сделать предложения, я такую возможность, конечно, предоставлю.

Виталий Леонтьевич, пожалуйста.

В.Мутко: Спасибо.

Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Прежде всего я хотел бы поблагодарить Сергея Семёновича, рабочую группу. Мы действительно всестороннее рассмотрели все вопросы, было очень много консультаций. И сегодня внесённые предложения, поручения, выводы в целом полностью отражают общее мнение по наиболее проблемным вопросам, и в целом мы их поддерживаем.

Владимир Владимирович, что бы я хотел сказать вначале? За последние годы Правительством Российской Федерации, при Вашей поддержке, законодательством отрегулированы практически все вопросы, всё расставлено по своим местам. И уже сегодняшняя законодательная база даёт возможность развиваться профессиональному спорту, детскому, любительскому. Если кто–то считает, что завтра появится закон и послезавтра потекут в профессиональные клубы деньги, конечно, этого не будет. Сегодня все наделены правами, и все вопросы, возможности для реализации собственных прав у лиг, у клубов есть. Просто в последнее время, Владимир Владимирович, тренд такой, что всё больше разворачиваются к государству: проще принести заявку или в бюджет субъекта, или сегодня в Министерство спорта и собственными правами не заниматься. Поверьте, все возможности есть.

Это как вступление, а по некоторым вопросам я очень кратко хотел бы высказаться.

Что касается спорта высших достижений. На мой взгляд, ключевыми были, конечно, итоги выступления в Ванкувере. И тогда по ряду совещаний, которые Вы провели, и Совету по спорту мы приняли решение о направлении на спорт высших достижений. Главное, было принято решение об усилении роли государства в управлении спортом высших достижений, чётко разграничены полномочия между федерациями, Олимпийским комитетом. Сегодня, в общем–то, мне кажется, это было самым главным. Вы помните, тогда дискуссии были разные. Вами была поставлена задача, чтобы Министерство спорта стало научным, образовательным штабом отрасли и взяло всю ответственность за конечный результат.

Мы приняли ряд решений по усилению антидопингового, научного, медицинского, медико-биологического обеспечения сборной. В частности, Вы отметили во вступительном слове антидопинговую работу. Могу сказать, что принят специальный закон, создана антидопинговая организация, мы открыли границы России.

Поэтому, конечно, такое увеличение связано с усилением нашей позиции. Мы начали брать больше допинг-проб, контролировать. Да и больше Вам скажу, Владимир Владимирович, наши спортсмены больше проверяются, потому что мы вернули себе лидерство. А проверяются на мировой арене, как Вы знаете, топовые спортсмены, которые входят в международный пул.

В федеральном бюджете появилась отдельная строка – физическая культура и спорт, что дало возможность выстроить всю финансовую пирамиду снизу доверху, за нами пошли регионы, субъекты. Сегодня мы можем чётко наблюдать, как расходуются деньги на спорт.

В структуре Министерства спорта создан аналитический центр для сбора и обобщения информации, что необходимо для подготовки сборной.

Свою очень высокую эффективность показали принятые меры об улучшении материального поощрения, стимулирования, страхования спортсменов. Я напомню, когда мы Вам докладывали после Ванкувера, зарплата у спортсмена была 12 тысяч рублей. С помощью механизмов стимулирования, в том числе поддержки Фонда, мы смогли заинтересовать спортсмена на конечный результат, и сейчас, в принципе, этот механизм работает.

Огромное внимание мы уделили развитию материальной базы. Вы ставили задачу к 2015 году завершить всю работу, связанную с обеспечением сборных страны. Могу Вам сказать, что нами за пять лет заново практически восстановлены и построены такие центры подготовки спортсменов, как «Озеро Круглое», «Новогорск», «Юг Спорт», Кисловодск, Руза, Парамоново. В Токсове мы открыли современный центр, в Чайковском построена вся линейка трамплинов (пять трамплинов), в Тульской области – единственный в России центр подготовки паралимпийских сборных, в Ижевске – сноуборд. И можно было бы это продолжать. То есть, по сути дела, мы сегодня создали инфраструктуру для всех видов спорта. Динамично развивается спорт, вводятся новые дисциплины, сейчас десятки новых введены, нам приходится всё время к этой теме возвращаться и работать.

Конечно, мы очень серьёзно поработали на наследии Казани и Сочи. Допустим, Рустам Нургалиевич знает, что в Казани, по сути дела, воссозданы по всем видам спорта объекты, которые были созданы Академией по подготовке спортивного резерва: теннис, плавание. Я могу Вам сказать, что уже первые результаты есть. В составе сборной сейчас в чемпионате мира по плаванию будут участвовать уже спортсмены, выходцы из этих центров в Казани. Два человека пробились в состав национальной команды буквально за несколько лет.

Реализация данных мер, конечно, дала нам свои всходы. Вы уже отметили, что мы практически после Ванкувера в пять раз увеличили количество золотых медалей, в Европе мы вернули себе первое место по количеству выигранных медалей, в мире мы находимся в тройке лидеров мирового спорта. Конечно, сегодня Вы ставите амбициозные задачи, и страна ставит, по завоеванию различных наград. Могу сказать, что мы подняли качество проведения крупных спортивных событий в стране, в целом мы где–то в районе 120 спортивных соревнований проводим в стране. В этом году прошли Сурдлимпийские игры в Ханты-Мансийске, чемпионат мира по шорт-треку в Москве, тхэквондо. В этом году мы ещё ожидаем и будем проводить чемпионат мира по фехтованию в Москве, чемпионат мира по водным видам спорта в Казани, около 20 чемпионатов мира по неолимпийским видам спорта и 120 этапов Кубка мира различных соревнований на территории России. Естественно, не только проводим, но и, конечно, стараемся выигрывать и проводить на высоком уровне.

Могу отметить, что мы вернули себе позиции мирового спорта и авторитетной спортивной державы. Владимир Владимирович, ещё раз хочу Вас поблагодарить, события последней недели, события в ФИФА, говорят о том, что в принципе Россия достаточно авторитетная спортивная держава, мы можем сегодня влиять и на развитие спорта.

Хотел бы также отметить, что поручение предыдущего Совета было об увеличении наших представителей в составе международных спортивных организаций. Мы сегодня имеем уже в международных спортивных организациях 324 человека, из них около 57 занимают руководящие позиции. То есть это очень важная спортивная политика, которую мы будем продолжать.

Мы, конечно, не забывали и о чисто спортивных аспектах. Вы знаете, что страны-организаторы, как правило, на следующих Олимпийских играх снижают свои результаты. Ванкувер выиграли канадцы, а потом на четыре золотые медали ушли. Конечно, мы понимаем это и, естественно, продолжаем работу. И хочу Вам доложить сразу в связи с Вашим вопросом по подготовке к зимним Олимпийским играм. Этот постолимпийский сезон показывает, что мы свои позиции сохраняем. Мы завоевали девять золотых медалей, в Сочи было 13. У нас в ряде видов спорта просто происходит сейчас перегруппировка, в таких как бобслей, фигурное катание (лидеры у нас не выступали). Но зато у нас, по сути дела, выросло новое поколение спортсменов в конькобежном спорте, в шорт-треке. Победы уже достигают наши доморощенные спортсмены, молодёжь, которая была в резерве ещё на Олимпийских играх.

Я хотел бы также отметить, что есть виды спорта, по которым мы потеряли в своё время конкуренцию. И, говоря о Рио–де-Жанейро, я хотел бы отметить, что, конечно, мы специально работаем над такими видами спорта, какими являются академическая гребля, пулевая стрельба, плавание. Это те виды спорта, в которых очень много медалей разыгрывается и где мы теряли свои традиции. Программа по таким видам спорта с Олимпийским комитетом разработана. Сейчас закончен чемпионат Европы по академической гребле. Если мы имели два экипажа в Лондоне, то сейчас уже семь экипажей, которые, скорее всего, получат лицензию. На чемпионате Европы мы уже завоевали две золотые медали.

То есть работа идёт. Игорь Викторович будет говорить о велосипедном спорте. Мы сосредоточились на выступлении наших трековиков. Мы имеем две золотые медали на треке и хорошие перспективы. То есть Ваше поручение мы стараемся выполнять и, конечно, эти виды спорта вытаскивать, поднимать и возвращать им конкурентоспособность.

Конечно, одной из проблем остаётся нехватка квалифицированных кадров, из–за чего мы вынуждены приглашать иностранных специалистов. Сегодня Сергей Семёнович об этом вкратце сказал. Я не против этой практики, но хотел бы отметить, что в Сочи мы пригласили специалистов в 11 видов спорта. 17 медалей с их участием завоевали, включая семь золотых. Но есть неоправданные приглашения. Мы пригласили, допустим, в горнолыжный спорт 27 зарубежных специалистов, потратили деньги, но ни одной медали и никакого результата.

Поэтому, конечно, мы понимаем, что должны направить свои усилия на подготовку собственных, отечественных кадров. Я хотел бы отметить, что по Вашему поручению, которое Вы дали, упорядочить приглашение специалистов и тренеров, Сергей Семёнович уже сказал, мы внимательно поработали. В Государственной Думе, надеюсь, в июне во втором-третьем чтении будет принято решение. 18 июня мы хотим уже опубликовать проект по каждому виду спорта, скажем так, проект декларации, как будет каждый вид спорта обеспечен приглашением, какие квоты, какие нормативы. Мы работаем сейчас с федерациями, с лигами на эту тему. Не сомневаюсь, что принятие этого акта даст оздоровление ситуации и определённый тренд на длительную перспективу.

Однако есть, конечно, и другие, Владимир Владимирович, проблемы, на которые я хотел бы обратить внимание и попросить Вашей поддержки. Я хотел бы напомнить, что в 2011 году мы в Кубанском государственном университете физической культуры и спорта проводили президиум, рассматривали вопрос подготовки кадров и развития спортивных вузов в нашей стране, их у нас 14, и 53 училища олимпийского резерва. В соответствии с Вашим поручением, данным по итогам Совета, Минспорт совместно с Минобром проделали серьёзную работу по сохранению отраслевой системы подготовки кадров. Была опасность потерять отраслевую систему подготовки.

Второе – расширение направлений подготовки спортсменов. Было одно направление – физическая культура и спорт, его хотели в «сестринское дело» погрузить, и, по сути дела, у нас бы не было системы подготовки. Сейчас у нас четыре направления. Спорт мы выделили в отдельное направление, мы можем готовить сегодня тренеров. Утверждены отдельные укрупнённые группы специальностей и направлений в области физической культуры и спорта. Сегодня перед спортивными вузами стоит не только задача подготовки кадров, но и научно-методическое обеспечение сборных, подготовка спортивного резерва, методическое обеспечение развития спорта в регионах нашей страны. Поэтому, конечно, Владимир Владимирович, было бы логично в этом направлении, если бы Вы дали поручение или поддержали нас возможностью внесения изменений и дополнений в Указ Президента, который Вами подписан, предусматривающий перечень федеральных государственных образовательных организаций высшего образования, которым дано право самостоятельно разрабатывать, утверждать образовательные стандарты по всем уровням высшего образования. Это нам нужно в связи с динамичным развитием. Появляется новый вид спорта, мы могли бы динамично открыть профессию и подготовку по этому направлению. Для сегодняшнего дня шесть – восемь месяцев занимает через Министерство образования прохождение системы, установление этих стандартов. Если бы мы получили такое право, это было бы здорово.

И конечно, ещё раз, в связи с тем, что в Министерстве финансов есть идея такая, всё–таки убрать отраслевую направленность наших вузов, я хотел бы, чтобы ещё сегодня этой работой, которую мы сделали, мы сохранили систему отраслевой направленности высшей школы в спорте. Это, конечно, было бы очень важно.

Естественно, не могу не сказать о направлении главного удара, для нас это подготовка спортивного резерва. Вы знаете, если не будет резерва, у нас в принципе ничего не будет. Сергей Семёнович сказал о некоторых шагах. Я только хотел бы о двух вещах сказать, Владимир Владимирович, что в рамках федеральной целевой программы за эти четыре года мы построили 42 региональных центра спортивной подготовки, которым передали 214 ледовых катков, 141 плавательный бассейн, универсальных залов под 500. Это позволяет нам пока закрыть около 40 процентов потребностей школ.

Естественно, конечно, важна поддержка Фонда поддержки олимпийцев. Он выделяет 200 грантов для детских спортивных школ, и мы в федеральном бюджете выделяем 523 миллиона рублей на поддержку детских спортивных школ. Естественно, конечно, если всё это сложить, мы видим, что нам, для того чтобы обновить материальную базу, инвентарь, оборудование, нужно ежегодно выделять по 2 миллиарда рублей. Мы понимаем финансовое положение. Может быть, так остро вопрос не ставим, но эта цифра будет расти, потому что будет сегодня снижаться материальная база, поездки на соревнования. Если сегодня это будет продолжаться, то нам придётся потом, как минимум через год-два, разово выделить 5 миллиардов, а потом войти в какую–то ежедневную систему обеспечения. Хотелось бы, чтобы при сокращении бюджета мы на это обратили внимание.

В настоящее время в стране действуют 3782 детские спортивные школы, в том числе 1630 находятся в ведении спорта. Мы постепенно реализуем Ваше поручение о переводе их в систему спорта. Для дополнительной поддержки наших школ, конечно, нам хотелось бы усиления финансовой поддержки.

Хотелось бы также обратить внимание на единый календарный план. Нам удаётся с Министерством финансов, в Правительстве в последние годы, несмотря на сложности, всё время удерживать календарь за счёт перераспределения. Но я хотел бы напомнить: это 11 тысяч спортивных соревнований. Это хребет подготовки спортсменов, чемпионаты России, тренировочные мероприятия за рубежом. Сегодня курс доллара вырос.

И конечно, нам приходится очень сложно в рамках этого бюджета, по сути дела, находиться. Сейчас нам доведены определённые показатели следующего года, они взяты от базы 2015 года. А от базы 2016-го – до 30 процентов сокращение. Вот главные позиции – детский спорт и календарный план, – мы бы хотели, чтобы они были немножко защищены.

Несколько слов о профессиональном спорте. Уже достаточно многое сказал Сергей Семёнович. Ещё раз подчеркну, мы в целом, с рабочей группой вместе работали, поддерживаем это всё. Но я хотел бы на две-три вещи обратить внимание.

Во–первых, профессиональный спорт. По игровым видам спорта мы должны быть очень аккуратны и осторожны, потому что сегодня это пирамида, которая регулируется международными федерациями. Главным действующим лицом развития видов спорта, проведения чемпионатов должна быть национальная федерация по видам спорта. У неё есть все возможности делегирования полномочий. Есть и сегодня, и они этим пользуются. В лиге сегодня должна быть внутренняя структура всех видов. Мы не должны разрушать единство мирового спорта. Если кто–то придумает новый вид спорта вне мирового спорта, и такие есть – бои без правил, допустим, профессиональный бокс, который работает не по правилам, утверждаемым международной федерацией, – они должны получать широкую автономию. Мне хотелось бы, чтобы мы в этом всё–таки сохраняли единство и работали в единой пирамиде. Допустим, футбол имеет ФИФА, УЕФА, лиги, свои турниры и проекты, потому что главным является чемпионат России, а за чемпионат России ответственность несёт прежде всего федерация, и она имеет возможность делегировать. Сергей Семёнович сказал, мы готовы отрегулировать все вопросы, связанные с этим.

И ещё один момент – Вы знаете о нём, – о котором тоже хотел бы Вас попросить. Ядром в деятельности профессиональных клубов и заработков, конечно, являются спортивные сооружения. У большинства хоккейных, волейбольных, баскетбольных клубов нет возможности построить спортивные сооружения. Стоят они более двух миллиардов рублей. Сегодня мы в соответствии с новой концепцией федеральной целевой программы с 2016 года приступаем к строительству только малобюджетных спортивных сооружений стоимостью не более 100 миллионов рублей. Остаётся открытым вопрос: как регионы и клубы способны без поддержки федеральной власти построить эти спортивные сооружения?

И я бы ещё раз Вас просил, Вы поручение давали, хотя бы в непрограммной части ФАИП иметь до 2–3 миллиардов ежегодно на строительство спортивных сооружений. Это важнейшие спортивные сооружения, которые играют огромную роль. Мы практически второй год ни копейки сюда не выделяем. У нас есть около 55 недостроенных спортивных сооружений, по которым есть и Ваши поручения. Допустим, Новосибирск, волейбольный клуб – как он будет существовать, если у него не будет спортивного зала? «Белогорье» – лучший клуб страны – не имеет своего зала. И таких объектов у нас очень много. Хотя бы мы 60 на 40 могли бы их с субъектами строить. Поэтому я бы очень просил Вас такое поручение ещё раз дать. Это, конечно, очень важно.

Обратил внимание, Вы об этом сказали, – если это есть в поручениях, мы доработаем, – я согласен, что нам нужно с президентскими стипендиями, с вопросами поощрения ещё поработать, потому что отчасти сейчас они уже актуальность в таком плане свою теряют. Мы президентскую стипендию вводили за результат, когда заработная плата была у спортсмена 12 тысяч рублей. Сейчас, конечно, Вы во вступительном слове сказали, мы поработаем, с Вашего разрешения, Вам доложим некий механизм, изменяющий подходы к выплате стипендий, за исключением, конечно, пожизненной стипендии олимпийского чемпиона. Направим их на стимулирующие выплаты, которые будут. И подготовим Вам соответствующие поручения.

Поэтому, Владимир Владимирович, ещё раз хотел бы Вас поблагодарить за поддержку. Хотел бы отметить, что к Играм – Вы просили доложить, – которые стартуют в Баку 12-го числа, мы неплохо подготовились. Наши спортсмены прошли отбор. Сегодня на Игры у нас поедет 362 спортсмена.

Хотел бы обратить внимание, что в 14 видах будет квалификация отбора в Рио–де-Жанейро. Во многих дисциплинах будут выступать (скажем, в лёгкой атлетике), но мы туда не попадаем, потому что это категория В, группа В, а мы в А находимся. То есть в некоторых видах спорта международные федерации не заявили его как квалификационный. Поэтому в тех видах, где по олимпийским дисциплинам будет квалификация, мы выставили основные составы и выступим на самом высоком уровне. Команда готова. Третьего числа вместе с Олимпийским комитетом мы её будем уже отправлять в Баку. И здесь каких–то проблем мы не видим. Она всем необходимым обеспечена.

Поэтому ещё раз хотел бы Вас поблагодарить за поддержку. В соответствии с Вашими поручениями, даваемыми по итогам Совета, мы за последние годы очень серьёзную работу сделали и в спорте высших достижений, и в подготовке спортивного резерва.

Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо.

Чернышенко Дмитрий Николаевич, пожалуйста,.

Д.Чернышенко: Уважаемый Владимир Владимирович!

Как Вы заметили, формирование эффективной модели профессионального спорта невозможно без чёткого нормативного регулирования. Я хочу поддержать Сергея Семёновича, разработанные рабочей группой поправки к законодательству являются одним из основных результатов её работы, «вес взят». И наконец–то члены профессионального спортивного сообщества будут поименованы в законе. Их отношения, которые действительно уже давно сложились в спортивной среде, будут закреплены на законодательном уровне. Этот шаг позволит профессиональному спорту, на котором такая большая нагрузка и ответственность, развиваться в цивилизованном русле, в рамках законов, регулируемых государством.

Хочу также поддержать предложение закрепить в законе требование к профессиональным клубам по развитию детского и юношеского спорта. Уже сейчас, например, каждый клуб Континентальной хоккейной лиги в соответствии с новым регламентом обязан содержать хоккейную школу, имеющую в своём составе как минимум восемь детско-юношеских команд. Безусловным приоритетом лиги в соответствии с новой стратегией также являются интересы сборной России. Календарь чемпионата КХЛ составлен с учётом всех пожеланий Федерации хоккея России, тренерского штаба. Регламент лиги проходит согласование с федерацией, представители ФХР и Минспорта входят в органы управления лигой. Таким образом, КХЛ уже сегодня исполняет большинство положений, которые подготовлены в виде поправок в закон. Тем не менее мы считаем, что в интересах страны будет правильным закрепить подобного рода решения законодательно, а не отдавать их на откуп конкретным лигам и клубам и зависеть от доброй воли конкретных руководителей в конкретный момент.

Также Вы, Владимир Владимирович, поставили вопрос о переходе профессионального спорта на коммерческие источники финансирования. Одним из таких очевидных источников и существенным источником может стать телевидение. КХЛ, например, с этого года впервые распределяет часть доходов от реализации телевизионных прав между клубами, причём все расчёты в лиге, включая зарплаты игроков, теперь проводятся исключительно в рублях.

Также телевидение, как Вы справедливо заметили, способствует популяризации спорта и здорового образа жизни, создаёт положительные примеры для молодёжи через продвижение наших чемпионов, наших звёзд спорта. Спортивные мероприятия с участием российских спортсменов вызывают у россиян не только азарт болельщика, но и чувство единения и патриотизма. Мы это отчётливо увидели во время Олимпийских игр в Сочи, когда вся страна объединилась.

Главное, в обществе есть запрос на программы спортивной тематики. Знаете, что трансляцию Игр в Сочи посмотрело 119 миллионов человек – это 85 процентов зрительской аудитории. Доля каналов во время самых рейтинговых трансляций достигала 69 процентов, а доля телесмотрения, например, недавнего финала чемпионата мира по хоккею составила 35,3 процента. Это очень высокие цифры.

Тем не менее в России пока нет специализированного общедоступного канала, который был бы посвящён спорту.

Спортивный контент на канале «Россия-2» в соответствии с лицензией составляет 41 процент от объёма вещания, и спорт, к сожалению, проигрывает сериалам в борьбе за зрителя. Учитывая это, Алексей Борисович Миллер обратился к Вам с предложением о создании общероссийского общедоступного канала о спорте и здоровом образе жизни. Конкретные предложения по этой теме были также проработаны со всеми ключевыми лигами и телевизионными каналами в рамках рабочей группы Совета по спорту под руководством Сергея Семёновича.

На канале будут собраны все самые лучше и интересные события из мира спорта, а ценители отдельных видов спорта смогут посмотреть большее количество соревнований на тематических каналах. Мы считаем важным, чтобы болельщики могли следить за спортивными событиями, где бы они ни находились, и спортивный контент будет доступен во всех средах: веб-портал, социальные сети, мобильные платформы, радиостанции спортивной направленности. Формировать информационное пространство будет спортивно-информационное новостное агентство, будут собираться и надёжно храниться архивы, фото- и видеоматериалы всего спортивного контента России.

Для привлечения молодёжной аудитории, а сейчас спортивная аудитория – это в основном взрослые мужчины, мы собираемся применять новые форматы взаимодействия со зрителями. Это и технологии второго экрана, когда во время трансляции через планшет можно увидеть дополнительную информацию, выбрать камеру показа или даже комментатора, одновременный показ нескольких событий, спортивная аналитика с применением самых современных компьютерных технологий.

Также считаем целесообразным образовать на базе телеканала «одно окно», то есть единую эффективную систему закупки и использования прав на телевизионные трансляции международных спортивных событий. Это позволит существенно снизить их стоимость.

Имущественный комплекс телеканала может быть сформирован на основе производственно-технологической базы «НТВ-плюс» – мы сейчас производим 16 тематических спортивных каналов, – АНО «Спортивное вещание» и также сети распространения телеканала «Россия». Они производят сейчас четыре тематических канала. Творческий коллектив будет сформирован из сотрудников данных организаций, имеющих уникальный опыт освещения спорта. Вещание канала будет осуществляться на всей территории России в аналоговом формате и в первом цифровом мультиплексе и может начаться уже этой осенью.

Данная инициатива позволит эффективно использовать инвестиции государства, которые были направлены в своё время на закупку дорогостоящего оборудования АНО «Спортивное вещание», и сохранить его как единый комплекс с уникальным коллективом профессионалов.

Для финансирования телеканала предлагаем в том числе использовать средства, которые были получены от Международного олимпийского комитета, который оставил часть прибыли, которая ему предназначалась, на нужды развития олимпийского канала в России, а также дополнительные денежные средства, которые образовались на счетах оргкомитета в процессе ликвидации.

Выходя с инициативой по созданию общедоступного всероссийского спортивного канала, «Газпром-медиа» берёт на себя серьёзные обязательства, в том числе финансовые. Мы снижаем, таким образом, финансовую нагрузку на бюджет Российской Федерации.

В текущей ситуации вывести спортивное телевидение даже на самоокупаемость – задача крайне амбициозная, очень сложная, ведь культура телесмотрения спорта, согласно исследованиям, может формироваться десятилетиями. Но другого пути просто не существует. Развитие коммерческого потенциала спорта, о чём мы говорили сегодня, в стране невозможно без наличия привлекательного для зрителя спортивного телевещания. Сейчас уникальный момент, в нашей стране будут проходить знаковые события: от чемпионата мира по хоккею до Кубка мира по футболу и других важных событий. От создания этого телеканала действительно выиграют все: спортивные федерации, лиги, маркетинговые партнёры, профессиональные клубы, спортсмены, но самое главное – это наш российский болельщик. Просим поддержать.

В.Путин: Ещё раз мы зафиксируем, что это будет бесплатный канал, да?

Д.Чернышенко: Да, совершенно верно, бесплатный, общедоступный, обязательный для распространения.

В.Путин: Спасибо.

Пожалуйста, Шанцев Валерий Павлинович.

В.Шанцев: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Безусловно, развитие спорта высших достижений находится в непосредственном внимании нашего правительства, всей области.

Мы эту систему начали выстраивать ещё с 2006 года, и сейчас она работает. У нас 11 профессиональных команд по семи видам спорта, в том числе три женские команды. Баскетбольная команда «Нижний Новгород» завоевала второе место в Единой лиге ВТБ, достойно выступила в текущем сезоне в Евролиге. Женский хоккейный клуб «Скиф» – неоднократный чемпион России, в этом году завоевал Кубок европейских чемпионов. Волейбольная команда «Губерния» – призёр европейского Кубка единой федерации. Безусловно, сейчас, если мы рассматриваем обсуждаемый вопрос, самым главным является вопрос финансирования, стабильного состояния бюджетов профессиональных клубов. Если есть стабильный и долгосрочный бюджет, то тогда спортивная составляющая решается значительно легче, нежели когда его нет.

Что мы сделали для того, чтобы это обеспечить? Во–первых, принят специальный областной закон, который, если предприятие или фирма, организация оказывают финансовую помощь спортивному профессиональному клубу, на эту сумму освобождает его от налога на прибыль. Это в основном схема, которая работает для предприятий, у которых небольшой, средний оборот. Приблизительно одна треть бюджетов всех команд, если суммарно взять, это вот эта сумма.

Мы в год устанавливаем лимит по этому направлению, сейчас он составляет 850 миллионов рублей. Оставшиеся две трети бюджетов – это в основе своей спонсорские поступления, рекламные контракты от предприятий, которые уже имеют обороты несколько выше, нежели малый бизнес. В основном это такие предприятия, как «ГАЗ», «Лукойл», «Ренова», «Сибурнефтехим». Нет госкорпораций в нашей системе финансирования пока. Некоторые вопросы рассматриваются, интерес проявляется.

Безусловно, я, как и все, наверное, согласен, что сейчас главным образом надо обратить внимание на коммерциализацию деятельности клубов, на повышение их собственных доходов. Одно из главных направлений – это продажа прав на телепоказ. Наши партнёры по европейским соревнованиям имеют бюджет от 50 до 90 процентов как раз за счёт этой составляющей. Могу сказать, что за прошлый сезон мы заработали 7 миллионов рублей. Это Единая лига ВТБ перечислила нашему баскетбольному клубу за то, что мы передали им права на телепоказ, потому что права для одного клуба просто нереальны. Правильно, что у нас лиги занимаются этим вопросом.

Дмитрий Николаевич Чернышенко уже сказал, что КХЛ предполагает распределять этот доход. Что такое 100 миллионов на 30 клубов? Это тоже не сумма. Поэтому очевидно совершенно, что надо менять отношение к этой составляющей. Многие говорят, что это сегодня продукт, который не покупает никто. Мы сейчас что только не делаем: прекрасное открытие, прекрасное закрытие, конкурсы. У нас полные залы.

Посмотрите, когда нет трансляций, сколько людей сидит в интернете, в спортивных кафе, в барах! От нас просят организовать трансляцию местного телевидения. Но для того, чтобы её организовать, не нам платят, а мы должны заплатить фирме несколько миллионов рублей, чтобы нас показали. О каком вообще бизнесе можно говорить? Поэтому действительно нужно подключить группу специалистов, маркетологов. Клубы готовы пойти на любые условия, мы готовы потратиться на это, чтобы был продукт, который нужен, и тогда можно будет говорить об этом.

Вообще, сегодня составляющая собственной коммерческой деятельности – я не знаю, как у других, – составляет около одного процента бюджета клуба. И правильно, я поддерживаю Сергея Семёновича, что надо уходить от бюджетного финансирования. У нас, кстати, его нет, есть только законом предусмотренное финансирование. Уходить надо от этого, но очень сознательно и последовательно, выстраивая источники коммерческого финансирования.

Можно будет посмотреть также билетную программу. Есть практика, когда предприятия выкупают ложи, абонементы. И потом своим работникам отдают это в виде награды, поощрения. Их можно продавать дороже, и клубу это будет более выгодно. Но, видимо, на первых порах нужно каким–то образом простимулировать это, дав какие–то налоговые льготы тем, кто этим занимается. Это будет популяризация спорта плюс бюджет.

Второе, на что я хотел бы сейчас обратить внимание. Мы непосредственно должны заниматься и кадровой политикой, уходить от иностранных легионеров, как правило, отыгранных уже в своих чемпионатах, и воспитывать свои молодые кадры. В этом плане мы с 2006 года проводим определённую политику, строим физкультурно-оздоровительные комплексы. Этот комплекс – уникальный. На нём можно культивировать около 60 видов спорта. Мы построили уже 27 таких физкультурно-оздоровительных комплексов и сейчас строим девять, а всего программа на 46. То есть мы уже близки к завершению. Это дало нам серьёзную массовость: в три раза увеличилось количество занимающихся спортом. И уже ряд наших профессиональных команд практически полностью формируются за счёт собственных выпускников. Это женская команда «Скиф», это ватерпольная команда «Буревестник», хоккейный клуб «Старт» – хоккей с мячом.

Если говорить про хоккей, мы тоже видим хорошую перспективу, потому что два года подряд выигрываем с 14–15-летними ребятами всероссийскую «Золотую шайбу». Наши студенты стали чемпионами России по хоккею, наша «Чайка» выиграла чемпионат России среди молодёжных команд. Это, очевидно, даст в ближайшее время хороший приток.

Наш ФОК, на мой взгляд, мог бы быть определён Минстроем типовым, Владимир Владимирович, и применяемым повторно во многих регионах. Почему? Потому что, конечно, локализацию выгодно осуществлять на больших объёмах. Если бы не только в нашем регионе строились, можно было бы – сейчас программа импортозамещения идёт – спокойно построить эту работу.

Когда мы начинали, этот ФОК на 90 процентов комплектовали из иностранных комплектующих, вплоть до металлоконструкций, у нас широкопролётных просто не было. Сейчас уже на 65 процентов мы используем свои комплектации. Но такие системы, как ледовая система, оборудование для бассейнов, льдозаливочные машины, вентиляция и автоматика, компрессорные насосы, сегодня всё равно выпускаются ведущими фирмами. Мы и в этом направлении идём, в частности с ГАЗом договорились, что они создадут совместное предприятие по льдозаливочным машинам. Если был бы большой объём – по две машины на каток выпускать, конечно, было бы проще осуществлять.

Я думаю, можно дать поручение Минпрому, чтобы эту тему включили в программу импортозамещения. У нас есть некоторые предприятия, которые могут это сделать, да мы вообще всё можем, но только это будет дороже, если это будет индивидуальное производство, а если массовое производство где–то организовать, наверное, это будет лучше. И плюс сама финансовая поддержка по разработке на период реализации этих проектов тоже будет существенным подспорьем служить. Поэтому эти два направления очевидны.

Бюджетом надо серьёзно позаниматься и базой для массовых видов спорта для молодёжи, для юношей. Тогда многие вопросы можно будет решить.

В.Путин: Спасибо.

Коллеги, кто хотел бы какие–то замечания сделать, предложения? Прошу Вас, пожалуйста.

Н.Меркушкин: Владимир Владимирович, я очень коротко.

Ситуация в области такая: 12 профессиональных клубов. Итоги прошлого года показали соотношение финансирования 12 профессиональных клубов: 40 процентов – это деньги спонсоров, коммерческие деньги, и 60 процентов – это деньги бюджета. То есть соотношение пока на сегодня 60 на 40. Ставим задачу к следующему году пирамиду перевернуть, то есть 60 – за счёт спонсоров, коммерческих, и 40 – бюджетные. Правда, в бюджетных деньгах и детские школы, то есть в этой сумме, в структуре этих затрат и детские школы. Мы сейчас много работаем, чтобы создавать НКО, вложения, коммерческую составляющую, по рекламе сейчас работу ведём.

И я бы хотел поддержать предложения рабочей группы, которые озвучил Сергей Семёнович, чтобы мы в этом направлении, что касается бюджетного финансирования, делали шаги, чтобы клубы не оказались в тяжёлом положении.

Я полностью поддерживаю создание специального канала. Спасибо ВГТРК, по 24-му каналу все матчи «Крыльев Советов» – команда вылетала из премьер-лиги, сейчас снова мы вышли в премьер-лигу – мы показывали по местному 24-му каналу. И, Владимир Владимирович, примерно от 50 до 100–120 тысяч человек смотрели этот матч, который ВГТРК нам позволял показывать, по местному каналу.

Ну и, если брать общие расходы бюджета на эти цели, конечно, они большие. Но, Владимир Владимирович, есть другая статья расходов бюджета, например, в Самарской области. Мы тратим на лечение и профилактику наркобольных, ВИЧ-инфицированных более 2,5 миллиарда рублей. У нас ситуация не лучшая в стране по этим показателями, к сожалению, рядом с нами, близко среднеазиатские республики, трафик большой.

Конечно, есть регионы рядом с Самарской областью, где значительно развита инфраструктура, в том числе спортивная, на эти цели тратится в разы меньше, по крайней мере, в 2–2,5 раза меньше. Если мы активно вовлечём в ту задачу, которую Вы ставите, больше детишек, молодёжи, если больше подростков будет активно заниматься, мы можем резко снизить в том числе те затраты, которые мы имеем сегодня в бюджете. А они немалые. Целевых мы получаем на ВИЧ-инфицированных ещё миллиард рублей из федерального бюджета, это особо опасное социальное заболевание.

Спасибо.

В.Путин: Хорошо. Мы на Госсовете один из этих вопросов рассмотрим.

Пожалуйста, Владимир Петрович.

В.Лукин: Спасибо.

В том, что в основных докладах не была упомянута паралимпийская тематика, я не вижу ничего плохого. Наоборот, я думаю, что докладчики руководствовались самыми хорошими побуждениями – в том смысле, что вроде бы раз обстоит дело неплохо, то от добра добра не ищут, как говорится.

Наверно, в какой–то мере это правильно. Но всё же специфика в нашей работе и в нашей подготовке к дальнейшим крупнейшим соревнованиям существует.

Я думаю, что касается нашего вида спорта, то его можно назвать не любительским и не профессиональным, а профессионализирующимся. Он развивается в этом направлении. Поэтому те проблемы, которые волнуют в связи с состоянием нашего профессионального спорта, нам присущи, и мы активно и плодотворно с Министерством спорта на этот счёт работаем.

Что касается нашей подготовки, то я бы сказал так. Естественно, основным грядущим соревнованием у нас будут Паралимпийские игры в Рио–де-Жанейро, которые пройдут в середине сентября 2016 года. И это для нас серьёзная проблема, потому что они будут проходить на фоне весьма успешного нашего выступления даже не в Лондоне, хотя речь идёт о летних Играх, а в Сочи. И в этом смысле показать, что мы не рыцари на час, а так часто бывает, что люди хорошо проводят свои собственные Олимпиады и Паралимпиады, а потом становится хуже. Нам не хотелось бы этого делать, поэтому мы полны решимости сделать так, чтобы всерьёз и надолго укрепиться в лидирующих позициях как по лету, так и по зиме.

Игры будут проводиться по 22 летним видам спорта, из них два новых вида спорта. Это гребля на байдарках и каноэ – мы за это время и там, и там развивали; и второй вид спорта – это триатлон. За короткий промежуток времени у нас появился даже один чемпион мира по триатлону, что нас, естественно, радует.

Но есть серьёзные проблемы, потому что международные организации в нашей отрасли тоже заметили наш большой прогресс и стараются немножко подровнять наши силы тем, что ликвидируют в двух самых основных видах спорта – а именно в лёгкой атлетике и в плавании – те виды, где у нас гарантированы победы, и заменяют их другими видами спорта. Особенно где англичане сильны, почему–то вот так. В связи с этим нам приходиться проводить определённые маневры. Мы их проводим. Надеемся, что они дадут результат.

Но пока об этом говорить рано, потому что решающие вещи связаны с тем, что остаток этого года и первые месяцы следующего года – это главные соревнования по классификации, когда спортсмены отбираются в связи со своими свойствами, качествами, в том числе инвалидными, на игры. Мы рассчитываем пройти классификацию успешно.

По нашим оценкам, 170 квот мы должны заработать, что эквивалентно 210 спортсменам. Это несколько больше, чем мы заявили на играх в Лондоне. Значит, для завоевания максимального количества медалей мы должны провести довольно интенсивный сезон, и центром этого сезона, самым важным этапом в подготовке российских спортсменов будет сентябрь, конец сентября нынешнего года, когда в Сочи пройдут соревнования Международной спортивной федерации колясочников и ампутантов, так называемой IWAS. Эти соревнования очень крупные, в них принимает участие очень много спортсменов, и там будут произведены классификации, международные функциональные классификации по многим видам спорта, что даёт нам некоторое преимущество. Ну вы сами понимаете, дома и стены помогают. Но они будут проводиться по шести видам спорта, там будут участвовать 32 страны и 580 спортсменов.

Создана рабочая группа, министерство активно работает в этом направлении, но мы просим обратить на это внимание и приглашаем всех членов Совета и, разумеется, Владимира Владимировича по возможности посетить эти соревнования, хотя бы их открытие и важнейшую спортивную часть.

Думаю, что в принципе игры в Рио–де-Жанейро не будут для нас простыми, потому что, конечно, на инвалидах сказываются такие вещи, как длительные расстояния и очень серьёзные климатические проблемы. Но мы над этим активно работаем и думаем, что мы не подкачаем и утвердимся в числе лидирующих позиций. Конечно, никаких медалей мы обычно не планируем, потому что мы часто ошибаемся, но, как правило, в хорошую сторону, а не плохую. Так что надеемся, что выступим успешно, несмотря ни на что.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо.

Александр Дмитриевич, пожалуйста.

А.Жуков: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

К Баку команда наша готова полностью. Должен сказать, что федерации наши очень ответственно подошли к комплектованию команды. Практически во всех видах спорта у нас сильнейшие спортсмены едут, поэтому в целом, я думаю, мы можем рассчитывать на успешное выступление. И в неофициальном командном зачёте, безусловно, наша команда может претендовать на первое место.

Что касается подготовки к Рио, она, естественно, уже идёт полным ходом, на завершающей стадии по существу находится. Есть программа Министерства спорта вместе с Олимпийским комитетом, мы эту программу утвердили. И есть отдельная часть – программа содействия подготовке Олимпийского комитета, она есть у Вас в материалах здесь по Рио, и по Корее, к зимним Играм, тоже такая программа утверждена. Мы продолжаем те методы, которые использовали при подготовке к Сочи.

У нас есть специальная комиссия, вместе с Минспортом она рассматривает заявки федераций, которые не укладываются в бюджетное финансирование при подготовке, практически все заявки на оснащение, на привлечение лучших специалистов, в том числе иностранных, наших федераций мы выполняем. Сейчас завершающий этап работы по Рио. Это подбор баз, где наши спортсмены будут размещаться. Здесь мы и с ФМБА тоже активно сотрудничаем, потому что там для размещения медицинских специалистов тоже определённые условия требуются. Здесь в принципе все программы реализуются так, как это было запланировано.

Хотелось бы несколько слов сказать о тех законопроектах, которые представлены. В целом, мне кажется, они в совершенно правильном направлении действуют, потому что, несмотря на то что у нас вроде бы сложилась система проведения соревнований в профессиональном спорте, прежде всего в командах, таких как футбол, хоккей, волейбол, баскетбол, но тем не менее эта система требует правового закрепления.

Казалось бы, простой вопрос, Владимир Владимирович, Вы упомянули выплаты агентам. В докладе это ясно сказано, с учётом того, какую долю финансирования тех же футбольных команд несёт бюджет, естественно, такие платы агентам должны строго регулироваться, и за счёт бюджетных денег неразумно платить эти агентские средства, да и средства, связанные с привлечением, крупными контрактами по зарубежным спортсменам. Отрегулировать это на уровне самой организации достаточно проблематично. Мы видим на примере футбольной федерации, что попытка это сделать закончилась плачевно для того, кто пытался этим заниматься. Сначала финансирование перекрыли, а потом отправили в отставку. Но проблемы надо решать, в том числе и эту проблему тоже.

Есть, конечно, несколько замечаний по самим текстам законопроекта. Например, очень правильная идея – создать третейский спортивный суд, который бы решал все вопросы. Но, как известно, третейские суды как раз являются не то что альтернативой, а дополнением к государственным судам. Поэтому создавать третейский суд с участием государственных органов, наверное, неправильно. Вообще, во всём мире третейские суды общественными организациями создаются. И даже у нас, например, третейский суд по бизнесу при Торгово-промышленной палате существует. Мне кажется, что здесь это было бы просто противоречие самому смыслу создания третейского суда.

Ну а в целом хочу сказать, что, безусловно, в ряде видов спорта соревнования могут проводиться на коммерческой основе. Мы это видим по мировому опыту. И очень хотелось бы, чтобы у нас тоже это произошло. Здесь цифры приведены: скажем, в футболе до 20 миллиардов рублей в целом тратят бюджеты всех уровней, в основном региональные, местные бюджеты, на содержание команд. Если это сопоставить с цифрами на подготовку всех наших команд по всем видам спорта олимпийским, это будет сопоставимая сумма, даже больше. Поэтому здесь всё–таки нужно стараться идти к привлечению средств, коммерциализации этих лиг, привлечению спонсоров, чтобы за права телетрансляций деньги платились. Тогда в полной мере мы придём к той схеме, которая в этом докладе совершенно правильно для нас обозначена.

И в конце хотел бы с одной просьбой обратиться. Мы на прошлом заседании действительно вопросы массового спорта обсуждали. Сейчас очень много программ и Министерство, и Олимпийский комитет по массовому спорту ведёт, но очень важная вещь – это олимпийское образование, особенно образование в школах.

Олимпийский комитет подготовил новый учебник, он называется «Твой олимпийский учебник», для олимпийских уроков в школах. Это важнейшая часть продвижения идей олимпизма. Ну здесь и обо всех наших знаменитых спортсменах, включая уже даже Олимпийские игры в Сочи. Олимпийский комитет 50 тысяч таких учебников издал, направил по одному в каждую школу. Я думаю, что неплохо было бы хотя бы по одному в каждом классе иметь, чтобы дети могли это видеть. Поэтому у меня просьба, пользуясь случаем, заседанием сегодняшним в протоколе такое поручение Минобру дать, чтобы можно было направить в каждый класс.

Спасибо.

А.Дворкович: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Прежде всего хотелось выразить благодарность от имени Правительства всем членам рабочей группы, они очень плотно поработали, договорились об основных направлениях совершенствования законодательства и организационных действиях. При этом сам законопроект, который сейчас упоминался, не является официальным документом, пока это всего лишь рабочая версия.

Первая просьба Правительства, рабочей группы к Вам, Владимир Владимирович, к Совету дать указания о подготовке уже официальной версии законопроекта и внесения этого законопроекта в установленном порядке по тем направлениям, которые в проекте протокольного решения сформулированы, они согласованы. Разногласия уже по содержанию конкретных норм действительно есть, их никто не скрывает, они и сейчас прозвучали, поэтому требуется дополнительная работа по выверке этого текста.

Вторая тема – финансирование. Основное было сказано, не буду повторяться. Единственное, хотел бы помянуть о договорённости с Министром финансов о том, что дополнительные средства, которые будут поступать от лотерейного дела, от официальных лотерей, будут направляться на финансирование физкультуры и спорта. Не будет у нас нормативной привязки, пока это тяжело сделать, но неформально мы об этом договорились, с тем чтобы увеличить объём финансирования этой строки в федеральном бюджете.

И третье – по образованию. Я бы поддержал Министра спорта в том, чтобы ведущим спортивным вузам дать право самостоятельной разработки стандартов. Речь идёт, естественно, о московском и питерском вузах прежде всего, которые являются лидерами в этом отношении. Думаю, что это было бы полезно.

Спасибо.

Р.Минниханов: Уважаемый Владимир Владимирович!

Хотел бы поблагодарить за ту инфраструктуру, которую создали в Казани в рамках всемирной Универсиады. Сегодня мы и по массовому спорту и по спорту высших достижений имеем огромные возможности, и можем проводить соревнования любого уровня.

24 июля стартует чемпионат мира по плаванию. Все вопросы решены с Министерством спорта и с другими ведомствами. Поэтому просили бы Вас найти время и открыть это событие. Хотел бы Вас пригласить.

В.Путин: Хорошо. Спасибо. Постараюсь.

И.Макаров: Уважаемый Владимир Владимирович!

Прежде чем говорить о состоянии велосипедного спорта в России, мне хотелось бы подчеркнуть важность этого вида спорта для здоровья нации и его роль в развитии физической культуры и спорта в нашей стране.

Можно с уверенностью сказать, что велосипедный спорт является одним из самых массовых видов спорта в мире. И активный отдых с использованием велосипеда вносит свой весомый вклад в общественное оздоровление любой нации.

Отрадно осознавать, что в Российской Федерации массовое увеличение велоспортом из года в год набирает всё большие обороты. Достаточно лишь посмотреть на количество проводимых велофестивалей и количество велосипедистов на улицах наших городов, особенно в Москве.

Общеизвестно, что велосипедный спорт занимает лидирующие позиции в профессиональном спорте и в олимпийском движении. Так, в 2016 году на Олимпийских играх в Рио–де-Жанейро будет разыграно 18 комплектов медалей, это третий вид по значимости в спорте – после лёгкой атлетики и плавания. Десять из комплектов медалей будет разыгрываться на велотреке.

Во многом определяющим фактором успеха в подготовке по всем четырём видам велосипедного спорта: шоссе, трек, маунтинбайк, BMX – является базовая шоссейная велоподготовка. В 2005 году Международный союз велосипедистов провёл серьёзные реформы в организации шоссейных гонок, была создана новая структура, чётко разграничивающая спортсменов по классам. На сегодняшний день существует три профессиональных дивизиона: высший, где выступает всего 18 команд, из них у нас создана команда «Катюша», которая является на сегодняшний день лидером мирового велоспорта; первый дивизион – континентальные профессиональные команды, и второй дивизион. В первом дивизионе у нас вторая команда «РусВело». Спортсмены-велосипедисты в большинстве своём отбираются через мировой тур, здесь Россия представлена, как я говорил, велосипедной командой «Катюша» и «РусВело». Кстати, «Катюша» состоит на 60 процентов, мы чётко держим эту грань, из российских спортсменов. Например, как «Астана», команда на 95 процентов – это иностранные спортсмены. Российские спортсмены – это в основном выпускники наших велосипедных школ.

В последние годы нам совместными усилиями удалось переломить отрицательную тенденцию 90-х и начала 2000-х годов – разрушение материально-технической базы, отток квалифицированных специалистов, сокращение численности занимающихся велоспортом и падение спортивных результатов.

Сегодня Федерация велосипедного спорта России и попечительский совет федерации под руководством генерального директора «Ростеха» Сергея Викторовича Чемезова, в который входят крупнейшие руководители российских банков, госкорпораций, частных бизнес-струкур, совместно с Министерством спорта Российской Федерации и при поддержки международной группы компаний «Итера» создали новую систему развития велосипедного спорта, охватывающую широкий спектр задач: от детско-юношеского спорта, укрепления материально-технической базы до создания и развития профессиональных команд.

Осуществляется ряд программ для всестороннего развития отечественного велоспорта. Программа развития велосипедного спорта до 2020 года утверждена. Программа развития материально-технической базы велоспорта на треке в Российской Федерации до 2020 года утверждена. Целевая программа развития спортивных школ «Старт» утверждена. Программа поддержки ветеранов велосипедного спорта и концепция развития региональных центров.

На сегодняшний день в Российской Федерации уже построен уникальный, не имеющий аналогов в мире, сборно-разборный велотрек в Майкопе, открытый велотрек в Воронеже, крытый велотрек в Омске. В ближайшие недели открывается новый велотрек в Крыму. Количество велосипедных инфраструктурных объектов такого типа в нашей стране, с учётом спроектированного крытого велотрека в Самаре и строящегося центра развития маунтинбайка в Чебоксарах, достигнет десяти. Но, однако, это ничтожно мало, если сравнить с Францией, где 129 велотреков, и пять из них мирового уровня, на которых можно проводить чемпионаты мира и Олимпийские игры. У нас такого велотрека нет в стране.

Развитие велодромов и другой велосипедной инфраструктуры для нашей страны жизненно важно. Объекты в Самаре, Сочи – городе с уникальными климатическими условиями и развитой инфраструктурой, а также на Дальнем Востоке для подготовки спортсменов к Олимпийским играм в Токио в 2020 году актуальны.

Нельзя забывать о мировом опыте, который необходимо применять для формирования потенциала наших спортсменов в различных видах спорта, в частности велоспорте. Ряд стран перешли к созданию новой технической базы развития профессионального спорта, основанной на использовании новейших достижений в различных областях, оказывающих непосредственное влияние на результаты в спорте. У нас такая система тоже создана.

Ещё больший прогресс в российском велоспорте достижим не только в результате комплексного и системного подхода, но и в результате объединения усилий государства и частных спонсоров. Необходимо укреплять и поддерживать приоритетность для государства развития сферы физической культуры и спорта, в том числе профессионального велоспорта как его составной части. Министерство спорта России вносит большой вклад в дело укрепления позиций российского велосипедного достижения. Ведомство не только оказывает методическую помощь федерации, как я говорил ранее, по созданию системы развития велоспорта в России, но и финансирует подготовку и участие в соревнованиях сборных команд страны, в состав которых входят спортсмены из российских профессиональных команд.

Отмечу, что велосипедный спорт является доступным, технически сложным, но при этом не столь затратным по сравнению с такими видами спорта, как футбол, хоккей. Если посмотреть на весь российский велоспорт, включая шесть профессиональных команд, всего нужно 100 миллионов долларов для всего спорта. Содержание одного футбольного клуба в несколько раз больше. Я поэтому и говорю, что это не такой большой в финансовом плане механизм.

Активная поддержка со стороны Министерства спорта не может полностью заменить внебюджетное финансирование для динамичного развития российского велоспорта.

Уважаемый Владимир Владимирович, убедительно прошу Вас в интересах дальнейшего развития в России профессионального велоспорта и высших достижений дать поручение решить вопрос о внебюджетном финансировании в рамках согласованных программ.

Спасибо за внимание.

И.Ананских: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Хотел бы в первую очередь доложить о том, что закон, о котором сегодня говорили, закон о легионерах, мы поставили 18 июня на второе и третье чтение в Государственную Думу. Надеюсь, он будет принят. И также в июне будет Советом Федерации подписан, так чтобы уже в летнее трансфертное окно все клубы могли планировать свою трансфертную политику.

Также, безусловно, я присоединяюсь ко всем выступающим, докладчикам, которые совершенно верно говорили о необходимости замещения государственных денег в спорте частными. Здесь, конечно, важно, чтобы эти бюджетные деньги никоим образом не шли на трансфертную политику и зарплаты игроков клубов, что, к сожалению, часто бывает. К сожалению, не во всех регионах это ещё понимают.

Хотел бы акцентировать внимание на том, что, к сожалению, во многих регионах ещё недостаточно активно работают по программе государственно-частного строительства спортивных объектов, что тоже, конечно же, очень плохо и не позволяет всей структуре спорта активно развиваться.

Хотел бы ещё, если можно, пару слов сказать о массовом спорте в сельских школах. Уже два года действует программа, по которой ежегодно выделяется 1,8 миллиарда рублей на реконструкцию спортивных залов и покупку нового инвентаря в сельских общеобразовательных школах, что, безусловно, очень важно, потому что ситуация в них, конечно, мягко говоря, очень плохая.

Если в первый раз, в первый год, эти 1,8 миллиарда были запланированы в бюджете, то второй год в бюджете их уже не было, и только депутатскими поправками мы смогли их в бюджет внести. Мы получаем действительно очень много положительных откликов по этой программе и очень много заявок на дальнейшую реконструкцию именно спортивных залов в сельских школах.

Поэтому я просил бы, если можно, включить в бюджет 2016 года 1,8 миллиарда именно на реконструкцию спортивных залов в сельских школах и покупку нового оборудования, потому что, безусловно, село у нас забыто в отличие от города и не сильно насыщено спортивными объектами.

Спасибо.

В.Путин: На селе много проблем, в том числе и по здравоохранению, и по спорту. Есть у нас такие населённые пункты, люди в которых даже не знают, к какому медучреждению они прикреплены, а есть такие, которые вообще ни к чему не прикреплены. То же самое и со спортом. И то, и другое связано между собой.

Между тем всё–таки это не федеральный мандат, об этом мы никогда не должны забывать. Нужно всё–таки стимулировать наших коллег из регионов Российской Федерации, чтобы они уделяли этому больше внимания.

И.Ананских: Безусловно, эта система работает при софинансировании.

В.Путин: Не софинансирование, они должны делать сами прежде всего. Это регионы должны делать, муниципалитеты. Закон позволяет им вкладывать туда соответствующие ресурсы.

Но это не значит, что мы вообще должны закрыть на это глаза, конечно, нужно об этом думать и подталкивать и самим что–то выделить, наверное. Не наверное, а точно.

Хорошо, обязательно посмотрим.

Давайте будем завершать. Мне кажется, что тема чрезвычайно важная, и лишний раз о её важности говорить не стоит. Мы по результатам работы в ходе подготовки к сегодняшнему обсуждению и в ходе сегодняшней дискуссии подготовили перечень поручений, очень объёмный и охватывающий практически все вопросы, которые были затронуты в ходе нашей сегодняшней совместной работы.

Здесь и те законопроекты, о которых упоминалось, здесь и информационное обеспечение, здесь и так называемые легионеры, иностранные специалисты. Безусловно, на многое нужно ещё раз свежим взглядом посмотреть и очень многие вопросы подлежат регулированию.

Но как могло так получиться – сейчас Александр Жуков мне записку прислал, – что Первые Европейские игры в Баку – это всё–таки событие в мировом спорте – никто не пожелал освещать в средствах массовой информации, ни один наш канал?

В.Кикнадзе: Почему?

В.Мутко: «Россия-2» будет транслировать.

Реплика: За чьи деньги?

Реплика: Какая разница, за чьи деньги?

В.Путин: Нет, разница серьёзная, секундочку, разница серьёзная.

В.Мутко: В чём?

В.Путин: В чём? А кто финансирует?

В.Мутко: Слушайте, сегодня приобретены права «Россией-2». За счёт собственных источников «России».

В.Путин: Каких?

В.Мутко: У них есть небольшие, но деньги от доходов.

В.Путин: Кто финансирует?

О.Добродеев: На сегодняшний день мы показываем, мы транслируем.

В.Путин: Нет, я понимаю. Я спрашиваю: кто финансирует?

В.Мутко: Это обычная практика.

О.Добродеев: Мы обеспечиваем техническую трансляцию. Это очень большие деньги.

Мы говорили сегодня о разных трансляциях. К сожалению, в силу разных причин привлекательность трансляции для аудитории, кроме нескольких видов спорта, это очень и очень спорный вопрос. И здесь мы берём на себя, и мы даём лучшее время для этих трансляций.

В.Путин: Олег Борисович, я же совершенно конкретный вопрос задал: кто платит за это? Я понимаю, есть ограничения, связанные с сегодняшней бюджетной ситуацией. Я слышал, до меня дошло и то, как вчера делили деньги и как вам опять там чего–то не досталось. Но есть вещи ключевые, понимаете? Это событие в мировом спорте – первые в истории Европейские игры. И если Бокарев за это платит, то, конечно, спасибо Бокареву. Он взял построил в Сочи площадку для хоккея и просто подарил: берите. Кому? Он говорит: кому скажете – тому и отдам.

Так же, как и коллеги, которые в фонд деньги насыпают в течение десяти лет. В 2005 году мы с ними собрались, я говорю: слушайте, вас и так постоянно трясут со всех сторон, но это нужно для поддержания спорта высших достижений, для перспективных спортсменов. 87 процентов, как я сказал, – чемпионы и призёры Олимпийских игр и чемпионатов мира. Это конкретный результат.

Я о чём говорю? О том, что нам нужно всё–таки определять какие–то приоритеты. И, судя по всему, сегодняшняя система организации спорта высоких достижений, информационного обеспечения всё–таки несовершенна, и то, о чём мы сейчас говорим с вами, имеет большое значение.

То же самое касается и привлечения иностранных специалистов и так называемых легионеров. Они нам нужны или нет? Конечно, нужны. Спортивная Россия не должна вариться, что называется, в собственном соку. Нам, конечно, нужны и специалисты, и тренеры, и медики, и легионеры-спортсмены ещё и потому, что российский болельщик, российский зритель хочет видеть на наших площадках спортсменов и специалистов первой величины. И, кроме всего прочего, они должны на определённом уровне держать российский спорт, Россия не должна изолироваться.

Спортивная Россия не должна вариться, что называется, в собственном соку. Нам, конечно, нужны и специалисты, и тренеры, и медики, и легионеры-спортсмены ещё и потому, что российский болельщик, российский зритель хочет видеть на наших площадках спортсменов и специалистов первой величины. Россия не должна изолироваться.

Но чрезмерное участие иностранных специалистов и легионеров в нашем спортивном движении и в наших клубах не помогает развитию российского спорта, а тормозит его, создаёт проблемы при формировании национальных сборных. И вы знаете, это тот случай, когда ярмарка тщеславия наших прежде всего компаний с госучастием совершенно неуместна.

Понятно, что деньги есть – можно… не буду продолжать эту известную поговорочку, чтобы никого не обижать. Но легче закупить, а иногда даже дешевле, чем развивать детский и юношеский спорт, собственные детские и юношеские команды при клубах и годами ждать результата. Но если мы хотим сохранить наш уровень и иметь перспективы развития в спорте на будущее, то другого пути нет, нужно развивать собственную базу. И здесь нет ничего такого, что отличало бы спорт от других видов деятельности, в том числе и в экономике.

Хотим мы иметь высокотехнологичное производство, хотим мы иметь наукоёмкую индустрию – нужно её развивать, причём с нуля, с фундаментальных исследований. А здесь нужно детский спорт и юношеский развивать и поднимать, поднимать, поднимать его до уровня высоких достижений, конечно, будучи, как я уже сказал, органичной частью мирового спортивного движения.

Не нужно идти по лёгкому пути при наличии свободных денежных ресурсов, нужно вкладывать их в долгосрочную перспективу, в детский и юношеский спорт.

Но не нужно идти по лёгкому пути при наличии свободных денежных ресурсов, нужно вкладывать их в долгосрочную перспективу, в детский и юношеский спорт. Когда это всё будет сочетаться между собой, тогда у нас будет устойчивая база собственного развития и будут хорошие результаты. Тогда и болельщиков будем радовать и не будем в последнюю секунду цепляться за то, чтобы найти какого–то хорошего спортсмена и убедить его принять российское гражданство. Что тоже неплохо в определённых ситуациях, но это не кардинальный способ решения всех проблем развития российского спорта на длительную перспективу.

Очень надеюсь на то, что тот перечень поручений, который подготовлен в результате совместной работы коллег, собравшихся здесь, будет хорошим подспорьем для того, чтобы решать все эти проблемы, о которых мы сегодня говорили.

Спасибо.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 2 июня 2015 > № 1387771 Владимир Путин


Россия. ПФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 27 мая 2015 > № 1420505 Николай Никифоров

Николай Никифоров: «Нам необходимо участвовать в гонке высоких технологий»

Иннополис, 27 мая 2015 года. — Министр связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Николай Никифоров принял участие в четвертой конференции «Информационные технологии на службе оборонно-промышленного комплекса», объединившей на одной площадке руководителей и ИТ-директоров организаций оборонно-промышленного комплекса (ОПК), представителей органов власти, руководителей российских и международных ИТ-компаний. Глава Минкомсвязи России выступил с приветственным словом на сессии, посвященной импортозамещению. Приводим текст его выступления.

«Тема информационных технологий в ОПК очень тесно перекликается с импортозамещением. Важно быть независимыми от импорта, особенно в такой стратегической сфере, как ИТ. Российский рынок ИТ составляет всего около 2% от мирового, доля российских компаний не превысит 2% даже если импортозаместить все программное обеспечение (ПО) российского рынка. Мы должны больше говорить не только о поддержке российских высокотехнологичных компаний, о поддержке российских разработчиков программного обеспечения, радиоэлектроники, телекоммуникационного оборудования, но и о их экспортоориентированности.

В последние несколько месяцев я посетил все страны БРИКС и встретился с каждым из отраслевых министров связи и ИТ этих стран. Наши повестки дня, с точки зрения импортозамещения, экспортоориентированности и поддержки национальных разработчиков, полностью совпадают. Коллеги согласны, что переломить ситуацию доминирования отдельных стран и компаний на мировом рынке можно, лишь объединив усилия.

В странах БРИКС живет практически половина населения земного шара, это огромный рынок. Развитие современных технологий связи неминуемо ведет нас к тому, что скоро всем будут доступны самые передовые технологии. У каждого будет смартфон, обеспечивающий прием и передачу данных стандартов 3G, 4G и следующих поколений, с использованием сетей широкополосного доступа, спутниковой связи. Очевидно, что все жители стран БРИКС будут клиентами рынка тех или иных современных технологий. Нам надо объединить усилия и заниматься совместными разработками, используя сильные наработки каждого участника в отдельных областях.

Очевидно, что Китай, например, лидирует с точки зрения производства мобильных устройств и телекоммуникационного оборудования, как по объему заказа, так и по стоимости производимой продукции. Всем остальным участникам также необходимо использовать свои сильные стороны и найти свою нишу на глобальном рынке разделения труда.

Сегодня все коллеги сходятся во мнении, что российские ИТ-специалисты, благодаря нашей фундаментальной академической подготовке, способны на разработку высокотехнологичных продуктов. У нас уже есть известные на мировом рынке компании. Необходимо, чтобы их становилось как можно больше.

Вопрос телекоммуникационного оборудования тоже очень важен. Мало сделать защищенный софт, важно, чтобы среда передачи информации тоже была защищена. В последние годы стали широко известны случаи того, как незаконно собирались данные пользователей в сети Интернет. Россия выступает за правовое регулирование подобных коллизий.

Что касается импортозамещения телекоммуникационного оборудования, то хотел бы поблагодарить Минпромторг России за очередное проведенное вчера заседание межведомственной рабочей группы, где мы совместно отрабатываем паспорта проектов по реализации плана импортозамещения в радиоэлектронной промышленности, касающиеся оборудования.

Если говорить о плане импортозамещения в области ПО, отмечу, что уже около 400 компаний приняли участие в проработке паспортов проектов по направлениям реализации плана. Сам отраслевой план импортозамещения ПО состоит из трех блоков.

Первый блок это производители ПО, которое уже хорошо зарекомендовало себя на рынке. Их не нужно субсидировать или оказывать им иную прямую финансовую поддержку. Нужно просто создать условия спроса. Здесь мы считаем, что на деньги российских налогоплательщиков необходимо покупать, прежде всего, российские продукты. С этой целью мы предложили создать реестр отечественного ПО, внедрение которого носит не запретительный, а стимулирующий характер. Поскольку, в случае если заказчик, выбирая из этого реестра, не найдет в нем необходимые программные продукты, он сможет предложить импортный аналог, а отрасль тем временем должна будет обратить на это внимание и начинать работать в направлении создания собственных конкурентоспособных продуктов.

Второй блок плана посвящен системному ПО и является одним из самых интересных. Сегодня в мире разработчиков системного ПО меньше, чем разработчиков самолетов или атомных технологий. Разработка системного ПО — это труд тысяч программистов в течение многих лет, требующий инвестиций объемом в миллиарды долларов.

Мы выступаем за коллективную разработку такого ПО совместно с другими странами, прежде всего, с нашими партнерами по блоку БРИКС. Подчеркну, что речь идет не о свободном программном обеспечении (СПО), а именно о коллективной разработке, потому что это разные вещи. Не факт, что результатом коллективной разработки станет СПО. Здесь мы выступаем за международную кооперацию, поскольку, если мы создадим российскую национальную мобильную операционную систему, такой подход не сработает. Мы можем сделать только тот продукт конкурентоспособным, который получит доступ к мировому рынку мобильных устройств и будет совместим со всей экосистемой передовых мобильных разработок.

В этом году мы планируем обсудить этот вопрос с коллегами по БРИКС во время проведения саммита в Уфе и будем просить глав государств БРИКС об отдельной встрече отраслевых министров связи и ИТ БРИКС в октябре. Каждый из министров получит возможность привести с собой ведущие ИТ-компании своих стран, такие как, например, китайские «Алибаба», «Байду». Мы со своей стороны пригласим российских разработчиков. Повторю, что на сегодняшний момент над паспортами проектов в рамках плана импортозамещения с нами работают около 400 компаний.

По всем веткам офисного и системного ПО мы зависимы и не можем замыкаться только на внутренний рынок. Уверен, что помимо стран БРИКС, к нашей работе присоединится огромное количество разработчиков и пользователей из разных стран.

Третий блок плана касается специфичного отраслевого ПО. В этом блоке особенно нужны консорциумы заказчиков, потребителей и производителей. Со стороны Минкомсвязи России работает фонд «Росинфокоминвест», о котором вы, возможно, слышали в СМИ негативную информацию. Хочу отметить, что мы также очень критично подходим к его деятельности и считаем, что этот инструмент должен быть ориентирован именно на проекты импортозамещения ПО. В увязке с индустриальными консорциумами мы должны проработать все возможные проекты. Мы открыты к диалогу, открыты к контактам, сегодняшние презентации на стендах показывают, что мы с отраслевыми коллегами совпадаем с точки зрения повестки дня.

Завершая выступление, скажу, что планы на трехлетний горизонт 2015–2018 годов являются сегодня историческим моментом. Вводными для нас стали и геополитическая ситуация, и разоблачения деятельности спецслужб, о которых стало известно всему миру. Сегодня мы чувствуем политическую волю и серьезное желание государства предпринимать решительные меры для поддержки российских производителей ПО. Здесь важно не зацикливаться только на импортозамещении внутри страны, не закрываться ни в качестве рынка, ни в качестве разработчика. Надо планировать свою деятельность так, чтобы в итоге мы стали полноценными участниками мировой экосистемы разработки высоких технологий.

Всем очевидно, что интернет будет развиваться и дальше, что количество компьютеров и подключенных устройств будет возрастать высокими темпами, и нам необходимо участвовать в этой гонке. Мне хотелось бы отметить, что на площадке мероприятия собралась правильная подборка заказчиков и исполнителей отрасли.

Со своей стороны Минкомсвязь России готова делать все возможное для оперативного принятия решений по реализации самых амбициозных проектов. РФ вносит существенный вклад в мировую экосистему технологий, в том числе в ИТ. Давайте сделаем все возможное, чтобы наши действия были стратегически продуманными, слаженными и приобрели должный эффект.

То, что данное мероприятие проходит именно в Иннополисе, подчеркивает значимость развития технопарков. Вчера мы присутствовали на открытии технопарка МФТИ, сегодня мы находимся здесь, 3 июня пройдет Startup village в Сколково. Очень важно, что такие инновационные центры в нашей стране появляются, и молодые специалисты сегодня получают достойную среду для жизни, своего профессионального развития, учебы и отдыха. Еще пять лет назад в нашей стране этого не было. Мы не сможем удержать лучшие таланты, не дав им лучшие условия жизни. И главная задача как Иннополиса, так и других подобных проектов, заключается именно в этом.

Пользуясь случаем, прошу вас обратить внимание на этот проект. Целый ряд компаний уже планирует открывать здесь свои офисы, становиться резидентами особой зоны, пользоваться льготами, в том числе по страховым взносам на фонд оплаты труда сотрудников. Приятно, что сегодняшняя конференция приурочена к началу активной деятельности нового российского города — Иннополиса».

Россия. ПФО > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 27 мая 2015 > № 1420505 Николай Никифоров


Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 26 мая 2015 > № 1409883 Борис Гребенщиков

Знакомьтесь, Борис Гребенщиков, советский Боб Дилан ("Newsweek", США)

Александр Горбачев

Во вторник 19 мая сотни людей собрались перед концертным залом Вебстер-Холл в Ист-Виллидж, и большинство из них говорили по-русски. Экспаты, иммигранты первого поколения и туристы — все они пришли послушать Бориса Гребенщикова, совершающего одно из своих редких турне по Америке. Этот человек практически изобрел рок-музыку в России. На протяжении уже нескольких десятилетий он является одним из самых уважаемых и влиятельных певцов и сочинителей песен в этой стране.

Гребенщикову 61 год, и он начал писать и исполнять музыку в начале 1970-х годов вместе со своей группой «Аквариум». Его часто называют русским коллегой Боба Дилана. Этот ярлык является чрезмерным упрощением наследия обоих музыкантов, но некоторые аспекты такого сравнения кажутся разумными. Гребенщиков, которого часто зовут БГ, фанат британского и американского рока (От Дилана до Марка Болана, Лу Рида и Talking Heads) и русской литературной традиции. Он синтезировал современную западную культуру и свою российскую, по-своему истолковав иностранные звуки и создав уникальное направление со своей утонченной и полной метафор лиричностью. По сути дела, с середины 1980-х годов БГ взял на себя роль Русского Поэта, который обращает душу нации в песню. Многие его строки стали в России своего рода пословицами, и любому, кто пытается написать песню с гитарой, вряд ли удастся избежать его влияния.

В какой-то момент своей жизни БГ попытался добиться успеха в Америке. Когда пришла перестройка, и Запад начал интересоваться советской контр-культурой, Гребенщиков поехал в США работать с продюсером Дейвом Стюартом (Dave Stewart) из группы Eurythmics. Там он записал англоязычный альбом Radio Silence. Пластинка пробилась в топ-200, и БГ даже появился на шоу Леттермана. Но прорыва не получилось, и Гребенщиков отправился домой продолжать свою карьеру в России.

Многие считают, что советский рок из андерграунда во главе с БГ и «Аквариумом» сыграл важную роль в низвержении советского режима. Но кроме гимна перестройке «Поезд в огне» Гребенщиков редко выражал свои политические взгляды и пристрастия, как публично, так и в песнях. Однако несколько месяцев тому назад он сделал исключение. В своем последнем альбоме «Соль» он, не называя имен, рисует мрачную картину современной России и ее социального климата. Самая запоминающаяся песня называется «Любовь во время войны», и в ней звучит явный намек на украинский конфликт. Считается также, что другая песня под названием «Губернатор» повествует о губернаторе Свердловской области, который несправедливо преследовал местную журналистку.

На следующее утро после нью-йоркского концерта, длившегося два часа и включившего в себя самые разные песни от 1978 до нынешнего года, Гребенщиков побеседовал с корреспондентом Newsweek о своей карьере, о многолетней связи с американской культурой и о своих взглядах на текущие события в России.

Newsweek: Западные СМИ обычно называют вас русским Бобом Диланом. Что вы думаете по этому поводу?

Рок-группа "Аквариум"

Борис Гребенщиков: Ну, меня по-всякому называли — русским Бобом Диланом, русским Дэвидом Боуи, русским Clash и так далее. Конечно, это вводит в заблуждение. Общее между мной и Диланом в том, что оба мы наводим мосты. Дилан построил мост между традиционной американской культурой и поп-культурой, между фолк-музыкой и рок-н-роллом. Я же пытаюсь наводить мосты между западной культурой и Россией. А что до всего остального, мне, собственно, все равно. Ставить клеймо это как-то очень мелко, это не дает людям никакого представления о том, что такое музыка. Наверное, у Боба Дилана ответственность побольше, чем у меня. (Смеется.)

— Однако вы несколько раз говорили, что когда начинали писать песни, одна из ваших задач состояла в том, чтобы неким образом перевести песни Дилана на русский язык.

— Это абсолютно неверно. Нельзя перевести американскую культуру на русский язык, потому что условия очень разные. Когда я по-настоящему начал писать песни в конце 1970-х годов, меня беспокоила одна вещь. Когда я слушал Дилана, Beatles, Rolling Stones, у меня было такое впечатление, что они знают о моих чувствах и могут их выразить. Когда я слушал музыку, популярную на то время в России, я не мог найти ничего, с чем ее можно было бы отождествить. Я ходил, спрашивал людей: «Что не так? Может, я что-то упустил?» А мне говорили: «Ничего ты не упустил, просто рок-н-ролл нельзя писать на русском, потому что наш язык для него не подходит». Я тогда подумал, что это ерунда, и решил посмотреть, что можно сделать. Так я начал писать свои собственные песни. И результаты оказались хороши с самого начала.

— Спустя десять лет, когда вы уже были одной из крупнейших рок-звезд в Советском Союзе, вы приехали в США и попытались сделать здесь музыкальную карьеру. Наверное, к тому времени у вас в голове сложилось детальное представление об Америке на основе ваших любимых записей, книг и фильмов. Вы помните, какое у вас было впечатление, когда вы в итоге увидели реальные вещи?

— Я помню это очень хорошо. Нью-Йорк стал первым местом, которое я увидел за пределами России. Я попал прямо в самый центр мира, и я чувствовал себя подобно Алисе в стране чудес. Я думал, что все творящиеся вокруг меня чудеса для того, чтобы чему-то меня научить. Было очень много приятных сюрпризов. Например, деревья с маленькими лампочками — у нас такого в России не было. Или, скажем, до приезда в США я никогда не думал о еде как о чем-то интересном. В России пища была тем, что поглощаешь, не задумываясь. Мне была нова идея о том, что существует японская кухня, или кухня французская. И конечно, она мне понравилась. У меня было такое впечатление, что я наконец-то ощутил, вкусил реальный мир. Мир, в котором было больше красок во всем, в отличие от России, где у людей в основном этакий черно-белый менталитет. У меня как будто пелена с глаз упала.

— Вы воспринимали весь этот американский опыт в качестве возможности сделать карьеру, или же это был просто эксперимент?

— Я приехал сюда, чтобы принять участие в авантюре. Великий и безумный музыкальный изобретатель из Нью-Йорка Кен Шаффер (Ken Schaffer) выступил с сумасшедшей идеей ввести русского музыканта в американский контекст. Он нашел меня, я оправдал его ожидания, и он привез меня сюда. Я подключился к CBS Records, а затем нашел Дейва Стюарта из Eurythmics. Мы вместе сделали альбом и совершили турне, а затем я вернулся домой. Видите ли, я хотел увидеть, как все это делается здесь. К тому моменту я знал об этом только из музыкальных журналов. Я хотел получить непосредственный опыт, чтобы вернуться и заниматься делом по-настоящему. Так и получилось.

— Потом вы вернулись и записали самую русскую из своих пластинок — «Русский альбом». Хотя казалось бы, логичнее сделать нечто более американизированное...

— Логичнее, да. Но слава Богу, музыка не следует логике. Знаете, до приезда сюда я был в клетке. Это была симпатичная клетка, грех жаловаться. Жить в России в 1970-е и 1980-е годы было здорово. Но конечно же, мне хотелось подышать воздухом свободного мира. Все, что я записал до Radio Silence, в основе своей было мостом между Россией и Западом. А попав на Запад, я почувствовал необходимость построить мост обратно.

— Многие люди сегодня утверждают, что современная Россия — тоже клетка, сравнивая ее с советскими временами. Каково ваше мнение на сей счет?

— Должен вас разочаровать. Если вы не смотрите телевизор, не проводите свою жизнь в Facebook, если вы выйдете на улицы Санкт-Петербурга и Москвы, то ощущение великолепное. Оно меняется, но пока оно по-прежнему великолепное. И с моей точки зрения, у нас по-прежнему свободная страна. Конечно, существует множество противоречий. Вот недавно в Санкт-Петербурге в День Победы был парад, который произвел по-настоящему глубокое впечатление. Но он был странный. Люди не чтили память павших русских солдат, они праздновали нечто совсем другое, некую странную идею, которую им всучили СМИ. Это довольно печально, так как мне кажется, что такой день заслуживает гораздо большего. Но сейчас кто-то просто использует его ради себя. С другой стороны, когда я гуляю по Москве и Санкт-Петербургу, я вижу много замечательной молодежи, которая делает свои маленькие дела и радуется жизни. Когда я еду в Киев, я чувствую себя прекрасно. Там нет того дерьма, которое мы читаем в новостях, нет враждебности, а люди стали более любящими и заботливыми, чем два года назад. Как кто-то сказал, что война заканчивается, если выключить телевизор.

— Можно сказать, что вся эта замечательная молодежь существует в отведенном для нее гетто, окруженная общественной ненавистью, войной и ложью. Можно игнорировать телевидение и радио, но большинство населения России не делает этого.

Концерт Бориса Гребенщикова в Санкт-Петербурге

— Это так. Но, видите ли, так было всегда. В начале 1990-х нас загипнотизировали. Мы думали: ну, большая стена пала, и теперь все будут счастливы и свободны. И все будут слушать великую музыку. А через несколько лет оказалось, что люди на самом деле хотят тюремных песен. А сейчас у них появляется ностальгия по советской России и советской культуре. А я типа: эй, а вы помните, какая она была? Нет, они не помнят, но им нравится. Она не заставляет их думать, и они чувствуют себя лучше. Ну ладно. Если вы выбираете это, никаких проблем. Я не имею права судить. Но всегда существовало и существует десять, пятнадцать, а может, восемь процентов населения, которому нужно то, что делаем мы, у которого есть потребность в настоящей культуре.

— Но ситуация в стране становится для них все сложнее. Несколько лет назад они, по крайней мере, могли заниматься своим делом, и их никто не беспокоил. А теперь их постоянно преследуют.

— Снова все верно. Но опять же, так было всегда. Почитайте великих русских писателей 19-го века — вот как тогда было. И ничего плохого в этом нет. Русские всегда были бойцами, даже до крещения. Есть замечательная работа о еврейском купце Ибн Юсуфе, которого арабы в шестом веке использовали как шпиона. Они направили его на территорию, которую позднее стали называть Россией. Он написал, что эти люди хорошие воины, но они никогда не будут никому угрожать. Потому что вместо того, чтобы организоваться и отправиться кого-то завоевывать, они предпочитают драться друг с другом. И именно это происходит сейчас.

— Похоже, вы нашли выход из этой ситуации. Но ваш последний альбом, вышедший всего семь месяцев назад, звучит довольно мрачно, с нотками отчаяния. Настолько мрачно, что ваша группа даже не исполняет большинство этих песен вживую.

— Я просто не мог противостоять стремлению сделать этот альбом. Это висело в воздухе. Какое-то время я был просто одержим происходящим. Я был полон гнева и отчаяния, и так родились эти песни. Этот альбом быстро стал одним из самых популярных среди того, что мы делали. Он касается оголенных нервов. Я поступил правильно, но это было больно. Мы три месяца исполняли этот альбом вживую, а затем сказали хватит. Мы расплатились по долгам за сегодня, и пора возвращаться в завтрашний день. Потому что сейчас я пытаюсь построить еще один мост, мост между сегодняшним днем и днем послезавтрашним. Завтра очень неопределенно, и у меня нет на него больших надежд. Но послезавтра все будет хорошо.

— Вы считаете, что музыка способна помочь изменить общество? Так, как советский рок в конце 1980-х помог разрушить Советский Союз?

— Я считаю, что сегодня музыка еще важнее. Хорошая музыка сохраняет у людей здравомыслие. Знаете, те 10%, о которых я говорил, а может, дети 90%, которые сегодня довольно агрессивны и находятся во мраке, эти дети будут другими. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Значит, вы не обескуражены? Похоже, вы не верите в доводы о том, что весь этот культурный проект, который российские либерально мыслящие интеллектуалы пытались реализовать с конца 1980-х, потерпел неудачу.

— Нет, не было никакого проекта, а Лао-цзы, знаете ли, нельзя опровергнуть. То, что мы делаем с самого начала, это просто естественное продолжение того, что делали поэты Серебряного века. На самом деле нет разницы между Тургеневым и нами. Мы все принадлежим к русской культуре, на которую не влияет все это дерьмо.

Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 26 мая 2015 > № 1409883 Борис Гребенщиков


США. Азия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 мая 2015 > № 1382679 Сергей Белоусов

Будущее: кто совершит новый прорыв на рынке технологий

Сергей Белоусов

Чтобы понять, где случится следующая технологическая революция, следует последить за Facebook, Google и Microsoft. Там толковые люди с большими средствами

Технологическая революция, скорее всего, уже начинается. Это как соцсети в 2006 году. Они уже были революцией, но большинство этого еще не видело, а кто-то понимал и инвестировал в Facebook. Сейчас все говорят про «большие данные», «интернет вещей», 3D-принтеры, роботов и «носимые технологии», но нет четкого видения, где будет следующий взрыв.

США или Азия?

Люди, которые говорят, что все инновации создают американцы, забывают, что есть корейская Samsung, китайская Huawei, японцы. И что в Samsung сотрудников больше, чем в IBM, HP и Dell вместе взятых, и втрое больше, чем в Apple.

Сместится ли центр инноваций в Азию? Надо посмотреть на весь цикл создания технологий. Инновации начинаются с науки и образования, и как раз в этой области в Азии гигантский прогресс. Два сингапурских университета входят в международный рейтинг ТОП-100 университетов, в Гонконге тоже такие есть, и в Корее, и в Японии. И это дает свой эффект. В Азии сейчас разрабатывается достаточно много новых компонентов: дисплеев, топливных элементов, сенсоров и т. д. Например, сингапурская компания Horizon Fuel Cell Technologies — мировой лидер по производству топливных элементов.

Однако в области софта разрыв между США и Азией пока остается огромным.

Сейчас нет ни одной успешной азиатской платформы.

У Samsung есть платформа Tizen, но ею, в отличие от их «железа», никто не пользуется даже в Азии (предпочитая Google Android). Сегодня все начинают понимать, что разработка собственных платформ — стратегический вопрос. И американцы, конечно, будут защищать свои достижения.

Искусство войны

Есть три инновационные модели. Одна — ее очень хорошо использовали в Microsoft — предполагает, что компания не создает инноваций, но внимательно следит за рынком и сразу «бежит» туда, где появилось что-то интересное. Эта модель себя исчерпала, и Microsoft уже давно пытается найти другой путь. Поэтому они, например, создали принципиально новое устройство Kinect. Вторая — модель Стива Джобса и Apple. Очень продвинутые, сфокусированные улучшения, выпуск лучших девайсов на уже существующих рынках, умелое использование бренда. И наконец, третья — модель Google. Поначалу в Кремниевой долине над ней смеялись: рассказывали истории про то, что у Google одновременно десятки тысяч исследовательских проектов и тысячи людей, которые докладывают одному менеджеру. Но сейчас понятно, что эта модель вполне оправданна, компания производит большое количество полезных вещей, пусть при этом коэффициент выбывания новых проектов очень большой (думаю, 7 из 10 умирают).

На глобальном рынке конкуренции стало больше. В 1990-е годы было три-четыре мощных игрока, которые фактически монополизировали рынок. В итоге их заставили демонополизироваться. Но после этого для небольших игроков ситуация лишь ухудшилась, потому что если раньше они конкурировали с принципиально по-другому функционирующими организмами, то теперь имели дело с большим количеством компаний, причем почти во всех сегментах. Правда, пока это утверждение не касается сферы интернет-поиска и многих интернет-сервисов, где лидирует Google, которая искусно лавирует между разными законами в Америке и Европе. Я не знаю, кто сможет потеснить ее.

Крупный игрок может либо хорошо делать что-то одно, как Facebook, либо сразу все, как Microsoft, чтобы конкуренты вынуждены были догонять, не имея при этом сопоставимых ресурсов.

Это такая стратегия: если у вас большая армия, вы нападаете широким фронтом, потому что так не смогут защищаться ваши враги.

Если армия маленькая, то нападаете узким фронтом. Но если ваш конкурент хорошо сфокусирован, наступление широким фронтом бесполезно.

Не все это понимают. Взять, скажем, компанию BlackBerry. Вместо фокуса на свои сильные стороны она стала конкурировать с айфоном, с продуктами Samsung. У Nokia была похожая ситуация. Компания производила доступные качественные телефоны, с них было удобно и просто звонить, но попыталась конкурировать со всеми.

Думаю, что сейчас самый интересный краткосрочный тренд, за которым стоит следить, — это эволюция Facebook. Год назад казалось, что компания должна измениться, расширить возможности использования сети — но ничего пока не произошло. Поиск по фотографиям так и не заработал. Но я думаю, что Марк Цукерберг — сильный лидер и они что-нибудь придумают.

Пока, по моим ощущениям, основные игроки беспокоятся по их поводу, потому что не понимают, куда движется Facebook. А вот куда идет Google, всем понятно. Я считаю, что ее ждет демонополизация, этим уже начали заниматься. Впрочем, компания умная, поэтому процесс будет долгим. Другая корпорация, которая должна беспокоить всех, — это Microsoft. Вроде бы она теряет свои позиции на всех направлениях (операционные системы, офисные приложения, интернет), но, опять-таки, там толковые люди и с большими средствами, так что они должны начать делать что-то интересное. Без боя не сдадутся.

Полезная революция

Не уверен, что новинки, которые все обсуждают, такие как Google Glass или Apple Watch, действительно грозят нам революцией. Люди надевают некий гаджет, он выдает им графики, они на них смотрят — и ничего не делают. Революция произойдет, когда от устройства появится ощутимая польза.

На самом деле многие изменения приходят незаметно. Я очень долго не пользовался наушниками bluetooth, а недавно купил их и обнаружил, как продвинулась технология. Теперь наушник «знает», он на ухе или нет, далеко от телефона или близко, подсказывает что-то, сообщает уровень зарядки батареи. Это удобно, позволяет улучшить качество звука и экономнее использовать аккумулятор.

В свое время я много думал, почему люди часто не замечают важные тренды заранее — например, появления Facebook или Twitter? Мы обсуждали это с известным венчурным инвестором Джереми Левайном (партнер фонда Bessemer Venture Partners. — Forbes) и пришли к выводу, что секрет таких продуктов в том, что они удовлетворяют какую-то базовую потребность, которая пока плохо удовлетворена. Например, люди хотят, чтобы их слушали, и хотят быть частью группы. И это два разных инстинкта. Для удовлетворения первого создан Twitter, второго — Facebook. Поэтому они и стали популярными. Мы с Джереми даже пытались нанять психолога, чтобы он сделал список этих инстинктов. Кстати, Левайн таким образом проинвестировал в Pinterest. К нему пришла команда из восьми человек, сказала, что хочет сделать сеть для коллекционеров. Он сообразил, что у части людей есть базовый инстинкт «коллекционирование», а у гораздо большего их числа есть инстинкт «просмотр». В итоге в последнем раунде привлечения инвестиций Pinterest оценили в $11 млрд.

Вопрос в том, какой базовый инстинкт выстрелит следующим?

Например, неудобство коммуникаций — острая проблема. Можно писать в Facebook, Twitter, Теlegram, а еще есть телефон, sms, у кого-то скайп. Да еще и несколько адресов электронной почты у каждого. И их становится все больше. Людям удобна интеграция и общение лицом к лицу. Может, Facebook примет этот вызов, может, кто-то другой.

Роботы тоже помогают удовлетворять инстинкты. Это ведь история про человеческую лень — есть много вещей, которые роботы могут делать уже сейчас. А вот какие базовые инстинкты могут удовлетворять такие сложные штуки, как 3D-принтеры, «интернет вещей», «большие данные», сейчас непонятно.

Есть области, которые в принципе не могут меняться быстро. Например, то, что касается денег. Здесь играет роль и регулирование, которое сложно поменять, и психология. Это будет тормозить развитие таких сервисов, как Apple Pay. Ведь кредитные карточки появились достаточно давно, но люди продолжают пользоваться бумажными деньгами.

В этой сфере, на мой взгляд, есть три проблемы. Первая — это неудобство: деньгами и карточками неудобно пользоваться. Зачем я, выходя из машины, должен брать с собой телефон и кошелек? Карточки — это вообще какая-то древняя технология: в один телефон можно запихать транзисторов, наверно, на многие миллионы карточек.

Вторая проблема — приватность. Наличные объективно надежнее в плане сохранения. Кроме того, люди привыкли иметь дело с банками, считая, что государство гарантирует их надежность. А вот чего ждать в данном случае от Apple, непонятно. И в перспективы Bitcoin я пока не верю. Я не понимаю, какую проблему эта валюта решает. Допустим, вы не доверяете банкам, а готовы доверять алгоритму Bitcoin. Но, на мой взгляд, это на самом деле не очень мудро, потому что алгоритм можно взломать, а кроме того, его могли специально сделать таким, чтобы он взламывался. В случае с Bitcoin непонятно, кто гарантирует, что это не так, а в случае банка — понятно.

Наконец, третья проблема — цена денег. Если бы тому, кто пользуется Apple Pay, давали в кредит $1000 под 0%, то все бы захотели его получить. Революция может произойти, когда банки действительно научатся пользоваться «большими данными». Ведь банк очень много знает про вас, но пользу извлекать из этого не может. А если бы он научился, то смог бы, например, заплатить вам, чтобы вы использовали какой-то новый сервис. Здесь должны появиться свои бизнес-модели. Пока их не видно, но очень много стартапов сейчас работают над решением проблемы.

США. Азия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 мая 2015 > № 1382679 Сергей Белоусов


Великобритания > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 13 мая 2015 > № 1367605 Стивен Хокинг

Стивен Хокинг: «В ближайшие 100 лет искусственный интеллект превзойдет человеческий»

Каждое публичное появление знаменитого астрофизика Стивена Хокинга или его голограммы непременно сопровождается страшными пророчествами о власти искусственного интеллекта над человечеством. Сегодня в ходе конференции Zeitgeist 2015 в Лондоне Хокинг в очередной раз припугнул публику.

«Уже в ближайшие 100 лет искусственный интеллект превзойдет человеческий, — уверен профессор Кембриджского университета. — И до того, как это случится, мы должны сделать все, чтобы цели машин совпадали с нашими». Хокинг считает, что искусственный интеллект должен быть под контролем человека, иначе всем нам придет конец: «Наше будущее — это гонка между непрерывно растущей мощью искусственного интеллекта и нашей способностью направлять его в нужное русло». По словам Хокинга, люди недальновидны. Их волнует то, кто будет контролировать комьютерный разум, но они не задумываются о том, позволит ли он вообще им это делать.

Напомним, умнейшие люди в hi-tech индустрии, Стивен Хокинг, Билл Гейтс и Элон Маск, периодически делятся опасениями, которые несведущие могут посчитать сказками про «Терминатора» и «Скайнет». К ним примыкает даже сооснователь Apple Стив Возняк. Он согласен со Стивеном Хокингом и Элоном Маском в том, что нас всех ждет очень мрачное будущее. «Сейчас мы создаем эти умные девайсы, чтобы они заботились о нас, но в итоге они станут более сообразительными и избавятся от человека», — говорил Возняк.

Великобритания > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 13 мая 2015 > № 1367605 Стивен Хокинг


США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 7 мая 2015 > № 1367533 Билл Гейтс

Билл Гейтс любит скромничать и никогда не называет себя "визионером". Однако стоит посмотреть на предсказания, сделанные Гейтсом шестнадцать лет назад в книге Business @ the Speed of Thought. От количества сбывшегося мурашки по коже...

Билла Гейтса часто сравнивают с легендарным Стивом Джобсом, утверждая, что основатель Microsoft не обладает даром предвидения в отличие от создателя Apple. Действительно, идеи Джобса часто задавали новые тренды на рынке, в то время как Microsoft выбирала консервативный подход, а в противном случае результаты были неоднозначными (например, эргономика Windows 8).

Однако сам Гейтс неоднократно предсказывал, как мир будет развиваться в будущем. Именно это видение позволило ему вовремя создать Microsoft, а основой для прогнозов нередко становилась литература. Билл Гейтс не только компьютерный гений, миллиардер и филантроп, но и книжный червь. Легендарный основатель Microsoft проглатывает по книге в неделю и завоевал славу беспристрастного и объективного критика.

Бизнесмен и сам написал две книги: The Road Ahead в соавторстве и в одиночку Business @ the Speed of Thought. Интересно, что обе посвящены влиянию технологий на современность и будущее. В этом материале мы расскажем о 15 предсказаниях, сделанных в 1999 г. в книге Business @ the Speed of Thought. Что сбылось?

1. Сайты, на которых можно сравнивать цены Билл Гейтс писал, что в будущем на рынке появятся порталы, на которых можно будет выбрать лучшую цену на тот или иной товар. Сейчас по этому принципу работает один из сервисов Google, поиск в Amazon, а также такие страницы, как NexTag PriceGrabber.

2. Смартфоны и планшеты Согласно предсказанию Билла Гейтса люди должны были получить возможность не только общаться, но и совершать важнейшие операции с помощью мобильных устройств. От финансовых транзакций до бронирования отеля. Частично прогноз оправдался в эру КПК и коммуникаторов. Но именно сегодня гаджеты правят миром потребительской электроники, а по функциям почти не уступают полноценным компьютерам.

3. Здравоохранение и финансы онлайн Продолжая эту мысль, Билл Гейтс говорил о том, что здравоохранение и финансовый мир получат огромный стимул к развитию благодаря интернету. В каком-то смысле так и есть. Не только здравоохранение, но и госуслуги в целом постепенно перекочевали в интернет. А платежные системы вроде PayPal и Apple Pay навсегда изменили потребительский рынок.

4. Электронные ассистенты, "умный" дом Google Now и Siri (и готовящаяся к запуску Cortana) стали подтверждением идей Гейтса, предсказавшего появление электронных ассистентов. Что касается "интернета вещей" и "умного" дома, то и здесь вот-вот назреет революция. Правда, пока все эти технологии не связаны воедино, но все идет именно к этому.

5. Системы наблюдения Билл Гейтс говорил о том, что системы наблюдения станут общедоступными. В домах могут быть установлены камеры, способные фиксировать важные события. Этот прогноз действительно оправдался: не зря Google за $555 млн купила Dropcam. Рост скорости интернет-соединения позволяет любому человеку наладить подобные устройства и обезопасить себя. Вспомним и о видеорегистраторах, из которых отдельные модели также умеют подключаться к интернету.

6. Социальные сети По мысли Билла Гейтса, в мире должны были появиться сайты, на которых можно организовать общение в узком кругу или по интересам - с друзьями и родными. Facebook и другие представители "Сети 2.0" решили эту задачу, хотя и до них были вполне удачные попытки вроде Livejournal или My Space.

7. Контекстная реклама Миллиардер утверждал, что реклама будет подстраиваться под нужды конкретного человека на основе анализа истории его покупок. Это действительно происходит, и любой из нас сталкивается с подобными системами во время поиска в Google. Современные системы могут подстраивать набор рекламы как под конкретный запрос в поисковике, так и под историю запросов. На самом же деле количество сайтов, собирающих информацию о пристрастиях пользователя, неуклонно растет.

8. Адаптивные промо-акции Анализируя историю покупок, электронные системы будут предлагать скидки на соответствующие товары и услуги, говорил Гейтс. Так и есть: Siri и Google Now предложат самые выгодные предложения на основе вашей истории поиска, промо-акции включены и в алгоритмы поисковиков, а также отдельных сайтов.

9. Общение во время просмотра контента на сайте По словам Билла Гейтса, в нашем настоящем должна была появиться возможность интегрировать обратную связь в видеоконтент. Гейтс говорил о спортивных соревнованиях, а в итоге система комментариев, обновляющаяся в реальном времени, появилась на абсолютном большинстве порталов, транслирующих что-либо. Есть фирменные сервисы, как, например, у Twitch, и интеграция с социальными сетями, например с Twitter.

10. Трансляции снабжены контекстной рекламой Многие порталы демонстрируют тематические ролики во время трансляции видеоконтента. Эти видео кликабельны и переводят на сайт рекламодателя. Самый известный пример - YouTube. Система не всегда показывает релевантные ролики, а только в случае если есть соответствующий договор с поставщиками рекламы.

11. Площадки для обсуждения политических и социальных проблем Билл Гейтс предсказывал, что люди смогут обсуждать важные события и приходить к общему мнению на интернет-сайтах. В реальности получилось не совсем так, ведь во время общения на форумах и в социальных сетях редко рождается истина, но в целом Гейтс угадал тренд. Вспомним, как по итогам разговора в Twitter и Facebook люди устраивали революции в Египте, Тунисе, Ливии...

12. Тематические сайты, которые не зависят от географии Интернет должен привести к глобализации интересов и стереть рамки между государствами и этносами, предполагал Гейтс. Во многом он оказался прав, ведь сегодня тематические сайты на английском и других международных языках привлекают миллионы пользователей со всего мира. У некоторых страниц есть функция переключения между языками, а сервисы вроде Google Translate позволяют переводить целые страницы и наладить общение на интересующую тему с человеком из любой точки мира.

13. Кастинг и охота за головами в сети Билл Гейтс предположил, что в интернете люди смогут искать лучших профессионалов на освободившиеся рабочие места. Такие порталы, как HeadHunter и Linked In, полностью подтверждают слова бизнесмена, сказанные 16 лет назад. Сегодня люди ищут работу и работников в интернете, что увеличило эффективность мировой экономики.

14. Работа над проектами в сети Облачные сервисы, онлайн-календари и другие современные системы, не привязанные к конкретной физической точке, а также IP-телефония и прочие инновационные средства общения стирают границы, которые раньше не позволяли людям совместно работать над проектами, находясь вдали друг от друга. Участники некоторых проектов вообще никогда не видели друг друга в лицо, но успешно сотрудничают.

15. Аутсорсинг и венчурное финансирование Билл Гейтс предсказал, что компании смогут в будущем через интернет искать и финансировать понравившиеся проекты, а также проводить рекламные кампании и направлять часть работы на аутсорс. Так и происходит: в интернет-эру стремительно развивается венчурное финансирование, проводятся целевые рекламные кампании, и те игроки, которые вынуждены делать непрофильную работу, могут скинуть ее сторонним предприятиям или работникам по контракту.

США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 7 мая 2015 > № 1367533 Билл Гейтс


США > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 18 апреля 2015 > № 1345702 Рэй Курцвейл

Завтрак с Рэем Курцвейлом ("The Financial Times", Великобритания)

За специально приготовленным завтраком изобретатель и футурист рассказывает о своих планах жить вечно

Кэролайн Дэниел (Caroline Daniel)

Адрес, по которому находится квартира Рэя Курцвейла (Ray Kurzweil) в Сан-Франциско, должен остаться в секрете, предупреждает меня его секретарь — «из соображений особой секретности». Но мне разрешено раскрыть подробности завтрака, который писатель, изобретатель и сидящий на таблетках футурист приготовит по рецепту из своей книги «Жизнь без границ или Девять шагов к бессмертию» (Transcend: Nine Steps To Living Well Forever), опубликованной в 2009 году.

Курцвейл, который изобрел первую систему распознавания речи для незрячих людей, планшетный сканер и музыкальный синтезатор, способный воспроизводить звуки настоящего пианино, уже 50 лет занимается проблемой создания искусственного интеллекта. В своей книге «Эпоха мыслящих машин» (The Age of Intelligent Machines, 1990) он предсказал широкое распространение компьютеров и появление мобильных устройств. В ставшей бестселлером книге «Сингулярность уже близка» (The Singularity is Near, 2005) он пишет об искусственном интеллекте и будущем человечества. В 2012 году он занял пост технического директора по разработке машинного интеллекта в компании Google.

Поклонники Курцвейла провозгласили его «совершенной думающей машиной» и «законным наследником Томаса Эдисона». Один из основателей компании Microsoft Билл Гейтс называл его «человеком, который дает самые точные прогнозы искусственного интеллекта … из каких либо мне известных». Для критиков же он является «одним из величайших дельцов нашего времени» и «самовлюбленным чудаком, помешанным на бессмертии».

Курцвейл встречаем меня у двери — худощавый, невысокий и гораздо более добродушный, чем я ожидала. На нем обычная синяя льняная сорочка с закатанными рукавами. Он пожимает мне руку — ладони у него мягкие, а пальцы унизаны золотыми кольцами (одно из Массачусетского технологического института, а второе я по ошибке приняла за перстень Супермена — на самом деле это кольцо с символом Университета сингулярности, одним из основателей которого Курцвейл является). Волосы его темнее, чем на ранних фотографиях, и похож он на «ботаника» — что-то вроде чудаковатого брата Вуди Аллена.

Мы идем мимо его музыкального синтезатора, картины Белого Кролика из «Алисы в Стране чудес», после чего попадаем в гостиную — перед нами висят немного странные картины Моне и Ван Гога. «Сверхреалистичные 3D репродукции — напечатаны на лазерном принтере», — объясняет он.

Я внимательно рассматриваю небольшой столик: белая фарфоровая посуда и бумажные салфетки. Ваза с ягодами, на тарелке — копченый лосось и скумбрия, шесть кусочков темного шоколада, картонная коробка ванильного соевого молока, несколько пакетиков севии и тарелка густой еле теплой овсянки (которую я только слегка попробую, но так и не осилю).

«Какао обладает противовоспалительным действием и очень полезно. Поэтому здесь черный шоколад, в который добавлено немного кофе эспрессо. Ягоды, соевое молоко без сахара. Рыба и зеленый чай», — поясняет он, показывая на то, что подано к завтраку. Он почти не ест мяса, любит рыбу и предпочитает «полезные углеводы и здоровые жиры. Вот здесь как раз полезные углеводы — немного ягод, овсяная каша, овощи».

Обескураженная этой необычной едой я рассматриваю набор для соли и перца в виде фигурок кошек и спрашиваю: «А у вас много предметов в виде кошек?». Это не тот вопрос, который я хотела задать этому гению в первую очередь, но он отвечает очень довольным тоном: «Да, у меня, вообще-то есть 400 фигурок кошек. Здесь только некоторые из них. Это своего рода мое увлечение. Я действительно люблю кошек. Они — очень утонченные создания». У него 18 лет жили кот и кошка. «Они спали в обнимку. Отец и дочь, хотя я не думаю, что они осознавали свое родство. И, как это бывает со старыми семейными парами, когда один из них умер, другая через несколько недель тоже умерла. Когда коты умерли, у меня прошла аллергия. И я, как человек очень умный, понял, что у меня на кошек аллергия. Поэтому я больше и не заводил других. К тому же, я постоянно в разъездах».

Посидев за столом несколько минут, он выходит и приносит DVD фильм о себе самом (Transcendent Man) и пять томов своих сочинений — в том числе и «Сингулярность совсем близко», которую он называет своей «самой значительной книгой». На ее основе был создан Университет сингулярности. Он открывает книгу. «Вот здесь я пишу о неокортексе, и этим объясняется моя работа в Google, поскольку я дал препринт Ларри Пейджу (Larry Page, одному из основателей Google), которому книга очень понравилась. Было это два года назад, и я попросил его инвестировать в компанию, которую я создам на основе этих идей, и он ответил: «Конечно же, мы проинвестируем, только я хотел бы убедить вас заниматься этим у нас, потому что у нас есть ресурсы на уровне Google — база данных, компьютеры и талант».

За те несколько минут пока мы завтракали, мы успели обсудить и котов-кровосмесителей, и искусственный интеллект, и то, как устроиться на работу в Google. Пока он тянется за ягодами, я говорю ему, что, к сожалению, так и не увидела его пакет с таблетками. Было время, когда он принимал их до 250 штук в сутки, а сейчас всего 100. «Я нашел им замену в виде продуктов, имеющихся в природе и более усвояемых. Поэтому вместо десяти таблеток я могу ограничиваться двумя». Он уже принял свою утреннюю дозу из 30 таблеток (потом он показал мне обычный пакет с таблетками), в том числе таблетки «для здоровья сердца, здоровья глаз, сексуального здоровья и здоровья мозга».

Я спрашиваю, сколько стоит такой рацион. «Несколько тысяч долларов в год. Но не всем нужно столько препаратов. Здоровому 30-летнему человеку, возможно, достаточно основных пищевых добавок».

Его жена София — психолог, а также дети — 34-летний Итан и 27-летняя Эйми — тоже принимают биодобавки. Не в состоянии доесть не впечатлившую меня скумбрию, я перешла к ягодам. Курцвейл тоже ест мало. Спрашиваю, нравится ли ему еда. «Вообще-то, я люблю всякую еду». Затем он переходит на научный тон: «Дело в том, что эта еда дает меньше калорий».

Интересоваться здоровьем он начал еще в 15-летнем возрасте, когда у его отца Фредрика случился инфаркт. «Он умер, когда мне было 22 года, а ему 58». Курцвейл понял, что может унаследовать от отца предрасположенность к болезням. Когда ему было 30 с небольшим, у него выявили диабет второго типа. Разочаровавшись в традиционных методах лечения, он «подошел к вопросу с позиций изобретателя». И болезнь отступила. «Генетическую предрасположенность можно преодолеть. Принято считать, что предрасположенность определяется на 80% генами и на 20% образом жизни. А если стараться, то предрасположенность будет на 90% зависеть от внешних факторов и образа жизни и лишь на 10% от наследственности», — утверждает он.

Хотя 67-летний Курцвейл лицом молод (он ежедневно пользуется антиоксидантным кремом), он стареет — даже если его «биологический возраст приближается к 50-ти. Но пока он так далеко еще не дошел».

Но все это мелочи по сравнению с главной целью Курцвейла — жить вечно. А это означает быть достаточно здоровым, чтобы дожить до того, что он называет «Мост-2 — когда в результате биотехнологической революции можно будет перепрограммировать унаследованные биологические системы» и «Мост-3» — появление молекулярных нанотехнологий, которые позволят «перестраивать» человеческое тело.

Идея радикального увеличения продолжительности жизни занимает Курцвейла уже не один десяток лет. Сегодня такими научно-фантастическими героическими идеями избавления человечества от смерти занимаются представители технической элиты из Кремниевой долины. Миллиардеры вроде одного из основателей платежной системы PayPal Питера Тиля (Peter Thiel) называют смерть «величайшим врагом». Смерть больше не считается неизбежной — теперь это новейший враг, которого необходимо «уничтожить». Google также создал независимую компанию Calico для борьбы со старением. «Два года назад я обсуждал с руководителем независимых компаний Google проблемы долголетия. В результате появилась Calico, а я у них работаю техническим консультантом».

«Думаю, что каждая смерть — это трагедия. Мы научились мириться с ней, и с жизненным циклом, и так далее. Но у людей есть возможность расширить естественные границы возможного. Тысячу лет назад продолжительность жизни составляла всего 19 лет. В 1800 году она увеличилась до 37 лет. Каждый верит, что жизнь можно продлить. Некоторые придумывают лекарства от болезней, и это оценивается по достоинству. А не просто: “О! Здорово, вот это избавит от смерти”».

Как-то в 2009 году в журнале Newsweek один ученый высказался о Курцвейле с насмешкой, заявив, что тот переживает «самый публичный кризис среднего возраста». «Это нападки, касающиеся личных качеств, а не доводов оппонента. Как раз это я называю “смерт-истской” философией людей, которые почитают смерть», — рассуждает он.

Курцвейл утверждает, что основная ошибка его критиков состоит в том, что они считают прогресс линейным процессом. Вот его главный тезис: «Сущность информационной технологии заключается в том, что она развивается в геометрической прогрессии … 30 шагов при линейном развитии означают только 30. Шаг первый, второй, третий, четвертый, 30-й — значит, вы доходите до 30. А в случае геометрической прогрессии — это будет один, два, четыре, восемь. Шаг 30-й будет означать миллиард».

Если прогресс медицинской науки когда-то мог быть случайным и бессистемным процессом, то сейчас, утверждает он, мы начинаем понимать «программы, управляющие жизнью». Данные, полученные в рамках проекта «Геном человека», позволят обеспечить не поступательное развитие, а развитие в геометрической прогрессии. «В течение следующих 20-25 лет мы сможет победить практически все болезни и остановить старение».

Когда сидишь рядом с Курцвейлом, то он не кажется человеком не в себе. Он с одинаковым добродушием и радостью делает смелые прогнозы и рассуждает о кошках. Он смотрит собеседнику в глаза, и кажется, что он лишен каких-либо сомнений. Мне интересно, как он этого достиг. Курцвейл рассказывает мне, что он рос в семье представителей среднего класса в доме на окраине нью-йоркского Куинса. Отец его был концертирующим пианистом и дирижером, а мать Ханна — художницей.

Изобретателем он стал, во-первых, благодаря книгам Тома Свифта-младшего (Tom Swift Jr), собрание сочинений которого он прочитал в семилетнем возрасте в скаутском лагере. Это собрание стоит у него на книжной полке. Название одной из книг, написанной в 1914 году, звучит как предсказание: «Том Свифт и его фото-телефон». «Обычно у людей с ним были сплошные неприятности, и он прятался в подвале, а потом вылезал оттуда с каким-нибудь новым изобретением, которое спасало ситуацию».

А еще на него повлияла его бабушка Лиллиан Бадер, которая написала книгу воспоминаний «Одной жизни мало» (что звучит актуально для ее внука) о своей жизни в Австрии. Их еврейская семья бежала из страны в 1938 году. В 1953 году, когда Курцвейлу было пять лет, Лиллиан показала ему свою механическую пишущую машинку. «Она произвела на меня огромное впечатление — ведь это была та самая волшебная машина. Можно было взять чистый лист бумаги и превратить его в нечто такое, что выглядело как часть книги. И это был не какой-то там домашний фокус. С техникой — когда видишь, как она работает — все овеяно волшебством».

В старших классах первым его серьезным изобретением была программа для компьютера, позволявшая анализировать сочиненные композиторами мелодии и писать свою музыку в таком же стиле. «С этим синтезатором я победил на всех этих национальных конкурсах. Мне довелось встретиться с президентом Джонсоном, и я демонстрировал этот синтезатор на телешоу “У меня есть секрет”».

В 1970 году он окончил Массачусетский технологический институт и получил специальность в области вычислительной техники и литературы. После этого были и другие изобретения. Слепой певец Стиви Уандер стал первым, у кого появилась изобретенная Курцвейлом система распознавания речи. «Самое большое удовольствие я получил, создав машину распознавания речи для незрячих людей. Я начал над ней работать в 1973 году и постоянно ее усовершенствую. Связанное с изобретательством волнение позволяет оторваться от сухих формул на доске и увидеть приятные изменения, происходящие в жизни людей».

Курцвейл умеет заглядывать в будущее, но он еще и живет под властью прошлого. Он достает диссертацию отца, написанную еще в 1938 году на тему творчества Брамса, и вспоминает концерт из произведений композитора, который отец давал в Вене в 1937 году. Сидевшая в зале богатая дама из Филадельфии настолько расчувствовалась, что сказала Фредрику: «Если вам когда-нибудь что-то понадобится, сообщите мне». В марте 1938 года после аншлюсса она оплатила его переезд в Америку. «Можно сказать, что Брамс спас ему жизнь».

Он по-прежнему очарован своим покойным отцом. «Обычно он был паталогически стеснительным и очень спокойным человеком, но когда он дирижировал, он становился “маэстро”, а потом после концерта было застолье, и все приходили и обращались к нему “маэстро”! А он снимал шляпу и … Он был совершенно потрясающим».

В его доме есть сотни коробок, заполненных отцовскими документами. «Я храню все его письма и даже счета за электричество. Здесь есть и фильмы на 8-миллиметровой пленке, и фотографии, и множество виниловых грампластинок с записями его концертов. И у меня есть грандиозный план создать трехмерную копию своего отца на основе информации, которая могла бы отразить все черты его личности. И люди, которые его помнят, не смогли бы отличить его от настоящего Фредрика Курцвейла. И этот аватар был бы больше похож на моего отца, чем он сам, если бы еще был жив (и ему было бы 102 года).

Понятно, что «копия» отца, которую он хочет создать, была бы весьма необычной — это был бы тот отец, которому было 58. «Да, — соглашается Курцвейл. — Наши с ним отношения стали более близкими и теплыми уже перед его смертью. Когда я был ребенком, он был всегда занят. [Но] когда я был уже подростком, он болел и много времени проводил дома, и мы могли беседовать о музыке и об искусственном интеллекте».

О чем вы хотели бы спросить — я смущаюсь и делаю паузу, прежде чем произнести слово «его»? «Я бы хотел продолжать беседовать с ним о музыке, о связи музыки и жизни, философии и математике».

Он прогнозирует, что к 2029 году компьютеры догонят человека по уровню интеллекта. И продвижение работы по созданию трехмерного воплощения отца будет зависеть оттого, как пойдет работа в компании Google по разработке систем распознавания человеческого языка. Если эта задача будет выполнена, то можно будет вести «диалог с компьютером, его можно будет наделить человеческими чертами и снабдить базой знаний».

Однако в 2012 году профессор психологии Нью-йоркского университета Гэри Маркус (Gary Marcus) в своей статье «Новая темная теория Курцвейла об интеллекте», опубликованная в New Yorker, подверг сомнению способность интеллекта распознавать иерархичность. Кроме того он заявил, что Курцвейл слишком недооценивает психологию человека и его иррациональное поведение».

Работа, которой занимается Курцвейл в Google, направлена на то, чтобы исследовать не только ключевые слова, но и более сложные понятия. В качестве примера он приводит такую ситуацию: «Я познакомился с этой девушкой вчера вечером на вечеринке. Мы всего лишь немного поговорили, но я сразу же почувствовал, что нас с ней что-то связывает. Такое может случиться? Что об этом пишут в книгах по психологии? В конечном счете — а это долгосрочный проект — это будет похоже на то, будто мы спрашиваем человека, изучившего соответствующую литературу, и компьютер грамотно подберет для нас цитаты и обобщит всю информацию».

Искусственный интеллект подвергается нападкам и со стороны инженерно-технических работников — таких, например, как Элон Маск (Elon Musk), который назвал искусственный интеллект «самой серьезной угрозой нашему существованию». Осознавая все опасности, исходящие от ИИ, Курцвейл обеспокоен тем, как неправильно трактуют искусственный интеллект в фильмах, представляя его как опасную и далекую от человека силу — своего рода «вторжение чуждых нам умных машин». Он считает искусственный интеллект инструментом, который позволит миллиардам людей «расширить свои возможности». Этих умных помощников не обязательно будет носить в кармане — их можно будет вживлять внутрь тела и в мозг».

Он особенно оживляется, когда представляет будущее и разработки для создания виртуальной реальности. «У нас будут приборы в Тадж-Махале или на берегу Средиземного моря, и вы сможете почувствовать на своей щеке дуновение теплого влажного ветерка, и это будет очень правдоподобно. Все это должно произойти в ближайшие несколько десятилетий.

Он вспоминает, как в 2001 году участвовал в конференции TED (конференции, в рамках которых проходят лекции по тематике из области: науки, искусства, дизайна, политики, культуры с целью распространения уникальных идей, — прим. перев.). Во время лекции на нем демонстрировались датчики для создания трехмерной копии рок-певицы, в результате чего он превратился в «Рамону». «Мой голос стал звучать, как ее голос. И я пел песню “Белый кролик” [из репертуара Jefferson Airplane]. Считается, что это песня о наркотиках, но наркотики — это лишь одно из средств, меняющих реальность». Курцвейл кладет в рот кусочек черного шоколада и продолжает: «Я превратился совершенно в другого человека — в молодую женщину. Я действительно чувствовал себя очень раскрепощенно. А значит, вполне очевидно, что можно стать кем угодно. Мужчина и женщина могут поменяться образами и ролями».

Не меньшее волнение он испытывает, когда старым добрым методом пишет роман, создавая образ героини, которая без зазрения совести выражает его собственные мысли. «Книга называется “Даниель” (Danielle), и в ней описана жизнь молодой девушки с момента рождения до 22 лет. Сейчас она находится в Замбии. Это мои фантазии о самом себе. И девушка умна не по годам».

Уходя, я прохожу мимо его синтезатора и спрашиваю, играет ли он на нем. «У меня очень узкий репертуар, — признается он. — «Сузившийся до минимума». Ну да, шучу я, если ему доведется жить вечно, он будет как Билл Мюррей (Bill Murray) из «Дня сурка», который, не имея возможности умереть, становится профессиональным пианистом (а еще создает ледяные скульптуры и говорит по-французски). «В мире есть столько всего, где можно было бы применить наш ум. В этом как раз и состоит цель создания искусственного интеллекта — расширить наши возможности».

США > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 18 апреля 2015 > № 1345702 Рэй Курцвейл


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 17 апреля 2015 > № 1361539 Вячеслав Климов

Сооснователь "Новой почты" В.Климов: Рынок экспресс-доставки в 2015 г. укрупнится, потеряв около трети игроков

Эксклюзивное интервью сооснователя компании "Новая почта" Вячеслава Климова информационному агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Расскажите об итогах 2014 года. Как компания выживала в условиях политического и экономического кризиса, какие факторы повлияли на ее работу?

Ответ: Прежде всего, как и на любой украинский бизнес, как и на государство в целом, фундаментально повлияла политическая обстановка. На нас как на национальной компании это не могло не отразится, - прямая корреляция факторов.

На Крым и восток Украины до кризиса приходилось примерно 20% нашего оборота, 20% сети. Потеря Крыма и востока обошлась нам в 180 закрытых отделений. Поэтому основной целью в конце 2014 года и в начале 2015 года было восстановление прежнего объема отделений. Фактически нам это удалось, открытием новых отделений мы компенсировали прошлогодние потери сети.

Что касается грузооборота, то в 2014 году компания перевезла свыше 60 млн посылок и, несмотря на упомянутые события, показала рост в количестве перевезенных посылок.

Вопрос: Изменилась ли каким-либо образом логистическая цепь работы компании, ввиду вышеуказанных факторов?

Ответ: Естественно. Достаточно посмотреть на карту, чтобы понять какие радикальные изменения у нас произошли.

Мы перестали ездить в Крым с лета 2014 года, а с осени перестали доставлять грузы в часть восточной Украины, неподконтрольную государству. Мы просто не можем этого делать, потому что Крым де-факто (а, по мнению РФ, и де-юре) является российской территорией, там есть российская таможня, туда нельзя заехать. На востоке в зонах, неподконтрольных украинской власти, нет закона, и мы не можем гарантировать безопасность наших сотрудников, безопасность грузов наших клиентов.

Наши отделения в большинстве были разграблены, сейчас там, в ряде наших отделений, есть какие-то псевдо-курьерские службы, которые никакого отношения к нам не имеют.

Были сообщения о существовании неких фейковых отделений, они пытаются перевезти с неподконтрольной Украине территории на подконтрольную, а потом отправить через наши отделения.

Но я еще раз подчеркиваю, что это не имеет к нам никакого отношения.

Вопрос: Компенсирует ли компания финансовые потери от прекращения работы с этими регионами? Каким образом?

Ответ: Безусловно, что бы ни происходило, наша цель оставаться прибыльными, рентабельными. Поэтому мы продолжили открытие сети отделений, выводим новые продукты, и для нас как для патриотов произошедшее - болезненная рана, но как для бизнеса – это некий внешний фактор, случилось то, что случилось, бизнес должен находить средства выживать в таких условиях.

Мы усилили маркетинговые составляющие, провели ребрендинг, впервые в нашей индустрии запустили масштабную телевизионную рекламную кампанию. Мы постоянно работаем над улучшением сервиса и качества наших отделений.

В целом, если говорить об экономической составляющей кризиса, мы это воспринимаем как вызов, как явления внешней среды, и активно реагируем на это.

Вопрос: Каково влияние роста курса валют и валютных колебаний на работу компании?

Ответ: Отражается этот фактор на нашей работе, безусловно, очень жестко. Значительная доля наших расходов приходится на топливо, которое практически напрямую связано с курсом валюты. Мы должны перекрывать влияние девальвации на сотрудников компании, мы обязаны повышать заработную плату. У нас есть значительная часть закупаемых материалов, которые привязаны к валюте, поэтому, безусловно, девальвация очень серьезно отразилась на нас.

Вопрос: Как "Новая почта" компенсирует влияние девальвации гривни на свою деятельность?

Ответ: В отличие от очень многих индустрий мы не переложили напрямую реалии девальвации на плечи потребителя. Компания была вынуждена поднять тарифы очень незначительно, это было повышение на 10%, причем в течение полугода. Все остальное влияние девальвации мы компенсируем за счет работы с эффективностью ведения бизнеса.

Я по-прежнему уверен, что фундаментальная проблема большинства украинского бизнеса, украинского производства состоит в крайне низкой эффективности. Наши предприятия, наши производственные, сервисные компании на порядок менее эффективны, чем европейские компании, американские китайские. Поэтому нельзя до бесконечности закладывать в тариф собственную неэффективность и перекладывать ее на плечи потребителя.

Положительное влияние кризиса состоит еще и в том, что бизнес получает мощный месседж: хватит механически повышать цены и перекладывать неэффективность на потребителя. Думайте о производительности, думайте об эффективности собственной компании.

Вопрос: Проводила ли компания оптимизацию деятельности с целью повышения эффективности работы?

Ответ: Для нас это постоянный процесс. Это одна из основных тем, которые обсуждаются на наших финансовых комитетах, и оптимизация в совокупности с работой над эффективностью для нас настолько же весомая часть бизнеса как развитие, маркетинг.

Именно поэтому компания продолжает развиваться быстрыми темпами, не имея финансового долга, мы развиваемся исключительно за счет собственных финансовых ресурсов, за счет реинвестирования.

Вопрос: В прошлом году компания заявляла о выходе на международные рынки. Каковы первые итоги этого шага?

Ответ: Созданы две компании – "Новая почта Молдова" и "Новая почта Грузия". Уже идут тестовые отправки в эти страны. Мы столкнулись с достаточно серьезными препятствиями, связанными с украинским законодательством в таможенной сфере. Для нас, опять-таки, это внешние факторы, с которыми можно работать.

В обеих странах есть сотрудники "Новой почты", они работают как над обеспечением отправок из/в Украину, так и над внутренним рынком этих стран. Обе страны кардинально разные. Если Грузия - это европейская страна со значительным влиянием и присутствием грандов мировой экспресс-доставки, то в Молдове такого рынка, по сути, не существует и главная проблема, как и в Украине в начале 2000-х, - это объяснить, что мы предлагаем.

В любом случае, мы очень довольны тем, что пустились в эту рыночную авантюру, несмотря на кризис. Это великолепный опыт, считаем его элементом развития. Абсолютно уверен, что в 2015 году "Новая почта" появится еще в нескольких странах.

Вопрос: В каких именно?

Ответ: Давайте об этом поговорим через три месяца. Нам будет чем похвастаться и сообщить что-либо новое.

Вопрос: Вы считаете в целом оправданной стратегию выхода на эти рынки?

Ответ: Это абсолютно оправданная стратегия, потому что несмотря на происходящее во внешнем мире Украина с каждым днем становится все более открытой для Европы и мира. Соответственно, по мере того, как какие-то барьеры будут рушиться, Украина будет становиться членом европейской семьи и семьи мировых цивилизованных государств, эти связи будут расти и будут расти покупки через интернет, будет больше туризма, будет больше импорта и экспорта украинских компаний в Европу, США, Китай. Соответственно, именно эти потоки и будет обслуживать "Новая почта". Альтернатив нет, мы будем развивать эту сеть.

Вопрос: Показала ли прирост сеть в 2014 году?

Ответ: Мы к концу года сумели практически вернуть утраченное. На сегодняшний день в компании 1700 отделений, а до потери Крыма сеть насчитывала примерно 1600 отделений. Мы не только компенсировали падение в сети, но и пошли в рост.

Вопрос: Каковы основные стратегические и тактические планы "Новой почты" на 2015 год?

Ответ: Во-первых - продуктовые планы. Компания выводит на рынок новые продукты, в частности продукт по городской доставке, который мы называем "Локал". Это предложение, которое на сегодняшний день представляет собой доставку в Киеве и его пригороде. Второе - мы твердо нацелены на развитие адресной доставки. "Новая почта" начинала свою деятельность с адресной доставки и первые семь лет занималась только этим, доставкой по технологии "дверь-дверь". Затем мы сфокусировались на открытии сети отделений, это понравилось клиенту, мы приучили потребителя к такой форме доставки.

Сейчас мы хотим напомнить клиенту о том, что товары можно получить и дома, и в офисе. Клиент сможет выбирать наиболее удобную для него форму доставки.

Компания также будет много уделять времени и усилий в текущем году диджитализации, своему мобильному приложению, веб-сайту. Это должны быть очень простые, функциональные приложения, которые позволяют одним нажатием клавиши разместить заказ.

Вопрос: Какой планируется прирост сети в 2015 году?

Ответ: Мы планируем вырасти по отношению к 2014 году примерно на 30%.

Вопрос: В развитии сети ставка будет делаться на отделения или на формат Parcel Shop?

Ответ: Мы продолжаем эксперименты с Parcel Shop. Это будет один из основных элементов развития сети. Снова-таки, с точки зрения сервиса мы хотим быть максимально близкими к клиентам, и если наши клиенты бывают в торговых центрах мы обязаны быть доступными там. Поэтому Parcel Shop будут открываться очень активно. И по-прежнему будут открываться отделения в местах, пока еще не охваченных сетью.

Для нас один из показателей эффективности сети – шаговая доступность наших отделений, поэтому они будут активнее открываться, например, в спальных районах.

Вопрос: Намерена ли "Новая почта" развивать формат почтоматов?

Ответ: Мы продолжаем экспериментировать, работаем с сетью ПриватБанка "Покупочка", являемся основным оператором, который доставляет туда посылки, и запускаем эксперименты с собственными почтоматами. Для нас это формат эксперимента. Мы осторожно заходим в этот сегмент для того, чтобы тестировать предпочтения клиентов. Если им это будет нужно, "Новая почта" будет в почтоматах.

Вопрос: Какой вы предполагаете формат размещения почтоматов: открытый (уличный) или более защищенный, скажем, размещение в магазинах?

Ответ: Скорее всего, это будет защищенный формат. В почтоматах крайне важно доверие к ним потребителя, поэтому нужно очень осторожно пробовать и нащупывать ожидания. Думаю, потребители ждут надежности и безопасности, поэтому, на мой взгляд, почтоматы пока следует располагать в местах с максимальным трафиком и доступом в охраняемой зоне, так как с безопасностью в наших городах не все в порядке.

Вопрос: Каковы планы развития сервиса Forpost?

Ответ: Forpost для нас – это "трудный ребенок", но трудный не в смысле того, что нам неприятно этим заниматься. Наоборот, мы находимся в очень драйвовом состоянии. Проект развивается гораздо быстрее, чем материнская компания. До конца апреля сеть компании Forpost будет уже составлять примерно 200 отделений. Мы полны надежд в отношении этого проекта, поэтому он будет активно развиваться в 2015 году.

Вопрос: Какой рост оборота в целом вы ожидаете в 2015 году?

Ответ: Полагаю, он составит примерно 30%.

Вопрос: Каков ваш прогноз развития рынка на 2015 год, и, возможно, на более длительную перспективу?

Ответ: Как и при любом кризисе, этот рынок претерпит существенные изменения. Прежде всего, я ожидаю консолидации, укрупнения игроков. Этот процесс уже идет, к сожалению, преимущественно за счет ухода старых игроков, компаний, которые не могут справиться с проблемами, имеют объективно слабый менеджмент, неспособный справляться с вызовами. Я думаю, что уже к концу текущего года исчезнет треть игроков и останется 5-7 крупных системных игроков.

Второе – кризис финансовый и экономический, который касается всех индустрий, каждого гражданина, каждого потребителя, приведет к усилению требований к экспресс-доставке. Клиенты будут требовать большего сервиса, большего качества, возможно, по более низкой цене, возможно, потому, что будут не в состоянии оплачивать дорогую экспресс-доставку, и это тоже вызов, который заставит игроков меняться.

Я ожидаю усиления требовательности клиента. Наш клиент сейчас ожидает понятного веб-сайта, понятного прозрачного ценообразования, практически безукоризненного качества, это становится стандартом.

Год будет крайне непростым, но те, кто пройдет этот кризис, выйдут из него гораздо более сильными, сервисными, и это будет один из немногочисленных плюсов кризиса.

Вопрос: Необходима ли поддержка государства в этом сегменте бизнеса и верите ли вы в ее возможность?

Ответ: Я всегда выступал за минимизацию роли государства в бизнесе.

Как идеалист, я верю в поддержку, но как реалист и практик, я могу только порекомендовать государству и власти – поменьше пытайтесь регулировать, поменьше пытайтесь влиять как на нашу индустрию, так и на бизнес в целом. Минимизируйте регулирование, количество лицензий и разрешений, минимизируйте неформальное влияние власти и государства на бизнес, и результаты превзойдут ожидания.

Я считаю, что чем меньше государство будет пытаться влиять на бизнес, тем больших успехов тот добьется, и тем больших успехов добьется Украина.

Успех Украины решается не в кабинетах на Грушевского или на Банковой, - он решается на совещаниях в украинских компаниях, на заводах. Именно там лежит ключ к успеху Украины как государства.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 17 апреля 2015 > № 1361539 Вячеслав Климов


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 17 апреля 2015 > № 1361538 Йогеш Малик

Главный технический директор VimpelCom Ltd Йогеш Малик: На уровне группы мы довольны организацией и проведением 3Gтендера в Украине"

Эксклюзивное интервью агентству "Интерфакс-Украина" главного технического директора международной группы VimpelCom Ltd Йогеша Малика (Yogesh Malik)

Вопрос: Главный вопрос на украинском телекоммуникационном рынке - 3G. Поэтому все вопросы будут так или иначе привязаны к нему. Так вот, первое, с какими сложностями вы столкнулись во время внедрения 3G в странах присутствия компании? Возможно, были допущены какие-то ошибки, которых можно избежать при внедрении стандарта третьего поколения в Украине?

Ответ: Внедрение 3G в Украине - очень важный шаг. И это также глобальный приоритет, поскольку взаимодействие с клиентами перемещается в сторону онлайн. VimpelCom как группа имеет большой опыт в развитии многих технологий, в особенности 3G. И, как вы правильно сказали, у нас уже есть определенный опыт, и мы уже сделали ряд выводов, которые будем использовать для внедрения связи третьего поколения в Украине.

Первое - мы не должны строить в стране сеть, используя исключительно локальные навыки и знания, необходимо привнести сюда иностранный опыт. Например, сейчас в Украине работают специалисты из Италии, которые проектировали сеть 3G, а также специалисты, изучающие ожидания и потребности клиентов. Ведь как только клиент переходит на 3G HSPA+, он, безусловно, ожидает получить более высокую скорость интернета, улучшение качества связи, и это то, что мы можем реально предоставить, используя наш международный опыт.

Вторым большим уроком я бы назвал то, что мы не должны отделять мобильные телефоны от сети. Мобильный телефон – очень важная часть обслуживания клиентов. Сейчас мы знаем, как правильно настроить смартфон, какие параметры выставить, чтобы у клиента не было шока от счета за услуги, чтобы клиент не боялся, что начнет слишком много тратить, перейдя на мобильный интернет. То есть, сервис становится понятней и удобней для клиента. Это тот опыт, который мы получили в других странах, и который мы передадим украинским коллегам.

И третье, что очень важно принимать во внимание, – это мобильность. Когда вы делаете интернет мобильным, вы должны понимать пользовательские привычки. Мы занимались их изучением в Грузии, где недавно запускали сеть четвертого поколения. Мы учитывали этот фактор на других развивающихся рынках, например, в Алжире. И весь этот опыт мы собираемся применить здесь, потому что необходимо помнить о мобильности клиента.

С этими навыками мы надеемся создать сеть очень хорошего качества.

Вопрос: Вы сказали, что сюда приедут специалисты. Можете уточнить, сколько их, какие это специалисты, из каких стран, где будут работать - только в Киеве или по регионам?

Ответ: В целом специалисты нашей компании будут работать преимущественно в Киеве. Но есть еще Полтава, Херсон, Львов, все украинские города. Будут также международные эксперты со стороны Ericsson, Nokia и Huawei, работающие с нами в регионах. Мы собрали много талантов со всего мира, во всех регионах страны, потому что хотим сделать очень качественный запуск новой сети.

Вопрос: Существует мнение, что Украина опоздала с внедрением 3G, так как во всем мире уже внедряются технологии следующего поколения. Как вы это можете прокомментировать?

Ответ: Конечно, 3G пришло на семь или даже восемь лет позднее, чем ожидалось. Тем не менее, проникновение смартфонов в Украине составляет 25-30%. На шифрованный, т.е. защищенный интернет-трафик в Украине приходится свыше 25%, - показатель практически сопоставимый с Италией. Так что Украина полностью готова к интернету на мобильных устройствах с использованием 3G, и это, безусловно, очень важно. Прежде всего, мы должны убедиться, что можем обслуживать наших клиентов с 3G-телефонами, а также подготовить сеть для последующих технологий. Я бы сказал, что внедрение происходит не слишком поздно, и страна более чем готова к мобильному интернету на высокой скорости. До сих пор "Киевстар" показывал качество передачи голоса и качество EDGE в 2.5G, которое было лучшим в своем классе. Я много путешествую, и Украина является одной из немногих стран, где EDGE позволяет нормально загружать почту в роуминге. Это значит, что "Киевстар" сохраняет весьма сильные позиции с точки зрения качества сети и будет развить это достижение уже в отношении мобильного интернета.

Вопрос: Какова готовность сети "Киевстара"? То есть, сколько еще нужно сделать, для того чтобы уже здесь запустить 3G? И вообще, какая в целом стратегия по Украине по развитию сети?

Ответ: Существует три фактора. Первый - когда речь идет о передаче данных. Жизненно важно иметь оптоволокно, потому что на него придется основная нагрузка. Волоконно-оптическая сеть "Киевстар" полностью готова. Города, а также более 50%, или даже 70% базовых станций в городах соединены оптоволокном.

Второй, очень важный, фактор - оборудование на наших базовых станциях может работать и с 2G, и с 3G, и с 4G, и с малыми сотами Wi-Fi. У нас сейчас очень современное оборудование. На всех сайтах мы модернизируем нашу сеть и всю инфраструктуру.

Третий фактор, который также нужно учитывать, – это центральный узел, где происходит мобильная передача данных, и тут у нас тоже лучшее в своем классе оборудование с полным управлением, со многими дополнительными функциями. Поэтому я уверен, что сеть "Киевстара" готова. И также хочу отметить, что это касается и основных элементов сети. Это вся IT-инфраструктура, "бэк-энд", куда входит биллинг, предоставление услуг, обслуживание клиентов, онлайн-каналы. Они также дорабатываются, потому что мы хотим перейти на новый уровень взаимодействия с клиентами, где у них появится больше контроля и одновременно больше независимости в управлении услугами.

Вопрос: Три компании в Украине получили лицензии и строят сети. Конкурировать будет очень сложно. Вероятно, у вас есть какая-то стратегия. Как вы планируете конкурировать?

Ответ: Прежде чем ответить, я должен сказать, что процесс получения лицензии был очень хорошо организован. Я участвовал несколько раз в подобных тендерах. Я был в тендерных комитетах для трех стран в течение последних трех месяцев, помимо Украины. И я должен сказать, что правительство и регулятор все организовали и провели четко в соответствии со сроками, очень оперативно. Мы довольны этим на уровне группы.

Теперь о конкуренции. Всякий раз, когда я думаю о каких-либо конкурентных преимуществах, я думаю о нашем клиенте. Что мы даем клиенту, что делает наши услуги для него более ценными, лучшими и надежными? 3G открывает новый путь, это новая ступенька. "Киевстар" всегда отличался высоким качеством, что видно, если вы посмотрите на оценки этого параметра, если вы посмотрите на наш Net Promoter Score (индекс потребительской лояльности), который означает, что клиенты "Киевстар" хотят остаться с нами.

Мы стремимся соответствовать ожидаемому уровню, ведь это наше основное преимущество. Мы хотим благодаря нашему международному опыту создать абсолютно новую экосистему. Есть много услуг в области электронной коммерции, в финансовой сфере, которые появляются в разных странах мира. Наша задача, чтобы эти услуги появились и здесь, чтобы каждый украинец тоже имел к ним доступ наравне с глобальным сообществом. В целом мы стремимся внедрять актуальные услуги высокого качества.

Вопрос: Например, какие услуги по сравнению с другими компаниями?

Ответ: Как вы понимаете, это конфиденциальная информация, поэтому я не смогу много сказать на эту тему до запуска 3G. Но я могу привести пару примеров того, что может быть по-другому. Многие операторы, когда запускают новую технологию, думают, что это создает новую привычку у пользователя, заставляет его вести себя как-то иначе.

Я не согласен с этим. Первоочередная задача – стать как можно ближе к пользователю. Например, в Италии, или на таких развивающихся рынках, как, например, Грузия и другие, мы видели, как полезно давать пользователю больше возможностей управления своими услугами через телефон. То есть, например, у меня есть смартфон и есть специальное приложение, я захожу в него и могу видеть, как много я скачал данных, какая у меня скорость, каковы последние две службы, которыми я пользовался, такой сервис у нас называется MyValue.

Эти вещи позволяют быть гораздо ближе к клиенту. Однако вдаваться в подробности я смогу уже после запуска. Но мы можем взглянуть на то, что у нас есть в самой группе, у нас есть так называемая "фабрика", где мы разрабатываем много инновационных сервисов вроде "умного дома", занимаемся разработкой приложений. Это то, что VimpelCom может взять из своего международного опыта и принести в Украину. В Украине есть хорошая база для разработки софта, поэтому развитие услуг будет происходить, в том числе, непосредственно в стране.

Вопрос: На какую скорость передачи данных смогут рассчитывать ваши абоненты?

Ответ: Для запуска 3G важно, как вы знаете, учитывать структуру сети. Когда к сайту подключается больше абонентов, радиус соты становится меньше. Нам очень важно быстро оптимизировать сеть. Для этого у нас есть международные эксперты. Сейчас мы наблюдаем скорости от 1,5 Мбит/сек, что является очень хорошим показателем даже с международной точки зрения. "Киевстар" в состоянии обеспечивать такую скорость по всей сети, потому что у нас в Украине большее количество несущих частот. Суть в том, кто сможет настроить сеть лучше, кто будет в состоянии дать лучший пользовательский опыт. И мы задействовали все имеющиеся у нас ресурсы. Могу сказать, что если в других странах у нас есть одна или две несущих, то в Украине их целых три, так что скорость не должна быть проблемой. Кроме того, у нас есть приложения для сжатия данных, которые позволяют ускорить загрузку и, соответственно, удобство работы в интернете. Тем не менее, скорость – очень важный критерий, так как именно от нее зависит впечатление пользователей от новой технологии, телевизионная реклама тут не поможет.

Вопрос: Вы уже перечислили несколько вендоров, с которыми, насколько можно понять, вы работаете. Могли бы озвучить, с кем уже подписаны договоры по проекту 3G, и какие части сети они будут строить, или же какую работу будут для вас выполнять?

Ответ: Мы сотрудничаем с лучшими мировыми поставщиками. И, как я уже сказал, этот путь для нас начался два года назад: организация оптоволоконных линий, организация базовых станций. С нами работают два главных вендора - Ericsson и Nokia Siemens Networks. У нас есть и другие поставщики, в том числе Huawei, а также партнеры, которые обеспечивают, например, работу биллинга.

Если обратиться к опыту других стран в рамках нашей группы, полагаю, это лучшие вендоры, с которыми нам приходилось работать. У нас есть с ними контракты на глобальном уровне, есть и на местном. Мы работаем с ними каждый день. При этом вендоры не только поставляют оборудование и программное обеспечение, они еще привлекают много международных специалистов, которые приносят сюда передовой опыт. Важно учиться на опыте из других стран с точки зрения как вендоров, так и самой группы. Таким образом, мы можем обеспечивать более качественные результаты.

Вопрос: Раньше у Киевстара была идея передать свою сеть на аутсорсинг кому-то из вендоров. Проводились соответствующие тендеры. И, насколько помнится, в России у вас существовал такой же проект. Когда будет построена сеть, планируете ли вы передать ее на аутсорсинг?

Ответ: Это очень интересный вопрос, но я бы посмотрел на него несколько в другом ключе, если позволите. Мы в группе следуем принципам улучшения клиентского опыта и упрощения. Это то, на чем мы стоим. Мы считаем, что бывает хорошо бросить вызов нашим собственным командам, нашей организации извне, привнести новые идеи, новые бизнес-модели. Выбирать аутсорсинг или нет – только одна часть головоломки. Но картина намного шире. Главное – это то, с кем мы должны сотрудничать как оператор телекоммуникационных услуг, кто может работать с нами, чтобы обеспечить определенные преимущества для наших клиентов. Таким образом, это главный вопрос, с точки зрения которого мы оцениваем наши потребности в аутсорсинге или внутренних ресурсах. Нам важно быть лучшими в своем классе. Мы смотрим, в каких вещах мы действительно эффективны, а где более эффективны другие операторы, и нам стоит обратиться к вендорам с большим опытом.

Нужно заглядывать в будущее, смотреть, что может стать нашим преимуществом, где мы можем применить накопленный опыт. Я работал в Индии, и у нас было пять партнеров, которые вместе с нами построили с нуля целую сеть. То есть, каждый занимался своим направлением, но нам удалось создать сеть на 25 миллионов абонентов, у нас было 30 тыс. базовых станций, а это в три раза больше, чем в Украине. Словом, аутсорсинг возможен – мы были прибыльны и предоставляли клиентам лучший сервис. И модель может быть разная. Нам надо выбрать для Украины ту, которая будет работать и сейчас, и в будущем.

Вопрос: В вашей группе в этом году планируется перевод на аутсорсинг сети какой-либо из компаний? Не только "Киевстара", но и других?

Ответ: Думаю, это вопрос, опять-таки, не об аутсорсинге, а о том, как мы можем улучшить нашу эффективность еще больше. Я могу привести пример Италии. Там у нас инсорсинг. То есть, когда мы хотим, чтобы партнер сделал для нас какую-то работу, мы приглашаем его специалистов работать у нас. То есть работать можно по-разному. В первую очередь нам важно быть максимально эффективными, простыми, и клиентоориентированными. В Украине тоже очень много хороших профессионалов. Так что мы вполне можем привлечь нескольких местных специалистов из области IT или сетевых инженеров, если увидим, что в этом направлении нам необходимо усилиться, чтобы получить конкурентное преимущество.

Вопрос: Можете озвучить инвестиции в 3G-проект в целом по Украине и, например, в городах-миллионниках?

Ответ: Честно сказать, я ожидал, что вопрос будет "Так построим мы лучшую сеть, или нет?". То, что мы должны инвестировать, мы будем инвестировать. Сейчас идет очень много работы, и какие-то инвестиции идут постоянно. Я не могу вдаваться в подробности, речь идет о больших суммах. Мы хотим построить широкую сеть, центром которой станет клиент. Наши позиции в 2.5G мы планируем сохранить и по 3G. Несколько слов, чтобы дать вам общую картину. В 2014 году мы инвестировали 20% всей прибыли в инфраструктуру сетей группы. В позапрошлом было еще больше.

Вопрос: Вы могли бы озвучить сроки, когда будет запущена сеть - в Киеве и по регионам?

Ответ: С этим вопросом - как с вопросом о конкуренции. Будь я даже CEO или CTO в Украине, я не смог бы дать точный ответ. Могу лишь сказать, что мы надеемся приятно удивить вас и запустить сеть гораздо раньше, чем вы думаете. Мы делаем сейчас все возможное, чтобы порадовать и клиентов, и самих себя.

Вопрос: Быстрее – это, скажем, до наступления лета?

Ответ: Мне нравятся ваши вопросы. Я отвечу так: компания привлекла все возможные ресурсы для того, чтобы наилучшим образом выполнять желания своих абонентов. Так что запуск сети будет очень быстрым.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 17 апреля 2015 > № 1361538 Йогеш Малик


Россия > СМИ, ИТ > snob.ru, 6 апреля 2015 > № 1612993 Максим Фалдин

Ксения Собчак vs основатель Wikimart Максим Фалдин: 2015–2016 годы — отличное время, чтобы запускать бизнес

Ксения Собчак расспросила главу интернет-компании «Wikimart» Максима Фалдина о контрафакте, чувстве миссии и о том, почему у его сайта такой неудобный интерфейс

Я, как и многие уважаемые читатели, уверена, что будущее — за интернетом. И это будущее уже началось: можно, например, не мотаться по бутикам и моллам, как делали в прошлом веке, а зайти на сайт интернет-магазина, кликнуть там и сям, и пожалуйста: нужный товар уже везут прямо к тебе домой! Скоро, наверное, интернет-покупки будут доставлять посредством телепортации или хотя бы силами специально обученных роботов, приветливо мигающих светодиодами, пока из щели в титановой груди бойко выползает кассовый чек.

К сожалению, так далеко технологии пока не шагнули. На данном этапе развития интернет-торговли товары доставляют мутные юноши в черных спортивных шапках или неряшливо одетые асоциальные персонажи средних лет. Суетливо вынимают из огромных сумок заказанное вами добро, принимают от вас замусоленный комок наличных денег, а затем исчезают быстро, почти не прощаясь и уж тем более не вспоминая о кассовом чеке.

По правде сказать, в массовом сознании у интернет-магазинов вовсе нет имиджа предвестников светлого завтра. Говорят о них все больше плохое: и контрафактом они торгуют, и демпингуют нещадно, пытаясь сжить со свету конкурентов, чтобы потом наслаждаться монопольной сверхприбылью, и клиентов своих ни в грош не ставят, создавая для них трудности на пустом месте. Приходится признать, что в сегодняшней электронной коммерции прихотливо соединяются будущее и прошлое, свет и тьма, правда и кривда.

Об этом парадоксе я и решила расспросить одного из российских магнатов онлайн-ретейла. И магната решила подобрать такого же противоречивого, как и его отрасль. Выбор пал на Максима Фалдина, создателя и главу компании Wikimart. В поле моего зрения он попал еще осенью, когда выступил публично с небольшой колонкой. В ней Максим вдумчиво аргументировал, что демократия имеет свои недостатки, правовое государство неидеально, а коррупция — на бытовом уровне — сильно облегчает жизнь. Как такие замшелые взгляды умещаются в сознании бизнесмена нового поколения, представителя самой футуристической сферы экономики, выпускника Стэнфордской бизнес-школы? Доходили слухи о разочаровании инвесторов и партнеров в перспективах компании Wikimart, о череде мутноватых слияний и поглощений, о скромных финансовых показателях. В общем, были основания надеяться, что все противоречия и парадоксы своей отрасли бизнеса Максим воплощал в себе, как никто другой.

Должна признать, что Максим произвел на меня крайне благоприятное впечатление. Стэнфорд оставил на нем едва заметный налет иностранного шика, однако ни малейшего желания распустить передо мной павлиний хвост онлайн-магнат не продемонстрировал (мне это даже показалось немного обидно). Никакой темы «Штольц вернулся» — обычный русский парень собрал деньги и открыл свое дело. Понты эпохи первоначального накопления не коснулись нового поколения наших бизнесменов: им, кажется, не надо никому ничего доказывать. Тем не менее, когда я потребовала у Фалдина, чтобы он оправдался передо мной за сомнительную репутацию его отрасли, ответы его были большей частью внятны и убедительны.

Черное и серое

Личное и общественное

Сноб: Максим, у меня сложилось такое впечатление, что основную долю вашей отрасли — онлайн-торговли — составляет теневой бизнес. Я иногда покупаю что-то через «Инстаграм», и выглядит это очень просто: к тебе домой приезжает человек с сумкой, ты наличными передаешь деньги, забираешь сумочку, никаких чеков, все довольны. Понятно, что это очень выгодно, потому что никто не платит аренды, налогов, можно даже не регистрироваться как ИП. Цена ниже, маржа выше.

Я очень хорошо помню, как сносили вещевые и оптовые рынки. Я жил в Отрадном, там на месте нынешнего «Золотого Вавилона» был большой рынок. Я помню, что продукты — молоко, сыр, — там были на 30% дешевле. Я тогда как раз получал экономическое образование и думал: налог с продаж, НДС — это ведь как раз и есть те самые 30%. И я думал: зачем рядом открывается «Седьмой континент»? Ведь сетевой ретейл, который платит все эти платежи, заведомо неконкурентоспособен. Но это был конец 90-х годов, и оптовки скоро исчезли.

Сноб: Вы считаете, что и из вашей отрасли это уйдет? Я уверена, что даже у вас в той или иной форме серые товары присутствуют.

К сожалению, у нас таких товаров нет. Иначе мы были бы более прибыльными.

Сноб: Раскрою карты. Мы заказали у вас телефон Motorola Moto G. Ее были готовы привезти. Но этот смартфон не сертифицирован в России, он ввозится нелегально. После скандала «Яндекс.Маркет» снял его с продаж, разорвав отношения с интернет-магазинами, которые его продавали. Но на Wikimart он продается.

Да, на Wikimart он есть, и надеюсь, что будет. Объясню нашу позицию. Нелегально ввозить контрабанду — это дело таможенной службы. Нелегально продавать подделку, и с подделками мы боремся жестоко. А если это нормальный товар и нарушаются только права правообладателя, то это не к нам. Мы не собираемся защищать бизнес правообладателей.

Сноб: Но традиционные торговые сети начинают борьбу с интернетом, утверждая, что низкие цены в интернете обеспечиваются за счет серого и черного импорта. Из-за этого конфликта вы даже покинули Ассоциацию компаний интернет-торговли.

Розничные сети смешивают в понятие «серый импорт» сразу три вещи. Первое — контрафакт, подделка — тут все понятно. Есть неправильное декларирование — это контрабанда. А есть несогласованный с производителем ввоз товара на территорию страны. Мы с ретейлерами разошлись по последнему пункту: на мой взгляд, розничные сети, вступив в сговор с производителями, создали в России резервацию, где они контролируют цены и получают сверхприбыль. У большинства производителей Россия до кризиса была самым прибыльным рынком во всем мире. Это происходит не из-за того, что в России они так хорошо выстроили бизнес, а в остальных странах у них не получилось. Просто они создали трудности с ввозом, они не дают никому самостоятельно завозить товар, а делают это все через себя, создавая дефицит и завышая цены.

Сноб: Но у нас в стране запрещено продавать несертифицированные товары.

Во-первых, надо смотреть, о каком сертификате мы говорим. Скорее всего, здесь речь о том, что конкретно эта модель не прошла сертификацию, а вообще к Motorola претензий у российских органов сертификации нет. Это вопрос к покупателю: готов ли он приобрести товар, который не прошел сертификацию. Это же не опасный для жизни товар, просто могут возникнуть проблемы с ремонтом. Но, скорее всего, проблемы не возникнут, потому что сервисные службы хорошо делают свою работу вне зависимости от наличия сертификата. Видимо, проблема заключается в том, что компания Motorola не дала согласия на ввоз этого товара в страну, но это проблема компании Motorola, почему мы должны ее решать? Ничего нелегального здесь нет. Параллельный импорт не является нарушением закона, это нарушение прав правообладателя. Пока есть спрос, мы будем торговать.

Сноб: Это же поддержка черного рынка.

Черный рынок — это контрабанда и уклонение от налогов. Мы всегда говорили, что параллельный импорт, то есть товары, ввезенные в Россию без согласия правообладателя, у нас есть и будет. Не будет подделок и контрафакта.

Сноб: Но как можно регулировать серую зону товаров?

На самом деле регулировать можно. У нас проводят аудит PricewaterhouseCoopers, существует много контрольных процедур. Создаются реестры интернет-магазинов, дальше можно делать контрольные закупки. Это даст развитие малому бизнесу. Против этого может выступать только крупный ретейл, что он и делает через Ассоциацию компаний интернет-торговли.

Ангелы и одноклассники

Сноб: Вы основали Wikimart после окончания Стэнфордской бизнес-школы. Расскажите, что в вашей жизни было до Стэнфорда? Я знаю, что вы занимались спорткафе.

Я еще в начале 2000-х решил, что стану предпринимателем. События развивались последовательно. Сначала мне предложили: помоги сделать ресторан. Меня нашел человек и сказал, что есть в Измайлово кафе «Муза», где работает 20 бабушек. Там обычно справляли поминки, потому что больше там ничего делать было нельзя. Самой молодой официантке было 56 лет. Каждая из двадцати бабушек владела по 5% акции товарищества с ограниченной ответственностью, которому принадлежит кафе. Они состарились вместе с этим старым советским кафе, и все оборудование было таким же.

Я немного понимал в ресторанном бизнесе, потому что до этого работал в американской компании, которая занимается девелопментом, и у нее одним из направлений был ресторанный бизнес. Хотя я сам никогда ресторанами не управлял, я знал сильно больше, чем тот человек, который меня приглашал. Я позвал своего друга, потому что не был уверен, что один справлюсь.

В общем, мы все сломали, переименовали «Музу» в спортбар «Допинг». И сделали второй в Москве спортбар с чисто британской кухней и футболом. Я полтора года жил в этом ресторане. Он сразу стал прибыльным, и первые пять лет все было очень хорошо. Потом конкуренция начала усиливаться — рестораны имеют свой цикл.

Сноб: Если у вас был успешный бизнес, тогда зачем вам понадобилось получать западное MBA-образование? Можно же просто пойти заниматься другими бизнесами.

Правильный вопрос. У меня на тот момент было ощущение, что для того, чтобы строить реально большой и красивый бизнес, а не просто на кусок хлеба заработать, нужно MBA-образование. Мне нужно. Хотя у меня есть много друзей, которые создали миллиардные компании без всякого образования, но у меня так не получилось. Мне был нужен трамплин. Я воспринял Стэнфорд как трамплин в своей предпринимательской карьере. После Стэнфорда сложился Wikimart.

Сноб: У вас не было концепции найти хорошую топ-менеджерскую позицию, как планируют многие выпускники MBA?

Такой концепции точно не было. У меня был опыт работы в нефтехимической корпорации «Сибур», который надолго отвратил меня от корпоративной работы. Я в 2001 году покинул корпорации и больше туда не вернусь.

Сноб: А почему вы решили вернуться из Америки в Россию?

У меня есть аналогия про машины. Когда я приезжал в Россию из Америки, у меня всегда было такое ощущение, что ты пересаживаешься из машины, которая неплохо едет, в BMW. И она начинает летать. В России совсем другой уровень контактов, задач, людей вокруг. Там конкуренция выше и задачи более нишевые.

Сноб: Я недавно разговаривала с Галицким, и он считает, что иностранное образование здесь, наоборот, мешает. Своих детей он не отправляет за границу, потому что считает, что потом невозможно заниматься бизнесом в России. Как вы считаете, действительно ли людям с западным образованием сложно адаптироваться в России, потому что здесь другие правила игры?

Это до той же степени верно, как и мнение, что образование вообще мешает бизнесу. Образование образованию рознь. На фундаментальном уровне, когда тебя учат думать про бизнес-модели, оно, на мой взгляд, помогает. А на уровне прикладной корпоративной работы — конечно, в России все совсем по-другому и приходится сильно перестраивать мозги под российские реалии. Я понимаю, о чем говорит Галицкий, и о чем вообще говорят, когда «эм-би-эйев» называют бройлерными курицами. Я готов под этим подписаться, потому что это так и есть.

Сноб: Вы очень долго искали инвестора для Wikimart. Вашими первыми инвесторами стали сокурсники по Стэнфорду?

Это не совсем так. Нашими первыми инвесторами стали международные бизнес-ангелы. В 2009 году мы стали первыми, кто привел в Россию бизнес-ангелов такого уровня. Тогда было очень сложно поднять деньги, потому что в 2009 году в Америке деньги вообще никому не давали, а тем более на Россию — это уж совсем странная история. Но мы подчеркивали, что это e-commerce, плюс один из профессоров Стэнфорда, русский, проинвестировал в нас. За восемь месяцев кропотливой работы, с учетом ангельского участия, мы сложили первый раунд инвестиций — $700 000.

Одноклассники появились вот откуда: мне хотелось оставаться с ними на связи после окончания Стэнфорда. Последний месяц перед выпуском ты мандражируешь: тебе было так хорошо с этими людьми два года, но как же сохранить связи, если мы хотели делать бизнес в России? Мы придумали такую схему: давайте вы по $5000 вложите в наш будущий бизнес. На самом деле денег у нас было больше, чем мы могли переварить. Просто это был такой ход, чтобы остаться на связи с этими людьми.

Сноб: В чем ваша бизнес-модель? Насколько я понимаю, вас вдохновили зарубежные интернет-сервисы — аргентинский MercadoLibre, японский Rakuten. Вы считаете, что можно прямо так брать иностранные бизнес-модели и переносить их в Россию?

Я считаю, что импорт бизнес-моделей — это хорошая вещь, это работает. В России почти весь бизнес скопирован с западных аналогов. Бизнес-модели можно переносить, но задача предпринимателя — успешно адаптировать их.

Сноб: В этом году у вас поменялся инвестор. Вместо американского инвестфонда Tiger Global вашим акционером стал малоизвестный банкир, совладелец Финпромбанка Анатолий Гончаров. Почему ушли американцы?

Это напрямую связано с политической ситуацией.

Сноб: Но они ведь не продали свои доли в «Яндексе» и ivi.ru.

У них еще есть доля в Biglion, а долю в «Яндексе» они, по-моему, продали. Но там все было просто. У Гончарова был миноритарный пакет — 15%, а у Tiger — около 50%, и они фактически несли флаг, определяли стратегию развития. Надо было развивать бизнес, вкладывать деньги. В мае прошел совет директоров, в июне мы начали реструктурировать, в июле уже обо всем договорились — а потом упал Boeing на юго-востоке Украины и мир поменялся. Через 12 часов после падения Boeing у меня был конференц-колл с Нью-Йорком, и они сказали: «Мы больше не можем финансировать компанию, делайте что хотите». Надо было что-то изобретать. Мы два месяца сидели без денег, с задержками зарплаты. Потом, когда я в октябре приехал в Нью-Йорк, я узнал, что Tiger Global поднимает большой инвестиционный раунд, и их основные инвесторы — представители Республиканской партии. Мне все стало понятно. В этот же день ими была заключена сделка на $1 миллиард в Индию.

Сноб: То есть это такой общегосударственный сговор — не иметь никаких дел с русскими?

Это все-таки не совсем так устроено. Это вопрос бизнес-среды: где-то на коктейле кто-то что-то кому-то сказал. Ты не будешь рисковать миллиардными раундами ради того, чтобы инвестировать в Россию еще $15 миллионов, которые потом принесут тебе $50 миллионов.

Сноб: А вы на конференц-колле приводили эти аргументы: «Ребята, мы тут ни при чем, мы к политике не имеем отношения, мы про бизнес, у нас хорошие показатели»?

А тебе в ответ: «Как ты думаешь, сколько еще Путин будет у власти»?

Сноб: А вы как думаете, сколько?

Я всегда всем отвечал, что до 2018 года точно будет, а потом будут выборы президента.

Сноб: Меня удивило одно ваше высказывание. Если можно, я приведу целиком цитату из вашей статьи: «Демократия, развитые страны, “все по правилам” — это не всегда хорошо. Скажу жестче: это не всегда больше свободы. Ведь речь идет о личной свободе и о том, как вы ее определяете. Вы думаете, демократия — это хорошо? Вспомните об этом, когда вас заставят заплатить половину годовой зарплаты за невинный комментарий по поводу абортов или религии. Отсутствие коррупции — круто? Подумайте еще раз после того, как вы вместо трехминутного разговора с ДПС-ником проведете полдня в участке, объясняясь, почему вы сдавали задом на автостраде». Скажу честно, я не популист, я подобные фразы говорила в компании своих друзей много лет назад, они меня ругали страшно. Но есть и обратная сторона: готовы ли мы за эту нашу самобытность платить ту цену, которую платим сейчас?

Я ровно об этом писал. Я всегда не понимал, как одни и те же люди могут быть против абортов и за смертную казнь — одни и те же люди, стопроцентная корреляция. А когда ты начинаешь спорить, то тебе приводят аргумент: представляешь, если твою дочь изнасилуют, ты разве не убьешь? Конечно, убью, даже рука не дрогнет. А как же это уживается? Так и уживается, потому что есть личный уровень и есть государственный — вот и вся история. На государственном уровне я, конечно же, за демократию, я, конечно же, за свободные выборы. И за Путина я не голосовал, потому что я не мог никогда ему простить Ходорковского. Мне казалось это переходом за все флажки.

Сноб: Да, я понимаю, одно дело — личный уровень, другое — государственный. Конечно, если ты нарушишь правила дорожного движения, приятно решить эту проблему на месте. Но, может быть, в этом и есть масштаб человека, когда он может отказаться от личного уровня ради государственного? У меня был молодой человек, он был очень принципиальным, никогда не платил взятки гаишникам. Мы с ним могли по часу, по два часа стоять. Я говорю: «Послушай, вот я буду рожать, и что, мы будем так же стоять и ждать, пока приедет ДПС и все оформит?» С одной стороны, это круто, а с другой — в этом есть какая-то...

...Какая-то незрелость. Это как у Черчилля есть фраза о том, что если кто-то до 30 лет не является демократом, у того нет сердца, а если потом не станет консерватором, то нет ума. Что касается масштаба человека — мне кажется, тут нужно увидеть в себе миссионерство. Вот у Ходорковского это качество есть, у Навального есть. Я Навального поддерживал, потому что увидел в нем лидера. Я мог быть не согласен с ним в каких-то пунктах, но я увидел, что он готов нести миссию, как Нельсон Мандела. А во мне этого нет, я не хочу себе миссионерства и отдаю себе в этом отчет.

Сноб: Это честная позиция.

Ну а как? Тогда нужно, как Ходорковский, сидеть 10 лет. Для этого нужно через себя перешагивать, и я уверен, что я для себя таких решений не приемлю. Я же помню ваше интервью с Петром Авеном, там он сказал даже жестче: «Я ни при каких обстоятельствах не готов сидеть в тюрьме. Я лучше уеду в Израиль».

Сноб: Я могу сказать, что то же самое говорила, когда давала интервью «Эхо Москвы»: я много чего готова делать ради свободы слова в России, но я не готова садиться в тюрьму.

Убытки и конкуренты

Сноб: Давайте вернемся из высоких сфер на землю и поговорим о бизнесе. Наверное, у вас был большой всплеск продаж в декабре, когда из-за резкого роста валют люди начали массово скупать бытовую технику и электронику? Как проходили предновогодние продажи?

Спрос был больше, чем обычно.

Сноб: Значит, люди бежали не только в «М-Видео», но и в интернет-магазины?

В «М-Видео» бегут пенсионеры, которые потом едут с плазменными панелями в троллейбусах, бедолаги. Это была сюрреалистическая картина: «Новогодняя Москва 2014/2015. Бабушка с тремя плазменными панелями едет в троллейбусе». Таких продаж, которые у нас происходили 15–20 декабря, мы ждали на неделю позже — с 22 декабря. Показатели предновогодних продаж в этом году вдвое превысили предновогодний период 2013 года.

Сноб: Что же будет потом? Вы помните кризис 2008 года, когда люди так же вложили все деньги в покупку техники и автомобилей, а потом целый год магазины электроники и автосалоны сидели фактически без продаж?

В 2015 году будет очень плохо. Но в экономике есть эффект дохода и эффект замещения. Когда упадут доходы населения, наши доходы тоже упадут, но эффект замещения заставит людей вместо более дорогих марок покупать более дешевые. Эффект дохода играет против нас, как и у всего ретейла. А эффект замещения играет на нас, потому что у нас дешевле.

Сноб: Недавно Wikimart объединился с компанией «Терминал.ру», которая владеет складами и пунктами выдачи товаров в регионах.У вас появились точки продаж офлайн.

Появились, но все они жутко убыточные. Мы думаем, что с ними делать. Весь 2015 год мы будем искать новые форматы.

Сноб: Но ваш конкурент «Юлмарт» открывает много офлайн-магазинов.

Так «Юлмарт» — неприбыльная компания, Enter — неприбыльная, а мы хотим быть прибыльными. Вот и вся история. У Enter осталось около 80 магазинов. Было больше, но они все жутко убыточные. Что сейчас будет происходить с Enter, никто не знает. Сейчас наш акционер Анатолий Гончаров принимает участие в реструктуризации группы компаний «Связной».

Сноб: Насколько я знаю, Гончаров довольно давно владел интернет-магазином «Терминал». Почему он так увлекся электронной коммерцией? Какая конечная цель у Гончарова?

Ему хочется сделать технологический холдинг, который оказывает торговые и финансовые услуги. Я знаю Гончарова много лет, я его фактически привел в электронную коммерцию. Сначала он купил небольшую долю в Wikimart, вместе c Tiger Global мы строили компанию, а он нас поддерживал финансово.

Сейчас у него контрольный пакет и в «Терминале», и в Wikimart. Владеть двумя компаниями в одной отрасли довольно бессмысленно, поэтому он решил их объединить. Условием сделки было, что обеими компаниями управляю я, поэтому мы слились и ищем наиболее оптимальную модель для работы на рынке. Потому что все интернет-магазины, которые мы сегодня назвали, убыточные. «Озон» убыточный уже 17 лет.

Сноб: Все компании, которые не работают в серую, убыточны?

Да. Но это не должно быть так, это нужно менять.

Сноб: Поэтому закрылся интернет-магазин «Е5», который создал холдинг X5 Retail Group, владеющий супермаркетами «Перекресток» и «Пятерочка»? Вроде была простая идея: доставлять товары в свои магазины и проводить оплату через кассу.

Интернет-магазин «Е5» просто закрыли, списав все убытки. Мы были единственными претендентами на покупку этой компании, чтобы построить на базе созданной инфраструктуры специализированного логистического оператора доставки интернет-заказов. Для нас было главным критерием, что люди действительно там покупают, что это действительно востребовано. Но X5 Retail Group было легче списать $50 миллионов в убыток, чем, сохранив проект, работать с нами, даже когда мы от них вообще ничего не требовали.

Это же не предприниматели — это менеджеры, перед которыми акционеры ставят жесткие задачи по развитию сети. А тут им какие-то ящики впаривают, которые еще нужно как-то обслуживать, надо про них думать, отвечать на письма, звонки. Легче списать, это же не их деньги. Это какая-то апатия менеджеров. Это главная проблема X5, я думаю, поэтому они «Магниту» и проигрывают.

Сноб: Когда вы начинали бизнес, вы заявляли, что через несколько лет обгоните Ozon.ru. Спустя шесть лет выручка «Озона» — 9,2 миллиарда рублей, а Wikimart — 4,7 миллиарда рублей. А некоторым компаниям, стартовавшим одновременно с вами, удалось обогнать «Озон». У лидера рынка «Юлмарт» — 21,8 миллиарда рублей. Почему вам не удалось выйти на запланированную динамику?

Мы точно росли быстрее «Озона», но недостаточно быстро, чтобы их обогнать. Нам шесть лет, а «Озону» — 16. К тому же выручка «Озона» — немного лукавые цифры, потому что у них есть бизнес по продаже билетов. Про «Озон» не совсем правильно говорить. Вот «Юлмарт» нам не удалось догнать: хотя они всего лишь на год старше нас, но у них гораздо больше выручка. Они продают бытовую технику и электронику, мы электроникой торговали в меньшей степени. Я думаю, у нас была проблема с доступом к капиталу. В конце 2011 года Tiger решил, что Россия не так перспективна, как Индия. За это время они проинвестировали более $1 миллиарда долларов в индийский интернет-магазин Flipkart, а в нас за это время они проинвестировали всего $15 миллионов. Все-таки есть разница.

Сноб: Чем вы принципиально отличаетесь от «Яндекс.Маркета», который также является агрегатором для тысяч разных интернет-магазинов? Причем комиссия «Яндекс.Маркета» для интернет-магазинов за заказ составляет 1%, а у Wikimart — от 2% до 15%.

Один процент — это лукавство. 1% — это стартовая цифра для магазинов, а дальше начинаются повышения, и в реальности у них такой ставки нет. Мы все-таки ретейловая компания, а «Яндекс» — интернет-компания. «Яндекс» никогда не будет владеть товаром и думать о нем. У нас 1/3 товара — это то, что мы закупили заранее. Агрегатором быть выгоднее, если ты часть «Яндекса». Если у тебя нет трубы, из которой хлещет трафик, то других вариантов у тебя нет.

Сноб: Почему в России вся интернет-торговля убыточная?

В России вся белая интернет-торговля убыточная. Для того чтобы построить прибыльный интернет-ретейл, нужно пять-семь лет и $100 миллионов. Чудес не бывает. Магазины, которые появляются у ваших дверей и продают товары без чека, — прибыльные. Убыточны крупные ретейлеры с оборотом от $50 миллионов и работающие в белую.

Сноб: Считается, что интернет-торговля выгодна потому, что нет расходов на аренду магазинов, но в то же время у большой компании появляется склад, парк автомобилей для доставки заказов, то есть расходы получаются примерно те же самые.

Не совсем. Если смотреть на экономику «одного заказа», то онлайн-торговля получается выгоднее. Но есть нюансы. Онлайн-торговля прибыльна на уровне одного заказа, но убыточна на уровне большой интернет-компании. Когда ты строишь офлайновый ретейл, ты создаешь прибыльный бизнес за два года, а дальше прирастаешь магазинами, тратишь на аренду, персонал и улучшаешь логистику. В онлайне главное — это технология. Ты вкладываешь в зарплату программистов, в разработку. Из $50 миллионов, которые в нас проинвестировали на конец прошлого года, мы $30 миллионов потратили на зарплату программистов. И вот он убыток.

Сноб: Многие магазины демпингуют, чтобы привлечь к себе клиентскую базу и выжить конкурентов, надеясь, что когда-то они останутся одни и будут делать с этими клиентами что хотят.

Это правильное мнение. Но это не всегда работает.

Сноб: Если смотреть на финансовые показатели, кажется, что это вообще никогда не работает. У «Ютинет» — убыток, у «Озона» — убыток, у вас — убыток. Что будет дальше с этим рынком?

Консолидация будет. То, что происходит с нами, с «Ютинетом». Никто в одиночку тащить убытки не может.

Контрольная закупка

Сноб: Давайте заглянем в ваш интернет-магазин. Посмотрим, как это работает, как можно заказать товар. У нас контрольная закупка: Iphone 6 plus 16 gb.

Ой, что-то у нас с поиском.

Сноб: Что-то затупило. Сколько времени уже прошло. Человек плюнет и пойдет на «Яндекс.Маркет».

Нет, тут немного другая логика... О, сработало. Вам нужен Iphone 6 plus, просто Iphone 6 вас не устроит?

Сноб: Нет, у нас контрольная закупка. Я хочу Iphone 6 plus 16 gb.

А их, кажется, не бывает 16 gb.

Сноб: Как это не бывает? Это самый дешевый Iphone.

А, вот, нашел. Iphone 6 plus 16 gb. 57 500 рублей. О, есть еще 57 490 рублей.

Сноб: А теперь давайте зайдем на «Яндекс.Маркет» и найдем тот же телефон.А, вот. От 46 990 рублей.

А этих телефонов у них нет.

Сноб: Ну, все равно, смотрите, у них пять предложений — от 46 990 рублей, вот есть по 53 000 рублей. И так быстро все открылось.

Если на «Яндексе» отранжировать по цене и позвонить по самым дешевым ценам, то у них ничего не будет в наличии.

Сноб: Вы хотите сказать, что если мы сейчас закажем, то нам ничего не привезут?

Если взять самый дешевый телефон, то с высокой вероятностью телефонов не будет.

Сноб: Ну, давайте попробуем заказать. Не самый дешевый, а вот этот, за 53 000. На четыре с половиной тысячи дешевле, чем у вас.

Заказ был сделан, и магазин — партнер «Яндекса» выразил готовность доставить телефон на следующий день.

Сноб: Максим, как вы это прокомментируете?

Ну вот пусть сначала привезут, а потом поговорим.

Сноб: Кстати, телефон, который мы заказали у вас к началу интервью, нам так и не привезли. Они сказали, что не могут привезти в 12.00, а могут только в 16.30 — из-за пробок. Хотя мы специально заказали экспресс-доставку за дополнительную плату.

Фалдин в ответ театрально развел руками: мол, пробки к сфере его компетенции не относятся.

Страна и мир

Сноб: Я должна признать, что такие сложности, видимо, не слишком отталкивают клиентуру онлайн-ретейла: иностранные интернет-магазины, вроде Alibaba, показывают в России какие-то феноменальные успехи, хотя найти и заказать там нужный товар гораздо сложнее.

Мы сейчас с вами копались в Wikimart и довольно долго искали нужный товар: это не потому, что мы такие ленивые и не хотим делать свою работу, а потому, что мы хорошо знаем покупателя. Мы понимаем, что все эти интерфейсные удобства для них не так важны. Успех сайта — в товаре и ценах. Ты можешь сделать отвратительный сайт, но набить его товаром по хорошим ценам, и будет успех. Пример Alibaba это хорошо демонстрирует.

Alibaba — это 800 миллионов наименований товаров. Я даже представить себе не могу такое количество. У Ebay в России — 150 миллионов товаров. А у Wikimart — 2 миллиона, хотя мы считаем, что у нас самый большой ассортимент. Но эти 2 миллиона — капля в море, по сравнению с тем, что предлагает Alibaba. Столько товаров вообще нет в России.

Сноб: Я лично никогда ничего не заказывала в иностранных интернет-магазинах, потому что меня немного пугает процедура: пойти на почту, оформить растаможку. Но люди говорят, что с Alibaba вообще нет проблем.

Да, это так. Сейчас это легче становится. Именно поэтому трансграничная торговля — Alibaba и Ebay — растут в России в два раза быстрее, чем вся отрасль электронной коммерции в России.

Сноб: Вы планировали вместе с Ebay сделать склад в Прибалтике. Что сейчас происходит с этим проектом?

Он подвис. Ebay интересен российский рынок, но россияне покупают китайские товары, а у китайцев китайский товар все равно будет дешевле. Сейчас у Ebay задача победить Alibaba, поэтому все проекты вроде склада в Прибалтике ушли на периферию.

Сноб: По опросам, Россия, которая за Волгой, не знает никаких «Юлмартов», Wikimart и «Яндекс.Маркетов». «Зачем нам это? У нас есть Alibaba!»

Это правда, но там товары другие. Мы никогда не окажемся в прямой конкуренции с Alibaba и Ebay, потому что у них немного другой ассортимент. Когда ты не конкурируешь на уровне ассортимента, ты вообще не конкурируешь. Средний чек Alibaba — это 300-500 рублей. Судя по топ-10 самых продаваемых товаров, они продают какие-то шнурочки, накладки на мобильные телефоны.

Сноб: Ну и Iphone они тоже продают.

Да, но это скорее всего будет китайский Iphone с двумя симками за 6000 рублей — страшный на вид и с немного другим интерфейсом. Мы не продаем такой товар, а они не продают Iphone. Потому что Iphone человеку нужен завтра, и с гарантией возврата. А ведь по закону о трансграничной торговле вы не можете вернуть их телефон назад.

Сноб: А кстати, почему вы поддерживали введение ограничений для работы западных интернет-магазинов в России?

Правила игры должны быть одинаковыми для всех. Все товары в России импортные, одни платят НДС на таможне, а другие не платят. К тому же это общепризнанная мировая практика.

Сноб: Ну как можно ограничить людей в покупке товаров? А как же свобода интернета?

Людей никто не ограничивает, просто их просят платить пошлину, которую не платит иностранный продавец. Но эта логика работает во всех странах. Я не понимаю, почему у нас должно быть по-другому.

Блиц-интервью

Сноб: Назовите трех самых талантливых бизнесменов в России.

Во-первых, Галицкий.

Во-вторых, Андрей Рогачев, который сделал два миллиардных выхода из бизнеса, а сейчас он делает сеть супермаркетов «Верный», которая открывает по одному магазину в день. Скоро это будет такая «Пятерочка 2.0.».

Дальше длинный список. Но мне чем-то нравится Олег Тиньков, хотя я сам ему говорил, что банк «Тиньков кредитные системы» — это его первый серьезный бизнес. До этого у него был недостроенный пивзавод и линия по производству пельменей, которую по непонятным причинам у него купили. А сейчас он утер нос всем банкирам.

Сноб: Куда бы сейчас вложили 1 миллион долларов?

В акции Apple или Amazon. Я подожду, когда они упадут, и куплю. Это акции бизнеса, про который я очень хорошо понимаю, как он работает.

Вообще 2015–2016 годы — это отличное время для того, чтобы запускать бизнес. Я в этом году хочу сделать большой проект по онлайн-фешену. Вот посмотрите на успешные компании. «Пятерочка» была запущена в 1998 году сразу после кризиса. Они мне рассказывали эту историю: у них было два вагона йогурта, несколько помещений под магазины и долги от каких-то поставщиков. Они думали, что с этим делать, и решили попробовать торговать продуктами.

Но вообще в России есть проблема, которая называется «параллельное предпринимательство», когда человек занимается развитием сразу множества проектов, что сказывается губительно на каждом из проектов. Есть формула успеха: там в знаменателе N в квадрате, где N — это число проектов. Чем больше проектов, тем меньше вероятность успеха.

Сноб: Представьте, что у вас есть волшебная палочка и уникальная возможность изменить любые три закона в российском законодательстве. Какие это будут три закона?

Это точно будет не про налоги и бизнес. Это будет про политику. Выборность мэров и губернаторов. По судебной системе нужно пройтись. И что-нибудь про независимость прессы. Я, честно говоря, скучаю по независимой прессе.

Россия > СМИ, ИТ > snob.ru, 6 апреля 2015 > № 1612993 Максим Фалдин


Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 4 апреля 2015 > № 1336937 Юрий Гладильщиков

Фонд кино и игры патриотов

Юрий Гладильщиков

кинокритик

Государство намерено финансировать только идеологически выдержанные фильмы. Даже если они окажутся никчемными

С 1 апреля Фонд кино начинает анализировать заявки на конкурс сценариев, на основании которого будут финансироваться многие фильмы 2016-17 годов. Лучшие заявки сходу получат поощрительные премии по 100 000 рублей. Лучшие написанные сценарии – в августе – по 900 000 и, главное, господдержку на их режиссерскую реализацию. Сценарии можно писать лишь на строго обозначенные ура-патриотические темы.

Все привыкли, что есть министерство Владимира Мединского. Но есть и спаянный с ним Фонд кино. Формально это разные, но равно государственные организации. Фонд — усеченный аналог бывшего государственного комитета по кинематографии. И именно он теперь — главный распределитель госдотаций на наиболее идеологически значимые кинопроекты.

В попечительском совете фонда, наряду с другими, Олег Добродеев, Станислав Говорухин, Карен Шахназаров и Никита Михалков, а в экспертном – сопродюсер фильмов Михалкова Леонид Верещагин (председатель этого совета), а также Федор Бондарчук, давний соратник Эрнста Анатолий Максимов, их общие друзья – продюсеры и режиссеры – Джаник Файзиев и Тимур Бекмамбетов, другие представители продюсерской элиты — Сергей Сельянов и Игорь Толстунов, всегда непредсказуемый Ренат Давлетьяров, главы ведущих киносетей – компания пестрая, в которой много авторитетных для автора этих строк персон, но в целом руководимая. Все свои.

В прошлые годы Фонд кино иногда финансировал и стоящие проекты. Например, при его участии создан «Левиафан». Теперь, судя по объявленному конкурсу сценариев, фонд будет делать ставку лишь на то, что полезно Кремлю. На конкурс принимались заявки, которые соответствуют одной из десяти обозначенных тем:

1) «Крым в истории России», 2) «К 25-летию августовского путча 1991 года: мифы и реальность», 3) «Петр I», 4) «Русско-японская война 1905 года: победа, обернувшаяся поражением», 5) «К 100-летию событий 1917 года», 6) «Битва за Ленинград. Невский пятачок», 7) «О выдающихся советских и российских ученых», 8) «О людях трудовых профессий», 9) «О легендарных отечественных спортсменах и их победах», 10) «О дружбе народов в Российской Федерации».

Умному человеку не надо растолковывать, что подобный набор конкурсных тем мог быть спроектирован даже не при брежневском застое – тогда государство спонсировало заставлявшие восторгаться интеллигентную публику фильмы Андрея Тарковского, Киры Муратовой, Андрея Смирнова, Марка Захарова, Эльдара Рязанова, Георгия Данелии, обоих братьев Михалковых, Глеба Панфилова, Вадима Абдрашитова. Такой конкурс мог возникнуть только в конце 1940-х — начале 1950-х – в момент окончательного кризиса сталинской идеологии.

А можно, кстати, я поучаствую? Я чуточку опоздал с заявками, но вдруг они окажутся лучшими и жюри все-таки их выберет?

ПРО КРЫМ В ИСТОРИИ. Весна 1853-го, преддверие Крымской войны. ЦРУ во главе с его шефом Алленом Даллесом планирует захват Крыма с целью лишить Российскую империю бухт Севастополя и разместить там Шестой флот ВМС США. Помощница президента Линкольна Дженнифер Враки развертывает пропагандистскую войну против России, пытаясь расколоть обитающие в Крыму дружественные национальности. Но мичман Панин дает бой американской пропаганде и пресловутым «морским котикам». Пропаганда и котики побиты, а главную победу над американскими броненосцами обеспечивает парусная эскадра адмирала Ушакова, применившая невиданный прежде маневр: они – прямо, а мы – направо.

ПРО ПУТЧ 1991-ГО, ЕГО МИФЫ И РЕАЛЬНОСТЬ. ЦРУ во главе с Даллесом планирует развал СССР. Слабовольный президент Дергачев следует указаниям западных политтехнологов. Тут-то собирается группа отважных патриотов, в которой есть и русские, и латыши (ведь Прибалтика мечтает сохранить себя в составе СССР и сторонится Европы), объявляющая себя ГКЧП. Но национал-предатели Ельчин (чей сын Антон сызмальства настроен на карьеру в Голливуде), Кравчук-Яценюк и Бушкевич (белорусский родственник Бушей) где-то в лесу… в непроходимой пуще… окончательно разваливают Союз. Им помогают агенты ЦРУ – миллиардеры Утинский и Осиновский, а также национал-предатели во главе с лидером пятой колонны, родственником известного европейского анархо-либерала Егором Годаром. Финал невеселый, но фильм завершается грозным титром: «Продолжение от России, ОДНАКО, следует!».

ПРО ТРУДОВЫЕ ПРОФЕССИИ. Простые парни и девчонки, все как один непьющие, некурящие, обожающие дзюдо и горные лыжи, хотят восстановить экономическую мощь страны. Но у них для этого нет завода. Ни одного во всем Подмосковье. Тогда они за три дня отстраивают завод в ближайшем детском саду, где сейчас весенние каникулы, и начинают с помощью мощного кузнечного пресса, изобретенного местным гением Кулибиным, выковывать там отечественный смартфон – ё-мобилу, которая побивает все зарубежные аналоги. Любовь прилагается.

ПРО ДРУЖБУ НАРОДОВ. После ответных санкций России на западное западло и ориентации народа на отечественный буряк в Москве проходит ярмарка сельхозтоваров. Разумеется, на ВДНХ. Фильм начинается с песен и плясок колхозников разных народностей РФ. Выделяются якуты, предложившие новый съедобный товар: пирожки с алмазами. Тут-то под фонтаном «Дружба народов» и встречаются жительница Воркуты (ее национальный наряд – телогрейка с ушанкой) и представитель народов Северного Кавказа. Она – свинарка; поголовье ее заполярных хрюш уже покрыло потребность России в свиных ножках для холодца. Он – пастух, чьи сыры оставили позади французские, голландские и швейцарские. Весь остальной фильм герои поют и танцуют. Их свадьбе пытается помешать лидер оппозиции, наглый гей и агент ЦРУ. Он фальсифицирует письмо от пастуха к свинарке, изображая, будто тот не умеет писать по-русски. Но свинарка знает, что, судя по результатам ЕГЭ последних лет, лучший русский демонстрируют именно представители Кавказа. И не поддается на провокацию. В финале героям приветственно машут серпом и молотом мухинские Рабочий и Колхозница.

Вы скажете: пародия. А так ли уж сильно с точки зрения исторической правды предложенные мной заявки отличаются от сценариев главных отечественных якобы исторических блокбастеров, профинансированных упомянутым Фондом кино – того же «Поддубного»? Одинаковая туфта.

Так что есть все основания полагать, что чем посредственнее и наглее будет сценарий, направленный в Фонд кино в качестве (якобы) исторического, то тем больше у него шансов на успех. Главное, чтобы в сценарии звучало: «Оле-оле-оле! Россия, вперед!»

Я не верю, что из сценарного конкурса может выйти путное. По элементарным причинам. Шестерки не способны сотворить настоящее кино – как и настоящую литературу либо театр. А не-шестерки, за редким исключением, за дело и не возьмутся. У нас в 2000-е в кино появились новые талантливые кинопоколения от тех, кому сейчас по 24-25, до тех, кому едва за сорок. Проблема не в том, что эти люди не патриоты. Проблема в том, что у них и государства разные понятия о патриотизме. Вступать в любое идеологическое сотрудничество с государством в ситуации, когда патриотизм – это последнее прибежище негодяев, безусловно постыдно. Так что главными участниками главного государственного киноконкурса станут серые мыши – приспособленцы.

Важно и то, что сам по себе подбор тем для сценарного конкурса, как верно заметил мой коллега Андрей Плахов, — это проявление цензуры. А значит, написание сценариев на заданные темы (это уже я добавляю) неизбежно приведет к худшему – самоцензуре. Сочинять в условиях самоцензуры – это творческий грех и профессиональная катастрофа.

Мне возразят: а почему же тогда в советское время госзаказ содействовал появлению феноменальных картин? Объясню. В СССР 1920-1930-х кинематограф по уровню режиссуры, техническому оснащению не уступал голливудскому. Кроме того, те, кто первым просматривал кино, понимали в нем на порядок больше и Мединского, и прочих представителей нынешней власти. В частности, понимал Сталин, который просматривал все новые советские фильмы у себя на даче и давал им оценку. Он, возможно, и дьявол, но кино чувствовал – именно потому, что дьявол.

Но даже при Сталине советское кино рухнуло – после вызвавшей истинный кинопатриотизм Великой Отечественной. Смотреть фильмы, сделанные между окончанием войны и оттепелью, с 1946-го по 1957-й, за редкими исключениями, невозможно – фальшь стопудовая. Символы этих трухлявых киновремен СССР — «Падение Берлина», в котором Сталин якобы торжественно прилетает в поверженную столицу Гитлера. И завиральные «Кубанские казаки», хотя там и звучат две-три изумительные песни.

Наши киновласти делают сейчас ставку на самые трухлявые советские киновремена. И чего они добьются? Да ничего, кроме собственного временного благополучия. Которое им в итоге, уверен, отольется.

Россия > СМИ, ИТ > forbes.ru, 4 апреля 2015 > № 1336937 Юрий Гладильщиков


Россия. Китай > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 апреля 2015 > № 1336899 Юрий Мильнер

Глобальный венчур: как Юрий Мильнер заработал миллиарды в Китае

Парми Олсон

шеф лондонского бюро Forbes USA

Основатель фонда DST покорил китайский рынок венчурных инвестиций вслед за российским и американским. Но своей миссией он считает изучение Вселенной

Летом 2011-го жарким вечером российский интернет-инвестор Юрий Мильнер 32 встретился за ужином с Ричардом Лю, основателем бурно растущего китайского онлайн-ритейлера JingDong 360. Скромный ресторан на пять столов был под завязку набит подчиненными Лю, специалистами по доставке различных товаров, от книг до предметов одежды, в близлежащий город — не Пекин, а Урумчи, один из самых удаленных от столицы и заброшенных городов на северо-западе КНР, неподалеку от казахстанской границы.

Чтобы отужинать с Лю, Мильнер совершил пятичасовой перелет из Пекина и изнурительную поездку по пыльной долине — он хотел воочию убедиться в эффективности бизнес-модели JingDong и лидерских качествах ее основателя. Сотрудники компании подходили к их с Ричардом столу группами по три человека и поднимали тосты в честь своего босса. Пили байцзю — крепкий рисовый ликер. Лю вежливо общался с каждым, но, когда пришел его черед произносить ответную речь, показал себя во всей красе. Харизма основателя JingDong сродни клинтоновской: внимание аудитории китайский бизнесмен удерживает ничем не хуже экс-президента США, всемирно признанного оратора.

На ужине он говорил о клиентоориентированности, мотивации и других программных вещах, которые и сегодня регулярно доносит до многотысячного коллектива JingDong во время поездок по стране. Результаты говорят сами за себя: интернет-магазин Лю, который теперь носит емкое название JD.com, каждый год демонстрирует трехкратный рост выручки (около $18,5 млрд в 2014 году). Отрасль, в которой работает компания, при этом увеличивается «всего» на 40% в год (в то время как «офлайновый» ритейл — лишь на 10%).

Мильнер слушал Лю не для того, чтобы решить, инвестировать в JingDong или нет, — $500 млн в компанию он вложил тремя месяцами ранее. Его китайская миссия преследовала более важную цель. «Вы должны быть близки с основателями компаний», — объясняет инвестор, одетый в серый спортивный костюм, в интервью Forbes, которое он дал в конференц-зале своего особняка в калифорнийском Лос Альтос Хиллс. Мильнер, физик по образованию, даже не употребляет алкоголь — тем ценнее оказанная им Лю честь.

11.11.11

Миллиардер по праву считается одним из самых успешных в мире инвесторов в технологические компании, несмотря на парадоксальный метод инвестирования: он не требует мест в советах директоров, доверяя интуиции основателей стартапов, но регулярно лично общается с молодыми предпринимателями, чтобы помогать формулировать долгосрочные стратегии и выстраивать долгосрочные отношения. Грубое вмешательство в бизнес больше не работает — на смену ему пришли долгие дискуссии о будущем интернета и устройстве вселенной.

Разговоры тет-а-тет важны настолько, что только в 2014 году Мильнер провел в разъездах 200 дней. Его особенно интересуют китайские партнеры. Их доверие стоит затраченных усилий: когда спустя два года после описанного ужина JingDong открыла новый раунд инвестиций, Лю, несмотря на отсутствие дефицита в предложениях, в первую очередь вспомнил о своем российском госте. В итоге фонд Мильнера DST Global вложил в онлайн-ритейлера еще $250 млн, доведя свою долю до 8,9% — сегодня этот пакет акций стоит на бирже $3 млрд.

Китайские успехи, впрочем, пока не могут затмить историческую сделку DST на американском фронте: в 2009 году основатель фонда договорился с 25-летним Марком Цукербергом и инвестировал $200 млн в стремительно набирающую обороты соцсеть Facebook.

На выходе $200 млн превратились в $4 млрд, а Мильнер — в признанного члена элитного клуба венчурных капиталистов.

Наличие в инвесторах DST с тех пор — знак хорошего тона практически для любого амбициозного новичка, от уже публичных Twitter и Lending Club до готовящих размещения Spotify, Airbnb и Snapchat.

Не говоря уж о китайских компаниях, где Мильнер оказался причастен к успеху сразу трех новых технологических гигантов, включая JingDong. В 2011-м DST вложил $500 млн в местного лидера электронной коммерции Alibaba, за три с половиной года увеличив стоимость своей доли в пять раз, до $2,5 млрд. Тогда же Мильнер вошел в капитал производителя смартфонов Xiaomi — 7-процентная доля DST в компании, которая на рынке Поднебесной обошла Apple и Samsung, сегодня оценивается в $3,2 млрд.

2011-й был особенно важен для инвестора и в личном отношении: на фоне китайских суперсделок он выкроил время для организации пышной свадебной церемонии в своем имении — так миллиардер отметил десятилетний юбилей брака с художницей Юлией Мильнер. О церемонии пара мечтала с самого начала отношений. «Я хотел устроить такую церемонию все эти десять лет, именно в тот день — 11 дня 11 месяца 11 года», — говорит Мильнер.

В совокупности DST инвестировал в интернет-компании на поздней стадии развития $5 млрд. На выходе фонд получил $10 млрд кешем в результате размещений акций и перепродаж долей, а также $9 млрд в форме акционерного капитала. Итого портфолио Мильнера близится к впечатляющей планке в $19 млрд.

Говоря по-русски

На китайские компании в портфолио приходится примерно половина наименований и примерно 60% доходов. Это не значит, что Мильнер забыл Кремниевую долину. Так, слухи упорно приписывают ему участие в последнем раунде финансирования визуальной соцсети Pinterest объемом $367 млн. Сам миллиардер эту информацию ни подтверждает, ни опровергает.

Зато он охотно говорит о своем главном просчете последних лет — мобильном сервисе вызова такси Uber. DST как минимум трижды предоставлялся шанс инвестировать в локомотива шеринговой экономики, оценка которого выросла уже до $40 млрд, но всякий раз Мильнер пасовал из опасений за исход судебных тяжб основателя Uber Трэвиса Каланика с регуляторами пассажироперевозок во многих странах. «Я недооценил Трэвиса. Это большая ошибка», — пожимает он плечами.

Самая лаконичная характеристика мильнеровского принципа инвестирования — сделай несколько крупных ставок на ранней стадии и рассчитывай сорвать крупный куш. За пять лет команда миллиардера отсмотрела 250 компаний по всему миру, а инвестировала — в единицы.

DST закрыл уже четыре фонда, первый из которых поддержал российский магнат Алишер Усманов 3, а последний — иностранные суверенные фонды и состоятельные американские предприниматели.

Мильнер легко обошелся без «русских денег».

«Я уверен, что инвестиционная отрасль должна быть глобальной», — поясняет он.

Мильнер работает тихо и редко заключает сделки публично. Например, практически никто на рынке не знал, что он, наравне с партнером фонда Sequoia Capital Джимом Гетцем, успел вложиться в WhatsApp до того, как мобильный мессенджер за рекордные $19 млрд купила Facebook. За несколько недель до сделки в январе 2014 года миллиардер купил часть долей основателей сервиса за $125 млн.

Мильнер отказывается комментировать эту инвестицию, но источник, близкий к WhatsApp, рассказал Forbes, что бизнесмен три года обхаживал создателя мессенджера Яна Кума (оба — русскоговорящие выходцы из СССР). Инвестор не раз приглашал стартапера к себе в гости, и в итоге тот сломался и ударил с миллиардером по рукам. Деньги DST стали для Кума страховкой на случай срыва сделки с Facebook.

Уроженец Москвы, Мильнер изучал теоретическую физику в МГУ им. Ломоносова, но из науки со временем ушел в бизнес. Актив, который вывел его в высшую лигу, — крупнейший в 1990-х российский интернет-портал Mail.ru. В 2005 году предприниматель основал DST Global, чтобы вкладывать средства в онлайн-компании, вроде главной национальной соцсети «ВКонтакте». В свою команду он пригласил опытных сотрудников инвестбанка Goldman Sachs, который готовил Mail.ru к IPO. «Они [Goldman Sachs] же делали первую презентацию для Facebook. Так что все связано», — объясняет миллиардер, описывая пальцем круги в воздухе.

Время после кризиса 2008 года он провел, мотаясь по Кремниевой долине в попытках убедить основателей перспективных компаний в своих преимуществах как инвестора. Итог — $800 млн, вложенных в Twitter, Zynga, Groupon, Airbnb и — чуть позже — в Snapchat, Spotify и Lending Club. Из Zynga и Groupon фонд Мильнера вышел с IPO компаний. В Airbnb свою долю DST пока не продавал.

Ключ к Поднебесной

Прорыв фонда в Китае пришелся на 2011-й. Причем перед тем, как буквально в течение нескольких месяцев провернуть сделки с JingDong, Alibaba и Xiaomi, Мильнер 32 предусмотрительно перевез головной офис DST из Москвы в Гонконг. На рынке Поднебесной интересы миллиардера представлял бегло говорящий по-китайски выпускник Гарварда Шу Чу. Он провел год, обрастая полезными связями среди китайских финансовых консультантов. Один из них — фирма China Renaissance во главе с гендиректором Фан Бао — вывел Чу на JingDong. Мильнер познакомился с Лю в декабре 2010-го и оперативно договорился об инвестировании в интернет-магазин $500 млн в обмен на 8,8-процентную долю.

Заполучив в партнеры JingDong, хозяин DST проложил себе путь на переговоры с главной звездой китайской интернет-сцены, основателем Alibaba Джеком Ма. Они были шапочно знакомы с 2005-го, но лишь на этот раз встреча завершилась сделкой — DST приобрел долю в Alibaba ниже 10% (точный ее размер стороны не раскрывают).

Широкие связи среди консультантов на первых порах помогли DST выстроить сеть для вылова перспективных проектов в Китае, говорит Джон Линдфорс, управляющий гонконгским офисом фонда. Но «самыми важными людьми с точки зрения бизнеса», по его словам, «все равно оставались основатели компаний».

Целью номер один для DST стал Лей Джун, создатель уникальной бизнес-модели и генеральный директор Xiaomi. Почти неизвестная за пределами КНР компания тем не менее уже гремела на внутреннем рынке, а ее отец-основатель именовался в прессе не иначе как «китайский Стив Джобс». Чу попросил знакомых финансистов представить его паре стартапов, в которые делал ангельские инвестиции Лей Джун. Через основателей этих стартапов он и договорился о встрече с CEO Xiaomi в марте 2011-го. В сентябре того же года, спустя месяц после презентации первого смартфона Xiaomi, но еще до старта продаж устройства, Мильнер, Чу и Линдфорс за чашкой зеленого чая уже вели переговоры с Лей Джуном об инвестициях в его компанию.

Несмотря на первые успехи Xiaomi, вход в ее капитал выглядел для известного венчурного капиталиста большим риском. Китайские производители мобильных устройств ценились куда ниже Samsung и Apple, снимавших все сливки с богатого глобального рынка смартфонов. В Xiaomi при этом хотели сохранить онлайн-модель продаж: так уже поступала Google со своим Nexus — и не сделала гаджет полноценным конкурентом iPhone или Galaxy.

Но Мильнер, осознавая все проблемы, отодвинул негатив на второй план — настолько он был впечатлен бизнес-«триатлоном» Лей Джуна: Xiaomi, по сути, готова была уделять равновеликое внимание трем рыночным китам — железу, софту и сервисам. «Нельзя сказать, что вы хороши в чем-то одном. Нужно быть лучшим сразу во всем», — постулировал основатель китайской компании.

«Часто амбициозные предприниматели сами не представляют, как достичь завышенных целей, — вспоминает свои впечатления от знакомства Линдфорс. — Но Лей Джун явно имел четкий план».

После встречи трио инвесторов погрузилось в машину — Чу на переднее сиденье, Мильнер и Линдфорс на заднее — и, пока автомобиль стоял в пекинских пробках, перебивая друг друга, принялось живо обсуждать итоги переговоров. «Мы проанализировали все возможные сценарии развития бизнеса под началом Лей Джуна», — описывает руководитель гонконгского офиса DST.

Решающее слово было за Мильнером. «Я по-настоящему хочу инвестировать в эту компанию», — резюмировал он. Лей Джун позднее признавался, что даже не надеялся на согласие такого маститого фонда, как DST, вкладывать в его авантюрный проект. После нескольких месяцев due diligence Мильнер и команда в серию раундов, включая три эксклюзивных, инвестировали в Xiaomi $500 млн.

Как ему удалось добиться эксклюзивных прав на инвестирование в самый прогрессирующий стартап КНР?

«Возможно, никто не верил в эту компанию так, как мы? — уклончиво отвечает Мильнер и тут же присовокупляет свою мантру. — Чтобы доверять друг другу, вы должны быть близки».

С Лей Джуном инвестор действительно остается близок как мало с кем из своих деловых партнеров. Они встречаются по десять раз за год, обычно «на территории» китайского бизнесмена. Разговоры начинаются с обсуждения мелочей, а завершаются дискуссиями о больших идеях. В 2014-м Мильнер подарил Лей Джуну миниатюрную модель Вселенной — как символ их доверительных бесед.

Вечные ценности

В интервью Forbes Мильнер как обычно скуп на рассказы о секретах принятия инвестиционных решений. Китайская кампания, по его словам, логично вытекала из того, что страна «была близка к тому, чтобы встроиться в глобальный ландшафт». Предприниматели, которые имеют шанс привлечь деньги DST, должны быть нацелены на то, чтобы изменить мир в ближайшие десять-двадцать лет, говорит инвестор.

В свои 53 Мильнер успел досконально изучить и Кремниевую долину, и Китай, так что уже сам затрудняется сказать, какое место он считает домом, хотя у него есть недвижимость в России, Израиле и США. «Когда путешествуешь по 200 дней в год, возникает странное чувство, будто ты не привязан ни к одному из мест, — жестикулируя, объясняет миллиардер. — В буквальном смысле!»

Глобальный взгляд на вещи трансформируется в главное хобби Мильнера — вопросы происхождения и будущего Вселенной, — которое инвестор называет своей «миссией». Несколько лет назад он придумал премию за научные достижения Breakthrough Prize и с тех пор каждый год проводит торжественную церемонию — аналог «Оскара» для ученых. В 2014-м потрясенные и смущенные лауреаты поднимались на сцену, чтобы получать сертификаты на $3 млн из рук голливудских звезд Бенедикта Камбербэтча и Кэйт Бэкинсэйл.

Но премия — это лишь публичная часть неординарной деятельности Мильнера-мецената. Его другой, не менее важный проект — финансирование некоммерческой организации под названием «Институт глобального мозга» (Global Brain Institute). Инвестор с оптимизмом относится к будущему искусственного интеллекта, в отличие от Элона Маска, Билла Гейтса и Стивена Хокинга: он считает, что компьютеры никогда не станут полностью автономны, а прогресс толкает нас к изобретению симбиоза мозга компьютера и человека.

Фрэнсис Хейлайен, седовласый бельгийский гений от кибернетики, уже работает над первой математической моделью «глобального мозга» — на пятилетний грант Мильнера в €1,5 млн. Они познакомились в 2011-м, в перерыве между китайскими марш-бросками инвестора. Когда Хейлайен получил письмо за подписью Мильнера, он подумал, что это спам. «Не верилось, что мне может писать миллиардер», — шутит ученый.

В итоге он ответил Мильнеру — и уже совсем скоро ел лазанью в отеле Amigo, любимом брюссельском убежище инвестора, за двухчасовой беседой о своей научной деятельности. Миллиардер согласился профинансировать команду Хейлайена в обмен на обещание разработать уникальную модель-симулятор мозга-симбиоза. Исследования длятся четвертый год. Хейлайен раз или два в год общается с Мильнером по видеоконференц-связи, а также подает заказчику проекта полугодовые отчеты.

Почему инвестора так интересуют большие идеи? Хейлайен предполагает, что с помощью его работ основатель DST надеется изобрести уникальную модель прогнозирования. Важен также культурный бэкграунд: ученый вспоминает, что другой его коллега из России не менее сильно привязан к «большим теориям», которые комплексно объясняют сложные системы.

«Русские любят философию, которая может объяснить все», — говорит математик.

Мильнер не рефлексирует на свой счет так же глубокомысленно. Для его работы главное — встретить правильного человека, а значит, нужно всегда оказываться в правильном месте в правильное время. «Инвестиции — это очень трудно, — подытоживает миллиардер. — Здесь нет универсальных ответов. Если бы существовала единая формула успеха, инвестициями бы занимались все».

Россия. Китай > СМИ, ИТ > forbes.ru, 3 апреля 2015 > № 1336899 Юрий Мильнер


Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 27 марта 2015 > № 1327373 Владимир Путин

 Встреча с интернет-предпринимателями.

Владимир Путин провёл встречу с интернет-предпринимателями, чьи проекты получили финансовую и экспертную поддержку Фонда развития интернет-инициатив (ФРИИ).

Фонд развития интернет-инициатив – некоммерческая организация, созданная с целью содействия молодым специалистам и предпринимателям, работающим в сфере информационных технологий, и для формирования благоприятных условий реализации новых высокотехнологичных онлайн-проектов.

* * *

В.ПУТИН: День добрый, уважаемые друзья!

Мы с вами, по-моему, в третий раз уже встречаемся. В 2013 году возникла идея создать фонд поддержки инициатив в интернете, и понятно почему: потому что эта сфера деятельности набрала уже такой колоссальный оборот, для нашей страны очень заметный: у нас интернет-зависимого бизнеса сегодня в стране – примерно 10 процентов ВВП, это очень солидный процент. И по количеству людей, которые пользуются услугами интернета, вы знаете это лучше, чем я, Россия уверенно занимает первое место в Европе: 60 миллионов ежедневно пользуются услугами так или иначе. И бизнес развивается всё активнее и активнее.

Мне приятно отметить, что эта инициатива, которая возникла в 2013 году и начала осуществляться в 2014 году, оказалась не мертворождённым ребёнком, а, наоборот, очень активно развивающимся. 150 проектов и компаний уже прошло через этот Фонд, и даже, по некоторым данным, наш с вами Фонд является наиболее активным и успешным в Европе среди тех, кто занимается так называемой посевной деятельностью. Это говорит о том, что те, кто организует эту работу, организуют её на хорошем уровне. И за это надо поблагодарить вас.

Чтобы лишних слов не говорить, времени не терять, давайте мы обратимся к тому, что сейчас происходит, что сделано, ещё раз поговорим об этом, и что нужно сделать для того, чтобы эта деятельность Фонда активно дальше развивалась, какая нужна дополнительная помощь и поддержка. Кстати говоря, в целом сейчас Фонд, по-моему, контролирует так или иначе бизнесы в объёме 6 миллиардов рублей – сумма такая заметная.

Пожалуйста.

К.ВАРЛАМОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Меня зовут Варламов Кирилл, я директор Фонда развития интернет-инициатив. И вначале я хочу рассказать Вам о нашем новом начинании.

Фонд развития интернет-инициатив вместе с ведущими общественными организациями учредили Институт развития интернета. Помимо Фонда в него вошли такие ассоциации, как Российская ассоциация электронных коммуникаций во главе с Сергеем Плуготаренко, Медиа-Коммуникационный Союз, объединяющий операторов связи, во главе с Сергеем Петровым, и ассоциация РОЦИТ, объединяющая интернет-пользователей, с председателем совета этой ассоциации Левиным Леонидом Леонидовичем, который возглавляет также Комитет Госдумы по информационным технологиям. Возглавил Совет учредителей лично Герман Сергеевич Клименко, один из корифеев российского интернета, создатель и владелец ресурса LiveInternet. Я бы хотел предоставить возможность сказать пару слов Герману Сергеевичу – рассказать о целях и задачах Института развития интернета.

Г.КЛИМЕНКО: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович!

Интернет существовал достаточно долго, он жил отдельно от государства, были чатики, форумы, поисковые системы. Пока мы жили сами для себя, не было никаких проблем ни с государством, ни внутри индустрии.

За последние несколько лет, примерно в то время, когда ФРИИ был создан, интернет начал внезапно вступать в чужие отрасли. Мы практически уничтожили – это я сейчас не как успехи докладываю, это констатация: практически нет бумаги. Сейчас, наверное, легче найти снежного человека, чем найти инвестора на бумажную газету: таких стартапов у нас просто нет сейчас, никто не приходит за стартапами. Пачками падают банки, которые уходят полностью в интернет; следом уходят страховые компании, брокеры; начинает медицина потихонечку уходить в интернет.

И соответственно возникло две проблемы. Первая проблема – то, что даже внутри нашей индустрии. Я недавно разговаривал с интернет-банкиром и пытался познакомить его с обычным, классическим банкиром – вы знаете, у женщины и мужчины больше общего, чем у них. Они, действительно, даже найти общих разговоров не могут.

Вторая проблема возникает с государством. Когда 27-летний молодой человек является руководителем крупнейшего интернет-магазина (7 тысяч поставок в день, он легальный долларовый миллионер – наверное, что хорошо, мне кажется, потому что мы же должны заботиться о богатых), общение с государством очень затруднено. Потому что у него даже нет никакого опыта, который бы возникал, который мог бы подсказать ему, как с государством общаться.

В июне 2014 года на встрече с ФРИИ – я там тоже был, но сидел в зале – Вы общались с Дмитрием Гришиным и с Аркадием Воложем. И там как раз возник очень интересный диалог, когда Вы предложили интернету «вылезти из-под коряги». Вопрос был, на самом деле, связан с тем, что между государством и интернетом так: из точки А в точку Б вышел поезд, и из точки Б в точку А вышел поезд, и не встретились: не судьба. Мы никак не можем найти общий язык.

Единственный путь, который мог бы быть возможен, – это создание некого института, который бы объединил все интересы. Проблема заключается именно в том, что у нас сам интернет… – вот есть отрасль телевидения, она как была, так и осталась, а интернет стал проникать везде, и, по сути, начал нарождаться новый бизнес, который теоретически должен стать какой-то опорой экономики, которая у нас будет в ближайшие 10–15 лет.

Соответственно мы пришли к выводу, что единственный путь – это создание института, в котором будут в учредителях стоять РОЦИТ (это общественная организация, где каждый человек – пользователь интернета может попробовать попасть в экспертный совет и пытаться инициировать любые инициативы, которые могут быть поддержаны институтом), МКС. МКС – это Медиа-Коммуникационный Союз, это телеком.

Понятно, что внутри нашей индустрии возникают противоречия. Пользователи, например, хотят [получать услуги] как можно дешевле – операторы, естественно, хотят как можно дороже, и у всех есть свои доводы. Операторы хотят развиваться, чтобы у пользователей было всё лучшее, но пользователи, естественно, любят как можно дешевле, больше получать. Институт попробует взять на себя ту роль, которая есть у всех отраслей (у металлургов, у банков есть): попытаться скоординироваться и договориться с разными противоречиями.

Буквально позавчера на площадке Комитета по информации и СМИ Государственной Думы, который возглавляет Левин Леонид Леонидович (благодаря ему мы достаточно быстро смогли собрать индустрию, а она же у нас вся умная, поэтому очень спорная – например, насколько я в курсе, уже почти все отрасли воспользовались возможностью импортозамещения, а по программному обеспечению в государственных компаниях, в бизнес-историях ничего не было сделано), ­– мы позавчера наконец смогли посадить за один стол 20 представителей крупнейшего бизнеса и, несмотря на их серьёзные противоречия (у них там хватает своих историй), смогли договориться, чтобы они согласовали то, что на весенней сессии Дума, возможно, вынесет законопроекты, которые будут приняты. Это то, что мы сделали.

Второй вопрос, который я хотел бы тоже осветить: у нас отрасль развивается даже для кризиса совершенно ненормальными темпами – мы действительно растём. Понятно, часто отрасль растёт за счёт того, что умирает классическая торговля: у нас растёт электронная коммерция, – это нормальная, естественная причина.

Хороший пример – «Яндекс. Такси». В Москве было 200 диспетчерских, где работали массы людей, и невозможно было достать такси. Сейчас просто поменялась парадигма управления производительными процессами: 20 тысяч таксистов, которыми управляют 35 человек. Это мало того что потрясающая эффективность, самое главное – огромное количество выполненных заказов. Это то, к чему надо стремиться. Но это говорит о том, что на протяжении следующих 10–15 лет, все футурологи говорят, у нас произойдут взрывы в биомедицине, в хайтеке.

Однажды в 1970-х годах – у меня образование военное, конечно, но я системный программист, – в 1970-х годах мы совершили ошибку: перешли на технику ЕС, отказались от развития своих «Эльбрусов». Сейчас, к счастью, у нас осталось хоть что-то, что является процессорами. Мы выбрали решение не импортозамещения, а экспортозамещения. Мы приняли решение адаптировать и воровать чужое, и в результате у нас сейчас нет своей «железной» базы.

В течение ближайших 10–15 лет произойдёт, на мой взгляд, взрыв технологий, и мы должны быть к этому готовы, и для этого у нас всё есть. Вся Европа, как Вы справедливо сейчас заметили, сдалась: у них нет своих поисковиков, у них нет своих сервисов социальных сетей – все «лежат» под Америкой. Это ни плохо, ни хорошо – они просто сдались.

Мы умудрились, несмотря на то, что у нас не было никогда не то что налоговых преференций, мы всегда стояли в худшей позиции: у нас никогда не было денег как у индустрии как таковой, и тем не менее мы смогли оказывать достойное сопротивление на протяжении последних 15 лет. Сейчас ситуация достаточно критическая, и очевидно, что без помощи государства мы не сможем преодолеть этот разрыв. Сейчас опять можем попасть в историю, когда вместо наших «Эльбрусов» и БЭСМ–6, которые совершенно чудесным образом работали, мы перешли на технику ЕС, которая сейчас просто ушла из обращения, она нам ничего не дала.

Мы собираемся в Институте развития интернета разработать некую концепцию, вариант дорожной карты, как следующие 10–15 лет постараться не просто устоять, но и удержаться в лидерах, а мы можем это сделать. Единственное, хотелось бы Вашей поддержки: без государства и без его внимания к этой проблеме у нас ничего не получится.

Спасибо!

В.ПУТИН: Только нужно сформулировать, какая нужна поддержка, что конкретно.

Г.КЛИМЕНКО: В некотором роде аналоги есть в АСИ – Агентстве стратегических инициатив, которое было создано при Вашем участии. Они создают большие дорожные карты, где участвуют две стороны: и бизнес, и государство.

Мы можем написать всё что угодно, но если мы не обяжем чиновников следовать вместе с нами одним путём, то есть мы не поставим себе единой цели, – мы ничего не добьёмся. Тут, наверное, должна быть президентская программа по развитию российского интернета. Потому что это не просто программа, чтобы у пользователя всегда был интернет 10 мегабит, – это вопрос, который связан и с автомобилями, которые скоро будут ездить и управляться сверху, и с ГЛОНАСС. И здесь без сотрудничества государства с бизнесом, мне кажется, ничего не получится.

В.ПУТИН: Давайте готовьте тогда предложения. И мы в Администрации, и Правительство попрошу – обсудим. И необходимые решения для вашей поддержки постараемся сформулировать и принять с вашим участием.

Г.КЛИМЕНКО: Хорошо. Спасибо.

В.ПУТИН: Обратили внимание, как коллега сказал: «Образование у меня было, конечно, военное»? Поэтому и выстояли.

К.ВАРЛАМОВ: Коротко хочу рассказать об итогах работы Фонда. Нам за прошедший период удалось создать практически все необходимые инструменты для поддержки интернет-предпринимателей. И сейчас фактически любой гражданин России, независимо от того, какая у него профессия: будь он программист, дизайнер или специалист по логистике, или он частный инвестор, – может принять участие либо в развитии своих проектов, либо как консультант, либо как эксперт, либо, если он инвестор, вложить свои деньги. То есть мы создали все необходимые для этого механизмы.

Немного цифр. Как Вы уже сказали, мы проинвестировали 150 проектов, это те проекты, которые уже получили деньги, получили инвестиции и интенсивную программу поддержки в Москве на площадке в течение трёх месяцев. Помимо этого мы поддержали по программе обучения и консультаций около 4 тысяч проектов в 75 регионах России. Это реально показывает, что уже действительно все, кто хотел, приняли участие. Порядка 300 проектов приняли участие в заочной акселерации, такая тоже достаточно интенсивная программа развития своих бизнес-проектов, в восьми городах России.

Нам удалось объединить на площадке коллективных инвестиций больше тысячи частных инвесторов. Мы их квалифицировали, и они начинают работать с нашими проектами, начинают инвестировать. Более 300 из них мы обучили в своей школе частных инвесторов. Всего же только за прошлый год через различные программы обучения, консультаций, поддержки прошло больше 20 тысяч человек. Это то, что Фонд сделал.

Дальнейшей нашей ключевой работой я считаю организацию плотного взаимодействия с крупными компаниями, со стратегическими заказчиками, как мы их называем. Мы уже довольно хорошо работаем с такими компаниями, как «Ростелеком», «Йота», «Рамблер», «Интер РАО». У нас уже есть проекты, которые работают на площадках этих компаний, внедряют свои продукты там. Это необходимо для того, чтобы замкнуть экосистемы интернет-предпринимательства, чтобы не только появились механизмы ранней поддержки, которые мы даём, инвестиции, обучение, но чтобы появились деньги на рынке и людям было интересно это делать.

С другой стороны – компании получают новые технологии, новые продукты, интересные команды. Мы делаем ставку на стратегию, когда мы выбираем такие передовые с мировой точки зрения технологические ниши, такие как обработка больших данных, кибербезопасность, и инвестируем в группы проектов, в кластеры проектов, но одновременно ищем интересы среди крупных заказчиков к таким группам проектов.

В.ПУТИН: Вы назвали практически смежные или даже предприятия, по сути, одной отрасли. Но у нас есть ещё энергетика – скажем, «Росатом». У нас есть стабильно финансируемая оборонная отрасль (коллега вспоминал свою первую профессию), там же реально серьёзные средства вкладываются – 20 триллионов [рублей], даже на переоборудование ОПК 3 триллиона предусмотрены, и эти деньги все в бюджете, они все есть.

Я буквально позавчера встречался с молодыми учёными и исследователями, которые добились блестящих результатов в оборонной сфере. Они мне говорили: «Мы пришли туда лет 8 назад, молодёжи практически не было, – мы создали новые коллективы». И они добились результата мирового класса, и это скоро многие поймут. Уже понимают, но скоро поймут ещё, так сказать, более осязаемо. Я к тому, что и с ними надо работать. Нам нужно, чтобы оборонка, в которую вкладываются большие деньги, имела выход и на гражданские сферы. Это даёт замечательный синергический эффект, когда всё это вместе функционирует. Поэтому вы на них тоже выходите.

К.ВАРЛАМОВ: Конечно. Я перечислил тех, с кем мы уже работаем. Мы, конечно, расширяемся, много с кем ведём переговоры.

В.ПУТИН: Роскосмос тот же.

К.ВАРЛАМОВ: С удовольствием будем работать с Роскосмосом, с «Росатомом».

Сегодня мы привезли проекты уже не начальных стадий, как мы показывали на прошлых встречах, а ребят, компании которых с нами уже поработали некоторое время и вышли на рынок. Начинаются и продажи, делаются первые шаги. И я хотел бы Вам представить несколько проектов.

И первый проект – Poiskstroek, Айсин Ринат Рафикович. Ребята умудрились объединить огромное количество информации по строительству, за счёт чего даже небольшая компания, которая поставляет строительные материалы, может найти себе покупателя, что важно сейчас в текущей экономической ситуации.

В.ПУТИН: Вы знаете, обязательно поработайте с компанией, которую мы пытаемся создать, очертания уже есть, – в области судостроения, в области авиации. Мы вчера только об этом говорили: по сути, приняли решение вчера опять докапитализировать нашу гражданскую составляющую по авиации, ОАК наш, еще на 100 миллиардов рублей.

Но гражданская часть авиастроения всегда в Советском Союзе немножко была на втором месте после боевой авиации, а нам нужно развивать гражданскую часть, они должны развиваться вместе. И, если вы включитесь в эту работу, будет тоже очень большая польза и для тех, кто занимается интернетом, и для тех, кто занимается конкретными отраслями, в том числе теми, которые я сейчас назвал: судостроение, авиация.

Р.АЙСИН: Добрый день, Владимир Владимирович! Меня зовут Ринат Айсин, я строитель из Сургута. 15 лет назад Вы были в нашем городе, с тех пор многое изменилось к лучшему.

Я хотел презентовать Вам проект Poiskstroek. Строительная отрасль является локомотивом развития нашей страны. Государство, как Вы только что сказали, вкладывает огромные средства, колоссальные средства в развитие данной отрасли, и хотелось бы, чтобы данные средства расходовались эффективно и прозрачно. Предприятия строительной индустрии, поставщики строительных материалов, вся индустрия в целом и предприятия смежных отраслей – это порядка 700 тысяч компаний, и, по большому счету, все они постоянно ищут подряды, заказчиков и партнёров.

Государство создало сайт для этого, это сайт госзакупок. Для того чтобы им пользоваться, нужно содержать большой штат сотрудников, которые каждый день мониторят его для того, чтобы найти себе подряды. Моя компания отошла от этого. Для того, чтобы снизить затраты, мы решили создать сервис, этот сервис – Poiskstroek.

Определённым образом по определённой уникальной технологии мы с портала госзакупок забираем информацию о подрядчиках, о подрядах, систематизируем её и предоставляем нашим пользователям и клиентам в разбивке регионов, городов, заказчиков, кто выиграл и, самое главное, какая стоимость той или иной работы. Сейчас у нас в базе подрядов и контрактов на 3 триллиона рублей – всё до последней копейки. Мы удивительную информацию получили, которую не ожидали: наши клиенты, например, компания из Липецка, которая торгует металлопрофилем на всю территорию Российской Федерации через филиальную сеть, к своему удивлению нашла подряды и куда она может поставить свою продукцию в соседнем регионе.

Совсем удивительный случай: компания, которая поставляет игрушки, получила информацию через наш сервис относительно всех строящихся детских садов на территории Российской Федерации. Кстати, сервис, как мы потом узнали, когда разработали, позволяет выявить все детские сады, стоимость одного места, стоимость самого сада – для того, чтобы информация эта была видна.

Таким образом, мы сфокусировались на поддержке малого и среднего бизнеса в строительной отрасли для того, чтобы предприятия могли эффективно работать и свою производительность труда увеличить.

Мы достаточно долго топтались на месте, не могли никак выйти на реализацию данного сервиса. Узнали о ФРИИ, подали туда документы, и нас сразу же подхватили. Сначала в Сургуте в заочном акселераторе дистанционно нас обучали эксперты ФРИИ, потом они нас пригласили сюда, в Москву. И вот здесь, в Москве, три месяца в прошлом году мы проходили обучение, и я удивился всему увиденному, потому что люди разговаривали на другом языке совершенно. Я им про сметы, про ростверки – они мне сугубо айтишные термины.

По большому счету, создана среда, где мы можем общаться, и мы для кого-то уже являемся экспертами, а они нам тоже помогают какие-то вещи реализовывать. ФРИИ, как магнит, собирает проекты со всей страны, доводит их до ума, и, самое главное, это суперскоростной лифт для доведения этих проектов до практической реализации. Самое главное – практическая реализация на территории Росси и всего мира. Поэтому Кириллу Викторовичу и всей команде огромное спасибо, и Вам, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Уже настоящий администратор.

Р.АЙСИН: Самое главное, наши пользователи, которые начали уже использовать этот сервис, не останавливаются на достигнутом, постоянно что-то новое просят, просят [учесть] внебюджетные стройки и увеличить горизонт планирования.

В этой связи мы сейчас совместно с Фондом отрабатываем возможность обращения в Министерство строительства и ЖКХ на предмет систематизации всех выданных в Российской Федерации разрешений на строительство. Это позволит простым фирмам узнать, что будет строиться торговый центр или будет строиться магазин, то есть там, где не участвует бюджет. Это дополнительно позволит им увеличить свою эффективность.

И хотим обратиться в крупнейшие банки для того, чтобы понять, где и какие инфраструктурные кредитные ресурсы размещены, чтобы тоже туда можно было разместить своё производство и поставлять свою продукцию.

В.ПУТИН: К Владимиру Леонидовичу [Богданову] обратитесь в «Сургутнефтегаз», он богатый, у него самый большой банк. Только он очень консервативно работает со своими активами. Правда, много делает и для развития вашего города. Вы предложите ему свои продукты – может быть, он заинтересуется. Там есть над чем поработать.

Р.АЙСИН: И хотим обратиться в Министерство финансов и Министерство экономического развития. В принципе, государство много создало для того, чтобы строительная отрасль развивалась: и 44-й ФЗ, и 223-й, и в прошлом году Вы подписали 172-й Федеральный закон о стратегическом планировании. И самый большой административный барьер для строителей сейчас, я считаю, это отсутствие понимания планирования.

То есть я, допустим, заработал деньги и хочу их вложить куда-то: построить бетонно-растворный узел или купить производственную базу, тот же каток приобрести, – и я должен в конечном итоге окупить эти активы. Если я буду понимать, что 172-м законом о стратегическом планировании предусмотрен до 2030 года государственный план, каких-то инвесторов планы, – когда мы всё это дело совмещаем, я понимаю для себя, что будет строиться стадион или будет строиться перинатальный центр в этом городе. Естественно, я туда начинаю инвестировать. Поэтому я считаю, что строители, инженеры XXI века истосковались уже по Госплану, чтобы видеть, какие объекты будут строиться.

В.ПУТИН: То есть нужна стабильность?

Р.АЙСИН: Да. И в заключение хотел сказать, что импульс строительная отрасль – новый импульс развития – я думаю, получит как раз таки с помощью IT-технологий, поддерживаемых Вами. Спасибо.

В.ПУТИН: Вам спасибо.

Но, без всяких шуток, надеюсь, Владимир Леонидович Богданов нас услышит и с Вами встретится – встретьтесь с ним, поговорите. Огромная компания, одна из ведущих в стране, с огромными инвестиционными планами. Реально вы можете оказать им хорошую помощь – и им будет полезно, и вам тоже. И потом они много в регионе работают и по всей стране.

К.ВАРЛАМОВ: Владимир Владимирович, много говорили о развитии внутреннего туризма. У нас в Фонде есть проект, который нашёл весьма оригинальную модель резкого снижения стоимости проживания в гостиницах. Я бы хотел дать слово Андрею Алексеевичу Шевелёву.

А.ШЕВЕЛЁВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Андрей Шевелёв, я из Красноярска. Мы создали проект «Турбазар».

Внутренний туризм сейчас переживает очень интересные времена – на подъёме, во многом, как ни странно, благодаря санкциям и росту курса доллара. С одной стороны, это помогает людям сориентироваться в большей степени на отдых внутри страны, но с другой стороны – остаются проблемы.

Проблемы связаны с доступностью местного отдыха как в информационном плане, так и в финансовом. По этой причине часто объекты отдыха нашей страны: турбазы, дома отдыха, отели – недогружаются, простаивают. Наше решение помогает объектам увеличить загрузку номеров, а туристам – отдохнуть дешевле. При этом туробъекты на нашей площадке выставляют свой товар лицом в удобном для информационного потребления виде.

В.ПУТИН: А за счёт чего дешевле?

А.ШЕВЕЛЁВ: У нас уникальное решение, не имеющее аналогов в России и даже в мире, мы мониторили специально.

В.ПУТИН: Не заплатить и уехать? (Смех.)

А.ШЕВЕЛЁВ: Мы придумали продавать туризм по модели аукциона: туробъекты свои свободные номера выставляют у нас в качестве лотов по начальной цене один рубль.

В.ПУТИН: Здорово.

А.ШЕВЕЛЁВ: Такая цена привлекает внимание людей, они заинтересовываются продуктом отеля, делают ставки, соревнуются между собой – и побеждает тот, кто сделал максимальную ставку. При этом ему после победы приходит на почту путёвка, он её оплачивает прямо на сайте и довольный едет отдыхать по цене, как правило, в три раза дешевле, чем по прайсам.

С другой стороны – откуда такой аттракцион невиданной щедрости? Дело в том, что объекты отдыха получают рекламу. У нас такой механизм работает на сайте, ноу-хау: чтобы принять участие в промоаукционе, пользователь должен разместить у себя в социальной сети рекламу объекта: «Я еду в дом отдыха «Дружба» по цене 4 рубля». Соответственно такое сообщение привлекает внимание друзей пользователя, они заходят по ссылке: куда же там поехал мой друг? И, в общем, вовлекаются в торги, также узнают про места отдыха.

В.ПУТИН: Интересно. А география у вас какая?

А.ШЕВЕЛЁВ: На сегодняшний момент мы охватили 15 регионов: в 15 регионах пользователи могут уже поторговаться. Стартует сейчас механизм, который позволяет не только принять участие в аукционе, а ещё просто поторговаться с отелем, предложив ему свою цену. Но при этом надо выполнить условия, выгодные для отеля, то есть поехать в «низкий сезон», большой компанией. Вот такой у нас проект.

В.ПУТИН: Здорово. Сколько человек примерно прошло через вашу компанию?

А.ШЕВЕЛЁВ: Около 60 тысяч человек, несмотря на то что нам всего четыре месяца. Во многом, конечно, помогли нам во ФРИИ с бизнес-моделью. До этого мы полтора года занимались тем, что создавали систему онлайн-бронирования, которая помогает оцифровать как раз туристический продукт для малоизвестных туробъектов.

В чём проблема на сегодняшний день? Я говорил про информационную доступность туризма: по нашим оценкам, оцифровано всего где-то 20 процентов туристического продукта, тогда как Европа вся оцифрована – любой хостел, любой мини-отель можно купить из любой точки земного шара.

У нас есть конкретное предложение, Владимир Владимирович, для государства, для развития отрасли. Мы разработали уникальную систему бронирования, которую мы можем буквально подарить, бесплатно отдать России, в каком-то частно-государственном партнёрстве развить, и помочь оцифровать.

В.ПУТИН: Вы с нашим [Федеральным] агентством по туризму в контакте или сами по себе?

А.ШЕВЕЛЁВ: Нет, хотели Вас попросить свести нас.

В.ПУТИН: Сделаем, конечно, обязательно.

А.ШЕВЕЛЁВ: Для сравнения, в Европе больше 60 процентов туристических услуг продаётся через интернет, а в России хорошо если двадцать, то есть есть куда расти. И здесь можно очень быстро сделать рывок, буквально за год при нормальном сотрудничестве с Федеральным агентством по туризму мы можем сделать хороший результат.

В.ПУТИН: Давайте. Обязательно вас состыкуем с ними и соответствующее административное сопровождение обеспечим.

А.ШЕВЕЛЁВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Спасибо Вам. Удачи!

К.ВАРЛАМОВ: Дальше я хотел бы рассказать о проекте, который мы уже показывали Вам, привозили сюда, и было по нему поручение, довольно успешно выполненное.

Но прежде чем его представить, хотел бы рассказать о другом поручении, которое Вы дали 10 июня в прошлом году на встрече с интернет-предпринимателями, оно касалось законодательных инициатив.

Законодательные инициативы прошли все необходимые чтения и были Вами подписаны 8 марта. Они касались опционных соглашений и ряда других условий. И хочется сказать большое спасибо и объяснить, что на самом деле это фундаментальные изменения для российского законодательства, которых ждали с 2007 года. Только благодаря Вашему поручению удалось их сдвинуть. Они очень важны, потому что позволяют повысить привлекательность Российской Федерации как юрисдикции для структурирования сделок, чтобы наши инвесторы и предприниматели создавали компании здесь, а не на Кипре или ещё где-то в другом месте. Это фундаментальный действительно сдвиг и позволяет как раз привлечь сюда компании.

Но неправильно было бы сказать, что всё сделали. Нужен ещё ряд изменений, в частности необходимо такое понятие, как конвертируемый заём, чтобы инвестор мог быстро в качестве кредита предоставить деньги предпринимателю, а потом по понятным условиям конвертировать их в долю. Сейчас это довольно сложно сделать в текущем законодательстве.

В.ПУТИН: В чём сложность?

К.ВАРЛАМОВ: Сложность в понятных правилах, чтобы все риски и у инвестора, и у предпринимателя были застрахованы...

В.ПУТИН: Я не очень пока понимаю, о чём Вы говорите, давайте разберёмся, потому что банк если даёт кредит, он всегда может конвертировать это потом в долю в бизнесе, финансовое учреждение может...

Г.КЛИМЕНКО: Речь идёт о фиксированной части, а на самом деле, на практике в зависимости от результатов доля может меняться. То есть можно дать, условно, 200 миллионов рублей с правом конвертировать в 10 процентов. Но у нас нет возможности, если команда отработает лучше, чтобы доля изменилась.

В.ПУТИН: Но это же по договорённости сторон можно.

К.ВАРЛАМОВ: В суде невозможно это доказать сейчас. Могут не выполнить договорённости, и потом в суде это не доказать.

В.ПУТИН: Можно же всё это прописать: в зависимости от такого-то результата будет то-то – можно прописать в договоре всё. Если кто-то не исполняет, это можно оспорить в суде, если написано на бумаге. Но если Вы считаете, что этого инструментария недостаточно, – предлагайте.

К.ВАРЛАМОВ: Также необходимо расширить механизм привилегированных классов акций, для того чтобы более тонко можно было бы прописывать отношения между инвесторами и предпринимателями. Опять же недостаточно механизма в законодательстве. Прошу Вас дать поручение Правительству, Администрации Президента, для того чтобы рассмотреть в установленном порядке и внести в Государственную Думу.

В.ПУТИН: Давайте, только Вы оформите, пожалуйста, это, чтобы было понятно, о чём идёт речь, до деталей.

К.ВАРЛАМОВ: Я сейчас хотел бы предоставить слово Глебу Ерохину, проект «Все эвакуаторы России». Он расскажет о том, что за полтора года им удалось сделать.

Г.ЕРОХИН: Добрый день, Владимир Владимирович!

Мы с Вами встречались в ноябре 2013 года, я рассказывал о том, что ехал из города Астрахани в Москву, сломался и не смог вызвать эвакуатор, и из этого родился проект «Все эвакуаторы России». Суть его достаточно простая – это вызов эвакуатора в любой точке мира с минимальным временем подачи эвакуатора и с минимальной стоимостью. В 2014 году мы закончили акселератор совместно с Фондом, привлекли частных инвесторов и проработали достаточно активно эти два года. Сейчас хотелось бы обозначить свои результаты.

Прежде всего мы на текущий момент спасли уже более 13 тысяч машин, которые попали либо в ДТП, не дай бог, либо сломались просто на трассе, либо ушли в кювет, причём это машины как легковые, так и грузовые. Кроме этого, мы снизили стоимость этой услуги для населения на 14 процентов по сравнению с рынком, это в денежном выражении порядка 1400–1500 рублей, то есть из-за того, что внутри нашей системы заложен механизм торгов, за каждый заказ ответственные исполнители торгуются между собой.

Мы расширили географию и запустили аналогичные сервисы на Украине, в Белоруссии, в Казахстане. Причём на Украине мы обрабатываем заказы в основном частного сектора, в Казахстане это у нас B2B-сегмент.

В этом году была проведена плотная работа совместно с Министерством по чрезвычайным ситуациям под руководством министра Пучкова и замминистра Степанова. В результате совместно мы сформировали методические рекомендации для службы 112 и уже практически начали её внедрять с Курской, Калужской областями и Республикой Татарстан. То есть теперь при звонке в службу 112, кроме спасения гражданина и направления ему полиции, возможно ещё вызвать автопомощь для его транспортного средства, если она ему необходима, если, не дай бог, конечно, с ним что-то случилось.

Кроме этого мы проработали с системой «ЭРА-ГЛОНАСС», провели стыковку наших систем взаимодействия. Мы знаем, что в этом году запускается система «ЭРА-ГЛОНАСС», направленная на спасение граждан при ДТП, на мгновенную реакцию: через девять секунд получают данные МЧС, скорая помощь, полиция, и также мы эти данные получаем, для того чтобы туда направить транспортные средства в виде эвакуатора либо технической помощи – освободить дорогу и, соответственно, не производить заторы на дороге.

На наш взгляд, это такой глобальный проект, который фактически на самом деле изменит рынок помощи на дороге и автомобильный рынок в России, как нам кажется. Мы подготовили достаточно интересные предложения по коммерциализации ОАО «ГЛОНАСС». Ожидаем сейчас запуска системы, для того чтобы дальше развернуть работу. Также мы сделали предложение для АвтоВАЗа и КамАЗа для оказания сервисных услуг: например, если вдруг какое-то транспортное средство ломается в течение гарантийного срока, чтобы его эвакуировать абсолютно бесплатно для потребителя.

В.ПУТИН: А при чём здесь производитель?

Г.ЕРОХИН: Такая практика присутствует для иностранных производителей. Мы сделали такое предложение нашим производителям и будем ждать, какая от них будет реакция. Тем более мы знаем, что они интегрируют систему «ЭРА-ГЛОНАСС» в транспортные средства, поэтому было бы логично, чтобы потребитель нажал кнопочку SOS в машине и получил весь спектр услуг, которые ему положено получать от автопроизводителя в виде гарантии.

Наши европейские партнёры, с которыми мы работаем в России и заказы которых обрабатываем, рекомендовали нам посмотреть Китай. Мы, конечно, удивились в плане принятия нашего сервиса в Китае – там 19 миллионов машин продаётся в год, он достаточно большой. Мы решили, что там все уже вопросы решены с автопомощью. Но, оказалось, нет. В начале этого года мы провели переговоры и демонстрацию нашей системы в Китае, и китайские партнёры проявили интерес к нашему программному и техническому решению и к бизнес-модели. Мы договорились, что запустимся в ближайшее время в виде «пилота», как они сказали, в небольшом региональном городе в 3–5 миллионов человек, для того чтобы отработать там…

В.ПУТИН: Маленький такой, деревня такая.

Г.ЕРОХИН: Да, сказали: сделаем небольшой «пилот».

То есть фактически благодаря Фонду за два года мы шагнули от идеи, когда я замерзал на трассе, до возможности создания компании и выхода её на международный рынок именно в области программного обеспечения.

В.ПУТИН: Для того чтобы придумать что-то хорошее, надо замёрзнуть.

Г.ЕРОХИН: Вероятно, в этот момент времени мозг активно работал. Поэтому хотел бы сказать спасибо…

В.ПУТИН: У нас есть такая международная организация – Шанхайская организация сотрудничества, и там есть бизнес-форум, где встречаются предприниматели и между собой обговаривают все проекты. Вам нужно туда подключиться, к этой работе.

Г.ЕРОХИН: Обязательно подключимся.

В.ПУТИН: Там, кроме контактов между собой, у бизнеса есть ещё и такая панель, как контакты с первыми лицами правительств и государств. Так что там можно это всё попробовать изложить.

Г.ЕРОХИН: Мне это очень интересно в рамках развития сервиса вне нашей страны.

В.ПУТИН: Давайте так и сделаем.

К.ВАРЛАМОВ: Ещё один интересный сервис, довольно актуальный в текущее время, – сервис для трудовых мигрантов, чтобы люди могли искать работу, и там много разных полезных вещей. Представляет Наталья Вадимовна Хмельницкая.

Н.ХМЕЛЬНИЦКАЯ: Я представляю наш сервис, это интернет-проект «Тутждут» по адаптации и социализации трудовых мигрантов. Понимая остроту этой проблемы и оценивая правильно экономический потенциал этой аудитории, мы решили предложить наше решение именно для неё.

Каждый день мы слышим в СМИ словосочетание «проблемы миграции», и мы решили разобраться, проведя исследование, какое решение мы можем предложить для упрощения этой проблемы. Наше решение и новизна его состоят в том, что на одной площадке мы объединяем все заинтересованные стороны: это мигранты, заинтересованные в них работодатели и органы управления, – помогая в рамках нашего сервиса решать общие задачи.

Задачи простого человека, который переезжает в другой город, а тем более в другую страну, понятны. Он хочет получить информацию в доступной форме о правилах нахождения в стране, найти работу в соответствии с имеющейся квалификацией, недорогое жильё и земляков, готовых помочь ему в тяжёлый период первичной адаптации. Всё это мы учли в нашем функционале. С другой стороны, в этой аудитории заинтересованы работодатели, потому что трудовые ресурсы – это «бензин» для нашей экономики. Тем более, понимая те задачи, которые стоят, в том числе инфраструктурные, мы должны снижать издержки на привлечение необходимых специалистов, при этом помогать повышать эффективность бизнеса, что тоже важно. Мы создали бесплатный функционал для работодателей по размещению вакансий, в том числе по поиску специалистов по соответствующим критериям.

Что касается органов управления, мы помогаем им осуществлять доступ к аудитории, чтобы они могли доносить новости по изменениям в законодательстве, по правовому положению иностранных граждан. Также являемся хорошим инструментом мониторинга изменений миграционных процессов.

Наша аудитория разнообразна. Порядка 40 процентов – это россияне, которые переезжают в поисках лучшей работы в другие города. Летом 2014 года мы получили достаточно большой всплеск интереса со стороны граждан Украины, понятно почему. Мы им объясняли, как правильно легализоваться и оформиться и в качестве беженцев, и в качестве трудовых мигрантов.

На сегодняшний день в поддержку инициатив государства для граждан стран СНГ, в поддержку нового закона мы создали функционал, который позволяет бесплатно протестировать онлайн знание истории России, а также русского языка, узнать о всех необходимых документах, которые нужно собрать, чтобы получить патент на работу в Российской Федерации.

Благодаря фонду интернет-инициатив, который помог и поддержал нас на самой начальной стадии, мы получили поддержку и оценку лучших экспертов в области интернет-технологий, которые научили нас на самом деле делать этот интернет-бизнес. В области телекоммуникаций мы получили доступ к консультантам по финансовым услугам, что позволило нам по-другому взглянуть на потенциал нашего проекта. И именно благодаря ФРИИ сегодня мы готовы перейти к новому уровню взаимодействия, в том числе и с региональными органами управления, по актуализации вакансий в регионах, а также по работе в области мониторинга миграционных процессов.

В.ПУТИН: Хорошо.

Вы про Украину вспомнили. Из 2,5 миллиона мигрантов из Украины миллион 300 тысяч – это мужчины призывного возраста. Понятно, по каким причинам они здесь находятся, но им тоже нужно работать, деньги зарабатывать легальным путём, поэтому, конечно, для этой категории очень важно, но и в целом важно для всех.

Я понимаю, термин, но всё-таки лучше не употребляйте «как бензин для нашей экономики». Люди всё-таки, и люди нам не чужие, это всё бывшие республики Советского Союза.

Н.ХМЕЛЬНИЦКАЯ: Да, я сама родилась, выросла в Ташкенте и в возрасте 16 лет приехала в Россию. Считаю, что и другие люди могут реализовать свой потенциал, если правильно предоставить им возможность.

В.ПУТИН: Конечно, важно только, чтобы всё это было цивилизованно. У вас, я посмотрел, здесь и медстраховка, и вакансии, и социальные проблемы – всё это очень важно. Когда люди попадают в нормальную среду, тогда они и ведут себя по-другому. Поэтому это важно и для них, и для местных граждан, которые, конечно, озабочены ростом преступности и всякими другими проявлениями негативного характера. Но такие проекты, конечно, будут сглаживать и нивелировать все проблемы. Очень хорошо.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект – это TakeBus, сервис по продаже билетов на междугородные автобусы, на пригородные автобусы, Олег Мифтахов .

О.МИФТАХОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Олег Мифтахов, я представляю сервис TakeBus. Это сервис по покупке билетов на междугородные автобусы через интернет для пассажиров, которые хотят купить билет без очереди и с гарантией места.

Несколько лет назад мы были студентами, учились в Челябинске и на выходные ездили домой к родителям. Часто эти поездки были сопряжены с определёнными трудностями: чтобы купить билет заранее, приходилось ехать на автовокзал, стоять там в очереди. Иногда случались совсем неприятные истории, когда, отстояв очередь, слышали от кассира, что билетов на ваш рейс уже нет, и приходилось переносить поездку.

Сейчас, повзрослев, набравшись опыта, мы сформировали команду и взялись за решение этой проблемы. Ведь проблема достаточно широкая – более 100 миллионов людей в год пользуются этим видом транспорта и попадают в те же самые проблемы: очереди, надо ехать заранее за билетом и так далее. Сейчас мы активно развиваем покрытие нашего сервиса. Мы подключили все автовокзалы нашей родной Челябинской области. За время прохождения программы развития в Фонде мы заключили соглашения с московскими автовокзалами.

Для нас вообще покрытие является основным драйвером развития. Важно, допустим, то, что мы уже сделали в Москве: человек может купить билет из Москвы в регионы. Но он не может купить билет обратно, потому что автовокзалы в регионах пока ещё не автоматизированы в этом плане. Здесь мы сталкиваемся с небольшой трудностью, процесс заключения договора с автовокзалом достаточно длительный для нас. Если мы техническую сторону вопроса освоили очень хорошо и делаем за неделю-две, то процесс заключения договора, обсуждение всех формальных вопросов может затягиваться на 3–6 месяцев.

Очевидно, если двигаться такими темпами, то можно наш проект строить 10 лет. Мы бы хотели это сделать значительно быстрее и хотели бы обратиться в Министерство транспорта с инициативой о том, чтобы они более внимательно посмотрели на ту схему, которую мы используем технически, которая позволяет нам это делать быстро, и помогли с масштабированием её в рамках страны.

В.ПУТИН: Я министру скажу обязательно, это хорошая идея. Реально, казалось бы, такая мелкая вещь, а на самом деле людям жизнь будет облегчать, конечно. Поэтому я обязательно скажу Максиму Юрьевичу Соколову. Надо будет вам встретиться и поговорить, ладно?

О.МИФТАХОВ: Спасибо.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект – сервис «Рентмания». Это сервис для сдачи вещей, как прокат раньше существовал, сейчас они почему-то пропали, и ребята возрождают. Людмила Булавкина расскажет про свой проект.

Л.БУЛАВКИНА: Здравствуйте, друзья! Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Людмила Булавкина, и я действительно хочу рассказать о том, как мы задумали возродить популярную некогда тему проката в нашей стране.

Мы делаем сервис, который соединяет между собой людей, желающих сдать на время «скучающие» вещи и заработать на этом, с теми, кто отказался от покупки в пользу временного пользования за счёт существенной экономии на этом.

Для тех, кто берёт вещи на время, мы, конечно же, предлагаем возможность сэкономить. Приведу несколько примеров. Сейчас, на пороге велосипедного сезона, кто-то задумается купить велосипед, это минимально обойдётся в 10 тысяч рублей. Кто-то, возможно, возьмёт велосипед напрокат в парке – это 250–300 рублей в час. А если обратиться на нашу площадку, то можно найти предложения за ту же стоимость, но уже на целые сутки или на выходные. Для семьи из четырёх человек такая возможность – это уже ощутимая экономия семейного бюджета.

Есть случаи, когда аренда выступает не просто способом сэкономить, но действительно избежать лишней покупки вещи, которая требуется лишь однажды. Недавно у нас был случай: мужчине после травмы ноги была рекомендована терапия на велотренажёре. Он сначала, возможно, рассматривал идею покупки, потом искал абонемент в фитнес-клуб, в итоге нашёл нас и арендовал велотренажёр за три тысячи рублей на месяц, то есть ровно на тот период, когда ему врачом было рекомендовано. В дальнейшем ему этот товар может не понадобиться.

Есть ещё более экзотические случаи, когда вещь действительно нужна уникальная. Например, такой случай: иногда детям прописывают психологическую терапию с редкими животными. Понятно, что содержать такое животное, покупать его тоже не стоит, лучше обратиться, взять его на время – от одного дня до месяца.

Всё-таки главный аргумент воспользоваться арендой – это экономия. Как правило, стоимость вещей – это лишь 10 процентов от стоимости их покупки. Что мы предлагаем тем людям, которые сдают у нас в аренду – а это может быть любой гражданин нашей страны, у которого «скучает» на балконе велосипед, хлебопечка, любая кухонная утварь, – это, естественно, возможность дополнительного заработка, при этом заработка удобного и безопасного. То есть на нашей площадке мы помогаем соединиться арендатору с арендодателем, подсказываем, как правильно оформить договор, как провести безопасный платёж, в том числе сейчас рассматриваем вопрос, как сделать процедуру уплаты налога с дохода, полученного от сдачи в аренду, более комфортной.

Мы видим, что часть граждан тем или иным образом уже на самом деле сдают [вещи] в аренду, не называя это никаким бизнесом, не выступая в роли предпринимателей, скажем так, полуиграючи. Мы хотим, чтобы благодаря нам этот теневой сектор стал более легальным и люди чувствовали себя полноценными предпринимателями, сдавая вещи в аренду.

Нашему сервису чуть более года, сейчас у нас представлено более тысячи предложений.

В.ПУТИН: Вы просто соединяете людей или вы имеете какие-то помещения производственные дополнительные?

Л.БУЛАВКИНА: Нет, у нас нет складов, мы сами небольшая прокатная компания. То есть у меня за спиной тысяча велосипедов, они на самом деле есть, но не мои, не наши. Любой гражданин приходит со своим предложением, размещает этот товар…

В.ПУТИН: А потом из рук в руки передают.

Л.БУЛАВКИНА: Возможно помочь и с доставкой. Пока мы работаем только в Москве, но этот город сам по себе настолько огромный, что у нас здесь много возможностей. В планах, конечно, выйти во все крупные города России, предложения к нам уже поступают, то есть нас хотят видеть в других городах.

Первые сделки у нас начались как раз год назад, когда мы попали в ФРИИ и научились, собственно, брать комиссию со сделок. Помогая людям, соединяя их, мы берём комиссию со сделок. Очень надеемся, что проект будет народным, любимым и поможет многим в непростое время сберечь средства.

В.ПУТИН: Это в любое время полезно, это точно абсолютно.

Л.БУЛАВКИНА: Спасибо за поддержку.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект помогает решать проблему блокировки пиратства, и его представит Андрей Константинович Клименко, проект «Oppty», пожалуйста.

А.КЛИМЕНКО: Добрый день, Владимир Владимирович! Здравствуйте, уважаемые гости!

Меня зовут Андрей Клименко, я руководитель технологической компании из города Перми. С 2011 года мы занимаемся борьбой с пиратством в интернете. Я думаю, что Вы в курсе, знакомы, наверное, с проблемой пиратства в интернете, и многие находящиеся в зале знакомы, особенно в российском сегменте.

Примерно год назад я наблюдал за тем, как моя семилетняя племянница искала мультфильмы в интернете. Первый же десяток ссылок, который она нашла, вёл исключительно на пиратские сайты. И это само по себе уже плохо, потому что эти пиратские сайты отбирают доходы у артистов, у мультипликаторов, у режиссёров. Но там, на этих сайтах, мультфильм был буквально окружён баннерами с совершенно непристойным содержанием, совершенно недетским. И примерно с половины сайтов на компьютер пыталась установиться какая-то шпионская программа или вирус. Так, получается, пираты зарабатывают, с одной стороны, действительно отбирая доходы, а с другой стороны, впихивая какую-то непотребную рекламу.

Как с этим быть? У нас недавно принят ФЗ–187 о борьбе с пиратскими сайтами, и к нему даже уже есть поправки, например, недавно подписанный ФЗ–364. Хотя не все правообладатели ещё научились им пользоваться, он уже начинает работать, и Роскомнадзор более или менее эффективно начинает блокировать сайты. Но я предлагаю посмотреть на то, как это происходит, глазами обычных пользователей.

У нас есть небольшая доля пользователей, которую условно можно назвать «квалифицированные, убеждённые, уверенные пираты». Что бы мы ни делали, они всегда будут пользоваться нелегальным ресурсом и очень редко будут заходить на легальные. Есть другая часть, в противовес. Она ещё пока не очень большая, но растёт, это очень хорошо. Это такие убеждённые пользователи легальных ресурсов, они квалифицированные пользователи интернета, они знают, чем отличаются легальные ресурсы от нелегальных, они очень редко попадают на пиратские сайты.

Но большая часть людей – по исследованиям, это две трети пользователей – вообще в принципе не отличают пиратский сайт от непиратского. И в итоге они заходят в поисковик, набирают название фильма, им также, как моей племяннице, выводятся ссылки. Заходят на первую – ссылка заблокирована, и они видят какую-то техническую заглушку, на которой информация: сайт заблокирован в соответствии с законом номер такой-то. Информации полезной ноль, а ведь потребность-то не удовлетворена. Он возвращается в поисковик, набирает ещё раз, переходит на вторую ссылку, на третью ссылку, и так ходит по кругу, пока в конце концов всё равно не находит пиратский сайт.

Мы считаем, что это нелогично, несправедливо, и это нужно решать. Более того, правообладатели нас тоже поддержат, потому что они понимают, что сама по себе блокировка сайта им пользователей не приводит, нужно сгенерировать поток этих пользователей к ним, на легальную платформу.

Мы благодаря ФРИИ уже установили контакты с различными государственными органами, например с ФОИВом, который ответственен за выполнение блокировки, – это Роскомнадзор. Но нам требуется ещё и дополнительная поддержка, для того чтобы реализовать наши идеи в жизнь. У нас есть набор уникальных идей и набор уникальных технологий. Надо сказать, что мы за три года полноценной работы обнаружили, что наши подходы действительно являются уникальными не только для России, но и для зарубежья. У нас, например, есть клиенты в Индии, это продюсеры, которые производят фильмы в Болливуде и заказывают у нас услуги по защите своего контента от пиратства.

И наша первая просьба. Мы на самом деле очень хотим расширяться именно в азиатский регион. Китай, например, нас интересует с точки зрения очень крупного потенциального рынка. И поэтому, если бы мы могли представить свои предложения, и они могли бы быть поддержаны по линии Минэкономразвития, то мы могли бы помочь нашим китайским коллегам, в том числе решить их проблему с пиратством, которая в Китае тоже присутствует.

Но, кроме китайского рынка, конечно, у нас приоритетный рынок – это Россия. И здесь мы тоже видим одну из ключевых своих задач в поддержке именно отечественных производителей кино. Мы знаем, что Вы следите за работой Минкульта, Фонда кино по поддержке отечественного производства. У нас есть конкретное решение, как помочь Минкульту и Фонду кино повысить сборы российского кинопроизводства. И мы хотели бы эти предложения Вам представить.

В.ПУТИН: Давайте, интересно.

А.КЛИМЕНКО: Спасибо большое. Я бы хотел, чтобы Вы по возможности дали свою оценку нашим предлагаемым инициативам.

В.ПУТИН: Я должен их увидеть. Вы их сформулируйте, отдайте. Обязательно и с Минкультом переговорим, и постараемся через наши соответствующие международные службы помочь вам выйти на азиатские рынки, закрепиться там.

А.КЛИМЕНКО: Спасибо большое.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект – это проект Forecast NOW, и представит его Александр Александрович Грицай. Это интеллектуальные системы управления складскими запасами. Как раз я говорил, что специалист по логистике может принять участие в нашем проекте.

А.ГРИЦАЙ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Александр Грицай, я из Твери. Вот уже пять лет мы занимаемся темой управления товарными запасами и разработали систему прогнозирования потребительского спроса и оптимизации товарных запасов для малых и средних торговых предприятий.

В.ПУТИН: Как Вы вообще вышли на эту тему?

А.ГРИЦАЙ: Это очень долгая была история, она началась ещё в университете.

В.ПУТИН: Здесь, понятно, коллега замёрз на дороге – думал, как бы эвакуироваться, и придумал и для себя, и для всех. А Вы как к товарным запасам подобрались?

А.ГРИЦАЙ: Учился в Тверском государственном университете, и мне была очень интересна тема машинного обучения, нейронных сетей, все эти разные сложные термины, и хотелось решать какую-то практическую задачу.

У моего научного руководителя была возможность получить доступ к базе продаж ларька, одного обыкновенного ларька. И мы занялись прогнозированием продаж батончиков – «сникерсов», «марсов» – и вышли на потрясающую точность, которая просто не шла в сравнение ни с какими другими, зарубежными. Мы сравнивали-сравнивали и в итоге вышли на потрясающую точность.

Но путь от этой технологии до конечного продукта был огромный: мы и без зарплаты четыре месяца работали, и инвестиции с трудом поднимали. И в результате мне пришлось и закупщиком поработать, чтобы реально понять, в чём состоит эта проблема и как её решать. И вот я оказался здесь. Соответственно, сейчас мы уже глубоко в этой теме разбираемся.

В чём состоит задача? Нередко покупателю приходится обойти много магазинов в поисках нужных товаров и не найти их все в одном месте, а при этом у предпринимателя склады могут быть забиты под завязку. Предприниматель теряет прибыль, а покупатель уходит недовольным. Как это получается? Всё дело в неэффективном управлении товарными запасами, когда одних товаров на складе много, других недостаток и дефицит.

Крупные компании, конечно, имеют решение для подобной задачи. Маленькие справляются либо просто просмотром помещения, того, что уже закончилось – соответственно, они уже теряют прибыль, либо используют какие-то примитивные алгоритмы, они им как-то помогают.

Не все знают, что на этом можно экономить и оптимизировать запасы. Для примера: клиенты, которые используют наши решения, экономят порядка 20–30 процентов склада. Был у одного из наших клиентов склад в 100 миллионов рублей, стал 70 миллионов, и это притом что у него выросли продажи, он смог расширить свой бизнес за счёт того, что он понял, в какой ассортимент ему нужно вкладывать деньги.

Мы работаем уже три года, соответственно, продукт на рынке где-то года полтора, и сотни торговых точек по всей России используют наши решения, не только Россия, но это и Казахстан, и Белоруссия. В основном это не продуктовый сегмент, а строительные материалы, электротовары. Во ФРИИ мы пришли совершенно без понимания того, как продукт можно продавать, потому что он у нас сам продаётся.

Для малого и среднего бизнеса особых решений нет, потому что они очень сложные и громоздкие, ориентированные для крупного бизнеса. И даже если подарить малому бизнесу такую систему, он ею не сможет пользоваться эффективно, потому что либо ему нужно нанимать штат аналитиков, которые ещё больше затрат ему принесут, либо система будет просто стоять. Мы с такими случаями сталкивались.

Наша разработка уникальна, заключается в том, что мы создали систему, которая по эффективности сопоставима с системами для крупных игроков, но позволяет с ней работать и неспециалисту. За этим стоит много наших алгоритмов, которые автоматически оптимально определяют для пользователя какие-то настройки, благодаря этому система доступна малому и среднему бизнесу. Но она сама как-то продавалась, через сайт нас находили. Только благодаря ФРИИ мы смогли осознать этот процесс продаж, выстроить его и действительно понять, как нужно продавать, и буквально в два раза увеличить оборот.

Особенно актуальна эта тема сейчас, в нелёгкие времена, когда бизнес реально задумался о том, что лежит на складе. Если раньше лежало 100 лишних миллионов – пусть они лежат, ничего страшного, то теперь эта проблема особенно актуальна. Поэтому нас все спрашивают, как сказывается кризис на нас, интернет-предпринимателях. На нас он сказывается: люди задумываются об этом.

В.ПУТИН: Одна из важнейших составляющих любой экономики – это понимание того, как работает реальный сектор и каков объём запасов. От этого зависит потребление, от этого в конечном итоге зависит и эффективность работы многих предприятий. Нам надо соединить вас с Минэкономразвития.

А.ГРИЦАЙ: Да, к сожалению, не все предприятия вообще знают об этом, многие путают понятие «автоматизировать» и «оптимизировать».

В.ПУТИН: Пусть Алексей Валентинович [Улюкаев] встретится, поговорит, просто посмотрит эти возможности.

А.ГРИЦАЙ: Спасибо.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект представит Алексей Игоревич Ремез, проект обеспечивает удалённую диагностику рака.

А.РЕМЕЗ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Меня зовут Алексей Ремез, я основатель компании Unim. Компания специализируется на онкологической диагностике.

Во всём мире, в том числе и в России, существует дефицит на высококвалифицированных специалистов-патоморфологов, а это ключевое звено онкологической диагностики, от которого напрямую зависит качество и успешность лечения пациентов. Наш продукт, наш сервис позволяет объединять компетенции ведущих специалистов и предоставлять доступ пациентам из любого региона, в том числе самого отдалённого, к онкологической диагностике самого высокого уровня, а это означает – самой высокой точности и в самые короткие сроки.

Например, жители Архангельской области уже имеют возможность консультации с ведущими российскими и зарубежными специалистами без необходимости ехать в Москву, Санкт-Петербург или за рубеж. Буквально в этот вторник девочке девяти лет с лимфомой было выдано заключение ведущими российскими специалистами через нашу систему. Девочке скорректировали диагноз, отменили нецелесообразный курс химиотерапии, это заняло менее суток. Консультировали случай врачи из Москвы и Ростова-на-Дону, и не потребовалось ехать в другой регион. Это сэкономило деньги, но, самое главное, время.

Компания существует менее года, но уже сейчас сервисом пользуются врачи из России, Германии, Великобритании, США, Норвегии и Украины. Это, несомненно, будущее всей мировой системы оказания онкологической помощи, потому что система не только качественно меняет диагностику, но и является инструментом для накопления статистики и информации об онкозаболеваниях, а это является основой разработки новых методик лечения рака. Если проводить аналогии, то это сотовая связь, которая меняла коммуникации между людьми в начале 90-х годов.

Медицинской базой для нас является Онкологический центр имени Дмитрия Рогачёва, созданный по Вашей инициативе. Я искренне считаю этот центр не только лучшим в России, но и лучшим в Европе, это абсолютно уникальное медицинское учреждение.

В условиях Российской Федерации с огромными территориями, большой численностью населения только широкое внедрение подобных сервисов позволит качественно изменить онкологическую диагностику, а значит, спасти жизнь и здоровье тысячам пациентов. Мы знаем, как это делать, и уже делаем это. Я прошу Вас поддержать наши инициативы по введению стандартов дистанционной диагностики в систему оказания онкологической помощи жителям Российской Федерации, включая ФФОМС, например, что позволит обеспечить самой высококвалифицированной помощью необеспеченных или малообеспеченных жителей России.

Второе узкое наше место – это закупка сканеров, необходимых для работы с подобным программным обеспечением. К сожалению, не во всех регионах – более чем в половине, но не во всех регионах Российской Федерации подобные сканеры есть. Они недорогие, но их, к сожалению, нет. Они позволят дать доступ к самой качественной диагностике жителям Владивостока, Калининграда, Крыма или любого другого субъекта Федерации.

В.ПУТИН: Сканеры берут, допустим, кровь или что?

А.РЕМЕЗ: Нет, если говорить про специфику, ключевым звеном онкологической диагностики, после того как у человека обнаружено какое-то новообразование, является биопсирование с последующим морфологическим исследованием. Конечный продукт морфологического исследования – это стекло, которое врач изучает под микроскопом. Это стекло можно оцифровать, получается большой графический файл, это самая большая data, которая есть в медицине, – несколько гигабайт. Снимок КТ и МРТ – это сотни гигабайт. Таким образом, оцифровав его и отправив через нашу систему на консультацию, можно в самые короткие сроки получить мнение узкоспециализированного либо очень опытного специалиста. Кроме того, это возможность действительно анализировать в автоматическом режиме эти данные, накапливать статистику, и это будет, безусловно, прорывом всей мировой системы лечения онкологии.

В.ПУТИН: Онкозаболевания у нас тоже чуть-чуть сокращаются, но меньше, чем все другие заболевания, поэтому это один из приоритетов. Оформите это реально как предложение, коллегам отдайте, чтобы до меня дошло, ладно? Мы и Минздраву тоже соответствующее поручение сформулируем, и поработаем с регионами, с тем чтобы они поддержали эту программу.

А.РЕМЕЗ: Спасибо.

К.ВАРЛАМОВ: Владимир Владимирович, у нас ещё порядка десяти проектов, которые мы хотели бы показать. Но коллеги подсказывают, что у нас время заканчивается.

В.ПУТИН: Давайте ещё хотя бы пару-тройку проектов послушаем.

К.ВАРЛАМОВ: Тогда ещё Алексей Викторович Дёмин, проект GetNewCar.ru, пожалуйста.

А.ДЁМИН: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Меня зовут Алексей Дёмин, я основатель и директор компании GetNewCar. Мы помогаем людям купить действительно качественный подержанный автомобиль.

На сегодняшний день существует простая проблема: подержанный автомобиль – это, по сути, «кот в мешке», абсолютно непонятно, какие в нём есть скрытые дефекты, и выявить их невозможно, не обладая необходимыми навыками и профессиональным оборудованием. Кроме этого, на рынке много мошенников, которые пытаются наживаться на доверчивости наших с вами сограждан.

Рынок, надо сказать, распределён таким образом, что наилучшие предложения по соотношению цена–качество находятся в Москве и Санкт-Петербурге. К примеру, из проданных в Москве в прошлом году автомобилей – их было более 500 тысяч, подержанных автомобилей, – больше половины уехало в регионы. Между тем для человека, например, из Кирова покупка автомобиля в Москве связана с гораздо большими сложностями, нежели для москвича. В объявлении указана одна информация, а когда он приезжает на место, выясняется, что автомобиль совсем другой, приходится тратиться на гостиницу, в спешке искать какие-то другие варианты. Покупает в итоге не то, что хотел изначально, потом в автомобиль приходится вложить существенную сумму денег, потому что там были скрытые дефекты, да и вообще эксплуатация такого средства может оказаться просто опасной.

Чтобы эту проблему решить, мы и создали нашу компанию. Сейчас человеку достаточно в режиме онлайн оставить заявку и рассказать, какой автомобиль он хочет купить. Наши эксперты – это люди с профессиональным оборудованием, с многолетним опытом – выезжают на осмотры автомобилей, подходящих под эти критерии, и присылают человеку подробный отчёт об их реальном техническом состоянии, юридической чистоте, бывших ДТП и делают настоящие фотографии машин – они зачастую очень сильно отличаются от того, что в объявлении описано. Впоследствии человек покупает действительно качественный автомобиль в день приезда, то есть полностью отсутствует эмоциональный стресс и экономятся время и деньги человека.

Таким образом мы помогли подобрать уже более 100 автомобилей. На этом решили не останавливаться. Дело в том, что существуют интернет-магазины фотоаппаратов, интернет-магазины домашних животных, но интернет-магазина автомобилей до сих пор не было. Мы совместно с экспертами Фонда развития интернет-инициатив разработали концепцию первого в России онлайн-автосалона. И теперь человек из любой точки страны может купить понравившийся ему автомобиль, который будет гарантированно качественным, максимально удобным и по наиболее привлекательной стоимости.

Надо сказать, что данная услуга доступна также жителям Таможенного союза. При этом мы добиваемся этого за счёт внедрения современных технологий. Также у нас отсутствуют затраты на содержание собственных площадей, большого штата персонала. Покупка к тому же выгодна для продавца автомобиля, потому что мы убираем всех посредников в цепочке «купля–продажа», плюс их, соответственно, не беспокоят перекупщики, мошенники и недобросовестные покупатели.

В целом видим свою миссию – делать автомобильный рынок более честным, прозрачным, выгодным для всех участников сделки, а также поставили своей задачей вывести из «серой» зоны ценный кадровый резерв. Это высококвалифицированные автоэксперты, которые сейчас порой вынуждены работать в незарегистрированных автомастерских. Мы даём им «белую» достойную оплату труда.

В целом получается хорошо справляться со своей работой. Единственное, что много времени уходит на проверку юридической чистоты автомобиля. Проблема заключается в том, что до сих пор не существует единой базы залогового имущества. Довольно тяжёлая работа – понять, находится автомобиль в залоге в банке или нет. В связи с этим хотелось бы предложить такую базу создать. Мы, соответственно, готовы участвовать в этом очень активно.

В.ПУТИН: Как это можно сделать?

А.ДЁМИН: Здесь, наверное, требуется от Центробанка указ такой – делиться информацией. Она может быть неперсонализированной, то есть нам главное понимать, чтобы не было мошенничеств.

В.ПУТИН: Да, надо посмотреть, это никаких прав людей не ущемляет? Но идея хорошая.

А.ДЁМИН: Можно как-то сделать так, что она будет обезличена.

В.ПУТИН: Я переговорю с Эльвирой Сахипзадовной. Нам надо понять, не нарушит ли это каких-то элементов, связанных с какой-то банковской тайной, и так далее, а в целом абсолютно правильно. Всего хорошего, успехов.

К.ВАРЛАМОВ: Следующий проект LookMedBook, Евгений Сергеевич Максим. Это интернет-сервис, помогающий гражданам находить клинику и специалистов в удобном для них месте.

Е.МАКСИМ: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Меня зовут Евгений Максим, и я представляю проект LookMedBook.

LookMedBook – это медицинский интернет-сервис, помогающий людям находить врача или клинику в удобном месте и записываться на приём в удобное время. В глобальном смысле наш проект ориентирован на предоставление полной информации о медицинских услугах и здоровье. Мы помогаем гражданам решать вопросы, предоставляя развёрнутый выбор медицинской помощи. На сегодняшний день мы работаем с коммерческими клиниками и с коммерческими отделениями государственных медицинских учреждений.

Идея создать проект к нам пришла не случайно: мы узнали, что каждый третий гражданин России, испытывающий проблемы со здоровьем, занимается самолечением, обращается за решением в интернет или идёт покупать лекарства в аптеке, которые он увидел в рекламе, и только в последнюю очередь он обращается к врачу. И лишь потому, что он не знает, к какому врачу ему стоит обратиться. Также мы знаем, что людям действительно важно получать полную информацию о специалистах, услугах, медицинских центрах. Именно поэтому мы уделяем особое внимание сбору и обработке информации по каждой клинике для предоставления её на нашем ресурсе.

На сегодняшний день мы развиваемся, мы в основном работаем в московском регионе. В наших планах, безусловно, расширение географии и развитие функциональных возможностей для наших пользователей, для нашей аудитории.

Уникальность нашего проекта заключается в том, что помимо сотрудников из области информационных технологий, которые работали над нашим проектом, также работают и высококвалифицированные врачи. Это помогает нам должным образом оказывать клиентский сервис и быть внимательными к каждому клиенту, к каждому пациенту.

В заключение я хотел бы сказать большое спасибо Фонду развития интернет-инициатив. Благодаря совместным усилиям мы не только становимся лучше, но и стимулируем развитие отрасли в целом и медицины, это очень хорошо.

Спасибо.

В.ПУТИН: Здорово. А Вы как чувствуете, насколько это востребовано? Сколько людей через вас прошло в последнее время?

Е.МАКСИМ: На сегодняшний день ежемесячно к нам обращаются более полутора тысяч человек. Это число растёт, безусловно.

В.ПУТИН: Но ведь люди у нас имеют какую-то привязку к районным поликлиникам, к больницам и так далее.

Е.МАКСИМ: Мы говорим только о коммерческом секторе в данном случае, поэтому зачастую мы получаем запрос о некой проблематике человека, что у него есть какая-то проблема, либо о том, что ему нужен врач в таком-то районе и в такое-то время. Соответственно, мы либо решаем её путём предоставления информации на сайте, либо call-центр также информирует человека, в какое время и в какую клинику он может обратиться для решения этого вопроса.

Также немаловажным фактором является цена, потому что в коммерческом секторе очень большой разброс по стоимости однотипных услуг. Поэтому благодаря нам человек может выбрать не только удобное время в удобном месте, а также будет подбирать по оптимальной цене.

В.ПУТИН: Это то, к чему мы стремимся и в коммерческом, и в некоммерческом секторе медицины: медицинская услуга – хотя врачи не любят говорить, что они оказывают услуги, но тем не менее – должна быть качественной, и деньги должны идти туда, где оказываются качественные услуги.

К.ВАРЛАМОВ: Проект «НДФЛка», Михаил Иванович Лапушинский. Веб-сервис для консультации и оказания услуг по заполнению и подаче налоговой декларации.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Налоги напоследок оставили. Меня зовут Михаил Лапушинский, я из Краснодара. Мы развиваем проект «НДФЛка.ру», помогаем всем гражданам России заполнять декларацию, сдавать эту декларацию, возвращать налоги либо уплачивать налоги. Мы работаем по всей стране, 24 часа в сутки.

ФНС прогнозирует где-то 150 миллиардов возврат налогов за прошлый год. Мы помогли вернуть уже полмиллиарда налогов, это раз. Второе – 30 миллионов рублей помогли заплатить налогов, и сейчас обрабатываем около 500 обращений граждан в день. Они нам звонят, они нам пишут, мы вникаем в их проблемы.

В.ПУТИН: Это в основном физические или юридические лица?

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Нет, только физлица.

На этом рынке существуют две основные проблемы. Первая проблема: к сожалению, граждан никто не защищает. Большой бизнес может нанять налогового адвоката, у них есть всякие торгово-промышленные палаты и прочее. За последние 5–10 лет практически не было никаких подвижек со стороны государства в лице ФНС в сторону увеличения размеров налогового вычета, налоговые вычеты сейчас в России ужасно маленькие. Например, за обучение мы имеем размер вычета всего 50 тысяч рублей в год, с него 13 процентов возврат – 7–10 тысяч максимум, маленький очень.

В.ПУТИН: Есть налоговые вычеты для семей с детьми.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: С детьми – всего 4 тысячи рублей в месяц. То есть мы можем вернуть по итогам года всего 4 тысячи. По обучению и по лечению совокупный вычет всего 120 тысяч. Самый большой вычет – это по недвижимости, но его зачем-то ограничивают сверху 2 миллионами. Это такая, я бы даже сказал, очень серьёзная «палка» в плане государственного управления. На самом деле у людей нет стимула требовать с работодателя «белую» зарплату. Банки на самом-то деле кредитуют и по «серой» зарплате, и бизнесу не очень выгодно платить «белую». Почему? Потому что у них есть «палка» с одной стороны – со стороны государства. А снизу, со стороны их наёмного персонала, – нет.

Если мы повысим и расширим размер вычета, то люди будут заинтересованы и будут постоянно требовать у работодателя, у всех институтов власти именно «белую» зарплату. У них будет мотивация изучать налоговое законодательство, коммуницировать с налоговой службой, поднимать больший объём деклараций. Например, такая статистика: ежегодно количество деклараций увеличивается примерно на миллион, и сейчас около 10 миллионов сдают. Но мы смотрели с другой стороны: возможность получить налоговый вычет существует примерно у 15 миллионов граждан России, но они им не пользуются по двум причинам: потому что нет мотивации и, во-вторых, они не знают об этом.

В.ПУТИН: И, в-третьих, у нас один из самых низких налогов на доходы физических лиц.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Один из низких, но в то же время, например, в США 300 миллиардов долларов [налогов] возвращаются. У нас – 150 миллиардов рублей.

В.ПУТИН: Там и 300 миллионов человек, а у нас – 146. Общая нагрузка там всё-таки выше, чем у нас.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Да, но при этом, если посмотреть динамику, налог с физлиц постоянно растёт. И, например, на 1 декабря прошлого года он превысил уже налог на прибыль, приблизился к НДС и приближается уже к НДПИ. То есть нужно как-то более внимательно в эту сферу смотреть.

И вторая проблема – очень сложная техническая возможность сдать налоговую декларацию. Мы сейчас ещё по старинке, хотя уже все декларации делаются через компьютер, но по старинке печатаем, идём в налоговую. Причём нельзя послать по доверенности своего консультанта в налоговую, либо через нотариуса. Невозможно сейчас налоговую декларацию сдать через интернет, это просто сложно, это очень проблемно.

В.ПУТИН: Это сложно или невозможно?

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Теоретически её возможно подать через ЭЦП, но за ЭЦП нужно ежегодно платить. И ФНС летом, по-моему, с 1 июля, запускает возможность через свой личный кабинет сдать налоговую декларацию. Но хотелось бы, чтобы они также подключили независимых провайдеров, таких как мы, к своему кабинету, потому что мы-то принимаем на себя большую нагрузку по обслуживаю физлиц. То есть мы сейчас [обслуживаем] 500 человек в день, мы можем без проблем обслуживать 5 тысяч, 10 тысяч человек, но потом начинается очень сложный процесс сдачи. То есть мы можем их быстро, качественно обслуживать, мы работаем 24 часа в сутки сейчас, но нам же нужно так же быстро их сдавать. Надо продумать эти пороги по сдаче декларации.

В.ПУТИН: Давайте я состыкую Вас с руководством ФНС.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Давайте, мы готовы общаться, у нас есть предложения.

В.ПУТИН: Я состыкую, и Вы свои предложения им сформулируете.

Абсолютно востребованная вещь, и Вы во многом правы из того, что сейчас было сказано. И такая прямая помощь людям, прямая помощь гражданам – она и для рядовых граждан очень полезна, и для государства, потому что это дисциплинирует и выводит действительно всё это в абсолютно «белую» сферу, легальную.

М.ЛАПУШИНСКИЙ: Да, это дисциплина, и потом это некий более цивилизованный диалог между гражданином и государством, плюс все эти налоги всё равно возвращаются через соцстрах, потому что «обеляется» всё, через Пенсионный фонд, потому что они никуда не деваются.

В.ПУТИН: Конечно, согласен. Спасибо.

К.ВАРЛАМОВ: Хочу сказать ещё раз большое спасибо от всех проектов. На самом деле это «спасибо» не нам – то, что они говорили, – а Вам, Владимир Владимирович, за создание Фонда и за такую замечательную инициативу.

В.ПУТИН: Знаете, мне действительно очень приятно, что такая идея в голову пришла – и замерзать не пришлось. А пришла она в голову исходя из того значения, которое приобретает, конечно, интернет в жизни общества, и исходя из тех возможностей, которые он предоставляет. Очень приятно ещё, что нашлись люди, которые смогли это реально взять в свои руки, организовать и создать такой живой инструмент поддержки всем, кто с удовольствием работает в этой сфере.

Даже очень короткий обзор того, что вы делаете, говорит о том, что, по сути, нет ограничений по сферам применения, его просто не существует, этого ограничения. И, безусловно, согласен с теми, кто здесь сегодня сказал – вот коллега и начинал с этого, – что в ближайшей перспективе влияние этих технологий, если, конечно, мы сможем и будем их грамотно использовать, будет просто колоссальным.

Безусловно, для нас с вами, для нашей страны это колоссальный ресурс развития. И прежде всего потому, что у нас, слава богу, есть фундаментальные основы. Мы критикуем многое в сфере образования, но тем не менее фундаментальная образовательная база у нас очень солидная, и у нас очень хорошие традиции научных школ. Поэтому всё, что вы делаете, безусловно, должно быть основано на этих фундаментальных основах наших достижений прежних лет, и двигаться надо вперёд, исходя из этих возможностей. Они у нас, безусловно, есть.

Я хочу вас поблагодарить и пожелать вам всем успехов, заверить вас в том, что мы будем и дальше предпринимать усилия, для того чтобы поддержать не только те проекты, которые представлены сегодня здесь, но и все другие, которые будут возникать и в рамках нашего Фонда, и вне каких бы то ни было рамок, просто будем поддерживать отрасль.

Спасибо вам большое.

Россия > СМИ, ИТ > kremlin.ru, 27 марта 2015 > № 1327373 Владимир Путин


Белоруссия. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 5 марта 2015 > № 1308879 Андрей Макаревич

Андрей Макаревич: Спеть по-белорусски — это поклон моим предкам ("Будзьма беларусами", Белоруссия)

Сергей Будкин

Лидер российской группы «Машина времени» записал для проекта Global Reload общественной кампании «Будзьма беларусамі!» и портала Tuzin.fm свою первую песню на белорусском языке. Мы разговариваем с Андреем Макаревичем в минской студии «Осмос».

— Ваши первые впечатления от творческого эксперимента?

— Ужас как интересно! Очень часто таким занимаюсь, ибо не считаю себя исполнителем-полиглотом. Пою по-русски. По-английски пел в школе и к 10 классу практически закончил. По-белорусски очень интересно попробовать, ведь гены (белорусские – прим. ред.) все-таки имею. Я очень хорошо помню сильный белорусский акцент моей бабушки (она была с Погодина, так тогда Блудень назывался, а рядом — Малеч, это Западная Беларусь). И вот бабушка говорила: «шчы», «щука», вспоминаю как сейчас. (Имеется в виду деревня Павловичи, что в Березовском районе на Брестчине, до 1964 года деревня называлась Блудень. Железнодорожная станция рядом имела название Погодина, теперь она называется Береза-Картузская – прим. авт.).

— Можете объяснить — зачем вам вся эта белорусская история, зачем петь по-белорусски?

— Для меня это поклон моим предкам, которых уже нет на свете. Я считаю, что это правильно. Если в человеке есть часть вот этого, так почему он должен ее скрывать? Он должен этим гордиться. Я очень люблю Белоруссию, у меня здесь много друзей. Стараюсь здесь бывать чаще. Здесь фантастическая природа — наверное, самая красивая, какую только можно себе вообразить в средней полосе. И у вас получается ее сохранять в идеальном состоянии, в отличие от россиян. Поэтому ваша страна — оазис в моем воображении.

— Открылась вам ваша Белоруссия сразу? Знали ли вы о ней что-то 45-50 лет назад?

— 50 лет назад мне было 11, и отец мне рассказывал про чудесный хутор Малеч, где он родился и провел детство. Где жили только Макаревичи и Антончики. Я знал давно, откуда родом мой папа, мой дед, которого при жизни я уже не застал, моя бабушка по отцовской линии. И все обещал меня туда свозить. И так и не съездил и меня не свозил, не выпало. Так далеко на запад (Белоруссии – прим. ред.) я не выезжал, в Минске только часто бывал, а дальше туда, в направлении Бреста, не ездил. Попал туда в 2011 году благодаря российскому Первому каналу, который снимал программу «Древо жизни», она недолго просуществовала. Ее идея была в том, что герои передачи едут искать свои корни.

— Знаю, что вы досконально изучили свою родословную и собрали все возможные свидетельства. Или остались неизведанные факты?

— Я до сих пор не могу найти фотографии своего прадеда Антония Усаковского, который в тех краях был известным человеком, священником. Он построил церковь, которая до сих пор стоит, построил церковную школу, в которой как раз и познакомились мои дедушка и бабушка. Мне известно, что прадед пережил революцию. В 1919-1920 годах его следы окончательно теряются. Думаю, что его расстреляли. Но пока узнать, где и при каких обстоятельствах, и вообще увидеть, как он выглядел, подержать в руках его фотографию, у меня пока не вышло. Здесь мне в поисках помогали очень серьезные историки, но пока тщетно. Хочу дойти до Лубянки, возможно, там что-то найдется.

— В той самой программе «Древо жизни» четырехлетней давности вы говорите интересную фразу о том, что разницы между белорусами и русскими по сути нет. Изменилось ли ваше мнение на этот счет сегодня?

— Разница, конечно, есть. Даже хотя бы в отношении к природе. У вас это отношение европейское. У нас же испорченное отношение к природе кочевниками. Кочевники привыкли гадить, ведь они не сидят на местах — они завтра едут дальше. Так чего заботиться о чистоте. Подозреваю, что у русских это осталось со времен татарского ига. У вас тоже история непростая, тут то Польша была, то Белоруссия, но все же это Европа.

— Вы слышали белорусский язык, читали на нем, а теперь попробовали спеть по-белорусски. Похож ли он на российской, как вам показалось?

— Никогда не забуду случай в минском такси. Мы обсуждали с таксистом белорусский язык, вывески, написанные по-белорусски, и тот говорит: ха, белорусский язык — это тот же русский, только с ошибками (смеется). Это смешно, тем не менее белорусский — это язык со своими правилами, со своей мелодикой, со своим довольно сложным произношением. И все это меня интересует.

— Так все же похожи наши языки или нет?

— Похожи. Так же как англичанин поймет австралийца и даже шотландца. Но безусловно, разница есть в музыке языка. И не удивительно, что среди первых советских вокально-инструментальных команд лучшими были, по моему мнению, не «Веселые ребята», а «Песняры». Во многом благодаря другой музыке языка.

— В таком случае хочется спросить — может ли быть продолжение вашего творческого эксперимента на белорусском языке?

— Давайте поживем, я открыт к любым хорошим задумкам и готов принимать хорошие предложения. Но давайте посмотрим, что выйдет из первого опыта. Мне довольно трудно судить со стороны, какой получилась моя первая белорусская песня. Об этом могут рассуждать только те люди, которые здесь родились и разговаривают на этом языке с детства.

— С этим, кстати, есть проблема. В 1980 году, скажем, у нас во всем Минске только один человек учил в школе белорусский язык. Так что далеко не все с детства говорят по-белорусски.

— Вот странно. Украина была тоже советская, но там до такой степени не дошло. Тем не менее «Песняры» пели по-белорусски. Честь и слава Мулявину за это. Давайте возрождать белорусский язык общими силами. Или хотя бы сохранять его.

— Расскажите про вашу первую песню на белорусском языке.

— Это песня «Снег», переведенная на белорусский язык Юрием Нестеренко. Теперь она записана вместе с музыкантами из группы Apple Tea. В оригинале она была написана где-то в 1977 году. Особой истории ее создания нет. Сел за фортепиано — и написал. Считаю, что у песен вообще не может быть истории. Когда автор начинает рассказывать истории, как появились его песни, он скорее всего врет. Впервые мы ее записали в 1978 году, не знаю, сохранилась ли это запись, а потом — в 1980 или 1981 году уже с Петей Подгородецким. Не помню, записывали мы ее еще когда в студии, — клянусь, не вспомню. Зато было несколько замечательных концертных версий.

— А разве «Снег» не был написан для программы «Маленький принц»?

— Программа «Маленький принц» родилась следующим образом. Одна девушка заметила, что некоторые наши песни ложатся в контекст произведения Сент-Экзюпери. Поэтому мы собрали произведения, которые подходят, и соединили их с фрагментами из книги. Ничего специально мы для этой программы не создавали и песен для нее не писали. «Снег» мы очень редко исполняли на концертах в те времена, потому что у нас тогда вообще не было клавишных инструментов. Потом появились клавишные, которые очень отдаленно напоминали пианино. Живой рояль или пианино в те времена в тех местах, где мы выступали, были большой редкостью, поэтому она практически не звучала. Гораздо позже, спустя 10 лет, мы начали исполнять «Снег» на концертах «Машины времени», когда появилась такая возможность.

— Вкладывали ли вы сознательно в эту песню ассоциацию с «оттепелью»?

— Нет, это слишком притянуто за уши. «Оттепели» хочется всегда, в хоть какой ситуации. Особенно сегодня.

— Почему именно «Снег» вы выбрали для записи на белорусском языке? Случайность?

— Нет, не случайность. В одном из номеров журнала «Глагол» было немало моих стихов и песен, переведенных на белорусский. И мне показалось, что именно в этой песне наиболее близко звучат наши языки, просто по набору слов, это было заметно. И мне проще было с ней работать.

Белоруссия. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 5 марта 2015 > № 1308879 Андрей Макаревич


США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 14 февраля 2015 > № 1337059 Винт Серф

Вице-президент Google Винт Сёрф (Vint Cerf), известный как один из создателей интернета, предупредил о скором кризисе современной интернет-революции, связанном с быстрым устареванием носителей информации. Об этом сообщает BBC.

Выступая 11 февраля на научной конференции Американской ассоциации содействия развитию науки (AAAS) в Сан-Хосе, Винт Сёрф заявил, что вскоре вся информация, которую пользователи хранят на своих компьютерах, может оказаться безвозвратно утеряна.

Беспокойство Сёрфа вызвал тот факт, что люди до сих пор имеют привычку хранить все данные — фотографии, видео, песни и документы — на своих компьютерах. Однако технологии носителей информации стремительно устаревают, что можно наблюдать на примере повсеместного отказа от использования дискет, а затем и от компакт-дисков.

Кроме того, что производители отказываются от устройств для чтения устаревших носителей, разработчики ПО также перестают поддерживать старые версии своих документов, что не позволяет прочитать старые данные, даже если они имеются на руках.

Я очень сильно волнуюсь по этому поводу. Старые форматы документов, которые мы создавали, или презентации могут уже не читаться на последней версии программного обеспечения, потому что обратная совместимость не всегда гарантируется. Так что через какое-то время может получиться, что даже если мы накопим огромные архивы цифрового контента, мы не сможем узнать, что он из себя представляет.

Сёрф считает, что у проблемы нового «Тёмного века» есть одно решение — «вечные» сервисы облачного хранения данных, которые вице-президент Google называет «цифровым пергаментом». Если в них контент останется в первозданном виде, то им смогут воспользоваться и через тысячу лет.

Если исследователи не разработают стандарт для сохранения цифровых данных, XXI век останется «тёмным» для историков будущего

Даже Google не будет существовать через тысячу лет, заявляет Сёрф, и рассчитывать на одну-единственную компанию нельзя. Поэтому для того, чтобы любой облачный сервис смог корректно «распаковать» архив с цифровым контентом, его описание должно быть стандартизировано.

Работой над проектом под кодовым названием OLIVE по стандартизации и презервации данных занимается профессор компьютерных наук Университета Карнеги-Меллон Махадев Сатьянараянан (Mahadev Satyanarayanan). Он продемонстрировал концепт «цифрового пергамента» на конференции в Сан-Хосе.

Винт Сёрф является вице-президентом и главным евангелистом интернета в Google. Своё прозвище «отец интернета» Сёрф получил за совместную с Робертом Каном (Robert Kahn) разработку протокола TCP/IP, лежащего в основе передачи данных в сети. С 1976 по 1982 год Винт Сёрф работал на DARPA, занимаясь развитием интернет-технологий, связанных с безопасностью и передачей данных.

США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 14 февраля 2015 > № 1337059 Винт Серф


Россия > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 февраля 2015 > № 1458915 Юлия Щербинина

Не так страшен флипбук, как его антибука

Юлия ЩЕРБИНИНА

О новых книгоиздательских форматах

Юлия Щербинина – доктор педагогических наук, профессор МПГУ, специалист по коммуникативистике, неориторике, дискурсологии. Автор девяти научных, научно-популярных и учебных книг. Со статьями о современной литературе публиковалась в журналах «Октябрь», «Знамя», «Вопросы литературы», «Континент», «Нева», «Волга» и других.

“Что толку в книжке, – подумала Алиса, –

если в ней нет ни картинок, ни разговоров?»

Л. Кэрролл. Приключения Алисы в Стране чудес

Современный книжный рынок предлагает читателю выбор не только жанровый, тематический, авторский, но и форматный. В стремлении расширить аудиторию, обойти конкурентов и увеличить финансовые обороты издатели решаются подчас на весьма смелые и неоднозначные эксперименты, а художники, дизайнеры, полиграфисты подбрасывают в этот костер амбиций еще и полешки творческого самовыражения.

Настоящая статья – не только аналитический обзор и классификация книгоиздательских форматов, появившихся в последние несколько лет, но также попытка выявить ключевые тенденции и сформулировать культурные смыслы, стоящие за этим процессом.

Неовинтажная книга: игра с оформлением

2010 год удивил читателей доселе невиданной библиороскошью: Издательский Дом Мещерякова начал выпуск серии «Книга с историей». Стилизованные под старину издания имитируют следы длительного использования: чайные и кофейные пятна на пожелтевшей бумаге, замятости и потертости, царапины и надрывы, маргиналии и библиотечные штампы. Впечатление усиливают печатные ретроэлементы: тканевый переплет, ляссе, футляры, оттиски старинных иллюстраций, рамочное оформление страниц. «Алиса в Стране чудес», «Приключения барона Мюнхгаузена», «Истории для детей» Диккенса, «Легенды о короле Артуре». Красиво, стильно, необычно, но… фурора не произвело.

Неовинтажные книги гораздо больше заинтересовали не детей, а родителей, вспомнивших собственное детство с бумажными друзьями из дедушкиной библиотеки, упоительный запах старой бумаги, непонятное слово «камелек» из сказки братьев Гримм, порхающие остроконечные фигурки Конашевича, могучих билибинских богатырей и обаятельных зверюшек Сутеева. Нынешние же продвинутые ребятишки, бегло пролистав картинки и презрительно навертев на пальчик атласную закладку, лишь недоуменно фыркнули: что за старье нам подсовывают? почему книжка такая обтрепанная? Причин столь разного восприятия может быть несколько.

Во-первых, сложившийся в современном обществе молодежный культ новых вещей, понуждающий каждые полгода менять мобильные телефоны и выбрасывать одежду прошлогоднего сезона. Да, винтаж и антиквариат тоже на пике моды, но все же у людей взрослых, способных понять и оценить прелесть старых предметов.

Во-вторых, понятно ведь, что если люди старшего поколения читали в детстве действительно раритетные книги, со «всамделишными» кофейными пятнами и заметками на полях, то их отпрыскам достались лишь имитации. Даже самого беглого взгляда достаточно для понимания того, что дистресс (англ. «состаривание») – никакая не работа времени и даже не ручная работа, а просто компьютерная технология, чем нынче уже никого не удивить. Дети, даже современные – помешанные на онлайн-играх и вскормленные «продуктами со вкусами, идентичными натуральным», – остро и тонко чувствуют любой обман, интуитивно отличают подделанное от настоящего.

В-третьих, сам факт появления неовинтажной полиграфии обнаружил скрытое социокультурное противоречие: с одной стороны, псевдостаринная книга позиционируется как эстетическая противоположность «обезличенной» и «бездушной» электронной книге, с другой стороны, она же преподносится как «прогрессивная» и «инновационная» форма печатного издания. Получается, что воплощенная в образе неовинтажной книги современная элитарная культура изначально обманчива, онтологически фальшива, поскольку отрицает духовную ценность технологии, которую сама же использует. Вроде как рыцари против киборгов, но из тех же деталей и проводов.

Однако пока это противоречие неочевидно рядовому потребителю, он оставляет своих детишек на попечение киборгам, а сам утешается переносом модного формата в сферу персонального творчества – создает неовинтажные книги в домашних условиях. Нынче на пике популярности скрапбукинг (англ. scrap – вырезка + book – книга = оформление личных альбомов) и – как одно из его направлений – изготовление шебби-буков (англ. shabbybooks), штучных книг ручной работы в интерьерном стиле шебби-шик (англ. shabby chic – букв. «потертый шик», «потрепанная роскошь»), разработанном в 1980-х годах британским дизайнером Рэйчел Эшвел и имеющем сегодня солидную армию поклонников.

Здесь уже можно развернуться вовсю, полностью самостоятельно и без каких-то там компьютерных технологий пополняя домашнюю библиотеку светскими альбомами, «книгами желаний», сонниками, идейниками и другими стилизациями«под старину». Для начала можно приобрести шелковые ленты, стеклярусные бусины, натуральные кружева, затем обзавестись, например, пособием Ольги Знаменской «Шебби-шик» и на досуге обучаться драпировке, гофрировке и прочим квиллингам-эмбоссингам.

Сложно сказать, есть ли будущее у неовинтажных книг, печатных или рукотворных, но очевидно одно: практика их создания изначально ограничена ретроспективой. Согласитесь, странно будет выглядеть свежий роман модного автора на состаренной бумаге с имитацией надорванных и залапанных страниц. И периодически всплывающие то там, то сям издания вроде словаря неологизмов в «состаренном» переплете или пособия по новейшим техникам маникюра, оформленного наподобие дамского альбома, воспринимаются чаще как дизайнерские курьезы, вызывающие насмешки специалистов и недоумение обывателей.

Кофе тэйбл бук: игра с пространством

В русскоязычных контекстах это название встречается преимущественно на английском – coffee table book (букв. «книга для кофейного столика») и обозначает иллюстрированное подарочное, обычно крупноформатное издание в твердой обложке, используемое главным образом как предмет интерьера, элемент дизайна, статусный атрибут либо выставочный экспонат. Представленные чаще всего нехудожественными, визуально ориентированными изданиями (фотокнигами, глянцевыми журналами, каталогами модной продукции, фамильными альбомами), интерьерные книги размещаются в интерьере таким образом, чтобы привлечь внимание посетителей, занять гостей, стать поводом к началу разговора.

Книга для кофейного столика – способ обыгрывания пространства, часть имиджа и инструмент коммуникации. Однако, несмотря на функциональную претенциозность, само понятие нередко употребляется с оттенком пренебрежения и иронии, как синоним «чтива», поскольку такое издание ориентировано на поверхностное восприятие широким адресатом (визитерами, посетителями, клиентами) и используется для поддержания малосодержательного диалога на общие темы (англ. small talk). И здесь такой же ментальный конфликт и то же скрытое лукавство, как с неовинтажными книгами: применение высоких технологий и их же ценностная дискредитация. Развлекать – пожалуйста, но потом – брысь под столик.

При всей своей ограниченности местом и ситуацией дискурс интерьерных книг все же предполагает несколько типичных речевых стратегий. Первая – констатация «ничтожности» предмета: «Ой, какая красивая книжка! Можно посмотреть?» – «Ну что вы, сущая ерунда! Наверное, кто-то из гостей оставил…» Здесь кофе тэйбл бук – воплощенная метафора хвастовства, завуалированного напускной небрежностью.

Вторая стратегия – невербальная демонстрация «декоративности» предмета: на самом видном месте претенциозно и праздно возлежит большая толстая яркая книга. Причем при желании в книгу для кофейного столика можно превратить все, что угодно, – от хирургического атласа до новинки от Джоан Роулинг.

Третья стратегия – акцентирование «статусности» предмета: «Хочу обратить ваше внимание на это прекрасное издание эксклюзивных фотоматериалов с выставки культового художника N». – «О, неужели! Как вам только удалось достать этот полиграфический шедевр?»

Классификацию можно развернуть и дополнить, но уже из приведенных примеров ясно одно: кофе тэйбл бук – скорее, не новый, а просто заново востребованный формат, упоминавшийся еще Мишелем Монтенем в эссе «На некоторые стихи Вергилия» (1580) и Лоренсом Стерном в романе «Жизнь Тристрама Шенди, джентльмена» (1759). В 1950-х годах эта мода была реконструирована с подачи дизайнера Питера Штайнера, десятилетием позже подхвачена исполнительным директором американской компании «Сьерра Клаб» Дэвидом Брауэром, а уже из Европы и США, как обычно с большим опозданием, волна докатилась и до нас.

Антибука: игра с обложкой

Еще один модный нынче способ самовыразиться и привлечь публичное внимание с помощью книгопечатной продукции – нарядить ее в необычную, даже шокирующую обложку. Такую возможность предоставляет нам с 2009 года российская компания «Антибуки» – бренд разработан дизайнером Алексеем Николаевым.

Антибука (греч. anti – против + англ. book – книга = букв. «антикнига», «книга наоборот») представляет собой фальшобложку, обложку-обманку, надеваемую на любую книгу ради развлечения либо розыгрыша. В разных контекстах употребляются такие синонимы, как фейк-обложка (англ. fake – подделка), псевдообложка, креативная обложка, хулиганская обложка, обложка с подменой названия, книжная обложка с приколом. Типовая антибука – аналог классической односторонней глянцевой суперобложки для книг в твердом переплете размером 42х22 см, подходящей для изданий стандартного формата любой толщины.

Изобретение идей и дизайнерских решений для антибук набирает популярность как среди профессионалов, так и в широких массах. Причем очень показательно: покупатели обычно подбирают не антибуку под книгу, а книгу под антибуку.

«”Война и мир” в комиксах», «Крестики-нолики для профессионалов», «Лечимся пивом», «18 стилей плача», «Отвернись, я читаю!», «Кальян из велосипедного насоса», «Как незаметно выспаться на совещании», «О чем поговорить с гопником», «Как объяснить ребенку, что вы собираетесь его продать»… Каламбур, оксюморон, аллюзия, черный юмор – сгодится все, лишь бы округлить глаза или вызвать улыбки окружающих.

И сильно заблуждается тот, кто полагает, будто это развлечение для глупых остряков или неразвитых подростков. Всякая модная тенденция подобна вирусу – и книги в антибуках можно увидеть в руках у неприступных с виду тетенек в метро и солидных банковских служащих, школьников и пенсионеров, серьезных литкритиков и вузовских профессоров. А чему тут удивляться, если те же профессора поголовно имеют аккаунты в «Фейсбуке», куда выкладывают свои фото в купальниках, отчеты о съеденных на завтрак яйцах и лирические опусы про «песиков-кошечек»? Тем, кто не любит последних, предлагается антибука «Душим кошку за 15 секунд».

Разновидностью антибуки можно считать репринтную обложку ранее изданной книги, надеваемую на новую книгу с целью игрового переосмысления ее содержания. При этом в исходное изображение обложки могут быть внесены визуальные или текстовые изменения. Например, «Рассказы о Гагарине» переименовываются в «Застольные песни космонавтов», а «Основы технологического проектирования» – в «Основы технологического проектирования кулечков для тыквенных, подсолнечных и прочих семечек».

Но как ни высок полет творческой мысли и сколь ни совершенно полиграфическое мастерство, просматривается общая тенденция: овеществление книги. Форма узурпирует содержание. Неовинтажность, кофейный столик, а теперь еще и фальшобложка – так в современных условиях получает буквальное воплощение известный советский библиолозунг: «Чтение – это труд и творчество».

Процесс чтения замещается манипуляциями с книгой. Освоение текста как совершение над ним сугубо внешних, механических и притом побочных действий. Книга уже не друг и собеседник, а модный гаджет и инструмент самовыражения.

Партворк: игра с предметом

Партворк (англ. part – часть + work – работа) – узкопрофильное периодическое издание коллекционной направленности, книга-журнал, выходящая отдельными выпусками (частями) в течение нескольких лет. К одному из первых выпусков прилагается папка для хранения последующих – постепенно составляется антология или мини-энциклопедия. Выпуски выходят, пока не исчерпывается тема, и могут дополняться DVD или CD, предметами для коллекционирования, элементами моделей и конструкций для поэтапной сборки. Последняя разновидность партворков получила название билд-ап (англ. build up – строить, постепенно создавать).

История этого формата восходит еще к допечатной системе Pecia: студенты европейских университетов арендовали и копировали вручную книги, разделенные на секции. Из первых серийных публикаций можно вспомнить ежемесячно выпускавшуюся «Историю Англии» (1728–1732), а уже с начала прошлого века производство партворков ставится на поток – появляется масса изданий энциклопедической (кулинария, мода, рукоделие, садоводство, дизайн) и коллекционной (техника, нумизматика, минералогия) направленности. Эра современных партворков начинается с выпуска итальянским издательством De Agostini географического атласа Il Milione из трехсот двенадцати журнальных выпусков (1959). Сейчас издание партворков приобрело кросс-культурный характер и глобальный масштаб: контент одной серии переводится на разные языки, адаптируется под конкретный регион и продается во множестве стран.

Как разновидность досуговой литературы и как один из форматов мультимедийной литературы партворки – относительно новое явление на отечественном книжном рынке. Первый партворк в России – «Древо познания» от британского издательства «Маршалл Кавендиш» (2002). Затем стартовал проект «Художественная галерея» уже упомянутой итальянской компании, после чего эстафету подхватил наш «NG-Премьер» – и конвейер партворков заработал бесперебойно: «Волшебный клубок», «Комнатные растения», «Узнай свою судьбу», «На рыбалку»…

Издательство газеты «Комсомольская правда» предложило такую разновидность партворков, как книги по номерам – антологию литературной классики в едином оформлении: «Великие поэты», «Великие писатели», «Сказки: золотая коллекция для детей» и др. В 2005 году в докладе Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям партворки были представлены как заметное явление российского книгорынка.

Это история и теория, практика же наглядно выявляет в партворках все ту же тенденцию овнешнения, овеществления, опредмечивания книги, только при помощи иных приемов и средств. В центре потребительского внимания здесь оказывается вещь как таковая – будь то фарфоровая кукла, иностранная монетка, красивый камушек, сборник кулинарных рецептов или атлас садовых растений. Сопутствующий текст становится довеском, бонусом либо вовсе аксессуаром, но в любом случае чем-то второстепенным, дополнительным, факультативным. Как в былые времена за сданную макулатуру в нагрузку к дефицитной книге прилагалась какая-нибудь идеологическая брошюрка или графоманский опус.

Собирание партворков превратилось в популярное хобби, в котором сам процесс чтения занимает далеко не самое основное место, с разгромным счетом проигрывая азарту коллекционирования и духу соревновательности. Принципиально меняется и ролевое поведение: читатель превращается либо в Шерлока Холмса, либо в Индиану Джонса, либо вообще в Винтика-Шпунтика. При внимательном рассмотрении становятся очевидны аналогия партворков с книгами-муляжами и фальшбиблиотеками (стиль Faux Book – англ. «имитация книги») и родство с бессмысленным библиофильством, еще три века назад осмеянным в сатирах Кантемира, Михайлова, Иванчина-Писарева.

Партворки – эффективное средство выкачивания денег из потребителей, уже пресытившихся традиционными книгами, но по-прежнему одержимых жаждой приобретательства. Журналист Николай Федянин описывает партворки как «пример “черного маркетинга”, который продает товары втридорога тем, кто не может их не купить»[1], а его коллега Геня Джавршян подробно рассказывает, как «с помощью маленького пингвиненка Питера были выпотрошены кошельки сыктывкарцев»[2]. При этом людям совершенно неважно, что разница стоимости настоящих коллекционных моделей и поточного билд-апа почти такая же, как между яйцами Фаберже и яйцами «Киндер-сюрприз». Главное – новый повод и очередная возможность украсить квартиру.

Книгля: игра на плоскости

Есть и более оригинальный способ превратить книгу в декоративный элемент интерьера – на радость себе и на удивление гостям. Книгли, или Knigli(от названия выпускающей компании) – инновационный формат книги в виде картины размером А2. Предложенное в 2012 году киевскими дизайнерами Анной Белой и Дмитрием Костырко сувенирное издание, сверстанное в форме плаката, уже обзавелось синонимом – роман-постер.

Книгля представляет собой рисунок, созданный из целого текста произведения, для чтения которого кокетливо прилагается лупа трехкратного увеличения. Потребителя нужно постоянно удивлять и развлекать, в идеале – как-нибудь изощренно. Подумаешь, антибука: ой! ух! ха-ха! – и не более того. То ли дело аттракцион с увеличительным стеклом, перемещая которое надобно складывать слова и фразы. Вдобавок тут не только развлекаловка, но и «концепция»: создатели обосновали идею книгли частыми переездами и отсутствием возможности собирать традиционную библиотеку, в результате чего возник замысел «книги на одном листе». Плюс влияние зарубежной популярности постеров с кириллическими шрифтами.

Книглю можно рассматривать как изовербальный комплекс, включающий одновременно текст и его иллюстрацию; синтетический культурный продукт, сочетающий свойства печатного издания и рукотворной книги. Звучит? А то! Журналисты уже сочинили слоган: «Книга – лучший подарок, а KNIGLI – еще лучше». И ведь ее можно даже читать…

Popup книга: игра с объемом

Popup (англ. – выскакивать, неожиданно возникать; в некоторых русскоязычных контекстах фиксируется написание поп-ап) – новое название ранее известного формата печатного издания, иллюстрации которого выдвигаются вперед или вверх и складываются в объемное изображение, когда их открывают.

Англоязычный синоним – movable book; ранее бытовавшие эквиваленты – книга с метаморфозами, подвижная книга; параллельно употребляющиеся понятия – книга-раскладушка, книга-панорама, книжка-игрушка, трехмерная книга, всплывающая книга. Но самое завлекательное название – «живые книги» – придумали маркетологи, призывающие полюбоваться тем, как на разворотах вырастают невиданные сады и выстраиваются целые города, порхают сказочные птицы и летают точные копии самолетов, сами собой сплетаются замысловатые кружева и складываются сложные механизмы.

Новейшие техники рopup основаны на киригами – современном (с 1980 года) японском искусстве изготовления фигур и открыток из бумаги с помощью вырезания и склеивания деталей. Готовые книги различаются по способу разворота (90°, 180°) и могут содержать объемные страницы (3D-эффект), включать выдвижные, вращающиеся, самораскрывающиеся, скрытые («секретные») детали. На самом деле для таких изданий больше подходят определения «подвижные» и «интерактивные», а определение «живые» таит очередную спекуляцию: механика онтологически противоположна органике и даже суперсовершенный робот не равен биологическому существу.

Однако в мастерстве создателям действительно не откажешь, равно как в живом человеческом участии: проекты и макеты современных рopup книг создаются с использованием компьютерных технологий, но собираются и склеиваются такие книги до сих пор почти всегда вручную. Предварительно детали печатаются и вырубаются на печатных станках. Проектированием занимается особый специалист, именуемый инженером бумажных конструкций (англ. paper engineer).

Если изначально, начиная с астрологического манускрипта 1306 года – старейшей из сохранившихся книг с элементами вставной механики – и до XVIII века механические детали использовались главным образом в научных и околонаучных сочинениях, то нынешние рopup книги выпускаются преимущественно в сегменте детской литературы. Популярны также popup открытки и рекламные развороты в глянцевых журналах; все более востребованы popup презентации архитектурных и дизайнерских проектов, бизнес-отчетов и т. п. Из сферы книгоиздания рopup перемещается в область актуального искусства и может рассматриваться как вид букарта (англ. book – книга + art – искусство). Здесь есть свои корифеи и знаменитости, среди которых Роберт Сабуда (США), Бенжамин Лакомб (Франция), Войцех Кубашта (Чехия), Антон Радевски (Болгария), Виктор Лукин (Россия).

Таким образом, в пределе своего воплощения pop up издание вообще перестает быть книгой как таковой, превращаясь либо в визуальный арт-объект, либо в функциональный предмет прикладного назначения. Это не хорошо и не плохо – просто объективная данность, но тоже логически вписанная в современность и отражающая знаковые культурные тенденции. Книгля «раскладывает» текст на условной плоскости, pop up «выстраивает» его в условный объем – в обоих случаях примат формы над содержанием. Оборачиваясь картиной в раме или фигурой из бумаги, книга овнешняется не только как культурный продукт, но уже и как само понятие.

Флипбук: игра с движением

Флипбук (англ. flip – переворачивать, перелистывать + book – книга) представляет собой книгу небольшого формата с рисунками, иллюстрациями, фотокадрами, при перелистывании которых создается анимационный эффект – иллюзия движения. Производители кричат о революционной новизне, но на поверку новым тут является лишь название. Фактически флипбуки – одна из самых ранних (с 1868 года) форм интерактивных мультимедиа, только прежде их делали вручную, а сейчас при помощи цифровых технологий. Синонимы и близкие понятия: pocket cinema (англ. букв. «карманное кино»), moving picture (букв. «движущаяся картинка»), фолиоскоп (фр. folioscope), кинеограф (kineograph), Abblätterbuch (нем. букв. «книга для перелистывания»), Daumenkino (букв. «пальцевое кино»). Для современных флипбуков возникли русскоязычные синонимы анимационная книга и книга-перевертыш.

В начале XX века такие книжки имели сугубо прикладной характер и распространялись в качестве рекламных и подарочных приложений к сухим завтракам, жевательной резинке, сигаретам, игрушкам. В 60-е годы некоторые флипбуки обзавелись уже собственными ISBN (International Standard Book Number) как самостоятельные печатные издания. Сейчас этот формат переживает новый всплеск популярности, конкурируя с фотосессией и киносъемкой как креативная услуга на праздниках, презентациях, фестивалях. Флипбуки производятся специальными студиями и используются для увеселения гостей, фиксации памятных событий, в имиджевых проектах, рекламных акциях, в качестве сувенирной продукции. Здесь действует все тот же принцип постиндустриальной культуры: удивлять и развлекать.

В России последних лет флипбуки выпускаются уже не только по индивидуальным и корпоративным заказам, но и как самостоятельные печатные издания. «Стрелка», «Ангелы», «Лошадка» – выходившие в тематических сериях первые отечественные флипбуки от компании «Animawork». Для желающих самостоятельно придумывать и рисовать истории выпускаются флипбук-заготовки с чистыми страницами.

Эксплуатируя идею непрерывного механического движения картинок, флипбук предвосхищает идеальный футуристический библиообъект – книгу без текста. Стремительное перелистывание страниц как бы уже изначально и самопроизвольно разлучает форму с содержанием, отделяет означающее от означаемого, оставляя лишь изображения и отодвигая слова за край страницы, за линию мысленного горизонта...

Флипбэк: игра с форматом

Флипбэк (англ. flipback – букв. «сальто назад») – инновационное печатное издание небольшого размера (примерно 18x8 см) с горизонтальным размещением текста, внешне напоминающее смартфон, планшет или букридер. Первыми в таком формате на отечественный книжный рынок вышли в 2013 году «Над пропастью во ржи» Сэлинджера, «Марсианские хроники» Брэдбери, «Облачный атлас» Митчелла, «Норвежский лес» Мураками, «Generation “П”» Пелевина.

Российская история флипбэков началась с семантического казуса. Вследствие фонетического и орфографического сходства слов «флипбук» и «флипбэк» возникла ошибочная омонимия названий абсолютно разных видов печатной продукции. В целом ряде СМИ и в официальных релизах издательства «Эксмо», впервые начавшего у нас выпуск флипбэков, они были названы флипбуками, тогда как в английском языке данному формату соответствует словосочетание flipback book.

Однако на это почти никто не обратил внимания, журналисты бездумно, но точно повторили уверения производителей о том, что флипбэк – «спасательный круг для книгоиздания» и даже «новый Kindle». Новинка пришлась по душе и многим читателям, которые уже придумали ей ласковые прозвища листайка и листайчик. Правда, национальная тяга к уменьшительным формам никак не отразилась на цене: в среднем флипбэки стоят от 200 рублей.

Флипбэк позиционируется как прогрессивный и совершенный книжный формат, сочетающий преимущества печатной и электронной книги. Если неовинтажная книга – это «красота», кофе тэйбл бук – «статус», книгля – «эксклюзив», popup книга – «интерактив», то флипбэк – «удобство + престиж». Квинтэссенция современности. Формально так оно и есть: издание на тонкой и приятной рисовой бумаге занимает мало места, при чтении легко удерживается одной рукой, поскольку листается снизу вверх. В книжных магазинах для флипбэков появились эргономичные вертикальные стеллажи.

Если же посмотреть на «листайчик» как на культурный артефакт, то можно обнаружить неявный, но значимый момент парадигмального перехода от традиции (статической системы устойчивых понятий) к тенденции (динамической системе постоянно меняющихся направлений). В своем исходном облике, в первозданном и неизменном на протяжении многих столетий виде книга уже не устраивает взыскательного и «прогрессивного» потребителя, не вписывается в современные социокультурные стандарты. Возникает идея трансформации и унификации внешней формы книги, ее подгонки под доминирующие концепты, каковыми в данном случае являются удобство и престиж. В результате возникает качественно новая, но онтологически неподлинная вещь. Флипбэк как бумажная имитация ридера, в свою очередь имитирующего бумажную книгу, – выразительный пример симулякра, «формат формата».

Возможно, станет пророчеством издательско-журналистский лозунг – и флипбэки действительно «завоюют мир». Но есть и вероятность развертывания сценария известной поговорки «Лучшее – враг хорошего»: помноженные друг на друга два функциональных плюса дадут итоговый культурный минус. Очевидно одно – бумажная книга, уподобленная электронному устройству, тоже полностью вписывается в рамки постмодерна, и ее появление полностью аутентично современности: социальный заказ на эргономичность и социальный отказ от подлинности.

Ну а нынешний статус флипбэка символически обозначен выпуском флип-Библии, ставшей первой в Великобритании книгой данного формата (2011). Легко вообразить, как в скором будущем певица Земфира исполнит свою песню на новый лад: «Больше всего нужны мне твои флипбэки!»

Гибридная книга: игра с технологией

От флипбэка логично перейти к разновидностям электронных изданий. Понятно, что сама по себе электронная книга – никакой не новый и уже даже привычный формат. Читателям, «цифровым с рождения»[3], гутенберговские времена представляются чуть ли не доисторическими, как эпоха динозавров. Однако и новой генерации книгочеев, и поколению «цифровых иммигрантов» до сих пор далеко не всегда понятны разница и корреляция целого ряда наименований электронной литературы: цифровая книга, цифровое издание, электронное издание, онлайн-бук, флеш-бук, mobile-вook, e-book, e-text, гибридная книга.[4] Поэтому прежде всего уточним эти понятия.

Электронной книгой чаще всего принято называть версию печатного издания в электронном (цифровом) виде, то есть запись на компакт-диске всей информации, которую несет книга в обычной ее форме и для ознакомления с которой запись выводят на экран видеотерминала. ГОСТ – 2001 определяет электронную книгу как «электронный документ, прошедший редакционно-издательскую обработку, предназначенный для распространения в неизменном виде, имеющий выходные сведения». Фактическими синонимами, параллельно существующими именованиями электронной книги являются электронное издание, цифровое издание, цифровая книга, e-book (сокр. англ.).

В англоязычной терминологии e-book противопоставлен p-book (print book) – печатному изданию, бумажной книге. В случае, когда первичным является электронный документ, в качестве противоположного употребляется понятие триваре (англ. treeware) – бумажная версия книги, журнала. Данные термины возникают чаще всего в сравнительно-сопоставительных контекстах. В повседневном обиходе электронной книгой называют также само электронное устройство для чтения текстов; в данном случае синонимическими эквивалентами являются букридер, или сокращенно просто ридер.

Для обозначения цифровых версий книг, хранящихся в открытых форматах, основанных на простых текстовых файлах, используется также термин e-text (англ. сокр. «электронный текст»). К электронным книгам, выпускаемым для чтения на мобильном телефоне, применяется понятие mobile-вook (мобильная книга). На выпуске таких книг специализируется, в частности, российское «Первое мобильное издательство».

Понятие онлайн-бук (англ. on-linebook – интерактивная книга) функционирует преимущественно в двух значениях: 1) литературное произведение, позволяющее читателю участвовать в формировании сюжета и/или выступать в роли персонажа (иногда используется также название интерактив-фикшн); 2) издание, доступное через сеть интернет.

В отличие от электронных книг, онлайн-буки необязательно выпускаются в форматах для чтения на букридере. Разновидностью онлайн-бука можно считать флеш-бук (англ. flash-book) – формат, позволяющий импортировать в текст звук, видео, графические изображения, активные интернет-ссылки, создавать эффект перелистывания страниц.

Недавно появился функционально новый (в отличие от вышеописанных) формат цифрового текстового продукта, получивший название гибридная книга – издание, сочетающее элементы печатной и электронной книги. Основная часть материалов остается в привычной «бумажной» форме, а дополнительная часть специально помечается в оглавлении, размещается на сайте электронно-библиотечной системы и получает код читательского доступа (QR-код). В ряде контекстов такие книги именуются интегрированными. По сути, это даже не столько книга как таковая, сколько технология расширения читательских возможностей с помощью цифрового функционала.

В качестве преимуществ данного формата заявлены снижение стоимости, возможность оперативного обновления и регулярного дополнения материалов, непосредственный прямой доступ не только к текстовым, но и мультимедийным ресурсам, предъявление всего объема авторских материалов, обычно сокращаемого в традиционном печатном варианте, высокое качество визуального контента (карт, фотографий, иллюстраций), часто теряемое в типографской печати. Российским пионером в создании гибридных книг стал научно-издательский центр «Инфра-М» (проект ZNANIUM.COM).

В настоящее время еще сложно прогнозировать перспективы такого формата, пока он представлен преимущественно изданиями по экономическим прикладным направлениям: менеджменту, логистике, аудиту, налогообложению, бизнес-планированию. Однако очевидно, что гибридная книга уже в своем названии обнаруживает ту же типологическую специфику, что и флипбэк: соединение не только двух книжных форм, но и двух ментальных матриц, знаменующее переход от «общества традиций» к «обществу тенденций». Причем пример гибридной книги особо отчетливо выявляет не только свойственную последнему бесконечную трансформацию, но также искусственность культурных форм.

Во многом имеющая принудительно-репрессивный характер, эта искусственность уводит все дальше от прототипов и эталонов. В предельном своем воплощении она незаметно, но последовательно выводит само понятие эталона за рамки культурного контекста. И подобно словам, «убегающим» из разворотов popup книг, с мелькающих страниц флипбуков, с поверхностей книглей, эталоны исчезают за горизонтом мысли-речи. Отсутствие эталона замещается семантическими дополнениями основного понятия: кофе тэйбл бук – книга-украшение; партворк – книга-коллекция; книгля – книга-картина; popup – книга-игрушка; флипбук – книга-фильм; флипбэк – книга-гаджет.

Что еще и что дальше?

Размывание исходного определения книги и бесконечная трансформация ее внешних форм закономерно ведет к тому, что книгой нынче может называться и произведение актуального искусства (так называемая «книга художника»), и рукотворный альбом – продукт любительского творчества, и существующий лишь на экране монитора роман сетевого автора, и коллективная гипертекстовая игра, и даже просто авторский блог.

Группа устойчивых словосочетаний со словом «книга» (поваренная, жалобная, амбарная) недавно пополнилась наименованием быстрая книга и очередным новым форматом – текст на злободневную публицистическую тему небольшого объема (до 30 тыс. слов) исключительно в цифровом формате для специально разработанных приложений для iPad, iPhone и других мобильных платформ. Еще один библио «Hocus-Pocus» от одноименного издательства. Еще одна игра – на скорость.

Похоже, самое активное развитие книжной индустрии продолжится в сегменте электронной литературы, хотя бы потому, что это наиболее логично и наименее затратно. Пройдя путь от замысла в виде полуфантастического мемекса[5] до воплощения в «наладоннике» последней модели, цифровая книга обладает неограниченными возможностями модификации и готова принимать все новые и новые вызовы эпохи. Другой вопрос – как это повлияет на культуру в целом, ведь прогресс не сводится только к технологическому совершенствованию, и мы не сделаемся умнее и добрее, даже если в будущем книги станут вживлять нам прямо в мозг.

В сущности, электронная книга – это даже не столько «игра с техникой», сколько игра с самой культурой. Точнее, заигрывание. Как если бы культура персонифицировалась в образе университетской преподавательницы, а мы, студенты, в качестве оправдания за плохо написанные эссе предъявляли бы ей виртуозно сделанные копии конспектов – с наностраницами, электронными чернилами, голосовыми подсказками.

Сможет ли наращивание визуального потенциала текста, расширение его функций и совершенствование материальных носителей компенсировать тотальную деградацию содержания? Диктат формата требует новых свершений и новых жертв. Кабы не вышло так, что нашим потомкам достанутся книги… вообще без текстов, зато на супернавороченных гаджетах.

Опубликовано в журнале:

«Октябрь» 2015, №2

Россия > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 февраля 2015 > № 1458915 Юлия Щербинина


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 16 января 2015 > № 1361530 Зураб Аласания

Зураб Аласания: Мы хотим узнать, чего хочет народ и дать ему чуть лучше, чем он хочет. В этом я вижу задачу общественного телевидения

Эксклюзивное интервью генерального директора Национальной телекомпании Украины Зураба Аласании агентству "Интерфакс-Украина".

Вопрос: Начнем с прошлого. Почему вы решили возглавить НТКУ? Зачем вам это было надо?

Ответ: Я, честно говоря, давно этим занимаюсь... Все стадии прошел, от репортера до директора областной (Харьковской – ИФ) ОГТРК. Я пытался что-то делать на местном уровне, но системные изменения на местном уровне провести невозможно. Это как раз то, чему они страшно все сопротивляются сейчас. Я оттуда ушел. Когда время прошло, я потихоньку начал готовиться. Думал "Медиапорт", который скорее не агентство, а среда, передам кому-то, а сам отойду от дел. А тут в стране такое. У каждого свой участок фронта. И я бы в государственную систему никогда бы в жизни больше не пошел... ни в министерства, ни президентом. Потому, что существующая система – это задница, я так считал и считаю, она против нас, граждан. Но как только возникло слово "общественное" (телевидение)... А это означает отнять у государства функцию, которая ему принадлежит... Я понял, что это мой последний шанс сделать в жизни что-то такое серьезное. Понял, что проблем будет множество. Но мне-то терять чего? Я за репутацию свою не боюсь, мне все равно. Меня это завело. К тому же я хотел закончить то дело, которое я начал в областной телекомпании. Мы не довели тогда дело до конца, потому что это было невозможно. А сейчас – возможно. Я уже сверху меняю эту систему, а не снизу. Их нужно заставить делать то, чего они не хотят. Вот когда мы их заставим – они поймут, что это хорошо. И будут думать потом – а разве когда-то было иначе?

Вопрос: Изменить людей, наверное, сложнее, чем технику поменять?

Ответ: Конечно. Простые задачи кого интересуют? Сhallenge такой.

Вопрос: Хорошо. Вы пришли в телекомпанию. Что вас удивило? Что вас расстроило? И что вас обрадовало?

Ответ: Меня все радует. Я был готов, в отличие от многих, к этому. Опыт в областной ТРК очень сильно помог. Это просто масштабирование проблемы. А с ней я был уже знаком и сталкивался. Наибольшая проблема – это люди и их мышление. То, как они думают, то, как они ничего не хотят менять. Это было там, это есть здесь. Этим я удивлен не был. Но это и есть самая большая проблема.

Что меня огорчило? Хотя я к этому тоже был готов. Архивы. Многодесятилетние. Они должны были быть. И это единственный перевес системы государственного телевидения. Она мало делает чего хорошего, но хотя бы это... Но даже к этому я был готов. В Харькове, когда я пришел и спросил – где наши архивы? Они сказали – ну, лет пять назад последние сожгли. Зачем? Не знаем, приказали – сожгли. А здесь – то же самое. У нас с 2001 года вообще ничего не записывается, даже новости. Новости, ребята. 90 лет компании. Пленки. Где это все?

Вопрос: Что-то же осталось? "Катрусин кинозал"?

Ответ: Нет. В Youtube – да, у нас – нет. Вот мы сейчас показываем Сашка Лирныка, прекрасно сказки читает. И думали: а давайте заведем страницу и положим туда, помните, деда Панаса? Нету. Это так расстроило! И сейчас мне на рабочих группах во всех областных телекомпаниях говорят – у нас богатейшие архивы, у нас богатство страны, мы миллиарды стоим. Как только мы начали проводить там проверку, оказалось, что ни у кого никаких архивов нет. Ни официально, ни неофициально.

А так – радует все. Радует количество работы, радует, что команда прирастает. Мы сюда пришли вдвоем, а теперь уже нас около ста. Из 7700 сотрудников в системе гостелерадиокомпаний это вообще мизер, но ничего. Потихоньку все будет.

Вопрос: Вы такой оптимист в наше пессимистическое время... Расскажите о финансовом состоянии НТКУ? Раньше проходила информация о том, что у телекомпании большие долги, в том числе перед Концерном РРТ. Какая сейчас ситуация?

Ответ: Финансовая ситуация не может быть нормальной, поскольку мы не являемся распорядителем своих средств. Когда я пришел сюда – 167 млн грн расходов было запланировано на 2014 год при необходимости, даже не по-хорошему, а просто по-обыкновенному, около 350 млн грн. К концу года из 167 (млн грн – ИФ) срезали еще 10 (млн грн – ИФ). Кстати, из 167 млн грн 103 млн идет на зарплату. 60 млн грн – на услуги Концерна РРТ. Мы государственная компания, они государственная компания. Зачем-то через наш канал вынимают и отдают туда. Не понятно. Остаток – 7-9 млн грн идут на содержание здания (компании – ИФ): 22 этажа на 3 гектарах.

Что касается долгов. Там "висит" японский кредит 24 млн грн. Где техника, которая много лет висела на складах таможни и до сих пор часть там находится? Эти кредиты просто раскидали по всем компаниям в стране. Еще из долговых обязательств – Euronews. На сегодняшний момент наш долг перед ними – EUR11 млн. Зачем нам ее навязали? Не имею понятия. Программа идет 20 минут в день и есть большие вопросы, что именно они там показывают. Контракт, формально на нас, заключал Кабмин, еще старый состав. Мне говорят – расторгай. А я говорю – О'кей. А долги? Они же подадут в Европейский суд. Если будет суд – ты пропал, компания пропала, вы просто банкроты окажетесь сразу же. Заключали они, а банкроты НТКУ. Это как вообще?

В целом около 400 млн грн сейчас "висит" долгов на телекомпании.

Вопрос: Это долги Euronews, КРРТ. Что-то еще?

Ответ: Да, есть еще небольшие долги, текущие. Например, EBU дают нам Евровидение, ФИФА. Чемпионат мира прошел, деньги должны были быть уплачены давным-давно. Пришел в компанию – где деньги? Нет. Потратили на нужды телекомпании. А почему не перечислили? Ну, нам надо было… Их не украли, потратили на нужное. За этот период заработали, на рекламе, политической в том числе. Есть деньги. Можем заплатить ФИФА. Но, они же в Госказначействе. Платим не мы, у нас своего счета нет. Четвертый месяц пошел. 17 млн грн нужно перечислить. За это время 3 млн (грн – ИФ) мы просто потеряли из-за инфляции. А долги же перед EBU не уменьшаются. Я уже молчу о том, что в 2018 году Чемпионат мира по футболу будет, в 2020 - Олимпиада. И как? Я должен сейчас уже гарантировать какие-то платежи. А казначейство когда хочет – тогда и платит.

О мелких делах я уже вовсе не говорю.

Вопрос: Хорошо, а как тогда запускать общественного вещателя при таких условиях?

Ответ: Я вам скажу как. Закрыть глаза – и вперед. Это как с домашним бюджетом. Если подсчитать, то трат окажется гораздо больше, чем доходов. Как? Как-то живем. В 2015 году, я думаю, процентов 20-25 по всем сферам украинской жизни "обрежут". И правильно сделают. Потому, что Кабмин - просто распорядитель наших средств. Если мы это не заработали – нам это взять неоткуда. Вот сейчас ходят и митингуют: "сделайте нам квартирные кредиты по 5 грн за доллар"…

Я знаю, что в 2015 году будет еще хуже. Ничего. Чем хуже – тем лучше. После этого будет хорошо. Мы сами себе сделаем хорошо.

Вопрос: Хочу перейти к другому аспекту деятельности компании. Взаимодействие с властями. "Темники", например, есть? Только честно.

Ответ: Вообще нет. Я что обманывать буду? Этого разве не видно на экране? Я не хочу сравнивать со временем до революции ("гидности" – ИФ). Вообще быть нормальным и порядочным человеком – это норма. Так и в новостях – отсутствие "джинсы" не повод для хвастовства. За все время, что я здесь ни одной "джинсы" здесь не было, ни разу. Ни в пользу Кабмина, ни в пользу администрации президента, ни в пользу каких-то компаний. Но гордиться тут, повторюсь, нечем. Это норма.

Но проблема в образе мышления. Когда они раньше всегда делали то, что сказали, то и сейчас делают. Надо человека приучить: тебе никто ничего не говорит, начинай делать сам. У них пока что так, шатко-валко.

Вопрос: Самоцензура какая-то?

Ответ: В том числе. Нужно выковыривать это из голов (сотрудников НТКУ – ИФ). Они, до сих пор, пресс-конференцию считают поводом к новостям. Они автоматически считают, что если шеф где-то появился, мы немедленно кидаем туда камеру. Я нервничаю уже. Но и трогать не хочу. Сами. Все сами. Они сейчас проходят обучение. Я терпеливо жду, когда они будут расти. Уже растут.

А темники… Это никого не интересует. Со мной это не работает. Нигде не работало. Ни в Харькове, ни здесь. Они же меня знают.

Вопрос: А попытки были?

Ответ: Беспрерывно. Но это происходит на уровне среднего менеджмента. Например, клерк АП или клерк Кабмина звонит сюда, редактору. А редактор будет дергать генерального директора, чтобы спросить. Так было раньше. Он не мог по-другому, он привык так. Я сразу говорил – не надо все звонки на меня переадресовывать. В Кабмине говорят – ну мы же ничего, мы же просто информацию вам сообщаем. Или возьмем АП. Они хорошо наладили службу, постоянно приходит сообщение, что делает президент, где лежит видеозапись того или иного мероприятия. Кто-то это мог воспринять как команду. Но для меня это просто лента новостей: я знаю, где и что делает президент. Но от меня никогда это не уходит вниз. Они получают то же самое и делают материал, если есть новостной повод.

Короче, в плане темников у нас пока что наоборот. У нас есть программы типа "Час уряду", мы госкомпания и обязаны освещать деятельность властей по закону. Но все идет к общественному вещанию.

Вопрос: В новом же законе нет такого обязательства?

Ответ: Конечно, нет. Но, из Кабмина звонят, и говорят: мы же план на следующий год составляем и как теперь с этим быть? Я говорю – не трогайте, оставьте все как есть. Потому, что сейчас они обязаны приходить. А так – они не будут обязаны, не хотят. А сейчас людям нужна информация. Поэтому я прошу не трогать графики, пусть приходят к нам на программу и рассказывают.

Вопрос: А трансляции заседаний Верховной Рады, Кабмина?

Ответ: В законе есть пять человек, кому мы в случае форс-мажора обязаны предоставлять эфирное время. Это президент, премьер-министр, спикер Верховной Рады, глава Конституционного суда и глава Верховного суда. И одной строкой написано, что мы обязаны каждый год президенту предоставлять эфир для новогоднего поздравления. Все!

Вопрос: Ну, это если форс-мажор. А еженедельные заседания правительства?

Ответ: Там самые большие рейтинги. Я иногда бываю на Кабмине, и вижу большое количество камер на заседаниях. Поэтому, мы пока это все оставляем. Людям это нужно. Посмотрим, сколько еще будет в стране такая ситуация, когда людям нужно будет слышать, что говорит власть. Год-два? Посмотрим. Вот на Порошенко "наезжают", что он не разговаривает с людьми. И, я считаю, что справедливо. Он не любит почему-то разговаривать с людьми. Кабмин любит и его, наоборот, попрекают, что сильно "пиарится".

Я же считаю так: дайте нам информацию и мы сами решим, что с ней делать.

Вопрос: Давайте теперь о будущем телекомпании. Вот все говорят: мы ждем, когда общественное телевидение стартует. Как это должно быть? Что должно произойти? Перерезание ленточки? Как это все должно быть?

Ответ: У нас недавно была рабочая группа. Я полтора часа орал именно этот вопрос: скажите мне, что должно быть, что не должно быть. Поскольку все, кто внутри, понимают, что одного момента запуска не бывает. Общественное телевидение это годами выстраиваемое. Но есть public relations. В хорошем смысле. Ты публике должен что-то сказать. Мы понимаем, что с одной стороны можно найти любой повод, назначить любую дату, не имеет значения. Например, юридическое лицо будет создано месяцев через семь. Такая процедура. Нельзя родить ребенка за два месяца. Но люди все эти месяцы будут думать: а что же, а где же? Они будут думать: они ничего не делают. Результат – только на экране, у нас другого коннекта нет.

Поэтому я и спрашиваю: что считать началом? Мне говорят – это что, обман? С одной стороны, я и сам думаю, что обман, мыльные пузыри. С другой стороны я понимаю, что тогда нам не дадут дойти до дела, люди будут недовольны, общественное мнение сложится другое. Ага, об общественном телевидении год уже говорится, а ничего не происходит.

И мы теперь ищем то, что могло бы быть отправной точкой. Например, 1 марта. Весна. К этому моменту можно подвести итоги конкурса о названии, который мы объявили ранее. Хотя это самое неправильное. Ну, О'кей. Да, реорганизация происходит, но она же еще не произошла. Но мы делаем вид, что произошла. К 1 марта будут результаты этого конкурса, брендбук уже будет готов. Что еще? Сайт. Уже он практически готов к запуску. Но придержим тогда до 1 марта. Мы собираемся запускать ток-шоу новое, собираемся запускать программу с включениями из областей. Мы это все придержим к одной дате и выпустим. Наверное, в общественном мнении это будет считаться, что это был запуск. Хотя это будет не так быстро.

Вопрос: Если коснуться вопроса о реорганизации, то меня, и, я так понимаю, все облгостелерадиокомпании интересует вопрос: ждет ли их ликвидация? И что их ждет?

Ответ: В законе нет слова "ликвидировано". И даже в поправках к закону нет. Там везде написано - "реорганизация". Более того, в действующем законе вообще ничего не меняется. Именно поэтому подготовлен серьезный пакет поправок. Юридически это означает, что они все должны быть ликвидированы как отдельные юрлица и сведены в одну организационную структуру. То есть сначала создается юридическое лицо, а потом они все будут к ней постепенно присоединяться. Это займет где-то месяцев пять-семь. Таким образом, 31 предприятие объединиться в одно юрлицо.

Вопрос: Сколько сейчас во всех этих компаниях работает людей?

Ответ: По последним данным – 7700.

Вопрос: А сколько должно работать?

Ответ: Это должны знать они, а не я. Подумайте, чего мы хотим от областных ТРК? Какой контент у нас должен быть на трех радиостанциях и на двух телеканалах? Сейчас концепция разрабатывается, мы втягиваем их в этот процесс. Вот они говорят: мы можем делать такой-то продукт. А какая у вас есть техника? В среднем 2,5 камеры на каждую компанию. Представляете? Вот как только мы будем знать количество продукта, будет понятно, сколько людей нужно для его производства. Все. Меня вообще не волнуют цифры. Если нас будет двадцать тысяч, значит, нас будет двадцать тысяч. А если мы решим, что общественному нужно 500 (сотрудников – ИФ), будет 500. Не от "фонаря" решаем, а от потребностей. Они же переживают, что всех уволят, всех убьют-расстреляют. Я их пытаюсь убедить в том, что все будет не так. И мы вообще можем еще и прибавить, а не убрать.

Вопрос: Мне кажется, что скорее надо убирать, чем добавлять…

Ответ: Мне тоже так казалось до недавнего времени. А потом приехали датчане и говорят: у нас два вещателя и около 6 тыс. сотрудников. Я очень удивился. Две компании и шесть тысяч человек. Почему так много? Почему много, спрашивают они? Мы вещаем 24/7. Мы не ориентируемся на много или мало. Сколько нужно – столько и есть. И я прозрел. Да, у меня был такой же штамп, как и у всех украинцев. Там людей слишком много, все они бездельники. Слушайте, там точно много бездельников, у нас больше половины бездельников. Но почему я, равняясь на бездельников, должен себя ограничивать количеством людей? Это неправильная привязка. Привязка должна быть к продукту.

Я думаю, что будет сильное сокращение и в основном будет ротация качественная…верная формулировка. Если мы будем убирать людей, то будем заменять их качественными людьми, а не потому, что их слишком много. Но пока мы госкомпания, мы ничего сделать не можем.

Вопрос: Когда будет создано юрлицо, вы будете подчинены Госкомтелерадио?

Ответ: Нет. Ни-ко-му. Подчиненная – это неправильное слово. У нас будет ежегодно аудит-отчет, чисто финансовый, а раз в четыре года – концептуальный. Все. Никакой Кабмин, никакого отношения к нам иметь не будет. Он первые четыре года даже не финансирует.

Вопрос: А кто будет финансировать?

Ответ: Никто. Государство вкладывается на четыре года в уставный капитал. Каждый год часть бюджета будет вкладываться именно по такой схеме.

Вопрос: О какой сумме идет речь?

Ответ: Предполагается 820 млн грн. Это вот эти 0,2% (расходов общего фонда Госбюджета) из закона. Ни больше, ни меньше. Никогда они такую сумму не давали и никогда они ее не дадут. Она будет вдвое, а то и втрое меньше. Ничего. Выживем.

Через четыре года, сказали они, что хотите, то и делайте. Но в поправках к закону мы предполагаем возможность введения абонплаты. В изначальном законе этого не было, они даже рекламу обрезали. Что попало. Но спасибо им и за такой закон, первый за 15 лет. Через четыре года мы расчеты проведем, когда люди уже увидят что такое общественное телевидение.

Вопрос: Каким образом может взиматься абонплата?

Ответ: Например, в Германии взималась плата 29 евро с каждого домохозяйства. Но, мир не стоит на месте. Телевидение теперь не только в телевизоре. Они из-за гаджетов очень долго спорили и приняли в итоге закон – не с домохозяйств, а с каждого гражданина Германии идет плата в пользу общественного вещателя. Меньше, но теперь каждый. У них, таким образом, увеличивается бюджет, но зато у них не будет проблем с авторскими правами. Если я смотрю в телевизоре – я плачу, если с телефона – не плачу. Здравствуйте. У меня дома телевизора вообще нет, все с телефона. То есть они стараются идти в ногу с прогрессом. Это один из вариантов. Посмотрим. Если у нас будет возможность через четыре года это сделать, то да. С домохозяйствами я не хочу иметь дело. На них построен рейтинг Nielsen. А это очень спорная штука.

Вопрос: А вы же ни в каких рейтингах не участвуете?

Ответ: Ну вот…. А кому я плачу 12 тысяч в месяц? Одиннадцатое место в панели у нас есть.

Вопрос: А дальше будете участвовать?

Ответ: Будем. У нас пока нет другого измерения. Года через три, через пять лет мы придем к другому измерению, но рынок мы не поменяем. Это панель не наша, общерыночная. Одна из главных проблем – эта панель построена для стирального порошка. Точка. Nielsen прекрасен, он меряет все, что хочешь. Но подходить к телевидению как к стиральному порошку сложновато. Рост продаж – это все что их интересует. Ну и правильно. Но рейтинги выглядят все-таки, пардон, не так как должны были бы. Я знаю, каждый канал так говорит, но всех устраивает, что есть общая шкала измерений. Мы, конечно, можем предложить другое измерение, точно зная, что нам нужно, закажем социологию, фокус-группы и так далее. Но принести это в рынок и сказать – теперь все меряйтесь по этому, у нас не получится. Слишком сложная система. А это означает, что мы будем продолжать оставаться в панели, а дальше – ну мы выберемся в десятку, где-то пятое-шестое место. Все. Выше мы не полезем. Даже если мы сможем, если я увижу, что у нас третье-второе место – я буду сильно обеспокоен. Поскольку это будет означать, что у нас много желтухи-чернухи, всего такого, что делает рейтинг коммерческому каналу. А поскольку мы не коммерческий канал, а общественный, то такого быть не должно.

Вопрос: К вопросу о реорганизации интересует ситуация с лицензиями. Нацсовет говорит, что он должен выдавать новые лицензии. Вы считаете, что от старых лицензий не нужно отказываться?

Ответ: С этим как раз никаких проблем нет совсем. У нас в каждой областной компании есть по нескольку лицензий, в том числе аналог и цифра. Например, в Харьковской области 11 лицензий. Аналоговое вещание госТРК в Харьковской области покрывает, например, 73%.

И практически один в один цифровая лицензия покрывает то же самое. Отключат аналог, не отключат, дело такое. Что с самими лицензиями? Я говорю – новое юридическое лицо автоматически означает переоформление всех лицензий и опять конкурс. Мы столько не выдержим, это довольно дорого. Все вместе пришли к выводу, с представителями Нацсовета в том числе – вот все что есть – переоформляем, по закону это возможно. Но уже следующие частоты, на которые мы будем претендовать – выходите на рынок, участвуйте в конкурсе. Ладно, согласен, это справедливо. Но возвращать имеющиеся лицензии мы не будем. Была изначально идея вернуть и делать включения из областных телекомпаний. Идея встретила дикое сопротивление в регионах. Там включили в игру местную власть. Зачем? Потому что местная власть теперь лишается прав, а где наши сессии, как мы их будем транслировать? Юридически это будет длиться до 2017 года, мы не сможем это сразу поменять. Мы будем меняться, но потихоньку. Как и Первый национальный. Я говорю – вещайте. Но мы будем менять вас качественно. Бренд будет одинаковым у всех сразу. К бренду мы добавим знак качества - "сделано по стандартам общественного". Каждая отдельная программа будет получать такой знак. Если она этого заслуживает.

Вопрос: В какой из региональных ТРК сейчас наилучшая ситуация с контентом?

Ответ: В Сумах, например. Я член коллегии этого ужасного Комитета по телевидению и радиовещанию и там приезжают из каждой области и докладывают о состоянии государственной системы телевидения. В среднем по стране состояние ужасное. Старый серый "совок". И на этом фоне Сумы меня удивили. Красивая картинка, современные ребята, не пыжатся, не парятся, не пафосничают. Просто делают свое дело. Так что тут тоже большой вопрос где, кого и сколько оставлять. В среднем в каждой ОГТРК порядка 300-350 человек. Ну, может оптимальная цифра около 100, даже так – от 50 до 100. В зависимости от того какой продукт они смогут давать.

Вопрос: Вы говорили о включениях региональных вещателей в эфир Первого национального. Они уже начаты?

Ответ: Нет никакой совместной работы. И включений тоже не будет. Мы планируем одну конкретную авторскую программу, где будут представлены все области страны. Причем я настаиваю, но меня не понимают. Я настаиваю на том, чтобы при включениях из Львова, из Харькова показывали именно местную студию. Девочку, которая одета так, как там одеваются, и разговаривает именно тем языком, которым разговаривают в том регионе. Мне нужно чтобы вся страна увидела. Чтобы Львов удивился от того как разговаривают Сумы. Они что украинского языка не знают? Вот так там разговаривают, запомните это. И более того я бы хотел, чтобы они сами выбирали тему, показывали чем живут Сумы. Я там в жизни не был, я хочу посмотреть чем они дышат. И пусть Львов на это посмотрит. И пусть на львовян посмотрят в других регионах. Они не знают, куда деть тумбочку? У нас тут стреляют, а им тумбочки некуда девать. Пусть это видит Харьков, пусть это видят все. Вот эти часовые включения не с тем, чтобы выставить Киев главным, и он всех включает, а просто равные интересы представлены. По этим программам будет хорошо понятно, кто и что собой представляют региональные телевизионщики. Эту программу мы планируем выпустить в феврале.

Кроме того, наши эмиссары будут разосланы в регионы.

Вопрос: Кто будет возглавлять эти региональные подразделения? Там будут директора на местах? Кто их будет назначать?

Ответ: Пока еще нет ответа. Одна из рабочих групп, которая занимается организационными вопросами, должна дать ответ на этот вопрос. Я ни разу еще не увидел структуру. Я понять не могу, как это должно быть. У нас есть Эрнст энд Янг, он берет на себя весь HR. У них есть свое видение. Они говорят: показывайте ваш бюджет, тогда мы вам покажем схему как это должно работать. Я даже в правлении еще не понимаю, как оно должно быть построено. Но это на мне, это я предлагаю. Я думаю, что не буду строить так, как вы сказали. Я изучил европейский опыт. Никто не строит по платформам. Начальник радио, начальник телевизора, начальник новых медиа. Не бывает. Будем строить по направлениям. Вот это информационное, вот это детское, вот тут "сейлз" и реклама. Скорее всего, правление я вижу так. А вот ниже – это вопрос. Мы-то привыкли по "совку", начальник радио и все. Посмотрим.

Вопрос: Давайте немного вернемся к вопросу финансов. Из чего будет состоять бюджет общественного вещателя?

Ответ: Ну, предполагается 800 млн грн - это вклад государства в уставный капитал. Вернули процент от рекламы (предполагается в новых изменениях в закон об общественном вещании). Нам же урезали до 5%. 20% у всех каналов. То есть 20% рекламы от одного астрономического часа, то есть 12 минут. Все это нарушают, вы сами видите. Мы не нарушаем. Нам обрезали до 5% - три минуты в часе. Я с ними уже ругался, это невозможно. Приводил примеры. Франция. 10 лет. Вообще не было рекламы, людям это нравилось. Они загнулись целиком. Сейчас французскому общественному вещателю возвращают рекламу. То есть и бюджет государственный, и рекламу. Потому что, а как выжить? Это рынок всего лишь. Поэтому норму о 12 минутах в часе в поправках к закону должны вернуть. Но все-таки с пятого года (существования общественного вещателя) будет доля рекламы сокращена до 15%, потом до 10%, потом до 5%. Хорошо, к тому времени я уже смогу обратиться к людям за абонплатой. Таким образом, наш бюджет будет состоять из того, что государство вкладывает в уставный капитал и плюс реклама. С рекламой дело идет неплохо, у нас есть "сейлс-хауз" ("Глобал хауз"), с которым мы работаем, он имеет право на 75%, остальную часть продаем мы. Они недовольны нашими рейтингами, конечно. Но я понимаю, что и дальше так будет. Весь 2015 год мы будем еще "просаживать" их рейтинги. Потому, что люди хотят смотреть шоу, где будут ругаться, кидаться, обливаться. Нам нужно ток-шоу, которое будет давать смысл, скорее ток, чем шоу. Эти смыслы людям скучны. Сколько лет нужно будет переучивать зрителя… Зачем вам телевизор? Он вас портит. Давайте сделаем так, чтобы он вас не портил.

Вопрос: Плавно мы переходим к контенту общественного вещателя. Проводили ли вы социологические исследования, что люди хотят видеть на общественном телевидении?

Ответ: Нет, пока еще не делали, но планируем. Евросовет может выделить 600 тыс. евро именно на промо-кампанию общественного вещания. И там есть и измерения, и фокус-группы. Но я на них особо не полагаюсь. Я прекрасно знаю, чего хотят люди. Я вижу это по рейтингу каждый день. Но, в целом, конечно, измерения будем делать обязательно и социологию проводить, но наша задача играть с людьми в игру на повышение. Если вы хотите научиться хорошо играть в теннис, вы должны взять партнера сильнее себя. Мы хотим узнать, чего хочет народ и дать ему чуть лучше, чем он хочет. Чтобы он не вздрагивал и не убегал от нас, а потихоньку подтянулся туда. И вот так каждый шаг, и так каждый день и так каждый год. В этом я вижу задачу общественного телевидения. Не то чтобы делать людей лучше, чем они есть. Они и так хороши. Задача – вытаскивать из них это лучшее. Все то, что остальное телевидение, остальные медиа в нем, в основном, гасят.

Вопрос: Чем планируете "вытаскивать" из них это лучшее? Какой контент вы намерены предложить?

Ответ: Появится одна большая программа с включениями со всей страны. Этого не было никогда, и этого нет ни у кого. Потому, что ни у кого нет таких безумных возможностей. Облтелерадиокомпании отличаются от корпункта телеканала. Корпункт означает, что человек все равно работает на центр. У нас должно быть не так. Мы должны видеть всю страну, каждый день.

Дальше мы попытаемся сделать большое ток-шоу. Изо всех сил ищем формат. Мы его изобретаем. Вот какой фокус. На любом ток-шоу главное – это политики. В лучшем случае – эксперты. Это главные действующие лица. Вокруг – аудитория, которая изображает народ.

Вопрос: Вы считаете, что такой формат нужно оставить?

Ответ: Да я уже подобное шоу закрыл. То, что я сейчас рассказал, то как это выглядит – это телевизор стоит на голове. Мы вернем его на место. То есть разговаривать мы будем с аудиторией, она и будет главная. А политиков и экспертов мы будем звать для консультационных вопросов. Например, идея такой-то реформы в медицине. Вопрос к эксперту: это вообще возможно реализовать? К политику: пройдет ли в Верховной Раде такой закон? Мы поменяем их местами. Крутить штучки-голосовалки будут политики, а разговаривать будет народ.

Вопрос: Когда это планируется запускать?

Ответ: Тоже в феврале, я надеюсь. Сейчас главный момент – какой должна быть аудитория? Как ее подбирать? Это должны быть продвинутые люди? Тогда это всегда одни и те же. Дальше вопрос – одна аудитория или две. Или четыре. А это не телевизионный формат. То есть мы сейчас в поисках и дискуссиях.

Вопрос: Это будет шоу раз в неделю? Есть уже ведущий?

Ответ: Пока раз в неделю, больше не вытянем. С ведущим тоже вопрос, сколько их должно быть, надо ли их брать со стороны? Звезды стоят дорого. Да и к тому же это стандарт, по которому работают все коммерческие каналы. Есть свои, но они загружены. Короче, вопросов много и они все время обсуждаются. Больших звезд я не хочу. А новые еще должны устояться. К ним должны начать приходить те политики, которых вся страна привыкла видеть на экранах. Почему они (люди – ИФ) ругаются из-за Шустера? Боятся, что теперь они их нигде не увидят. Они увидят новых людей. Я надеюсь.

Весь следующий год наш рейтинг будет падать. Потому, что мы даем людям новые вещи. Ты привык к сыру, я тебе приношу мясо. Прежде чем оно тебе понравится – его нужно распробовать хорошо. И это будет не быстро.

Вопрос: А вот по нишевым аудиториям – пенсионеры, дети? Вот убрали Поплавского, чем заменять?

Ответ: У нас есть отличный фолк-мьюзик. То есть вроде бы народность присутствует, но без шароварщины. Фолк и сейчас берет прекрасные рейтинги, а еще мы даже к этому не приступали. Там работают прекрасные люди, они знают, как делать, но мы им будем помогать, чем нужно: поменять студию, подобрать людей, технику. Ну и некоторые наши эксперименты изумляют нас самих. Люди смотрят, например, Щура, который совсем вот молодежный. А где же наша аудитория 70+? Не потеряем ли мы ее за это время? И я тогда бегу к Тамаре Щербатюк, которая "Надвичирья" ведет тридцать лет уже, которая живет особым островом здесь на канале. И она мне говорит: вы молодые, у вас свой мир, наши проблемы вас не интересуют. Удивился и понял, что это ведь правда: стране не интересно, как живут люди этого возраста. Нас не интересует пенсия и лекарства, а их не интересуют наши выборы, наши политики. Они идут и голосуют по-старому, как привыкли. Как найти этот коннект? Это тоже одна из задач общественного телевидения. Не потерять аудиторию старшего возраста и привести молодежь. Как-то их между собой связать. Попытаться найти общие темы. И это только одна крохотная тема. Связать в стране нужно очень многое. Всех со всеми. И это и есть задача общественного.

Вопрос: Справитесь?

Ответ: Обо мне даже речи нет. Это будет лет двадцать. Я буду справляться до тех пор, пока не пойму, что это необратимый процесс, стопроцентно уже пошли вперед, и никто уже не может это повернуть назад.

Вопрос: А как насчет детского контента?

Ответ: Мы запустили, дневной слот, но рейтинги низкие, не знаю, что с этим делать. Из чисто детских – это Лирнык и две детских программы. В какое время их не ставили – не идет. Этот формат мы пока не нащупали. Знаем, что детское должно быть, а вот какое? Большой вопрос. Тем более сейчас, когда речь заходит о патриотическом воспитании. Как найти ту линию между патриотизмом и пропагандой? Мы, скорее всего, пригласим психологов, в том числе детских, которые нам помогут понять детскую аудиторию. И надо понять, где она вообще смотрит – то ли уже в смартфонах, то ли еще в телевизоре. Короче, будем решать со специалистами. Но то, что делать это будем – несомненно.

Вопрос: Вы затронули тему разных платформ. Какие изменения ждут телеканал в этом плане? Вы говорите о сайте. Это будет только сайт телеканала или там будет представлен контент?

Ответ: Да, правильный вопрос. Это сайт телеканала пока. Потом должен перерасти в сайт общественного вещания целиком. Это точно не информационный сайт, это скорее архивный, видеоконтент. Посмотрим, какие потребности будут у радио, достаточно ли им только звуковых файлов. Еще нужно разобраться с тем, что называется новыми медиа. Так что видите сколько задач. Не знаю, насколько хватит рук на это все.

Вопрос: И последний вопрос-бонус. Верите ли вы в Украину?

Ответ: Никогда не сомневался. Я никогда не был неофитом здесь, я тут живу уже больше тридцати лет. Это абсолютно моя страна. Украинец – это состояние души. Это ценностно моя страна. Я вижу, куда сейчас пошла Грузия. Для меня это такая катастрофа. Впервые на постсоветском пространстве они показали, как можно сделать, как может быть, восемь лет они это видели. И они взяли после этого и вернулись снова к "совку". Я смотрю на армян, которые были близки Грузии по христианству, они полностью легли. И только сумасшедшая Украина выбирает свободу, а не выбирает колбасу. Да у нас полно проблем. Единственная, которая сделала попытку вырваться из этих советских оков. Государственная машина пока не вырвалась, да что там, люди еще не все вырвались. Но Украина как один большой субъект, все-таки, выбрала свободу. Украина – это состояние души, это правда. Вот на этих словах и закончим.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 16 января 2015 > № 1361530 Зураб Аласания


США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 15 января 2015 > № 1275694 Джон Чемберс

О том, что было сначала, и о том, что канет в вечность

рассуждает председатель совета директоров, главный исполнительный директор компании Cisco Джон Чемберс (John Chambers)

В течение 30 лет наша компания помогала изменить образ работы, жизни, развлечений и обучения миллионов людей. За это время наш мир претерпел небывалые по своим темпам изменения.

Казалось бы, только вчера появился Macintosh, первый персональный компьютер широкого потребления с мышкой и графическим интерфейсом. Два года спустя Cisco представила маршрутизатор Advanced Gateway Server. Это прорывное многопротокольное устройство открыло возможность передачи данных по сетям. А в 1990 году ученый Тим Бернерс-Ли (Tim Berners-Lee) разработал HTML, стандартный язык разметки документов во Всемирной паутине, сделавший Интернет всеобщим достоянием. Сегодня уже трудно представить себе жизнь до Интернета. ИТ-индустрия проделала огромный путь, как и мы сами.

Нашу компанию основали два компьютерных специалиста из Стэнфордского университета ? Лен Босак (Len Bosack) и Сэнди Лернер (Sandy Lerner), стоявшие у истоков Cisco, когда та пустилась в невероятное путешествие в качестве пионера сетевых и интернет-технологий.

В 1995 году число подключенных к Интернету людей не достигало и одного процента. Сегодня им пользуется более 40 процентов населения нашей планеты. В результате изменился характер деятельности многих предприятий, а экономика модернизировалась. Теперь мы покупаем и продаем продукты иначе, и иначе выглядят их дизайн, производство и дистрибуция. Похоже, не осталось ни одной отрасли, которую не затронули бы подобные перемены.

В следующие 30 лет и позже к Интернету будет подключено все: люди, процессы, данные и физические объекты. Это расширит наши знания об окружающем мире и наш опыт, что позволит генерировать новые идеи и предлагать новые решения. То, что было сначала, безусловно, достойно внимания, и у нас на счету немало таких достижений, но куда интереснее поговорить о том, что канет в вечность в результате внедрения таких нововведений. Я, например, представляю себе последний случай, когда будет отозван негодный продукт, последнюю автомобильную пробку, последнюю очередь и даже последнее отключение электричества. Многое из этого уже обретает зримые формы.

В целом ряде городов во всем мире, в том числе в Сан-Карлосе (штат Калифорния), Барселоне и Гамбурге встроенные в сеть сенсоры помогают водителям найти свободные места для парковки. А это немалое достижение, если учесть, что 30 процентов дорожных заторов возникают из-за того, что водители колесят по городу в поисках стоянки для своей машины.

Далее следует ожидать подключения сенсоров к светофорам и дорожным указателям, а там и появятся «умные» автомобили без водителей. Быстрее, чем мы можем это предположить, транспортные пробки исчезнут, дав такой стране, как США, экономию в 121 млрд долларов в виде временнЫх затрат и расходов на топливо. Существенно сократятся и выбросы вредных веществ в атмосферу. Мы живем в эпоху перемен, когда становится возможным то, что кажется недостижимым. Это ? огромная движущая сила. Главное при этом не в том, что мы унаследовали, а в новых возможностях, вызовах и в том, что мы можем помочь достичь.

Мы благодарны судьбе за то, что у нас есть такая возможность. Выражаем также признательность нашим сотрудникам ? нынешним и бывшим, нашим партнерам, заказчикам и акционерам. Вместе мы достигли очень многого. И мне не терпится узнать, что грядет дальше.

США > СМИ, ИТ > pereplet.ru, 15 января 2015 > № 1275694 Джон Чемберс


Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 января 2015 > № 1426484 Брайан Макдональд

Каждый шаг, каждый вдох: почему газета The Guardian так зациклена на RT? ("RT", Россия)

Брайан Макдональд (Bryan MacDonald)

Вы никогда не замечали, что на свадьбах молодожены очень часто выбирают для своего первого танца песню Every Breath You Take? Почему-то они думают, что это романтическая баллада про любовь, хотя на самом деле смысл у этой песни довольно зловещий — в ней поется про одержимого человека, фактически маньяка, который повсюду следит за своей бывшей возлюбленной. Впрочем, все это не так важно: раз уж песенка так понравилась людям, нет ничего страшного в том, что новоиспеченные супруги старательно выделывают свои па именно под этот хит группы Police.

Британская The Guardian тоже славится своей зацикленностью на определенных темах. Не стану сейчас перечислять все; назову лишь несколько недавних примеров — Маргарет Тэтчер, сектор Газа, налоговые махинации, Эдвард Сноуден, а также Россия и особенно российский президент Владимир Путин. А в последнее время создается такое ощущение, что у добропорядочных бюргеров из Фаррингдона появилась новая страсть — российский международный канал RT (ранее известный как Russia Today).

Поначалу такое пристальное внимание могло показаться довольно безобидным — мало ли что, бывает. Но дальше — больше, и теперь это уже напоминает форменное помешательство. За последние два месяца уходящего года Guardian опубликовала 13 статей, полностью или частично посвященных RT. Похоже, канал так сильно разбередил их либеральные чувства, что они просто не могут выбросить его из головы.

Не знаю, что по этому поводу думает тающая на глазах аудитория Guardian. Если в 2010 году газета продавала еще 302 тысяч экземпляров в день, то на сегодня эта цифра сократилась уже до 207 тысяч. Для сравнения, газета Sun на том же самом британском рынке продает 2,2 миллиона экземпляров, а Daily Telegraph — 544 тысяч. Может быть, такая низкая популярность Guardian как раз и объясняется их привычкой привязываться к каким-то темам и мусолить их в каждом номере, тогда как обычным читателями совершенно неинтересно читать об этом снова и снова?

А может, журналистам Guardian нужно более внимательно проверять факты, прежде чем писать свои материалы? Над Guardian и так все смеются, что в газете полно опечаток. Журнал Private Eye даже придумал ей шутливое прозвище — Grauniad.

Не исключением стали и материалы Guardian, посвященные RT. Случайные ошибки соседствуют в них с откровенной ложью. Например, рассуждая о бюджете RT, газета сослалась на сведения, полученные из «авторитетного» источника — от участниц панк-группы Pussy Riot. Девушки заявили, что он составляет «миллиард долларов». На самом деле, в 2013 году бюджет RT составил 11,87 миллиарда рублей (225 миллионов долларов по нынешнему курсу), а в 2014 году он был увеличен до 15,38 миллиарда рублей (291 миллиона долларов). Эта информация находится в открытом доступе, она представлена в официальных документах Государственной Думы и Министерства финансов, и представители RT неоднократно подтверждали ее в различных интервью.

Незадолго до Рождества журналисты Guardian приписали RT более крупный бюджет, чем у Всемирной службы BBC, которая ежегодно получает из государственной казны 245 миллионов фунтов (381 миллион долларов). В статье говорилось, что BBC срочно нуждается в финансовых вливаниях для противодействия RT. В качестве аргумента автор ссылался на растущую популярность RT на новых медийных платформах. Действительно, в YouTube, Twitter и Facebook у RТ гораздо больше подписчиков. Но журналистам Guardian стоило бы задуматься: может, проблема не в нехватке денег, а в направленности материалов BBC, выступающей в качестве рупора британского МИДа? (Да, начиная с этого года Всемирная служба будет финансироваться за счет лицензионных сборов, но какая разница? По большому счету, она по-прежнему существует на государственные деньги).

Впрочем, Guardian никогда не гнушалась передергиванием фактыов ради того, чтобы попугать своих читателей. Взять хотя бы заявление, что всем сотрудникам британского канала RT UK в конце года выдали «тринадцатую зарплату». Это утверждение очень удивило самих этих сотрудников, которые были бы и рады такому подарку, но теперь ходят грустные, узнав от начальства, что никакой премии нет и не предвидится. А возникают подобные выдумки из-за того, что британский истеблишмент сознательно навязывает людям свою ложь: дескать, Кремль щедро оплачивает услуги тех, кто озвучивает позицию российских властей.

Писать статьи для RT — не такое уж прибыльное дело. Могу по собственному опыту сказать, что лет десять назад лондонские газеты платили за авторские колонки в два с лишним раза больше, чем сегодня платит RT.

Стинг написал Every Breath You Take после скандального развода с Фрэнсис Томелти. Мы не знаем, какие чувства испытала ирландская актриса, услышав эту песню — была ли она польщена или напугана. Вот так и сотрудники RT, наверное, пока не знают, как им реагировать на такое повышенное внимание со стороны Guardian.

Брайан Макдональд — живущий в России ирландец, который регулярно пишет для RT. Его материалы также публиковались в Irish Independent, Daily Mail и Ireland On Sunday. Кроме того, Брайан пишет для Russia Beyond The Headlines, The Daily Telegraph и Le Figaro.

Великобритания. Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 января 2015 > № 1426484 Брайан Макдональд


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 14 января 2015 > № 1361523 Максим Агеев

Гендиректор De Novo Максим Агеев: Украинский аутсорсинг и горящие каштаны системных интеграторов

Эксклюзивное интервью генерального директора De Novo Максима Агеева агентству "Интерфакс-Украина" об изменениях на отечественном ИТ-рынке, произошедших в 2014 году, и планах на 2015

Вопрос: Недавно была обнародована статистика по итогам 2014 года на IT-рынке. Рынок облачных технологий был единственным, который продемонстрировал рост, тогда как остальные показали отрицательные результаты. Вы такой результат прогнозировали?

Ответ: С учетом происходящих событий в нашей стране, говорить о каких-то прогнозах образца, например, конца 2013 года просто смешно. Не верю, что существовал какой-либо человек в мире, который мог бы предсказать все то, что произошло в Украине в течение 365 дней 2014 года.

В то же время мой прогноз о росте облачного сегмента оправдался. Облачный рынок показал достойную динамику, порядка 40%, несмотря на девальвацию гривни. Если бы девальвации не было, то в долларовом исчислении рост мог бы быть 60-100%. То есть год, безусловно, ужасный для всех секторов экономики, для этого сегмента оказался весьма успешным, вопреки всем негативным факторам.

Вопрос: За счет чего? Что этому поспособствовало?

Ответ: Сыграли несколько факторов, которые, кстати, не принимались во внимание аналитиками при формировании прогнозов на прошедший год. Прежде всего, страна банально оказалась без денег в условиях войны, поэтому в мусор пошли все планы, которые строились в конце 2013 и начале 2014. Предприятия были вынуждены перестраиваться на ходу. А когда необходимо очень быстро получить результат, гораздо легче вызвать такси, чем купить машину. Аренда вычислительных мощностей с помощью облачных сервисов позволяет экономить деньги и принимать быстрые решения без оглядки на перспективу 3-5 лет.

Второй фактор – миграция предприятий с востока Украины. Здесь облачным технологиям не было альтернативы. Речь шла о вывозе активов фактически из-под огня, и ни для каких тендерных процедур на закупку нового оборудования и разворачивания нового ландшафта в Киеве не было ни времени, ни возможности.

Вопрос: Какой процент клиенты с востока составили в общем количестве пришедших в 2014 году заказчиков?

Ответ: Интересный вопрос, в процентном соотношении я никогда не считал. Если говорить в количестве - это около 10%. Если же говорить о влиянии на доход – примерно 20%. Зашло несколько крупных клиентов, их влияние на структуру доходов было значительным. В целом, война, кризис и девальвация дали мощный толчок сервисному бизнесу не только у нас, но и в других ИТ-компаниях Украины.

Вопрос: Но если говорить о деньгах, то это по-прежнему маленький рынок...

Ответ: Конечно, он маленький. Что касается доли, которую он занимает в нашей структуре доходов – это около 15% по итогам прошлого года. Это если говорить только об Облаке De Novo. Второй сервисный бизнес De Novo – услуги коммерческого центра обработки данных. Облачные сервисы и сервисы ЦОД нужно рассматривать вместе, как сток аутсорсинговых услуг. В зависимости от задачи заказчик может арендовать либо площадь в ЦОД для размещения оборудования, либо вычислительные мощности Облака, расположенного в этом же ЦОД. В доходах De Novo облачные сервисы и услуги ЦОД занимают примерно 50%. Остальные 50% - это проектные услуги по миграции. В частности, крупнейшим нашим проектом прошлого года была перевозка Первого украинского международного банка (ПУМБ) из Донецка. Мы должны были перевезти его инфраструктуру в Киев, не останавливая работу банка.

Вопрос: Этот проект сейчас завершен?

Ответ: Да. И я отдаю должное, в первую очередь, сотрудникам банка. Мы работали в офисе, а люди выезжали в никуда из Донецка. Но, несмотря на все трудности, оборудование вывозилось, монтировалось, подключалось, при этом банк продолжал работать. Сложность такого проекта смогут оценить только инженеры, которые понимают, что такое работа разнесенных на 700 км банковских систем.

Вообще, 2014 год – первый, когда финансовым хребтом для De Novo стала работа ЦОД и Облака. Насколько мне известно, 2014 был успешным и для других операторов. Возвращаясь к вопросу об объеме облачного рынка, соглашусь с Вами - рынок еще только начинает развиваться, но его ожидает большое будущее. Оценивать его значимость для экономики важно не только по объему проданных услуг, но и по объему задач, реализуемых с помощью этих сервисов. Например, рынок оказал услуг на $8 млн, но поверх этого крутились и продолжают крутиться задачи на сотни миллионов долларов. И если бы не было инфраструктурных площадок, подобных Облаку и ЦОД De Novo, были бы обрушения на эти сотни миллионов долларов. Именно в этом значимость формирующегося рынка аутсорсинга.

Вопрос: Какая у вас доля на нем?

Ответ: Я, конечно, отношусь к своей компании с большим трепетом и явно заангажирован. Но, думаю, мы идем с огромным отрывом от всех конкурентов и в прошлом году серьезно укрепили свои позиции благодаря нескольким факторам. В 2014 году было видно, что игроки избрали разные стратегии. Некоторые фиксировали цену в гривне и не пересматривали тарифы, некоторые - пересматривали их частично, некоторые - полностью. Соответственно, в долларовом эквиваленте кто-то проигрывал, кто-то выигрывал. Измерение в этом эквиваленте гораздо интересней, так как это жесткая валюта, которая показывает степень деградации рынка. Если брать услуги ЦОД и Облака, за минувший год мы выросли в валютном эквиваленте на 35-40%. Вообще, окончательная картина по рынку за 2014 год будет видна где-то в марте этого года. Если говорить о нашей доле на рынке ЦОД, то 22-25% мы занимаем.

Вопрос: Вы повышали цены на свои услуги?

Ответ: Мы провели частичную индексацию после сложных переговоров с заказчиками. Сейчас экономика выглядит как огромное количество горящих каштанов, вываленных в страну, и вопрос кто и сколько возьмет из этой общей кучи. Понятно, что все пытаются передать убыток друг другу. Тем не менее, наиболее справедливым является сравнительно равномерное распределение этих каштанов по всей стране. Мы понимали, что предприятия не могут увеличить бюджет в гривне в два раза, но все же мы достаточно неплохо защищали свои позиции. Были компании, которые этого не делали и, оказывая то же количество услуг, зарабатывали меньше.

О ТЕНДЕНЦИЯХ 2014-2015 ГГ. НА РЫНКЕ АУТСОРСИНГА И РОЛИ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА

Вопрос: Если взять рынок ЦОД в целом, какие сейчас на нем основные тенденции?

Ответ: Они очень похожи на тенденции облачного рынка. Сервисы становятся сложнее, как формы жизни в процессе развития. Так, первым шагом были услуги коллокейшн (collocation), потом появились облака. Идет трансформация самой модели потребления ИT. Условно говоря – ты перестаешь покупать автомобили и начинаешь пользоваться такси. Такси становится настолько доступным, что это просто выгодней.

Вопрос: Насколько эта тенденция выражена?

Ответ: Она появилась еще в позапрошлом году и набирает обороты. Уже в 2012-13 годах с экономикой творился кошмар. Если сейчас все багрово и пылает, то тогда было ощущение тускло-серого смога. Экономика была больна уже тогда, бизнесы, желая двигаться вперед, переходили на аутсорсинг, который позволяет экономить. Рынок ЦОД развивался и продолжает развиваться динамично. Его особенность в том, что в отличие от облачных сервисов центры обработки данных требуют огромных вложений, а их окупаемость может исчисляться 7-10 годами или даже больше.

Вопрос: Тот ЦОД, который вы открыли несколько лет назад, уже окупился?

Ответ: Нет. Ему еще окупаться и окупаться. Это почти всегда очень длинная история, что является ограничением для многих компаний и инвесторов. Украина малопривлекательна для иностранных инвестиций. Очень высока неопределенность, уровень коррупции, слишком сложно вести бизнес. В то же время инвестиционная привлекательность рынка ЦОД была и остается достаточно высокой. Вся сравнительная аналитика по соседним странам говорит о том, что степень насыщения этой услугой в Украине находится на уровне плинтуса. Его емкость в разы больше существующего ныне объема.

Кроме того, на рынок ЦОД очень сильно влияет происходящее в других индустриях. Мы – сервисная компания, и если что-то негативное происходит на обслуживаемых нами рынках, это отражается и на нас. Например, De Novo – лидирующий оператор услуг ЦОД в банковском секторе. Не менее 35% всех банковских транзакций Украины происходят вот здесь, в нашем ЦОД, а с этого года это будут и все 50%. Однако сейчас банковская сфера больна. Поэтому в нынешних условиях, когда тащишь больного пациента, нам тяжело динамично развиваться. С другой стороны, если говорить об операторах маленьких ЦОД, там не менее драматичная ситуация. Малый бизнес чувствует себя тяжело, это является огромным сдерживающим фактором. Поэтому, говоря о потенциале, могу прогнозировать огромный всплеск этого бизнеса через два-три года. За это время рынок поймет, что нет ничего страшного в коммерческих ЦОД, и значительно вырастет количество транзакций, обрабатываемых компьютерным способом.

Вопрос: Чем вы планируете замещать доходы от банковского сектора?

Ответ: Именно банки дали первоначальный импульс рынку ЦОД. Во-первых, они относятся к предприятиям, которые очень зависимы от ИT. По большому счету, в банке кроме ИT вообще ничего нет. Банк – это огромные серверные машины, громадное количество программных приложений, обрабатывающих колоссальные массивы информации в реальном времени. К этой же категории можно частично отнести ритейл, логистические компании и телеком. Все эти предприятия не смогут работать без ИT. Отказ сервера, например, в банке означает отключение работы всех банкоматов, отсутствие выплат пенсий, переводов и т.д. Последствия катастрофические, поэтому уделяется большое внимание обеспечению непрерывности сервиса, резервированию мощностей, созданию резервных площадок.

Во-вторых, банки в Украине пришли к тому же выводу, что и банки европейские - нужно заниматься корневым бизнесом. ИT - это неизбежное зло, с которым компании приходится смириться. Поэтому если есть возможность арендовать эти мощности, банки с удовольствием соглашаются.

Стоит отметить несколько особенностей рынка аутсорсинга в Украине. По статистике потребления ИТ-сервисов в других странах, услугами ЦОД активно пользуются компании, в которых ИT не является очень значимым. В нашей же стране сегмент СМБ не оказывает значимого влияния на ИТ-рынок. Кроме того, в Украине как потребитель ИТ отсутствует государство. Во всех странах госсектор - локомотив ИT. В этом отношении страна противоречит логике стандартного развития национальных экономик. Но малый, средний бизнес и государство формируют отложенный спрос, на который можно рассчитывать, делая прогнозы на длительные периоды времени.

О ТОМ, ПОЧЕМУ ГОСУДАРСТВУ НЕ НУЖНЫ ОБЛАКА, И КАК ОБЩАТЬСЯ С АРИФМОМЕТРОМ

Вопрос: В связи с затронутой вами темой государства хотелось бы услышать более подробно о вашем специальном предложении властям. Могли бы вы также сообщить, чем закончилось дело?

Ответ: Когда произошла революция, а в воздухе витал дух войны, мы из патриотических соображений решили сделать свой вклад и предложили 80%-ную скидку на год всем госструктурам на облачные сервисы, сервисы ЦОД и, разумеется, услуги наших специалистов. Последние необходимы, потому что переход в облако – редко безболезненный процесс, нужна помощь профессионалов, чтобы тебя довели за руку, не расплескав по дороге данные.

Что дала эта инициатива? Ничего. В этом есть плюс - мы не понесли убытки, обслуживая потребителя ниже себестоимости. С другой стороны, стало очевидно, что в работе государства, увы, ничего не поменялось. Оно было и есть тупым арифмометром. Как с ним говорить? Ты апеллируешь к ржавой машине, которой на тебя наплевать, у которой нет интересов и которая не хочет экономить. Она просто стоит, пыхтит, капает маслом. Поэтому нашего желания помочь арифмометр, по-моему, даже не заметил.

Вопрос: А к кому вы обращались?

Ответ: Мы направили официальные запросы во все центральные органы исполнительной власти, также провели серию встреч.

Вопрос: От кого получили ответ?

Ответ: Из одного ведомства. Они спросили о лицензии на работу с гостайной. В целом этот эксперимент показал, что до перестройки государственного сектора нам настолько далеко, что, боюсь, еще нашим детям хватит перестраивать.

Вопрос: Почему, как вы думаете?

Ответ: Нет мотивации. Люди, работающие в госсекторе, привыкли осваивать бюджеты. Сейчас бюджеты забрали, и они впали в депрессию. Ходят и рассказывают, что техника стареет, начинает ломаться. Но когда кто-то предлагает реальные шаги, они говорят о государственной тайне.

Вопрос: А вот, к примеру, Дмитрий Шимкив пошел в госсектор работать...

Ответ: И разве поменялось что-нибудь? Он пошел в арифмометр, залез туда и исчез. Государство в нынешнем виде, увы, не работает. Не к кому прийти и сказать: так жить нельзя, это и это можно сделать по-другому. Те же центры обработки данных и облака позволяют быстро выполнять многие задачи.

Недавно был "круглый стол", организованный НКРСИ. Там была озвучена позиция государства бизнесу: если вам что-то нужно, приходите и говорите. Моя личная позиция была мною высказана: мне от вас не нужно ничего. Мы прекрасно обслуживаем негосударственный сектор, не без проблем, но тем не менее. А вот если вам, государству, что-то нужно, сообщите об этом. Но, видимо, арифмометру не нужно ничего. При этом чиновники заявляют, что еще немного и начнут падать серверные системы, потому что бюджет на их обновление не выделяется. Ни в 2014 году не выделялось, ни в 2015 не запланировано. А это же госреестры, налоговая, казначейство - серьезные вещи. Это странная ситуация, и я еще раз убедился – то, что с нами происходит, происходит объективно. Тут Путин не виноват. Вот объективно так должно было происходить, просто российская агрессия добавила дикого драматизма. Государство умерло, и мы стоим у постели покойника. Что делать с этим покойником? Да ничего не делать, закопать его.

Вопрос: А со страной что делать?

Ответ: На упомянутом мною выше "круглом столе" была высказана мысль - мы с государством живем в параллельных реальностях. Мы не пересекаемся практически нигде и никогда, разве только на "круглых столах". Когда мы говорим о развитии нашего бизнеса для негосударственного сектора, мы понимаем, что правила рыночной игры не сильно отличаются от принципов ведения бизнеса в Польше, США и других странах. Чтобы конкурировать, нужно всегда предоставлять все более высокое качество услуг, инвестировать. В сложных ситуациях с представителями коммерческого сектора всегда можно договориться. Например, у нас в прошлом году был целый ряд переговоров с клиентами, которые не могли оплатить наши сервисы в законтрактованные сроки. Мы всегда находили в таких случаях компромисс, потому что все понимали, что платить надо. В то же время государство считает, что все можно бесплатно, что можно по два года не платить за услуги и не являться в суды.

На том же "круглом столе" нам предложили войти в рабочую группу и "что-то писать". Я говорю – мы не юристы. Мы делаем свою работу, платим налоги, ежесекундно выполняем транзакции через наш ЦОД, создаем рабочие места и привлекаем инвестиции. А вы делайте свою работу. При существующем положении вещей, независимо от того, кто у нас премьер, сама система не поменялась, государство, соответственно, работать не будет. И мы, как граждане, будем с этим сталкиваться все сильнее, пока этот старый паровоз вообще не сломается. Как это реформировать я, честно говоря, не знаю. Я бы там всех просто разогнал, без всякого КЗОТа и судов. И занялся бы чем-то конструктивным.

О ПЕРСПЕКТИВАХ ИТ УКРАИНЫ И ЗАДАЧАХ 2015 ГОДА

Вопрос: Если прежде хотелось вас спросить, что должно или не должно делать государство для отрасли, то в связи с вышесказанным вами о государстве необходимости в этом уже как бы нет… Но, все-таки, давайте представим, что у нас не ржавый паровоз, а нормальное государство. Что нужно ИT-сфере? Например, нужны ли льготы?

Ответ: Я считаю, что в планируемом виде льготы не нужны. Во-первых, они обсуждались не для всего ИТ-рынка, а для оффшорных производителей ПО. Я никогда не понимал, почему сегменту, который растет по 30% в год, нужны льготы. Это современные рабочие, которые "гонят" код куда-нибудь в Штаты, а потом он нам возвращается дорогим программным продуктом.

Мне кажется, ключевая задача государства сейчас – создавать рынки потребления, чтобы реанимировать страну. И государство потенциально является огромным потребителем ИТ. Тот же проект по электронному правительству – интересная вещь, за которой стоят огромные ИT-системы. Но государство не спешит этим заниматься, потому что тогда множество дядь в галстуках останется не у дел.

Еще одна задача государства – зафиксировать и соблюдать некие правила поведения по отношению к игрокам рынка. Это касается не всей ИT-индустрии, а операторов облаков и ЦОД – кто наконец прекратит нападения силовиков на ЦОД?

Вопрос: А они не прекратились с приходом новой власти?

Ответ: Нет. Именно в 2014 году мы наварили огромные решетки на входах, которые болгарками будут резать два часа. Хотя к нам ни разу не заходили. Но нападение на любой ЦОД стимулирует отток клиентов за рубеж. В 2014 году многие бизнесы выносили и стремились вынести свои ИТ-системы за пределы Украины. Одна из причин – это патологический страх за свои данные.

Проблема в том, что силовики не знакомы с понятием облачного сервиса. В существующей законодательной базе есть понятие вещественного доказательства, которое нужно изъять. Никто не думает о том, что на одном физическом сервере работает десять виртуальных серверов и двадцать компаний. Сервер выдирается с мясом, и никто не несет за это ответственность. Так нельзя. Необходимо урегулирование этого вопроса. Украина обладает колоссальным потенциалом сервисной площадки, ведь украинцы всегда хорошо умели что-то делать дешевле других. Наши центры обработки данных могли бы "бить", например, польские. Особенно сейчас мы дешевле настолько, что при "лобовом столкновении" шансов у конкурентов просто нет. Но для этого нужны условия и спокойствие.

Новая власть, по большому счету, не меняла традиционную модель поведения. И это очень сильно ограничивает развитие ИТ. Мы очень сильно отстаем, уступая даже маленьким странам – Болгарии, Словакии; по насыщенности ИT у Украины худший показатель в Европе. Но, надеюсь, у нас большие перспективы.

Вопрос: Тогда последний вопрос по перспективам и прогнозам. Наверное, сложно сейчас что-то прогнозировать, но, может, вы попробуете сделать его по отдельным сегментам рынка или по тенденциям в целом.

Ответ: Мы вошли в очень тяжелый год. В начале 2014 года мы еще не знали, что нас ждет. Сейчас мы понимаем, что и в этом году будет война, ничего само собой не рассосется, с бюджетом все плохо. И с этими знаниями мы готовим наш план действий. По моим личным оценкам, в прошлом году мы вернулись в 2004 год по объемам рынка. Будет ли рост в 2015-м? Думаю, не будет. Некоторые аналитики все же прогнозируют рост около 10% в целом по ИT-рынку, потому что существует огромный отложенный спрос и шансы вливания больших донорских денег. В любом случае этот год будет драматичным для ИT-компаний, которые привыкли годами торговать, и крайне интересным для сервисных провайдеров. Ведь центры обработки данных и облака – это продакт-киллеры для системных интеграторов. Рынок будет меняться, аутсорсинг только набирает ход. В конце прошлого года мы получили от наших акционеров одобрение на строительство второй очереди ЦОД De Novo, и раз уж акционеры согласны тратить деньги в таких условиях, значит, оценивают перспективы украинского аутсорсинга достаточно оптимистично.

Вопрос: А где будет находиться новая очередь ЦОД?

Ответ: Здесь же, где и первая. Сервисы второй очереди мы ориентируем на средние компании, соответственно, эта услуга будет проще, понятней и дешевле.

Вопрос: Когда начнете строить?

Ответ: Уже начались проектные работы. В декабре 2015 года планируем запуститься.

Если подытожить вышесказанное, сейчас всем придется учиться работать в условиях, когда государственные деньги уже нельзя пилить и когда жизнь принуждает к изменению подходов. С одной стороны, многие заявляют об уходе за рубеж, с другой – не прекращаются декларации операторов из соседних стран об их планах выхода на украинский рынок. Кроме того, растет конкуренция местных игроков – "Укртелеком" и "Киевстар" планируют предоставлять облачные сервисы. De Novo почивать на лаврах не будет. И это хорошо. Либо умираешь молодым, либо до старости живешь подтянутым и стройным. И в этом году рынок аутсорсинга будет расти при активном участии De Novo.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 14 января 2015 > № 1361523 Максим Агеев


Россия. ПФО > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 января 2015 > № 1458923 Вячеслав Запольских

Аллилуйя таежная

Вячеслав ЗАПОЛЬСКИХ

Запольских Вячеслав Николаевич — прозаик, публицист, живет и работает в Перми. Публикации в «Дружбе народов»: «В зерцале пермских вод» (№ 1, 2013); «Покатая глина» (№ 1, 2014).

Уральский Афон

Туда зачем-то карабкается из последних силенок похмельный бомж и туда же, взыскуя неизъяснимого, въезжает на автобусе-«мерсе» многосведущий сенатор. Поэты гурьбой высыпают из легковушек, а степенные прозаики и литературоведы, совершив размеренное пешее восхождение, сбоят сердечный ритм воспоминанием о недавнем кишении калек и безумцев, прибежищем которых было это место в советские времена.

Белая гора

Живописцы предпочитают останавливаться с мольбертами на подступах, снизу панорамируя открывающийся вид в обрамлении летней зелени или в белых кружевах зимы. Над названием долго задумываться не приходится — «Путь к храму».

Птицы и вертолеты, пролетая мимо, описывают почтительный круг.

А это ведь не столь уж намоленное место. Не печерские катакомбы. Не в древних летописях прославленная пустынь. Даже политической волей Петра учрежденная Александро-Невская лавра по сравнению с Белогорским Свято-Николаевским монастырем — чуть не ветхозаветное наследие. Первый крест из сырого дерева здесь поставили в 1890 году. Монастырь открылся семь лет спустя. Но сравнивают Белую гору аж с Афоном! Причем даже те, кто на греческом Афоне бывал.

Паломники — а посещало Белую гору до семидесяти тысяч человек из всех уголков России ежегодно — поклонялись частицам мощей священномучеников, переданным из других обителей для учреждаемого на далеком Урале монастыря. Из Москвы архимандрит Павел прислал икону XVII века Строгановской школы, образ святителя Николая. Палестинский подарок — образ Святой Троицы, писаный на куске мамврийского дуба, реликта той самой дубравы, близ которой Аврааму явились в виде странников три ангела. Пермская епархия командировала в северные вычегодские земли художника, и тот обнаружил в одном из сел икону «Святой Спас», написанную самим просветителем и крестителем Пермской земли святым Стефаном в XIV веке. Найденные редкости воспроизводились копиями для Белогорского монастыря.

Близко подступало то время, когда Белой горе суждено было самой произвести омытые кровью святыни, дать своих преподобномучеников. Только мощи их вряд ли когда-нибудь откроются для почитания. Игумена и монахов казнили способами, перед которыми блекнут человекоубийственные фантазии Нерона, и места их упокоения неизвестны, как того и хотелось палачам. Чаще всего не земля становилась их могилой, а камские воды.

Но даже не зная в подробностях трагической истории монастыря, не находя здесь былого велелепия (реставрация храмов и построек, новое сплочение насельников займут годы), каждый, кто хоть минуту пробудет на белогорской высоте, почувствует и поймет неслучайность своего здесь появления, когда в этой минуте вдруг соединяются прошлое и будущее, а глаз объемлет открывающееся пространство в космической беспредельной ипостаси.

Скитальцы и странники, ищущие закодированный в школьной географии земной вертоград, шастают по следам сокрытого Китежа, обетованного Беловодья. А святые места могут открыться за ближней околицей. Ждут только случая, чтоб их открыли.

Гора дышит. На соседних пригорках и горушках ельник и пихтовник зимой стоит, чуть припорошенный, а на Белой деревья будто густыми сливками облиты, обросли пышными инеями, как от морозного выдоха. Большой купол Крестовоздвиженского собора матово лучится, анодированный поверх золота студеным серебром, прозрачным колючим бархатом обтянуты до ангины выстуженные колокола на временной звоннице. Если ударить — увидишь, как летит и опадает звук. На свеях сугробов, на ровном насте неутихающий ветер выращивает эфемерные ветвящиеся кристаллы, временно отменяющие законы симметрии и равновесия. Снежные кораллы, змеясь, растут вверх по фасаду собора. Гора — ледовитый риф. Айсберг, на котором никогда не тает первый снежок — не лежок.

Здесь, стоя на обрыве, вдруг можно остаться наедине с самим собой. Осознать, что вокруг горы нет ни единого признака существования человеческой расы, в окоеме только дикое пространство, сглаженный рельеф последней тектонической гримасы палеозоя, ныряющие в лощины мглистые облака, дремучая щетина леса. Время остановилось. Зато пространство пребывает в метаморфозах, озаряемое и омрачаемое резкими переменами погоды, неритмичной чередой сумрака и сияния.

Летом дыхание горы удивляет метеорологов тягостной сушью, непредсказуемыми ливнями. Что там, в ее бронхах? Святое место и в дохристианскую эпоху — а в этом краю значит: в первобытную — не могло не считаться местом сакральным. Есть предание, будто в баснословные времена славяне со всей Евразии раз в полвека собирались здесь на празднества. Живут легенды о подземных храмах гонимых староверов. Может статься, нас еще ожидают археологические сенсации, сталактитовые колонны биармийских святилищ в хтонических пустотах. Обширные карстовые гроты вполне вероятны, знаменитая кунгурская ледяная пещера — в полусотне километров по прямой. В окрестностях залегают медистые песчаники, петровско-екатерининский век расплодил здесь медеплавильные заводики. Муравьиные штреки рудознатцев тоже буровили темные недра Белой горы. А уж монашеские пещерные кельи да тайные ходы… Здесь и легендарных преданий немало, и документальных достоверностей. Подземный пятиверстный ход точно соединял обитель с отдалившимся обок горы Серафимо-Алексеевским скитом. Шел тайный лаз из Крестовоздвиженского собора к часовне, что стояла на склоне горы. На склоне же, у речки Бырмы, был вырыт пещерный храм. Еще в пятидесятые годы прошлого века жители окрестных сел будто бы видывали выбиравшихся из замаскированных нор монахов, вопреки десятилетиям атеистических репрессий подспудно дливших скрытую от мира жизнь запрещенной обители.

Почему-то именно на изломе веков, накануне предощущаемых страшных перемен внутреннему взору народа открылось на загадочной священной горе видение твердыни православия. Нельзя достоверно установить, кто именно задумал строить монастырь. Похоже, мысль эта озарила многих и почти одновременно. Невозможно вычислить конкретное авторство архитектурного проекта Крестовоздвиженского храма — по мере строительства первоначальный зодческий замысел менялся кардинально. Непонятно, как на малообжитом диком Урале смогли за пятнадцать смутных быстротекущих лет совершить на пустом дремучем месте чудо, преображающее природу и человеческую душу. Подвиг строительства громады Крестовоздвиженского собора, вмещающего до пяти тысяч человек, сопоставим с возведением пирамид всеми цивилизационными ресурсами фараонов Египта.

Будто по Аристотелевой телеологии цель сама породила причины своего достижения, неподвижное горное время и переменчивое место наконец-то реализовали свое извечное предназначение. И именно в канун эпохи испытаний и скорбей, безверия и святотатства.

Кризисы и всплески надежд в истории России совпадали со значительными датами жизни Белой горы один в один.

Некое благочестивое кунгурское семейство посетило в 1890 году отца Иоанна Кронштадтского. Просили благословения. И услышали ужасающее пророчество: Иоанну увиделся черный крест, висящий над Пермью.

В том же году протоиерей отец Стефан (Луканин) встретился в Бымовском заводе с местными священнослужителями и интеллигентами. Они рассказали ему про находящуюся поблизости Белую гору. Был уже поздний вечер, но все «в порыве восторга» двинулись в путь, прошли двенадцать верст только к рассвету — в ту пору пробраться по чащобам на знаменитое место редко кому и удавалось. Постояли над крутизной северо-восточного склона, с которого открывается беспредельный земной и небесный простор, и Стефан решил: «Нет, это не место для праздного гуляния и отдыха, а здесь должен быть выстроен мужской миссионерский монастырь, как твердый оплот православия, как неугасимый светильник».

Тогда же и установили первый поклонный крест, импровизированный, из подвернувшихся деревяшек, тоже — «в порыве».

Луканин точно запомнил время: «9 числа июня, в 3 часа поутру, совершилось избрание Белой горы в принесение Господу Богу».

Следующий, 1891 год. Японский полицейский ударил саблей по голове наследника-цесаревича, будущего императора Николая II, совершавшего в образовательных целях кругосветное путешествие. Тогда в обывательский кругозор втекло осознание, что вот есть где-то такая страна — Япония; спустя тринадцать лет память встрепенулась, японские миноносцы торпедировали линкор «Цесаревич» на рейде Порт-Артура.

На Белой горе в 1891-м был установлен крест «в память чудесного избавления», который в народе стали называть «Царским». Семисаженный, крытый жестью, он встал на самой высокой точке, где изгибы природного рельефа будто воспроизводят очертания пастырского амвона.

Серафимо-Алексеевский скит у Белой горы основан в 1903-м. «Алексеевский» он в память о рождении царского наследника, «Серафимовский» в честь торжественного открытия мощей преподобного Серафима Саровского в том же году.

Сестра последней императрицы, великая княгиня Елизавета Федоровна посетила обитель в 1914-м. Пожаловала скиту икону с частицей камня, на котором Серафим Саровский молился тысячу дней и ночей. Великая княгиня пробыла на Белой горе всего два дня, но именно здесь она, беседуя с игуменом, вдруг получила телеграмму от царственной сестры, которая просила молиться, дабы Бог отвел от России войну. Шел к концу последний мирный июль.

Достроен и освящен Крестовоздвиженский собор был именно в 1917 году.

Черный крест. Белая гора

Возрождение уральского Афона тоже началось в переломные годы. «Когда стоишь во главе управления столь обширного русского края, как пермский, и ежедневно наблюдаешь проявления полного упадка религиозности и морали в просвещенных слоях населения и глубокой индифферентности и неудержимого хулиганства на низах, начинаешь с тревогой себя спрашивать: куда же приведет нас этот разрушительный поток, уже так заметно, по-видимому, подмывший главнейшие устои христианской цивилизации? Не наступает ли уже конец?.. В такие минуты тревожных сомнений особенно радостно и утешительно побывать в святой Белогорской обители. Возникла она на наших глазах за последние какие-нибудь 20 лет, в самый разгар грустного времени — «переоценки всех ценностей». Сказано пермским губернатором Иваном Францевичем Кошко, но почти слово в слово сей спич, как общественный диагноз, мог бы повторить постперестроечный губернатор, дающий отмашку на возвращение горы церкви, на реставрацию собора, на возрождение обители.

Замученный большевиками первый настоятель монастыря Варлаам будто бы с приходом советской власти пророчествовал: «Скоро разгонят монастыри, убьют царя, верующих будут уничтожать, церкви разорять — тогда плачьте. Потом будут жить без Бога, по планам, а там начнутся нестроения, будут меняться власти, начнут церкви открывать — тогда рыдайте. Это ненадолго, близок конец…»

В 1991 году настоятелем возвращенного церкви Свято-Николаевского монастыря назначен отец Варлаам.

Варлаам второй.

Обоих судьба непредсказуемым креном вывела с обыденных житейских дорог на горнюю тропу. Первый, крестьянских корней, в миру был крепок в старой вере. Василий Коноплев пользовался необычайным авторитетом среди окрестных старообрядцев. Но стал настоятелем православного монастыря. Несмотря на возраст и болезни, был первым в работе и молитве среди своей братии. Прославлен церковью, как преподобномученик. Второй, Александр Передернин, тридцать лет проработал прокатчиком на Лысьвенском металлургическом заводе. От старца в Сергиевом Посаде услышал, будто ему назначено совершить большое богоугодное дело. Этим делом для него, получившего церковное имя в память о первом белогорском игумене, стало восстановление монастыря. Варлаам второй походил на первого и неутомимым трудолюбием, и харизматическим авторитетом.

Память о существовании монастыря, географический факт существования Белой горы семьдесят лет будто стирались усердно из обихода нескольких поколений. Многие даже просвещенно-культурные, краеведческих интересов не чуждые жители края просто не знали о существовании этого сокровища. А те, кто знал, содрогались при виде разорения обители и не верили, что ее возрождение когда-либо возможно.

Когда совершилось возвращение на Белую гору монахов, засохший тополь на ее вершине пустил зеленые ростки.

Висит ли до сих пор над Пермью черный крест, который прозревал Иоанн Кронштадтский? Способен ли его развеять свет, исходящий из монастырской Белой горы?

Не так уж много свидетельств или хотя бы поэтических преувеличений относительно зримой светоносности Белогорья. Напротив, иной раз замечали, будто из нее порой исходит дымный столб. Угрюмо коптящий, как фабричный выхлоп.

Но видны бывали и световые столбы, стоящие над горой. И сияющий в небе, подобно солнцу, крест. И лучащееся облако с фигурой монаха. Только происходило это сто и более лет назад.

Белая гора — самая высокая точка на полтораста километров вокруг. Далеко видно. И Крестовоздвиженский собор, ее венчающий, царит над округой. Откуда ни глянь.

Только не всегда.

Погода здесь исключительно переменчива. По дороге к горе чаще не под ноги смотришь, а глаз от ожидающей тебя, будто невесомо парящей в промежутке земли и неба красоты не можешь оторвать. Опустил глаза, а невесть откуда взявшееся мглистое облако уже насело, скрадывая не только путеводный образ собора, но и саму гору, и бугристые плечи горизонта по обе ее стороны. Кажется, будто за внезапной мглой клубится пустота, кривляется обман ложной памяти, аукается хохот блаженного, что бродил век назад среди каменщиков и плотников, повторяя: «Зря строите, все провалится».

Но страха или отчаяния даже на подступах к Белой горе не испытываешь никогда. Потому что знаешь, на неожиданном шагу терпеливого восхождения она вновь откроется во внутреннем своем свете и очевидном величии.

Верхнекамский Карфаген

В 2006 году строгановскому Усолью исполнилось четыреста лет. О древней вотчине Строгановых, об Усолье, которое «Петербургу брат», которое с восторгом описал Грабарь в своей «Истории русского искусства», а Мельников-Печерский замечал, что здания его не оказались бы лишними и в столице — так вот, об этом уникальном средоточии природных, исторических, архитектурных и религиозных сокровищ мало кто из жителей Пермской губернии не слышал. И столь же мало кто в Усолье бывал и своими глазами его видел.

Несколько лет назад великолепную выставку, посвященную Усолью, устроили ведущие пермские фотохудожники. Местность на их снимках представала ареной героических теогоний, оперной декорацией на драматические сюжеты человеческих вызовов судьбе и силам природы. Выстроенная венециански на островах, подвергаемая ежегодным затоплениям, выжигаемая катастрофическими пожарами, какая-то аваллонски эфемерная и в то же время осязаемо материальная едва ли не до брутальности, эта затерявшаяся в Верхнекамье обитель мифов и неподдающихся разгадке тайн представала в фотоэкспозиции равновеликой маниакальному масштабу Чудес света, величественным развалинам сгинувших империй, мегалитам забытых цивилизаций.

Вот в такой трактовке — благодаря профессионально выбранным эффектным ракурсам — привыкли воспринимать Усолье. Знакомство devisu производит совершенно иное, угнетающее, на грани психической травмы впечатление.

Во-первых, совершенно неожиданно оказывается, что силуэт центрального ансамбля проецируется через Каму на самое средоточие индустриального кошмара березниковского левобережья. И никуда от этих адских дымов и железобетонной инфернальной готики не отвернуться. Во-вторых, большинство памятников архитектуры XVII — XIX веков накануне четырехсотлетнего юбилея не подпадали даже под благородное наименование «руины». Это было какое-то терроризирующее психику преддверие преисподней, воплощение мерзости запустения, залежи человеческих и скотских фекалий, проросшие репьем и крапивой. Все попытки местных энтузиастов и насельниц здешнего Спасо-Преображенского монастыря удержать Усолье от дальнейшей деградации не внушали оптимистических надежд. Работники музея «Строгановские палаты» жаловались: едва закончат приводить здание в порядок, как выясняется, что палатам опять требуется реставрация. Цикл «разрушение — починка — разрушение» замыкался в дурную бесконечность. Вроде бы привели в божеский вид Спасо-Преображенский собор, но купола будто лиловыми чернилами покрасили, и они смотрелись вылинявшей нищей пародией на лоск Загорска. Устроили под куполом шикарные хоры с балясинами под орех, а откуда ж певчим-то взяться, если даже простых прихожан у собора раз, два и обчелся…

И монахиням, и неравнодушным усольцам не хватало сил, ресурсов, может быть — профессионализма, порой — вкуса. Но за то, что они работали день за днем неустанно, и за их продолжающийся сизифов подвиг надо свечки во их здравие ставить в каждой прикамской церкви и часовенке.

...Когда-то к Усолью удобнее всего было подбираться по воде. И это, наверное, тоже роднило его с Петербургом, всеохватно открывающимся со стороны Финского залива. Именно ради вида с Камы и вычерчен силуэт центрального ансамбля: барокко Спасо-Преображенского собора с колокольней, подпертой кирпичными арками торговых рядов и остатками часовни Спаса Убруса, классицизм усадеб и контор князей Голицыных и Абамелек-Лазаревых, графов Шуваловых… Особо знаменита соборная колокольня. Она имеет в плане традиционный восьмиугольник, но — неправильный. Это для того, чтобы с разных ракурсов колокольня каждый раз открывалась в новом виде. Толщина стен — два с половиной метра. И, разумеется, вполне отчетлив ее угрожающе пизанский крен.

Ряды колонн под классическими фронтонами — и русский «жучковый» орнамент на средневековых палатах. Начальное российское барокко эпохи Петра — и явственно различимый зодческий почерк Воронихина. Импозантные дома управляющих и заводские конторы, барские особняки с гербами князей и графов лучших русских фамилий в кружевном железе оград, заставляющих вспомнить решетку Летнего сада, — и обнесенные вполне деревенскими дощатыми заборами сундукоподобные хоромы купцов, не лишенные тяжеловесного комодного изящества лабазы и лавки. Чуть поодаль отражают в воде свою неимоверную угловатую тяжесть Строгановские Палаты. Когда Петр I строил новую столицу, по всей остальной империи запрещено было возводить каменные сооружения невоенного характера. Однако правил без исключений, как известно, не бывает, и Строгановы упросили царя сделать им послабление… К моменту постройки в 1724 году Палаты стали, пожалуй, самым крупным гражданским зданием в русской провинции, одна только столовая в них имеет площадь в сто четыре квадратных метра — кажется, это рекорд для жилых помещений всей русской архитектуры — и XVIII века, и предыдущих эпох, вплоть до Киевской и Новгородской. Палаты и посейчас напоминают крепостной бастион, вдвинувший себя в необжитое пространство враждебного края, по которому совсем недавно прохаживались огнем и кривой саблей кочевые племена, местные и сибирские.

Никольский храм воздвигался в честь победы над Наполеоном, портал его украшали скульптуры евангелистов, фриз — куранты, а внутреннее убранство — живописное полотно, изображающее батальное посрамление французов. Когда монахини взялись за восстановление храма, приключилось немало чудес. Крест на купол одна из березниковских фирм-благодетельниц сумела изготовить за три дня, хоть сперва думали, что и за две недели не управятся. На Рождество во время крестного хода к Никольской церкви сами собой вновь зажигались погасшие свечи. Наконец, колготки настоятельницы монастыря, матушки Ариадны, порванные на работах по восстановлению храма, имели обыкновение самовосстанавливаться. Воистину, неисповедимыми путями проявляет себя высший промысел. А сколько претерпел подвал этой церкви-памятника из-за легенд о якобы зарытых там сокровищах!

Одним из самых удивительных обычаев жизни в Усолье в старые времена был… праздник наводнения. Городок каждую весну изрядно заливало, ущерб хозяйству приключался немалый. Но усольцы вместо того, чтобы предаваться унынию, загружали в лодки корзины с рейнским и водочкой и отправлялись в плавание по улицам, превращенным в протоки, распевая песни и наяривая на гармошках. В этом они, конечно, сильно отличались от петербуржцев, для которых наводнение всегда числилось только бедствием, но никак не поводом для веселья и гулянки.

Откуда же здесь, на окраине империи, было взяться столичному по своему облику архитектурному ансамблю? А дело в том, что со времен, когда соль ценилась едва ли не на вес золота, именно тут концентрировались богатства баснословные, соперничающие с сокровищами государственной казны. Длинная рука Строгановых потянулась сюда еще в царствование Ивана Грозного. Они прослышали про богатые соленосные горизонты подземных вод в здешних краях, и Аника, Федоров сын, сольвычегодский купчина и промышленник, выпросил у царя якобы «пустующие» земли по Каме и Чусовой. Территория, отданная для освоения в частные руки, оказалась обширней, чем иные европейские государства.

В ту пору «усолье» обозначало вообще тип населенного пункта, где из местного сырья производят соль — как много позже «завод» стал названием для особого вида поселения горнозаводской уральской цивилизации. Вот одно такое усолье было основано в 1606 году внуком Аники — Никитой. И на два с лишним столетия сделалось столицей торгово-промышленной империи «именитых людей», а потом баронов и графов Строгановых.

Со временем к соледобыче добавилась весьма прибыльная скупка «мягкой рухляди», в тугую Строгановскую мошну потекли капиталы с медеплавильных и железоделательных заводов. Здесь родилась знаменитая Строгановская иконописная школа, расцвело золотошвейное мастерство, расходились по градам и весям муравленые изразцы усольской работы.

Род Строгановых рос, ветвился, наследники делили между собой нажитое предками, выходящие замуж девицы приносили своим вельможным мужьям в качестве приданого частицы родовых богатств, нужда в деньгах заставляла продавать доли в солеваренных промыслах. Так Усолье оказалось связано не только с фамилией Строгановых, но и с древним родом Голицыных, с вознесшимися в аристократы благодаря царскому фавору Шуваловыми или с купившими себе знатность армянскими миллионерами Абамелек-Лазаревыми. И каждый из вельмож, которые в Усолье, конечно, постоянно не проживали, а то и вовсе в свои прикамские владения никогда не заглядывали, считал должным прибавить к почти столичному облику сего городка толику собственного архитектурного тщеславия.

Что осталось от былого усольского великолепия? Свободный разлив воды, нетоптаная трава, которую шевелит никогда не стихающий ветер, высоко вознесшееся над таежным и речным краем аквамариновое пустое небо. Тонкая жилка дороги, перескакивая низкий мостик, соединяет безлюдное Усолье с райцентром, унаследовавшим то же название, но благоразумно отступившим за черту ежегодных наводнений.

К Никольскому храму по-прежнему можно подобраться только по узкой дорожке, которую с обеих сторон сжимают разлитые паводком озера, не уходящие до зимы. В этой церкви, спроектированной Воронихиным, еще недавно прятались от летнего зноя и слепней козы да овцы. Сейчас над храмом снова поднялся купол, заблистал шпиль на колоколенке. Приведены в порядок кое-какие из дивных классицистических особняков, восстановление иных застопорилось на полдороге. Но еще очень и очень многих построек совершенно не касалась рука реставратора. По-прежнему Кама подмывает фундамент особняка Абамелек-Лазаревых, неосторожно выстроенного на самой береговой кромке. Наверное, никогда уже не обретет прежний вид древнейшее каменное строение Усолья, часовня Спаса Убруса, от которой остался лишь невзрачный кирпичный осколочек.

В пустоте нетронутой природы камский прибой пошевеливает у бережка десятидюймовые кованые гвозди, в траве прячутся большеразмерные кирпичи — клейменая плинфа. За бурьянными пригорками вдруг открываются облезлые классицистические фасады, а дальше снова пустыри и невысыхающие лужи, осколки храмов и обомшелых кладбищенских камней, фундаменты харчевен и кабаков. А то вдруг едва ли не из пустоты возникает угол мощной кирпичной кладки, сквозь разрушенные стены ползут и змеятся полосы черного гнутого железа. Это так называемые связи — металлические ленты, пронизывавшие средневековые здания и державшие огромную массу толстых стен и сводчатых потолков, которая бы без них могла расползтись — и расползалась — под собственной тяжестью.

Обезлюдевшая местность представала ареной героических теогоний, оперной декорацией на драматические сюжеты человеческих вызовов судьбе и силам природы. Построенная на островах, подвергаемая ежегодным затоплениям, выжигаемая катастрофическими пожарами, какая-то эфемерная, словно остров Аваллон кельтских легенд, и в то же время осязаемо материальная едва ли не до брутальности, эта затерявшаяся в Верхнекамье обитель мифов и не поддающихся разгадке тайн даже в запустении своем представлялась равновеликой руинам сгинувших империй, величественным развалинам фантастического Средиземья.

Нечастым туристам, имевшим смелость исследовать брошенную цитадель былой славы и богатства, следовало прихватить с собой бутерброды и термос, потому что здесь нельзя было отыскать даже глотка питьевой воды. Ведь единственными обитателями Старого Усолья оставались чайки да домашняя скотина, забредающая из Усолья Нового.

Но восстановление «Верхнекамского Карфагена» все же началось и мало-помалу движется вперед. Теперь даже не склонный к экстриму турист может отправиться в Усолье без опаски. Здесь уже можно отыскать пару-другую торговых киосков, купить нехитрую снедь и минералку, а в каретном помещении на первом этаже Строгановских Палат открылось вполне приличное кафе. Хотя, признаемся, в отношении туристической инфраструктуры сделать предстоит гораздо больше, чем уже сделано.

От Березников до Усолья не более получаса на автобусе, причем на правом краю автомобильного моста перед вами еще мелькнет памятный знак: здесь морозной зимой 1965 года из-за нештатной ситуации приземлился в глубокий снег спускаемый аппарат космонавтов Беляева и Леонова. Краевые пермские власти всерьез подумывают о восстановлении в крае малой авиации, и прежде всего — рейсов до Березников. А там, глядишь, снова примнут камскую волну исчезнувшие было «метеоры» и «ракеты». Когда (и если) с Усольем будет восстановлена нормальная туристическая связь, встанет вопрос о цели его реставрации и о смысле дальнейшего существования. Представляется, что «братом» бывшая строгановская столица может сделаться уже не Петербургу, а –Царскому Селу. Или Павловску. То есть явить собой музейную и ландшафтно-парковую среду, в которой постоянно происходят разнообразные культурные события.

Сравнение с заповедными местами петербургских окрестностей в какой-то мере оправдано тем, что Усолье, островным своим расположением отъединенное от современной цивилизации, не обросло позднейшей советской архитектурой, как это случилось во многих других исторических городах Верхнекамья, и по завершении реставрации должно сделаться оазисом чистого стиля. Кроме того, поездка в Царское Село всегда ведь была культурным ритуалом петербуржцев, он актуален до сего времени, обязателен не только для рафинированных интеллигентов, но даже для рокеров и «митьков». Однако дабы сложился ритуал вояжей в Усолье, необходим повод для возникновения традиции, первичный смысл поездки в неблизкое место. Вероятно, органичнее всего здесь виделся бы элитарного характера творческий заповедник, пригодный для проведения разного рода художественных акций: поэтических праздников, вернисажей, театральных фестивалей, концертов.

Первые шаги на этом пути предприняла общественная организация «Классик». Та самая, что устраивает вечера камерной музыки в пермском особняке Грибушиных. В Строгановских Палатах выступили камерное трио из Добрянки и пермский квартет «Хорус». Потом в Строгановских Палатах начала складываться традиция художественных выставок. В них не гнушаются принимать участие современные венгерские скульпторы, студенты и преподаватели Московской художественно-промышленной академии им. Строганова, экспозицию подлинных оттисков офортов Гойи сменяют малоизвестные полотна Айвазовского. Акустика Строгановских Палат равно благосклонна и к камерным концертам классической музыки, и к ритмам современной поэзии. Территория Старого Усолья становится площадкой то для выступлений рок-музыкантов, то для колокольного фестиваля «Звоны России». Здесь проходят конные соревнования и парусные регаты, зимой крепкий камский лед служит ареной для соревнований по сноукайтингу, а в мерзлое небо взмывают на своих пестрых крыльях отважные парапланеристы.

Глядишь, и туристы из столиц станут заезжать сюда почаще. И волонтеров из побратавшихся с Пермью иноземных «таунов» и «сити» уже можно без стеснения приглашать в Усолье помахать лопатами, мастерками и рубанками. Какие дивные воспоминания могла бы оставить у жителей Луисвилля и Оксфорда, Дуйсбурга и Циндао безвозмездная гуманитарно-каторжная помощь, оказанная древнему и таинственному краю, еще ждущему своего Толкина!

Между прочим, выросший в Усолье писатель-фантаст Дмитрий Скирюк подумывает, а не взяться ли ему за колоритную фэнтези на местном материале. Глядишь, такая книга лучше всяких открыток, брошюр, альбомов и телерепортажей закрепила бы в общественном сознании миф Верхнекамья: вслед за «Чердынью — княгиней гор» Алексея Иванова.

Мертвая вода, крошеный кирпич

На северной окраине села Покча малоразговорчивый старик строит бутылочный дом. Укладывает рядами пустые бутылки, вмуровывает их в цементный раствор, донца посверкивают на Печорский тракт. Сооружение вырастает медленно. Судя по ироничному отношению покчинцев к необычной затее, хозяин добывает себе стройматериал в лавке, содержимое выпивает, а освободившуюся стеклотару пускает в дело.

Какое время, такая и архитектура. Было другое время, и оно сохранило по себе памятки забытого стиля. Доступного только империям в пору расцвета. Сооружения исполинские, отметающие презренную функциональность и прижимистые мыслишки. В большинстве, конечно, постройки поскромнее, для житейских нужд, но в целокупной мысли и в деталях пронизанные неотступной тягой к красоте. Всего-то полтораста-двести лет назад их возводила какая-то иная раса, ныне вымершая или выродившаяся в нас.

...Прежде знаменитый Печорский тракт проходил сквозь Покчу ближе к Колве, там, где сейчас улица Коммунистическая. На ней и поныне стоят усадьбы местных богатеев: купчихи Анастасии Сокотовой, например, или старосты Алипия Федосеева, коего покчинцы выбирали на эту трехлетнего срока должность четыре раза подряд. Шатровую неорусскую крышу его двухэтажных хором — подобную той, что на здании чердынского ремесленного училища или на Ярославском вокзале в Москве — урезает смотровая площадка, витиевато огражденная кованым железом. Усадьбы строились так, что на одном дворе собирались и лавка, и склад, и особняк помпезного уездного стиля. Неподалеку не менее изукрашенная лекальным кирпичом богадельня, мало что не дворец. Да и покчинские избы почти все окованы деревянным рустом, обросли резными плеоназмами наличников, а есть еще главная архитектурная особинка: конструкции наподобие арочных, оседлавшие почти каждые четырехстолбные ворота. А еще Коммунистическую с «трактовых» времен украшают тротуары-пазлы ломаной геометрии, из местного плитняка.

С позапрошлого века смела тягаться размахом и велелепием с чердынскими храмами покчинская церковь. Алипий Федосеев нанимал артель иконописцев, и они усердно украшали Благовещенскую. Утварь была серебряная позолоченная, а если какая-то вещь железная, то посеребренная. Почти все облачение для священства парчовое. Четырнадцать колоколов общим весом четыреста пудов. По колоколам кругом шли дарственные надписи: в покчинскую Благовещенскую церковь с такого-то завода.

Знаменита эта церковь и сейчас: живописностью своих руин, воспринимаемых едва ли не как совокупный образ нынешнего пермского севера, когда-то самодостаточного, зажиточного, теперь заблудившегося в маятниковых петлях своей памяти. Под высоким берегом, в колвинской глубине, на которую бросает надколотую тень колокольня, торопливая вода дошлифовывает надгробия уважаемых покчинцев — кладбищенские памятники из дорогого камня-лабрадора сталкивали в реку бульдозером. В советское время в храме располагалась МТС, в нефе слева и справа пробили проходы для тракторов. Покчинские ребятишки страсть как обожали лазать по ветшающей церкви, особенно забираться внутрь купола, чтоб почувствовать себя невесомо летящими над распахнутым Колвой небесно-таежным простором. Молния ударила в 1980 году, верх колокольни сгорел за считанные минуты, купол упал на трапезную и обвалил перекрытие. С тех пор Благовещенская и являет собой живописные руины. В июльские жары, в пору нашествия безжалостных слепней внутри ее полуразвалившихся стен находит свое спасение скотина, и вместо священника в парчовой ризе из забранного кованой решеткой окошка с умильным видом выглядывает буренка. Под обрывом прогуливаются с колясками молодые мамаши, облизывая быстро тающее мороженое, да старуха разгребает саперной лопаткой грязь на склоне, выпуская на волю струйки неугомонных родников. Вот, пожалуй, обобщающая картина северного бытия: бесчисленные родники, настырно буравящие малоплодородную землю, да крошеный кирпич разрушенных колоссальных храмов, заявлявших когда-то о богатстве, немалых амбициях и убежденности, что время всегда будет благосклонно к этой гордой земле.

Время — самый ловкий обманщик. Надежды утекли Колвой, Вишерой, Камой, а краснокирпичные колоссы остались, сами собой ветшая, рушась под атеистическими бульдозерами, а что не доделала власть, то довершает медленная работа времени и грозные силы стремительных стихий.

Если от Покчи свернуть по проселку налево, то километров через пять откроется пруд, а в нем отразится повыщербленная церковная колоколенка. Это брошенная деревня Салтаново. Сквозь фонтанирующие заросли крапивы, по колотым кирпичам и выкрошенной извести пробираешься внутрь обросших кустарником стен. Строили салтановскую церковь Параскевы Пятницы в 1838 году, но будто по рецептам эпохи Феодосия Младшего: несколько рядов плинфы, несколько — дикого здешнего плитняка, и густые прослойки извести. Еще в 2006-м над ней вздымался высокий деревянный шпиль, целы были и купол, и крыша, кое-где даже оконные рамы и внутренняя побелка. Пройдет еще несколько лет, и салтановская церковь, подобно стремительно развоплощающейся Ленвинской, что близ Березников, оставит по себе только пятно кирпичного крошева, да и оно быстро зарастет крапивными джунглями.

В нескольких километрах — ключ, разумеется, «святой». Над источником стоит часовня. Сыро и мрачно в логу под хвойной сенью, может, и встретишь тут святого, а человеку незачем сюда являться. Соскучившиеся бабочки-боярышницы облепляют пришельца от носа до ступней. Однако в полу часовни разверзается проем, внутри по черным колодам бежит родниковая струя, а в ней посверкивают мелкие монетки.

...Ехали как-то зимой 1613-го года ныробские купцы из Печорского края и увидели в поле икону, вокруг нее горящие свечи — а снег вокруг нетоптаный. Подобрали, разглядели: Николай Чудотворец. Отвезли находку в Чердынский монастырь. Вернулись в Ныроб, глядь, а икона-то вернулась на прежнее место. Так повторялось три раза. Стало быть, не желал Никола обитать в Чердыни, значит, выбрал он себе дальнее, в разбойничьей тайге сокрытое село.

Икона дала имя ключу на окраине поселка. Там ее, по легенде, прятали во время «нападений врагов», но что это были за враги, уже при Романовых-то, местные жители сказать затрудняются. Родник и часовенка обрамлены декорациями из древнерусских опер Римского-Корсакова: еловый полусумрак в низинке, насыщенная ионами серебра струйка шевелит опавшую влажную хвою, время дышит вечностью.

...Где-то тут, выше Соликамска, по Колве, Вишере и Каме бродит неузнанный призрак пермского эпоса. Добредает до Купроса, где стоит, пожалуй, самая огромная в крае деревянная церковь. Сейчас на ней видны следы поспешного ремонта: новые светлые доски контрастируют с потемневшей обшивкой строгановских времен. Но при починке зачем-то понадобилось сбросить подкупольный барабан, он валяется на земле, мощный, как мельничное колесо.

Эпический призрак ныряет в зарыбленные цеха подводных заводов Пожвы, Чермоза, Добрянки, и выплывает у высокого берега Майкора, прежде тоже славного своим железоделательным заводом. От прежней майкорской гордыни остался только заводской парк да огромная полуразваленная церковь, руины которой местные жители по-свойски называют «Каменкой». Хоть и хвастаются аборигены, что построена она из своедельного материала, все же на некоторых кирпичах видны клейма: «Я.М.Шульцъ. Екатеринбургъ».

Самое печальное, что время рано или поздно подъест остатки купеческо-заводского севера. Не тот у нынешних благотворителей и жертвователей размах, чтобы финансировать реставрацию руин, до которых денежных туристов элементарно не дотащить. Не востребованы и не будут востребованы никогда брошенные заводы и храмы, потому как неоткуда взяться церковным прихожанам, ибо стремительно вымирают окрестные городки, поселки и деревни, а выделывать на древесном угольке первоклассное уральское железо экономически нецелесообразно. Пока еще осталось десятилетие-другое на то, чтобы полюбоваться развалинами, которые на глазах становятся мифом и постепенно растворяются в красе окрестной природы. Никто не возьмется их даже консервировать подобно стоматологическим осколкам каэров на вересковых холмах Мабиногиона, норманнским замкам, византийским монопиргиям.

Покчинской жительнице Валентине Васильевне Федосеевой в молодости кто-то давал читать старинную рукопись. В ней описывались местные события аж XV века. Пятеро покчинских охотников увидели на реке незнакомых людей. Затаились, присмотрелись — пришлые рубят лес, видно, собираются строить плоты и плыть к Покче. Охотников обнаружили, четверых убили, но один убежал и принес покчинцам пугающую весть. В это же время чужаки появились и у ворот городка. Но оказалось, это новгородцы, бежавшие из своего родного города после разорения его Иваном III. Их было человек тридцать, оборванных и измученных. Впустили. Новгородцы сказали горожанам, что Москва и на них идет. Вместе с покчинцами они двинулись к Искору, заперлись в этой «горной крепости» и сражались особенно храбро, совершая дерзкие вылазки.

Много лет спустя Федосеева видела в чердынском музее «на окне» старую книгу, и среди ее текстов нашелся один, описывающий ту же историю. Это подтверждает, по мнению Валентины Васильевны, что читанная ею рукопись содержала рассказ о реальных событиях. Правда, вздыхает она, может, сейчас в музее и не вспомнят, что за книга у них на окне лежала... Но вот еще косвенное подтверждение: на окраине Покчи до сих пор виден холмик, из-под которого торчат жердины — там была сторожевая башня.

Со взгорка, за микроканьоном холоднючей речки Кемзелка в Покче бьют семь родников, стекаясь в мелкое озерцо. Местные жители там и белье стирают, и не гнушаются для питья воды набрать. Хорошая вода, бодрящая, хоть и называется по-сказочному «мертвой». По легенде здесь лихие люди убили купца с женой, да еще пятерых работников. Вот и пробились из земли семь горестных ключей, вот почему вода «мертвая», хоть пить ее для здоровья совершенно невредно. Хотя есть авторитетное мнение, что историю про «мертвую воду» выдумала одна женщина в 1997 году для привлечения туристов.

А что еще остается здешним людям, кроме как припоминать и придумывать легенды да строить домики из пустых бутылок?

Опубликовано в журнале:

«Дружба Народов» 2015, №1

Россия. ПФО > СМИ, ИТ > magazines.russ.ru, 10 января 2015 > № 1458923 Вячеслав Запольских


Россия > СМИ, ИТ > rkn.gov.ru, 22 декабря 2014 > № 1270225 Александр Жаров

Александр Жаров: В 2014 году Роскомнадзор закрепил статус основного органа власти, обеспечивающего информационную безопасность личности, общества и государства в Интернете

В ходе расширенного заседания Роскомнадзора с участием территориальных органов, руководитель ведомства Александр Жаров подвел итоги и рассказал о факторах, которые определили уходящий год.

Это вхождение Крыма в состав Российской Федерации, проведение Олимпиады в Сочи, расширение полномочий по исполнению российского законодательства в отношении сети интернет и выход на новый уровень контроля и надзора в сфере связи.

В частности, в сжатые сроки удалось создать территориальный орган Роскомнадзора и организовать деятельность радиочастотной службы на территории Крымского федерального округа. Работа в регионе продолжается - в планах закончить процесс регистрации СМИ, провести конкурсы на телерадиовещание, осуществить лицензирование операторов связи, реализовывать федеральную целевую программу развития полуострова в части строительства пунктов радиоконтроля.

За период подготовки и проведения Олимпийских и Паралимпийских игр в Сочи не было зафиксировано каких-либо сбоев, была обеспечена беспомеховая работа радиооборудования организаторов, участников и гостей Игр.

Расширение надзорных полномочий Роскомнадзора связано с вступлением в силу Федерального закона № 398-ФЗ, который ввел внесудебный порядок блокировки сайтов, публикующих призывы к экстремизму и несанкционированным массовым мероприятиям и Федерального закона № 97-ФЗ - так называемого «Закон о блогерах». В исполнение последнего Роскомнадзор приступил к ведению Реестра организаторов распространения информации в интернете и Реестра блогеров.

В уходящем году Роскомнадзор активно сотрудничал с международными лидерами интернет отрасли, такими как Google, Facebook, Twitter, Alibaba.

В Единый реестр запрещенной информации сегодня внесено более 45700 URL, 64% ресурсов уличены в пропаганде и распространении наркотических средств, 15% - детской порнографии, 12% - суицида.В реестр блогеров на сегодняшний день внесено 317 человек, ожидают внесения 187.

Проанализировано более 60 000 выпусков сетевых СМИ.

2014 год стал годом снижения административной нагрузки на бизнес - сократилось количество плановых и внеплановых проверок (с 2013 по 2015 год более чем на 30% - с 1707 до 1163). Вырос объем мероприятий систематического наблюдения (за 11 месяцев 2014 года проведено более 15 тысяч мероприятий против 14,5 тысяч за весь 2013 год).

Для решения задачи повышения общего уровня контрольно-надзорной деятельности в сфере связи был предпринят ряд мер по улучшению взаимодействия территориальных органов Роскомнадзора с предприятиями радиочастотной службы, в частности – сопряжение их информационных систем, что позволило сократить время реагирования на нарушения в 3 раза.

Введена в эксплуатацию Автоматизированная системы радиоконтроля – АСРК-РФ. С начала года с ее использованием проконтролировано более 450 тысяч радиоэлектронных средств и около 2,5 миллионов радиочастот, что на 77% больше, чем за такой же период прошлого года. Количество выявленных нарушений правил использования спектра в 2014 году - более 24,5 тысяч против прошлогодних 16 тысяч.

Отдельно Александр Жаров подчеркнул возрастающую потребность общества в безопасном обороте данных в киберпространстве.

По сравнению с прошлым годов количество жалоб на нарушения их прав как субъектов персональных данных возросло вдвое.

В 2014 году основным методом обнаружения нарушений стал мониторинг сети. Были сформированы новая судебная практика по защите прав граждан при незаконной обработке персональных данных в интернете и практика ограничения доступа к сайтам на стадии рассмотрения дела в суде.

Россия > СМИ, ИТ > rkn.gov.ru, 22 декабря 2014 > № 1270225 Александр Жаров


Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 декабря 2014 > № 1261089 Павел Дуров

РОССИЙСКИЙ МАРК ЦУКЕРБЕРГ (" EL PAIS ", ИСПАНИЯ )

Роса Хименес Кано (rosa Jiménez Cano)

Целая толпа поклонников следует за Павлом Дуровым, чтобы сфотографироваться с ним. Его воспринимают как восходящую рок-звезду. Но у российского Марка Цукерберга (Mark Zuckerberg) нет ни татуировок, ни пирсинга. Он всегда одет в черное. "Так удобнее и способствует собранности", - объясняет он.

Предприниматель и программист, родившийся в 1984 году в Санкт-Петербурге, уехал из своей страны и в настоящее время находится в Сан-Франциско, где и дал это интервью. Дуров решил покинуть родину после нескольких месяцев все возраставшего давления со стороны российских спецслужб, требовавших от него раскрыть информацию об оппозиционных группах, поддерживавших общение между собой через социальную сеть "ВКонтакте", которую он вместе со своим братом Николаем основал в 2006 году.

Его попросили предоставить информацию о людях, участвовавших в протестных акциях в связи с событиями на Украине, но он отказался. Продал компанию и уехал из страны.

Дуров, запустивший крупнейшую социальную сеть в России, которая насчитывала 270 миллионов пользователей, также является создателем мессенджера Telegram, аналога приложения для андроида WhatsApp, от которого многие пользователи отказались, когда компания, основанная Яном Кумом (Jan Koum) и Брайном Эктоном (Brian Acton), была приобретена сетью Facebook.

Он обладает состоянием свыше 200 миллионов евро, вокруг его имени постоянно ходят слухи о расточительстве. Сам Дуров считает это частью пропагандистской кампании, проводимой российскими властями для того, чтобы очернить его образ. Он не скрывает своих симпатий к основателю Wikileaks Джулиану Ассанжу (Julian Assange), а также предложил работу Эдварду Сноудену (Edward Snowden), программисту, раскрывшему секретные данные Агентства национальной безопасности США.

Два польских разработчика подходят к нему, чтобы побеседовать, а заодно и предложить жилище. Они знают, что Дуров ведет жизнь скитальца, переезжая из страны в страну. В отличие от основателя Facebook, ему не принадлежит часть острова на Гавайях. Более того, у него вообще нет собственности.

В отличие от большинства известных программистов, он не пьет ни чая, ни кофе. Они вызывают у него головную боль. Помимо русского, говорит на английском и итальянском. Говорить по-испански не решается, хотя читает легко.

El País: Почему вы уехали из России?

Павел Дуров: Я хотел сосредоточиться на Telegram, предложить надежную и безопасную форму коммуникации для всех. Российские законы, касающиеся высоких технологий, в 2012 году начали становиться все консервативнее. Это не лучшая обстановка для человека, которому хочется чувствовать себя свободным. Мы с моим братом продвинулись насколько могли, но продолжать больше не имело смысла.

- Что случилось с сетью "ВКонтакте"?

- В декабре прошлого года я продал все мои акции. Я твердо следовал моим принципам: тайну частной жизни людей нужно оберегать. Но с каждым разом это становилось все труднее. Административный совет разделяет мои мысли, но не может существовать вне закона. Я ушел, и это было правильно.

- Вы прославились тем, что выбрасывали деньги в окно? Или это был Ваш брат?

- Не мы. Дело обстояло следующим образом. Вице-президент компании получил крупный бонус. Мы его поздравили, стали это праздновать. А он все время твердил: "Я работаю не ради денег. И тогда мы сказали ему в шутку: "Если ты работаешь не ради денег, выбрось их в окно". И он начал их выбрасывать. Мы были юнцами, которые достигли успеха. Я подошел и сказал, что он неправильно бросает - надо складывать самолетики из купюр и запускать - и показал ему как. Внизу, на улице, было очень много народу, люди дрались, чтобы схватить деньги, но мы этих людей не видели. Когда нам о них сообщили, мы остановились. Мы никого не намеревались провоцировать.

- Но Вы богаты.

- Я много раз говорил, что мне не нравится стиль жизни богачей. Сейчас я богат, но 10 лет назад я не был богатым. И мне все равно. Я не стал счастливее, чем тогда. Деньги не должны менять твою жизнь. Я не вижу смысла в такой известности, из-за которой ты должен покупать более дорогую машину, более шикарный дом. Мой стиль жизни другой. Швыряя деньги из окна, мы поняли, что недооцениваем их ценность для других людей. В России они означают уверенность, возможность прожить на один день больше. Действительно, нас здорово критиковали, но это был только один раз.

- Для чего Вы создали Telegram?

- Чтобы иметь возможность общаться с моим братом и людьми из моего окружения, не боясь, что за мной шпионят.

- В приложении Вы указываете, что штаб-квартира Telegram находится в Берлине. Вы там проживаете?

- Штаб-квартира находится там, но много ездим по миру. Летом мы были в Финляндии. Долгое время прожили в Лондоне. Сейчас на пару месяцев остановились в Сан-Франциско. Обычно мы снимаем дом, в котором живем и работаем. Редко находимся в одном месте более 10 недель.

- Сколько человек в вашей команде?

- Основное ядро - пять человек. Это те, кто все время вместе. Еще пять человек работают из различных точек земного шара. Благодаря интернету, можно работать, находясь где угодно.

- Десять человек обслуживают какое количество пользователей?

- Чуть больше 50 миллионов. Наиболее успешной наша деятельность была в Южной Корее, Индии и Испании, вот в таком порядке. В целом, в Европе у нас дела идут хорошо. На американском континенте, лучше всего в Мексике и Бразилии.

- Когда Facebook купил WhatsApp, многие пользователи утратили к нему доверие и стали пользоваться Вашим приложением.

- Мы были этим крайне удивлены. В Twitter и различных блогах даже проводились сравнения, утверждая, что мы лучше. Я чувствовал себя весьма польщенным. Мы не занимались рекламой, у нас даже нет своей пресс-службы.

- Вы виделись с Ассанжем в Лондоне?

- Нет.

- Вы отождествляете себе с ним?

- Это разные ситуации. Я вовремя уехал. Он раскрыл секреты, которые должны были выйти наружу. Я его поддерживаю. Я создал инструмент для обеспечения коммуникации без огласки секретов

- Почему программа Telegram более надежна?

- Потому что мы потратили много времени, усилий и знаний для того, чтобы сделать ее безопасной, укрепить кодировку. Мой брат - известный математик, доктор наук, лауреат нескольких премий. Мы изучали способ передачи сообщений, которые невозможно перехватить. И делали это прежде всего, думая о самих себе, поскольку чувствовали для себя угрозу в России. Мы не хранили переписку на серверах, а также предлагали секретные чаты с ограниченным сроком действия.

- Как вы проверяли их надежность?

- Предлагали вознаграждение. Предлагали найти ошибки, обещали заплатить 300 тысяч долларов тому, кто сумеет взломать код. Вплотную к этому подошел один русский парень, которому мы заплатили 100 тысяч долларов за помощь. Наш мессенджер представляет собой единственное приложение с открытым кодом. Любой может это проверить.

- Telegram - бесплатная программа. Какова ее бизнес-модель?

- Ее нет. Меня бы устроило, чтобы программа просто окупалась. Мы не намерены взимать за нее плату, а также рекламировать. Возможно, в будущем мы предложим дополнительные услугам, дадим доступ разработчикам, чтобы они продавали свои приложения или игры, при условии, что за них будет иметь смысл платить деньги. Мое намерение заключается в том, чтобы создавать некоммерческий продукт. У нас нет инвесторов, и благодаря этому мы пользуемся полной свободой в своей деятельности.

- Эту программу пытались купить?

- Конечно. К нам поступали предложения от многих инвестиционных фондов, прежде всего из Кремниевой долины. Именно у нашего приложения в этом году был наибольший рост. Если мы примем от них деньги, то на всем можно ставить крест. Нас заставят делать то, что нам не по душе. Инвесторы только хотят приумножить свои деньги. Мы принимаем добровольные пожертвования, как Википедия, но не более того.

- Какие у Вас планы на будущее? Затеваете очередной проект?

- Мне приходит в голову множество идей, но планов больше нет. Прежде всего, нужно, чтобы Telegram оставался таким же хорошим, как сейчас. Можно что-то добавить, сделать его более социальным, предоставить возможность вести блоги.

- Вы держите свое состояние в долларах, являясь при этом признанным поборником биткоина.

- Правительства и страны мне не нравятся. Особенно в Европе, где все контролируется. Сдерживается конкуренция, ее держат под контролем. Так люди избегают прогресса. Валюта - это форма контроля. Игры с инфляцией и налогами - тоже форма контроля. Не знаю, станет ли биткоин децентрализованной криптовалютой будущего, но пока что он лучший вариант. Правительства захотят ее контролировать. Наверняка объявят ее вне закона. Мы должны иметь возможность выбрать собственную валюту, как выбрали способ общения.

- В России биткоин запрещен.

- Конечно, они говорят, что это нужно для сдерживания наркотиков и терроризма, но они уже контролируют жизнь людей и нарушают их право на тайну частной жизни.

- А что с Вами случилось бы, вернись Вы в Россию?

- Я бы не чувствовал себя свободным, но не думаю, что меня убили бы. У меня там больше нет ни одной фирмы, и я не веду блогов, за которые меня могли бы в чем-то обвинить.

- Что должно произойти для того, чтобы вы вернулись в Россию?

- Они должны изменить юридические рамки, разрешить, чтобы люди с определенной свободой занимались бизнесом. Для меня ключевое - уважение к неприкосновенности переписки и телекоммуникаций, уважение к правам человека. В экономическом плане я хорошо себя чувствую в США, они дают возможности для занятия бизнесом.

- Как Вы видитесь со своими родителями?

- Мои родители принадлежат к старой школе. Отец - известный профессор. От Санкт-Петербурга до Финляндии два часа езды на поезде.

- Эмигрант и кочевник?

- Кочевником меня сделала эмиграция. В детстве я жил в разных местах, поэтому хорошо приспосабливаюсь и предпочитаю быть свободным.

Россия > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 декабря 2014 > № 1261089 Павел Дуров


США. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 декабря 2014 > № 1263360 Тони Хейл

ВСЕ, ЧТО ВЫ ЗНАЕТЕ О ВСЕМИРНОЙ СЕТИ, НЕ СООТВЕТСТВУЕТ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ (" TIME ", США )

Тони Хейл (tony Haile)

Если вы обычный читатель, то я займу ваше внимание на 15 секунд - итак, приступим: в настоящее время у нас во многом неверное представление о всемирной паутине. Мы ошибочно воспринимаем клики мышкой как свидетельство того, что соответствующий материал был прочитан. Мы ошибаемся, когда считаем, что обмен контентом (sharing) равносилен прочтению. Мы бросаемся в погоню за новыми трендами, включая естественную рекламу (native advertising), и не пытаемся при этом понять, что не так со старыми ее видами, и, кроме того, постоянно совершаем те же самые ошибки.

Вы не обычный читатель? Возможно, вы дадите мне в таком случае больше 15 секунд. Я являюсь генеральным директором компании Chartbeat, работаю в непосредственном контакте с теми людьми, которые создают контент в режиме онлайн (в том числе для Time.com) и снабжаю их данными в реальном времени, помогающими им лучше понимать своих читателей. Если вдуматься, то следует признать - многие люди имеют совершенно неверное представление о том, как происходит работа в режиме онлайн.

Вот когда мы начали ошибаться: в 1994 году бывший сторонник прямого электронного маркетинга по имени Кен Маккарти (Ken McKarthy) предложил считать кликабельность (clickthrough) в качестве меры эффективности рекламы во всемирной сети. С этого момента клик мышкой стал определяющим действием в области размещения рекламы в интернете. Естественное доминирование клика помогло создать такие огромные компании как Google, а также пообещало наступление совершенно нового мира для рекламы, в котором рекламные объявления могут быть непосредственно связаны с действиями потребителей.

Однако у клика обнаружились некоторые не очень удачные побочные эффекты. С его помощью всемирная сеть заполнилась спамом, линкбейтингом, сомнительным дизайном и трюками, тогда как пользователям отводилась роль лабораторных крыс. Если телевидение пыталось добиться вашего полного внимания, для всемирной паутины все было безразлично, если вы уже сделали клик, клик, клик.

За 20 лет все остальные вещи, имеющие отношение к интернету, изменились, и только клик остается прежним - мы находимся в зависимости от всемирной паутины, где центральное место занимает клик. Однако что-то начинает происходить в основанной на клике всемирной паутине. Под влиянием новых технологий и падением показателей кликабельности события, происходящее в период между кликами, становятся все более важным, и медийный мир пытается к этому приспособиться. Такие ресурсы как сайт газеты New York Times начинают менять свой дизайн, и теперь меньше внимания уделяется всемогущему клику. Такие новые и получившие известность сайты как Medium и Upworthy отказываются от просмотров (pageview) и кликов в пользу разработки собственных фокусирующих внимание показателей. Естественная реклама, то есть реклама, призванная, скорее, удержать ваше внимание, а не произвести определенное впечатление, растет с невероятной скоростью.

Теперь уже не нужны просто ваши клики, теперь большое значение приобретают ваше время и внимание. Добро пожаловать во всемирную сеть внимания (Attention Web).

В основе всемирной сети внимания находятся мощные новые методы захвата данных, способные дать медийным сайтам и рекламодателям представление о поведении пользователя с учетом каждой секунды и каждого пикселя. Если клик является турникетом, расположенным перед стадионом, то новые методы представляют собой центральную телевизионную аппаратную с возможностью наблюдения под тысячью различных углов. Получаемые с помощью новых методов данные являются новым окном, позволяющим наблюдать за поведением пользователей в интернете, и они свидетельствуют о том, что многие вещи, которые мы раньше воспринимали на веру, просто не соответствуют действительности.

Миф 1: Мы читаем то, что мы кликаем

Вот уже 20 лет издатели гоняются за количеством просмотров, за данными, в которых учитывается, сколько раз пользователи загрузили страницу в интернете. Чем больше просмотров получает сайт, тем больше человек его читают, чем более успешным он является. По крайней мере, так мы считали. Компания Chartbeat более внимательно взглянула на 2 миллиарда посещений во всемирной паутине в течение месяца и обнаружила, что большая часть кликающих людей материалы сайта не читают. На самом деле 55% пользователей - поразительный показатель - проводят на сайте менее 15 секунд. Статистические показатели немного улучшаются, если вы отфильтруете сайты и оставите те из них, где размещаются собственно статьи, но и в этом случае один из трех посетителей затрачивает на чтение размещенных там материалов менее 15 секунд. Медийный мир в настоящее время в бешенстве по поводу фальсификаций с кликами, но его представители должны проявлять еще больше беспокойства в связи со значительным процентом посетителей, которые не читают то, что, как некоторые полагают, они читают.

Полученные данные становятся еще более интересными, если копнуть глубже. Редакторы гордятся своим точным знанием того, какие именно темы постоянно побуждают пользователя сделать клик и прочитать статью. Они являются "вечно зелеными" усилителями количества просмотров, которые редакторы имеют возможность достать в конце квартала для того, чтобы обеспечить выполнение своих планов по трафику. Они исходят из того, что весь трафик сделан одинаково, и поэтому упускают возможность создания реальной аудитории для своего контента.

Наша команда по работе с данными просмотрела темы на выбранных произвольным образом 2 миллиардах просмотров, генерированных 580 000 статей на 2000 сайтов. Мы отобрали темы с наибольшим количеством кликов, а затем сравнили темы, получившими очень высокий уровень внимания при каждом просмотре, с теми, которые получили очень мало внимания за один просмотр. Статьи, которые стали причиной клика и привлекли к себе внимание, были преимущественно последними новостями. В августе наилучшие показатели получили такие темы как реформа здравоохранение Обамы, Эдвард Сноуден, Сирия и Джордж Циммерман (George Zimmerman), тогда как в январе доминировали дебаты по поводу Вуди Аллена (Woody Allen) и Ричарда Шермана (Richard Sherman).

Получившие наибольшее количество кликов и наименее внимательное отношение к себе статьи были посвящены темам более общего плана. В августе самые низкие показатели получили темы, преподносившиеся с помощью слов и выражений "топовые", "лучшие", "самые большие", "вымышленные" и т.д, тогда как в январе наихудшие показатели продемонстрировали такие рубрики как "Прически", "Позиции", "Обнаженные" и, по каким-то причинам, "Виргиния".

Все перечисленные выше темы получили примерно одинаковый объем трафика, однако лучшие материалы привлекли к себе примерно в пять раз больше внимания, чем худшие. Редакторы могут сказать следующее: пока подобные темы порождают клики, они выполняют свою работу, но так можно сказать только в том случае, если единственной ценностью в контенте считать трафик, любой трафик, который оказывается на этой странице. Редакторы, думающие таким образом, не играют в долгую. Исследования в сети Chartbeat показали, что возможность удержания внимания посетителя всего на три минуты означает, что вероятность его возвращения увеличивается в два раза по сравнению с тем случаем, когда удается удержать его внимание всего на одну минуту.

Самая ценная аудитория - это та, которая возвращается. Авторы линкбейтов должны начинать с нуля каждый день, пытаясь найти новые способы генерации кликов у незадачливых пользователей с помощью списков "Самых богатых публичных вымышленных компаний". Тогда как авторы, живущие во всемирной паутине внимания, создают реальные истории и формируют аудиторию, которая возвращается.

Миф 2: Чем больше мы делимся, чем больше мы читаем

По мере сокращения количества просмотров отдельные бренды и издатели начали использовать такие формы социальных обменов как лайки в Facebook и ретвиты в Twitter в качестве новой валюты. Обмен в социальных сетях (social sharing) является публичным и предполагает, что какой-то пользователь не только прочитал определенный контент, но и активно рекомендует его другим людям. Существует целая индустрия, посвященная продвижению совместного пользования в социальных сетях в качестве незаменимого (sine qua non) средства для аналитики.

Забота о совместном пользовании в социальных сетях имеет смысл. Есть вероятность того, что вы получите больше трафика, если вы обмениваетесь чем-либо в социальных сетях, чем в том случае, если вы ничего не делаете: чем больше лайков в Facebook получает статья, тем для большего числа людей она станет доступна в Facebook и тем больше будет трафик в целом. То же самое можно сказать о Twitter, хотя Twitter обеспечивает меньше трафика для большинства сайтов.

Но те люди, которые делятся контентом, являются небольшой частью пользователей из числа посетителей данного контента. Среди статей, за которыми мы наблюдали в социальных сетях, отмечались лишь один твит и восемь лайков на каждые 100 посетителей. Искушение относительно возможности оценивать поведение этого небольшого количества людей, делящихся своим контентом, часто заставляет медийные сайты делать поспешные выводы, которые не подтверждаются полученными данными.

Широко распространено следующее мнение: чем большее количество контента нравится или предоставляется в общее пользование, тем большей должна быть активность, тем больше люди хотят обратить на него внимание. Однако полученные данные это не подтверждают. Мы проанализировали 10 000 предоставленных для общего пользования статей в социальных сетях и обнаружили, что не существует какой бы то ни было зависимости между количеством контента, переданного в общее пользование, и количеством того внимания, которое средний читатель ему уделяет.

Когда мы объединили внимание и трафик для определения статьи, которой было уделено в целом наибольшее количество времени, то мы обнаружили, что она имела менее 100 лайков и менее 50 твитов. И, наоборот, материал с самым большим количеством твитов получил около 20% общего времени от показателей наиболее популярной статьи.

В итоге можно сказать, что измерение количественных показателей обменов в социальных сетях очень полезно для понимания обменов в социальных сетях, но если вы используете подобные показатели для выяснения того, какой контент получил наибольшее количество внимания конкретного посетителя, то эти данные не дают такой возможности. Социальные сети не являются "серебряной пулей", то есть простым решением для всемирной паутины внимания.

Миф 3: Естественная реклама является спасителем издателей

Медийные компании, отчаянно стремящиеся к новым потокам прибыли, в массовом порядке используют естественную рекламу. Бренды создают или заказывают свой собственный контент и размещают его на таких сайтах как New York Times или Forbes для получения доступа к их аудитории и привлечения ее внимания. Бренды хотят, чтобы их послание было передано потребителям таким способом, который бы не прерывал их восприятие, а был бы дополнением к нему.

Однако реальная ситуация такова: хотя император, то есть естественная реклама, возможно, не голый, на нем, вероятнее всего, лишь стринги. Если брать типичную статью, то две трети людей уделяют ей более 15 секунд своего внимания, тогда как в случае с контентом естественной рекламы этого показатель уменьшается до примерно одной трети. То же самое можно сказать, если рассматривать поведение, относящееся к прокрутке страниц. По нашим данным, в случае с контентом естественной рекламы лишь 24% посетителей вообще прокрутили до конца страницу, тогда как для нормального контента этот показатель составил 71%. Если пользователи действительно задерживаются и прокручивают страницу до конца, то менее трети из них читают больше первой трети статьи.

Все это говорит о том, что бренды платят за контент - и издатели направляют туда трафик, - который не привлекает внимания посетителей, и таким образом не достигаются цели его создателей. Проще говоря, естественная реклама страдает от синдрома дефицита внимания. Но ситуация не такая плохая. Такие сайты как Gizmodo и Refinery29 оптимизированы для привлечения внимания, и они много делают для того, чтобы их опыт с естественной рекламой совпадал с причинами того, почему пользователи заходят на их сайт. В результате у них естественная реклама имеет такие же показатели, как и их обычный контент.

Все сказанное не означает, что нужно отказаться от естественной рекламы. Если все делается правильно, но она может служить мощным способом коммуникации с более широкой аудиторией, которая обычно заходит на домашнюю страницу какого-то бренда. Однако направление трафика на контент, который никто не читает, является пустой тратой времени и денег. Все большее количество брендов начинают беспокоиться о том, что происходит после клика, и поэтому есть надежда на то, что естественная реклама сможет достичь такого уровня качества, который уже не будет требовать использования трюков и маскировки. На самом деле, чтобы выжить, ей придется это сделать.

Миф 4: Баннерная реклама не работает

В последние несколько лет мы слышим еженедельные стенания по поводу того, что баннерная реклама умерла. Рейтинги на основе кликабельности сегодня в среднем составляют менее 0,1%, и вы очень часто можете услышать разговоры о баннерной слепоте. Если вы маркетолог прямого ответа (direct response marketer), пытающийся вернуть клики на ваш сайт, то тогда, действительно, баннерная реклама с каждым годом будет приносить вам все меньше желаемого результата.

Однако слухи, распространяемые брендовыми специалистами относительно кончины баннерной рекламы, могут быть очень сильно преувеличены. В том случае, если ваши цели совпадают с целями традиционной брендовой рекламы и состоят в доведении вашего послания до аудитории, то тогда на самом деле, большая часть баннерной рекламы будет плохим выбором... но некоторые ее образцы великолепны! Вызов со стороны всемирной паутины клика состоит в том, что нам не удалось научиться их различать.

Исследования постоянно свидетельствуют о важности качественной рекламной креативности, когда мы пытаемся заставить посетителя увидеть и запомнить какой-то бренд. Менее известен научный консенсус, основанный на исследованиях, проведенных Microsoft, Google, Yahoo и Chartbeat, относительно того, что вторым ключевым фактором является количество того времени, которое посетитель тратит на активный просмотр страницы в тот момент, когда он может увидеть рекламу. Некоторые смотрят на страницу в течение 20 секунд во время присутствия там рекламы, и вероятность запоминания этого объявления увеличивается на 20-30%.

Что нужно сделать, чтобы баннерная реклама была эффективной? Ответ прост: вы должны создать отличный креатив, а затем поместить его перед лицом человека на достаточно длительный период времени, чтобы он смог хорошо его рассмотреть. Вызов для баннерной рекламы состоит в том, что традиционная рекламная эвристика относительно того, что хорошо работает, состоит в размещении рекламного объявления в той части страницы, которая привлекает наименьшее количество внимание, а не наибольшее.

Вот подтверждающий аргумент: 66% внимания на нормальной медийной странице приходится на ее нижнюю часть. А что же можно сказать о списке наиболее популярных материалов вверху страницы? Люди быстро прокручивают эту часть и проводят свое время там, где размещается собственно контент, а не всякого рода хлам. Вместе с тем многие фирмы, использующие медийные возможности, все еще требуют, чтобы их рекламные объявления размещались там, где нет внимания людей, и игнорируют те места, где оно присутствует.

Такие смекалистые жители всемирной паутины как Say Media и Vox, а также такие общепризнанные игроки как Financial Times больше ориентируются на данные, чем на традицию, и они формируют свою рекламную стратегию таким образом, чтобы оптимизировать опыт и внимание. Небольшая группа инновационных планировщиков в области медиа устроила бунт и пользуется тем, что их коллеги придерживаются старой эвристики, и в результате получают выгоду от ассиметричной информации относительно того, что, на самом деле, является ценным.

Для качественных издателей оценка рекламных объявлений не только на основании данных о кликах, но также с учетом времени и внимания, количество которого они увеличивают, как раз и может оказаться тем спасательным канатом, который они ищут. Время - это редкий и ограниченный ресурс во всемирной паутине, и мы уделяем больше нашего времени хорошему контенту, чем плохому. Оценка рекламного объявления с точки зрения времени и внимания означает, что издатели отличного контента могут назначать большую цену за свои рекламные объявления, чем те, которые создают линкбейты. Если количество запрашиваемых вами денег коррелирует с качеством контента на странице, то в таком случае медийные сайты получают финансовые стимулы для создания контента лучшего качества. В ростках всемирной паутины внимания мы, возможно, нашли устойчивую бизнес-модель для повышения качества в интернете.

Это движение в сторону всемирной паутины внимания может показаться набором незначительных сигналов и изменений, однако оно обладает потенциалом для трансформации всемирной паутины. Не только издатели качественного контента выигрывают во всемирной паутине внимания, но и все мы. Когда сайты создаются для привлечения внимания, любые помехи, любой неудачный дизайн или вызывающая недоумение реклама в форме редакционного материала (advertorials), все, что может заставить посетителя провести на секунду меньше времени на сайте, - все это не помогает бизнесу. Это означает, что нужен хороший дизайн и хороший опыт для всех. Вариант всемирной паутины, где качество делает деньги и вознаграждается отличный дизайн? На такое сочетание следует обратить внимание.

США. Весь мир > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 7 декабря 2014 > № 1263360 Тони Хейл


Польша > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 декабря 2014 > № 1263413 Анджей Вайда

АНДЖЕЙ ВАЙДА: ЕДИНСТВЕННОЕ, ЧЕГО МЫ ОЖИДАЕМ - ПРИМИРЕНИЯ (" DELFI.LT ", ЛИТВА )

Наталия Зверко

"Мой отец в апреле 1940-го был расстрелян и похоронен в Харькове. А моей матери долгое время лгали про его судьбу. Она долго ждала правдивого ответа, но, к сожалению, так и не дождалась. Поэтому я считаю, что фильм "Катынь" - это одно из самых великих моих достижений",- сказал в интервью Delfi знаменитый польский режиссер Анджей Вайда.

С классиком мирового кино мы встречаемся в Кракове в Музее японского искусства "Манггха". В 1920 году краковский критик, писатель и коллекционер Феликс "Манггха" Ясенский подарил Национальному музею в Кракове свою коллекцию - около 6500 предметов японского искусства.

Когда Анджей Вайда получил в 1987 году кинематографическую Премию Киото, он решил пожертвовать всю сумму на создание в Кракове музея японского искусства, чтобы разместить в нем коллекцию Ясенского.

В музее, помимо экспонирования коллекции Феликса "Манггха" Ясенского, сегодня проходят выставки и мероприятия, а также проводятся курсы японского языка, чайной церемонии и выставки искусства икебаны.

"Прежний режим не был заинтересован в музее, и я ничего не мог сделать до 1990 года. Но потом, так как я был активным участником "Солидарности" и начал работать с Лехом Валенсой, эта мечта осуществилась", -сказал в интервью DELFI Вайда.

За свою выдающуюся карьеру Вайда снял ставшие знаменитыми "Канал", "Пепел и алмаз", экранизации "Сибирская леди Макбет" по Лескову, "Бесы" по Достоевскому, "Пилат и другие" по Булгакову. Творчество режиссера отмечено премией "Оскар" в 2000 году, а также рядом престижных международных премий в Японии, Италии, Греции.

Всего Вайда снял больше 30 фильмов, работал в театрах Югославии, Великобритании, Швейцарии, СССР, США, Болгарии, Японии.

Анджей Вайда - автор фильма "Катынь" о судьбе 22 тысяч польских офицеров и их семей, которые во время Второй мировой войны были взяты в советский плен и в 1940 году расстреляны сотрудниками НКВД в Катынском лесу Смоленской области. Среди расстрелянных в Катыни был и отец самого Вайды.

В прошлом году Вайда снял фильм о первом президенте независимой Польши, лидере знаменитой "Солидарности" Лехе Валенсе.

- Уважаемый господин Анджей, мы с вами беседуем в музее "Маггха" в Кракове, к созданию которого вы имеете непосредственное отношение. Расскажите, пожалуйста, с чего началась ваша любовь к Японии.

- Все началось случайно, еще во время Второй мировой войны. Я попал на выставку Феликса Ясенского, который был большим любителем японского искусства, он жил на переломе XIX и XX веков и успел собрать огромную коллекцию японского искусства. В 1924 году он подарил свою коллекцию Национальному музею Кракова, в нее входило около 15 000 объектов. Однако у этой коллекции не было своего места, именно поэтому я подумал, что такое помещение необходимо найти или создать.

До того момента, когда мне вручили Киотскую премию в 1987 году, объекты коллекции находились в запакованном виде и не было никаких шансов их демонстрировать. Полученная премия позволила мне основать в Кракове музей. Правда, осуществить это было не так-то просто, несмотря на то, что специальный фонд был учрежден сразу же после получения премии. Прежний режим не был заинтересован в музее, и я ничего не мог сделать вплоть до 1990 года. Но потом, так как я стал активным участником "Солидарности", и "Солидарность" победила, эта мечта осуществилась.

Дело получило ускорение и после того, как знаменитый японский архитектор Арата Исодзаки решил бесплатно создать для музея проект. И когда японцы, особенно те, что связаны с культурой, узнали об этом, они также кинулись всячески помогать. Мечта осуществилась, когда Польша стала независимой, а Лех Валенса стал президентом.

Для меня также важно, что музей был очень тепло принят краковчанами и собрал вокруг себя много людей, влюбленных в японскую культуру. Люди тут собираются, беседуют, любуются видом на Вавельский замок и самим зданием, которое создано было японским архитектором. В ближайшие дни здесь пройдут торжественные церемонии по случаю 20-летия музея, в которых примут участие почетные гости из Польши и Японии.

Кстати, недавно, мы пристроили к нему новый павильон для чайных церемоний, есть также помещение для студентов, изучающих японский язык. Кроме того, открылся новый павильон для демонстрации искусства Дальнего Востока. Так что жизнь вокруг музея бьет ключом, и это очень радует.

- Давайте поговорим о вашей последней работе в кино - фильме об уже упомянутом Вами Лехе Валенсе. Сам он, комментируя вашу работу сказал, что Вы показали его профсоюзным лидером и примерным семьянином, однако о нем можно было бы снять сотню фильмов - в том числе и детектив, и любовную драму... Почему именно такой Лех Валенса?

- Самая главная причина в том, что я самолично его знал с 1980 года, когда произошла забастовка на Гданьской судоверфи. Тогда мы впервые встретились, и он произвел на меня огромное впечатление. Я долго откладывал этот фильм, так как понятно, что в планы коммунистических властей он не входил.

Окончательно определиться с картиной меня заставило довольно негативное отношение в Польше к Леху Валенсе. Конечно, Валенса, став президентом, допустил ряд ошибок. Но я уверен, что политики рождаются для конкретной политической эпохи. Предназначение Валенсы было сыграть главную роль в том, чтобы Польша обрела свою независимость - без войны и конфликтов. И сейчас, смотря на эти события с дальней перспективы, я понимаю, что только простой рабочий мог добиться такого результата.

Все дело в том, что сам рабочий был против коммунистического правительства, которое якобы взяло на себя права представлять рабочих. Его большой заслугой было то, что его идея победила. Фильм заканчивается моментом, когда он находится на гребне славы. Заканчивается кадрами с настоящим Валенсой, который выступает в американском Сенате. Польский рабочий, представляющий польский народ, говорит в американском Сенате с американским народом - что может быть лучше? Так что я сам принял решение - какой именно аспект из жизни Леха Валенсы выбрать...

Кроме того, в те времена меня самого попросили заняться политикой, и я согласился. Тогда я знал, что это был момент, когда надо взять на себя ответственность и стать плечом к плечу со всеми, стать на некоторое время политиком. В 1989 году состоялись выборы, тогда мы еще не знали, что будет дальше, что станет с "Солидарностью". Основная причина, почему мы победили, была в том, что люди которые были кандидатами от "Солидарности" в парламент, были широко известны народу, и люди за них голосовали. Вот весь секрет успеха.

- Менялось ли на протяжении лет Ваше мнение о лидере "самоорганизующейся революции" Лехе Валенсе, сумевшего объединить светочей того времени - Бронислава Геремека, Яцека Куроня, Адама Михника - и, что немаловажно, выступавшего за победу без насилия?

- Конечно, мнение мое менялось, но когда я ушел из политики, я уже больше не интересовался всем этим, как прежде. Меня уже не интересовали ошибки, которые он допустил впоследствии, потому что это не главное. В истории он стал олицетворением победы Польши - вот, что главное.

Что касается фильма, то некоторые режиссеры создавая кино, ориентируются на ту или иную аудиторию, но это не мой путь. Я не спекулирую на таких вещах, к тому же, поляки прекрасно знают, кто такой Лех Валенса. И к тому же, естественно, что люди лучше запоминают твои ошибки, нежели достижения, именно поэтому я очень хотел сделать этот фильм. Я также рассчитывал, что он будет хорошо принят на Западе, и оказался прав.

Основная и замечательная идея фильма в том, что простой рабочий может стать героем. И главное, что герой победил. Конечно, у него были советники, но важно было то, что он их понимал и учитывал их мнение.

- Был ли фильм показан в странах Восточной Европы, для которых показанные Вами события до сих остаются в некотором смысле актуальными?

- Этот фильм был показан на Украине несколько раз, в том числе и на Майдане. Там, к сожалению, не удалось запустить его в прокат, однако в нескольких местах мы его все-таки показали. В России фильм показан не был.

- Кстати, сам Валенса считает, что украинский Майдан во многом был ошибкой, так как привел к многочисленным жертвам и бегству бывшего президента В.Януковича, все это, по его мнению, позволило России вмешаться. Что вы думаете об этом?

- Я не очень хорошо ориентируюсь в ситуации на Украине. Но я считаю, что у каждой страны свой путь к свободе, пусть и несколько другой. Возможно, таков путь Украины. Ведь если бы люди не нуждались в переменах, они не провели бы такие манифестации. В таких вопросах очень сложно учить, ведь нас тоже учили, как быть с "Солидарностью", и что мы должны делать.

А этот ответ можно получить только, заглянув в себя. Люди сами должны ответить на вопрос, чего они хотят и на что они готовы, чтобы достичь цели.

- В Польше в этом году отмечают 25-летие с момента победы "Солидарности", эта победа стала символом победы над коммунистическим режимом для всей Восточной Европы... Как Вы оцениваете Польшу после двадцати лет перемен?

- Мне кажется, что Польша сделала максимально возможное. С одной стороны, Польша стала членом западного сообщества, членом Европейского Союза. И это большое достижение. Кроме того, она является членом НАТО, что гарантирует ей безопасность.

Кроме того, Европа дала нам возможность оживить культуру. Я не припоминаю времена, когда бы в Польше было столько театров, концертных залов, других связанных с культурой мест. После того, как страна стала свободной, люди отстранились от политики - каждый занялся своим делом. Хотя, конечно, есть вопросы, которые не могут решаться индивидуально, а опять же требуют общественной консолидации.

Что касается кино, то в Польше очень любят национальное кино, понятно, что кино без аудитории не может существовать. Поляки снимают фильмы за границей, подражают зарубежным картинам. Но я считаю, что если у них есть своя аудитория, они должны говорить с ней на одном языке. Они должны быть в курсе проблематики, проблем, волнующих, и давать на это собственные ответы. В целом я с радостью должен отметить, что польское кино движется в правильном направлении.

Кроме того, есть два момента, которые претерпели изменения. Во-первых, не осталось цензуры. Ведь мы работали во времена цензуры и должны были думать, как ее обойти. Делалось это через зрительный ряд, со зрителем прекрасно можно вести диалог через видеоряд. Во-вторых, политика заполонила телевидение, и люди, приходя в кино, уже не хотят правды, потому что они и так видят все это каждый день. И в этом присутствует своя трудность.

Во времена советского господства мы были ближе всего к Берлинской стене. Голос Польши, который был настолько выразителен в кино, что его слышали по другую сторону стены, был слышен и на Западе. Теперь нет стены, теперь каждый миру может вещать свою правду. К сожалению, мы больше не исключительны, чтобы иметь большее право на правду в кинематографе. А раньше мы были нарасхват, нас принимали очень хорошо.

Сегодня я наблюдаю за молодыми режиссерами, среди которых есть очень талантливые. Я провожу занятия в Школе кинематографии в Варшаве, хотя это не совсем традиционная школа, она для тех, кто уже завершил обучение, и хотел бы сделать свой первый фильм. Ведь это самое сложное. Им сложно найти людей для диалога, найти свой сценарий, и эта проблема не только польской молодежи, но и молодых режиссеров из других стран.

- Если вернуться к вашему творчеству - есть ли какая-то еще историческая персоналия, наподобие Валенсы, которая снова бы вдохновила Вас на создание фильма?

- Пожалуй, нет. В данный момент меня больше интересуют темы, актуальные для нашего времени.

Однако трудность заключается вот в чем - польская литература в коммунистические времена боролась с теми же проблемами, что и кинематограф. Тогда литература развила свой собственный эзопов язык, который сделал ее исключительной. Сейчас же литература свободна и, скорее, занята вопросами языка, психологии, а это не самый лучший материал для кино.

У писателей сейчас больше свобод, они лишь заняты вопросом - выйдет или нет книга. Но они не думают о том, каким получится фильм и во сколько он обойдется.

Что касается тем, то у меня есть несколько идей, но я еще не определился. Когда я копаюсь в своих старых материалах, то вспоминаю, что на каждый получившийся фильм приходится несколько, около трех, неснятых. Но с другой стороны, время прошло, сейчас появились новые темы, новые герои. И, по правде сказать, сейчас я нахожусь в такой же ситуации, как и любой начинающий режиссер. (смеется)

Вот так.

- Вы ставили спектакли в разных странах, были ли у вас какие-то творческие связи с Литвой?

- Это, пожалуй, мой фильм "Пан Тадеуш". Кроме того, я родился в Сувалках, которые находятся в непосредственной близости к Литве. Хотя в детстве в Литве я не был. Впервые я приехал в Литву в семидесятые или восьмидесятые годы с театральными постановками. Тогда мы были очень удивлены тем, что в Литве так много поляков, и людей, понимающих польский язык.

Там даже произошел смешной случай. Мы приехали в Литву с несколькими спектаклями. Это была романтичная драма Юлиуша Словацкого с элементами, я бы сказал, экстремального реализма. Дело происходило в деревне, и на сцене у нас был организован настоящий птичий двор.

Реквизитор спектакля, когда мы отправлялись в Вильнюс, решил не брать с собой этих кур с петухами, решив, что подберет реквизит на месте. Так и произошло. А постановка показывалась в вильнюсском театре с оркестровой ямой. Оркестра там не было, но были пюпитры. Так вот, он запустил этот птичник, включились прожектора, и тут началось! Настоящая катавасия! Ведь наши, краковские куры, уже привыкли к освещению, а эти - нет.

Птицы перепугались. Был среди них и огромный белый петух, который запрыгнул на пюпитр и как давай бить крыльями. А аудитория восприняла это по-своему и как закричит: "Белый орел, белый орел"! Хотя это был обыкновенный петух. (смеется) Но публика была все-таки особенная - она даже в петухе видела орла. И вообще, должен сказать, что зрители нас прекрасно принимали.

Вот такой была наша экспедиция в Вильнюс. Конечно, Вильнюс - это город, известный нам из литературы и близкий нашему сердцу. И даже если мы не ставили фильмы на эту тему, мы все выросли на этих книгах, они очень близки нам.

- Ваш коллега по цеху Кшиштоф Занусси в одном из интервью рассказал, что превратил свой дом в творческую мастерскую, где встречается с молодежью и даже репетирует спектакли. Как насчет ваших социальных и творческих контактов - насколько они интенсивны?

- Я проводил подобные семинары с молодежью, но это было давно, лет 10 назад. А сейчас молодежь независима и занята своими собственными проектами, и я думаю, что моя миссия для них завершена. Правда, я еще появляюсь в этой школе кинематографистов.

Кроме того, там есть такая кинематографическая группа, которая условно называется "детским садом", ее посещают молодые подростки, которым еще нет 18 лет. И там проводятся встречи с нами, режиссерами, по выходным. С точки зрения технической сегодня сделать фильм несложно, для этого достаточно мобильного телефона. Проблема в темах, в подходе. Мы просматриваем эти фильмы вместе, мне интересно, потому что таким образом я вижу, что их интересует. В основном они снимают документальное кино, но все-таки оно дает возможность ощутить мировоззрение и интересы молодежи.

- Мой последний вопрос касается вашего фильма "Катынь". В Литве он демонстрировался в торжественной обстановке Театра оперы и балета и был воспринят с большим энтузиазмом... Как вам кажется, возможно ли по этому вопросу историческое примирение между Польшей и Россией?

- Я думаю, что это единственное, чего мы ожидаем - примирения. Сейчас мы наблюдаем за поведением России на международной арене, из которого видно, что она очень хотела бы вернуть обратно свои территории. Нас это ужасает. Кстати, эти территории и в прошлые времена-то не были российскими, это были территории империи, что означает, что они были завоеваны. И повторение этого неприемлемо.

Если эти события имели место в истории, это не значит, что они нуждаются в повторении. Повторюсь: идея восстановления империи неприемлема.

Что касается "Катыни", то я должен сказать, что только когда президентом России был избран Дмитрий Медведев, "Катынь" была дважды показана по российскому телевидению. И у нескольких миллионов россиян был шанс ее увидеть. Это было невероятно, так как ничто не говорило о том, что Россия хочет признать правду. И я очень счастлив, что это произошло. Это было первым шагом к примирению, но, к сожалению, дальше дело не продвинулось.

Что я хотел сказать своим фильмом - это то, что было катынское преступление и была катынская ложь. Мой отец в апреле 1940-го был расстрелян и похоронен в Харькове. А моей матери долгое время лгали про его судьбу. Она долго ждала правдивого ответа, но, к сожалению, так и не дождалась. Поэтому я очень счастлив, что такое кино удалось все-таки снять и считаю, что фильм "Катынь", который и рассказал правду о произошедшем, - это одно из самых великих моих достижений.

- Спасибо за беседу.

Польша > СМИ, ИТ > inosmi.ru, 2 декабря 2014 > № 1263413 Анджей Вайда


Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 декабря 2014 > № 1248146 Шахар Вайсер

GetTaxi снижает стоимость подачи автомобиля до 50 рублей

Александр Левинский

обозреватель Forbes

Одна минута поездки будет стоить 18 рублей. По мнению гендиректора мобильного сервиса Шахара Вайсера, новые тарифы позволят вытеснить «бомбил» с рынка

Шахар Вайсер, израильский серийный предприниматель российского происхождения, запустил online-диспетчерскую GetTaxi в 2010 году. Через два года компания появилась в Москве и Санкт-Петербурге. GetTaxi получила три раунда инвестиций, последний из которых — на $150 млн – состоялся в 2014 году. Деньги вложили Леонард Блаватник (№22 в рейтинге 400 богатейших американцев, состояние — $21,5 млрд), фонды Kreos Capital, InVenture Partners, Vostok Nafta и основатели компании — сам Вайсер и Рой Мор.

— Шахар, вы давно обещали преприятнейшее известие для пассажиров российского такси…

— Пренеприятнейшее? (смеется.)

— Преприятнейшее…

— Давайте начнем с нашего разговора двухлетней давности [когда мы запускали GetTaxi в Москве]. Я тогда говорил о трех фундаментальных вещах. Мы обещали, во-первых, сделать ожидание такси [с момента вызова] меньше 10 минут — когда мы об этом объявляли, многие крутили пальцем у виска; во-вторых, повысить качество, a также сделать такси легальным, платящим налоги и цивилизованным — и снова нам не верили.

Такси тогда ассоциировалось с «бомбилами», кэшем, криминалом, грязью, опасностью…

Сегодня те наши обещания выполнены полностью и даже успели стать банальными. Сегодня 100% наших водителей, а их больше 9000…

— По Москве, вы имеете в виду?

— Да. Все они лицензированные, легальные, прошедшие тщательный отбор и тренинг. И третье, о чем я тогда говорил и что казалось вообще нереальным, — то, что ценообразование полностью изменится. Тогда, напомню, средняя «минималка» за посадку в такси была от 450 до 550 рублей, и я объяснял, откуда ноги растут: таксопарки и водители вынуждены держать ее такой высокой, чтобы «минималка» окупала долгое время подачи машины. Я тогда обещал, что мы за счет оптимизации сможем довести минимальную стоимость поездки до 100 рублей. Мне отвечали, что это несбыточная фантастика, а GetTaxi смогла опустить «минималку» до 299 рублей…

— Это днем, а ночью и в выходные — 399 за первые 20 минут поездки.

— Все верно, но это было самое дешевое. А теперь мы пришли к тому, что с 1 декабря запускаем тарифы даже не по 100 рублей, как я обещал, а по 50 рублей в будни и по 100 в выходные.

— Это за первые 10 минут поездки, за 20?

— Сейчас поговорим и об этом. Сначала о том, в чем тут вызов для нашего бизнеса. Вечная проблема городов — это последняя миля поездки. Есть метро, но вы выходите из него и вам нужно пройти эту последнюю милю. Это философия передвижения в городе. От этого зависит, будете вы держать собственный автомобиль или пересядете на общественный транспорт. Особенно если в центре города сделаны платные парковки. В Нью-Йорке парковка стоит $40 в час, а «минималка» на такси там всего $2. Там город имеет право сказать: «Бросьте свою машину». В Москве метро связывает последние мили, но нью-йоркская философия не срабатывает. Если ехать до метро на такси за 400 рублей и от метро за 400 рублей, не каждый сможет себе это позволить. Но если ты можешь доехать от метро до своего офиса за 80 рублей…

— А минута сколько будет у вас стоить?

— 18.

— А до этого?

— 15 рублей. Если у вас долгая поездка, то ничего для вас не поменяется. Но если от метро до офиса… Мы замахнулись на последнее прибежище «бомбил» — стоянки возле метро. До сих пор никто, даже мы, не мог победить их цену. Их не получалось вытеснить законом, потому что они экономически необходимы.

Организованный бизнес не мог выполнить их функцию — уехать за 100 рублей и сразу.

Мы сначала дали возможность подать машину быстро, а теперь делаем и быстро, и с «минималкой» всего 50 рублей.

— Эта схема будет работать только в Москве? Ведь здесь оплата такси считается поминутно, а в Питере — за километр, если я правильно помню.

— В Питере GetTaxi уже работает поминутно, и многие пассажиры знают, что так дешевле. Но во что бы ни веровал житель Питера — в минуты или километры, — с нашим тарифом 50 рублей поездка до и от метро выйдет там в те же 100-150 рублей. Мы фундаментально «взрываем» рынок и там.

— А какая выгода вашему водителю? Если «бомбила» ездит на разбитой «шестерке», то у него очень небольшие затраты на ежедневное обслуживание. По старой схеме ваш водитель знал: посадил пассажира — 299 рублей в кассе…

— Вы правы в том смысле, что, если бы все пассажиры вызывали такси для коротких поездок, никому бы это не было выгодно. Но мы посмотрели на картину более широко: у нас уже 9000 машин только в Москве, миллионы перевозок. В этом и есть преимущество большого бизнеса: мы фронтуем наших водителей, то есть платим им прежнюю минимальную сумму за поездку, сколько бы они ни заработали сами.

— Даже если он проедет со мной 100 метров?

— Однозначно. Иначе, даже если бы он был доволен своим заработком в целом, на коротких он бы не зарабатывал, и это бы его расстраивало. Понятно, что водитель был бы не слишком вежлив с вами за эти 100 рублей. А я хочу, чтобы любой поездке с вами он был бы рад, потому что и за пять минут он заработает прежнюю, высокую «минималку».

— Значит, вы оставили зарплатную часть расходов прежней?

— Да. Мы увидели, что можем взять на себя и эту субсидию, и риски коротких поездок. Ведь в целом формат поездок остается обычным. Прежде всего довольны должны быть пассажиры, которые давно говорили, что хотят дешевые тарифы. И чем дороже была парковка в центре города, тем громче они это говорили. Если сегодня я им скажу, что на такси можно доехать не дороже одного часа парковки, они выберут такси, а не собственную машину.

— Одновременно со снижением «минималки» в России вы проводите предрождественскую акцию в Нью-Йорке, где за $10 можно доехать на лимузине GetTaxi из конца в конец Манхэттена, а в центральном Лондоне на работающем с вами знаменитом «черном кэбе» — за £5. Эти удешевления — совпадение?

— Это эволюция бизнеса. Анализируя модели потребительского поведения и себестоимость поездок, мы видим, что ценообразование в нашем бизнесе зависит не от стоимости поездки. К ней нужно приплюсовать простой машины без заказа и холостой пробег до пассажира. Если наши машины все время работают, мы можем понижать цены.

— И сколько сейчас поездок делает ваш водитель?

— Если он принимает наши заказы, то от 10 до 12.

— Я разговаривал с вашими водителями, они говорят, что восемь — это максимум.

— У нас есть такие, которые делают и 10-12.

— За счет увеличения рабочего времени?

— На «драйвер-бокс» (устройство управления заказами, которое водитель получает от GetTaxi. — Forbes) он получает 30 заказов в день. В зависимости от дальности поездок, если он работает восемь часов, то делает восемь заказов, если 12 часов — делает 12. Если у какого-нибудь таксопарка 200 машин на весь город, то заказы разбросаны, и между ними он ездит по 40 минут. GetTaxi получает около 1 млн заказов в месяц, и водители могут, сделав один, тут же и в том же месте взяться за следующий.

— Снижение «минималки» произошло вскоре после нового, третьего раунда инвестиций в GetTaxi в размере $150 млн. Мы бы и не узнали об этом, если бы не отчетность фонда Vostok Nafta, вложившего в вашу компанию $25 млн. Кстати, участвовал ли в раунде прежний пул инвесторов и кто кроме Vostok Nafta у вас новичок?

— У нас исторически во всех раундах участвовали предыдущие инвесторы, включая основателей: мы с Роем Мором во все три раунда вложили больше $11 млн собственных средств.

— Это означает, что ваша доля с Роем постоянно сокращается? Вы сохраняете контроль?

— Мы это не обсуждаем.

— А кроме Vostok Nafta другие новые инвесторы в этом раунде были?

— Да, но мы сделаем об этом отдельное объявление.

— Вы в своем блоге в Facebook рассказали, что к концу нынешнего года глобальная выручка должна составить $150 млн, и все время повторяете, что компания растет на 400% в год...

— От 300% до 400% в зависимости от рынка. В России больше.

— Вы говорили в интервью Bloomberg, что в следующем году у вас будет выручка свыше $0,5 млрд. По данным израильского делового издания Calcalist, сейчас GetTaxi может быть оценена в $2-3 млрд. Вы согласны с такой оценкой?

— Всякое возможно.

— Ок, но вы же проводите собственные расчеты.

— Конечно, но последнее, на чем я фокусируюсь, — это капитализация компании. Я фокусируюсь на бизнес-показателях: на темпе роста, прибыльности, экономике подразделений в разных странах...

— А вы уже вышли на рентабельность?

— GetTaxi прибыльна на многих территориях, включая Россию. Глобально компания должна выйти на рентабельность в I квартале следующего года.

— А в какие территории пойдут сейчас основные инвестиции?

— Для нас Россия очень важна, она растет очень быстро, хотя рынок здесь бесконечно сложный. Нам нравятся сложные рынки. Наше место там, где проблемы.

— Недавно Uber раскрыл цифры, позволяющие примерно рассчитать разницу между выручкой и операционными затратами (EBIT). Так, для автомобиля Camry, который эксплуатируется 40 часов в неделю и наезжает 64 373 км в год, операционные затраты и амортизация, по их оценке, составляют около $15 000. Выходит, $90 000 выручки в год превращаются в $75 000 (EBIT), из которых в Нью-Йорке Uber получает с эталонного водителя $22 000 выручки. Вы можете раскрыть, что вы имеете с машины в России?

— Тут все сложнее. Uber берет больше денег с водителей и обязывает их к эксклюзивности.

— Я видел публикации, что и GetTaxi требует эксклюзивности, но у некоторых ваших водителей видел два «драйвер-бокса» — ваш и Yandex.Taxi…

— У нас нет эксклюзивности, мы ни от кого ее не просим. Другое наше отличие от Uber в том, что они приняли решение работать с нелегальными такси, то есть с водителями, не имеющими лицензии на пассажирские перевозки. Они рассчитали, что с нелегалами проще, потому что у легальных водителей есть выбор — работать с online-диспетчерскими или «от бордюра», то есть самостоятельно ловить клиента, — а этих можно обязать к эксклюзивности, брать с них высокий процент.

Мы доказываем, что можно работать только с легальными водителями, брать с них меньше денег и не требовать эксклюзивности. Так сложнее, но такой это бизнес. Не дай бог, что-то случится с пассажиром нелегального водителя, потому что его страховка не покрывает сегмент пассажирских перевозок. Кроме того, водитель нелегальной машины может оказаться насильником, сумасшедшим, кем угодно, его не проверяют на состояние здоровья, на криминальное прошлое.

— Но мне кажется, что рост числа водителей сказывается у вас на качестве. Я несколько раз сталкивался с тем, что водитель не знает города и, даже пользуясь установленной в «драйвер-боксе» картой Google, увозил меня в противоположную сторону.

— Качество персонала — самая большая проблема для компаний вроде нашей. И ситуация тем сложнее, чем хуже изначальная ситуация. В Лондоне, например, мы работаем с «блэк кэбами», с профессионалами, имеющими стаж как минимум четыре года. Там отбор вообще не нужен. В России необходима самая жесткая селекция, и мы единственная компания в эконом-классе, которая занимается обучением и отбором. Означает ли это, что у нас все водители идеальные? Нет. Но средний уровень водителя у нас выше. Мы каждую неделю проводим отсев на основе их рейтинга, который выставляет каждый пассажир.

— А что сейчас больше всего волнует вас в развитии компании?

— Все, что мы с вами до сих пор обсуждали, — это инструменты. Меня больше всего интересует конкуренция с личным транспортом. В крупнейших городах мира владение им становится и неэффективным, и немодным. Все популярнее становится shared economy (экономия за счет совместного использования. — Forbes), и GetTaxi позволяет людям пересаживаться с личного авто на общественное. Через два года, с развитием платных парковок, это будет в Москве такой же банальностью, как то, что мы уже приезжаем в среднем через 5 минут и стоим 50 рублей [за подачу машины]. Это наша макрозадача, и она мне очень нравится.

Россия. ЦФО > СМИ, ИТ > forbes.ru, 1 декабря 2014 > № 1248146 Шахар Вайсер


Белоруссия > СМИ, ИТ > belta.by, 27 ноября 2014 > № 1233001 Вадим Шайбаков

Технологией GPON к 2017 году будут пользоваться более 650 тыс. абонентов "Белтелекома"

Современный человек с трудом может представить свою жизнь без интернета: посмотреть прогноз погоды или курс валюты, узнать последние новости, скачать новый фильм или альбом любимой группы - все это доступно в несколько кликов. 2,7 млн белорусов являются сегодня постоянными пользователями всемирной сети, и практически 2 млн из них - абоненты "Белтелекома". Какие новые технологии будет развивать "Белтелеком", как обстоят дела с интернетом в регионах и какой объем внешнего шлюза будет у компании в следующем году, корреспонденту БЕЛТА рассказал заместитель генерального директора по техническим вопросам Вадим Шайбаков.

- Вадим Владимирович, в СМИ сейчас часто говорят о том, что ваша компания постоянно увеличивает емкость внешнего шлюза в интернет. Например, только с начала года она выросла на 28%. Сколько этот показатель составляет сейчас и каким станет в следующем году?

- Внешний шлюз доступа в сеть интернет сейчас составляет 590Гбит/с и до конца года будет увеличен до 650 Гбит/с. В январе этот показатель составлял 450 Гбит/с. Для сравнения - в начале 2010 года емкость внешнего шлюза была 36 Гбит/с. Через год - в конце 2015 года - этот показатель прогнозируется на уровне 910 Гбит/с. Но и это далеко не предел.

- Зачем нужно постоянно увеличивать емкость внешнего шлюза? Что это даст пользователям?

- Рост абонентской базы, переход абонентов на более высокоскоростные тарифы ведут к увеличению потребляемого трафика. И чтобы обеспечить пропуск этого постоянно растущего трафика, мы регулярно проводим работы по увеличению внешнего шлюза в сеть интернет.

- Какие скорости сейчас может предоставить своим пользователям "Белтелеком"? Будете ли совершенствовать этот показатель в следующем году?

- В зависимости от технологии подключения абонентам торговой марки byfly доступны скорости от 2 до 100 Мбит/с. В настоящее время на сети абонентского доступа РУП "Белтелеком" активное развитие получают технологии FTTH, в частности GPON (пассивные оптические сети). С использованием данной технологии абонентам стали доступны скорости до 100 Мбит/с.

GPON-технология является разновидностью FTTH (оптика до дома) и предполагает доведение до квартиры абонента оптического волокна. Тем самым исключаются все активные промежуточные устройства (коммутаторы, маршрутизаторы), что, несомненно, повышает качество предоставления сервисов, а также создает предпосылки для наращивания скорости к абоненту до 1 Гбит/с и более. РУП "Белтелеком" до 2017 года планирует прирост 650 тысяч абонентов GPON. Это позволит увеличить долю пользователей услугами широкополосного доступа с более высокими скоростями. При этом абоненту устанавливается "умное" устройство ONU, которое имеет различные интерфейсы (Ethernet, FXS, WiFi) для предоставления всевозможных телекоммуникационных услуг - IMS сервисов, интерактивного телевидения ZALA, интернета, охранной сигнализации, домофона, а в будущем - услуги "умный дом".

- Жители регионов до сих пор жалуются, что не везде есть доступ в интернет. Скажите, как "Белтелеком" развивает свою сеть в регионах? В этом плане мы сильно отличаемся от европейских стран?

- Абоненты "Белтелекома" имеют равнозначный доступ к услугам широкополосного доступа (ZALA, IMS телефонии) и доступа в сеть интернет (торговая марка byfly). Покрытием технологиями фиксированного широкополосного доступа обеспечены 100% городов и около 85% сельских территорий Беларуси. Данный показатель немного ниже среднеевропейского (90%) в части сельских территорий, однако выше, чем у наших приграничных европейских соседей - Польши (75%), Латвии (45%).

- Объясните, что значит термин "техническая возможность"?

- Техническая возможность определяется наличием свободной портовой емкости оборудования, расположенного на станции или в уличном телекоммуникационном шкафу, а также существующей кабельной инфраструктурой с необходимыми техническими параметрами. Специалисты "Белтелекома" постоянно проводят работы по расширению существующего и установке нового оборудования для подключения абонентов, следят за наличием модемного оборудования (ADSL, IAD, ONU), проводят анализ состояния кабельных линий связи, ремонтные, профилактические мероприятия. Все это направлено на обеспечение заявленных параметров предоставляемых услуг. Бывают случаи, когда абонентские линии не позволяют обеспечить необходимую скорость передачи информации. Поэтому при смене абонентом тарифного плана на более скоростной необходимо консультироваться со службой технической поддержки по телефону 123 или в ближайшем сервисном центре для уточнения наличия той самой технической возможности.

Необходимо понимать, что для предоставления услуг широкополосного доступа зачастую используется существующая инфраструктура медных кабелей, изначально запроектированных и построенных для предоставления услуг телефонии. Технология высокоскоростного доступа более требовательна к техническим параметрам абонентских линий. В связи с этим "Белтелеком" для обеспечения любых скоростей передачи информации, которые могут быть востребованы нашими абонентами сегодня и в будущем, выбрал технологию GPON.

Светлана МИХОВИЧ

Белоруссия > СМИ, ИТ > belta.by, 27 ноября 2014 > № 1233001 Вадим Шайбаков


Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > rkn.gov.ru, 25 ноября 2014 > № 1239630 Александр Жаров

Ключевую роль в управлении Интернетом должны играть международные организации или институты ООН. Такое мнение выразил в интервью ТАСС руководитель Роскомнадзора Александр Жаров, отвечая на вопрос об уязвимости "всемирной паутины" при размещении серверов Корпорации по присвоению адресов и номеров в интернете (ICANN) в США.

Руководитель Роскомнадзора принимал участие в работе первой Всемирной конференции по управлению интернетом (World Internet Conference), проходившей в "китайской Венеции" - городе Учжэнь /провинция Чжэцзян/. В работе форума приняли участие свыше 1,5 тыс экспертов из 175 стран. Среди них - представители правительств, международных организаций, деловых кругов, научных и инженерных сообществ.

- Как вы понимаете тему безопасности в интернете? Как мы защищаем российское пространство? Есть ли у нас готовность в этом направлении сотрудничать с Китаем, с другими странами в рамках БРИКС?

- Кибербезопасность - это очень широкое понятие, начиная от личного пространства человека (персональные данные, их обработка, трансграничная передача) и заканчивая кибербезопасностью государства.

Интернет трансграничен, поэтому, когда мы говорим о государстве, электронный документооборот и любые другие значимые действия, которые сейчас производятся в сети, - это касается не только каждого человека, но и государства в целом.

Позиция РФ однозначна: существует международное соуправление системами связи, то есть базисом интернета. Это Международный союз электросвязи (МСЭ, специализированное учреждение ООН в области телекоммуникаций. - ТАСС), где Россия, КНР, США и другие страны принимают активное участие в МСЭ.

Контент, то есть то, что производится СМИ, простыми пользователями (user generated content), - все это должно иметь национальное происхождение. То есть каждая страна производит свой контент и отвечает за него. Сеть интернет так же глобальна, как и современные сети связи, которые опутывают всю планету, так же должна иметь и международное управление.

Это напрямую касается вопросов безопасности, потому что личное пространство человека, его персональные данные и безопасность государства с точки зрения кибербезопасности также должны подчиняться международному законодательству, которое на паритетных основах вырабатывают все страны. Так это происходит в МСЭ, так это происходит в ООН.

Подходы должны быть общими - как в защите личной информации гражданина, так и страны

- Различаются ли понятия личной безопасности в киберпространстве и государственной безопасности?

- Безусловно, различаются. По масштабу вопросов это разные темы. При этом мне эти темы кажутся достаточно перекликающимися, и подходы должны быть общими - как в защите личной информации гражданина, так и страны. Это отражается и на законодательном уровне.

Уже принятый закон о хранении персональных данных россиян на территории РФ № 242 защищает, по сути дела, персональные данные, личную тайну каждого гражданина.

С другой стороны, обсуждаемый сейчас законопроект по хранению данных государственных, муниципальных и региональных органов власти предполагает, что их информационные ресурсы должны храниться на серверах внутри страны. Это лишний раз доказывает, что защита личной и государственной информации тесно взаимосвязана.

- В Китае достаточно активно обозначают свое интернет-пространство, при этом часть сервисов может быть недоступна в КНР. Может ли Россия использовать такой опыт и если да, то в каких случаях?

- Мы решили пойти другим путем - у нас нет аналога "Великого китайского файервола". У нас есть ограничительные законы, которые позволяют Роскомнадзору блокировать запрещенную информацию. Это касается защиты наших детей (детская порнография), пропаганды самоубийств, распространения наркотиков, экстремизма и пиратства. В чем проявляется уникальность китайского сегмента сети?

Уникальность в языке, так как письменность на основе иероглифики отличается от всех остальных и китайцы по объективным причинам создавали свои аналоги западных сервисов (соцсети, интернет-магазины и другие элементы сети, которыми активно пользуются граждане). У большинства западных ресурсов есть китайские аналоги.

У большинства западных ресурсов есть китайские аналоги

Что касается РФ, то очевидно, что кириллические домены имеют свою особенность. Доказательством является то, что около 60% населения России в качестве поисковика используют отечественный "Яндекс", еще около 40% пользуются сервисами Google. Наша соцсеть "ВКонтакте" в несколько раз перекрывает по аудитории зарубежные аналоги, и нам нужно смотреть на опыт китайских коллег и создавать больше возможностей в кириллической зоне для национальных сервисов - создавать новые соцсети, мессенджеры, интернет-магазины и иные сервисы. Речь о создании "Великого российского файервола" не идет, тут аналогию проводить не нужно.

- Боремся ли мы с негативной (недостоверной) подачей информации через интернет?

- У нас Конституцией гарантирована свобода слова. Если нарушаются законы и в сети, например, появляется экстремистская информация, то соответствующие законы обеспечивают удаление такой информации. Если критикуются власти без призывов к экстремизму, то критика возможна, никто не собирается ограничивать людей в самовыражении.

- На Украине идет достаточно много информации, которая для России непозитивна и даже враждебна. Мы с этим как-то будем бороться?

- Верховный суд РФ по представлению Генпрокуратуры РФ признал "Правый сектор" и "Украинскую национальную ассамблею - Украинскую народную самооборону" (УНА-УНСО) экстремистскими организациями и запретил их деятельность на территории России. Соответственно, информация, которая пропагандирует их деятельность, пресекается. Иная информация, которая распространяется украинскими СМИ, присутствует и не запрещена, если она не носит экстремистского оттенка.

- Достаточно много стали говорить о сокращении возможности хранения информации.

- Я так не сказал бы. Каждый новый закон, который ограничивает свободу в интернете, обычно сопровождается со стороны части сетевой аудитории апокалиптическими прогнозами о конце российского интернета, его тотальной блокировке. Эти прогнозы еще ни разу не оправдались.

Более того, мы достаточно терпеливо добиваемся исполнения действующих законов от западных сервисов (YouTube, Instagram, Facebook, Twitter и т. д.), понимая, что их юридические службы находятся в других странах. С учетом этого мы даем им больше времени на исполнение законов: когда они создадут в РФ свои полноценные представительства, когда в России будут работать их сотрудники, принимающие юридически значимые решения, как и у наших компаний ("ВКонтакте", Mail.Ru, "Яндекс" и т. д.). Это важно, поскольку в настоящее время у российских и западных компаний получаются неравные конкурентные условия.

Наши компании принимают решения по требованию государственных органов в течение часов, а у западных коллег на это уходят сутки, а иногда и недели.

Мы продолжаем диалог с иностранными компаниями и в декабре ожидаем приезда руководства ряда западных сервисов. Несмотря на сложную бюрократическую процедуру, уверен, что правильное решение будет принято. Начиная с 2016 года в России вступает в силу закон о серверных мощностях, который предполагает наличие на территории РФ не только серверных мощностей, но и людей, отвечающих за их функционирование и способных принимать решения. Свобода слова предполагает не только право, но и ответственность за реализацию этого права.

Россия. Весь мир > СМИ, ИТ > rkn.gov.ru, 25 ноября 2014 > № 1239630 Александр Жаров


Казахстан. США > СМИ, ИТ > kursiv.kz, 21 ноября 2014 > № 1243182 Николай Прянишников

О тенденциях в сфере облачных технологияй и планах работы компании в Казахстане в интервью корреспонденту Kursiv.kz рассказал вице-президент по развитию бизнеса Microsoft в Центральной и Восточной Европе Николай Прянишников.

- Какие у Microsoft планы по деятельности в Казахстане в 2015 году?

- На Казахстан у нас отдельный фокус. В Центральной и Восточной Европе, в целом, 33 страны, но некоторые страны мы определили как фокусные, где есть потенциал роста. И одной из них является Казахстан. Нашу стратегию тут мы кратко называем стратегией роста, потому что считаем, что Казахстан имеет большой потенциал.

Мы как лидирующая технологическая компания хотели бы помогать в этом росте, как и по традиционным решениям Microsoft, так и по двум очень важным направлениям, на которых остановлюсь подробнее. Первое – это устройства на ОС Windows. Второе направление - «облачные сервисы». Сейчас в ИТ происходит трансформация - уже не эффективно строить свои data-центры, каждому предприятию устанавливать свои серверы, закупать свое оборудование. Проще взять этот сервис из «облака». Мы намерены быть лучшей компанией по технологиям SaaS (softwareasaservice).

- Что может предложить компания по безопасности данных?

- Мы инвестируем очень большие средства в проекты по безопасности, защищаем свои продукты. В этом году мы получили специальный сертификат Европейской комиссии по данному направлению.Это обоюдное утверждение рабочей группой статьи 29 ЕС за соответствие строгих договорных обязательств законам конфиденциальности Европейского союза независимо от местоположения данных. На данный момент мы являемся единственным поставщиком облачных сервисов, имеющим данный сертификат.

Мы гордимся тем, что получили этот сертификат, ведь в Еврокомиссии уделяют пристальное внимание сохранности и защищенности данных, конфиденциальности. В России у нас есть спецпроект с правительством, в рамках которого мы совместно создали специальную лабораторию, где предоставлен код наших продуктов, чтобы правительство и спецорганы могли проверить, защищенный этот продукт. Здесь мы тоже обсуждаем возможные аналогичные проекты, чтобы у правительства Казахстана было доверие к нашим продуктам.

- Много ли казахстанских компаний сотрудничают с вами, как изменяется количество партнеров Microsoft в нашей стране?

- Партнерская сеть растет. Сегодня мы имеем около тысячи партнеров в Казахстане, это вполне хорошее число. Но при этом хочу сказать, что это число мы можем - и это было бы выгодно стране- существенно увеличить. В частности, в рамках нашего ежегодного Дня партнеров 12 ноября мы говорили о том, что все партнеры сами могут расширяться, особенно в области облачных технологий. Считаю, что сегодня у предпринимателей есть отличная возможность делать бизнес, построить компанию, специализирующуюся именно на продаже, интеграции и обслуживании облачных технологий.Очень рекомендую тем, кто думает, куда вложить деньги, задуматься над этим направлением. Мы верим, что у нас в РК будет еще тысяча партнеров, которая продает решения Microsoft.

- Что вы скажете о специфике восприятия в Казахстане новых решений? Может, есть какое-то недоверие отечественных компании или пользователей к облачным технологиям?

- С одной стороны, приятно чувствовать, что страна успешная, у страны есть деньги, она чувствует себя хорошо. Но при этом есть некоторый консерватизм в области IT. Но это нормально. Не было страны, которая сразу бы бросилась в новое, ушла полностью в «облака». Везде это постепенный процесс. Но мы верим, что тут сработает «снежный ком», когда первые попробовавшие скажут: «Зачем нам платить больше, инвестировать самим, если тут есть такой сервис?». Давайте просто подумаем: кому мы доверим свою информацию – айтишнику, который может в любой момент уйти, или гиганту, у которого все проверено, сертифицировано и защищено?

Меня спрашивают, доверяю ли я «облакам». Я откровенно отвечаю, что вся служебная информация находится в моем смартфоне. Скажу по секрету, накануне я приготовил предложение на 30 млн долларов с потенциалом возврата на 100 млн долларов – но я не боюсь за сохранность информации, даже если смартфон будет потерян.

- Какие гарантии даются компаниям, которые перейдут на хранение данных в «облаках»? Что если возникнет какой-нибудь катаклизм, серверы будут повреждены…

- Во-первых, наши многомиллиардные инвестиции в data-центры сделаны с огромной степенью надежности. Когда выбираются места для этих центров, они выбираются в сейсмоустойчивых точках, на разных континентах, с взаимосвязью с другими центрами. Не дай бог, произошел какой-то катаклизм и пострадал один центр – данные пользователей сохранились, так как все центры синхронизированы друг с другом.

- Планируется ли запуск новых приложений конкретно для смартфонов, может, какие-то особенные бизнес-приложения?

- Обязательно. Сегодня наша цель увеличить нашу долю именно на рынке мобильных устройств. Мы осознаем, что здесь несколько упустили ситуацию, и сейчас наращиваем долю очень активно. Nokia, которая теперь полностью интегрирована с нами, уже готовит смартфоны. Расширяется линейка, появляются новые решения. Мы стремимся, чтобы наши сервисы отлично работали с разными платформами. По приложениям работает отдельная компания. Мы отбираем именно те, что нужны на рынке Казахстана.

- Как компания решает проблемы в Казахстане с интеллектуальной собственностью?

- В РК за последние 2 года снизили процент пиратства на 2%. Хорошая тенденция, но пока недостаточная. Уровень пиратства все еще высок в Казахстане – порядка 74%. Приятно, что правительство уделяет этому вопросу внимание. Есть хорошее законодательство и есть четкая позиция правительства по борьбе с пиратством. В рамках этого вопроса мы будем работать вместе, например, обучать правоохранительные органы, у нас есть целая программа.

- Какие у вас совместные проекты с правительством РК по e-gov, e-learning?

- Общий подход правительства Казахстана, направленный на использование новых технологий, нам очень нравится.Отмечу наше сотрудничество в области обучения, например, с Интеллектуальными Назарбаев Школами. Если дальше перенести опыт на все школы, это было бы великолепно. Казахстан – страна, где люди находятся далеко друг от друга. Но с новыми технологиями открыт доступ ко всему. Человек, находящийся за много километров от крупных городов, он может получать доступ к качественному контенту, связываться с другими людьми и т.д. Конечно, предстоит еще много работы, по e-learning, например, было бы интересно работать.

Также мы обсуждаем возможность работать здесь по ЭКСПО-2017, SmartAstana и Универсиаде. У компании уже есть соответствующий опыт – мы были главным технологическим партнером Олимпиады в Сочи, Универсиады в Казани.

- Не так давно была объявлена трансформация «Самрук-Казына», которая в частности затронет инфраструктурные технологические изменения предприятий холдинга. Работаете ли вы с правительством по данному направлению?

- Работаем и хотели бы расширять наше сотрудничество. Если взять технологический уровень всего холдинга, то я бы, скорее всего, назвал его средним. Они уже много чего внедрили с точки зрения документов и процедур, например, «Казахтелеком» сообщили, что в СК уже сделали первый шаг в этом вопросе.

К примеру, в России у нас есть проекты ускорения, где около 400 предприятий Газпрома внедрили наши решения. «Самрук-Казына» – гигантский холдинг, беспрецедентный, можно сказать, в мировом масштабе. Цель трансформации - ускорить процесс работы любого сотрудника, сделать его более эффективным. Мы провели интересное исследование и пришли к выводу, что средний работник офиса 40% своего времени тратит на поиск документов или информации. Можете такое представить? Мы, естественно, можем тут помочь с точки зрения технологий - помочь работать на 40% эффективнее.

Казахстан. США > СМИ, ИТ > kursiv.kz, 21 ноября 2014 > № 1243182 Николай Прянишников


Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 20 ноября 2014 > № 1251749 Петр Чернышов

П.Чернышов: Только судебная реформа сможет стимулировать по-настоящему значительный приток инвестиций в страну

Эксклюзивное интервью президента "Киевстара" Петра Чернышова агентству "Интерфакс-Украина"

Вопрос: Почему вы решили принять предложение работать в телекоммуникационной компании? Чем вас привлек этот рынок? Как вы считаете, что из вашего предыдущего опыта можно внедрить в "Киевстаре"?

Ответ: "Киевстар" - одна из самых известных компаний в Украине. Во-первых, предложение руководить такой компанией само по себе очень круто для любого менеджера. Во-вторых, мы живем в XXI веке, все решают новые технологии, и когда тебе предлагают руководить компанией, которая к этому непосредственно причастна, это тоже очень интересно. Ну и третье, а на самом деле первое, – моим приоритетом в момент моего ухода из Carlsberg было остаться работать в Украине. Я не хотел принимать поступавшие предложения из России. И это тоже сыграло свою роль.

Вопрос: В Украине это был единственный вариант?

Ответ: Были и другие.

Вопрос: А как насчет опыта? Ранее вы отмечали, что в "Киевстаре" могут пригодиться ваши наработки в сфере клиентского обслуживания.

Ответ: Смотрите, работа в пивной компании и на телеком-рынке похожа. И там, и здесь мы имеем продажи миллионов очень маленьких единиц. Соответственно, компании зарабатывают на масштабе. Это одно. Но самое главное для меня – это применение несколько иного опыта. В предыдущей компании получилось сделать так, чтобы все ее сотрудники очень быстро бегали. Сотрудники "Киевстара" пока медленно ходят. Надо применить опыт, чтобы заставить их очень быстро бегать. Это, наверное, важно.

Вопрос: Получается?

Ответ: Не без проблем. Но я считаю, что мы движемся в правильном направлении. Мы уже встали с дивана.

Вопрос: По поводу обслуживания клиентов. Какие, по-вашему, проблемы у "Киевстара" в этом сегменте?

Ответ: Скажем так, во всей мобильной индустрии Украины в клиентском опыте существуют проблемы. Но вот что интересно. В каждой стране есть один либо два дискаунтера. У нас это "Астелит". Далее, в каждой стране есть компания-лидер по качеству, услуги которой, соответственно, могут стоить несколько дороже. В Украине это мы. И в каждой стране есть компания, которая пытается догнать лидера. У нас это МТС. И что удивительно: нам удалось в последнем квартале по показателю NPS (Net Promoter Score) выйти на первое место на рынке. Измерение NPS проводит независимое агентство. Они регулярно обзванивают несколько тысяч людей и задают им простой вопрос: "вы бы рекомендовали своего мобильного оператора друзьям и родственникам?" Ответ оценивается по 10-балльной шкале. Если человек отвечает 9-10 – значит он наш промоутер. Если 7-8 – это нейтральный абонент. Если менее 7, то он детрактор. Потом по всем трем компаниям сравнивается результат.

Вопрос: К слову, о качестве сети. Некоторое время назад участились сообщения о технических сбоях в работе вашей сети, хотя ранее сеть "Киевстара" действительно ассоциировалась с качеством. С чем это может быть связано?

Ответ: Давайте, я так скажу: люди жалуются на все. Даже на самое лучшее. Людям свойственно жаловаться на все, особенно если они не несут затрат. Я думаю, то, что вы говорите об учащении жалоб, связано с расцветом социальных сетей в Украине.

Вопрос: И все же случаи технических сбоев участились за последнее время…

Ответ: Тут могут быть моменты, связанные с перестройкой сети. Во-первых, идет подготовка сети к третьему поколению, во-вторых - идет переход сети к так называемым all-IP-технологиям. Когда оператор перестраивает сеть, то после установки оборудования в течение трех месяцев проводится его отладка, когда могут наблюдаться проблемы в работе сети. Соответственно, когда мы в каком-то городе это оборудование переустанавливаем, там могут возникать сбои.

Еще одна проблема заключается в следующем. Несколько лет назад в Украине распространилась практика так называемых "нулей в сети". Людям за абсолютные копейки в день дали возможность общаться безлимитно. А когда людям разрешают говорить безлимитно, они говорят безлимитно. Мы сравнивали недавно MOU (месячное потребление минут - ИФ) "Киевстара" с показателями других компаний, входящих в группу VimpelCom. Единственная страна, которая говорит больше, чем мы, – это Узбекистан. Все остальные страны, а их всего 14, говорят существенно меньше. Вот эти "нули в сети" стали каким-то заболеванием, привели к тому, что люди говорят неоправданно много. А когда люди говорят слишком много, получается перегрузка сети.

Далее. На качество сети негативно влияет интерференция с другими технологиями. У нас есть операторы CDMA, которые не всегда уважают барьеры между частотами и не хотят инвестировать в фильтры. А регулятор, к сожалению, до недавнего времени считал, что это наши проблемы. И нам приходилось покупать очень много фильтров. Ситуация следующая: мы не знаем, где CDMA-оператор сегодня поставил свою соту, но вокруг нее наши соты начинают испытывать серьезные помехи. Мы получаем жалобы и спустя время ставим там фильтры. Далее у них увеличивается количество абонентов, они увеличивают мощности своего передатчика, и наши фильтры не справляются - приходится обновлять. В Европе такого "загрязнения" спектра нет. Но поскольку у нас предыдущие составы регулятора были загадочными и жили какой-то своей жизнью, они не обращали внимания на эти вопросы. Сейчас мы видим, что у регулятора до этого руки дойдут, но сперва ему нужно сделать самое главное (выдать 3G-лицензии - ИФ).

Но давайте вернемся к самому главному аспекту в работе сети. К "нулям", к ценам. Это полное безобразие – то, как все мы втроем разрушали рынок Украины. Я подчеркиваю - втроем. Мы тоже участвовали, мы тоже не без греха.

Вопрос: И какой выход из ситуации вы видите?

Ответ: Очень простой. Первое – в стране девальвация, а мы все оборудование закупаем, как вы понимаете, не во Львове и не за гривни, к сожалению. В стране внезапно повысили сбор за радиочастотный ресурс. Поднимают цены на электроэнергию по понятным причинам. Второе – в стране инфляция, примерно 20%. То есть, за товары и услуги нужно платить больше. И сотрудники компании говорят: а чем кормить семью? Значит, нам нужно повышать зарплату. В этом году уже повысили на 10%, и в следующем году тоже нужно это делать. Что из этого проистекает? Что мы вынуждены повышать цены. Мы уже подняли цены в части старых тарифов, и будем еще повышать цены. И никуда от этого не деться. Например, пивная индустрия в зависимости от инфляции каждый год повышала цены от 15 до 20%. В целом пивной рынок не очень процветает, но никакого драматического обвала не получилось. Другие рынки используют разные маркетинговые уловки – расфасовка 900 г вместо 1 кг и т.д. Все это время телеком снижал цены. При этом инвестировал все больше и больше, а цены все снижал и снижал. Как будто экономических законов для него не существовало.

Вопрос: Насколько вырастут цены?

Ответ: Смотрите, у нас несколько сотен тарифов. И на каждый тариф нужно очень взвешенно повышать. Мы же не хотим, чтобы абоненты переходили к нашим конкурентам. Мы с конкурентами о ценах не договариваемся, хотя нас и могут в этом обвинять. Но мы котируемся на международных биржах, если начнем договариваться - все сядем в тюрьму. Мы уверены, что экономическая логика одинакова и для наших конкурентов. От этого никуда не деться. Хватит заниматься тем, что противоречит этой логике.

Вопрос: Не боитесь излишнего, так сказать, внимания не только со стороны соцсетей, но и Антимонопольного комитета, например?

Ответ: Повышенный интерес к мобильным операторам мне понятен. В Киеве во многих районах летом не было горячей воды. Это большая проблема, люди это обсуждали, но никто не вышел на Майдан из-за этого, никто не пошел никого свергать. Но я вам говорю: если бы в Киеве неделю не было мобильной связи, уже бы стоял полный Майдан, уже возле офисов мобильных операторов стоял бы миллион человек, уже выгнали бы меня, мэра Киева, всех бы выгнали. Подобный инцидент произошел недавно в Яремче. То есть мобильная связь сейчас - неотъемлемая часть человеческой жизни, и мы не удивлены таким вниманием к нам. Это для нас большой стимул улучшаться. Но у нас сейчас есть ряд тарифов, где вы платите 25 копеек в день и имеете безлимитный голосовой трафик. Это много или мало? И мы повышаем, допустим, до 35 копеек. Нельзя же сказать, что мы прямо кого-то ограбили, да? Получается, за 35 копеек в день можно будет говорить весь день с 26 млн наших абонентов. Но я вас уверяю, будут такие вопли, что мы ограбили всех. Возьмем, к примеру, Донбасс. Сегодня если вы находитесь на территории этого региона, являетесь нашим абонентом и платите за месяц вперед, то получаете скидку 33%. Это не связано ни с войной, ни с АТО, это всегда так было. То есть, вы можете весь месяц говорить в сети "Киевстара" безлимитно плюс мобильный интернет за 7 грн в месяц. Это цена бутылки пива. Но если мы сейчас скажем: заплатите не 7 грн, а 9 грн. – уверяю, будет много крика.

Вопрос: Конкуренты к вам, скорее всего, присоединятся, только не будут говорить об этом громко. Как правило, так это и происходит.

Ответ: Мы всегда информируем абонентов в соответствии с законодательством. Я хочу сказать, что наши новые тарифы стали реально "без скрытых платежей". У нас сразу указывается цена с учетом перечислений в Пенсионный фонд, НДС и пр. Мы всегда были честными. Да, какие-то вещи не афишировали, честно говоря. Но вот теперь ничего не прячем. Поэтому мы и по тарифам говорим: поднимаем - значит поднимаем.

Вопрос: Плавно перейдем к следующему вопросу. Повышение тарифов – один из способов улучшить финансовые показатели компании?

Ответ: Сейчас повышение тарифов – это важное условие для постройки сети 3G. Либо мы повышаем цены и имеем деньги на покупку лицензии и строительство 3G, либо не повышаем, в результате имея возможность только купить лицензию и меньше потратить на строительство.

Вопрос: Хорошо, однако вернемся к финпоказателям. Как планируете их улучшать?

Ответ: Скажем так, наши результаты серьезно улучшить не получится. Мы входим в международную группу, наша отчетность в долларах. Когда доллар вырос на 60%, как ни поднимай цены, старых результатов лет пять точно не догнать. Мы в принципе не можем достичь старых результатов, потому что мы отчитываемся в долларах. Точка. Тут не может быть никаких иллюзий. Наша цель – построить 3G-сеть.

Вопрос: Какие задачи перед вами ставили акционеры в финансовом вопросе?

Ответ: Все цели акционеры ставят нам в гривнях, так как мы берем гривнями с абонентов. Но потом они переводят их в доллары. Вот тех показателей в долларах, которые были ранее, в течение пяти лет мы не достигнем. Шансов на это мало.

Вопрос: А акционеры с этим согласны?

Ответ: Конечно. Увы, не все обстоятельства подлежат коррекции. Нужно смотреть на реальные задачи. И в повышении цен мы не преследуем цель достигнуть старой прибыли в долларовом эквиваленте.

Вопрос: К 3G мы еще вернемся, а сейчас хотелось бы обсудить ряд других сегментов работы "Киевстара". Ранее вы рассматривали возможность передачи своей сети на аутсорсинг, даже тендеры проводились. Что сейчас с этим проектом?

Ответ: Мы сейчас заморозили этот проект по двум причинам. Первая – у нас есть огромный приоритетный проект 3G. Это принципиальный "номер один", и мы бы не хотели, чтобы другие внутренние инициативы мешали этому проекту. Во-вторых, когда передаешь на аутсорсинг самое главное, что у тебя есть, то хочешь быть уверен, что передаешь это надежной и приличной компании. Как в современных экономических условиях в Украине можно сказать, что вот эта компания будет спокойно существовать на рынке еще 15 лет? Мы в себе уверены. Мы знаем, что будем существовать. А если передаем на аутсорсинг, пусть это принесет нам 10% экономии, но не можем быть уверены в том, что они будут на рынке… Вдруг они через три года скажут: мы разоряемся или, например, платите нам втрое больше…

Вопрос: А как вы считаете, "Киевстар" может вернуться к этой теме, если будет построена сеть 3G?

Ответ: Вы сами ответили на свой вопрос. Конечно, да.

Вопрос: Несколько лет назад вы запустили услугу фиксированного широкополосного доступа к интернету. Как вы оцениваете оправданность такого шага с позиции сегодняшнего дня?

Ответ: Оценивая любой крупный проект во временной перспективе, всегда можно сказать: если бы я знал то, что я знаю сегодня, я бы, возможно, что-то сделал по-другому. Если бы мы пару лет назад знали то, что знаем сейчас, мы бы тоже его начали, но ряд вещей мы бы сделали по-другому.

Вопрос: Например?

Ответ: Например, мы не ожидали в Украине безобразной конкуренции со стороны людей, которым наплевать на авторские права и непонятно где берущих свой контент и свой сигнал. Не ожидали, что эта конкуренция настолько безумная. Не ожидали, что государство долго не будет на это вообще реагировать. Это первое. Второе, мы не ожидали, что здесь будет такая же "война" на снижение цен. Например, есть очевидный лидер рынка "Укртелеком". До недавней смены менеджмента он вел себя иррационально, мы этого тоже не ожидали.

Вопрос: Планируете дальше развивать ШПД?

Ответ: Да. Самое главное, что этот проект прибыльный. У нас запланированы дальнейшие инвестиции в него. Он не так быстро развивается, как мы бы хотели, но он растет и приносит прибыль.

Вопрос: Вы очень много построили за первые год-два. Рост на этом рынке будет происходить за счет увеличения абонбазы в городах присутствия или же за счет расширения последнего?

Ответ: Когда мы строили сеть ШПД, чаще всего мы использовали свое преимущество в части существующей инфраструктуры - вышек, проложенного оптоволокна. И если она там есть, мы от нее отводим интернет-покрытие в дома. Это позволяет нам экономить средства. Соответственно, если есть дом, еще не покрытый нами, но рядом с ним установлено оборудование, следует ожидать, что мы этому дому предложим интернет. Для нас нет разницы в географии, какие города покрывать, для нас важен момент – есть там оптоволокно, или нет.

Вопрос: Аналогичный вопрос по мобильным платежам. Насколько удачен этот проект?

Ответ: Я бы не хотел комментировать, потому что этот проект маленький, и мы пока не поняли, что с этим будем делать.

Вопрос: Давайте перейдем к животрепещущей теме 3G. Допустим, у вас уже на руках лицензия. Во сколько оцениваете инвестиции? Срок возврата? Сколько времени нужно затратить для покрытия миллионников, сколько на развертывание сети по всей территории Украины?

Ответ: Мы хотим покрыть сеть очень хорошего качества. Кто-то другой, может, готов пожертвовать качеством, поэтому вы можете услышать разные цифры. Вообще, даже покрытие миллионников потребует значительных инвестиций. Прибавлять ли сюда пригороды, или только Киев. Для нас покрыть Киев – значит покрыть "большой" Киев, со всеми городами-спутниками. Потому что будет очень грустно, если человек на работе пользуется 3G-интернетом, а по приезде домой в Бровары обнаруживает, что там он не поддерживается. Он обидится на нас и будет прав. Далее. Условия опубликованы, мы считаем, что цена на лицензию 3G непомерно высокая. Ранее был опубликован документ, в котором указывалось, что по примеру аукционов на 3G в семи странах цена в Украине должна быть вот такая. Мы изучили этот опыт, за сколько там были проданы лицензии, мы взяли ARPU, которое тогда было в тех странах, взяли количество населения и рассчитали по-всякому. Вышло, что лицензия у нас должна стоить от 60 до 90 миллионов долларов. Как вы знаете, нас просят совсем другие деньги заплатить, деньги непомерные. С государством спорить трудно. Поэтому наше сообщение очень простое. Если мы вынуждены будем заплатить за лицензию такую непомерно высокую цену, то нашим клиентам нужно готовиться к более высоким ценам за 3G. Чудес не бывает. Это экономика.

Вопрос: А можете озвучить конкретные цифры?

Ответ: Сейчас считаем. Нам бы хотелось, чтобы наш совет директоров дал добро. Только недавно опубликовали условия, наш совет директоров ничего неопубликованного не учитывает.

Вопрос: А по времени запуска? За какой период времени услуга может быть технически запущена в коммерческую эксплуатацию?

Ответ: Если в Киеве, то это полгода с начала строительства. Если брать Украину в целом, то многое зависит от решения вопроса проблемных территорий.

Вопрос: А как этот вопрос будет вообще юридически решаться и прописываться в лицензии?

Ответ: Мы сейчас задали регулятору этот вопрос. Изучаем условия тендера на частоты для 3G. В случае получения лицензии будем стремиться предоставить связь нового поколения всем украинцам, на всей территории страны.

Вопрос: Раз уже затронули проблемные регионы, давайте поговорим о них.

Ответ: Мы понимаем, что у всех операторов существуют проблемы с покрытием (на Донбассе – ИФ), в основном связанные не с тем, что кто-то взрывает наши станции или повреждает наше оптоволокно (был такой случай, что танк переехал), – это достаточно легко ремонтируется. Существует две главных проблемы. Первая – это отсутствие электричества. На дизель-генераторе базовую станцию можно поддерживать несколько часов, а главный коммутатор – нет. И вторая проблема – это проблема безопасности. Вы знаете, что когда в Крыму пришли "неизвестные люди", выгнали наших людей, что-то поустанавливали и начали пытаться вмешаться в нашу сеть – мы сразу все вырубили. И, думаю, в Крыму мы не откроемся, пока Крым не перейдет к Украине.

Вопрос: Так вы сейчас полностью закрылись в Крыму? А персонал?

Ответ: Да, полностью. Нашим сотрудникам мы предложили выбор: если хотите, можете переезжать на материк, мы предоставляем вам аналогичную работу и такую же зарплату, либо вы остаетесь там, и мы вас увольняем с компенсацией за четыре месяца. У нас было 68 человек, 4 переехали на материк. Что касается сети. Мы не знаем, что с ней происходит. Мы даже им позвонить не можем.

Вопрос: А какова ситуация с вашим тамошним оборудованием? Вы вывозили его оттуда?

Ответ: Все оборудование мобильной и фиксированной связи в Крыму списано с баланса компании в третьем квартале 2014 года. Vimpelcom оценил убытки от списания в 13 млн долларов.

Ответ: Нет. Мы не знаем, как там с ним обстоят дела. Может, его уже просто отобрали.

Возвращаясь к востоку Украины. Наш главный коммутатор (в отключенном состоянии) в Луганске более месяца находился под контролем вооруженных людей. Он не работает. Если вдруг нам предложат включить сеть, а мы придем туда и обнаружим, что там стоят какие-то странные устройства, мы эту сеть не включим.

Вопрос: А вы уже подсчитали свои убытки от боевых действий на востоке?

Ответ: Сложно это рассчитать. Но мы хотим сказать следующее: как только там восстановится украинская власть, мы очень быстро придем и все починим. На всей территории, которая подконтрольна украинским властям, наша связь восстановлена.

Вопрос: Давайте немного вернемся к технологическим вопросам и поговорим о технологической нейтральности. "Киевстар" неоднократно выступал за введение в Украине технологической нейтральности, что позволило бы оператору внедрять услуги 4G на существующих частотах. Однако в УГЦР ранее заявляли, что только у вас достаточно частот для внедрения этих услуг. И ваши конкуренты, и прошлые составы комиссии заявляли, что таким образом "Киевстар" получит конкурентное преимущество. Что вы можете ответить на это?

Ответ: Мы говорим так: если вы реально готовы обсуждать вопрос технейтральности и рефарминга, то мы реально готовы предложить перераспределение частот. Пока с нами серьезно на эту тему никто не общается. Мы надеемся, что когда лицензии на 3G раздадут, у регулятора дойдут руки и до этого. Тут еще такой вопрос: в условиях тендера на третье поколение сеть предполагается строить шесть лет. А кому через такое время нужен будет 3G? Наверное, LTE уже будет более актуально. Через шесть лет уже пятое поколение будет.

Вопрос: Наверное, запускать проекты 3G и 4G одновременно будет нецелесообразно… Допустим, сейчас раздали лицензии и быстренько ввели технейтральность.

Ответ: Ну, такого не будет. Скажем так, пример с 3G-конкурсом показал, что быстро здесь вряд ли что-то произойдет. Но если допустить, что есть две возможности, приоритет мы бы отдали сети третьего поколения. Хотя искали бы возможность покупать оборудование, пригодное для той и другой сети. Но есть проблема. Непонятно, на какой частоте может быть реализовано LTE. То есть, если технейтральность ввести и частоты есть, то много денег с оператора за это не возьмешь. А ведь кто-то захочет взять за это деньги.

Вопрос: Как вы считаете, какой должна быть идеальная регуляторная политика? Что должен и что не должен делать регулятор?

Ответ: Регулятор в стране должен заботиться о том, чтобы телеком-операторы развивали новые технологии. И чтобы эти технологии за разумную цену доходили бы до потребителей. Вот это его задача. Регулятор должен понимать, что технологии стоят все больше денег, и они должны к тому же откуда-то взяться. Это при том, что у нас очень нестабильная страна. В какой еще стране вот так могло бы произойти – вдруг взяли и повысили сбор за частоты в два раза.

Вопрос: И последний бонус-вопрос. Верите ли вы в Украину? В то, что сюда придут инвестиции?

Ответ: Верю. Недавно мы с моим коллегой из Амстердама встречались с послом одной из европейских стран. И он рассказал, что компании из его страны проявляют большой интерес к инвестированию в Украину, они говорят – дайте нам сигнал, когда там будет стабильная власть и будет начата судебная реформа. Вот это, говорит, номер один. Даже налоговая реформа вторична. Самый главный момент в Украине – это охрана частной собственности. Это главная проблема. Пока она не решена, нормальные инвестиции будут делать только компании типа нашей, у которых большой юридический отдел, есть возможность защитить свои права. А вот средний европейский бизнес такого боится. Если в Украине сейчас будет нормальная судебная реформа, если этот процесс начнется, я в Украину верю. Если опять начнутся разговоры о повышении пенсий, заплатить или не заплатить России за газ, - то это продолжение всего предыдущего. Посмотрим. Много ведь популизма у наших политиков, хотят понравиться народу. А для большинства людей вообще не понятно, что такое судебная реформа и зачем она нужна. Но тот политик, который переступит через себя и станет украинским Ататюрком и Ли Куан Ю, вот он молодец, а кто будет пенсии повышать, прося на это деньги у МВФ, – это… Я бы хотел, чтобы политики среди своих приоритетов видели судебную реформу, т.к. она является определяющей при решении западных инвесторов вкладывать деньги в нашу страну. И тогда все придут в Украину с инвестициями. Это я практически процитировал посла европейской страны.

Украина > СМИ, ИТ > interfax.com.ua, 20 ноября 2014 > № 1251749 Петр Чернышов


Россия > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 19 ноября 2014 > № 1239634 Николай Никифоров

Министр связи и массовых коммуникаций инвентаризацию Российской Федерации Николай Никифоров выступил с отчетом о развитии отрасли информационных технологий и связи в рамках Правительственного часа на заседании Совета Федерации. Приводим полный текст его выступления.

«Уважаемые члены Совета Федерации, коллеги!

Сегодняшний мир — это мир прорывных информационных технологий и современных средств связи. Их функционирование тесно связано с работой сетей связи и прежде всего интернета. Современные технологии объединяют общество, содействуют решению сложных экономических задач. Разработка и появление новых технологий и стандартов современного оборудования связи позволяют снизить стоимость и повысить качество и доступность услуг. Повышение уровня проникновения услуг доступа в интернет на высокой скорости на 10% создает потенциал роста ВВП на 1,5%.

Министерство связи и массовых коммуникаций Российской Федерации создает условия для развития и доступности гражданам современных услуг связи, информационных технологий, электронных услуг, в том числе государственных услуг, оказываемых в электронном виде.

Наша ключевая задача — создание условий для широкого распространения и эффективного использования новейших инфокоммуникационных технологий, условий для развития инфраструктуры связи на всей территории Российской Федерации. Для реализации этой масштабной задачи мы выполнили комплекс мер, включая реформирование фонда универсальной услуги связи, принятие технологической нейтральности, изменение порядка присвоения частотного ресурса.

Приоритетом деятельности министерства также является повышение качества услуг связи. В целях стимулирования конкуренции на рынке оказания услуг подвижной связи были созданы необходимые условия для перехода абонентов от одного оператора подвижной связи к другому. Так абоненты, голосуя рублем, вынуждают операторов связи предоставлять лучший сервис. На сегодня заявления на получение данной услуги подали уже один миллион сто пятьдесят тысяч жителей нашей страны.

Три года назад в России не было еще ни одной сети стандарта мобильной связи четвертого поколения LTE. По состоянию на начало ноября 2014 года сети LTE действуют уже в 79 субъектах Российской Федерации.

В зоне их действия уже находится свыше 40% населения страны, число активных пользователей превышает три миллиона человек. Полгода назад таких регионов было 66, а год назад — всего 39. Эти цифры отлично отражают динамику перевооружения в стране в отрасли связи.

В 2012 году никто в стране даже не обладал полноценной статистикой отрасли. Какая самая крупная деревня без мобильной связи? Какой самый крупный город без скоростного интернета?

Вместе с губернаторами и главами муниципалитетов мы провели полную инвентаризацию и исследовали 14 тысяч малых городов c населением от 250 до 10 тысяч жителей.

До 2013 года операторы связи в России получали лицензии без каких-то обязательств строить сети в малых городах. На заседании ГКРЧ в декабре 2013 года было принято решение о том, что выдача новых лицензий и продление старых будут происходить на условиях равного доступа к услугам связи всех граждан РФ. Операторы получили обязательства покрыть малые города.

Еще раз напомню суть реформы универсальной услуги связи. В поселениях менее 10 тысяч жителей никакие рыночные механизмы уже не работают. Здесь мы используем принцип частно-государственного партнерства, когда в рамках Фонда универсальной услуги связи (УУС) заключен единый контракт, был выбран оператор «Ростелеком» — наш крупнейший федеральный оператор, который в течение ближайших нескольких лет построит волоконно-оптические линии связи во все населенные пункты от 250 жителей. Контрактом прямо предусмотрено покрытие населенных пунктов от 250 до 500 жителей, но по пути оператор за счет собственных средств будет включать и другие более крупные населенные пункты. Это историческое событие — подписание контракта — состоялось 13 мая 2014 года. Кроме того, мы подписали дополнительное соглашение и добились того, что стройка будет закончена не в 2019 году, как планировалось ранее, а к 2018 году.

Мы считаем этот проект чрезвычайно важным, и, пользуясь случаем, хотел бы озвучить, что в 2015 году эта задача будет решена в Астраханской области, Еврейской автономной области, Республике Адыгея, Ингушетии, Калмыкии, Карелии, Северной Осетии, Тыве, Ненецком и Ямало-Ненецком автономных округах.

Специально называю конкретные регионы, потому что каждый сенатор и каждый губернатор внимательно держит этот вопрос на личном контроле.

В современной фазе развития телекоммуникационной отрасли все большее значение приобретают информационные технологии, по сути, сегодня связь это уже ИТ — наша самая молодая и одна из самых успешных отраслей.

Именно она сформирует новое качество жизни граждан и облик целого ряда других отраслей на десятилетия вперед.

Почему я назвал ИТ-отрасль одной из самых успешных? Один сотрудник создает продукцию и услуги на сумму около двух миллионов рублей в год, а вся отрасль из года в год увеличивает экспорт российских ИТ-продуктов за рубеж.

Таким образом, это очень правильная точка роста экономики России.

Основным активом ИТ-компаний являются высококвалифицированные специалисты, расходы на фонд оплаты труда в таких компаниях составляют обычно 70-80% всех расходов. Проблема дефицита кадров является наиболее острой проблемой развития отечественной ИТ-отрасли, Минкомсвязь России вместе с Минобрнауки России ведет работу по устранению этого дефицита.

Разработана и утверждена «Стратегия развития отрасли информационных технологий в Российской Федерации на 2014–2020 годы и на перспективу до 2025 года», и хочу отдельно отметить, что в результате совместной работы с Минобрнауки с 1 сентября 2015 года на 35% единовременно будет увеличено количество бюджетных мест в вузах для специалистов, обучающихся по ИТ-специальностям. Это позволит нам к 2020 году дополнительно подготовить до 350 тысяч ИТ-специалистов. Но даже этого недостаточно, чтобы полностью удовлетворить спрос отрасли на высококвалифицированные кадры.

Важно не только готовить специалистов, но и создавать качественные рабочие места. Люди должны ощущать, ежедневно приходя на работу, что они нужны, востребованы, им созданы все необходимые условия труда.

Только в этом году до конца года мы рассчитываем завершить строительство как минимум трех, а в идеале — шести технопарков. Тоже пользуясь случаем, я хотел бы обозначить регионы: это Самара, Саранск, Пенза и объекты второй очереди — это Москва, технопарк рядом с МФТИ, Екатеринбург и Нижний Новгород. Шесть технопарков — никогда столько не вводилось одновременно. Это возможности для создания рабочих мест, малого и среднего бизнеса, тех ниш, в которых мы способны произвести ценности.

С точки зрения развития рынка программного обеспечения и с учетом геополитической ситуации Президент и Председатель Правительства поставили задачу разработать комплекс мер поддержки отечественного ПО.

Сегодня весь мир пользуется разработками всего одной страны и нескольких, буквально двух-трех иностранных компаний. Монополия всегда приводит к отрицательным последствиям. Мы помним, как многие граждане нашей страны из-за введенных санкций не могли пользоваться своими банковскими картами. Знаем и случаи незаконного сбора информации о пользователях интернета спецслужбами ряда стран. Конечно, все это серьезно подорвало доверие к иностранному ПО.

Многие государственные заказчики и коммерческие предприятия действительно обеспокоены сложившейся ситуацией и начали искать альтернативы иностранному ПО. Многие готовы покупать российские продукты. Ведь наши компании способны производить конкурентоспособные продукты международного уровня, и в целом ряде ниш мы занимаем серьезные позиции на мировом рынке. Но нужно быть откровенными, сегодня в мире осталось больше производителей самолетов, чем производителей всей линейки программных продуктов — настолько технологически сложной стала отрасль и настолько сильна монополия отдельных компаний и отдельной страны.

Минкомсвязь России совместно с временной комиссией Совета Федерации по развитию информационного общества и при активном участии представителей российских разработчиков программного обеспечения подготовила предложения по предоставлению преференций отечественным производителям при осуществлении закупок госорганами и госкомпаниями.

Мы считаем, что нельзя вводить прямые запреты на покупку иностранного ПО. Суть преференций заключается в том, что если объектом закупки является программное обеспечение или услуги по его использованию и в реестре отечественного программного обеспечения есть подходящая продукция, заказчик должен будет письменно обосновать невозможность или нецелесообразность приобретения российской разработки в отчете, публикуемом на портале закупок. C чем связано его желание купить иностранный софт — мы будем за этим пристально следить. Эти меры обсуждаются, и надеемся, что в ближайшее время будут приниматься.

У самой ИТ-индустрии здесь нет четкой однозначной позиции. Широко обсуждался вопрос и что можно считать российским ПО, нужно ли требовать, чтобы доля граждан РФ, юридических лиц РФ в уставном капитале была бы более 50% или более 25% и так далее. Мы рассчитываем, что эти дискуссии приведут нас к определенному согласованному решению вместе с индустрией. Мы считаем, что нужно внимательно обсудить эти критерии и сделать так, чтобы все эти преференции работали во благо, а не закрывали экономику нашей страны, не способствовали переносу тех или иных видов бизнеса в другие юрисдикции, это должны быть созидательные, а не запретительные меры.

Считаем, что одних только мягких мер поддержи, о которых я говорил – это и кадры, и технопарки, и льготы по страховым взносам на заработную плату, даже преференций при госзакупках будет недостаточно по той простой причине, что мы должны понимать, что Российский рынок ПО составляет всего около 2% от мирового рынка. Даже если мы весь госзаказ ПО отдадим исключительно нашим компаниям, то это менее 1% от мирового рынка. Объема спроса со стороны российских госзаказчиков не хватит для того, чтобы построить ИТ-индустрию мирового уровня. Мы считаем, что здесь не удастся обойтись без дополнительной, в том числе прямой финансовой поддержки со стороны государства, и мы должны очень решительно рассмотреть вопрос развития отдельных критических видов ПО в нашей стране.

Что это за виды ПО? Первое, это системы управления базами данных, которые используются во всех наших банках, госорганах, страховых компаниях, где вся информация обрабатывается базами данных. Это и так называемая операционная система, которая сегодня есть в каждом нашем телефоне, каждом планшете, других устройствах. Это операционные системы, которые работают в дата-центрах, в которых обрабатывается вся информация популярных интернет ресурсов и компаний и так далее. Есть специфические виды ПО, например инженерное ПО, с помощью которого проектируют здания, самолеты, оборудование.

По каждому из этих видов ПО создаются профильные рабочие группы при Экспертном совете Минкомсвязи России по развитию ИТ-отрасли.

Необходимые для прорыва в области этих видов ПО инвестиции по нашей оценке в течение 5-7 лет составят около 40 млрд рублей ежегодно, это очень капиталоемкие, инженерно-сложные разработки.

Считаем, что ИТ-продуктам, создаваемым в России нужно изначально ориентироваться на экспорт. Основой и потенциалом экспорта отечественного ПО, исходя из геополитической ситуации, являются страны блока БРИКС.

Россия является страной-председателем БРИКС в 2015–2016 годах. В июле 2015 года встреча лидеров БРИКС пройдет в Уфе. Считаю важным, чтобы и это мероприятие и все подготовительные мероприятия мы использовали для последовательного доведения нашей позиции до наших коллег. Я лично в конце октября встретился с министрами стран БРИКС во время Полномочной конференции МСЭ в Пусане, все они разделяют эту озабоченность и готовы объединить усилия, чтобы устранить фактически сложившуюся мировую монополию на информационные технологии, как на рынке программного обеспечения, так и в телекоммуникационном оборудовании и средствах связи.

Важной темой международного сотрудничества все чаще становится тема управления инфраструктурой интернета. Лишь специалистам известно, что весьма высока зависимость многих стран мира не только от программных продуктов, но и от ряда технологических услуг, которые являются основой критической инфраструктуры интернета. Не для того мы проводим сегодня оптоволоконную сеть в каждый населенный пункт от 250 жителей, чтобы кто-то извне по нажатию какой-то кнопки на другой стороне планеты мог внести то или иное деструктивное воздействие в работу наших систем. Сеть должна работать и люди должны иметь право доступа к информации и электронным услугам.

Уже несколько лет на крупнейших международных площадках мы обсуждаем тему расширения полномочий всех стран в части координации работы Всемирной сети.

Мы моделируем варианты наших действий в случае реализации таких деструктивных внешних сценариев, чтобы ни при каких условиях российские пользователи интернета не были лишены возможности свободного доступа к информации.

Для этого во исполнение поручения Президента РФ в сжатые сроки проведены совместные учения с ФСБ и Министерством обороны по выработке мер, направленных на повышение устойчивости российского сегмента интернета в результате целенаправленных действий. Мы намерены проводить такие учения ежегодно на регулярной основе.

Речь не идет о возможном отключении национального сегмента интернета от глобальной сети, а, скорее, наоборот, что какова будет работа российского сегмента в случае целенаправленных воздействий извне.

Российские специалисты с помощью организационных и технических мероприятий в случае необходимости предпримут необходимый объем действий, благодаря которым российский сегмент сети будет функционировать.

Подобную работу проводят наши коллеги в дружественных странах: странах блока БРИКС прежде всего, некоторых других странах. И мы с коллегами в администрациях связи находимся в постоянном контакте, для того чтобы наши действия происходили синхронизировано и совместно.

Итоги учений доложены Президенту РФ и легли в основу решения недавнего заседания Совета Безопасности РФ по информационной безопасности.

Уважаемые коллеги! Мы вступили в период глобальных вызовов, которые требуют от нас соответствующих действий. Минкомсвязь России и Правительство РФ в целом будут оперативно вносить соответствующие законодательные инициативы, направленные на поддержку отрасли программного обеспечения, отрасли производства телекоммуникационного оборудования. Это может быть связано с источниками финансирования, с условиями закупок государственных органов и госкомпаний, и мы рассчитываем на вашу поддержку.

Россия > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 19 ноября 2014 > № 1239634 Николай Никифоров


Россия > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru, 13 ноября 2014 > № 1239723 Николай Никифоров

Министр связи и массовых коммуникаций Российской Федерации Николай Никифоров провел секцию «Государственная поддержка развития отрасли информационных технологий» в рамках форума Russian Interactive Week 2014 (RIW-2014), который проходит сегодня в «Экспоцентре». Вместе с представителями законодательной власти и институтов развития на секции обсуждались формы поддержки и перспективы дальнейшего развития отрасли информационных технологий (ИТ) в России. Глава Минкомсвязи России также зачитал приветствие Председателя Правительства РФ Дмитрия Медведева и осмотрел экспозицию RIW-2014.

В своем выступлении Николай Никифоров сообщил об уже существующих формах поддержки российской ИТ-отрасли и обозначил перспективы ее успешного развития в дальнейшем.

Так, в настоящий момент для преодоления кадрового голода в отрасли в государственных вузах на 35% было увеличено число бюджетных мест по ИТ-специальностям; были смягчены условия получения льгот малыми ИТ-компаниями, в результате чего наблюдается значительный рост среди предприятий, обратившихся в Минкомсвязь России за поддержкой; кроме того, до конца года начнут действовать шесть новых технопарков, которые призваны обеспечить комфортными и доступными рабочими местами ИТ-компании в регионах России.

В число дополнительных форм поддержки, о которых говорил министр, вошли преференции российскому программному обеспечению (ПО) при закупках в государственные органы и государственные компании. «Государственный заказчик, который хочет купить иностранное программное обеспечение при наличии российских аналогов должен обосновать, почему только зарубежные решения способны решить его задачи», — сказал глава Минкомсвязи России.

В то же время Николай Никифоров отметил, что вводить прямые запреты на закупку иностранного ПО в России нельзя: «Мы не можем говорить на языке запретов и санкций, так как в результате все выходы на экспортные рынки для российских разработчиков будут закрыты».

Глава Минкомсвязи России сообщил, что на рынке сложилась ситуация, когда весь мир пользуется как системным, так и прикладным ПО, производимым лишь в одной стране всего несколькими компаниями, и заявил, что России необходимо возглавить работу по демонополизации этого рынка. «В странах БРИКС живет почти половина населения всего земного шара, и в этих странах формируется значительный спрос на независимые, альтернативные программные продукты. В тесном сотрудничестве с администрациями связи и информационных технологий этих стран Россия должна начать работу по созданию программных решений не только для себя, но и для этих значительных по размеру рынков», — сказал Николай Никифоров.

Министр подчеркнул, что российским компаниям-производителям ПО необходима поддержка со стороны государства. Среди возможных форм поддержки он назвал прямой государственный заказ на разработку ПО, докапитализацию компаний-разработчиков, субсидии компаниям-разработчикам и субсидии заказчикам ПО.

Николай Никифоров отметил, что формы поддержки будут обсуждаться с отраслью в рамках Экспертного совета по информационным технологиям при Минкомсвязи России. Он также сообщил, что при министерстве будет создано шесть рабочих групп для обсуждения технических вопросов разработки конкурентоспособных отечественных ИТ-продуктов.

Россия > СМИ, ИТ > minsvyaz.ru