Всего новостей: 2396861, выбрано 1 за 0.000 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Адилов Серикжан в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыФинансы, банкиЭкологияОбразование, наукаАрмия, полицияАгропромвсе
Казахстан. Весь мир > Армия, полиция > camonitor.com, 6 ноября 2015 > № 1541774 Серикжан Адилов

Преступления без наказания

Серикжан АДИЛОВ

Мы уже неоднократно рассказывали о том, как представители казахстанской правоохранительной системы ловят дырявыми сетями преступников с очень громкими именами, скрывшихся за рубежом, а когда улов уходит из рук, делают вид, что виноваты в этом все кто угодно, но только не они. И вряд ли беспрецедентное решение Франции выдать в руки российского правосудия Мухтара Аблязова существенно повлияет на эту "увлекательную забаву".

Напомним, 17 сентября премьер-министр Франции Манюэль Вальс подписал постановление об экстрадиции Мухтара Аблязова в Россию. Казалось бы, вот он, прецедент, который рождает надежду на то, что и в отношении других VIPов, оставивших криминальный след в Казахстане, дело сдвинется с мертвой точки, а понятие неотвратимости наказания и для них станет реальностью. Да только надежда эта, откровенно говоря, хлюпенькая.

Скрывшиеся от казахстанского правосудия бывшие чиновники и олигархи откровенно потешаются над потугами вернуть их на родину. И, к сожалению, небезосновательно. Сегодня Казахстан практически бессилен как-то влиять на вопросы экстрадиции вчерашних небожителей и вынужден играть второстепенную роль в большой игре, доказательством чему, собственно, и является решение об экстрадиции Аблязова в Москву. Наши правоохранительные органы еще два года назад с пеной у рта отстаивали свое право на соответствующее ходатайство параллельно с Россией, утверждая, что у нас куда больше оснований и возможностей заполучить беглеца.

Сегодня же им остается только "приветствовать" выдачу преступника стране-партнеру, пожиная, по сути, плоды поражения. С одной стороны, их радость от решения французов, надо полагать, вполне искренняя, поскольку экстрадиция Аблязова в Россию - это все же шанс поучаствовать в процессе и хотя бы попытаться вернуть часть ущерба, нанесенного стране бывшим банкиром. С другой, это последний звоночек, дающий понять, что ни деньги, ни связи, ни личные договоренности не могут служить гарантией возвращения на "место преступления" тех, кто водрузил на себя корону политического узника и козыряет этим в европах. Чтобы изменить ситуацию, нужно серьезно менять подход к таким вопросам внутри страны. Но как раз этого-то пока и не происходит.

Ухватить за хвост хищников, уплывающих из рук правосудия, мы не можем по нескольких причинам. Одна из них - Казахстан не ратифицировали во­время многочисленные международные документы. Хотя это, конечно, еще полбеды, поскольку даже без присоединения к пактам мы имеем возможность двигаться в рамках двусторонних договоров и соглашений. Но путь этот весьма и весьма ограничен. Что касается стран дальнего зарубежья, то, если верить информации, размещенной на сайте Генпрокуратуры РК, подобные договора заключены только с ОАЭ, КНР, Республикой Корея, Монголией, Турцией, Ираном и Испанией. Взаимодействие же с другими странами существенно осложняется, а зачастую и вовсе выглядит невозможным.

Еще одна причина - это серьезная защита, которую предоставляют беглым преступникам различные международные конвенции. Например, Конвенция ООН "О статусе беженцев" и Конвенция Совета Европы "О выдаче" от 1957 года. В первом документе заложены основания для признания лица беженцем по мотивам расы, этнического происхождения, политических убеждений и так далее, что, собственно, и вынуждает наших беглецов строить из себя оппозиционеров и кричать на весь мир о преследовании их по политическим мотивам. Вторая конвенция фактически запрещает экстрадировать человека в случае, если ему на родине могут грозить пытки и несправедливое судебное разбирательство. Адвокатам беглецов нужно лишь доказать, что правоохранительная и судебная система в стране, требующей выдачи, не соответствует международным стандартам, - и дело в шляпе. С этой точки зрения примечателен прецедент шестилетней давности. В ноябре 2009 года Европейский суд по правам человека отказал в экстрадиции из Украины в Казахстан Амира Кабулова, обвиняемого в совершении убийства в Алматы. Причина - отсутствие гарантии объективного расследования его уголовного дела. В заключении Европейского суда так и говорилось: "Достоверно установлено, что в Казахстане любое лицо, подозреваемое в совершении уголовного преступления, содержащееся в местах лишения свободы, подвергается огромному риску стать объектом пытки или обращения, унижающего человеческое достоинство, порой даже без всякой причины и цели. Поэтому Суд поддерживает аргумент заявителя о том, что сам факт задержания в качестве подозреваемого в совершении уголовного преступления представляет достаточные основания полагать, что по возвращении в страну заявитель подвергнется обращению, противоречащему статье 3 Европей­ской конвенции о защите прав человека. Таким образом, экстрадиция нарушает статью 3 Европейской конвенции о защите прав человека". Появление документа со столь однозначным содержанием де-юре и де-факто стало для многих стран лекалом в вопросах выдачи Казахстану беглых преступников. Доказывать же всему миру обратное - беспристрастность нашей судебной системы, возможность справедливого судебного разбирательства, отсутствие пыток в тюрьмах - казахстанские власти не спешат.

Кроме того, существует институт обжалования решений о выдаче, который зачастую если и не оспаривает вопрос экстрадиции, то фактически замыливает сам процесс. Например, процедура экстрадиции Вероники Ефимовой, проходящей по делу о БТА, заняла почти пять лет. Несмотря на то, что еще в начале 2013-го Европейский суд по правам человека фактически признал правомочным решение о ее выдаче, в Казахстан она была возвращена только в конце прошлого года.

Еще одна большая проблема - отсутствие профессионализма на всех этапах процесса, начиная от уголовного преследования внутри страны и заканчивая переговорами за ее пределами, а также желание свалить все проблемы с больной головы на здоровую, наняв дорогостоящих юристов и консультантов. В большинстве случаев подобное партнерство оборачивается для нас только новой порцией скандалов и ухудшением и без того неоднозначного имиджа. Например, только в деле об экстрадиции Виктора Храпунова снаряд дважды упал в одну и ту же воронку. Сначала Казахстан заподозрили в попытках оказать давление на официальные органы Швейцарии через Томаса Борера и юридическую контору Homburger, которые, как заявлялось, "выступили посредниками казахстанского правительства". А позже всплыла некрасивая история об "опасных связях" швейцарского пиар-агентства Burson-Marsteller и казахстанской партии "Ак жол". В итоге результата ноль, а деньги налогоплательщиков пущены на ветер. По информации зарубежных СМИ, ежемесячный гонорар только Томаса Борера составлял 30 тысяч евро. Сами же мы работать более эффективно или не можем, или не хотим.

Помнится, еще в 2011 году Генеральный прокурор РК Асхат Даулбаев, докладывая главе государства о результатах расследования убийства топ-менеджеров "Нур банка", сообщал о проведении более чем 20 экспертных исследований, допросе более чем 30 свидетелей и наличии других свидетельств, неопровержимо доказывающих причастность к этому делу Алиева, Кошляка и руководимой ими преступной группы. Но, как мы все знаем, вен­ский суд проигнорировал эти доказательства, хотя незадолго до этого австрийские юристы, помогавшие казахстанской стороне и вдовам погибших добиться справедливого наказания для преступников, оптимистично заявляли, что теперь "ничто более не мешает экстрадиции Алиева из Австрии в Казахстан". Вот и возникает вопрос: что это были за доказательства, если от них так легко "отплевался" венский суд?

Вот как прокомментировал случившееся правозащитник Евгений Жовтис: "Наши следователи и прокуроры привыкли к тому, что в нашем в суде все или почти все пройдет. И показания свидетелей "под копирку". И их "необычайная" память, особенно тех, кто находится в местах лишения свободы, то есть в полной власти правоохранительных органов. И доказательства, полученные незаконным путем, если строго следовать требованиям уголовно-процессуального законодательства. А австрийский суд этого не признал. Вот и результат".

Одним словом, желания у нашей системы правосудия схватить за причинное место беглецов хоть отбавляй, а вот рыть землю носом они не привыкли. И уж тем более они не привыкли опираться исключительно на железобетонные доказательства и четко аргументировать свою позицию. Недаром представитель Российского института стратегических исследований, говоря о причинах экстрадиции Аблязова в Россию, а не в Казахстан, прямо заявил о более аргументированной позиции России в этом деле.

А иногда и вовсе доходит до откровенных ляпов. Например, подавая заявку в Интерпол на розыск сына Виктора Храпунова - Ильяса, наши правоохранители в качестве обоснования указали совершение им экономических преступлений в Казахстане в период с 1997-го по 2004 год, когда он был еще прыщавым юнцом. Скорее всего, сына просто перепутали с папой, но, как говорится, из песни слов не выкинешь.

Вот и приходится констатировать, что для игры в "высшей лиге" мы со своими топорно вырубленными клюшками пока еще не созрели. А значит, заклейменные нашим правосудием беглецы могут и дальше наслаждаться жизнью в странах, в которые нам со своими уставами и соваться-то не стоит.

Запрос на экстрадицию Храпунова, поданный в марте прошлого года казахстанскими органами правосудия, власти Швейцарской Конфедерации отклонили уже через несколько месяцев. Других попыток заполучить бывшего алматинского градоначальника, насколько нам известно, не предпринималось. Между тем, как отмечали эксперты, именно "Швейцария не раз выдавала обвиняемых в преступлениях, например, России, поэтому перспективы задержания и последующей экстрадиции в Казахстан Виктора Храпунова есть". Но мы, ввязавшись в игру, похоже, забили гол в собственные ворота. В своем прошлогоднем интервью Храпунов так и заявил: "Швейцария очень четко дала ответ о том, что в Казахстане не соблюдаются права человека, преследуются инакомыслящие из-за политических убеждений. Поэтому отказ, думаю, окончательный. Считаю, что Казахстан не будет что-либо еще подавать. Конкретно сказано: экстрадиция невозможна".

После оправдания венским правосудием Альнура Мусаева и Владимира Кошляка по делу об убийстве топ-менеджеров "Нур банка" их возможная выдача и вовсе переросла в разряд невероятного, хотя Генпрокуратура и тешит себя иллюзиями, заявляя, что этот вопрос "остается открытым".

Не менее туманны на сегодняшний день и перспективы выдачи других беглецов - Мурата Кетебаева, Сагынбека Муташева и прочих. А в отношении многих и перспектив-то никаких нет. Например, местонахождение братьев Рыскалиевых до сих пор так и не установлено…

Казахстан. Весь мир > Армия, полиция > camonitor.com, 6 ноября 2015 > № 1541774 Серикжан Адилов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter