Всего новостей: 2395897, выбрано 3 за 0.003 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Гольц Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценыАрмия, полициявсе
Россия. Белоруссия > Армия, полиция > inosmi.ru, 20 сентября 2017 > № 2317576 Александр Гольц

«Запад-2017»: Минск и Москва поссорились?

Никакой российско-белорусской региональной группировки войск не существует в природе. Стороны даже не считают нужным оперативно договариваться о сценарии боевых действий.

Александр Гольц, Новое время страны, Украина

Военные маневры «Запад-2017», которые так взволновали российских соседей на Западе — не только страны Балтии и Польшу, но еще недавно принципиально нейтральные Швецию и Финляндию, — близки к завершению. Войска Союзного государства героически разгромили условного противника. Владимир Путин уже понаблюдал за победным наступлением на Лужском полигоне под Санкт-Петербургом. Видимо, 19 или 20 сентября Александр Лукашенко будет приветствовать войска где-нибудь в Белоруссии. Те, кто опасался, что под прикрытием маневров Москва концентрирует силы для удара по Прибалтике или Украине, могут выдохнуть с облегчением: никакой концентрации войск не происходит. Более того, похоже, не подтвердятся и более «скромные» опасения тех, кто предполагал, что Москва воспользуется маневрами, чтобы разместить склады тяжелого вооружения в Белоруссии. Пока единственными пострадавшими являются те зрители, которых случайно обстреляли вертолеты во время тренировки на Лужском полигоне.

Кажется, что Минобороны РФ в последние дни всячески пытается притушить возникшее беспокойство. Начальник российского Генштаба Валерий Герасимов около часа беседовал с председателем Комитета начальников штабов Джозефом Данфордом, а до этого общался в Баку с председателем Военного комитета НАТО Петром Павлом. С одной стороны, это хорошо. В условиях, когда Москва откровенно манипулирует цифрами, занижая количество участников маневров, Россия все-таки считает нужным дать разъяснения, пусть на уровне личного общения военачальников. С другой — все это зависит от доброй воли России: хотим даем разъяснения, хотим — не удостаиваем Запад вниманием, хотим — приглашаем наблюдателей, хотим — нет. И говорит о глубочайшем кризисе, в котором находится система обеспечения безопасности на Европейском континенте.

Второй вывод, который следует из учений «Запад-2017», заключается в том, что никакой объединенной российско-белорусской региональной группировки войск не существует в природе. Стороны даже не считают нужным оперативно договариваться о сценарии боевых действий, который они отрабатывают. Москва в последний момент решила не дразнить НАТО, не заявлять в открытую, что войска отрабатывают войну с альянсом. Посему в качестве сценария было предложено нечто идиотическое: некие «боевики» мелкими группами просочились через границу, а потом объединились в несколько крупных отрядов численностью до 500 человек каждый. По легенде, бандиты захватили большое число легкомоторных самолетов и беспилотников, поэтому в учениях принимали участие средства ПВО. Помнится, несколько лет назад, чтобы оправдать пуски тактических ракет, в сценарий учений вписали, что злокозненные боевики располагают ракетными установками…

Дальше — больше: «террористов» уничтожали при огневой поддержке артиллерии и бронетехники (в том числе танков Т-90, им помогала новейшая боевая машина поддержки танков «Терминатор»), бомбовыми ударами фронтовых бомбардировщиков Су-24 и истребителей-бомбардировщиков Су-34, неуправляемыми авиационными ракетами с ударных вертолетов Ми-24, Ми-28 и Ка-52. В результате скоординированной атаки с земли и воздуха на террористов был также выброшен тактический и оперативный десант — «бандиты» были блокированы, а затем уничтожены. Совершенно очевидно, что это была никакая не антитеррористическая, а общевойсковая операция. Надо сказать, что к таким же уловкам Россия прибегала и четыре года назад в ходе маневров «Запад-2013».

Интересно, что белорусские военные то ли не знали, что Москва спешно поменяла сценарий учений, то ли не посчитали нужным вносить коррективы. «Штабам любого уровня предстоит отработать широкий спектр задач, связанных с управлением войсками при отражении наступления сухопутных группировок противника», — сообщил журналистам пресс-секретарь Министерства обороны Белоруссии Владимир Макаров. Более того, из скупых официальных сообщений о маневрах следует: Россия и Белоруссия не создали единых органов военного управления. Военачальники лишь периодически наносят визиты в штабы «товарищей по оружию», отмечая всякий раз возросший уровень координации действий. Отсутствие единого командования операции означает, что войска воюют рядом друг с другом, но никак не вместе.

Наконец, вопреки традиции, лидеры двух государств не встретились на этих маневрах. В белорусской печати выдвигаются разные версии причин демарша Лукашенко, отказавшегося приехать в Россию. В частности, одни говорят, что Россия не предупредила Минск о выдвижении соединений 1-й танковой армии в сторону белорусской границы, другие утверждают, что присутствие Лукашенко на военных маневрах вместе с Путиным может повредить имиджу Батьки в глазах западных лидеров.

Я считаю, что Александр Лукашенко вполне заслужил упоминания в любом учебнике дипломатии. В течение многих лет он ловко играл на комплексах российского руководства, никак не желающего смириться с отсутствием реальных военных союзников. Он умудрялся получать многомиллиардные экономические бонусы в обмен на словесные заверения о готовности воевать плечом к плечу с россиянами. Но вот после аннексии Крыма и секретной войны на Донбассе натовские батальоны развернулись в странах Балтии и Польше. Военное противостояние России и Североатлантического альянса стало реальностью. И белорусский лидер мгновенно понял: в этом случае военные объекты на территории его страны превращаются в цели первого удара. И немедленно отказался от своих обещаний. Он до бесконечности уточняет положение о Единой системе ПВО, отвергает любую возможность развертывания российской авиабазы в Белоруссии. Так что нельзя исключать, что «Запад-2017» станет началом размежевания двух стран в военной сфере.

Россия. Белоруссия > Армия, полиция > inosmi.ru, 20 сентября 2017 > № 2317576 Александр Гольц


США. Сирия. Ближний Восток. РФ > Армия, полиция > rosbalt.ru, 14 октября 2015 > № 1518722 Александр Гольц

Каковы истинные цели и последствия военной операции, которую проводит Россия в Сирии, почему переговоры с США вовсе не означают, что РФ вышла из изоляции, и способны ли отечественные предприятия ВПК выполнить программу перевооружения — об этом в интервью "Росбалту" рассказал военный эксперт, российский журналист Александр Гольц.

— Вот уже две недели как в Сирии военно-космические силы РФ осуществляют свою операцию. Декларируется, что цель российских авиаударов — террористическая организация "Исламское государство", запрещенная в России. В свою очередь на Западе утверждают, что налеты осуществляются на позиции противников режима президента Башара Асада. Кого именно бомбят наши летчики в Сирии?

— Чтобы ответить на этот вопрос, достаточно посмотреть на карты боевых действий, которые публикуют в статьях о сирийском конфликте. Иногда эти рисунки просто противоречат тому, о чем пишут в статьях. Очевидно, что территории, которые находятся под контролем "Исламского государства", не входят в непосредственное соприкосновение с территориями, контролируемыми правительственными войсками Башара Асада. При этом нам неоднократно на самом высоком уровне заявляли о том, что российская авиация в Сирии осуществляет поддержку наступления правительственных войск. В воскресенье об этом в интервью на телеканале "Россия-1" вновь сказал Владимир Путин. Из этого более или менее явствует, что российская авиация наносит удары вовсе не по ИГ.

— Тогда каковы истинные цели присутствия российских войск в Сирии? Вооруженный конфликт между Башаром Асадом и оппозицией продолжается уже третий год. Что такого произошло в последнее время, что заставило Россию принять решение о переброске авиации в Сирию?

— Во-первых, Россия на протяжении этих трех лет оказывала поддержку сирийскому правительству поставками техники и вооружения. Во-вторых, поддержка Башара Асада для Владимира Путина — принципиальный вопрос. На это он намекал и в своей речи на недавней Генассамблее ООН. Путин отказывает народу в праве на свержение авторитарного правительства. Все подобные перевороты он считает нелегитимными, полагая, что они являются результатом заговора внешних сил — Госдепа, ЦРУ, МИ-6 и прочих. Президент считает, что цветную революцию необходимо останавливать именно там, где она зарождается, не давая ей распространиться до пределов России. Эта важная стратегическая цель в конечном счете и привела к нашему военному вмешательству в сирийский конфликт.

Очевиден и тактический расчет. Российская дипломатия не могла допустить повторения позора, аналогичного тому, что произошел на саммите G20 в австралийском Брисбене. Тогда Путин оказался в полной изоляции. Надо было заставить Барака Обаму встретиться с нашим президентом.

— То есть встречу российского и американского лидеров можно было организовать с помощью военной операции в Сирии?

— Появление российских самолетов в сирийском небе сулило неприятные инциденты. Возникала ситуация, когда в одном и том же воздушном пространстве одновременно без всякого согласования действовали ВВС России и США. У американцев не выдержали нервы. Президент США считает себя ответственным за жизнь своих пилотов. Обама был вынужден встретиться с Путиным. В принципе, на этом операцию в Сирии можно было и заканчивать, так как цель была достигнута. Но решили участвовать дальше.

— Владимир Путин встретился с Бараком Обамой, министр обороны РФ Сергей Шойгу ведет переговоры со своим американским коллегой Эштоном Картером. То есть цель достигнута. С нами снова говорят, мы вышли из изоляции?

— Достигнута пропагандистская цель. Российским гражданам продемонстрировали Обаму с Путиным. Но цель по стратегическому выходу из изоляции не достигнута. Запад отверг предложения России о совместных действиях. Ни дня не проходит без того, чтобы мы не услышали критических замечаний в отношении действий России. Американский министр обороны на одном из своих брифингов даже посвятил этой теме пару абзацев. Он прямо сказал, что мы разговариваем с Россией только на конкретные темы – о том, как избежать инцидентов в сирийском воздушном пространстве. Позиция Запада по поводу Украины, Донбасса не изменилась.

— Пуски крылатых ракет с кораблей Каспийской флотилии по позициям ИГ — это тоже пропаганда?

— Да, и Путин не скрывал этого. Он сам говорил о том, что была демонстрация способности российских вооруженных сил наносить подобные удары. Также была явлена воля российского руководства наносить такие удары в тот момент, когда того требуют интересы государства.

— Кстати, буквально после каждого ночного вылета в Интернете появляются ролики с бомбежками. Их многие с удовольствием смотрят.

— Информационщики Министерства обороны работают просто замечательно. Российские начальники используют книжку Джорджа Оруэлла "1984" как учебное пособие. Помните: очередная ракета вылетела и ударила по Евразии, очередная ракета вылетела и ударила по Остазии. Так действует агитпроп, "министерство правды". Такая война выглядит как компьютерная игра. Она безопасна в том смысле, что от нее пока не исходит угрозы жизни телезрителей. Это замечательный и эффективный пропагандистский инструмент.

— Может ли в сирийском небе произойти вооруженный конфликт между ВВС России и США?

— Надо понимать, что мы имеем дело с современной авиацией, которая действует на больших скоростях. "Чужой" самолет здесь определяется в виде засветки на экране. Принять его за атакующий шансы очень высоки. Думаю, что сейчас россияне и американцы во избежание инцидентов просто оповещают друг друга о времени и месте нанесения ударов. Вот, собственно, и все.

— А есть ли связь между событиями на Востоке Украины и тем, что происходит в Сирии?

— То, что Россия оказалась в жесткой международной изоляции — это и есть следствие блестящих успехов в Крыму. Я имею в виду присоединение полуострова и ведение гибридной войны на востоке Украины. Можно сколько угодно говорить о том, что европейцы подчиняются американцам с большим скрипом, но с нашими лидерами они не хотят разговаривать. Общение ведется только в части разрешения украинского конфликта, который подходит к стадии замораживания. Донбасс, скорее всего, превратится в еще одну непризнанную территорию.

В условиях экономического кризиса, санкций, которые были введены после украинских событий, России жизненно важно выйти из изоляции. Поэтому одной из стратегических целей нашего вмешательства в Сирии была попытка выйти из этой изоляции. Россия предприняла попытку выдвинуть идею широкой антитеррористической коалиции, явиться миру преображенной, в виде лидера "цивилизованного мира", который борется с варварством на Ближнем Востоке.

— Не все страны Аравийского полуострова рады приходу России на Ближний Восток. Вот недавно министр обороны Саудовской Аравии принц Мухаммад ибн Сальман Аль Сауд во время встречи с Путиным предупредил об "опасных последствиях" вмешательства в конфликт. Если Россия не прислушивается к Америке, то предупреждения саудитов вообще может пропускать мимо ушей?

— Что касается Америки, то мы ее слушаем, но не слышим ровным счетом ничего. США предлагали России прекратить развертывание вооруженных сил в Сирии. Мы это предложение проигнорировали. В этом плане та же Саудовская Аравия для нас равна США.

Мне кажется, что вся наша внешнеполитическая стратегия в отношении стран западной коалиции сводится к созданию так называемых "негативных стимулов": мы не можем вам дать ничего позитивного, но зато можем создать вам проблемы — поэтому вы обречены общаться с нами.

— То есть можно говорить о том, что сирийский конфликт в третью мировую войну не выльется. Существует ли сейчас точка, которую можно назвать "пороховым погребом мира"?

— Слава богу, ситуация развивается таким образом, что сегодня в мире не существует такой точки, которую бы можно было назвать пороховым погребом. А из-за Башара Асада третья мировая не начнется.

Россия всякий раз взвинчивает ставки, а Запад всякий раз проигрывает. Это как в детской игре — кто первым моргнет. Запад всякий раз моргает первым. Кто-то может сказать, что в силу ответственности своих лидеров, кто-то скажет, что в силу их слабости. Запад не готов рисковать жизнью своих военнослужащих ради свержения Башара Асада. А Кремль готов рисковать своими военнослужащими ради защиты президента Сирии. В этом проблема.

— Может ли Запад одержать победу в этой игре, если она ведется по правилам Путина?

— До тех пор, пока речь не идет о действительно жизненных интересах, Западу выиграть не удастся. Другое дело, что и та политика, которую проводит Россия, тоже имеет свои ограничения. В том случае, если начнется гонка вооружений, Россия ее проиграет. Эта гонка была проиграна Советским Союзом, который располагал гораздо большими ресурсами. А у России нет союзников. Не считать же ими страны ОДКБ.

Подозреваю, что следующая холодная война будет асимметричной. Условно говоря, Россия сконцентрируется на ядерном сдерживании. Например, в Советском Союзе никто не мог себе позволить амикошонства, несогласованных заявлений по поводу ядерного оружия. В России же сегодня каждый чиновник средней руки болтает все, что угодно, по поводу ядерного оружия и наших способностей наносить ядерные удары. Думаю, что государственная стратегия в том и заключается, чтобы убедить наших западных партнеров, в том, что мы такие, немножко сумасшедшие. Именно это ощущение придает ядерному потенциалу политический вес.

— А предприятиям отечественного ВПК от этих всех конфликтов чего ждать? У них увеличатся заказы?

— Дело в том, что и сейчас значительная часть военного бюджета тратится на ядерное оружие. Кроме этого, официальная позиция России заключается в том, что ВПК даже в условиях кризиса остается священной коровой. Программа перевооружения не будет затронута, несмотря на предусмотренные сокращения бюджета. Все эти демонстративные акты в виде пуска ракет Каспийской флотилией работают на руку отечественному ВПК. Они убеждают российское руководство в необходимости трат на подобные вещи.

Но, по моему скромному мнению, существует ряд структурных проблем, которые не позволили бы российскому ВПК выполнить программу перевооружения даже в том случае, если бы никакого экономического кризиса не случилось. Впрочем, мы о них никогда не узнаем. Никто о них просто не скажет. Еще несколько лет назад из уст российского чиновника можно было узнать правду о состоянии оборонзаказа. Сейчас — нет. Нам бодро рапортуют о выполнении этого заказа, но по какой-то причине президент как верховный главнокомандующий раз в полгода за закрытыми дверьми собирает руководителей ОПК и что-то с ними обсуждает.

— Чем завершится сирийский конфликт? Когда вообще можно ждать его завершения?

— Здесь несколько развилок. Путин сказал, что мы будем использовать исключительно авиацию и только для поддержки наступления войск Башара Асада. Значит, операция может быть завершена после того, как линия противостояния будет отодвинута на какое-то количество километров. После этого можно будет заявить о том, что цель достигнута, мы покидаем Сирию. А вдруг это наступление сирийских войск не будет удачным? Что тогда — мы будем упорно долбить по целям, которые нам будут представлять военные Асада?

— Но есть и другая развилка. Что будет, если террористы прорвутся к нашей авиабазе, и если батальонная тактическая группа не сможет базу защитить? Путин примет решение о позорной эвакуации? А может, он примет решение перебросить в Сирию воздушно-десантную дивизию, что увеличит количество российских потерь?

— Понимаете, существует принципы, которые были когда-то сформулированы министром обороны США Каспаром Уайнбергером. Они сводятся к тому, что военную силу надо применять только в том случае, если политики могут поставить перед военными конкретную военную задачу, которая может быть решена военными средствами. Военные должны на решении этой задачи, на достижении победы, сконцентрировать всю свою мощь. После этого — уйти. Россия во время своей операции в Сирии ни одно из этих условий не выполняет. А это прямая дорога, которая когда-то привела американцев к вьетнамской трагедии. Остается надеяться только на то, что российские руководители скажут: "Хватит".

Беседовал Александр Калинин

США. Сирия. Ближний Восток. РФ > Армия, полиция > rosbalt.ru, 14 октября 2015 > № 1518722 Александр Гольц


Россия. Франция > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 августа 2015 > № 1460545 Александр Гольц

Боюсь, Россия не способна построить «Мистрали» ("Русская служба RFI", Франция)

Контракт о поставке двух «Мистралей» в Россию закрыт, президенты Путин и Олланд договорились о сумме компенсации, которую Париж заплатит Москве. Но и после завершения этого многомесячного сериала остаются вопросы: например, почему российское руководство не стало требовать неустойку за разрыв контракта, или могли ли эти корабли угрожать безопасности Украины, о чем в последние месяцы постоянно говорили в Киеве... Интересно было также узнать, имеют ли под собой какие-то фактические основания утверждения представителей российской власти о том, что Россия сама может построить корабли, подобные «Мистралям». Обо всем этом RFI рассказал военный эксперт, заместитель главного редактора «Ежедневного журнала» Александр Гольц.

RFI: Сделка закрыта. По вашему мнению, российскому флоту действительно нужны были эти корабли? Или правы те, кто утверждает, что «Мистрали» негде было применить и покупка была только способом отблагодарить Саркози за «миротворческую миссию» в Грузии?

Александр Гольц: Точнее сказать, что сейчас необходимость в них отпала. Если говорить о 2008-м, когда принималось решение, то совершенно очевидно, что с помощью этих кораблей российскому флоту предполагалось дать иную концепцию применения. Фактом является то, что состав надводных кораблей российского флота нам достался от Советского Союза. Цель этого флота заключалась в защите своих атомных подводных лодок и в уничтожении — в случае, если повезет, конечно — авианосных группировок противника, то есть Соединенных Штатов.

С развалом СССР и прекращением конфронтации эта цель отпала, и другой не было. «Мистрали» — почему они и вызывали такое раздражение у российских адмиралов — потенциально давали другое направление военно-морской деятельности. Проекция силы, борьба с пиратством, эвакуация граждан России из стран, объятых конфликтами, борьба с террористами... Это иное направление, которое решительно не нравилось российским военно-морским начальникам, потому что их учили другому. Теперь, когда необходимость использовать «Мистрали» исчезла, все вздохнули с облегчением.

Просто мы возвращаемся — и российская морская доктрина пишет об этом битым словом — к конфронтации с НАТО. В этом смысле необходимость проведения десантных операций отходит на второй план. Первоочередное значение должно уделяться развитию атомного подводного флота, а также средствам борьбы с авианосными группировками противника.

— Много было слухов насчет того, что боевая информационная управляющая система «Зенит-9» была основной причиной, по которой Россия хотела получить «Мистрали».

— Я бы не исключал и это. Хотя, конечно же, решение о закупке «Мистралей» было политическое. Оно было принято в благодарность Саркози за то, что из-за его активности России удалось преодолеть международную изоляцию после войны с Грузией. Но, конечно, у России есть проблемы в боевых информационных системах, и ей бы было интересно получить одну из самых продвинутых систем в мире, по крайней мере, если не считать американскую.

— Почему, по вашему мнению, Соединенные Штаты с начала переговоров — с 2009 года — подавали сигналы Парижу о том, что нежелательно продавать «Мистрали» России?

— Очевидно, Соединенные Штаты в своем анализе понимали тенденцию — куда движется Россия.

— Почему, по вашему мнению, российское руководство так терпеливо выжидало решения французов и в итоге даже не потребовало никаких неустоек за разрыв контракта?

— Видимо, российское руководство хорошо понимало, что разбирательство этого дела в международном арбитраже грозит оставить Россию совсем без денег, поскольку уж точно международный суд посчитал бы аннексию Крыма и введение международных санкций достаточно серьезной причиной, чтобы не поставлять эти корабли.

— А утверждение некоторых лиц — Рогозина, Сечина — о том, что Россия сама может построить подобные корабли, имеют под собой какие-то основания?

— Боюсь, что нет. Никакого смысла закупать эти корабли не было, если бы России были доступны технологии их создания. Сейчас вообще все строительство российского надводного флота встало, поскольку Украина прекратила экспорт газотурбинных установок из Николаева.

— Что сейчас будет делать руководство России? Какой есть выход из этой ситуации?

— С этим вопросом надо обращаться к Дмитрию Олеговичу Рогозину, который обещал произвести импортозамещение в военной сфере в течение двух лет... Год уже прошел.

Если говорить всерьез, то судостроение представляет собой самое слабое место в российской оборонной промышленности. Об этом уже говорят, не скрывая, руководители российского министерства обороны, в частности, замминистра обороны Юрий Борисов. Две недели назад, аккурат перед тем, как Путин подписал амбициозную морскую доктрину, Борисов встречался с руководителями профсоюзов оборонно-промышленного комплекса и прямо сказал, что главной проблемой на сегодня является то, что судостроительная промышленность срывает один заказ за другим. Потом это было многократно повторено. При докладе Путину тот же Борисов перечислил, что практически все морские верфи России, где создаются надводные корабли, срывают заказы. Одна из причин — конечно же, то, что из Николаева не поставляются газотурбинные установки, что ставит под вопрос спуск на воду и корветов, и фрегатов.

— Настойчивость украинского руководства в том, чтобы России не поставляли «Мистрали», это только политический вопрос, или, действительно, корабли могли представлять опасность для Украины и для стран Балтии, которые тоже активно выступали против этих контрактов?

— Я думаю, если подходить с чисто военной точки зрения, «Мистрали» вряд ли представляли опасность для Украины. Все-таки на «Мистралях» можно перебросить весьма ограниченное количество морских пехотинцев. В случае какой-то крупной военной операции против Украины это не играло бы существенной роли.

— Верно ли то, что во время 5-дневной войны в Грузии России как раз не хватало таких кораблей, как «Мистраль»?

— Да, это правда. Черноморский флот получил приказ высадиться в Абхазии, и погрузка на корабли флота заняла ровно то время, пока шла война.

— А «Мистраль» позволил бы сделать это скорее?

— Быстро. Но все-таки десантные операции не являлись и не являются для российского флота приоритетными — другой состав сил. Десантные операции могут решать только тактические задачи. Да, в войне с таким слабым противником, каким являлась Грузия, это могло быть существенным. Но уже с Украиной... Ну удастся батальону высадиться на побережье возле Одессы, ну и что?

Россия. Франция > Армия, полиция > inosmi.ru, 10 августа 2015 > № 1460545 Александр Гольц


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter