Всего новостей: 2299548, выбрано 1640 за 0.053 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 23 августа 2017 > № 2291711

Сибирские ученые научились выявлять риск развития атеросклероза по анализу крови

Институт химической кинетики и горения им. В.В. Воеводского СО РАН создал технологию сканирующей проточной цитометрии. Она дает возможность выявления факторов риска развития атеросклероза по анализу крови.

«Мы считаем: чтобы максимально эффективно изучать здоровье человека, нужно исследовать клетки крови, которых существует всего восемь типов. Отслеживать их состояние гораздо проще, чем с помощью самых разных анализов наблюдать за работой сотни органов», — цитирует «Наука в Сибири» Валерия Мальцева, автора технологии, зав лабораторией цитометрии и биокинетики ИХКГ СО РАН доктора физико-математических наук.

Ученые разработали специальный прибор, анализирующий разные характеристики клеток. При помощи уравнений, не требующих реагентов и других расходных материалов, технология позволяет предсказывать развитие клеток в зависимости от различных воздействий — Тест выдает огромное количество информации.

На основе этой информации ученые могут, например, определить риск преждевременных родов или развития различных заболеваний, в том числе сердечно-сосудистого — атеросклероза.

«В крови существует определенный класс липопротеинов — хиломикроны, которые появляются сразу после приема пищи и полностью исчезают спустя несколько часов. Мы обнаружили, что у больных атеросклерозом динамика выведения хиломикронов из крови существенно медленнее», — сообщил кандидат физико-математических наук научный сотрудник лаборатории Дмитрий Строкотов.

Лаборатория сотрудничает с Национальным медицинским исследовательским центром им. академика Е.Н. Мешалкина. Ученые рассчитывают, что будущем их технология может стать основой для развития предсказательной медицины.

НДН.Инфо

Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > ras.ru, 23 августа 2017 > № 2291711


Россия > Образование, наука > ras.ru, 22 августа 2017 > № 2291712 Григорий Трубников

Григорий Трубников: Главный ресурс, за который борется современный мир, – это интеллект и таланты

– Здравствуйте, Григорий Владимирович! Скажите, как Вы чувствуете себя в новой должности, что она дала нового? Какие остались взаимоотношения с Объединенным институтом ядерных исследований, в котором Вы были вице-директором?

– Мне интересно, мне нравится то, чем я занимаюсь в Министерстве образования и науки (!) РФ, нравится работать в этой команде. В департаменте науки и технологий, в департаменте аттестации научных и научно-педагогических работников – профессиональные, квалифицированные, сильные люди. И в целом обновленная министерская команда, по-моему, очень приземленная в том смысле, что собрались опытные люди, достигшие успехов на своих местах – в институтах, сильных вузах, глубоко понимающих, как должны развиваться наука и образование.

Действительно, работать мне здесь после большого международного научного центра сложно – это совсем новый ритм и характер работы. Но, тем не менее, мы живем в эпоху больших вызовов. И переход в министерство – это тоже своеобразный личностный большой вызов.

Мне кажется, что сейчас есть очень серьезное внимание государства – и правительства, и президента страны – к вопросам развития образования, науки, высоких технологий. Мы чувствуем эту поддержку. Наши предложения встречают абсолютное понимание и в Администрации Президента, и в Министерстве финансов, и в целом в правительстве.

– Развитие технологий сейчас является одной из главных тем в мире?

– Безусловно. И, на мой взгляд, главный ресурс, за который мир начинает бороться, причем все более агрессивно, – это умные головы. Это интеллект, люди, таланты. Активно заявляется и динамично развивается большое количество новых очень масштабных проектов. И, по-моему, на все заявленные в мире к реализации проекты существующего интеллектуального капитала не хватит. Поэтому активная борьба за него уже началась несколько лет назад.

Россия – исторически родина талантов, интеллектуальная держава, страна, прославившаяся своими научными школами в естественных и гуманитарных науках, признанными во всем мире. И очень отрадно, что сегодня государство готово активно поддерживать опережающее развитие национального научно-технического комплекса.

– Вы курируете международный проект строительства российского коллайдера NIСA в Дубне. Расскажите, пожалуйста, на какой сейчас стадии работы?

– Да, по выходным я стараюсь бывать в Дубне и отслеживать ход строительства коллайдерного комплекса NICA. Это уникальное грандиозное сооружение. Сейчас почти завершена работа по созданию одного из бетонных тоннелей-полуколец. Практически закончено свайное поле. В разработку основного оборудования – коллайдера, ускорительных колец – очень активно включились российские организации: РАН, ФАНО, Курчатовский институт, предприятия ВПК, в частности предприятия Росатома из Снежинска и Сарова с их совершенно замечательными передовыми технологиями.

При создании мегасайенс-проектов в России мы будем стараться внедрять идею того, что необходимо привлекать в качестве равноправных партнеров сооружения проектов как академические институты, так и высокотехнологичные предприятия ВПК и госкорпорации, загружая их разработками завтрашнего дня и изготовлением оборудования. С одной стороны, мегасайенс-проекты – это драйверы новых технологий, которые точно нужно осваивать дома, с другой стороны – это осовременивание производств: и кадров, и оборудования, которые точно необходимы для огромного спектра государственных задач.

В частности, с Российским ядерным центром в Снежинске и с Курчатовским институтом мы недавно восстановили для страны технологию изготовления линейных ускорителей (RFQ). В конце 60-х годов это была революция в ускорительной физике и технике: наши коллеги из Института физики высоких энергий в Протвино и Института теоретической и экспериментальной физики предложили элегантную компактную конструкцию линейных ускорителей, которая сейчас работает по всему миру. А у нас последний такой ускоритель был сделан в 80-х годах. Затем технология просто исчезла из производства, специалисты ушли. И благодаря тому, что для комплекса NIСA понадобился такой ускоритель, мы с коллегами из ИТЭФ НИЦ КИ, МИФИ и ВНИИТЭФ (г. Снежинск) полностью отработали все технологии, собрали и запустили в Дубне современную красивую машину, ускоряющую тяжелые ионы. И дальше мы готовы их уже серийно изготавливать и собирать, в первую очередь для индустрии и медицины.

В этом смысле предприятия ВПК – это огромный интеллектуальный и производственный ресурс и потенциал, который пока для подобных целей не очень востребован. И это нужно продолжать делать: обеспечивать взаимную поддержку и загрузку гражданской науки и отрасли, обеспечивающей национальную безопасность. Кстати, такая задача поставлена нашим президентом – он сказал в своем федеральном послании, что нужно довести долю гражданской продукции, выпускаемой ВПК, до 30% к 2025 году.

– Сейчас принят план реализации первого этапа Стратегии научно-технологического развития РФ. На чем сделаны акценты, каким практическим образом будет реализовываться план?

– План утвержден правительством 24 июня этого года. Отмечу, что документ разрабатывался не только Министерством образования и науки, а главным образом широким научным сообществом: Российской академией наук, ведущими научными организациями и вузами. И мне кажется крайне важным, чтобы такие серьезные стратегические документы создавались теми, кто непосредственно работает в науке. В таких стратегических документах нужно максимально учитывать все особенности нашей большой страны. Чтобы Стратегия работала не только в Москве и Петербурге, а и в Новосибирске, Иркутске, Хабаровске и во всей стране.

План структурно состоит из пяти разделов. Один из них посвящен формированию современной системы управления в области науки, технологий и инноваций. Сюда включены меры по созданию советов по приоритетным направлениям, сборка новых госпрограмм и новых комплексных научно-технических программ, предусмотрено создание проектного офиса по обеспечению реализации Стратегии. Это перечень мероприятий по организации экспертизы проектов, разработке цепочки от идеи, инициативы до утверждения конкретной программы проекта с учетом участников, финансирования, организационной составляющей.

– На какой базе будет создан проектный офис СНТР?

– Это пока обсуждается. Офис планируем организовать и создать до конца 2017 года. Полагаем, что это должна быть структура, похожая на проектный офис НТИ. Скорее всего, офис будет при Минобрнауки РФ. Это должен быть такой аналитический центр, к работе которого будут привлечены лучшие эксперты со всей страны.

– Какие еще есть аспекты плана первого этапа реализации СНТР?

– Следующий раздел плана посвящен формированию эффективной системы коммуникаций в области науки и повышению восприимчивости экономики к инновациям. Здесь предложено в течение трех лет разработать механизмы поддержки и мотивации со стороны государства, бизнеса, госкомпаний, предприятий, чтобы с их стороны была заинтересованность участвовать в научных проектах и научных программах. С другой стороны, нужно создавать более открытую площадку со стороны науки, чтобы у бизнеса была возможность получать информацию из открытых источников об исследованиях и разработках, которые проводятся сейчас и в которые можно инвестировать средства.

В целом должен заработать базовый принцип по разработке нового формата комплексных научно-технических программ (КНТП). Его несложно представить в виде матрицы: научные организации и вузы предлагают перечень передовых, уникальных разработок, которые могут трансформироваться в перечень реальных технологий и реальных продуктов. Затем мы смотрим, что из этих технологий и продуктов востребовано на рынках, на какие из них есть заказчики. Так формируется матрица КНТП. Формируются проекты полного жизненного цикла: от идеи и задела до линейки продуктов или технологий. А если кто-то «копается в своем огороде», делая, возможно, и уникальное, но невостребованное, то от таких разработок, скорее всего, нужно будет отказываться и консолидировать кадровые и финансовые ресурсы на том, что востребовано экономикой и государством. Хотя следует оговориться, что такая логика применима к сфере научно-прикладных исследований. Фундаментальная наука живет по другим правилам и развивается по своей внутренней логике, хотя и здесь нужно регулярно актуализировать приоритеты, необходима открытая экспертиза высокого уровня, с привлечением международных экспертов.

Для меня почти очевидно, что потребуется умная реорганизация системы научных организаций. И это, конечно, должна быть не просто их оптимизация. Интересный пример – Китай, где разработана стратегия, по которой каждые 2-3 года прагматично происходит последовательная реструктуризация сети научных организаций под реализацию принятой стратегии и выполнение конкретных задач. Нужно смотреть в горизонте 8-10 лет на то, под какие технологии и рынки, под какие государственные задачи надо подстраиваться. Организации нужно объединять или разъединять для какой-то конкретной задачи. Такой процесс идет менее болезненно, поскольку он вписан в русло определенной государственной стратегии – такой мейнстрим. И без такого подхода и наша Стратегия не сдвинется с места, «не полетит».

– Вы считаете, за столь короткий срок – 3-5 лет – возможно создать и отработать такой механизм?

– Стратегия базируется на больших вызовах. И план реализации СНТР – это тоже большой вызов. Но если не затянуть пояса и не консолидироваться – ничего и не получится. Сразу, еще на старте. Конечно, это очень амбициозная дорожная карта. Но если мы ее не реализуем, то можем уже безнадежно отстать от мировых лидеров. Мы уже по некоторым направлениям начинаем терять позиции, чего допускать просто нельзя. Окружающий мир очень динамично сейчас меняется – и рынки, и технологии. Многие профессии будут стремительно отмирать. Я считаю, что сильно изменится и система аттестации научных работников. Будут очень серьезные преобразования. Спрогнозировать эти изменения трудно – слишком высокая скорость, с которой они происходят. Это реалии, в которых сейчас живет весь мир, и мы, Россия. Мы живем в век высоких скоростей, поэтому и сроки устанавливаются достаточно динамичные.

Если говорить дальше о плане реализации Стратегии, то третий раздел в нем посвящен инфраструктуре исследований. Необходимо проанализировать и собрать максимально полный ландшафт российской науки – это крайне важный инструмент для принятия решений. У нас очень много разных институтов, организаций, вузов, установок, телескопов и так далее. Все это надо собрать в единый ландшафт. Он может быть трехмерным, иметь сложную структуру, в то же время динамично «разбираемым» – такие, знаете, большие данные российской науки. Его нужно иметь и для того, в частности, чтобы вот эти матрицы с технологиями и рынками быстрее собирались. И для того, чтобы договориться и принять определенные принципы финансирования и работы исследовательской инфраструктуры – ввести, например, уровень базового финансирования для ведущих организаций, определить разумную долю конкурсного финансирования и т. п.

– Насколько возможно в зоне исследований выделить приоритеты, где должны быть сконцентрированы финансирование, ресурсы?

– Это абсолютно возможно. Для этого нужно создавать систему экспертизы. Российская академия наук должна полноценно заняться экспертизой, стать штабом приоритетных научных исследований, помогать государству отвечать на большие вызовы и распознавать их появление, предлагая расстановку приоритетов.

Приоритеты известны. Каждые полгода мы делаем анализ того, что происходит в сфере технологий и науки в мире: какие заделы у нас есть, где и какими усилиями мы можем догнать, а где нет смысла вкладывать ресурсы и тратить на это силы, а быстрее и выгоднее для экономики приобрести уже готовые технологии. Но даже и в тех областях, где мы не можем сделать быстрый рывок, нам все равно нужно адекватно мониторить ситуацию и понимать, что происходит у партнеров.

– В каком количестве научных коллабораций сегодня Россия принимает активное участие? И в каких еще коллаборациях мы можем работать для нашего перспективного роста?

– Могу ответить в основном про фундаментальную науку. Мы участвуем в нескольких крупных научных проектах в Европе: есть проект международного экспериментального термоядерного реактора ИТЭР, в котором Россия выступает одним из основных игроков, есть два немецких проекта FAIR (центр по исследованию ионов и антипротонов) и XFEL (создание крупнейшего лазера на свободных электронах). У ИТЭР сейчас бюджет под 20 млрд евро, у FAIR и XFEL – примерно по 1 млрд евро. Россия вносит свой вклад и является полноправным участником этих проектов, в упомянутых выше проектах мы второй по весу акционер, кстати.

Проект XFEL уже заработал и будет торжественно открываться в сентябре этого года. Это, несомненно, был ценный опыт для России – участие в сооружении такого проекта. Мне кажется, нам надо участвовать там, где мы являемся ключевым исполнителем, чтобы можно было влиять на научную программу (а это самое главное в большом проекте) и на научную политику.

Теперь что касается ЦЕРНа. В работе этой огромной международной лаборатории Россия участвует с 60-х годов прошлого века. У нашей страны там очень хорошая позиция, и это важно. Это очень богатые научные традиции, которые нужно беречь. С новой дирекцией ЦЕРНа мы в этом году восстановили формат встреч «5 + 5», в котором участвуют с их стороны дирекция организации, а с нашей – руководство министерства, НИЦ КИ, РАН, ОИЯИ и эксперты. ЦЕРН сейчас возглавляет умная, красивая, современная женщина Фабиола Джианотти – она один из принципиальных авторов открытия бозона Хиггса, большой сторонник коллаборации с Россией. Следующая наша встреча в таком формате – в грядущем октябре. Мы будем обсуждать проект соглашения о том, чтобы сделать некую новую ось сотрудничества между ЦЕРНом и Россией. Мы предполагаем, что с их стороны это будет Большой адронный коллайдер и будущие коллайдеры ЦЕРНа, а с нашей стороны – программа мегасайенс-проектов России. Мы хотим, чтобы движение начиналось в обе стороны, чтобы мы продолжили и расширили свое участие и присутствие в ЦЕРНе, а ЦЕРН начал реально участвовать в создании наших проектов. Дирекция ЦЕРНа готова обсуждать эти вещи. Я думаю, мы очень позитивно и быстро движемся.

У России есть замечательные богатые коллаборации с несколькими национальными лабораториями США. Мы участвуем в крупнейших китайских и японских экспериментах. Есть крупные астрономические и астрофизические проекты. В частности, всерьез обсуждаем вступление России в Европейскую южную обсерваторию (ESO) – проект по строительству самого большого оптического телескопа в мире в Чили. Я считаю, что нам точно нужно участвовать в этом уникальном проекте – это и выгодно нам, и принесет большую интеллектуальную пользу. Мы сможем загрузить наши высокотехнологичные производства, в частности заводы оптики в Лыткарино, в Петербурге, изготовлением оборудования. По конвенции ESO официальный участник проекта, который вносит вклад, имеет преференции при распределении заказов на контрактные поставки материалов и оборудования.

Мы также обсуждаем участие России в астрофизическом крупном проекте в Южной Африке, который называется SKA – интереснейший и очень перспективный проект. Несомненно, интересны проекты, связанные с геномными и постгеномными технологиями, огромный международный проект «Протеом человека».

Я считаю, что мы занимаем довольно адекватную позицию в международных проектах, практически везде мы ключевые участники. Надо быть открытыми миру и для мира. Без этого наука не будет работать.

– Если говорить о больших вызовах, то как мы будем участвовать в этой глобальной истории?

– Понимаете, в чем интересная особенность Стратегии, по которой мы начали сейчас жить? Это не план работы, а такая картина будущего мира, картина мира науки и технологий через 10 лет. Да, документ дает ориентиры и на более длительный период, но в период до 2035 года могут заглянуть только очень смелые люди. Поэтому нужно, по крайней мере, представлять, как будет выглядеть мир в горизонте 5-7-10 лет.

Стратегия НТР – это система координат будущего. Она не говорит, как надо действовать, она говорит, что картина будет вот такая, а инструменты подбирайте, уважаемые ученые и инженеры, сами. Если инструменты есть, то вы их используйте. Если вам чего-то не хватает, скажите, что нужно развивать, какое содействие от государства необходимо, чтобы дальше работать на результат. Вместе создадим, поскольку государство ставит стратегию развития науки и технологий для себя на один уровень со стратегией национальной безопасности.

– Наука должна стать более практико-ориентированной?

– Как говорят многие нобелевские лауреаты: не бывает науки фундаментальной и науки прикладной. Потому что любая фундаментальная наука в итоге все равно станет прикладной. Другой вопрос: готово ли человечество сделать какую-либо науку прикладной или не готово. Например, люди в 1911 году открыли структуру атома, радиоактивность открыли в 30-е годы. Но мир не был готов этим пользоваться в тот момент. И только через 20-30 лет, когда технологии созрели, начали создавать атомные станции и многое другое из этой сферы.

Обратная ситуация была с созданием космического корабля «Буран». Его создали, но, похоже, страна была не готова экономически и технологически этот проект развивать. Я думаю, лет через 5-10 мы вернемся к этой теме и востребуем те технологии, так как на момент создания «Бурана» они были для «послезавтрашнего» дня. То же самое, на мой взгляд, касается и Ту-144, и многих наших космических разработок.

Ну а вот другой пример: возьмем квантовый компьютер (о котором слышал уже каждый школьник) – технология уже сегодняшнего дня. Пять лет назад были прогнозы, что двухкубитный компьютер создадут в лучшем случае к 2025 году. Но его создали за два года. А в этом году наши люди, в частности физик Михаил Лукин, сооснователь Российского квантового центра, создали в Гарвардском университете квантовый компьютер из 51 кубита. На данный момент мы думаем, что есть четкое понимание, где будут использоваться квантовые компьютеры. Но мне кажется, что они будут использоваться и в тех областях, о которых мы даже пока не думаем, а может, в тех, которые мы еще даже не понимаем. Это интереснейшая фундаментальная задача – и путь ее технологической реализации, и сфера ее применимости. То, что эту тему нужно развивать, сомнений нет.

Это и есть большие вызовы – когда ты развиваешь то, за чем чувствуется большое будущее. Можно спрогнозировать в будущем какие-то серьезные сложности, проблемы, задачи, которые придется решать. Но сегодня мы пока не все понимаем, какие из них конкретно появятся. Если технология сразу же пошла на рынок – это хорошо. А может, она пригодится только через два года. Нужно уметь очень четко держать в голове все приоритеты, чтобы понимать, куда вкладывать усилия, а куда нет. И тут рецепта точного нет: можно смотреть за мировыми технологическими трендами и просто следовать им, а можно сильно поддерживать фундаментальную поисковую науку и ждать прорыва от нее. Но что точно необходимо делать при любых обстоятельствах – вкладывать в развитие и подготовку интеллектуальных кадров высшей квалификации, развивать самую современную исследовательскую инфраструктуру послезавтрашнего дня, быть готовым реализовать задачи, поставленные государством, быть готовым упреждать и совершать прорывы в науке и технологиях.

– Григорий Владимирович, спасибо Вам за интересную беседу!

Россия > Образование, наука > ras.ru, 22 августа 2017 > № 2291712 Григорий Трубников


Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > fano.gov.ru, 22 августа 2017 > № 2291544

Томские ученые ищут маркеры, которые укажут на риск развития сердечной недостаточности

Ученые Научно-исследовательского института кардиологии Томского национального исследовательского медицинского центра РАН, подведомственного ФАНО России, и Томского государственного университета разработают метод диагностики для прогнозирования развития сердечной недостаточности у пациентов, переживших инфаркт миокарда.

Медицина научилась помогать людям с инфарктом миокарда, выживаемость таких пациентов увеличивается, но при этом выросло число пациентов с постинфарктной сердечной недостаточностью, эффективного способа прогнозирования которой пока не существует.

Томские ученые предлагают использовать для прогнозирования постинфарктной сердечной недостаточности маркеры сердечных клеток – макрофагов. Исследователи уже получили первые данные, свидетельствующие об их возможной роли в патогенезе развития сердечной недостаточности у пациентов с инфарктом миокарда.

«Если мы определим маркеры сердечных макрофагов и их сочетания, которые могли бы указать на прогноз по развитию сердечной недостаточности, можно будет спланировать дальнейшее наблюдение пациентов и при необходимости вовремя скорректировать лечение. Помимо этого, нас интересует возможность использования сердечных макрофагов в качестве клеток для таргетной терапии», - поясняет врач-кардиолог НИИ кардиологии и младший научный сотрудник Томского государственного университета Александра Гомбожапова.

Отмечено, что в ближайшее время ученые планируют завершить исследовательский этап проекта и выявить, какие маркеры сердечных макрофагов и какие фенотипы этих клеток могут помочь в прогнозировании течения постинфарктной сердечной недостаточности.

«Сейчас мы исследуем образцы ткани сердца пациентов, которые погибли в результате инфаркта. Отобраны случаи, когда инфаркт произошел вследствие самых частых причин - атеросклероза и тромбоза. Мы изучаем анамнез, лабораторные и инструментальные данные, затем проводим иммуногистохимический и иммунофлюоресцентый анализ образцов и последующий подсчет клеток двумя независимыми исследователями, чтобы минимизировать ошибки. Главное, что мы получили на начальном этапе: исследуемые нами маркеры в сердечных макрофагах есть, и при помощи них можно отслеживать клеточную динамику в процессе развития заболевания. Далее мы планируем найти корреляции между клеточным составом и развитием сердечной недостаточности, выявить наиболее неблагоприятные сочетания биомаркеров макрофагов», - рассказала Александра Гомбожапова.

Россия. СФО > Образование, наука. Медицина > fano.gov.ru, 22 августа 2017 > № 2291544


Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 22 августа 2017 > № 2291543

Научно-исследовательское судно «Академик Мстислав Келдыш» отправилось в свой 69-й рейс

Данная экспедиция организована Институтом океанологии им. П.П. Ширшова РАН при поддержке ФАНО России и Российского научного фонда. Это уже восьмая по счету научная экспедиция, которую выполняет Институт океанологии в последние годы в рамках большой программы «Экосистемы Российской Арктики».

В течение 44 дней ученые планируют исследовать изменчивость экосистем, биологическую продуктивность и разнообразие арктических морей, а также провести мониторинг уникальных биологических сообществ региона.

В состав экспедиции вошли 80 научных сотрудников из 6 академических институтов (Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН, Института геохимии и аналитической химии им. В.И. Вернадского РАН, Института геологии рудных месторождений, петрографии, минералогии и геохимии РАН, Института биологии внутренних вод им. И.Д. Папанина РАН, Института морских биологических исследований им. А.О. Ковалевского РАН, Института общей генетики им. Н.И. Вавилова РАН), вузов и других научных организаций. Стоит отметить, что более 35% научного состава - исследователи моложе 35 лет.

Напомним, что не так давно, 16 августа 2016 года, НИС «Академик Мстислав Келдыш» вернулся в порт прописки Архангельск, успешно завершив 68-ю научную экспедицию, которая была направлена на выполнение гидрофизических, седименто-биогеохимических и гидрооптических исследований в Северной Атлантике, в Норвежско-Гренландском море и Баренцевом море в соответствии с Планом морских экспедиций на научно-исследовательских судах, утвержденном Советом по гидросфере Земли ФАНО России.

Проведенные исследования позволяют расширить вклад России в изучение ключевых процессов, происходящих в зоне контакта Северной Атлантики и Арктики.

Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 22 августа 2017 > № 2291543


Россия. Куба > Образование, наука > fano.gov.ru, 21 августа 2017 > № 2291545

Алексей Медведев провел встречу с заместителем министра науки, технологий и окружающей среды Кубы

Первый заместитель руководителя ФАНО России Алексей Медведев провел встречу с кубинской делегацией во главе с заместителем министра науки, технологий и окружающей среды Республики Куба Данило Алонсо Медеросом.

В ходе встречи стороны обсудили позиции по вопросам укрепления научно-исследовательского сотрудничества.

В настоящий момент уже сформированы 70 совместных научных проектов, которые поддержаны правительствами обеих стран. Приоритетными направлениями здесь являются сферы, где Россия занимает лидирующие позиции. В частности, это космические исследования, медицина, материаловедение, ядерная физика, сельское хозяйство.

Алексей Медведев подчеркнул: «Принципиально важна заинтересованность самих научных коллективов в реализации совместных проектов, а как их организовать мы сможем придумать вместе с Вами».

Данило Алонсо Медерос со своей стороны отметил, что необходимо постепенное наращивание сотрудничества, а успешный опыт реализации совместных проектов должен переноситься на будущие инициативы. Для этого совместными усилиями создана «дорожная карта» по сотрудничеству.

В рамках своего визита в Россию кубинские коллеги также посетили ряд организаций, подведомственных ФАНО России: Институт астрономии Российской академии наук, Федеральный научный агроинженерный центр ВИМ, Федеральный исследовательский центр Институт прикладной математики им. М.В. Келдыша Российской академии наук, Палеонтологический институт им. А.А. Борисяка Российской академии наук. Гости познакомились с деятельностью научно-исследовательских организаций, их коллективами и разработками.

Кроме того, делегация приняла участие в семинаре, посвященном развитию российско-кубинского сотрудничества в области науки и техники, который посетили ученые из 35 научных организаций.

22 августа 2017 г. кубинская делегация примет участие во II-м заседании Российско-Кубинской Рабочей группы по сотрудничеству в области науки, технологий и окружающей среды Межправительственной Российско-Кубинской комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству.

Россия. Куба > Образование, наука > fano.gov.ru, 21 августа 2017 > № 2291545


Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 21 августа 2017 > № 2291542

Никитский ботанический сад и Тимирязевская академия подписали договор о научном сотрудничестве

Директор Никитского ботанического сада – Национального научного центра РАН, подведомственного ФАНО России Юрий Плугатарь и и.о. ректора Российского государственного университета - МСХА имени К.А. Тимирязева» Галина Золина подписали договор о научном сотрудничестве в области исследований эфиромасличных растений.

Договор направлен на реализацию фундаментальных поисковых и прикладных научных исследований, внедрение достижений науки и передового опыта, направленных на получение новых знаний в области сельскохозяйственных и биологических наук.

Взаимное сотрудничество нацелено на выполнение планов научно-исследовательских работ Университета и Никитского ботанического сада и будет осуществляться на основе подготовительных рабочих планов. В частности, проведение совместных полевых и лабораторных исследований и испытаний, двусторонних семинаров, симпозиумов, конференций по темам, представляющим взаимный научный интерес, совместное участие в грандах, конкурсах, целевых программах и многое другое.

Перед подписанием договора делегация Университета также ознакомилась с уникальными коллекциями декоративных древесных и травянистых растений, а также с сортовыми и формовыми коллекциями ботанических видов эфиромасличных, лекарственных, пряно-ароматических растений Никитского сада.

Россия. ЮФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 21 августа 2017 > № 2291542


Польша. СФО > Образование, наука. Экология > fano.gov.ru, 18 августа 2017 > № 2291540

Сибирские ученые совместно с коллегами из Варшавы создадут модели для изучения климата Васюганских болот

Ученые Сибирского научно-исследовательского института сельского хозяйства и торфа – филиала Сибирского федерального научного центра агробиотехнологий РАН, подведомственного ФАНО России, совместно с коллегами из Варшавского университета естественных наук создадут модели для изучения изменений климата на Васюганских болотах.

В настоящее время ученые из двух стран уже провели первую экспедицию, собрав необходимые данные для работы по данному направлению, а также выполнили измерения для создания моделей.

«В последние годы на территории Сибири увеличилось число кризисных природных явлений, представляющих угрозу для окружающей среды: это наводнения, засухи, ливневые дожди, приводящие к подтоплениям населенных пунктов. Однако для того чтобы судить об их характере и строить какие-либо возможные прогнозы, требуются модели, которые позволяют изучать различные климатические сценарии», - отметила Юлия Харанжевская, старший научный сотрудник Сибирского научно-исследовательского института сельского хозяйства и торфа.

Важно отметить, что ученые выиграли грант авторитетной международной природоохранной организации «Союз охраны природы и биоразнообразия» (NABU, Германия).

«Два научных коллектива объединила общая научная тема, потому что проблема изучения болот в нашей стране стоит очень остро – они занимают более десяти процентов площади Польши», – отметил ассистент-профессор Метеуш Григорук.

«Все они находятся близко от сельскохозяйственных угодий, поэтому у нас невозможно вести исследования в диком уголке природы, нетронутом человеком. Для нас посещение Васюганских болот стало очень значимым событием, ведь мы впервые соприкоснулись с таким огромным природным памятником, сохранившимся в свое первозданности. С Васюганских болот берут начало многие реки вашего региона, а значит, от них зависит жизнь целого ряда экосистем вместе со всеми их обитателями – животными, птицами, насекомыми», - пояснила ассистент-профессор Дорота Мивослав-Святек.

Польша. СФО > Образование, наука. Экология > fano.gov.ru, 18 августа 2017 > № 2291540


Монголия. Россия > Образование, наука > montsame.gov.mn, 17 августа 2017 > № 2303720

450 МОНГОЛЬСКИХ СТУДЕНТОВ ПОЕДУТ УЧИТЬСЯ В РОССИЙСКИХ ВУЗАХ В НОВОМ УЧЕБНОМ ГОДУ

Министр образования, культуры, науки и спорта Г.Чулуунбаатар 15 августа принял Чрезвычайного и Полномочного посла РФ в Монголии И.К.Азизова.

Господин посол Азизов отметив, что сфера образования является одной из самых основных направлений двустороннего сотрудничества, что в новом 2017/2018 учебном году 450 монгольских ребят будут учиться в российских вузах за счёт стипендий правительства РФ и в дальнейшем это число будет увеличено до 500 квот.

В свою очередь, министр Чулуунбаатар отметил, что отношения между Монголией и Россией развиваются на протяжении почти века и Монголия намерена расширять традиционное сотрудничество с РФ во всех отраслях, в том числе в области образования, науки, культуры и спорта. он также сказал, что программа о сотрудничестве в области образования и науки между Министерством образования, культуры и науки Монголии и Министерством культуры России истекает в этом году, поэтому Монголия желает продлить эту программу после обновления соответствующих документов.

Весной 2018 года более 10 монгольских артистов балета завершат учебу в школе хореографического искусства Пермского государственного института культуры и будут работать в Государственном академическом театре оперы и балета, что будет способствовать дальнешему развитию классического искусства в Монголии.

В научной сфере Монголия планирует осуществлять совместные исследовательские проекты и программы в рамках соглашения о сотрудничестве с Российским фондом фундаментальных исследований (РФФИ). В целях поддержки исследовательских работ будут реализованы пять крупнейших целевых проектов с финансированием до 1 млн.рублей.

Помимо этого, монгольский министр выдвинул инициативу пригласить российских тренеров для подготовки национальных сборных команд Монголии и проведения совместных спортивных тренировок с российскими спортсменами. Он попросил посла России поддержать вопрос о подготовке монгольских тренеров и экспертов в Олимпийской академии в Сочи.

Н.Халиунаа

Монголия. Россия > Образование, наука > montsame.gov.mn, 17 августа 2017 > № 2303720


Куба. США > Образование, наука > prensalatina.ru, 17 августа 2017 > № 2302001

Кубинская академия наук (ACC) представила членство Нобелевской премии по химии в 2003 году, американскому биологу и профессору университета Питеру Кортленду Агре.

На церемонии лауреат сказал, что жест наполняет его гордостью, и он очень рад, что он каким-то образом поспособствовал объединению Кубы и США.

В эксклюзивном заявлении агентству Пренса Латина он подчеркнул, что науки острова и США имеют ту же цель.

Политические барьеры между двумя странами будут распущены, поскольку художники, спортсмены и ученые продолжают содействовать сближению.Добавлением Агре увеличивают до 29 соответствующие ученые из 19 стран, которые включены в ACC.

В список иностранных членов ACC также входят профессор физиологии, биофизики и психиатрии в Университете штата Иллинойс (Чикаго) Марк Расеник и епископский министр иностранных дел Папской академии наук Ватикана, монсеньер Марсело Санчес Сорондо.

Агре, который родился в 1949 году, получил Нобелевскую премию за вклад в открытие аквапорина, интегрального водопроницаемого белка, который является частью пор клеточной мембраны.

В настоящее время он возглавляет Исследовательский институт малярии Школы Блумберга общественного здравоохранения в Университете Джона Хопкинса в штате Мэриленд, США

Куба. США > Образование, наука > prensalatina.ru, 17 августа 2017 > № 2302001


Россия. СФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 17 августа 2017 > № 2291538

Томские ученые выводят картофель, устойчивый к суровому климату

Ученые Сибирского научно-исследовательского института сельского хозяйства и торфа – филиала Сибирского федерального научного центра агробиотехнологий РАН, подведомственного ФАНО России, создают новые виды картофеля, устойчивого к суровому климату.

Работа ведется в рамках Федеральной научно-технической программы развития сельского хозяйства на 2017–2025 годы. За год томские ученые расширили банк оздоровленных сортов картофеля до 17 наименований, впервые высадили в открытый грунт клубни, полученные с помощью аэрогидропонной установки.

Одним из главных результатов работы должно стать создание двух новых сортов картофеля, которые будут выращивать на полях Томской области и других российских регионов. Промышленными партнерами проекта выступают томские сельхозпредприятия.

«C учетом технологических интересов этих предприятий мы подготовили комплексный научно-технический план. Работать будем по нескольким направлениям: развитие технологии семеноводства оздоровленного картофеля, биологических средств защиты растений, а также селекция сортов с заданными свойствами. Все научные результаты будут сразу же апробироваться на полях», - рассказала заместитель директора СибНИИСХиТ Маргарита Романова.

Россия. СФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 17 августа 2017 > № 2291538


Китай. ДФО > Агропром. Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > fruitnews.ru, 17 августа 2017 > № 2276498

Российские и китайские ученые начнут выращивание клюквы и черного гриба в Хабаровске

Ученые академии наук из китайской провинции Хэйлунцзян и Тихоокеанского государственного университета намерены заняться выращиванием клюквы и древесного черного гриба в искусственных условиях, сообщили в мэрии Хабаровска. В ближайшее время ученые хэйлунцзянской академии наук и ТОГУ приступят к изучению дикорастущей клюквы на территории России, и этой же ягоды, привезенной из-за рубежа.

Четырехстороннее соглашение о сотрудничестве между Тихоокеанским государственным университетом, Дальневосточным научно-исследовательским институтом сельского хозяйства, академией наук провинции Хэйлунцзян и Главной объединенной компанией по развитию экономического и технического сотрудничества провинции Хэйлунцзян подписали представители России и Китая в Фуюане. Документ предусматривает международное сотрудничество по различным направлениям.

«Между Хабаровском и Фуюанем налажено сотрудничество в области спорта, культуры, образования, экологии, беспошлинной торговли. Сегодня сделан ещё один важный шаг в сфере взаимодействия, а значит, и сближения двух городов, двух стран», — отметил секретарь комитета КПК города Фуюань Чжоу Хун.

Все данные о производстве биологических удобрений, сборе дикоросов и другую необходимую информацию планируют хранить в базе данных Big Data. Это станет еще одним совместным проектом российско-китайской рабочей группы.

Китай. ДФО > Агропром. Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > fruitnews.ru, 17 августа 2017 > № 2276498


Узбекистан > Образование, наука > podrobno.uz, 15 августа 2017 > № 2329716

Президент Узбекистана создал новый институт

Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев подписал постановление о создании Института изучения проблем молодежи и подготовки перспективных кадров при Академии государственного управления.

Институт будет государственным учреждением, деятельность которого направлена на изучение проблем молодежи, проведение научно-исследовательских и аналитических изысканий в данном направлении, а также переподготовку и повышение квалификации перспективных молодых кадров.

Переподготовка перспективных молодых кадров органов государственной власти, государственного и хозяйственного управления, общественных организаций будет осуществляться в Институте по программам продолжительностью до четырех месяцев с отрывом от производства и выдачей диплома.

Также здесь будут организованы учебные курсы по повышению квалификации перспективных молодых кадров по краткосрочным программам продолжительностью до одного месяца с отрывом и без отрыва от производства с выдачей сертификата установленного образца.

Отбор слушателей для прохождения учебных курсов в Институте осуществляется Союзом молодежи Узбекистана из числа лиц, рекомендованных, органами государственной власти, государственного и хозяйственного управления, а также общественными организациями, в возрасте до 30 лет включительно, имеющих базовое высшее образование и не менее двух лет трудового стажа путем проведения собеседования и тестирования.

За слушателями Института, обучающимися с отрывом от производства, на весь период обучения сохраняется занимаемая должность по основному месту работы и среднемесячная заработная плата.

Узбекистан > Образование, наука > podrobno.uz, 15 августа 2017 > № 2329716


Россия. СФО > Образование, наука. Экология > fano.gov.ru, 15 августа 2017 > № 2291527

Российские ученые выяснили, что промышленные рубки лесов меняют гидрологический режим сибирских рек

Ученые Института леса им. В.Н. Сукачева Федерального исследовательского центра «Красноярский научный центр СО РАН» (ФИЦ КНЦ СО РАН) исследовали влияние вырубок и последующего изменения растительного покрова на речной сток в разных климатических условиях Средней Сибири.

Исследователи пришли к выводу, что промышленные рубки являются основным антропогенным фактором, влияющим на водный режим. В зависимости от количества выпадающих осадков восстановление естественного водного режима после вырубки леса занимает от 20 до 50 лет. Результаты работы опубликованы в журнале Environments.

Лес играет важную роль в поддержании круговорота воды. Два ключевых процесса, которые зависят от типа растительности – это количество испаряемой влаги и сток. При этом, среди ученых и экспертов нет единого мнения о влиянии леса на гидрологический режим. Леса Средней Сибири из-за сплошных рубок представляют собой мозаику коренных древостоев и молодняков. В результате вырубок в бассейнах многих сибирских рек уменьшилась площадь хвойных лесов и увеличилась доля лиственных. Это значит, что для таежных зон Сибири оценка последствий лесозаготовок для речного стока крайне актуальна.

Ученые исследовали изменение водности рек в различных экорегионах Средней Сибири – сосновых насаждениях Северного Приангарья в районе с резко континентальным климатом и в темнохвойных лесах Западного Саяна с более мягкими зимами. Оказалось, что крупномасштабные рубки приводят либо к сокращению, либо к увеличению речного стока в зависимости от климатических условий.

Исследования взаимосвязи стока с климатическими параметрами и типом растительности проводились на нескольких экспериментальных водосборах. В Западном Саяне в первые два года после рубки сток резко увеличивается, а затем постепенно уменьшается. Своих первоначальных показателей он достигает только через 40 лет. Что касается Северного Приангарья, то там после концентрированных рубок низкие значения стока наблюдаются в течение 20 лет, после чего по мере лесовосстановления сток увеличивается. Эти различия можно объяснить особенностями влагооборота в лесу и на вырубках в зимний период.

«Зимой кроны деревьев задерживают до тридцати процентов снега. В условиях мягких зим снег испаряется обратно в атмосферу. В районах с резко континентальным климатом в морозную погоду под действием ветра сухой снег быстро осыпается с крон, что приводит к пополнению снегозапасов под пологом леса и снижению испарения с крон деревьев. На безлесных участках снег сразу попадает на землю, но в условиях Северного Приангарья с суровыми зимами он интенсивно испаряется из-за сильных ветров. На вырубках Западного Саяна снег за зиму накапливается из-за отсутствия метелей. Таким образом, в теплом климате зимний лес по сравнению с безлесными угодьями, работает как лучший испаритель. В холодном климате, где, как правило, растут редкие древостои, лес наоборот «работает» как накопитель снеговой влаги», - объяснила старший научный сотрудник Института леса им. В.Н. Сукачева КНЦ СО РАН, кандидат сельскохозяйственных наук Тамара Буренина.

Исследование выполнено при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. В дальнейшем ученые планируют оценить влияние глобального изменения климата на гидрологическую роль бореальных лесов. «Мы развиваем концепцию ландшафтного детерминизма, который обуславливает различный гидрологический эффект лесных экосистем в зависимости от географических условий, – поясняет суть исследований директор Института леса им. В.Н. Сукачева КНЦ СО РАН, доктор биологических наук Александр Онучин. «По мере изменения соотношения тепла и влаги будет меняться гидрологическая роль леса. Помимо этого, изучаем особенности гидрологического цикла в речных бассейнах, расположенных в различных ландшафтных зонах от лесотундры до лесостепи с учетом антропогенного воздействия. Это позволит выявить зависимость стока от лесистости и определить оптимальное соотношение лесных и безлесных территорий для водности рек в разных природных зонах», - заключил он.

Россия. СФО > Образование, наука. Экология > fano.gov.ru, 15 августа 2017 > № 2291527


Китай > Образование, наука > regnum.ru, 15 августа 2017 > № 2275639

Китайские исследователи приступили к изучению подводной горы Каролина

Вершина горы находится на глубине около 28 метров

Экипаж китайского исследовательского судна «Кэсюэ» приступил к обследованию ранее неизученной подводной горы Каролина, расположенной в западной части Тихого океана неподалеку от Марианской впадины.

Накануне китайский глубоководный аппарат «Фасянь» успешно совершил погружение, в ходе которого на борт «Кэсюэ» были доставлены геологические образцы, а также была проведена видеосъемка подводной горы, пишет «Синьхуа».

Исследователи из Академии наук КНР уточнили, что вершина горы находится на глубине около 28 метров. Сама гора находится в одноименном желобе шириной 9,3 км и длинной 28 км. Ранее члены экспедиции изучали другую подводную гору, расположенную в 180 км от горы Каролина.

«Несмотря на столь малое расстояние между горами, организмы, населяющие горы значительно отличаются друг от друга. Наша экспедиция у горы Каролина продлится еще около недели, после чего мы намерены изучить еще несколько подводных гор», — отметил глава экспедиции Цзя Чжуи.

Как сообщало ИА REGNUM ранее, в Китае завершилась очередная океаническая экспедиция. 23 марта исследовательское судно «Таньсо-1» с несколькими глубоководными аппаратами на борту успешно вернулось в порт Санья в провинции Хайнань.

Китай > Образование, наука > regnum.ru, 15 августа 2017 > № 2275639


Монголия. Россия. Китай > Образование, наука > montsame.gov.mn, 14 августа 2017 > № 2303721

УЧЕНЫЕ МОНГОЛИИ, РОССИИ И КИТАЯ ОБСУЖДАЮТ ВОПРОСЫ СТАБИЛЬНОГО РАЗВИТИЯ

13-ая по счету международная научная конференция на тему «Стабильное развитие соседних стран: культура, общество, образование» началась сегодня в зале заседаний президиума Академии наук Монголии. Учёные Монголии, России и Китая обсуждают сегодняшнюю ситуацию, тенденции устойчивого развития социальной сферы, отрасли культуры и образования на примере трех соседних стран, факторы, влияющие на развитие соответствующих отраслей.

Министр образования, культуры, науки и спорта, академик Г.Чулуунбаатар выступил с речью на открытии конференции. В ходе конференции ученые обсудят результаты своих научных исследований, обменяются новостями, информацией и заслушают мнения своих коллег о решении существующих проблем.

Особенностью нынешней конференции является самое многочисленное участие иностранных учёных-исследователей, в том числе российских ученых из Института монголоведения, буддологии, тибетологии Сибирского отделения РАН, бурятского Университета, ученых из Китайского Нефтяного Университета, а также отечественных ученых из Института философии Академии наук Монголии, и других научно-исследовательских институтов, организаций, университетов и колледжей.

Б.Ариунбаяр

Монголия. Россия. Китай > Образование, наука > montsame.gov.mn, 14 августа 2017 > № 2303721


Россия > Образование, наука > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291699

Смотря как смотреть. Чем хорош и чем плох новый закон о науке

Стартовало общественное обсуждение проекта Федерального закона “О научной, научно-технической и инновационной деятельности в РФ”, опубликованного на портале http://regulation.gov.ru. Он должен заменить действующий базовый закон “О науке и государственной научно-технической политике”, принятый более 20 лет назад. Прием замечаний и предложений продлится до 28 сентября.

Руководство Министерства образования и науки, которое является разработчиком закона, не раз заявляло, что основными особенностями нового документа станут его системность (под регулирование подпадут все виды деятельности в сфере науки и инноваций), гибкость (минимизация директивного управления научно-технологической сферой, обеспечение возможностей для саморегулирования), максимальная открытость, распределение финансирования на конкурентной основе с упором на приоритеты научно-технологического развития.

Документ, подготовка которого началась в 2014 году, на разных стадиях его разработки обсуждался с заинтересованными структурами. Среди участников процесса были Совет по науке при Минобрнауки и Профсоюз работников РАН. По просьбе “Поиска” оценку выставленной на обсуждение редакции закона дали председатель Совета по науке, проректор МГУ, кандидат в президенты РАН академик Алексей Хохлов и заместитель председателя Профсоюза работников РАН, профессор РАН Галина Чучева.

Алексей Хохлов сообщил, что оценивает проект в целом положительно.

- Старый закон “О науке и государственной научно-технической политике” устарел и нуждается в обновлении, - отметил он. - Новый документ - рамочный, в нем закрепляются уже действующие в научной сфере нормы.

По словам А.Хохлова, разработчики учли многие замечания Совета по науке. В частности, что научная деятельность является творческой и ученых необходимо оценивать по результатам, а не по количеству затраченного на работу времени.

- В итоге был расширен пункт о принципах государственного регулирования научной, научно-технической и инновационной деятельности, - сообщил А.Хохлов. - Первым принципом в проекте закона значится свобода научного и технического творчества, включая возможность выбора тем и методов исследований, право на риск недостижения предполагаемых результатов и несоблюдения сроков реализации проектов. В законопроекте говорится о том, что ученый имеет право избирать формы, направления и средства научной и научно-технической деятельности в соответствии со своими интересами, творческими возможностями, нравственными и этическими нормами, требованиями профессиональной этики. Появилось новое положение, предусматривающее возможность для ученых дистанционной работы, разумеется, в рамках требований трудового законодательства.

Другая важная, с точки зрения Совета по науке, позиция состоит в том, что наряду с приоритетами и большими вызовами в обществе существует запрос на генерацию знаний об окружающем мире. Поэтому в законе должны быть прописаны механизмы финансирования не только общественного заказа, но и инициативных проектов, которые предлагаются научным сообществом исходя из логики развития науки.

- В законопроекте устанавливается, что комплексная программа фундаментальных научных исследований формируется на основании предложений Российской академии наук, которая определяет приоритетные проблемы, возникающие в ходе передового научного поиска, - отметил А.Хохлов. - Это является гарантией того, что инициативные проекты останутся важной составляющей фундаментальной науки.

Алексей Ремович подчеркнул, что в новой редакции закона учтены и другие позиции, на которых Совет акцентировал внимание.

- Меня очень порадовало, что появился раздел про аспирантуру, - заявил он. - До сих пор она рассматривалась исключительно как образовательная деятельность, и факт ее окончания не предполагал обязательную подготовку диссертационной работы. Теперь же в статье 35 написано, что результатом подготовки в аспирантуре является публичная защита диссертации и присвоение ученой степени кандидата наук. Говорится также, что аспирант должен участвовать в научных проектах. Еще один принципиальный момент: аспирантура может быть создана в научных или образовательных структурах, являющихся лидерами по результатам оценки их деятельности, и прием в нее осуществляется только по тем областям наук, в которых НИИ и вузы являются лидерами. Есть и положение о том, что организациям дается возможность самостоятельно определять, на чем делать акцент при подготовке аспирантов.

Алексей Хохлов отметил ряд положений законопроекта, против которых Совет по науке будет возражать.

- К сожалению, мало изменился раздел, связанный с присуждением ученых степеней, по которому у нас было много замечаний, - сообщил он. - В частности, мы писали, что вопрос о лишении степени не может рассматриваться тем советом, который ее присудил. Увы, прежний подход сохранен. Процедуры присвоения и лишения степени вообще прописаны слишком подробно для рамочного закона.

Очень странным мне кажется появившийся в новой редакции пункт статьи 46, в котором идет речь о присвоении статуса “академическая научная организация”. Сам факт внесения в закон означает, что это какой-то новый статус, и значит, существующие отношения должны быть пересмотрены. В связи с этим институтам, видимо, придется вносить изменения в названия и, соответственно, переделывать многие документы.

Не представляются убедительными и критерии присвоения академического статуса. Их предложено два: ученым советом должен руководить академик, а объем фундаментальных исследований составлять не менее половины общего объема научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. Но разве академик во главе ученого совета - гарантия высокого уровня исследований? Второе требование отсекает много сильных институтов, которые научились зарабатывать на выпуске высокотехнологичной продукции.

Есть существенные замечания и по разделу “Научные издания”. Разработчики явно смешали понятия “издатель” и “учредитель” и наделили издателей, которые отвечают лишь за материально-техническое обеспечение производства журналов, широчайшими полномочиями. Это надо исправлять.

В целом текст законопроекта изменился к лучшему, заявил председатель Совета по науке. Он выразил надежду, что в процессе общественного обсуждения закон станет еще содержательнее, благо времени на внесение предложений выделено вполне достаточно и все заинтересованные стороны могут успеть высказаться.

Профсоюз работников РАН смотрит на законопроект иначе. Галина Чучева рассказала, что представители профсоюза направляли в Минобр-науки много замечаний и предложений по всем разделам документа, уделяя особое внимание социально-трудовым вопросам.

- Мы предложили меры по совершенствованию самоуправления научных организаций, конкретизации социальных гарантий и мер социальной поддержки работников, - сообщила она. - Профсоюз выступил с идеей изменить понятие госзадания с учетом множественности источников государственного финансирования, упростить правила закупок для научных организаций. Большинство наших рекомендаций было отклонено, причем без каких-либо комментариев.

Основная проблема нового закона, считают в профсоюзе, плохо прописанные по сравнению с существующим законом о науке статусы научного работника, научной организации и ее структурных подразделений.

- Права и свободы научных работников, гарантии их реализации должны быть отражены так же полно, как это сделано в законе об образовании для научно-педагогических работников, - отметила Г.Чучева. - Статьи “Правовой статус ученого” и “Государственные гарантии деятельности ученого” в законопроекте имеются, но они фактически пустые. Профсоюз уверен, что ослабление этих позиций снизит защищенность научных сотрудников.

Проявлением опасной тенденции Галина Викторовна считает отсутствие в законе перечня должностей научных работников и особенностей их трудовых функций. Теперь все это будут определять ответственные федеральные органы исполнительной власти.

- В итоге существующие сегодня научные должности (главный, ведущий, старший, младший научные сотрудники, стажер-исследователь) могут исчезнуть, что приведет к серьезному пересмотру трудовых отношений, - заявила Г.Чучева.

В профсоюзе убеждены, что в законе должны быть отражены права вспомогательного персонала институтов и инженерно-технических работников. Кроме того, необходимо прописать взаимоотношения научных коллективов с исследовательскими структурами, в которых они работают.

- В новом законе научные коллективы определяются как временные творческие объединения, создаваемые для выполнения проектов, они как бы повисают в воздухе, - отметила Г.Чучева. - Понятие структурного подразделения научной организации вообще отсутствует. Соответственно, порядок создания и ликвидации лабораторий и отделов никак не регламентирован, значит, их судьбу сможет единолично решать директор, которому ничто не помешает расправляться с неугодными. Тем более что про права и обязанности ученых советов, которые раньше могли служить барьером для самоуправства, в новом законе тоже почти ничего нет. С подачи профсоюза статья про ученые советы появилась, но там говорится, что их полномочия определяются уставом организации, а это оставляет возможности для злоупотреблений.

Профсоюз работников РАН, по словам Г.Чучевой, выступает против обязательного нормирования научного труда и настаивает на внесении в закон положений о том, что в отношении ученых может применяться только особый вид нормирования, отражающий творческий характер данного вида деятельности.

В профсоюзе обратили внимание на то, что среди особых правовых форм научных организаций отсутствуют федеральные и региональные исследовательские центры (ФИЦ и РИЦ), в которые при реструктуризации преобразуются академические институты, подведомственные ФАНО. Фигурирующие в статье 52 региональные научно-технологические центры к РИЦ по версии ФАНО отношения не имеют: они создаются на ограниченный срок для разработки и практического освоения технологий в интересах социально-экономического развития субъектов РФ. Не исключено, что после принятия нового закона всем созданным ФАНО ФИЦ и РИЦ придется перерегистрироваться.

- В целом, в Профсоюзе работников РАН недовольны новым законопроектом, считают его сырым, не отражающим права и интересы научного сообщества. В рамках общественного обсуждения, а также на всех стадиях дальнейшей корректировки документа мы будем добиваться внесения в него необходимых изменений, - подытожила Г.Чучева.

Подготовила Надежда Волчкова, Поиск

Россия > Образование, наука > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291699


Россия. США > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291694 Сергей Рогов

Академик Сергей Рогов: «Трамп — это кот, который гуляет сам по себе»

Научный руководитель Института США и Канады РАН, академик Сергей Рогов — о новой холодной войне и «игре престолов» в Вашингтоне

Институт США и Канады РАН (ИСКРАН), основанный в 1967 году академиком Георгием Арбатовым, считается одним из самых сильных научно-аналитических центров американистики в России. Академик Сергей Рогов — имеющий международное признание специалист по США, возглавлял институт на протяжении 20 лет, а с 2015 года является его научным руководителем. В интервью специальному корреспонденту «Известий» ученый рассказал о непростых российско-американских отношениях, об особых отношениях Дональда Трампа с американской глубинкой и протестантами и о том, откуда нынешняя администрация черпает аналитику.

— Антироссийские санкции — это навечно?

— В США, к сожалению, сложился двухпартийный консенсус на антироссийской основе, как это было и в годы первой холодной войны. Это всерьез и надолго. Я помню, как принимали поправку Джексона–Вэника (поправка 1974 года к Закону о торговле США, ограничивающая торговлю со странами, препятствующими эмиграции, в т. ч. и СССР. — «Известия»), тогда я был аспирантом. Потребовалось 40 лет, чтобы ее отменить. Боюсь, что эта же история может повториться.

— Еще несколько месяцев назад часть российского общества и политикума ждала от Дональда Трампа улучшения отношений и налаживания контактов…

— Я думаю, что это были иллюзии, хотя, действительно, во время избирательной кампании Трамп неоднократно выступал за нормализацию отношений с Россией. Дело в том, что фактически его позиция полностью отвергается американским истеблишментом. Я уже сказал о двухпартийном консенсусе, но надо вспомнить и о позиции СМИ: ведущих телеканалов, газет The New York Times и The Washington Post. Внутри самой администрации Трампа почти нет сторонников нормализации контактов. Это касается в первую очередь вице-президента Майка Пенса.

Целый ряд назначений на ключевые посты и в министерстве обороны, и в Госдепартаменте показывают, что там преобладают люди, занимающие крайне жесткую антироссийскую позицию.

Влияние Трампа на позицию конгресса очень невелико. Известно, что сенат недавно отказался от отмены Obamacare. Фактически зашла в тупик налоговая реформа Трампа. Голосование по новым санкциям в отношении России, хотя госсекретарь Рекс Тиллерсон убеждал сенаторов не делать этого, показало, что Трамп не контролирует ситуацию ни на политической арене, ни внутри своей собственной администрации.

Я бы так сказал: сейчас происходят события, напоминающие мне известный сериал «Игра престолов», когда все убивают всех, причем самым крутым образом. (Смеется.)

— Смотрите?

— Сериал замечательный, блестяще сделан. (Смеется.)

— Вернут ли дипсобственность России?

— То, что сделали американцы, — грубейшее нарушение международного права. Для меня здесь есть личный момент. В середине 80-х я был представителем института в советском посольстве в Вашингтоне и формально занимал должность первого секретаря. На посольской даче за мной была закреплена комната на втором этаже одного из финских домиков. Мы каждые выходные ездили туда с детьми. У меня такое ощущение, что что-то у меня отобрали. Конечно, не мою собственную дачу, но всё же.

Что касается высылки дипломатов, такого рода события происходят регулярно, просто в данном случае повод очень странный. Госдеп известил МИД России о высылке наших дипломатов в декабре прошлого года, даже не удосужившись объяснить формальные причины. Я думал, что мы в тот же день, 29 декабря, пойдем на ответный шаг. Но было решено не поддаваться на эту провокацию, чтобы отношения с новой администрацией не начинались по сценарию «ухо за ухо».

Между прочим, это сыграло роль в увольнении генерала Флинна, поскольку он пытался разрешить эту ситуацию. В результате Трамп отправил его в отставку. Это было большой ошибкой, потому что Флинн был одним из немногих в его команде, кто поддерживал нормализацию отношений с Россией. И самое важное, Трамп показал, что он поддается давлению. Это способствовало дальнейшей раскрутке антироссийской кампании и в том числе присоединению к ней многих республиканцев, которые первоначально не очень хотели поддерживать ее.

— В США скоро поедет новый российский посол Анатолий Антонов. Вы ранее писали, что отношение к Сергею Кисляку было откровенно хамским. Как встретят посла Антонова?

— Новому послу России придется нелегко. Антироссийская истерия достигла заоблачных высот, что будет отражаться и на работе нового представителя. Но Антонов очень опытный дипломат, возглавлял российскую делегацию на переговорах по новому договору СНВ (договор о сокращении стратегических наступательных вооружений). Он не профессиональный американист, но военно-политическая тематика занимает большое место в российско-американских отношениях, особенно в условиях, когда помимо санкций в конгрессе развернута кампания против договора о ракетах средней и меньшей дальности (РСМД). В частности, законопроект о военном бюджете на 2018 год включает положение, что США должны в течение 15 месяцев выйти из этого договора.

Если это действительно произойдет, возникает вопрос, что будет с договором СНВ, сможет ли он уцелеть в вакууме. Нет договора и по обычным вооруженным силам в Европе. Очень серьезные проблемы и с другими соглашениями — например, США пока не ратифицировали договор о всеобщем и полном прекращении ядерных испытаний. Может возникнуть перспектива того, что полностью рухнет весь комплекс соглашений о контроле над вооружениями, которые были заключены в конце холодной войны. Это означает, что новая холодная война будет проходить в очень опасных условиях, когда нет никаких правил соперничества. Это очень серьезный момент, ведь СССР и США заключали эти соглашения не потому, что стремились к разоружению, а потому что игра без правил была чрезвычайно опасна. Анатолий Антонов, как специалист в этих вопросах, может сыграть важную роль.

— Насколько важны личные отношения между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом?

— Судя по всему, уже на встрече в Гамбурге между двумя президентами действительно была положительная «химическая реакция», но я бы не преувеличивал значение личных отношений. Конечно, если люди откровенно не любят друг друга, это плохо. Но вспомним прекрасные личные отношения между «другом Борисом» и «другом Биллом». Они ведь не помешали США принять решение о расширении НАТО, начать войну в Косово. То же самое и с Бушем-младшим: хорошие личные отношения с Путиным — и выход из договора по ПРО, вторжение в Ирак, новая волна расширения НАТО. Личные отношения важны, но определяющую роль играет стратегический курс, которого придерживаются обе стороны. Сегодня стратегический курс США совершенно невразумителен. Трамп не выступает с антироссийскими заявлениями, но при нем продолжается антироссийская политика, более того, она ужесточается.

— Сирия… Возможно сближение позиций двух стран в этом конфликте?

— Возможно, потому что ИГ («Исламское государство», запрещена в России. — «Известия») — это действительно общий враг и для России, и для США. Со времен Гитлера у нас не было такого противника. Его наличие заставляет страны становиться союзниками. В Сирии, к сожалению, этого не произошло, поскольку у США главной целью было свержение правительства Асада. В этом случае российско-американское сотрудничество оказалось крайне ограниченным и свелось к предотвращению конфликта между нашими и американскими военными, хотя в последнее время здесь появились подвижки.

— Дональду Трампу интересен конфликт на юго-востоке Украины?

— Здесь пока существует неясность. Трамп, в отличие от Обамы, занимал не самую жесткую позицию по Украине, хотя в последние несколько недель его администрация начала выступать с резкими заявлениями. Но заметьте, их делал не сам Трамп. Госдепартамент заявил, что санкции не будут отменены, пока Крым не будет возвращен Украине, а этого не произойдет никогда, то есть санкции будут вечными. Хотя ничто не вечно в этом мире.

Назначение Курта Волкера представителем США по Украине свидетельствует, что могут быть в американской позиции новые моменты. Волкер — человек жесткий, но он реалист, прагматик. Нельзя исключать, что при нем будут происходить определенные изменения в американской позиции, потому что до сих пор Вашингтон давал Киеву карт-бланш.

— Часть демократов пытается подвести Трампа к импичменту. Были заявления в конгрессе. Импичмент возможен?

— Дело в том, что демократы до сих пор не могут прийти в себя после поражения, которое они потерпели на выборах президента США. Им казалось, что Трамп — идеальный кандидат для битья, Хиллари Клинтон станет президентом, демократы получат большинство в конгрессе. Поражение, которое они потерпели, привело Демократическую партию в истерическое состояние. Вместо того чтобы попытаться разобраться, почему демократы утратили связь с избирателями, они нашли легкое объяснение: мол, во всем виноваты русские.

В Вашингтоне в июне я слышал от довольно влиятельных демократов, что, возможно, Трамп сам уйдет. В этом случае президентом станет Майк Пенс — человек, занимающий куда более жесткую позицию к России. Никогда он публично не выступал за нормализацию отношений. Пенс как бывший конгрессмен пользуется большим влиянием на Капитолийском холме в республиканской фракции. Одним словом, импичмент возможен, но он маловероятен.

— Некоторые политики утверждают, что сейчас главным консультантом Трампа является The Heritage Foundation — фонд «Наследие»…

— Нет. Традиционные республиканские мозговые центры имеют минимальное влияние на Трампа, что сказывается на назначениях в администрации президента. Там почти никого нет ни из фонда «Наследие», ни из Американского института предпринимательства и других научно-исследовательских центров, связанных с Республиканской партией.

В основном назначенцы Трампа — это люди, которые мало участвовали в политической жизни. Это отставные генералы, бизнесмены, а те, кто занимается аналитической деятельностью, в списки не попали. Это связано с тем, что многие из них — неоконсерваторы. Неоконсерваторы в 2016 году в штыки приняли кандидатуру Трампа, подписывали письма против него. Трамп — человек, который такого не забывает.

— Откуда тогда администрация черпает кадры, аналитику, экспертизу?

— Кадровая чехарда, на мой взгляд, и объясняет, почему сейчас абсолютно неясна стратегия Трампа: такое впечатление, что ее просто нет.

— Что вы думаете о назначении Фионы Хилл в Совет национальной безопасности США? Она будет курировать российское направление.

— Фиона Хилл — человек профессиональный. В отношении России она настроена достаточно жестко, но она понимает реальность. Правда, пока не понятно, каким влиянием она пользуется. Она практически не появляется публично. Я знаю ее 25 лет, хотел с ней переговорить, когда был в Вашингтоне. Она не идет навстречу, в бункере заперлась. Может быть, это отражение слабости ее позиции.

— Многие члены условного «клана Бушей» так или иначе поддержали Трампа: речь идет о заявлениях таких влиятельных политиков, как Рамсфелд, Чейни, Райс, Гейтс. Складывается впечатление, что идет условное возвращение к политике Буша, отход от неолиберальной политики Обамы к консервативной.

— Это вполне естественно, потому что либералов в Республиканской партии практически не осталось — разница в оттенках консерватизма. Бывший президент никогда не ругает нового президента от своей партии: это считается неприличным. А Кондолиза Райс и Роберт Гейтс сыграли определенную роль в назначении Тиллерсона, которого Трамп не знал: они его рекомендовали. Но сегодня они не выступают против Трампа, но и не защищают его.

— Можно сказать, что условный «клан Бушей» так или иначе поддерживает Трампа?

— Нет. Для этого нет оснований. Трамп — это кот, который гуляет сам по себе. Он одержал победу, апеллируя напрямую к избирателям, победив, в частности, Джеба Буша. Через голову истеблишмента он напрямую обращается к глубинке, которая за него голосовала.

— Какое влияние на Трампа оказывают такие факторы, как расизм, мужской шовинизм, религиозный фундаментализм?

— Несомненно, глубинка, которая голосовала за Трампа, — это люди консервативных взглядов. Это сказывается и на плохо скрываемом расизме — отношении к чернокожим, к эмигрантам, мусульманам, к ЛГБТ-общине. Этот фактор Трамп умудрился использовать, представляя Нью-Йорк, который является рассадником мультикультурализма. Парадокс.

— Есть ли в США конфликт города и деревни? Насколько он глубок и опасен для общества?

— Конфликт между городом и деревней существовал всегда. Но раньше деревней были фермеры, а сегодня деревня — это пригородные районы и «ржавый пояс» — города, которые находятся в упадке из-за того, что промышленность старая оказалась неконкурентоспособной, предприятия закрываются. В крупных городах белые составляют меньше 50% населения. Это смесь разных этнических групп, религиозных деноминаций, молодежь. У них совершенно другие культурные стандарты. Это отражается на политических позициях. В глубинке патриархальные традиционные семейные ценности, там в основном полная семья: папа, мама и дети. Конечно, у них иные представления.

— Протестантские фундаменталисты поддерживают Трампа?

— Протестантские фундаменталисты — это меньшинство в сегодняшней Америке, 25–30% населения. Наверное, больше 80% протестантских фундаменталистов голосовали за Трампа и сейчас продолжают его поддерживать. Но «мейнстримные» протестанты, католики, евреи, мусульмане реагируют на демагогию Трампа иначе. К тому же в Америке растет процент атеистов или агностиков, особенно в крупных городах 20–25% молодежи говорит, что они атеисты или агностики. Такое невозможно было себе представить еще поколение назад.

— Выше вы употребили фразу «новая холодная война»…

— Я считаю, что последние три года между Россией и США идет новая холодная война. Многие не согласны с этим утверждением, но я полагаю, что эта метафора применима к той конфронтационной модели, которая сейчас сложилась между Москвой и Вашингтоном. В конечном счете холодная война — это образ крайне жесткого противостояния. Сегодня можно говорить о двух принципиальных различиях между старой и новой холодной войной. Нет идеологического противостояния между коммунизмом и демократией. Хотя некоторые в США до сих пор продолжают по привычке называть Россию Советским Союзом: до сих пор не проснулись и не поняли, что произошло, — идеологический конфликт исчез. И нет глобального противостояния двух систем — социалистической и капиталистической. Но есть серьезное расхождение интересов России и США в ряде регионов. В Восточной Европе, на Ближнем Востоке, в Азии и на постсоветском пространстве.

Почему я считаю, что это противостояние можно называть «новой холодной войной»? Этому есть четыре причины.

Первое. Жуткий разгул пропаганды и возрождение старых стереотипов. Здесь нужно отметить, что Америка в этом вопросе нас даже опережает. Тревожит то, что пропаганда становится заменой стратегии.

Второе. Отсутствует нормальный политический диалог. Скажем, такие инструменты, как Совет Россия–НАТО. Особенно опасно отсутствие военных контактов. Конгресс США запретил американским военным любые контакты с российскими визави.

Третье. Превращение торговли и инвестиций в оружие. США и их союзники занимаются тем, что придумывают новые и новые меры, как нанести ущерб нашей экономике. Пример — санкции.

Четвертое. Возврат гонки вооружений и кризис системы контроля над вооружениями. Например, под ударом находится договор по ракетам средней и меньшей дальности.

Больше всего меня тревожит одно обстоятельство. Во время моей недавней поездки в Вашингтон у меня были встречи с ведущими американскими экспертами и высокопоставленными бывшими военными. Впервые за 30 лет темой разговора были не новые соглашения о сокращении вооружений, а правила эскалации вооруженного конфликта, чтобы он не привел к горячей ядерной войне. Паниковать, конечно, не стоит, но нужно понимать, что может произойти опасная эскалация российско-американского противостояния.

Я думаю, что первоочередным приоритетом сторон должна стать разработка правил соперничества, как когда-то сделали СССР и США. То есть правил игры: что можно, а что нельзя делать в новой холодной войне. Это способно стабилизировать отношения, но вряд ли приведет к их нормализации в ближайшие годы.

Известия, Георгий Асатрян

Россия. США > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291694 Сергей Рогов


Россия > Образование, наука > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291692

Александр Чухлебов: Развитие науки позволило России закрепиться на лидирующих позициях

Лидер общественного движения "Возрождение" рассказал ИА IrkutskMedia о состоянии науки в стране

Развитие науки, как прикладной, так и фундаментальной, является безусловной основой закрепления страны на лидирующих мировых позициях. Традиционно эта проблема решается увеличением финансирования научных исследований и образования. Но работает ли этот подход в условиях глобального мирового кризиса, объективно вызванного переходом человечества к новому технологическому укладу? Материал о состоянии науки, подготовленный лидером общественного движения "Возрождение" Александром Чухлебовым, публикует ИА IrkutskMedia.

С тем, что российская наука находится сегодня в двусмысленном положении, трудно не согласиться. Мы по-прежнему замыкаем четверку стран-лидеров научного мира, уступая США, Китаю и Японии. Как ни странно, мы даже умудряемся наращивать свой вес в рейтинге центров научного прогресса. Но, если наша доля в период с 2002 по 2015 гг. возросла лишь на 0,4%, Китай нарастил ее вчетверо!*

Стандартный рецепт повышения эффективности исследований, ускорения научного развития прост: деньги, деньги и еще раз деньги. Именно этим рецептом и обусловлен ряд решений российского руководства, принятых в последние годы, в том числе и указ президента РФ от 7 мая 2012 года №599. Им ставилась задача увеличения затрат на научные исследования и разработки к 2015 г. до 1,77% ВВП.

К сожалению, российское правительство не смогло достичь указанной планки. Следствием этого, как считают авторы "Доклада о состоянии науки в РФ" (далее – "Доклад"), опубликованного в апреле, стало сокращение научных сотрудников, отказ от ряда научно-исследовательских проектов, моральное устаревание и физический износ оборудования.

Это очень тревожная тенденция. Очевидно, что сейчас Россия с трудом держится на лидирующих позициях, "проедая" интеллектуальный ресурс отечественной научной школы. Нам до сих пор не удалось остановить старение научных кадров: если приток молодежи увеличился с 2000 по 2015 год чуть меньше, чем на 7%, доля исследователей от 70 лет и старше за то же время выросла на 7,2%.

Россия с трудом держится на лидирующих позициях, "проедая" интеллектуальный ресурс отечественной научной школы.

Между тем роль науки, всех ее отраслей в наши дни возрастает, как никогда, что связано с отмиранием во всем мире постиндустриального технологического уклада и переходом к новой, трансиндустриальной экономике.

Это – совершенно новый мир, основанный на максимальной автоматизации производственных процессов, вынесении их "к порогу" конечного потребителя, 3D— и квантовом (в перспективе) копировании, мощных автономных источниках энергии, широком использовании искусственного интеллекта, равноправном вхождении в жизнь виртуальной и дополненной реальности.

Страна, первой осознанно вставшая на путь развития в новой парадигме, станет лидером нового мира. И Россия имеет все шансы стать такой страной.

Вероятно, люди, занятые научным трудом, действительно ощущают нехватку финансирования. Но можно ли упрекать правительство в том, что в кризисных условиях оно не в состоянии обеспечить желаемый бюджет? И более того – принесет ли такое увеличение желаемые результаты?

Есть и иные пути повышения эффективности научных исследований. Первый из них – дебюрократизация и снижение административного давления. В "Докладе" отмечается, что идея разделения полномочий между РАН и ФАНО, при котором Академия занималась бы только наукой, а Агентство – финансами и хозяйством, на деле привела к вмешательству бухгалтеров в науку. В итоге Академия отстранена от принятия решений, зато объем бумажной работы – отчетов и прочей переписки – вырос с момента учреждения ФАНО в четыре раза.

Не работает и грантовая система финансирования. Невзирая на то что она считается "прогрессивной", она в то же время весьма коррупциогенна. О последнем в "Докладе" говорится достаточно обтекаемо: "Ее результат не может не зависеть от того, кто и кому предоставляет гранты, как определяется величина средств, выделяемых по тому или иному направлению исследований". Тем не менее, факт остается фактом.

Выход очевиден: нам необходимо переводить науку на новые принципы управления. И, коль скоро именно наука способна обеспечить стране лидирующие позиции, эти принципы должны соответствовать новой реальности.

Мы полагаем, что систематизированный и эффективный переход на новые принципы управления должен быть оформлен в рамках национального проекта.

Необходимо переводить науку на новые принципы управления, соответствующие новой реальности.

Речь идет не просто о реформе, а о кардинальном изменении подхода к научной работе. Прежде всего, о применении в управлении наукой научных методов и современных технологий.

На наш взгляд, реализация национального проекта "Управление наукой" может быть разбито на четыре этапа, каждый из которых должен заканчиваться реальным и измеримым результатом.

Первый этап – оцифровка существующих результатов научной работы. При этом, необходимо параллельно осуществить два взаимосвязанных процесса: ранжирование и автоматизацию научных исследований.

Так как имеется в виду огромный массив данных, необходимо определить актуальность тех или иных научных результатов, для чего будет введено понятие жизненного цикла исследования. Данные, имеющие низшую актуальность, будут передаваться на хранение в специальные архивы.

Вторая составляющая этого процесса, автоматизация научных исследований, призвана изъять из научного процесса (как в целях хранения, так и в целях администрирования) архаичные бумажные формы.

Это позволит перевести всю научную информацию в цифровую структурированную форму. Мы получим обширную базу данных, на основе которой можно будет осуществить практически полную (99,5%) автоматизацию научной деятельности, что позволит высвободить человеческий интеллект для решения перспективных задач.

Второй этап потребует создания искусственного интеллекта (ИскИн), который играет определяющую роль в прогрессе трансиндустриального технологического уклада. Компьютерные программы широко используются в проектировании и промышленном производстве, в финансовой сфере и маркетинге. Но сегодня они являются лишь помощниками человека, тогда как в трансиндустриальном мире они заменят его во многих областях деятельности, включая управление.

Понятно, что это будут иные программы, работающие на ином, что называется, железе. Поэтому на втором этапе реализации программы "Управление наукой" предстоит осуществить переход к человеко-машинным системам, в которых ученые-транспрофессионалы будут совершенствовать ИскИны, ставить перед ними задачи и контролировать их исполнение.

Кстати, применение ИскИна в разработке научного бюджета, вне зависимости от того, будет ли это государственное или грантовое финансирование, позволит повысить его эффективность и снизить уровень коррупции.

Несмотря на то, что окончательное решение будут принимать по-прежнему люди, ранжирование научных исследований позволит оперативно получить точные и беспристрастные выводы о желаемых качественных параметрах исследования.

В последующем можно будет полностью поручить ИскИнам планирование бюджета и распределение средств. Машина в состоянии намного быстрее обсчитать бюджет проекта, определить его эффективность и актуальность. Подделать же результаты ее решения под силу только очень грамотным программистам, обладающим высоким статусом доступа, что значительно сузит возможности для фальсификаций.

На третьем этапе ИскИн заменит людей-исследователей в работе с базами данных. Это позволит резко увеличить количество российских научных публикаций – в 10-100 раз. Соответственно, повысится и рейтинг цитирования, что, по крайней мере, по формальным признакам, выведет российскую науку на первое место в мире.

Четвертый этап подразумевает совершенствование ИскИн до уровня, на котором программа сможет самостоятельно ставить сложные задачи и определять технические задания на сбор недостающих данных. Компьютер по умолчанию обладает большим объемом данных, и с большей объективностью способен определять их актуальность, чем любой отдельно взятый человек.

Таким образом, будет постоянно поддерживаться актуальность базы данных и вовремя выявляться перспективное направление исследований. Логичным продолжением этого процесса должно стать появление программного обеспечения, способного составлять технические задания на разработку научных проектов, то есть, искусственная эволюция инструментов познания.

Реализация национального проекта "Управление наукой" обеспечит не только количественный рост научных результатов. Его основная задача – качественное изменение управления российской наукой, творческое создание новых областей знания, вывод России на лидирующие научно-технологические позиции.

Задача национального проекта "Управление наукой" – качественное изменение управления российской наукой, создание новых областей знания, вывод России на лидирующие научно-технологические позиции.

Сегодня все большее значение приобретают междисциплинарные исследования, направленные на укрепление международного положения страны, обеспечение ее устойчивого развития, повышение качества жизни наших сограждан. Но объем накопленных научных знаний столь обширен, уровень сложности исследований столь высок, количество направлений так разнообразно, что цифровизация и автоматизация научной работы стала насущным требованием даже не завтрашнего, а нынешнего дня.

Значит ли это, что человек-исследователь, человек-ученый потеряет свою индивидуальность и значимость? Абсолютно нет. Пострадают бюрократы, шарлатаны от науки, видящие в научном бюджете бесконечную синекуру. Истинные, талантливые и креативные исследователи только выиграют.

Российский историк Василий Ключевский отмечал: "Науку часто смешивают со знанием. Это грубое недоразумение. Наука есть не только знание, но и сознание, то есть умение пользоваться знанием как следует". Чем больше мы знаем, тем больше потребуется людей, способных как следует пользоваться этим знанием.

Россия > Образование, наука > ras.ru, 14 августа 2017 > № 2291692


Россия. СФО > Образование, наука. СМИ, ИТ > fano.gov.ru, 14 августа 2017 > № 2291528

Ускоритель частиц сделает провода прочнее

Институт ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН разработал и поставил на опытный завод новый ускоритель серии ЭЛВ. Ускорители такого типа используются для облучения проводов с полиэтиленовой изоляцией, чтобы повысить их термоустойчивость, которая имеет принципиальное значение, например, в нефтедобывающей промышленности, судостроении, авиапромышленности. В результате появляется возможность заменить дорогие кабели из тефлона и полипропилена на более дешевые с аналогичными свойствами.

Первый ускоритель типа ЭЛВ производства ИЯФ СО РАН появился на опытном заводе Всесоюзного научно-исследовательского института кабельной промышленности (ВНИИКП) – в настоящее время ОАО «Экспокабель» - в 1973 году. Он непрерывно отработал более 40 лет - новая, более мощная установка станет заменой «ветерану».

Основные параметры ускорителя – энергия и мощность электронного пучка. Энергия влияет на глубину проникновения пучка: чем больше энергия, тем большую толщину изоляции можно обработать, а мощность – на производительность (скорость облучения кабеля), которая может достигать 400 м/мин.

Сшивка полимеров. Облучение проводов.

«Полиэтилен – очень дешевый материал, его недостаток – низкая рабочая температура (70?С), - рассказывает доктор технических наук, заведующий научно-исследовательской лабораторией ИЯФ СО РАН Николай Куксанов. – Длинные, линейные молекулы полиэтилена в ходе электронно-лучевой обработки образуют поперечные связи, в результате чего материал приобретает кристаллические свойства. Такой процесс называется сшивкой полимеров. Облученный полиэтилен, в зависимости от состава композиции, может работать при температуре 120 – 190 ?С, поэтому его используют вместо дорогого термоустойчивого тефлона или полипропилена».

Существует два основных вида сшивки: физическая и химическая. Ускоритель серии ЭЛВ разработки ИЯФ СО РАН используют для физической (электронно-лучевой) сшивки полимеров. Он состоит из источника высокого напряжения, ускорительной трубки, в которой движется пучок, и выпускного окна из фольги для вывода этого пучка в атмосферу. Уровень автоматизации ускорителя позволяет легко связать его с технологической линией, обеспечивая высокую производительность.

Термостойкие провода. Где еще применяются ускорители ЭЛВ.

Облученные кабели используются в нефтедобывающей промышленности, для электропитания нефтепогружных насосов. У обычных проводов в таких условиях изоляция растворяется, в то время как «сшитые» провода обладают необходимой масло- и бензостойкостю, а кроме того, имеют высокую рабочую температуру (120–190?С). Следующая область применения – атомная промышленность: облученные кабели можно сделать устойчивыми к воздействию радиации. Такие провода применяются также в авиа- и судостроении. В соответствии с новым регламентом самонесущие изолированные провода (провода для наружного применения) должны иметь сшитую изоляцию.

Еще одна сфера использования ускорителей ЭЛВ – очистка сточных вод. Данные ускорители успешно применялись при ликвидации экологической катастрофы в Воронеже (более 30 лет назад), когда отходы производства «Воронежсинтезкаучук» попали в городской водозабор, а также при очистке сточных вод текстильного производства в городе Тэгу в Южной Корее. Это единственные в мире примеры использования ускорителей в качестве полномасштабных установок экологического назначения.

Россия. СФО > Образование, наука. СМИ, ИТ > fano.gov.ru, 14 августа 2017 > № 2291528


Россия. Китай. Монголия > Образование, наука > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272193

Завершилась российско-китайская экспедиция по исследованию экономического коридора Китай – Монголия – Россия

В рамках Соглашения о научном сотрудничестве между Байкальским институтом природопользования СО РАН и Институтом географии и природных ресурсов Академии наук Китая была проведена совместная российско-китайская экспедиция в рамках проекта по исследованию перспектив реализации программы экономического коридора Китай – Монголия – Россия.

В экспедиции участвовали специалисты БИП СО РАН, Института географии и природных ресурсов, Северо-Восточного института географии и агроэкологии, Центра международного научного обмена Китайской Академии наук, Пекинского педагогического университета, Университета финансов и экономики Ланьчжоу, а также Института географии им. В.Б. Сочавы СО РАН.

В процессе экспедиции были обсуждены перспективные проекты совместных научных исследований по региональной экономике, основные формы научного сотрудничества (обмен статистической и научной информацией, совместные публикации в российских, китайских и международных изданиях, стажировка научной молодежи по обмену, совместные научные проекты).

Члены экспедиции приняли участие в Международном форуме «Байкал как участок Всемирного природного наследия: 20 лет спустя» и в XII Международной научной конференции «Окружающая среда и устойчивое развитие Монгольского плато и сопредельных территорий».

Также для участников экспедиции были организованы встречи с руководителями Комитета по туризму Министерства экономики Республики Бурятия, Комитета экономического развития и туризма Администрации г.Улан-Удэ и ФГБНУ Бурятский научно-исследовательский институт сельского хозяйства. В ходе встреч обсуждались проблемы развития туризма в Республики Бурятия, социально-экономического развития г.Улан-Удэ, перспективы сотрудничества с КНР, в том числе в сфере инфраструктурного обеспечения международных транспортных и туристических потоков.

Россия. Китай. Монголия > Образование, наука > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272193


Россия. ЦФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272192

Михаил Котюков посетил Федеральный научный центр животноводства - ВИЖ имени академика Л.К. Эрнста

Делегация ФАНО России во главе с руководителем Михаилом Котюковым посетила недавно созданный Федеральный научный центр животноводства – ВИЖ имени академика Л.К. Эрнста.

В ходе визита гости посетили кабинет-музей академика Л.К. Эрнста, а также ознакомились с деятельностью отдельных научно-исследовательских лабораторий Центра.

В лаборатории генетических ресурсов животных участникам продемонстрировали крупнейшую в России биоколлекцию генетического материала сельскохозяйственных животных, которая насчитывает более 150 тысяч образцов ДНК домашних животных и родственных им диких видов.

Сотрудники лаборатории рассказали, что им удалось впервые в мире прочитать ген снежного барана – дикого родственника домашних овец, который рассматривается в качестве донора ценных генотипов для создания новых пород овец. С привлечением информации о полных геномах сотрудникам лаборатории удалось восстановить демографическую историю отечественных пород крупного рогатого скота и овец, выявить породы, являющиеся носителями уникальных сочетаний генов, не встречающихся ни у одной из других пород во всем мире.

После этого гости посетили лабораторию молекулярных основ селекции, где занимаются разработкой системы маркерной селекции для сельхозживотных разных видов. Отмечено, что элементы системы внедрены сегодня практически во всех племенных предприятиях, входящих в головной центр по воспроизводству сельскохозяйственных животных, в семи из девяти селекционно-генетических центров по свиноводству, а также на ведущих племенных заводах и племенных репродукторах более чем в 50 регионах страны.

В лаборатории популяционной генетики и разведения животных делегации рассказали о результатах работы по созданию системы геномной оценки для молочного скота, которая успешно апробирована в трех регионах России. За ее внедрение в Московской области автор был удостоен премии губернатора.

Большой интерес у гостей вызвала лаборатория экспериментальной эмбриологии, одним из направления работы которой является поиск путей получения полноценных яйцеклеток, выявление факторов, способных продлить период нахождения яйцеклетки в стадии, пригодной для оплодотворения. Внедрение данных разработок в практическое животноводство позволит решить проблему наблюдаемого во всем мире драматического снижения репродуктивной функции коров.

Сотрудники лаборатории криобиологии показали гостям уникальный криобанк семени редких и исчезающих видов животных, аналогов которому нет в мире. Генеративный биоматериал криобанка используется для создания новых селекционных форм домашних овец и коз посредством привнесения в домашние породы ценных адаптационных и продуктивных качеств диких видов.

После осмотра лабораторий состоялся круглый стол, в ходе которого директор Центра, академик РАН Наталья Зиновьева рассказала о важнейших направлениях научных исследований, методах повышения эффективности научной деятельности вверенной ей организации, а также на основе проведенного анализа деятельности ВИЖ им. Л.К. Эрнста представила перспективы развития вновь созданного Федерального научного центра животноводства.

Справочно:

Федеральный научный центр животноводства – ВИЖ имени академика Л.К. Эрнста создан 30 декабря 2016 г. на базе Всероссийского научно-исследовательского института животноводства имени академика Л.К. Эрнста, к которому были присоединены Всероссийский научно-исследовательский институт генетики и разведения сельскохозяйственных животных (ВНИИГРЖ, г. Санкт-Петербург) и Всероссийский научно-исследовательский институт физиологии, биохимии и питания животных (ВНИИФБиП, г. Боровск Калужской области).

Россия. ЦФО > Образование, наука. Агропром > fano.gov.ru, 11 августа 2017 > № 2272192


Россия. ПФО > Образование, наука > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271141

Реформа Академии наук докатилась до нас: Москва сольет в один центр семь казанских НИИ

Институты формируют финансовые миллиардные «хотелки», но опыт других регионов показывает, что эффект от реорганизации может быть не тот, который ожидают

Реорганизация НИИ добралась до Казани. Вслед за 20 другими регионами России Федеральное агентство научных организаций (ФАНО) создаст на базе Казанского научного центра Российской академии наук (КНЦ РАН) федеральный исследовательский центр (ФИЦ). Туда войдут институты, входившие в КНЦ ранее, плюс татарский НИИ сельского хозяйства и татарский НИИ агрохимии и почвоведения — всего будет семь организаций. Как будет жить научная семья и чего ждут от объединения в институтах, на какую помощь рассчитывают от федерального центра и что получат в итоге — в материале «Реального времени»

Семь в одном: кто войдет в ФИЦ?

Казанские НИИ в ожидании больших перемен. До конца года их объединят в одну структуру — Федеральный исследовательский центр (ФИЦ). Процесс идет в рамках заданной Федеральным агентством научных организаций тенденции на укрупнение научных и научно-образовательных структур. На данный момент в России создало более 20 ФИЦ.

Казанский ФИЦ будет состоять из семи институтов. Некоторые ранее были формально объедены в Казанский научный центр РАН — это Институт органической и физической химии имени Арбузова, Казанский физико-технический институт имени Завойского, Казанский институт биохимии и биофизики, Институт механики и машиностроения и Исследовательский центр проблем энергетики. К ним добавят Татарский НИИ сельского хозяйства и Татарский НИИ агрохимии и почвоведения. Плюс в ФИЦ войдет поликлиника КНЦ РАН.

«Федеральный исследовательский центр «Казанский научный центр Российской академии наук» займется проведением фундаментальных, поисковых и прикладных научных исследований по приоритетным направлениям, в том числе опытно-конструкторскими разработками, внедрением достижений науки и передового опыта в области комплексных физико-технических, экономических и экологических проблем энергетики и машиностроения, физики, механики, медицинской физики, наук о материалах, наук о Земле, медицины, биологии и других областях», — прокомментировали «Реальному времени» в ФАНО России.

«Надеемся на интеграционный эффект: будет проводиться больше междисциплинарных исследований»

Все институты получили приказы о реорганизации, но ожидания от слияния у всех разные. Кто-то в будущее смотрит с опаской, кто-то с надеждой.

— Мы стараемся видеть позитивное в реорганизации, надеемся, что у нас будет доступ к оборудованию. У ИОФХ оборудование лучше, чем у нас, — прокомментировали в НИИ сельского хозяйства.

Объединение предполагает, что у институтов появится возможность осуществлять совместные проекты. Это задача указана как одна из приоритетных. «Объединение будет способствовать дальнейшему наращиванию научного потенциала институтов за счет участия в мульти-, меж- и трансдисциплинарных исследовательских программах и реализации высокотехнологичных разработок в стратегических областях, имеющих принципиальное значение для экономического развития страны и региона».

— Мы рассчитываем на улучшение работы, есть надежда, что будет увеличено и федеральное финансирование, особенно на первых этапах, потому что надо перестроить свою деятельность. А в дальнейшем надеемся на интеграционный эффект, что будет проводиться больше междисциплинарных исследований и удастся привлечь инвестиции и из реального сектора экономики, гранты и так далее. Но на первом этапе надеемся, что будет помощь ФАНО. У нас в институте есть отличный мощнейший центр коллективного пользования, но его надо перенацелить, чтобы он решал задачи, к примеру, биологии, а не только химии. Для этого надо на каждый прибор на несколько десятков миллионов рублей закупить дополнительных функций, — говорит замдиректора Института органической и физической химии имени Арбузова Андрей Карасик.

Финансирование от ФАНО на казанский ФИЦ еще неизвестно, но свои «хотелки» институты уже сформировали. Так, в ИОФХ имени Арбузова хотят попросить порядка 1 млрд рублей на несколько лет как раз на переоснащение приборов, чтобы можно было проводить совместные исследования.

«Сумма финансирования может быть существенно уменьшена»

Врио Института имени Завойского Алексей Калачев к созданию ФИЦ относится настороженно. Пообщавшись с коллегами из других регионов, которые уже пережили процесс, он считает, что объединение несет как плюсы, так и минусы: «Нельзя однозначно сказать, что будет лучше».

— Плюсы — крупные проекты, которые можно будет делать в рамках федерального центра, рассчитывать на крупное финансирование. Минусы — непонятно, как это будет устроено, какие права организации будут иметь в рамках ФИЦ, и это вызывает опасения, потому что непонятно, на что выйдем, — говорит Калачев.

Самое главное опасение Калачева — это деньги. Институт подготовил программу развития, сформировал проекты, которые возможно осуществлять с другими институтами, но отклика от ФАНО по поводу финансирования дополнительных программ не получил.

— Они говорят, что есть определенные суммы, на которые можно рассчитывать, но судя по опыту других организаций, по тому, что нам рассказывали — эта сумма может быть существенно уменьшена. Ну не ноль, наверное, но она может быть очень маленькой, — говорит Калачев.

Что касается совместных исследовательских проектов, о которых с воодушевлением говорят в других институтах, то, по словам Алексея Калачева, никто не мешал осуществлять их и раньше.

— Институтам никто не мешал их делать, но их не было. Мы сейчас планируем в рамках ФИЦа осуществлять. Но самое плохое, что их не было в реальности — крупных проектов, и как это получится… Ну, посмотрим, — рассуждает Алексей Калачев.

«Иерархия управленческая внутри центра довольно сложная получается»

Один из плюсов, который отмечает Калачев, — в рамках одной организации станет проще распоряжаться имуществом: «У нас были такие вещи, как безвозмездное пользование — разные институты занимали разные здания, площади, и это все оформлялось в рамках договоров, это приносило некоторые сложности, они, конечно, исчезнут в рамках одной организации».

Руководитель будущего казанского ФИЦ неизвестен, но раз организация создается на базе КНЦ РАН, то, предположительно, кресло останется за нынешним председателем КНЦ РАН Олегом Синяшиным. Фото Марии Зверевой

Андрей Карасик, напротив, говорит, что большая структура принесет больше сложностей: «Иерархия управленческая внутри центра довольно сложная получается. Если снаружи все просто, то внутри, представьте себе, интегрировать семь организаций, которые раньше были интегрированы в разной степени — кто-то ближе, кто-то вообще не был связан между собой. Процесс перестроения будет сложный».

Федеральный исследовательский центр объединит 1 тысячу человек, 800 из которых это ученые. Предполагается, что реорганизацию ФИЦ завершат к концу года. Несмотря на то, что будет создано одно юрлицо, институты должны войти в центр как обособленные подразделения.

Руководитель будущего казанского ФИЦ неизвестен, но раз организация создается на базе КНЦ РАН, то, предположительно, кресло останется за нынешним председателем КНЦ РАН, директором ИОФХ имени Арбузова Олегом Синяшиным. Сейчас ему поручено вести процесс объединения.

Впрочем, утвердительного ответа на этот вопрос в ФАНО не дали, сообщив только о структуре ФИЦ, которая будет состоять из руководителя, совета директоров, объединенного ученого совета. В состав совета директоров войдут руководитель ФИЦ КазНЦ РАН, директора обособленных и структурных подразделений ФИЦ КазНЦ РАН.

Источник : https://realnoevremya.ru/articles/73084--federalnyy-issledovatelskiy-centr-v-kazani-vklyuchit-7-nii

Россия. ПФО > Образование, наука > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271141


Россия. ПФО > Образование, наука > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271139

Науку сохранить нельзя разрушить. В чьих руках запятая?

Или куда заведёт российскую науку реформа по-ФАНОвски?

Согласно Стратегии развития селекции и семеноводства до 2020 г., к этой дате доля семян отечественного производства по основным агрокультурам должна составлять минимум 75%. Как же у нас дела? В 2016 г. для весеннего сева аграрии РФ закупили импортных семян на сумму свыше 30 млрд руб. Зависимость от зарубежной генетики по некоторым агрокультурам превысила 90% и в нынешнем 2017 г.

Та же ситуация и в Саратовской области, где прочно «завоевали» поля сельхозтоваропроизводителей импортные гибриды подсолнечника, кукурузы, сахарной свёклы. Почему? Ответ знают все: за границей на селекционную науку тратят миллиарды долларов, ставя во главу угла вопрос продовольственной безопасности своих стран. Российская же селекция, по мнению многих учёных, почему-то перебивается с хлеба на воду. Почему? К тому же в последнее время проблемными стали земельные вопросы, снижение финансирования исследовательских программ НИИ, массовое увольнение директоров научных учреждений. Тому примером и ФГБНУ «НИИСХ Юго-Востока».

Земля в клочья — удар по селекции

Местные аграрии, наблюдая, как вот уже несколько лет растаскивается селекционная земля НИИСХ Юго-Востока под строительство типа «Саратов Сити парк» или парк «Швамбрания», понимают, что ожидать новых районированных сортов для зоны рискованного земледелия в Заволжье придётся, наверное, долго. Без земли селекции не бывает. Коллектив НИИ под руководством бывшего уже теперь директора Александра ПРЯНИШНИКОВА и учёный совет НИИСХ Юго-Востока, конечно, сопротивлялись, когда сначала на федеральном уровне передали часть земли НИИ под ненаучные цели. Из 1300 гектаров подведомственных НИИ селекционных и производственных полей, на протяжении столетия принадлежавших институту на праве бессрочного пользования, отчуждёнными оказались «в первый заход» сначала 400 гектаров, потом ещё… Но когда на селекционные поля института стали претендовать чиновники уже родной области и своим распоряжением комитет по управлению имуществом Саратовской области от 16.11.2015 г. № Т-217-р забрал под жилищное строительство (читай, для продажи земли под строительство. — Авт.) 73 гектара земель НИИ, пошли обращения в адрес Президента России Владимира ПУТИНА, Правительства РФ, руководства ФАНО, президента РАН, генерального директора Фонда «РЖС». Спасли же в Кремле Тимирязевку от передела собственности!

В петиции учёные, сотрудники НИИ так и написали: «если учёных лишат основного инструмента — опытного поля, то такая практика неминуемо приведёт к гибели отечественной селекции и, как следствие, к полной зависимости отечественного сельхозпроизводства от импортных семян. Сокращение и утрата земельного фонда ведёт к свёртыванию исследовательской деятельности, уничтожению кадрового потенциала научного учреждения». Учёные били во все колокола, потому что упорно ходили слухи о дальнейшей «прихватизации» земли — 147 гектаров, где расположены основные селекционные участки.

Институт обратился также в Арбитражный суд Саратовской области с исковыми требованиями о возвращении земельных участков (кадастровые номера 64:48:000000:223, 64:48:030215:52) в пользование НИИ СХ Юго-Востока. Учёные НИИ СХ Юго-Востока ждали решения земельного вопроса по справедливости и во благо российской науки.

Вся общественность региона наблюдала за тем, как директору НИИ несколько раз «наверху» пробовали объяснить, мол, не лезь не в своё дело. Не послушался. На институт обрушились всевозможные проверки, на Прянишникова то и дело возбуждались, по всей видимости для устрашения, «одноразовые» уголовные дела. Словом, было «весело». Но саратовские учёные дошли до Казани, где Арбитражный суд Поволжского округа отменил решения суда первой и второй инстанций саратовских судов и отправил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области. Напомним, что общая кадастровая стоимость данных участков составляет 908 млн руб. О рыночной можно только догадываться.

Предполагаем, что инициаторам земельных батаий ничего не оставалось делать, как «убрать» Прянишникова. Так что в преддверии нового витка судебных разборок по земле Александра Прянишникова, известного селекционера, доктора сельскохозяйственных наук, члена-корреспондента Российской академии наук уволили без объяснения причин с должности директора.

В годы реформ много мутной воды

Конечно, многие понимают, что институту Юго-Востока просто не повезло. В период реформ российской науки да ещё когда в это же время титаны бизнеса бьются за право распоряжаться огромной федеральной собственностью, к институту, над которым нависла реструктуризация, а вернее, к его земле был проявлен интерес крупного строительного бизнеса. И доказывать ничего не надо, вон сколько высоток за два года понастроено. Кстати, социального жилья там нет…

И выходит, что сегодня, когда в обществе отсутствует понимание, что вообще будет с российской наукой, мало кого интересует судьба какого-то института со столетней историей.

Хотя забывать о том, что сделано за более чем вековую историю селекционерами НИИ было бы кощунственно. Создано почти 450 сортов и гибридов, среди них известные на всю страну сорта яровой и озимой пшеницы. Более 8 миллионов площадей в стране засевается именно сортами пшеницы НИИСХ Юго-Востока.

В настоящее время селекция ведётся по 15 полевым культурам, но успеют ли учёные завершить работу?

Теперь о ситуации, которая сегодня сложилась в российской науке после создания в 2013 г. Федерального агентства научных организаций (ФАНО), изначально предназначенного для управления хозяйственной деятельностью научных организаций. Помните поговорку «пусти козла в огород, он всю капусту пожрёт»? Так или не так, но уже в июле 2016 г. российские учёные коллективно выступили против ФАНО, заявив в открытом письме президенту Владимиру Путину, что ФАНО вместо хозяйственной деятельности претендует уже на руководство научными исследованиями и оценку эффективности работы научных коллективов. Неучёные «строят» учёных!

Академики писали, что за последние три года реформы фундаментальной науки России не принесли никаких положительных результатов. Наоборот, страна стоит на грани окончательной ликвидации конкурентоспособной научной отрасли — одной из традиционных опор российской государственности, поскольку научными исследованиями руководят не учёные, а финансисты и хозяйственники, которые вообще-то должны не более чем обеспечивать материальные условия для научной работы.

Но главным поводом для обращения стал процесс реструктуризации институтов РАН, который ФАНО запустило без мнения учёных и без учёта специфики исследовательской деятельности НИИ, а лишь по территориальному признаку. Ату! Всех в один центр — физиков с филологами, химиков с историками, как случилось уже в Красноярском крае, в Коми, Перми и других регионах страны. Неужели в ФАНО не понимают, что это ведёт к разрушению созданной десятилетиями системы академических НИИ!

По мнению учёных, высказывания против действий чиновников ФАНО оборачиваются неприятными последствиями, вплоть до увольнения. Как в случае с саратовским директором НИИ Александром Прянишниковым. Тот не раз обращался к руководителю ФАНО Михаилу КОТЮКОВУ по поводу земельного вопроса. Просил помочь. Ни ответа ни привета, как в той песне.

Далее. Ещё в январе 2014 г. институт Юго-Востока направил в ФАНО проект создания на собственной базе ФНЦ по засухе. В 2016 г. проект был трансформирован в более широкий формат — Федеральный научный центр по адаптивному растениеводству и устойчивому ведению сельхозпроизводства в условиях частых засух.

Срок реализации Программы пять лет (2017 — 2022 гг.). Цена вопроса — более 1,3 млрд руб. Ожидаемый результат — увеличение продуктивности сельхозкультур, возделываемых в засушливых условиях, на 20% за счёт повышения генетического потенциала и внедрения современных технологий.

В том числе, за период реализации Программы ставится задача ежегодного увеличения объёма сертифицированных семян новых засухоустойчивых сортов сельхозкультур до 1 млн тонн по РФ. (Это к вопросу об импортозамещении). Экономическая эффективность программы — доведение ежегодной реализации оригинальных и элитных семян ФНЦ до 1 млрд руб., что позволит аккумулировать на российском внутреннем рынке семян более чем на13 млрд руб. Что думаете? РАН сразу же оценила научную и практическую ценность этой программы, а вот ФАНО до сих пор не проявило интереса к программе, разработанной учёными НИИ СХ Юго-Востока, и не посодействовало решению земельного вопроса в пользу института.

Что в итоге? Член-корреспондент Российской академии наук, инициатор и один из авторов этой программы Прянишников сегодня уволен без объяснения причин. А земля застраивается коммерческим жильём. Хотя само ФАНО оценивало работу Прянишникова очень даже высоко. Его наградили премией за отличную работу по итогам 2016 г., а после увольнения на следующий день в НИИ опять пришёл приказ о премировании Прянишникова за отличную работу за первое полугодие 2017-го. Какова издёвка, а?

Автор: Тимофей Луганский, Вадим Звонов

МК в Саратове №33 (1042) 09.08.2017

Россия. ПФО > Образование, наука > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271139


Россия. ЦФО > Образование, наука. Химпром. Авиапром, автопром > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271135

ВИАМ: визит руководства Профсоюза РАН

8 августа 2017 года Всероссийский научно-исследовательский институт авиационных материалов (ВИАМ) посетили председатель Профсоюза работников Российской академии наук Виктор Петрович Калинушкин и его заместитель Евгений Евгеньевич Онищенко.

Гости ознакомились с научной деятельностью ВИАМ, последними достижениями института в области материаловедения. Также они осмотрели высокотехнологичные малотоннажные производства, выпускающие более 230 наименований продукции.

Генеральный директор ВИАМ, академик РАН Евгений Николаевич Каблов рассказал о материалах и технологиях нового поколения, разработанных специалистами института, и в частности, об успехах в области аддитивных технологий.

В свою очередь гости высоко оценили техническое оснащение института и его производственный потенциал. Они также отметили высокий уровень кооперации ВИАМ с регионами РФ, институтами РАН, государственными научными центрами, ведущими вузами страны, госкорпорациями и промышленными предприятиями.

В ходе визита обсуждались вопросы взаимодействия РАН с ФАНО России и органами государственной власти в части проведения фундаментальных и поисковых исследований, трансфера технологий, а также коммерциализации результатов интеллектуальной деятельности академических институтов.

Кроме того, был рассмотрен вопрос поиска оптимального финансирования Российской академии наук для реализации важнейших государственных программ и проектов полного инновационного цикла.

Участники встречи отдельно обсудили тему социальной защищенности ученых РАН, а также научных сотрудников институтов, подведомственных ФАНО.

Россия. ЦФО > Образование, наука. Химпром. Авиапром, автопром > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271135


Россия. Арктика > Образование, наука. Экология > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271030

Российские ученые разработали робота для отслеживания радиационной обстановки в Арктике

После доработки аппарат поступит в мелкосерийное производство

ТАСС, 8 августа. /ТАСС/. Ученые и инженеры Института океанологии им. П. П. Ширшова РАН (ИО РАН) успешно испытали на Ладожском озере нового подводного робота, который способен работать на глубине до 300 метров и будет использоваться в том числе для мониторинга радиационной обстановки в Карском море. Об этом во вторник сообщил ТАСС руководитель лаборатории подводной видеотехники ИО РАН Борис Розман.

"В Карском море затоплено множество контейнеров с радиоактивными отходами, которые несут большую экологическую угрозу. За ними нужно постоянно наблюдать. Сейчас на Ладоге завершились испытания робота нового поколения GNOM-PRO-4G, который будет оборудован специальными контрольно-измерительными приборами и позволит отслеживать ситуацию", - рассказал Розман.

По его словам, малогабаритные телеуправляемые аппараты инженеры Института океанологии разрабатывают с начала 2000-х годов. "В последней модели мы отказались от двигателей зарубежного производства в пользу двигательно-рулевой установки собственного производства. Во время испытаний аппарат погрузился на глубину 120 метров, но рассчитан он на работу на 300 метрах", - сказал собеседник агентства.

Розман отметил, что во время испытаний трансляция происходящего на глубине велась в режиме реального времени с двух камер.

"Аппарат снабжен двумя камерами, которые передают картинку на поверхность по кабелю толщиной всего 9 мм. Малогабаритный робот предназначен для поиска и осмотра подводных объектов, научно-исследовательских и экологических работ, поисково-спасательных операций и ликвидации подводных аварий. Он снабжен манипулятором, который позволяет поднимать предметы со дна", - уточнил он.

По словам собеседника агентства, в дальнейшем специалисты доработают аппарат, после чего он поступит в мелкосерийное производство и будет выпускаться наряду с уже существующими моделями.

Робот будет совершенствоваться

"Совместно с коллегами из Каспийского филиала ИО РАН мы разработали бур, который позволит брать образы грунта со дна. Мы планируем и дальше совершенствовать робота, у новых аппаратов появятся более быстрая связь, камера высокого разрешения, дополнительные сенсоры и навигационное оборудование. За год планируется выпустить несколько десятков аппаратов разного калибра", - подчеркнул Розман.

Он добавил, что новый робот, как и предыдущие модели, будет поставляться за рубеж.

Данная разработка была поддержана грантом Фонда Бортника.

Россия. Арктика > Образование, наука. Экология > ras.ru, 9 августа 2017 > № 2271030


Россия. СФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 9 августа 2017 > № 2269847

В Сибири начал работу объединённый научный центр федерального значения

Федеральный исследовательский центр «Тюменский научный центр СО РАН» завершил процесс реорганизации и приступил к работе как единая структура.

Новая структура объединила пять научных организаций:

• Тюменский научный центр Сибирского отделения Российской академии наук;

• Институт криосферы Земли Сибирского отделения Российской академии наук;

• Институт проблем освоения Севера Сибирского отделения Российской академии наук;

• Научно-исследовательский институт сельского хозяйства Северного Зауралья;

• Всероссийский научно-исследовательский институт ветеринарной энтомологии и арахнологии, и одно предприятие - племенной завод «Тополя».

Федеральный исследовательский центр «Тюменский научный центр СО РАН» займется как фундаментальными, так и прикладными исследованиями, связанными с развитием и трансформацией веществ, энергии и сложных систем криосферы Земли в современных условиях глобального изменения климата и техногенеза.

Стоит отметить, что особое место в концепции развития нового ФИЦ занимают прикладные исследования. Они направлены на разработку материалов, компонентов, средств, устройств, технологий нового поколения, адаптированных к природно-климатическим условиям северных территорий Евразии, а также внедрение технических средств и приборной базы, адаптированных к проведению полярных и субполярных научных исследований.

Данный интеграционный проект получил поддержку в Правительстве РФ и РАН.

Россия. СФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 9 августа 2017 > № 2269847


Россия > Образование, наука > ras.ru, 8 августа 2017 > № 2269425

Ваши ставки, господа.Представители РАН рассказывают, чего они ждут от выборов президента и кого поддерживают

До выборов президента Российской академии наук остается меньше двух месяцев. Indicator.Ru побеседовал с академиками, членами-корреспондентами и представителями профсоюза РАН и расспросил их об ожиданиях и прогнозах на будущие выборы.

— Ожидаете ли вы каких-либо значительных изменений в Академии после выборов президента?

Виктор Калинушкин, председатель профсоюза РАН:

Наверно, ожидаю. И надеюсь, что Академия наук будет активнее участвовать в жизни институтов.

Алексей Конторович, научный руководитель Института нефтегазовой геологии и геофизики им. А.А. Трофимука, академик:

Я надеюсь, что они будут.

Владимир Алпатов, директор Института языкознания РАН, член-корреспондент:

Думаю, что изменения могут быть только к худшему. Будем надеяться, что этого все-таки не произойдет. Я имею в виду, что Академия будет еще в большей степени лишена всякой самостоятельности в своей деятельности и ее превратят в клуб ученых или в чисто экспертную организацию, что подчинение Академии ФАНО сохранится или даже станет еще более значительным. Конечно, здесь будет очень важно то, кого выберут президентом.

Игорь Соколов, директор Института проблем информатики РАН, главный ученый секретарь Президиума РАН, академик:

Да, ожидаю. Дело в том, что Академию нужно приводить в соответствие с новыми нормативными актами, которые приняты в основном в 2013 году, и налаживать работу Академии так, как это предписано 253 законом. Так что, я думаю, новое руководство, конечно, поставит именно это главной целью и справится с решением этой задачи.

Владимир Иванов, заместитель президента РАН, член-корреспондент:

Да, конечно, потому что на встрече с академиками Владимир Путин сказал, как он дальше видит Академию, поэтому мы должны проводить дальнейшие реформы в плане превращения Академии наук в штаб науки. Безусловно. И про это пишут в своих программах все претенденты — по крайней мере, в тех, что я видел.

Владимир Иванов, директор Института общей и неорганической химии им. Н.С. Курнакова РАН, член-корреспондент:

Изменения с нами происходят с самого начала 1990-х годов. Российская наука находится в состоянии перманентного реформирования. Не было еще ни одного года, когда кто-нибудь какую-нибудь реформу не проводил. Поэтому сказать, что я большой поклонник изменений, я не могу. Тем не менее, сейчас эти изменения, конечно, неизбежны, потому что Академия находится фактически в подвешенном состоянии, и если изменения не будут произведены, то положение Академии будет явно неустойчивым. Я, честно говоря, надеюсь на то, что такие изменения произойдут в течение года. Может быть, это будет связано с принятием нового закона о науке, но, в общем-то, тянуть тут явно некуда. То, что мы находимся в этом подвешенном состоянии, препятствует долгосрочному прогнозированию, долгосрочному планированию работы научными сотрудниками, потому что не очень понятно, как можно затевать какую-то длительную или более-менее серьезную работу, если горизонт планирования неочевиден на ближайшие, скажем, пять лет.

Алексей Старобинский, главный научный сотрудник Института теоретической физики им. Л.Д. Ландау РАН, академик:

Нет, я не ожидаю каких-то существенных изменений.

Николай Кардашев, директор Астрокосмического центра ФИАН, академик:

Мы надеемся, что изменения в лучшую сторону возможны, но пока этого не видно. Сейчас идет подготовка к выборам, и только после этого станет ясно, какие изменения могут произойти. Конечно, вся Академия давно хочет, чтобы на нее обратили внимание, ей помогали, тогда и она сможет выдавать более эффективные результаты, которые всем нужны.

Вячеслав Вдовин, заместитель председателя профсоюза РАН:

Несомненно, и значительные! Они назрели, их анонсировали все кандидаты, хотя каждый по-своему.

— Какие изменения вы бы приветствовали?

Виктор Калинушкин:

Вообще более активную позицию Академии. Первое, на что мы хотели бы обратить внимание — это то, на что был нацелен наш митинг, который проходил 28 июня; на то, чтобы Академия наук четко заявила свою позицию по вопросам недостаточного финансирования российской науки. Академия должна, с моей точки зрения, активнее участвовать в жизни институтов, не ограничиваясь экспертными полуформальными функциями. Ну, а вопрос финансирования российской науки ключевой: от него зависит практически все в жизни институтов. Надеюсь, что РАН перестроится и займет активную позицию как самая авторитетная и действительно сильная в научном отношении организация в России.

Алексей Конторович:

Я думаю, что ФАНО, как организация, которая должна была навести порядок в собственности Академии, свою функцию в значительной степени выполнила, и я надеюсь, что соответствующий закон будет пересмотрен и научно-исследовательские институты будут переданы вновь в подчинение РАН. Нынешняя Академия в том виде, в котором она появилась и функционирует сейчас — это общественная организация, клуб высококвалифицированных научных работников, а не организация, которая выполняет определяющую роль в формировании научной политики государства, какой она должна быть. Это главное, я считаю.

Владимир Алпатов:

Конечно, хотелось бы, чтобы не ФАНО руководило Академией, а Академия руководила ФАНО: оно выполняло бы определенные функции, но судьбу Академии все-таки решали сами ученые, а не чиновники высокого ранга, как это происходит сейчас.

Игорь Соколов:

Во-первых, я считаю, что нужно усилить роль тематических отделений. Для этого, конечно, надо решить главный вопрос — наполнения аппарата этих отделений высококвалифицированными специалистами. И это не три-пять человек — это должен быть полноценный коллектив, несколько десятков квалифицированных специалистов, ученых, которые смогли бы решать поставленные задачи по предметной области, которую они возглавляют. Это, на мой взгляд, самая главная задача. Наполнить жизнью работу отделений. Потому что это та сила, которая и определяет лицо и значение Академии наук.

Владимир Иванов, заместитель президента РАН:

Нам надо сделать так, чтобы четко выполнялся закон о Российской академии наук. Пока он не выполняется. Прежде всего, надо, чтобы Академия, как и положено, осуществляла научно-методическое руководство институтами. Академия должна разработать новую программу, и, как вы знаете, мы уже начали эту работу, программу фундаментальных исследований. Так что работы у нас много.

Владимир Иванов, директор Института общей и неорганической химии им. Н.С. Курнакова РАН: Результатом реформы в 2013 году стало то, что институты РАН и десятки тысяч сотрудников этих институтов оказались отделены от Академии, которая создала эти институты. Это разделение на самом деле искусственно, и оно непродуктивно. Если сейчас зайти в любой бывший академический институт, вы увидите, что на самом деле как Академия там присутствовала, так она и сейчас присутствует. Сейчас роль Академии немного ослабла, однако она не может сводиться только к таким функциям, как экспертиза и консультирование. Это слишком мало для Академии. Понятно, что должны быть какие-то более крупные задачи, и управление институтами является одной из таких задач.

Алексей Старобинский:

Общие проблемы вызваны, во-первых, тем, что непосредственно от Академии зависит мало, насколько государство вообще готово финансировать фундаментальную науку. Это объясняется частично объективными условиями, частично общей ситуацией, тем, что по различным причинам в России, в отличие от многих других стран, она не очень ценится. Но, в общем, я думаю, что уже тот факт, что вместо одной кандидатуры или, как это было в советское время, когда вообще все решалось за кулисами, мы имеем сейчас семь кандидатур, неизбежно ведет к повышению уровня демократизации в Академии. И это, я считаю, благотворно. И во-вторых, по необходимости членам Академии наук придется больше считаться с мнением других научных работников, которые не являются членами самой Академии в узком смысле слова.

Николай Кардашев:

Прежде всего, конечно, нужно увеличить финансирование Академии. Это самое важное. До сих пор шло только сокращение, и четких перспектив развития Академии совершенно не обсуждалось.

Вячеслав Вдовин:

Я за восстановление эффективного и понятного взаимодействия Академии и учреждений науки, в первую очередь фундаментальной.

— Как вы считаете, есть ли кандидат, который может такие изменения провести?

Виктор Калинушкин: Мы сейчас обратились к кандидатам и задаем им прямой вопрос по части финансирования, ждем ответов. Насколько я понимаю, Сергеев занимает близкую нам позицию в части финансирования, хотя, может быть, недостаточно жесткую. В ближайшее время будут плотные контакты с Хохловым и Панченко, они сами проявили инициативу. Ну и с остальными тоже поговорим, я надеюсь, что их позиция будет близка к той, о которой я говорю. Но тут важна во многом даже не позиция президента Академии наук — он должен быть инициатором этих изменений, — а позиция всей Академии наук, общего собрания в первую очередь.

Алексей Конторович: Думаю, да. Среди тех кандидатов, которые выдвинуты, я вижу нескольких человек, которые готовы к такой работе. Назвать их я, конечно, не могу: это будет решение всего научного сообщества, мы должны очень тщательно взвесить и посоветоваться, и публиковать такого рода высказывания раньше времени может только повредить делу.

Владимир Алпатов: Пока я воздержусь отвечать на этот вопрос. Может быть, ближе к выборам это как-то прояснится.

Игорь Соколов: Среди зарегистрированных? Конечно, есть. В частности, Владислав Яковлевич Панченко, которого поддержало Отделение нанотехнологий и информационных технологий, членом которого я являюсь. Я считаю, что он вполне способен справиться с этой задачей.

Владимир Иванов, заместитель президента РАН: Я пока еще не все программы видел. Смогу ответить после того, как все претенденты представят свои программы. Но окончательно все будет понятно после их выступления на общем собрании.

Владимир Иванов, директор Института общей и неорганической химии им. Н.С. Курнакова РАН: Все кандидаты являются специалистами в области естественных и технических наук, и в этом отношении нашему институту уже в какой-то степени повезло, потому что все они хорошо представляют специфику нашей работы, работы естественно-научного института. Двое кандидатов, академики Каблов и Хохлов, являются членами нашего отделения, отделения химии и наук о материалах — они, безусловно, полностью разбираются в нашей деятельности. Ну а вообще говоря, предпочтительный для меня лично кандидат должен иметь большой опыт управления крупными институтами, крупными научными организациями, и этот момент я, понятно, буду учитывать. Еще такой момент — мы фактически выбираем главного ученого всей нашей страны. И поэтому у него должны быть значимые научные заслуги — бесспорные и общепризнанные. Это второй фактор, помимо управленческих способностей и большого управленческого опыта, который для меня имеет большое значение.

Алексей Старобинский: Среди них есть несколько предпочтительных, я бы сейчас не стал высказываться от себя лично. Я бы сказал, что наиболее сильное отделение во многих смыслах – Отделение физических наук – выдвинуло академика Сергеева, сильная группа академиков выдвинула академика Хохлова. Среди региональных отделений выбор Сибирского отделения и Дальневосточного отделения, которые выдвинули академика Красникова. Это достаточно сильные кандидатуры, и членам Академии действительно придется подумать. Это не должен быть самый известный ученый, но достаточно известный, понимающий роль и важность фундаментальных и прикладных наук и умеющий защищать интересы Академии наук в частности и науки вообще как перед властями, так и перед всем населением.

Николай Кардашев: Да, есть хорошие кандидаты, и, безусловно, некоторые из них могут быть очень хорошими президентами Академии наук. Но самое важное — это более внимательное отношение со стороны правительства к развитию науки. От этого все зависит.

Вячеслав Вдовин: Для меня лично предпочтителен, и не только в силу близкого и давнего знакомства, Александр Сергеев. Он самый авторитетный ученый (сравните хотя бы нелюбимые мной формальные показатели) из всех претендентов, но, главное, он не сторонний человек в Академии, он проработал в Академии как комбинации клуба ученых и институтов 40 лет и все в этом деле знает.

— Есть ли у вас какой-то прогноз: кто победит? Кто наиболее вероятный кандидат в президенты?

Виктор Калинушкин: Нет, еще надо понять, кого оставит правительство, правда, я думаю, правительство одобрит практически всех кандидатов. У меня никакого прогноза нет, честно могу сказать.

Владимир Алпатов: Трудно сказать, называют фамилии и Сергеева, и Хохлова, и Панченко. Отделение, в котором я состою, проголосовало за Панченко, хотя он, выступая перед учеными, не показал себя с хорошей стороны. Но тем не менее была дана команда сверху его выбирать, и большинство проголосовало. Даже не стали думать, подходит ли эта кандидатура или нет, а просто, как было сказано сверху, так и поступили. Я сейчас не хочу обсуждать конкретные кандидатуры, но есть очень большая опасность, что так произойдет и в сентябре.

Игорь Соколов: Панченко. Я считаю, что он самый вероятный претендент. Он наиболее подготовленный к этой роли, имеет не только научный опыт, но и организационный. Из тех, кто зарегистрирован, я считаю, он наиболее предпочтительный и реальный кандидат на занятие этого поста.

Владимир Иванов, заместитель президента РАН: У всех претендентов высокие шансы. Трудно выделять кого-то, когда программ нет, потому что все они достойные ученые, все они сказали свое слово в науке, но надо понимать, как они видят дальнейшее развитие Академии.

Владимир Иванов, директор Института общей и неорганической химии им. Н.С. Курнакова РАН: Начну немного издалека. Дело в том, что любые выборы в Академии всегда сопровождаются многократными и очень подробными обсуждениями кандидатур. Такие беседы каждого с каждым занимают довольно много времени, но именно в этих беседах рождается какое-то мнение. Обсуждение ведется, и очень серьезное, и оттого, что оно на публику не выносится, результаты этого обсуждения не становятся менее взвешенными и менее продуманными. Все претенденты — серьезные соперники, и за каждым из них стоит поддержка большой группы членов Академии – за каждым, без исключения. Конец августа и сентябрь будут очень непростыми, потому что начнется вот это обсуждение и согласование позиций.

Предсказать результаты таких обсуждений сейчас, за два месяца до выборов, я бы, конечно, не рискнул. Все может измениться в последнюю неделю. Я, тем не менее, точно могу сказать вам, кто проиграл. В определенной степени проиграли наши коллеги из медицинского и сельскохозяйственного отделений. Они не выдвинули своих кандидатов и тем самым они фактически лишили себя возможности публично обсудить какие-то интересующие их вопросы, вынести их на большую Академию, и меня это, конечно, несколько огорчает. От расширения перечня обсуждаемых вопросов выборы только выиграли бы, и я полагаю, что победитель учел бы все то, что возникло бы в этих дискуссиях.

Алексей Старобинский: Я вам несколько назвал. Я бы пока воздержался от того, чтобы назвать одну какую-то кандидатуру. Выборы среди образованных и достаточно понимающих людей в том и состоят, чтобы спокойно обдумать и к нужному моменту сделать выбор.

Николай Кардашев: Сейчас очень трудно сказать, еще не было общего обсуждения. Мне кажется, что и прежние президенты Академии, в частности, Владимир Фортов, могли бы сделать очень много, если бы правительство внимательнее относилось к развитию науки в нашей стране.

Вячеслав Вдовин: Конечно, Александр Сергеев, если выборы состоятся. Кстати принимаю ставки, пока лишь двое поставили против него.

Индикатор

Россия > Образование, наука > ras.ru, 8 августа 2017 > № 2269425


Россия. ЦФО > Образование, наука > fadm.gov.ru, 8 августа 2017 > № 2268841

Участники «Территории смыслов» в деловой игре будут искать «смыслы цивилизаций»

В рамках смены молодых политологов и социологов на Всероссийском молодёжном образовательном форуме «Территория смыслов на Клязьме» Российская ассоциация содействия науке (РАСН) проведёт деловую игру и организует встречу с представителями перспективных научных направлений.

8 и 9 августа 100 молодых специалистов примут участие в деловой игре «Смыслы цивилизаций».

«Как убедить людей бросить их дела и заняться именно твоим делом? Для этого надо придумать смыслы. Причем сделать это лучше, чем получается у других лидеров. Смыслы в короткой перспективе — это проекты. Чей проект интереснее, чей полезнее, чей масштабнее — к тому и присоединятся новые сподвижники. Но есть и долгосрочный уровень смыслов — идеология. К чему мы стремимся? Если на уровне идеологии вам удастся удалось сплотить людей, если вы убедительно выражаете ключевые — к вам присоединяются новые сподвижники. И тогда открывается возможность реализовать конкретный проект, даже очень большой и амбициозный», — подчёркивает один из организаторов игры Денис Андреюк, руководитель аналитической группы РАСН.

9 августа состоятся две лекции, посвящённые будущему социально-гуманитарных технологий и биомедицинских наук.

О биомедицине участникам форума расскажет научный руководитель Лаборатории геномной инженерии Московского физико-технического института Павел Волчков.

Доктор физико-математических наук, профессор, руководитель направления «Синергетика и нелинейные процессы» кафедры прикладной математики Института прикладной математики РАН им. Келдыша Георгий Малинецкий прочитает лекцию о возможностях прикладной математики в XXI веке.

Напомним, Всероссийский молодёжный образовательный форум «Территория смыслов на Клязьме» проходит во Владимирской области с 27 июня по 20 августа 2017 года. В этом году площадка принимает 7 тематических смен.

Партнёрами смены «Молодые политологи и социологи» являются Всероссийский центр изучения общественного мнения, Фонд «Общественное мнение», Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова и Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики».

Организатором форума «Территория смыслов на Клязьме» выступает Федеральное агентство по делам молодежи.

Россия. ЦФО > Образование, наука > fadm.gov.ru, 8 августа 2017 > № 2268841


Россия. СЗФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 7 августа 2017 > № 2267822

На Северо-Западе России будет создан Федеральный исследовательский центр «Кольский научный центр Российской академии наук»

Реорганизация Кольского научного центра РАН пройдет в форме присоединения к центру шести научных организаций:

• Институт химии и технологии редких элементов и минерального сырья им. И.В. Тананаева Кольского научного центра Российской академии наук;

• Геологический институт Кольского научного центра Российской академии наук;

• Горный институт Кольского научного центра Российской академии наук;

• Институт проблем промышленной экологии Севера Кольского научного центра Российской академии наук;

• Институт экономических проблем им. Г.П. Лузина Кольского научного центра Российской академии наук; • Институт информатики и математического моделирования технологических процессов Кольского научного центра Российской академии наук.

Ожидается, что интеграционный проект позволит укрепить научный потенциал организаций, которые войдут в состав новой структуры, и усилит междисциплинарные исследования в области освоения Арктической зоны Российской Федерации.

Ученые займутся исследованиями свойств и параметров природных систем Евро-Арктического региона, оценкой их ресурсного потенциала, разработкой научных основ рационального природопользования Крайнего Севера и Арктического шельфа, исследованиями в области устойчивого социально-экономического развития региона и многими другими проблемами.

Стоит отметить, что новый интеграционный проект прошел рассмотрение и получил поддержку в Правительстве РФ и РАН.

Процесс реорганизации будет завершен к концу 2017 года.

Россия. СЗФО > Образование, наука > fano.gov.ru, 7 августа 2017 > № 2267822


Россия. ЮФО > Агропром. Образование, наука > fruitnews.ru, 4 августа 2017 > № 2268680

Ученые института виноградарства выявили наиболее устойчивые к оидиуму сорта винограда

Ученые ФГБУН "Всероссийский национальный научно-исследовательский институт виноградарства и виноделия "Магарач" РАН» провели исследование поражаемости заболеванием оидиум различных сортов винограда на фоне биодинамической системы земледелия (без применения пестицидов и других агрохимикатов).

По результатам изучения 11 европейских сортов винограда были определены сорта, наименее поражающиеся болезнью и рекомендованные для возделывания в биодинамических виноградарских хозяйствах.

Наибольшую полевую устойчивость к оидиуму показали сорта Мерло, Гевюрцраминер и Каберне-Совиньон. На их гроздях ежегодное развитие болезни составляло менее 10%. К группе сортов, наиболее поражаемых оидиумом, были отнесены итальянские сорта винограда Неббиоло и Бербера.

По данным авторов исследования, в среднем потери урожая от оидиума в хозяйстве составили 22%. Исследователи также отметили, что кроме оидиума на изучаемых виноградниках распространены и другие вредные организмы, однако наносимые ими повреждения не имеют экономического значения.

Полный текст статьи Волкова Якова Александровича, к.с.-х.н., н.с. отдела биологически чистой продукции и молекулярно-генетических исследований и Волковой Марины Вячеславовны, к.б.н., м.н.с. отдела биологически чистой продукции и молекулярно-генетических исследований ФГБУН "Всероссийский национальный научно-исследовательский институт виноградарства и виноделия "Магарач" РАН», предоставленный Союзом органического земледелия, размещен по ссылке.

"Биологическая система защиты растений все чаще внедряется на сельхозпредприятиях. Подбор устойчивых сортов, фитосанитарная стабилизация агроценозов, профилактическая система защиты растений на основе биологических инсектицидов и фунгицидов, постоянный мониторинг – залог удержания качества и количества урожая на достойном экономическом уровне", - отметил Денис Морозов, директор НИЦ "Агробиотехнология".

Россия. ЮФО > Агропром. Образование, наука > fruitnews.ru, 4 августа 2017 > № 2268680


Россия > Образование, наука > ras.ru, 4 августа 2017 > № 2264196

Превратится ли океанология в кабинетную науку

Слишком много моделей и слишком мало натурных данных для их проверки

Глобальный океанический конвейер, глобальное потепление, перспективы развития океанологии в России и в мире – об этом беседуют ответственный редактор «НГ-наука» Андрей ВАГАНОВ и доктор географических наук, врио Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН Алексей СОКОВ.

Куда ж нам плыть?

– Алексей Валентинович, насколько я понимаю, мы с вами беседуем сразу же после заседания Ученого совета Института океанологии. На этом заседании вы представляли Стратегию развития ФГБУН Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН до 2022 года. И как, Стратегия принята?

– Да, принята единогласно.

– Так как вы сейчас врио, временно исполняющий обязанности директора института, то получается, что Стратегия – это и ваша предвыборная программа?

– Я это так не рассматриваю. Мы живем другими категориями. Не до предвыборных мыслей. Это просто реальность, это то, что необходимо делать. Требование Федерального агентства научных организаций, ФАНО – провести аттестацию институтов. Мы готовим отчеты по тем методикам, по тем требованиям, которые выдвинуты ФАНО. Таких отчетов три: физика океана, биология океана, геология океана. И Стратегия, которая сегодня принята, – это условие для того, чтобы попасть в лидеры. Это одна сторона.

А вторая – безусловная необходимость для института понимать, куда двигаться. Мы провели так называемый внутренний аудит по методике, которую разработала Российская академия наук вместе с ФАНО, обработали эти материалы, то есть получили статистическую информационную базу, увидели, где мы сильны, а где слабы. Сейчас эти минусы надо исправлять.

Поэтому Стратегия – это документ, показывающий, что мы лидеры в своих направлениях исследований. С другой стороны, Стратегия показывает, что наш институт – живой организм со своими проблемами, которые надо решать.

– В принятой Стратегии отмечается, что «внутренняя структура института требует реорганизации». Какие наиболее горячие проблемы в этой реорганизации?

– Самое горячее – большое количество тем госзадания, у нас их 64. И структура института как раз под это и подстраивалась: 37 лабораторий, следовательно – мелкотемье. В нынешних условиях при такой структуре тяжело отчитываться, да и требования к отчетности возросли, параметров отчетности много…

Получается, что мы со своей старой структурой, когда много тем госзадания, много лабораторий, ведем себя зачастую как слон в посудной лавке: уже все выполнить надо, а мы только информацию собираем. Безусловно, это не соответствует реальной жизни.

Поэтому, как это ни парадоксально, если кто-то, взглянув на наш сайт, спросит: чем занимается институт? – ответить сходу будет трудно. Повторяю: 64 темы госзаданий! Только по океанским течениям – пять тем. Безусловно, нам внутри это все понятно. Но в свете изменившейся ситуации должны быть какие-то яркие показатели. То есть суть-то мы не меняем, но укрупняемся внутри, делаем отделы, у этих отделов 13 госзаданий, которые охватывают ту или иную большую проблему. И руководство ФАНО, Министерства образования и науки, Академии наук или любой гражданин, кто интересуется, должны легко понимать, чем занимается институт. 13 ответов – это лучше, чем 64! Даже я, находясь внутри, и то запутаться могу в этих 64 темах…

– А вам надо, чтобы в ФАНО поняли…

– А как же! Но и рядовые граждане должны при желании понимать, чем мы занимаемся. Ведь отчего невостребованность науки? От непонимания.

Если судно стоит у стенки…

– Институт океанологии имеет в своем составе Атлантическое отделение (Калининград), Южное отделение (Геленджик), филиал в Санкт-Петербурге, Северо-Западное отделение (Архангельск), Каспийский филиал (Астрахань), Атлантическую базу флота (Калининград), Тихоокеанскую базу флота (Владивосток). А осенью прошлого года создан Центр морских экспедиционных исследований. Получается – еще одна дополнительная структура? При этом, как я понимаю, судами, которые приписаны к ЦМЭИ, могут воспользоваться сотрудники не только вашего института, но и других академических и научных учреждений. То есть ЦМЭИ – это аналог центров коллективного пользования?

– В свое время был указ президента России о поддержке морского научно-исследовательского флота. И в нем содержалось положение о создании Центра морских экспедиционных исследований при Институте океанологии. Де-факто ЦМЭИ и есть Центр коллективного пользования.

– Но оператор – вы, Институт океанологии?

– Да. В ЦМЭИ собран практически весь флот ФАНО. Остались только независимые центры в Севастополе и в Мурманске. Но это только два морских судна. Все остальное – в ЦМЭИ. За нами – ремонт судов, поддержание их работоспособности, порядок модернизации этих судов и обеспечение программы экспедиционной деятельности. Последнее – самое главное. Эта программа едина для всего ФАНО, для всех академических институтов. И руководитель ФАНО Котюков Михаил Михайлович совершенно четко отмечает: ваша задача – не только Институт океанологии поддерживать, а все институты страны.

Нам дали инструмент, а мы должны обеспечить оптимальное пользование этим инструментом. Именно как Центр коллективного пользования. Институт океанологии никаких привилегий в допуске к судам не имеет. Максимально возможную автономию в рамках законодательства ФАНО этому центру придало.

– Автономию-то ФАНО придало… А финансирование?

– Я должен сказать, что лично Михаил Котюков добился финансирования ЦМЭИ в размере примерно миллиард рублей в год. Что важно – это целевое, защищенное финансирование. Только на флот: ремонт, содержание и экспедиционная деятельность. Это огромный прорыв за последние 20 лет.

– Сейчас за ЦМЭИ числится десять судов, к осени добавится еще девять… Но при этом десять из них надо списывать.

– Конечно, финансирования не хватает. Нужно бы, по нашим расчетам, 3 миллиарда в год. Но два года подряд реальная программа экспедиционных исследований существует и выполняется. Количество рейсов выросло в разы. И появилось планирование, чего не было. То есть мы раньше планировали наши экспедиции «с колес»: достали деньги – пошли в экспедицию.

Если ФАНО не может обеспечить необходимые средства, тогда встает вопрос оптимизации. Нет денег – значит, надо от чего-то избавляться. Другая сторона вопроса – суда, которые стоят у стенки по пять–семь лет. Их уже и восстанавливать не имеет смысла. Поезд ушел. Простаивает судно пять лет – а ему самому уже 40 – попробуйте ввести его в класс! Это такие деньги!

И, наконец, еще один аспект этой проблемы. А сколько вообще нужно экспедиций? Кто будет ходить в эти экспедиции? Способны ли академические институты в том состоянии, в котором они сейчас находятся, обеспечить в необходимом количестве исследователями эти экспедиции? В прошлом году, например, ФАНО удовлетворило все поступившие заявки на экспедиции. И все равно многие суда были загружены на 30–40 дней.

– Это мало?

– Конечно. По нормальной советской практике, 300 дней в году судно должно работать. Если меньше – судно неэффективно используется. Если судно стоит у стенки – это зря потраченные деньги. Другими словами, вопрос сокращения исследовательского флота так или иначе придется решать. И на это влияют три фактора: деньги, материально-техническое обеспечение и наличие заказчика. Сейчас нет коммерческого заказа флоту…

– Простите, а какие могут быть коммерческие заказы научно-исследовательскому флоту?

– Научно-исследовательские. Всем изысканиям на шельфе предшествует инженерная съемка, экологические работы. Все подводные трубопроводы, все скважины, кабели – создание всей этой инфраструктуры сопровождается морскими научно-исследовательскими работами.

– То есть все наши нефте-, газо- и прочие добывающие госкорпорации должны были бы с вами сотрудничать…

– И они сотрудничали. До 2013 года мы себя хорошо чувствовали, у нас было много заказов. Штокмановское месторождение, «Северный поток», «Голубой поток» – на всех этих проектах мы работали. А после 2013 года как-то все это приостановилось.

– Два ваших замечательных глубоководных аппарата «Мир-1» и «Мир-2» – что с ними? Ведь их совокупная стоимость – более 390 миллионов рублей. Это лучшие в своем классе аппараты в мире. Но последнее, что припоминается, – погружение их на дно озера Байкал в 2009 году да еще, чуть позже, на дно Женевского озера. Но это все скорее развлекательная программа, чем научная.

– Последние четыре года эти суда простаивают. Опять та же самая проблема: госзаказа нет и нет коммерческих проектов. Я еще 10 лет назад в аналитической записке отмечал, что, хотя на тот момент проблем с финансированием экспедиций не было, но вся структура бюджета очень рискованная. Все было сосредоточено в хоздоговорном секторе. Как будто накаркал – в 2013 году все прекратилось. С «Мирами» – то же. Они требуют дорогостоящего регистрового ремонта. Средства на это не выделяются. И коммерческого заказчика на использование этих уникальных глубоководных аппаратов мы найти не можем.

Шельф – наш!

– Это-то немного и странно. При всех разговорах и заявлениях, что нам нужно осваивать по-настоящему Арктику, Заполярье – нет никакого интереса к использованию потенциала Института океанологии. В связи с этим, Алексей Валентинович, вопрос: а что происходит с заявкой нашей страны в ООН на расширение внешней границы арктического шельфа?

– Мы сделали свою работу. В том числе и Институт океанологии провел очень большую работу. Решение по заявке нашей страны пока не принято. По мнению наших экспертов, оно будет не скоро, потому что ждут заявок от конкурентов. Будет американская заявка, норвежская… По-видимому, комиссия ООН ждет и не хочет отдельно рассматривать нашу заявку.

– Говорят, в нашей заявке не хватает данных?

– Про это пока ничего не известно. Эксперты ООН пока молчат. А данных не хватает всегда. Один из директоров Института океанологии Сергей Сергеевич Лаппо как-то представил оценку, сколько надо данных для описания конкретного природного явления. Колоссальный объем данных необходим! И это еще до эпохи Big Data.

В свое время я был на международном совещании по проливу Дрейка, который соединяет южные части Атлантического и Тихого океанов. Это один из ключевых районов Мирового океана, который определяет климат планеты. Представители шести или семи стран выступали и рассказывали, что они делают, какие исследования проводят. Понятно, каждый тянет одеяло на себя: мы – буйковую станцию, мы – полигончик, мы – разрез в том или ином месте пролива…

А потом встал англичанин из Антарктической комиссии и заявил: мне смешно на вас смотреть. И, в лапповском стиле, – пролив Дрейка такой-то, размер такой-то, воды столько-то, скорость течения такая-то. Нужно столько-то станций, столько-то разрезов, столько-то спутников задействовать. Если даже все мы сейчас объединимся, то поставленной задачи не решим, все наши проекты в сумме не обеспечивают и сотой части необходимых исследований. А вы еще и одеяло на себя тянете…

Так что сказать, что данных не хватает, – это легкая отмазка для эксперта.

Теоретиков все больше и больше

– Океанологией собран и продолжает интенсивно собираться гигантский фактический материал. Базы данных доступны. Может быть, действительно, пора создать, условно говоря, отдел теоретической океанологии? Его сотрудники не будут ходить ни в какие экспедиции, а только обсчитывать различные модели на суперкомпьютерах?

– А у нас есть такие специалисты. Я вам больше того скажу – таких-то и большинство, в последнее время перекос в эту сторону проявился.

Институт океанологии всегда был силен теоретиками. Морские течения открывались на кончике пера. Сначала их выводили по формулам, а потом экспедиции открывали их – экваториальные глубинные противотечения: течение Тареева, течение Ломоносова… Но в связи с тем, что почти 20 лет очень скудная экспедиционная деятельность была, таких теоретиков становится все больше и больше.

Я бы сказал, что это тенденция не только в Институте океанологии. Это мировой перекос: слишком много моделей и слишком мало натурных данных для их проверки. Легко сидеть за компьютером и сравнивать модели с моделями, а не с реальной жизнью.

– Кстати говоря, ваша докторская диссертация «Долговременная изменчивость крупномасштабной циркуляции вод Северной Атлантики во второй половине XX века» и основывалась на анализе большого массива экспериментальных данных. Что дала эта работа?

– Я, например, показал, что, хотя модели и демонстрировали тренд к замедлению, остановке Гольфстрима, реальные экспериментальные данные говорят: никакого тренда по инструментальным наблюдениям за последние 50–60 лет в переносе воды на север в Северной Атлантике не прослеживается. Есть колебания вокруг среднего значения. И это – реальная изменчивость, которую мы наблюдаем по экспериментальным данным.

– Повезло англичанам – они как играли в Новый год в футбол на открытых зеленых полях, так и будут продолжать играть…

– Совершенно верно. Да, есть 12-летний цикл, есть так называемые моды – режимы циркуляции. А вот тренда к замедлению Гольфстрима за инструментальный период наблюдений – нет. И это очень важно.

– Все-таки несколько странно: средств на проведение экспедиционных исследований явно не хватает, а публикационная активность – количество и цитируемость в ведущих наукометрических базах статей ваших сотрудников – растет… Институт – в лидерах. Это может означать, что океанология становится кабинетной наукой?

– В некотором смысле да. И это – мировая тенденция.

Но изменяются методы исследований. Появились автоматизированные буйковые станции, дрейфующие буи, спутники. И в море никто не хочет ходить. Предпочитают работать в кабинетах.

Кроме того, существует лоббирование, мол, ходить в море и дорого, и неэффективно. Лучше и проще получить грант и заняться моделированием. Модными становятся те или иные направления. На самом деле это тема для истории развития науки.

– Задачка для науковедов: взять конкретную научную область, специальность и проследить, как меняются в ней исследовательская мода.

– И очень интересная задача. Я, например, вижу явно не научную, а совершенно другую стратегию, которая направляет те или иные исследования…

Глобальное потепление в тонкой пленке биосферы

– Может быть, наиболее отчетливо это проявилось в проблеме глобального потепления. Или, например, в проблеме озоновых дыр.

– Кто сейчас помнит про озоновые дыры! А какие красивые картинки были… Акция прошла, деньги получили, освоили. Озоновые дыры исчезли. Теперь – глобальное потепление.

– Это действительно сильно надуманная проблема, глобальное потепление? Или это реальный естественный процесс?

– Я считаю, что здесь слишком много политики. И однозначно – лоббирование интересов тех или иных групп. Это – реальный факт.

В разговоре с экспертом комиссии ЮНЕСКО я как-то спросил: «Почему наши данные по Северной Атлантике вы не взяли в рассмотрение?» Мне отвечают, что, мол, комиссия ЮНЕСКО рассматривает только опубликованные данные. Я предъявляю опубликованные статьи; почему их не взяли? «Потому что они не соответствуют концепции». То есть их просто «смахнули» со стола.

Это тенденциозный подход. Мы должны прийти к какому-то консенсусу в понимании того, что происходит…

– Научному консенсусу, не политическому!

– Именно научному. Если есть данные, которые тяжело, трудно добывать, они дорогостоящие, а вы говорите, что они не соответствуют вашей концепции, это не значит, что данные плохие. Нас не раз на конференциях обвиняли: Институт океанологии предоставил плохие данные. На одном из таких совещаний встает немецкий исследователь и говорит: «Это не данные плохие, данные замечательные! Это ваша модель плохая, она не описывает реальную структуру океана».

– Возвращаясь к глобальному потеплению...

– Все время говорят – «глобальное»… На самом деле речь идет про тонкую пленку биосферы. Какая температура берется? – приповерхностная. Какая температура океана берется? – поверхностная.

Я могу про океан сказать. Берут данные с глубин до 500 метров. Это верхний деятельностный слой, который нагревается, который дышит. Данные с больших глубин вообще не рассматриваются. Сейчас всеми принята теория так называемого глобального океанического конвейера. Одним из первых разработчиков которого был Сергей Сергеевич Лаппо. Именно глобальный конвейер отвечает за климатическую изменчивость. Какой там движущий механизм? – Холодные глубинные течения. В Северной Атлантике, когда все говорили про глобальное потепление, на протяжении 40 лет, всю вторую половину XX века, происходило охлаждение глубинных вод. Холод закачивался в глубинные слои. Естественно, при этом верхняя пленка теплела, шло перераспределение энергии.

Я говорю только об одном: давайте в энергетических расчетах глобального потепления принимать во внимание и вот это глобальное охлаждение. Несколько лет назад мой бывший аспирант для Западного глубинного течения, которое идет вдоль Гренландии, посчитал энергию этого охлаждения. Другими словами, он посчитал, сколько за 10 лет закачалось холода. Оказалось – колоссальное количество джоулей! И это только один локальный район Мирового океана. А глубинные слои Тихого океана! А ведь есть еще Южный океан – там по большому счету вообще мало кто работает…

В глубинных слоях океана перераспределяется циклопическое количество тепла. Но оно не учитывается в моделях глобального потепления. По крайней мере в тех, с которыми я знаком.

Поэтому говорить про глобальное потепление?.. Поверхностное – согласен, пленочное – возможно. Но это не глобальное потепление в масштабах геосферы. Если говорить про ту же Северную Атлантику – когда и где «всплывет» холод, закаченный в нее за последние полвека? Пока неизвестно. Но где-то же он «всплывет». Если мы это не померили, если мы этот эффект не заложили в расчеты, то мы говорим о сиюминутном пленочном потеплении на поверхности. Я не утверждаю, что это не важно. Мы в этой пленке живем! Но не надо это преподносить как глобальное потепление.

Кстати, насколько я знаю, верхние слои атмосферы тоже охлаждаются. То есть получается, что глубины Мирового океана охлаждаются, верхние слои атмосферы охлаждаются, а приповерхностная пленка – нагревается. Вот в этой пленке мы и мучаемся от тепла.

Андрей Ваганов, Независимая газета

Россия > Образование, наука > ras.ru, 4 августа 2017 > № 2264196


Россия. СЗФО > Образование, наука > ras.ru, 4 августа 2017 > № 2264188

КНЦ РАН пройдет процедуру реорганизации

Реорганизация ФГБУН КНЦ РАН пройдет в форме присоединения к центру шести Федеральных государственных бюджетных учреждений науки.

В июле нынешнего года руководитель Федерального агентства научных организаций Михаил Котюков подписал приказ о реорганизации Федерального государственного бюджетного учреждения науки Кольского научного центра Российской академии наук.

После завершения реорганизации, центр будет именоваться как Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Федеральный исследовательский центр «Кольский научный центр Российской академии наук» (ФГБУН ФИЦ КНЦ РАН). Напомним, председателем КНЦ РАН избран член-корреспондент, доктор геолого-минералогических наук, профессор Сергей Кривовичев.

МК, Мурманск

Россия. СЗФО > Образование, наука > ras.ru, 4 августа 2017 > № 2264188


Россия. ЦФО > Образование, наука > mos.ru, 1 августа 2017 > № 2279692

Восстановленный после пожара учебно-лабораторный корпус Московского авиационного института (МАИ) на севере столицы планируют ввести в эксплуатацию к началу учебного года. Об этом сообщил председатель Мосгосстройнадзора Олег Антосенко.

Здание расположено по адресу: Волоколамское шоссе, дом 4. Оно было построено в 1932 году из кирпичей и деревянных перекрытий с торфяным наполнителем. Спустя три года после пожара в 2009 году начались строительные работы.

Обновленный корпус состоит из четырех зданий: три (лабораторные) реконструировали, одно (учебное) построили с нуля. В нем разместится факультет двигателей летательных аппаратов. Кроме того, в связи с нехваткой помещений студенты других направлений там же получат собственную лабораторную базу, где будут проводить научно-исследовательские работы.

В новый корпус завезли современное оборудование отечественного и зарубежного производства для двигателестроения.

Аудитории оборудовали интерактивными досками, компьютерной техникой и проекторами. В учебном блоке будут располагаться деканат, лекторий, административные кабинеты, столовая. В фойе установили учебно-выставочные образцы — двигатели знаменитого сверхзвукового пассажирского самолета Ту-144, элементы военных истребителей МиГ и Су, крылатую ракету класса «земля — воздух». Позже в цокольном этаже создадут музей двигателей летательных аппаратов, где будет представлено свыше ста экспонатов.

Студенты Московской государственной художественно-промышленной академии имени С.Г. Строганова принимали участие в оформлении помещений здания. По их проекту был сделан интерьер атриума.

Общая площадь учебно-лабораторного корпуса — 22,5 тысячи квадратных метров.

Россия. ЦФО > Образование, наука > mos.ru, 1 августа 2017 > № 2279692


Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 1 августа 2017 > № 2261135

Утвержден новый состав Координационного совета по делам молодежи в научной и образовательной сферах

Координационный совет по делам молодежи в научной и образовательной сферах является консультативным органом при Совете при Президенте Российской Федерации по науке и образованию и является консультативным органом, обеспечивающим взаимодействие Совета по науке и образованию с общественными молодежными объединениями и организациями при рассмотрении вопросов, связанных с развитием науки и образования. Персональный состав Координационного совета подлежит ротации по мере необходимости, но не реже одного раза в три года.

В новый состав Координационного совета вошли 12 сотрудников подведомственных ФАНО России научных организаций:

Адонин Сергей Александрович – кандидат химических наук, старший научный сотрудник Института неорганической химии имени А.В. Николаева СО РАН;

Асатурова Анжела Михайловна – кандидат биологических наук, заведующая лабораторией Всероссийского научно-исследовательского института биологической защиты растений;

Войтоловский Федор Генрихович – доктор политических наук, член-корреспондент РАН, ВРИО директора Национального исследовательского Института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова РАН;

Горшенин Андрей Константинович – кандидат физико-математических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Федерального исследовательского центра «Информатика и управление» РАН;

Дьякова Юлия Алексеевна – кандидат физико-математических наук, ученый секретарь ФНИЦ «Кристаллография и фотоника» РАН (секретарь Координационного совета);

Калашникова Александра Михайловна – кандидат физико-математических наук (PhD), заместитель заведующего лабораторией Физико-технического института имени А.Ф. Иоффе РАН, лауреат премии Президента Российской Федерации в области науки и инноваций для молодых ученых за 2014 год (заместитель председателя Координационного совета);

Кононов Александр Матвеевич – кандидат геолого-минералогических наук, заместитель директора по научной работе Института земной коры СО РАН, председатель секции молодых ученых Координационного научного совета при Губернаторе Иркутской области;

Лидер Елизавета Викторовна – кандидат химических наук, научный сотрудник Института неорганической химии имени А.В. Николаева СО РАН, председатель Совета научной молодежи Сибирского отделения РАН;

Мамонтова Татьяна Васильевна – кандидат сельскохозяйственных наук, ведущий научный сотрудник, председатель Совета молодых ученых и специалистов Всероссийского научно-исследовательского института овцеводства и козоводства, член Совета молодых ученых Ставропольского края;

Паштецкий Андрей Владимирович – кандидат экономических наук, заместитель директора по научно-организационной деятельности Никитского ботанического сада - Национального научного центра РАН (НБС-ННЦ), председатель совета молодых ученных НБС-ННЦ;

Прожега Максим Васильевич – кандидат технических наук, заведующий лабораторией Института машиноведения имени А.А. Благонравова РАН;

Чесноков Константин Юрьевич – младший научный сотрудник Института химии твердого тела Уральского отделения РАН, председатель совета молодых ученых УрО РАН.

Федеральное агентство научных организаций желает коллегам успехов и плодотворной работы в составе сформированной команды профессионалов!

Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 1 августа 2017 > № 2261135


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука > stroi.mos.ru, 1 августа 2017 > № 2260596

Сгоревший корпус МАИ восстановлен

Восстановленный после пожара учебно-лабораторный корпус Московского авиационного института (МАИ) на севере столицы введут к началу 2017-2018 учебного года, сообщил председатель Мосгосстройнадзора Олег Антосенко.

По его словам, застройщику выдано заключение о соответствии (ЗОС) объекта требованиям проектной документации и технических регламентов.

Учебно-лабораторный корпус на Волоколамском шоссе, д. 4 возвели в 1932 году из кирпичей и деревянных перекрытий с торфяным наполнителем. В 2009 году здание было уничтожено пожаром. Строительство нового корпуса началось в конце 2012 года.

В новостройке разместится факультет №2 «Двигатели летательных аппаратов». В связи с нехваткой помещений здесь будут заниматься и проводить научно-исследовательские работы студенты и других факультетов. Благодаря новому корпусу студенты получат собственную лабораторную базу.

Обновленный учебно-лабораторный корпус состоит из четырех зданий: три из них (лабораторные) были реконструированы, одно (учебное) построено с нуля.

В оформлении помещений принимали участие студенты художественно-промышленной академии им. Строганова. По их проекту был оформлен атриум.

В новом корпусе смонтировано современное оборудование по двигателестроению отечественного и зарубежного производства.

Учебные аудитории оборудованы интерактивными досками, компьютерной техникой и проекторами. Помимо аудиторий, в учебном блоке расположатся деканат, лекторий, административные кабинеты, столовая.

Для наглядности в фойе установлены учебно-выставочные образцы - двигатели знаменитого Ту-144, элементы военных МиГ и Су, маленькая крылатая ракета «земля-воздух». В будущем в цокольном этаже создадут музей двигателей летательных аппаратов, где разместят свыше 100 экспонатов.

«Стройкомплекс по поручению мэра Москвы Сергея Собянина уделяет особое внимание качеству и безопасности строящихся объектов. В ходе регулярных проверок специалисты Мосгосстройнадзора проверяли качество работ, применяемых материалов, соответствие построенного здания санитарно-эпидемиологическим, экологическим и пожарным требованиям. Все работы выполнялись по проекту», - отметил О. Антосенко.

Новый корпус МАИ возводится за счет федерального бюджета. Застройщик - ФГБОУ ВО «Московский авиационный институт (национальный исследовательский университет)».

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Образование, наука > stroi.mos.ru, 1 августа 2017 > № 2260596


Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ. Образование, наука > mvd.ru, 30 июля 2017 > № 2266202

Новые подходы к определению результативности работы сотрудников полиции (на примере участковых уполномоченных полиции).

В основе определения эффективности службы лежат технологии, выявляющие реальную оценку работы полиции рядовыми гражданами.

МВД России уже почти 10 лет ежегодно проводит общероссийский социологический опрос общественного мнения о своей деятельности. Результатом проработки алгоритмов комплексного решения проблем обеспечения достоверности социологической информации стал разработанный ВНИИ МВД России совместно с ОАД МВД России приказ МВД России № 1246 от 30 декабря 2007 г. «О повышении эффективности исследования общественного мнения об уровне безопасности личности и деятельности органов внутренних дел Российской Федерации на основе использования вневедомственных источников социологической информации». Такой мониторинг является важным элементом разработки и внедрения в практику современных технологий независимой (вневедомственной) оценки социальной результативности деятельности сотрудников правоохранительных органов.

Одним из важнейших направлений совершенствования деятельности органов внутренних дел России является развитие партнерских отношений с институтами гражданского общества. Полиция заинтересована в создании каналов обратной связи не только с общественными организациями, выступающими от имени рядовых граждан, но и непосредственно с гражданами как потребителями правоохранительных услуг. Одним из основных каналов обратной связи являются технологии независимой оценки деятельности полиции – прежде всего, ее оценки рядовыми гражданами.

Внедрение таких технологий независимой оценки полиции необходимо в силу, по меньшей мере, трех причин:

- для определения соответствия оказываемых правоохранительных услуг действующим стандартам,

- для повышения доверия граждан к полиции,

- для изменения мотивации сотрудников полиции (от «палочных» к социально-значимым критериям).

Как показывает опыт зарубежных стран, оценка сотрудников полиции должна быть как внутренней, так и внешней. При этом необходимо признать, что с помощью внутренней оценки сотрудников полиции принципиально не могут быть оценены все аспекты их деятельности. Она, в частности, может быть рассчитана на оценку объема работы с учетом затраченных ресурсов, но не на оценку того, насколько эффективно с точки зрения потребителей были применены профессиональные навыки по отношению к конкретному гражданину (или группе граждан). В этой связи особую актуальность приобретает задача формирования системы оценки, ориентированной не просто на результат, а на социально значимый результат.

Решение данной задачи предполагает как перепроектирование оценочных процедур, так и совершенствование конкретных операций, используемых в процессе оценки персонала. Очевидно, что внешняя оценка обладает гораздо более высокой степенью независимости, чем внутренняя. Принципиальное значение имеет то обстоятельство, что речь идет об оценке качества оказания гражданам государственных услуг в сфере деятельности полиции. Поскольку именно граждане (налогоплательщики) заказывают и оплачивают государственные услуги в этой сфере, то логично, что именно они в большей мере заинтересованы в их надлежащем объеме/качестве и могут дать им наиболее объективную независимую оценку. Поэтому не случайно в Федеральном законе Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» впервые закреплено важнейшее положение о том, что общественное мнение является одним из основных критериев официальной оценки деятельности полиции, определяемых федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Необходимо отметить, что у органов внутренних дел России уже есть определенный опыт учета мнения граждан в отношении широкого спектра проблем, касающихся правоохранительной деятельности.

Однако независимая оценка результативности деятельности сотрудников полиции остается в высшей степени проблемной сферой.

В частности, чтобы узнать мнение о своей работе, МВД России уже почти 10 лет организует общероссийский социологический опрос граждан. Такой мониторинг является важным элементом разработки и внедрения в практику современных технологий независимой (вневедомственной) оценки социальной результативности деятельности сотрудников правоохранительных органов.

Однако существующие в настоящее время механизмы мониторинга общественного мнения о работе полиции еще недостаточны, так как не позволяют индивидуализировать оценку ее деятельности. Между тем, для того чтобы на основе опросов общественного мнения принимать конкретные управленческие решения, необходимо получать независимые оценки не только в разрезе территориальных органов МВД России, но и по конкретным районам и даже сотрудникам полиции. По имеющейся информации, методики такого рода системно не разработаны и не применяются ни в отечественной, ни в зарубежной практике деятельности полиции.

Безусловно, установку на повышение значения вневедомственных оценок работы сотрудников полиции нельзя абсолютизировать. В органах внутренних дел есть службы, сотрудники которых относительно редко сталкиваются с рядовыми гражданами. Поэтому вряд ли имеет смысл спрашивать у граждан, что они думают о работе, например, следователей или сотрудников финансово-тыловых подразделений полиции. Однако есть прямой резон усиливать значение отзывов рядовых граждан для оценки сотрудников именно тех подразделений полиции, которые постоянно работают непосредственно с гражданами, – прежде всего, это службы участковых уполномоченных, ГИБДД и т.д.

По нашему мнению, разработку и использование технологий независимой индивидуализированной оценки сотрудников полиции целесообразно начать с системы оценки деятельности участковых уполномоченных полиции (УУП). Это обусловлено следующими обстоятельствами:

- основная сфера деятельности участковых уполномоченных полиции связана с оказанием правоохранительных услуг непосредственно конкретным гражданам;

- наибольшее количество (порядка 70%) обращений граждан в полицию в той или иной степени относится именно к сфере деятельности участковых уполномоченных полиции;

- как правило, участковые уполномоченные полиции непосредственно контактируют с гражданами, которые имеют возможность составить свое собственное мнение об эффективности их работы.

Сотрудники научно-исследовательского центра Академии управления МВД России разрабатывают новую методику оценки работы участковых, основанную на результатах опросов общественного мнения. Эта новая методика базируется на следующих идеях.

1. Традиционную систему оценки деятельности УУП необходимо дополнять данными опросов общественного мнения.

Следует подчеркнуть, что предлагаемая новая методика не отменяет, а дополняет традиционные подходы к оценке работы УУП. Безусловно, потребитель-гражданин не знает и не может оценить всех аспектов работы своего участкового, но вполне способен оценить наиболее важные из них, связанные с оказанием правоохранительных услуг потребителю.

2. Самый важный элемент общественного мнения – это мнения граждан, лично контактировавших с конкретными участковыми.

Это принципиально важный момент. В настоящее время при опросах общественного мнения о полиции большинство респондентов – это люди, которые личного актуального опыта обращения в полицию не имеют и судят о ее работе в значительной степени на основании сообщений СМИ. Для получения достоверной информации о работе УУП опрашивать надо не любых граждан (большинство которых со своими участковыми встречаются очень редко), а только тех, чьи заявления участковый разбирал совсем недавно. Для этого следует использовать информацию из Книги учета сообщений о происшествиях (КУСП) за два-три месяца, предшествующих опросу. В записях КУСП можно найти, какой именно участковый должен был встречаться с каким именно конкретным гражданином на своем участке.

3. Оптимальный метод опроса граждан – телефонный опрос по анкете.

Опрос общественного мнения целесообразно проводить в форме телефонного анкетного опроса тех граждан, чьи телефоны зафиксированы в КУСП. Это позволяет за три-пять минут узнать у гражданина, насколько доброжелательно с ним беседовал участковый, насколько он реально помог гражданину решить его проблему.

4. База данных для опроса (ФИО граждан, контактный телефон, ФИО участковых) составляется на основе КУСП.

Хотя граждане обычно (особенно в городах) не помнят фамилий своих участковых, по записям в КУСП можно четко соотнести отзыв конкретного гражданина и конкретного участкового.

5. Результаты опроса обобщаются путем расчета двух оценочных показателей деятельности конкретных участковых на основе не менее чем пяти отзывов на каждого участкового.

В разработанной сотрудниками научно-исследовательского центра методике используется два основных критерия оценки:

- результативность деятельности участкового, т.е. оценка респондентами результатов обращения к участковому за помощью;

- общая оценка деятельности участкового, т.е. оценка удовлетворенности граждан работой участкового.

Каждому критерию соответствуют три-четыре закрытых вопроса анкеты, выраженные в баллах ответы респондентов на каждый вопрос образуют компоненты оценочных показателей. Для каждого участкового рассчитывается два основных оценочных индексных показателя – Индекс результативности и Индекс общей оценки. Каждый индекс рассчитывается как сумма произведений весов компонентов на выраженную в процентах долю респондентов, положительно оценивших работу участкового по данному компоненту.

6. Опрос общественного мнения желательно проводить силами не только самих сотрудников полиции, но и представителей гражданского общества.

Анкета опроса, разработанная сотрудниками научно-исследовательского центра Академии управления МВД России, достаточно проста и не требует от интервьюера специальных знаний. Привлечение общественности позволяет усилить объективность оценок общественного мнения, поскольку представителям общественных организаций, собирающим отзывы граждан об участковых, заведомо нет нужды что-то приукрашивать.

7. Оценки гражданами работы конкретных участковых должны стать одним из главных критериев оценки этой работы.

В настоящее время участковых оценивают по ведомственным критериям, которые во многих случаях существенно отличаются от социальной результативности. Участковые вынуждены тратить много времени на работу с лицами, состоящими на профилактическом учете (в частности, с бывшими осужденными), в результате на профилактический обход обычных граждан времени остро не хватает.

Получение участковыми индивидуальных оценок по результатам опросов граждан позволит лучше понимать, как граждане смотрят на работу своего участкового и насколько им довольны. Ведь «потребитель всегда прав», а именно граждане являются главными потребителями услуг, оказываемых участковыми. Повышение значения оценок общественного мнения требует одновременного снижения значения многочисленных «палочных» показателей (количество происшествий на участке, в том числе и преступлений, количество раскрытых преступлений, составленных протоколов и т.д.) и бюрократических форм отчетности. В то же время, конечно, нельзя ставить целью ликвидацию внутриведомственных оценок работы участковых. Вряд ли один из этих двух крайних подходов – ведомственный и вневедомственный – является самодостаточным, поэтому необходимо искать эффективный баланс между этими двумя системами оценки.

Полковник полиции Андрей Ситковский, Юрий Латов

Россия > Армия, полиция. СМИ, ИТ. Образование, наука > mvd.ru, 30 июля 2017 > № 2266202


Россия. СФО > Экология. Образование, наука. Леспром > ecoindustry.ru, 28 июля 2017 > № 2310943

ПРОМЫШЛЕННЫЕ РУБКИ ЛЕСОВ МЕНЯЮТ ГИДРОЛОГИЧЕСКИЙ РЕЖИМ СИБИРСКИХ РЕК

Ученые Института леса им. В.Н. Сукачева Федерального исследовательского центра «Красноярский научный центр СО РАН» (ФИЦ КНЦ СО РАН) исследовали влияние вырубок и последующего изменения растительного покрова на речной сток в разных климатических условиях Средней Сибири.

Они пришли к выводу, что промышленные рубки являются основным антропогенным фактором, влияющим на водный режим. В зависимости от количества выпадающих осадков восстановление естественного водного режима после вырубки леса занимает от 20 до 50 лет. Результаты работы опубликованы в журнале Environments.

Лес играет важную роль в поддержании круговорота воды. Два ключевых процесса, которые зависят от типа растительности – это количество испаряемой влаги и сток. При этом, среди ученых и экспертов нет единого мнения о влиянии леса на гидрологический режим. Леса Средней Сибири из-за сплошных рубок представляют собой мозаику коренных древостоев и молодняков. В результате вырубок в бассейнах многих сибирских рек уменьшилась площадь хвойных лесов и увеличилась доля лиственных. Это значит, что для таежных зон Сибири оценка последствий лесозаготовок для речного стока крайне актуальна.

Ученые Института леса им. В.Н. Сукачева Федерального исследовательского центра «Красноярский научный центр СО РАН» (ФИЦ КНЦ СО РАН) исследовали изменение водности рек в различных экорегионах Средней Сибири – сосновых насаждениях Северного Приангарья в районе с резко континентальным климатом и в темнохвойных лесах Западного Саяна с более мягкими зимами. Оказалось, что крупномасштабныерубки приводят либо к сокращению, либо к увеличению речного стока в зависимости от климатических условий.

Исследования взаимосвязи стока с климатическими параметрами и типом растительности проводились на нескольких экспериментальных водосборах. В Западном Саяне в первые два года после рубки сток резко увеличивается, а затем постепенно уменьшается. Своих первоначальных показателей он достигает только через 40 лет. Что касается Северного Приангарья, то там после концентрированных рубок низкие значения стока наблюдаются в течение 20 лет, после чего по мере лесовосстановления сток увеличивается. Эти различия можно объяснить особенностями влагооборота в лесу и на вырубках в зимний период.

«Зимой кроны деревьев задерживают до тридцати процентов снега. В условиях мягких зим снег испаряется обратно в атмосферу. В районах с резко континентальным климатом в морозную погоду под действием ветра сухой снег быстро осыпается с крон, что приводит к пополнению снегозапасов под пологом леса и снижению испарения с крон деревьев. На безлесных участках снег сразу попадает на землю, но в условиях Северного Приангарья с суровыми зимами он интенсивно испаряется из-за сильных ветров. На вырубках Западного Саяна снег за зиму накапливается из-за отсутствия метелей. Таким образом, в теплом климате зимний лес по сравнению с безлесными угодьями, работает как лучший испаритель. В холодном климате, где, как правило, растут редкие древостои, лес наоборот «работает» как накопитель снеговой влаги», - объяснила старший научный сотрудник Института леса им. В.Н. Сукачева КНЦ СО РАН, кандидат сельскохозяйственных наук Тамара Буренина.

Исследование выполнено при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. В дальнейшем ученые планируют оценить влияние глобального изменения климата на гидрологическую роль бореальных лесов. «Мы развиваем концепцию ландшафтного детерминизма, который обуславливает различный гидрологический эффект лесных экосистем в зависимости от географических условий, – поясняет суть исследований директор Института леса им. В.Н. Сукачева КНЦ СО РАН, доктор биологических наук Александр Онучин, – По мере изменения соотношения тепла и влаги будет меняться гидрологическая роль леса. Помимо этого, изучаем особенности гидрологического цикла в речных бассейнах, расположенных в различных ландшафтных зонах от лесотундры до лесостепи с учетом антропогенного воздействия. Это позволит выявить зависимость стока от лесистости и определить оптимальное соотношение лесных и безлесных территорий для водности рек в разных природных зонах».

Россия. СФО > Экология. Образование, наука. Леспром > ecoindustry.ru, 28 июля 2017 > № 2310943


Россия. ЦФО > Образование, наука > regnum.ru, 27 июля 2017 > № 2259733

Ученые советы институтов поддержали инициативу о новой памятной дате России

По инициативе калужан 11 ноября может стать Днем победного окончания Великого стояния на Угре, памятной датой России

Сразу девять научных организаций России, среди которых ведущие исследовательские институты страны, поддержали инициативу участников прошедшей в марте 2017 года в Калуге международнойнаучной конференции историков «Великое стояние на Угре и формирование Российского централизованного государства: локальные и глобальные аспекты» сделать 11 ноября Днем победного окончания Великого стояния на Угре, памятной датой России.

Об этом на пресс-конференции для региональных СМИ рассказала директор Института истории и права Калужского государственного университета имени К.Э. Циолковского Ирина Берговская, сообщает 27 июля корреспондент ИА REGNUM.

По ее словам, данную инициативу, в частности, поддержали ученые советы Института всеобщей истории и Института российской истории РАН, ученый совет Историко-архивного института РГГУ, ученые советы Санкт-Петербургского государственного университета, Южного федерального университете, Уральского федерального университета, Института археологии уральского отделения РАН, КГУ им. К.Э. Циолковского, музея-заповедника «Куликово поле».

Теперь, по слова Ирины Берговской, решения ученых советов будут переданы в министерство культуры РФ, и далее начнется юридическая работа по подготовке предложений по внесению изменений в федеральный закон «О днях воинской славы и памятных датах России».

В рамках пресс-конференции Берговская также заявила, что в настоящее время идет работа по подготовке сборника прошедшей в марте научной конференции, посвященной Великому стоянию на Угре. Это издание станет событием в исторической среде.

ИА REGNUM напоминает, 11 ноября 1480 года произошло великое историческое событие. Принято считать, что именно после него появилось независимое Русское государство с центром в Москве. На калужской земле на берегах Угры родилась держава, которая более не теряла свой суверенитет. Соседние страны признали Московское государство. Менялись названия — Московское государство, Россия, Российская империя, СССР, Российская Федерация, менялись эпохи, история помнит великую смуту, петровские реформы, восстание декабристов, освободительные реформы и контрреформацию, серию революций, но российская государственность никогда не прерывалась.

Россия. ЦФО > Образование, наука > regnum.ru, 27 июля 2017 > № 2259733


Россия > Образование, наука > ras.ru, 26 июля 2017 > № 2257668

ЗАЯВЛЕНИЕ клуба 1 июля о текущем этапе выборной кампании

Клуб "1 ИЮЛЯ"

Клуб 1 июля приветствует решение руководства РФ о самостоятельном выборе Президента РАН ее общим собранием и выражает уверенность, что все выдвинутые кандидаты, широко известные по своей работе на ответственных государственных должностях, будут допущены Правительством РФ к тайному голосованию членов Академии. За триста лет служения Науке и Отечеству Российская Академия Наук заслужила доверие государства, а ее независимость и достоинство являются национальным достоянием.

Клуб считает принципиально важным, чтобы все кандидаты поддержали основополагающие принципы, которые должны лечь в основу работы нового руководства РАН и обеспечить выстраивание деловых и конструктивных отношений с руководством РФ:

1) РАН является одним из столпов и символов российского государства, гарантией ориентации его деятельности на прогресс и созидательное развитие. РАН должна работать в тесном контакте с высшим руководством страны и быть представлена на всех уровнях управления для выработки и осуществления научно обоснованных решений во всех областях государственной деятельности.

2) Единая система институтов РАН должна быть сохранена, ФАНО и ВАК переведены под прямое управление РАН, восстановлены нормальное взаимодействие с ВУЗами и академическая аспирантура как важная ступень научной работы.

3) Фундаментальная наука - направленная на изучение устройства мироздания и всегда становящаяся основой новых технологий, хотя и не всегда немедленно - должна быть включена в число приоритетов научно-технологического развития страны. Она должна быть одной из основных в работе РАН.

4) Фундаментальная наука может развиваться только при гарантии академических свобод, обеспечивающих самостоятельный выбор учеными и научными коллективами направлений и методов исследования. Только таким образом можно совместить сохранение самобытной и конкурентоспособной науки и ее встраивание на достойных условиях в систему международного разделения научного труда.

5) Действующие ученые должны быть максимально освобождены от бюрократической нагрузки, написание ими планов, заявок и отчетов сведено к абсолютному минимуму, необходимому для получения дополнительной информации о работе, не содержащейся в открытых публикациях и общедоступных базах данных.

6) В системе РАН должны быть обеспечены возможности кадрового роста и уважение ко всем участникам исследовательского процесса, от безусловных лидеров до вспомогательного персонала. Работа с молодежью и научной диаспорой должна осуществляться в интересах науки и научного образования, без дискриминационных ограничений и искусственных схем.

7) В руководстве РАН должны быть представлены и наделены необходимыми полномочиями все значительные направления и научные школы. Деятельность руководящих органов РАН должна быть ориентирована на гармоничное развитие науки, научных коллективов и конкретных ученых, а не на обслуживание интересов отдельных группировок и кланов.

О программах кандидатов следует судить по тому, как они конкретизируют эти общие положения и какие механизмы предлагают для их практической реализации.

Клуб подчеркивает свою убежденность в том, что только совместная работа большинства кандидатов и их команд после выборов и определения конкретного победителя сможет привести к преодолению затянувшегося кризиса в развитии отечественной науки и образования, предотвратить надвигающееся господство серости, застой и деградацию.

клуб 1 июля

вторник, июля 25, 2017

Россия > Образование, наука > ras.ru, 26 июля 2017 > № 2257668


Россия. ЦФО > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 24 июля 2017 > № 2254530

МГУ включился в гонку по созданию цифровой экономики

В Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова появился Национальный центр цифровой экономики, говорится в пресс-релизе, поступившем в редакцию «Ленты.ру».

Центр начнет работу осенью 2017 года, а его создание объясняется необходимостью обеспечения научного и методического сопровождения цифровой экономики в России и подготовкой соответствующих кадров.

С инициативой о создании центра ректор МГУ в начале 2017 года выступал ректор МГУ Виктор Садовничий. В работе центра примут участие руководители 16 факультетов и институтов МГУ, представители других научно-исследовательских организаций, а также органов власти.

Научный руководитель центра, заведующий кафедрой информационной безопасности факультета вычислительной математики и кибернетики (ВМК) МГУ, директор Федерального исследовательского центра «Информатика и управление», академик РАН Игорь Соколов уверен, что России необходимо «всеобщее глубокое проникновение компьютеров в экономику».

«У нас началась новая гонка — гонка создания экономики нового типа, цифровой экономики. Если мы опоздаем, то, по-видимому, нам трудно будет сохранить и промышленный, и научный суверенитет, ну а дальше встает вопрос о государственном суверенитете. Это действительно серьезно», — резюмировал Соколов.

В центре уже разработаны предложения по формированию цифрового пространства Евразийского экономического союза (ЕАЭС), разработке и проведению международных конференций. Кроме того, специалисты центра выявили перспективы развития интернета вещей в России.

В Национальном центре цифровой экономики запланировали разработку методических материалов, на базе которых различные факультеты подготовят специалистов в области цифровой экономики.

Россия. ЦФО > Образование, наука. СМИ, ИТ > ras.ru, 24 июля 2017 > № 2254530


Великобритания > Образование, наука > inosmi.ru, 24 июля 2017 > № 2254431

Что если необычайно прибыльная сфера научных публикаций вредит самой науке?

Речь идет об уникальной в своем роде бизнес-индустрии, которая по своей прибыльности может соперничать с Google — а создал ее один из наиболее известных британских магнатов: Роберт Максвел.

Стивен Бьюрани (Stephen Buranyi), The Guardian, Великобритания

В 2011 году Клаудио Аспези (Claudio Aspesi), старший инвестиционный аналитик Bernstein Research (Лондон), сделал ставку на то, что господствующая в одной из самых прибыльных мировых отраслей фирма Reed-Elsevier приближалась к своему банкротству. Многонациональный издательский гигант с годовым доходом более шести миллиардов фунтов стерлингов был любимчиком инвестора. Он принадлежал к тому небольшому числу издателей, которые благополучно осуществили переход к интернету, и, по прогнозам недавнего отчета компании, ее ожидал еще один год роста. Тем не менее у Аспези были все основания полагать, что это предсказание — равно как и все другие, звучавшие из уст крупных финансовых аналитиков — было неверным.

Ядро деятельности издательского дома Elsevier составляют научные журналы, еженедельные или ежемесячные издания, в которых ученые делятся друг с другом результатами своей работы. Несмотря на узкую аудиторию, научная периодика — бизнес довольно внушительных масштабов. Насчитывая более 19 миллиардов фунтов стерлингов общих мировых доходов, он по своим размерам занимает промежуточное положение где-то между индустрией звукозаписи и кинопроизводством, правда отличается гораздо большей рентабельностью. В 2010 году отдел научных изданий Elsevier сообщил о доходе в 724 миллиона фунтов стерлингов, полученном всего с двух миллиардов продаж. Это была 36-процентная разница — выше, чем зарегистрированная в том же году такими компаниями, как Apple, Google или Amazon.

Правда бизнес-модель Elsevier не на шутку озадачивала. Чтобы заработать деньги, традиционный издатель — скажем, журнал — сначала должен покрыть множество издержек: он платит авторам за статьи; прибегает к помощи редакторов для подготовки, оформления и проверки статей; платит за распространение готового продукта среди подписчиков и розничных торговцев. Все это дорого, и успешные журналы обычно получают примерно 12-15-процентную прибыль.

Способ заработать на научных статьях выглядит очень похоже — за исключением того, что научным издателям удается избежать большинства фактических затрат. Ученые сами руководят созданием своих трудов — получая в основном правительственное финансирование — и предоставляют их издателям бесплатно. Издатель платит научным редакторам, которые оценивают, стоит ли работа публикации, и проверяют ее грамматику, но главная часть редакционной нагрузки — проверка научной достоверности и оценка экспериментов, процесс, известный как экспертная оценка — ложится на плечи ученых, работающих на добровольных началах. Затем издатели продают продукт институциональным и университетским библиотекам, опять-таки финансируемым правительством, чтобы их читали ученые — которые в собирательном смысле сами и являются главными создателями этого продукта.

Все равно как если бы The New Yorker или The Economist требовали, чтобы журналисты бесплатно писали и редактировали друг у друга статьи, и при этом просили правительство платить по счетам. Внешние наблюдатели, как правило, в недоумении разводят руками, когда описывают эту структуру функционирования. В докладе парламентского комитета по науке и технике за 2004 год в отношении данной отрасли сухо отмечается, что «на традиционном рынке поставщикам платят за товары, которые они предоставляют». В отчете Deutsche Bank за 2005 год это явление называется «странной» системой «тройной оплаты», при которой «государство финансирует большую часть исследований, выплачивает жалование большинству специалистов, проверяющих качество исследований, а затем покупает большую часть опубликованных продуктов».

Ученые прекрасно понимают, что являются участниками не самой выгодной для них сделки. Издательский бизнес «порочен и бесполезен», в 2003 году написал в статье для The Guardian биолог из Беркли Майкл Эйзен (Michael Eisen), заявив, что «этот позор должен быть вынесен на суд публики». Адриан Саттон (Adrian Sutton), физик из Имперского колледжа, сказал мне, что ученые «все являются для издателей рабами. Найдется ли еще одна подобная отрасль, которая получает от своих клиентов сырье, заставляет тех же самых клиентов контролировать его качество, а затем продает эти же материалы клиентам по значительно завышенной цене?» (Представитель RELX Group — таково официальное название Elsevier с 2015 года — сказал мне, что их фирма и другие издатели «обслуживают исследовательское сообщество, беря на себя те необходимые задачи, которые ученые либо не могут выполнить, либо не занимаются ими сами, и взимают за эту услугу справедливую плату»).

По мнению многих ученых, издательская индустрия оказывает слишком большое влияние на выбор учеными объекта исследования, что в конечном итоге очень вредно для самой науки. Журналы ценят новые и впечатляющие результаты — в конце концов, их бизнес заключается в том, чтобы находить подписчиков — и ученые, точно зная, работы какого типа обычно публикуют, подгоняют под эти параметры собственные рукописи.

Таким образом создается постоянный поток статей, важность которых сразу очевидна. Но, с другой стороны, это означает, что у ученых нет точного представления о собственной области исследований. Только потому, что на страницах авторитетных научных изданий не нашлось места для информации о ранее совершенных ошибках, исследователи могут в итоге случайно взяться за изучение бесперспективных вопросов, которыми уже занимались их коллеги. Например, в исследовании 2013 года сообщалось, что в США половина всех клинических испытаний никогда не публикуется в журналах.

По мнению критиков, журнальная система фактически сдерживает научный прогресс. В эссе 2008 года доктор Нил Янг (Neal Young) из Национального института здоровья (NIH), который финансирует и проводит медицинские исследования для правительства США, утверждал, что, учитывая важность научных инноваций для общества, «наш моральный долг состоит в том, чтобы пересмотреть способы, какими оцениваются и распространяются научные данные».

Аспези, побеседовав с группой экспертов, включавшей в себя более 25 выдающихся ученых и активистов, пришел к выводу, что в самое ближайшее время тенденция должна измениться на противоположную и обернуться против индустрии, возглавляемой Elsevier. Все больше научных библиотек, которые покупают журналы для университетов, сетовали на то, что проходивший на протяжении последних десятилетий рост цен исчерпал их бюджеты, и грозились отказаться от приносящих многомиллионные доходы и распространяемых по подписке пакетов, если Elsevier не снизит свои цены.

Государственные организации, такие как американский NIH и Немецкое научно-исследовательское сообщество (DFG), недавно взяли на себя обязательство сделать свои исследования доступными через бесплатные онлайн-журналы, и Аспези посчитал, что правительства могли бы вмешаться и гарантировать бесплатный доступ ко всем финансируемым государством исследованиям. В этом случае Elsevier и ее конкурентов застиг бы идеальный шторм: клиенты взбунтовались бы снизу, а сверху обрушилось правительственное регулирование.

В марте 2011 года Аспези опубликовал отчет, в котором рекомендовал своим клиентам продавать акции Elsevier. Несколько месяцев спустя в ходе телефонной конференции между руководством Elsevier и инвестиционными фирмами он надавил на генерального директора издательского дома Эрика Энгстрема (Erik Engstrom), указав на ухудшение отношений с библиотеками. Аспези поинтересовался, что случилось с бизнесом, если «ваши клиенты в таком отчаянии». Энгстром уклонился от ответа. В течение следующих двух недель акции Elsevier упали более чем на 20%, в результате компания потеряла один миллиард фунтов стерлингов. Проблемы, замеченные Аспези, носили глубинный и структурный характер, и он считал, что в ближайшие годы они дадут о себе знать — между тем казалось, что все уже движется в предсказанном им направлении.

Однако в течение следующего года большинство библиотек отступились и подписали контракты с Elsevier, а правительства по большей части не справились с продвижением альтернативной модели распространения научных трудов. В 2012 и 2013 годах Elsevier сообщил о более чем 40-процентной прибыли. В следующем году Аспези отозвал свою рекомендацию по продаже акций. «Он слишком прислушивался к нашим беседам и в итоге подпортил себе репутацию», — рассказал мне недавно Дэвид Проссер (David Prosser), глава научных библиотек Великобритании и авторитетный защитник реформирования издательской индустрии. Elsevier не собирался сдавать своих позиций.

Аспези — далеко не первый человек, неверно предсказавший конец издательского бума в сфере научной периодики, и едва ли последний. Трудно поверить, что то, что по существу является коммерческой монополией, функционирующей в рамках во всем остальном регулируемого, финансируемого правительством предприятия, в долгосрочной перспективе способно избежать исчезновения.

Однако издательское дело на протяжении десятилетий продолжает быть неотъемлемой частью профессиональной науки. Сегодня каждый ученый понимает, что его карьера зависит от публикаций, а профессиональный успех во многом определяется работой в самых престижных журналах. Длительная, медленная работа без какого-то конкретного направления, которую в свое время вели некоторые из наиболее влиятельных ученых 20-го века, уже не является жизнеспособным вариантом карьеры. При сегодняшней системе отец генетических последовательностей Фред Сенгер, который за два десятилетия, прошедшие между его нобелевскими премиями 1958 и 1980 года, очень мало публиковался, вполне мог бы оказаться без работы.

Даже ученые, борющиеся за реформирование, часто не ведают о корнях этой системы: о том, как в годы бума послевоенных лет предприниматели сколачивали целые состояния, забирая издательское дело из рук ученых и расширяя бизнес до ранее невообразимых масштабов. И едва ли кто-то из этих преобразователей мог сравниться своей изобретательностью с Робертом Максвеллов, который превратил научные журналы в потрясающую денежную машину, которая финансовым путем обеспечила ему возвышение в британском обществе. Максвелл сделался членом парламента, газетным магнатом, который бросил вызов Руперту Мердоку, и одной из самых известных фигур в британской жизни. Между тем большинство из нас не осознает значимость той роли, которую он на самом деле сыграл. Как бы невероятно это ни звучало, но мало кто в прошлом веке сделал больше для формирования нынешних способов управления научной деятельностью, чем Максвелл.

В 1946 году 23-летний Роберт Максвелл служил в Берлине и уже заработал себе неплохую репутацию. Хотя вырос он в бедной чешской деревне, но успел повоевать за британскую армию во время войны в составе контингента европейских эмигрантов и получить в награду военный крест и британское гражданство. После войны он служил офицером разведки в Берлине, используя свои девять языков для допроса заключенных. Максвелл был высоким и дерзким молодым человеком, успехи, которых ему удалось к тому времени добиться, его не удовлетворяли вовсе — один его тогдашний знакомый вспоминал, как он открыл ему свое самое заветное желание: «быть миллионером».

В то же время британское правительство готовило малообещающий проект, который впоследствии позволит ему осуществить свою мечту. Первоклассные британские ученые — начиная с Александра Флеминга, который открыл пенициллин, и заканчивая физиком Чарльзом Гальтоном Дарвином, внуком Чарльза Дарвина — были обеспокоены тем, что издательская отрасль всемирно признанной британской науки пребывала в самом бедственном положении. Издатели научной периодики главным образом славились своей неэффективностью и постоянным банкротством. Журналы, которые часто печатались на дешевой тонкой бумаге, расценивались научными обществами как едва ли не второсортная продукция. В британском химическом обществе наблюдалась многомесячная очередь ожидающих публикации статей, а типографские операции проводились за счет откупных Королевского общества.

Решение правительства заключалось в том, чтобы соединить почтенное британское издательство Butterworths (сегодня принадлежащее Elsevier) с известным немецким издателем Springer, чтобы опереться на опыт последнего. Таким образом,Butterworths научится получать прибыль от журналов, а британская наука будет печататься более быстрыми темпами. Максвелл уже создал свой собственный бизнес, помогая Springer переправлять научные статьи в Великобританию. Директора Butterworths, сами бывшие сотрудники британской разведки, наняли молодого Максвелла в качестве помощника управляющего компанией, а еще одного бывшего шпиона, Пола Росбауда (Paul Rosbaud), металлурга, который всю войну передавал нацистские ядерные секреты британцам через французское и голландское сопротивление — научным редактором.

Лучшего времени для такого рода начинания было не найти. Наука вот-вот должна была вступить в период беспрецедентного роста, из бессвязных любительских занятий состоятельных джентльменов превратившись в уважаемую профессию. В послевоенные годы она станет олицетворением прогресса. «Наука ждала своего часа. Ее нужно было вывести на авансцену, поскольку с ней связана большая часть наших надежд на будущее», — писал в 1945 году американский инженер и руководитель «Манхэттенского проекта» Вэнивар Буш в докладе президенту Гарри Труману. После войны правительство впервые выступило в качестве главного покровителя научных изысканий не только в военной сфере, но и через недавно созданные агентства, такие как Национальный научный фонд США, и стремительно разраставшуюся университетскую систему.

Когда в 1951 году Butterworths решил отказаться от зарождавшегося проекта, Максвелл предложил за акции Butterworths и Springer 13 тысяч фунтов стерлингов (около 420 тысяч фунтов стерлингов сегодня), что давало ему контроль над компанией. Росбауд остался на посту научного директора и назвал новое предприятие Pergamon Press, вдохновением для него послужила монета из древнегреческого города Пергамон, на которой была изображена богиня мудрости Афина. Ее-то они и взяли за основу для логотипа компании — простой линейный рисунок, метко символизирующий знание и деньги одновременно.

В обстановке прилива наличных денег и оптимизма именно Росбауд был инициатором метода, приведшего Pergamon к успеху. По мере развития науки он понял, что для новых областей исследования потребуются новые журналы. Научные общества, традиционные создатели журналов, были громоздкими институтами, которые, как правило, отличались неповоротливостью и пребывали в плену неразрешимых внутренних споров о границах их области исследования. Росбауда не связывало ни одно из этих ограничений. Все, что ему нужно было сделать — убедить какого-нибудь видного академика в том, что их конкретной области нужен новый журнал, который представлял бы ее должным образом, и поставить этого человека во главе. Так Pergamon начал продавать подписки университетским библиотекам, у которых внезапно оказалось много свободных государственных денег.

Максвелл быстро смекнул, что к чему. В 1955 году он и Росбауд участвовали в Женевской конференции по мирному использованию атомной энергии. Максвелл арендовал офис возле места проведения конференции и ходил по семинарам и официальным мероприятиям, предлагая опубликовать любые статьи, которые ученые собирались представить, и обращаясь к ним с просьбой подписать эксклюзивные контракты на редактирование журналов Pergamon. Прочие издатели были шокированы его нахальной манерой. Даан Фрэнк (Daan Frank) из издательства North Holland Publishing (сегодня принадлежащего Elsevier) позднее сетовал на то, что Максвелл вел себя «нечестно», отбирая ученых без учета конкретного содержания.

По рассказам, алчный до наживы Максвелл в итоге оттеснил Росбауда. В отличие от бывшего скромного ученого Максвелл предпочитал дорогие костюмы и зализанные назад волосы. Преобразовав свой чешский акцент в страшно претенциозный дикторский басок, он выглядел и говорил в точности как тот магнат, которым мечтал быть. В 1955 году Росбауд сказал нобелевскому лауреату по физике Невиллу Мотту, что журналы были его любимыми маленькими «овечками», а сам Максвелл — библейским королем Давидом, который забивал их и выгодно продавал. В 1956 году дуэт распался, и Росбауд покинул компанию.

К тому времени Максвелл успел освоить бизнес-модель Росбауда и переделать ее на свой лад. Научные конференции, как правило, проходили скучновато, и никто не связывал с ними больших ожиданий, но когда Максвелл в тот год вернулся на Женевскую конференцию, он арендовал дом в Колонь-Бельрив, близлежащем живописном городке на берегу озера, где развлекал гостей вечеринками с выпивкой, сигарами и прогулками на яхте. Ученым еще никогда не доводилось видеть ничего подобного. «Он всегда говорил, что мы боремся с конкурентами не за объемы продаж, но за авторов, — сказал мне Альберт Хендерсон (Albert Henderson), бывший заместитель директора Pergamon. — Наше присутствие на конференциях имеет специфическую цель — нанять редакторов для новых журналов». Бытуют истории о вечеринках на крыше гостиницы Athens Hilton, о полетах на «Конкорде» в качестве подарка, о том, как ученые совершали морские прогулки по греческим островам на зафрахтованных яхтах, чтобы обсудить там план создания своих новых журналов.

К 1959 году Pergamon издавал 40 журналов; шесть лет спустя их число выросло до 150. Таким образом Максвелл серьезно обогнал своих конкурентов. (В 1959 году соперник Pergamon, Elsevier, имел всего десять журналов на английском языке, и компании понадобилось еще десять лет, чтобы довести их число до 50.) К 1960 году Максвелл мог позволить себе разъезжать на «Роллс-ройсе» с личным шофером и перебрался сам, а также перевез издательство из Лондона в роскошную усадьбу Хедингтон Хилл Холл в Оксфорде, где также находилось британское книжное издательство Blackwell's.

Научные общества, такие как Британское общество реологии, сообразив, что к чему, даже начали за небольшую регулярную плату отдавать в распоряжение издательского дома свои журналы. Лесли Иверсен (Leslie Iversen), бывший редактор Journal of Neurochemistry, вспоминает о щедрых ужинах, которыми Максвелл ублажал их в своем поместье. «Он был весьма импозантным человеком, этот предприниматель, — говорит Иверсен. — Мы ужинали и пили хорошее вино, а под конец он представлял нам чек на несколько тысяч фунтов для общества. Таких денег мы, бедные ученые, никогда не видывали».

Максвелл настаивал на пышных названиях для журналов — в них неизменно фигурировало слово «международный». Питер Эшби (Peter Ashby), бывший вице-президент Pergamon, в беседе со мной определил это как «пиар-трюк», однако в этом также отразилось глубокое понимание того, как изменились наука и отношение к ней общества. Сотрудничество и выход научной работы на международную арену стали новой формой престижа для исследователей, и во многих случаях Максвелл успевал завладеть рынком прежде, чем кто-то осознавал, что он существует.

Когда в 1957 году Советский Союз запустил «Спутник», первый искусственный спутник Земли, западные ученые ринулись догонять российских космических разработчиков и с удивлением обнаружили, что Максвелл уже в начале того десятилетия договорился об эксклюзивном англоязычном контракте на издание журналов Российской академии наук.

«Его интересовало все подряд. Я ехал в Японию — там у него оказывался американец, управляющий офисом. Я отправлялся в Индию — там тоже кто-нибудь сидел», — рассказывает Эшби. И международные рынки могли приносить чрезвычайно высокую прибыль. Рональд Сулески (Ronald Suleski), который руководил японским офисом Pergamon в 1970-е годы, говорил мне, что японские научные общества, отчаянно пытавшиеся опубликовать свои труды на английском языке, бесплатно предоставляли Максвеллу права на научные результаты своих членов.

В письме, посвященном 40-летию Pergamon, Эйичи Кобаяши (Eiichi Kobayashi), директор Maruzen, давнего японского дистрибьютора Pergamon, вспоминал о Максвелле так: «Каждый раз, когда я с удовольствием встречаюсь с ним, мне вспоминаются слова Ф.Скотта Фитцджеральда о том, что миллионер не заурядный человек».

Научная статья, по сути, стала единственным способом систематического представления науки в мире. (Как сказал Роберт Кили (Robert Kiley), глава отдела цифровых услуг в библиотеке Wellcome Trust, второго по величине в мире частного спонсора биомедицинских исследований, «мы тратим миллиард фунтов в год, а взамен получаем статьи».) Это главный ресурс нашей наиболее уважаемой сферы специальных знаний. «Публикация — это выражение нашей работы. Хорошая идея, беседа или переписка, пусть даже речь идет о самой блестящей личности в мире… ничего не стоит, пока вы ее не опубликуете», — говорит Нил Янг из NIH. Если вы контролируете доступ к научной литературе, это по большому счету равносильно контролю над наукой.

Успех Максвелла основывался на понимании природы научных журналов, к которому другие приходили лишь спустя многие годы. В то время как его конкуренты сетовали на то, что он выхолащивает рынок, Максвелл понимал, что на самом деле рынок не знает пределов. Новый The Journal of Nuclear Energy не отнимал хлеб у сотрудников журнала Nuclear Physics конкурентного голландского издателя. Научные статьи посвящены уникальным открытиям: одна статья не может заменить другую. Если появлялся новый серьезный журнал, ученые просто просили, чтобы их университетская библиотека оформила подписку и на него тоже. Если Максвелл создал в три раза больше журналов, чем его конкуренты, он и зарабатывал в три раза больше.

Единственным потенциальным ограничением было замедление государственного финансирования, но на это мало что указывало. В 1960-е годы Кеннеди финансировал космическую программу, а в начале 1970-х годов Никсон объявил «войну с раком», в то время как британское правительство при поддержке американцев разрабатывало собственную ядерную программу. Независимо от политического климата поток государственного финансирования науки не иссякал.

На первых порах Pergamon оказался в центре ожесточенных споров о том, насколько этично позволять коммерческим интересам проникать в якобы нестяжательный и избегающий прибыли мир науки. В письме 1988 года, посвященном 40-летию Pergamon, Джон Коулес (John Coales) из Кембриджского университета отметил, что изначально многие из его друзей «считали [Максвелла] величайшим злодеем, до поры избежавшим виселицы».

Однако к концу 60-х годов коммерческие публикации считались статус-кво, а издателей рассматривали как необходимых партнеров в деле продвижения науки. Pergamon дал толчок значительному расширению области научных изданий, ускорив процесс публикаций и представив их в более стильной упаковке. Опасения ученых в связи с передачей авторских прав отступали перед удобством ведения дел с Pergamon, тем блеском, который издательство давало их работе, и перед силой личности Максвелла. Ученые, казалось, пребывали в восторге от волка, которого впустили в дом.

«Это был человек из разряда „пальца в рот не клади", но мне он все равно нравился», — говорит Денис Нобл (Denis Noble), физиолог из Оксфордского университета и редактор журнала Progress in Biophysics & Molecular Biology. Максвелл нередко приглашал Нобла на деловые встречи к себе домой. «Там часто можно было застать вечеринку, неплохой музыкальный ансамбль, между его работой и личной жизнью не существовало барьера», — говорит Нобл. Затем Максвелл начинал поочередно угрозами и обаянием подталкивать его к тому, чтобы разделить выходящий два раза в год журнал на ежемесячное или двухмесячное издание, что соответственно привело бы к увеличению абонентских платежей.

Правда, в конечном итоге Максвелл почти всегда склонялся к мнению ученых, а последние все больше ценили его покровительство. «Должен признаться, что, быстро распознав его хищнические и предпринимательские амбиции, я тем не менее проникся к нему большой симпатией», — в 1988 году писал о первых годах своего издания Артур Барретт (Arthur Barrett), тогдашний редактор журнала Vacuum. И это чувство было взаимным. Максвелл с большим трепетом относился к своей дружбе с известными учеными, к которым магнат испытывал нехарактерное для него благоговение. «Он рано понял, что ученые жизненно важны. Он готов был исполнить любое их желание. Это сводило остальных сотрудников с ума», — говорил мне Ричард Коулман (Richard Coleman), который в конце 1960-х работал над выпуском журналов в Pergamon. Когда издательство стало объектом враждебной попытки поглощения, The Guardian в статье 1973 года сообщила, что редакторы журналов грозились скорее «уйти совсем», чем работать на другого президента компании.

Максвелл преобразил издательский бизнес, между тем повседневная научная работа оставалась прежней. Ученые продолжали нести свои работы главным образом в те журналы, которые лучше всего соответствовали их исследовательской области — а Максвелл был рад опубликовать любые исследования, которые его редакторы считали в достаточной мере серьезными. Однако в середине 1970-х годов издатели начали вмешиваться в практику самой науки, вступив на путь, который впоследствии сделает ученую карьеру пленником издательской системы и подчинит направление исследований бизнес-стандартам. Один из журналов стал символом этой трансформации.

«В начале моей карьеры никто не обращал особого внимания на то, где вас публикуют, но в 1974 году все изменилось с приходом Cell, — рассказывает мне Рэнди Шекман (Randy Schekman), молекулярный биолог из Беркли и лауреат Нобелевской премии. Cell (сегодня принадлежащий Elsevier) был журналом, запущенным Массачусетским технологическим институтом для того, чтобы подчеркнуть важность новой набиравшей влияние области молекулярной биологии. Его редактором был молодой биолог по имени Бен Левин (Ben Lewin), который интенсивно, даже с каким-то литературным азартом взялся за работу. Левин ценил длинные серьезные статьи, которые давали ответы на большие вопросы, часто являлись результатом многолетних исследований, которые в свою очередь предоставляли материал для многих статей по другим направления. И, нарушая традицию, согласно которой журналы являлись пассивными инструментами передачи научной информации, он отклонял гораздо больше статей, чем публиковал.

Таким образом, он создал площадку для научных блокбастеров, и ученые начали подгонять свою работу под его условия. «Левин был умный человек. Он понимал, что ученые очень тщеславны и хотели быть членами клуба избранных; Cell был „этим самым" журналом, и вам во что бы то ни стало нужно было опубликовать там статью, — говорит Шекман. — Я и сам не избежал этого давления». В итоге он отчасти опубликовал в Cell свой нобелевский труд.

Внезапно место публикации стало играть чрезвычайно важную роль. Другие редакторы тоже решили проявить напористость в надежде повторить успех Cell. Издатели также взяли на вооружение показатель под названием «импакт-фактор», изобретенный в 1960-е годы Юджином Гарфилдом, библиотекарем и лингвистом, для приблизительного расчета того, как часто статьи определенного журнала цитируются в других статьях. Для издателей это стало способом оценивать и рекламировать научный охват своей продукции.

Журналы новой формации с их акцентом на большие результаты попали на вершину этих новых рейтингов, а ученые, опубликовавшие свои работы в журналах с высоким «импакт-фактором», в качестве награды получали работу и финансирование. Почти в одночасье в научном мире была создана новая валюта престижа. (Гарфилд позднее сравнил свое творение с «ядерной энергией… палкой о двух концах»).

Трудно переоценить влияние, которое редактор журнала теперь мог оказывать на формирование карьеры ученого и направление самой науки. «Молодые люди все время говорят мне: „Если я не опубликуюсь в CNS [общая аббревиатура для Cell / Nature / Science, самых престижных журналов по биологии], я не смогу устроиться на работу"», — рассказывает Шекман. Он сравнивает погоню за изданиями с высоким рейтингом цитируемости с системой стимулов, такой же гнилой, как банковские бонусы. «Они во многом влияют на то, куда идет наука», — говорит он.

Так наука сделалась причудливым совместным предприятием ученых и редакторов журналов, где первые все чаще стремятся совершить открытия, которые могли бы произвести впечатление на последних. Сегодня, когда у ученого есть выбор, он почти наверняка отвергнет как прозаическую работу по подтверждению или опровержению результатов предыдущих исследований, так и десятилетнюю погоню за рискованным «прорывом», отдав предпочтение золотой середине: теме, которая пользуется популярностью у редакторов и с большей вероятностью обеспечит ему регулярные публикации. «Ученых побуждают проводить исследования, которые удовлетворяют этим требованиям», — сказал биолог и лауреат Нобелевской премии Сидней Бреннер (Sydney Brenner) в интервью в 2014 года, назвав такую систему «коррумпированной».

Максвелл понял, что теперь королями науки стали журналы. Но его по-прежнему занимало главным образом расширение, у него все еще было хорошее чутье на то, куда движется наука и какие новые области исследований он может колонизировать. Ричард Чаркин (Richard Charkin), бывший генеральный директор британского издательства Macmillan, который был редактором в Pergamon в 1974 году, вспоминает, как Максвелл на редакционном собрании размахивал одностраничным докладом Ватсона и Крика о структуре ДНК и заявлял, что будущее — за наукой о жизни с множеством крошечных вопросов, каждый из которых заслуживает своего собственного издания. «Я думаю, в том году мы запустили около ста журналов, — сказал Чаркин. — О, Господи!»

У Pergamon также появилась ветвь социальных наук и психологии. Судя по целой серии журналов, название которых начиналось с «Компьютеры и», Максвелл заметил растущее значение цифровых технологий. «Этому не было конца, — говорил мне Питер Эшби. — Оксфордский политехнический институт (ныне Университет Оксфорд Брукс) открыл факультет гостиничного бизнеса с шеф-поваром. Нам нужно было выяснить, кто глава факультета, и заставить его запустить журнал. И бац — вот вам Международный журнал гостиничного менеджмента».

К концу 1970-х годов Максвеллу также приходилось иметь дело с более переполненным рынком. «В то время я работал в Oxford University Press, — рассказывал мне Чаркин. — Мы вскочили от удивления и воскликнули: „Черт возьми, эти журналы приносят приличный доход!"» Между тем в Нидерландах Elsevier начал развивать свои англоязычные журналы, поглощая внутреннюю конкуренцию через серию приобретений и расширяясь со скоростью 35 журналов в год.

Как предсказывал Максвелл, конкуренция не снизила цены. Между 1975 и 1985 годами средняя цена журнала удвоилась. The New York Times сообщала, что в 1984 году подписка на журнал Brain Research стоила две с половиной тысячи долларов; между тем в 1988 году эта сумма перевалила за пять тысяч. В том же году Гарвардская библиотека потратила на научные журналы на полмиллиона долларов больше, чем то было запланировано бюджетом.

Время от времени ученые ставили под сомнение справедливость этого чрезвычайно прибыльного бизнеса, которому они бесплатно предоставляли свои труды, однако именно университетские библиотекари первыми осознали организованную Максвеллом рыночную ловушку. Библиотекари использовали университетские средства для покупки журналов от имени ученых. Максвелл прекрасно об этом знал. «В отличие от других профессионалов ученые не так хорошо разбираются в ценах главным образом потому, что тратят не свои собственные деньги», — сказал он в интервью 1988 года своему изданию Global Business. А поскольку не было возможности обменять один журнал на другой, более дешевый, продолжал Максвелл, «вечный финансовый двигатель» продолжал работать. Библиотекари стали заложниками тысяч мелких монополий. Теперь в год выходило более миллиона научных статей, и им приходилось покупать их все, какую бы цену ни назначали издатели.

С точки зрения бизнеса, можно было говорить о полной победе Максвелла. Библиотеки стали «захваченным» рынком, а журналы неожиданно сделались посредниками научного престижа — а это означало, что ученые не могли просто взять и отказаться от них, если бы появился новый метод обмена результатами. «Не будь мы такими наивными, давно бы признали нашу истинную позицию: поняли бы, что именно мы сидим наверху солидных денежных куч, которые умные люди со всех сторон пытаются разложить по своим кучкам», — писал библиотекарь Мичиганского университета Роберт Хубек (Robert Houbeck) в экономическом журнале в 1988 году. Тремя годами ранее несмотря на то, что финансирование науки пережило свой первый за несколько десятилетий многолетний провал, Pergamon сообщил о прибыли в 47%.

К тому времени Максвелл уже оставил свою победоносную империю. Склонность к стяжательству, приведшая к успеху Pergamon, также сподвигла его на множество эффектных, но сомнительных инвестиций, в том числе в футбольные команды Oxford United и Derby County FC, телевизионные станции по всему миру, а в 1984 году — в британскую газетную группу Mirror, которой он начал уделять все больше своего времени. В 1991 году, намереваясь приобрести New York Daily News, Максвелл продал Pergamon своему тихому голландскому конкуренту Elsevier за 440 миллионов фунтов (919 миллионов сегодня).

Многие бывшие сотрудники Pergamon по отдельности признавались мне, что, по их мнению, после сделки с Elsevier для Максвелла все закончилось, потому что Pergamon был компанией, которую он действительно любил. Спустя несколько месяцев он погряз в серии скандалов из-за растущих долгов, теневой бухгалтерской практики и подрывного обвинения американского журналиста Сеймура Херша (Seymour Hersh) в том, что он якобы являлся израильским шпионом, у которого был выход на торговцев оружием.

5 ноября 1991 года Максвелла нашли в море близ его яхты на Канарских островах. Мир был шокирован, и на следующий день конкурент Mirror, таблоид Sun, поставил занимавший всех вопрос. «Он упал… Он спрыгнул?» — так гласил заголовок. (Было еще третье предположение, что его столкнули).

Эта история на протяжении нескольких месяцев удерживалась на главных полосах британской прессы, росло подозрение, что Максвелл покончил жизнь самоубийством после того, как в ходе расследования выяснилось, что он украл более 400 миллионов фунтов стерлингов из пенсионного фонда Mirror для оплаты своих долгов. (В декабре 1991 года испанский следователь сделал заключение о несчастном случае). Догадкам не было числа: в 2003 году журналисты Гордон Томас (Gordon Thomas) и Мартин Диллон (Martin Dillon) опубликовали книгу, в которой утверждалось, что Максвелла убила «Моссад», чтобы скрыть его шпионскую деятельность. В то время как Максвелла уже давно не было в живых, начатый им бизнес процветал уже в новых руках, в ближайшие десятилетия ему предстояло достигнуть новых уровней прибыли и мировой власти.

Если гений Максвелла рос вширь, то гений Elsevier переживал период консолидации. С приобретением каталога Pergamon, насчитывавшего 400 единиц, в руках компании оказалось более тысячи научных журналов, и она на тот момент считалась самым крупным научным издателем в мире.

Бывший генеральный директор Macmillan Чаркин вспоминает, как во времена слияния говорил генеральному директору Elsevier Пьеру Винкену (Pierre Vinken), что Pergamon — зрелый бизнес и Elsevier за него переплачивает. Но Винкен был полностью уверен в том, что делает. Чаркин вспоминает: «Он сказал: „Вы не представляете, насколько выгодны эти журналы с того момента, когда уже ничего не надо делать.

Когда вы создаете журнал, то тратите время на подбор хорошей редколлегии, вам приходится их обхаживать, приглашать на обеды. Потом вы выводите журнал на рынок, и ваши агенты по сбыту отправляются искать подписчиков, это медленный и трудный процесс, а вы стараетесь сделать журнал максимально качественным. Вот что происходило в Pergamon. И вот мы его покупаем и перестаем всем этим заниматься, а наличные деньги просто плывут нам в руки, сложно поверить, насколько это замечательно". Он был прав, а я ошибался».

К 1994 году, спустя три года после приобретения Pergamon, Elsevier повысил свои цены на 50%. Университеты жаловались, что их бюджеты трещат по швам — американское издательство Publishers Weekly сообщало, что библиотекари называют это «машиной конца света» для их отрасли — и впервые они начали отказываться от подписки на менее популярные журналы.

В то время поведение Elsevier казалось самоубийственным. Он навлекал на себя гнев собственных клиентов как раз тогда, когда интернет вот-вот должен был предложить им бесплатную альтернативу. В статье Forbes за 1995 год рассказывается о том, как ученые делились результатами на первых появившихся тогда веб-серверах, и спрашивается, станет ли Elsevier «первой жертвой интернета». Но как всегда издатели понимали рынок лучше, чем ученые.

В 1998 году Elsevier представил свой проект для эпохи интернета, который получил название «The Big Deal». Он предлагал электронный доступ к спецпакетам, включавшим сотни журналов одновременно: ежегодно университет должен платить установленную цену. Согласно докладу, основанному на запросах о свободном доступе к информации, счет Корнеллского университета в 2009 году составлял почти два миллиона долларов — и каждый студент или профессор мог загрузить любой журнал, который они хотели, на веб-сайте Elsevier. Университеты подписывались в массовом порядке.

Те, кто предсказывал крах Elsevier, полагали, что ученые, экспериментирующие с распространением своих трудов бесплатно онлайн, будут медленно вытеснять журналы Elsevier, заменяя их по одному за раз. В ответ Elsevier создал переключатель, который объединил тысячи маленьких монополий Максвелла в одну настолько гигантскую, что, подобно базовому ресурсу — к примеру, водо- или электроснабжению — университетам нельзя было без нее обойтись. Платишь — и научные лампочки горят, не платишь — и до четверти всей научной литературы не доступно. В руках крупнейших издателей сосредоточилась огромная власть, и прибыль Elsevier начала очередной крутой подъем, который к 2010 году привел компанию к миллиардным доходам. В 2015 году Financial Times окрестил Elsevier «бизнесом, который интернет не смог убить».

Сегодня издатели так крепко обвились вокруг различных органов научного тела, что от них уже никак не отделаешься. В докладе за 2015 год исследователь в области информатики из Монреальского университета Винсент Ларивьер (Vincent Larivière), показал, что Elsevier владеет 24% рынка научных журналов, в то время как старый партнер Максвелла Springer и его соперник Wales-Blackwell контролировали около 12% каждый. На эти три компании приходилась половина рынка. (Представитель Elsevier, знакомый с докладом, сказал мне, что, по их собственным оценкам, они публикуют только 16% научной литературы.)

«Несмотря на проповеди, которые я читаю по этой теме по всему миру, кажется, что журналы не теряют своей актуальности, скорее — напротив», — сказал мне Рэнди Шекман (Randy Schekman). Именно это влияние, а не столько прибыль, способствовало распространению системы, и это больше всего разочаровывает ученых сегодня.

Elsevier утверждает, что главная цель компании — облегчить работу ученым и другим исследователям. Представитель Elsevier отметил, что в прошлом году компания получила 1,5 миллиона рукописей и опубликовала 420 тысяч; 14 миллионов ученых доверяют Elsevier публикацию результатов своих изысканий, и 800 тысяч ученых на добровольных началах тратят свое время, чтобы помочь им с редактированием и экспертной оценкой. «Мы помогаем исследователям повышать продуктивность и эффективность их работы, — сказала мне Алисия Уайз (Alicia Wise), старший вице-президент глобальных стратегических сетей. — И тем самым приносим пользу научно-исследовательским институтам, а также спонсорам научных исследований, таким как правительства».

На вопрос, почему так много ученых критически относится к издателям журналов, Том Реллер (Tom Reller), вице-президент Elsevier по корпоративным отношениям, ответил так: «Не нам говорить о заинтересованности других. Мы смотрим на цифры [число ученых, которые доверяют Elsevier результаты своих исследований], и это свидетельствует о том, что мы хорошо справляемся со своими задачами». Отвечая на вопрос о критике в адрес бизнес-модели Elsevier, Реллер написал по электронной почте, что эти критические замечания не учитывают «все, что издатели делают с целью повысить ценность — помимо взносов, которые приносит финансирование государственного сектора». По его словам, именно за это они и взимают плату.

В некотором смысле то, что научный мир, кажется, неизбежно подчинен силе притяжения издательской отрасли, нельзя вменить в вину какому-то конкретному издателю. Когда правительства, в том числе правительства Китая и Мексики, предлагают финансовые премии за публикацию в журналах с высоким рейтингом цитируемости, они не отвечают требованиям кого-либо из издателей, но преследуют выгоды, предоставляемые чрезвычайно сложной системой, которая вынуждена сочетать утопические идеалы науки с коммерческими целями издателей, в чьих руках она находится. («Мы, ученые, мало задумываемся о воде, в которой плаваем», — сказал мне Нил Янг).

С начала 2000-х годов ученые отстаивают альтернативу подписке, носящую название «открытый доступ». Это решает проблему уравновешивания научных и коммерческих императивов путем простого удаления коммерческого элемента. На практике это обычно выливается в форму онлайн-журналов, на которые ученые вносят предоплату, чтобы покрыть затраты на редактирование, которая затем гарантирует свободный доступ к их работе всем желающим на неограниченный срок. Но несмотря на поддержку ряда крупнейших мировых финансовых агентств, в том числе Фонда Гейтса и Wellcome Trust, только около четверти научных статей находятся в свободном доступе на момент их публикации.

Идея о том, что научные исследования должны быть в свободном доступе для всех пользователей — это резкое отклонение от существующей системы, даже угроза ей — ведь она полагается на способность издателей ограничивать доступ к научной литературе, чтобы сохранять ее чрезвычайную прибыльность. В последние годы наиболее радикальная оппозиция нынешнему положению дел объединилась вокруг спорного сайта под названием Sci-Hub — своего рода Napster для науки, который позволяет каждому бесплатно скачивать научные работы. Его создатель, Александра Элбакян из Казахстана, скрывается от властей, в США ее обвиняют в хакерстве и нарушении авторских прав. Недавно Elsevier получил против нее судебный запрет на сумму 15 миллионов долларов (максимальная допустимая сумма).

Элбакян — неисправимая мечтательница. «Наука должна принадлежать ученым, а не издателям», — сказала она мне по электронной почте. В своем письме в суд она ссылается на статью 27 Всеобщей декларации прав человека ООН, в которой говорится о праве «делиться научными достижениями и пользоваться их преимуществами».

Какова бы ни была судьба Sci-Hub, похоже, неудовлетворенность нынешней системой растет. Но история показывает, что ставки против издателей научной литературы — рискованный шаг. В конце концов Максвелл еще в 1988 году предсказывал, что в будущем останется лишь горстка влиятельных издательских домов и что в цифровую эпоху они будут заниматься своим делом без затрат на печать, что приведет к почти «чистой прибыли». Это очень похоже на тот мир, в котором мы живем сегодня.

Великобритания > Образование, наука > inosmi.ru, 24 июля 2017 > № 2254431


Китай > Образование, наука > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253224

Китайское океанское научно-исследовательское судно нового поколения "Кэсюэ" сегодня вышло из Сямэня для выполнения научно-исследовательских задач в рамках второго этапа комплексных исследований в Южно-Китайском море по стратегическому первоочередному спецпроекту Академии наук Китая "Обмен материей и энергией в морских системах ключевых тропических районов на западе Тихого океана".

Старший исследователь данной экспедиции Сунь Сун рассказал, что в рамках второго этапа экспедиции будет проведено дальнейшее тестирование характеристик самостоятельно разработанного Китаем автономного подводного робота "Таньсо", который также будет вести согласованную работу с беспилотным глубоководным аппаратом "Фасянь". В то же время на борту аппарата "Фасянь" для тестированя надежности будет находиться самостоятельно разработанный Китаем рамановский спектрометр и глубоководный спускаемый аппарат точного сброса, способный передать ученым морские физические и химические параметры с точным местоположением, а также заснять биологическую активность на морском дне.

"Ряд самостоятельно изготовленного Китаем оборудования для океанографических исследований впервые будет согласованно работать с единой площадки, предоставит ученым трехмерную и систематическую информацию и данные для комплексного анализа" , -- сказал Сунь Сун.

Согласно планам, экспедиция будет полностью завершена 3 августа.

Китай > Образование, наука > russian.china.org.cn, 24 июля 2017 > № 2253224


Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 21 июля 2017 > № 2252051

Для киберспорта предложили создать факультет

Мария Андреева

Заместитель председателя комитета Госдумы по образованию и науке Борис Чернышов (ЛДПР) обратился в четверг к вице-премьеру Виталию Мутко и министру образования и науки Ольге Васильевой с предложением рассмотреть вопрос о создании в одном из отраслевых вузов РФ факультета киберспорта - вида соревнований с использованием компьютерных технологий.

Об инициативе создания в России факультета киберспорта сообщило вчера информационное агентство ТАСС. "В связи с тем, что киберспорт в России стал официально признанным видом спорта и вышел на один уровень с такими спортивными дисциплинами, как футбол или хоккей, предлагаю рассмотреть вопрос о создании факультета компьютерного спорта в одном из отраслевых вузов РФ", - приводит слова Бориса Чернышева агентство ТАСС. Он считает, что такой факультет откроет новые возможности для дальнейшего развития этой сферы спортивной деятельности.

По его словам, занятия киберспортом улучшают интеллектуальные способности человека, тренируют логику и память, создают адаптацию к психологической нагрузке. Кроме того, добавил депутат, создание в России соответствующего факультета позволит воспитать поколение профессиональных киберспортсменов, которые в дальнейшем смогут отстаивать честь нашей страны на различных международных соревнованиях, в том числе, возможно, и на Олимпийских играх.

Начать прием на факультет киберспорта депутат предлагает уже в этом учебном году.

"Думаю, открытие факультета киберспорта не только добавит популярности этому виду спортивной деятельности, но и привлечет туда массу желающих", - считает Борис Чернышев.

Начальник Департамента молодежной политики Санкт-Петербургского национального исследовательского университета информационных технологий, механики и оптики

(Университет ИТМО), председатель студенческого спортивного клуба "Кронверкские барсы" Евгений Раскин положительно оценивает инициативу Бориса Чернышова.

Он отметил, что в России уже есть вузы, где готовят магистров по данному направлению. "Мы даже обсуждали подобный вопрос с нашей секцией киберспорта и преподавателями кафедры физического воспитания и валеологии. Правда, речь шла не о факультете, а пока о кафедре киберспорта. Данное направление становится все более популярным, причем, не только в России, но и в мире", - рассказал корреспонденту ComNews Евгений Раскин.

При этом он не считает, что эта инициатива поможет решить кадровый вопрос в ИТ-отрасли. "Киберспорт, все-таки, больше относится к физической культуре, к педагогике и подготовке спортсменов. Однако я уверен, что появление подобных факультетов или кафедр поможет повысить интерес молодежи к ИТ-специальностям, в частности, связанным с созданием компьютерных игр", - отметил представитель ИТМО.

В разговоре с корреспондентом ComNews Евгений Раскин сказал, что Университет ИТМО был бы не против стать площадкой для открытия такого факультета.

"Если подразумевать под киберспортом не только обучение спортсменов, но и разработку компьютерных игр, то это направление в Университете ИТМО развивается уже несколько лет", - отметил он. Так, в прошлом году на базе Научно-исследовательского института наукоемких компьютерных технологий Университета ИТМО был запущен игровой акселератор Game Core, который объединил студенческие сообщества по разработке компьютерных игр. Что касается подготовки спортсменов, то с 2014 года на базе спортивного клуба университета "Кронверкские барсы" развивается направление киберспорта. "Думаю, что в обозримом будущем это перерастет в нечто большее - оформится в профильную кафедру или факультет", - резюмировал Евгений Раскин.

Сооснователь компании GamerStadium и глава компании CloverEstate Андрей Комогоров считает, что проигнорировать мощный тренд, конечно, было бы совсем глупо. "Вот только не очень понимаю почему один и почему именно факультет киберспорта. Возможно стоит присмотреться к существующим платным действительно актуальным и однозначно полезным образовательным программам, которых очень много в Москве. Объединить их в понятные и нужные с точки зрения важных именно сейчас знаний курсы, например, простейшие медиакоммуникации. Предложить результат этой работы всем вузам в виде обучающего сертифитированного государством софта, ввести обязательную аккредитацию по этим программам для каждого вуза, чтобы обучение было качественным и доступным. Тогда инициатива будет эффективной", - считает Андрей Комогоров.

Говоря о том, повлияет ли появление такого факультета в России на грамотность молодежи в ИТ-отрасли, Андрей Комогоров пояснил, что киберспорт – это традиционные соревнования по четырем основным дисциплинам (играм), и большая часть даже профессиональных киберспортсменов ничего общего с образованием в ИТ не имеют. Но сама по себе тематика достаточно близка.

Андрей Комогоров рассказал корреспонденту ComNews, что первая Академия киберспорта была открыта в Малайзии несколько лет назад. В России попытки открыть факультет кибеспорта предпринимали Высшая школа экономики в Москве и Вятский государственный университет в Кирове.

Президент "Руссофт" Валентин Макаров заметил в разговоре с корреспондентом ComNews, что детей нужно напротив, отвлекать от компьютерных игр. "Киберигры сродни наркотикам, они создают у людей с предрасположенностью к ним зависимость и азарт. Это мало отличается от азартных игр, также к ним надо и подходить законодателям", - отметил Валентин Макаров.

Он считает, что в ИТ-мире существует много соревнований между студентами и между профессионалами. Победители различных чемпионатов по программированию и призеры становятся ведущими сотрудниками известных российских компаний, предлагают конкурентные продукты на мировом рынке и создают славу российского ИТ. "Вот такой спорт и надо поддерживать", - резюмировал президент "Руссофт".

Напомним, что в прошлом году Минспорта РФ включило компьютерный спорт в реестр официальных видов спорта страны. В конце июня этого года стало известно, что комиссия Минспорта РФ по аккредитации общероссийских федераций приняла решение выдать аккредитацию Федерации компьютерного спорта России. Это даст организации официальное право заниматься развитием киберспорта в стране, проводить всероссийские соревнования и присуждать спортивные звания.

Весной этого года компания PayPal в сотрудничестве с SuperData провела исследование текущего состояния индустрии киберспорта в регионе EMEA (Europe, the Middle East and Africa). По результатам анализа рынка соревновательных видеоигр в 12 странах (Великобритании, Венгрии, Греции, Италии, Испании, Нидерландах, Польше, России, Чехии, Франции, Швеции, а также в Израиле) удалось оценить нынешнее состояние и дать прогноз развития индустрии киберспорта на ближайшие два года.

Результаты исследования свидетельствовали о том, что рынок киберспорта в EMEA стремительно набирает обороты, и уже сегодня рост его аудитории за 2017 год прогнозируется на уровне около 20%. Аналитики SuperData считают, что далее рост замедлится и в 2018 году составит чуть более 13%. По их оценкам оборот рынка киберспорта в исследованных странах к концу 2017 года превысит $321 млн, а по итогам 2018 года составит более $345 млн.

Генеральный продюсер "Матч ТВ" Тина Канделаки, выступая на форуме "Цифровая индустрия промышленной России–2017" (ЦИПР), также приводила финансовые показатели развития киберспорта на глобальном рынке. Он отмечала, что в 2017 году объем рынка киберспорта превысит $1 млрд, в 2019 году этот показатель достигнет $1,2 млрд. При этом с 2017 года по 2019 год аудитория этого вида спорта увеличится на более чем 60 млн человек. Тина Канделаки отмечала, что в настоящее время лидирующую позицию в развитии данного вида спорта занимает рынок Азии – более 300 $млн, на втором и третьих местах Северная Америка и Европа – более 260 $млн.

Россия > СМИ, ИТ. Образование, наука > comnews.ru, 21 июля 2017 > № 2252051


Россия > Транспорт. Образование, наука > morflot.ru, 20 июля 2017 > № 2252976

Стартовала экспедиция Плавучего университета на Лене

В речном порту Якутска 20 июля состоялся cтарт проекта Якутского отделения Русского географического общества «Плавучий университет на реке Лене» на теплоходе "Капитан Горовацкий".

На судне, принадлежащем ФБУ «Администрация Ленского бассейна», экспедиционная группа с участием научных работников, школьников, студентов и аспирантов, отправится исследовать реку Лену по маршруту Якутск – залив Неелова – Якутск.

Среди участников экспедиции старшина группы ВП-31 Якутского института водного транспорта ФГБОУ ВО "Сибирский государственный университет водного транспорта» Галина Матюшина. Она является председателем военно-патриотического кружка «Одиссей» и председателем Совета курсантов и студентов. Для студентов СГУВТ экспедиция - это прекрасная возможность, позволяющая работать с лучшими специалистами Республики Саха (Якутия) в рамках научной программы проекта "Проведение комплексного исследования состояния берегов и водоохранной зоны р. Лены, а также развивать собственные знания и навыки по выбранной специальности "Эксплуатация внутренних водных путей".

В научной программе экспедиции три темы:

- Проведение комплексного исследования состояния берегов и водоохранной зоны р. Лены;

- Малая родина: ретроспектива местной истории;

- Речные люди: антропология прибрежных сел.

Жители населенных пунктов по пути следования Плавучего университета смогут получить информацию по экологической обстановке в районе своих поселений, ознакомятся с основными положениями нормативно-правовых актов в области водо-, земле-, лесопользования, получат возможность поделиться своими краеведческими знаниями и поставить перед учеными новые задачи исследований объектов природного, историко-культурного наследия на территории населенного пункта.

Досье:

В реализации грантового проекта Русского географического общества «Плавучий университет на реке Лене» принимают участие: Отделение РГО в РС(Я), Администрация Ленского бассейна внутренних водных путей (ФБУ «Администрация Ленского бассейна»), Северо-Восточный федеральный университет им. М.К. Аммосова, Министерство охраны природы РС(Я), ГКУ РС(Я) «Служба спасения Республики Саха (Якутия)», Академия наук РС(Я), Институт мерзлотоведения им. П.И. Мельникова СО РАН, Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера, Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор) по Республике Саха (Якутия), Администрация Кобяйского улуса РС(Я), Администрация Жиганского улуса РС(Я), Администрация Булунского улуса РС(Я), Булунское местное отделение РГО.

В экспедиционных работах, проводимых в двух направлениях: Хангаласский отряд (Летняя эколого-географическая школа "Ленские столбы") с 22 июля по 31 июля и Булунский отряд на теплоходе "Капитан Горовацкий" по маршруту Якутск-Тикси-Якутск с остановками в Намском, Кобяйском, Жиганском и Булунском улусах с 20 июля (примерная длительность - 1 месяц в зависимости от погодной обстановки), участвуют 35 человек: 12 тьюторов (наставников), 22 слушателя, 1 фельдшер-спасатель, 1 журналист. В качестве тьюторов задействованы ученые из научных институтов республики (географы, мерзлотоведы, историки, почвовед, геолог), преподаватели СВФУ (кафедра географии ИЕН СВФУ и ТИ СВФУ). Слушателями курсов проекта являются 17 студентов СВФУ, 1 магистрант-выпускник СВФУ 2017 года, 1 выпускница МГУ 2017 года и один иностранный исследователь.

В рамках научных программ будут определяться характерные русловые формы; геологическое строение участков размыва берегов; изменение растительного и почвенного покрова водоохранных зон; производиться отбор проб почво-грунта, льда, воды, съемка участков работ с использованием беспилотника и площади активизации мерзлотных процессов, размеров термопросадок и подземных льдов; выявляться неизвестные архивные документы, музейные экспонаты по истории рыбной промышленности в годы Великой Отечественной войны; выявляться и изучаться архаические и привнесенные новые пласты в традиционной культуре «аласных» и «таежных» жителей; создаваться электронная база устной и визуальной истории народов Якутии в научно-образовательном центре исторического факультета СВФУ и на сайте Отделения РГО в РС(Я).

Реализация проекта даст мультипликативный эффект для развития научных исследований, подготовки молодых специалистов и научных кадров, популяризации географических знаний среди населения республики. Кроме научных и образовательных задач, в проекте планируется проведение фельдшером-спасателем ГКУ РС(Я) «Служба спасения РС(Я)» мастер-класса для местных жителей по оказанию первой помощи и безопасности жизнедеятельности при чрезвычайных ситуациях, руководство научно-исследовательской работой школьников, а также совместный с РЦЭТАО, ФАИС РС(Я), Департаментом по охране объектов культурного наследия РС(Я), общественным советом федерального проекта “Историческая память”, жителями Хангаласского улуса проект “Чистые скалы” по очистке Ленских столбов от вандальных надписей.

Россия > Транспорт. Образование, наука > morflot.ru, 20 июля 2017 > № 2252976


Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250353

«А чего это в России все есть?» Кандидат в президенты РАН Валерий Черешнев рассказывает о своей предвыборной программе

Кандидат в президенты РАН Валерий Черешнев рассказывает о своей предвыборной программе

Какие изменения ждут Российскую академию наук, как следует строить отношения с властью и какие законы нужны Академии, в интервью Indicator.Ru рассказал кандидат в президенты РАН академик Валерий Черешнев.

— Валерий Александрович, расскажите о своей программе.

— Для начала я хотел бы отметить, что закончен первый этап реформы РАН и главный вопрос теперь — «Куда мы пойдем дальше?». Мы видим, что правило «двух ключей» не всегда работает. Нам хотелось бы знать, что думают те, кто затевал реформу, что думает власть, сама Академия. Конечно, ученые сами понимают, чем в первую очередь следует заниматься, особенно в сфере фундаментальной науки. Но хотелось бы четко согласовать, какие из приоритетных задач, которых порядка десяти — и персонализированная медицина, и цифровые технологии, и гуманитаризация общества, и проблемы безопасности, — будут главными, первоочередными для комплексного междисциплинарного исследования в ближайшие годы.

Второй вопрос связан с финансированием. Мы все время говорим, что нельзя «размазывать» деньги тонким слоем, но, с другой стороны, мы такая страна, где нельзя сосредоточиться только на одной области исследований. Нам приходится идти широким фронтом. При этом финансирование не может быть одинаковым для всех областей исследования, есть вещи более актуальные, есть менее актуальные. Жизнь показывает, что нашей стране надо всегда быть в курсе основных прорывных технологий, научных открытий. У нас должна быть, например, своя программа по созданию компьютеров, своя роботизация. Мы так устроены геополитически, что должны во всех сферах надеяться на себя. У нас огромные территории и огромные запасы, а в мире все истощается, и остальные страны смотрят на нас и думают: «А чего это в России все есть?» Наши предки оставили богатейшее наследство, нам сейчас надо научиться осваивать и защищать его, взаимовыгодно общаться со всем миром. Поэтому наука должна идти широким фронтом.

— Если вас изберут, то какие первые шаги вы предпримете?

Мы проанализировали недочеты реформы РАН. Если меня изберут, предстоит очень многое решить в том числе и на законодательном уровне. Нужно, чтобы был четкий подход к фундаментальным исследованиям и главному участнику этих процессов — РАН. В законодательстве Академия должна быть определена как всероссийская главная научная организация, и ее роль не должна сводиться к некоторому органу по координации и подготовке рекомендаций.

Надо законодательно разделить сферу влияния ФАНО и сферу влияния Академии на государственный сектор фундаментальных исследований. Ведь получается, что, в соответствии с 253-м федеральным законом, функции учредителя, правообладателя имуществом, распорядителя бюджетными средствами учреждений РАН, РАМН и РАСН передано ФАНО. Получается, что именно ФАНО определяет политику, направления исследований, занимается собственностью, имущественным комплексом. Академия наук занималась этим 300 лет, а теперь от всего отстранена, с ней могут только посоветоваться. Учредитель — это хозяин!

— Но ведь в законе говорится о том, что РАН, а не ФАНО определяет научно-методическое руководство всех научных организаций.

— В законе написано: научно-методическое руководство «научной и научно-технической деятельностью научных организаций и образовательных организаций высшего образования». Но что под этим конкретно подразумевается и каков механизм реализации этой работы? Какой статус руководителя научно-методической деятельности, где соответствующие ресурсы? Чтобы эту работу выполнить, нужны научные коллективы, ученым за работу необходимо платить, необходимо оборудование и т. д. Есть Министерство образования и науки, есть Академия наук. Академия всегда занималась фундаментальными научными исследованиями, знает все свои институты, 13 тематических отделений и три региональных. Все четко знают, кто за какие вопросы отвечает, с кем координировать работу. Академия наук, конечно, может дать методические рекомендации, но как она будет общаться со всеми институтами и вузами? 1500 вузов, более 1000 научных учреждений… Как Академия наук с ними будет управляться, фактически не имея реальных возможностей для реализации своих полномочий?

— Многие упрекают Академию в том, что три года были потрачены зря. Я недавно брала интервью у академика Трубникова, который сейчас заместитель министра образования и науки. Он сказал, что многие академики, вместо того чтобы заниматься наукой и предлагать какие-то программы и проекты, получать под это финансирование, вступили в ожесточенную борьбу с ФАНО. И три года они занимались не наукой, а тем, что согласовывали отдельные формулировки в нормативных актах. По его словам, это сильно подкосило Академию, ее авторитет. Что вы об этом думаете?

— Сразу могу сказать: формулировки в правовых актах «дорого стоят», и шла не борьба, а согласование, поиск оптимального решения. Если обратиться к периоду рассмотрения закона о РАН, то многие не услышали Академию. Когда выходил закон о реформе РАН, были протесты, демонстрации, митинги. В один день слили все три академии: РАН, РАМН и РАСХН. Организовали ФАНО, им отдали все 600 институтов РАН, около ста институтов Академии медицинских наук, 250 институтов Сельхозакадемии… Нас не спрашивали, сказали только, что нужно принять закон. «Теперь вы подчиняетесь ФАНО, вот познакомьтесь», — это мы услышали от власти.

С Академией чего только не делали при Ленине и Хрущеве, но даже тогда так не поступали! В первом варианте закона вообще предлагалось ликвидировать РАН.

— Тем не менее закон был принят и Академия должна жить по нему. Сейчас принят другой, не менее важный документ — Стратегия научно-технологического развития. РАН участвует в ее реализации. Как она должна это делать, на ваш взгляд?

Во-первых, нужно перестраивать наш организационный аппарат. К каждому положению Стратегии, в том числе и в региональных отделениях, [нужно] подходить очень внимательно, рассматривать «под микроскопом», чтобы мы не просто так деньги разбрасывали. Если мы хотим что-то создать, будь то сотовый телефон или изделие для «оборонки», надо не распылять деньги, а прежде всего решить вопросы кадрового обеспечения научно-технологических исследований, производственного освоения новых технологий. Мы должны иметь законодательно обеспеченные меры стимулирования негосударственных структур, осваивающих РИД (результаты интеллектуальной деятельности, — прим. Indicator.Ru).

У нас примерно 20 министерств и ведомств распределяют деньги на науку, решая общегосударственные и свои отраслевые интересы. При этом координация «интересов», единая система управления научно-технологического развития в должной мере не налажена. Подводят итоги только три: Минобрнауки, Министерство промышленности, Министерство экономики. РАН не располагает необходимой информацией о работах отраслевых институтов, поскольку они Академии не подчиняются. Если Академия отвечает за научно-методическое руководство во всей стране, то надо выстраивать четкую систему ее полномочий в сфере научно-технологического развития. РАН должна прогнозировать, осуществлять мониторинг реализации тех либо иных научных разработок, отслеживать, не идет ли дублирование исследований у разных ведомств. И здесь должно быть четкое понимание, что без должного бюджетного финансирования науки Академии эти вопросы неразрешимы.

— Как планируете участвовать в Национальной технологической инициативе НТИ?

— В НТИ есть девять направлений, в каждом работают представители РАН. Для академиков придумали сквозные технологии, в основном они связаны с роботизацией, и так называемые технологические барьеры, которые могут помешать реализовать эти девять проектов. Академия наук должна изучать, что может помешать внедрению, допустим, качественной еды и ее быстрой доставки. Совместно с Институтом питания и другими профильными институтами нужно исследовать, сколько еда может храниться в зимних условиях, в летних условиях, что может помешать доставке в России.

Вот эти две задачи НТИ в данном конкретном направлении стоят перед Академией наук. На недавнем заседании президиума РАН мы обсуждали, какие институты могут подключаться. В Агентстве стратегических инициатив (АСИ) работают толковые молодые ребята. Но все они – компьютерщики, программисты. Они только планируют, нашли не занятые «ниши», начиная с 2025 года по каждому направлению, определили годовой объем финансирования. Ту же задачу могли поставить и напрямую перед Академией. Но решили все делать через АСИ. А какой продукт у агентства, что они такого сделали? Есть ли у Агентства стратегических инициатив результаты глобального масштаба?

— Пока в кулуарах говорят, что нет.

— Вот об этом и речь! У вас в кулуарах говорят, а у нас на Президиуме спрашивают, что сделано и где посмотреть, как работает.

— Как вы планируете увеличивать финансирование Академии?

— Прежде всего объем бюджетного финансирования определяется «стоимостью» задачи, которую решает тот либо иной субъект.

У меня есть опыт работы в Думе, мы рассматривали и приняли два закона по научным национальным исследовательским центрам – Курчатовскому институту и Институту Жуковского. Им разрешили все необходимое для активной деятельности с учетом решения поставленных государственных задач. Мы просим сделать такой же закон по Академии наук, а не «вставлять» в разрабатываемый проект федерального закона «О науке, научно-технической и инновационной деятельности». В рамочном законе об Академии наук нужно прямо написать, что она является высшей всероссийской научной организацией, может быть наделена правами учредителя институтов наравне с другими учредителями. Надо тесно взаимодействовать с высшей школой, а принятый федеральный закон об интеграции науки и образования должен получить развитие с учетом правоприменения и современности. Нужно увеличивать финансирование Академии.

Нам нужно также принимать закон о научной, научно-технической экспертизе. В Думе уже три раза не проходит закон, который мы подавали. Есть очень подробный закон о судебно-медицинской экспертизе: сколько материала забирать, в чьем присутствии, как его доставлять – все расписано. В отношении научной, научно-технической экспертизы такого нет. К примеру, нас просят дать экспертную оценку проекту «Освоение Ханты-Мансийского округа». А там газопроводы, тундра, олени, чье поголовье уменьшилось в десять раз. Мы запрашиваем экспертизу у специалистов по нефти и газу, химиков, материаловедов, так как надо понимать, какие для нефте- и газопроводов использовать трубы, какие повлияет реализация проекта на экологические условия и т.д. Эксперты должны работать по единым государственным правилам, отношения между субъектами научно и научно-технической экспертизы должны быть едины.

И сейчас непонятно, из каких средств все это финансировать. ФАНО выдает институтам на год задание. У Академии годовой бюджет 4 миллиарда, у ФАНО – 82,9. Причем, у Академии половина денег – на выплату коммуналки и зарплату, а половина – на программу фундаментальной науки. А экспертиза, как правило, вещь внеплановая. В итоге на нее денег не остается. И в то же время, без экспертизы практически невозможно принять правильное решение. Почему-то забывают или умалчивают о том, что экспертиза проводится платно за счет заказчика и сама позволяет зарабатывать деньги.

— Сейчас активно обсуждают правила выборов президента РАН. Что думаете о согласованиях, кворуме в 50% и снятии ограничений по числу кандидатов?

— Хорошо, что убрали формулировку «не более трех». Важно, чтобы был выбор. В советские времена у Академии были выдающиеся президенты – Келдыш, Комаров, Капица, Александров. Кандидатуры тщательно отбирали и все были довольны выборами. Была мощная кадровая политика, Политбюро, отдел науки при ЦК КПСС. В течение нескольких месяцев шел тщательный отбор по деловым, профессиональным признакам.

Ученые добились того, чтобы выбирать президента Академии самим. Выбрали Карпинского, затем его переизбирали пять или шесть раз с 1917 до 1936 года. После Карпинского, с 1936 по 1945 год президентом был Комаров. До 1934 года Академия так и в Петербурге — Ленинграде. Уже правительство переехало в Москву, а Академия только в 1934 году перебралась на Ленинский, 14, в Нескучный сад, в загородный дом Прокофия Демидова.

Сталин лично занимался согласованием кандидатов на пост президента Академии. Он изучал не только информацию об ученом, но учитывал мнения ученых и задачи государства.

Это говорит и о том, что при всей полноте власти за всю историю Академии руководство страны слушало, слышало ученых, знала их проблемы, проблемы и задачи государства и понимало необходимость науки для государства.

— Валерий Александрович, если вернуться к вашей программе, то в ней есть пункт о популяризации науки. Сегодня в СМИ много новостей о достижениях и открытиях в вузах. Как вы планируете, если будете избраны, заниматься популяризацией деятельности академических институтов?

— Конечно, куда же без этого! Уже разработана целая система. Например, нужно обязательно вернуть общество «Знание». В лучшие часы показывать научно-популярные программы, как «Очевидное невероятное». Нужно выстроить систему государственного просвещения, приглашать выдающихся ученых.

Министерство образования и науки вручает награды каким-то местным системам, каким-то клубам, они занимаются великолепными вещами, умные ребята, а должного выхода нет! Они делают роботов, учат детей, контактируют со всем миром. Почему о них не говорят в прессе, а если говорят, то слишком «скромно»? Оказывается, что лучшее предприятие по производству роботов Promobot в нашей стране как раз в Перми. На недавнем экономическом форуме в Петербурге все роботы были пермского производства. Об этом же все должны знать. Можно делать массу интересных просветительских для детей, школьников, взрослых, рассказывать, за что присуждаются Нобелевские премии.

— Недавно был митинг работников профсоюза РАН, и на нем требовали выполнения указов президента. Обещают осенью провести массовые акции. Вы поддерживаете эту инициативу?

— Профсоюзы – это мощное средство борьбы. Многие молодые ученые, деятели профсоюза там участвовали. Нам в Президиуме все материалы раздали, мы знаем план работы.

— Вы будете эти акции поддерживать, несмотря на выборы?

— Смотря какие акции. Демонстрации, письма протеста – наши сотрудники все время в этом участвуют. Это еще один способ обратить внимание на наши проблемы, потому что проблемы науки не только в финансировании научных исследований, но и в социальном статусе. Должен быть закон о статусе научного учреждения, потому что сейчас все размыто. Закон о научной, научно-технической экспертизе должен быть четким. Должен быть закон о статусе научного сотрудника, а его нет.

— И всех научных сотрудников переводят по пять человек на одну ставку.

— Это уже другой вопрос, это методы лавирования для выполнения указов президента. Научные сотрудники остаются со своей зарплатой, но не на ставке, а на части. При этом указ выполнен, хотя деньги люди теряют. ФАНО все это придумывает, потом что у них денег нет. Мы в курсе всего, профсоюз нам докладывает.

— Как вы оцениваете свои шансы на выборах?

— Я думаю, что шансы всегда и у каждого есть. Но выборы покажут, решения принимается коллегиально.

Авторская ссылка:

https://indicator.ru/article/2017/07/19/predvybornoe-intervyu-valeriya-chereshneva-kandidata-v-prezidenty-ran/

Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250353


Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250348 Абел Аганбегян

НАВСТРЕЧУ ВЫБОРАМ ПРЕЗИДЕНТА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

А.Г. Аганбегян

(Заметки старейшего члена Академии наук)

Абел Гезевич Аганбегян был избран членом-корреспондентом Академии наук в 1964 г., а Действительным членом Академии – в 1974 г. Является Иностранным членом академии ряда зарубежных стран и Почетным доктором наук многих университетов. 25 лет он работал в Сибирском отделении Академии наук СССР, являясь директором Института экономики и членом Президиума Сибирского отделения Академии наук. Вернувшись в Москву, он возглавил КЕПС при Президиуме АН СССР. Был избран академиком-секретарем Отделения экономики и членом Президиума АН. 13 лет он возглавлял Академию народного хозяйства при Совете Министров СССР (при Правительстве РФ). В настоящее работает в той же Академии заведующим кафедрой и является научным руководителем программы DBA (Doctor business administration) для топ-менеджеров. Является Почетным президентом Мировой экономической ассоциации.

Мне пришлось работать с шестью Президентами нашей Академии наук и двумя – исполняющими обязанности Президента. Великими среди них считаю – М.В. Келдыша и А.П. Александрова. К таким выдающимся людям я бы отнёс и М.А. Лаврентьева – основателя и Председателя Сибирского отделения Академии наук. Отличным Президентом в трудное время был мой друг – Г.И. Марчук. Очень хотелось бы, чтобы новый Президент Российской академии наук напоминал этих руководителей.

Что мы ждём от нового Президента РАН?

Прежде всего, крупных прорывных достижений в науке и их использование на практике, что вернёт Академии наук её роль, значимость и авторитет в научном мире и российском обществе.

На этом пути я выделил бы три ключевые задачи.

Во-первых, разработать Стратегию научных достижений и их использование в социально-экономическом развитии России на период 2020-2025-2030 гг.

В институтах, которые возглавляются членами нашей Академии, много значимых заделов по ключевым направлениям развития науки и технологии: надо их оценить и принять программу действий для получения выдающихся научных результатов, создания новых материалов, технологий, изделий и услуг. Для этого надо сконцентрировать средства, нацелить всех на получение конкретных конечных результатов, ежегодно отслеживать успехи по каждой разработке и выполнение намеченных проектов. Это должна быть Стратегия именно академических организаций, составленная учёными на предельно конкретном уровне, выполнение которых внесёт весомый вклад в осуществление различных научно-практических программ, принятых Правительством России.

Для примера я выделил три крупных направления (проекта):

а) Достижения в развитии цифровой экономики и инновационной технологии. Учитывая высокий уровень развития математики в России, включая её прикладную часть, следовало бы сделать акцент на новые разработки программного обеспечения по наиболее значимым направлениям нашего развития. Это должно сочетаться с прорывными достижениями в области супер-компьютеров, прежде всего, квантовых. Надо в разы увеличить исследования по развитию ИТ-технологий и их использование на практике. Выбрать, например, 50 значимых объектов, где внедрить комплексную информатизацию. Академия наук могла бы создать систему математических школ для технических и других специалистов, нуждающихся в этих знаниях, школ программирования высшего уровня, чтобы в них обучались тысячи специалистов – это весомо бы сказалось на результатах работы других отраслей, где будут использованы методы цифровой экономики и информационной технологии. Академия могла бы создать так же целый ряд коммерческих компаний в этой сфере, работающих под научным руководством учёных-специалистов.

Почему Индия в короткий срок, имея более слабую математическую базу, чем Россия, вышла на 2-ое место в мире после США по оффшорному программированию и оказанию интернет-услуг, объём которых достиг 108 млрд долл. по экспорту и 30 млрд – для внутренних целей? Вслед Индии почти вплотную идёт Китай. А мы гордимся 7 млрд экспорта математических программ, плетясь в конце крупных держав по развитию ИТ-технологий.

б) Достижения в борьбе с главной патологией XXI века – онкологией. Здесь тоже в нашей Академии есть немало серьёзных заделов: надо сконцентрироваться и добиться на первом этапе – продления жизни онкологических больных на 5-10 лет (до уровня развитых стран), а затем – сокращения смертности вдвое. Академия наук могла бы разработать «Золотой стандарт» диспансеризации для выявления рака при соответствующем приборном обеспечении и добиться массовой диспансеризации населения России по группам населения, имеющих наибольший риск этих заболеваний. Если удастся хотя бы в 1,5 раза выявлять эту патологию на 1-ой и 2-ой стадиях, то смертность можно сократить здесь на 30-40%, а затраты на лечение – в 1,5-2 раза. Одновременно мы ждём достижений в открытии более эффективных лекарств, эффективной терапии, лучшего использования лучевой терапии, новых методов лечения. По линии академических организаций можно было бы наладить массовую переподготовку и повышение квалификации врачей-онкологов со стажировкой в научно-клинических организациях Академии наук.

в) Освоение гиперскорости в космической технике и сверхзвуковой скорости в авиации, что позволит создать космические шаттлы и сверхзвуковую авиацию в гражданском самолётостроении, вернув себе здесь лидирующее место в мире. Заделы, как известно, здесь колоссальные и в разработке соответствующих материалов, и в области двигателей, и в навигационной технике.

Уверен, что, если мобилизовать активную часть Академии, сначала на оценку наших заделов, а затем – на разработку программы действий по доведению этих заделов до научно-практических результатов, будут выявлены и другие значимые направления. Но, чтобы сконцентрировать силы и средства, этих направлений не должно быть больше 4-5.

Во-вторых, хотелось бы, чтобы новый Президент Академии наук осознал основополагающую роль для будущего развития России органической интеграции науки и образования. Хорошо, что многие члены Академии по совместительству ведут занятия в университетах, иногда руководят кафедрами, но делают это, они, как правило, в одиночку или небольшими группами, не используя всю мощь академической науки, представленную в институтах. Новый Президент РАН мог бы выступить инициатором крупных, принципиально новых акций по реальной интеграции науки и образования. Академия наук могла бы организовать в новой части Москвы или Подмосковье университетский городок, вокруг создаваемого Центрального Федерального многопрофильного университета Академии наук. В основном кампусе университета бакалавры в течение 2-3 лет могли бы получать общее фундаментальное образование, а затем переводиться в специализированные колледжи, расположенные при научно-технических центрах Подмосковья: центра научной химии в Черноголовке, центра научной биологии – в Пущино, физических центрах – в Дубне, Троицке, Обнинске, центра электроники – в Зеленограде, центра космических разработок – в Королеве и др. В этих центрах сосредоточены лучшие научно-технические кадры нашей страны. Каждый студент на старшем курсе бакалавриата и в магистратуре мог бы получить научно-технического руководителя и заниматься не просто обучением под его руководством, но и проходить стажировку в соответствующем институте или технической организации. И руководитель, и студент при этом будут получать определенное вознаграждение за свою работу. Главное, что студент получит не только знания, но и приобретёт навыки, умение и опыт работы. В Академии надо осуществить лозунг, предложенный в своё время М.А. Лаврентьевым: «Нет учёного без учеников». При этих колледжах могут быть созданы специализированные лицеи по физике, химии, биологии и др. наукам, институты повышения квалификации учителей соответствующего профиля, специалистов в этой области и т.д. Эти колледжи вместе с исследовательскими институтами могли бы более предметно заняться коммерциализацией научных разработок, постепенно окружив себя зоной внедрения, и т.д. Это университет мог бы стать принципиально новым университетом, вобравшим в себя всё лучшее в мировой практике. Крайне важно, чтобы там развивалось дистанционное обучение высшего качества для периферии России, отбирая талантливую молодёжь для дальнейшего обучения. На базе этого опыта можно было бы модернизировать Новосибирский государственный университет, сделав его университетом Сибирского отделения. Статус академических университетов могли бы получить университеты – Томска, Иркутска и других городов, где есть крупные научные центры.

В-третьих, институтам Академии наук надо научиться зарабатывать внебюджетные деньги. Финансирование институтов Академии наук совершенно недостаточно, ибо оно состоит, главным образом, из бюджетных средств, которые в России крайне ограничены из-за низких налогов на доходы населения и огромных расходов государства на пенсионное обеспечение, здравоохранение, коммунальные платежи и т.д. Выход один – институтам академического профиля надо научиться зарабатывать деньги, как это происходит во всех других странах. В России из всего финансирования НИОКР на бизнес приходится ¼ часть, а в США и Китае, наоборот, – 75-80% всех средств на НИОКР даёт бизнес. Что касается академических институтов, то они вообще зарабатывают мизер, хотя могли бы «грести деньги лопатами». Надо поставить задачу – за 3 года довести внебюджетные доходы Академии до половины от их общего объёма. В основном за счёт выполнения контрактов с бизнес-структурами и за счёт экспортной выручки. У Академии есть несколько институтов, которые подают этот пример. Я 20 лет в Сибирском Отделении занимался вопросами стимулирования разработок, дающие внебюджетные средства. Дело в том, что Сибирское отделение финансировалось в советское время не из богатого бюджета СССР, как другая часть Академии наук, а из более скудного бюджета РСФСР, и при дороговизне строительства в Сибири и наличия районных коэффициентов – нам средств явно не хватало, и приходилось много зарабатывать. Особенно много средств зарабатывал Институт ядерной физики, продавая промышленные ускорители в Россию и за рубеж, и Институт катализа, который наладил производство дефицитных катализаторов. В институтах Академии наук много прикладных подразделений, есть конструкторские бюро, опытные производства, необходимая инфраструктура. От обнищавшей науки трудно ожидать серьёзных достижений.

Я, к сожалению, лично не знаком с выдвигаемыми кандидатами в Президенты Академии наук. Знакомлюсь с ними, читая их интервью и программные выступления, изучаю достижения институтов, возглавляемых ими.

Те направления будущего развития Академии, о которых я говорю, ближе всего, мне кажется, из всех кандидатов к Евгению Николаевичу Каблову, который возглавляет ВИАМ, и к Геннадию Яковлевичу Красникову, возглавляющему НИИМЭ и «Микрон». Они имеют опыт разработки и осуществления конкретных стратегических планов в своей области, обновили состав научных работников при взаимодействии с ведущими университетами физико-технического профиля, имеют большой опыт доведения научных достижений до практического использования, коммерциализации научно-технических достижений, их организации зарабатывают в год миллиарды внебюджетных средств. Если они могли бы всё это повторить и умножить в Академии наук, – было бы замечательно. При этом я, естественно, ничего против не имею и других кандидатов.

Очень надеюсь на возрождение Академии наук с новым Президентом.

Россия > Образование, наука > ras.ru, 20 июля 2017 > № 2250348 Абел Аганбегян


Казахстан > Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > dknews.kz, 20 июля 2017 > № 2250277

Учеными-горняками Казахстана разработана уникальная автоматизированная система управления геотехнологическими комплексами АКСУ ГК «CEBADAN-Mining», которая основана на принципах корпоративного и процессного управления.

Алевтина ДОНСКИХ

Эта работа в составе цикла научно-исследовательских работ на тему «Создание и промышленная реализация высокоэффективных инновационных разработок в области добычи твердых полезных ископаемых», выполненного авторским коллективом под руководством академика Академии минеральных ресурсов РК, д.т.н., профессора Диаса Букейханова (1937-2017 гг.), представлена на соискание Государственной премии в области науки и техники им. аль-Фараби в 2017 году.

Система разрабатывалась и помодульно применялась на промышленной базе карьеров таких крупных рудников, как «Сарбайский», «Соколовский», «Качарский», АО «Костанайские минералы», разрезов АО «Экибастузуголь» – «Богатырь», «Северный», «Восточный». Она запатентована в Казахстане и имеет 13 авторских свидетельств. В ходе ее развития защищено 4 докторских, 12 кандидатских и 5 магистерских диссертаций. За ее разработку многие исполнители были удостоены премии Фонда Первого Президента РК и других наград. В 2012 году на конкурсе инновационных проектов, проводимом Фондом «Самрук-Казына», Система была признана инновационным национальным проектом, став одним из победителей.

В соответствии с исследованиями коллектива, проведенными на ряде казахстанских и зарубежных горных предприятий, автоматизация горного производства может значительно повысить эффективность и конкурентоспособность горного сектора. Так, по представленным в работе расчетам, только снижение операционной себестоимости горно-транспортных работ, благодаря автоматизации, составляет от 15 до 20%. Внедрение методов автоматизации на предприятиях позволяет параллельно решать актуальные задачи производственной, экологической и социальной безопасности. Что в итоге обеспечит мультипликативный эффект на средних карьерах горнодобывающих предприятий в объеме 300-500 млн тенге/год.

Уникальность предложенной казахстанскими учеными и специалистами инновационной разработки заключается в универсальном информационно-программном обеспечении имитационного моделирования, оптимизации и планирования горно-транспортных работ, интегрированном с автоматизированными системами мониторинга и диспетчеризации. Система имеет ряд принципиальных конкурентных преимуществ, которые признаются известными в мире производителями систем диспетчеризации.

Одним из перспективных направлений практического применения аналитического блока АКСУ является проведение технико-технологического аудита, как одного из главных инструментов технологической модернизации базовых отраслей, которую предполагается реализовать в рамках новой экономической политики правительства на этапе Модернизации 3.0 с элементами Индустрии 4.0.

С помощью этого программно-методического и технического обеспечения в Казахстане можно в существенной мере повысить качество подготовки специалистов и менеджеров горного профиля. Предложенная разработка в высокой степени соответствует основным задачам экономической безопасности и обеспечения конкурентоспособности базового сектора экономики страны.

Казахстан > Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > dknews.kz, 20 июля 2017 > № 2250277


Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > metalinfo.ru, 20 июля 2017 > № 2249289

Стенд ВИЛС на МАКСе стал интерактивной площадкой для презентации разработок

В первый день работы авиасалона стенд ОАО «Всероссийский институт легких сплавов» (ВИЛС) посетили более 250 человек, в том числе делегации из пяти стран. ВИЛС представил на авиасалоне свое ноу-хау — никелевый жаропрочный гранулируемый сплав BB751П, из которого производятся детали для новейшего российского авиационного двигателя пятого поколения ПД-14.

Официальную делегацию института возглавил генеральный директор Андрей Пилипчук. После церемонии открытия он провел ряд рабочих встреч и переговоров с представителями компаний-участников авиасалона. В том числе с представителями АО «ОДК-Авиадвигатель» – конструкторского бюро по разработке газотурбинных двигателей для авиации, а также промышленных газотурбинных установок и электростанций на базе авиационных технологий, АО «ОДК-Пермские моторы», АО «ММП им. В.В.Чернышова» и другими потенциальными партнерами из числа крупных российских и зарубежных компаний. Делегация «Всероссийского института легких сплавов» посетила стенд «Всероссийского научно-исследовательского института авиационных материалов» (ВИАМ), который представил на МАКСе масштабную экспозицию материалов нового поколения и прорывных технологических решений. Генеральный директор ВИАМ, академик РАН Евгений Каблов показал гостям ключевые экспонаты: образцы деталей для газотурбинных двигателей, а также элементов конструкций авиационной техники, изготовленных по аддитивным технологиям, уникальные лакокрасочные покрытия, звуко- и вибропоглощающие материалы. Возможные варианты сотрудничества представители «ВИЛС» также обсудили с руководством ОАО «Кизлярский электромеханический завод» (Республика Дагестан, г. Кизляр). Концерн представляет собой объединение крупных предприятий-заводов таких как: электромеханический, механический, штамповочно-сборочный, литейно-механический, инструментальный, завод летательных аппаратов и другие, и заинтересован в сотрудничестве в разных отраслях промышленности.

Стенд ОАО «ВИЛС» стал интерактивной площадкой для презентации новейших запатентованных разработок института, которые являются результатом изысканий российских ученых. Среди экспонатов предприятия порошки жаропрочных никелевых сплавов, заготовки дисков турбины для авиадвигателя ПД-14 и морского газотурбинного двигателя М70ФРУ, образец биметаллической крыльчатки с валом для ракетного двигателя системы «Энергия» и другие компоненты производства «ВИЛС».

Авиасалон МАКС-2017 проходит в подмосковном Жуковском с 18 по 23 июля 2017 года. Это одна из крупнейших авиавыставок в мире. В этом году в мероприятии принимают участие более 700 предприятий из России и 180 иностранных компаний из 36 стран мира.

Россия. ЦФО > Металлургия, горнодобыча. Образование, наука > metalinfo.ru, 20 июля 2017 > № 2249289


Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 19 июля 2017 > № 2248934

ФАНО России и РАН провели совещание по вопросам оценки результативности деятельности научных организаций

В ФАНО России состоялось рабочее совещание с участием представителей отделений Российской академии наук по организационным вопросам проведения оценки результативности деятельности научных организаций, подведомственных ФАНО России. Согласно существующим нормативно-правовым документам Российской Федерации РАН готовит экспертное заключение о результатах деятельности научных организаций. В настоящее время сведения для экспертной оценки, направленные научными организациями в ФАНО России, переданы в РАН.

Порядок проведения оценки разъяснила начальник Управления академического взаимодействия и обеспечения деятельности Научно-координационного совета ФАНО России Евгения Степанова.

«Порядок проведения ведомственной оценки состоит из нескольких основных этапов. Первый включает в себя анализ наукометрических показателей. Он проводится на основании сведений, которые научные организации ежегодно вносят в базу Федеральной системы мониторинга результативности деятельности научных организаций Министерства образования и науки Российской Федерации (Sciencemon.ru). Следующий этап включает в себя экспертную оценку. Она учитывает наиболее значимые результаты исследований и разработок, полученные институтом за отчетный период, основные достижения, обеспечивающие его устойчивое развитие, сведения об инфраструктуре организации, включая центры коллективного пользования и коллекции, кадровый потенциал, значение организации для социально-экономического развития региона и другие параметры. На этапе экспертной оценки особая роль отводится отделениям Российской академии наук. Каждое из отделений представляет свое заключение по результатам, достигнутым организациями, находящимися под их научно-методическим руководством. Эти заключения важны для подведения итогов оценки результативности и присвоения организации соответствующей категории», - рассказала Евгения Степанова.

Следует также отметить, что отделения РАН на протяжении многих лет осуществляют научно-методическое руководство научными организациями, и, поэтому Комиссия ФАНО России приняла решение, что их мнение при подготовке заключений о результативности организаций обязательно будет учтено.

«По итогам экспертной оценки и наукометрического анализа все подведомственные ФАНО России институты будут разбиты на три категории. В первую войдут научные организации-лидеры. Во вторую – институты с устойчивым развитием. В третью – организации, которым необходимо будет пересмотреть стратегию развития» - отметила Евгения Степанова.

Также в ходе рабочего совещания были представлены технические возможности использования Аналитической системы ФАНО России при проведении экспертного анализа результатов деятельности научных организаций.

Справочно: в 2017 году оценку результативности деятельности пройдут 513 научных организаций ФАНО России. В отношении реорганизованных институтов, оценка проводиться не будет. По нормативно-правовым документам Российской Федерации результаты оценки могут учитываться при разработке программ развития научных организаций, при формировании перечня научно-исследовательских и опытно-конструкторских и технологических работ гражданского назначения, а также при определении объемов финансового обеспечения их деятельности и развития.

Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 19 июля 2017 > № 2248934


Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 19 июля 2017 > № 2248933

Российские ученые завершают модернизацию уникального исследовательского комплекса Глобус-М

Ученые из Физико-технического института (ФТИ) им. А.Ф. Иоффе РАН при участии специалистов Института ядерной физики им. Г.И. Будкера СО РАН завершают модернизацию сферического токамака Глобус-М (в дальнейшем – Глобус М2) - установка станет одним из лидеров по удельной мощности нагрева плазмы. Таким образом, появляется возможность испытать аппаратуру для международного экспериментального реактора ИТЭР. Результаты опубликованы в журнале Nuclear Fusion.

«Глобус-М/М2» — уникальный исследовательский комплекс, который работает в ФТИ им. А.Ф.Иоффе и входит в тройку лидеров среди сферических токамаков, предназначенных для изучения поведения плазмы в лабораторных условиях. «Цель модернизации установки - увеличить в 2-2,5 раза магнитное поле (с 0,4 Тл до 1 Тл) и ток, протекающий через плазму (с 0,25 до 0,5 МА). Для получения таких значений необходимо создать новую электромагнитную систему, а также модернизировать источники питания для неё и дооснастить диагностические комплексы и системы дополнительного нагрева установки. Для увеличения нагрева плазмы в дополнение к уже работающему инжектору (мощность – до 1 МВт, энергия – 30 кэВ) был закуплен новый, разработанный специалистами ИЯФ СО РАН (мощность - 1 МВт, энергия – 50 кэВ). При одновременном включении двух инжекторов суммарная мощность нагрева возрастет до двух мегаватт. Такое увеличение параметров приведет к существенному — в несколько раз — росту температуры и давления плазмы», — рассказывает доктор физ.-мат. наук, главный научный сотрудник ФТИ им. А.Ф. Иоффе Василий Гусев, руководитель установки «Глобус-М».

Для запуска реакции термоядерного синтеза необходимо преодолеть силу электростатического отталкивания атомных ядер и сблизить их настолько, чтобы начали действовать силы ядерного притяжения. Плазму (высокоионизованный газ) нужно нагреть до очень высоких температур – 100 миллионов градусов и выше, - при этом ее плотность также должна быть достаточно высокой, не менее 1015 частиц/см3. В этом случае энергия, выделившаяся в результате термоядерной реакции, будет больше, чем та, что тратится на ее создание. Плазма в таком состоянии очень нестабильна, и нужно подобрать подходящий режим работы, чтобы ее удержать. Эту проблему призваны решить экспериментальные термоядерные установки. Самый распространенный вариант – токамак – представляет собой тороидальную вакуумную камеру, снаружи которой установлены катушки с током для создания магнитного поля. Оно необходимо для удержания горячей плазмы. В центре токамака находится индуктор, с его помощью создается вихревое электрическое поле, которое ионизует напускаемый в камеру рабочий газ (дейтерий и тритий), что приводит к возникновению плазмы и кольцевого тока в ней. Протекая по плазме, этот ток вызывает ее нагрев.

Нагреть плазму до указанных температур только за счет протекающего по ней тока не удается – требуются дополнительные источники поддержания и нагрева. Один из таких источников – инжектор атомарных пучков большой энергии и мощности. О принципах его работы рассказывает кандидат физ.-мат. наук, старший научный сотрудник ИЯФ СО РАН Игорь Шиховцев: «В ионном источнике инжектора создается водородная или дейтериевая плазма, из которой извлекается и ускоряется пучок протонов или дейтронов при помощи ионно-оптической системы. Далее пучок попадает в нейтрализатор, где большая его часть превращается в атомы в результате столкновений с газом (водородом или дейтерием). Оставшаяся на выходе из нейтрализатора ионная компонента отклоняется магнитом и направляется в приемник ионов, а основной атомарный пучок свободно проникает в токамак через магнитное поле удерживающее плазму. В результате взаимодействия с плазмой пучок ионизируется, захватывается магнитным полем, тормозится и передает свою энергию плазме». Данные, полученные на современных токамаках по всему миру, позволяют существенно улучшить понимание фундаментальных процессов и подготовить базу для создания термоядерного реактора.

«В результате модернизации токамака Глобус-М существенно возрастут температура и плотность плазмы, а, следовательно, увеличится и радиационная нагрузка на внутреннюю поверхность разрядной камеры. Таким образом, появляется возможность воспроизводить условия, близкие к тем, что будут в пристеночной области реактора ИТЭР, запуск первой плазмы в котором планируется в 2025 году. ФТИ им. А.Ф. Иоффе отвечает за разработку трех диагностических систем для этой установки. При этом, аппаратуру для нее можно будет испытывать на токамаке Глобус-М2 уже сейчас. Например, здесь будут проводиться испытания системы диагностики плазмы по рассеянию лазерного излучения», — рассказывает Василий Гусев. По его словам, комплекс также станет площадкой для создания компактного термоядерного источника нейтронов для гибридного реактора – «союза» атомного (распад тяжелых ядер) и термоядерного (синтез тяжелых ядер при слиянии более легких) реакторов. По этой схеме токамак будет выступать в роли генератора нейтронов, которые свободно проникают в атомные ядра и тем самым запускают реакции распада. Еще одно направление исследований – испытания материалов для термоядерного реактора. Эта работа ведется совместно с Институтом физической химии и электрохимии им. А.Н. Фрумкина РАН.

Россия > Образование, наука > fano.gov.ru, 19 июля 2017 > № 2248933


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter