Всего новостей: 2134904, выбрано 18573 за 0.055 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Украина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 16 июня 2017 > № 2211669

Католический епископ Харьковско-Запорожской диецезии Ян Собило осудил предстоящее проведение ЛГБТ-марша в Киеве.

"Будущий марш ЛГБТ должен состояться в праздник Тела и Крови Иисуса Христа на 18 июня. Бог создал нас мужчиной и женщиной. Не папой и папой, а не мамой и мамой, но мамой и папой. Человек рождается не из-за манипуляций в стекле, но из-за любви!", — заявил епископ в интервью католическому "Радио Мария".

Он против того, чтобы проводить шествие. По его мнению, даже неверующие люди "чувствуют, что это антицивилизационно".

"Я бы не хотел, чтобы мы продали Украину за безвиз ценой человеческих ценностей", — отмечет Собило.

Ранее с призывом не проводить шествие выступила Украинская православная церковь Московского патриархата. По мнению ее предстоятеля митрополита Киевского Онуфрия, организаторы марша "не имеют никакого морального права навязывать свое мировоззрение другим".

Как сообщили в общественной организации "КиевПрайд", которая выступает организатором шествия, в нем намерены принять участие около 5 тысяч человек.

Украина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 16 июня 2017 > № 2211669


Иран. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 16 июня 2017 > № 2211252

Делегация Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и Исламская Республика Иран завершили работу над текстом временного соглашения, ведущего к образованию зоны свободной торговли. Очередной раунд переговоров состоялся в Тегеране (Иран), сообщает пресс-служба ЕЭК.

В соответствии с временным соглашением стороны будут соблюдать основополагающие принципы ВТО - обеспечивать режим наибольшего благоприятствования и национальный режим в отношении всех товаров в рамках торговли между ЕАЭС и Ираном. В согласованном проекте соглашения зафиксировано, что все сборы, связанные с импортом товаров, не должны превышать стоимость оказанных за таможенное оформление услуг. Данные сборы не могут являться косвенной защитой для отечественных товаров или средством обложения импорта или экспорта дополнительными налогами. Такое требование является одним из важнейших в праве ВТО и обеспечивает предсказуемость режима торговли между странами.

В ближайшее время ЕАЭС и Иран продолжат переговоры по либерализации взаимного доступа на рынок товаров, предстоит еще согласовать тарифные обязательства.

Предполагается, что в рамках временного соглашения импортные пошлины будут снижены на минимальное количество товаров - до 200 товарных позиций с обеих сторон. Если страны ЕАЭС и Иран посчитают преференциальную торговлю эффективной, в дальнейшем возможен переход к полноформатной зоне свободной торговли. Временное соглашение будет заключено на три года.

По словам возглавлявшей делегацию ЕАЭС члена Коллегии (министра) по торговле ЕЭК Вероники Никишиной, тот факт, что Иран принял на себя обязательства соблюдать режим торговли на уровне требований этой Организации, является беспрецедентным. «Особенно ценно, что при успешном завершении переговорного процесса и вступлении временного соглашения в действие, Иран будет применять обязательства по такому режиму в отношении всей двусторонней торговли, а не только к товарам, для которых будут согласованы преференциальные тарифы», - отметила Вероника Никишина.

Иран. ЕАЭС > Внешэкономсвязи, политика > inform.kz, 16 июня 2017 > № 2211252


Сербия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 июня 2017 > № 2211232 Максим Саморуков

Первый ЛГБТ-премьер в Восточной Европе: почему именно в Сербии

Максим Саморуков

В Сербии получилось, что авторитарный режим может повысить уровень толерантности в обществе гораздо быстрее и успешнее, чем демократия. По политическим свободам Сербия сейчас на одном из последних мест в Восточной Европе. Но в демократических странах региона такое назначение было бы невозможно – слишком опасно потерять даже пару процентов поддержки. А вот Вучичу, который уверенно контролирует и парламент, и общественное мнение, нечего бояться

Социальный прогресс – удивительно нелинейная штука, а уж его формальные атрибуты вдвойне. Представим, что мы находимся где-то в начале 1970-х и сравниваем состояние общественных нравов в двух соседних странах: Франции и Испании. Во Франции имеем два века революций, традиционный либертинаж, только что прошли студенческие протесты. Кажется, там уже все позволено, а если что-то все-таки еще нет, то и это позволят буквально на днях. Одновременно в соседней Испании царит архиконсервативная военная диктатура Франко – католический Иран, где женщинам запрещено устраиваться на работу без разрешения отца или мужа.

В этой ситуации кажется глупым задавать вопрос, в какой из двух стран раньше легализуют однополые браки. Тем не менее время показало, что правильный ответ тут – в Испании. Причем не просто раньше, а на целых семь лет и при гораздо меньших протестах.

Похожая ситуация с сегодняшней Восточной Европой. Если спросить, какая страна в регионе будет первой, где правительство возглавит открытый представитель ЛГБТ, то самым естественным ответом будет – в ближайшие годы никакая. В наши-то трампистские времена торжества новых правых. Ну а если где-то там, на горизонте столетий, то, возможно, в Чехии, в Словении или в Эстонии. В небольшой, сильно вестернизированной, благополучной и не особо набожной стране.

Предположить, что правильным ответом будет Сербия, и не в 2050 году, а уже сейчас, невозможно. И тем не менее это так. Вчера премьер-министром Сербии стала Анна Брнабич – не просто первая женщина на этом посту, но еще и первая открытая лесбиянка.

Конечно, высокий пост Анны Брнабич – это формальный атрибут социального прогресса, и он совсем не говорит о том, что ситуация с правами ЛГБТ в Сербии лучшая в Восточной Европе. Во-первых, открытая лесбиянка – это не то же самое, что открытый гей. В мачистских балканских обществах однополая женская любовь вызывает куда меньшее возмущение, чем однополая мужская. Хотя все равно вызывает, и немалое.

Во-вторых, по Конституции Сербия – парламентская республика, и премьерский пост там вроде бы важнее президентского, но это только формально. На деле, как и во многих других восточноевропейских странах со слабыми институтами, все решают конкретные личности. В новейшей истории Сербии бывало, что премьер был действительно важнее, а бывало – что президент; и во всех случаях это мало зависело от того, что написано в Конституции.

Сейчас Сербия в очередной раз переходит из фазы, когда главный премьер, в фазу, когда главный президент, потому что этой весной тогдашний премьер Вучич разгромно выиграл президентские выборы. Это он лично решил, что лучшей заменой ему на премьерском посту будет Анна Брнабич, а не сама она возглавила партию и привела ее к победе на парламентских выборах.

Формально предложение президента – только начало, Анне Брнабич нужно еще добиться поддержки парламента. Но на деле Вучич настолько уверенно контролирует парламентское большинство, что мог выдвинуть в премьеры кого угодно – депутаты одобрили бы.

Выбрав именно Брнабич, Вучич, понятное дело, думал не про защиту прав ЛГБТ, а совсем про другие качества нового премьера. Во-первых, она беспартийная – никакой собственной базы ни в правящей партии, ни вне ее. Во-вторых, она женщина-лесбиянка, а значит, успех в сербской публичной политике ей не светит и она не сможет использовать премьерский пост для того, чтобы конкурировать с всемогущим президентом. В-третьих, она выдающийся профессионал: у Брнабич хорошее западное образование, куча международных контактов, большой и успешный опыт работы на руководящих должностях и в Сербии, и на Западе – в техническом отношении она справится с премьерской работой куда лучше, чем политиканствующие функционеры правящей партии.

Важно тут и то, кого Вучич не назначил премьером. Потому что фаворитом считался тертый сербский политик Ивица Дачич – лидер входящей в правящую коалицию Социалистической партии Сербии. Несколько лет назад Дачич уже был премьером, сейчас он министр иностранных дел. Пост главы правительства Дачичу прочили не только за прошлые заслуги, но и как пророссийскому политику с хорошими контактами в Москве. Считалось, что Вучич сейчас очень активен на западном направлении, и, чтобы сбалансировать этот крен, лучше всего во главе правительства подойдет Дачич.

Но президент Вучич решил, что Сербии балансировать ничего не надо, а надо, наоборот, крениться еще сильнее. Потому что Брнабич известна своими проевропейскими взглядами, а назначение премьером женщины, да еще и открытой лесбиянки вызовет восторг в западных столицах.

Вучич, хоть и был в 1990-е в Европе в черных санкционных списках за сотрудничество с Милошевичем, научился гениально манипулировать западными стереотипами. За несколько лет у власти он без особых уступок смог переломить привычное восприятие Сербии как главного bad guy Балкан, став любимым балканским лидером Запада. И назначение Брнабич – это еще один маневр из той же серии. По сути, выбрав Брнабич премьером, Вучич еще больше укрепляет режим своей личной власти, уничтожая остатки институциональных ограничений. А на Западе ему за это рукоплещут как невиданному либералу и прогрессисту, который внес огромный вклад в дело эмансипации женщин и ЛГБТ.

Тем не менее, хотя самого Вучича в этом деле права ЛГБТ заботят в последнюю очередь, побочный эффект от его решения все равно будет для Сербии очень серьезным. Парадоксальным образом получается, что авторитарный режим может повысить уровень толерантности в обществе гораздо быстрее и успешнее, чем демократия.

Если оценивать уровень развития институтов, свободы СМИ, политической конкуренции, разделения властей, то Сербия сейчас окажется на одном из последних мест в Восточной Европе. Но в гораздо более демократических странах региона такое назначение было бы невозможно. Крупная партия не рискнула бы двинуть в премьеры представителя ЛГБТ, потому что потеря даже пары процентов поддержки могла бы стать для нее роковой.

А вот Вучичу нечего бояться. Он уверенно контролирует и парламент, и общественное мнение, и ведущие СМИ. Кого бы он ни назначил премьером, его власти ничто не угрожает.

Анна Брнабич на премьерском посту не будет заниматься защитой прав ЛГБТ – это никогда не было частью ее политической программы. Она просто не скрывает своей ориентации. Но и этого достаточно для того, чтобы сильно изменить сербское общество. Из-за признаний Брнабич крупнейшие сербские госСМИ сейчас вынуждены упоминать эту часть ее биографии, причем в нейтральном контексте. Вучичу задают на эту тему вопросы, и он, национальный лидер и отец родной, отвечает, что сексуальная ориентация – это личное дело каждого, дискриминировать на этом основании недопустимо. Мало того, СМИ показывают и тех сербских политиков, кто выступает против Брнабич из-за ее ориентации, и их показывают уже в негативном свете – они же против решений самого президента.

История нового премьера Сербии еще раз доказывает, что на самом деле Западные Балканы намного более европеизированные и развитые общества, чем принято считать. Это совсем не царство дикости, предрассудков и ненависти, которому еще расти и расти до уровня цивилизованного и толерантного Евросоюза. Конечно, отставание есть, но балканские общества готовы приложить все усилия, чтобы стать полноценной частью Европы, чтобы европейцы воспринимали их как равных. Всего 20 лет назад Александр Вучич в сербской Скупштине требовал убивать по сто боснийских мусульман за каждого убитого НАТО серба. Сегодня он привел в Скупштину открытую лесбиянку и требует избрать ее премьер-министром. Трудно представить более стремительный прогресс.

Сербия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 16 июня 2017 > № 2211232 Максим Саморуков


ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > russianhome.com, 16 июня 2017 > № 2211022

Власти переименовали одну из мечетей Абу-Даби, столицы ОАЭ, в честь матери Иисуса Христа Марии, сообщает Newsweek.

"Название мечети "Мария, мать Иисуса", укрепит связи между последователями разных религий", — приводит издание слова шейха Мохаммеда бен Заед Аль Нахайяна, наследного принца Абу-Даби, инициировавшего переименование.

За начинание принца уже поблагодарили государственный министр по вопросам толерантности шейха Лубна Аль-Касими и председатель Генеральной администрации по делам ислама и пожертвований Мухаммед Маттар Аль Кааби, а также старший капеллан англиканской церкви по соседству от мечети Канон Эндрю Томпсон, подчеркнувший, что он "в восторге от новостей".

"ОАЭ всегда были заинтересованы в терпимости и мирном сосуществовании, основанном на справедливости и братстве среди всех жителей страны", — заявил Кааби.

В феврале 2016 года в Арабских Эмиратах открыли Министерство толерантности наряду с Министерством счастья, чтобы "продвигать толерантность как фундаментальную ценность в обществе ОАЭ".

ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > russianhome.com, 16 июня 2017 > № 2211022


Индия. Пакистан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210760

Индия и Пакистан вступают в ШОС

Альфредо Халифе-Рахме (Alfredo Jalife-Rahme), La Jornada, Мексика

Пока Вашингтон разбирается с малоубедительными показаниями бывшего директора ФБР Джеймса Коми (James Comey), марионетки теневой власти в США, отстраненного от должности Трампом, против которого выступает значительная часть бюрократии, мир стремительно меняется. Пространства, которые уходят из-под влияния США, мгновенно переходят к другим игрокам, а сама бывшая сверхдержава находится в явном упадке и состоянии гражданской войны, хотя никто не решается это сказать открыто.

Полностью бойкотируемая западными СМИ Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), провела свою 17-ю встречу на высшем уровне в столице Казахстана Астане. Эта страна стала мостом между Китаем и Россией. Бойкот западных СМИ выглядит по-детски наивным, когда на прошедшей встрече было объявлено о приеме в организацию Индии и Пакистана, что стало самым значительным событием после 16 лет ее существования.

Индия и Пакистан (за первой страной стоит Россия, а вторую поддерживает Китай) — две ядерные державы среднего масштаба, между которыми три раза вспыхивали войны с применением обычного оружия. Если раньше в ШОС было шесть стран (Китай, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан и Узбекистан), то теперь их восемь, причем четыре из них обладают ядерным оружием: Россия, Китай, Индия и Пакистан.

Получается, что ШОС набирает ядерную мощь, в то время как НАТО трещит по швам после начала президентства Трампа? В ШОС статус наблюдателей имеют Афганистан, Белоруссия, Иран и Монголия, а партнерами по диалогу являются Армения, Азербайджан, Камбоджа, Непал, Турция и Шри-Ланка. В листе ожидания находятся еще десять стран, вопрос о приеме которых будут решать Китай и Россия.

Выйдет ли Турция из НАТО, чтобы вступить в ШОС, более близкой ей в культурном и этническом плане, и забыть о распадающемся Евросоюзе, так и не приявшем ее в свои ряды, вопреки всем обещаниям?

В течение 16 лет ядро ШОС составляли прежде всего среднеазиатские страны, но сейчас организация значительно расширяет географию своего развития на индийский субконтинент (Индию, Пакистан, а за ними Шри-Ланка и Непал), Кавказ (Армения и Азербайджан) и даже на Индокитай (Камбоджа).

За последние 16 лет организационная структура и график работы ШОС формировались по мере того, как страны этой организации отвергали варварскую модель однополярного мира во главе с США, что наглядно проявляется в стремлении Ирана стать полноправным членом на столь решающем этапе строительства многополярного мироустройства.

Российский идеолог евразийства Александр Дугин, являющийся убежденным сторонником президента Путина, сравнивает агрессивную однополярность НАТО с многополярностью ШОС: в НАТО господствует одна страна и одна идеология, в то время как ШОС состоит из стран и сил, представляющих различные цивилизации с различными идеологиями и политическими системами.

Действительно, НАТО представляет собой однополярную структуру, где США господствуют над остальными равнодушными и нерешительными странами, в то время как сравнительно молодая ШОС характеризуется плюрализмом и двухполярностью (никоим образом не умаляя при этом важность вступления Индии).

Как считает Дугин, «ШОС создавалась не как азиатская НАТО, а как евразийская структура, противостоящая глобализации. Союз крупных азиатских государств, обладающих огромным экономическим потенциалом и значительными стратегическими силами, является важным шагом в деле строительства многополярного мира».

Дугин говорит без обиняков: «ШОС представляет собой многополярный блок, и это уравновешивает американскую и западную гегемонию, превращает мировую модель, которую безальтернативно навязывают всем, в свободу. Это дает новые возможности региональным игрокам любого масштаба».

Российский идеолог евразийства рассуждает о геополитической сущности ШОС, рассматривая организацию как противовес экспансионизму США: «это будет вызовом, который никакая структура, западная коалиция или блок не смогут победить. Если ШОС выработает согласованную позицию по антитеррористической борьбе, то это будет означать создание совершенно новой атмосферы для разрешения сирийского конфликта. Если ШОС скажет ‘нет‘ некоторым действиям Запада, то это придется учитывать».

Я вижу концептуальное противоречие между одобрением экономической глобализации (не путать с финансовой глобализацией, происходящей на площадках Уолл-Стрит и Сити), которую восхвалял председатель КНР Си Цзиньпин в своем недавнем выступлении на увядающем экономическом форуме в Давосе, и жестким противостоянием Дугина всеобщей глобализации. Позже мы обсудим это более подробно.

По моему мнению, самым знаковым событием на 17 встрече глав государств ШОС в Астане стала очередная двусторонняя встреча председателя КНР Си Цзиньпина с президентом РФ Владимиром Путиным с целью рассмотрения вопроса о более глубоком стратегическом союзе.

Ни от Путина, ни от Си Цзиньпина не ускользнуло то, что программа дестабилизации для ИГИЛ (террористическая организация запрещена в РФ — прим.ред.) разработана в геополитических лабораториях США и своим острием направлена на Кавказ и Среднюю Азию, граничащих с Россией и Китаем, на Синьцзян-Уйгурский автономный район в составе КНР с преобладающим проживанием мусульман.

Главы России и Китая обсудили непростой вопрос о КНДР, о роли ШОС в процессе примирения и восстановления Афганистана, а также о сопряжении нового Шелкового пути (китайский проект) с ЕврАзЭС (российский проект).

Путин обвинил США в том, что они стоят за терактами исламских боевиков, о чем совершенно молчат западные СМИ.

Политический обозреватель Ростислав Ищенко подверг жесткой критике неспособность США и Евросоюза противостоять террористической угрозе, исходящей из Ближнего Востока и Средней Азии, наносящей ущерб интересам стран-членов ШОС, когда боевики ИГИЛ стремятся перенести свои действия к границам и вглубь территории России, Индии и Китая. Ни Россия, ни Китай не могут позволить, чтобы террористические шайки, которых вышвырнули с Ближнего Востока, разбойничали на их границах. Это может сорвать как проект нового Шелкового пути, так и ЕврАзЭС.

ШОС обеспечивает необходимый формат для того, чтобы Индия и Пакистан вышли на новый и более плодотворный уровень взаимодействия, преодолев былые противоречия и конфликты, играющие на руку лишь отжившему однополярному англосаксонскому мироустройству.

Основанная 16 лет тому назад, на встрече в Астане, ШОС заявила о себе как о динамично развивающейся и сплоченной структуре.

Долгое время занимавшая оборонительную позицию, начиная с фарса 11 сентября 2001 года (чтобы потом развязать войны в Афганистане и Ираке) и вовлечения в процесс дестабилизации дремлющих ячеек исламистов, созданных при помощи вечного ЦРУ, сейчас ШОС переходит в активное контрнаступление на евразийском пространстве, которое так старался раскачать покойный Бжезинский. И это контрнаступление обратно пропорционально закату однополярного мира во главе с США.

Индия. Пакистан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210760


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210758

Традиция: проблемы россиян и американцев

Род Дреер (Rod Dreher), The American Conservative, США

Приветствую вас из Мюнхена. На этой неделе я побывал в Тренто на севере Италии, где проходила конференция, посвященная роли традиции в современной жизни Америки, Европы и России. Я был там вместе с группой ученых из разных стран. Эта конференция была похожа скорее на круглый стол, чем на какое-то официальное мероприятие. Я до сих пор пытаюсь разобраться в своих мыслях по поводу того, что я там услышал, но мне хочется поделиться с вами своими предварительными выводами.

Чтобы сохранить анонимность участников конференции, я не стану называть их имена и приписывать конкретные высказывания конкретным людям. Дело не в том, что на этой конференции прозвучало нечто скандальное. Я просто хочу, чтобы люди могли свободно делиться своими мыслями, не беспокоясь о том, что позже кто-то будет их цитировать. Я также сомневаюсь в том, что мне стоит приписывать ту или иную точку зрения членам конкретной группы, потому что, вполне вероятно, внутри этой группы существуют разногласия. Прошу вас учесть, что все, написанное ниже, может и должно быть разъяснено и скорректировано. Я предлагаю вам познакомиться с этими выводами, чтобы продолжить дискуссию.

Итак, приступим.

С самого начала я обратил внимание на довольно любопытную деталь: многие из нас почувствовали, что остальные имеют несколько нереалистичное представление об условиях и ситуации в наших родных странах. К примеру, русские были готовы возражать против точки зрения американских традиционалистов (таких как я), согласно которой Россия является защитницей традиционных христианских нравственных и религиозных ценностей. Некоторые из присутствовавших россиян были верующими людьми, другие — нет, однако все они были согласны с тем, что это религиозное возрождение в России — вовсе не такое масштабное, каким его представляют американцы, симпатизирующие России.

Один россиянин признал, что то, что сейчас возрождается в России, представляет собой не христианскую, а скорее советскую традицию, которую просто немного очистили в духовном смысле. По его словам, в результате травмы, нанесенной тоталитарным коммунистическим режимом, традиции русского православия были уничтожены. В то время выживали только те священнослужители, которые сотрудничали с советскими властями.

Но другие участники конференции из России не согласились с этой точкой зрения. Тем не менее, мне показалось полезным задуматься над тем, что ценности, которые мы считаем «традиционными», в реальности могут оказаться не такими уж и традиционными. Несомненно, в некоторых случаях мы наделяем определенные наборы политических или культурно-политических позиций авторитетом традиции. Но это вводит в заблуждение. «Традиция» может быть очень полезной концепцией, которую можно применять для продвижения той или иной политической программы. Некоторые россияне рассказывали о том, как то, что преподносится в качестве религиозного возрождения, на самом деле является всего лишь возрождением национализма с согласия религиозных лидеров.

Можно долго спорить о том, что подразумевается под «традицией» в России и разных европейских странах, но никто не станет отрицать, что традиции действительно существуют. Пока я ехал на поезде на север, через Италию, Австрию и Баварию, меня поражал возраст встречавших на пути зданий и сооружений. Посмотрите на ту средневековую церковь, выстроенную на холме. Кто-нибудь там еще молится? Возможно, уже нет, но культурную память сложно игнорировать. В процессе своей эволюции в европейских странах традиция обретала множество конкретных форм — художественных, архитектурных, социальных и так далее.

В США — иная ситуация. Какое значение имеет слово «традиция» в стране и обществе, в которых традиция антитрадиционна? Америка — это продукт эпохи Просвещения, это страна, которая сознательно и решительно отвергает традиции. Динамизм Америки во многом объясняется нашей антитрадиционной ориентацией, в том числе нашим индивидуализмом.

Именно это объясняет те сложности, с которыми столкнулись некоторые участники конференции, приехавшие из России и Европы, пытаясь понять, насколько быстро и радикально меняется ситуация в США. Несмотря на то, что все мы являемся представителями стран и обществ, переживающих постоянные изменения, в Европе и России действуют более стабильные традиции — и необязательно религиозные. Я могу ошибаться, но, с моей точки зрения, это в некоторой степени объясняет, почему движение Manif Pour Tous за сохранение форм и привилегий традиционных браков и семей возникло именно во Франции, а не в США — несмотря на то, что уровень религиозности в США выше.

Один из европейских участников конференции, который читает этот блог, отметил, что ему трудно поверить, что ситуация в США настолько катастрофична. Несколько американцев подтвердили, что ситуация — действительно крайне тяжелая, особенно в научных кругах. Они подробно рассказали о том, как дискуссии по поводу пола и сексуальности, которые должны быть нормальной частью образовательного процесса, теперь находятся за пределами дозволенного, а также о той цене — профессиональной и личной — которую приходится платить за нарушение этих новых жестких табу. Как можно отстаивать традицию, противоречащую этим нормам, если их нарушение грозит социальным и профессиональным остракизмом в лучшем случае и карьерным суицидом — в худшем?

Более того, этот новый, решительно нетерпимый образ мыслей очень быстро захватывает умы молодого поколения американцев. По словам одного профессора, его студенты просто не понимают, почему любой порядочный человек может не соглашаться с ними в вопросах, связанных с ЛГБТ-сообществом. Дело не в том, что они считают нравственный и религиозный традиционализм ошибочным. Дело в том, что прежняя точка зрения стала для них совершенно непостижимой. Из-за этого она кажется им либо безнравственной, либо вредоносной. В частной беседе я рассказал историю об одном профессоре теологии, который не рискует преподавать в своем католическом университете позицию Католической церкви в вопросах сексуальности — он даже не может вынести этот вопрос на обсуждение на семинаре. Он боится, что его студенты будут протестовать, жаловаться университетской администрации, и что его даже могут за это уволить.

Некоторым участникам конференции, приехавшим не из Америки, было довольно трудно понять, почему профессор не может обсуждать такие темы, как брак, семья и религиозная свобода, тесно связанные с правами ЛГБТ-сообщества, если только он полностью не поддерживает его представителей.

Один из россиян выразил свое недовольство в связи с тем, что самые спорные вопросы, касающиеся религии и традиции, постоянно связываются с гомосексуальностью. По его мнению, христианство не имеет никакого отношения к гомосексуальности, а те христиане, которые утверждают, что имеет, просто раздувают из мухи слона. Эта точка зрения не нашла широкой поддержки среди членов российской делегации, хотя некоторые из них признали, что решительная нетерпимость к вопросам ЛГБТ в России объясняется скорее обыкновенными предрассудками, чем какими-то религиозными установками. Они искренне об этом сожалеют и выражают абсолютное неприятие той жестокости и нападок, которым подвергаются гомосексуалисты в России.

С другой стороны, в США ситуация пока развивается в обратном направлении, и по тем же причинам (необоснованные предрассудки и ненависть к иным) нам, американским традиционалистам, легко понять, почему русские так отчаянно сопротивляются идее расширения прав геев. На нашем примере русские увидели, что рост терпимости по отношению к вопросам ЛГБТ неизбежно откроет двери для радикальной нетерпимости, как только ЛГБТ-активисты и их сторонники одержат верх.

На конференции также возникла тема ислама. Современные законы — как в Европе, так и в США — основаны не на религии, а на светском понимании прав человека. Несомненно, своими корнями светский либерализм уходит в христианство, однако он занимает более нейтральную позицию по отношению к конкретным религиям. Как европейские страны будут взаимодействовать с верующими мусульманами, живущими там? Возможно, верующие христиане уже составляют меньшинство в европейских странах, но никто не ждет, что они начнут нарушать гражданский порядок. Очевидно, что с мусульманами ситуация — совершенно иная. Да, да, не все мусульмане — и так далее. Но ни один здравомыслящий житель Европы сегодня не станет спорить с тем, что этот континент столкнулся с чрезвычайно серьезной проблемой. Кроме того, как можно уважать вполне легитимное желание мусульманских европейцев жить в соответствии с их традициями? Где нужно прочертить линию?

В США эта проблема стоит не так остро, как в Европе, потому что мы гораздо лучше умеем ассимилировать иммигрантов, и потому что у нас в стране нет настолько многочисленного мусульманского сообщества. Я попытался представить, что могут думать европейцы об исламе внутри их цивилизации. Поскольку я являюсь американцем, который искреннее верит в религиозную свободу, моим первым импульсом стало желание выступить за максимальную религиозную свободу. Однако этот идеал не может заслонить собой тот факт, что европейцы столкнулись с чрезвычайно опасной и сложной проблемой. Как может народ, чьи религиозные традиции утрачивают свою значимость, жить бок о бок с меньшинством, чья преданность религиозным традициям остается чрезвычайно сильной?

В какой-то момент участники конференции стали обсуждать вопрос о том, насколько трудно установить и поддерживать modus vivendi (то есть мирно сосуществовать) в рамках плюралистического общества. Один из докладчиков отметил, что, если одна сторона приобретает слишком много власти, это становится невозможным. По его словам, США пока не достигли этой точки. Я выразил несогласие с его мнением, поскольку мы, американцы, уже приближаемся к этой точке, наблюдая борьбу между правами ЛГБТ и религиозной свободой. Светская элита — элита политики, бизнеса, СМИ и индустрии развлечений — уже либо перешла на прогрессивную сторону, либо — в случае консервативных политиков и огромного числа религиозных лидеров — предпочитает не высказывать свою точку зрения вслух, опасаясь прослыть мракобесами. Баланс уже нарушен. Но многие консерваторы из культурной и религиозной среды не понимают, что очень скоро чаша весов склонится в сторону ЛГБТ, учитывая то, что традиционных взглядов, как правило, придерживаются представители старшего поколения американцев.

И что будет дальше? Одна из проблем, которые я вижу в позиции профессора Принстона Роберта Джорджа (Robert George) (посмотрите видеозапись беседы Джорджа и сенатора Бена Сасса о The Benedict Option), заключается в том, что его позиция «вперед, на баррикады культурной войны» совершенно неэффективна. Я согласен с ним в том, что мы обязаны изо всех сил бороться! Но что хорошего принесут нам наши свободы, если мы утратим наши внутренние культуры? The Benedict Option предполагает не выбор «или-или», а подход «и-и» с гораздо более существенным акцентом на формировании культуры, а не на правовой и политической борьбе.

Далее. Один профессор поднял тему того, что он назвал «ошибкой хасидов»: хасиды верят, что для сохранения истинных еврейских традиций необходимо одеваться так, как одевались жители еврейских поселений в 18 веке. В определенном смысле он был прав. С другой стороны, здесь речь идет еще и о том, что идеалы должны проявляться в каких-то материальных вещах — в искусстве, архитектуре, обычаях, привычках и, да, даже одежде. Самое сложное здесь — определить, какие материальные вещи играют ключевую роль для сохранения традиции, а какие — нет. И это снова возвращает нас к точке зрения, высказанной россиянами в самом начале конференции: то, что составляет истинную традицию, является темой для постоянных споров и дискуссий. Один американский профессор права отметил, что в США прогрессивисты пытаются переписать определение религиозной свободы, сведя его к более рестриктивному определению «свободы вероисповедания» и называя это продолжением американской традиции, хотя это и не так.

Позже, когда мы гуляли по улицам Тренто и разговаривали, один из американских участников конференции сказал, что его поразило то, насколько проблемы россиян отличаются от наших, и насколько они в то же самое время похожи. И американцы, и россияне пытаются разобраться с ролью государства в жизни религиозных верующих: в случае России государство пытается вмешиваться во все дела, зачастую путем политической кооптации, а в случае Америки государство стремится ограничить религиозную свободу. Мне кажется, что именно слабость религиозной традиции в обеих наших странах — религиозной традиции, которая должна служить противовесом веяниям современности, — и стала одной из главных причин всеобщего кризиса.

Россияне, которые упоминали мою книгу «Вариант Бенедикта» (The Benedict Option), высказывали некоторую критику в ее адрес (я должен признать, вполне конструктивную), но они все согласились с тем, что ее необходимо перевести на русский и опубликовать в России, потому что ее основные идеи могут помочь России в ее собственной борьбе. Это удивило и порадовало меня, как и интерес европейцев к моей книге. Я закончил писать эту статью уже в поезде, который вез меня из Тренто в Мюнхен, где мы с Мэттом встретимся с поклонниками моей книги. Я с нетерпением жду того момента, когда смогу выслушать их мнение и понять, как мы, христиане, нацеленные на сохранение традиций, можем действовать сообща. В этом смысле прошедшая неделя оказалась очень удачной.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210758


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210750 Оливер Стоун

Оливер Стоун о своем новом документальном фильме «Интервью с Путиным»

В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса расследуют предполагаемые попытки вмешательства России в президентские выборы в Соединенных Штатах, Стоун представляет сторону Путина в этой истории.

Эд Рэмпелл (Ed Rampell), The Nation, США

Беседа с обладателем трех наград Американской киноакадемии Оливером Стоуном — он является ветераном войны во Вьетнаме, награжден медалью «Пурпурное сердце» (Purple Heart), а также создателем некоторых из числа самых великих голливудских антивоенных фильмов — состоялась в его офисе, расположенном в городе Санта-Моника, в день празднования высадки союзных войск в Европе. Отличительной чертой кинематографических произведений Оливера Стоуна является создание им художественных альтернативных нарративов, что настроило против него не только правительственные силы, но и мейнстримовские средства массовой информации.

В 1986 году, когда президент Рональд Рейган проводил тайную операцию Иран-контрас, Стоун показал противоположную сторону этой истории в Центральной Америке в захватывающем фильме «Сальвадор». Позднее в том же году, а также в 1989 году с помощью своих фильмов, посвященных войне во Вьетнаме — премия «Оскар» за лучший фильм «Взвод» (Platoon) и номинация на лучший фильм ленты «Рожденный 4-го июля» (Born on the Fourth of July) — Стоун взялся за милитаризм с помощью своих ставших уже классическими произведений, повествующих о том, что война — это ад.

В то время как Рейган шумно рекламировал необузданный капитализм, Стоун в своем вышедшем в 1987 году на экраны фильме «Уолл-Стрит» (Wall Street) подверг сомнению моральный идеал, выраженный фразой «алчность — это хорошо». Возможно, наиболее запоминающейся работой Стоуна оказался вышедший в 1991 году его фильм «Джон Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе». В нем был подвергнут резкой критике доклад комиссии Уоррена по делу об убийстве президента Джона Кеннеди, а также говорилось о причастности агентов американских спецслужб к этому убийству. А в своей вышедшей на экраны в 2012 году колоссальной 796-минутной «Нерассказанной истории Соединенных Штатов» (Untold History of the United States) Стоун представил среди прочего свой развернутый взгляд на холодную войну.

Теперь Стоун вернулся со своими документальным фильмом «Интервью с Путиным». В то время как разведывательное сообщество, Конгресс и пресса проводят расследования относительно возможного российского вмешательства в президентские выборы в Соединенных Штатах, а также по поводу возможного заговора во время избирательной кампании и президентства Трампа, Стоун, используя свой уникальный доступ к российскому президенту, осмеливается представить сторону Владимира Путина в этой истории.

В ходе затрагивающего глубокие темы интервью с корреспондентом журнала Nation Стоун говорит о том, что, с его точки зрения, является позицией Путина. Мы говорили об Эдварде Сноудене, неомаккартизме, Сирии, Дональде Трампе, Украине, мейнстримовских средствах массовой информации, Хиллари Клинтон, Джулиане Ассанже, Берни Сандерсе, о возвращении холодной войны, о Мегин Келли, о войне и мире, а также о Путине. Это интервью было отредактировано и сокращено для большей ясности.

Nation: Давайте поговорим о графике работы над документальным фильмом «Интервью с Путиным».

Оливер Стоун: Работа над документальным фильмом «Интервью с Путиным» началась в июне 2015 года. Мы в это время как раз закончили съемки фильма о Сноудене — мы направились в Москву для того, чтобы снять последнюю сцену с Эдом Сноуденом. Мы задержались еще на несколько дней и посетили Кремль, где мы встретились с г-ном Путиным для нашего первого интервью. Затем мы остались еще на два дня, и у нас было несколько интервью. Мы вернулись в Россию в начале следующего года, а затем в середине 2016 года — и каждый раз было несколько интервью — в Сочи… на даче — мы использовали любую возникавшую возможность. Его рабочий график был очень плотным; он работает допоздна. Часто он уходил в час ночи и говорил: «У меня еще одна встреча».

Путин придерживается строгой дисциплины, а ночью отсыпается. Каждый раз утром он выглядел свежим — он никогда не уставал, в отличие от меня. Он очень, очень дисциплинирован, возможно, это идет от дзюдо… Он всегда был в костюме с галстуком и выглядел очень хорошо ухоженным, независимо от времени суток. Ему ни разу не надо было посещать туалет… Он живет в таком стиле вот уже 16 лет. Я упомянул о том, как Рейган занимался делами — он ничего не перекладывает на других, он вникает в самую суть каждого вопроса. Это меня впечатлило… Путин — очень последовательный, консервативный лидер.

Четвертая поездка — мы надеялись, что уже все закончили… Она не была запланирована — это было уже после выборов в Соединенных Штатах, возник целый набор совершенно новых острых вопросов. Поэтому мы договорились о поездке в феврале 2017 года и сняли заключительную часть, уже после прихода Трампа к власти. В ней много времени уделено Трампу — но речь там идет не только о сегодняшнем дне, там присутствует и взгляд в прошлое, который охватывает период в 17 лет, там речь идет о пребывании Путина в должности президента, что очень важно для понимания нынешней ситуации.

Американцы склонны судить на основании текущего момента — заголовки, новости. Но так это не работает — политика, отношения между странами требуют определенной временной перспективы… К сожалению, у нас нет такой возможности, поскольку наш мир новостей требует немедленного ответа, как Буш вынужден был быстро отреагировать: «Я заглянул в его душу и понял, что это человек, которому я могу доверять»… Такого рода отношения выстраиваются только для камеры.

Он мог прервать эту работу в любой момент. Если бы интервью были скучными, а мои вопросы беспредметными, то, я думаю, мы бы закончили быстрее. Мне кажется, я поддерживал его интерес за счет «танцев», то есть, за счет того, что делает режиссер фильма с актерами, пытаясь поддерживать интерес и сделать так, чтобы они захотели снять этот эпизод. Это тот навык, который я приобрел с годами, работая с актерами. Я делал это и с главами государств — с Кастро, Нетаньяху, Арафатом…

Всего у нас получилось 19 часов отснятого материала. Мы сократили его до четырех часов — это неплохая пропорция в 20%…. Мы провели вместе 22 часа… Никаких российских денег в финансировании «Интервью с Путиным» не было…

— В чем значение вашего документального фильма, который выходит на экраны во время ухудшения американо-российских отношений на фоне всех этих обвинений в хакерских атаках во время выборов?

— Так это не планировалось. Это еще один кризис в длинной цепочке кризисов. Соединенные Штаты всегда господствуют в области средств массовой информации и представляют по всему миру свою сторону событий с помощью заголовков. Следует иметь в виду, что российская точка зрения при этом никогда не включается, и она никогда должным образом не представляется для американского народа. А когда это происходит, то создается впечатление, что она преподносится саркастически, насмешливо — это не очень хороший способ для того, чтобы заниматься делом. И поэтому мы совершенно определенно попытались отойти назад во времени и продвигаться к настоящему дню. И это совпадает с президентством Путина, начавшемся в 2000 году.

Он увидел, что Россия находится в состоянии хаоса — вспомните, американцы направляли экономические команды в Россию, они давали советы Ельцину. Ельцин был хорошим другом для г-на Клинтона — он был в значительной степени «нашим парнем». В 1996 году, когда рейтинги Ельцина были на катастрофическом уровне, он был переизбран президентом. Это все еще остается большим вопросом в России — выборы воспринимаются как подтасованные, и в подтверждение этой точки зрения существует немало свидетельств. Кроме того, он неожиданно получил кредит от МВФ, достаточно большой; это произошло в последнюю секунду и позволило поддержать экономику.

Наш эксперимент в России не сработал — приватизация, передача всех государственных предприятий. Все это привело к масштабной коррупции, на которую мы сегодня жалуемся. Значительная часть этой коррупции родом из того периода. Потому что те люди, у которых хватило ума, получили все бесплатно. А те люди, которые действовали по правилам, так, как надо, люди, которые имели пенсионные планы, планы в области страхования, оказались реально в пролете (Смеется).

Скажем так — ВВП России обрушился приблизительно на 40%. Для них этот обвал был хуже, чем Вторая мировая война, которая нанесла огромный ущерб России. Как сказал Кеннеди, «треть Соединенных Штатов, от Чикаго до Нью-Йорка, была уничтожена». Экономика России опустилась до уровня экономики Голландии.

После прихода Путина к власти все на самом деле изменилось. Уровень доходов вырос. Еще существует проблема бедности и различия в доходах — все это уходит своими корнями в 1990-е годы. Ситуация с приватизацией были изменена — модифицирована. Путин верит в капиталистическую, рыночную экономику — больше в ее европейский, чем в американский вариант. Он запустил процесс реформ. Он наделал себе много врагов — как вы понимаете, из числа людей, которые получили выгоду от ситуации в 1990-е годы. Не все, но многие из них эмигрировали, взяли с собой деньги и уехали.

— «Олигархи»?

— Ну, да, их называли олигархами. Но многие из них остались и работали с правительством.

— Должна ли Россия быть партнером Америки в области национальной безопасности вместо того, чтобы рассматривать ее как врага государства номер один?

— Абсолютно. У Америки и России много общих интересов, включая борьбу против терроризма. В космосе они будут ключевыми союзниками. Нам не следует милитаризировать космическое пространство, и это одна из их претензий. Конечно, контроль в области климата… Есть надежда на то, что во всех этих областях может быть налажено сотрудничество — а также в области безопасности в мире…

— Вы являетесь принципиальным критиком мейнстримовских средств массовой информации. Что вы думаете о том, как они представляют Путина?

— Это позор для Запада. Сначала публиковались какие-то позитивные вещи, когда он привнес порядок в существовавший хаос. Но когда он стал, так сказать, сыном России и начал действовать в собственных интересах России, как государствам и полагается поступать, он, на мой взгляд, застал врасплох американских лидеров, элиту своей твердостью и последовательностью. Медийная война против него началась в феврале 2007 года (когда Путин в своем выступлении на Мюнхенской конференции по безопасности подверг критике американский унилатерализм за «почти несдерживаемое масштабное использование силы в международных отношениях»).

— В ваших художественных и в документальных фильмах, от «Джона Ф. Кеннеди. Выстрелы в Далласе» до «Нерассказанной истории», меня больше всего поражает то, что в кинематографическом смысле вы представляете нарратив, противоположный господствующим взглядам, вы предлагаете версию относительно событий и людей, которая противоречит официальной. Чем ваш взгляд на Путина отличается от того, что предлагает нам расхожая точка зрения, представленная в мейнстримовских средствах массовой информации?

— В нашем документальном фильме он углубляется в детали, что важно для понимания истории и истоков; он говорит о трех шоках, с которыми он столкнулся в результате инициированной американцами экспансии НАТО, начавшейся в 1999 году — было добавлено 13 государств. НАТО иначе воспринимается русскими, чем жителями стран Запада…

НАТО, по его словам, представляет собой почти национальное государство, которое ставит под свой контроль военные механизмы тех стран, которые являются членами альянса. Они становятся государствами НАТО. Планирование в рамках НАТО использования их территории для проведения операций, военных игр и, возможно, даже, в конечном счете, их самих в качестве военного заложника, находящегося на линии фронта. НАТО — это серьезные обязательства… НАТО представляется как антироссийский альянс…Это очень важно для Соединенных Штатов, но я не думаю, что в интересах Европы быть заложником на линии фронта в условиях напряженной ситуации.

Однако приближение НАТО к границам России — это уже на грани — это как если бы (Россия) разместила свои войска в Мексике и в Канаде, прямо на наших границах, и сказала бы, что мы вам не доверяем и можем напасть на вас в любой момент. Это колоссальная напряженность. Это называется «стратегией напряженности», и она имеет фундаментальное значение для западных интересов… Однако русские не оказывают на нас никакого давления, они не перемещают войска — это Соединенные Штаты перемещают свои войска. Какое у нас количество баз передового базирования — 800? Плюс войска специальных операций в 130 странах — мы чувствуем угрозу, мы чувствуем, что находимся в окружении…

Вот что говорит г-н Путин: «Кто привносит хаос в мир?» Если посмотреть на карту и спросить: «Где находятся войска, где расположены базы, куда направляется оружие?»

— Путин на самом деле говорит в этом фильме о том, что в последний период существования СССР его лидерам было обещано, что НАТО не будет расширяться и принимать в качестве своих членов страны Восточной Европы.

— Но это не было зафиксировано на бумаге, как он говорит, и обвиняет Горбачева…

Номер два (второй шок) он испытал в тот момент, когда Джордж Буш вышел из договора по ПРО с Россией (в 2001 году) — это был настоящий шок. Очень опасный для мира шаг — люди не обратили на это внимания, однако вся концепция ядерного паритета, создававшаяся в течение стольких лет, была нарушена. После этого Америка разместила элементы ПРО в Польше и в Румынии, прямо на границе с Россией.

Я не могу сказать, в какой мере это нарушило баланс. Русские были в шоке от этого — нельзя аннулировать такие важные договоры. Договор по ПРО был краеугольным камнем ядерного паритета и был подписан в 1972 году Никсоном и Брежневым. Это был очень важный договор, однако американский народ не осознает этого, потому что средства массовой информации не объяснили это миру. Это означает, что Россия теперь вынуждена затрачивать деньги и огромное количество усилий на перестройку некоторых своих ядерных систем. Потому что теперь сложно проследить — антиракеты очень быстро можно превратить в наступательное оружие.

Если, например, не сообщить об этом русским, то они не смогут понять, что у них на радаре, с чем они сталкиваются. Если вдруг противоракета начинает вести себя как наступательное оружие, то это становится реальной проблемой. Вы должны мгновенно перестроить свою оборонительную систему и попытаться ликвидировать эту угрозу. Америка разместила вдоль всей границы России подводные лодки, межконтинентальные ракеты, самолеты НАТО — с обеих сторон. Мы разрабатываем всевозможные новые виды вооружений, включая новые ядерные «супервзрыватели» (super-fuses) — они очень опасны.

Другими словами, Соединенные Штаты не намерены вводить какие-то ограничения в области ядерного оружия — они демонстрируют намерение добиться превосходства и обладать потенциалом первого удара по России. Это серьезный, очень серьезный вопрос. Более серьезный, чем вы думаете. Это подводит нас к самой грани. Существует также большое количество возможностей для совершения ошибок, как это показано в фильме «Доктор Стрейнджлав» (Стоун показывает Путину фрагмент этой ядерной сатиры Кубрика 1964 года в своем документальном фильме), в котором происходит сбой; кто-то реагирует слишком остро — это так много раз происходило, начиная с 1970-х годов, и мы были близки к этому, если разобраться в деталях. Во время правления администрации Рейгана было несколько инцидентов такого рода. Поэтому все в настоящее время обеспокоены. Поляки вовлечены — они ненавидят русских, страны Восточной Европы, в головах у них —мысли о мести. Это очень опасная ситуация, и может произойти случайность.

Номер три (третий шок), он в деталях говорит о поддержке Соединенными Штатами терроризма в Центральной Азии, а также в России. Путин об этом говорит, это очень важный вопрос. Они помогали нам после терактов 11 сентября (2001 года), они договорились с Бушем о том, чтобы помогать нам в Афганистане — право транзита, вооружения, разведывательные данные; они, на самом деле, нам помогали. В действительности, они спасли немало наших жизней в Афганистане. В тот момент они стали перехватывать сигналы от чеченских террористов, в Грузии… предпринимались попытки отделить их от Матушки России, население которой уже в 1991 году сократилось на 25 миллионов человек. Грузия стала независимой в тот период. То есть, возникали самые разные проблемы на границе. Украина стала проблемой в 2004 году… и сейчас на Украине терроризмом занимаются крайне правые головорезы.

Буш и Путин провели встречу — он рассказывает о ее результатах. Буш согласился с тем, что мы не должны поддерживать тех людей, который стремятся развалить Россию — в то же самое время он ничего не может сделать, потому что ЦРУ продолжает этим заниматься. И возникает вопрос — кто управляет страной, кто принимает решения. Буш принимает решения? Трамп принимает решения? Или, на самом деле, существует тайное государство, ЦРУ, разведывательные службы, которые делают, что хотят? Это тоже стало одним из вопросов.

Когда советское государство развалилось в 1991 году… отношения продолжились в обычном режиме, единственная сверхдержава… Г-н Буш направил на Ближний Восток 500 тысяч солдат. Это крайне важное решение — вспомните о том, что во Вьетнаме это происходило постепенно… И вдруг 500 тысяч солдат сигнализируют о новом присутствии в мире. Это г-жа Сверхдержава вешает свою вывеску и говорит: «О'кей, мы будем все решать…»

Однако эти три вещи поразили Путина в первые годы, и это было главным изменением в отношениях. Он говорит о «наших американских партнерах» в ходе всего документального фильма, и он ни о ком не говорит ничего плохого, ни об одном президенте. Он уважает Обаму, он уважает Буша — ему, в определенном смысле, явно нравится Буш. На мой взгляд, если брать систему американских ценностей, то Путина следует считать консервативным американцем с абсолютно традиционными ценностями. Он подходит под эту категорию. И если бы он был американским президентом, его бы очень любили наши средства массовой информации, потому что он — хороший, последовательный лидер.

— Вы считаете, что мейнстримовские средства массовой информации демонизируют Путина?

— Ну, ни об одном из упомянутых мной вопросов в период с 2000 года по 2007 ничего не сообщалось (Примечание редакции журнала Nation: На самом деле, они очень мало освещались в мейнстримовских средствах массовой информации). Я об этом ничего не читал. Я думал, что у нас хорошие отношения — но я ошибался. И я не следил за украинской «Оранжевой революцией» 2004 года — казалось, что Россия не имеет ничего против того, чтобы Украина двигалась в сторону Запада. Это не было вопросом. У них были торговые договоры, которые были выгодными, мощными и хорошими для обеих сторон. У них были соглашения в военной области о поставках вооружений. Но все они были разорваны в результате государственного переворота 2014 года. Возникали проблемы в ходе войны в Грузии, о чем мало говорилось. Вторая чеченская война — наконец, Чечня была успокоена (война прекратилась в 2009 году).

Отношения осложнились из-за Украины и Сирии, которая была первой в списке. Потому что в 2011 году Соединенные Штаты активно стали вмешиваться в Сирии, а она была союзником России с 1970-х годов, у них там находилась военная база. Сирия была одним из их наиболее важных союзников России на Ближнем Востоке. Соединенные Штаты, Саудовская Аравия, Иордания, Израиль, Англия, Франция — все они стали принимать участие в этой опосредованной войне в Сирии, а цель их состояла в том, чтобы дестабилизировать страну, избавиться от Асада и привести к власти представителей какой-то умеренной оппозиции, хотя никаких признаков ее существования в то время не было.

Ситуация в стране ухудшалась. Обама бомбил Сирию в течение четырех лет, а никаких результатов борьбы с «Исламским государством» (запрещенная в России организация — прим. ред.) не было достигнуто. Путин вмешался в 2015 году — и именно в этот момент дерьмо попало на вентилятор. Потому что, на самом деле, начались активные бомбардировки, тысячи боевых вылетов, сотни вылетов в день, тогда как Соединенные Штаты предпринимали один или два. Он, действительно, нанес ущерб «Исламскому государству», и это существенно изменило ситуацию. Если вы заметили, развитие всего сирийского кризиса изменило цвет после того, как туда пришли русские и начали делать то, что они и намеревались делать, то есть бороться с терроризмом.

Путин настаивает на том, что это является главной целью. Он подчеркивает, что Дамаск находится на расстоянии всего в 2500 километров от Москвы — это не так далеко. Мы должны понять тот страх, который испытывают русские по поводу возрождения терроризма, поскольку они испытали все это в Беслане (захват школы, 1-3 сентября 2004 года), в Москве (в московском центре на Дубровке, в четырех километрах от Кремля, 23 — 26 октября), в театральном зале «Дубровка» в 2002 году — многие россияне погибли в результате этих терактов.

Путин очень серьезно отнесся к Сирии — я не думаю, что американцы так же серьезно отнеслись к этому, поскольку у нас были другие цели. Мы не боролись с терроризмом. Мы боролись за наше геополитическое преимущество в Сирии, и это во многом связано с нефтью и с географией — контроль евразийского субконтинента, Турция.

Однако Сирия и Украина вместе разрушили все остававшиеся отношения. К этому добавилось еще огромное количество оскорблений со стороны западных средств массовой информации и правительств. Когда у нас есть такие люди, как Джон Маккейн, который говорит, что «Путин — головорез, убийца, диктатор» —

— и «большая угроза, чем «Исламское государство».

— И «большая угроза, чем «Исламское государство».

— Что вы об этом думаете?

— Я не считаю, что Россия представляет собой угрозу. Я считаю, что это, как мог бы сказать Ноам Хомский (Noam Chomsky), сфабрикованный кризис. Он помогает поддерживать американскую враждебность, поддерживать военно-промышленное государство, поддерживать бюджеты — это позволяет расходовать на оборону в 10 раз больше, чем это делают русские. И, конечно же, самую большую ошибку совершил Обама в 2009 году, когда он сказал о том, что мы собираемся полностью перестроить нашу ядерную инфраструктуру и потратить на это триллион долларов. Это очень опасная мысль, если подумать о возможности гонки вооружений, о том, как Россия будет отвечать, как Китай будет отвечать? Подумайте об этом — направить миллиарды долларов на подготовку к войне. К чему это приведет?

Это мог бы быть великий момент — как это было с окончанием периода Горбачева, и Буш мог бы сказать: «Давайте жить в мире». Рейган в какой-то момент хотел полностью разоружиться — помните, Горбачев сказал: «Давайте избавимся от всего оружия», и Рейгану понравилась эта идея.

— Это было на встрече в Рейкьявике в 1986 году?

— Это была прекрасная мысль, это был великий момент в истории… Если мир взорвется, то люди должны знать, что был такой момент…

(Обама) в 2009 году (планировал потратить 1 триллион долларов на обновления ядерной инфраструктуры), и это очень опасно. Это решение, а также угроза, исходящая от антиракет, ставят мир на грань… Основываясь на всей моей работе над этим документальным фильмом и на моем сюжетном инстинкте, я могу сказать, что русские — это крутые ребята, и они не будут уступать. Их победа во Второй мировой войне была поразительной — нацисты причинили им большой ущерб, лучшая военная машина всех времен. Они понесли огромные потери, но они смогли восстановиться и оказать сопротивление — по сути, они перевернули весь ход войны в Сталинграде… И они боролись, они продолжили это делать в Восточной Европе, это было невероятно. Их военные и гражданские потери оказались колоссальными — по некоторым оценкам, 27 миллионов…

Россия выиграла Вторую мировую войну — но русские не получили за это никакой награды. Сразу после этого Черчилль и Трумэн начали холодную войну. Советские фильмы о Второй мировой войне были очень хорошие… Они помнят. Если вы сегодня будете снимать фильм о Второй мировой войне, если это не будет что-то вроде Тарантино, это никого особенно не затронет в нашей стране. А в России это может случиться, если это дойдет до их сердец, это их ДНК. Все в России, все имеют родственников, которых затронула война, которые были ранены или убиты. Погибло очень много людей. Вся страна боролась за выживание.

Вы должны это понять — они готовы к войне, и они этого опасаются. Я почувствовал во время моих поездок… я почувствовал, что они очень удивлены тем, что Америка занимает такую жесткую позицию в отношении России. Им нравится Путин, поскольку он отстаивает интересы России. Он не слишком агрессивен, он никуда не вторгается, если не считать того, что говорят…

— А вы рассматриваете все то, что происходит сегодня — все эти обвинения о вмешательстве России в американские выборы — в контексте холодной войны?

— Абсолютно. Память о холодной войне не исчезла. Все представители более старших поколений, неоконсерваторы, все они помнят об этом, а также о том, что Россия является главным врагом. Это у них в крови, это их ДНК — ненавидеть русских… Я не считаю это необходимым, на мой взгляд, существует огромное количество недоверия, особенно со стороны элиты Республиканской партии. Они сделали это вопросом на выборах, когда запаниковал Трумэн (в 1948 году), они приняли Акт о лояльности (Loyalty Act) и создали ЦРУ. Поэтому многие из этих зол мы унаследовали от того времени.

Интересно вот что: если бы Рузвельт прожил на несколько месяцев дольше, то в таком случае, совершенно очевидно, мы унаследовали бы другой мир. Очень жаль, что он умер в апреле (1945 года) — если бы он дожил до июля или до августа… Рузвельт верил в великий альянс с участием Соединенных Штатов, Советского Союза, Англии и Китая… Черчилль сказал: «Как бы вы ни критиковали Сталина, он выполнял то, что обещал нам».

— Не сеем ли мы семена нового маккартизма с помощью всех этих обвинений в хакерских атаках?

— Это очень странно — но это происходит. Эти старые фигуры, которые не доверяют России и ненавидят все, что с ней связано. Мне это непонятно, потому что русский народ во многом похож на американский народ…

— Все 17 разведывательных ведомств США пришли к одинаковому выводу относительно хакерской атаки со стороны русских, и все, занимающие левую позицию, вынуждены сказать: «Они должны знать то, что они говорят». Но вы не верите в то, что все эти 17 разведывательных ведомств говорят правду?

— Я не верю, потому что они отошли от своей первоначальной позиции… Это были три ведомства — ЦРУ, АНБ и ФБР. Они состряпали эти разведывательные данные. Это мои слова, (а не Путина)… Это очень серьезные обвинения — относительно того, что Трамп был маньчжурским кандидатом. Я считаю разговоры о влиянии русских на выборы абсурдными, и это видно невооруженным глазом.

Израиль имеет намного большее влияние на американские выборы с помощью Американо-израильского комитета по общественным связям. Саудовская Аравия оказывает влияние с помощью денег… Шелдон Адельсон (Sheldon Adelson) и братья Кох (Koch brothers) имеют большее влияние на американские выборы… А премьер-министр Израиля приезжает в нашу страну и, выступая в Конгрессе, критикует политику президента в отношении Ирана — это довольно возмутительно.

Наша страна в большой степени находится под властью диктатора — этим диктатором являются деньги, военно-промышленный комплекс… За гранью абсурда — каждый год иметь такие расходы на военные нужды…

— Хотя ваши документальные фильмы не так хорошо известны, как ваши художественные картины, вы сняли довольно много документальных лент. Можете ли вы поставить «Интервью с Путиным» в контекст ваших предыдущих документальных фильмов о Фиделе, Арафате, «К югу от границы» и т.д.?

— Это были особые интервью, как и это. Идея относительно Путина возникла спонтанно, она выросла из истории со Сноуденом. Я встречаюсь с Путиным, и в результате мы делаем фильм. В тот момент мы не определяли никаких границ. Мы вынуждены были делать так, чтобы ему было интересно. На мой взгляд, большинство интервью вызывают у него скуку. Конечно, если вспомнить людей вроде Мегин Келли (Megyn Kelly), которые наскакивают на вас, и вы вынуждены защищаться, — такой вариант мне не совсем подходит…

В конце он мне сказал: «Спасибо за то, что вы были таким обстоятельным и задавали хорошие вопросы». Я бросал ему вызов, но делал это мягко — ничего не получится, если использовать острый подход в стиле Мегин Келли… Она была недостаточно хорошо информирована, она упомянула о 17 разведывательных агентствах, и она ничего не знала о тех цифровых следах, о которых говорил Путин.

— Путин ссылался на вас, когда в беседе с Мегин Келли он упомянул о существующей в Соединенных Штатах теории, согласно которой президент Кеннеди был убит американскими спецслужбами?

— Я не знаю. Он никогда со мной об этом не говорил… Это было совершенно неожиданно. Но он воспринял это как возможный вариант, не так ли? Я, конечно же, в это верю, и вы, вероятно, тоже… Только государственный аппарат мог это осуществить, а не любители.

— С точки зрения истории документальных фильмов, вы можете сравнить «Интервью с Путиным» с такими лентами, в которых рассматриваются и переоцениваются уже устоявшиеся нарративы, как в фильме Майкла Мура «Фаренгейт 9/11» (2004), как в фильме «Тонкая голубая линия» Эррола Морриса (1988), или в его же фильме «Туман войны» (2003), как в «Безумцах Титиката» Фредерика Уайзмена (1967), в «Поспешном осуждении» Эмиля де Антонио и Марка Лейна (1967)? В этих фильмах были представлены альтернативные точки зрения, и они помогли изменить общественное мнение. Можете ли вы поставить фильм «Интервью с Путиным» в этот контекст?

— Пока еще нельзя сказать. Будем надеяться на то, что он будет способствовать миру, гармонии и улучшению взаимопонимания. Да, я абсолютно сознательно выступаю за другой мир, за альтернативный. Я не понимаю, почему мы ведем войны…

Как вы это называете: Стоун/Путин? Некоторые говорят: Фрост/Никсон. Все это было в прошлом — а сейчас настоящее. Это шанс для сумасшедшего кинорежиссера выйти и спросить: «Что вы там на самом деле говорите? Мы можем это услышать?»

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210750 Оливер Стоун


Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210734

Негативные эмоции в польско-российских отношениях возвращаются

Эвелина Карпиньска-Морек (Ewelina Karpińska-Morek), Interia, Польша

Интервью с сотрудником Ягеллонского университета, историком Анджеем Хвальбой.

Interia.pl: Какие эмоции преобладают в отношениях между Польшей и Россией?

Анджей Хвальба (Andrzej Chwalba): Я бы взглянул на тему шире: в польско-немецких отношениях эмоции присутствуют тоже, хотя это чувства другого рода. В свою очередь, в контактах с другими соседями — Чехией, Словакией или Литвой — они не играют большой роли. Правда, в случае Литвы из-за политики Вильнюса в отношении поляков они все же присутствуют. Но, действительно, самыми сильными эмоциями (впрочем, традиционно) наполнены польско-российские связи. Так было в межвоенный период, в годы Второй мировой войны и после нее.

Несмотря на то, что отношения между польскими и советскими коммунистами были «хорошими» (другими они официально быть и не могли), на общественном уровне преобладали негативные чувства. Они были связаны с новейшей историей: появлением информации о Катынском преступлении в 1943 году, советской политикой в отношении поляков и польской экономики после 1945, арестами и расстрелами бойцов Армии Крайовой, репрессиями НКВД против непокорной интеллигенции. За эмоциями поляков можно было проследить, в частности, во время спортивных мероприятий — футбольных, хоккейных и боксерских матчей, велогонок. Некоторые из них стали частью истории польско-российских отношений.

Польских спортсменов, состязавшихся с советскими, поддерживали тысячи болельщиков, которые могли дать волю спонтанным эмоциям. В других обстоятельствах проявлять антисоветские чувства было крайне рискованно. Опыт польско-советских отношений времен ПНР, воспоминания о советских репрессиях, насилии, доминировании Москвы наложили свой отпечаток на отношения между Россией и Польшей после 1989 года.

— Какими инструментами пользуется Россия, чтобы подпитывать негативные эмоции? Историк Анджей Новак (Andrzej Nowak) выделяет в этом плане запугивание.

— Это верно. Однако на современные отношения и эмоции, которыми наполнены польско-российские контакты, влияют также традиция и история, в том числе воспоминания о том, как Россия в XIX веке подавляла наши восстания. Эти традиции культивируют обе стороны. В начале 1990-х годов казалось, что страсти спадут, а взаимные отношения смогут придти в норму. Со стороны России появлялись положительные сигналы. Во-первых, российские войска без особого сопротивления покинули Польшу и территорию ГДР. Президент Ельцин понимал, что польско-российские отношения нужно наладить, а для этого — начать сотрудничество на уровне обществ двух стран, чтобы направить накопившиеся эмоции в верное русло. Жесты Ельцина — осуждение Катынского преступления и слова «простите нас» — встретили в Польше положительную реакцию.

В тот же самый период началась нормализация польско-немецких отношений. Эмоции, возникавшие между поляками и немцами, ослабевали. Примирение оказалось успешным: положительные чувства взяли верх над отрицательными. Все стало складываться благодаря серии разнообразных встреч и политических жестов, ставших символом рациональной и взвешенной немецкой политики. Важную роль сыграли попытки оживить межчеловеческие контакты. Тысячи поляков работают в Германии и возвращаются оттуда с хорошими воспоминаниями. Отношения между немецкими работодателями и польскими работниками, возможно, не идеальны…

— …но корректны?

— Можно так выразиться. В итоге враждебность, ненависть к немцам и Германии, связанные с историей, а особенно с периодом Второй мировой войны и жестокой оккупации, спадают, особенно это заметно у молодежи. Остудить эмоции помогает также сотрудничество в рамках ЕС и НАТО. В польско-российских отношениях эти процессы проходили иначе. Надежды на изменения к лучшему, появившиеся в 1990-х, сменились периодом обострения. Демоны и негативные эмоции вернулись. Нам не хватало и до сих пор не хватает непосредственных контактов между польскими и российскими гражданами. Сохраняется большой заряд неприязни, которая отражается на отношениях между людьми, вернее, ведет к тому, что этих отношений нет. Мы отвернулись друг от друга, замкнулись, наши знания о соседях не выходят за рамки стереотипов.

— С одной стороны мы видим ориентированную на примирение рациональную политику Германии, а с другой — Россию, которая заявляет, что ее армия может за два дня дойти до Варшавы, и устраивает провокации. Например, российский Су-24 напугал в Черном море экипаж американского эсминца Donald Cook, сымитировав атаку и отключив его систему противовоздушной обороны. В итоге американским военным пришлось обращаться за психологической помощью. Это яркие примеры политики запугивания.

— К этому можно добавить угрозу со стороны российско-украинского пограничья или переброску в Калининградскую область, к границе, комплексов «Искандер» с ракетами, оснащенными ядерными боеголовками.

— Все эти действия показывают, что стремления к нормализации отношений и сглаживанию напряженности нет.

— Это язык войны, и естественно, что жители Польши испытывают страх, а это закрепляет накопившиеся за долгие годы негативные эмоции. Мы считаем россиянина ненадежным и вероломным человеком, с которым сложно разговаривать. Если он даже подпишет договор, то не станет соблюдать его условия. Такое восприятие может не соответствовать реальности, но оно мешает контактам. В России представляют себе поляков высокомерными чванливыми «панами», что тоже не способствует ослаблению эмоций.

Поляки встречаются с россиянами во время отпуска. Судя по сообщениям туристических бюро и комментариям, россияне на отдыхе держатся обособленно ото всех, не только от нас. Возможно, они боятся этих контактов или не чувствуют себя готовыми к разговорам и знакомству. Минимизировать отрицательные эмоции можно было бы при помощи взаимодействия на уровне органов самоуправления, отдельных регионов, организаций, ассоциаций. Таких контактов сейчас мало, и российская сторона не проявляет к ним интереса: работа Польско-российской группы по сложным вопросам (созданной в 2002 году команды из экспертов двух стран) и других подобных организаций фактически остановилась.

— Анджей Новак, который входит в состав Группы по сложным вопросам, в своей книге «Подчинение или независимость» ищет истоки антипатии в наследии царской России, говоря о российской имперской идеологии и концепции «Москва — Третий Рим». К этому добавляются свежие воспоминания о том, что страны Восточно-Центральной Европы находились в зависимости от СССР…

— А также о военных и послевоенных преступлениях.

— Да. Но есть еще Бронислав Лаговский (Bronisław Łagowski), который подчеркивает в своей книге «Польша, больная Россией», что нашей стране свойственна утрированная, раздутая, порой карикатурная «звериная русофобия». Две эти точки зрения друг другу противоречат.

— Это разные темы. Профессор Новак исследует истоки взаимных отношений, а профессор Лаговский обращает внимание, что в Польше раздувают негативные эмоции и культивируют неприязнь к России. Есть люди, которые, как Лаговский, считают, что размахивать шашкой или дразнить медведя глупо, а с Путиным и его окружением следует разговаривать на языке дипломатии. Но все это не так просто, и обычно такие методы не слишком эффективны. Здесь можно вспомнить, что польско-российские отношения не всегда были настолько плохими, как сейчас. В первые годы после Венского конгресса, когда появилось Царство Польское, польские элиты были очень довольны политикой царя Александра I. Перед 1815 годом князь Адам Ежи Чарторыйский (Adam Jerzy Czartoryski) был российским министром иностранных дел, а накануне 1914 года и во время Первой мировой войны поляки, жившие на территориях, которые входили в состав Российской империи, считали Россию польским союзником, связывали с ней политические надежды. Они, как правило, негативно относились к политике Пилсудского и к Польским легионам. Во время Первой мировой войны российские власти делали жесты, которые встречали одобрение у поляков. Так что сторонники польско-российского примирения могут найти в истории аргументы в свою пользу.

— Какие жесты польской стороны можно назвать проявлением доброй воли и стремления к нормализации отношений с Россией?

— Мы предпринимали разные шаги, только не в политической, а в культурной и научной сфере. Однако имперская политика России не позволила претворить в жизнь прекрасный проект под названием «Поляки в Петербурге», который готовился в течение нескольких лет. Пришлось заморозить и другие проекты в этой области. По польской (краковской) инициативе состоялось много очень полезных конгрессов, способствующих укреплению польско-российских связей, но из-за войны на Украине все прекратилось. В свою очередь, в политической сфере таких жестов, служащих разрядке напряженности, было мало. Имперская политика Путина, нападение на Грузию и Украину наложили свой отпечаток на наши отношения и эмоции.

— Путин стал талантливым или даже выдающимся реализатором доктрины Квицинского-Фалина?

— Это понятно сейчас каждому серьезному европейскому политику. Известно, что так называемая российская мягкая сила, то есть, в частности, экспорт российской культуры на европейские рынки, а также поставки нефти и газа, работает эффективнее, чем армия.

— Энергетическая зависимость, запугивание, мягкая сила. К каким еще инструментам обращается Россия?

— После 1945 года Советский Союз старался подчинить себе Западную Европу. Он пользовался помощью интеллектуалов левого толка, массовых пацифистских и экологических движений, которые он снабжал средствами. Как только СССР рухнул, все эти демонстрации и движения на Западе исчезли, так как пропал источник финансирования. Российская Федерация объявила себя правопреемницей бывшего советского государства. Она уже много лет подряд при помощи брюссельских лоббистов старается повлиять на западноевропейских политиков: одних привлечь на свою сторону, других рассорить между собой. Известно, что Путин придерживается правила не вести переговоры со всем Евросоюзом…

— а налаживать контакты с его отдельными членами. Это заметно.

— Европейский Союз это понял. Когда лидеры стран ЕС ведут переговоры в одиночку, они знают, что за ними стоит авторитет и сила всего европейского сообщества, а в военных вопросах — НАТО. Своей агрессивной политикой Москва разбудила американцев, которые еще десять лет назад пытались постепенно уйти из Европы. Они закрывали военные базы и переводили их в США. Путин остановил этот процесс, и это, пожалуй, следует назвать поражением России. Ему удалось сплотить европейцев и американцев, в итоге у российской и белорусской границы появились натовские, в том числе американские, силы, сейчас их обновляют и укрепляют. Путин пользуется большой поддержкой у россиян, а поэтому мы нервно реагируем на любые слова, которые они нам адресуют.

— В 2012 году глава РПЦ Патриарх Московский и всея Руси Кирилл и председатель Польской епископской конференции архиепископ Юзеф Михалик (Józef Michalik) подписали документ под названием «Совместное послание народам России и Польши». Можно ли назвать это историческим для наших отношений событием?

— К сожалению, нет.

— Почему?

— Это был одиночный жест, который не дал никаких результатов.

— Политический жест?

— Одного жеста мало, нужен долгий и интенсивный процесс, как это было в случае Польши и Германии. Здесь никаких дальнейших шагов не последовало. Православная церковь подчиняется государству. Она не получила «зеленого света» для каких-то осмысленных действий, которые могли дать положительный результат. Так что все закончилось.

— Прошло уже почти пять лет.

— Да, тему заморозили.

— Был ли наполнен каким-то политическим смыслом выбор места, в котором подписывался документ — Королевского замка в Варшаве?

— Сейчас осталось лишь жалеть об упущенных возможностях.

— XIX век, резиденция царских наместников…

— Именно так.

— Дополнительный исторический контекст и дополнительные эмоции. Этих эмоций в последние годы становится все больше. Первое, что приходит на ум: тема возвращения обломков президентского «Туполева».

— Смоленская трагедия дала российской власти очередной инструмент, который можно применить в политической игре. Самолет и все, что с ним связано, в том числе вопрос памятника на месте катастрофы, используются для этой игры и давления, при помощи которого россияне стремятся добиться от польской стороны разного рода уступок. Кроме того, при помощи темы смоленской трагедии Россия стравливает между собой наших политиков. Польское правительство может перейти в оппозицию, а оппозиция оказаться в правительстве, но проблема останется. После этой катастрофы сразу появилась мысль, что Москва сможет использовать ее в своих целях, проводя свои интересы в Польше. Этим она и занимается до сих пор.

— Чего недостает нашей исторической политике? Что мы делаем не так?

— На этот вопрос сложно ответить коротко. Я бы указал на несколько аспектов. Во-первых, исторической политикой занимаются разные институты, в этом смысле она многокомпонентна. Она входит в сферу ответственности как государственных, так и местных властей, которые проводят собственную историческую политику. Ею также занимаются разные организации, как, например, Польское историческое общество, которое в октябре 2017 года организует в Кракове Третий конгресс заграничных исследователей польской истории, где выступят 250 докладчиков с разных континентов. Это ученые, которые занимаются историей Польши. Проведение таких конгрессов Общество считает частью своей миссии. Оно стремится, чтобы в мире знали о польских традициях, культуре, истории, чтобы стереотипы и ложные представления уходили в прошлое, а мы знакомились друг с другом. На Конгрессе ожидают большую группу историков из России.

Во-вторых, исторической политикой занимаются все европейские страны, придавая ей большее или меньшее значение и используя разные инструменты. История общества, народа, государства — это неотъемлемая часть культуры, интеллектуальной жизни и политики. Она, конечно, может ассоциироваться с пропагандой, но не обязательно должна быть таковою. Можно рассказывать другим о своей культуре, традиции, вкладе в культурное наследие Европы и мира. Это никого не оскорбляет, не вызывает отрицательных эмоций, а, наоборот, остужает их, может способствовать налаживанию экономических и межчеловеческих контактов.

— И отношений между государствами.

— А также влиять на то, как нас воспринимают в других странах. Это, в свою очередь, открывает путь к инвестициям, торговым отношениям, присутствию польских компаний за границей. То, какими нас воспринимают, влияет на эффективность инвестиций, поэтому своим имиджем занимаются все. Даже Исландия преподносит себя как открытую страну, которая гордится тем, что создала первый в Европе парламент.

— Вы видите перспективу того, что отношения между Польшей и Россией в ближайшее время улучшатся?

— Мне сложно делать прогнозы, ведь историки занимаются прошлым. Неизвестно, что будет в России, когда уйдет президент Путин. Личность лидера оказывает существенное влияние на российскую политику. Политика Горбачева несколько отличалась от политики Ельцина, а политика Ельцина — от политики Путина. Эта политика была разной, но в целом Россия будет возвращаться к своим имперским традициям, поскольку либеральной и демократической традиции там нет. Кроме того, такая имперская политика, связанная с запугиванием и гегемонией, нравится россиянам. В этом кроется основная проблема. В сложившейся ситуации сложно быть оптимистом, тем более что мы стали частью западного, атлантического мира. Теперь нам приходится смотреть на отношения между Варшавой и Москвой с позиции Вашингтона, Брюсселя, Парижа, Лондона и Берлина. Наши союзники тоже не проявляют чрезмерного оптимизма, но это не означает, что нам следует отказываться от выгодных для обеих сторон экономических контактов.

Польша. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 июня 2017 > № 2210734


Россия. Лаос > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 июня 2017 > № 2210269

Выступление и ответы на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова в ходе совместной пресс-конференции по итогам переговоров с Министром иностранных дел Лаосской Народно-Демократической Республики С.Коммаситом, Москва, 16 июня 2017 года

Мы провели хорошие переговоры с моим коллегой Министром иностранных дел Лаосской Народно-Демократической Республики С.Коммаситом, которые были содержательными, доверительными и результативными.

Лаос – давний партнер России в Юго-Восточной Азии. Нас объединяют многолетние узы дружбы и высокий уровень взаимного доверия. Это, безусловно, важное подспорье в деле упрочения нашего сотрудничества во всех областях в соответствии с Декларацией о стратегическом партнерстве в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) между нашими странами, которая была подписана в 2011 году.

Достаточно подробно рассмотрели как выполняются те договоренности, которые были достигнуты на встрече Президента Российской Федерации В.В.Путина с Премьер-министром Т.Сисулитом «на полях» саммита Россия-АСЕАН в мае прошлого года в Сочи и в ходе переговоров Председателя Правительства Российской Федерации Д.А.Медведева с лаосским руководством на Восточноазиатском саммите в сентябре прошлого года во Вьентьяне. Условились о конкретных шагах в целях расширения политического диалога, торгово-экономических и культурно-гуманитарных связей.

Вчера наш лаосский коллега Министр иностранных дел Лаосской Народно-Демократической Республики С.Коммасит провел беседы в Совете Федерации Федерального Собрания Российской Федерации и выступил в своей альма-матер – МГИМО (У). Сегодня он об этом тепло вспоминал. Мы ценим, как выпускники наших вузов относятся к своим университетам и институтам. Считаем, что эти очень важные гуманитарные и образовательные связи между нашими народами должны всячески поощряться и поддерживаться.

Сегодня после наших переговоров С.Коммасит встретится с Председателем российской части Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству, Министром связи и массовых коммуникаций Н.А.Никифоровым. В качестве сопредседателей они обсудят подготовку к очередной пленарной сессии Межправкомиссии, которая запланирована на начало июля в российской столице. Сегодня мы обсудили те вопросы, которые с пользой для дела могут быть подготовлены для принятия решений на этом предстоящем заседании Межправительственной комиссии.

Обменялись мнениями по региональным и международным проблемам. У нас совпадение или значительная близость подходов. Договорились наращивать нашу координацию, прежде всего в рамках ООН. Приятно отметить, что здесь у нас также есть что-то общее. Министр иностранных дел Лаосской Народно-Демократической Республики С.Коммасит, как и я в свое время, был Постоянным представителем своей страны при ООН.

Обсудили ситуацию на многосторонних площадках в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). У нас общее мнение, что важным условием развития сотрудничества в АТР остается укрепление стабильности на основе формирования надежной и всеобъемлющей архитектуры равной и неделимой безопасности, которая опиралась бы на принципы уважения международного права, мирного урегулирования споров, неприменения силы или угрозы силой. Мы едины в том, что оптимальной площадкой для такого диалога являются Восточноазиатские саммиты, которые проводятся ежегодно и опираются на взаимодействие стран АСЕАН со своими региональными и внерегиональными партнерами. Подтвердили наше убеждение, что все процессы, связанные с продвижением схем укрепления безопасности, с развитием сотрудничества в АТР наилучшим способом можно продвигать через те инициативы, которые формируются в рамках АСЕАН.

Одно из ключевых направлений нашей совместной работы – диалоговое партнерство между Россией и АСЕАН. На нынешнем этапе функции его координатора выполняет Лаосская Народно-Демократическая Республика. Мы очень высоко ценим усилия, которые наши лаосские друзья предпринимают на этом направлении. Особо хотел бы отметить очень существенный и полезный вклад Вьентьяна в успешное проведение в прошлом году в Сочи встречи в верхах Россия-АСЕАН. Сегодня мы рассмотрели ход выполнения достигнутых на сочинском саммите договоренностей. Есть хороший прогресс на целом ряде направлений. Конкретные результаты рассчитываем получить в ближайшее время и закрепить их на очередных министерских встречах между Россией и АСЕАН.

Мне кажется, переговоры были очень хорошими и существенно закрепили динамику нашего поступательного сотрудничества.

Благодарю своего коллегу Министра иностранных дел Лаосской Народно-Демократической Республики С.Коммасита.

Вопрос: Мы наблюдаем, что в последнее время ИГИЛ теряет свои позиции в Ираке и Сирии. Почему именно сейчас США наращивают в Сирии свои силы, размещая там реактивные системы залпового огня? На каком этапе сейчас находятся договоренности по зонам деэскалации?

С.В.Лавров: Военные Российской Федерации анализируют все происходящее в этой стране, в т.ч. с учетом существующего с американцами канала по предотвращению непреднамеренных инцидентов. Этот канал может использоваться для выяснения вопросов, интересующих каждую из сторон.

В общеполитическом плане могу сказать следующее.

По нашим данным в этом районе практически не осталось каких-либо отрядов ИГИЛ. Размещение там достаточно серьезных вооружений, которые не очень годятся для того, чтобы бороться с ИГИЛ, некоторыми экспертами расценивается как стремление создать дополнительную военную группировку, которая не позволит обеспечить устойчивость каналов связи между правительственными и проправительственными силами в Сирии с их партнерами в соседнем Ираке. Повторю, я ссылаюсь на экспертов, которые знают регион и анализируют ситуацию. Есть рассуждения о том, что тем самым США пытаются не допустить некоего «шиитского полумесяца». Повторю еще раз, я ссылаюсь на мнение экспертов. Мы пока сами еще продолжаем анализировать ситуацию. Если это так, то вызывает сожаление, что задача создания единого фронта для бескомпромиссной борьбы с терроризмом без двойных стандартов будет подменяться попыткой осуществлять геополитические маневры на основе злоупотреблений и спекуляций на конфессиональном факторе и расхождениях, сохраняющихся внутри ислама. Их необходимо преодолевать срочным образом, потому что исламский мир должен быть единым вместе со всеми другими странами в борьбе с общей для всех без исключения угрозой – угрозой терроризма. Мы будем делать все, чтобы не подходить с позиций конфессиональных предпочтений и предубеждений к ключевым проблемам, которые требуют безусловного приоритета. Эти проблемы требуют отложить в сторону все наносное.

Вопрос: Государственный секретарь США Р.Тиллерсон заявил вчера, что обеспокоен сближением России и Турции. Чем именно, по Вашему мнению, обеспокоены в Вашингтоне и почему?

С.В.Лавров: Я тоже удивился, когда прочитал о том, что Государственный секретарь США Р.Тиллерсон выразил обеспокоенность сближением России и Турции. Непонятно, о чем идет речь. Россия и Турция – соседи. Мы развиваем двустороннее сотрудничество, успешно преодолев период охлаждения по известным причинам. Мы вместе с Турцией, Ираном и другими странами самым активным образом сотрудничаем по урегулированию сирийского кризиса. Каким аспектом нашего сближения озабочен Государственный секретарь США Р.Тиллерсон, я не знаю. По крайней мере, в отношениях с Турецкой Республикой — ни в двустороннем компоненте наших отношений, ни в наших многосторонних совместных действиях — я не вижу каких-либо аспектов, которые могли бы вызывать озабоченность у тех, кто искренне заинтересован в продвижении равноправного и взаимовыгодного взаимодействия между всеми заинтересованными странами на основе общепризнанных норм международного права на международной арене. Остается только гадать, но в отношении того, что мы слышим сегодня из Вашингтона это дело неблагодарное. Я отношу все это на счет некоего комментария, не имеющего под собой никаких оснований. Если вдруг для американцев станет актуальным поинтересоваться у нас или наших турецких партнеров каким-то конкретным вопросом, вызывающим у них обеспокоенность, мы будем готовы ответить. Скрывать нам нечего. Как я уже сказал, мы развиваем отношения с Турцией во всех их аспектах транспарентно и полностью легитимно.

Вопрос: Можете ли Вы подтвердить информацию, касающуюся уничтожения лидера ИГИЛ Абу Бакра аль-Багдади в ходе авиаудара ВКС России? Если данная информация подтвердится, то как это может повлиять на ситуацию в регионе?

С.В.Лавров: Я слышал об этих сообщениях, но на настоящий момент стопроцентного подтверждения этой информации у меня нет. Хочу сказать, что все примеры акций подобного рода по уничтожению или обезглавливанию террористических группировок всегда подавались с большой помпой. Но опыт показывает, что потом эти структуры восстанавливали свою боеспособность.

До сих пор продолжается активность этих террористических структур в лице ИГИЛ, «Аль-Каиды» и её многочисленных инкарнаций, включая «Джабхат ан-Нусру», которая по-прежнему является большой загадкой. Вызвано это тем, что, несмотря на все правовые требования, опирающиеся на то, что «Джабхат ан-Нусра» как филиал «Аль-Каиды» включена в террористический список Совета Безопасности ООН, России, США и других западных стран, на практике мы видим борьбу с ИГИЛ, но борьбы с «Джабхат ан-Нусрой» и аффилированными с ней структурами мы практически не наблюдаем. В этом смысле коалиция, возглавляемая США, ведет себя ровно так же, как она вела себя при администрации бывшего президента Б.Обамы, а именно «Джабхат ан-Нусру» всячески выводят из-под удара. Это очень тревожная тема. Мы регулярно ставим этот вопрос в контактах с нашими американскими партнёрами, но внятных ответов не получаем. А хотелось бы.

Россия. Лаос > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 16 июня 2017 > № 2210269


Белоруссия. Украина > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220375

«Дело декабристов»: почему Белоруссия хуже ЛНР и ДНР

Сначала Русский мир, потом – дешевая нефть и газ

В первых числах июня исполнилось полгода с момента заключения под стражу в Белоруссии трех публицистов — Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца, которые были арестованы 6 и 8 декабря 2016 года под предлогом наличия экстремизма и разжигания вражды в своих публикациях на российских ресурсах. Надежды на то, что белорусские власти проявят благоразумие, подтвердят свою приверженность идеям Русского мира и прекратят политическое дело, инициированное агрессивными националистами и русофобами, не оправдались.

Репрессивная машина запущена и не думает останавливаться. Несколько дней назад стало известно о том, что Сергею Шиптенко и Юрию Павловцу предъявлено еще одно обвинение. На этот раз по части 1 статьи 233 УК РБ — в осуществлении незаконной предпринимательской деятельности, за которую полагается до 3 лет тюрьмы. То есть вместо снижения напряженности, инициаторы этого политического процесса еще больше усугубляют ситуацию.

В этом деле обращает на себя внимание многое. Во-первых, поведение белорусских следователей, которым, как говорят многие факты, слово «честь» незнакомо. Во-вторых, отсутствие до сих пор языковедческой экспертизы, на основании которой возбуждено дело. В-третьих, молчание белорусских и международных правозащитных организаций. Когда любой рядовой член прозападной оппозиции «чихнет» на улице, шум стоит на весь мир. Тут люди сидят без суда полгода — и мертвая тишина. Двойные стандарты? — Вполне очевидно. В-четвертых, женам арестованных до сих пор не дают возможности встретиться со своими мужьями.

Можно приводить целое множество не отвеченных вопросов и нелицеприятных фактов в этом деле, которые показывают сугубо политическую мотивировку дела белорусских декабристов, только что это поменяет? Пока инициаторы этого дела могут быть довольны — многие сторонники Русского мира в республике запуганы и боятся проявлять свою гражданскую позицию. Отдельное спасибо за это надо сказать и г-ну Сурикову.

На фоне того, что следователи боятся отпустить Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца даже под подписку о невыезде или домашний арест — поручителями их могли бы выступить десятки уважаемых людей — политиков, ученых, общественных деятелей и деятелей культуры из Белоруссии, России и Украины, весьма показательным выглядит освобождение из зала суда в прошлом году в Минске блогера Пальчиса (что весьма знаково — в день его рождения, такой своеобразный подарок русофобу от белорусских властей), который называл русских свинособаками.

В этом контексте совсем уж неудивительно, что в Белоруссии из-под стражи освобождают тех, кто готовил в Минске в марте этого года репетицию Майдана, кто воюет против Русского мира на Украине с оружием в руках на стороне необандеровской хунты, а те, кто предупреждал об этой угрозе — а именно Дмитрий Алимкин, Сергей Шиптенко и Юрий Павловец в своих публикациях летом-осенью 2016 года неоднократно предупреждали белорусские власти об этой угрозе раскачать минский Майдан по примеру окраины задолго до того, как об этом стали писать другие авторы — продолжают оставаться в СИЗО.

Политическую подоплеку дела подтверждают и следующие факты. Во-первых, публицистам предъявляют обвинения в том, что они разжигали рознь и готовили экстремистские материалы. Но для того, чтобы предъявить им такие обвинения, должно быть принято соответствующее решение суда о признании их публикаций в СМИ экстремистскими и разжигающими рознь. Должно быть вынесено соответствующее решение об удалении «экстремистских» материалов из сети Интернет. И только потом, на основании решения суда, авторов можно было бы привлекать к ответственности за экстремизм и разжигание.

Однако, естественно, никакого решения суда о том, что публикации Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца являются экстремистскими — нет. Соответственно, люди провели за решеткой без решения суда относительно этого главного вопроса в их деле уже больше полугода. Хотя их материалы по белорусской тематике являются одними из самых читаемых по белорусской тематике в интернете. Так, публикацию Дмитрия Алимкина о том, что «Беларусь уходит из Русского мира исподтишка, с учетом украинского опыта» переопубликовало более семидесяти сайтов, притом весьма знаковые, стоящие на страже Русского мира, в отношении которых ни у кого даже язык не повернется говорить, что они экстремистские.

Во-вторых, в белорусском интернете полно публикаций, в которых их авторы говорят те же самые вещи, что и авторы ИА REGNUM. Только работают они в провластных организациях. Однако никто никаких обвинений им ни в чем не предъявляет. И это также говорит как о двойных стандартах белорусской власти в этом деле, так и об его исключительно политической подоплеке. Приведу только один пример.

«До конца XIX века не существовало сколь-нибудь устойчивого понятия «белорусский язык», поскольку не было никаких достоверных текстов, доказывающих факт его существования. Если провести контент-анализ белорусского языка, то мы увидим, что те его слова, которые не похожи на русские, на 90% лексически совпадают с польскими. Слова же, похожие в нём на русские, так же примерно звучат и по-польски. Основное различие в этих языках — синтаксическое и фонетическое. Уже даже из этого можно сделать вывод, что белорусский язык скорее результат некоторой русификации восточного диалекта польского языка, нежели полонизации западнорусского диалекта. В Российской империи «проста мова» официально считалась диалектом польского языка.

Так или иначе, но политиканская авантюра отторжения белорусов от русского народа путём подсовывания им искусственно сфабрикованного языка провалилась. На сегодняшний день в Белоруссии не существует районов, где компактно проживало бы население, использующее белорусский язык в повседневном общении. То есть не только православные белорусы не перешли на язык католиков, но и сами католики забыли язык своих предков.

Ни православные белорусы, ни католики в нынешних границах никогда не были обособленной нацией — ни по отдельности, ни вместе, а всегда только в составе империй: ВКЛ, РИ, СССР. Присоединение к православным белорусам католических «тутэйшых» и подсовывание им недопольской «простай мовы», названной после литературной обработки белорусским языком, разрушает идею триединства русского народа.

Это лишает белорусов долевых прав на величие русской культуры, снижая их международный статус, поскольку принадлежность к культуре мирового масштаба является мощным ресурсом в мировой политике. Таким образом, белорусский язык не существует как социальное явление и не служит средством коммуникации. Он является исключительно идейным понятием» (http://www.odnako.org/blogs/kto-takie-belorusi-k-oprosu-ob-identichnosti/).

По своему идейному содержанию данный текст одного из представителей белорусских провластных экспертов (участвует в программах Информационно-аналитического центра при администрации президента Белоруссии, как он сам о себе пишет http://naviny.by/rubrics/opinion/2013/11/10/ic_articles410_183600) ничем не отличается от того, что писали в своих публикациях на языковую тематику Дмитрий Алимкин и Сергей Шиптенко. Да, возможно, кто-то не согласен с данными взглядами, но они есть. Кстати, именно так думает подавляющая часть бело-русского населения республики. Однако почему провластным экспертам такие взгляды высказывать можно, а других, за точно такие же взгляды на белорусский язык, на белорусскую национально-культурную идентичность, сажают в тюрьму?

Думаю, что основная причина — это полное отсутствие аргументов, способных опровергнуть наших авторов, неспособность им противостоять в публичном пространстве. Ситуация, когда за одни и те же аргументы одни сидят в тюрьме, а другие продолжают пребывать на свободе — вопиюща и абсурдна. Она показывает то, что это дело заказное, сфабрикованное, что оно имеет исключительно и полностью политический характер, а Дмитрий Алимкин, Сергей Шиптенко и Юрий Павловец — являются политзаключенными.

Самое главное, что дело бело-русских «декабристов» показывает все то огромное различие, которое существует сегодня между Луганской и Донецкой Народными Республиками и бело-русской республикой.

Трудно даже предположить, что какому-нибудь чиновнику или силовику в ЛНР и ДНР пришло бы в голову арестовать местных публицистов за аналогичные публикации относительно роста ксенофобии и агрессивного национализма на Украине, а тем более обвинить их в разжигании межнациональной розни. Однако по каким-то причинам это стало возможно в Белоруссии.

И невозможно предположить, что в ЛНР или ДНР кому-то придет в голову штрафовать за использование георгиевской ленточки или российского флага. Однако в Белоруссии сегодня такими примерами пестрит интернет. Так, на днях в Бресте за использование российского флага и георгиевской ленточки в машине коммунальной службы оштрафовали водителя автомобиля:

«Наказали водителей и поблагодарили за активную гражданскую позицию — брестский журналист Александр Левчук пожаловался на георгиевскую ленту и российский флаг на машинах коммунальщиков. Милиция, неожиданно для самого Левчука, не только не проигнорировала заявления, но и прислала письмо с подтверждением: водители привлечены к административной ответственности за использование незарегистрированной символики. «Эта лента стала символом войны в Украине, когда я вижу российский флаг на машине, я чувствую опасность, ведь точно так же все начиналось в Абхазии, поэтому единственная возможность от этого избавиться — это чтобы у тебя была активная гражданская позиция», — объясняет позицию Александр Левчук», — так радостно отреагировала белорусская прозападная пресса на данное событие http://udf.by/news/main_news/158080-brest-miliciya-zapretila-georgievskuyu-lentu.html.

Складывающаяся в республике ситуация с задержанием Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца, с запретами георгиевской ленточки начинает чем-то отдаленно напоминать украинскую. Там также бросают русских публицистов в тюрьмы за выражение своих взглядов, обвиняя их в экстремизме, а георгиевскую ленточку на днях даже запретили уже на официальном уровне законом. Зачем доблестные брестские милиционеры города-героя солидаризовались с Верховной радой необандеровской Украины — одному Богу известно.

Интересно — прокомментирует ли как-то данную ситуацию российский консул в Бресте, направит ли соответствующий запрос в брестское управление МВД, поинтересуется ли, на каком основании вынесено данное решение и почему георгиевская ленточка является незарегистрированной или нежелательной символикой в крепости-герое Бресте, или сделает вид, что все так и должно быть. Только надо понимать, что за всей этой ситуацией наблюдают наши западные «партнеры», и молчание в данной ситуации они однозначно будут воспринимать как отсутствие самоуважения. Какие выводы из этого следуют — также достаточно очевидно: если ты не уважаешь себя, то остальные этого делать и подавно не будут. Следовательно, дела о запрете георгиевской ленточки в Белоруссии будут продолжаться.

Ситуация вокруг политического преследования Дмитрия Алимкина, Сергея Шиптенко и Юрия Павловца показывает, что не поставки нефти и дешевый газ, а именно «дело декабристов», дело о георгиевской ленточке как незарегистрированной символике является лакмусовой бумажкой в отношении к России и Русскому миру со стороны властей Беларуси.

Думается, в деле продвижения Русского мира надо обращать внимание сначала именно на такие принципиальные моменты в отношениях стран и народов, вот на такие знаковые лакмусовые бумажки, а на нефть и газ — только потом. Потому что все хотят получать российские нефть и газ, и, желательно, бесплатно. На мой взгляд, ситуация на постсоветском пространстве складывается таким образом, что вопросы дешевых поставок нефти и газа должны быть очень плотно увязаны с вопросами продвижения Русского мира. Русский мир — утром, нефть и газ — вечером.

Юрий Баранчик

Белоруссия. Украина > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220375


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220278

Ситуация в религиозной сфере Казахстана: обзор

Религиозные объединения в стране с точки зрения статистики с 2011 по 2017 год

Несмотря на то, что религия тонкий и субъективный вопрос, который, по мнению большинства, нельзя измерить цифрами, все же некоторые вещи в религиозной сфере весьма хорошо поддаются учету. А уж из учета можно вывести различные тенденции.В 2011 году в Казахстане было зарегистрировано 32 конфессии и более 20 деноминаций. Всего они составляли 4 430 религиозных объединений и групп, 3 839 из которых были зарегистрированы как юридические лица или филиалы, а 559 — как малочисленные группы. Все эти религиозные объединения владели и пользовались 3 369 культовыми сооружениями.

Сведения о количестве религиозных объединений,

малочисленных религиозных групп и культовых сооружений в Республике Казахстан в разрезе конфессий по состоянию на 1 января 2011 года

Наименование конфессий, деноминаций

Всего религиозных объединений и групп

в том числе:

Количество культовых сооружений

зарегистри-рованных как юридическое лицо или филиал

поставленных на учет как мало-численная группа

1

2

3

4

5

6

Исламские        

1

Суннизм

2740

2365

353

2408

2

Шиизм

5

5

 

3

3

Суфизм

7

7

 

3

4

Ахмадийский Жамагат

4

4

 

2

Православные        

5

Русская православная церковь

291

279

12

261

6

РПЦ за рубежом

2

2

 

1

7

Старообрядческие церкви, в т.ч.        
  Белокриницкое согласие

1

1

 

1

  Австрийский толк

2

2

 

2

  Поморский толк

4

3

1

2

  Древле-православная церковь

2

2

 

2

8

Армяно-григорианская церковь

1

1

   
Католические        

9

Римско-католическая церковь

82

80

2

86

10

Греко-католическая церковь

5

5

 

2

Протестантские и иные, возникшие в XIX—XX веках        

11

Лютеранская церковь

36

25

11

21

12

Евангельские христиане-баптисты Союза церквей ЕХБ

314

232

79

190

  Евангельские христиане-баптисты Совета церквей ЕХБ

48

   

8

13

Меннониты

5

4

1

4

14

Методисты

15

13

2

8

15

Пятидесятническое направление, в т.ч.      
  1) Евангельские христиане в духе Апостолов

1

1

 

1

  2) Церковь Божья (Дети Божьи)

1

   

1

  3) Сун Бок Ым

12

12

 

9

  4) Союз Христиан Евангельской веры

20

18

1

14

  5) Ассамблея Бога

2

2

 

1

  6) и другие

61

61

 

10

16

Пресвитерианское направление, в т.ч.        
  1) Миссия «Грейс»

72

38

33

30

  2) Церковь «Благодать»

54

44

10

27

  3) Миссия «Надежда»

13

9

4

8

  4) Миссия «Эммануил»

13

7

6

4

  5) Миссия «Назарянина»

6

6

   
  6) Миссия «Спасение»

2

2

   
  7) Церковь «Сион»

4

3

1

1

  8) Церковь «Коре»

1

1

 

1

  9) Церковь «Онсезан»

1

1

 

1

  10) и другие

73

73

 

17

17

Харизматическое направление, в т.ч.        
  1) Церковь «Новая Жизнь»

57

52

5

26

  2) Миссия «Агапе»

51

44

7

33

  3) Церковь «Благая Весть»

6

6

 

5

  4) Церковь «Жатва»

12

11

1

5

  5) Церковь «Живое слово»

4

4

 

2

  6) Церковь «Вефиль»

7

7

 

3

  7) Церковь Полного Евангелия

32

31

1

5

  8) Мисия «Возрождение»

5

4

1

 
  9) Церковь «Свет мира»

6

4

2

1

  10) Церковь «Любовь»

10

10

 

4

  11) Корейско-американская миссия в Казахстане

1

1

 

1

  12) «Церковь «Шапағат»

1

1

   
  13) и другие

114

108

6

33

18

Адвентисты Седьмого дня

68

56

12

41

19

Новоапостольская церковь

47

46

1

29

20

Свидетели Иеговы (организация, деятельность которой запрещена в РФ)

80

75

5

48

21

Церковь Иисуса Христа Святых последних дней (мормоны)

2

2

 

1

22

Церковь объединения (муниты)

2

2

   

23

Церковь «Христианская наука»

1

1

   

24

Вера Бахаи

19

19

 

2

25

Общество Сознания Кришны

12

10

2

2

26

Вайшнавы

3

3

   

27

Церковь Саентологии

3

3

 

1

28

Церковь Последнего Завета (Виссарионовцы)

2

2

   

29

Христово братство (христадельфиане)

2

     
Буддизм        

30

Тибетско-Буддийский центр

2

1

   

31

Вон-Буддизм и другие

3

3

 

1

Иудаизм        

32

Еврейские общины

27

26

 

5

Однако позднее, в конце 2011 года был принят новый закон «О религиозной деятельности и религиозных объединениях». В стране также произошел ряд террористических актов. Поэтому государством были ужесточены требования к религиозным объединениям, и была проведена их перерегистрация. В течение 2012 года в религиозной сфере произошло следующее:

  • количество религиозных объединений сократилось до 3 088, которые представляли всего 17 конфессий;
  • к православным причислили старообрядцев и Армянскую апостольскую церковь;
  • из 666 протестантских религиозных объединений прошли перерегистрацию всего 462, 204 подали на ликвидацию;
  • из 48 нетрадиционных харизматических объединений перерегистрировались только 16, а 32 были ликвидированы;
  • ликвидированы были также сайентологи.

После 2012 года в Казахстане опять начался рост количества объединений.

По данным Министерства по делам религий и гражданского общества, на 20 апреля 2017 года в Казахстане зарегистрировано 3679 религиозных объединений (2570 мусульманские, 333 православные, 85 католические, 668 протестантские, 7 ­ иудейские и 17 другие), представляющие 18 конфессий.

Религиозные объединения Республики Казахстан

Конфессии

Количество религиозных объединений (по состоянию на 20.04.2017 г.)

Количество религиозных объединений (по состоянию на 01.01.2011 г.)

Динамика

Ислам

2570

2756

-186

Православие

333

303

30

Пятидесятнические церкви

219

97

122

Евангельские христиане-баптисты

181

314

-133

Пресвитерианские церкви

106

239

-133

Католицизм

85

87*

-2

Свидетели Иеговы (организация, деятельность которой запрещена в РФ)

60

80

-20

Адвентисты Седьмого дня

42

68

-26

Новоапостольская церковь

26

47

-21

Евангелическо-лютеранская церковь

14

36

-22

Методисты

13

15

-2

Кришнаиты

8

12

-4

Иудаизм

7

27

-20

Бахаи

6

19

-13

Меннониты

4

5

-1

Буддизм

2

5

-3

Церковь Иисуса Христа святых последних дней (мормоны)

2

2

0

Церковь объединения Муна (муниты)

1

2

-1

ИТОГО

3679

4430

-751

* — вместе с униатами

Фактически, до сих пор количество религиозных объединений не восстановилось. Однако культовых сооружений стало больше на 67 единиц — согласно Стратегическому плану Министерства по делам религий и гражданского общества, на 1 октября 2016 года в Казахстане функционировало 3436 культовых сооружений, из них:

  • 2528 мечетей
  • 294 православных церквей
  • 108 католических церквей
  • 490 протестантских храмов и молитвенных домов
  • 7 иудейских синагог
  • 2 буддийских культовых сооружения
  • 3 молитвенных домов Общества сознания Кришны
  • 4 молитвенных домов бахаи.

В стране в настоящее время действуют 495 миссионеров (миссионеры должны регистрироваться, чтобы вести свою деятельность). В количественном отношении среди зарегистрированных миссионеров преобладают представители католицизма — 238, а православие представлено 87 миссионерами.

В общем, государство все больше контролируют религиозную сферу, а в 2017 году и вовсе объявило о том, что будет защищать светские основы государства.

Марат Шибутов, Лязат Шибутова

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220278


Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220267

Примирение «красных» с «белыми» или антисоветский реванш?

Открывшийся на днях в центре Москвы храм Новомученикам, жертвам коммунистической идеи, — лишь звено в длинной цепи событий, грозящих российскому обществу серьезными последствиями

Грань абсурда в российской политической жизни стремительно стирается. Партия либеральных демократов проталкивает гимн «Боже, царя храни». С целью «сберечь единство нации» открывают храм жертв коммунистической идеи (не конкретного правителя, не «режима» даже, а самой идеи!)… Эти попытки «примирения» можно было бы рассматривать как курьезы — или в крайнем случае как «оговорки по Фрейду», показывающие, что накал борьбы «белых» и «красных» сохраняется и по сей день (как минимум со стороны «белых»). Однако подобные «казусы» появляются не первый год и с угрожающей регулярностью. А главное — при их видимой абсурдности и нелепости, в них есть внутренняя логика. И ведет она к «примирению» по принципу «если нет национальных меньшинств, то нет и расизма».

Общая схема (идущая в ход отнюдь не только в России — о чем ниже) «примирения» выглядит примерно так. В некоем конфликте сходятся стороны А и Б, причем первая из них так или иначе оказывается победителем. Проходит время, силы А теряют силу и влияние (например, происходит перестройка) — и Б поднимает голову. Б заявляет о «примирении»: мол, стороны на самом деле равны, должны почитаться одинаково, и вообще всюду были простые люди, «одураченные» злыми политиками.

Под предлогом необходимости восстановления «исторической справедливости» или «равной памяти» сторона Б начинает рассказывать, какая она была хорошая и какие возвышенные у нее были идеалы — т. е. занимается пропагандой. Параллельно «отмывая» своих преступников как «жертв режима», установленного А.

Наконец, задается вопрос: а что это такие замечательные люди, как у Б, воевали со стороной А? Очевидно, что дело тут в том, что сторона А — злая и уродливая, воплощение всего темного и греховного в истории. Если на стороне А и были хорошие люди — то они были «одурачены» политиками; начинаются «разоблачения» и плач о преступлениях А. Постепенно к критике А подключаются не только обычные сторонники Б, но и вообще все противники А, сколь угодно мрачные и ужасные. «Примирение» заканчивается реваншем и переписыванием итогов истории.

Показательным примером «примирения» служит Испания, где о своем праве на историческую память заявляют организации вроде Национального братства «Голубой дивизии» — потомки сторонников фашистского диктатора Франко, отправившихся воевать с Советским Союзом на стороне Гитлера. Помимо попыток сделать фашистов героями празднований всех дат, связанных со Второй мировой, братство занимается жертвами «коммунистических репрессий», обелением военных преступников, рассказывают об их хорошем отношении к жителям оккупированных территорий и т.д.

Именно эта организация организовала возвращение в Россию похищенного членами «Голубой дивизии» креста с купола святой Софии Новгородской. Братство тогда разъясняло, что крест был не украден, а «спасен» — очевидно, от большевиков. Более того, была запущена легенда о том, что реликвия хранилась в Испании, пока в России не падет коммунистический режим — и поэтому ее возвращают спустя столько лет (а не потому, что крест был получен в ходе мародерства и потому вызывает вопросы к его испанскому обладателю).

Да, конечно, «Голубая дивизия» занималась убийствами — но не русских, а коммунистов. Которые, как доказывают члены братства, были намного хуже фашистов.

Обманный маневр

Мир тесен, и антикоммунистический накал братства не мог остаться незамеченным у отечественных сторонников «примирения». Так, 9 июня 2016 года по случаю Дня России в российском посольстве в Испании собрался цвет неонацизма. Помимо организаторов фашистского слета «Испанская весна» (на котором обелялся Муссолини) из Movimiento Social Republicano, хозяина магазина экстремистской литературы «Европа» и бывшего члена неонацистского «Испанского кружка друзей Европы» CEDADE, представителя Национального фонда Франциско Франко и т.п. — присутствовали все те же члены братства «Голубой дивизии».

Фашисты всегда были главными борцами с «красной угрозой», и на этой почве они легко становились союзниками либеральных и «белых» сил. Если мы взглянем на последние «громкие» события, связанные с «примирением» в России, — то увидим, что всех их объединяет явная и резкая антикоммунистическая направленность, доходящая до возвеличивания нацистов или иных подобных «одиозных» фигур.

Карл Маннергейм, доску которому устанавливали тогдашний глава кремлевской администрации Сергей Иванов, министр культуры Владимир Мединский и представитель Российского военно-исторического общества Владимир Чуров, отметился в истории не только дружбой с Гитлером и блокадой Ленинграда. В самой Финляндии он пришел к власти на германских штыках, вырезав местных социалистов и русские воинские части. Затем он организовал нацистские акции «расовой гигиены», фактически — охоту на русских и коммунистов. Отдельная кампания шла против женщин, заподозренных в симпатиях к крайне «левым»: их демонизировали в прессе, держали в специальных лагерях (вместе с детьми и даже младенцами) и расстреливали без суда.

Александр Колчак, после героических фильмов также получивший памятную доску, — вообще до сих пор является официальным военным преступником, карателем на службе у интервентов, причем все многочисленные попытки его реабилитации в постсоветской России однозначно отклонялись судами. На сайте организации «Белое дело», выступившей инициатором установки доски Колчаку, «примирительная» позиция высказана четко:

«Большевизм оказался не только богоборческой доктриной, отрицавшей Христа, историческую традицию, право и личное достоинство, но и стал искусительным соблазном для нашего народа… последовательно и упрямо разрушалась собственная страна, попирались ее культура и прошлое… мы хотим посильно продолжить традицию Белого движения, положившего начало самоотверженной борьбе русского общества за родину… Опыт небольшевистской России должен быть востребован сегодня».

Координатор «Белого дела» Олег Шевцов предлагал отменить статус военного преступника «политической волей на самом высоком уровне» и тут же называл большевиков «международным терроризмом».

Большая фанатка Николая II Наталья Поклонская поднимала скандал с фильмом «Матильда», порочащим образ царя-праведника, по обращению организации «Царский Крест» (судя по всему, именно в тот момент и созданной, и до сих пор занимающейся борьбой с данной кинолентой). Руководителя его, Александра Порожнякова, пользователи интернета быстро уличили в сочувствии казакам — членам нацистского СС, распространении эзотерических символов этого самого Ордена СС (черного солнца). А также в ереси царебожия (идее, что Николая II повторил искупление Христа) и поддержке канонизации «старца» Григория Распутина. Что не мешало ему быть сторонником еще и либералов, «Болотной площади», Навального, «Эха Москвы» и т.д., — видно, в порядке общей оппозиционности.

От Колчака и Маннергейма процесс идет к гитлеровцу Краснову (на котором замешивают современное казачество, ему стоит огромный памятник в мемориале «Донские казаки в борьбе с большевиками» в Ростове и пр.) или Власову. Параллельно вытесняются все советские символы, от стыдливо загороженного на всех мероприятиях Мавзолея Ленина — и до крупной кампании по переименованию станции Войковская или исчезновения звезд и советских гербов с зданий. По телевизору показывают неизвестных режиссеров, отметившихся лишь документальным фильмом о «благородных» деятелях нацистской Локотской республики. В символике Победы и 9 мая все «красное» заменяют на цветочки и голубей в стиле европейских праздников «примирения» 8 мая. Не жалеют даже косвенно относящиеся к советскому периоду объекты, вроде обелиска философам-утопистам в Александровском саду.

При открытии памятника князю Владимира на День народного единства в прошлом году после президента и патриарха выступает вдова Александра Солженицына, прямым текстом отвергающая «примирение» и требующая осуждения зла и прекращения попыток «оправдания» советской эпохи.

Теперь президент выступает с речами о необходимости «сохранить единство нации» с амвона храма, посвященного жертвам коммунистической идеи. Наместником его стал епископ Тихон (Шевкунов). Масштаб и история строительства храма говорят сами за себя: здание, превосходящее размерами Успенский собор, было возведено и расписано фресками всего за три года с небольшим. При Лужкове проект столь большого храма не согласовали, и лишь новые московские власти разрешили стройку на территории архитектурного памятника (Сретенского монастыря) в центре города. Патриарх в своей речи не упустил случая упомянуть о подвалах Лубянки, но сразу же уточнил, что храм, конечно, посвящен не им, а «торжеству Христа над силами зла».

Антисоветское согласие

Этот ряд можно продолжать дальше и дальше. Общую точку во всех этих событиях точно характеризует ставший ныне популярным в «высоких кругах» философ Ильин, рассуждая о нацистской партии:

«Мы советуем не верить пропаганде, трубящей о здешних «зверствах»…Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе…»

Цель «примирения» — объединение всех возможных сил для борьбы с «коммунизмом» (на деле — всем советским наследием), начатой еще в перестройку. Участвовать в нем предлагается всем, кроме самих «левых», — для этого применяются формулы вроде «против коммунистов, а не против русских» или слова о простых людях, которым власть «внушила» «красные» идеи против их воли. Отрекись от коммунизма и советского прошлого под любым, самым комичным, предлогом — и можешь присоединяться к «примирительному» фронту.

Адресацию к «белому» движению также не надо понимать буквально. Реальные «белые» были очень разными, многие из них не были ни монархистами, ни православными. Николай II ими явно не превозносился: царская элита сама участвовала в заговоре против царя, либералы и социалисты никогда не испытывали к нему симпатии. Белоэмигранты плотно вошли в западный истеблишмент, с Россией они уже имеют мало общего. На местных «белых», адресующихся к царю или эмиграции, они смотрят свысока — как на потомков «черни», выходцев из КПСС, пособников большевиков, «опаленных октябрем», предавших царя. Их возвращение грозит России внешним управлением и жестким подавлением всех без исключения местных сил. Тем более что у «белых» уже есть богатый исторический опыт сотрудничества со всевозможными интервентами.

Однако люди, снявшие все «сливки» с перестройки и приватизации, хотят упрочить свои позиции. Подобно буржуазии времен Французской революции или креолам периода освободительного движения в Латинской Америке, они мечтают перейти в разряд помещиков, дворян, чья собственность и власть будет гарантирована, с нескончаемой передачей по наследству. Им хочется, чтобы чернь знала свое место и не посягала на место и имущество элиты. Фашизм был лишь грубым инструментом на этом пути: капиталисты хотели стать феодалами и пытались силой подавить народ. Противоречий с ним никаких нет, и он держится «про запас».

«Левые», в особенности коммунисты, — главное препятствие на этом пути: они требуют народной самоорганизации, прямой демократии, социальных благ для широких масс населения и т.д. Им нужна национализация, справедливое распределение. Опираясь на позитивный опыт СССР и на очевидную разруху современной России, они создают влиятельную альтернативу планам «белых». Без стирания памяти о советском периоде и уничтожения «красной» альтернативы — сложно закручивать гайки и строить элитарные системы, тем более как-то связанные с монархией и царями.

4

Константин Коровин. За чайным столом. 1888

Константин Коровин. За чайным столом. 1888

Этим обусловлено отсутствие у «белых» четкой позитивной программы. Они лишь плачут о прошлом и борются с «проклятыми коммунистами», не дающими России зажить нормально. Чего хотят эти граждане, говорящие про царя, белоэмигрантов, белопатриотизм, даже «русскую империю»? В чем их политическая, экономическая, социальная программа? Нельзя же сказать народу, что его просто официально сделают крепостными у постперестроечных феодалов. Предложения переделать президента в царя воспринимаются как шутка, тем более что звучат из уст крайне «эпатажных» политиков и партий. Даже обещания привезти в Россию на воцарение Майкла Кентского или принца Гарри на этом фоне кажутся более правдоподобными.

То же отсутствие программы характеризовало и Франко, и его современных последователей: их риторика концентрировалась на «защите Церкви» и уничтожении «коммунистической заразы». Содержательная повестка была скорее достоянием испанских антифашистов, хотя у них и не нашлось собственных идеологов, достаточно сильных, чтобы разгромить франкистов. В конечном итоге реальная программа «белых» не может не включать негативного отношения к народу, принявшему большевиков, строившему СССР, по «старой памяти» требующему от государства исполнения каких-то социальных и иных обязательств. Поэтому всю постсоветскую историю властные «белые» и занимались не «примирением» с «красными» оппонентами, а их методичным уничтожением.

Принуждение к миру

Так возможно ли вообще это пресловутое примирение? Попытки установить мир и согласие между бедными и богатыми, рабочими и капиталистами, подчиненными и хозяевами, до сих пор нигде не увенчивались полным успехом. Однако по-настоящему «левая», народная повестка — по определению более демократична. Ей требуется не непременное уничтожение противника, а его самоограничение.

Советский Союз, даже в период максимального ограничения прав «знатных» и «богатых», тем не менее активно интегрировал «белых» в новую жизнь. Многие царские интеллектуалы, даже антисоветски настроенные, нашли себе место в сфере культуры, науки, образования — а зачастую даже военного дела и государственного управления. Крупный бизнес стремительно ликвидировался, однако мелкие и средние собственники прожили все правление Сталина. Советская культура базировалась на дворянской, на дореволюционной классике; большевиками задавалась единая историческая линия, в которой нашлось место и Петру I, и Ивану Грозному, и Минину, и даже Екатерине II. С течением времени все сильнее становилась «русская» линия в идеологии и пропаганде — строились отношения с царскими кадрами.

«Красные» сосредоточены не на своих врагах, а на будущем страны. В него можно вписаться, и для этого даже создаются все условия. Если уж и говорить о «примирении», то оно скорее случится именно при победе демократического и гуманистического «красного» начала, чем элитарного «белого».

Только создание образа будущего, разработка четких политических программ, их обсуждение и реализация могут столкнуть дело настоящего примирения с мертвой точки. Охота на ведьм, вспоминание давних обид, попытки героизировать преступников и переложить вину на других — лишь способы отвести внимание от насущных проблем и возможность «потопить» конкурента, так и не перейдя к сравнению его и своих позитивных программ. Приверженность крупных политиков и представителей власти этому пути, а также слабая реакция на это общества — опасные для будущего России сигналы.

Дмитрий Буянов

Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 15 июня 2017 > № 2220267


Ватикан. Германия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2211626

Папа Римский Франциск принял в субботу канцлера Германии Ангелу Меркель, нынешняя встреча стала для них уже шестой.

В ходе 40-минутной аудиенции в Апостольском дворце Ватикана стороны обсудили климат и выполнение Парижских соглашений, необходимость больших усилий Евросоюза для помощи африканскому континенту.

По словам Меркель, они также коснулись темы предстоящего саммита "двадцатки" в Гамбурге, отмечают итальянские СМИ.

"В ходе теплых дискуссий были отмечены хорошие и плодотворные отношения между Святым престолом и Германией. Обсуждались вопросы, представляющие взаимный интерес с акцентом на встречу G20 в Гамбурге. Стороны согласились с необходимостью уделить особое внимание ответственности мирового сообщества в борьбе с бедностью и голодом, глобальной угрозой терроризма и изменениями климата", — сообщает служба печати Святого престола.

Отмечается, что папа Франциск выразил Меркель соболезнования в связи с кончиной экс-канцлера Германии Гельмута Коля.

В завершении встречи канцлер ФРГ подарила понтифику набор аргентинских сладостей и коллекцию дисков с классической музыкой, в частности, произведений Бетховена.

Папа в ответ вручил ей небольшую бронзовую статуэтку с символом мира — оливковой ветвью и три главных документа, обнародованных в ходе нынешнего понтификата. Речь идет о переведенных на немецкий язык папской энциклике Laudato sii, посвященной проблемам экологии, документе Evangelii gaudium о роли Евангелия и увещании Amoris laetitia по проблемам семьи.

Александр Логунов.

Ватикан. Германия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2211626


ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > dxb.ru, 15 июня 2017 > № 2211024

Мечеть Sheikh Mohammad Bin Zayed в Al Mushrif, районе в столице Абу-Даби, в среду была переименована в Mariam, Umm Eisa, что переводится с арабского языка как «Мария, мать Иисуса».

Переименование было инициировано Его Высочеством Шейхом Мухаммадом бин Зайедом Аль Нахайном, наследным принцем Абу-Даби и заместителем Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами ОАЭ, в целях «укрепления связей между последователями разных религий».

Шейха Лубна Аль-Касими, государственный министр по вопросам толерантности, поблагодарила шейха Мухаммеда Бин Зайеда за его «мудрые указы в целях осуществления этой инициативы, которая послужила ярким примером и прекрасным образом толерантности и сосуществования, полезного для ОАЭ».

Мухаммед Маттар Аль Кааби, председатель Генеральной администрации по делам ислама и пожертвований, также поблагодарил Шейха Мухаммеда за эту инициативу. Он добавил, что со времен Шейха Зайеда бин Султана Аль Нахайяна ОАЭ всегда были заинтересованы в терпимости и мирном сосуществовании, «основанном на справедливости и братстве среди всех живущих в ОАЭ».

В нескольких шагах от недавно переименованной мечети находится англиканская церковь St Andrew’s Church. Старший священнослужитель преподобный Канон Эндрю Томпсон сказал, что он «в восторге от новостей».

ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > dxb.ru, 15 июня 2017 > № 2211024


Иран. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210860

Трюк с Ираном в катарском кризисе

Таха Даглы (Taha Dağlı), Haber7, Турция

Если бы целью катарского кризиса был Иран, санкции были бы введены не против Катара, а против Объединенных Арабских Эмиратов, потому что именно ОАЭ — член Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива, который обладает самыми развитыми торговыми и политическими отношениями с Ираном. Товарооборот между ними составляет 20 миллиардов долларов в год.

Если бы целью был Иран, то в ходе этого кризиса в черный список наряду с ХАМАС также было бы внесено движение «Исламский джихад». Почему в то время как ХАМАС попадает в этот список, другое крупное движение сопротивления в Газе оставляют без внимания? Главное отличие между двумя этими организациями состоит в том, что «Исламский джихад» находится под контролем Ирана, а ХАМАС не управляют из Тегерана.

Если бы целью был Иран, то Юсуф аль-Кардави (один из самых авторитетных современных суннитских богословов, считающийся неформальным лидером «Братьев-мусульман» — прим. ред.), называющий «Хезболлу» «Партией сатаны», не столкнулся бы с таким давлением. Как получилось, что король Салман объявил террористом аль-Кардави, главу Международного союза мусульманских ученых, которого год назад он приглашал в Эр-Рияд?

В Йемене, то есть прямо под носом у Саудовской Аравии, Иран поддерживает хуситов. Хорошо, но по чьей же милости Иран в Йемене? Ответ — ОАЭ. В йеменском вопросе руководство Эр-Рияда обвиняет Катар, но силой, которая сотрудничала с Ираном в Йемене, на самом деле были ОАЭ.

До смерти короля Абдаллы у власти в Йемене была партия «Ислах», которая происходит от йеменских «Братьев-мусульман». Саудитам внушался панический страх: «"Братья-мусульмане" уже у вас под носом, вмешайтесь, иначе они уничтожат вас». Нагнетали этот страх ОАЭ и их ответвления в Эр-Рияде. Под воздействием этого страха Саудовская Аравия ради того, чтобы свергнуть партию «Ислах» в Йемене, закрыла глаза на Иран.

Король Салман, пришедший к власти после смерти короля Абдаллы, увидел опасность Ирана. И то, что ОАЭ навязали им это. Он сделал некоторые шаги навстречу ХАМАС, «Братьям-мусульманам», отдалился от ас-Сиси. Отношения с Турцией были выведены на высочайший уровень. Но борьба за трон между двумя наследниками и обещания Трампа подвели катарский кризис к нынешней стадии.

Становится очевидно, что, хотя в катарском кризисе, начатом на искусственных и пустых основаниях, Саудовская Аравия выступает как главный игрок, на самом деле это не так. Она как крупнейшая страна Персидского залива была посажена за руль в этом кризисе, тем не менее направляют кризис другие.

Кому выгоден этот кризис? Для Израиля это, можно сказать, редкое благо. Множество преимуществ дает этот кризис и США, и британцам, и европейцам. Они в любой желаемый момент могут продавать больше оружия, покупать нефть.

А Иран, которого представляют якобы целью, — не проигравшая сторона в этом уравнении. Он не находится в положении приоритетной цели. Те, кто писал сценарий кризиса, должно быть, заложили в его замысел, что однажды оружие будет направлено на Иран, но в то время как страны Персидского залива ослабевают в этом процессе, Иран сохраняет силы.

Приоритетная цель — не Иран. Цель — «Братья-мусульмане», ХАМАС и поддерживающие их страны. У «Братьев-мусульман» были хорошие отношения и с Ираном, но когда бы «Братья-мусульмане» ни пытались строить отношения с Ираном, они всегда становились потерпевшей стороной. Достаточно вспомнить визит Мурси в Тегеран.

Иран. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210860


Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210814

Беспорядок на Ближнем Востоке открывает несколько возможностей для России

Павел Баев (Pavel K. Baev), The Jamestown Foundation, США

РФ получает возможность заявить о своей важной роли на Ближнем Востоке, как правило, в условиях эскалации. Но в этот раз перекрестный огонь дипломатических споров не сыграл на руку Кремлю.

Зоны военных действий в Ираке и Сирии обеспечили привычную долю новостных заголовков. Но громкая ссора (якобы спровоцированная хакерской атакой) между Катаром и соседними странами Персидского залива во главе с Саудовской Аравией попала на первые полосы. Москва отрицает свою причастность к публикации на сайте катарского новостного агентства сообщения об улучшении отношений с Ираном. В любом случае, этот саботаж явно превосходит кибератаки, связанные с российскими «патриотическими хакерами». Но на фоне краха арабской «солидарности», стоимость нефти остается непоколебимой, а значит, России не стоит ждать дополнительных доходов в бюджет, переживающий не самые лучшие времена.

Большинство экспертов подчеркивают высокий уровень напряжения между Катаром и Саудовской Аравией, рекомендуя Кремлю проявить осторожность и терпение. Путин провел ряд телефонных разговоров с катарским эмиром, а также с лидерами Египта и Турции. Кроме того, в прошлую пятницу Москву посетил министр иностранных дел Катара. Но пространство для дипломатического посредничества у России довольно ограничено. Для монархий Персидского залива Москва все еще близка к Ирану и зависима от иранских «братьев по оружию» в сирийском конфликте.

В Кремле, вероятно, до конца не осознали, что стали союзником региональной шиитской коалиции (в которую, кстати, входят такие сомнительные участники, как Хезболла), в то время как лишь 4% россиян считают Иран дружественным государством. Москва стремится выйти из этой запутанной ситуации, развивая отношения с Турцией. Но если Реджеп Тайип Эрдоган поддерживает Катар, отправляя туда несколько сотен турецких военнослужащих, Россия не готова демонстрировать такую решимость.

РФ, безусловно, нуждается как в Турции, так и в Иране. Как минимум ради контроля над «зонами деэскалации» в Сирии, создание которых Путин окрестил началом мирного процесса в этой раздираемой войной стране. Заявляя о желании противостоять «Исламскому государству» (запрещенная в России организация — прим. ред.), Россия при этом не вмешивается в бои за Мосул и Ракку, исход которых может в корне изменить динамику войн в Ираке и Сирии.

Москве нельзя проявлять симпатии к сирийским курдам, ведь это, несомненно, будет раздражать Анкару. Такое же неоднозначное отношение у Кремля к движению иракских курдов за независимость. Российские ракетные удары скорее демонстрируют возможности, чем достигают каких-либо целей. Тем не менее, Москва продолжает протестовать против воздушных ударов коалиции во главе с США по проправительственным силам Сирии. Путин также отметил внутриполитическую ситуацию в США, которая, по его мнению, не способствует решению глобальных проблем.

Внутренняя американская политика действительно сбивает с толку. Резкий демарш президента Дональда Трампа против Катара не вяжется с официальным призывом Государственного департамента США к ослаблению экономической блокады этого внезапно преданного остракизму государства. На внешнюю политику Вашингтона по-прежнему влияет расследование вмешательства России в американские выборы. Сенсационные показания экс-директора ФБР Джеймса Коми в Сенате не дали прямых доказательств сговора между командой Трампа и Москвой (к большому облегчению Белого дома), но дали оценку масштабов российских кибератак в прошлом году.

Сложившаяся ситуация не сулит ничего хорошего запланированной встрече Трампа и Путина во время июльского саммита G20 в Гамбурге. Российский президент был осторожен в недавних интервью, пытаясь смягчить свои антиамериканские выпады. Но пропагандистская машина не прекращает дискредитацию США — 69% россиян считают Америку враждебным государством, что свидетельствует о небольшом снижении с 72% в прошлом году. В данной ситуации действительно трудно понять, насколько российское посредничество в катарском кризисе может быть приемлемым для Вашингтона.

Страна, заинтересованная в мировых ценах на нефть так же сильно, как Россия, не может претендовать на роль беспристрастного посредника. Более того, тень украинского кризиса преследует Кремль повсюду. Каждое заявление о важности диалога между Россией и НАТО сразу же дополняется заявлениями о необходимости наращивания возможностей для устрашения противника. И серия военных учений, запланированных на это лето, наверняка лишь усугубит обоюдные опасения.

Каждый российский дипломатический маневр на Ближнем Востоке, не говоря уже о ракетных ударах, неизбежно интерпретируется в Европе (и в меньшей мере в оскандалившемся Белом доме), как попытки заполучить преимущество в развивающейся конфронтации.

Во многих политических кампаниях (недавние выборы в Великобритании — интересное исключение) российские хакеры сыграли роль этаких злодеев, которых обвиняют в разных преступлениях. Но на самом деле главным оружием российских нарушителей порядка является коррупция. Таким образом, можно провести параллель между Кремлем и монархиями Персидского залива: в Саудовской Аравии и Катаре коррупция кормит терроризм, в России же коррупция связана со шпионажем и организованной преступностью. Конечно, гораздо проще бомбить террористов и отслеживать хакеров по цифровым отпечаткам пальцев, чем следить за грязными деньгами. Расследования в Вашингтоне, может, и разбились о непробиваемую стену, скатившись в итоге до незначительных споров. Но в Москве Алексей Навальный, харизматичный лидер российской оппозиции, призвал своих сторонников на улицы, чтобы заявить о несогласии с политикой коррупции. И пусть его роль сегодня кажется незначительной, но его политическое послание звучит довольно правдоподобно. Оно может стать тем толчком, который разрушит в итоге господство Путина.

Политика, основанная на лжи, часто выдается неприступной и непреодолимой, а российские интриги на Ближнем Востоке — хитрыми и изощренными. Но учитывая нынешний уровень напряжения в России, все может разрешиться с шокирующей внезапностью.

Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210814


США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210793

Бжезинский: наследие величайшего геополитолога

Бывший советник Джимми Картера скончался в конце мая. Что осталось от мыслей человека, который пошатнул равновесие в мире?

Жан-Лу Боннами (Jean-Loup Bonnamy), Le Point, Франция

26 мая 2017 года из жизни ушел Збигнев Бжезинский, один из главных стратегов американской державы. Он родился в 1928 году в Польше в католической семье с дворянскими корнями. Этому сыну дипломата было 11 лет, когда советское вторжение вынудило его перебраться в США. Он стал профессором политических наук в Гарварде, поддерживал связи с Демократической партией и занял кресло советника по национальной безопасности президента Джимми Картера (1977-1981).

Необходимо четко представлять себе обстановку, в которой работал Бжезинский. С 1969 по 1977 год республиканцы Никсон и Форд (их советником был Киссинджер) полностью отошли от нравственных норм в дипломатии. Так, Киссинджер выступал против любой поддержки советских диссидентов, которая могла бы осложнить отношения с Вашингтона с Москвой. Но уотергейтский скандал вызвал у американской общественности отторжение безнравственности Никсона как во внутренней, так и во внешней политике. В результате в 1977 году к власти пришел Джимми Картер, в высшей степени порядочный человек, диакон баптистской церкви. Его приверженность христианским ценностям подтолкнула его к тому, чтобы назначить правозащитника Бжезинского на пост советника. Тот стал символом возвращения нравственности в американскую политику и опирался на два главных принципа: враждебное отношение к Москве и защита прав человека.

Стратегическая роль Евразии

Как бы то ни было, стал Бжезинский и видной фигурой интеллектуальной жизни Америки. После холодной войны в обсуждении геополитических вопросов звучали четыре главных имени: Киссинджер, Фукуяма, Хантингтон, Бжезинский. В своем бестселлере 1997 года «Великая шахматная доска» Бжезинский выступает против хладнокровного реализма Киссинджера и в то же время отвергает теорию Фукуямы о конце истории. По его мнению, сохранение российской угрозы становится препятствием для конца истории. Тем не менее несогласие с Фукуямой не означает, что он поддерживает Хантингтона. Если автор «Столкновения цивилизаций» назвал Китай и ислам главными угрозами для США после распада СССР, Бжезинский все еще видел в Москве основной фактор риска.

В своей книге бывший советник Картера утверждает, что важнейшим в стратегическом плане регионом является Евразия. Именно там сосредоточена большая часть населения мира, промышленных мощностей и энергетических ресурсов. Тот, кто контролирует Евразию, контролирует мир.

Но США, к сожалению, находятся не в Евразии. Они являются первой мировой державой благодаря своему господствующему влиянию в определенной части материка. Если же в регионе появится другая держава, США лишатся гегемонии. Как пишет Бжезинский, «жизненно важно, чтобы на политической арене не возник соперник, способный господствовать в Евразии и, следовательно, бросающий вызов Америке».

Для обеспечения своего господства США необходимо выработать последовательный геостратегический план, чтобы и дальше удаленно управлять Евразией. Прежде всего им нужно ослабить Россию, которая является их настоящим соперником. Для этого им требуется освободить Украину от влияния Москвы: «Без Украины реставрация империи, будь то на основе СНГ или на базе евразийства, стала бы нежизнеспособным делом». Кроме того, следует подорвать российское влияние на Кавказе и в Средней Азии. Во время советского вторжения в Афганистан он организовал поставку моджахедам оружия через ЦРУ (Рейган продолжил эту стратегию).

Далее, США должны рассматривать Евразию как шахматную доску, границы которой им необходимо удерживать. Западная (Европа) и восточная (Япония и Южная Корея) оконечности обязательно должны оставаться под американским контролем для окружения России.

Наконец, Вашингтон должен уметь идти на уступки европейским союзникам, чтобы они оставались под его крылом. Поэтому Бжезинский осуждал односторонний подход Буша-младшего, поддерживал европейское строительство и подчеркивал необходимость оставить свободу для маневра Франции, которой можно поручить роль жандарма Африки.

Мессианство

Такое открытое представление интересов США может показаться циничным. Но это не так. Окрыленный мессианством Збигнев Бжезинский считал, что американская гегемония — хорошая новость для всего мира, так как США — самая богатая и демократическая страна в мире, а их мощь способствует стабильности на всей планете.

К Бжезинскому также прислушивались Билл Клинтон и его госсекретарь Мадлен Олбрайт (она была его ученицей). Он советовал им вступить в конфликт с сербами, которых считал пешками России на Балканах. Он выступал против войны в Ираке и входил в ближний круг кандидата, а затем и президента Обамы. В то же время он всячески критиковал Дональда Трампа, называл того изоляционистом и сторонником России. Об этом свидетельствует его «твит» от 9 февраля 2017 года: «У США все еще есть внешняя политика?»

Его идеи не пользовались признанием в научных кругах. Хотя Бжезинский поддерживал неоконсерватизм в том, что касается защиты прав человека и жесткого отношения к Москве, он отошел от него в вопросе Ближнего Востока. Так, например, он осуждал политику Израиля в отношении палестинцев и роль произраильских лобби в американской дипломатии. Как бы то ни было, его доктрина оказала серьезное влияние на подход администрации Обамы к украинскому вопросу. Бжезинский неизменно настаивал на жесткой политике санкций против России после аннексии Крыма весной 2014 года.

Однако предоставим слово Бжезинскому. В своем последнем «твите» от 4 мая он написал: «Легкое американское лидерство — необходимое условие стабильного миропорядка. Тем не менее нам все больше не хватает такого лидерства, а ситуация в мире не перестает ухудшаться».

США > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210793


Саудовская Аравия. Иран. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 15 июня 2017 > № 2210749

Саудо-иранское противостояние подпитывает ближневосточные несчастья

Ален Фрашон | Le Monde

В своей еженедельной колонке обозреватель Le Monde Ален Фрашон анализирует риски, сопряженные с изоляцией Катара и демонизацией Ирана Эр-Риядом.

21 мая в Эр-Рияде Саудовская Аравия и ее высокий гость Дональд Трамп публично возводят Иран в ранг врага номер один в регионе, ставя его в списке угроз выше ИГИЛ*, "Аль-Каиды"* и других джихадистов, говорится в статье.

5 июня снова Саудовская Аравия, глава арабского суннитского мира, подвергает карантину маленький соседний арабский эмират Катар из-за его симпатии к Ирану, передает автор.

7 июня в Тегеране двойной теракт сотрясает столицу Исламской Республики, продолжает автор.

"Какова связь между этими событиями, если не считать, что они сделали эту весну в Персидском заливе еще жарче, чем обычно? Пессимисты оценивают изоляцию Катара - разрыв дипломатических отношений, а также морское и воздушное бойкотирование - чуть ли не как военные действия, - рассуждает журналист. - А вдруг, сочтя себя под военной угрозой со стороны саудитов, разогретых Трампом, эмир Катара Тамим бин Хамад Аль Тани призовет на помощь иранцев?"

Это стало бы началом прямого - уже не опосредованного, через союзников - столкновения двух теократий, спорящих друг с другом за господство в регионе: Саудовской Аравии, с одной стороны, Исламской Республики Иран - с другой, полагает автор статьи.

"Они противоположны во всем. Это поединок персов против арабов, шиитов (миноритарной ветви ислама) против суннитов (мажоритарной ветви). В конечном счете он определит, кто будет главенствовать на Ближнем Востоке в XXI веке", - утверждает обозреватель.

"Тегеран всячески выдвигает на первый план свой статус регионального покровителя шиитов, чтобы оправдать расширение влияния Ирана вплоть до Средиземноморья. Он изображает из себя оплот борьбы с джихадистским безумием. Эр-Рияд, в свою очередь, свято придерживается своей роли суннитского гегемона в арабском мире", - говорится в статье.

"Российская позиция известна. Стараясь любыми путями поддерживать по возможности хорошие отношения с Эр-Риядом, Кремль делает ставку на Иран. И не без основания: Россия считает, что она подвергается опасности со стороны суннитского радикализма. Она поддерживает все более тесные отношения с Исламской Республикой. Россияне спасли режим Дамаска, один из опорных пунктов иранской экспансионистской политики в арабском мире. У Владимира Путина та же цель, что у Ирана: ослабить США на Ближнем Востоке", - утверждает Фрашон.

Дональд Трамп стопроцентно на стороне Эр-Рияда - соблюдая соглашение 2015 года по иранской ядерной программе. Обама проявлял большую осторожность в отношении саудитов - в частности, с учетом их роли в распространении той версии ислама, которая стала матрицей исламистского террора, говорится в статье.

"Совсем другое дело Трамп, обвиняющий Иран в том, что он в еще большей степени, чем джихадизм, является дестабилизирующей силой в регионе. 21 мая в Эр-Рияде он дал свое разрешение Мухаммеду бен Салману на священную войну против шиитско-персидского империалиста. Усиленный такой поддержкой саудовский дом решил приструнить гадкого утенка арабских эмиратов Персидского залива: Катар", - комментирует автор статьи.

"Единственно возможный консенсус в этом клубке противоречий: изгнать джихадистов ИГИЛ* из их укрепленного района в Ракке, в Сирии, и из Мосула, в Ираке. Чем и занимаются США заодно со своими союзниками на местах. Россия против этого не возражает, Иран тоже. Однако падение двух городов - это все пустяки. Ближневосточные несчастья подпитываются именно саудо-иранским противостоянием", - подытоживает обозреватель.

*"Исламское государство" (ИГИЛ), "Аль-Каида" - террористические группировки, запрещенные в РФ.

Саудовская Аравия. Иран. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 15 июня 2017 > № 2210749


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210720

Интеллектуальная история Джеймса Коми

Николас Шмидл (Nicholas Schmidle), The New Yorker, США

За три с лишним десятилетия до того как ФБР начало расследовать, был ли сговор между членами команды Дональда Трампа и российским государством, Джеймс Коми — недавно уволенный директор бюро — предсказал завоевание Америки Россией. Тогда он был старшекурсником Колледжа Вильгельма и Марии в Вирджинии и колумнистом студенческой газеты Flat Hat. Его колонки высмеивали все — от коррумпированных политиков до однокурсников, беспокоившихся о том, как будут жить после выпуска.

В колонке, вышедшей 4 декабря 1981 года, он пародировал миротворцев, призывавших покончить с холодной войной. «Пора остановиться и задуматься о ядерном Холокосте, — писал он. — Сомневаюсь, что многие из студентов нашли время думать о последствиях ядерного конфликта». Он предупреждал: университетский спортзал наверняка закроется, прервется студенческий турнир по баскетболу, перестанут снимать новые фильмы о жизни в кампусе. «Ставки слишком высоки, время загнало нас в угол. Мы должны пойти на одностороннее разоружение». Президент Рональд Рейган, писал Коми, должен направить советскому лидеру Леониду Брежневу «ноту о безоговорочной капитуляции».

Либералы, писал он, будут довольны советской оккупацией: «Национальную стрелковую ассоциацию смоют в канализацию, уровень преступности понизится, в здании Пентагона устроят торговый центр, а Джерри Фолуэлла (консервативный телевизионный проповедник, основатель популярной в 1980-х годах организации «Моральное большинство» — прим.ред.) подвергнут изощренным пыткам».

Сейчас Коми 56 лет. На четверг назначено его выступление в Сенате с показаниями о российском вмешательстве в выборы 2016 года. Скорее всего, ему зададут и вопросы о нескольких личных разговорах с Дональдом Трампом, произошедших до 9 мая, когда Трамп его уволил. Отношение Трампа к Коми за последний год то и дело менялось. В прошлом июле он пренебрежительно отзывался о «фальшивом расследовании» против Хиллари Клинтон, когда ей решили не предъявлять обвинение. В октябре Трамп похвалил Коми за «мужество», когда тот решил возобновить расследование. Этой весной президент на него рассердился — отчасти из-за нескольких неудобных разговоров, в ходе которых Коми отказался подтвердить свою лояльность.

14 февраля, после брифинга в Овальном кабинете на тему терроризма, Трамп попробовал припереть Коми к стенке. Накануне советник Трампа по национальной безопасности Майкл Флинн подал в отставку, и президент хотел, чтобы Коми прекратил дело против Флинна. «Надеюсь, вы видите, что теперь можете оставить Флинна в покое», — сказал Трамп, как утверждает Коми в заметках, опубликованных накануне сенатских слушаний. Однако Коми не закрыл дело. Конечно, из-за того, что Трамп продолжал встречаться с ним и обсуждать связанное с Россией расследование, Коми стал не только представителем бюро, но и своего рода свидетелем. Коми рассказал, что после январской встречи в Башне Трампа в Нью-Йорке он сразу же, сев в служебную машину, записал на своем ноутбуке содержание разговора. «С этого дня я каждый раз записывал наши разговоры с глазу на глаз с Трампом», — добавил он.

Коми рассказывал коллегам, что никогда не пытался выманить у Трампа признание в каких-то нарушениях. «Идти на встречу с главарем мафии со спрятанными под одеждой микрофонами и пытаться выудить признание — это совершенно не в стиле Джима», — сказал мне один из них. Но с точки зрения Коми, Трамп, общаясь с ним, постоянно переходил черту, за которой уже начинается препятствование расследованию. Судя по предварительно опубликованным заметкам Коми, его свидетельство в Сенате станет основой для юридических претензий, хотя и без открытого предъявления обвинений.

Коми, скорее всего, представит солидные подтверждения своих показаний. Высокопоставленный сотрудник разведки сказал о Коми: «Он любит публичные выступления. Он разделает политиков с их вопросами в пух и прах. Ему нравится сознавать, что он умнее их».

В октябре 2003 года на слушаниях по утверждению его назначения заместителем генерального прокурора Коми спросили, как он будет действовать, если столкнется с политически окрашенным делом, в котором будет фигурировать генеральный прокурор и не возьмет самоотвод. «Меня не интересует политика, — заявил он. — Меня интересует соблюдение закона». В статье о Коми, опубликованной в декабре в журнале New York, он очень туманно высказывается о своих политических взглядах. В молодости, говорит Коми, он был и коммунистом, и сторонником Рейгана. «Я даже не знаю, как мне охарактеризовать себя политически, — продолжает он. — Может быть, когда-нибудь мне придется с этим определиться».

В течение последнего года недоброжелатели Коми подвергали сомнению его действия и решения с точки зрения закона. Имел ли он право устраивать пресс-конференцию и объявлять о том, что ФБР обнаружило в деле об электронной почте Хиллари Клинтон? Должен ли он был за несколько дней до выборов отправлять в Конгресс письмо с извещением о том, что он возобновляет расследование? Почему он до выборов не известил избирателей, что ведется расследование о возможном сговоре избирательного штаба Трампа с враждебным иностранным государством? В то же время на моральные и интеллектуальные склонности Коми обращали мало внимания.

Несмотря на заявления Коми о том, что он не интересуется политикой, в течение многих лет он давал понять, что для него постоянно было важно. Его университетская дипломная работа называется «Христианство в политике», она посвящена вопросам власти и честности, и в центре ее — сравнение политической философии Райнхольда Нибура (американский протестантский теолог, экуменист, сторонник идей христианского социализма — прим.ред.) и Джерри Фолуэлла. Коми пришел к выводу, что Фолуэлл — корыстолюбец, склонный «нарушать конституционное разделение церкви и государства и злоупотреблять освобождением церкви от налогов». Коми отталкивала фолуэлловская лицемерная «защита добродетели». Нибура он считал интеллектуальным гигантом, «одним из величайших моральных и политических теологов мира». Он соглашался с Нибуром в том, что христианство — «основа политического порядка», в том, что жизнь, проведенная в подражании Христу, — это жизнь, которую определяет «невероятная норма любви», и в том, что это «дает политическим институтам огромные возможности».

В то же время, отмечал Коми, Нибур сознавал, что для политика опасно считать себя моральным эталоном. «Претензии на добродетель так же противны богу, как и претензии на власть», — сказал Нибур. В начале этого года Коми, выступая в Техасском университете, повторил предупреждение Нибура, сказав: «Джон Адамс однажды в письме к Томасу Джефферсону, в этой великой переписке, сказал: «Власть всегда думает, что у нее великая душа». Это огромная опасность — влюбиться в свою собственную добродетель».

Окончив университет, Коми продолжал высказывать свое мнение по политическим вопросам. В мае 1982 года он опубликовал в The New York Times письмо, в котором критиковал редакцию за то, что она осуждала сторонников движения «Право на жизнь» (движение противников абортов — прим.ред.) и предлагало федеральному правительству «оплачивать аборты через систему медицинского страхования». Коми не стал выражать свое личное отношение к абортам, но подчеркнул, что в историческом решении Верховного суда США по делу Роу против Уэйда (решение 1973 года, согласно которому женщина имеет право прервать беременность до того момента, когда плод станет способен существовать вне материнского организма — прим.ред.) «открыто сказано, что аборты находятся в сфере интересов государства и, следовательно, государство имеет право контролировать действия беременных женщин». Коми продолжал:

«Решение Верховного суда 1973 года по делу Роу против Уэйда дает всем женщинам право на аборт, но не гарантию реализации этого права. Многие права, которые есть у американцев, не включают такую гарантию. У нас есть право путешествовать, но не все могут позволить себе путешествия. Почему тогда вы не критикуете правительство за то, что оно дискриминирует бедных, не предоставляя им бесплатные авиабилеты? То же можно сказать и о многих факультативных медицинских процедурах. А аборт — именно факультативная процедура».

Через два года, когда Wall Street Journal приравняла права курильщиков к праву беременных женщин принимать лекарства против тошноты, Коми возражал: «Мы можем терпимо относиться к сигаретному дыму, потому что он угрожает лишь самому курильщику, но потенциальная опасность средств от тошноты касается не только беременной». Он отправил в The New York Times еще одно письмо, критиковавшее внесенное в законодательное собрание штата Нью-Йорк предложение обязать супермаркеты штата торговать местным вином. Такой закон, настаивал он, создал бы необоснованные преимущества для местной экономики. В 1980 году Коми голосовал за Джимми Картера, но его эволюция от демократа к республиканцу, стороннику Рейгана, очевидна.

Окончив в 1985 году юридический факультет Чикагского университета, Коми работал судебным клерком в Южном округе Нью-Йорка под началом судьи Джона Уокера-младшего, кузена будущего президента Джорджа Буша-старшего. Тогда он стал республиканцем. Впрочем, публично он заявлял, что не является сторонником ни одной из партий. В 1996 году он стал управляющим помощником генпрокурора по Восточному округу Ричмонда, штат Вирджиния. Вскоре он осуществил программу, в результате которой в городе удалось избавиться от нелегального оружия. Он подчеркивал, что его инициатива «полностью аполитична».

Коми оставался консерватором, но при двух следующих президентах сохранял некую ауру политической независимости. В марте 2004 года он стал исполняющим обязанности генпрокурора на время болезни Джона Эшкрофта. Когда Коми узнал, что АНБ запустило программу прослушивания на территории США без судебных решений — законность этой программы вызывала сомнения, — он сказал президенту Джорджу Бушу-младшему, что его советники «плохо работают». Готовясь подать из-за этого в отставку, он цитировал Мартина Лютера: «На этом я стою и не могу иначе». Отставка не потребовалась: Буш прислушался к его совету. В том же году Коми жестко критиковал прокурора штата Мэриленд Томаса ДиБьяджо, который перед выборами заставлял подчиненных выносить такие обвинительные заключения против демократов, которые попадали бы на первые полосы газет. По выражению Коми, ДиБьяджо позволил политике «запятнать» работу Минюста. Перед тем как Коми в 2005 году ушел из администрации Буша, он назначил специального прокурора для расследования утечки информации, которое, в конечном счете, привело к осуждению Скутера Либби, начальника аппарата вице-президента Дика Чейни (в 2003 году в нескольких изданиях появились публикации, в которых раскрывалось имя секретного агента ЦРУ Валери Плейм; это сочли местью администрации за позицию ее мужа, бывшего посла Джозефа Уилсона, который резко критиковал политику США в отношении Ирана — прим.ред.).

Через четыре года, как сообщается, Барак Обама рассматривал кандидатуру Коми на вакантное место в Верховном суде. После того как Коми в мае 2013 года стал директором ФБР, он несколько раз публично возражал администрации. Он заявил Конгрессу, что не видит причин, по которым выжившие при теракте в ливийском городе Бенгази не могут свидетельствовать на Капитолийском холме. Это шло вразрез с позицией Минюста, который утверждал, что публичное обсуждение поставило бы под угрозу уголовное расследование, которое вело ФБР. Сенатор Линдси Грэм, который активно продвигал предложение провести слушания по Бенгази на высоком уровне, сказал: «Я был очень доволен этими комментариями директора ФБР».

В 2014 году на форуме на юридическом факультете Чикагского университета Коми возражал Обаме и генпрокурору Эрику Холдеру, одобряя идею «эффекта Фергюсона». Согласно этой идее, уровень преступности в Америке возрастает отчасти из-за того, что возможности полиции ограничивают группы активистов, такие, как Black Lives Matter, которые с помощью видеозаписей документируют случаи насилия над гражданами. «В разных местах по всей Америке происходит нечто, что меня глубоко беспокоит, — сказал Коми. — Во многих американских городах убивают все больше людей, многие из них — темнокожие, и делают это вовсе не полицейские». Он продолжал: «Отчасти это объясняется тем ледяным ветром, который дует в сторону правоохранителей в последний год, и этот ветер, несомненно, изменяет их поведение. Разве в нынешнем мире YouTube полицейские не опасаются выходить из своих машин, чтобы выполнять свою работу по обузданию жестоких преступлений?» Amnesty International назвала заявление Коми «возмутительным».

Это был не первый раз, когда Коми наткнулся на препятствие, имея дело с расовой политикой. В 1980 году в Колледже Вильгельма и Марии он спровоцировал жаркие споры в кампусе, когда опубликовал в студенческой газете серию статей о том, как колледж старается увеличить количество принимаемых студентов из этнических меньшинств. Статьи были в основном сбалансированы, но в самом начале серии он отметил: «В колледже есть те, кто считает, что не нужно привлекать больше черных студентов, что он фактически осуществляет «крупномасштабную обратную расовую дискриминацию». Затем Коми процитировал профессора социологии Вернона Эдмондса, которого назвал «представителем группы социологов, которые верят в возможность генетически обусловленной интеллектуальной пропасти между расами. Эдмондс, как писал Коми, считал, что «поддержка групп, страдавших от дискриминации, — это бесплодные усилия, к которым относятся терпимо только потому, что в социальных вопросах чувства доминируют над наукой». В газету пришло множество писем с протестами. Профессора социологического факультета открестились от взглядов Эдмондса: «Мы считаем заявления профессора Эдмондса ни на чем не основанными, опрометчивыми и бестактными». Коми в ответ подчеркнул, что его статья была строго беспристрастной: «Я не согласен со взглядами профессора Эдмондса. Но он выразил их в разумной форме, и касаются они ключевого вопроса относительно поддержки меньшинств. Такие мнения, хотя их носители в колледже крайне немногочисленны, существуют и должны быть представлены в любом сбалансированном материале».

Претензия Коми на статус человека, свободного от политических наклонностей, подверглась самому сильному испытанию в ходе дела с электронной почтой Хиллари Клинтон. Когда двое высокопоставленных советников Коми впервые сказали ему, что секретные материалы были поставлены под угрозу раскрытия, Коми понял, что это ставит бюро в сомнительную ситуацию. Если агенты найдут достаточно свидетельств, чтобы предъявить Клинтон обвинение, половина страны будет в ярости, а если ничего найти не смогут, в бешенстве будет другая половина страны.

Коми знал о некоторых скандалах, связанных с Клинтонами. В 1990-х годах он недолго работал советником сенатской комиссии, расследовавшей дело Whitewater (дело о попытке Билла Клинтона, тогда губернатора Арканзаса, получить незаконные налоговые льготы, впоследствии закрытое за недостатком улик — прим.ред.). А в 2002 году, работая прокурором Манхэттена, Коми возглавлял расследование в связи с помилованием президентом Клинтоном сбежавшего бизнесмена Марка Рича, жена которого в 1998-2000 годах пожертвовала Библиотеке Клинтонов 450 тысяч долларов. Коми воспринял это помилование как личное оскорбление. В 1992 году он летал в Москву и Цюрих, пытаясь выманить Рича в США, где его ждал суд. Когда он узнал, что Клинтон помиловал Рича, возможно, за пожертвования на его избирательную кампанию, он сказал газете Richmond Times-Dispatch: «От этого просто дух захватывает».

За год расследования дела о почтовом сервере Клинтон агенты ФБР пришли к выводу, что свидетельства, которые доказали бы преступные намерения, вряд ли удастся найти. Коми провел пресс-конференцию, на которой сообщил, что дело против Клинтон закрыто, но — возможно, неуклюже пытаясь выглядеть беспристрастным, — пожурил ее за «крайне небрежное» обращение с электронной почтой. Луис ДиГрегорио, в то время агент ФБР, работавший в Нью-Йорке, был поражен этой пресс-конференцией, почувствовав, что она ставит ФБР в неудобное положение. «Мне плевать на вашингтонских политиков, — сказал он мне. — Мы редко делаем какие-либо публичные заявления о статусе наших расследований. Мы можем позвонить объекту расследования или его адвокату и сказать «мы над этим больше не работаем», но при этом всегда оставляем дверь открытой. Если свернуть с этого пути, назад уже не вернешься, а за все последствия придется платить».

После пресс-конференции издание Breitbart News устроило атаку на Коми, называя его «замаскированным либералом». Перед назначением в ФБР Коми работал главным юридическим советником компании Lockheed Martin. В одной статье в Breitbart говорилось, что он заработал 6 миллионов долларов в том самом году, когда Lockheed Martin сделала пожертвование в Фонд Клинтонов. Это, как утверждал автор статьи, означает, что Коми — часть вашингтонского «дружеского круга денежных мешков».

Во время избирательной кампании было очевидно, что политический раскол в стране коснулся и нью-йоркского отделения ФБР. «Там просто ненавидели Хиллари Клинтон», — сказал мне сотрудник федеральных правоохранительных органов (в ФБР больше 80% белых сотрудников, и в основном там работают мужчины). Телевизоры в офисах часто были включены на канале Fox News. ДиГрегорио назвал нью-йоркское отделение, как и ФБР в целом, «очень консервативным» и добавил: «Вы же не хотите, чтобы такой работой занимался Эбби Хоффман (известный в 1960-1970-х годах ультралевый активист, прославившийся провокативным поведением — прим.ред.). Бывший агент ФБР из Нью-Йорка Джеймс Чельстрем, выступая на радио, высмеивал Клинтонов как «криминальную семейку», а их фонд назвал «выгребной ямой» (Чельстрем — бывший морпех, его фонд «The Marine Corps-Law Enforcement Foundation» получил от Трампа чек на миллион долларов — прим.ред.).

В октябре Коми узнал, что агенты из нью-йоркского отделения обнаружили тысячи электронных писем Хиллари Клинтон в ноутбуке, изъятом у бывшего конгрессмена Энтони Вайнера, мужа вице-председателя штаба Клинтон Хумы Абедин. Коми провел совещание со своими помощниками. В нормальных условиях ФБР проводило бы такое расследование тайно; жизненная сила бюро в секретах, как однажды сказал Коми. Но, как рассказывают коллеги и знакомые Коми, его беспокоила возможность утечки в прессу из нью-йоркского офиса.

Так как в июле Коми объявил дело закрытым, он считал себя обязанным заявить о его возобновлении. Он боялся, что, если не сделает этого, а новость утечет в прессу от кого-то из многочисленных противников Клинтон в бюро, то может показаться, что Коми пытается ее защитить. Помощник Коми по национальной безопасности Майкл Штейнбах сказал The New York Times: «По моему мнению, тогда все шло к победе Клинтон. Это совершенно очевидно. Но что случилось бы после выборов, в ноябре или декабре? Как мы сказали бы американцам «мы тут нашли некоторые вещи, которые могут создать проблему, но мы вам об этом не говорили перед выборами»? Ущерб нашей организации мог бы быть непоправимым». Коми явно не так беспокоило то, что либералы в бюро могут устроить утечку, как то, что против штаба Трампа шло расследование в связи с возможным сговором с российским государством.

Слушания в Сенате Джеймса Коми 8 июня 2017 года

28 октября Коми направил в Конгресс письмо с сообщением о том, что он возобновляет дело о сервере. Документ практически моментально был опубликован. Бывший мэр Нью-Йорка Руди Джулиани на канале Fox News предположил, что внутренняя угроза, которую почувствовал Коми, реальна. «Слышал ли я об этом?— сказал Джулиани о находке в ноутбуке Вайнера. — Конечно слышал». Он добавил, что бывшие агенты бюро рассказали ему, что «в ФБР происходит революция, тут все кипит».

Через девять дней после того как Коми отправил письмо в Конгресс, бюро объявило, что письма, найденные в компьютере Вайнера, ничего не стоят. Но за это время американская пресса успела накинуться на эту тему, и преимущество Клинтон, согласно национальным опросам общественного мнения, существенно — и, возможно, фатально — уменьшилось.

Коми сказал, что не сожалеет об этом расследовании. Его показания в четверг, бесспорно, подчеркнут его убежденность в том, что он, независимо от того, что о нем говорят, беспристрастен и справедлив. В апреле кабельный телеканал USA Network показал первый эпизод документального фильма в шести частях «Внутри ФБР: Нью-Йорк». Коми, который разрешил съемочной группе работать в нью-йоркском офисе в течение года, в нескольких эпизодах сам появляется на экране. В сцене, врезанной из показанной телевидением версии, он говорит: «Мы никогда не бываем на чьей-то стороне. В поляризованном мире людям иногда трудно даже представить себе это».

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210720


Ливия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210719

Сейф аль-Ислам Каддафи: ошибка Хафтара — угроза для новой Ливии?

Al Modon, Ливан

Руководитель блока «Национального суверенитета» в Палате представителей Халифа ад-Дагари заявил, что время для освобождения Сейфа аль-Ислама Каддафи «неподходящее». Тем более, что это произошло после формирования комитета для диалога в парламенте для проведения переговоров с Высшим государственным советом о внесении поправок в Схиратские соглашения.

В интервью «Аль-Джазире» Ад-Дагари сообщил, что решение об освобождении не прошло через судебные органы, и Генеральный прокурор не выдал никакого решения по этому вопросу, тем самым нарушив законодательство страны.

Командир бригады «Абу Бакр ас-Сиддик» Аджми Уатара подтвердил, что решение об освобождении было приведено в исполнение на основе указа Министра юстиции Временного правительства. Заместитель министра сообщил на пресс-конференции, что решение об освобождении Каддафи было принято в соответствии с общим законом об амнистии.

Ливийский политолог Валид Иртима заявил, что освобождение Каддафи является кульминацией действий контрреволюционных сил во главе с Египтом и ОАЭ в Ливии, отметив, что батальон «Абу Бакр ас-Сиддик» известен поддержкой операции «Достоинство Ливии» во главе с генералом-майором Хафтаром, которому оказывают поддержку Каир и Абу-Даби.

Кроме того Иртима добавил, что освобождение Каддафи может вывести из игры генерала Хафтара, потому как многие сторонники прежнего режима предпочли бы работать с сыном Каддафи, так как некоторые видят в отставном генерале предателя покойного полковника Муаммара Каддафи.

Этот шаг был сделан для «удара по позициям» Хафтара. Президиум Правительства национального согласия пытается установить контроль в западных районах Ливии, в частности, ссылаясь на решение о назначении Усама Джували командующим западным военный округом, который противостоит операции «Достоинство Ливии» и ее лидеру Хафтару.

Бывший член «Политического диалога по Ливии» Ашраф аш-Шух увидел в освобождении Каддафи рост разногласий в лагере «Достоинства» в Зинтане, где находится командующий западным военным округа Идрис Мади, назначенный Хафтаром. Мади настаивал на выдаче сына Каддафи властям восточной Ливии, в то время как командир батальона «Абу Бакр ас-Сиддик» Аджми Уатара его освободил.

Аш-Шух подтвердил, что сыну Каддафи нужны деньги и время, чтобы начать руководить политическим процессом в Ливии, которые в настоящее время недоступны из-за текущих обстоятельств. А кроме того, он рискует попасть в ловушку, потому что он все еще находится в розыске Международного уголовного суда.

Батальон «Абу Бакр ас-Сиддик» объявил об освобождении Сейфа аль-Ислама Каддафи по решению Переходного правительства, образованного на востоке Ливии, которое раньше предлагало его помиловать.

Вслед за освобождением Каддафи, командующий Западным военным округом полковник Идрис Мади выпустил приказ о роспуске батальона «Абу Бакр ас-Сиддик». В предписании командирам батальона сообщается о переходе всего личного состава, техники и вооружения в распоряжение штаба округа.

Батальон «Абу Бакр ас-Сиддик», который является одной из вооруженных группировок контролирующих город Зинтан на юго-западе от Триполи, опубликовал на своей странице в Facebook заявление о том, Сейф аль-Ислам был выпущен на свободу в пятницу вечером, в соответствии с законом об общей амнистии, объявленной парламентом в Ливии. «Мы решили освободить Сейфа аль-Ислама. Он полностью свободен. Мы подтверждает, что он покинул город Зинтан после освобождения», — говорится в заявлении батальона. Он не был замечен в общественном месте до сих пор.

По сообщению BBC адвокат Халед аль-Зайди подтвердил известие об освобождении Каддафи, но отказался раскрыть его местопребывание, в то время как BBC ссылаясь на свои источники заявили, что Сейф аль-Ислам направился в Тобрук на востоке Ливии. Международный уголовный суд в Гааге отказался комментировать эту информацию, потому что Каддафи находится в розыске по обвинению в преступлениях против человечности.

Сейф аль-Ислам был освобожден в июле прошлого года по амнистии, объявленной ливийскими властями, которых не признают в восточной части страны. Но ливийское Правительство национального согласия быстро заявило, что эта амнистия не может быть применена к людям, обвиняемым в преступлениях против человечности, таким как Сейф аль-Ислам Каддафи, которому выдан международный ордер на арест и вынесен приговор о смертной казни в Триполи.

Ливийские власти на международном уровне оспаривают справедливость судебного процесса Международного уголовного суда над Сейф аль-Ислам Каддафи, который был арестован в ноябре 2011 года бойцами оппозиции в Зинтане.

Международный уголовный суд в 2011 году выдал ордер на арест Каддафи по обвинению в преступлениях против человечности. Он играл ключевую роль в реализации плана, разработанного его отцом и направленного на подавление народного восстания всеми средствами.

В июле 2015 года он был приговорен судом в Триполи к смертной казни за кровавое подавление восстания в 2011 году, которое было осуждено ООН и различными правозащитными организациями.

Несмотря на то, что Сейф аль-Ислам Каддафи не имел никакой официальной должности в Ливии, он неоднократно принимал участие в международных переговорах, в частности в обсуждении соглашений о компенсации семьям жертв взрыва самолета над Локерби и теракта 10 сентября 1989 года на самолете DC-10 рейса UTA-772 (взрыв над пустыней Тенере в Нигере — прим. ред.). Также он находился в центре внимания в истории с болгарскими медсестрами, которые были выпущены на свободу в июле 2007 года после того, как провели в ливийской тюрьме более восьми лет. В начале ливийской революции в феврале 2011 года Сейф аль-Ислам вел активную деятельность, пытаясь спасти диктаторский режим своего отца.

С другой стороны, военный и гражданский советы в Зинтане осудили решение об освобождении Каддафи под предлогом исполнения закона об амнистии, который не имеет отношения к юридическим процедурам. Они выпустили совместное заявление, о том, что те, кто освободил Сейфа аль-Ислама являются соучастниками преступлений, предателями крови мучеников и военного блока, к которому по их утверждению они принадлежат. А также они обвинили «Совет Зинтана» в помощи в освобождении Сейфа аль-Ислама. Ранее они заявили, что не несут ответственность за это решение.

Ливия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 15 июня 2017 > № 2210719


Афганистан. Германия > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 15 июня 2017 > № 2210637

Афганистан переживает новый кризис власти и находится на грани возврата к временам острых этнических противостояний между пуштунами и непуштунами. В Кабуле разбиты палаточные лагеря протестующих против афганского руководства.

По прошествии двух недель после крупного теракта в Кабуле возле посольства ФРГ и последовавшей за ним масштабной акции протеста против неспособности власти обеспечить безопасность, организованной в основном таджикскими и хазарейскими лидерами, а затем жесткого ее разгона силами безопасности (в ходе которого погиб один из таджикских лидеров. - Ред.); после похорон, снова омраченных сразу тремя терактами, авторитетные непуштунские деятели потребовали отставки руководителей силового блока. Прозвучали и заявления об отставке президента и правительства.

Абдулла Адбулла обещает расследование

В начале этой недели в ряде провинций Афганистана, например, в Герате и в Баглане, где высок процент непуштунского населения, прошли новые демонстрации протеста.

В непуштунской среде распространилась точка зрения, что силовики, разогнавшие демонстрацию 2 июня, - это пуштуны, и их действия, как и теракты на похоронах, направлены против активистов таджикской общины. По мнению тех, кто придерживается такой точки зрения, это - попытка продемонстрировать силу и изменить в свою пользу тот баланс между этническими группами, который сложился во властных структурах. А за этой попыткой стоит сам президент Ашраф Гани, представитель влиятельного пуштунского клана.

Премьер-министр Абдулла Абдулла, считающийся наивысшим представителем таджикской группы в правительстве Афганистана, пообещал провести независимое расследование того, что произошло в Кабуле, и подчеркнул, что не допустит давления каких-либо этнических и политических групп на ход этого расследования.

Как говорит немецкий эксперт по Афганистану Гюнтер Кнабе (Günter Knabe), противостояние между различными этническими группами никогда не исчезало, но в нынешней ситуации оно заметно обостряется. "Сейчас заявление Абдуллы Абдуллы звучит как обвинение пуштунов в желании монополизировать власть. Хотя противоречие было заложено уже тогда, когда после последних президентских выборов Ашраф Гани и Абдулла Абдулла вынуждены были под американским влиянием объединиться в тандем из президента и премьер-министра и собрать правительство национального единства", - продолжает он.

Детонатор - возвращение Хекматияра

В свою очередь сотрудник Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) Андрей Серенко считает главным детонатором нынешних событий в Кабуле возвращение влиятельного пуштуна Гульбеддина Хекматияра. После более чем десятилетней войны против правительства его "Исламская партия Афганистана" (ИПА) заключила с властями мирное соглашение, а сам он, после исключения его из списка террористов ООН, вернулся в страну и два месяца назад был с почетом принят президентом в Кабуле.

"Возвращение Хекматияра в легальную афганскую политику очень болезненно воспринято непуштунскими группами, и, в первую очередь, "Исламским обществом Афганистана" (ИОА), которое традиционно выражает интересы таджиков, и некоторых других групп. Сейчас Ашраф Гани заявил, что выборы в парламент непременно состоятся в нынешнем году, а Хекматияр намерен добиться на них такого успеха, чтобы претендовать на пост председателя парламента. Это стратегия на появление нового, пуштунского тандема во власти, где за спиной президента - сильная фигура, которая заявляет, что не позволит развалить государство и атаковать правительство", - поясняет российский эксперт.

При этом многочисленные пуштунские группы, действовавшие самостоятельно в легальном политическом поле, сейчас переориентировались и стали объединяться вокруг бывшего премьер-министра Хекматияра. По оценке Андрея Серенко, именно это стало причиной нынешнего политического кризиса.

Пуштуны хотят занять министерские посты

Гюнтер Кнабе обращает внимание на то, что Хекматияр после заключения мирного соглашение с правительством, потребовал, чтобы в различных министерствах посты были отданы сотням его сторонников из ИПА.

"По моим сведениям, реакцией на это во всех непуштунских группах стали серьезные консультации о том, как объединиться, чтобы не допустить получения пуштунами всех рычагов власти. Тем более, что за спиной афганских пуштунов стоит Пакистан, который хочет получить большее влияние на Афганистан. Поэтому опасения я считаю вполне обоснованными", - подчеркивает немецкий эксперт.

Таджикские группы традиционно разрознены, но сейчас там началась консолидация, отмечает и Андрей Серенко. По его словам, ИОА вынуждена, с одной стороны, вести агрессивную критику власти - вплоть до обращения к зарубежью с призывом не оказывать администрации Гани экономическую помощь, а, с другой - объединять свои ряды и стремиться захватить уличное пространство в Кабуле. "Попытка контролировать улицу - это важный элемент подготовки к парламентским выборам и к возможности оспорить неприятный для себя результат", - продолжает он. И хотя, по последним сведениям из афганской столицы, палаточная активность в Кабуле сворачивается, в любом случае заложником этого противостояния стал и небезупречный проект правительства национального единства, считает эксперт ЦИСА.

Афганские парламентские выборы как цель боевиков

Тем более, что претензии пуштунов на доминирование в стране демографически уже не совсем обоснованны. "Статистика не знает, кого сегодня сколько. Но то, что пуштуны более не доминируют по численности над другими этносами после потерь, связанных с войной, в первую очередь коснувшейся именно их, - это факт. Поэтому победу на выборах пуштунские группы могут получить не за счет числа, а благодаря организованной выборной кампании", - утверждает собеседник DW.

Он высказывает предположение, что нынешняя активизация групп боевиков "Талибана" и "Исламского государства" (ИГ) на севере Афганистана, в таджикских и узбекских районах, и, в частности, вблизи с границей с Таджикистаном, может быть связана с будущими выборами.

"Мы помним из предыдущих электоральных кампаний в Афганистане, что именно там, где начинается мощная боевая активность боевиков, люди не идут на выборы. В этом смысле нынешнее обострение там объективно выгодно пуштунам, и, возможно, это не столько угроза для примыкающих к афганскому северу стран Центральной Азии, сколько внутриполитический фактор", - рассуждает эксперт ЦИСА.

Новый Северный Альянс у границ Центральной Азии?

На этом фоне, продолжает он, объективно нынешний кризис ведет к возрождению в той или иной форме Северного Альянса (объединение ряда таджикских полевых командиров северного Афганистана, сформировавшееся в 1996 году. - Ред.), который в 1990-е годы служил буфером между афганским "Талибаном" и республиками Центральной Азии. "Думаю, что в новом союзе будут таджики, хазарейцы и узбеки. Идут активные переговоры между ИОА и "Национальным исламским движением Афганистана" (НИДА) узбекского лидера Дустума, хотя сам он уехал за границу", - сообщил DW Андрей Серенко.

Может ли консолидация и противостояние двух лагерей - пуштунского и непуштунского, обойтись без всплеска гражданской войны, наподобие той, которая развернулась между талибами и Северным Альянсом в 1990-е и так беспокоила Центральную Азию?

Гюнтер Кнабе говорит о наличии плана некоей конфедерации в Афганистане, где таджики, узбеки, хазарейцы и другие этнические группы, в основном поселившиеся к северу от Гиндукуша, будут объединены между собой, а пуштуны по другую сторону объединятся в пуштунскую часть конфедерации при сохранении целостности страны. "Об этом плане упоминают в различных кругах в Афганистане, а его авторство приписывают США. На мой взгляд, это сложный, зависящий от многих факторов, но не иллюзорный план", - полагает эксперт.

Афганистан. Германия > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 15 июня 2017 > № 2210637


Турция > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210633

Суд Анкары вынес первое судебное решение по делу о попытке переворота в июле прошлого года, приговорив 23 военных к пожизненному заключению, сообщает в четверг агентство Anadolu.

Осужденным были предъявлены обвинения в попытке изменения конституционного строя и насильственном удержании главы администрации президента Турции Фахри Касырги во время попытки переворота. Они были признаны виновными в том, что поместили Касыргу в машину скорой помощи и доставили его на авиабазу Акынджи, где находился штаб мятежников.

Из 26 обвиняемых 23 были приговорены к пожизненному заключению, двое были оправданы, а бывший командир полка президентской гвардии полковник Мухсин Кутси Барыш был приговорен к 12 годам тюремного заключения.

В ночь на 16 июля прошлого года в Турции группа мятежников совершила попытку военного переворота. Основное противостояние развернулось в Анкаре и Стамбуле. Погибли более 240 турецких граждан, более 2 тысяч человек получили ранения, мятеж был подавлен.

Власти Турции обвинили оппозиционного исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена в причастности к попытке переворота и потребовали от США его экстрадиции. Сам Гюлен осудил мятеж и заявил о своей непричастности.

Турция > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210633


ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210613

Власти переименовали одну из мечетей Абу-Даби, столицы Объединенных Арабских Эмиратов, в честь матери Иисуса Христа Марии, сообщает Newsweek.

"Название мечети "Мария, мать Иисуса", укрепит связи между последователями разных религий", — приводит издание слова шейха Мохаммеда бен Зайд аль-Нахайяна, наследного принца Абу-Даби, инициировавшего переименование.

За начинание принца уже поблагодарили государственный министр по вопросам толерантности шейха Лубна Аль-Касими и председатель Генеральной администрации по делам ислама и пожертвований Мухаммед Маттар Аль Кааби, а также старший капеллан англиканской церкви по соседству от мечети Канон Эндрю Томпсон, подчеркнувший, что он "в восторге от новостей".

"ОАЭ всегда были заинтересованы в терпимости и мирном сосуществовании, основанном на справедливости и братстве среди всех жителей страны", — заявил Кааби.

В феврале 2016 года в стране открыли Министерство толерантности наряду с Министерством счастья, чтобы "продвигать толерантность как фундаментальную ценность в обществе ОАЭ".

ОАЭ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210613


Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210612

Папа Римский Франциск написал предисловие к книге ганского кардинала Питера Тарксона о коррупции, его текст в четверг опубликовала газета il Corriere della Sera.

"Христиане, представители других религий и атеисты – мы должны объединиться, чтобы победить эту скверну, эту опухоль, которая портит наши жизни. Церковь не должна бояться очистить себя сама", — заявил понтифик в книге под названием "Коррозия", написанной главой ведомства Римской курии по человеческому развитию совместно с философом Витторио Альберти.

По мнению папы Франциска, коррупция способна "растворить" крепкие человеческие отношения и те основы общества, на которых оно держится: сосуществование и стремление к развитию.

"…Это самая страшная социальная рана, потому что она порождает серьезнейшие проблемы и преступления, которые касаются всех", — говорит папа. По его словам, коррупция это еще и оружие и наиболее понятный язык общения мафии и криминальных сообществ во всем мире, потому что она дает жизненные соки их "культуре смерти".

Главным "противоядием" для борьбы с коррупцией папа Франциск назвал красоту, но не "косметический аксессуар, а нечто, ставящее в центр человеческую личность, которая может поднять голову против всей несправедливости".

Ранее папа Римский Франциск неоднократно выступал с суровым обличением организованной преступности и терроризма, призывая продолжать трудную и опасную борьбу с этим социальным злом.

Александр Логунов.

Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210612


Турция. США > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210584

Президент Турции Тайип Эрдоган резко отреагировал на выдачу властями США ордеров на арест своих охранников, заявив, что Анкара будет бороться против этого политическими и юридическими методами.

Шеф полиции Вашингтона Питер Ньюзэм и мэр Мюриэль Боузер объявили в четверг на совместной пресс-конференции о том, что полиция выдала ордеры на арест охранников Эрдогана, которые участвовали в стычках с демонстрантами в американской столице. Шеф полиции призвал разыскиваемых прибыть в США и ответить по закону.

"Когда я находился в США, члены РПК (запрещенной в Турции Рабочей партии Курдистана и FETO (организации оппозиционного исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена) устроили акцию в 40-50 метрах от места, где я находился. А американская полиция ничего не предприняла. Если бы в Турции такое произошло, вы можете представить, что было бы? Вчера арестовали двух наших граждан, для 12 моих охранников они выпустили решение об аресте. Это что за закон? Если моя охрана не будет меня охранять, то зачем я везу ее в Америку?" — заявил Эрдоган, выступая в президентском дворце в Анкаре.

Он добавил, что Турция будет бороться против решения американских властей "политическими и правовыми методами".

Во время визита президента Турции в США в мае произошла стычка между его охранниками и участниками акции протеста возле резиденции посла Турции в Вашингтоне. Находившийся в американской столице Эрдоган, согласно видеозаписи с места инцидента, лично наблюдал за тем, как его охранники избивали демонстрантов. Госдепартамент выразил Турции протест. Анкара отвергла обвинения в свой адрес и заявила, что инцидент произошел из-за отказа властей США принять необходимые меры безопасности.

Турция. США > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210584


Россия. СКФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210576

Глава Чечни Рамзан Кадыров заявил на своей странице в Instagram, что республике нет ни одного факта межрелигиозной розни.

"Президент России Владимир Путин в ходе "Прямой линии", отвечая на вопрос о будущем Исаакиевского собора, напомнил, что после Октябрьской революции разрушили храмы, церкви, уничтожили священников. Это наиболее остро коснулось и Чечни, где были разрушены или превращены в склады и клубы все до единого мечети, расстреляны тысячи представителей духовенства. Хвала Аллаху те времена ушли в прошлое", — написал он.

Кадыров отметил, что благодаря деятельности президента в России созданы благоприятные условия для верующих. Он также подчеркнул, что в Чечне действуют более 1000 мечетей, Российский исламский институт имени шейха Кунта-Хаджи Кишиева, пять школ хафизов, 14 медресе, строятся православные храмы.

"В республике нет ни одного факта межрелигиозной розни", — подчеркнул Кадыров.

Ранее президент России Владимир Путин поддержал позицию Санкт-Петербургской митрополии, что Исаакиевский собор строился как храм, а потому должен храмом остаться. Президент заверил, что собор не утратит своих музейных функций и отметил, что Исаакий передается РПЦ не в собственность, а во временное пользование. При этом Путин призвал деполитизировать ситуацию вокруг собора.

Россия. СКФО > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210576


Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210568

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл регулярно видится с представителями научного сообщества, в последней встрече, состоявшейся 12 июня, не было ничего сенсационного и "жареного", заявил в четверг РИА Новости организатор встречи, первый зампредседателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Александр Щипков.

Ранее некоторые СМИ опубликовали информацию, что патриарх провел 12 июня якобы закрытую встречу с политологами и философами. Журналисты заявили, будто такая встреча была проведена впервые и по причине того, что "Церковь обеспокоена ростом критики со стороны общества".

"Патриарх прекрасно знаком с самыми разными представителями ученого мира. Говорить, что он впервые встретился с учеными, смешно… Это была очередная встреча с профессурой московских вузов. Патриарх интересуется тем, что происходит в обществе, культуре, науке… Непонятно, где в этом можно было найти сенсацию. Ничего "жареного" на встрече не обсуждали, о политике не говорили", — сказал Щипков.

По его словам, в ходе мероприятия обсуждали биотехнологии, вопросы традиции и идентичности, их роль в современном мире.

"И уж конечно, эта встреча не была ни закрытой, ни специальной… Мы не собирались это как-то в прессе освещать, так как здесь нет предмета освещения", — отметил собеседник агентства.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 15 июня 2017 > № 2210568


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 15 июня 2017 > № 2208653

Экс-аким СКО и два бизнесмена хотят стать сенаторами

Два бизнесмена составят конкуренцию бывшему акиму Северо-Казахстанской области в борьбе за сенаторское кресло

Экс-аким Северо-Казахстанской области Ерик Султанов выдвинул свою кандидатуру в депутаты сената парламента РК, передает корреспондент Sputnik Казахстан.

В Петропавловске состоялась встреча кандидата с депутатами маслихата. Депутаты обозначали главные проблемы региона, которые необходимо будет решать в случае избрания данного кандидата от Северо-Казахстанской области в верхнюю палату Парламента.

По данным избиркома, всего в предвыборную гонку вступило пять североказахстанцев. Однако, после регистрации двое сняли свои кандидатуры. В итоге за сенаторское кресло поборются госслужащий и два представителя бизнеса.

Помимо бывшего акима СКО еще двое кандидатов попытаются занять места в сенате — это Есжан Оразалин и Мейрам Мендыбаев. К слову, все трое – самовыдвиженцы, а средний возраст кандидатов — 55 лет.

Выборщиками являются депутаты Северо-Казахстанской области, всего их 215. Из них 31 – депутаты областного маслихата, 19 — городского маслихата и 165 — районного маслихата.

"Буквально недавно в нашем регионе бушевал паводок. Я считаю, что здесь нужно принять исчерпывающие меры по защите наших населенных пунктов от стихийных бедствий. В нашей области большинство жителей проживает в сельской местности, большая проблема в селах — это водообеспечение. По этому вопросу одобрен заем, думаю, что уже в этом году Исламский банк даст нам 80 миллионов долларов на решение проблем с водопроводом. Для областного центра критическая проблема — износ по тепловым, водопроводным, канализационным сетям. Этот вопрос не простой. Я главе государства докладывал, что износ у нас составляет 88%, за несколько лет эта цифра уменьшилась, сейчас износ составляет 72%. В случае выбора моей кандидатуры, по этим и другим важным вопросам я буду достойно представлять интересы нашего региона в сенате парламента", — рассказал Ерик Султанов на встрече.

Ремонт дорог, строительство домов, школ и детских садов, а также малочисленность населённых пунктов. Эти вопросы избиратели просят взять под особый контроль. Все пожелания Ерик Султанов подробно записал и пообещал их лоббировать уже на высшем уровне, если станет представлять область в парламенте РК. Свои предвыборные программы кандидаты представят во всех районах, а сами выборы пройдут 28 июня.

Напомним, в сенате парламента 47 депутатов, 15 из них назначает президент страны. 32 сенатора избираются на собрании выборщиков — депутатов маслихатов (местных органов представительной власти) по два человека от каждой области. По два человека избираются от каждого региона. Сейчас в верхней палате Северо-Казахстанскую область представляют Серик Билялов и Ольга Перепечина.

Ерик Султанов руководил Северо-Казахстанской областью с мая 2014 года по март 2017 года.

Источник - Sputnik

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 15 июня 2017 > № 2208653


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 15 июня 2017 > № 2208650

Акежан Кажегельдин и Ак-Орда: нужны ли они друг другу?

Автор: Мади АЛИМОВ

Бывший премьер-министр РК, а впоследствии оппозиционный политик и политэмигрант Акежан Кажегельдин недавно дал развернутое интервью немецкой медиакорпорации Deutshe Welle (DW), а «Новая газета - Казахстан» разместила расширенный вариант этой публикации, дополнив его собственными вопросами.

Мы решили проанализировать наиболее характерные фрагменты этого и прежних его интервью, чтобы понять, кем он был и кем мог стать в новейшей истории Казахстана.

Во всем отечественном политическом истеблишменте Акежан Кажегельдин всегда выглядел как самая «весовая» фигура после президента Нурсултана Назарбаева. Да, в Казахстане немало других достаточно авторитетных людей, хорошо зарекомендовавших себя в качестве крупных государственных менеджеров, но ближе всех к уровню, позволяющему хотя бы гипотетически конкурировать с Лидером нации, подобрался именно Акежан Магжанович. И дело здесь даже не в том, что он, став премьер-министром в самый сложный момент суверенной истории страны, сумел проявить себя человеком компетентным и одновременно способным жестко проводить свою линию. Причина в чем-то совершенно ином. Возможно, в некой харизме, присущей этому опальному политику. Хотя не факт, что если бы у нас сформировалась по-настоящему конкурентная политическая жизнь, Кажегельдин однозначно вышел бы на первые роли. Впрочем, это мы, видимо, уже никогда не узнаем.

Казалось бы, какой смысл сегодня, по прошествии стольких лет, ворошить старое? И впрямь, это было бы излишним, если бы не происходящие время от времени инсайдерские вбросы, что, дескать, не исключен вариант возвращения Кажегельдина в родные пенаты. Мало того, иногда он сам вроде бы без особого на то повода начинает проявлять явно бросающуюся в глаза информационную активность, высказываясь по самым злободневным вопросам казахстанской повестки дня. С чем это связано, сказать сложно, но как бы то ни было кое-какие из его пассажей последних лет наталкивают на некоторые раздумья.

Например, вот этот: «Меня сейчас власть сама по себе не интересует. Но если ко мне обратятся и скажут: «Мы нуждаемся в твоих знаниях. Давай помоги стране вырулить в этом направлении или в другом, я с большим удовольствием пойду и сделаю это…». Чем не конкретный месседж, имеющий целью поиск возможного компромисса с политическими оппонентами? Дескать, сколько лет прошло, чего еще нам делить-то? Я готов…

А вот еще один пассаж: «Я уже уходил из власти. Меня не выгоняли, я сам подал заявление. Я нахожу в этом огромное личное моральное удовлетворение. Да и потом, этот урок нужен моей семье, моим детям…». Интерпретировать сказанное можно по-разному, но базовый посыл прозрачен аки ясный день: я же сам ушел и особо не досаждал, а времени для осознания было более чем достаточно.

Не менее любопытен другой тезис: «Проблема моей страны заключается в том, что там политический процесс скукожился до действий одного человека. Это не вина моих сограждан… Мы все в этом виноваты… так сложилось, что мы все приложили к этому в свое время свою руку…». Вроде бы как сказано в старом ключе, но при этом человек предлагает признать меру своей ответственности всем тем, кто так или иначе был причастен к политическим процессам начала эпохи суверенности.

Чувствуется, что он не без удовольствия, но в то же время без особого бахвальства вспоминает период своего премьерства. И хотя тогда многим рядовым казахстанцам было не до жиру, возможно, следует признать, что три года его пребывания во главе правительства стали некой базой для рывка в «тучные» нулевые. Наверняка кто-то возразит, что этому в немалой степени способствовала нефтяная конъюнктура, но настолько ли все однозначно? Ни один экономический кризис не заканчивается в одночасье, поскольку для этого требуются длительный период поиска путей выхода из ситуации и соответствующие действия, которые не всегда бывают популярными. Более того, они, скорее, вызывают активное отторжение, а имена людей, их олицетворяющие, нередко становятся нарицательными. Так было в Польше с Л. Бальцеровичем, так было в России с Е. Гайдаром и А. Чубайсом. Правда, с небольшой оговоркой: Бальцеровича поляки, в конце концов, почти простили, а вот Гайдару с Чубайсом повезло меньше. Акежану Магжановичу в этом смысле вроде бы как подфартило, поскольку ему пришлось уехать в политическую эмиграцию, и вскоре его почти перестали вспоминать как одного из отцов «шоковой терапии» отечественного разлива.

При всех известных издержках того периода Кажегельдина все же можно было бы назвать достаточно успешным кризисным менеджером. Хотя бы потому, что он и его команда смогли сдвинуть с места воз экономических проблем суверенного Казахстана. И, вероятно, не возобладай политические амбиции тогдашней элиты над логикой здравого смысла, он вошел бы в историю Отечества как реформатор высокой пробы. Но, увы, история не признает сослагательного наклонения.

Теперь он из-за границы дает советы, что можно было бы сделать для выправления складывающейся ситуации, которая действительно не дает поводов для оптимизма. И, если честно, иногда посещает мысль, что мозги и энергия этого человека были бы нелишними – особенно когда видишь малоэффективные действия менеджеров дня сегодняшнего. Хотя последние находятся в гораздо более благоприятных условиях, нежели те, кому пришлось работать в трудные 1990-е.

При этом сегодняшний Кажегельдин старается избегать крайних оценок и резких характеристик в адрес своих оппонентов внутри страны. То есть он как бы показывает, что готов к компромиссу ради будущего страны. Но будет ли он понят, и примут ли его линию здесь? Вопрос далеко не праздный. Ведь ошибки лучше видны издалека, в том числе и собственные.

Аккумулировав достаточный опыт политической эмиграции, он, кажется, готов признать свои просчеты, но при этом старается донести до оппонентов важный для него тезис: никто не должен претендовать на свою перманентную правоту. Хотя бы потому, что не ошибается только тот, кто ничего не делает. А существующая власть тоже не бездействует. И тоже имеет право на свои ошибки.

Кажегельдин почти открытым текстом предлагает высшему политическому руководству страны объединить усилия, но на принципах соблюдения законов честной политической конкуренции. И это, по его мнению, самый верный способ выхода из сегодняшней ситуации. В противном случае — застой. А к чему он в итоге может привести, мы хорошо знаем на примере СССР. Отсутствие права выбора — это путь в никуда.

Политическая конкуренция подразумевает не только противостояние, но и умение находить взаимоприемлемые компромиссы. А иногда и готовность наступить на горло собственной песне ради высших интересов государства и общества (да простится нам некоторый пафос). Мировая политическая история знает немало примеров того, как непримиримые оппоненты садились за стол переговоров и становились союзниками. Пусть даже хотя бы временно.

Смогут ли наши элиты явить миру пример доброй воли и компромисса? Да, это непросто. Да, этого пока еще нет в наших политических традициях. Но ведь у нас раньше много чего не было такого, что теперь становится привычным.

Так, может быть, пришло время раздвинуть горизонты?

Комментарий в тему

Максим КАЗНАЧЕЕВ, политолог:

«Кажегельдин мог бы вернуться в страну в качестве политического пенсионера»

- Возможно ли, что Акежан Кажегельдин вернется в Казахстан?

- Версии о возможности возвращения Акежана Кажегельдина появляются с 2011 года. Однако на практике они оказываются лишь пробными информационными вбросами. Регулярность их появления может выступать индикатором заинтересованности Кажегельдина и его союзников в актуализации своего присутствия в информационном поле Казахстана. Кроме того, они могут использоваться для тестирования реакции президента Назарбаева на предмет возможной реабилитации Кажегельдина.

Есть существенное препятствие, затрудняющее его возвращение, – заочный судебный приговор от 2001 года, и это препятствие может быть преодолено только по личному поручению президента. При этом нужно учесть, что данное ограничение сохранится и при преемнике Назарбаева – с решением суда все равно нужно что-то делать.

В свое время Акежан Кажегельдин оказал определенную помощь официальной Астане в организации судебных исков к покойному Рахату Алиеву. А потому при определенных условиях может рассчитывать на смягчение отношения Нурсултана Назарбаева к своей персоне.

В качестве основных условий гипотетического возвращения могли бы фигурировать принесение публичных извинений действующему президенту, компенсация ущерба, зафиксированного в рамках уголовного дела, и отказ Акежана Кажегельдина от дальнейшей политической деятельности. Фактически Кажегельдин мог бы вернуться в страну в качестве политического пенсионера.

Готов ли экс-премьер отойти от политической деятельности ради возможности вернуться на родину? Регулярность вбросов о возможном возвращении может свидетельствовать о стремлении Кажегельдина договориться с Ак-Ордой.

- Если он все же вернется, то что может измениться в стране?

- Его возвращение возможно только в качестве политического пенсионера, а потому вряд ли стоит ожидать сколько-нибудь существенных изменений в стране. Сам факт гипотетического «прощения» может в PR-целях трактоваться властью как индикатор политической оттепели, использоваться для смягчения критики со стороны Запада относительно авторитарного характера действий власти.

Кроме того, возвращение в среднесрочной перспективе (накануне начала следующего избирательного цикла 2020-2021 годов) способно воздействовать на протестный электорат, фрагментировать его умеренно-оппозиционную часть.

Не исключено, что Кажегельдин может разыграть комбинацию временного «ухода» из политики, с тем, чтобы возобновить общественно-политическую деятельность при преемнике Назарбаева, не будучи связанным с ним политическими обязательствами. Однако возраст Кажегельдина накладывает на эту комбинацию существенные временные ограничения. Скорее, он может претендовать в период и после транзита на символический статус «патриарха оппозиции».

- Чем он, вообще, может быть полезен стране и обществу?

- За время почти двадцатилетнего отсутствия Кажегельдина в стране произошли большие изменения. Даже если отвлечься от возможных политических обязательств, которые ему придется дать ради возвращения, то следует признать, что он давно выпал из казахстанской политической повестки. Вряд ли возвращение Кажегельдина способно принести пользу стране в идейном, содержательном плане.

Для власти он может быть полезен в качестве инструмента пропаганды – причем как внутри страны, так и за ее пределами. Тем самым власть продемонстрирует свою готовность к компромиссу с ранее непримиримыми политическими оппонентами.

Еще один важный фактор, который нужно принять во внимание, - это недавняя активизация Мухтара Аблязова в информационном поле, его заявления о готовности мобилизовать один миллион протестующих против Ак-Орды. Сегодня Аблязов является наиболее одиозным раздражителем власти, хотя его возможности в плане воздействия на Казахстан существенно ограничены.

Кажегельдин может предложить себя либо может рассматриваться провластными политтехнологами как элемент игры на протестном поле Аблязова, как инструмент фрагментации оппозиционного поля. Тем самым нащупывается еще один канал его взаимодействия с Ак-Ордой. В качестве условия возвращения власть может выдвинуть перед Кажегельдиным требование активизировать работу против Аблязова и его сторонников. Однако нужно учесть, что желающих поработать на фрагментации протестных настроений более чем достаточно и без Кажегельдина. А потому власть всегда имеет возможность выбора – и скорее Кажегельдин заинтересован во власти, чем Ак-Орда в нем самом.

Подводя итог, можно сказать, что дискуссии вокруг возвращения Кажегельдина – это дискуссии о судьбе периферийного политического пенсионера, не оказывающего влияния на политические процессы в современном Казахстане.

***

Кажегельдин может предложить себя либо может рассматриваться провластными политтехнологами как элемент игры на протестном поле Аблязова, как инструмент фрагментации оппозиционного поля. Тем самым нащупывается еще один канал его взаимодействия с Ак-Ордой. В качестве условия возвращения власть может выдвинуть перед Кажегельдиным требование активизировать работу против Аблязова и его сторонников. Однако нужно учесть, что желающих поработать на фрагментации протестных настроений более чем достаточно и без Кажегельдина. А потому власть всегда имеет возможность выбора – и скорее Кажегельдин заинтересован во власти, чем Ак-Орда в нем самом.

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > camonitor.com, 15 июня 2017 > № 2208650


США. Китай > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220378

Смогут ли США переварить Китай?

Перспективы сотрудничества Китая и США. Что об этом думают в США

«Изменилось ли что-то в эволюции Китая и нужно ли Соединенным Штатам пересмотреть свою политику в регионе? На протяжении более 40 лет с момента исторических встреч Никсона и Мао в начале 1970-х годов политика США в отношении Китая была на удивление стабильной. От одной администрации к другой она выстраивалась на одних и тех же элементах: больше взаимодействия с Китаем; постоянное поощрение его модернизации и роста; прямое высказывание несогласия там, где сталкиваются экономические или политические интересы двух стран; и устойчивая вера в то, что враждебность в стиле холодной войны будет гораздо более разрушительной, чем партнерство — пусть даже сложное и несовершенное», — пишет публицист Джон Фаулз на страницах издания The Atlantic.

«Эта политика пережила сильное напряжение в отношениях: во время жестокого разгрома на площади Тяньаньмэнь в 1989 году, вступление Китая во Всемирную торговую организацию в 2001 году и огромный рост сальдо торгового баланса с Соединенными Штатами, а затем и во всем мире. Она пережила американские бомбардировки китайского посольства в Белграде в 1999 году, периодические решения президентов о продаже оружия Тайваню и встречи с далай-ламой, а также столкновения по поводу цензуры и прав человека.

Восемь президентов, которые с тех пор правили Соединенными Штатами Америки и находились в тесных отношениях с современным Китаем (от Никсона до Обамы), по существу, пользовались одной и той же методичкой. Но ситуация изменилась. В Китае 2016 года стало намного больше репрессий и контроля, чем в Китае пять или даже десять лет назад… Меня поражает общее согласие с этим — с доказательствами того, что страна ломает, закрывает… и всеми способами отказывается от курса, который сама же провозгласила 30 с лишним лет назад… Но работа с Китаем неизбежна, хоть и становится все труднее, и может стать еще сложнее.

И в словах, и в делах своих президенты США, начиная с Никсона, подчеркивали поддержку продолжения экономического роста Китая; из-за теории о том, что более богатый Китай — это лучшее решение для всех заинтересованных сторон, даже если это означает, что центр мировой экономики переместится в итоге туда. В одном из своих интервью с Atlantic Барак Обама сказал: «Я очень четко говорил, что мы больше боимся ослабленного, запуганного Китая, чем успешного и растущего».

Это была не просто вера в то, что если Китай станет богаче, он сразу превратится в либеральную демократию. Никто не знает, когда это произойдет и произойдет ли вообще, как и то, действительно ли Китай будет «процветать». Это предположение кочевало из года в год. Но расстояние между Китаем и другими развитыми странами сократилось бы, и Китаю стало бы легче справиться со всем этим, если бы больше путешественников и студентов, инвесторов и их семей могли бы иметь прямые связи с остальным миром. Многие могли бы отдыхать во Франции, учиться в Калифорнии или хотя бы свободно пользоваться интернетом. Время было на стороне углубления связей с китайскими институтами.

Китай 2010 года был бесспорно богаче и свободнее Китая 2005 года, который был богаче и свободнее Китая 2000 года… и так далее. Но теперь это не так.

Китайский интернет, всегда страдавший от цензуры, теперь еще более строго отделен от остального мира — и становиться все более отрезанным. Местные интернет-компании подвергаются еще большему контролю. Виртуальные частные сети и другие рабочие процессы перенесли все на десятилетие назад; академик, который изобрел систему интернет-контроля «Великий брандмауэр», даже хвастался, что использует шесть VPN [технология, позволяющая обеспечить анонимность IP], чтобы идти в ногу с иностранными событиями. Он теперь сам находится под правительственным давлением… «Это бесконечная игра в кошки-мышки», сказал мне недавно основатель калифорнийской компании VPN. «Мы создаем новый маршрут, и затем они замечают, что люди используют нас, и выясняют, как его заблокировать…»

Печатные и вещательные СМИ Китая всегда контролировались государством и были проправительственными. Но десять лет назад я слышал от ученых и партийных чиновников, что «разумная» критика прессы фактически имеет важную функцию предохранительного клапана, как и онлайн-комментарии — предупреждение правительства о появляющихся проблемных местах.

Политический климат потемнел. Китай переживает внутренние политические репрессии времен событий на площади Тяньаньмэнь…» Каждую неделю или две китайская пресса все более и более явно предупреждает общественность о том, что интересы партии и председателя Си Цзиньпина находятся на первом месте и ослушание недопустимо. Также недавно правительство запретило иностранные СМИ — то есть все средства массовой информации, находящиеся вне его прямого контроля. Публиковать что-либо в Китае без одобрения правительства нельзя. Было закрыто несколько изданий (в частности, бизнес-журнал Caixin и расположенная в Гуанчжоу газета Southern Weekend), которым в течение многих лет удавалось искусно пренебрегать государственным контролем.

В феврале прошлого года издание The Guardian писало о молодых китайских журналистах, которые осознали, что уже даже не пытаются сообщить о проблемах общества. «Быть журналистом уже не имеет смысла, — говорит человек, которого представили как «тридцатилетнего редактора» одной из ведущих новостных организаций Китая. — В последние годы свобода достигла своего самого низкого уровня в истории».

Как-то я был на встрече в Шанхае с группой 20-летних, идеалистически настроенных китайских «младореформаторов», которые рассказывали о своих далеко идущих планах и надеждах. Один студент хотел открыть клиники для трудящихся-мигрантов; другой — службу новостей в гангстерском стиле о несправедливости в городах; еще одна — центр прав женщин. Теперь я боюсь, что если эти ребята в конечном итоге и захотят реализовать свои мечты, делать они это будут вынуждены в какой-то другой стране.

Подавление гражданского общества. На протяжении всей коммунистической эпохи китайское государство подавляло рост организаций любых форм, кроме самой партии. Например, религиозная практика разрешена только пяти официально утвержденным религиям (буддизм, даосизм, ислам, католицизм и протестантизм), но разрешены только санкционированные государством храмы, мечети и церкви. То же самое и для профсоюзов (все партийные), а также НПО и любых других средств, с помощью которых люди могут общаться.

За последние пять лет гайки были закручены и тем, и другим. Церкви разбросаны по всей стране — «в рамках плана развития городов». Многие адвокаты-общественники теперь сидят в тюрьме… В 2016 году была опубликована статья Орвилла Шелла из Asia Society, в которой сравнивалась страна1 960-х годов и «Новый китайский террор». «Я в жизни не представлял себе, что увижу тот день, когда Китай снова вернется к своим маоистским корням, — сказал мне Шелл. — Я боюсь этого сейчас».

Экстерриториальность. Нынешние репрессии хуже еще и потому что китайские чиновники пытаются распространить их за пределы Китая. Все страны всегда пытались использовать экономическую мощь для продвижения политических или идеологических целей. Китай, например, экономически наказал Норвегию (бойкот импорта лосося) за «наглость» норвежского Нобелевского комитета, который присудил арестованному китайскими властями писателю Лю Сяобо Нобелевскую премию мира шесть лет назад. Недавно правительство также посадило в тюрьму и преследовало родственников активистов и диссидентов, покинувших страну, а также пыталось оказать давление на иностранные компании и организации — применить стандарты цензуры за пределами Китая. Два года назад американская фирма LinkedIn подверглась цензуре за критические сообщения о Китае, даже когда материалы размещались за его пределами. Их удаление было условием разрешения деятельности LinkedIn в стране. Твиттер в Китае по-прежнему запрещен.

Неудачная реформа. Самой известной частью программы Си Цзиньпина с момента ее принятия в ноябре 2012 года стала антикоррупционная кампания, рекламируемая как «чистка» — ее считают прелюдией к китайской версии капитализма. В течение многих десятилетий экономического бума китайской «фишкой» была своеобразная форма «эффективной коррупции» — обычное дело и в Японии, и в Южной Корее — особенно в годы послевоенного роста… По мере того как экономика Китая замедлялась, а новости об элите нового уровня распространялись, восприятие коррупции изнутри переосмыслялось: она перестала быть «необходимым злом» и стала «угрозой существованию страны».

Пусковым импульсом для начала абсолютного контроля над прессой стало откровение Дэвида Барбосы в 2012 году в The New York Times о том, что семья тогдашнего премьер-министра Вэнь Цзябао имела миллиарды долларов в секретных активах. Репутация Вэнь Цзябао в целом в то время была доброжелательной — он был чем-то вроде «социальной совести» Китая… Десятки старших должностных лиц тогда были заключены в тюрьму и отстранены от должности — им были предъявлены обвинения в коррупции, включая начальника государственной безопасности и высших чинов Народно-освободительной армии. Наказаны были также и десятки тысяч чиновников более низкого уровня; по всей стране миллионы людей были напуганы… многие одобряли эту часть программы. Но трудно отличить эти меры от «зачистки» политических соперников Си.

Жизнь на улицах китайских городов кажется обычной: свободной и торговой. Но национальная политика приобретает все большее значение, а политический климат темнеет. «Китай переживает наиболее устойчивые внутренние политические репрессии, сравнимые с событиями на площади Тяньаньмэнь», — написал в этом году Карл Минцнер, эксперт по китайскому законодательству из Университета Фордхэма. — Почти все, с кем я разговаривал, согласились с этим тезисом».

Ненависть к иностранцам. Недавно китайское правительство выпустило учебное видео, которое считалось бы грубо пропагандистским, даже если бы его сняло какое-то военно-информационное министерство в разгар Второй мировой войны. Оно называется «Опасная любовь» и предупреждает молодых китайских женщин о том, что может таиться за «сладкими разговорами иностранных студентов или профессоров: что, если этот красивый ученик на самом деле шпион?!» А The Wall Street Journal сообщило, что в государственных школах Китая появилась игра под названием «Spot the Spy!» — предназначенная для того, чтобы помочь детям обнаружить диверсантов в своих рядах.

Я говорил с главой некитайской софтверной компании, которая имеет 20-летний опыт продаж в китайских университетах и провинциальных правительствах. По его словам, в прошлом году клиенты начали сообщать ему, что вынуждены перейти на китайских поставщиков…

Весной китайское правительство заблокировало iTunes и приложение iBooks. Вскоре после этого Apple сообщила о первом снижении выручки за последние 13 лет, отчасти из-за резкого падения доходов от Китая. Борьба с Apple была скорее политической, а не сугубо коммерческой. Как показал анализ Variety, растущая популярность потокового видео на iPhone и других устройствах сделала сайты Apple важными источниками документальных фильмов и других материалов из внешнего мира.

Эффект распространился и за пределы технологий. Каждый год Американская торговая палата в Пекине изучает некитайские компании и деловой климат в Китае. В последнем опросе почти половина компаний сообщила о ровных или падающих доходах и ужесточении условий ведения бизнеса. Три четверти сказали, что «иностранные предприятия в Китае приветствуются меньше, чем раньше».

Военные. Это самый распространенный аспект в меняющихся отношениях. Китай имеет сухопутные границы с более чем дюжиной стран и связан Восточным и Южно-Китайским морями еще с полудюжиной. На данный момент существуют территориальные споры со многими из них, все они из-за морских границ: из-за недавней программы «островного строительства» и настаивания на расширении прав относительно военного размещения, рыболовства и добычи полезных ископаемых в регионе. В июле международный трибунал в Гааге вынес решение в пользу Филиппин — против Китая — в споре о претензиях Китая в Южно-Китайском море. Обе стороны, похоже, отказались от конфронтации в открытом море, но основные разногласия остаются. «Им удалось оттолкнуть или запугать многих некогда доброжелательных соседей, тем самым излишне увеличивая напряженность в регионе, — говорит Орвилл Шелл. — Единственными исключениями являются Владимир Путин и Родриго Дутерте».

Это все из-за Си Цзиньпина? Удобно связать изменения в китайской политике с изменением в руководстве: от осторожного, приземленного Ху Цзиньтао до яркого, доминирующего Си Цзиньпина. Но, по большому счету, изменения начались еще до начала срока Си.

«Было бы ошибкой рассматривать недавние действия Китая в первую очередь как результат действий агрессивного лидера», — пишет Джеффри Бадер, эксперт по вопросам национальной безопасности при первом сроке Обамы. «Военное наращивание, настойчивое поведение в Южном и Восточно-Китайском море… политические репрессии и отказ в основных правах», — по мнению Бадера, все это предшествовало правлению Си. Эти изменения чаще всего связывают с тем, что китайское руководство «осмелело» после мирового финансового краха 2008 года.

Появилась мысль о том, что, возможно, час Китая наконец-то пробил. Финансовый кризис начался в Америке после пяти лет катастрофической ближневосточной войны… В то время я жил в Пекине и не мог пропустить мимо ушей тон заявлений государственных СМИ и правительственных чиновников — о том, что рост и упадок империй происходит быстрее, чем кто-либо мог предвидеть. «Кризис сделал китайское руководство намного увереннее, в том числе и за границей, но еще больше в Китае начали беспокоиться и нервничать из-за того, что может произойти с их собственной экономикой дома, — сказал мне один иностранный академик, который не захотел, чтобы его называли. — Сочетание высокомерности за границей и паранойи дома — это наименее желательное сочетание из всех…»

Но парадоксальное сочетание ненадежности и агрессивности прижилось не только в Китае. В политике Соединенных Штатах тоже слишком много таких примеров. Этот парадокс… соответствовал и тому, что рассказывали мне о самом Си как о лидере: чем большую неопределенность он чувствует в дипломатическом и экономическом положении Китая в мире и чем больше ворчания он слышит о «закручивании гаек», тем более решительно он, скорее всего, будет действовать. «Си — слабый человек, который хочет выглядеть сильным, — сказал мне пожилой иностранный бизнесмен, который много лет работал в Китае. — Он сын знаменитого отца [Си Чжунсюня, который сражался вместе с Мао, был партизаном и стал важным коммунистическим лидером] и хочет доказать, что достоин имени. Как мы наблюдали в других культурах, это может быть опасной смесью». Десять лет назад, когда я посетил оборонный аналитический центр в Пекине, я был поражен, увидев гигантскую настенную карту, на которой были размещены лагеря и военные базы США — по всем китайским границам, кроме одной: граничащей с Россией. Я понял, что это наглядное восприятие китайцами военной угрозы США; это отражало довольно распространенное подозрение, что Соединенные Штаты хотят, чтобы Китай занемог, угрожают его росту и не хотят видеть его успех. Однако почти никто из тех, с кем я говорил недавно [в США], не рассматривает реальную возможность войны между Китаем и Соединенными Штатами или любым из его союзников, включая часто обсуждаемый сценарий непреднамеренной морской или воздушной встречи в Южно-Китайском море. В течение последних нескольких лет военнослужащие США (ВМФ) приглашали своих собратьев из Народно-освободительной армии на собрания, конференции и учения, чтобы хоть как-то уменьшить риск войны, снизив вероятность просчетов и столкновений. «Военно-морские силы на самом деле очень подходят для деэскалации и управления направлением движения друг друга», — сказал мне один из старших офицеров ВМС США.

Озабоченность по поводу растущей агрессии Китая на международной арене связана не с опаской повторения сценария с Советским Союзом… Это скорее станет препятствием, а не преимуществом для многих экономических и стратегических проектов, которые сами Соединенные Штаты хотели бы продвигать. Клептократия, «правила от первого лица» и власть иногда, кажется, определяет свои интересы таким образом, чтобы поддержать все, что может помешать Соединенным Штатам. — Настоящий противник, а не просто сложный партнер. Сейчас Китай бросает вызов, становится все более репрессивен, но ситуация может ухудшиться. И это не говоря о давлении на собственный народ, а также об ограниченности в академических, научных, коммерческих и культурных достижениях, в связи с отрезанностью от остального мира.

Что с этим сделать? Президент может оказаться в затруднительном положении, которое часто называют «Фукидидова ловушка». Эта концепция была популяризирована политологом из Гарварда Грэмом Эллисоном. Его предпосылка заключается в том, что и сейчас, как и 2500 лет назад (со времен Пелопоннесской войны), растущие силы (например, Афины или Китай) и действующие (например, Спарта или Соединенные Штаты), как правило, ввязываются в смертельную битву главным образом потому, что каждый из них не может устоять перед соблазном поиграть на худших опасениях другого. «Когда растущая держава угрожает вытеснить правящую, стандартные кризисы, которые могли бы, например, вылиться в убийство эрцгерцога в 1914 году, могут инициировать каскад реакций, способных привести к таким результатам, которые ни одна из сторон никогда бы для себя не избрала», — писал Эллисон в своем эссе в The Atlantic.

Ни один здравомыслящий американский лидер не выберет конфронтацию с Китаем. Не существует другого рационального варианта, кроме как продолжать пытаться сделать все возможное для этих отношений. Сотрудничество двух стран в области климата и энергетики — это главное, что дает остальному миру хотя бы слабую надежду на прогресс… Без поддержки Китая (и России) сделка по контролю над ядерной программой Ирана, например, была бы невозможна.

Экономики Китая и США все больше переплетаются; университеты США зависят от китайских студентов, которые платят полную сумму за обучение; культура каждой из стран воздействует на другую…

Соединенные Штаты в меньшей степени смогут реализовать свой потенциал, если больше не смогут сотрудничать с Китаем. Но, возможно, необходимо изменить условия. «Я лично и многие другие, кто потратил свою жизнь, пытаясь понять Китай, чувствовали беспокойство по поводу изменений в его внутреннем и внешнем поведении, и мы не уверены в том, как именно США должны реагировать», — говорит Сюзан Ширк, глава китайского политического центра в Калифорнийском университете в Сан-Диего. Ширк и Орвилл Шелл собрали двухпартийную целевую группу по политике США в отношении Китая, состоящую почти из двух десятков ученых и «ветеранов» недавних республиканских и демократических администраций. Планируется представить президенту доклад, изучив различные варианты, если поведение Китая действительно ухудшится.

Работа этой группы все еще ведется, некоторые взгляды широко распространены и предлагают разные рекомендации относительно китайской политики. Включая и такие: правильно выбирайте битвы. Море вокруг Китая становилось площадкой самых нервных реакций Китая. Благодаря географии, истории и национальной психологии оно может быть неправильным местом для широко освещаемых [американских] «маневров».

Майкл Пилсбери — аналитик, которого обычно считают ястребом, предложил такое объяснение. В статье, озаглавленной «Шестнадцать страхов: стратегическая психология Китая», он еще в 2012 году утверждал, что те самые шаги, с помощью которых Соединенные Штаты могут попытаться продемонстрировать решимость и присутствие в регионе, скорее всего, вызовут враждебный ответ Китая. Например, первыми тремя пунктами в его списке были «страх перед островной блокадой», «страх потерять морские ресурсы» и «боязнь удушения морских линий связи».

«Страх перед удушением морских линий связи» (список сопоставимых страхов США начнется со «страха внезапного нападения»: Перл-Харбор или 9/11 и «страх перед национальным упадком»). Таким образом, то, что США посчитали бы усилиями по восстановлению нормы — расстановкой сил до Си Цзиньпина в этом районе — может стать причиной попадания в Фукидидову ловушку и стать «выяснением отношений» по поводу престижа, политических ценностей и положения в мире вообще.

«Я действительно думаю, что мы рискуем переоценить себя в отношении Южно-Китайского моря, как это было с кубинским ракетным кризисом, — сказала мне Сьюзан Ширк. — Это не кубинский ракетный кризис. Интересы США ограничены, и нам не просто придется сделать что-то, чтобы обеспечить «доверие».

Обеспокоенность по поводу долгосрочной и краткосрочной перспективы. Многим стратегический выбор китайского руководства в эпоху Си кажется опрометчивым, чрезмерным и в конечном счете обреченным на провал. Очевидно, что Китай — это не единственная страна, которая когда-либо просчитывалась таким образом. Нынешние репрессии в Китае и агрессия за рубежом могут нанести стране столько вреда, что ее собственные лидеры, наконец, выберут другой курс.

Внутри страны основной угрозой для высокотехнологичных, высокоинтеллектуальных амбиций Китая является растущее давление Си Цзиньпина. Университеты Китая всегда будут второстепенными, если они будут ограничены только китайским интернетом. Его инвестиционный климат будет ограничен, пока правительство манипулирует финансовыми рынками. «Их политическая модель абсолютно не привлекательна, даже для собственного народа», — сказал мне Час Фримен. Фримен был послом США в Саудовской Аравии при Буше, но, будучи молодым офицером Госдепартамента, служил переводчиком во время первых встреч Ричарда Никсона в Пекине. «Это система sui generis, которую никто не копирует», — говорит он.

Почти все, с кем я говорил, соглашались с тем, что подобные «перегибы» Китая породили зловещие последствия, которые не скрасит никакая «добрая воля» благотворительной помощи Китая и Институты Конфуция, которые преподают китайский язык и развивают китайскую культуру по всему миру.

США должны сосредоточиться на наступающем «трудном времени», которое может длиться годами или десятилетиями, и не нужно паниковать, думая о том, что история теперь, похоже, способствует репрессивной китайской модели управления. «Стратегия Китая самопровозглашенная, это правда, — сказал мне директор национальной разведки США. — Но я боюсь, что этого недостаточно, чтобы дискомфорт стал достаточно быстро очевиден для людей и им стало важно что-то изменить. И для Китая, и для США такое отставание, подобная петля обратной связи — это проблема».

Формирование выбора Китая. Какой инструмент Соединенные Штаты могли бы использовать, чтобы изменить поведение Китая? Сложность состоит еще и в том, что США и Китай стали настолько переплетены экономически и так конструктивно сотрудничают в ряде научных, экологических, академических и даже дипломатических сфер, что почти любая мера, которая «накажет» Китай, обязательно отзовется ущербом для самих Соединенных Штатов и большей части остального мира. Самый простой пример: когда Дональда Трампа спросили, как США должны реагировать на различные китайские «излишества», он сказал, что если «мы порвем [экономические] отношения с Китаем, Китай быстро падет». Конечно, но то же будет и со всеми остальными, учитывая повсеместную интеграцию Китая в цепочку поставок США, большие инвестиции в рынки недвижимости США и в финансовые рынки. Причина, по которой меры будут иметь неприятные последствия, заключается не в том, что Китай «контролирует» Соединенные Штаты, как боятся многие американцы. Проблема в том, что две экономики в настоящее время являются частью одного большого целого. Но после публичного поругания Китая нет никаких свидетельств того, что он изменит свое поведение; и что это, наоборот, не приведет к обратному эффекту.

Есть и другой вариант. Может сработать стратегия, которую один из послов одной из западных стран в Китае назвал «формированием реальности таким образом, чтобы сделать ее неприемлемой для Китая и сохранить нынешний [западный] курс«…Правительство США может найти способы усложнить жизнь китайских компаний… С помощью препятствий для инвестиций? С помощью сдвигов в визовой политике для влиятельных китайских семей и чиновников? — Обама мог оставить выбор средств на усмотрение/воображение Си. Это не было чем-то конкретным, это не было прямой угрозой, и это было не публично, но разговор Обамы, по-видимому, был эффективным…

У Соединенных Штатов нет рычагов везде, где они хотят. Но они по-прежнему являются более сильным партнером, с более развитой экономикой, несравненно более мощными в военном отношении и со значительно более совершенной сетью союзов. И они могут использовать их для формирования реалий, в которых Китаю только предстоит выбирать свой будущий курс», — пишет Джеймс Фаулз на страницах The Atlantic.

Александр Белов

США. Китай > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220378


Израиль. Турция > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220349

Можно ли доверять Турции? Опыт Израиля

Сотрудничество на базе недоверия с Турцией

Многие осведомленные и сведущие в Израиле признают сегодня, что новая попытка сближения с Турцией не принесла ни радости, ни пользы. Об этом говорят открыто не только авторитетный востоковед Гай Бехор, но и бывший министр обороны Израиля Моше Яалон. А с ними — грозно рычащий при упоминании Турции министр обороны Авигдор Либерман.

Все они убеждены в том, что интересы Израиля и Турции настолько противонаправлены, что коса найдет в них на камень неотвратимо. Причина тому — геополитические разногласия по многим сущностным положениям ближневосточного бытия.

Если вы спросите турецких политиков о первой и главной угрозе, то они сразу заговорят о курдской проблеме. Внутри самой Турции бои в курдских районах продолжаются изо дня в день. Большая часть сепаратистов связана в той или степени с Курдской рабочей партией, осуществляющей диверсии и в крупных городах страны. Никто не знает точного числа убитых и насильственно перемещенных, но речь идет о множестве десятков тысяч за последние годы.

Израиль же традиционно поддерживает курдов. Он был первой страной, признавшей независимость Курдистана на территории Ирака. Еще в далекие шестидесятые годы Израиль был главным союзником легендарного Мустафы Барзани. И никто не удивился, когда начала просачиваться информация о том, что именно Израиль поддержал иракских курдов, когда те начали оказывать жесткое сопротивление «Исламскому государству» (организация запрещена в России). Самым сильным лидером курдов в Ираке считается сын отважного Мустафы Барзани, Масуд.

Даже самые яснозреющие знатоки затрудняются в точном определении умонастроя курдов в разных странах Ближнего Востока. Если Курдская рабочая партия имеет марксистские и советские истоки, а с ней и курдские ополченцы в Сирии, то в Ираке их братья скорее склоняются к союзничеству с США и готовы к деловым отношениям с Турцией. В Иране те же курды настроены на собственные проблемы и имеют собственное мнение о будущем региона. Но всех их объяединяет стремление к созданию собственного независимого государства. Сорок миллионов людей, коренной ближневосточный народ, но без государства.

Израиль никогда не поддерживал курдских боевиков, воюющих против турецкого гнета (в отличие от Турции, активно поддерживающей ХАМАС), однако особые отношения Иерусалима с этим самостийным по натуре народом в целом вызывают понятное недовольство Анкары.

Интересы двух стран немало разнятся и в Сирии. Турция стремится к устранению режима Асада вместе со всеми суннитскими силами и «Братьями-мусульманами» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в их среде. Израиль взаимодействует с повстанцами, контролирующими территорию возле его границы. Он также смотрит с опаской на возможное укрепление позиций Ирана и «Хезболлы». Тем не менее в Иерусалиме образовалось явное большинство в правительстве, желающее продолжения пребывания Асада в президентском кресле.

Не менее важным фактором в отношениях с Турцией сегодня является личность Эрдогана. Помнится, как Башар Асад доверился ему и гордился личной дружбой. А потом они стали злейшими врагами.

Кстати, мало кто знает и понимает, почему и зачем Израиль и Турция дошли до опасного накала враждебности. Еще десять лет назад премьер-министр Эхуд Ольмерт нашептывал Эрдогану о мире и даже согласился на его посредничество в переговорах с Сирией и палестинскими арабами. Атмосфера доверия и дружбы подкреплялась изысканным гостеприимством.

И чем крепче душевная привязанность, тем кипучей — свирепость Эрдогана. В декабре 2008 года Израиль зашел в сектор Газы для зачистки террористов в ходе операции «Литой свинец» после тяжелого обстрела собственной территории ракетами и минометными снарядами. Действия Израиля были вегетерианскими по сравнению с практикой Турции в местах курдского сопротивления. Однако гневу Эрдогана не было предела. С ним не посоветовались! Ему не сообщили заранее!

А дальше шло по нарастающей, вплоть до кровавой провокации на судне «Мави Мармара». Но стоило Эрдогану почувствовать, что Израиль всерьез взвешивает возможность поддержки курдских боевиков на турецкой территории, как к диалогу с Израилем были привлечены умеренные и гостеприимные, напоминавшие об общности в борьбе с терроризмом и о возможных перспективах военного сотрудничества. А затем и гамбит Обамы в этом направлении.

Возможно, Израиль ошибся в своих шагах навстречу Турции полтора года назад. Однако последние огнедышащие антиизраильские речи Эрдогана уже никого не удивили. Если он начинает с кем-то сближаться, то потом становится его врагом. Так было с Мустафой Гюленом и с Башаром Асадом. Нечто похожее случилось и в отношениях с Россией два года назад.

Тем не менее сильное региональное положение Турции неоспоримо. Ее экономические возможности могут служить примером для Ирана и других мусульманских стран Ближнего Востока. Очевидная военная немощь Турции, отмечаемая в Сирии, не отменяет ее значимости.

Разумеется, выстраивание отношений с Турцией важно для Израиля, как оно важно и для России. Но учит опыт прошлого, что опаснее всего излишнее сближение. «И не доверяй соседу этому никогда, аки он не доверяет тебе».

Авигдор Эскин

Израиль. Турция > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220349


США. Катар. Китай. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220287

Катар на Панаму: как США и Китай разменивают сферы влияния

Игра по-крупному

Международный кризис вокруг Катара обнажает реальные интересы США и Китая в Иране. Причем Вашингтон и Пекин играют «в две руки». С одной стороны, давление оказывает Белый дом, обвиняя Доху в поддержке террористических организаций, что на фоне атак боевиков в Тегеране и откровенных угроз Эр-Рияда выглядит как минимум однобоко. А с другой — китайская COSCO (China Ocean Shipping Company), которая специализируется на морских перевозках, приостанавливает с 7 июня с.г. транспортное сообщение с Дохой. Примечателен сам выбор даты, поскольку именно 7 июня столица ИРИ подверглась двойному теракту. Аналогичную позицию по катарскому кризису заняли тайваньская Evergreen и гонконгская OOCL. Из лидеров отрасли постоянство демонстрирует лишь датская транспортная корпорация Maersk, которая объявила о том, что продолжит контейнерные перевозки с Катаром, правда, через оманский порт Салала (Salalah).

Так компания планирует избежать санкций и штрафов со стороны Саудовской Аравии и её союзников из стран Персидского залива. Хотя на позиции Maersk саудовцы вряд ли бы покусились. Речь идёт о представителях европейской финансовой аристократии, которые связаны многолетними политическими узами с Соединёнными Штатами: не случайно Арнольд Мерск Маккинни Мёллер, сын основателя Maersk, до своей кончины в 2012 году был постоянным участником закрытых сессий Бильдербергского клуба, где заседал с американским банкиром Дэвидом Рокфеллером, принцем Хенриком Датским, экс-министром финансов и иностранных дел Дании Могенсом Люккетофтом, бывшим госсекретарем США Генри Киссинджером и другими лоббистами трансатлантической интеграции. Что тогда получил Китай от катарской истории?

12 июня, то есть в день, когда Пекин объявил о бойкоте морских перевозок из эмирата, Панама и КНР официально объявили об установлении дипломатических отношений. Президент Панамы Хуан Карлос Варела торжественно заявил, что сотрудничество двух стран идёт на пользу экономическому и социальному развитию Панамы, передает агентство «Синьхуа». Историю двусторонних контактов глава государства отсчитывает с 1854 года, когда в Панаму прибыла первая группа китайских иммигрантов, которые построили железную дорогу вдоль перешейка. Более того, китайский перевозчик COSCO (который приостановил бизнес с Катаром — С.Ц.), по словам Варелы, оказался первой иностранной компанией, направившей 26 июня 2016 года своё судно по расширенному Панамскому каналу. Обращает на себя внимание тот факт, что панамская декларация прозвучала одновременно с разрывом дипломатических отношений между карибской республикой и Тайванем. Президент Варела объяснил политический демарш довольно спокойно, сославшись на то, что Китай — второй по величине грузоотправитель в зоне Панамского канала. «Я убежден, что это правильный путь для нашей страны», — заявил политик в телеобращении к нации. Интересно, не так ли? То есть Пекин сознательно сдаёт экономические позиции в зоне Персидского залива ради усиления позиций в Карибском бассейне.

Фактически Вашингтон продолжает курс администрации Барака Обамы на расширение Панамского канала. Правда, во главе с Китаем, а не с США. Ведь ещё в мае 2016 года, когда Белым домом правила Демократическая партия, китайская Landbridge Group приобрела крупнейший порт Панамы, расположенный на острове Маргарита, где действует зона свободной торговли (Colón Free Trade Zone). Правительственная «Жэньминь жибао» воспевала «сделку века»: «После расширения Панамского канала новое поколение крупных контейнеровозов сможет сократить расстояния для транспортировки, а также экономить время и деньги. Это будет способствовать облегчению торговли между Южной Америкой и азиатскими странами, повысит эффективность торговли и перевозок между Китаем и восточным побережьем Соединенных Штатов». Сразу после установления дипотношений между КНР и Панамой корпорация Landbridge пообещала вложить $1 млрд в строительство на острове Маргарита глубоководного порта и контейнерного терминала с пропускной способностью 2,5 млн TEU (от англ. twenty-foot equivalent unit, двадцатифутовый эквивалент), где также планируется соорудить терминал для сжиженного природного газа, уточняет британская Global Construction Review. К чему бы это всё? Сланцевая революция в США даёт о себе знать.

Теперь понятно, о чем на самом деле беседовали Дональд Трамп и Си Цзиньпин в ходе апрельского саммита во Флориде. «Сговор во Флориде», о котором писал автор этих строк, находит своё практическое воплощение. Хотя удар ВМФ США по сирийской авиабазе «Шайрат», где находились российские военнослужащие, уже свидетельствовал о согласовании позиций Вашингтона и Пекина в ущерб интересам Москвы на Ближнем Востоке. Магия чисел делает «честь» организаторам внешнеполитических операций — 7 апреля США атакуют авиабазу САР, 7 мая во Франции проходит второй тур президентских выборов, на котором побеждает центрист Эммануэль Макрон, а 7 июня в Тегеране террористы ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) атакуют здание парламента ИРИ и мавзолей Рухоллы Хомейни. Не много ли совпадений на одно число? Идем дальше — 7 июля с.г. в Гамбурге стартует саммит «Большой двадцатки», где ведущим странам НАТО и их азиатским визави предстоит обсудить вопросы глобальной политики и экономики. То есть промежуточный финал эпопеи не за горами.

Чтобы заглянуть в будущее, следует обратиться к турецко-катарскому военному союзу, который был юридически оформлен в двустороннем соглашении 2014 года. Нынешний кризис, срежиссированный США для непрямого экономического проникновения в Иран, позволил президенту Реджепу Эрдогану, впервые с развала Османской империи по итогам Первой мировой войны, закрепиться в зоне Персидского залива, где в скором времени могут появиться до 5 тыс. турецких солдат. А помогать Эрдогану в «опеке» над Дохой будут не только военные из Центрального командования США, расположенного там с 2003 года, но и база ВВС Великобритании аль-Удейд (в 27 км от Дохи), которая находится в Катаре по ноябрьскому соглашению 2014 года. Примечательно, что соглашения турок и британцев с катарцами приходятся на последний квартал 2014 года, когда США и их союзники по коалиции стали наносить удары по Сирии в надежде сломить сопротивление армии Башара Асада.

Разумеется, данная история с самого начала носила газовый подтекст. Вашингтон, Лондон и Анкара намеревались свергнуть правящий класс в Сирии для последующей реализации проекта газопровода «Катар — Турция», основываясь на маршруте «Катар — Саудовская Аравия — Иордания — Сирия» (наряду с маршрутом «Катар — Саудовская Аравия — Кувейт — Ирак»). Не случайно сам газопровод через Турцию помпезно именовался Nabucco, в память о правителе Нововавилонского царства.Однако теперь разрыв суннитских монархий Персидского залива с Катаром вынуждает эмират обратиться к иранско-турецкому маршруту, где успешно функционирует газопровод «Иран — Турция», дополняя тем самым планируемые поставки газа из Азербайджана и Туркмении по Трансанатолийскому газопроводу. Время поджимает. Официальный Баку обещает, что к середине 2018 года Трансанатолийский газопровод будет введен в эксплуатацию, а в январе будущего года начнется предварительное тестирование проекта. «Запуск Южного газового коридора предоставит Ирану отличную возможность для поставок газа на рынок ЕС», — пишут азербайджанские СМИ со ссылкой на анонимный источник в Брюсселе, пытаясь таким образом уязвить Москву.

Сближение Катара и Ирана является следствием сирийской гражданской войны, в ходе которой Турция укрепилась на севере и северо-западе САР, а США — на юге и юго-востоке, блокируя таким образом коммуникации на Восточное Средиземноморье, где расположены базы Российской армии. Не говоря уже о турецкой операции «Щит Евфрата», которая дополнила операцию НАТО в Мосуле, разрезав пополам национальную территорию САР. Так что Доха обращается к Тегерану не от «хорошей жизни», а по острой необходимости, которую спровоцировали Соединенные Штаты через сделку с Саудовской Аравией.

Не случайно главными участниками «астанинского процесса» были террористические организации, созданные под патронажем турецкой разведки и её саудовских клиентов. В Москве слишком рано забыли о том, что группировка «Джейш аль-Ислам» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), (ранее известная как «Ахрар аш-Шам», выросшая из «Джебхат ан-Нусры» — организации, деятельность которой запрещена в РФ), подконтрольная Мохаммеду Аллушу, стояла за вероломным убийством посла России в Турции Андрея Карлова. Теперь некоторые российские СМИ пытаются сместить акценты, обвиняя в преступлении Фетхуллаха Гюлена. Кого они пытаются обмануть?

Ведь события могли пойти по благоприятному для России сценарию. Зачистка сирийской территории от боевиков и прочей вражеской агентуры вынудила бы США и Китай договариваться с нами, а не разменивать за нашей спиной Катар на Панамский канал, который служит альтернативой Северному морскому пути. Дееспособный транспортный коридор через Сирию — вот что может спасти Россию и Иран от агрессии НАТО.

Саркис Цатурян

США. Катар. Китай. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 14 июня 2017 > № 2220287


Финляндия > Внешэкономсвязи, политика > yle.fi, 14 июня 2017 > № 2213222

SUPO в последний раз повысила уровень угрозы теракта два года назад. Тогда оценка вероятности теракта повысилась от уровня «очень низкий» до «низкий».

Уровень угрозы оценивается по 4-балльной системе: «низкий», «повышенный», «высокий» и «очень высокий».

По сообщению SUPO, к угрозе надо относиться более серьезно, чем когда-либо раньше.

- Повышение риска теракта обусловлено повысившейся узнаваемстью Финляндии в радикальной исламистской пропаганде, а также более тесными контактами некоторых лиц с террористическими организациями.

По мнению полиции безопасности, риск терактов в Финляндии повысился, поскольку в поле зрения властей попали более серьезные, нежели ранее, террористические планы.

Как считает полиция, выходцы из Финляндии, отправившиеся сражаться в рядах Исламского государства, теперь занимают там высокие позиции и у них имеются общирные связи внутри террористической организации.

По оценке SUPO, в Финляндии на данный момент насчитывается около 350 лиц, положительно настроенных по отношению к терроризму.

Финляндия > Внешэкономсвязи, политика > yle.fi, 14 июня 2017 > № 2213222


Мексика > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210680

Архиепископ Антиохийской православной церкви, митрополит Мексиканский, Венесуэльский, Карибский и всей Центральной Америки Антоний Чедрауи скончался в среду в Мехико в возрасте 85 лет.

"С большой скорбью объявляем, что митрополит Антонио Чедрауи отправился в дома господа Бога", — говорится в сообщении на сайте Антиохийской православной церкви в Мексике.

Чедрауи родился в Ливане в 1932 году. После принятия сана он был направлен в Мексику в 1966 году в качестве патриаршего викария Мексики, Венесуэлы, Центральной Америки и Карибского бассейна. Мексиканское гражданство получил в 1994 году.

Чедрауи был одним из влиятельных людей Мексики, дружил со многими президентами и политическими деятелями одной из самых больших католических стран мира.

Отпевание и прощание с Чедрауи пройдут в православном соборе Святых Петра и Павла в городе Уикскилукан штата Мехико, который был построен на средства митрополита.

Мексика > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210680


Бангладеш. США > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210564

Задержание заместителя генерального консула Бангладеш Мохаммеда Шахельдул Ислама в Нью-Йорке является нарушением международного соглашения в области дипломатического права, считают в министерстве иностранных дел Бангладеш.

"У нас есть причины полагать, что задержание является нарушением Венской конвенции о дипломатических сношениях. Мы направили ноту протеста поверенному в делах США в Дакке", — цитирует агентство Рейтер заявление МИД.

Окружной прокурор района Квинс в Нью-Йорке Ричард Браун во вторник заявил о задержании заместителя генерального консула Бангладеш Мохаммеда Шахельдул Ислама по обвинению в торговле людьми и применении физической силы по отношению к своей прислуге.

Согласно заявлению Брауна, работавший у дипломата Мохаммед Амин был привезен в Нью-Йорк в период с 2012 по 2013 год. Сообщалось, что Ислам заставлял его работать по 18 часов в день и выполнять работу по дому. При этом дипломат нередко избивал Амина и угрожал ему депортацией и убийством членов семьи, заявил прокурор.

По данным Брауна, 45-летний дипломат проживает в Квинсе и обладает ограниченным иммунитетом. Судебное слушание по делу Ислама назначено на 28 июня. В случае подтверждения выдвинутых обвинений сотруднику консульства грозит до 15 лет тюремного заключения.

Бангладеш. США > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210564


Египет. Ирак > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210549

Глава Египта Абдель Фаттах ас-Сиси принял в среду в Каире вице-президента Ирака Айяда Алави и обсудил с ним борьбу с терроризмом и восстановление разрушенных в результате противодействия "Исламскому государству"* районов Ирака, говорится в распространенном заявлении президентской администрации египетского лидера.

"Президент Египта отметил усилия по восстановлению безопасности и стабильности в Ираке.., выразил поддержку Египта усилиям по борьбе с терроризмом и необходимость искоренения экстремизма", — говорится в распространенном заявлении.

Сообщается, что стороны также обсудили развитие двустороннего сотрудничества, подготовку в Ираке к парламентским выборам и роль иракского общества в этом процессе и в сохранении единства страны.

"Стороны выразили заинтересованность в продолжении координации и в работе по развитию двусторонних отношений, в особенности, в использовании опыта Египта в восстановлении районов, которые пострадали в результате борьбы против ИГ*", — указывается в документе.

Маргарита Кислова.

Египет. Ирак > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210549


США. Катар. Саудовская Аравия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210544

В ситуации, когда арабский мир отвернулся от Катара, Россия не пытается поддерживать одну из сторон конфликта, отмечают опрошенные РИА Новости эксперты. По их мнению, именно такая взвешенная позиция Москвы, в отличие от позиции США, вставшей на сторону Саудовской Аравии, может позволить РФ сыграть роль посредника в этом кризисе. Кроме того, считают они, Россия не заинтересована в нагнетании напряженности в зоне Персидского залива, это негативно отразится на поиске мирных путей урегулирования сирийского кризиса.

Саудовская Аравия, Бахрейн, ОАЭ и Египет 5 июня объявили о разрыве дипотношений с Катаром, обвинив Доху в поддержке террористических организаций и дестабилизации ситуации на Ближнем Востоке. Позже власти восточной части Ливии, Йемена, а также Мальдивы, Мавритания, Коморские острова заявили о разрыве отношений с Катаром. Иордания и Джибути снизили уровень дипломатических отношений, а Сенегал и Чад отозвали своих послов. В итоге к блокаде Катара не стали присоединяться только два государства, входящие в Совет сотрудничества стран Персидского залива, — Кувейт и султанат Оман. Катар все обвинения отверг и заявил, что ответных мер принимать не будет.

Политика невмешательства

Советник директора Российского института стратегических исследований Елена Супонина довольно высоко оценила шансы РФ стать одним из посредников в урегулировании конфликта между Катаром и другими арабскими странами.

Как отмечает востоковед, Россия, в отличие от США или некоторых стран Персидского залива, не поддерживает в нынешнем ближневосточном кризисе какую-либо из сторон.

"США явно кренятся к поддержке Саудовской Аравии в этом кризисе, недаром посол США в Катаре на днях подала в отставку, считая такую политику президента Дональда Трампа неправильной. Ведь раньше американцы балансировали между соседними арабскими государствами Персидского залива, что как раз способствовало сохранению между ними более- менее приемлемых отношений", — напомнила Супонина.

Россия же, указала эксперт, выстроила ровные отношения как с Саудовской Аравией, так и с Катаром, так и с другими государствами региона, в чем в настоящее время коренное отличие российской позиции от американской.

"Исходя из этого, Москва может реально сыграть роль посредника в этом кризисе, поскольку является нейтральной и наиболее честной стороной. Россия не заинтересована в нагнетании напряженности в зоне Персидского залива, понимая, что это может негативно отразится на поиске мирных путей урегулирования сирийского кризиса", — добавила она

В то же время, указала Супонина, Россия осознает, что она не может и не должна быть единственным посредником в этом кризисе, поэтому координирует свои усилия с такими странами, как Турция, Кувейт и султанат Оман, которые сейчас активно выступают в этом кризисе посредниками.

Известный российский специалист по Ближнему Востоку, научный руководитель Института востоковедения РАН, академик РАН Виталий Наумкин также полагает, что Россия, располагая ресурсом влияния на ближневосточных партнеров, может оказать умиротворяющее воздействие на конфликтующие стороны, непосредственно не вмешиваясь в конфликт.

"Этому будет способствовать то, что со всеми акторами разыгравшейся в регионе драмы Россию связывают исторические узы и немало общих интересов… С учетом развивающихся отношений сотрудничества России с государствами Персидского залива, а также с Египтом и Иорданией Москва, вероятно, будет придерживаться равноприближенного курса в отношении конфликтующих сторон", — написал Наумкин в своей статье для Российского совета по международным делам.

Кризис вокруг Катара был спровоцирован размещенным на сайте катарского агентства новостей заявлением от имени эмира Катара, в котором он призвал выстраивать отношения с Ираном и высказал слова поддержки в адрес "Братьев-мусульман". Заявление было размещено через неделю после саммита стран Персидского залива и США в Эр-Рияде. Позднее официальный представитель МИД Катара заявил, что сайт агентства был взломан, речь от имени эмира была опубликована хакерами и не имеет отношения к катарскому лидеру. Однако Саудовская Аравия, ОАЭ и Бахрейн сочли это опровержение неубедительным и продолжают настаивать, будто слова о нормализации отношений с Ираном действительно принадлежат эмиру. Основным требованием со стороны арабских стран является высылка из Катара членов ХАМАС и различных группировок, которых в соседних государствах считают террористическими.

Метод давления

Старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН Борис Долгов отмечает, что в отличие от России Саудовская Аравия, США и Египет занимают более жесткую позицию в отношении Дохи.

"Россия в последнее время играет все большую роль как глобальный игрок на Ближнем Востоке и в районе Персидского залива. Если говорить о кризисе вокруг Катара, то российская позиция была сказана достаточно четко – Россия за урегулирование этого кризиса дипломатическим путем таким образом, чтобы были учтены интересы всех сторон. Это, на мой взгляд, наиболее правильный подход", — сообщил он РИА Новости.

Совершенно другой позиции по отношению к Катару, отметил Долгов, придерживаются Саудовская Аравия и Египет, а также США, которые пытаются оказать на Доху давление из-за якобы поддержки ряда исламских движений, а также из-за якобы сближения с Ираном.

"Саудовская Аравия, Египет более жестко настроены по отношению к Катару. Иран заинтересован урегулировать этот политико-дипломатический скандал. Но я бы не говорил о каком-то радикальном сближении между Катаром и Ираном. У Катара все интересы связаны с монархиями Персидского залива, поскольку он состоит в Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива, где Саудовская Аравия играет главную роль. На территории Катара находится крупнейшая американская военная база, и мониторинг всего региона идет из этой базы. И интересы Катара связаны именно с монархиями Персидского залива и с США. И, я думаю, этот конфликт, в конце концов, разрешится", — добавил он.

Ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сотников также полагает, что кризис вокруг Катара является временным.

Эксперт отметил, что подобная ситуация уже происходила в 2010 году, когда некоторые арабские государства разорвали отношения с Катаром, но прошло два-три месяца, и отношения восстановились.

"Я думаю, что разрыв этих отношений – это некий способ со стороны некоторых арабских стран оказать некое давление на Катар… Может быть даже, это способ оказать давление на Катар со стороны некоторых наших западных партнеров, потому что у них свои интересы в регионе", — сказал Сотников.

Выиграет ли Россия из-за углубления катарского кризиса?

Эксперты полагают, что рост цен на углеводороды, который может произойти из-за продолжения кризиса вокруг Катара, если и произойдет, то будет кратковременным.

Научный руководитель Института востоковедения РАН Виталий Наумкин затруднился однозначно ответить, выиграет ли Россия или проиграет от нового кризиса на Ближнем Востоке.

"Выиграет, говорят одни (аналитики, — ред.), так как могут подняться цены на нефть и, соответственно, на газовое топливо (правда, пока этого не произошло), кроме того, снизится объем поставок СПГ из Катара на мировой рынок, образовав нишу, которую могут занять российские производители. Нет, говорят другие, так как дестабилизация региона так или иначе причинит ущерб всем, кроме того, для реализации уже имеющихся немалых катарских инвестиций в российскую экономику и продолжения инвестиционного сотрудничества нужны стабильность и безопасность в этой стране", — считает он.

Похожей позиции придерживается и востоковед Елена Супонина.

"Некоторые эксперты полагают, что когда арабы, экспортирующие нефть и газ, ссорятся, то цены на энергоносители пойдут вверх. Я полагаю, что эффект будет лишь кратковременным, учитывая факторы рынка. Поэтому рассчитывать на резкое длительное повышение цен на нефть здесь тоже не стоит. Лучшим выходом было бы для Москвы – это если не примирить, то снизить накал страстей между Саудовской Аравией и Катаром", — заключила она.

США. Катар. Саудовская Аравия. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210544


США. Китай. Сирия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210531

В минувшую пятницу официальный представитель Министерства обороны США Джефф Дэвис признал, что у американских военных нет законных полномочий препятствовать проправительственным силам в Сирии действовать в определенных районах страны. Тем не менее за сутки до этого признания силы коалиции нанесли уже третий за последний месяц удар по сирийским проправительственным силам в районе населенного пункта Ат-Танф.

Как объяснил эту атаку Джефф Дэвис? По его словам, "мы не будем атаковать кого-то, кроме ИГ*, пока они не атакуют нас. Мы будем делать это только в целях самообороны".

Что скрывается за "оборонительной" тактикой Пентагона в Сирии

Замечу, что американские военные все чаще входят в соприкосновение с правительственными силами Сирии. Но если сирийские военные заняты освобождением собственной территории от террористических групп, выходя к границам своего государства и стремясь обустроить эти границы для их дальнейшей защиты, то что на территории Сирии делают американские военные, полагающие, что их время от времени атакуют подразделения сирийской армии?

Полагаю, что понимание причин и смысла изощренной казуистики высших должностных лиц Пентагона кроется в объяснении сути тех целей, которые преследует сегодня Вашингтон на Ближнем Востоке, и эти цели сегодня у Госдепа принципиально иные, чем еще полгода назад.

Напомню, что Дамаск оценивает присутствие американских военных однозначно — как агрессию в отношении Сирии. Аналогичным образом — как вмешательство в дела суверенной страны — оценивают действия США в Сирии Россия, Китай и Иран. Однако же главный догмат Вашингтона состоит в том, что американские войска имеют право присутствовать в любой точке мира просто потому, что они считают это возможным и нужным, не утруждая себя особо правовыми аргументами.

Так, накануне нанесения ударов по перекрестку дорог в районе Ат-Танфа США якобы потребовали от сирийских военных не приближаться к позициям так называемой новой сирийской армии, создаваемой Пентагоном, как все давно поняли, вовсе не для борьбы с Исламским государством* и другими террористическими группами. А посему вопрос о том, почему нельзя договориться с сирийскими войсками о разграничении зон действия (если речь и впрямь идет о борьбе с террористами), а не выставлять ультиматумы законным властям Сирии, да еще и задним числом, не имеет прямого ответа.

Ответ на вопрос, почему Пентагон предпочитает давать казуистические, а то и откровенно лживые комментарии к своим преступным действиям постфактум, а не вести открытый диалог (пусть даже на повышенных тонах) с властями страны, которая несет на себе основную тяжесть борьбы с международным терроризмом, дал в пятницу на брифинге командующий группировкой войск России в Сирии Сергей Суровикин. По его мнению, "международная коалиция вместе с подконтрольным США "Союзом демократических сил" вступила в сговор с главарями ДАИШ*. Создается впечатление, что под легендой борьбы с терроризмом американцы используют ДАИШ*, чтобы оказывать сопротивление продвижению правительственных войск. При этом отдельные западные информационные агентства, вводя в заблуждение мировую общественность, сообщают о якобы ожесточенных вооруженных столкновениях с боевиками ИГИЛ* в провинции Ракка".

Еще один вопрос: почему Соединенными Штатами нарушается соглашение о зонах деэскалации в Сирии и в одностороннем порядке вводится такое понятие, как "деконфликтная зона", которым маскируется на самом деле оккупированная американскими военными сирийская территория? И в этом случае, я думаю, ответ очевиден: захват части территории Сирии и есть та тактическая цель, которую преследуют сегодня Пентагон и Госдеп.

CША нацелены на захват части территории Сирии

Стремление к расширению американского военного присутствия в Сирии становится все более очевидным. И это — одно из свидетельств того, что стратегия Вашингтона на Ближнем Востоке с избранием президентом США Дональда Трампа действительно меняется. Но в чем принципиальная разница между нынешней стратегией США и той политикой, которую проводили в регионе Госдеп и Пентагон в период президентства Джорджа Буша — младшего и Барака Обамы?

Администрация Трампа, повторю, тактически нацелена на то, чтобы оттяпать у Сирии кусок территории. Тот самый кусок на юго-востоке Сирии, который граничит с Иорданией и Ираком.

А вот расширение присутствия американских военных на данной территории под предлогом борьбы с терроризмом (ими же и поддерживаемым) — это уже цель стратегическая. И ее достижение необходимо Вашингтону для того, чтобы контролировать самый что ни на есть центр Ближнего Востока.

Присутствие американских военных баз на юго-востоке и востоке Сирии важно на сегодняшнем этапе также для укрепления своего влияния среди курдов и оказания давления на Иран. Неслучайно на прошлой неделе власти Иракского Курдистана заявили о решении провести референдум о независимости (намечен на 25 сентября этого года), которое тут же поддержали США. Интрига здесь в том, что идею курдского референдума поддержали также — каждый по своим причинам — Турция и Иран.

Образование, таким образом, еще одного нового государства, Курдистана, на базе северных провинций Ирака — почти состоявшийся факт. Вопрос только в том, на чьей стороне окажутся курды в ситуации формирования на Ближнем Востоке двух больших враждующих коалиций?

Еще одна граница между большими коалициями пролегла сегодня по Катару, которого Вашингтон записал в пособники Ирана. С учетом же того, что США и саудиты согласованно закрыли катарско-турецкий проект, предполагавший прокладку газовой трубы в Европу через Сирию и Турцию, можно полагать, что новые стратегические цели внешней политики США связаны также со стратегией расчленения мусульманского мира на Ближнем Востоке на три основные субцивилизационные зоны: арабско-суннитскую, шиитскую и евразийскую. Разделяй, как говорится, и властвуй.

Возможные последствия раздела Ближнего Востока

Арабско-суннитская зона, согласно замыслу транснациональных игроков, должна стать партнерской (вассальной) территорией Запада (англосаксов). Китай, в свою очередь, нацелен на контроль за шиитской зоной региона. Ну а Турции, как евразийской державе, предложено самоопределиться по отношению к ЕАЭС и России.

Вашингтон озабочен контролем за нефте- и газоносными районами Ближнего Востока (в связи с чем Катар наверняка будет "прощен", как только согласится с патронатом со стороны США), Китай интересуют транспортные маршруты в Европу, ну а Россию интересует безопасность на южных границах ЕЭАС и расширение емкости евразийского рынка.

При этом, как я полагаю, запущенный командой Трампа новый большой передел Ближнего Востока вряд ли сулит неизбежность большой войны между формирующимися коалициями Севера и Юга.

Он гарантирует, скорее, большое количество военных конфликтов по границам названных коалиций, бесконечный процесс торга задействованных в этих конфликтах сторон (при решающем посредничестве США) и соответствующих сделок.

К примеру, еще одним мотивом в стремлении Вашингтона контролировать перекресток путей между Ираком, Сирией и Иорданией лежит в плоскости обеспечения контроля за реализацией китайского транснационального проекта "Один пояс — один путь". И я не исключаю, что США намерены создать условия для блокирования пути в Европу из Китая и Юго-Восточной Азии через Иран и Сирию к Средиземному морю.

Именно с этой целью они намерены сохранить и даже расширить свое присутствие в Афганистане, представляющем собой еще один перекресток трансевразийских маршрутов.

Вот почему Китай все чаще выходит из тени и, во-первых, не единожды в течение последнего месяца делал заявления в защиту законного правительства Сирии, а во-вторых, способствовал расширению состава Шанхайской организации сотрудничества за счет Индии и Пакистана, по всей видимости, рассчитывая на присоединение к этой организации в ближайшем будущем Ирана, Турции, Азербайджана, Армении, Сирии и ряда других государств региона.

Владимир Лепехин, для РИА Новости

США. Китай. Сирия. Ближний Восток. РФ > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210531


Ливия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210525

Прокурор Международного уголовного суда (МУС) призвал арестовать сына бывшего лидера Ливии Муаммара Каддафи — Сейфа аль-Ислама Каддафи, говорится в заявлении, опубликованном на официальном сайте суда.

На прошлой неделе базирующаяся в ливийском Зинтане вооруженная группировка "Абу Бакр ас-Сиддик", захватившая почти шесть лет назад сына лидера Джамахирии, и удерживавшая его все эти годы, заявила о том, что Сейф аль-Ислам Каддафи был выпущен ею на свободу. Согласно тексту заявления, освобождение знаменитого узника произошло "в соответствии с объявленной ливийским парламентом всеобщей амнистией". По словам адвоката Сейф аль-Ислама, в настоящий момент он находится на территории Ливии. Правозащитник отказался уточнять его точное местоположение.

"Ордер на арест, который выдал Международный уголовный суд в отношении господина Каддафи 27 июня 2011 года за его преступления против человечности… остается в силе и Ливия обязана немедленно арестовать и передать Каддафи МУС, независимо от любых законов об амнистии, которые могут появиться в Ливии", — говорится в заявлении.

Прокурор отметил, что проверяет информацию об освобождении Каддафи и обратился к властям Ливии, Совету безопасности ООН и другим заинтересованным государствам и организациям с просьбой предоставить ему информацию о его местонахождении.

После свержения в 2011 году режима Муамара Каддафи, за ним самим и его родственниками развернулась настоящая охота. Повстанцы убили Каддафи, а также его сына Муатасема. Еще один сын Хамис погиб в ходе бомбежек Триполи. В плен был захвачен Сейф аль-Ислам — один из наиболее преданных соратников своего отца, который активно принимал участие в его деятельности. Сейф аль-Ислам до сих пор находился в ливийской тюрьме. В июле 2015 года он был приговорен к казни. Сын Каддафи Саади бежал в Нигер, но был выдан новым ливийским властям в 2014 году. Дочь Каддафи Аиша, а также его супруга и двое сыновей Мухаммед и Ганнибал вместе с детьми смогли спастись, бежав на территорию Алжира, где получили убежище.

В Ливии сейчас царит двоевластие — на востоке страны в городе Тобрук заседает избранный народом парламент, а на западе, в столице Триполи правит сформированное при поддержке ООН и Европы правительство национального согласия во главе с Фаезом Сарраджем. Власти восточной части страны действуют независимо от Триполи и сотрудничают с национальной армией во главе с Халифой Хафтаром, которая ведет затяжную войну с исламистами.

Ливия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 14 июня 2017 > № 2210525


США. Евросоюз. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 14 июня 2017 > № 2210096

«Наш ответ будет более грубый, но эффективный»

Путин заявил, что Россия даст адекватный ответ на все действия НАТО

Отдел «Политика»

Президент России Владимир Путин заявил, что нарушение ядерного баланса в мире является большой ошибкой, однако Москва даст адекватный ответ на угрозы со стороны ПРО США и НАТО в Восточной Европе. Об этом он рассказал в интервью американскому режиссеру Оливеру Стоуну. Кроме того, Путин подчеркнул, что у России нет таких возможностей, как у США, чтобы шпионить за собственными гражданами, а со времен СССР у россиян есть «определенное отторжение ко вседозволенности спецслужб».

НАТО получит российский ответ

Президент России Владимир Путин, говоря о возможных угрозах стране со стороны ПРО США и НАТО в Европе, рассказал, что Москва даст адекватный ответ Североатлантическому альянсу. Об этом российский лидер заявил в интервью американскому режиссеру Оливеру Стоуну.

«Для нас здесь две угрозы, для России. Первая — это то, что размещение этих противоракет в непосредственной близости от наших границ в восточноевропейских странах, и вторая угроза в том, что пусковые установки антиракетные за несколько часов могут быть переоборудованы для установки ударных ракет», — заявил Путин.

Российский президент признал, что установка европейских ПРО вблизи российских границ привела к тому, что РФ фактически оказалась в окружении. «В Восточной Европе, на воде, на море будут установлены на кораблях, которые будут дежурить в Средиземном море и северных морях, на Аляске ставят», — указал президент.

По мнению Путина, эти действия США являются грубой ошибкой. «На самом деле это еще одна грубая большая стратегическая ошибка наших партнеров, потому что на все эти действия Россия даст адекватный ответ, и это будет означать не что иное, как еще один виток гонки вооружения. При этом наш ответ будет гораздо дешевле. Она (техника. — «Газета.Ru») может быть где-то более грубая, но она будет эффективной. И мы сохраним этот так называемый стратегический баланс. Баланс — это очень важная вещь», — заключил Путин.

Он отметил, что нарушение ядерного баланса в мире является огромной ошибкой. По его словам, на заре создания ядерного оружия это поняли ученые, передавшие знания о бомбе в СССР.

«Когда Соединенные Штаты создали атомную бомбу и Советский Союз начал активно развивать эту программу, в России работали отечественные ученые, иностранные ученые, прежде всего немцы. Но наша разведка получала огромное количество информации из Соединенных Штатов», — сказал российский лидер.

Ученые, как отметил Путин, поделились этой информацией с советскими властями, когда «они поняли опасность, [что] они выпустили джина из бутылки».

«Загнать его туда невозможно. И вот эта международная команда ученых — наверное, они были поумнее, чем политики, — они сознательно, я считаю, отдавали эту информацию Советскому Союзу, чтобы в мире восстановился ядерный баланс», — подчеркнул он.

«У нас нет таких средств, чтобы следить за гражданами»

Путин не стал отвечать на вопрос о том, обсуждал ли он вопрос экстрадиции бывшего сотрудника Агентства национальной безопасности Эдварда Сноудена с президентом США Бараком Обамой.

Президент России отметил, что эта информация является «конфиденциальной». Между США и Россией нет взаимного договора об экстрадиции, к тому же Сноуден, согласно российскому законодательству, не совершил никаких правонарушений, сообщил Путин.

Кроме того, российский президент рассказал Стоуну о том, что руководство страны узнало о ситуации вокруг Сноудена, когда тот находился в Китае, а затем захотел вылететь из КНР через Москву в одну из стран Латинской Америки, однако там отказались его принять. По словам Путина, именно по этому комплексу причин Россия предоставила Сноудену временное убежище.

Известно, что Оливера Стоуна интересовала судьба Сноудена, и он даже снял о нем художественный фильм. Бывший сотрудник АНБ Сноуден стал известен всему миру после того, как опубликовал информацию о том, что спецслужбы США осуществляют слежку за собственными гражданами.

Отвечая на вопрос режиссера, Путин заявил, что в России спецслужбы слежку за гражданами не ведут. «Нет. Это я могу вам точно сказать», — подчеркнул президент России.

При этом он признался, что, в отличие от США, у России нет таких технических возможностей:

«Во-первых, финансирование колоссальное идет на спецслужбы в США — мы не можем себе такого позволить. А потом, вы знаете, после времен СССР и такого абсолютного авторитаризма все-таки у нас есть определенное отторжение ко вседозволенности спецслужб», — отметил президент России.

Путин заявил, что российские органы не собирают никакой информации и о представителях различных конфессий. Кроме того, он также отрицательно ответил на вопрос о конфликтах между разными религиозными группами: «Конфликтов между исламом, христианством, иудаизмом у нас никогда не было».

По мнению Путина, Россия сможет легко преодолеть все «чувствительные вещи» межэтнических и межрелигиозных отношений, опираясь на огромный исторический опыт.

«Что касается межэтнических отношений, это всегда и везде очень тонкая субстанция. Но у России здесь есть определенные преимущества, потому что, если, скажем, для Европы и даже отчасти для сегодняшних Соединенных Штатов люди с другой религией — это в основном иммигранты. У нас — нет. Они — россияне, это их родина, и другой родины у них нет», — заявил он.

Американский режиссер Оливер Стоун начал работу над своим фильмом «Интервью с Путиным» в 2015 году. Российский президент позволил Стоуну вести съемки в различной обстановке, в том числе в рабочей. Во второй части фильма Путин продемонстрировал свой рабочий кабинет, где режиссер обнаружил свою книгу «США. Нерассказанная история», где он и его соавтор говорят об истории Соединенных Штатов, применяя сослагательное наклонение. Путин извинился перед гостем за беспорядок на столе, сказав, что его стол, «как правило, завален бумагами».

В третьей части фильма речь пойдет о таких темах, как сирийский конфликт, а также ситуация, связанная с переходом Крыма под юрисдикцию России. Ожидается, что Путин ответит на ключевой вопрос Стоуна о том, не считает ли он ошибкой включение Крыма в состав РФ.

США. Евросоюз. Россия > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 14 июня 2017 > № 2210096


Израиль. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209112

Как повлияет на Израиль катарский кризис?

Амир Раппопорт, NRG, Израиль

Катарский кризис позволил ясно увидеть, что палестино-израильский конфликт занимает далеко не первое место в региональной расстановке сил. Разрыв отношений между странами Персидского Залива и их богатым соседом — поворотный этап в истории ближневосточного региона. Этот дипломатический демарш с необычайной резкостью высвечивают линию противостояния между «умеренными» суннитскими государствами (Саудовская Аравия, Иордания, Египет, ОАЭ, Палестинская администрация) и осью радикального ислама, которую составляют Иран, Хезболла в Ливане, Сирия Асада и ХАМАС в Газе. Катар пытался усидеть на двух стульях, поддерживая контакты с двумя геополитическими лагерями. Но странам Залива надоела катарская поддержка террора и тесное сотрудничество с их главным врагом — Ираном.

Принято считать, что суть этого конфликта состоит в противостоянии суннитов и шиитов, которых представляют Иран и Хезболла. Но в данном случае речь идет о другом. Стоит также напомнить, что существуют сунниты, которые воюют с другими суннитами. Так, например, «Братья-мусульмане» и ИГИЛ (запрещенные в России организации — прим. ред.) — суннитские группировки.

Международные СМИ обсуждали в основном экономические последствия разрыва для Аравийского полуострова, включая военные действия в Йемене. Однако катарский кризис имеет важное значение и для Израиля. Главная причина заключается в том, что Катар является основным финансовым и дипломатическим спонсором ХАМАС в Газе. Если Катар прекратит денежную поддержку ХАМАС, это может заставить загнанное в угол хамасовское руководство вступить в очередной виток военного противостояния с Израилем. Ведь именно экономический кризис в Газе стал одним из основных факторов летней войны 2014 года. На первый взгляд, разрыв отношений между Катаром и ХАМАС выгоден Израилю, однако это может обернуться нежелательным для израильтян развитием событий.

Продолжающийся в Европе террор (недавние теракты в Лондоне) также оказывают влияние на Израиль. В последний период значительно вырос экспорт продукции израильской военной индустрии в европейские страны, укрепились и разведывательные связи между Израилем и Европой. Израильский концерн «Эльбит-Маарахот» сообщил о сделке с европейскими государствами, сумма которой составляет 390 миллионов долларов. За неделю до этого в Германии была утверждена сделка о приобретении беспилотников, выпускаемых израильским концерном «Таасия авирит», на сумму 600 миллионов долларов.

Однако наиболее важным последствием исламистского террора в Европе является радикальный пересмотр давней концепции, в соответствии с которой палестино-израильский конфликт является основным источником международного терроризма. Даже наиболее враждебно настроенные по отношению к Израилю шведские политики не произносят вслух что-либо подобное.

Израиль. Катар. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209112


США. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209109

Конгрессменам удалось прийти к соглашению в вопросе санкций против Ирана и России

Дженнифер Рубин (Jennifer Rubin), The Washington Post, США

Издание Washington Post сообщает:

По словам тех, кто ведет переговоры по законодательному процессу, сенаторы заключили соглашение, чтобы на этой неделе представить на голосование всеобъемлющий законопроект о санкциях в отношении России.

Эта мера будет связана с законопроектом об ужесточении санкций в отношении Ирана. Она включает в себя предложения по кодификации существующих санкций в отношении России, введение штрафных мер против Москвы в свете агрессивной деятельности России на Украине, внедрение мер, касающихся ситуации в Сирии и сферы киберхакерства, и предоставление Конгрессу возможности контролировать попытки администрации смягчить санкции против России, прежде чем они будут утверждены…

Меры, представленные в понедельник вечером, предусматривают санкции в отношении разведывательного и оборонного аппарата России, а также части ее энергетики, горнодобывающей промышленности, железных дорог и судоходства. Они также включают положения о наказании лиц, причастных к коррупции и нарушениям прав человека.

В этом законопроекте содержится необычный пункт, который позволяет Конгрессу препятствовать попыткам Белого дома снять санкции с России. Это можно рассматривать как вотум недоверия со стороны республиканцев Сената в вопросе политики президента Трампа по отношению к России.

В письменном заявлении, в котором сообщается об этом соглашении, демократ из комитета Сената по международным отношениям Бенджамин Кардин (Benjamin L. Cardin) отметил, что законопроект содержит требование к Конгрессу провести «санкционированную проверку в случае, если санкции будут смягчены, приостановлены или отменены».

Кодификация действующих санкций, введенных в соответствии с исполнительным указом президента, — это еще один способ лишить Трампа свободы действий. Как объяснил Кардин, новые санкции коснутся «коррумпированных россиян, тех, кто стремится уклониться от действия санкций, кто виновен в серьезных нарушениях прав человека, кто поставляет оружие режиму Башара Асада, кто совершает преступления в киберпространстве от имени российского правительства, кто причастен к нечестной приватизации государственных активов, кто ведет бизнес с российской разведкой и оборонным сектором».

Санкции могут коснуться «ключевых отраслей российской экономики, включая горнодобывающую, металлургическую, судоходную и железнодорожную отрасли». Несмотря на нежелание госсекретаря Рекса Тиллерсона (Rex Tillerson) активно продвигать демократию, этот законопроект подразумевает «активную помощь в укреплении демократических институтов и противодействии дезинформации в странах Центральной и Восточной Европы, уязвимых перед агрессией и вмешательством России». В этом законопроекте также оговаривается необходимость провести оценку уровня коррупции и экономических преступлений в России.

Гуру санкций Макр Дубовиц (Mark Dubowitz) был очень доволен: он высоко оценил «направленный финансовый удар, нанесенный объединившимся Конгрессом против двух наиболее враждебно настроенных держав, угрожающих международному порядку». По его словам, та часть законопроекта, которая касается Ирана, «действует против преторианцев Корпуса стражей Исламской революции посредством жестких санкций, призванных бороться против террористических организаций, поставок ракет и репрессий внутри страны». Что касается той части, в которой речь идет о России, Дубовиц отметил сосредоточенность законопроекта на «поиске источников и сетей, способствующих ведению военной, политической и информационной кампании, направленной на подрыв основ нашего свободного общества».

Как ни странно, мы до сих пор не знаем, что обо всем этом думает Белый дом. (Когда Коркера спросили, поддерживает ли Белый дом такие меры, он, поколебавшись, ответил: «Я полагаю, что администрации стоит, по крайней мере, всерьез рассмотреть возможность поддержать этот законопроект».) Поскольку существует вероятность того, что законопроект будет одобрен подавляющим большинство голосов, что лишит президента возможности применить право вето, мнение Белого дома сейчас не имеет почти никакого значения. Преодоление порога вето завершит картину переживающей упадок администрации, которая не смогла наладить контакт даже с лидерами собственной партии в Конгрессе. Ирония состоит в том, что единственный важный законопроект этого Конгресса касается того вопроса, к которому Трамп не проявил ни малейшего интереса и в который он вообще не захотел вмешиваться.

В любом случае лидер меньшинства Чарльз Шумер (Charles E. Schumer) тоже высоко отозвался об этом соглашении. «Кодифицируя действующие санкции и прописывая необходимость проведения Конгрессом проверки любого решения о смягчении или снятии этих санкций, мы гарантируем, что США будут и дальше наказывать президента Путина за его безответственные и дестабилизирующие действия. Эти дополнительные санкции также станут мощным сигналом для России и любой другой страны, которая может попытаться вмешаться в наши выборы, сигналом о том, что они будут наказаны».

Этот законопроект стал серьезной победой для председателя комитета Сената по международным отношениям Боба Коркера (Bob Corker), который не так давно был одним из кандидатов на должность госсекретаря США, а также лидера большинства Митча Макконнела (Mitch McConnell), который был решительным сторонником введения санкций против России. Их достижение в очередной раз указало нам на то что, если убрать Трампа, позиции двух партий будут совпадать по многим вопросам внешней политики. Согласен с этим Трамп или нет, необходимость усилить давление на Россию стала тем вопросом, который сегодня способен объединить республиканцев и демократов. Русские будут крайне разочарованы тем, что их попытки повлиять на исход президентских выборов в США не помогли им избавиться от санкций.

США. Иран. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209109


Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209105

«Путин живет в другом мире»

Одна из цитат Меркель побудила Штефана Орта (Stephan Orth) совершить десятидневную поездку в Россию. Вернулся он почти «человеком, понимающим Путина».

Сабине Эртль (Sabine Ertl), Wiener Zeitung, Австрия

Россия отображается в СМИ в плохом свете, что связано прежде всего с Владимиром Путиным. А что с самими русскими? Как они устроены? И что они думают о своей Родине и о своем патриархе? Чтобы ответить на этот вопрос, опытный каучсерфер Штефан Орт устроился на диване в их квартирах и получил много правдивой информации. Некоторыми впечатлениями он поделился с газетой Wiener Zeitung.

Wiener Zeitung: Как спится на чужом диване?

Штефан Орт: Каждый раз по-разному, а диван есть не всегда. Так, мне уже приходилось спать как на паркетном полу без подстилки, так и на огромной кровати в комнате для гостей с видом на море. Обычно условия по комфорту где-то посередине между двумя этими крайностями. Как правило, моя спина дает о себе знать, самое позднее — через две недели после начала таких поездок. Конечно, они — напряженные, но встречи с новыми людьми все это перекрывают.

— Насколько нужно быть бесстрашным, чтобы наугад поехать в Иран или в Россию, не зная, где закончится твой день?

— Я считаю такие понятия, как «бесстрашный» или «отважный», неподходящими в данном случае. У меня большой опыт путешествий, и я стараюсь не попадать в действительно опасные ситуации. Наверное, это можно сравнить с опытным прыгуном с трамплина: его деятельность кажется тем, кому знакомы только лыжные гонки, абсолютно отчаянной и опасной. Но для него самого это обычное дело, и риск предсказуем. Во время путешествий вместе с другими людьми я замечаю иногда, что у меня другое определение слова «проблема», то есть того, из-за чего действительно стоит беспокоиться.

— По поводу вашей последней поездки. Известно, что Вас заинтересовало высказывание Ангелы Меркель «Путин живет в другом мире», прозвучавшее в марте 2014 года. Как вы сейчас на это смотрите?

— Посетив более 60 стран, я подумал, что «другого мира» среди них еще не было, и это может быть увлекательно. В пути я встретил несколько русских, у которых другое восприятие реальности, потому что они получают всю информацию о мире из финансируемых государством телеканалов и еще никогда не выезжали из своей страны. Так, они думают, что Европа находится полностью в руинах, а НАТО в скором времени нанесет удар и развяжет третью мировую войну.

— Однако Вы стали практически тем, кто с пониманием относится к Путину. Вы вообще интересуетесь политикой?

— Конечно. Я считаю, что все путеводители невероятно скучны, если они не затрагивают политические или социальные темы. В конце концов, зачастую вывод — такой: неважно, кто правит страной, абсолютно нормальных людей в мире намного больше, чем думаешь. Повсюду — одинаковые мечты и амбиции, стремление к свободе и миру. К сожалению, сильные мира сего хорошо знают, как они могут манипулировать своим народом, что воспринимается как препятствие на пути к устремлениям.

— Вы много разговаривали с людьми. Каков ваш вывод: в чем заключается феномен Путина?

— Часто люди здесь, у нас, забывают о том, каким сложным было в России время «диких» 90-х годов. После распада СССР страна находилась в ужасном состоянии. Еще недавно она была мировой державой №2, а теперь стала страной, где царит хаос, и отдельные хитрые бизнесмены купались в роскоши, а коррупция и бедность росли. Поначалу многие возлагали большие надежды на Европу и Запад, но разочаровались — бескорыстной помощи было мало, зато войска НАТО все ближе продвигались к российским границам. После избрания президентом в 2000 году Путин немного привел страну в порядок, выступил в роли сильного правителя и дал отпор Западу. Поэтому для многих россиян он был тем, кто вернул россиянам чувство гордости после периода унижения.

— Юрий из Владивостока, например, говорит: «Я не фанат Путина, но я не вижу никого, чья концепция была бы лучше для нашей страны». Это так?

— Я смотрю на это иначе. Мне, например, абсолютно не нравится внешнеполитическая концепция Путина. Особенно, что касается «информационной войны», попытки оказывать влияние на другие страны при помощи пропаганды и, вероятно, хакерских атак. Но слова Юрия — это не единичный случай. Многие россияне не являются большими поклонниками своего правителя, но они прагматично считают его разумным выбором. Он — сильный правитель, патриот, не вор и не пьяница, а это уже немало.

— Перейдем к самой стране. Россия в эстетическом плане — некрасивая страна? Вы говорите: «Природа больше смыслит в эстетике, чем человек».

— Санкт-Петербург, Байкал или Алтай — очень красивые, эстетичные места. Вместе с тем действительно есть много безобразного, а именно в том, что касается градостроительства. Многие русские не могли понять, почему я путешествую по их стране, если я за те же деньги мог бы отправиться в Таиланд или на Мальдивы.

— Каждый сохраняет в памяти образы того места, которое он посетил.

— Часто видишь купола и панельные дома, в сувенирных магазинах — матрешки. Но ни у одного человека из тех, у кого я останавливался, не было дома балалайки. И медведей я не встречал. Мне очень нравится разговаривать с русскими о таких стереотипах, потому что они сами любят над этим пошутить.

— А каков образ Европы в России?

— Заметен упор на негативное медийное освещение, например, миграционного кризиса и его последствий. За счет подачи и выбора сообщений и комментариев возникает картина, которая перекрывает существующие проблемы. Я хотел бы, чтобы какой-нибудь российский каучсерфер отправился в путешествие по Европе и написал об этом книгу. В ней многое выглядело бы иначе.

— Как работают российские государственные СМИ?

— Негативные или недостоверные сообщения о России в «западных СМИ» с удовольствием преподносятся российской публике. Руководствуясь лозунгом — посмотрите, какой пропагандой они занимаются. На самом деле у меня есть ощущение, что за пару последних лет кое-что изменилось. Более негативные сообщения приходят сейчас из России. Нужно очень критически следить за тем, насколько кремлевские СМИ пытаются манипулировать общественным мнением в пользу России и в ущерб Европе. По моему мнению проблема пока недооценивается — хотя определенно, ее решением является не цензура, а информация и просветительская работа.

Россия. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209105


Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209089

Когда казахский тиран чихает, болеет вся страна

Пьер Сотрей (Pierre Sautreuil), L'OBS, Франция

Открытие Экспо-2017 в Казахстане в пятницу вечером вновь направляет огонь прожекторов на «лидера нации» Нурсултана Назарбаева, который безраздельно правит страной с распада СССР. И сколько еще лет будет держаться на этом посту?

Нурсултан Назарбаев может довольно потирать руки: коррупционные скандалы, неоднократные задержки и даже падение 240-тонной конструкции не помешали открытию Экспо-2017, которое с большим размахом состоялось в эту пятницу в Астане. Представители 115 стран, в том числе лидеры России и Китая Владимир Путин и Си Цзиньпин, собрались там, чтобы отметить «энергию будущего» (тема выставки) на отведенном под мероприятие огромном пространстве в 174 гектара.

Тема, конечно, может вызвать улыбку, если подумать о зависимости казахской экономики от добычи нефти и урана, однако вопрос сейчас не в этом. Дело в том, что для Нурсултана Назарбаева все средства хороши, чтобы придать блеск образу собственной страны и самого себя.

«С 2000-х годов Казахстан пустился в грандиозные авантюры, чтобы добиться признания на международной арене, несмотря на недостаточное уважение к правам человека и демократическим процедурам», — считает сотрудник Казахстанского института менеджмента, экономики и прогнозирования Адиль Нурмаков. Казахстану не удалось добиться права проведения зимней Олимпиады 2022 года и Чемпионата мира по футболу 2026 года и пришлось утешиться организацией в 2017 году Зимней Универсиады, а также статусом непостоянного члена Совета безопасности ООН.

Вопрос нельзя назвать второстепенным, поскольку, помимо международного престижа, на кону стоит внутренняя легитимность президента. После 25 лет у руля Назарбаев все еще правит страной железной рукой, а сформированный им вокруг себя культ делает упор на «процветание и стабильность страны. Чтобы отметить четверть века президентства Назарбаева, казахские депутаты даже предложили в ноябре 2016 года переименовать столицу Астану в Нурсултан. Глава государства скромно отклонил предложение парламентариев, но не стал противиться выпуску новой банкноты с его портретом.

После столь долгого нахождения на посту президента сложно сказать, в какой мере Назарбаев сформировал облик Казахстана. В 2014 году Владимир Путин заявил, что его казахский коллега «совершил уникальную вещь — создал государство на территории, на которой государства не было никогда». Несмотря на экономический кризис, который последовал за провозглашением независимости страны в 1991 году, в 2000-х годах Казахстану удалось добиться впечатляющего развития, которое укрепило позиции режима Назарбаева и вознесло Казахстан в ранг сильнейшей экономической державы Средней Азии. «Нурсултан Назарбаев — дальновидный человек. Хотя, может быть, и тиран», — считает один европейский дипломат.

Причем достижения президента должны быть видны всем. Афиши Экспо-2017 висят даже в самых отдаленных деревнях наравне с плакатами «Стратегии-2050»: эта серия озвученных Назарбаевым принципов должна привести Казахстан в клуб 30-ти крупнейших мировых экономик (сейчас страна занимает 57 место).

«Его бабушка принесла жертву Аллаху»

Невысокие дома, советские памятники, колодцы и виднеющиеся на горизонте киргизские горы — всем этим Ушконыр напоминает любое другое село на юге Казахстана. Однако все не так просто. Здесь нет и намека на разбитые дороги, которые характерны для этой огромной страны с населением в 18 миллионов человек. Местную трассу недавно отремонтировали. На улице, которая идет через всю родную деревню Нурсултана Назарбаева, виднеется участок земли с фундаментом под музей во славу первого президента Республики Казахстан.

Чуть дальше, напротив названной в честь его матери улицы, расположена школа имени Карасай батыра, казахского героя XVII века, чьим прямым потомком является Нурсултан Назарбаев, если верить официальной биографии. Директор Саулет Айтимбетова проводит экскурсию и рассказывает легенду президента: «Когда он был еще маленьким, его бабушка принесла жертву Аллаху, чтобы Нурсултан стал мудрым служителем казахского народа. Благодаря ему Казахстан стал стабильной, независимой и процветающей страной».

Она выстраивает небольшую группу учеников в форме, которые читают патриотические стихи, прославляя самого известного уроженца Ушконыра.

Переизбран с 97,7% голосов

Так выстроена патерналистская система 76-летнего Нурсултана Назарбаева, «лидера нации» и «народного героя»: этот данный ему по закону 2010 года громкий титул фактически делает его пожизненным президентом. Ученики в школе Карасай батыра попросту зовут его «Папа». Проведенные с 1995 года конституционные реформы позволили ему сформировать систему без противовесов и разделения власти.

Параллельно с захватом государственных институтов Нурсултан Назарбаев методично ликвидировал или подчинил оппозицию и независимые СМИ. В 2015 году он был переизбран на пять лет с карикатурным результатом в 97,7% голосов. «Прошу прощения, если эти цифры кажутся неприемлемыми, но я ничего не мог поделать, — заявил президент после победы. — Если бы я повлиял на результат, это было бы недемократично».

С учетом такой в высшей степени персонализированной системы сложно представить себе Казахстан без Назарбаева. Как бы то ни было, у всех на устах один вопрос: «час Х», под которым казахи подразумевают день смерти президента. Последние годы ходят упорные слухи о состоянии его здоровья, особенно после лечения за границей. Когда Назарбаев чихает, замирает вся страна. В октябре прошлого года сообщение его пресс-службы об отмене государственного визита в Армению из-за простуды повлекло за собой череду самых разных спекуляций у наблюдателей. За месяц до того кончина 78-летнего узбекского диктатора Ислама Каримова сделала Назарбаева последним лидером, который удерживает свой пост с распада СССР.

Вопрос выглядит тем более актуальным, что президент, судя по всему, вовсе не намеревается оставлять власть при жизни. Его нынешний мандат продлится до 2020 года, после чего он вполне может пойти на шестой срок. В ноябре он заявил следующее: «Я буду работать до 2020 года. И мы снова увидимся в 2020 году».

Казахстан > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 14 июня 2017 > № 2209089


Черногория. Италия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 14 июня 2017 > № 2208832

Он притворялся принцем Черногории, но его раскрыли в Бриндизи

Сония Джойя | La Repubblica

"Было достаточно ложной страницы в соцсети, такого же ложного сайта в интернете и поддельных документов - вот как 57-летний туринец ухитрился выдавать себя за принца Стефана Чернетича, члена королевского дома Черногории и Македонии, пожив на халяву в экстралюксовом отеле в Фазано (город в Италии, в провинции Бриндизи. - Прим. ред.) с 25 по 31 июля 2016 года, - сообщает Соня Джойя в итальянской газете La Repubblica. - Благодаря этому весьма удавшемуся розыгрышу мужчина, проживающий в Турине, смог попасть на прием к высокопоставленным представителям духовенства, мэрам всей Европы, а также к представителям шоу-бизнеса".

Однако розыгрышу ложного принца и его верного спутника, 63-летнего мужчины из Куиндичи (провинция Авеллино), неоднократно судимого за мошенничество и выдававшего себя за посла Македонии в Италии, пришел конец. "На них заявили в правоохранительные органы, обвинив их в предоставлении ложных сведений о своей личности, а также во владении и изготовлении ложных документов", - сообщает издание.

На удочку попалась даже актриса Памела Андерсон, которой ложный принц пожаловал в Санта-Маргерита-Лигуре титул графини деи Джильи, сообщается в статье. Мужчины фотографировались и принимали участие в церемониях во всех уголках мира, даже с высокопоставленными представителями католического и православного духовенства, пока они не попали впросак.

Как рассказывает издание, расследование началось в августе 2016 года, когда менеджеры отеля в Фазано предъявили счет посольству Черногории в Италии, следуя указаниям ложного принца. В ответ МИД Италии разослал всем правоохранительным органам на территории страны фото Чернетича и его товарища. Карабинеров, в частности, предупредили, что в гостиницу 57-летний мужчина приехал на мерседесе с флажками Черногории и наклейками дипломатического корпуса. "Все было ложным, срежиссированным, подделанным".

Автор сообщает, что "в ходе следственных действий были конфискованы печати, ложные дипломатические пропуска, наклейки дипкорпуса, аттестаты международных премий королевского дома Черногории и различные дипломы".

Черногория. Италия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 14 июня 2017 > № 2208832


Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208648 Александр Титов

Ирландцы в Лондоне. Чего ждать от союза Терезы Мэй и юнионистов Ольстера

Александр Титов

Не набрав на выборах большинства, Терезе Мэй приходится обратиться за поддержкой к единственной в британском парламенте партии, которая тоже официально за брекзит. Но союз с радикальными фундаменталистами не находит понимания даже у многих консерваторов, а также радикально уменьшит Лондону пространство для маневра на переговорах о брекзите

Неожиданная потеря большинства в парламенте по результатам внеочередных выборов не оставила британскому премьеру Терезе Мэй других альтернатив, кроме как начать переговоры о возможной коалиции с Демократической юнионистской партией (ДЮП) Северной Ирландии. До недавнего времени мало кому известная за пределами Ольстера, ДЮП неожиданно превратилась в ключевую политическую силу Великобритании.

В принципе, сотрудничество с ДЮП вполне логично для консерваторов – идеологически они довольно близки. Прежде всего, их объединяет британский национализм, выражающийся в стремлении сохранить в целости Соединенное Королевство. Кроме того, ДЮП демонстрирует подчеркнутый пиетет к британским вооруженным силам – поддерживает увеличение расходов на оборону до 2% ВВП и выступает за сохранение Великобританией статуса ядерной державы.

Во внешней политике их объединяет недоверие к ЕС и стремление сохранить особые отношения с США. Имперская ностальгия, один из значимых факторов в брекзите, также связывает часть консерваторов с ДЮП. Представители обеих партий часто заявляют, что важно выстраивать отношения со странами Британского Содружества в противовес ЕС.

Тем не менее есть и существенные различия. Жесткая связка национализма и религии, присущая ДЮП, как и их религиозные взгляды, не близка консерваторам. Также участие одной из ольстерских партий в британском правительстве серьезно осложняет мирный процесс в Северной Ирландии. Переговоры о брекзите еще не начались, а к ним уже добавляются все новые сложности.

Путь юнионистов

Демократическая юнионистская партия была основана в 1971 году, в разгар североирландской смуты (the Troubles) Ианом Пейсли, одним из самых радикальных протестантских политиков и создателем фундаменталистской Свободной пресвитерианской церкви. Главная задача ДЮП была в том, чтобы сохранить доминирующее положение протестантов в Ольстере и удержать провинции в составе Соединенного Королевства (откуда и происходит ее название «юнионистская» – за союз с Великобританией).

На протяжении 30 лет ДЮП была самым ярым противником любых уступок республиканцам, сторонникам воссоединения Ольстера с Ирландской Республикой, в большинстве своем католикам. Стараниями ДЮП были сорваны несколько попыток политического разрешения ольстерского конфликта в 1970–1980-е годы. ДЮП была против и Белфастского соглашения, известного также как Соглашение Страстной пятницы, которое в 1998 году положило конец вооруженному конфликту в Ольстере.

Тем не менее к середине 2000-х годов ДЮП стала главной юнионистской партией в Северной Ирландии, потеснив менее радикальную Ольстерскую юнионистскую партию. С республиканской стороны более радикальная «Шинн Фейн» также вышла на первое место среди республиканских избирателей. В 2007 году основатель ДЮП Иан Пейсли стал первым министром Северной Ирландии, заключив соглашение со своим заклятым врагом Мартином Макгиннесом из «Шинн Фейн», что стало одним из символов реального окончания ольстерской смуты.

Ретроградная аномалия

Британская пресса, комментируя союз Мэй с ДЮП, больше всего говорит о радикальных взглядах ДЮП по социальным вопросам. Действительно, для Великобритании ДЮП очень необычная партия – она имеет гораздо больше сходства с Республиканской партией США, особенно с ее религиозным крылом и поддерживающими его евангелистскими церквями, с которыми протестанты Ольстера имеют тесные отношения.

Для понимания ольстерских протестантов важно помнить об их исторической роли как первопроходцев имперских окраин, сначала в Ирландии, а затем и в Северной Америке. Об исторических связях ольстерских шотландцев (Ulster Scots) с североамериканскими колонистами ходят легенды: около трети американских президентов прослеживали свои корни из Ольстера, включая Эндрю Джексона (1829–1837) – одного из основателей популистского американского национализма, прославившегося своим жестоким отношением к американским индейцам.

У ДЮП очень тесные отношения со Свободной пресвитерианской церковью, основанной тем же Пейсли в 1951 году, – оттуда в партию приходят большинство активистов ДЮП. Свободные пресвитериане весьма фундаменталистская церковь, ее прихожане придерживаются ярых антикатолических и антилиберальных взглядов, а также выступают резко против экуменизма и теории эволюции. В контексте Северной Ирландии фундаменталистские взгляды – это идеологическая основа воинствующего юнионизма.

Из-за традиционной связки фундаменталистской религии и национализма ДЮП придерживается ультраконсервативных социальных взглядов, в частности на права сексуальных меньшинств. Например, в интервью ВВС в 2007 году Пейсли-младший назвал геев «отталкивающими», а сама партия блокирует введение легализации однополых браков в Ольстере.

ДЮП также занимает жесткую позицию в отношении абортов, которые до сих пор запрещены в Северной Ирландии. Многие члены ДЮП отрицают научную теорию эволюции и антропогенный фактор в глобальном потеплении. Один из парламентариев, Самми Уилсон, был вынужден уйти в отставку с поста министра экологии Северной Ирландии в 2008 году, после того как он запретил показ рекламных роликов о глобальном потеплении, назвав их «зеленой пропагандой».

Такие взгляды на глобальное потепление и аборты – норма для американских консерваторов, в частности евангелистов. Но для Европы, включая Великобританию, это очень необычное и маргинальное явление.

Неудивительно, что ДЮП выглядит анахронизмом для большинства британских избирателей. Несмотря на брекзит с его антииммиграционной составляющей, Великобритания представляет собой социально прогрессивное, светское общество. Естественно, что коалиция с ДЮП воспринимается как вызов для большинства не только избирателей, но и значительной части консерваторов. Например, 19 депутатов от Консервативной партии – открытые геи, а глава шотландских консерваторов Рус Дэвидсон помолвлена с ирландской католичкой, что сторонниками ДЮП расценивается как двойной грех.

Ольстерские тонкости брекзита

Тем не менее результаты выборов и приближающиеся переговоры по брекзиту не оставляли Терезе Мэй других вариантов, кроме как обратиться за поддержкой к единственной партии в парламенте, которая тоже официально поддерживает брекзит.

Но отношение к брекзиту у ДЮП двоякое. С одной стороны, юнионисты всегда были против Евросоюза по идеологическим причинам. Во время британского референдума 1975 года о членстве в Европейском экономическом сообществе (ЕЭС) ДЮП агитировала за выход под лозунгом «Голосование за Общий рынок – это голосование за экуменизм, Рим, диктатуру, антихриста», то есть апеллировала прежде всего к радикальной протестантской идеологии (под Римом подразумевается римский папа и католическая церковь). Отождествление ЕС с традиционными врагами протестантов и необходимость защиты от них национального суверенитета и британской идентичности Ольстера имеют в ДЮП глубокие идеологические корни.

С другой стороны, экономическая и политическая реальность Северной Ирландии такова, что даже ДЮП не может игнорировать негативные последствия выхода Соединенного Королевства из Евросоюза. Например, из ЕС идут огромные субсидии на сельское хозяйство Северной Ирландии (около 350 млн фунтов в год), а также на региональное развитие, что дает еще 100 млн фунтов. Экономика Северной Ирландии практически едина с Ирландской Республикой, и любые новые барьеры, например введение таможенного контроля на границе, негативно скажутся на Ольстере. Кроме того, бесперебойное общение между Северной Ирландией и Ирландской Республикой – одно из основополагающих условий мирного процесса в Ольстере.

Две основные социальные группы поддержки ДЮП – городские рабочие и фермеры – объединены сильной британской идентичностью, а сельские жители также являются основной базой приверженцев фундаменталистской версии протестантизма. Тем не менее их благополучие напрямую зависит от субсидий из Единой сельскохозяйственной программы ЕС. Неудивительно, что Пейсли-младший выразился по поводу переговоров о выходе из общего рынка и таможенного союза следующим образом: «Я британец, но коровы у меня ирландские».

Малый и средний бизнес, на который опирается ДЮП, также зависит от открытой границы и бесперебойной торговли с Ирландской Республикой. Поэтому, несмотря на поддержку брекзита по идеологическим соображениям, ДЮП выступает за то, чтобы после выхода сохранить и открытую границу с Ирландией, и как можно больше программ ЕС (или получить полную компенсацию финансовых потерь от Лондона). Тем более что из 56% проголосовавших на референдуме в Северной Ирландии против выхода из ЕС около трети – протестанты.

Ирландский вопрос

Участие ДЮП в правительстве Терезы Мэй еще больше усложняет и так непростую политическую ситуацию в Северной Ирландии. Дело в том, что Ольстер переживает очередной политический кризис из-за неспособности двух главных партий, ДЮП и «Шинн Фейн», договориться о формировании правительства. Из-за этого в Северной Ирландии нет действующего правительства с января 2017 года.

Хотя внеочередные выборы, прошедшие в марте, увеличили количество мест для «Шинн Фейн» (с отрывом одно место лидирует ДЮП), само по себе это ситуацию кардинально изменить не может, так как по условиям Соглашения Страстной пятницы правительство должно формироваться только коалицией двух крупнейших партий, которые получают посты первого министра и заместителя первого министра. Отсутствие согласия на формирование правительства в конечном счете должно будет привести к введению прямого правления из Лондона.

При этом Соглашение Страстной пятницы предусматривает, что британское правительство должно выступать арбитром между партиями в Северной Ирландии. Схожая роль предусмотрена и для ирландского правительства, но оно имеет меньшее влияние, потому что не может участвовать в прямом управлении и не финансирует Ольстер. Зависимость британского правительства Мэй от парламентской поддержки ДЮП, естественно, вызывает сомнение в способности Лондона выполнять в Северной Ирландии роль непредвзятого арбитра.

Цена поддержки

Что может потребовать ДЮП за поддержку от правительства Мэй? Прежде всего деньги. В отличие от консерваторов, которые еще со времен Тэтчер остаются привержены жесткому экономическому либерализму и снижению участия государства в экономике, для ДЮП очень важно исполнение государством социальных обязательств и обеспечение экономического развития Северной Ирландии.

При этом Северная Ирландия самый дотационный регион Соединенного Королевства, который ежегодно получает около 12 тысяч фунтов на человека в год при средней сумме по стране 8800 фунтов. Увеличение и без того довольно щедрых субсидий для Ольстера будет неоднозначно воспринято британскими избирателями, вынужденными уже почти десять лет мириться с сокращением социальных расходов, что стало одной из причин неожиданного успеха лейбористов на этих выборах.

Кроме того, ДЮП необходимы гарантии, что будет сохранена открытая граница с Ирландией, что сужает возможности маневрирования на переговорах с ЕС. Например, вариант no deal, часто обсуждаемый наиболее радикальными сторонниками брекзита (то есть выход из ЕС без каких-либо договоренностей), можно, скорее всего, отбросить – ДЮП за него не проголосует. Самый простой вариант для Северной Ирландии – это остаться в таможенном союзе (чего требует и британский бизнес, глубоко интегрированный в общий рынок, – например, автомобили, производимые в Британии, на 60% состоят из комплектующих деталей, сделанных в ЕС).

Это, однако, серьезно ограничит возможность Британии заключать торговые соглашения с третьими странами после выхода из ЕС, что было одним из главных аргументов сторонников выхода, которые утверждали, что таким образом Британия без труда покроет потери от выхода из общего рынка и таможенного союза с ЕС. Таким образом, одна из главных экономических целей выхода из Евросоюза может оказаться невыполнимой благодаря позиции ДЮП.

Не набрав на выборах большинства, Терезе Мэй приходится опираться на самую противоречивую партию в британском парламенте. Даже если поддержка ДЮП будет только парламентской и партия не получит министерских портфелей, Терезу Мэй все равно ждут серьезные репутационные потери и среди избирателей, и в собственной партии. Слишком многие считают фундаменталистскую протестантскую идеологию ДЮП откровенной дикостью.

Кроме того, опора на ДЮП угрожает мирному процессу в Северной Ирландии именно в тот момент, когда провинция находится в ситуации политического кризиса.

Наконец, опора на ДЮП сужает Лондону пространство для маневра в ходе переговоров о будущем статусе Северной Ирландии и выходе Соединенного Королевства из таможенного союза с ЕС.

Пока трудно сказать, насколько устойчивым будет новое правительство Терезы Мэй. Но даже если она уйдет в отставку (что сейчас кажется неизбежным), ее преемник все равно будет вынужден опираться на ДЮП, по крайней мере до следующих выборов. Это усложняет процесс выхода из ЕС и создает высокую степень политической неопределенности и в Северной Ирландии, и в Великобритании в целом.

Великобритания > Внешэкономсвязи, политика > carnegie.ru, 14 июня 2017 > № 2208648 Александр Титов


Катар. США. Иран. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220326

Кому война, а кому мать родна: когда начнется война на Ближнем Востоке?

Катар – только первая ласточка. Следом идут курды

Регион, в котором нельзя доверять никому

Как показывает анализ последних событий, Ближний Восток — очень тонкая тема, где чрезвычайно много подводных камней. В этом можно только согласиться с признанными экспертами в этой области и с их оценкой происходящих процессов — «Что вскрыл на Ближнем Востоке катарский «гнойник»». Чем же обусловлена сложность данного региона? В первую очередь она обусловлена историей, особенно двадцатого века, когда вся территория Ближнего Востока была чьими-то колониями.

После распада колониальных империй территории колоний были поделены как Бог на душу положит, но с неизменным одним условием — везде были заложены потенциальные токи конфликта в виде присутствия в теле новых государств мощных этнических и чуждых вкраплений: курды — в Иране, Ираке, Сирии, Турции, азербайджанцы — в Иране и так далее. Эти раны довольно долгое время, пока существовала двухполярная геополитическая система, не обращали на себя внимания. Однако после распада СССР на Ближнем Востоке образовался вакуум силы, который после терактов 11 сентября 2001 года решили заполнить американцы.

В рамках этой стратегии ими была выдвинута идея Нового Ближнего Востока, о которой мы писали в одном из последних материалов и которая стала успешно реализовываться, за исключением Сирии. Но план — это только руководство к действию, в него могут и должны вноситься и изменения. Сирия благодаря России и стала тем пунктом, который оказался вычеркнут из первоначального плана. Но это не означает, что остальные пункты этого плана противоречат интересам России — страны этого региона всегда с настороженностью относились к России и всегда вели свои параллельные игры с другими центрами силы.

Поэтому вполне логично, чтобы Россия руководствовалась в отношении стран этого региона исключительно своими национально-государственными интересами, не поддаваясь на воззвания к «величию истории», к «порядочности» и так далее, так как эти страны никогда не демонстрируют аналогичных позиций, и играют только в одной логике — выгоды исключительно для себя, а если можно подставить «большого брата» или столкнуть его лбами в с другим «большим братом» — то вообще замечательно.

Вот, исходя из этих установок, и посмотрим, что происходит в регионе Ближнего Востока и к чему это ведет. Рассмотрим политические аспекты так резко возникшего кризиса вокруг Катара.

Катар — пробный камень саудитов против Ирана

Во-первых, обвинение Катара со стороны Саудовской Аравии в поддержке терроризма — абсолютно правильное, так как Катар активно занимался спонсированием «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в России), которые при поддержке обамовской администрации, конкретно — Хиллари Клинтон, взорвали Египет и Ливию. Однако. После смены шахов — Хамад бин Халифа Аль Тани в июне 2013 года отрекся от власти в пользу своего сына, Тамима бин Хамада Аль Тани, — Катар начал сворачивать свою поддержку террористам. О развороте позиции Катара лучше всего свидетельствует тот факт, что в прошлом году суверенный фонд этой страны вместе с компанией Glenсore выкупил 19,5% акций «Роснефти».

Поэтому обвинение как минимум запоздалое. Однако, во-вторых, выглядит оно тем более двусмысленно, что само КСА поддерживает других, не менее отпетых террористов — ИГИЛ и «Аль-Каиду» (организации, деятельность которых запрещена в России). Соответственно, ультиматум Катару из-за поддержки им террористов — лишь повод, который должен скрыть истинные причины и цель дипломатической атаки, которой, и не только на мой взгляд, является Иран — действительно главный геополитический противник Саудовской Аравии на Ближнем Востоке.

Соответственно, КСА купило у Трампа возможность дипломатически атаковать Катар исключительно с целью получить выход на второй шаг в этой атаке — выйти на Иран. Тем более что именно Иран и обозначил Трамп в качестве основной угрозы США на ближайшие годы. О том, что кризис вокруг Катара не больше чем дипломатическая разводка, говорит, прежде всего, тот факт, что уже через три дня после начала кризиса Трамп звонит шейху Катара и приглашает его в США для разрешения «неожиданно» возникшего конфликта, а глава Госдепа Тиллерсон посылает нужный знак всем заинтересованным сторонам, отмечая, что США не заинтересованы в эскалации конфликта.

Создать — настроены, а вот на эскалацию — нет. Это классическая разводка. Тем более в Катаре и военная база США находится, ответственная за войска США в этом регионе и Афганистане, и контракт на поставку 72 многоцелевых истребителей F-15QA, в который также входят поставки сопутствующего оборудования и вооружений, обучение пилотов и техническое обслуживание самолетов, стоимостью 21,1 млрд долларов никто не отменял.

Конфликт вокруг Катара не перейдет в вооруженную стадию еще и потому, что он будет означать раскол арабов на два фронта, что сейчас США пока еще не выгодно. Кроме того, конфликт в Катаре приведет к вооруженному столкновению Саудовской Аравии с Турцией и Пакистаном. И если КСА до сих пор не может разгромить племена хуситов в Йемене, то многотысячные военные контингенты Турции и Пакистана не оставят камня на камне от ваххабистской династии саудов.

Поэтому кризис вокруг Катара (как и КНДР) необходимо рассматривать как фирменный стиль Трампа — создание громкого информационного повода для поднятия ставок в игре, а на этом фоне уже решать действительно серьезные задачи. Основной удар США руками саудитов нанесут в другом месте. И он уже обозначен — это Иракский Курдистан, за которым должны заявить о себе и другие части разделенного курдского народа. Дело в том, что президент курдской автономии в Ираке Масуд Барзани в Эрбиле (столице Иракского Курдистана) заявил о решении провести 25 сентября референдум о независимости (более подробно об этом читайте в материале «Барзани воскрешает дух Севрского договора»). Несомненно, как только это произойдет, процесс становления Курдистана получит новое дыхание. Поэтому это является сильнейшим объединяющим фактором для Ирана, Сирии и Турции, территории которых являются основными зонами проживания курдов.

О том, что заявление Барзани сделано с подачи саудитов, говорит многое. В том числе и прежде всего связи саудитов и иранских курдов. В августе — сентябре 2016 года впервые появились сообщения о том, что курдские ополчения Ирана активно поддерживает Саудовская Аравия. В частности, известный аналитический центр Stratfor утверждал, что Эр-Рияд финансирует иранских курдов через свое консульство в Эрбиле — столице Иракского Курдистана, и между сторонами происходит интенсивный обмен информацией. В КДП-Ин сотрудничество с Эр-Риядом отрицают, но формальные заявления и реал-политика имеют мало общего.

В Тегеране открыто обвиняют саудитов. «Саудовская Аравия передает средства антиправительственным группировкам, которые переходят через границу. Они говорят им: «Идите и нападайте». Они (курды) спрашивают, где им совершать операции, и саудовцы отвечают: «Нам не важно. Иран не должен чувствовать себя в безопасности», — заявил бывший глава КСИР Мохсен Резаи.

«Патетика экс главного «стража» объяснима, ибо, к несчастью для Ирана, дело не ограничивается только курдами. Курды — своего рода запал, который, сдетонировав, может взорвать мозаичную и хрупкую конструкцию под названием «Исламская республика» с ее множеством разнообразных меньшинств — этнических и религиозных. Разгоревшись, огонь курдского восстания способен перекинуться на Белуджистан, Хузестан, чье население составляют в основном арабы-сунниты, Южный Азербайджан и туркменские племена на северо-востоке страны», — отмечают эксперты.

Данную информацию подтверждают и российские эксперты: «Конечно, саудиты поддерживают курдов, ведь это позволяет отбирать у ИРИ ресурсы, делать жизнь страны менее комфортной, тем более что сами иранцы занимаются тем же самым на территории Саудовской Аравии. Так, не все спокойно в приграничной с Йеменом саудовской провинции Наджран, населенной преимущественно шиитами-исмаилитами, и в богатой нефтью Восточной провинции, где подавляющее большинство населения — шииты. Также непростая ситуация в Бахрейне, где саудовцам приходится держать определенные силы и даже перебрасывать туда подкрепления. Так что в интересах КСА поддерживать иранских курдов. Более того, два года назад была информация о встрече представителей PJAK с саудовскими спецслужбами», — отмечает эксперт Института Ближнего Востока Сергей Балмасов.

Большая война на пороге Ближнего Востока

Почему КСА идет на этот шаг? По очень простой причине — Иран воюет против КСА по полной программе в Йемене и Бахрейне чужими руками, используя один из приемов гибридной войны. Саудиты решили сделать то же самое, но поближе к Ирану, нанеся с полного согласия американцев удар в очень чувствительное место Тегерана — курдов, поскольку если Эрбиль проведет референдум, то Иракский Курдистан как одна из частей плана карты Нового Ближнего Востока Петерса станет реальностью. Это событие станет очень мощным стимулом по обретению независимости и другими частями курдского народа, находящимися в Сирии, Иране и Турции.

Видит эту перспективу, несомненно, и Анкара, которая очень быстро отреагировала на катарский кризис — 7 июня парламент Турции одобрил закон о расширении турецкого военного присутствия в Катаре, а уже 8 июня закон подписал президент Турции Реджеп Эрдоган.

Разжигая этот конфликт, КСА, скорее всего, предполагает следующее. Что, во-первых, лучше атаковать, чем обороняться (по логике лягушки в кувшине, взбивающей молоко в масло), и, возможно, это убережет королевство от той участи, что уготована ему картой Петерса (хотя это навряд ли, скорее ускорит). Что, во-вторых, оно имеет за спиной поддержку США (то есть урок Саддама Хусейна не усвоен, но тогда кто ж им доктор?). Что, в-третьих, войну надо вести на территории противника. Это, конечно, правильно. Но кто сказал, что Иран и Турция, если начнется заваруха в историческом Курдистане, будут воевать только на своих территориях и не подумают ударить туда, куда логичней всего, — по инициаторам этой войны?

Судя по развитию событий, которые идут как по плану, война на Ближнем Востоке в таком формате становится практически неизбежной. Какие выводы из этого следуют?

Во-первых, несомненно, такой вариант для России лучше, чем если бы Третья мировая началась в Сирии, в которой находится зона непосредственно наших жизненно важных интересов, и где присутствуют наши ВКС. Начало как минимум региональной войны в Сирии означало бы втягивание в этот конфликт и России. Поэтому будет очень хорошо, если мы максимально долго окажемся в стороне от этой заварухи и поможем ее закончить в статусе одного из победителей, придя на завершающем этапе в качестве миротворцев.

Во-вторых, США, понятное дело, хорошо заработают на поставках оружия горячим арабским парням. Нам надо сделать то же самое. К тому же странам, поощряющим терроризм, в условиях войны на своих территориях будет не до организации террористического подполья и актов на территории других стран — самим бы остаться живыми и не попасть под зачистку.

В-третьих, что наиболее важно, война позволит утилизировать ту массу боевиков и головорезов, которые многие годы создавались США, Катаром, Саудовской Аравией и другими для войны с Россией и готовы были после войны в Сирии хлынуть на просторы бывшего СССР. Однако вмешательство России позволило предотвратить этот сценарий и направило его течение по другому руслу, в котором сейчас будут окапываться другие.

В-четвертых, надо проявить политическую мудрость и оказаться максимально в стороне от этого конфликта экономически. Тем более что чем больше он будет продолжаться, тем более высокими будут цены на энергоресурсы. Роль России как надежного поставщика ресурсов существенно усилится, в том числе и для Европы, а это означает дополнительные баллы в пользу выгодного нам решения ситуации на Украине. Да и варианты реализации Нового Шелкового пути существенно сократятся в пользу тех, которые проходят по территории России, потому что большая война, скорее всего, взорвет Ближний Восток на годы.

Юрий Баранчик

Катар. США. Иран. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220326


Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220289

Задача для Церкви: как примирить «иосифлян» и «нестяжателей»

Подвижник не от мира сего может быть куда ближе миру, чем это кажется

C 8 по 12 июня в мужском монастыре Нило-Столобенская пустынь Тверской митрополии прошли торжества по случаю 350-летия обретения мощей преподобного Нила Столобенского. Возглавил их патриарх Московский и всея Руси Кирилл, совершив там 9 июня божественную литургию. Нилова Пустынь — известный в России монастырь, устроенный на острове на том самом месте, где подвизался отшельник. Рассказывая о подвиге его, патриарх Кирилл, среди прочего, сказал следующее:

«Мы знаем, что люди обычно связывают историческую память с теми, кто совершал некие важные деяния, повлекшие за собой значительные последствия для жизни страны, города или региона. Но святой Нил Столобенский за всю свою жизнь не совершил ничего такого, что с точки зрения светской или государственной было бы подвигом, что повлекло бы за собой радикальные изменения к лучшему в жизни людей и тем более всей страны. Что же совершил преподобный Нил? Он прибыл на этот пустынный остров и поселился здесь в полном одиночестве, выкопав себе землянку, не имея ни крыши над головой, ни питания. Неизвестно даже, как он огонь добывал, — у него не было ничего… Он жил здесь многие годы, не имея ни пищи, ни огня, ни настоящего жилища — и это в нашем климате! Чем же он питался? Кто-то говорит, что это были корни, кора, орехи, грибы. Но давайте себе представим, что кто-то из нас в течение всего года, не имея никаких продуктов, остается в полном уединении. Невозможно себе представить, чтобы такой человек выжил. А преподобный Нил не просто выжил — он здесь жил полной жизнью. И возникает вопрос: как же охарактеризовать жизнь Нила Столобенского? Одним только словом: подвиг. Он подвижник».

Патриарх, впрочем, не призвал всех на такой подобный подвиг, заметив, что богоугодной жизни можно достигать разными путями. Ну, а опыт подвижника напоминает людям о том, что не стоит руководствоваться сиюминутными интересами, обусловленными рамками нашего ограниченного земного мира, ведь «если человек свой динамизм и умение достигать жизненных целей соединит с подвижничеством, способностью достигать единой богоугодной цели, то мы можем сказать, что перед нами гениальный человек».

Преподобный Нил жил в конце XV — первой половине XVI века. Это было время установления сильной центральной государственной власти, существенных политических изменений, «собирания русских земель», а также серьезных разногласий (в том числе в Церкви) по поводу права монастырей на землевладение и владение имуществом. И многих прочих. Отшельничество к тому времени стало определенного рода богословской позицией. Тех, кого позже назовут «нестяжателями», подвергали церковным и государственным репрессиям со стороны так называемых «иосифлян». Последние считали, что монастыри должны быть финансово обеспеченными и материально крепкими ради успешного ведения духовной, благотворительной и просветительской деятельности.

Сторонники русского подвижника и крупного деятеля Церкви Нила Сорского, те самые «нестяжатели», напротив, требовали ото всех возвращения к аскетизму раннего христианства и отказа от всякого церковного имущества не лишь одних монастырей, тем самым находясь в довольно заметной оппозиции не только к церковной, но и государственной власти, искавшей поддержку Церкви в вопросах централизации власти и сакрализации власти. В житии Нила Столобенского ничего не сказано о его позиции на сей счет. Там говорится лишь, что он недолго побыл в Крыпецком в монастыре, затем покинул его, после жил уединенно в лесу, тяготился людей, приходивших к нему за молитвой и наставлениями. Понимая, что избегать людей становится все сложнее, наконец, покинул свою келью и, поселившись на острове озера Селигер, прожил первый год в землянке, которую вырыл на острове. И позже уже слегка отстроился, прожив там до самой кончины.

В те времена люди были мало склонны — если вообще были склонны — к каким-либо компромиссам. Занимая ту или иную позицию, отстаивали ее во всей полноте. Полнотой этой могли быть не только открытые богословские споры, но в первую очередь образ жизни. Исторически «нестяжатели» на Руси проиграли, многие были осуждены, обвинены в ереси. Однако отшельничество долгое время оставалось наглядной оппозицией, взявшей, как некоторыми считалось, курс на «обмирщение» церковной власти. Народом отшельники оставались любимы за их «неотмирность», несмотря на то, что столь радикальные формы христианства, окажись они «во главенстве», могли грозить деградацией общественной жизни. Но эта радикальность всегда служила укором и противовесом «прохладному», формальному отношению человека с Богом.

Как-то духовная самоотверженность, личная в православии, все время не срасталась с пониманием того, что Церковь призвана на общественное служение. «Личное» и «общественное» развелись и в итоге вылились в очень вычурные, замысловатые доктрины, негласно исповедуемые в Церкви. С одной стороны, «сторонники аскетизма», не являющие этого аскетизма никак, кроме заумных рассуждений о природе божественных явлений. С другой, назовем так, современные «иосифляне», ищущие уже опоры у государства, чтобы расширить влияние Церкви за его счет.

Монастыри в современных условиях могли бы этому раздраю положить конец, показывая, что «неотмирное» куда ближе миру, чем людям порою кажется, представляется. Что подвиг — это и в самом деле приложение своих способностей на пользу другим людям, всему обществу. С той самой (в сочетании) самоотверженностью, которую являли аскеты древности. Одно другому никак не мешает, а, напротив, может, наконец, примирить позиции «иосифлян» и «нестяжателей» в то единое понимание христианства, которое и должно быть.

Игорь Бекшаев

Россия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220289


США. Иран. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220283

National Interest: США не стоит делать грязную работу Ирана в САР

Поддерживание отношений одновременно с курдами и считающих их террористами Турцией может подорвать связи Вашингтона с его союзником по НАТО

По мере того как террористическая группировка «Исламское государство» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) теряет территории, ее боевики все чаще наносят удары по уязвимым местам Запада, и велика вероятность того, что теракты, подобные лондонскому и манчестерскому, будут совершаться до тех пор, пока не будет уничтожена идеология, оправдывающая такие акты насилия и призывающая к ним. И ключевую роль здесь играет освобождения сирийской Ракки — фактической столицы боевиков, пишет Мэттью Рж. Бродский в статье для The National Interest.

Для достижения этой цели президент США Дональд Трамп полагается на сложную сеть взаимоотношений США с Турцией и курдами, с которыми Трамп расширил военное сотрудничество в Сирии. Так, курдские подразделения — Отряды народной самообороны (YPG) — хоть и считаются партнерами Вашингтона, однако Анкара, союзник США по НАТО, рассматривает их в качестве части признанной террористической группировки Рабочая партия Курдистана (РПК). Поэтому двум союзникам по НАТО на протяжении долгого времени было очень сложно найти общий язык по Сирии.

В частности, хотя бывший президент США Барак Обама и глава Турции Реджеп Тайип Эрдоган призвали в 2011 году президента Сирии Башара Асада уйти в отставку, однако Вашингтон не пошел ни на какие шаги, чтобы подкрепить слова делом. Нежелание США вмешиваться активно в сирийский конфликт стало очевидно, после того как ВВС Сирии сбили в 2012 году турецкий самолет, а Обама согласился с версией событий, предоставленной Россией. Затем бывший глава Белого дома проигнорировал доказательства Турции о якобы наличии у официального Дамаска химического оружия, отказавшись идти до конца, когда была пересечена его красная линия. Последним же гвоздем в этот гроб стало нежелание Обамы отказываться от ядерной сделки с Ираном, в результате которой Иран смог сохранить Сирию в своей сфере влияния.

Эрдоган понял, что он окажется в одиночестве, если будет одновременно добиваться и смены режима в Сирии, и предотвращения продвижения курдов на юг Турции, поэтому-то программа по нахождению, проверке и подготовке умеренной суннитской арабской оппозиции так и не смогла принести плоды. Со своей стороны, Эрдоган также на протяжении долгого времени играл в двойную игру, позволив потоку новобранцев ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) проходить через его страну. Пока боевики противостояли курдам и «режиму» Асада, он считал их своим активом, нежели проблемой. Хотя Эрдоган и сейчас не откажется от отставки Асада, тем не менее в результате нескольких терактов в Турции он признал, что группировка ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) должна быть также уничтожена. Возможно также, что он понял, что для Трампа уничтожение этой террористической группировки не подлежит дебатам. И он готов следовать за Вашиннтоном, пока курды не станут усиливаться физически или географически.

И в мае, когда глава Турции прибыл с официальным визитом в Вашингтон, он уже знал, что может получить от Дональда Трампа. Он понимал, что ему не удастся убедить США отказаться от своих партнёров по освобождению Ракки, поскольку администрация напрямую сообщила Анкаре о своем решении вооружить курдов. Вопрос был в том, что он сможет получить в обмен на отказ от ударов по курдам. Так, партнеры США по Ближнему Востоку известны не только своей способностью помогать США, но и своей способностью вставлять палки в колеса планам Вашингтона.

Именно на этом и основан рискованный план Трампа — поддержание отношений по отдельности с курдами и Турцией. По мнению экспертов, в Вашингтоне Эрдоган договорился о том, что Турция закроет глаза на сотрудничество Вашингтона с YPG в деле уничтожения ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Ракке, тогда как США не будут препятствовать или даже поддержат Турцию в ударах по РПК в Ираке после освобождения Ракки и Мосула. США также дали понять, что они окажут поддержку Анкаре в противодействии финансированию РПК в Европе. Соглашение тем не менее зависит от гарантий со стороны США того, что YPG не останутся в Ракке после освобождения города, тогда как YPG сдадут оружие США после завершения операции.

В этом и состоит проблема, поскольку если курды еще и могут вернуть предоставленное им США оружие, то шансов на то, что YPG покинут Ракку, немного. Дело в том, что, по оценкам экспертов, курды стремятся максимизировать свои приобретения в Сирии, в том числе с помощью создания хороших связей с официальным Дамаском и Россией, с одной стороны, и с США — с другой. Это может привести к ситуации, при которой YPG могут сыграть в собственную игру, использовав Ракку как рычаг давления и передав ее Асаду и России в обмен на признание и защиту курдской экономической автономии в Сирии.

В случае развития событий по этому сценарию укрепятся позиции не только Асада и Москвы, но и Ирана. Получится не только так, что США сделали грязную работу за Дамаск и Тегеран, но и тем самым вызвали гнев Турции тогда, когда Анкара могла бы стать важным партнером в противодействии исламской республике. Дело в том, что как отмечают эксперты, Турция стремится создать собственную зону влияния на севере Ирака и Сирии. То же самое пытается осуществить и Иран. Таким образом, обе зоны находят друг на друга, благодаря чему создается почва для ирано-турецкой напряженности. В этом случае Анкара становится союзником администрации Трампа.

Либо Турция, либо курды могут оказаться теми, кто поставит крест на плане Трампа по борьбе с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и противостоянию Ирану. Несмотря на тактические преимущества сотрудничества США с YPG в Ракке, для США оно представляет стратегическую опасность. Какими бы ни были нынешние расхождения Анкары и Вашингтона, расширение зоны влияния Турции предпочтительнее шиитского коридора, который пытается построить Иран.

Таким образом, нынешняя стратегия по ослаблению ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и Ирана является верной в свете необходимости не дать усилиться одному за счет другого. Для этого потребуется одновременно поддерживать большое число отдельных и противоречащих друг другу союзов. Тот факт, что Трамп по-прежнему решает относительно будущего президента Сирии Башара Асада, означает, что он по-прежнему считает его важной картой, которой он будет играть будь то против Турции, курдов или России. Какие бы шаги он ни делал, тем не менее он постоянно должен очень внимательно следить за ситуацией и постоянно переоценивать то, как краткосрочные военные тактические меры влияют на долгосрочные политические цели США на Ближнем Востоке.

Александр Белов

США. Иран. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 13 июня 2017 > № 2220283


Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 13 июня 2017 > № 2219659

Сколько у Навального дивизий

Пора называть уличных демонстрантов не «протестующими», а желающими сменить режим. Навальный же — человек, который хочет новый режим возглавить.

Власти почувствовали реальную угрозу.

Думаю, сегодня все или почти все уже согласны, что выступления 12 июня, как и предшествующие им акции 26 марта, — это уже не жалобы на какие-то действий властей, соединенные с просьбами к этим властям исправиться, а борьба за смену власти. То есть именно то, что всегда и везде является подлинным содержанием политики — и чего у нас не было почти двадцать лет. Алексей Навальный не просто играет в разные игры с действующим режимом. Он хочет возглавить новый.

«А сколько у Папы Римского дивизий?» — якобы спросил Сталин, когда ему посоветовали пойти на уступки Ватикану. Вопрос о том, сколько политических дивизий есть у Навального, — один из самых увлекательных для каждого, кому интересна наша жизнь, и уж наверняка самый волнующий для Кремля. Если отбросить верхушечные раздоры и интриги, которые там, конечно, кипят, но от глаз укрыты, и говорить только о настроениях в низах, то ответить на вопрос о «дивизиях» отчасти можно.

Сначала — о событиях 12 июня. Стали ли они таким же сокрушительным поражением режима, как акции 26 марта?

Начну с моего собственного прогноза, сделанного за несколько дней до Дня России: «Если власти сами не создадут поводов, будут вести себя спокойно и адекватно, то масштабы акций в Москве и Петербурге будут меньше, чем 26 марта… Главные протестные сюжеты Навального людям уже приелись, а новых он пока просто не придумал. Что может произойти в глубинке, предсказать почти нереально. Где-то местные жители очень недовольны своей жизнью, и там могут произойти массовые выходы на улицы…»

Что произошло в действительности?

Количество городов глубинки, где состоялись выступления, как и число их участников, по сравнению с мартом выросло. Но оставалось на уровне сотен, максимум нескольких тысяч в каждом отдельно взятом населенном пункте. Сказать хотя бы об одном провинциальном центре, что весь город вышел на улицы, а местная власть в панике отступает, абсолютно невозможно.

Оценить число участников в Москве по понятным причинам нельзя. В Петербурге на Марсовом поле, по личной моей оценке, собралось, пожалуй, меньше людей, чем здесь же на пике зимне-весенних протестов. Но почти по всем не провластным подсчетам — либо столько же, либо даже больше. Не стану спорить. Хотя бы потому, что в политике бухгалтерия явок и неявок — вещь неглавная. По-настоящему важна не сама по себе численность «дивизий», а результат их выступления.

Первый. Очевидно, что в столицах власти на этот раз боялись куда сильнее, чем в марте, но подготовились к борьбе гораздо лучше. В Петербурге, например, силы правопорядка вместе со всей своей боевой и привлеченной техникой стояли стеной, в центре города царила атмосфера чрезвычайного положения с незначительными вкраплениями элементов национального праздника, благодаря чему на Дворцовую и Невский почти никого из митингующих удалось не пустить.

Решительный отказ начальства от какого бы то ни было «спокойствия и адекватности» выразился не только в массовых задержаниях, но и в предшествующем мощном нажиме на учеников и студентов всей поднятой на дыбы школьно-вузовской системы. Эти профилактические запугивания, видимо, серьезного эффекта не возымели.

Но в День России, пусть и пожертвовав своим праздничным лицом, властная машина дала противнику бой и показала, что физически она сегодня куда сильнее. Характерно, что, в отличие от марта, никакой разноголосицы в начальственных кругах нет. Ряды сомкнуты. Растерянность преодолена или по крайней мере скрыта. Даже казенный Совет по правам человека, который в марте пытался робко брюзжать, теперь всей своей интеллектуальной мощью на стороне властей.

Результат второй. Широкие массы рядовых людей, у которых интерес к политической борьбе вспыхивает лишь иногда, не сочли как митинги, так и их подавление настолько же важными событиями, как в прошлый раз. Читаемость новостей и репортажей в СМИ, опубликованных 12 июня, по сравнению с 26 марта заметно уменьшилась. Видимо, этому есть несколько причин, но одна, по-моему, очевидна. Мартовские выступления следовали за обличительным фильмом, который посмотрела, наверное, половина горожан. Июньские выступления, с анонсами все тех же уточек и все того же «Димона», воспринимались как повтор. Молчаливое большинство, раскрывшее было рты в марте, на этот раз решило взять паузу.

И третий результат. Июньские события показали, что на улицы выходит новый призыв молодых оппозиционных активистов. Исчисляемый хоть и не миллионами, но уже многими десятками тысяч, вовсе не зацикленный на «антидимонстве», решительно настроенный, не слишком боящийся репрессий и не приемлющий архаичный антимолодежный режим, который назойливо преподносит себя в качестве несменяемого. Июнь подтвердил, что у Навального есть довольно консолидированная политическая опора.

Насколько она велика? Программы Навального на YouTube просматривают обычно от одного до трех миллионов человек. Несколько замеров, произведенных в апреле и мае «Левада-центром», показывают, что за Навального в качестве главы государства готовы голосовать 2% или чуть больше из тех, кто сообщает, что сделал выбор. Это примерно уровень дуэта главных подставных кандидатов, Жириновского и Зюганова, а также предельно раскрученного пропагандой министра Шойгу. И выше, чем президентский рейтинг премьера Медведева.

То есть, в пересчете на всю массу наших граждан, те же два—три миллиона людей, которые открыто сообщают, что поддерживают или вполне могут поддержать Навального-президента. В нашем климате это означает, что политический старт состоялся, и конкурент вождя налицо, как там ни сопоставляй их проценты.

Так что наверху не зря считают простой запрет на участие в выборах чем-то не вполне достаточным и даже, пожалуй, совсем не убедительным. Потому с таким напряжением и размышляют, что бы еще придумать, чтобы помешать несанкционированному претенденту, то есть в их понятиях самозванцу, сделать какие-то дальнейшие успешные шаги, показывающие его как крупного государственного человека, предполагаемое президентство которого не будет сводиться к одной только «борьбе с коррупцией».

Вот, например, свежее программное интервью Ксении Собчак, предназначенное, надо думать, для изложения принципов его правления. Это настолько нудно и длинно, а собеседники так плохо подготовлены, что даже у самого Навального собрало всего миллион просмотров.

Оставим в стороне явно комические эпизоды этой беседы двух светил — тот, например, где они демонстрируют друг другу слабое понимание разницы между федеральным и консолидированным бюджетами, или многократно повторенные настояния Собчак, чтобы Навальный признался-таки ей как «политологу», кто же он на самом деле: левый или правый («деточка, скажи тете, кого ты больше любишь — папу или маму»). Так вот, если отжать шлак, то останутся несколько соображений, не очень четко сформулированных, однако вполне на уровне здравого смысла (о том, например, что надо урезать военно-полицейские расходы, а сэкономленные деньги потратить на образование и медицину, или что с прогрессивным подоходным налогом лучше пока обождать), но также и высказывания, выдающие либо слабую осведомленность во многих вопросах, либо нежелание расстаться с шаблонами, оставшимися от его довольно извилистого идеологического прошлого.

В целом я не вижу причин аттестовать Навального малоосмысленным словом «популист». Не исключу, что он честнее большинства так называемых государственных людей и уж точно умнее почти каждого из них, но пока недостаточно подготовлен, чтобы выглядеть как сильный президент даже в глазах тех, кто готов преодолеть опаску и сделать выбор по личным достоинствам.

Однако вернемся к Дню России. Он явно не стал праздником для режима, как и днем прорыва для его противников. Назову его днем подтверждения. Того, что эпоха Путина продолжается, но атмосфера последних восемнадцати лет ушла навсегда.

Сергей Шелин

Россия > Внешэкономсвязи, политика > rosbalt.ru, 13 июня 2017 > № 2219659


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter