Всего новостей: 2008182, выбрано 15780 за 0.047 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет
Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 13 февраля 2017 > № 2071407

Храм с физико-математической школой построят на северо-западе столицы в 2018 году

54-метровая церковь в честь святых равноапостольных Константина и Елены станет самой высокой на северо-западе Москвы, сообщил куратор программы по строительству православных храмов в столице, депутат Госдумы РФ Владимир Ресин.

Церковь с приходским домом и школой возводится на ул. Митинская, вл. 11 (район Митино).

«Здесь будет полноценная школа для детворы, причем не только церковно-приходская, но и с физико-математическим уклоном. И все это в окружении парка и яблоневых садов. Очень скоро эта территория станет едва ли не главным местом притяжения жителей района», - сказал В. Ресин.

Семикупольный собор Константина и Елены задуман как один из самых величественных храмов программы. Над его проектом работал известный московский архитектор Андрей Оболенский. Церковь строится способом, который использовался в древности.

«Для нижнего храма предусмотрено естественное освещение, что сейчас встречается достаточно редко», - пояснил В. Ресин.

Он добавил, что в остальном используется классическая кирпичная кладка.

«Сейчас строители устанавливают декоративные элементы и сооружают подшатровый свод», - пояснил В. Ресин.

По его словам, первых прихожан церковь сможет принять уже в 2018 году.

Десять лет назад здесь был построен небольшой деревянный храм, где регулярно проходят богослужения. На его территории есть детская площадка, работает воскресная школа.

Всего по программе в Северо-Западном округе построен один храм, еще восемь строятся.

Напомним, программа строительства православных храмов развернута во всех административных округах столицы, кроме Центрального. Ее цель - обеспечить густонаселенные районы города церквями в шаговой доступности.

Программа реализуется на пожертвования граждан и организаций. Для сбора средств создан благотворительный Фонд поддержки строительства храмов города Москвы, сопредседателями которого являются мэр столицы Сергей Собянин и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Куратором Программы и председателем рабочей группы фонда выступает советник мэра, советник по строительству Патриарха Московского и всея Руси, депутат Госдумы Федерального Собрания РФ Владимир Ресин.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 13 февраля 2017 > № 2071407


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071207

Настаивая на восстановлении отношений с Россией, это нужно делать с осторожностью

Александр Полторак (Alexander Poltorak), The Hill, США

В декабре 2016 года исполнилось 25 лет с момента распада Советского Союза. И самым серьезным провалом во внешней политике США за прошедшую четверть века стало разрушение отношений с Россией.

США и Россия сталкиваются с тремя основными угрозами: радикальный ислам, Северная Корея и Китай. Старинная пословица учит нас, что враг моего врага — мой друг. Мы уже ведем войну с радикальным исламом, Северная Корея активно занимается реализацией своей ядерной программы, а Китай решительно намерен добиться господства в регионе, что может угрожать союзникам США. Мы не можем позволить себе еще одну войну. Россия нужна нам в качестве союзника. Президент Дональд Трамп совершенно прав, настаивая на новом дипломатическом подходе к России.

В конце холодной войны новая Россия была готова принять США в качестве друга и союзника. В начале 1990-х годов я часто ездил в Россию в качестве сопредседателя подкомитета по информационному обмену Американо-советского торгово-экономического совета. Я встречался с Михаилом Горбачевым, членами правительства и влиятельными бизнесменами. Как бывший советский диссидент я был крайне удивлен решительно проамериканскими настроениями на всех уровнях российского общества.

В детстве, когда я учился в советской школе, нам внушали, что нужно готовиться к войне с США. Мы смеялись над этим: мы хотели носить американские джинсы и петь американские песни. Тогда никто в России не хотел войны с Америкой, никто не хочет войны с ней и сейчас. Российский народ хочет мира и процветания, поэтому он готов к сотрудничеству с США. В какой-то момент, не очень давно, Борис Ельцин даже говорил о том, что Россия может вступить в НАТО.

А потом отношения между США и Россией стали быстро портиться. На место дружбы пришла новая холодная война, и вместо того, чтобы вступить в НАТО, Россия сейчас наблюдает за натовскими солдатами у своих границ с Польшей и странами Балтии. По мнению некоторых аналитиков, сегодня угроза начала войны с Россией больше, чем когда-либо с момента Кубинского ракетного кризиса 1962 года.

Когда Владимир Путин стал президентом России, он демонстрировал прозападный подход. Однако со временем он стал относиться к Западу с подозрением и считать США врагом. Как патриот России Путин был оскорблен тем, что США относились к России как к стране третьего мира или, в лучшем случае, как к младшему партнеру. Продолжающееся расширение НАТО вглубь российской сферы влияния и поддержка США антироссийских восстаний в бывших советских республиках воспринимались как угроза российскому суверенитету и безопасности.

Хотя довольно приятно видеть, как Дональд Трамп демонстрирует заинтересованность в восстановлении отношений с Россией, ему необходимо помнить, что программа Владимира Путина существенно отличается от программы США. Наши отношения с Россией останутся довольно сложными, а наша политика должна быть гибкой.

В период холодной войны от Советского Союза США отделял непреодолимый идеологический разрыв. Сегодня Россия является по большей части рыночной экономикой. Хотя нам, возможно, не нравится авторитарный стиль Владимира Путина и хотя нас разделяют серьезные разногласия по нескольким ключевым вопросам международной политики, между нами больше не стоят противоположные идеологии и, что гораздо важнее, угроза взаимного уничтожения. Несмотря на все разногласия, общие угрозы, с которыми мы сегодня сталкиваемся, делают нас естественными союзниками.

Возможно, у России и США противоположные интересы на Ближнем Востоке, однако все мы заинтересованы в стабилизации этого региона. У России глубокие связи с Ираном, с которым она ведет активную торговлю, и в вопросе Ирана мы, вероятнее всего, всегда останемся на противоположных плюсах. Кроме того, Россия является верным союзником режима Асада в Сирии, где наши интересы тоже различаются.

Однако свержение Асада не должно быть нашей внешнеполитической задачей — ей должна быть борьба с ИГИЛ (террористическая организация, запрещенная на территории РФ, — прим. ред.) — и в этом вопросе мы вполне можем наладить сотрудничество с Россией. Если мы перестанем настаивать на смене режима в Дамаске, нам не только удастся снова сесть за стол переговоров, но и заручиться поддержкой России в борьбе против ИГИЛ.

Как бывший советский диссидент я на собственном опыте узнал, что такое железная хватка КГБ. Сегодня ФСБ — преемница КГБ — руководствуется тем же образом мыслей, действуя как внутри России, так и за ее пределами. Если мы начнем заискивать перед Путиным, бывшим офицером КГБ, а позже директором ФСБ, и при этом забудем об осторожности, это может оказаться опасным. Мы должны сохранять бдительность. В то же время Владимир Путин — лидер России. Он очень умен и чрезвычайно популярен у своего народа.

Прагматичная политика и здравый смысл диктуют нам необходимость сотрудничать с Россией там, где наши интересы совпадают, и оказывать сопротивление там, где они различаются.

Александр Полторак — председатель правления и президент корпорации General Patent и бывший сопредседатель подкомитета по информационному обмену Американо-советского торгово-экономического совета.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071207


Нидерланды > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071170

Правый популизм в Нидерландах: Вилдерс собирается запретить Коран

Герт Вилдерс может выйти победителем на парламентских выборах в Нидерландах. В одном телеинтервью он сравнивает Коран с «Майн Кампф», а мечети называет «нацистскими храмами».

Элизабет Атцлер (Elisabeth Atzler), Handelsblatt, Германия

Поначалу атмосфера еще была весьма спокойной. Лидер правой популистской «Партии свободы» Вилдерс (Geert Wilders) и тележурналист Рик Ниман (Rick Nieman) в один голос твердят о том, что заранее ни о чем не договаривались. А то, что должно бы быть в порядке вещей, подчеркнули особо: все-таки это интервью, показанное на государственном канале в воскресенье утром, было необычным. Вилдерс впервые озвучил свою позицию в подробном телевизионном интервью, чего с нетерпением давно ожидали. Вилдерс уже несколько недель доминирует в дебатах, предваряющих парламентские выборы в Нидерландах 15 марта. Его партия, резко выступающая против ислама, явно лидирует в опросах общественного мнения.

В интервью Вилдерс еще сильнее критиковал ислам. Он заявил, что исламизм, «возможно, еще опаснее» нацистской идеологии. Вилдерс сравнил Коран с «Майн Кампф» Гитлера — книгой, которую называют основным справочником по идеологии нацистского террора. В своей предвыборной программе Партия свободы призывает запретить Коран и закрыть мечети.

Вилдерс обратил внимание на то, что даже «Майн Кампф» запрещена в Нидерландах — за исключением использования книги в научных целях. По его словам, при этом речь идет о чудовищной идеологии, полной ненависти и антисемитизма. Но Коран, в свою очередь, отличается еще большим антисемитизмом и полон призывов к насилию. «Если мы запрещаем „Майн Кампф", то же самое нужно сделать с Кораном».

На многочисленные вопросы Нимана о том, каким образом Партия свободы собирается претворить в жизнь запрет Корана, Вилдерс отвечал неохотно. Коран якобы не собираются отбирать у людей. «Но мы позаботимся о том, чтобы его не было в продаже». Вилдерс, конечно же, понимает, что текст Корана можно скачать из Интернета. Поэтому этот запрет в какой-то степени можно считать символическим.

«Больше никаких мигрантов»

Считается, что выборы в Нидерландах укажут направление дальнейшего курса развития, насколько Европа в этом году может «сдвинуться вправо». Во Франции, где в апреле состоится первый тур президентских выборов, Марин Ле Пен (Marine Le Pen), лидера ультраправой партии «Национальный фронт» называют перспективным кандидатом. Ей даже сулят серьезные шансы на президентство в том числе и потому, что на консерватора Франсуа Фийона, до недавнего времени считавшегося фаворитом, оказывают немалое давление. Репутация Фийона пошатнулась в связи со скандалом вокруг трудоустройства его жены во французский парламент.

В Германии, в свою очередь, партия АдГ на парламентских выборах в сентябре имеет все шансы на то, чтобы набрать гораздо больше голосов, чем четыре года назад, и пройти в бундестаг. Партия уже вошла в состав нескольких региональных парламентов. В Италии, возможно, в этом году тоже пройдут выборы. То, что все три партии — Партия свободы, Национальный фронт и АдГ — отличаются близкой друг другу идеологией, стало ясно в январе. В Кобленце состоялась встреча нескольких европейских правых популистских партий. На ней присутствовали Вилдерс, Ле Пен и лидер партии АдГ Фрауке Петри (Frauke Petry), называющие 2017 год «годом патриотов».

Вилдерс, основавший Партию свободы в 2006 году, уже давно критикует ислам. 53-летний крашеный блондин характеризует его как «идеологию». Об этом он ясно пишет в предвыборной программе партии, умещающейся на листе А4. Он намерен «деисламизировать» Нидерланды, значится в первом пункте. И еще: «Больше никаких мигрантов из исламских стран: закрыть границы». К тому же, он собирается аннулировать все выданные беженцам разрешения на жительство, запретить ношение мусульманских платков в общественных местах, а также закрыть мечети. Все это обычные заявления, лишенные разъяснений по поводу того, как именно партия собирается реализовать свои цели. Это стало ясно и в ходе интервью.

Ниман донимал Вилдерса вопросами о том, действительно ли Партия свободы собирается закрывать мечети. Ответ политика Партии свободы прозвучал несколько расплывчато: мечети следует запретить, «не давать на них разрешения». Он сравнил мечети с «нацистскими храмами», которые, если бы таковые были в Нидерландах, «тоже запретили бы».

К тому же Вилдерс то и дело говорит о свободе слова, он стремится к «Некситу», то есть хочет, чтобы Нидерланды вышли из Евросоюза. Он также собирается выделить больше средств для военных и полицейских.

Остальные пункты его предвыборной программы в политическом смысле имеют скорее «левые черты»: например, планы на то, чтобы уменьшить плату за аренду жилья, а также снизить величину подоходного налога и перестать экономить на субсидировании ухода на дому. Как именно Партия свободы собирается, к примеру, достичь снижения цен на аренду жилья, в предвыборной программе, в общем-то, не объясняется.

«Ведите себя прилично или уезжайте»

Предвыборные прогнозы свидетельствуют о том, что Вилдерс со своими требованиями — какими бы незатейливыми они ни казались — все-таки наступает на «болевые точки» голландского общества. Партия свободы может стать самой мощной силой парламента Нидерландов. Согласно результатам опросов исследовательского центра «Ipsos», партия завоюет почти 20 процентов голосов. А точнее, 28 из 150 мест — это почти вдвое больше депутатов, чем представляющих парию в парламенте в настоящее время.

Праволиберальная «Народная партия за свободу и демократию» под руководством премьер-министра Марка Рютте получит, согласно тем же опросам, лишь 24 места, в настоящее время партию в парламенте представляют 40 депутатов. Еще больший провал ожидает партнера партии по коалиции — Партию труда. Социал-демократы добьются лишь 11 мест в парламенте — это на треть меньше, чем они имели до этого.

По прогнозам исследователя общественного мнения Мориса де Хонда Партия свободы во главе с Вилдерсом покажет еще лучший результат, а именно 33 места в парламенте. К тому же, партия получила признание среди квалифицированных рабочих, о чем свидетельствует опрос, проведенный недавно профсоюзным объединением «De Unie». Этот опрос также показал, насколько великое недоверие общества к политике. Подавляющее большинство респондентов называет политиков «избранными», нечестными и не заслуживающими доверия.

Вместе с тем, то, что Вилдерс еще и займет пост главы правительства — крайне маловероятно. Рютте отказался от коалиции с Партией свободы. Если результаты выборов 15 марта окажутся такими, какими их представляют актуальные прогнозы, несколько партий, три или четыре, будут вынуждены объединиться в коалицию. Однако около 70 процентов голландцев считают, что Рютте, возможно, в конце концов все-таки будет править совместно с Вилдерсом. Но в последнее время кажется, что премьер-министр слишком запустил ситуацию с Вилдерсом.

Недавно в письме «всем голландцам» Рютте взял тон, характерный для Партии свободы, и выступил против части мигрантов. «Мы чувствуем растущий дискомфорт, когда люди злоупотребляют нашей свободой, чтобы вывести общество из равновесия, хотя они сами приехали в нашу страну именно из-за свободы», — заявил Рютте в письме, занявшем целую страницу в голландских газетах. «Ведите себя прилично или уезжайте».

Однако сторонники многих других партий, между тем, все же готовы выбрать Народную партию за свободу и демократию — считая свой выбор лучшим способом предотвратить развитие событий, при котором Партия свободы станет мощнейшей силой в парламенте. Таким образом, по данным, опубликованным в газете «De Volkskrant», почти одна пятая избирателей леволиберальной партии «Демократы-66», консервативного «Христианско-демократического призыва», а также «Зеленых левых» и социал-демократов могут представить себе, что проголосуют за Народную партию за свободу и демократию.

Вилдерс, будучи членом последней до 2004 года и уже более 10 лет находясь под защитой полиции по причине угроз убийства со стороны исламистов, то и дело пускается на провокации — частенько с помощью сообщений в социальной сети «Твиттер», которой он придает большое значение, ведь, как сам политик выразился в интервью, он может донести свои намерения непосредственно до граждан страны.

Несколько дней назад он опубликовал в Твиттере отредактированную фотографию. На ней — лидер «Демократов-66» Александр Пехтольд на демонстрации в окружении исламистов, требующих ввести в Нидерландах шариат. Вилдерс так оправдал свою публикацию: он не имеет отношения к редактированию фото, в таком виде снимок с 2009 года ходит по Интернету. Кроме того, пресса существенно поспособствовала тому, чтобы эту тему так горячо обсуждали.

Вилдерс воспользовался интервью, чтобы снова раскритиковать политиков из других партий. Большинство парламентариев, по его словам, совершенно оторваны от реальности. «Они больше не имеют представления о том, как выглядит страна». Собственные представления о Нидерландах Вилдерс изложил в новом предвыборном ролике партии: «Наша прекрасная страна, страна наших предков (…) Единственное, что у нас есть, — наше единственное отечество», — говорится в видео. «Время перемен — британцы показали пример, американцы воплотили в жизнь. И мы тоже так сделаем. Как долго мы еще будем хозяевами в собственном доме?»

Слоган Партии свободы звучит как «Nederland weer van ons!», что означает: Мы должны вернуть себе Нидерланды.

Нидерланды > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071170


Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071158

Марин Ле Пен и разрушающийся истеблишмент

Роберт Томбз (Robert Tombs), The Spectator, Великобритания

Находится ли Франция на грани политической революции? Уже четыре утвержденных кандидата в президенты — два бывших президента и два бывших премьера — выбыли самостоятельно или не нашли поддержки среди избирателей, другой же, Франсуа Фийон, прижат к стенке. Кампанию возглавили аутсайдеры, прежде всего представляющая Национальный Фронт Марин Ле Пен (Marine Le Pen) и бывший банкир, молодой Эммануэль Макрон (Emmanuel Macron), тогда как Социалисты выбрали эксцентричного радикала Бенуа Амона (Benoît Hamon). Стоит ли нам радоваться такой встряске в колыбели европейских революций? Какой будет эта встряска — социалистической (что наименее вероятно), либеральной в случае победы Макрона или националистической, если к власти придет Ле Пен? Или же, быть может, избирательная система, призванная не допустить аутсайдеров к власти, еще сумеет одержать над ними верх?

На протяжении современной истории во Франции сменилось пять монархий, пять республик и 16 конституций — двое из рассчитывающих на президентское место в этом году требуют семнадцатую. Французский народ, как и прежде, готов выходить на улицы больше, чем прочие. Франция была и остается страной, в которой риторика и видение играют существенную роль в политике. В «Отверженных» Виктора Гюго, романтический революционер Анжолрас вдохновенно вещает с вершины своих баррикад о славном времени, когда мы узрим «мыслителей на свободе, полную свободу убеждений, братство в школах и мастерских, труд, доступный для всех». Однако Анжолраса убивают, а его мечты остаются актуальными два столетия спустя.

Все дело в том, что Францию бросает между короткими судорогами перемен и долгими периодами паралича. Она выработала законодательные ограничения и молчаливые соглашения, призванные поддерживать существующее равновесие. Существующая ныне во Франции Пятая республика — ни что иное как «республиканская монархия», в которой роль парламента преуменьшена, а мощный институт президентства должен гарантировать единство нации — к несчастью, большинству политиков эта задача не по плечу. Другой, менее заметный институт восходит ко времени еще до книжной смерти Анжолраса на баррикадах: двухтуровое голосование, введенное в 1820х, чтобы не дать горячим головам вроде него одержать победу в выборах. Оно дает избирателям и политикам повторный шанс, не столько для того, чтобы изменить собственный выбор, сколько для того, чтобы отреагировать на чужой. В первом туре избиратель голосует за того, за кого хочет, а во втором — против того, кого страшится.

В ходе истории такой подход эволюционировал в то, что теперь называется «республиканской дисциплиной»: в первом туре может быть множество соперничающих кандидатов самых разных расцветок, однако во втором туре все верные республиканцы — от самых умеренных либералов до радикальных коммунистов, будут голосовать за кандидата, наилучшим образом приспособленного, чтобы дать отпор врагу республики — чаще всего таковым становится монархист или авторитарный националист. Появление в 1970-х Национального Фронта Жана-Мари Ле Пена (Jean-Marie Le Pen), партии, объединившей консерваторов-традиционалистов, озлобленных националистов и ностальгирующих фашистов, встретило тот же ответ. Когда Ле Пен шокировал Францию, пройдя на второй тур президентских выборов 2002 года, его раздавил Жак Ширак, получивший 82% голосов. Верные республиканцы сплотились вместе, включая крайних левых: «Лучше мошенник, чем фашист», гласил один из лозунгов последних. Ключевым вопросом данных выборов является то, сохранился ли еще этот республиканский инстинкт; если нет, Марин Ле Пен может одержать победу.

Задумайтесь о долгосрочных последствиях двухтуровой избирательной системы. Многие англичане, комментирующие французский политический процесс — как и некоторые французы — время от времени призывают к избранию «французской Тэтчер», дабы смести системные ограничения, сковавшие экономику. Николя Саркози ненадолго оказался в числе тех, кто принял эту мантию; последним из них стал Эммануэль Макрон, бывший министр экономики, принадлежавший к блэристскому крылу социалистического правительства Франсуа Олланда. Однако Маргарет Тэтчер ни за что не сумела бы одержать победу во втором туре французских выборов. Британская система не просто может дать, но и регулярно дает сплоченному меньшинству власть над разобщенным большинством. Миссис Тэтчер сумела произвести бескровный переворот, не имея твердой поддержки большинства избирателей. Во французской системе она и ее сторонники в парламенте неизбежно проиграли бы второй тур союзу Лейбористов и Либералов: Джеймс Каллаган (Jim Callaghan) был бы с триумфом избран вновь.

Кратко говоря, именно своей неспокойной истории Франция обязана наличием ряда ограничений, направленных против радикальных перемен. В 1970 влиятельный социолог Мишель Крозье (Michel Crozier) назвал такое положение вещей «société bloquée» — «патовым обществом». Разумеется, во Франции многое меняется: но цена политической стабильности — неприкосновенность некоторых фундаментальных прав и привилегий. Достойные условия увольнения и пенсии. Некоторые влиятельные профессии. Защита фермеров Единой сельскохозяйственной политикой. Постоянная рабочая занятость людей, защищенных законами против избыточных рабочих часов. Государственный сектор — «le service public», говоря по-французски — лежит в сердце этой системы: школы, общественный транспорт, железная дорога, университеты, региональные власти, почтовая служба. Все они являются отраслями государства. Когда думаете о le service public, представьте себе Национальную службу здравоохранения Великобритании, только помноженную на пять. Политика его работников, сочетающая искреннее чувство долга перед обществом с ревностной борьбой за свои права и привилегии, объясняет, почему Франция остается наиболее антикапиталистической страной Европы.

У этого есть свои преимущества. У многих британцев остались хорошие воспоминания о французских больницах, школах или поездах. Однако наблюдателю не нужно придерживаться каких-то особенно правых взглядов, чтобы заметить накопившиеся недостатки. Среди них — высочайшие налоги в развитой части мира, особенно налоги на предпринимательство. Постоянная безработица, наиболее злокачественная среди молодежи и этнических меньшинств. Медленное развитие, на которое влияет и страх маленьких компаний перед грузом ограничений, накладываемых при росте больше определенного порога. Трещащая по швам инфраструктура. Любой, кто попадет на Гар-дю-Нор, неизбежно заметит, что что-то пошло не так. Это замечают и французы, причем на протяжении многих лет. Еще в 1980х президент Миттеран (Mitterand) сетовал на «угрюмость», воцарившуюся среди нации. Книжные полки давно уже полнятся работами экономистов, политиков и академиков, предупреждающих о том, что Франция пребывает в набирающем скорость упадке. Молодые люди покидают страну — только в Лондон эмигрировало больше 200 тысяч человек.

Вдобавок к этому хроническому недугу появилось и напряжение между республиканскими светскими принципами и исламом, вызванное дебатами 30-летней давности, вспыхнувшим из-за вопроса о праве девочек носить головные платки в провинциальной средней школе. Это горючая смесь культурных различий, недостатка общественных связей и исторически сложившегося взаимного недоверия, довлеющее присутствие которой, усугубленное рядом терактов, невозможно не заметить. Даже если бы я об этом забыл, резким напоминанием мне послужил бы вооруженный патруль из 25 человек в боевом снаряжении, на который я наткнулся посреди тихой улочки в Париже несколько недель назад.

Ничто из этого не уникально для одной только Франции. Характерна для Франции, однако, кажущаяся неспособность политической системы что-то с этим сделать, даже по прошествии многих лет. В связи с этим мы вновь возвращаемся к проблеме «патового общества». Даже ограниченные реформы — крохотное вмешательство, по британским меркам — в области образования или рынка труда провоцировали масштабные и продолжительные студенческие демонстрации и сидячие протесты, а также вредоносные забастовки профсоюзов от государственного сектора. Они часто приводят к принятию запутанных полумер, которые не решают как следует проблем и оставляют продолжительные противоречия.

«Французская Тэтчер» — даже если предположить, что таковая существует в сколько-то близком к оригиналу виде — встретится не только с препятствиями среди электората, но и с более обширным идеологическим расколом, чем в Британии 1980-х. В то время крупное меньшинство, временами переходящее в большинство, чувствовало нужду в радикальных переменах и было готово принять последствия в виде ослабления профсоюзов и некоторого освобождения рынка. Мало что говорит о существовании такого консенсуса во Франции, где и правые, и левые с глубоким подозрением относятся к экономическому либерализму. Марин Ле Пен громит свободную торговлю и «несправедливую» конкуренцию. Само слово «либерал» давно превратилось в поцелуй смерти: будущее покажет, окажется ли Макрон исключением. Таким образом, в обществе распространилось недовольство, но не согласие, насчет способа решения проблем.

Партийная структура, всегда бывшая во Франции слабой, не сумела выработать принятых большинством стратегий или породить новое поколение политиков. Проблемы с финансированием партий привели к бесконечным денежным скандалам, в которых вновь запутался Саркози. Положение многих политиков коренится в региональных властях, и с одной стороны это является преимуществом. С другой, это приводит к появлению того, что французы называют вотчинами — феодальными доменами — которые могут предоставить непробиваемый политический фундамент и сомнительные денежные источники для крупных игроков. Случай Алена Жюппе (Alain Juppé), мэра Бордо не является сколько-то необычным — несмотря на преклонный возраст и тот факт, что Жюппе был осужден за коррупцию, до недавних пор он считался главным кандидатом на президентский пост. Он сделал памятное замечание, что во Франции политическая карьера кончается лишь со смертью: возможно, ему еще повезет вновь это доказать.

Партиям с трудом удается вычистить из своих рядов сухие поленья и набрать свежей крови. То, что харизматичный Макрон, чей возраст в 39 лет ошеломительно мал для французской политики, никогда не избирался на какой-либо пост и вынужден выдвигаться самостоятельно, создав собственную партию, говорит само за себя. Тем не менее, недавнее введение предварительных выборов в партиях, первые из которых были проведены социалистами, позволило избирателям избавиться от череды «крупных игроков» из числа кандидатов, включая Жюппе, Саркози и бывшего премьер-министра от социалистов Мануэля Вальса (Manuel Valls), чье поражение положило начало корбинизации (от фамилии главы британской партии лейбористов Джереми Корбина, — прим. перев.) социалистов под началом безнадежного кандидата Бенуа Амона (Benoît Hamon).

С учетом вышенаписанного, пребывает ли Франция в кризисе? Она остается одним из богатейших, наимощнейших и наиболее деятельных государств, что должно избавить нас от лишнего пессимизма. Историк Эмиль Шабал (Emile Chabal) отметил, что Французы часто говорят о кризисе как об «основном катализаторе» перемен. Однако в этот раз кризис представляет собою нечто большее, нежели простую риторику: многие избиратели разочаровались в традиционных партиях и ожидают перемен со стороны аутсайдеров. Главным воплощением этого разочарования стала Марин Ле Пен. Ее Национальный Фронт продолжает расти в ржавом поясе (индустриальные регионы страны) и областях со значительным числом иммигрантов, в значительной степени за счет привлечения недовольных избирателей от рабочего класса. На данный момент Национальный Фронт представляет собою, по всей видимости, третью крупнейшую партию Франции, которую поддерживает почти треть избирателей.

С тех пор, как Ле Пен сменила своего отца во главе партии в 2011 году, она работала с избирателями, убеждая их, что Национальный Фронт, пусть и оставшийся радикальным, больше не угрожает республиканским принципам, напротив, являясь вернейшим защитникам светских республиканских ценностей перед лицом ползучей угрозы Ислама. Новый посыл партии заключается в том, что голос, отданный за нее, не становится предательством республиканского наследия, столь важного для самосознания французов.

К своей националистической программе она добавила яростное противостояние Евросоюзу как навязанному извне капиталистическому сговору. Почти весь французский истеблишмент без малейшего сомнения принимает в качестве данности будущее Франции в Евросоюзе. Осуждение Евросоюза Национальным Фронтом превратило его поддержку в клеймо — привычку, отличающую носителей прогрессивных ценностей. Страна расколота больше, чем Британия, больше людей горячо поддерживают Евросоюз, но и больше людей решительно его отвергают. Таким образом, хотя Брекзит спровоцировал кое-какие шероховатости в личных отношениях между гражданами и пару-тройку вежливых демонстраций на публике, любая попытка покинуть Евросоюз Францией вызовет в стране бойню.

Ле Пен наверняка пробьется во второй тур выборов, и вполне возможно, что она опередит своих оппонентов в первом туре 23 апреля. Фийон должен был сплотить вокруг себя умеренных консерваторов и умеренных социалистов, чтобы одолеть ее во втором туре. Однако безобразный денежный скандал (который, как некоторые подозревают, был вызван слитой мстительным Саркози информацией) навредил Фийону и, возможно, будет стоить ему гонки. Он принялся за собственную защиту, выведя свою застенчивую жену Пенелопу, валлийку по происхождению, которую обвиняют в получении зарплаты за фальшивую работу, на публичную акцию, где она держала его за руку, заплаканная, пока сторонники Фийона кричали «Je suis Penelope!» Опросы свидетельствуют о том, что две трети консервативных избирателей все еще его поддерживают. Тем не менее, остается неизвестным, сколько избирателей из оставшейся трети переметнутся к Ле Пен.

Брекзит и Трамп создали ощущение, что теперь возможно немыслимое — это может еще больше ослабить негласное табу, которое не позволяло многим избирателям голосовать за Ле Пен. Однако это мобилизует и ее соперников. Мне трудно поверить, что достаточное число умеренных избирателей воздержится от голосования на втором туре и допустит победу «фашистов». «Республиканская дисциплина» все еще должна привлечь поддержку тому, чьи шансы победить Ле Пен наиболее велики, и таким кандидатом в настоящий момент выглядит Макрон.

Тем не менее, немногие однозначно отрицают вероятность победы Ле Пен, и если кампания Макрона столкнется с серьезными проблемами, исход будет совершенно непредсказуемым. Каждый происходящий скандал или теракт играет Ле Пен на руку. Если она станет президентом, Франция столкнется с настоящим кризисом, худшим за последние полстолетия. Совершенно определенно пройдут забастовки и агрессивные демонстрации со стороны тех, кто будет считать себя защитником республики против фашизма. Как она сумеет сформировать работоспособное правительство или выиграть большинство в парламенте, пока неясно. Мы станем свидетелями столкновения между мощным президентским институтом Пятой республики и парламентом в законодательной системе, которую один либеральный критик назвал опасной даже в руках святого. Последствия этого для евро, Евросоюза, системы европейской безопасности и отношений Великобритании с одним из своих ближайших союзников будут исключительно тяжелыми.

Наиболее вероятно, что во втором туре победу одержит аутсайдер совсем иного рода, Эммануэль Макрон. Это дарует ему авторитет и добрую волю большей части общества — во всяком случае на первых порах. Однако ни с его проблемами, ни с проблемами Франции не будет покончено. Он намеревается провести либеральные экономические реформы, которые с высокой вероятностью встретятся с обширным и бурным противодействием. Он действует сам по себе, и политики от истеблишмента как с левой, так и с правой стороны заинтересованы в его провале. Если он и победит, то только потому, что испытывающие к нему неприязнь люди рассматривают его в качестве барьера от Ле Пен. Вероятнее всего, Ле Пен получит больше голосов, чем когда-либо прежде, и продолжит неумолимо готовиться к следующим выборам. Недавно, один мой французский друг сказал мне: «Я не голосую за. Я голосую лишь против». Такова прискорбная мантра современной французской политики.

Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071158


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071151

Политика двух маний

Ярослав Шимов, Радио Свобода, США

Ровно десять лет назад президент России Владимир Путин всех удивил, а многих напугал. На очередной Мюнхенской конференции по безопасности (этот форум собирается ежегодно уже более полувека) российский лидер выступил с энергичной речью, очень критической по отношению к политике Запада в отношении его страны. Эту речь нередко называют точкой отсчета нынешней конфронтации Москвы и Запада, апогеем которой стали аннексия Крыма и начало войны в Донбассе.

Перечитывать тогдашнее выступление Владимира Путина весьма интересно. Учитывая все то, что вместили прошедшие после мюнхенской речи десять лет, некоторые ее пассажи кажутся парадоксальными: президент России из 2007 как будто сам осуждает многое из сделанного им в последующие годы. Цитируем Путина:

«Сегодня мы наблюдаем почти ничем не сдерживаемое, гипертрофированное применение силы в международных делах, военной силы — силы, ввергающей мир в пучину следующих один за одним конфликтов. В результате не хватает сил на комплексное решение ни одного из них».

«В международных делах все чаще встречается стремление решить тот или иной вопрос исходя из так называемой политической целесообразности, основанной на текущей политической конъюнктуре».

«Я хочу это подчеркнуть — никто не чувствует себя в безопасности! Потому что никто не может спрятаться за международным правом как за каменной стеной».

«Сегодня же мы, наоборот, наблюдаем ситуацию, когда страны, в которых применение смертной казни запрещено даже в отношении убийц и других опасных преступников, несмотря на это, легко идут на участие в военных операциях, которые трудно назвать легитимными. А ведь в этих конфликтах гибнут люди — сотни, тысячи мирных людей!»

«Нельзя забывать, что демократический образ действий в политике обязательно предполагает дискуссию и кропотливую выработку решений».

«Нам пытаются навязать уже новые разделительные линии и стены — пусть виртуальные, но все-таки разделяющие, разрезающие наш общий континент».

«Мы хорошо видим, как изменился мир, реалистично оцениваем свои собственные возможности и свой собственный потенциал».

(Цитируется по тексту, опубликованному газетой «Известия» 12 февраля 2007 года).

Об изменившемся за десять лет мире, о возможностях и потенциале сегодняшней России и ее партнеров и противников в интервью Радио Свобода рассуждает политолог, специалист по проблемам международной безопасности Юрий Федоров.

Радио Свобода: Можно ли сказать, что десять лет назад в Мюнхене Путин вполне честно предупредил западные страны о том, что его не устраивает геополитическое положение России, и он намерен начать конфронтацию с западным миром?

Юрий Федоров: Пожалуй, да. Путин в этой мюнхенской речи собрал воедино все типичные для тогдашней российской политической риторики обвинения в адрес Запада. Он заявил, что Запад обманул Россию, поскольку когда-то якобы обещал, что НАТО расширяться на восток не будет, упомянул американскую противоракетную оборону в Европе и так далее. Затем заявил, что Россия будет отныне проводить типичную для великой державы независимую политику. Видимо, за этим стояло представление о политике, не связанной ни с какими обязательствами и ограничениями, характерными для внешней политики государства, которое стремится присоединиться к сообществу цивилизованных стран, как тогда часто любили говорить. В общем, Путин провозгласил новый, более агрессивный курс. Другое дело, как на Западе отреагировали на это провозглашение.

— Была ли эта реакция достаточно адекватной? Речь Путина относится к 2007 году, а в 2008 году происходит российско-грузинский конфликт. Можно ли сказать, что в каком-то смысле Грузия предопределила Крым? А именно: не столкнувшись с серьезным противодействием Запада в 2008 году, Кремль понял, что да, можно действовать нахраписто.

— Да, вы абсолютно правы. Должен сказать, что сегодня грузинская война почти забыта и журналистами, и политологами. Между тем эта война была поворотным моментом, когда от слов о «независимой внешней политике» Путин перешел к делу и попробовал на практике реализовать некоторые из своих идей, которые вынашивались на протяжении длительного времени. А вот реакция Запада была очень показательна. Эта мягкость, нежелание признать российскую угрозу для стран бывшего СССР, с одной стороны, а с другой — вообще нежелание признать, что Россия встала на гораздо более агрессивный путь во внешней политике, предопределила многое. Она убедила Путина в том, что Запад слишком слаб, не готов к тому, чтобы силой противодействовать России. А Путин принимает во внимание лишь силу и решимость. Их отсутствие убедило Путина в том, что можно действовать и дальше. После 2012 года, когда Путин вновь формально, а не только фактически, стал главой государства, и началась реализация того, что потом было названо концепцией «русского мира», мы все это знаем.

— Существуют две противоположные интерпретации того, что происходит в последние годы в отношениях Запада и России. Вы излагаете интерпретацию, которая совпадает с западной: путинская Россия агрессивна, она стремится к восстановлению сферы влияния в пределах бывшего Советского Союза, а может быть, и шире. Российская интерпретация часто звучит, в том числе из уст самого Путина, как оборонительная, в духе известного объяснения российской стороны: мол, если бы мы не взяли Крым, завтра там были бы войска НАТО. При таком различном толковании фактов возможен ли вообще какой-то диалог и компромисс — или это положение, когда одна из сторон должна в итоге непременно проиграть?

— Здесь на самом деле два вопроса. Первый — это вопрос о восприятии Россией западной политики. Внешнеполитическое видение Путина и тех людей, которые его окружают, представляет собой смесь двух комплексов. С одной стороны, это мегаломания, представление о России как о великой державе, которая должна вновь обрести свою силу и влияние в мире, стать наравне с Соединенными Штатами или Китаем, мания величия своего рода. С другой стороны, это мания преследования, убеждение в том, что Россия окружена врагами, эти враги стремятся подорвать ее влияние, а то и вообще уничтожить страну как субъект мировой политики. Об этом, например, довольно откровенно говорил Николай Патрушев. Эта смесь двух маний ведет к абсолютно неадекватному восприятию мировой политики. Поэтому я не могу утверждать, что российское представление о том, что если бы не был захвачен Крым, то там появились бы войска НАТО, — это только пропагандистский инструмент. Я не исключаю, что в Кремле действительно так думают. Это и предопределяет опасность российской внешней политики, а это все-таки политика ядерной державы.

Другой вопрос, можно ли строить с Россией какие-то схемы сотрудничества, если ее политика определяется такими комплексами. Наверное, это возможно в каких-то конкретных областях, по отношению к каким-то отдельным проблемам, но на самом деле очень трудно реалистически мыслящему человеку выстраивать нормальные отношения с человеком, чье поведение мотивируется болезненными представлениями о внешнем мире и о тех людях, которые его окружают.

— Вы говорите о болезненности восприятия, о комплексах, которые движут российской внешней политикой. С другой стороны, и прокремлевские политологи, и лица из окружения Путина, а иногда и он лично, взывают к прагматизму, к тому, что следует договариваться, что надо провести раздел сфер влияния в том духе, который господствовал в мировой политике в прошлом и даже позапрошлом столетиях. Предлагается возврат к духу Realpolitik. Насколько, по вашему мнению, искренне это мыслится? Путинская альтернатива —это возврат к реальной политике или нечто другое? Он революционер или реакционер?

— Да, звучат такие предложения со стороны российской политологической тусовки, в какой-то мере это свойственно и российской дипломатической риторике, хотя в гораздо более завуалированном виде. Учредить некий новый Священный союз: Россия, Китай, Соединенные Штаты, возможно, Европа — ну, упоминаются разные конфигурации. В интеллектуальном отношении это действительно наследие XIX века, может быть, и несколько более поздних времен — Ялтинско-Потсдамского миропорядка. Но это нельзя назвать прагматической политикой, или, если хотите, Realpolitik, по одной простой причине. Ведь реальное влияние России несопоставимо с тем влиянием, которое имела, скажем, Россия Николая I в постнаполеоновской Европе или сталинский Советский Союз после Второй мировой войны. ВВП России — меньше 2% мирового ВВП, то есть в десять раз меньше, чем ВВП Соединенных Штатов. Тут можно приводить массу разных цифр, показывающих, что Россия — в лучшем случае региональная держава, как в свое время сказал Барак Обама. Владимир Путин очень обиделся на такое сравнение, но это действительно так. Поэтому о каких разделах мира на сферы влияния можно говорить, причем таких, чтобы сфера влияния у России была очень солидной и заранее определенной? Это нереалистичный подход, возвращение к тому самому комплексу великой державы.

Другое дело, что мне иногда кажется, что если некая Realpolitik восторжествует в мире, то в ее основе будет лежать большая сделка между Соединенными Штатами и Китаем как двумя глобальными державами. Но место России в этой сделке — где-то даже не на вторых, а на третьих ролях.

— Однако новый президент Соединенных Штатов Дональд Трамп скорее позиционирует себя как сторонник конфронтационной политики как раз в отношении Китая. Не сделки, а наоборот, конфронтации — экономической, а там, глядишь, и силовой в той или иной степени. Именно с этим многие политологи, в том числе и западные, связывают авансы Трампа в отношении России: как говорится, против кого будем дружить? Понятно, что против Китая. Не сможет ли путинская Россия за счет этого «сорвать банк» в ближайшие годы, и не произойдет ли в результате переформатирование всей системы безопасности в мире?

— Если действительно в политике США возобладает конфронтационная линия в отношении Китая, а само по себе это еще не факт, потому что Китай и Соединенные Штаты связывает очень разветвленная и мощная система экономических взаимоотношений, то в Кремле могут попробовать пойти на такую сделку с Соединенными Штатами. Но это может Кремлю и России очень дорого обойтись. Потому что практически российский Дальний Восток беззащитен в случае каких-то осложнений с Китаем. Я бы даже сказал — может быть, это будет некоторым преувеличением — что российский Дальний Восток остается российским до тех пор, пока в Пекине не приняли иное решение. Тут даже речь идет не о каком-то гипотетическом военном вторжении, а просто о том, что российские дальневосточные регионы могут в один прекрасный день понять и признать очень простую вещь: что Пекин рядом, совсем близко, а Москва очень далеко и не поможет. И вполне возможно, что какой-то альянс с Китаем будет более выгоден с прагматической точки зрения для них, чем сохранение нынешнего порядка вещей. Тут очень трудно, конечно, предсказывать, как будут развиваться события на Дальнем Востоке в случае осложнения отношений Москвы и Пекина. Но китайская реакция может быть достаточно болезненной для России.

— На Дальнем Востоке на данный момент Россия не слишком активна, а вот в отношении Европы скорее наоборот. Эта активность, по крайней мере, на первый взгляд, смотрится достаточно успешно, поскольку среди европейских политиков все больше тех, кто склоняется к идее отмены режима санкций против России, заявляет о своих симпатиях к Москве. Можно ли сказать, что Кремль за последние годы взял своих оппонентов измором?

— Я бы не стал преувеличивать значение этих настроений. Да, они есть практически во всех европейских странах, но это все-таки настроения тех политических сил, которые еще не пришли к власти. А я, например, не уверен в том, что — представим чисто гипотетический вариант — Марин Ле Пен, избранная президентом Франции, сразу начнет реализовывать все свои заявления о необходимости пересмотра отношений с Россией.

— А что ей мешает?

— Декларации тех политических сил и партий, которые стремятся к власти, часто очень сильно отличаются от их практических действий после прихода. Но это очень общее рассуждение. Да, складывается впечатление, что в Европе несколько «устали» от санкций, от так называемой украинской проблемы. Но я не уверен в том, что Россия может что-то новое предложить Европе в обмен на отмену санкций. А ведь ни один серьезный политический деятель в Европе не возьмет на себя ответственность за новое осложнение ситуации в Украине и вокруг нее, не даст зеленый свет на очередную российскую военную авантюру против Украины, к которой могло бы привести снятие санкций. Европейские политики, а они действительно прагматики в массе своей, скажут: а что мы получим взамен? Ответ Кремля может быть только один: мы будем с вами сотрудничать, скажем, в борьбе с международным терроризмом. Очень хорошо, давайте сотрудничать. Но что, собственно, Россия может предложить в сфере борьбы с терроризмом? Там ведь масса вопросов.

Москва не считает, например, одиозную организацию ХАМАС террористической. Конечно, в Европе могут поставить вопрос: пусть российские сухопутные войска начнут действительно реальную крупномасштабную операцию в Сирии против «Исламского государства» (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.). Но это практически невозможно.

Если Россия решится на сухопутную операцию в Сирии, то это может привести к новому Афганистану. Я думаю, что Кремль на это не пойдет. Просто так «вбомбить в пыль» «Исламское государство», конечно, можно, но это не ликвидирует истоки и корни такого явления, как исламский радикализм и терроризм. Так что здесь тоже есть масса подводных камней.

— Итак, десять лет назад, если вести отсчет от мюнхенской речи, начался период резкого ухудшения отношений России с Евросоюзом и США. К какому промежуточному балансу мы сейчас можем прийти, спустя десять лет после выступления Путина?

— Кремль попытался реализовать политику, которую Путин провозгласил в своей речи в Мюнхене 10 февраля 2007 года. Мы можем констатировать, что эта политика себя исчерпала, зашла в тупик. В отношении Украины Путин своих целей не добился, никакой «Новороссии» не получилось. Запад пошел на достаточно болезненные для России санкции в результате действий в Донбассе, особенно после уничтожения малайзийского авиалайнера. Запад проявил достаточно жесткую позицию по отношению к возможным действиям России в странах Балтии. Да, в Европе и Соединенных Штатах раздаются голоса в пользу того, что санкции нужно отменять. Но пока они не отменены и неизвестно, будут ли. Ничего конкретного, реального Путин достигнуть не смог. Его задача сейчас заключается в том, чтобы попытаться без особого ущерба для своего реноме, политического профиля выйти из этой ситуации, сохранив хотя бы частично лицо.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071151


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071144

У Трампа с Россией может получиться лучше, чем у Обамы

Пренебрежение Трампа к договору его предшественника о сокращении вооружений — обнадеживающий знак.

Джон Болтон (JOHN BOLTON), The Wall Street Journal, США

Сплетни средств массовой информации о телефонных разговорах президента Трампа с зарубежными коллегами на прошлой неделе заметно активизировались, когда стали известны некоторые детали его беседы с Владимиром Путиным. Анонимные, как это обычно бывает, источники утверждали, что когда Путин поднял вопрос о договоре СНВ-3 от 2010 года, Трамп спросил помощников о его содержании, а потом заявил, что это одна из тех плохих договоренностей Обамы, в которую он намерен внести изменения.

Если это так, то Трамп верно понял суть данного соглашения. С американской точки зрения, СНВ-3 — это отвратительная сделка, панацея из времен холодной войны, направленная на ослабление ядерной напряженности. Правильно задуманные и составленные соглашения о контроле вооружений должны быть похожи на Московский договор от 2002 года (Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов), заключенный Джорджем Бушем, который краток (всего три страницы), дает широкие возможности для выхода из него и имеет вполне конкретные сроки.

Хотя значительную помощь в обеспечении этого дипломатического провала Обаме оказала тогдашняя госсекретарь Хиллари Клинтон, Россию тоже нельзя назвать безвинной. Москва впоследствии воспользовалась недостатками этого договора для восстановления и модернизации своего арсенала ядерных боезарядов и баллистических ракет, пока Обама безучастно наблюдал за этим. Республиканские сенаторы выступили против ратификации СНВ-3 (26 голосами против 13, трое не голосовали), как и кандидат в президенты 2012 года Митт Ромни. Поэтому замечания Трампа по поводу этого договора в основном совпадают с точкой зрения его партии.

Но совсем не так обстоит дело с комментариями Трампа (или, по крайней мере, с логическими выводами из них) о политическом и военном авантюризме Путина в Европе. Многих республиканцев тревожит то, что вместо усиления международных экономических санкций против России, введенных из-за ее враждебных посягательств на восточную Украину и аннексии Крыма в 2014 году, Трамп может ослабить или вообще отменить их.

Это важный момент. Конгресс должен рассмотреть вопрос о законодательном оформлении действующих санкций. Обе партии подавляющим большинством выступают «за» их утверждение, и аналитики считают, что вето в таких условиях нереально. Комментаторов интересует, не рухнет ли прочная солидарность республиканцев, которую они продемонстрировали при назначении на должности выдвиженцев Трампа, если политика в отношении России станет первым вопросом, по которому новая администрация вступит в противоборство с республиканским большинством в конгрессе.

Европа уже подвергает нападкам санкции, введенные против России за ее вмешательство на Украине. Германия, Франция и другие страны близки к тому, чтобы поддаться очевидному искушению и пожертвовать геостратегическими интересами ради экономических. Проходящие в этом году по всей Европе выборы могут дать еще более благоприятные для Москвы результаты (не исключено, что отчасти из-за российского вмешательства в избирательный цикл). В отличие от них, страны Прибалтики и другие члены НАТО в Восточной и Центральной Европе встревожены тем, что российский авантюризм может усилиться, если агрессия против Украины будет забыта, а санкции сняты.

Но несмотря на громкие заявления прессы о предполагаемом увлечении Трампа Путиным, ясно одно: политика администрации Трампа в отношении России и даже ее стратегические оценки этой страны пока еще не сформированы. И самое важное: если СМИ верно сообщают содержание комментариев Трампа о СНВ-3, оно показывает, что американский президент согласен далеко не со всем из путинского списка пожеланий, причем не впервые.

Так, Трамп однозначно против обамовской ядерной сделки по Ирану. 1 февраля советник по национальной безопасности Майкл Флинн уведомил Иран о том, что соглашение с ним дышит на ладан. Это подчеркивают новые американские санкции против Тегерана. Согласно поступающим сообщениям, Белый дом рассматривает вопрос о том, чтобы включить Корпус стражей исламской революции (КСИР) в список зарубежных террористических организаций, что надо было сделать еще много лет назад. Такой шаг будет иметь значительные политические и экономические последствия для российского военно-промышленного комплекса, и в частности, для компании «Рособоронэкспорт», которая занимается поставками оружия за рубеж.

Вашингтон также должен противодействовать попыткам военного и политического вмешательства Москвы в ситуацию на Ближнем Востоке, в ходе которого она в качестве тарана использует сирийский конфликт. Дипломатические усилия Москвы по «урегулированию» сирийского конфликта это в значительной мере попытка «помочь» Европе в решении проблемы сирийских беженцев. Они дают колеблющимся европейцам еще один побудительный мотив для того, чтобы снять санкции. Если возникнет хотя бы малейшее ощущение слабости США в вопросе санкций, это придаст России новые силы для дальнейшего проникновения на Ближний Восток. В свою очередь, это породит опасные и дестабилизирующие последствия от негласного альянса Москвы с Тегераном.

Очень важны слова Трампа о том, что он не знает, какие у него в конечном счете сложатся отношения с Путиным. Он наверняка понимает, что в основе внешнеполитического курса великих держав лежат национальные интересы, а не личные симпатии. Америка не жертвует основополагающими интересами национальной безопасности из-за того, что иностранные лидеры ей ласково улыбаются.

Поэтому давайте порадуемся тому недовольству, которое Трамп проявляет в отношении СНВ-3, не говоря уже о иранской ядерной сделке. Будем надеяться на дальнейшие шаги в этом направлении. Новый президент должен расширить санкции, успокоить союзников по НАТО (одновременно заставив их выполнять свои обязательства по военным расходам), а уже потом отправляться пить кофе с Владом. Переговоры надо вести только с позиции силы.

Джон Болтон — старший научный сотрудник Американского института предпринимательства (American Enterprise Institute), автор книги «Капитуляция — не выход: защищая Америку в ООН и на международной арене» (Surrender Is Not an Option: Defending America at the United Nations and Abroad).

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071144


Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071090

Президент на трудные времена

Людвиг Гревен (Ludwig Greven), Die Zeit, Германия

«Быть мужественными» — так звучит лозунг, который Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) определил для своей деятельности в качестве президента ФРГ. Он должен придать мужества не только гражданам, но и ему самому — мужества в борьбе с врагами демократии и свободы, а также мужества выслушать друг друга. Это было и остается личным пониманием Штайнмайером политики, в том числе и на новом посту.

Редко нового президента ФРГ ожидали такие большие задачи. Националисты и те, кто презирает демократию, повсюду на подъеме, в том числе и в Германии. Мировой порядок грозит выйти из-под контроля, не в последнюю очередь из-за Дональда Трампа, европейская сплоченность в опасности. В такое время, что понимает и Штайнмайер, и у президента совершенно новая ответственность.

И поэтому неплохо, что после бывшего пастора высший государственный пост в стране вновь займет опытный политик — также внепартийный человек, хотя до этого он и был политиком от СДПГ. Йоахим Гаук был удачей для республики. Он вернул этому посту достоинство и значение. Но политики тоже могут это, как показали Рихард фон Вайцзеккер (Richard von Weizsäcker) и другие прежние президенты ФРГ.

Штайнмайер, который с 1949 года займет этот пост в качестве третьего социал-демократа, создан для этого. Правда он не столь одаренный оратор, как Гаук. Но он человек равновесия, не поляризирующий, а также — что он как министр иностранных дел показал прежде всего в украинском кризисе — все еще ищущий возможности для разговора и диалога тогда, когда другие уже давно отказались от этого. И как человек, занимающий четкую позицию, как, например, по отношению к турецкому президенту Эрдогану. У него контакт со многими иностранными правительствами, и он знает, как следует обходиться с деспотами и автократами. Как бывший глава ведомства канцлера и глава фракции СДПГ, он разбирается также во внутренней политике.

Диалог и разговор — это потребуется от него и в дальнейшем, как во внутренних, так и в международных делах. В качестве первого гражданина государства Штайнмайер должен будет искать диалог с гражданами, чтобы способствовать тому, чтобы замазать трещины в обществе и уменьшить пропасть между политиками и населением. Это будет его главной обязанностью.

Новая роль президента ФРГ

Власть президента ФРГ, как всегда считалось, зависит прежде всего от его выступлений, поскольку его действительная власть крайне ограничена. Однако времена изменились. Сегодня на кону стоят не только свободный мировой порядок и единство Европы, но и западная демократия и либеральные ценности вообще.

Тем самым меняется и роль президента. Он должен не только защищать свободные идеалы от их врагов внутри страны, как это постоянно делал Гаук, и выступать за примирение в обществе. Он должен и в международном плане — насколько это ему позволяют границы его должности — выступать за эти демократические ценности и честный, открытый, ориентированный на соблюдение прав человека мировой порядок. То есть, президент должен быть в большей степени политиком.

Штайнмайер, как он пообещал, хочет это сделать. Теперь ему не надо более исходить из дипломатических соображений. Он может говорить ясно и свободно.

Повестка 2010 — это проблема для Штайнмайера

В нынешней ситуации Германия может это использовать. Готовность Штайнмайера к горячему диалогу может пригодиться, когда он встретится с Дональдом Трампом или Владимиром Путиным, или с президентом Франции Марин Ле Пен (Marine Le Pen).

Германии в эти непростые времена отведена центральная роль — роль «якоря надежды», как сказал сам Штайнмайер. Как человеку, который в будущем будет стоять во главе этого государства, ему положено приложить все силы для того, чтобы сохранить свободу и демократию. Он будет путешествовать по миру как своего рода второй министр иностранных дел.

Пробел — социальная политика

Но какие вехи он расставит во внутренней политике? Это пока не до конца ясно. Потому что в плане внутренней и социальной политики Штайнмайер до сих пор себя ничем не проявил, лишь один раз, когда проиграл выборы как кандидат в канцлеры в 2009 году. Он долгое время был политическим чиновником, больше государственным слугой, чем политиком. И его большая проблема состоит в том, что он был одним из архитекторов «Повестки 2010».

Это усложняет для него ситуацию в социально-политическом споре, в котором речь идет также о реальной или ощутимо растущей несправедливости в стране. Его прошлое навалится на него, когда он встретит недовольных, гневных граждан, которые считают «красно-зеленые» социальные реформы и тем самым и его самого виновными в их страхе перед социальным крахом.

Новому президенту ФРГ придется искать на это ответ. А также на то, как можно уменьшить социальную и политическую пропасть в обществе. Также как и ответ на вопрос, как, по его мнению, следует обращаться с беженцами и мигрантами или с исламом, и что делать со страхом некоторых граждан перед чужаками.

Он заявил, что хочет бороться против озлобления врагов беженцев и мигрантов и что он всерьез принимает опасения обеспокоенных граждан. Однако здесь ему предстоит значительная работа.

Штайнмайер как человек, назначающий канцлеров

В плане внутренней политики уже осенью Штайнмайера может ожидать беспримерный вызов. То есть в том случае, если выборы в бундестаг не приведут к четкому результату. Это одна из немногих задач президента ФРГ, связанная с реальной властью: предложить бундестагу канцлера. Будет ли он при наличии незначительного большинства опять опекать Ангелу Меркель, с которой у него всегда были хорошие отношения? Или он предпочтет своего (до сих пор) товарища по партии Мартина Шульца (Martin Schulz) в качестве главы красно-красно-зеленой коалиции? Тогда действительно дело будет за Штайнмайером. В крайнем случае он смог бы даже распустить бундестаг.

Нынешние выборы президента ФРГ не стали — в отличие от прежних выборов — сигналом для будущей коалиции. Таким образом, Штайнмайер — это президент на все случаи, что вполне отвечает его природе. В случае нового избрания Меркель на должность канцлера он будет так же хорошо работать с ней, как и с канцлером Шульцем.

Штайнмайер уже не является более активным политиком. Но у него по-прежнему в высшей степени политическая роль. Только у него теперь другие инструменты. Он должен будет научиться пользоваться ими.

Германия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071090


Россия. Ближний Восток > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071073

Как Россия стала новым влиятельным игроком на Ближнем Востоке

Оуэн Мэтьюз (Owen Matthews) , Джек Мур (Jack Moore), Дэмиен Шарков (Damien Sharkov), Newsweek, США

Утром 11 января фельдмаршал Халифа Хафтар (Khalifa Haftar) поднялся по трапу на борт авианосца, остановившегося у ливийского портового города Тобрук. Под аккомпанемент военного оркестра и в присутствии почетного караула адмирал в белой парадной форме поприветствовал ливийского лидера, командовавшего в 2011 году повстанческими силами, которые пользовались поддержкой США и которые свергли диктатора Муаммара Каддафи (Muammar el-Qaddafi).

После окончания приветственной церемонии 73-летнего Хафтара — американского гражданина, прожившего много лет в США — проводили в одно из подпалубных помещений, где состоялась его видеоконференция с самым активным иностранным политическим заправилой на Ближнем Востоке. Официальной темой этой видеоконференции была борьба с терроризмом. Однако обе стороны понимали, что истинная причина ее проведения заключалась в другом: они должны были обсудить то, как Хафтар может укрепить свою власть и одержать победу над слабым правительством в Триполи, которое пользуется поддержкой ООН.

У Хафтара довольно тесные связи с Вашингтоном, однако в январе на борту авианосца его приветствовали вовсе не американцы. Это был «Адмирал Кузнецов», единственный российский авианосец, а собеседником Хафтара был министр обороны России Сергей Шойгу.

Подобно множеству лидеров на Ближнем Востоке, Хафтар обзавелся новыми друзьями в Москве. Спустя три десятилетия, которые Россия провела на вторых ролях, она снова стала влиятельным игроком на Ближнем Востоке. Только за последние шесть месяцев России удалось изменить ход гражданской войны в Сирии и взять в свои руки контроль над процессом мирного урегулирования, наладить тесные отношения с турецким лидером Реджепом Тайипом Эрдоганом (Recep Tayyip Erdogan) и начать налаживать связи с такими традиционными союзниками США, как Египет, Саудовская Аравия и даже Израиль. За последние два года президент России Владимир Путин принял у себя лидеров стран Ближнего Востока 25 раз — в пять раз больше, чем президент США Барак Обама, о чем свидетельствуют данные a Newsweek.

В течение нескольких десятилетий Вашингтон пытался установить демократические режимы во многих странах мира, включая ближневосточные государства. Однако эти планы, очевидно, были свернуты при администрации Обамы и при нынешнем президенте Дональде Трампе. Если не считать Тунис, чей пример тоже далек от идеала, арабская весна не смогла принести демократию на Ближний Восток. Вместо этого она привела к расцвету экстремизма и нестабильности в таких государствах, как Египет, Ливия и Сирия. Вмешательство Запада в конфликты в Ливии и Йемене — вместе с вмешательством Ирана и коалиции во главе с Саудовской Аравией в Йемене — привело к формированию недееспособных государств, в которых до сих пор бушуют гражданские войны.

То, что США поддержали сирийских повстанцев и долгое время настаивали на том, что автократический президент Башар Асад должен покинуть свой пост, привело лишь к увеличению длительности и ужесточению гражданской войны, что в свою очередь спровоцировало стремительный рост влияния «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в РФ — прим. ред.). А урегулирование палестино-израильского конфликта — давняя цель внешней политики США — теперь выглядит еще менее вероятным, чем когда-либо прежде. Если говорить о двух президентских сроках Обамы, то прошлогоднее историческое соглашение по иранской ядерной программе, обязывающее Иран свернуть ее в обмен на снятие санкций, является единственным несомненным достижением его администрации — и даже оно выглядит довольно шатким теперь, когда к власти в США пришла новая администрация.

«Политика Обамы на Ближнем Востоке полностью провалилась, — считает Леонид Слуцкий, председатель комитета Государственной Думы по международным делам. — Бессилие и отсутствие результатов очевидны».

Кремль видел слабость США, он почувствовал, что здесь скрыты новые возможности. С точки зрения Москвы, возвращение части прежнего влияния Советского Союза на Ближнем Востоке может принести массу преимуществ. В этом случае Россия может продолжить строительство своей империи и проецировать свое растущее влияние, а также военную мощь в глобальных масштабах. Она также может получить новые дипломатические козыри, чтобы с их помощью добиться снятия западных санкций, введенных против нее в связи с аннексией Крыма в 2014 году, или чтобы позже использовать их в переговорах с Западом.

«В первую очередь это вопрос возвращения нашего стратегического влияния», — сказал в беседе с Newsweek Олег Морозов, член комитета Совета Федерации по международным делам. А директор Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин пишет об этом так: «Цель внешней политики [Путина] — восстановить за Россией статус глобальной сверхдержавы. Для него возможность вести дела на Ближнем Востоке, конкурируя с США, является свидетельством статуса сверхдержавы. Именно этим Россия и занималась в Сирии».

Однако вполне возможно, что по своей значимости для России эти задачи уступают другой цели, которой на Западе часто уделяют мало внимания: Москва стремится защитить Россию от радикального исламистского терроризма — именно страх перед ним помог Путину подняться на вершину власти в период жестоких войн на Северном Кавказе в 1990-х годах. Местные террористические группировки оказали мощное влияние на политику Кремля и мировоззрение россиян, которые отдают предпочтение порядку, а не личным правам и свободам. Наблюдая за тем, как спустя десять лет США пытаются навязать демократию Ираку и Ливии, провоцируя при этом начало гражданских войн, Путин столкнулся с неизбежным выбором: внешние силы должны вставать на сторону сильных режимов, какими бы жестокими они ни были, иначе мир столкнется с разрушением государственных систем и подъемом терроризма.

По мере роста влияния ИГИЛ в Сирии Путин все меньше верил в успех попыток Запада справиться с этой террористической группировкой. В середине сентября 2015 года российские службы безопасности объявили о том, что, по их данным, на стороне ИГИЛ в Сирии воюют как минимум 2,5 тысячи российских граждан. С точки зрения Путина, этого было достаточно для того, чтобы сделать сохранение и победу режима Асада вопросом национальной безопасности России.

«Наша главная задача в Сирии заключается в том, чтобы помешать нашим гражданам, [воюющим на стороне ИГИЛ], вернуться на родину, — сказал депутат Думы Вячеслав Никонов. — Для России вмешательство в ситуацию на Ближнем Востоке — это вопрос защиты нашей собственной безопасности. Все остальное — это детали».

Как бы то ни было, возвращение России на Ближний Восток оказалось на удивление успешным, одновременно оно стало ударом по влиянию и авторитету Америки. До недавнего времени у США не было реального дипломатического или военного конкурента на Ближнем Востоке. Теперь, когда Трамп начинает свой президентский срок с обещаний стереть ИГИЛ с лица земли, в Сирии летают российские самолеты, действуют российские военнослужащие, российские корабли стоят у побережья Ливии, а друзья Москвы занимают — или готовятся занять — президентские дворцы от Триполи до Дамаска. Если Трамп решит сделать какой-либо шаг на Ближнем Востоке, ему придется сначала спросить себя: что об этом подумает Путин? Ни у одного американского президента в новейшей истории не было подобной проблемы.

Власть и паранойя

На протяжении большей части холодной войны влияние Москвы на Ближнем Востоке было сопоставимо с влиянием Вашингтона. Советский Союз был самопровозглашенным защитником пролетарской революции во всем мире. Антизападный и решительно социалистический арабский национализм египетского президента Гамаля Насера (Gamal Nasser) давал Москве возможность расширять свое влияние в арабском мире. После того как Насер одержал победу над прежними колониальными владыками региона — Великобританией и Францией — в результате Суэцкого кризиса 1956 года, на Ближний Восток потекли российские деньги и оружие.

Советские инженеры построили плотину на Ниле в районе Асуана и помогли построить современные города в тех частях Сирии и Ирака, которые находились под властью партии «Баас». Между тем целое поколение арабских офицеров, врачей и специалистов получали образование в Москве. Среди них был и будущий президент Египта Хосни Мубарак, а также Хафтар, который продолжил обучение в Советском Союзе в 1970-е годы, закончив перед этим Военную академию в Бенгази. Генералы КГБ помогали создавать службы безопасности в Ливии, Алжире, Египте, Ираке и Сирии, беря за основу структуру советских секретных служб.

Стремясь остановить действие эффекта советского домино на Ближнем Востоке, Вашингтон вложил туда немало средств. Израиль, Саудовская Аравия и Египет — после ухода Насера — стали главными получателями военной помощи США. В Турции, которая вступила в НАТО в 1952 году, были размещены американские самолеты, военные корабли, а также баллистические ракеты средней дальности «Юпитер» — их появление в Турции заставило Советский Союз развернуть свои ракеты на Кубе, что чуть было не привело к началу ядерной войны в 1962 году.

После распада Советского Союза в 1991 году друзья Москвы на Ближнем Востоке крепко цеплялись за власть, сохраняя решительно антизападный полумесяц от Ливии до Сирии, несмотря на отсутствие финансовой помощи со стороны России. Затем один за другим клиенты Москвы начали сдавать позиции. Саддам Хусейн в Ираке — временами он пользовался помощью США — стал первым лидером, которого свергли в 2003 году в результате того, что Россия назвала откровенной агрессией Америки. Спустя десятилетие, в результате событий арабской весны, власти лишились Муаммар Каддафи в Ливии, Хосни Мубарак в Египте и Зин аль-Абидин Бен Али (Zine El Abidine Ben Ali) в Тунисе.

В этот же период времени в результате революций, которые прокатились по бывшим территориям Советского Союза и которые получили название цветных революций, власти лишились пророссийские правительства в Сербии, Украине, Киргизии и Грузии. В 2011 году стремление к идеалам демократии докатилось и до Москвы, где 100 тысяч человек вышли на улицы, чтобы протестовать против возвращения Путина на третий срок.

С точки зрения американцев, эта серия протестов и революций стала свидетельством триумфа демократии и власти народа. Однако с точки зрения россиян, эти события были частью спланированной Вашингтоном кампании, направленной на уничтожение тех лидеров, которые осмелились выступить против США — включая Путина. Его рейтинг опустился до рекордного минимума (63%), а лидеры протестного движения, говорившие о европейском либерализме и сближении с США, казались реальными претендентами на власть.

«С точки зрения Путина, площадь Тахрир и киевский Майдан — это часть одного заговора, направленного против России, — сказал один высокопоставленный западный дипломат, попросивший сохранить его имя в тайне. — Мы считаем это паранойей. Это и есть паранойя. Но они в это верят».

На протяжении этого периода Россия много раз протестовала — хотя к ней никто не прислушивался — в ООН в бесплодных попытках предотвратить бомбовые удары по Белграду в 1999 году и вторжение в Ирак в 2003 году. В обоих случаях Вашингтон проигнорировал Москву. Только начав налаживать отношения с Ираном, Москва сумела привлечь внимание Вашингтона. В конце 1990-х годов Москва помогла Тегерану разработать баллистические ракеты средней дальности «Шахаб-3», а затем начала строить первую в Иране атомную станцию в Бушере. С 2008 года, когда Белый дом постепенно стал склоняться к необходимости заключить сделку с Ираном, чтобы тот отказался от своей ядерной программы, Россия взяла на себя роль добросовестного посредника.

«Американцы поняли, что им нужна наша помощь с Ираном, — говорит бывший премьер-министр России Сергей Кириенко, который возглавлял государственную корпорацию „Росатом" в период ключевых переговоров с Ираном. — Иранцы нам доверяли. Мы были их гарантией безопасности».

В то же время Россия неторопливо, но настойчиво увеличивала свою роль в процессе мирного урегулирования палестино-израильского конфликта. Ключевым союзником Москвы был лидер палестинцев Махмуд Аббас (Mahmoud Abbas), который закончил московский Университет дружбы народов в 1970-х годах. Израильские эксперты, ссылавшиеся на документы, вывезенные из России работником архивов КГБ Василием Митрохиным в 1991 году, заявляли, что Аббас был завербован советскими службами безопасности под кодовым именем «Кротов». Палестинские чиновники отрицали эту информацию, называя ее клеветой.

Был ли Аббас агентом советских спецслужб или нет, он «любит русских и хочет им угодить», как сказал Зияд Абу-Зайяд (Ziad Abu Zayyad), бывший палестинский министр. Когда Путин посетил Вифлеем во время своей поездки на Западный берег, Аббас подарил ему участок земли, где теперь находится российский культурный центр. В том же году он назвал улицы в Вифлееме и Иерихоне в честь Путина и его предшественника Дмитрия Медведева.

Параллельно с этими публичными жестами дружбы на Ближнем Востоке ведется активная дипломатическая кампания. Эту кампанию Москвы возглавляет 64-летний профессиональный дипломат, бегло говорящий на арабском языке, по имени Михаил Богданов, который занимает пост специального посланника Путина на Ближнем Востоке с 2012 года. Богданов, который прежде был послом России в Сирии, Египте и Израиле, сыграл ключевую роль в оказании влияния и поисках друзей среди лидеров Ближнего Востока, от египетского президента и военного лидера Абделя Фаттаха ас-Сиси (Abdel Fattah el-Sisi) до ливийского лидера Хафтара.

Постепенный уход Америки с Ближнего Востока при президенте Обаме помог Богданову в его работе. У Белого дома были веские причины для ухода из этого региона: президент хочел свернуть непопулярные среди простых американцев военные кампании США. В то же время зависимость Америки от ближневосточных нефтяных месторождений постепенно уменьшалась благодаря сланцевой революции, которая превратила США в страну-экспортера энергоресурсов. Однако одним из непредвиденных последствий ухода США с Ближнего Востока стало то, что Богданов смог заключать сделки с лидерами региона, от Рамалла до Каира и Бенгази.

«Внешняя политика российского режима характеризуется крайним прагматизмом, отсутствием идеологической составляющей и попытками наладить отношения со всеми основными игроками в регионе, — считает Николай Кожанов, бывший атташе российского посольства Тегерана, а ныне эксперт британского аналитического центра Chatham House. — Таким образом, именно это стоит считать основным принципом стратегии России и ее главным преимуществом на Ближнем Востоке».

В отличие от своих американских коллег, Путин не считал нужным наставлять лидеров Египта и Сирии в вопросах демократии и защиты прав человека. «Россия увидела в Египте возможность, потому что США настаивали на проведении реформ с момента арабской весны», — говорит Стив Сече (Steve Seche), бывший чиновник Госдепартамента и бывший посол США в Йемене. Российский президент также был готов продавать дешевое оружие региональным державам. С 2012 года Москва продала Египту оружие на сумму в 4 миллиарда долларов, а в ноябре 2016 года она начала переговоры с Ираном по заключению 10-миллиардной сделки.

Однако два кризиса передвинули Ближний Восток с полей внешней политики России в самый ее центр: аннексия Крыма Россией в марте 2014 года, которая спровоцировала непосредственный конфликт между Москвой и Западом, и война в Сирии, которая годом позже позволила Путину сделать так, что Россия стала одним из основных субъектов влияния на Ближнем Востоке.

Дамасский гамбит

30 сентября 2015 года Путин отдал российским военным самолетам приказ отправиться на авиабазу Хмеймим вблизи Латакии, которая находилась под контролем сил Асада. Это стало первой военной операцией России за пределами границ бывшего Советского Союза после катастрофической кампании Москвы в Афганистане в 1979 году. Спустя всего несколько дней 30 российских самолетов начали постепенно разворачивать ход борьбы в Сирии в пользу Асада.

Несмотря на то, что Россия отправила в Сирию мало самолетов, это стало поворотным моментом во внешней политике Москвы. Внезапно российские самолеты стали летать в том же воздушном пространстве, что и самолеты Америки и ее союзников, пытавшихся бороться с ИГИЛ. В России радиостанция «Коммерсант» сообщила, что сирийский народ называет Путина «Цезарем», а в ежедневных прогнозах погоды начали рассказывать о погодных условиях в Сирии. К концу 2016 года Министерство обороны России сообщило, что его самолеты совершили 30 тысяч боевых вылетов и нанесли удары по 62 тысячам целей. Между тем с 2014 по конец января 2017 года коалиция во главе с США совершила 135 тысяч миссий, направленных против ИГИЛ в Сирии и Ираке, но нанесла удары всего по 32 тысячам целей.

Главная причина заключается в том, что, как утверждают представители коалиции, они гораздо строже соблюдают правила, позволяющие ограничить число жертв среди мирного населения. В январе министр обороны США Эштон Картер (Ashton Carter) пожаловался, что военная кампания России не добилась никаких успехов в борьбе с ИГИЛ. Каким бы ни было влияние воздушной кампании России, большинство экспертов согласны с тем, что она помогла ослабить поддерживаемые США повстанческие группировки и позволила Асаду вернуть контроль над Алеппо, имеющим стратегическую значимость.

Олег Морозов, член комитета Совета Федерации по международным делам, говорит, что у Путина «не было иного выбора, кроме как вмешаться. Нам нужен не столько Асад, сколько некая стабильность в Сирии. Если бы мы позволили режиму Асада пасть, это был бы конец нашего влияния на Ближнем Востоке».

В любом случае, по словам Тренина, сирийская кампания быстро стала символическим упреком Обаме, который годом ранее назвал Россию всего лишь «региональной державой».

Символической кульминацией роли «спасительницы» Сирии, которую Россия на себя взяла, стало 5 мая 2016 года, через несколько дней после того, как войска Асада при поддержке российского спецназа и самолетов отвоевали древний город Пальмира у ИГИЛ. Москва отправила в Пальмиру своего величайшего дирижера Валерия Гергиева и его Мариинский симфонический оркестр, чтобы они смогли выступить перед журналистами со всего мира в древнем амфитеатре, который ИГИЛ ранее использовала в качестве места проведения казней. Разумеется, это был пропагандистский трюк, но он оказался чрезвычайно эффективным.

Успех России в Пальмире продлился недолго, однако это ничего не значило: в декабре, спустя семь месяцев после выступления оркестра, когда камеры и — что гораздо важнее — военные ушли из Пальмиры, боевики ИГИЛ снова ее захватили. Кремль заявил, что причиной этого поражения является нежелание США сотрудничать с Москвой в борьбе против ИГИЛ, и после этого о Пальмире практически перестали упоминать.

Но теперь, когда Алеппо снова находится в руках режима, а процессом урегулирования занялась Москва, у новой администрации США осталось довольно мало возможностей повлиять на ситуацию в Сирии, как в дипломатической смысле, так и на местах.

«Что мы можем сделать, чтобы противостоять этому?— сказал чиновник Госдепартамента, согласившийся дать интервью на условиях анонимности. — [Россия] стала очень влиятельным игроком в Сирии, потому что она решила вести там такую политику, которую в других частях мира сочли бы военными преступлениями».

Враги с привилегиями

За последние 18 месяцев успешная интервенция России в Сирии позволила существенно повысить степень влияния Москвы в регионе. Скорее всего, новым лучшим другом Кремля станет Турция, член НАТО и давний враг России. Всего год назад, когда Турция сбила российский военный самолет, вторгшийся в турецкое воздушное пространство, Путин был в ярости: он распорядился прекратить полеты российских чартеров в Турцию и ввести санкции против турецких товаров.

С тех пор на отношения между странами повлияли два фактора: победа Асада в Алеппо и неудачная попытка государственного переворота в июле, которая заставила Эрдогана начать чистки в рядах его оппонентов, что вызвало резкую критику со стороны США и европейских стран. В ответ на упреки со стороны своих прежних союзников в Брюсселе и Вашингтоне Эрдоган развернулся к своему «другу Владимиру» в России.

«Без России найти решение проблем в Сирии будет невозможно, — сказал Эрдоган в августе в одном из своих интервью перед поездкой в Санкт-Петербург. — Ось дружбы между Москвой и Анкарой будет восстановлена».

В то же время Эрдоган признал, что его отношения с Обамой оказались «разочаровывающими». Администрация Обамы отказалась прекратить оказывать поддержку курдским боевикам на севере Сирии и выслать в Турцию Фетхуллаха Гюлена (Fethullah Gülen), живущего в США духовного лидера, который является противником Эрдогана. В результате турецкие чиновники начали открыто подвергать сомнению целесообразность предоставления Америке доступа к стратегической базе Инджирлик, расположенной недалеко от границы с Сирией. Эрдоган призвал турецких политиков еще раз проанализировать их сосредоточенность на связях с США, а также подумать над вступлением в Шанхайскую организацию сотрудничества во главе с Китаем, которую Москва поддерживает. В январе впервые в истории российские и турецкие военные самолеты приняли участие в совместной воздушной операции против ИГИЛ.

По мнению Фади Хакуры (Fadi Hakura), главы Турецкого проекта в Chatham House, эта дружба между Москвой и Анкарой, возможно, носит «чисто деловой» характер, однако это устраивает обе стороны. Эрдоган хочет «увеличить расстояние между Вашингтоном и Анкарой», а Россия охотно это поддерживает, руководствуясь принципом «враг моего врага — мой друг».

Дружба России с другой крупной державой этого региона, с Ираном, возможно, начиналась как альянс двух изгоев, однако теперь этот союз стремительно набирает вес. Тегеран присоединился к Москве в ее попытках взять контроль над процессом мирного урегулирования сирийского конфликта в свои руки, и они стали арбитрами на переговорах в Астане, столице Казахстана, в ходе которых была разработана дорожная карта, ведущая к миру и принятию новой конституции в Сирии. Поставки российского оружия — в том числе зенитно-ракетные комплексы С-300, которые Россия доставила в Иран в прошлом году — помогли Тегерану не отстать от его региональных противников, расходующих огромные средства на оборону, таких как Израиль и Саудовская Аравия.

В обмен на это Иран предоставил России временный доступ к своей воздушной базе Хамадан, чтобы военные самолеты смогли оттуда совершать боевые вылеты, и позволил Москве запускать крылатые ракеты с военных кораблей в Каспийском море через его территорию. Но что самое важное, как утверждает сэр Ричард Далтон (Richard Dalton), бывший посол Великобритании в Иран, сохранив власть в руках Асада, Россия помогла Тегерану поддержать «ось сопротивления против Израиля и США».

В то время как Иран не был союзником США в течение нескольких десятилетий, Каир оставался ключевым партнером Вашингтона в военной и дипломатической сфере, а также в сфере разведки. Получая от США существенную военную помощь, Египет старался сохранять партнерские отношения с Вашингтоном, несмотря на натянутость отношений с Обамой после захвата власти ас-Сиси в 2013 году. Хотя с тех пор Каир поддерживал тесные связи с Вашингтоном, он также признал возросшее влияние Москвы в регионе, разрешив России провести военные учения десантников на своей территории в прошлом году — это были первые подобные учения на территории Африки.

В ноябре прошлого года Египет продемонстрировал свою готовность поддержать Путина, став одной из четырех стран, поддержавших российскую резолюцию по Сирии в ООН. В свою очередь Москва стала настаивать на снятии санкций с Ливии, где Хафтар, союзник ас-Сиси, до сих пор борется за власть в стране. «Путин будет добиваться снятия санкций», — заявил Хафтар после своей видеоконференции с Шойгу на борту российского авианосца.

Путину даже удалось достичь нового уровня отношений с Израилем, самым близким и самым важным союзником Вашингтона на Ближнем Востоке. Российские самолеты теперь летают в непосредственной близости от Голанских высот — спорной территории, которую Израиль захватил у Сирии в 1967 году и которая теперь является причиной раздора между странами. С сентября 2015 года израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху (Benjamin Netanyahu) трижды посетил Путина в Москве — он провел меньше встреч с Обамой, с которым у него весьма натянутые отношения.

В ноябре прошлого года Медведев отправился в Израиль, чтобы отметить 25-летие дипломатических отношений между двумя странами и расширить сотрудничество в сфере торговли. Нетаньяху, очевидно, крайне обеспокоен сотрудничеством России с двумя главными врагами Израиля в регионе: с Ираном и ливанской шиитской группировкой Хезболла. Он надеется использовать влияние России на врагов Израиля в свою пользу, и пока Москва не возражала против ударов Израиля по боевикам Хезболла в Сирии. Но опасения Нетаньяху связаны в том числе и с США: Обама проигнорировал возражения Израиля против ядерного соглашения с Ираном и заставил израильского лидера прекратить строительство поселений на Западном берегу — это было главным препятствием для заключения мирного соглашения с палестинцами. 2 февраля пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер (Sean Spicer) сигнализировал о продолжении политики Обамы, сказав, что «строительство новых поселений или расширение существующих поселений за пределы их нынешних границ не поможет достичь» мирного соглашения.

Россия, с другой стороны, не выдвигает подобных жестких требований к Израилю. После того как Вашингтон ввел санкции против России в связи с аннексией Крыма, Путин старается найти себе как можно больше друзей в этом регионе, чтобы «создать второй фронт», как говорит Цви Маген (Zvi Magen), бывший посол Израиля в Россию. Путину «нужно увеличить давление на Запад… Одним из таких новых рычагов давления является палестино-израильский процесс». После третьей встречи Путина и Нетаньяху в Москве, которая состоялась в июне — когда российский лидер назвал Израиль «безусловным» союзником — Россия предложила провести мирные переговоры между Нетаньяху и Аббасом в Москве.

Оба лидера увидели новые возможности в этих развивающихся отношениях, основанных на принципах прагматизма: для Путина это была возможность бросить вызов лидерству Вашингтона, а для Нетаньяху — возможность отдалиться от администрации Обамы. Сейчас на Ближнем Востоке развивается множество взаимовыгодных связей. К несчастью, Вашингтон не принимает в этом никакого участия.

Партнер или вредитель?

Возможно, Обама отказался от бушевской политики применения силы на Ближнем Востоке — и во всем мире — но складывается впечатление, что Трамп намерен полностью отказаться от 70-летней приверженности Америки своей роли самого убежденного покровителя демократии в мире. Американской политике «интервенций и хаоса» необходимо положить конец, как сказал Трамп в декабре.

С точки зрения Кремля, такой сдвиг может спровоцировать опасный вакуум во власти, который могут очень быстро заполнить сторонники исламистов во многих странах, от Ливии, до Ирака и Сирии. Хотя многие на Западе рассматривают подъем России как проявление стремления возродить утраченную империю и влияние, многие высокопоставленные российские чиновники считают политику их страны на Ближнем Востоке вопросом самозащиты.

«Мы помним, сколько радикалов прибыли сражаться в Чечню с Ближнего Востока, — сказал Леонид Калашников, председатель комитета Государственной Думы по делам СНГ, имея в виду иностранных джихадистов, которые воевали на стороне чеченских сепаратистов на Северном Кавказе в 1990-х годах. — Этот регион граничит со Средней Азией. Это наше уязвимое место. Мы должны быть в Сирии, чтобы помешать терроризму распространиться на наши территории».

Николай Ковалев, бывший глава российской службы внутренней безопасности (ФСБ), а ныне член думского комитета по безопасности, говорит следующее: «Там сражаются тысячи наших граждан. В Сирии собрались неадекватные люди со всего мира. Исламский аспект — это всего лишь повод. Это люди, которые получают удовольствие, ставя других на колени, в прямом и метафорическом смыслах, люди, которые получают удовольствие, превращая женщин в рабынь. В целях обеспечения нашей национальной безопасности мы не должны допустить, чтобы они принесли эту идеологию в Россию».

Россия решительно намерена сохранить статус влиятельного игрока на Ближнем Востоке, а это значит, что региональным лидерам придется найти способ сотрудничать с обеими сторонами. Трамп связался с Нетаньяху, пригласив его встретиться в Вашингтоне в марте, пообещав переместить американское посольство в Иерусалим и назначив нового посла в Израиль — все это может ослабить связи между Нетаньяху и Путиным. (Между тем, палестинцы будут нуждаться в поддержке Москвы как никогда. «Мы не возлагаем надежд на Трампа», — говорит Абу Зайяд.)

Египет, как и Израиль, может попытаться наладить отношения с Россией и США. Помимо сближения с Путиным, Сиси также стал более благосклонно относиться к Трампу. Он стал первым лидером иностранного государства, позвонившим по телефону и поздравившим миллиардера с его победой над Хиллари Клинтон. Он был также первым арабским лидером, встретившимся с Трампом в ходе его предвыборной кампании. Их отношения продолжили развиваться после вступления Трампа в должность президента. После инаугурации первым жестом Трампа в сторону арабского мира стал телефонный звонок Сиси. Он также принял у себя в Вашингтоне короля Иордании Адбдалла II и позвонил нескольким арабским лидерам, чтобы заверить их в поддержке США.

«Можно сказать, что [Трамп и Сиси] смотрят на мир одинаково, — считает Хью Ловатт (Hugh Lovatt), эксперт по Ближнему Востоку и Северной Африке Европейского совета по международным отношениям. — Мы вполне можем представить себе некие совместные планы России, США и Египта» касательно таких ближневосточных процессов, как процесс мирного урегулирования палестино-израильского конфликта. Подобная триада может понравиться Израилю, который развивал с Египтом секретные дипломатические связи и связи в сфере безопасности.

США, возможно, придется внести изменения в свою политику на Ближнем Востоке. На всех прежних мирных переговорах на Ближнем Востоке США были главным посредником. Теперь Трампу придется взглянуть в лицо печальной реальности: чтобы заключать мирные соглашения, бороться с терроризмом и защищать экономические интересы Америки в этом регионе, ему, возможно, придется и дальше выражать свое восхищение человеком, который сделал восемь лет правления предыдущего президента США такими трудными.

Россия. Ближний Восток > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 13 февраля 2017 > № 2071073


Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 февраля 2017 > № 2078101 Сергей Лавров

Интервью Министра иностранных дел России С.В.Лаврова для программы И.А.Зейналовой «Итоги недели» на телеканале «НТВ», Москва, 12 февраля 2017 года

Вопрос: Вдруг оказалось, что дипломатический работник – это не просто тяжелая и сложная, но даже опасная профессия. Посмотрим на прошлый год: убийство Посла России в Турции А.Г.Карлова, высылка наших дипломатов из Америки. Годом раньше произошли обстрелы наших посольств, нападения на дипломатов. Насколько сейчас, на Ваш взгляд, накаленная международная обстановка делает эту профессию просто опасной? Нет ли аналогий с «красными дипкурьерами», о которых вспоминали в советское время?

С.В.Лавров: Я как раз тоже хотел вспомнить о дипкурьерах, потому что профессия дипломата, на мой взгляд, всегда была не очень спокойной, очень ответственной и сложной, в т.ч. потому что приходится работать в странах с напряженной политической обстановкой, где происходят военные перевороты, меняется власть неконституционным путем, происходят столкновения, не говоря уже о том, что большинство стран мира отличаются по климатическим условиям от Российской Федерации. Это никогда не помогает нормальному функционированию организма.

Бывают периоды, когда некоторые из наших партнеров, закусив удила, решают почему-то нас наказывать, как было с теми 35 дипломатами, которых выслал Президент США Б.Обама, срывая на нас за что-то обиду, наверное, за поражение кандидата от демократической партии, которое даже нельзя представить себе. Подходы к нашим дипломатам с предложениями завербовать их и перейти на отношения сотрудничества не прекращаются. Они не прекращались даже в лучшие времена, в т.ч. в США и европейских странах. Очень часто это делается бесцеремонно, в присутствии членов семьи. К этому, конечно, необходимо относиться как к неприемлемым методам.

Вопрос: Думала, что это осталось в 80-х. Сейчас же есть уже электронная разведка.

С.В.Лавров: Нет, в прошлом году еще при администрации Президента США Б.Обамы было несколько таких подходов. Каждый раз мы обращаем на это внимание. Взамен они жалуются, что здесь обижают их дипломатов. Но то, как здесь работают американские дипломаты – это отдельная тема. У них здесь гораздо более комфортный режим для деятельности, нежели, чем тот режим, который они создали в последние пару лет вокруг нашего посольства и наших консульских учреждений в США.

Вы упомянули о трагической смерти Посла России в Турции А.Г.Карлова. Безопасность у нас сейчас становится приоритетом номер один. После трагедии в Анкаре мы доложили по поручению Президента Российской Федерации В.В.Путина дополнительные предложения о том, как повысить защищенность наших загранучреждений, дипломатов, других сотрудников посольств и генеральных консульств. Предложения были одобрены, сейчас они претворяются в жизнь. Всегда эта работа разбивается на несколько направлений: физическая защищенность, техническая защищенность и работа со страной пребывания. Главная ответственность за безопасность всех дипломатов из всех стран несет страна, в которой они работают. Это было установлено Венскими конвенциями 1961 и 1963 гг. Таким образом документы возлагают главную ответственность на страну пребывания. Всегда, когда возникают какие-то проблемы или опасения, что могут возникнуть проблемы с безопасностью, наши послы незамедлительно обращаются к соответствующим структурам страны, в которой они работают. Физическая безопасность – это, прежде всего, надежное ограждение, способы перекрыть нежелательных визитеров на входе в загранучреждение, это служба дежурных комендантов, которые традиционно обеспечивают наблюдение через камеры наружного наблюдения за тем, что происходит вокруг наших посольств и генеральных консульств. Мы уже давно, задолго до нынешних событий, взяли курс на то, чтобы служба дежурных комендантов в основном укомплектовывалась нашими пограничниками. Мы очень тесно сотрудничаем с Пограничной службой ФСБ России. Мы довольны тем, как они реагируют на наши просьбы. Доля пограничников в службе комендантов постоянно увеличивается. Конечно, мы делаем это, прежде всего, в странах со сложной обстановкой. В ряде государств, где продолжаются внутренние вооруженные конфликты, мы используем подразделения специального назначения. Сейчас такие подразделения есть в 12 странах. По мере анализа ситуации мы будем вместе с нашими коллегами из спецслужб смотреть на необходимость пополнить этот список. Желательно, конечно, чтобы он не расширялся, но не все от нас зависит.

В ряде случаев используем частные охранные предприятия стран пребывания, в основном, чтобы они по внешнему периметру смотрели за порядком. Иногда на разовой основе они могут привлекаться для сопровождения сотрудников посольства на те или иные мероприятия, если на то есть основания.

Всех случаев, к сожалению, не предусмотришь. Жизнь гораздо сложнее, чем любые схемы. Мы принимаем все меры, необходимость которых мы видим.

Вопрос: Киевские власти хотят отнять у Посольства некоторые участки, которые межгосударственным договором были закреплены в аренду за российским Посольством. Это такая проекция политики Украины по отношению к России — все отражается на дипломатах. На Ваш взгляд, резкое обострение в Донбассе, тон дискуссий в самом Киеве идут на разрушение Минских договоренностей? Этот механизм уже не работает?

С.В.Лавров: Трудно найти другое объяснение тому, что они делают. Несмотря на объявленную несколько дней назад договоренность о прекращении огня, об отводе тяжелых вооружений в те места, где они должны находиться в соответствии с Минскими договоренностями, ежедневно поступают сообщения об абсолютно обратном: о том, что украинская сторона, вооруженные силы Украины (ВСУ) наращивают свои подразделения и тяжелые вооружения непосредственно около линии соприкосновения и в населенных пунктах в грубое нарушение всего того, о чем договаривались и под чем подписался Президент Украины П.А.Порошенко и его представители. Когда им задают эти вопросы, а задают их уже и западные представители, они отвечают, что это на случай, если ополчение начнет провокации, как это де бывало уже не раз. Но все понимают и все знают, что нынешнее критическое состояние однозначно спровоцировано теми, кто находится по западную сторону от линии соприкосновения. Я специально говорю про «западную сторону», а не про ВСУ, потому что там есть еще и добровольческие батальоны «Азов», «Донбасс», которые ни в грош не ставят командование ВСУ и считают, что они будут делать то, что им заблагорассудится, а заблагорассудиться им может очень многое. В частности, они решили перекрыть железнодорожное сообщение, которое худо-бедно функционировало и обеспечивало какую-никакую экономическую и транспортную связь между Донбассом и остальной Украиной. Они прекратили поставки угля, потому что те же самые «молодчики» не хотят пропускать эшелоны с углем. Сейчас объявили, что они будут закупать уголь в США, так же, как раньше собирались закупать его в ЮАР, лишь бы не брать в Донбассе. Что еще тут можно сказать? Потом, правда, экономическое чутье возобладало, ведь это в два-три раза дороже. Но сейчас, видите, опять хотят искать счастье за океаном.

Мне трудно объяснить как-то дополнительно то, что происходит, по сравнению с тем, что сказал Президент России В.В.Путин на пресс-конференции в Будапеште. Они опять хотят «выклянчить» деньги, ссылаясь на то, как их обижают, с той же ссылкой хотят привлечь к себе внимание, чтобы о них не забывали. Хотят загладить вину перед нынешней администрацией США, учитывая то, как они публично и открыто работали против Президента США Д.Трампа в ходе предвыборной кампании.

Президент России В.В.Путин 7 февраля говорил с Канцлером ФРГ А.Меркель. В этой беседе Канцлер не отрицала то, что нужно воздействовать в том числе и на Киев, хотя, конечно, повторила свою обычную позицию с призывом России повлиять на ополченцев. Президент России В.В.Путин объяснил ей последовательность событий. Не хочу раскрывать детали беседы, но Канцлер не спорила с тем, как мы оценили ситуацию. После этого мне сразу позвонил мой новый германский коллега З.Габриэль, и мы продолжили разговор, учитывая, что Президент России и Канцлер ФРГ договорились активизировать усилия в рамках «нормандского» формата. Мы к этому готовы, но, прежде всего, нужно конечно обеспечить безопасность «на земле». Это, кстати, то, к чему всегда апеллировал Президент Украины П.А.Порошенко, отказываясь ускорять политические реформы, призывая сначала обеспечить полную безопасность. Как только выяснилось, что безопасность можно обеспечить, если соблюдать то, о чем договорились, он понял, что от него теперь будут требовать политических реформ: закон об амнистии, закон об особом статусе Донбасса, закон о закреплении этого статуса в конституции и проведения выборов, и все это по согласованию с Донецком и Луганском. Как только П.А.Порошенко это понял, он сообразил, что его политические дни будут сочтены, если он внесет такие предложения в Верховную Раду. Тут, наверное, ему и пришло в голову, что было бы неплохо закрыть глаза на то, что будут делать добровольческие батальоны, а, может, и подсказать им, что нужно начать постреливать, свалив все, как всегда, на ополченцев и Россию, и надеяться на то, что Запад опять начнет взывать к российскому руководству.

Единственный плюс, который я вижу в этой ситуации, а он достается очень тяжелой кровью и многомесячными, даже многолетними экспериментами, это то, что на Западе все-таки начинают понимать, чего стоит украинская власть и чего стоят ее уверения в том, что она хочет выполнять Минские договоренности.

При этом, не видим альтернативы минскому «Комплексу мер». Наши западные коллеги – европейцы и, надеюсь, американцы это подтверждают. Говорю «надеюсь», потому что пока американская команда, которая будет заниматься Украиной, не сформирована. В ближайшее время у меня наверняка состоится контакт с новым Государственным секретарем США Р.Тиллерсоном, и мы, конечно, обсудим эти и другие крупные вопросы международной повестки дня, так же, как и вопросы наших двусторонних отношений. Надеюсь, что пока не очень уверенные ростки понимания того, что на самом деле происходит на Востоке Украины, будут укрепляться.

Вопрос: Вашего нового коллеги из США Р.Тиллерсона пока совершенно не видно, у них все делает Д.Трамп. Он ссорится, мирится, вешает трубки, объявляет президентам, что они могут не приезжать, если не хотят. На Ваш взгляд, насколько в принципе теперь Госдепартамент, Госсекретарь – это люди, которые будут что-то делать? У них же есть президент, у которого есть «Твиттер».

С.В.Лавров: У нас в Министерстве иностранных дел тоже у многих есть «Твиттер». «Твиттер» как инструмент важен в современном мире, но он не заменит работы коллектива. Я убежден, что в США это прекрасно понимают.

Р.Тиллерсон был назначен пару недель назад. Мы в контакте с теми, кто сейчас в Госдепартаменте поддерживает рабочий ритм. Но ключевые заместители Р.Тиллерсона пока не назначены, и ключевые направления внешней политики так же пока не обозначены.

Вопрос: С кем же Вам тогда обсуждать Украину, Донецк, Сирию?

С.В.Лавров: Их скоро назначат. Как я понимаю, этот процесс занимает некоторое время, потому что вся «обамовская» плеяда во главе Госдепартамента США покинула это заведение, как они сообщили, по своей инициативе. Видимо, это было сделано в предупредительном плане, потому что иначе их все равно бы попросили покинуть помещение. Сейчас там остались карьерные дипломаты на рабочем уровне, но начальников на каждом направлении пока нет. Р.Тиллерсон в силу того, что он пока новый человек на этом поприще, погружается в детали проблем, с которыми предстоит работать. Я убежден, что этот процесс завершится достаточно быстро.

Вопрос: Я не знаю, как это делается у министров иностранных дел, но можете ли Вы просто позвонить, скажем, Министру иностранных дел Украины и сказать, что его аргументы не работают, разворот над Германией тоже не очень сработал, и уже все понятно. Может, хватит? Пока в Америке формируется команда Госдепа, давайте договоримся, что хватит убивать. Хештег этой недели #хватитубивать. Задаете ли Вы просто прямые вопросы, чтобы получить прямые ответы, например, зачем они это делают, ведь Минским договоренностям и двух лет нет еще?

С.В.Лавров: Мы разговаривали с Министром иностранных дел Украины П.А.Климкиным, когда встречались в «нормандском формате». Помимо четырехстороннего формата всегда есть возможность поговорить с кем-то из участников этих встреч вдвоем. Мы с ним обсуждали этот вопрос. Мы оба исходим из того, что нам нужно преодолеть все эти проблемы. Звонить и взывать к совести – это тратить время. То, что украинцы, включая П.А.Климкина, каждый день публично излагают, говорит о том, что они хотят загнать себя в русофбский угол, откуда невозможно будет выбраться. Они продолжают валить «на голубом глазу» все на нас, на Донбасс, даже вопреки докладам СММ ОБСЕ, которая всегда старалась быть нейтральной. Если СММ ОБСЕ фиксирует обстрелы и отмечает в своих докладах направления, откуда эти обстрелы происходят, но не говорит прямо, что обстрел начался со стороны ВСУ, то даже такая «нейтральность» однозначно свидетельствует о том, что Миссия понимает, что больше невозможно «выгораживать» армию Украины и эти батальоны.

Я не ухожу от общения с П.А.Климкиным, но такие воззвания к совести, по-моему, просто бессмысленны, потому что украинцы на публичном фронте уже так себя заангажировали, что едва ли смогут «отрулить» назад без сильнейшего нажима со стороны западных спонсоров.

Вопрос: Это удивительно, потому что в принципе, у них разрушается страна. Пике и точка невозврата либо вот-вот будет, либо уже пройдена. Чем они мотивируют в разговорах с Вами эту невероятно странную нынешнюю позицию? Ведь уже все очевидно.

С.В.Лавров: Они ничем ее не мотивируют. Когда представляется возможность поговорить об отношениях в целом, о судьбах Украины, они начинают прятаться за лозунг о том, что все беды в России и ее попытках подрывать украинский суверенитет. Хотя задуматься надо, конечно, о судьбе всей страны, а не только говорить о том, что на Востоке у них «агрессор», поэтому больше ничего не нужно делать, пока они не закончат бороться с «агрессией». Я сейчас не помню точную цифру, но не меньше одной трети областей Украины официально обратились в Киев с предложением, требованием перейти на договорные отношения между областями и центральным правительством. Такие тенденции есть в Одесской и Закарпатской областях, так что это не только Восток и Юг, это еще и Запад страны.

Мы недавно были в Будапеште в составе делегации Президента России В.В.Путина. Наши венгерские коллеги выражали серьезную озабоченность положением венгерского меньшинства в Закарпатье. Они говорили о том, что это меньшинство по сути дела выживает исключительно благодаря гуманитарной помощи со стороны Венгрии. Было подчеркнуто, что все это делается транспарентно для украинского правительства. Но все обращения Будапешта к Киеву что-то сделать по линии украинского правительства для своих граждан венгерского происхождения до сих пор не возымели никакого эффекта.

Безусловно, надо думать о децентрализации. Напомню, что в апреле 2014 г. (об этом часто забывают), сразу после того, как прошла первая волна возмущения переворотом, когда Запад стал выгораживать тех, кто этот переворот организовал, прошла первая встреча России, США, ЕС и Украины, в ходе которой попытались нащупать формат дальнейших усилий по урегулированию ситуации. Для нынешнего периода это необычный формат, но тогда именно в таком составе собрались руководители внешнеполитических служб: Дж.Керри, К.Эштон (она тогда была Высоким представителем ЕС по иностранным делам и политике безопасности) и и.о.министра иностранных дел Украины А.Б.Дещица, который был затем отправлен послом в Польшу. В то время он был самостийно и в нарушение конституции уполномочен сформировавшейся в Киеве властью. Тогда после многочасовых переговоров было принято заявление, в котором украинская сторона обязалась, а все остальные приветствовали это обязательство, незамедлительно начать процесс децентрализации с участием всех регионов Украины. Это было зафиксировано на бумаге при участии США, ЕС, России и Украины. Тогда они понимали, что страну нужно держать в целостности, а для этого необходимо делегировать полномочия. Потом, наверное, решили, что раз Запад стал поддерживать Украину, подкидывать им деньги, наверное, «прокатит» и без всякой децентрализации. Я уверен, что без такого, извините за грубое слово, «втыка» со стороны наших западных партнеров больше ничего сделать невозможно.

Мы знаем и понимаем, что Европа так себя спозиционировала в поддержку Украины, что сейчас им публично сложно выступать против Президента страны П.А.Порошенко. Но мы будем готовы принять и такой результат, который будет достигнут не публичным, а конфиденциальным воздействием. Главное, чтобы прекратилось нарушение Минских договоренностей, чтобы они были полностью выполнены, включая их политическую часть.

Вопрос: Кстати, по поводу конфиденциальных договоренностей, децентрализации и возможных ходов. Мы сейчас смотрим на происходящее в Сирии. Вдруг процесс пошел немного иначе: заключены астанинские договоренности, на этой неделе уже собирается подключиться на оперативном уровне и Иордания, вероятно, потому что хашимиты, потомки пророка пользуются авторитетом в исламском мире и планируют гарантировать примирение южных племен. Получается, что в Астане удалось договориться, и эта договоренность по Сирии вдруг заработала. Россия и Турция наносят совместные авиаудары, что-то придумывают США, Иордания что-то гарантируют. Можно думать о том, что мы готовимся к некому прорыву в решении сирийского вопроса?

С.В.Лавров: Мы находимся в ситуации, которая, не буду предсказывать прорыв, гораздо более благоприятная для того, чтобы начать заниматься практическим урегулированием кризиса. Мы были близки к началу такой работы где-то в сентябре прошлого года, но американцы не смогли выполнить уже согласованную с нами договоренность, лишний раз подтвердив недоговороспособность администрации Б.Обамы по множеству вопросов, по которым с ними договаривались, а потом они ничего не могли сделать. Не буду вдаваться в причины, о них говорил Президент России В.В.Путин, но честно выполнять договоренности администрация Б.Обамы не могла. По линии ООН, в том числе во многом из-за нежелания Б.Обамы ссориться с некоторыми странами региона, прогресс оказался нулевым (если не ошибаюсь, с апреля прошлого года ооновцы не могли созвать ни одного раунда переговоров, ссылаясь на то, что оппозиционеры, особенно из т.н. Высшего комитета по переговорам (ВКП), которые представляют лишь часть оппозиции, не хотят садиться за стол переговоров, пока Б.Асад остается у власти), опять началась «старая песня». Хотя есть резолюция СБ ООН, где четко говорится, что никакой предварительной отставки не требуется и что судьбу Сирии будет решать сам сирийский народ, когда пройдут выборы, на основе новой конституции. Тогда нам стало понятно, что нельзя бесконечно полагаться на тех, кто «отбывает номер», хотя резолюция Совета Безопасности поручила ООН заниматься переговорами и брать на себя инициативу. Мы поняли, что нужно предпринимать какие-то действия, называйте это «шоковой терапией», если хотите, и использовали возможности российско-турецких отношений. Зная, что Турция влияла и продолжает влиять на очень значительную часть полевых командиров, по линии наших министерств обороны мы договорились о прекращении огня, 29 декабря было подписано соглашение. Перед этим в Москве состоялась трехсторонняя встреча России, Турции и Ирана на уровне министров иностранных дел и министров обороны, на которой было согласовано, что мы хотим добиться прекращения огня, считаем, что эта договоренность должна быть открыта для всех оппозиционных вооруженных группировок, и заявили, что Россия, Турция и Иран будут готовы выступить гарантами таких договоренностей. После подписания соглашений о прекращении боевых действий прошла первая встреча в Астане, на которую впервые приехали представители правительства и вооруженных группировок, то есть те, кто до сих пор лицом к лицу сталкивались только в боях с оружием в руках, теперь появились лицом к лицу за столом переговоров. Хотя это было только церемониальным появлением, но это очень символично, поскольку до сих пор этого категорически не принимали многие радикалы из числа экстремистской оппозиции.

Предстоят новые усилия. На днях закончилась вторая встреча в Астане, проходившая без сирийских сторон, только с участием России, Турции и Ирана, где досогласовывались детали механизма мониторинга за выполнением соглашения о прекращении огня. Такие детали в целом согласованы, скоро обретут силу и будут применяться на практике. Параллельно мы работаем над подготовкой очередного контакта между правительством и вооруженными оппозиционерами, причем продолжаем мобилизовывать дополнительные вооруженные отряды, чтобы они присоединились к этому процессу. Вы упомянули Иорданию, которая помогла начать присоединение к этому процессу тех вооруженных групп, которые входят в состав т.н. «южного фронта», и на которые Иордания имеет влияние, поскольку они работают прямо через границу с Сирией. Хочу, чтобы была полная ясность: мы говорили на всех уровнях, что не пытаемся подменять ооновские усилия (хотя весь наш инициативный ход во многом продиктован тем, что нельзя было дальше терпеть бездействие) и понимаем, что участников переговоров как из числа сирийских сторон, так и из числа «внешних игроков», должно быть больше, чем инициаторов, работающих в Астане. Параллельно с астанинским процессом, который мы хотим сохранить в качестве «драйвера», мы готовимся к переговорам под эгидой ООН, когда они будут созваны. Пока подтверждается дата 20 февраля. Спецпосланник Генсекретаря ООН по Сирии С. де Мистура должен исполнить свои полномочия, которыми он обличен по резолюции 2254 СБ ООН и которые заключаются в том, что окончательное слово в том, что касается формирования делегации оппозиции, принадлежит ему. Любые капризы различных групп оппозиционеров, особенно из числа внешних оппозиционеров, которые давно живут вне Сирии, но объединяются на основе стремления поучаствовать в реформах, не должны приниматься во внимание. Если это в очередной раз станет препятствием к созыву раунда переговоров под эгидой ООН, то репутации Организации Объединенных Наций будет нанесен очень серьезный ущерб. Рассчитываю, что Генеральный секретарь ООН А.Гутерреш и сам С. де Мистура это прекрасно понимают.

Вопрос: Получается очень сложная психологически, схема. Россия вместе с Турцией и Ираном договариваются, иорданцы – гарант, американцы пока наблюдатели, но, дай Бог, подключатся, когда, наконец, у них сформируется Госдепартамент. В этот же момент получается, что Иран должен был «напрячься», что мы так близко подружились с Турцией. В то же время США объявляют Иран спонсором терроризма «номер один». Как весь этот «суп» в результате «сварить», чтобы сирийская война, наконец, закончилась?

С.В.Лавров: Видите, с какими партнерами приходится работать? Куда нам от них деваться? Противоречия, конечно, присутствуют. Вы абсолютно правы, американцы были в качестве наблюдателей на первой встрече в Астане. Они имеют от нас приглашение направить своего представителя для участия в дальнейших контактах, как только сформируют свою ближневосточную сирийскую команду. Да, с Ираном у них сейчас не заладилось гораздо больше, чем при Б.Обаме. Но мы выступаем за то, чтобы руководствоваться здравым смыслом.

Если для Президента США Д.Трампа главный приоритет на международной арене – борьба с терроризмом, то необходимо признать, что, скажем, в Сирии против ИГИЛ борются, прежде всего, сирийская армия при поддержке ВКС России, но также подразделения, в том числе подразделения «Хезболлы», которые опираются на иранскую поддержку. Здесь надо будет делать выбор приоритетов. Если посмотреть на реальную ситуацию, то, например, подозрениями в отношении Ирана в том, что он поддерживает террористические организации, занимается такая организация, как ФАТФ. Это целевая группа по борьбе с отмыванием денег и с финансированием терроризма. Иран находится там в списке тех государств, за которыми осуществляется мониторинг. Буквально на днях был очередной раунд обзора действий, которые Иран предпринимает в соответствии с рекомендациями этой организации. Результат был позитивным.

Так что здесь нужно смотреть на конкретику. Когда говорят (как наши израильские коллеги, например), что оружие, которое Россия поставляет Сирии обязательно попадает «Хезболле» в Ливане, которая из Ливана будет обстреливать Израиль, мы каждый раз говорим, что мы категорически против того, чтобы нарушались условия контрактов, которые не позволяют стране-получателю передавать наше оружие кому-либо без нашего согласия. Поэтому мы просим дать нам конкретные факты. Также и в случае с Ираном или с любой другой страной. Если есть подозрение, то давайте его рассмотрим, но просто голословно вычеркивать Иран из антитеррористической коалиции непрагматично (американцы славятся прагматизмом). Я убежден, что Д.Трамп абсолютно искренен, когда каждый раз подтверждает свою решимость победить ИГИЛ. Мы готовы с ним сотрудничать. Как только обстоятельства позволят, я убежден, что взаимодействие и координация между военными начнут опять формироваться.

Вопрос: Дипломаты обычно знают больше всех и рассказывают меньше всех. Нарушьте эту традицию. Готовится ли встреча Президента России В.В.Путина с Президентом США Д.Трампом?

С.В.Лавров: Вам рассказать больше всего о том, о чем я меньше всего знаю?

Вопрос: Мне кажется, что Вы всегда все знаете. Если уж мы не участвовали в выборах в США, в чем нас обвиняют, то, может, объясним ему сейчас, что не нужно ссориться с Ираном, затевать ядерное разоружение. У него явно нет команды, которая подскажет ему, что есть вещи, которые не говорят вслух.

С.В.Лавров: Мы с уважением относимся к позициям любой страны и всегда готовы садиться и обсуждать любые подходы, даже те, которые абсолютно противоречат нашим. Я убежден, что наш диалог с Администрацией Д.Трампа, который уже начат, будет продолжаться, будет более интенсивным, как только сформируются все звенья Администрации, которые занимаются внешнеполитическими делами. Я уже сказал, что мы согласовываем время и место моего контакта с Р.Тиллерсоном. Уже были контакты по другим каналам, телефонные разговоры по вопросам, связанным с нашим взаимодействием в военно-политической сфере. Что касается контактов между президентами, то они разговаривали 28 января по телефону. Состоялся подробный, хороший разговор, где были обозначены главные направления нынешней повестки дня. Говорили и про то, что нужно рассматривать ситуацию по Ирану, если есть вопросы, и по Северной Корее и в целом проблематику распространения оружия массового уничтожения. Никто не говорит, что если мы с вами расходимся, то мы об этом и говорить не будем. Совсем нет. Как раз дипломатия это о том, чтобы искать точки соприкосновения даже в тех вопросах, по которым, как кажется на первый взгляд, трудно договориться. Президенты согласились с тем, что им желательно поскорее встретиться. Нам поручено искать место и время, которое будет им обоюдоприемлемым, обоюдокомфортным. Мы работаем над этим. Я думаю что, после ближайшего, я надеюсь, контакта с Госсекретарем США будет какая-то ясность в этом вопросе.

Вопрос: Встречались ли Вы уже с Госсекретарем США Р.Тиллерсоном?

С.В.Лавров: Нет, мы не встречались, но как нам передали из Госдепартамента, он собирается, как и я, на мероприятия, которые в этом месяце пройдут в Германии. Там будет встреча министров иностранных дел «двадцатки» в Бонне и ежегодная Мюнхенская конференция по безопасности, которые пройдут встык. Там будет много участников, в том числе планируется, как мы ожидаем, участие Р.Тиллерсона. Это будет неплохая возможность поговорить «на полях» одного из этих форумов.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > mid.ru, 12 февраля 2017 > № 2078101 Сергей Лавров


Франция > Внешэкономсвязи, политика > rfi.fr, 12 февраля 2017 > № 2077917

Франсуа Фийон, кандидат на пост президента Франции от правой партии «Республиканцы», встретился в воскресенье, 12 февраля, с прихожанами католической церкви города Сен-Жиль-ле-Бен на острове Реюньон. Слова Евангелия во время проповеди «странным образом» оказались созвучны юридическим неурядицам кандидата.

Франсуа Фийон, который не скрывает свою приверженность католической вере на встречах с избирателями, посетил во время своего предвыборного визита на остров Реюньон воскресную мессу в городе Сен-Жиль-ле-Бен.

Священник, отец Рюссель, выбрал для исповеди следующие слова из Евангелия по Матфею: «Поторопись помириться со своим обвинителем еще по дороге, до того, как он приведет тебя в суд, иначе тебя передадут судье, тот отдаст тебя под стражу, и тебя заключат в тюрьму. Говорю тебе истину, что ты не выйдешь оттуда, пока не выплатишь все, до последнего гроша».

После чего проповедь продолжилась следующими словами: «Если мы не делаем добрых дел и даже если делаем это, не осознавая, то мы все равно держим за это ответ». Франсуа Фийон воздержался от комментария, сообщает в воскресенье французская пресса.

Ранее финансовый отдел прокуратуры Франции (PNF) начал следственную проверку по делу о работе жены Франсуа Фийона Пенелопы в качестве парламентского ассистента мужа. Как сообщило издание Le Canard Enchaîné, в течение восьми лет она получала зарплату как парламентский ассистент мужа. За это время она заработала 500 тысяч евро без учета налоговых вычетов.

Кроме того, в рамках предварительного расследования был проведен обыск в помещении редакции журнала Revue des deux mondes, где Пенелопа Фийон на протяжении 1,5 лет получала зарплату в качестве сотрудницы издания. Однако в журнале утверждают, что никогда не видели госпожу Фийон в редакции. Прокуратура намерена допросить и двух старших детей кандидата, также получавших зарплату парламентских ассистентов.

Франция > Внешэкономсвязи, политика > rfi.fr, 12 февраля 2017 > № 2077917


Россия. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > rs.gov.ru, 12 февраля 2017 > № 2076957

Годовщину первой в истории встречи глав римско-католической и русской православной церквей отметили в Российском центре науки и культуры в Риме. Концерт по поводу этого исторического события провел посол России в Ватикане и представитель при Суверенном Мальтийском Ордене Александр Авдеев.

12 февраля 2016 года в аэропорту Гаваны встретились Папа Римский Франциск и Патриарх Московский и Всея Руси Кирилл. Встреча продлилась около двух часов и главной темой разговора были гонения на христиан на Ближнем Востоке.

На торжествах в РЦНК присутствовали представители Государственного секретариата Ватикана, Папского Совета по содействию единству христиан, дипкорпуса, аккредитованного при Святом Престоле, представители прессы, академических и кругов и мира культуры. В частности, мероприятие посетили сотрудник Папского Совета по содействию единству христиан Якинф Дестивель, руководитель папского протокола Жозе Беттанкур, куратор связей с Россией и странами СНГ (переводил Папу Римского на встрече с Патриархом) Висвальдас Кулбокас.

Римские храмы РПЦ представляли протоиерей Вячеслав (приход Святителя Николая Чудотворца), иеромонах Амвросий и иеромонах Афанасий (храм святой великомученицы Екатерины).

Российско-итальянское трио им. Рахманинова – Виктор Ямпольский (фортепиано), Наталья Савинова (виолончель) и Серджо Дельмастро (кларнет) – исполнили произведения Чайковского, Глинки, Бетховена, Россини, Доницетти.

Россия. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > rs.gov.ru, 12 февраля 2017 > № 2076957


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 февраля 2017 > № 2070333

Политика двух маний

Ярослав Шимов, Радио Свобода, США

Ровно 10 лет назад президент России Владимир Путин всех удивил, а многих напугал. На очередной Мюнхенской конференции по безопасности (этот форум собирается ежегодно уже более полувека) российский лидер выступил с энергичной речью, очень критической по отношению к политике Запада в отношении его страны. Эту речь нередко называют точкой отсчета нынешней конфронтации Москвы и Запада, апогеем которой стала аннексия Крыма и начало войны в Донбассе.

Перечитывать тогдашнее выступление Владимира Путина весьма интересно. Учитывая все то, что вместили прошедшие после мюнхенской речи 10 лет, некоторые ее пассажи кажутся парадоксальными: президент России из 2007-го как будто сам осуждает многое из сделанного им в последующие годы. Цитируем Путина:

«Сегодня мы наблюдаем почти ничем не сдерживаемое, гипертрофированное применение силы в международных делах, военной силы — силы, ввергающей мир в пучину следующих один за одним конфликтов. В результате не хватает сил на комплексное решение ни одного из них».

«В международных делах все чаще встречается стремление решить тот или иной вопрос исходя из так называемой политической целесообразности, основанной на текущей политической конъюнктуре».

«Я хочу это подчеркнуть — никто не чувствует себя в безопасности! Потому что никто не может спрятаться за международным правом как за каменной стеной».

«Сегодня же мы, наоборот, наблюдаем ситуацию, когда страны, в которых применение смертной казни запрещено даже в отношении убийц и других опасных преступников, несмотря на это, легко идут на участие в военных операциях, которые трудно назвать легитимными. А ведь в этих конфликтах гибнут люди — сотни, тысячи мирных людей!»

«Нельзя забывать, что демократический образ действий в политике обязательно предполагает дискуссию и кропотливую выработку решений».

«Нам пытаются навязать уже новые разделительные линии и стены — пусть виртуальные, но все-таки разделяющие, разрезающие наш общий континент».

«Мы хорошо видим, как изменился мир, реалистично оцениваем свои собственные возможности и свой собственный потенциал». (Цитируется по тексту, опубликованному газетой «Известия» 12 февраля 2007 года).

Об изменившемся за 10 лет мире, о возможностях и потенциале сегодняшней России и ее партнеров и противников в интервью Радио Свобода рассуждает политолог, специалист по проблемам международной безопасности Юрий Федоров.

— Можно ли сказать, что 10 лет назад в Мюнхене Путин вполне честно предупредил западные страны о том, что его не устраивает геополитическое положение России и он намерен начать конфронтацию с западным миром?

— Пожалуй, да. Путин в этой мюнхенской речи собрал воедино все типичные для тогдашней российской политической риторики обвинения в адрес Запада. Он заявил, что Запад обманул Россию, поскольку когда-то якобы обещал, что НАТО расширяться на восток не будет, упомянул американскую противоракетную оборону в Европе и так далее. Затем заявил, что Россия будет отныне проводить типичную для великой державы независимую политику. Видимо, за этим стояло представление о политике, не связанной ни с какими обязательствами и ограничениями, характерными для внешней политики государства, которое стремится присоединиться к сообществу цивилизованных стран, как тогда часто любили говорить. В общем, Путин провозгласил новый, более агрессивный курс. Другое дело, как на Западе отреагировали на это провозглашение.

— Была ли эта реакция достаточно адекватной? Речь Путина относится к 2007 году, а в 2008 году происходит российско-грузинский конфликт. Можно ли сказать, что в каком-то смысле Грузия предопределила Крым? А именно: не столкнувшись с серьезным противодействием Запада в 2008 году, Кремль понял, что да, можно действовать нахраписто.

— Да, вы абсолютно правы. Должен сказать, что сегодня грузинская война почти забыта и журналистами, и политологами. Между тем эта война была поворотным моментом, когда от слов о «независимой внешней политике» Путин перешел к делу и попробовал на практике реализовать некоторые из своих идей, которые вынашивались на протяжении длительного времени. А вот реакция Запада была очень показательна. Эта мягкость, нежелание признать российскую угрозу для стран бывшего СССР, с одной стороны, а с другой — вообще нежелание признать, что Россия встала на гораздо более агрессивный путь во внешней политике, предопределила многое. Она убедила Путина в том, что Запад слишком слаб, не готов к тому, чтобы силой противодействовать России. А Путин принимает во внимание лишь силу и решимость. Их отсутствие убедило Путина в том, что можно действовать и дальше. После 2012 года, когда Путин вновь формально, а не только фактически, стал главой государства, и началась реализация того, что потом было названо концепцией «русского мира», мы всё это знаем.

— Существуют две противоположные интерпретации того, что происходит в последние годы в отношениях Запада и России. Вы излагаете интерпретацию, которая совпадает с западной: путинская Россия агрессивна, она стремится к восстановлению сферы влияния в пределах бывшего Советского Союза, а, может быть, и шире. Российская интерпретация часто звучит, в том числе из уст самого Путина, как оборонительная, в духе известного объяснения российской стороны: мол, если бы мы не взяли Крым, завтра там были бы войска НАТО. При таком различном толковании фактов возможен ли вообще какой-то диалог и компромисс — или это положение, когда одна из сторон должна в итоге непременно проиграть?

— Здесь на самом деле два вопроса. Первый — это вопрос о восприятии Россией западной политики. Внешнеполитическое видение Путина и тех людей, которые его окружают, представляет собой смесь двух комплексов. С одной стороны, это мегаломания, представление о России как о великой державе, которая должна вновь обрести свою силу и влияние в мире, стать наравне с Соединенными Штатами или Китаем, мания величия своего рода. С другой стороны, это мания преследования, убеждение в том, что Россия окружена врагами, эти враги стремятся подорвать ее влияние, а то и вообще уничтожить страну как субъект мировой политики. Об этом, например, довольно откровенно говорил Николай Патрушев. Эта смесь двух маний ведет к абсолютно неадекватному восприятию мировой политики. Поэтому я не могу утверждать, что российское представление о том, что если бы не был захвачен Крым, то там появились бы войска НАТО, — это только пропагандистский инструмент. Я не исключаю, что в Кремле действительно так думают. Это и предопределяет опасность российской внешней политики, а это все-таки политика ядерной державы.

Другой вопрос, можно ли строить с Россией какие-то схемы сотрудничества, если ее политика определяется такими комплексами. Наверное, это возможно в каких-то конкретных областях, по отношению к каким-то отдельным проблемам, но на самом деле очень трудно реалистически мыслящему человеку выстраивать нормальные отношения с человеком, чье поведение мотивируется болезненными представлениями о внешнем мире и о тех людях, которые его окружают.

— Вы говорите о болезненности восприятия, о комплексах, которые движут российской внешней политикой. С другой стороны, и прокремлевские политологи, и лица из окружения Путина, иногда и он лично взывают к прагматизму, к тому, что следует договариваться, что надо провести раздел сфер влияния в том духе, который господствовал в мировой политике в прошлом и даже позапрошлом столетиях. Предлагается возврат к духу Realpolitik. Насколько, по вашему мнению, искренне это мыслится? Путинская альтернатива —это возврат к реальной политике или нечто другое? Он революционер или реакционер?

— Да, звучат такие предложения со стороны российской политологической тусовки, в какой-то мере это свойственно и российской дипломатической риторике, хотя в гораздо более завуалированном виде. Учредить некий новый Священный союз: Россия, Китай, Соединенные Штаты, возможно, Европа — ну, упоминаются разные конфигурации. В интеллектуальном отношении это действительно наследие XIX века, может быть, и несколько более позднее — Ялтинско-Потсдамского миропорядка. Но это нельзя назвать прагматической политикой или, если хотите, Realpolitik по одной простой причине. Ведь реальное влияние России несопоставимо с тем влиянием, которое имела, скажем, Россия Николая I в постнаполеоновской Европе или сталинский Советский Союз после Второй мировой войны. ВВП России — меньше 2% мирового ВВП, то есть в 10 раз меньше, чем ВВП Соединенных Штатов. Тут можно приводить массу разных цифр, показывающих, что Россия в лучшем случае региональная держава, как в свое время сказал Барак Обама. Владимир Путин очень обиделся на такое сравнение, но это действительно так. Поэтому о каких разделах мира на сферы влияния можно говорить, причем таких, чтобы сфера влияния у России была очень солидной и заранее определенной? Это нереалистичный подход, возвращение к тому самому комплексу великой державы.

Другое дело, что мне иногда кажется, что если некая Realpolitik восторжествует в мире, то в ее основе будет лежать большая сделка между Соединенными Штатами и Китаем, как двумя глобальными державами. Но место России в этой сделке где-то даже не на вторых, а на третьих ролях.

— Однако новый президент Соединенных Штатов Дональд Трамп скорее позиционирует себя как сторонник конфронтационной политики как раз в отношении Китая. Не сделки, а наоборот, конфронтации — экономической, а там, глядишь, и силовой в той или иной степени. Именно с этим многие политологи, в том числе и западные, связывают авансы Трампа в отношении России: как говорится, против кого будем дружить? Понятно, что против Китая. Не сможет ли путинская Россия за счет этого «сорвать банк» в ближайшие годы, и не произойдет ли в результате переформатирование всей системы безопасности в мире?

— Если действительно в политике США возобладает конфронтационная линия в отношении Китая, а само по себе это еще не факт, потому что Китай и Соединенные Штаты связывает очень разветвленная и мощная система экономических взаимоотношений, то в Кремле могут попробовать пойти на такую сделку с Соединенными Штатами. Но это может Кремлю и России очень дорого обойтись. Потому что практически российский Дальний Восток беззащитен в случае каких-то осложнений с Китаем. Я бы даже сказал — может быть, это будет некоторым преувеличением, — что российский Дальний Восток остается российским до тех пор, пока в Пекине не приняли иное решение. Тут даже речь идет не о каком-то гипотетическом военном вторжении, а просто о том, что российские дальневосточные регионы могут в один прекрасный день понять и признать очень простую вещь: что Пекин рядом, совсем близко, а Москва очень далеко и не поможет. И вполне возможно, что какой-то альянс с Китаем будет более выгоден с прагматической точки зрения для них, чем сохранение нынешнего порядка вещей. Тут очень трудно, конечно, предсказывать, как будут развиваться события на Дальнем Востоке в случае осложнения отношений Москвы и Пекина. Но китайская реакция может быть достаточно болезненной для России.

— На Дальнем Востоке на данный момент Россия не слишком активна, а вот в отношении Европы скорее наоборот. Эта активность, по крайней мере на первый взгляд, смотрится достаточно успешно, поскольку среди европейских политиков все больше тех, кто склоняется к идее отмены режима санкций против России, заявляет о своих симпатиях к Москве. Можно ли сказать, что Кремль за последние годы взял своих оппонентов измором?

— Я бы не стал преувеличивать значение этих настроений. Да, они есть практически во всех европейских странах, но это все-таки настроения тех политических сил, которые еще не пришли к власти. А я, например, не уверен в том, что — представим чисто гипотетический вариант — Марин Ле Пен, избранная президентом Франции, сразу начнет реализовывать все свои заявления о необходимости пересмотра отношений с Россией.

— А что ей мешает?

— Декларации тех политических сил и партий, которые стремятся к власти, часто очень сильно отличаются от их практических действий после прихода. Но это очень общее рассуждение. Да, складывается впечатление, что в Европе несколько «устали» от санкций, от так называемой украинской проблемы. Но я не уверен в том, что Россия может что-то новое предложить Европе в обмен на отмену санкций. А ведь ни один серьезный политический деятель в Европе не возьмет на себя ответственность за новое осложнение ситуации в Украине и вокруг нее, не даст зеленый свет на очередную российскую военную авантюру против Украины, к которой могло бы привести снятие санкций. Европейские политики, а они действительно прагматики в массе своей, скажут: а что мы получим взамен? Ответ Кремля может быть только один: мы будем с вами сотрудничать, скажем, в борьбе с международным терроризмом. Очень хорошо, давайте сотрудничать. Но что, собственно, Россия может предложить в сфере борьбы с терроризмом? Там ведь масса вопросов.

Москва не считает, например, одиозную организацию ХАМАС террористической. Конечно, в Европе могут поставить вопрос: пусть российские сухопутные войска начнут действительно реальную крупномасштабную операцию в Сирии против «Исламского государства». Но это практически невозможно.

Если Россия решится на сухопутную операцию в Сирии, то это может привести к новому Афганистану. Я думаю, что Кремль на это не пойдет. Просто так «вбомбить в пыль» «Исламское государство» (в РФ признано террористической организацией, — прим. ред.), конечно, можно, но это не ликвидирует истоки и корни такого явления, как исламский радикализм и терроризм. Так что здесь тоже есть масса подводных камней.

— Итак, 10 лет назад, если вести отсчет от мюнхенской речи, начался период резкого ухудшения отношений России с Евросоюзом и США. К какому промежуточному балансу мы сейчас можем прийти, спустя 10 лет после выступления Путина?

— Кремль попытался реализовать политику, которую Путин провозгласил в своей речи в Мюнхене 10 февраля 2007 года. Мы можем констатировать, что эта политика себя исчерпала, зашла в тупик. В отношении Украины Путин своих целей не добился, никакой «Новороссии» не получилось. Запад пошел на достаточно болезненные для России санкции в результате действий в Донбассе, особенно после уничтожения малайзийского авиалайнера. Запад проявил достаточно жесткую позицию по отношению к возможным действиям России в странах Балтии. Да, в Европе и Соединенных Штатах раздаются голоса в пользу того, что санкции нужно отменять. Но пока они не отменены и неизвестно, будут ли. Ничего конкретного, реального Путин достигнуть не смог. Его задача сейчас заключается в том, чтобы попытаться без особого ущерба для своего реноме, политического профиля выйти из этой ситуации, сохранив хотя бы частично лицо, — считает политолог, специалист по проблемам международной безопасности Юрий Федоров.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 февраля 2017 > № 2070333


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 февраля 2017 > № 2070306

Дональд Трамп пытается заключить с Владимиром Путиным «великую сделку»

The Economist, Великобритания

Джордж Буш-младший посмотрел Владимиру Путину в глаза и увидел его душу. Он ошибся. Барак Обама предпринял попытку «перезагрузки» отношений с Россией, но к концу его президентства Россия аннексировала Крым, разожгла конфликт в другой части Украины и заполнила вакуум власти, который Обама оставил в Сирии. Дональд Трамп, похоже, хочет пойти гораздо дальше и создать совершенно новый стратегический союз с Россией. Сможет ли он добиться успеха, или он станет третьим американским президентом подряд, которого обхитрил Путин?

Подробности реорганизации, задуманной Трампом, по-прежнему туманны и переменчивы. Отчасти это объясняется разногласиями в его ближайшем окружении. Даже в то время, когда его постпред в ООН потребовала «четкого и решительного осуждения… агрессивных действий России» на Украине, мужская дружба президента с Владимиром Путиным все еще теплилась. Когда во время интервью на этой неделе журналист Fox News сказал Трампу, что Путин — «убийца», он ответил: «Есть много убийц…. Вы что, думаете, наша страна такая уж невинная?».

Для американского президента заявить, что его страна такая же кровожадная, как Россия — случай беспрецедентный и недопустимый, эти слова стали подарком для пропагандистов Москвы. И то, что г-н Трамп считает, что Владимир Путин может многое предложить Америке, означает, что он неверно оценивает не только мощь и интересы России, но и значение того, что Америке, возможно, придется отдать взамен.

Там, где сходится искусство заключать сделки с искусством воровать

Судя по дискуссиям вокруг господина Трампа (см. Брифинг), сценарий для России выглядит примерно так: Америка объединит усилия с Путиным, чтобы уничтожить «радикальный исламский террор» — и, в частности, ИГ или «Исламское государство» (организацию, запрещенную в РФ — прим. ред.). При этом Россия могла бы пойти на отказ от сотрудничества с Ираном, давним противником Америки на Ближнем Востоке и угрозой для ее союзников, включая Бахрейн и Саудовскую Аравию. В Европе Россия перестала бы раздувать конфликт на Украине, согласилась бы не донимать страны-члены НАТО у своих границ и, возможно, начала бы переговоры по контролю над ядерными вооружениями. В долгосрочной перспективе более тесные связи с Россией могли бы также помочь обуздать экспансию Китая. Стивен Бэннон (Stephen Bannon), советник Трампа, вызывающий наибольшую тревогу, заявил в прошлом году, что у него «нет сомнений» в том, что «мы будем воевать в Южно-Китайском море лет пять-десять». Если это так, то Америке нужны союзники, а Россия — ядерная держава, имеющая с Китаем границу протяженностью 4200 километров. И что тут может не понравиться?

Да почти все. Возможно, действия русских хакеров и помогли Дональду Трамп на выборах, но это не значит, что он может доверять Путину. Интересы Кремля и Америки отличаются друг от друга, как небо от земли.

Например, в Сирии Путин громко заявляет о борьбе с террористами, но он не предпринял для этого никаких реальных усилий. Ценой, которую он потребует за сотрудничество с Америкой, могут стать гарантии постоянного военного присутствия России на Ближнем Востоке и поддержки Башара Асада, режим которого, как выяснилось на этой неделе, повесил тысячи сирийцев по приговору суда, заседавшего две-три минуты. И это не означает ничего хорошего ни для Сирии, ни для региональной стабильности, ни для Америки. Даже если у Владимира Путина и Дональда Трампа была бы общая цель (а у них ее нет), и американцы были бы не против стать соучастниками зверств России (а они должны быть против), американские и российские войска не смогли бы слаженно сражаться бок о бок. Их системы не взаимодействуют. Чтобы обеспечить их взаимодействие, пришлось бы поделиться военными секретами, на защиту которых Пентагон тратит огромные средства. Кроме того, российская авиация не очень-то и добавила боевой мощи военно-воздушным силам коалиции, которые уже наносят удары по ИГ. Это могли бы сделать сухопутные войска, но крайне маловероятно, что Путин их задействует.

Кроме того, Россия не собирается конфликтовать с Ираном. Иранские войска дополняют российскую воздушную мощь. Иран является перспективным рынком для российского экспорта. И, прежде всего, эти две страны являются соседями, которые всячески демонстрируют, что взаимодействуют с тем, чтобы управлять на Ближнем Востоке, и не желают враждовать из-за него.

Мнение о том, что Россия будет хорошим союзником против Китая еще менее реалистично. Россия гораздо слабее, чем Китай — ее экономика и численность населения сокращаются, и у нее меньше армия. У Владимира Путина нет ни силы, ни желания затевать ссору с Пекином. Наоборот, он ценит торговые отношения с Китаем, боится его военной мощи и имеет много общего с китайскими лидерами — по крайней мере, так же стремится запугивать своих соседей и отвергать западные нравоучения о демократии и правах человека. Даже если эскалация конфронтации с Китаем была бы для Америки шагом рациональным (а это не так), Путин не помог бы здесь абсолютно ничем.

Однако наибольшая опасность, которую таят в себе ошибочные оценки Трампа, связана с Европой. Здесь список путинских желаний состоит из трех частей: во-первых, то, что он не получит, пока не станет вести себя лучше (например, снятие западных санкций). Во-вторых — то, что он не получит ни при каких обстоятельствах (например, признание аннексии украинской территории). И, в-третьих — то, что могло бы нарушить основанный на правилах мировой порядок (например, молчаливое согласие США с ослаблением НАТО).

Владимир Путин был бы рад, если бы Дональд Трамп дал ему большую свободу действий в российском «ближнем зарубежье» — например, свернул бы размещение американской системы противоракетной обороны в Европе и остановил бы процесс расширения НАТО на вступлении в альянс Черногории, которое намечено на этот год. Трамп, похоже, не понимает, насколько гигантскими были бы эти уступки. Он подает противоречивые сигналы в отношении роли альянса — в прошлом месяце назвав его «устаревшим», а на этой неделе пообещав ему поддержку. Некоторых из его советников, похоже, не волнует, если ЕС развалится; как и Владимир Путин, они приветствуют таких лидеров, как Марин Ле Пен, которым только это и нужно. Стивен Бэннон, признав, что Россия является клептократией, считает Путина представителем глобального протестного движения националистов и традиционалистов против либеральной элиты — а значит, настоящим союзником Дональда Трампа.

Силовик обманет

Стремление к заключению «великой сделки» с Владимиром Путиным — это бредовая фантазия. Каким бы великим переговорщиком Трамп ни был, хорошей сделки здесь не получится. Более того, никто не учитывает опасность того, что обидчивый Трамп, когда его обведут вокруг пальца, в итоге сам испортит отношения с Владимиром Путиным, доведя дело до опасной и дестабилизирующей ссоры.

Вместо того, чтобы заключать великие сделки или ссорится, лучше было бы начать с малого и заняться работой по нормализации американо-российских отношений. Это может быть взаимодействие по контролю над вооружениями и предотвращению случайных конфликтов между российскими и американскими войсками. Конгрессмены-республиканцы и более здравомыслящие советники Трампа — например, его госсекретарь и министр обороны — должны постараться убедить в этом президента. В противном случае ситуация будет, действительно, очень сложной.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 февраля 2017 > № 2070306


Россия. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070269

Новая встреча патриарха Кирилла и папы Римского Франциска не исключена, но РПЦ пока ее не планирует, заявил РИА Новости председатель отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион.

"Я думаю, что, коль скоро состоялась первая встреча, то возможна и вторая и третья, но у нас пока нет никаких планов относительно места и времени этих встреч", — сказал он РИА Новости.

Иларион в воскресенье вместе с председателем папского совета по содействию христианскому единству кардиналом Куртом Кохом принимает участие в мероприятии, организованном университетом Фрибурга по случаю годовщины встречи на Кубе патриарха Московского и всея Руси Кирилла и папы Римского Франциска.

По словам Илариона, после встречи на Кубе "контакты двух Церквей интенсифицировались".

"То мероприятие, которое сегодня проходит во Фрибурге, является одним из тех событий в двусторонней повестке дня, которые становятся сейчас все более частными. И самое главное, что это не мероприятия протокольного характера, но встречи, но которых мы обсуждаем реальные вопросы, которые волнуют нашу паству", — сказал он.

Иларион при этом не исключил новых двусторонних контактов между представителями католической и православной церквей.

Елизавета Исакова.

Россия. Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070269


Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070254

Вопрос относительно дальнейшей судьбы мавзолея Ленина не является "сверхпринципиальным моментом" для Русской православной церкви, он "разрешится со временем естественным и спокойным образом", заявил глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда.

"Отношение Церкви к этому вопросу остается пастырским, а это всегда внимание к людям с разными взглядами. Я лично не думаю, что это сверхпринципиальный момент, хотя он, конечно, имеет символическое измерение", — заявил Легойда в интервью газете "Комсомольская правда", которое будет опубликовано в понедельник. Так он ответил на вопрос о том, ждать ли от Русской церкви "новой волны предложений по судьбе мавзолея".

По словам Легойды, он "глубоко убежден, что вопрос разрешится со временем естественным и спокойным образом". "Надо просто чуть-чуть подождать", — добавил он.

В российском обществе периодически возобновляется дискуссия на тему целесообразности перезахоронения тела Ленина и переоборудования мавзолея в музей. Так, в январе этого года в интервью СМИ к этому призвал главный раввин России Берл Лазар.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070254


Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070210

Русская православная церковь намерена укрепить взаимодействие с Католической церковью по мониторингу ситуации с христианами на Ближнем Востоке и в других регионах, где они подвергаются гонениям, заявил РИА Новости председатель Отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион.

"У нас есть постоянный контакт по этой теме, и я думаю, что сегодня на переговорах с кардиналом Кохом мы постараемся институализировать ту совместную работу, которая у нас уже ведется, по мониторингу ситуации с христианами на Ближнем Востоке и в других регионах, где они подвергаются сейчас гонениям. Я думаю, что это самое важное, что мы можем сейчас сделать вместе. И мы постараемся придать этой работе более организованную основу", — сказал он.

Илларион в воскресенье вместе с председателем Папского совета по содействию христианскому единству кардиналом Куртом Кохом принимает участие в мероприятии, организованном университетом Фрибурга по случаю годовщины встречи на Кубе патриарха Московского и всея Руси Кирилла и папы Римского Франциска.

Встреча Иллариона и Коха в швейцарском Фрибурге является одним из ключевых мероприятий, посвященных годовщине саммита предстоятелей двух Церквей на Кубе.

Историческая встреча патриарха Московского и всея Руси Кирилла и папы Римского Франциска прошла 12 февраля прошлого года в Гаване. По итогам двухчасовой беседы главы церквей выступили с посланием всему миру, где, в частности, содержится призыв к мировому сообществу защитить верующих Сирии и Ирака.

Елизавета Исакова.

Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070210


Россия. Куба > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070206

Встреча патриарха Московского и всея Руси Кирилла и папы Римского Франциска 12 февраля 2016 года на Кубе засвидетельствовала существующее с обеих сторон понимание того, что ситуация в мире требует неотложных и скоординированных действий двух Церквей, заявил РИА Новости председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион.

"Встреча Предстоятелей двух крупнейших христианских Церквей засвидетельствовала существующее с обеих сторон понимание того, что ситуация в мире требует неотложных и скоординированных действий", — заявил он, выступая в рамках мероприятия, посвященного годовщине встречи предстоятелей двух Церквей, организованной в университете швейцарского города Фрибург в воскресенье.

По словам Иллариона, исторические условия, в которые поставлены сегодня христиане, а также вызовы, стоящие перед всем человечеством, и те, с которыми две Церкви сталкиваются в Европе, "где под видом видом продвижения идей толерантности, демократии, наслаждения либеральных ценностей, развязано настоящее гонение на христианство и традиционные нравственные ценности", заставляют обе Церкви "еще до восстановления полного общения стремиться учиться жить и действовать в этом мире не как соперники, а как братья, чтобы вместе защищать те ценности, которые являются для нас общим".

Илларион добавил, что благодаря встречи двух предстоятелей на Кубе за прошедший год была достигнута положительная динамика в православно-католическом богословском диалоге. Также удалось осуществить большое количество проектов, которые послужат сближению между верующими Православной и Римско-Католической Церквей.

В этой связи РПЦ рассчитывает, что в ближайшее время стороны смогут "приступить к рассмотрению ключевого вопроса, составляющего предмет нашего разделения — темы соборности и примата в Церквах Востока и Запада во втором тысячелетии".

Также, по мнению Иллариона, должно быть "продолжено и доведено до своего логического завершения" обсуждение темы унии, начатое, но не завершенное в ходе богословского диалога между Римско-Католической и Православной Церковью. По словам митрополита Волоколамского, в настоящее время "уния напоминает о себе как силе, сеющей вражду и ненависть, систематически и последовательно препятствующей примирению между Востоком и Западом".

"Встреча в Гаване должна иметь далеко идущие последствия для всего мира. Слово Папы и Патриарха, проникнутое пастырской заботой и любовью, обращено к самым разным людям, в том числе политическим и общественным лидерам. От того, откликнутся ли они на это слово, зависит будущее человечества", — заключил Илларион.

Елизавета Исакова.

Россия. Куба > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070206


Таиланд > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070143

Торжественная церемония восшествия на патриарший престол нового главы буддистов Таиланда, 89-летнего верховного патриарха таиландской буддийской сангхи Сомдет Пхра Маха Мунивонга прошла вечером в воскресенье в Храме Изумрудного Будды в Бангкоке.

Церемония полностью транслировалась в прямом эфире всех каналов таиландского телевидения.

Король Таиланда Маха Ватчиралонгкон (Рама Десятый) председательствовал на церемонии. О восшествии нового верховного патриарха на патриарший престол возвестили удары колокола Храма Изумрудного Будды и колоколов всех буддийских храмов Таиланда.

Сомдет Пхра Маха Мунивонг, имеющий научные степени по теологии, истории и археологии, стал 20-м верховным патриархом буддийской сангхи (буддийской монашеской общины всей страны) с момента учреждения этого поста в царствование короля Рамы Первого, основателя царствующей в Таиланде династии Чакри, в конце XVIII века.

Назначение верховного патриарха было прерогативой царствующего короля вплоть до начала 1990-х годов прошлого века, когда было решено, что кандидатуру для утверждения королем избирает Совет сангхи, состоящий из наиболее уважаемых в стране настоятелей буддийских монастырей.

Однако после кончины в 2013 году предыдущего верховного патриарха Совет сангхи в течение почти четырех лет не мог прийти к соглашению относительно кандидатур на этот пост. Так как предыдущий патриарх был назначен королем Пхумипхоном Адулъядетом еще по "старым" правилам, "демократический" метод подбора кандидатур на этот пост так ни разу и не был реализован.

В декабре 2016 года парламент Таиланда принял решение вернуть царствующему королю право назначать патриарха. Король Маха Ватчиралонгкон выбрал Сомдет Пхра Маха Мунивонга из пяти кандидатов, рекомендованных правительством, и назначил его верховным патриархом.

Таиланд > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 12 февраля 2017 > № 2070143


Франция. Армения > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > rfi.fr, 11 февраля 2017 > № 2077920

В среду, 8 февраля, Франсуа Олланд провел в последний раз в качестве главы Франции ежегодный ужин с представителями армянской общины. За исключением лидеров крайне правой и крайне левой партий (Марин Ле Пен и Жан-Люка Меланшона), приглашение получили все кандидаты в президенты, но явился лишь один, социалист Бенуа Амон. Почему не пришли другие и кого французские армяне хотят видеть следующим президентом Франции, выясняла Елена Габриелян.

Министры, депутаты, сенаторы, даже кандидаты в президенты и действующий глава Республики — несколько сот человек получили приглашение на званый ужин от Координационного совета армянских организаций Франции. Мероприятие проходило в одной из пятизвездочных гостиниц Парижа, где были усилены меры безопасности.

«Это важное мероприятие. Армянская община играет важную

роль в социально-культурной жизни Франции, но также в политике», — сказал кандидат в президенты от социалистов Бенуа Амон, задержавшись всего пару минут перед микрофонами журналистов. В ходе ужина сидел он прямо напротив Олланда. Камеры зафиксировали, что он ему даже подмигнул.

Главная интрига вечера — придет ли Фийон? Но оскандалившийся кандидат за два часа до начала вечера отклонил приглашение. Очевидно, что есть дела поважнее. А если быть более точным, большие проблемы. По данным последних соцопросов, после разоблачений сатирического журнала Le Canard Enchainé о якобы фиктивной работе его жены, правый политик потерял поддержку. А его отсутствие на этом вечере разочаровало организаторов.

«Возможно, у него не хватило времени. Но его представители — здесь. Весь политический класс представлен в своем разнообразии. Но мы б хотели, чтобы все кандидаты, которых мы пригласили, пришли. Для нас это важный знак. Эта встреча — хорошая возможность для нас передать политические послания о вопросе геноцида, Нагорного-Карабаха, развития Армении», — говорит Франк Папазян, возглавляющий вместе с Ара Тораняном Координационный совет армянских организаций Франции.

В 2012 году они выступили с открытой поддержкой Франсуа Олланда. За кого будут голосовать на этот раз, пока лидеры организации говорят, что не решили. В ближайшее время должны встретиться со всеми кандидатами, чтобы определиться с выбором. На вопрос, как будут голосовать армяне Франции, лучше всех, пожалуй, ответил журналистам Шарль Азнавур: «Как и все французы».

«Об армянской общине нельзя сказать, что она интегрирована или ассимилирована. Она — французская. Мы — не армяне Франции, а французы армянского происхождения. У меня две страны — Армения и Франция. С одной лишь разницей: я лучше говорю по-французски… Политика меня не интересует, я ею не занимаюсь. Я интересуюсь лишь тем, что происходит в моей стране и это абсолютно естественно. Я даже уточню: в моих странах. У меня их две. Политики…президенты — я их вез в Армению. Я их не заставлял, они с удовольствием едут. И я рад, что им нравится наша страна, церкви, кухня, радушный прием», — заявил RFI великий шансонье.

Похоже, и в следующий раз повезет — тому, кого изберет Франция. Для французских политиков всегда было важно добиться благосклонности армянской общины, которая превышает 500 000 человек. К слову, вопрос геноцида и все законы, связанные с этой трагедией столетней давности, которая и стала причиной появления армянской диаспоры в мире, всегда были поводом предвыборных соображений. Даже уходящий с поста президента Франсуа Олланд позволил в ходе своего выступления скромную иронию: «Вот иди и пойми, почему трезвость ума у депутатов и даже кандидатов в президенты наступает лишь в контексте выборов». Эти слова Олланда зал встретил аплодисментами. Ведь пять лет назад все так и было.

В 2012 году, в разгар предвыборной кампании, правый депутат Валери Буайе (которая теперь числится в команде Фийона) предложила закон об уголовной ответственности за отрицание геноцида армян. Закон дважды прошел голосование в парламенте, но был отвергнут Конституционным советом. Новый текст так и не был принят при президентстве Франсуа Олланда.

Еще до начала праймериз с обещаниями на эту тему уже успел выступить Франсуа Фийон. Вызвать симпатию некоторых французских армян правому кандидату удалось и за высказывания в поддержку христиан Ближнего Востока в контексте сирийского конфликта. До войны в городе Алеппо их проживало более 100 000, а сегодня — лишь 15 000. К слову, присутствовавшая на ужине Валери Буайе в марте прошлого года в составе 30 парламентариев отправилась в Сирию на встречу с Башаром Асадом. Поездка была приурочена к католической Пасхе в знак солидарности с христианами стран Ближнего Востока.

Некоторым армянам близка также позиция Франсуа Фийона по поводу потепления отношений с Россией. За пару месяцев до выборов главный вопрос теперь в том, не разочарует ли своих армянских сторонников этот верный христианин и защитник традиционных ценностей.

Ну, а с действующим президентом армянам пока прощаться рановато. Хоть и не все положительно отзываются о его пятилетке. «Я осознаю, что выступаю перед вами в последний раз в качестве президента», — с чувством под аплодисменты сказал Олланд, но в целом зал отреагировал как-то вяло. Французский президент со свойственной ему иронией сказал, что заметил тех, кто аплодировал, а также всех остальных.

Из последних обещаний Олланда армянам можно выделить, пожалуй, его предложение провозгласить во Франции национальный день памяти геноцидов. Глава Республики также заявил об усилиях своей страны в разрешении карабахского конфликта. Париж работает над организацией встречи между главами Армении и Азербайджана. Франсуа Олланд также сообщил, что пригласил своего армянского коллегу Сержа Саргсяна 8 марта в Париж. В этом году Франция и Армения отмечают 25-ю годовщину установления дипломатических отношений.

Франция. Армения > Внешэкономсвязи, политика. Миграция, виза, туризм > rfi.fr, 11 февраля 2017 > № 2077920


Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > aze.az, 11 февраля 2017 > № 2069780

О том, что одним из главных условий роста экономики и укрепления национальной валюты Азербайджана является развитие ненефтяного сектора, не говорил разве что только ленивый.

Повышение доли экспорта ненефтяного сектора предусмотрено и дорожной картой стратегии развития страны.

Какие именно товары и на какие новые рынки Азербайджан может вынести уже в 2017 году, задается вопросом AZE.az.

Эксперт-экономист Вугар Байрамов вновь напомнил о существующей нефтяной зависимости национального экспорта. По его словам, в 2014 году, когда началось снижение мировых цен на энергоносители, доля нефти в экспорте Азербайджана составляла 95%. В прошлом году этот показатель снизился до 86%. То есть на каждые 100 долларов доходов от экспорта – 86 долларов поступают от нефтянки.

Объем же ненефтяного экспорта составляет всего 1 млрд долларов. И 75% из этой суммы приходится на сельскохозяйственную продукцию, заявил он, отвечая на этот вопрос -haqqin.az.

Основным покупателем азербайджанской аграрной продукции является Россия, почти 90% экспорта сельскохозяйственных товаров идет именно в эту страну. По словам Байрамова, вполне реально расширить перечень экспортируемых сельхозтоваров и выйти с ними на новые рынки, кроме европейских.

«Начать экспансию на европейские рынки в этом году не удастся по ряду причин. К примеру, предстоит еще поработать над приведением товаров в соответствие с европейскими стандартами, заключить соглашения, пройти сертификацию и пр. Однако не стоит забывать об очень удобных и перспективных рынках Ближнего Востока и стран Персидского залива», – отметил Байрамов.

По его мнению, уже в этом году Азербайджан сможет поставлять в эти регионы фруктовые соки, овощные консервы, варения, томатную пасту и прочее.

«Есть еще одна конкурентоспособная продукция, с которой можно спокойно выйти на рынки различных регионов, включая Европу – марочные вина», отмечает эксперт. К примеру, вина линии Savalan имеют все шансы закрепиться на европейском рынке. При этом растет потребление вин внутри страны. Азербайджанские вина успешно продают в наших отелях, ресторанах, зонах отдыха, различных туристических объектах.

Винные стеллажи есть в бакинских моллах, расширяется сеть специализированных магазинов Wine house в Баку и других городах. Все это свидетельствует о том, что спрос внутри страны будет расти. Поэтому требуется увеличение производства, чтобы еще и экспортировать марочные вина за рубеж», – сказал Байрамов.

При этом, по словам эксперта, говорить о выходе на внешние рынки продукции легкой промышленности и других отраслей в этом году еще рано. «Необходимо наладить выпуск более конкурентоспособных товаров, провести маркетинговую и логистическую работу», считает эксперт.

Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > aze.az, 11 февраля 2017 > № 2069780


Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > aze.az, 11 февраля 2017 > № 2069777

Как передает AZE.az, первая хорошая новость – на днях мировая общественность и граждане страны стали свидетелями торжества международного права и справедливости – задержанный в Беларуси блогер Александр Лапшин доставлен в Баку. Это стало одной из ведущих новостных тем недели.

Ранее заместитель генерального прокурора Беларуси вынес постановление о выдаче Лапшина Азербайджану для его уголовного преследования. Городской суд Минска признал это решение законным. В свою очередь заместитель генпрокурора Беларуси Алексей Стук вынес решение об экстрадиции блогера в Азербайджан.

Александр Лапшин – гражданин ряда государств, незаконно посетивший оккупированные азербайджанские территории. Лапшин обвиняется в нарушении законов Азербайджана о государственной границе и паспортах, совершив эти деяния в апреле 2011-го и октябре 2012 года.

С целью пропаганды незаконного режима, созданного Арменией на оккупированных азербайджанских территориях, Лапшин на своей странице в соцсети представил Нагорный Карабах в качестве «независимого государства» и, поддерживая «независимость» непризнанного режима, выступил 6 апреля и 29 июня 2016 года с призывами, направленными на нарушение территориальной целостности Азербайджана.

В следственном управлении по тяжким преступлениям Генпрокуратуры в его отношении было возбуждено уголовное дело по статьям 281.2 (Публичные призывы к насильственному захвату власти, насильственному удержанию власти или насильственному изменению конституционного строя либо нарушению территориальной целостности Азербайджана, а равно распространение материалов такого содержания, совершенные неоднократно или группой лиц) и 318.2 (Пересечение охраняемой государственной границы Азербайджана без установленных документов или вне контрольно-пропускного пункта государственной границы, совершенное группой лиц по предварительному сговору), Генпрокуратурой Азербайджана в отношении Лапшина было возбуждено уголовное дело, и он был объявлен в межгосударственный розыск.

Вторая хорошая новость недели – состоялась встреча Президента Азербайджанской Республики Ильхама Алиева с президентом Совета Европейского Союза Дональдом Туском.

Президент Совета Европейского Союза Дональд Туск в своей речи отметил, что Азербайджан, независимость, суверенитет и территориальную целостность которого ЕС поддерживает, является важным партнером для Европейского Союза. “Опираясь на надежное и стратегическое партнерство в энергетической сфере, мы хотим наращивать наше сотрудничество. Азербайджан имеет важное значение для энергетической безопасности и диверсификации снабжения Европы. У нас есть общие обязательства для завершения «Южного газового коридора». Это фактически является основным приоритетом для обеих сторон”.

Третья новость недели – идет работа над новым документом о партнерстве между Азербайджаном и ЕС. Об этом стало известно на встрече Президента Ильхама Алиева с президентом Европейской комиссии Жан-Клодом Юнкером.

На встрече было выражено удовлетворение сотрудничеством между Азербайджаном и Европейским Союзом, высказана уверенность в дальнейшем развитии связей. Было подчеркнуто, что идет работа над новым документом о сотрудничестве и партнерстве между Азербайджаном и Европейским Союзом, после подписания которого наши отношения во всех сферах еще более укрепятся и расширятся.

В ходе беседы было отмечено очень хорошее сотрудничество Азербайджана со странами мира, в том числе с Европейским Союзом, в области диалога между цивилизациями и культурами.

На встрече было отмечено, что Азербайджан наладил хорошее сотрудничество с Европейским Союзом также в области образования и гуманитарных сферах. Во время беседы было подчеркнуто, что диверсификация экономики и экспорта является приоритетным вопросом в Азербайджане, состоялся обмен мнениями о сотрудничестве в области энергетики и транспорта, а также по ряду вопросов, представляющих взаимный интерес.

Четвертая хорошая новость недели – Баку и Киев договорились не пропускать товары, изготовленные на неподконтрольных Баку и Киеву землях, без согласия официальных властей, рассказал посол Украины в Азербайджане Александр Мищенко.

По словам дипломата, товары, производимые в Нагорном Карабахе, могут пересечь границу Украины только с одобрения Баку. Аналогичную схему применяет Азербайджан в отношении товаров, поступающих из Донбасса. Правила и циркуляры начали действовать сразу же, как президенты наших стран дали поручения. Соответствующий документ был подписан главами таможенных структур.

Пятая новость – создана карта мечетей Азербайджана. Для сайта Управления мусульман Кавказа GoMap разработала карту мечетей на базе списка, представленного Управлением.

По карте можно узнать точный адрес официально зарегистрированных и действующих в настоящее время мечетей. Также тут можно будет получить информацию о том, как проехать к мечетям и об остановках общественного транспорта.

Мобильные пользователи могут воспользоваться линком m.gomap.az/qafqazislam. Карта предназначена для смартфонов, поддерживающих операционные системы Android и IOS.

Вскоре мобильные пользователи смогут получать информацию с сайта Управления. А сама карта будет поддерживаться и Windows.

Шестая новость недели – Президент Азербайджана Ильхам Алиев подписал распоряжение о дополнительных мерах по строительству автодороги в село Джоджуг Марджанлы Джабраильского района.

Согласно распоряжению, с целью строительства автодороги в освобожденное от оккупации село Джоджуг Марджанлы Джабраильского района общей протяженностью девять километров, из средств, предусмотренных в разделе “Расходы госбюджета на 2017 год на государственные капиталовложения (инвестиционные расходы)” на ” Строительство и реконструкцию проселочных автомобильных дорог республики”, ОАО “Азеравтойол” будет выделено 4,3 миллиона манатов.

Ранее глава Азербайджанского государства Ильхам Алиев подписал распоряжение «О мерах по восстановлению освобожденного от оккупации села Джоджуг Мерджанлы Джебраильского района».

В рамках восстановительных работ на первом этапе в Джоджуг Мерджанлы будут построены 50 домов, школа и больница. На эти цели Ильхам Алиев первоначально выделил из предусмотренного в госбюджете на 2017 год Резервного фонда президента АР четыре миллиона манатов.

Планируется до конца года завершить реализацию первого этапа проекта и поселить в селе 50 семей. На последующем этапе будут построены дома еще для 190 семей, которые были вынуждены покинуть свои земли из-за столкновений на линии соприкосновения азербайджанских и армянских войск.

Седьмая хорошая новость – посол Азербайджана в России Полад Бюльбюльоглу заявил, что Азербайджан дорожит отношениями с Россией, которые достигли “высшей точки развития”.

История взаимоотношений наших стран насчитывает более двух столетий, отметил чрезвычайный и полномочный посол Азербайджанской Республики в РФ Полад Бюльбюль оглы. По его словам, несмотря на большую разницу в менталитете и укладе жизни, азербайджанцы всегда чувствовали себя комфортно в России. Россия всегда оказывала большое влияние на Азербайджан, особенно в сфере культуры и развития экономической составляющей.

В свою очередь, комментируя это заявление, официальный представитель МИД России Мария Захарова отметила, что МИД России разделяет мнение посла Азербайджана об уровне двусторонних отношений.

“Действительно могу согласиться с той позитивной оценкой двусторонних отношений, которую дал Полад Бюльбюльоглу. Мне кажется, что нет предела совершенству”, – заявила Захарова.

Она отметила, что “посол Азербайджана в России для нас больше чем посол”: “Все мы любим его, считаем его звездой нашей страны”.

Восьмая новость недели – вице-премьер Али Ахмедов заявил представителям СМИ, что правительство нашей страны разрабатывает программу для предотвращения роста цен на потребительском рынке.

Али Ахмедов подчеркнул, что перед правительством стоит задача – предотвратить рост цен на потребительские товары и не допустить влияния инфляции на благосостояние граждан.

Азербайджан > Внешэкономсвязи, политика > aze.az, 11 февраля 2017 > № 2069777


Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 11 февраля 2017 > № 2069402

По случаю годовщины первой встречи папы римского Франциска и патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Кубе Ватикан сделал особое заявление о сближении православных и католиков. В будущем необходимо заботиться "прежде всего об отношениях на уровне культурного экуменизма и экуменизма святых", сказал в субботу, 11 февраля, в эфире "Радио Ватикан" кардинал Курт Кох, ответственный за развитие экуменического движения в римско-католической церкви.

Швейцарский кардинал привел в пример культурные мероприятия, посвященные встрече папы и патриарха, - концерты в Риме и российских городах с участием музыкантов и певцов разных вероисповеданий, а также "экуменические подарки" и реликвии, которыми обменялись Кирилл и Франциск в знак солидарности и единства православных и католиков.

Годовщине "новой главы в истории церкви", как назвали встречу высших иерархов на Кубе, будет посвящен доклад Коха в Швейцарии 12 февраля. В швейцарском Фрайбурге пройдет заседание высокопоставленных представителей римской католической и русской православной церкви, на котором помимо Коха выступит митрополит Иларион (Алфеев). Мероприятие, организованное Конференцией католических епископов Швейцарии и институтом экуменических исследований Фрайбурга, пройдет под девизом "Диалог продолжается. Год спустя: задачи и перспективы".

Диалог папы римского Франциска и патриарха Московского и всея Руси Кирилла состоялся 12 февраля в Гаване. Единство всех христиан в мире должно быть восстановлено, хотя для этого еще придется преодолеть немало препятствий, заявили они после завершения исторической встречи.

Ватикан > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 11 февраля 2017 > № 2069402


Россия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 10 февраля 2017 > № 2083523

Духовность измерят и взвесят

Депутаты Госдумы предложили правительству наказывать педагогов и родителей за низкую духовность детей.

На минувшей неделе Комитет Госдумы по образованию и науке провел круглый стол. Обсуждали преподавание школьного курса основ православной культуры. По итогам заседания опубликовали проект рекомендаций (его цитирует информагентство «Москва»), затем документ разослали в высокие инстанции.

Постановили, что духовно-нравственное воспитание детей надо не только поддерживать на государственном уровне, но и предусмотреть ответственность за его ненадлежащее качество. Отвечать за это, по мнению участников круглого стола, должны госучреждения и их руководители, а также «родители, работники сферы образования и взрослые граждане».

Минобрнауки рекомендовали создать совет по духовно-нравственному воспитанию, к его работе привлечь не только ученых и общественников, но и священников. Одной из задач совета объявили оценку учебных пособий на предмет их соответствия духовно-нравственным нормам. От региональных властей потребовали обеспечить преподавание в школах основ православия.

Напомним, что предмет «Основы православной культуры» предлагается преподавать во всех общеобразовательных средних школах с первого по одиннадцатый класс.

«Мир Новостей» уже писал о том, что представители других конфессий призывают авторов курса «не раскачивать лодку», так как предлагаемая программа может спровоцировать противостояние в некоторых регионах со значительной долей населения, исповедующего ислам. Этим гражданам наверняка не понравится, что их детей вместо Корана обяжут штудировать Новый Завет. При всем уважении к Русской православной церкви, сыгравшей выдающуюся роль в истории страны, нельзя упускать из виду, что, согласно Конституции РФ (статья 14), Россия - светское государство. Значит, и все институты в нем тоже светские, включая школу.

Нельзя делить детей по религиозному признаку, внося в их среду разлад, а то и ненависть. Желающие изучать православие могут поступать на учебу в церковные вузы или ходить в воскресные школы. С какой стати заставлять заниматься этим детей из неправославных семей? Между тем вопрос ставится именно так: отлыниваешь от «Основ православной культуры», значит, твой духовный уровень ниже плинтуса. Учителей и родителей за это накажут.

В депутатских предложениях ничего не говорится о том, на основе каких критериев станут измерять уровень духовности. Кто и как будет это делать? Придет какой-то «дядя» и замерит уровень духовности школьников? Путем тестирования? Или при помощи какого-то хитроумного приборчика наподобие счетчика Гейгера? А откуда возьмется этот «дядя»? Кто и на основе чего замерит его собственную духовность?

Да и вообще, это понятие, бюрократическому учету не поддающееся. Определить параметры духовности - что радугу взвесить. Родители и учителя считают, что у школьника Васи или Пети с духовностью все в порядке, а проверяющий «дядя» с ними не согласен. И почему априори надо становиться на «дядину» точку зрения? Потому, что его назначило Минобрнауки?

Интересно, как станут наказывать родителей за недостаточную духовность их чад? Духовность - материя деликатная. Вряд ли ей понравится, что кто-то ее в стращалку превратить норовит.

Максим Грегоров

Россия > Образование, наука. Внешэкономсвязи, политика > mirnov.ru, 10 февраля 2017 > № 2083523


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta-pravda.ru, 10 февраля 2017 > № 2071943

России предложена роль сателлита США

Автор: Сергей КОЖЕМЯКИН.

Агрессивная внешняя политика, ликвидация социальных гарантий и невиданные с дорузвельтовской эпохи уступки корпорациям. Таковы первые шаги новой американской администрации. Праволиберальный курс сопровождается филигранной демагогией, заставляющей вспомнить о фашистских режимах XX века.

Адвокаты дьявола

Господство Дональда Трампа в российских СМИ не прекратилось со вступлением нового президента в должность. Напротив, произошло нечто невообразимое: президент США потеснил Владимира Путина в рейтинге наиболее упоминаемых персон. 202 тысячи — именно столько материалов было посвящено Трампу в январских выпусках изданий политической и экономической направленности. Причин у этого информационного психоза несколько. Первая — ставшее традиционным отвлечение внимания населения от насущных проблем внутри страны.

Во-вторых, «трампобесие» — такое меткое выражение уже гуляет в народе — стало результатом стремления российской элиты к восстановлению отношений с Западом. Несмотря на вызванное Крымом и Донбассом охлаждение, политическая и экономическая верхушка связывает своё будущее с Европой и США. Но открыто сменить взятый три года назад вектор власть не может: слишком сильна в обществе инерция антиамериканских настроений. Трамп стал спасительной соломинкой для западоцентристской элиты. Сначала его искусственно наделили чертами «друга России» и «миротворца», а затем всё громче и громче принялись твердить о новой перезагрузке отношений.

Чтобы создать этот миф, СМИ пускались на всяческие ухищрения. Всё, что не укладывалось в рамки концепции «Трамп — союзник Москвы», отсекалось, а отдельным его заявлениям, сделанным, скорее, в пику демократам, придавался характер законченных внешнеполитических концепций. После инаугурации делать это стало намного труднее. На смену предвыборным заявлениям пришли конкретные государственные решения, далёкие от лакированного образа. Смешно и грустно наблюдать, как отечественные издания, выполняя заказ властей, пытаются оправдать неприкрытые антироссийские выпады и в целом агрессивную политику администрации Трампа. Выполняя роль «адвокатов дьявола», они оказывают стране медвежью услугу. В Вашингтоне подхватили желание Москвы во что бы то ни стало восстановить отношения и принялись за планомерный шантаж России.

Кабинет миллиардеров

Но можно ли было ожидать чего-то иного от президента-республиканца, окружившего себя твердолобыми консерваторами, а то и откровенными реакционерами фашистского толка? Команду Трампа называют «кабинетом миллиардеров», и преувеличения здесь нет. В истории США ещё не было администрации, почти сплошь включающей в себя представителей крупного капитала, чьё личное состояние исчисляется сотнями миллионов, а то и миллиардами долларов.

Главой Национального экономического совета назначен гендиректор инвестиционного банка «Голдман Сакс» Гарри Кон. Выходцы с Уолл-стрит возглавили министерство финансов (Стивен Мнучин) и министерство торговли (Уилбур Росс). Министром энергетики стал экс-губернатор Техаса и главный лоббист нефтяного гиганта «Шеврон» Рик Перри, а кресло госсекретаря занял Рекс Тиллерсон — глава «ЭксонМобил», крупнейшей частной нефтяной корпорации в мире с капитализацией в 367 миллиардов долларов.

Своего ставленника в лице директора ЦРУ Майка Помпео имеет теперь и финансово-промышленная империя братьев Коч. Миллиардерами контролируются даже сугубо социальные ведомства. Министром образования стала Бетси Девос, чьё состояние, как сообщается, достигает 5 миллиардов долларов.

Ещё не до конца сформированная администрация Трампа приступила к действиям в интересах крупного капитала. Для корпораций сокращён перечень финансовых данных, обязательных для раскрытия. Разрабатывается более чем двукратное — с 35 до 15 процентов (а для зарубежных филиалов — до 10 процентов) — сокращение налога на корпоративную прибыль. Ликвидируются ограничительные меры, связанные с охраной окружающей среды и социальными обязательствами. Отменена так и не доведённая до конца реформа здравоохранения, целью которой было обеспечение медицинской страховкой всех граждан (более 30 миллионов американцев не имеют доступа к нормальному медобслуживанию). Вообще в социальной сфере новая власть руководствуется рыночным фундаментализмом. Так, упомянутая Бетси Девос выступает за ликвидацию государственных школ и замену их частными.

Но как же быть с обещаниями президента «вернуть власть народу» и вести непримиримую борьбу со спекулятивным капиталом? На этот вопрос можно ответить одним словом: популизм. Как и большинство популистов всех времён и народов, Трамп пытается скрыть истинные причины проблем простых граждан. Врагами выставляются внешние силы (Китай, Иран, незаконные иммигранты и т.п.), а также «непатриотичные» владельцы компаний, выводящие производство за рубеж. При этом умалчивается, что на совместных американо-китайских и американо-мексиканских фирмах трудятся лишь около 1,5 миллиона человек — менее одного процента от численности рабочей силы в США.

Настоящие корни бедности и неравенства власть скрывает. Вместо введения налога на собственность владельцев капитала она, наоборот, создаёт им новые привилегии. Как справедливо заметил экономист Джеффри Сакс, «реальной причиной падающих доходов американского рабочего класса являются не доходы Мексики, а огромная прибыль и доходы, приходящиеся на долю одного процента. Главные решения для американских рабочих находятся как раз дома, а не в заграничных военных авантюрах, новой гонке вооружений или в обречённых на поражение торговых войнах».

Не следует преувеличивать и значение выхода США из соглашения о Транстихоокеанском партнёрстве (ТТП). Довольно давно повелось, что республиканцев поддерживают промышленники «старых» отраслей (например, нефтяники и ВПК), а демократов — корпорации инновационного сектора (информационные и биотехнологии, фармацевтика). ТТП было направлено на продвижение интересов последних при рисках для традиционных отраслей. Выйдя из соглашения, американские власти просто выполнили заказ своих спонсоров. Об отказе от экономической экспансии речь не идёт.

«Мир через силу»

А вот во внешней политике США определённо наступают перемены. Только противоположные тем, что ждали от Трампа легковерные слушатели его предвыборных речей. В международных делах президент заявил о приверженности принципу Рональда Рейгана: «Мир через силу». В их основу ложатся не замысловатые экономические альянсы и проекты по взращиванию проамериканских туземных элит, а грубая сила.

Одним из первых указов Трамп положил начало реформе вооружённых сил. «Новые самолёты, новые корабли и новые ресурсы для наших военных», — прокомментировал её президент. Согласно планам Белого дома, численность сухопутных войск будет увеличена с 450 до 540 тысяч человек, Корпуса морской пехоты — с 24 до 36 батальонов. Количество надводных кораблей и подводных лодок возрастёт на треть. Также Вашингтон намерен вывести на новый уровень ядерный потенциал. «США должны усиливать и расширять свои ядерные возможности до того момента, пока мир не поймёт, что такое наши боеголовки», — заявляет Трамп, уже наложивший запрет на сокращение оборонных расходов.

Не менее воинственно настроен новый глава Пентагона Джеймс Мэттис. Генерал, получивший прозвище «Бешеный пёс», призывает развивать космические наступательные вооружения. Речь идёт о возрождении рейгановской Стратегической оборонной инициативы с системами ПРО орбитального базирования.

Размахивать дубинкой администрация Трампа начала, даже не дождавшись инаугурации. Первым объектом давления стал Пекин. Новый хозяин Белого дома пригрозил ему торговыми войнами и пошёл на провокационное нарушение принципа «одного Китая», восстановив контакты с руководством Тайваня. На этом угрозы не закончились. В начале февраля министр обороны США посетил Южную Корею и Японию. Будучи принятым на высшем уровне, Мэттис сделал ряд антикитайских выпадов. В Токио он заявил о намерении защищать японский суверенитет над спорными островами Сенкаку и противодействовать КНР в Южно-Китайском море. Ранее о «незаконных действиях» Пекина в регионе, в частности в Южно-Китайском море, заявил и новый госсекретарь Тиллерсон.

По итогам встречи Мэттиса с руководством Южной Кореи было заявлено о продолжении работы по развёртыванию системы ПРО THAAD. Не обошёл вниманием «Бешеный пёс» и КНДР. «Администрация Трампа относится к северокорейской ядерной угрозе как к первостепенной проблеме безопасности», — предупредил он и пообещал, что США дадут решительный отпор «провокациям» Пхеньяна. Предвыборные заявления Трампа о том, что Вашингтон не должен платить за оборону Японии и Южной Кореи, радикально скорректированы тем же Мэттисом: по его уверениям, США не прекратят «безусловную» военную поддержку союзников.

Всё более хищническим становится поведение Вашингтона на Ближнем Востоке. В конце января Трамп объявил о готовности создать «зоны безопасности» — фактические плацдармы для сирийской оппозиции. Боевики «Демократических сил Сирии» стали получать американскую бронетехнику. Это произошло впервые за время поддержки США антиправительственных группировок.

Но главный удар нацелен на Иран. 4 февраля Джеймс Мэттис назвал Исламскую Республику «одним из главных спонсоров мирового терроризма». Днём ранее США ввели новые антииранские санкции, распространив их на 12 компаний и 13 физических лиц. Поводом стали испытания баллистических ракет средней дальности. Сам Трамп не исключил после этого «военного ответа» на действия Тегерана — и это при том, что Иран проводил пуски на собственной территории и не нарушил ни одну из резолюций Совбеза ООН. Раскручиванию военной истерии способствует и внесённый в американский конгресс законопроект, согласно которому президенту могут быть даны неограниченные полномочия по использованию вооружённых сил против Тегерана. Не исключён и выход Вашингтона из ядерного соглашения. По крайней мере, объявлено о начале «внутренней дискуссии» в американской администрации о будущем договора.

Союзники США в регионе остаются прежние: Израиль и Саудовская Аравия. Проведя переговоры с Биньямином Нетаньяху, Трамп заверил его в «беспрецедентной приверженности безопасности Израиля» и совместной работе «по устранению угроз со стороны Ирана». В подтверждение своих слов Трамп готов сделать поистине царский подарок: признать Иерусалим столицей Израиля, что противоречит решениям ООН о статусе города. Кроме того, президент США поддержал строительство еврейских поселений на палестинских территориях.

О совместных ответах на «дестабилизирующую активность Ирана» договорился Трамп и с саудовским королём Салманом. Новая администрация поддержала операцию Эр-Рияда в Йемене. К берегам этой страны отправлены дополнительные силы ВМС США.

В свете сказанного наивно рассчитывать на серьёзное потепление российско-американских отношений. Риторика Трампа становится всё жёстче — теперь он заявляет, что «не уверен», поладит ли с Путиным. В «лучших традициях» времён Обамы было выдержано недавнее выступление нового постпреда США в ООН Никки Хейли. «Плачевная ситуация на Украине требует чёткого и сильного осуждения действий России», — заявила она 2 февраля. Дипломат использовала в отношении Москвы привычные для Запада термины вроде «оккупации Крыма», «поддержки сепаратистов», а также подчеркнула, что санкции в отношении России сохранятся вплоть до возвращения полуострова Украине. Рассыпаются надежды и на госсекретаря Тиллерсона. Этот «друг Путина» уже говорит об «опасности со стороны России» и сетует на недостаточно жёсткий ответ США на «аннексию Крыма».

Единственное, что предлагается Москве, — это уступки Вашингтону. Американские власти уже выдвигают свои условия налаживания отношений. Как откровенно заявил Трамп, Россия должна помочь США «бороться с исламским терроризмом по всему миру», а также сократить ядерный потенциал. Говоря иначе, стране предлагается подчинённая роль американского сателлита.

В целом же победа Трампа является частью общего для капиталистических центров ультраправого поворота. Потеря прибылей и сфер влияния, связанная с успехами Китая, а также с объективными противоречиями глобализации, толкает элиты к ужесточению внутренней и внешней политики. Апеллируя в публичных выступлениях к мнению «простых людей» и разжигая ксенофобию, они защищают прибыли корпораций.

Тревожных сигналов всё больше. Объявление Трампом дня своей инаугурации, 20 января, Национальным днём преданности отечеству, а также возвращение Пентагону права применять пытки к «подозреваемым в терроризме» — из этой серии. Характерной является и фигура главного советника Трампа — Стивена Бэннона, которого называют не иначе как «серым кардиналом» новой администрации. До своего взлёта он работал редактором ультраправого сайта «Брейтбарт», известного откровенно расистскими публикациями. Теперь радикальные взгляды Бэннона стали частью стратегии Вашингтона. Об их опасности говорят хотя бы такие идеи главного советника, как неизбежность столкновения «иудео-христианского Запада» с Китаем и исламским миром.

К этому реакционному курсу пытаются «пристегнуть» Россию. Устоит ли руководство страны против поистине дьявольского искушения?

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > gazeta-pravda.ru, 10 февраля 2017 > № 2071943


Германия > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 10 февраля 2017 > № 2070624

Меркель удостоилась премии за мужество

Канцлер ФРГ удостоена Премии им. Ойгена Больца (Eugen-Bolz-Preis), которую в Германии вручают за гражданское мужество.

Премия имени Ойгена Больца – президента Вюртемберга во времена Веймарской республики и участника заговора против Гитлера (Adolf Hitler), учреждена в 1997 году одноимённым Фондом, основанным мэрией и Советом депутатов города Ротенбург-на-Некаре, а также католической епархией Ротенбург-Штутгарт. С 2014 года премия имеет денежный эквивалент в 5 тысяч евро.

В начале прошлого месяца правление Фонда решило наградить этой премией канцлера Германии Ангелу Меркель (Angela Merkel). Как объявил по итогам заседания правления его председатель обер-бургомистр Ротенбурга, член ХДС Штефан Неер (Stephan Neher), «решение наградить этой премией Меркель было принято нами сознательно. Такова наша оценка её гуманитарной деятельности, основанной на христианских ценностях Европейского сообщества. Своей деятельностью она ясно отграничила культуру гостеприимства от позиции ультраправых движений и партий, тем самым укрепив дух множества добровольцев».

Церемония награждения состоялась 1 февраля во дворце Neues Schloss в Штутгарте. С речами выступили председатель Конференции немецких епископов кардинал Райнхард Маркс (Reinhard Marx), обер-бургомистр Ротенбурга Штефан Неер, премьер-министр Баден-Вюртемберга Винфрид Кречман (Winfried Kretschmann) и другие.

Как отмечает Frankfurter Allgemeine Zeitung, «главный акцент в своих выступлениях ораторы, в том числе и Меркель, делали не столько на необходимости достойного ответа на политические вызовы, касающиеся беженцев и их интеграции, сколько на необходимости противостоять угрозе западной модели демократии со стороны популистских движений. Наряду с тем все выступающие положительно отзывались о миграционной политике Меркель».

Канцлер заметила, что «давно не приходилось слышать так много добрых слов о своих решениях в сфере миграционной политики. И это немного странно, потому что обычно я привыкла проводить весь день в борьбе».

Принимая награду, глава правительства поблагодарила граждан Германии и Евросоюза за солидарность и гражданское мужество, добавив: «Европа является нашей лучшей страховкой для того, чтобы жить в мире и безопасности. От нас же требуется суметь вдохнуть в Европу новую жизнь. Нынешнему поколению потребуется примерно столько же энергии, сколько её вкладывало в возведение здания Европы послевоенное поколение. Европа теперь так сильна только потому, что мы помогаем ей держаться единой».

Как отмечает FAZ, «собственно о беженцах и своей миграционной политике Меркель не сказала ни слова». Именно эта её политика подвергается с конца 2015 года, в течение которого Германия приняла, по последним данным, около 850 тыс. иммигрантов, наиболее острой критике.

Факт награждения Меркель раскритиковали в «Альтернативе для Германии», что неудивительно. Но вот что заявил по этому поводу председатель фракции Свободной демократической партии в баден-вюртембергском Ландтаге Ханс-Ульрих Рюльке (Hans-Ulrich Rülke). Признание курса Меркель правильным он назвал «невежеством» и развил этот тезис: «Неконтролируемо принимая сотни тысяч людей из безопасных третьих стран, Федеральное правительство игнорирует европейское законодательство и затрудняет решение проблемы беженцев на европейском уровне. К тому же до сих пор совершенно неясно, в какой степени террористы и преступники воспользовались возможностью бесконтрольного въезда в Германию».

Сергей Дебрер

Германия > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 10 февраля 2017 > № 2070624


США > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 10 февраля 2017 > № 2070622

Указ президента – суду не указ

Президент США вступил в схватку с Федеральным судом и вышел из неё проигравшим: недавно введённые ограничения на въезд в страну признаны незаконными.

Одним из первых решений администрации нового президента США стали временные ограничения на въезд в страну граждан ряда государств – Ирана, Ирака, Сирии, Судана, Ливии, Сомали и Йемена. Исполнительный указ, подписанный Дональдом Трампом (Donald Trump) 27 января, вызвал восторги его электората и ожесточённую критику противников республиканца: с их точки зрения, новый лидер страны покушается на права человека и демократические свободы – основу основ американского общества. Актуальный социологический опрос по заказу телеканала CNN показал, что 47 процентов американцев поддерживают президентский указ (при этом 29 процентов приветствовали бы его ужесточение), а 53 процента выступают против него. Но, как бы ни оценивался направленный на временное ограничение иммиграции из «требующих особого внимания» государств указ, суть в том, что он уже не действует: решение президента в столице страны Вашингтоне оспорил суд в Сиэтле, который находится в штате Вашингтон. Два Вашингтона разделяют три тысячи миль и миллионы политических километров: в столицу вслед за Трампом потянулись правые республиканцы, столица американского северо-запада – один из оплотов либерализма.

28 января коллективный иск от имени двух иракцев, которым через несколько часов после подписания указа в нью-йоркском аэропорту Джона Кеннеди был запрещён въезд в США, подала некоммерческая организация «Американский союз гражданских свобод» (American Civil Liberties Union, ACLU). Её активисты убеждены, что указ Дональда Трампа «неконституционный», так как он нарушает права человека. В тот же день указ был частично заблокирован в штате Нью-Йорк, в последующие несколько дней – ещё в 15 штатах.

Министерство юстиции должно было опротестовать эти запреты, но сначала Дональд Трамп уволил его руководительницу, сомневавшуюся в правомочности президентского указа. 30 января вошло в новейшую историю США как «избиение в понедельник вечером» (Monday Night Massacre): в этот день лишились постов сразу двое высокопоставленных чиновников, оспоривших указ о запрете на въезд в США беженцам и представителям семи мусульманских государств. Если министр юстиции Салли Йейтс (Sally Yates) приступила к службе ещё при предыдущем президенте и в целом досиживала отведённый ей срок, то глава иммиграционной и таможенной полиции Дэниел Рэгсдейл (Daniel Ragsdale) вступил в должность только 20 января. Впрочем, Рэгсдейл сохранил пост заместителя главы таможенной полиции.

Указ Трампа посчитали несоответствующим законодательству генеральные прокуроры 15 американских штатов. Новое руководство Министерства юстиции спешно опротестовало эти решения, но 3 февраля свой вердикт вынес уже федеральный суд в Сиэтле: вняв аргументам правозащитников, судья Джеймс Робарт (James L. Robart) ввёл временный запрет на исполнение указа президента США об иммиграционных ограничениях. Федеральный судья заявил, что этот судебный запрет распространяется на всю страну, указав, что штаты обладают правом оспаривать любые действия федерального правительства, 5 февраля был отклонён ещё один срочный протест президентской администрации, которой теперь предстоит оспаривать запрет указа в Верховном суде.

Дональд Трамп через Twitter пообещал «побороть смехотворное решение так называемого судьи», но пока у администрации президента нет аргументов в свою пользу. Спорный запрет не действует, новостные каналы крутят кадры с иностранцами, триумфально пересекающими американские границы, а вопрос о том, вред или пользу принёс скоропостижный и, очевидно, плохо подготовленный указ самим Соединённым Штатам и перспективам международной борьбы с терроризмом, остаётся открытым.

Вопрос о собственной идентичности занимает как западный мир, так и арабский. Дональд Трамп многое делает для того, чтобы «оживить» их взаимоотношения, не исключено, что он достигнет результатов, обратных тем, которые планирует, если вообще планирует. Указ о запрете на въезд представлен во враждебных Трампу медиа как «закрытие Америки для мусульман», провоцирующее неуверенность и среди живущих в США последователей пророка Мухаммеда. Этот указ злорадно приветствовали экстремисты на Ближнем Востоке и в Азии. «Лучшей рекламы для радикального ислама и быть не может», – иронизировали в социальных сетях близкие к «Исламскому халифату» информагентства, а политологи задаются вопросом: не способствует ли политика Дональда Трампа укреплению позиций радикалов? Против идеи Трампа активно выступают представители интеллектуальных элит и крупнейшего американского бизнеса, а новый президент США, управляющий государством всего несколько недель, ведёт политику, которая уже получила наименование «трампократии» и не всегда выглядит продуманной. Прижать мусульманского студента, съездившего домой на каникулы – это не то же самое, что вести войну с террором, как бы ни пытались видеть прямую связь между такими действиями сторонники Трампа. Практической пользы его спорный указ пока не принёс. Оспаривать его запрет глава государства взялся тоном, недостойным президента великой державы, и публичный эффект, произведённый спорами вокруг возможности въезда в США граждан нескольких нестабильных государств, наносит очевидный ущерб новой американской администрации. Нападки Дональда Трампа на федерального судью расцениваются как опасная попытка повлиять на независимость судебной системы, а это едва ли не худшее, что может сделать американский политик.

Максим Смирнов

США > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 10 февраля 2017 > № 2070622


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 10 февраля 2017 > № 2068623

Храм Дмитрия Солунского в Хорошеве достроят к осени

Малое освящение куполов и крестов храма в честь великомученика Дмитрия Солунского в Хорошеве состоится в апреле, к празднику Пасхи, сообщил куратор программы строительства православных церквей, депутат Госдумы РФ Владимир Ресин.

«Сейчас завершается каменная кладка стен, начался монтаж центрального купола, строится колокольня. В мае будет готова крыша», - сказал В. Ресин.

По его словам, величественный храмовый комплекс на ул. Берзарина возводится по индивидуальному проекту. Церковь сможет вместить 500 прихожан. Также будет построен двухэтажный приходской дом с хозяйственным блоком.

«За основу проекта были взяты памятники новгородской и звенигородской школ храмового зодчества. В дальнейшем архитектурные акценты несколько сместились в стиль модерн. Но это только улучшило проект. Храм сделали бесстолпным, то есть вся нагрузка сводов распределена по углам и стенам здания. Внутри нет перегородок - молящимся будет удобно стоять, и ничто не будет загораживать иконостас», - пояснил В. Ресин.

Он также отметил, что внешнюю отделку храма планируется выполнить в виде мозаики силами самих прихожан.

«Всего в Северо-Западном округе подобрано 22 участка под строительство православных церквей. Один храм введен, восемь строятся, еще шесть готовятся к проектированию», - добавил В. Ресин.

Напомним, программа строительства православных храмов развернута во всех округах столицы, кроме Центрального. Ее цель - обеспечить жителей города храмами недалеко от дома.

Программа реализуется полностью на пожертвования. Для сбора средств создан благотворительный Фонд поддержки строительства храмов города Москвы, сопредседателями которого являются мэр Москвы Сергей Собянин и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Программу курирует советник мэра, советник по строительству Патриарха Московского и всея Руси, депутат Госдумы Федерального Собрания РФ Владимир Ресин – он является председателем рабочей группы фонда.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 10 февраля 2017 > № 2068623


США. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 10 февраля 2017 > № 2068576

Ровно десять лет назад, 10 февраля 2007 года, президент России Владимир Путин выступил с программной речью на Мюнхенской конференции по безопасности. "Формат конференции дает мне возможность избежать излишнего политеса и необходимости говорить округлыми, приятными, но пустыми дипломатическими штампами", — заявил тогда президент РФ.

О чем тогда предупреждал Владимир Путин и насколько актуальны его предупреждения сегодня?

Мир в эпоху нестабильности

Генеральная линия путинской речи — опасения и предостережения по поводу вмешательства в дела независимых государств со стороны третьих стран. "Чуть ли не вся система права одного государства, Соединенных Штатов, перешагнула свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере навязывается другим государствам. Ну кому это понравится?" — говорил российский президент.

Особую тревогу у Путина вызывало "гипертрофированное применение силы в международных делах — военной силы — силы, ввергающей мир в пучину следующих один за другим конфликтов". При этом Путин подчеркивал, что попытки вмешиваться во внутренние дела и тем более применять силу не решают проблем, а только усугубляют их и выводят на новый уровень. "Очевидно, что такое вмешательство отнюдь не способствует вызреванию подлинно демократических государств. И, наоборот, делает их зависимыми и, как следствие, нестабильными в политическом и экономическом плане", — резюмировал Путин.

Мюнхенские прогнозы оправдались.

В Ираке на смену стабильному режиму Саддама Хуссейна, к которому у международного сообщества, и у Москвы в том числе, были справедливые вопросы, пришла "война всех против всех"; теракты и боестолкновения следуют один за другим. По данным исследовательской компании ORB International, на 2016 год число жертв среди мирных жителей в Ираке с момента крушения режима Хусейна достигало полутора миллионов человек.

После вмешательства в ливийские дела страна утратила государственность. При наличии формального центрального правительства в Триполи реальную власть на местах поделили между собой различные племенные группы и террористические организации, в том числе ИГ (запрещена в России. — Прим. ред.), которая контролируют значительные территории на побережье Ливии, города Дерн, Нофалия и до последнего времени — Сирт.

Сирия, где западные страны открыто поддерживали "вооруженную оппозицию", скатилась в многолетнюю жесточайшую гражданскую войну.

Зарождение ИГ на территории стран, в дела которых "вмешались" (на территории Сирии и Ирака), — апофеоз результата такого вмешательства. Для Украины вмешательство в ее дела внешних игроков закончилось расколом в обществе, гражданской войной и окончательной деградацией экономики.

Расширение НАТО в обход гарантий

Подробно в своем выступлении Владимир Путин остановился на проблеме расширения НАТО. В Мюнхене Путин напомнил слушателям слова бывшего Генерального секретаря НАТО Манферда Вернера, который 17 мая 1990 года, выступая в Брюсселе, говорил: "Сам факт, что мы готовы не размещать войска НАТО за пределами территории ФРГ, дает Советскому Союзу твердые гарантии безопасности". "И где эти гарантии?" — задавал риторический вопрос российский лидер.

На поверку гарантии оказались вовсе не "твердыми". С момента крушения СССР НАТО успело расшириться трижды. Это так называемое "четвертое расширение" 1999 года, когда в состав альянса вошли Польша, Чехия и Венгрия. Затем было "пятое расширение" 2004 года, когда в НАТО вошли прибалтийские республики, а также Словения, Словакия, Румыния и Болгария. Наконец, это "шестое расширение", которое произошло в 2009 году — после речи в Мюнхене. Тогда в НАТО вошли Албания и Хорватия.

На очереди — Черногория, Босния и Герцеговина, Македония. Инструкторы альянса тренировали грузинских и украинских военных.

Официально расширение НАТО осуществляется с целью обеспечения международной и европейской безопасности. На практике же это расширение провоцирует непонимание, обострение отношений и в конечном счете — гонку вооружений, о чем в Мюнхене предупреждал Путин.

Только в 2017 году, как заявил Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг, бюджет НАТО должен пополниться на 100 миллиардов долларов.

Наиболее отличились как раз "свежие" члены НАТО. При общих скромных бюджетах военные расходы Латвии выросли на 60%, Литвы — на 35%, Эстонии — на 10%, Польши — на 9%.

Надо ли готовиться к ядерной войне в 2021 году?

Расширение НАТО чревато также угрозой для мирового ядерного паритета, ведь в новых странах — членах альянса, прямо у границ России, разворачиваются элементы ПРО.

"Нас также не могут не тревожить планы по развертыванию элементов системы противоракетной обороны в Европе. Ракетного оружия, реально угрожающего Европе, с дальностью действия порядка пять-восемь тысяч километров нет ни у одной из так называемых проблемных стран", — говорил в 2007 году Путин.

В свое время расширение ПРО обосновывалось якобы угрозой со стороны Ирана. После "ядерной сделки" с Ираном в 2015 году, известной как "Совместный всеобъемлющий план действий", эта угроза отпала. Исламская Республика отказалась от разработки ядерного оружия. А расширение ПРО, наоборот, продолжилось. В мае 2016 года на румынской базе "Девеселу" состоялась официальная церемония подтверждения готовности наземной системы противоракетной обороны "Иджис".

Расширение ПРО тормозит дальнейшие переговоры о сокращении ядерных потенциалов.

"Опасность дестабилизации международных отношений связана и с очевидным застоем в области разоружения", — предупреждал Владимир Путин. Тогда еще велись переговоры по поводу "Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений" (СНВ-3). Договор был подписан в 2010 году президентами Дмитрием Медведевым и Бараком Обамой.

Но с тех пор подвижек в направлении сокращения ядерных потенциалов нет, а срок действия СНВ-3 истекает в 2021 году. Понятно, что одновременно дальше сокращать собственный ядерный потенциал, в то время как США наращивают систему ПРО, Россия не может.

Барак Обама на своей последней пресс-конференции в качестве президента заявил, что якобы предлагал Путину продолжить переговоры по вопросу о дальнейшем ограничении ядерных вооружений, но, по словам Обамы, "русские не желали вести переговоры".

В ответ официальный представитель Кремля Дмитрий Песков заявил, что Москва никогда не отказывалась от таких переговоров, но "всегда выступала за пропорциональный и справедливый процесс ядерного разоружения".

Дмитрий Майоров

США. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 10 февраля 2017 > № 2068576


Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 10 февраля 2017 > № 2068442

Как Россия стала новым крупным игроком на Ближнем Востоке

Оуэн Мэттьюз, Джек Мур, Дэмиен Шарков | Newsweek

После 30 лет на задворках ближневосточной политики Россия вновь стала крупным игроком в регионе, пишут в европейской версии американского журнала Newsweek Оуэн Мэттьюс, Джэк Мур и Дэмиен Шарков. "В последние полгода эта страна изменила ход гражданской войны в Сирии и взяла под свой контроль мирный процесс, построила близкие отношения с авторитарным лидером Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и активно обхаживала таких традиционных союзников США, как Египет, Саудовская Аравия и даже Израиль", - говорится в статье.

В то же время усилия многих десятилетий со стороны США по насаждению демократии на Ближнем Востоке, по-видимому, пошли на спад при Обаме и новом президенте США Дональде Трампе, пишет издание. За исключением разве что Туниса, "арабская весна" не принесла демократии в регион, а лишь "привела к расцвету нестабильности и экстремизма в таких странах, как Египет, Ливия и Сирия". "Урегулирование конфликта между Израилем и палестинцами на основе двух государств - давняя цель внешней политики США - сейчас кажется более недостижимым, чем когда бы то ни было", - говорится в статье.

"Наблюдая за неудачами США, Кремль почуял новые возможности, - повествуют журналисты. - Для Москвы преимущества частичного возвращения прежнего влияния СССР на Ближнем Востоке многогранны: Россия может продолжить свое имперское строительство и проецирование вовне своего образа растущего глобального влияния и военного веса; также она может приберегать дипломатические козыри для обмена их на смягчение западных санкций, наложенных в 2014 году после аннексии Крыма, либо для будущего использования в переговорах с Западом".

"Но, возможно, - пишут авторы, - важнее этих целей мотивация, которую на Западе плохо понимают: желание Москвы защитить Россию от радикального исламистского терроризма. Этот страх помог Путину прийти к власти во время жестоких войн на Северном Кавказе в 1990-е". Об этом изданию, в частности, сказал депутат Вячеслав Никонов. "Наша главная цель в Сирии, - заявил он, - это удостовериться в том, что наши граждане, которые отправились туда [сражаться на стороне запрещенного в РФ "Исламского государства". - Прим. ред.], никогда не вернутся". По словам депутата, вмешательство России на Ближнем Востоке - "вопрос защиты нашей собственной безопасности".

Будь то в целях безопасности или в других целях, но возвращение России на Ближний Восток оказалось "потрясающим и неожиданным успехом, а также ударом по американской мощи и престижу", ведь до недавнего времени у США не была реального дипломатического или военного соперника в регионе, пишет авторы.

"В период холодной войны Ближний Восток по большей части был в равной степени сферой влияния Москвы и Вашингтона", - говорится в статье. Антизападный арабский национализм ярко выраженного социалистического характера президента Египта Гамаля Насера являлся для Москвы окошком, через которое она распространяла свое влияние в арабском мире. По словам авторов, целое поколение арабских офицеров, врачей и профессиональных работников обучалось в Москве, включая будущего президента Египта Хосни Мубарака и мятежного ливийского генерала Халифу Хафтара. "Генералы КГБ помогали в создании спецслужб Ливии, Алжира, Египта, Ирака и Сирии по образцу советской тайной полиции", - говорится в статье.

"Обеспокоенный распространением коммунизма на Ближнем Востоке и желая остановить эффект домино, Вашингтон стал вкладывать деньги в эту проблему", - повествует издание. Израиль, Саудовская Аравия и Египет после падения Насера стали главными адресатами военной помощи США, а Турция, ставшая в 1952 году членом НАТО, размещала на своей территории самолеты, военные корабли и даже баллистические ракеты средней дальности "Юпитер".

После коллапса СССР в 1991-м друзья Москвы в ближневосточном регионе держались за власть, "сохраняя убежденный антизападный настрой мусульманских стран, от Ливии до Сирии, несмотря на то, что рубли им больше не поступали", пишет издание. "Но потом один за другим протеже Москвы стали терять власть". А в тот же самый период волны "цветных революций" привели к свержению пророссийских правительств в Сербии, на Украине, в Киргизии и Грузии. "С точки зрения Путина, восстания, начавшиеся на площади Тахрир [в Каире] и на Майдане являются частью единого заговора против России", - заявил в неофициальной беседе с изданием один высокопоставленный западный дипломат в Москве. "Мы отвергали это как паранойю. Это и есть паранойя. Но они в это верят", - сказал дипломат.

Как пишут авторы статьи, лишь сблизившись с Ираном, Россия привлекла внимание Вашингтона. "Начиная с 2008 года, когда Белый дом стал склоняться к сделке, подразумевающей отказ Тегерана от своей программы ядерного вооружения, Россия начала играть роль честного игрока" на Ближнем Востоке, говорится в статье. Параллельно Москва "вклинивалась, постепенно и без лишнего шума, в израильско-палестинский мирный процесс. "Ключевым союзником Кремля был палестинский лидер Махмуд Аббас, который защитил диссертацию в Российском университете дружбы народов в Москве в 1970-х годах", - пишут авторы.

Российский дипломат, спецпредставитель Путина на Ближнем Востоке с 2012 года, Михаил Богданов "сыграл ключевую роль в привлечении на российскую сторону друзей и оказании влияния" на таких людей, как президент Египта и авторитарный военный Абдул-Фаттах Ас-Сиси и ливийский генерал Хафтар. "Постепенное самоустранение Америки на Ближнем Востоке при Обаме помогло Богданову", - считают журналисты.

Однако Ближний Восток перестал занимать второстепенное место в российской внешней политике и переместился на передний план из-за двух кризисов: аннексии Крыма Россией в феврале 2014 года, которая привела к прямому конфликту Москвы и Запада, и войны в Сирии, которая годом позже дала Путину возможность гарантировать России роль одного из главных игроков на Ближнем Востоке.

Как напоминают авторы, 30 сентября 2015 года по приказу Путина эскадрон российских бомбардировщиков был дислоцирован на авиабазе Хмеймим в Латакии - оплоте сил, верных Асаду. "Это было первое развертывание российских войск вне бывших границ СССР после провального вторжения Москвы в Афганистан в 1979 году", - говорится в статье. "Хотя контингент был крошечный, его развертывание стало поворотным моментом во внешней политике Москвы", - считает издание. Большинство сходится на том, что кампания российских ВКС "помогла ослабить повстанцев, поддерживаемых США, и позволила Асаду вновь получить контроль над стратегически важным городом Алеппо".

По словам Дмитрия Тренина, директора Московского Центра Карнеги, сирийская кампания быстро стала жестким символическим ответом Путина на заявления Обамы годом ранее о том, что Россия - лишь "держава регионального масштаба", и даже в регионе она "терпит крах". "Но теперь, когда Алеппо перешел под контроль режима и Москва руководит мирным процессом, новая администрация США не обладает большим влиянием на финальный этап сирийского кризиса, как с дипломатической точки зрения, так и с военной", - пишут авторы. Россия стала "очень влиятельной в Сирии, потому что она приняла решение вести там игру, которую повсюду в мире осудили бы как военные преступления", сказал изданию неназванный чиновник из Госдепа США.

"За последние 18 месяцев успешное российское вмешательство в Сирии сделало очень весомой позицию Москвы в регионе", - отмечает издание. При этом "невероятно, но факт: новым лучшим другом Кремля стала Турция, член НАТО и старинный враг России на протяжении веков". По словам авторов, сближению Анкары и Москвы способствовали два обстоятельства - победа Асада в Алеппо и провалившийся июльский переворот в Турции, "после которого Эрдоган начал чистки среди своих оппонентов, которые США и ЕС критикуют". В ответ на жесткую критику прежних союзников в Брюсселе и Вашингтоне Эрдоган пошел на сближение с "другом Владимиром", говорится в статье.

"Российская дружба с одним из главных игроков в регионе, Ираном, может, и началась как союз изгоев, но сейчас она выглядит внушительно", - продолжают авторы. Так, Тегеран вместе с Москвой взял под контроль мирный процесс в Сирии, став наряду с Россией посредником на январских переговорах в Астане.

"И если Иран на протяжении десятилетий не являлся союзником США, то Каир давно был ключевым партнером Вашингтона в военной и дипломатической сфере, а также в области разведки", - отмечает издание. "Египет стоит на втором месте по объему военной помощи США, и партнерство с Америкой продолжилось даже после того, как в отношениях с Обамой появилось напряжение из-за захвата власти Ас-Сиси в 2013 году". Однако, пишут авторы, Каир также "признал вновь обретенный статус Москвы, позволив России провести совместные военные учения на своей территории в прошлом году - такие маневры Кремля в Африке проводились впервые". "Взамен Москва оказала давление, пытаясь добиться снятия санкций ООН, на Ливию, где Хафтар, союзник Сиси, все еще борется за то, чтобы стать военным автократическим правителем страны", - говорится в статье.

"Путин даже достиг новых уровней дружбы с Израилем, ближайшим и самым важным союзником Вашингтона на Ближнем Востоке", - продолжают авторы. Россия не досаждает Израилю критикой новых поселений на Западном берегу реки Иордан, как это делали США при Обаме и продолжают делать при Трампе. После третьей встречи Путина и Нетаньяху в Москве в июне Россия предложила стать принимающей стороной мирных переговоров в Москве между премьер-министром Израиля и палестинским лидером Махмудом Аббасом, напоминают журналисты. "В этих расцветающих отношениях, основанных на прагматизме, оба лидера увидели для себя разные возможности: для Нетаньяху - это стало дистанцированием от администрации Обамы, а для Путина - вызовом Вашингтону", - пишет издание.

"Россия намерена удерживать свое новое господство на Ближнем Востоке - а это означает, что региональным лидерам придется найти способ кооперации с обеими сторонами" - Москвой и Вашингтоном, считает издание. "Израиль может попытаться найти компромисс между отношениями с Россией и с США, то же самое применимо к Египту", - пишут авторы.

"Можно вполне вообразить что-то вроде совместных усилий России, Египта и США" по проблемам ближневосточного региона, например по арабо-израильскому мирному процессу, цитирует издание Хью Ловатта, эксперта по Ближнему Востоку и Северной Африке в Европейском совете по международным отношениям. "Такая триада может импонировать Израилю, который развил тайные связи с Египтом в сферах дипломатии и безопасности больше, чем с какой-либо другой арабской страной", - говорится в статье.

Для США это будет во многом новый способ работы". "В ходе всех предыдущих мирных переговоров на Ближнем Востоке они были главным игроком, - подытоживает издание. - Теперь Трампу придется столкнуться с некомфортной реальностью: чтобы заключать мирные соглашения, бороться с терроризмом и защищать американские экономические интересы в регионе, у него может не быть другого выбора, как продолжать восхищаться человеком, который сделал такими сложными восемь лет президентства предыдущего лидера США".

Россия. Ближний Восток > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 10 февраля 2017 > № 2068442


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 февраля 2017 > № 2068338

Москва готовит нового бескомпромиссного посла для Вашингтона

Пол Маклири (Paul McLeary), Рид Стэндиш (Reid Standish), Foreign Policy, США

По сообщениям, Москва готовится отправить в Вашингтон нового посла, и, как показывает история, он может отлично вписаться в новые политические реалии этого города.

В понедельник несколько российских новостных агентств сообщили, что Кремль рассматривает вопрос о назначении на этот пост Анатолия Антонова, сторонника «жесткой линии», который сейчас занимает должность заместителя министра иностранных дел. Антонов — фигура, хорошо известная дипломатам США, некоторые из них охарактеризовали его как жесткого, хорошо подготовленного переговорщика, который также может быть упорствующим пропагандистом, если возникает такая необходимость.

«Он — сила, с которой придется считаться», — сказал Foreign Policy Мэтью Рожански (Matthew Rojansky), директор Института Кеннана в Центре Вильсона. «Если Москва хочет и дальше иметь в Вашингтоне первоклассную команду, то в его назначении есть смысл».

61-летний Антонов сделал карьеру дипломата и только в декабре был назначен заместителем министра иностранных дел. До этого он занимал пост заместителя министра обороны России и стал лицом вмешательства Кремля в дела Сирии, направленного на поддержку президента Башара аль-Асада. Антонов проводил многочисленные брифинги для прессы по этому вопросу. Он также был движущей силой вторжения Москвы на Украине в 2014 году.

Из-за событий на Украине, где в последнее время наблюдается всплеск боевых действий между поддерживаемыми Россией сепаратистами и правительственными войсками, Антонов также оказался в списке санкций ЕС в 2015 году.

Демонстрируя способность наносить противнику болезненные удары, Антонов играл ведущую роль в словесной войне Москвы с Турцией, после того как был сбит российский самолет на границе между Турцией и Сирией в 2015 году. Он громко озвучил обвинения Москвы в адрес президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, который якобы был причастен к незаконной торговле нефтью с «Исламским государством» (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.). Москва отказалась от этих заявлений после улучшения отношений между двумя странами.

У министра есть многолетний опыт ведения переговоров с американскими чиновниками. Он был главным представителем на переговорах по соглашению СНВ-III в 2010 году, а также сотрудничал с американским дипломатом Роуз Геттемюллер (Rose Gottemoeller), нынешним заместителем генерального секретаря НАТО. Один чиновник США сказал FP, что Антонов заслужил уважение американцев благодаря своей деловой манере ведения быстрых переговоров.

После Лиссабонского саммита НАТО в 2010 году, Антонов снова стал главным представителем на переговорах с США по вопросу сотрудничества в сфере противоракетной обороны.

«Переговоры начались очень конструктивно», — сказал тогда Александр Вершбоу (Alexander Vershbow), высокопоставленный чиновник Пентагона, который тоже участвовал в переговорах. Но после года переговоров российская команда изменила курс, решив не дать США и НАТО развернуть ракеты в Европе. «Затем Антонов стал блестящим обструкционистом, противником и пропагандистом», пока Москва не закончила переговоры с Соединенными Штатами и НАТО в 2013 году, сказал Вершбоу, который в октябре ушел в отставку с поста заместителя генерального секретаря НАТО.

В 2015 и 2016 годах Антонов также стоял во главе попыток России начать переговоры с гражданскими чиновниками США в Пентагоне, чтобы убедиться, что самолеты США и России сохраняют дистанцию в небе над Сирией.

Сообщения в российской газете «Коммерсант» указывают на то, что несколько месяцевназад, когда казалось, что кандидат от демократов Хиллари Клинтон станет президентом, Кремль прослушивал Антонова. Догматические взгляды Антонова считались преимуществом в ходе взаимодействия с Клинтон и для того, чтобы ориентироваться в отношениях между США и Россией, которые, по предположениям Кремля, должны были стать напряженными.

Несмотря на прискорбную победу Трампа и более примирительный тон в отношении России, Антонов, по-видимому, до сих пор отвечает этим требованиям. Но он окажется в совершенно ином Вашингтоне.

Администрация Трампа заняла более пророссийскую позицию, чем команда Обамы, и рассматривает идею отмены санкций США (в одностороннем порядке) в отношении российских компаний и частных лиц, а также планирует сотрудничество с российскими силами в Сирии для борьбы с «Исламским государством».

Анонимный советник чиновников национальной безопасности США сообщил FP, что главные советники Трампа, в частности, стратег Белого дома Стив Бэннон (Steve Bannon) и советник по национальной безопасности Майкл Флинн (Michael Flynn), рассматривают Россию в качестве потенциального партнера. «Не то чтобы они были почитателями России. Они считают, что во всей этой схеме Россия не является реальной проблемой. Нам необходимо переосмыслить то, как мы работаем с Россией, и, в конце концов, Россия может на самом деле — иногда — быть партнером для сотрудничества в таких вопросах, как Китай и радикальный ислам», — сказал чиновник.

Выступая на конференции по борьбе с терроризмом в Москве в апреле прошлого года, Антонов пришел к такому же выводу и высказал предупреждения, аналогичные тем, которые исходят от Белого дома в течение последних нескольких недель.

«Сегодня никто не может чувствовать себя в безопасности, никто не живет на острове», — предупредил Антонов, добавив, что единственный способ побороть террористов, прибывающих с Ближнего Востока, — это сотрудничество внутри международного сообщества. «То, что мы сделали еще во времена Второй мировой войны», — добавил он.

«Сегодня преградой стали политические амбиции и эгоистичные национальные интересы отдельных стран, которые прекрасно понимают, что не могут бороться с терроризмом самостоятельно», — заключил он, завуалировано намекая на администрацию Обамы.

Но реальная сила Антонова, как и всех бывших послов России, заключается в контроле над вооружениями. «Кто бы ни находился в Белом доме, ядерное оружие является важным вопросом для Москвы», — сказал Джон Хербст (John Herbst), директор Евразийского центра Атлантического совета и бывший посол США в Украине.

Нынешний посол Москвы в США Сергей Кисляк, назначенный после избрания Барака Обамы в 2008 году, также был заместителем министра иностранных дел перед отправкой в Америку и проделал большую работу в сфере нераспространения ядерного оружия.

Несмотря на репутацию бескомпромиссного политика, в Вашингтоне Антонов будет продвигать приказы Кремля, а не свои собственные.

«Он профессионал, исполнитель приказов, но не новатор, — сказал Хербст. — Он не опозорит Москву и будет следовать линии Кремля, какой бы она ни была».

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 февраля 2017 > № 2068338


Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 февраля 2017 > № 2068336

Нападок на христиан все больше, но где же возмущенные?

Жиль Голднадель (Gilles-William Goldnadel), Le Figaro, Франция

Постановление Трампа, теракт в Лувре, дело Фийона, рост числа антихристианских акций… Жиль-Уильям Голднадель осуждает западный мазохизм на фоне того, как информационно-политическую систему бросает от недомолвок к истерии.

На этих страницах я уже не раз проводил психопатологический анализ современного информационно-политического сообщества. В частности недавно я предлагал противопоставить западный мазохизм садистской восточной паранойе, которую питает исламо-левацкий нарциссизм.

В таком исследовании коллективного бессознательного я предлагаю рассмотреть истерию, которая охватила ряд произвольно выбранных вопросов по обоим берегам Атлантики. По силе с ней могут сравниться разве что обезболивающие, которые прописывают для лечения экзистенциональной тревоги французского общества.

Нет сомнений, что критика Трампа станет в ближайшие годы главным инструментом антизападной деятельности.

Все это может помочь вернуться на первый план левацкому движению, чей интеллектуальный и нравственный престиж переживает глубокий спад. Тем более что в цель легко попасть из-за ее немалых размеров.

Можно легко заявить, что антииммиграционные постановления, которые администрация нового президента, по всей видимости, приняла на скорую руку, представляются не слишком убедительными с точки зрения безопасности и списка представленных в них государств.

Только вот этот аргумент несколько меркнет с учетом принципа предосторожности и в свете недавнего теракта на французской земле, который устроил приехавший из эмирата египтянин.

В любом случае любое хоть сколько-нибудь рациональное обсуждение стало решительно невозможным из-за возникшей в СМИ антирасистской истерии.

Но пока не будем вдаваться в описание ряда проявлений, анализом которых не погнушался бы доктор Шарко, и отметим один периферический лингвистический момент, подтверждение сильнейшей идеологизированности современного вокабуляра.

Те самые люди, что категорически против определения Франции как христианской страны, не видят ничего страшного в характеристике Сирии или Судана как мусульманских стран. Таким образом, они стараются еще больше подчеркнуть антирелигиозный характер решения.

Эти люди, не задумываясь, говорят о «черной Африке» или «земле ислама», но готовы отправить под суд любого, кто скажет «христианская земля» или «белая Европа». Попробуй пойми…

Телевидение со всей благосклонностью отнеслось к левацким и исламистским активистам, которые заявились с плакатами в американские аэропорты, чтобы выразить свое возмущение. Наши телевизионщики смотрят, но не видят, и в их глазах американские аналоги исламо-левацких движений и антифа предстали символами стихийного народного гнева.

Чтобы несколько прояснить ситуацию, отметим, что «американцы по большей части поддерживают антииммиграционные постановления» (опрос Ipsos-Reuters: 49 % за и 41 % против), в отношении которых настроенные против Трампа СМИ развернули совершенно непропорциональную и даже возмутительную (это касается ряда сравнений с Холокостом) кампанию.

В рамках все тех демонстраций истерии напомним о потасовках, которые разгорелись неделю назад в Калифорнийском университете в Беркли, где некоторые студенты решили устроить протест против присутствия журналиста консерваторского сайта Breitbart.

«Заткните его!» — кричали они.

Наверняка эти же самые люди оправдывают предисловие своего идола Ноама Хомского (Noam Chomsky) к негационистской книге Робера Фориссона (Robert Faurisson) во имя все той же свободы слова.

Во Франции освещение ситуации вокруг Фийона тоже не отличается ни умеренностью, ни здравомыслием.

Как бы неловко тот не оправдывался и какую бы уголовную или нравственную ответственность не понес по итогам этого дела, ничто не может служить оправданием для настоящего разгула всевозможных расследований. От слежки за его бывшими сотрудниками до специальной передачи на государственном телеканале с активной рекламой… Было бы просто прекрасно, если бы ведущая Элиз Люсе (Élise Lucet) проявила бы то же непреклонное упорство в расследовании бесхозяйственности на государственном телевидении, о которой периодически, но без особого напора говорят в Счетной палате…

Симметрично этой истерии, которая характеризует отношение ко всем тем мерам, что Запад, быть может, неловко, принимает против вторжения или терроризма, соответствует применение сильнейших анестетиков для успокоения экзистенциональной тревоги населения.

Недавний теракт в Лувре показал, что информационно-политическая Франция буквально кишит такими анестезиологами, которые убаюкивают ее сказками после того, как она просыпается в холодном поту от кошмара.

Пролитая в последнем теракте кровь еще не успела засохнуть, как миграционные вопросы уже засунули куда-то подальше.

Их не поднял ни один журналист на протяжение всех праймериз левых.

Точно в таком же ключе, одурманенной хлороформом Франции говорят, что число антиеврейских и антимусульманских акций за последний год сократилось. Только вот тут почему-то забывают уточнить, что агрессия против христиан пошла в гору.

В предвыборном контексте перед нами остро встает вопрос, по силам ли общественному мнению, которое в своем большинстве умеет не идти на поводу у истеричных марксистов, противиться этим располагающим к себе анестезиологам и прочим торговцам песком.

К тем, кто будут помогать этой торговле мечтами в кредит, следует сразу же начать относиться, как к буйнопомешанным.

Франция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 февраля 2017 > № 2068336


Франция > Внешэкономсвязи, политика > rfi.fr, 10 февраля 2017 > № 2067727

Как боты могут повлиять на исход президентских выборов во Франции? На этот вопрос пытаются ответить две газеты – Le Figaro и Libération. Внешняя разведка Франции (DGSE) серьезно обеспокоена вмешательством интернет-пиратов, которые поддерживают кандидата на пост президента Марин Ле Пен. Так пишет Le Figaro, отмечая, что это те же самые пираты, которые поддерживали Дональда Трампа на выборах президента США и которые не скрывают своей поддержки Владимира Путина.

Елисейский дворец и внешняя разведка «уверены, что сейчас во Франции происходят операции, аналогичные тем, которые проводились во время президентской кампании в США». При этом французские разведслужбы только предполагают, что атаки могут исходить от российских хакеров, однако более точной информации не дают. Единственное, что удалось узнать газете, это что в ближайшие недели в Елисейском дворце пройдет заседание Совета обороны Франции (куда входят все силовые министерства и ведомства), на котором эксперты DGSE проинформируют президента о последних кибератаках с целью дестабилизировать президентские выборы. На запрос газеты о подробностях этих кибератак администрация президента Франции ответила, что это «информация секретного характера».

Тем не менее, некоторые предположения по поводу содержания кибератак можно сделать самим, пишет Le Figaro. Так, во время праймериз в партии «Республиканцы» в социальных сетях массово распространялись сообщения, озаглавленные «Али Жюппе» или «Фарид Фийон», указывающие на предполагаемую промусульманскую политику кандидатов. Как написали позже многие французские издания, эти сообщения были «делом рук» ботов одной фашиствующей закрытой группы, именуемой себя «The Great Liberation of France» (Великое освобождение Франции). Размещенный на платформе Discord чат этой группы выступал в поддержку Дональда Трампа во время предвыборной кампании в США. Сейчас же группа выступает в поддержку лидера крайне правого Нацфронта Марин Ле Пен.

Журналисту газеты Libération удалось вступить в контакт с членами этой группы, которые открыто поддерживают «Национальный фронт» и призывают к интернет-атакам на кандидатов от других партий. «Протрамповские тролли наводняют твиттер сообщениями в защиту Марин Ле Пен», — пишет газета. А так как за этими троллями американские службы уже давно подозревают руку Кремля, это позволяет предполагать, что и на выборы президента во Франции стремится повлиять все тот же Кремль.

Вопросы кибербезопасности уже обсуждались на специальном семинаре, организованном французскими спецслужбами для предвыборных штабов политических партий. Там объясняли технику троллей и ботов на примере кампании Дональда Трампа. Все партии довольно серьезно отнеслись к возможности такого вида атак, кроме «Национального фронта», который не участвовал в семинаре. Это совсем не удивительно, так как в службе внешней разведки партию Марин Ле Пен считают главным заказчиком этих атак.

Хрупкий союз

Война в Сирии стала темой одной из статей пятничного номера газеты Le Monde. В настоящий момент главный фронт операций против террористической организации «Исламское государство» находится недалеко от Алеппо, в городке Эль-Баб.

Там сейчас сконцентрированы силы сирийской регулярной армии и отряды оппозиции, а небо постоянно контролируется самолетами российской, турецкой и американской авиации. За последние дни турецкая армия отрапортовала об успехах в наступлении на боевиков ИГ в Эль-Баб.

Это наступление тут же вызвало беспокойство Дамаска, который заявил, что после освобождения город должен оставаться под контролем армии Асада. Турция, в свою очередь, желает создать своего рода буферную зону (а на самом деле – создать протекторат, пишет Le Monde), входящую в приграничную зону. В центре конфликта оказалась Россия, которая, с одной стороны, поддерживает Асада, а с другой – сотрудничает с Турцией в борьбе против ИГ.

Не случайно именно во время наступления турецкой армии произошел инцидент, в котором от российских ударов погибло трое турецких солдат. Возможно, для России это являлось своеобразной манерой напомнить Турции о своем месте, но российский президент Владимир Путин не захотел раздувать конфликт и принес свои извинения турецкому коллеге.

Возможно также и то, что после телефонного разговора между Реджепом Эрдоганом и Дональдом Трампом Турция почувствовала себя более свободной в своих действиях. Так или иначе, но слабый российско-турецкий союз сейчас опять на грани риска.

Франция > Внешэкономсвязи, политика > rfi.fr, 10 февраля 2017 > № 2067727


Франция > Внешэкономсвязи, политика > magazines.russ.ru, 9 февраля 2017 > № 2079079

На площади Бастилии больше не танцуют

Французы пересматривают опыт «великой» революции

Юрий КАГРАМАНОВ

Каграманов Юрий Михайлович — культуролог, публицист, постоянный автор «Дружбы народов». Последние публикации в «ДН»: «Крик Майастры. Перспектива консервативной революции в Европе» (№2, 2013); «Нерон высадился в Америке» (№8, 2013); «На подходе ко второму Просвещению» (№1, 2014); «Призрак Закона» (№7, 2014); «Кого ждет “триумф воли”? Противоборство идеологий на Украине» (№3, 2015); «Обаяние Птолемея» (№3, 2016).

До последнего времени образ Французской революции был окружен романтическим ореолом. Ей восхищались русские революционеры — от декабристов и Белинского, который, читая историю революции, от восторга «катался по полу» (свидетельство К.Д.Кавелина), до Ленина и Троцкого. Даже люди, далекие от революционного движения, несмотря ни на что, зачастую сохраняли о ней идеалистическое представление. Так, Фёдор Сологуб, наблюдая за тем, во что превращается Русская революция, писал: «восставшая против деспотизма» Франция несла Европе крещение «огнем и кровью», а Россией овладел «гнусный бес», который «мажет нас грязью». Надо ли упоминать о том, каким было отношение к революции, получившей титул Великая, у нее на родине?

Однако в последние десятилетия идеализированное представление о Французской революции стремительно утрачивает кредит в самой Франции. Если судить по литературе, кино и телевидению, то выходит, что якобинский комиссар в щегольской шляпе с изящно загнутыми полями (для некоторых чинов еще и с синим плюмажем) был одержим «гнусным бесом» нисколько не меньше, чем большевистский комиссар.

Круглая годовщина — сто лет с начала Русской революции — дает повод «юбилейным» размышлениям на эту тему, для нас наиважнейшую. В России до сих пор нет единого мнения об отечественной революции 17-го года. И было бы весьма интересно разобраться, что думают о своей революции французские историки и какое складывается на сей счет общественное мнение. Тем более что имеется множество параллелей в событиях двух революций, равно как и в подготовительных их этапах и в последующей за ними истории.

«Штурм» Сорбонны

То ли Маркс, то ли Энгельс, точно уже не припомню, писал, что с момента «великой» революции 1789 года политическая история Франции развивалась в «классических формах». Что в ней было такого «классического», понять трудно. Вся она в продолжение почти целого столетия, считая со дня штурма Бастилии, состояла из непродуманных рывков и попятных движений, скольжений то влево, то вправо. Лишь к началу 80-х годов XIX века положение более-менее «устаканилось» и республика утвердилась в определенных идейных координатах. Тогда и сложился миф о «великой» революции, которую надо принимать en bloc, целиком, с равным энтузиазмом приветствуя Лафайета (либеральный период) и Робеспьера (якобинский период). Оплотом этого мифа стала Сорбонна, парижский университет. А день взятия Бастилии, 14 июля, стал национальным праздником Франции.

Но вот в годы, непосредственно предшествовавшие двухсотлетию революции, одно за другим стали появляться исследования, которые нанесли мифу непоправимый ущерб: это «Великая дисквалификация» П.Шоню (крупнейший на тот момент среди французских историков), «Мыслить Французскую революцию» Ф.Фюре, «Христианство и революция» Ж. де Вигери, «Цена Французской революции» Р.Седийо, «Трудная профессия короля» М.Антуана, «Французская и Американская революции» Ж.Гюсдорфа. Никто из названных историков не примыкал идейно к реакционерам типа Жозефа де Местра. Ныне покойный Шоню, например, был либералом английского типа — «постепеновцем». Фюре одно время состоял в компартии, но и выйдя из нее, оставался расплывчато-левым. По-новому взглянуть на революцию побудила их научная добросовестность, но также изменившаяся атмосфера.

Начавшаяся перемена мыслей на уровне академического сообщества отразилась на праздновании двухсотлетия взятии Бастилии 14 июля 1989 года. Традиционное шествие на Елисейских полях на сей раз вылилось в подобие грандиозного карнавала, в котором приняли участие приглашенные из разных концов света. Тематически он очень мало был связан с революцией; разве что однажды прозвучала «Марсельеза», которую спела почему-то негритянская певица из США. Спасибо хоть, что по-французски.

«На площади Бастилии больше не танцуют», — говорит один из персонажей франко-американского фильма «День взятия Бастилии» (2016). Положим, кто-то здесь еще танцует, но персонаж имеет в виду, что народное ликование по случаю взятия королевской твердыни ушло в прошлое. А иные авангардисты даже находят площадь подходящим местом для демонстрации макабрических танцев (dance macabre).

В последующие годы «штурм» Сорбонны историками-ревизионистами продолжился. Вехой здесь стала «Чёрная книга Французской революции» (2008; переиздана в 2014),(1) интерес к которой вышел далеко за рамки академических кругов. В ней увидели пандан к «Чёрной книге коммунизма», изданной в том же Париже в 1997-м. Сорок пять авторов (в основном историки, но также писатели и журналисты) на пространстве почти в тысячу страниц гвоздили миф под разными углами зрения, в основном развивая мысли своих предшественников, как далеких (И.Тэн, О.Кошен), так и непосредственных (Шоню, Фюре).

В статье историка П.Клода обосновывается точка зрения о том, что революция не была делом народа, в подавляющей своей части плохо понимавшего, что происходит. Реально ее вершила кучка «идейно возбужденных» деятелей, выдвигавшая из своей среды вождей, которые увлекали за собою деклассированные слои города и деревни. Но и вожди по мере развития революции не столько влекли, сколько были влекомы; некоторые из них сами признавались, что их «несет» куда-то даже вопреки их желанию.

Это было похоже на обвал в горах: сначала падают отдельные камни, за ними другие, потом обрушивается целый поток тяжелых горных пород.

В других статьях указывается, что Франция стала осыпаться после свержения и казни короля. Как считают авторы, одного из самых добропорядочных в истории страны. И кстати, податливого (порою даже излишне податливого) — идущего, пусть даже после некоторых колебаний, на все уступки, которых требовали у него революционеры. Монарх, пишет историк Ж.Гаффио, был «собирательным лицом» Франции; когда его не стало, она будто лишилась своего лица.

Если король служил «замком свода» французского общества, то католическая Церковь была его духовным фундаментом. В ней, пишет историк Ж. де Вигери, революционеры видели главного своего врага; поэтому они развязали против нее гонения, которых мир не видел со времен Диоклетиана. Уже в 1792—1793 годах были закрыты все церкви и монастыри (чего даже в СССР не было), разрушено множество храмовых зданий, представлявших большую архитектурную ценность, казнено или убито без суда свыше восьми тысяч священников и монахов. Надругательству подверглись мощи святых; например, мощи св.Геновефы (Женевьевы), покровительницы Парижа, были положены под нож гильотины. Робеспьер, который не был атеистом, но веровал, как пишет де Вигери, в «бога деистов, без слов и без любви», учредил было надуманный культ «верховного существа», но он сдох на другой день после падения Неподкупного. Десять лет Франция прожила без религии — до 1802 года, когда Наполеон вновь открыл церкви. За это время выросло поколение, совершенно незнакомое ни с катехизисом, ни с церковной обрядностью.

Было разорено и унижено французское дворянство, никогда уже не оправившееся от того удара, который нанесла ему революция. Авторы сборника, впрочем, считают, что отчасти оно получило по заслугам. Когда-то бывшее носителем рыцарских идеалов, знакомых нам хотя бы по «Трём мушкетерам» (Дюма точно выбрал время — правление Людовика XIII и Фронда — когда они еще оставались в силе), оно в последние десятилетия Старого режима покидало свои поместья и стекалось в Версаль, где выступало в ролях блюдолизов разного статуса и ранга. Иные князья и графы прислуживали королю за столом, как обыкновенные лакеи, иные со шпагами на боку выносили за ним судно! Хотя понятия о чести не совсем их оставили: когда потомки крестоносцев всходили на эшафот, где их ждала гильотина, то, как правило, сохраняли горделивую осанку.

Каковы бы ни были изъяны Старого режима, не было никакой необходимости штурмовать Бастилию и вести дело к дальнейшему кровопролитию. Податливым показал себя не только лично король, податливой показала себя большая часть аристократии и бюрократической верхушки. Поставленных революцией целей (первоначально они были достаточно разумными) можно было добиться путем легальных процедур. Но революция, как писал Шоню в книге «Великая дисквалификация», «уподобилась ребенку, который топает ногами и кричит: хочу всего сразу! Хочу сейчас!» «Революционное нетерпение» переросло в форменное безумие, которое было опоэтизировано следующими поколениями. Один из самых ярких образов, оставленных ими: «Марсельеза» Рюда (горельеф на фронтоне Триумфальной арки) — крылатая дева-воительница, зовущая покарать врагов, которых в реальности не было.

«Черная книга» лишь походя касается якобинского террора, вписавшего самые черные страницы в историю революции. Но это потому, что в предыдущие годы данную тему рассмотрели очень тщательно и вынесли на сей счет почти всеобщий вердикт, не допускающий никакого оправдания террору. Поскольку эта тема все-таки затронута, обращает на себя внимание замечание историка Ф.Моргана о том, сколь резким диссонансом ворвался террор в атмосферу конца века, исполненную, казалось бы, прекраснодушия и моцартианского лиризма. Изящно склоненные женские головки Буше и Греза ожидали, вероятно, услышать что-то совсем другое, чем те крики ненависти, которыми «вдруг» огласились стогна древней Лютеции. И ведь уже был написан «Вертер»! (Для сравнения: Русской революции предшествовало множество зловещих предсказаний, а пришедшие к власти большевики и левые эсеры крепко держали в уме историю якобинского террора и в самом скором времени пошли по французским кровавым следам.)

Пафос революции есть ненависть и разрушение, — писал С.Н.Булгаков в «веховской» статье «Героизм и подвижничество». Выгорев, революционный огонь оставляет после себя пепел (а подвижничество продолжает гореть ровным пламенем). Крылатая дева Рюда эффектно взлетает — и падает. Зачарованных ее взлетом ожидает неприятный сюрприз: плодами революции пользуется довольное собою мещанство. Бальзак (в юности увлекшийся красивой воинственностью 93-го года) спрашивал: неужели королю отрубили голову для того, чтобы лавочник из Сомюра мог выдать свою дочь за «достойного» господина?

Уже с Термидором открылся момент истины: верхние позиции в обществе заняла порода людей сугубо прозаического склада. Возник, пишет Шоню, «новый правящий класс, более грубый, более жадный, синдикат воров, неразрывно связанный с новым порядком вещей».

Эрнест Ренан писал в 1868 году: «На исходе XVIII века наследники обанкротившейся революции с их мелочными подходами в вопросах семьи и собственности выстраивали мир пигмеев и смутьянов». Следует оговориться, что на исходе XVIII века самим наследникам было еще не ясно, какой мир они выстраивают, зато это становилось ясно во времена Ренана: спустя два года после написанного пигмеи, неожиданно для всей Европы, привыкшей к французским победам (см. «Заметки о войне» Ф.Энгельса), с треском проиграли войну с немцами, а вслед за тем смутьяны устроили в Париже очередную кровавую революцию.

К числу бесспорных последствий революции относится поэтапное ослабление национального организма, о чем подробно писал Шоню в «Великой дисквалификации» (слово declassement в заголовке может быть переведено также как «понижение в ранге»). Особенно наглядно свидетельствует об этом демография: в 1789-м во Франции проживала пятая часть населения Европы (включая Россию), сейчас — 8%. Не менее выразительны экономические показатели: страна производила четвертую часть европейского ВВП, сейчас — одну десятую. Лишь по производству ВВП на душу населения и по уровню промышленно-технического развития Франция несколько отставала от Англии, но и здесь наступала ей на пятки. После революции о соперничестве с Англией пришлось забыть.

С большим опозданием подсчитали — прослезились.

В «Чёрной книге» эту тему развивают и другие историки. Т.Жоссеран пишет: мы ослеплены победами Наполеона, но куда большее значение имело поражение, понесенное французским флотом при Трафальгаре. Оно не было случайным: в революционные годы морское офицерство — элита французского офицерского корпуса — было уничтожено или изгнано с кораблей, в результате чего флот резко ослаб. Франция, пишет Жоссеран, «уступила таким образом Соединенному королевству возможность стать первой морской, а значит и торговой, и промышленной державой Европы. Эта катастрофа была прямым следствием революции».

Д.Дешер указывает, что Людовику XVI, хотя обычно его считают слабым королем, не чуждо было стратегическое мышление. Он намеревался вернуть утраченные в результате Семилетней войны обширные колониальные владения (район Великих озер и весь бассейн Миссисипи в северной Америке, территории в Индии) и установить французское господство на морях. Он был единственным правителем в истории Франции, который флоту уделял больше внимания, чем сухопутным войскам. И не напрасно: в период американской Войны за независимость французский флот, защищавший новорожденную республику, нанес ряд чувствительных поражений англичанам.

К сказанному добавлю от себя: существуют косвенные свидетельства, что в начальный период революции Англия, заинтересованная в ослаблении французской монархии, всячески «разжигала огонь», действуя через свою агентуру в Париже (немногочисленную, но весьма дееспособную). Хотя прямых доказательств этому я не нашел.

И еще одно последствие я бы сюда добавил: относительный культурный упадок, начавшийся с революцией и продолжавшийся примерно до 1825 года. Для сравнения, крайне невыгодного французам: в соседней Германии это время «бурных гениев», особенно в области литературы и в области музыки.

Авторы «Чёрной книги» широко активируют «ресурс» критических суждений о революции, датированный XIX — XX веками. Это, конечно, граф Жозеф де Местр и виконт Луи де Бональд, но также Бальзак и Мюссе, Вилье де Лиль-Адан и Бодлер (да-да, автор «Цветов зла» был легитимистом!), Ренан и Барбе д'Оревильи, Верлен и Гюисманс, Доде и Мопассан, Пеги и Бернанос.

Своеобразную позицию в этом ряду занимает писатель Леон Блуа. Начинавший как ученик проживавшего в Париже Герцена, как атеист и революционер анархического толка, Блуа вернулся в лоно католичества и привнес в него ярость своих прежних воззрений. Став в принципе роялистом, он в то же время резко негативно отзывался о «нечистой семье» Бурбонов и заявил себя сторонником теократии, причем очень жесткой, даже жестокой. «Неистовый католик» Блуа оправдывал… якобинский террор (только не в отношении монарших особ, каковы бы они ни были), как «предвосхищение Божьего суда»(2), и грозил новыми, еще более масштабными репрессиями; он, например, предлагал ввести смертную казнь за отказ причащаться хотя бы четыре раза в год. Был бы он жив сегодня, вызвал бы острую ревность у исламистов.

Подводя некоторый итог усилиям историков-ревизионистов, можно констатировать, что «штурм» ими Сорбонны удался: историки старой, «якобинской» школы оттеснены на вторые роли. Только в школьных программах они еще сохраняют остаточное влияние, но вытеснение их оттуда, вероятно, — вопрос времени.

Тем более, что есть еще важная сфера, где «якобинская» школа утратила всякий кредит, — это сфера «национальной памяти», которую историк Пьер Нора четко отделил и от коллективной памяти традиционного общества, и от исторической науки. «Национальная память» в ее современной конфигурации лабильна, неустойчива, тематически раздроблена. Она пытается «связать времена», но делает это так, что прошлое оказывается «приспособленным» к настоящему; она пользуется выжимками со стола науки, но больше опирается на образы, чем на письменное слово, поэтому важнейшими средствами интерпретации служат ей кинематограф и зависимое от него телевидение.

Месть Марии-Антуанетты

«Звездный» момент Французской революции — «Марсельеза», как в музыкальном ее качестве, так и в позднейшем каменном воплощении. Но не менее «представителен» ее, скажем так, контртип, только уже не символический, а вполне реальный. Представим такую картину. Дождливое утро 17 октября 1793 года. Два могильщика приходят на парижское кладбище Мадлен, чтобы захоронить в общей яме останки казненных накануне, сброшенные прямо в грязь. Среди них полуобнаженный труп тридцатисемилетней женщины, чья отрезанная голова положена ей между ног. Это дочь императрицы Священной Римской империи и вчера еще королева Франции Мария-Антуанетта. После Наполеон скажет: «Это было хуже, чем цареубийство».

Это было проявление н и з о с т и, какая едва ли была знакома Средним векам. Леон Блуа напишет: «До 16 октября 1793 года случалось, что королевы рубили головы королевам(3), но никогда не случалось, чтобы королеву казнила Каналья, это хамское величество нынешних времен».

В предсмертном письме Мария-Антуанетта, как известно, по-христиански простила своих палачей. Но не простили девы-эвмениды, естественно, чуждые христианских понятий: их месть состоит в том, что фигура королевы владеет современным воображением более всех остальных персонажей великой драмы. Об этом, как и о других моментах, связанных с историей революции, свидетельствует в первую очередь кинематограф (о Марии-Антуанетте снято всего около тридцати фильмов; из них я посмотрел те, о которых заранее знал, что их отличает более высокий, сравнительно с другими, художественный уровень).

Шестичасовой (еще более пространный в телевизионном варианте) двухчастный фильм «Французская революция» Робера Энрико, вышедший в год Двухсотлетия, уже отразил сдвиги в представлениях о ней, совершившиеся под влиянием историков-ревизионистов. Если день 14 июля в этот год еще оставался праздником (формально и сейчас еще остается), хотя уже с сильно смазанным содержанием, то в фильме отношение к революции двойственное: недаром он разделен на две части, первая из которых названа «Годы света», а вторая «Годы ужаса». Еще повторяется традиционное вранье о штурме Бастилии (на самом деле не было ни одного «героически погибшего» инсургента, погибли только комендант крепости, приказавший открыть ворота, и несколько его солдат). Конечно, в революции был «момент» света — разумного стремления к обновлению(4), но не было «годов света», ибо грозовая тьма нависла над нею с самого первого дня: надетая на пику голова несчастного коменданта де Лоне возвещала о том, что с самого начала все пошло «не так».

Но «годы ужаса» показаны правдиво: это обжигающее прикосновение к трагедии, каковою является история на своих высотах и на своих глубинах. Подлинные герои этой части, точнее, герои-мученики — королевская чета, не только королева, но и король, кажется, впервые в истории французского кино показанный так, что он вызывает симпатию.

Вышедший в том же году фильм «Австриячка» Пьера Гранье-Дефера почти целиком сосредоточен на судебном процессе, где низложенная королева, преображенная страданием, ведет себя стоически. Пусть она и не была безупречной супругой, но стократ порочнее выглядят ее обвинители и «свидетели по делу» — и те, что гнусные порнографические картинки, на которых она изображена, ей же ставят в вину, и те, что обвиняют ее в совращении собственного десятилетнего сына. Отвратителен Фукье-Тенвиль, «общественный обвинитель», требовавший перед казнью выпустить из бывшей королевы побольше крови, чтобы она не могла сохранять на эшафоте свою гордую осанку (к счастью, требование было сочтено чрезмерным)(5). А лицо «народа» здесь — лицо, то бишь морда, зверя.

Совсем иной путь к сердцу современного зрителя находит королева в фильме франко-американского производства «Мария-Антуанетта» Софии Коппола (2006). Чувственная Кирстен Данст, портретно совсем не схожая с прототипом, играет здесь «королеву гламура». Со вкусом показан обиход Версальского дворца, представляющий своего рода произведение искусства; им можно любоваться, как любуются, например, балетом. Но заритуализированную жизнь современному нам человеку долго выносить трудно, поэтому нам показывают, как королева «отрывается», с большим азартом играя в карты (что было) в сомнительного вида заведениях (чего быть не могло) или отплясывая какие-то непонятные танцы под звуки чего-то, похожего на... рок-н-ролл. Joie de vivre (радость жизни) в стиле галантного века сношается с современным кайфом. «Неуместная» революция отодвигается в конец фильма, который завершается отъездом из Версаля королевской четы, в последний раз глядящей на него из окна кареты. «Прощай навсегда, Версаль!» — это грустное чувство призван разделить с нею и зритель. По истории это 6 октября 1789-го, самое начало революции.

Шестисерийный телефильм «Мария-Антуанетта» Пьера Дероше (2009) тоже увлекает эстетикой Версаля, только уже вне связи с современным масскультом. Королева — плод и одновременно венец утонченной культуры рококо; у нее «моцартианская душа», которая была грубо растоптана сапогом санкюлота, превратившим ее в «гражданку Капет». Маяковский, любовавшийся «трещиной в столике Антуанетты», которую оставил «штыка революции клин», оказался бы здесь не понят.

Особенно интересен психологически тонкий фильм «Прощай, моя королева» Бенуа Жако (2012). Героиня здесь, собственно, не королева, а ее чтица (была при ней такая должность) Сидони Лаборд (историческое лицо, она оставила воспоминания, положенные в основу сценария), девушка «скромного» происхождения. Королева вызывает у чтицы немой восторг. Возможно, есть в ее чувстве лесбийский оттенок, но в основе своей оно метафизично: королева для Сидони — смысловой центр мира; вынужденная покинуть ее навсегда, Сидони записывает в дневнике: «Без нее я никто». Спроецировав это чувство в «грубую» политическую плоскость, получим монархическую идею.

Но в фильме проводится и демократическая идея. Ввиду грозящей им опасности окружающие королеву придворные бегут за границу; среди них и ее наперсница герцогиня де Полиньяк с супругом. Королева велит чтице их сопровождать. Чтобы не быть узнанными, Полиньяки переодеваются в костюмы соответственно горничной и лакея и становятся действительно на них похожи. А чтица, облаченная в роскошное платье герцогини, преображается и на своих вельможных спутников смотрит едва ли не свысока. Вспоминается Гюго: «знатен тот, кто верен королю». Добавим: или королеве(6).

Еще одна девушка из тех лет всегда была знаменита, но скорее худою славой. Когда Жана-Луи Давида спросили, почему в его картине «Убийство Марата» отсутствует убийца, тот ответил, что не хотел, чтобы она осталась в чьей-то памяти, что само имя ее должно быть вычеркнуто из истории. Но она все-таки осталась в памяти и дождалась часа, когда была прославлена, как героиня, — и в фильме «Французская революция», и в специально посвященном ее фильме «Шарлотта Корде» Анри Эльмана (2008). Другое дело, что отважная правнучка великого Корнеля заслуживает более искусного воплощения на экране, чем то, которое было предложено.

Стоит упоминания фильм «Англичанка и герцог» Эрика Ромера (2001). Это экранизация мемуаров одной английской аристократки, в годы революции проживавшей во французской столице. Вот итог всего, что ей довелось увидеть и услышать: «Никогда не было ничего более мерзкого, чем то, что творится на улицах Парижа». Фильм пронизан симпатией к роялистам, а санкюлоты выглядят в нем еще отвратительнее, чем они, наверное, были на самом деле.

Еще одна острая тема: шуаны (в расширительном смысле — контрреволюционные мятежники Северо-Запада: это Земли Луары, включая Вандею и Бретань). Телесериал «Шуаны» Филиппа де Брока (1999) рассчитан на зрителя ветреного и игривого. Кровавая брань между белыми и синими не вызывает здесь большого интереса: первые, с точки зрения авторов фильма, слишком набожны и скудоумны, вторые слишком принципиальны и жестоки. Герои фильма, местный аристократ и его жизнерадостный сын, держатся в стороне от этой «свары» и в конечном счете улетают от нее на выстроенном ими воздухоплавательном аппарате неведомо куда.

А вот другой телефильм, «Однажды на Западе» Эрика Дика (2015), от выбора не уклоняется, принимая сторону вандейского Сопротивления, в котором до недавних пор принято было видеть запоздалую реакцию Темных веков на свет Просвещения. Герой фильма шевалье де Шаретт (до сих пор в Вандее почитаемый) — воплощение рыцарских качеств, которых явно не хватает его противникам. Вандейские мятежники здесь идут в бой с пением… «Марсельезы». И это не против истории. Да, местный аббат Люссон переписал текст песни, оставив неизменной мелодию; вот ее начальные слова: «Вперёд, католическая армия,/ День славы наступил!» Кто знает, не вернется ли когда-нибудь Франция к этому, альтернативному, тексту, оставаясь верной ставшей, как кажется, неотъемлемой от нее музыке великого гимна?

Замечу, что перемене взгляда на Вандейское восстание в какой-то степени способствовала перемена взгляда на Средние века, которые редко кто уже назовет Темными. За минувший век целая плеяда блестящих французских историков-медиевистов, похоже, убедила публику, что Средневековье было по-своему великой эпохой, в некоторых отношениях затмевающей Новое время (на чем, кстати, еще в 20-х годах настаивал Бердяев в книге «Новое средневековье»).

Любопытно, что в одном из интервью режиссер Эрик Дик высказал мнение, что противостоять агрессии исламизма Франция может и должна с позиции Вандеи, ею, то есть Вандеей, когда-то вынужденно оставленной.

И наверное, никому сегодня не придет в голову снять апологетический фильм о первых лицах революции. О Марате, Робеспьере, Дантоне. В отношении того, кого при жизни называли Другом народа, общественное мнение приближается к оценке Тэна: «экзальтированный негодяй номер один». Робеспьер — сухарь, одержимый двумя idee fixe: добродетель и террор; ни то, ни другое не греют сегодня душу (если не считать исламистов, но о них будет сказано ниже). Жизнелюбивый Дантон еще не в столь отдаленные времена стал героем талантливого фильма Анджея Вайды («Дантон», 1982). Более того, фильм, в котором Дантон выступает противником террора, сыграл заметную роль в перемене взглядов на Французскую революцию, как и на все последующие революции; запомнилась его фраза, обращенная к Робеспьеру: «Ты хочешь поднять нас на высоты, в которых невозможно дышать». Но сегодня на роль обличителя Робеспьера был бы подобран какой-то другой персонаж, ибо Дантон сам замаран кровью с головы до ног.

Говорят, что престарелый и выживший из ума аббат Сьейес (автор знаменитой брошюры «Что такое третье сословие», вышедшей в канун революции) каждое утро отдавал распоряжение прислуге: «Если придет Робеспьер, скажите, что меня нет дома». Наверное, в метафорическом смысле эту фразу мог бы сегодня повторить едва ли не каждый француз.

Даже благородный Лафайет, один из вождей революции на раннем ее этапе, человек с фантастически яркой биографией, давным-давно не удостаивался внимания кинематографистов.

Зато среди «героев» Термидора есть колоритные персонажи, которые сохраняют некоторое, пусть и отрицательное, обаяние. Таковы два «великих» циника, Талейран и Фуше, в фильме «Ужин» Эдуара Молинаро (1992)(7).

Как видим, на уровне образов история революции подвергается не менее, если не более, решительному пересмотру, чем на уровне исторических исследований. И конечно, охват аудитории в первом случае оказывается несравненно большим. Как писал Солженицын, художественное произведение может обладать «тоннельным эффектом» — вернее и короче проходит там, где научному исследованию надо преодолевать перевалы.

Перекличка

Дореволюционная Россия была в высокой степени самодостаточной страной, не в том смысле, что она отгораживалась от остального мира — то есть практически от Европы, — но в том, что не торопилась слиться с нею. Лучшие русские умы понимали, как выразился Версилов у Достоевского, «неотразимость текущей идеи», иначе говоря, идеи исторического прогресса, но относились к ней с большой осторожностью, не забывая опрашивать прошлое — ради настоящего и будущего.

К сожалению, росло число соотечественников, не просто принявших передовые — иногда без кавычек, чаще в кавычках — идеи, но и эмоционально возбужденных ими. Вообще говоря, такова русская душа, что она требует, как выразился в «Записках отшельника» К.Н.Леонтьев, «подвигов, восторгов, горя и борьбы», но это скорее в личной жизни, чем в общественной. И потом это лишь один из ее полюсов, а есть и другой, где она становится «испросящей нам от Христа Бога нашего тихое и богоугодное житие» (из молитвы св.Георгию Победоносцу). Но «пугачевы с университетским образованием», как их назвал Ксавье де Местр (брат Жозефа, прижившийся в России), эти «плохо засеянные и плохо возделанные умы», жаждали поджечь все, что устоялось веками, чтоб «заметался мировой пожар», схожий с тем, который инициировала Французская революция.

Русская революция тоже попыталась взять «верхнее до»: «Марсельеза» стала ее официальным гимном и еще при большевиках некоторое время оставалась таковым (потом ее сменил, и уже надолго, «Интернационал», тоже, впрочем, французского происхождения). Но уже в первые свои дни Русская революция показала, скажем так, дьявольское копыто и пошла по кровавому французскому следу. Как и во Франции, стихийный террор начался задолго до того, как он стал государственным. (Уже в первых числах марта моряками Балтфлота были убиты командующий адмирал Непенин и многие офицеры флота, несколько позднее в разных местах та же участь постигла других офицеров и юнкеров, духовных лиц, включая одного митрополита, а в деревнях прокатились погромы помещичьих усадеб, владельцы которых в иных случаях вырезались целыми семьями). Но по-настоящему масштабным стал террор, развязанный большевистской властью. И здесь большевистские вожди прямо вдохновлялись французским примером. Некоторые товарищи даже предлагали запустить гильотину — «заветный» инструмент «великой» революции. Но обошлось без этого, громоздкого все-таки, устройства. «Поставить к стенке» было проще.

По мере углубления революции как революционеры всех мастей, так и контрреволюционеры постоянно оглядывались на опыт «великой» предшественницы. Все ждали, одни с надеждой, другие с трепетом, что за революцией, «в свою очередь», грядут Термидор и Бонапарт. Даже большевистская верхушка, рассчитывая на успех своего дела, порою видела его в более отдаленной перспективе, а пока готовила себе убежища на случай поражения.

И ведь нельзя сказать, что эти ожидания оказались ошибочными. Вся наша история до конца XX в. представляет собой большую загадочную картинку, внимательно всмотревшись в которую, можно опознать очертания и бонапартизма, и Термидора. Цель всматривания в данном случае — не игра, как это бывает с загадочными картинками, но извлечение эвристической ценности.

Есть несомненные аналогии между бонапартизмом и сталинизмом. Как и лично между Наполеоном и Сталиным. Обратимся к портрету французского императора, созданному Тэном, одним из самых интересных историков Французской революции (высоко оцененному в этом качестве Солженицыным). Корсиканец, не до конца офранцуженный, лишь на время и неглубоко захваченный революционной экзальтацией (примыкал к якобинцам, пока они были в силе), он, когда пришел его час, утихомирил взбаламученное море, приведя его в некоторое соответствие с историческим наследием. Это был тип «кондотьера XV века» (по некоторым сведениям, он и вправду был потомком флорентийского кондотьера), только очень высокого полета, попавшего в Новое время и очень по-своему им овладевшего — на тот срок, который был ему отпущен.

Сталин — горец, как и Наполеон; заметим, что в горах крепче держится память о прошлом. С юных лет впечатлен образом Кобы, героя одного грузинского романа, «благородного разбойника» патриархальных времен. Не до конца обрусел. Вероятно, не глубоко проникся идеологией большевизма (в отличие от деятелей типа Ленина и Троцкого, заиделогизированных «до мозга костей»). Во время уловив, что идея мировой революции — химера, он исподволь овладел ситуацией, уничтожив почти всех из оставшихся «старых большевиков», а из умерших своей смертью понаделав чучела. Выстроил империю из материалов, оставшихся от минувших веков, в сочетании с материалами новейшей выделки. Как и о Наполеоне, о нем можно сказать, что он был одновременно сыном революции и могильщиком ее.

Наполеон был груб (в отличие от последних королей, которые были изысканно вежливы с подданными), Сталин еще грубее. Конечно, есть между ними множество отличий. Вот одно из них, пусть и не самое главное: фигура Наполеона могла быть и была опоэтизирована (дождавшись его смерти, его воспели все великие поэты Европы, не исключая России), а фигура Сталина нет (прижизненные угодники не в счет). По крайней мере, до сих пор ничего подобного, скажем, лермонтовскому «Воздушному кораблю» о нем не написано.

Термидор, если руководствоваться французским опытом, должен предшествовать бонапартизму, и действительно, некоторые его черты можно усмотреть у нас уже в 20-е годы (временное ослабление террора, свобода торговли, допущение «радостей жизни», в отличие от ригоризма революционных лет). Но более точное его воспроизведение пришлось, конечно, на 90-е. Страна упала с идеологических облаков, за которые еще худо-бедно держалась, и приземлилась самым жестким образом, притом без видимого желания подняться. Как и во Франции, у привилегированных (оставшихся таковыми с советских времен или ставших ими) на первый план вышла погоня за наживой и стремление к наслаждению жизнью. Там, как пишет Шоню, возник «новый правящий класс, сравнительно с дореволюционным более грубый, более жадный, синдикат воров, неразрывно связанный с новым порядком вещей» — и здесь произошло нечто похожее.

Самое печальное — это то, что «великая дисквалификация», как результат революции, постигла также и нашу страну. Время Сталина, во многом аналогичное наполеоновской эпохе, было временем разносторонней экспансии и усиления внешнего могущества, но успехи на различных «фронтах» (в кавычках и без) были достигнуты за счет огромного напряжения сил и порою чудовищных жертв. Это было расточение исторических энергий, не возобновлявшихся на всем протяжении советского периода. Чрезмерно раздувшись, Россия затем резко съежилась, «усохла» и по многим признакам стала второстепенной страной (оставшиеся от прошлого богатырские доспехи, ныне «снятые со стены», лишь отчасти могут поправить положение).

Подсчитывая убытки, не следует предаваться меланхолии. Пушкин писал: «Девиз всякого русского есть чем хуже, тем лучше». Это можно понимать очень по-разному, но можно понимать и так, что коль скоро дела приняли дурной оборот, пора «собраться с духом» — задача, не терпящая отлагательства.

Назвав этот раздел моей статьи «Перекличкой», я до сих пор говорил о том, какое воздействие оказала французская революция на ход русской истории, но нужно сказать и о другом: как ход русской истории откликнулся во Франции. У историков «якобинской» школы, как и вообще в левых кругах, Русская революция вызвала восторг: «дочь» повторяла черты «матери» (Французской революции), якобы подтверждая тем самым ее историческую неизбежность. Две революции «через горы времени» будто глядели друг на друга, ища «фамильного сходства». Когда С.Эйзенштейн снимал в «Октябре» штурм Зимнего дворца (которого в реальности не было), он держал в уме штурм Тюильри (который в реальности был). Но когда Жан Ренуар снимал штурм Тюильри в своем фильме «Марсельеза», то держал в уме штурм Зимнего дворца по Эйзенштейну. Большевики постоянно подчеркивали, чьими преемниками они себя считают. Правда, официальным праздником у нас стал не день взятия Бастилии, а день Парижской коммуны, 18 марта(8), более близкой по времени и чисто пролетарской по характеру. Но Коммуна была производной от «великой» революции и вожди там были помельче, не чета Марату, или Дантону, или Робеспьеру, которые становятся объектами почитания. Красноармейцы, уходящие на гражданскую войну, приносили клятву у памятника Робеспьеру, установленного в Москве в Александровском саду, или у гигантской «головы Дантона» (работы знаменитого Н.Андреева) на площади Революции в той же Москве. Их именами названы сотни улиц и переулков, набережных и площадей во многих городах России. С изменением политического климата увлечение французскими революционерами слабеет, но пережитки его еще долго остаются. В детские годы у меня была маленькая бескозырка с надписью на ленте «Марат» (такая была у многих других детей, но я своею особенно гордился, потому что мне ее подарила дочь Гюстава Лефрансе, одного из вождей Парижской коммуны) — не в честь Жана-Поля Марата, а в честь флагмана советского флота линкора «Марат», но линкор-то был назван в честь Жана-Поля (позднее ему вернули прежнее имя «Петропавловск»).

А в терроре, развязанном большевиками, французские левые видели подтверждение того, что радикальное обновление общества без него невозможно. Новая волна террора, начатая в 30-х годах Сталиным, поначалу вызвала у них некоторую озадаченность, но нашлись догадливые обозреватели, предположившие, что проживи Робеспьер дольше, ему пришлось бы продолжить дело усекновения глав и даже расширить его (не знаю, как Робеспьер, но Сен-Жюст, который и сегодня вызывает восторг у некоторых русских поэтов и особенно поэтесс, точно планировал подвести под нож еще пару миллионов французов). Но ошибались те французы, что принимали Сталина за реинкарнацию Робеспьера; впрочем, ошибка эта простительна, ибо наша загадочная картинка в 30-е годы становится предельно запутанной. На самом деле сталинский террор был разнонаправленным, но на основных своих направлениях — против «старых большевиков» и против крестьянства — он был контрреволюционным.

Но шло время, а обещанное «поющее завтра» в СССР так и не наступало; и непохоже было, что оно когда-либо наступит. Неудача, постигшая «дочь», отбрасывала на «мать», так сказать, дополнительную тень. Публикация во Франции «Архипелага ГУЛАГ», а позднее еще и «вандейская речь» Солженицына (посетившего Вандею в 1993-м), как признают сами французы, ускорили переоценку ими своей «великой» революции.

Еще «шагает по планете»?

Ленин писал: «Весь XIX век прошел под знаком Французской революции. Он во всех концах мира только и делал, что проводил, осуществлял по частям, доделывал то, что создали великие французские революционеры буржуазии»(9). Сегодня мы вправе сказать, что и XX век доделывал и начавшийся XXI доделывает начатое во Франции в те роковые годы. Мир и сегодня исполнен духом Французской революции, а точнее, ее духами (вспомним Бердяева: «Духи Русской революции») — они очень разные.

У нее есть «сестра» — Американская революция, тоже наложившая отпечаток на современный мир. Обе Атлантические революции тесно связаны, даже на личностном уровне. Лафайет, например, был участником войны за независимость в должности, ни много ни мало, начальника штаба американской армии. Джефферсон, автор изначального проекта «Декларации независимости», будучи послом в Париже, принимал непосредственное участие в написании «Декларации прав человека и гражданина» и даже пытался влиять, через того же Лафайета, на политический процесс. Здесь можно вспомнить и Франклина, ранее тоже бывшего послом в Париже, и многих других.

Еще важнее связи на идейном уровне. Американская революция совершалась не без некоторого влияния французской просветительской философии и, в свою очередь, послужила примером для французов. И американская «Декларация независимости», и французская «Декларация прав человека и гражданина» (дополненные позднее другими документами) исходили из того, что все люди сотворены равными и обладают «естественными и неотчуждаемыми правами». Обе они постулировали принцип «суверенности народа» и принцип разделения властей, гарантировали свободу слова, убеждений и т.д.

В обеих «Декларациях» были бесспорно позитивные моменты, но уже намечался перекос в сторону того, что в России позапрошлого века было названо «юридизмом». И что сегодня привело к «законодательной инфляции», как ее называют. «Правами человека», например, надо дорожить, но в плане межчеловеческих отношений еще важнее, каков сам человек, какова его психика. А это уже вопрос воспитания. Чрезмерная нагрузка на право искажает общую картину жизни, что было замечено не только в России, но и на Западе. Притом не только правыми, но и левыми. Среди последних, например, Жан-Поль Сартр, который писал в «Тошноте», что суть существования нельзя скрыть с помощью идеи права и что «из человека, одержимого правом, никакие заклинания не способны изгнать беса».

Конечно, когда правоохранительная система болеет, как это имеет место в России, тогда надо озаботиться тем, чтобы поставить ее на ноги, но это практический вопрос, а сейчас речь идет о мировоззрении.

В мировоззренческом плане «юридизм» — один из аспектов того, что можно назвать перевесом логического, в ущерб историческому. Историю должно поверять логикой, но логика не должна подавлять собою историю. Перевес логического — особенность французского Просвещения и Французской революции. Американцы были в этом отношении осторожнее: они сохраняли в силе многие, еще английские по своему происхождению, традиции, в частности, не пренебрегали обычным правом, опирающимся на силу прецедента. А французские революционеры, демонстрируя пренебрежение «отцами», вознамерились построить с чистого листа общество, порвавшее все связи с прошлым. Идея «прекрасного нового мира» во всех его разновидностях родилась, быть может, раньше, но практические шаги к ее осуществлению были сделаны в Париже конца XVIII века.

Важнейшим отличием Французской революции от Американской стала ее антихристианская направленность, о которой возвестила уже первая редакция «Декларации прав человека и гражданина», текст которой был набран под знаком масонского Всевидящего глаза. Тогда как круг основателей заокеанской республики почти сплошь состоял из религиозных людей и был лишь слегка разбавлен деистами французской выделки. Объявив войну Богу, французские революционеры облегчили себе работу по ниспровержению земных авторитетов, успешно продолженную уже в наше время.

На этом «фронте» идейные революционеры нашли поддержку «в порывах буйной слепоты, // в презренном бешенстве народа…» (Пушкин. «Андрей Шенье»). Точнее, не народа, а городской гопоты, тогда уже размножившейся. Идейные сыграли здесь (как впоследствии и в России) роль «оводов, безумящих стада», но сами же были этими стадами увлечены и в значительной своей части затоптаны. Поставив целью создание «нового человека», они выпустили на волю древнего Хама, перед которым открывались широчайшие перспективы.

Живописцы, коим довелось быть современниками Американской революции, оставили изображение Континентального конгресса в момент, когда он принимает «Декларацию независимости». Это собрание степенных джентльменов (в большинстве плантаторов из Южных штатов), успевших хорошенько продумать решения, за которые они теперь голосуют. Сопоставьте с этой картиной Национальный Конвент — толчею крикунов, перебивающих друг друга и более всего озабоченных тем, чтобы снискать одобрение давящейся за балюстрадой черни.

Еще отличие. Французская революция с самого начала заявила о себе как мировая революция. Один из ее ведущих деятелей, жирондист Бриссо, еще до того, как соседние монархии объявили войну Франции, призывал «зажечь Европу с четырех концов». Зажечь удалось не только Европу; гаитянская революция, например, вспыхнула почти в то же время. Американцы тоже посчитали, что их опыт может иметь универсальное применение, но зажигать никого не собирались. Они обратились к остальному миру примерно с таким посланием: мы здесь воздвигли Город на холме, смотрите, завидуйте, если хотите, делайте, как мы, но без нашего участия. Лишь полвека спустя было сделано исключение для Латинской Америки: «доктрина Монро» оправдывала вмешательство американцев в дела «своего» континента; но и тогда эта доктрина подверглась критике со стороны тех, кто оставался верен заветам отцов-основателей.

Независимо от объявленных намерений, Французская революция успешнее находила подражателей, чем американская — хотя бы уже потому, что вес Франции в мире был несравненно большим, чем вес далекой малонаселенной республики за океаном. Сейчас ситуация обратная: две республики поменялись весовыми категориями. Но открывается парадокс: Соединенные Штаты, какими они стали, ведомы скорее духами Французской революции, чем своей собственной. Этот факт с грустью констатирует газета «The Washington Times» (№ от 8.10.2014): «Нас вдохновляют ныне не отцы-основатели, но Жорж Дантон, Жан-Поль Марат и Максимилиан де Робеспьер».

Французы всегда имели в глазах американцев репутацию безбожников. Сейчас слыть безбожником в США отнюдь не считается предосудительным, скорее напротив, предосудительным становится быть или хотя бы числиться христианином. До закрытия церквей, как при якобинцах, дело еще не дошло, но любые символы христианства под давлением «прогрессивных» кругов изгоняются из публичного пространства. Тем самым выхолащивается юридическая конструкция общества, которая еще худо-бедно держится; удержится ли? Джон Адамс, один из отцов-основателей, писал: «Наша конституция составлена только для религиозных и нравcтвенных людей, для всех остальных она непригодна»(10).

Но отцы-основатели уже не пользуются у американцев прежним авторитетом; другие авторитеты вошли в силу. За последние полвека страну будто подменили: блудный ветер принес из Европы миазмы перманентной революции, только на сей раз уже не политической, а культурной. Произошел разрыв с прошлым, эталон которого явила миру Французская революция.

Звонкий девиз Французской революции «Свобода, равенство, братство» перекрывает звучание более скромного девиза ее американской «сестры» — «Жизнь, свобода, собственность», но сам создает только путаницу в умах, ибо «свобода» и «равенство», как выяснилось с течением времени, находятся в трудных отношениях друг с другом, а понятие «братства» хиреет без привязки к заоблачным высям, которая становится все слабее. Действительно объединяющей силой, по крайней мере стилистически, становится панибратство. Плавно перетекающее в хамство. Одним из «ярких» выражений которого стала обсценная речь, впервые выпущенная в публичное пространство на площадях революционного Парижа. О том, что это не «мелочь», писал тогда же заключенный в тюрьму Консьержери Андре Шенье (казненный за два дня до падения Робеспьера): «Бесстыдство речи может//Бесстыдство дела поддержать».

Американцы в этом смысле сохраняли невинность не только в годы своей революции, но и во все последующие времена, вплоть до 60-х годов XX века. Самыми крепкими выражениями, допустимыми на людях, у них считались «Damn!» и «Hell!» (то и другое примерно соответствует русскому «Черт возьми!»). Зато теперь именно американские фильмы разносят «площадную» брань по всему миру. Но историческими инициаторами этой дурнопахнущей «кампании» стали парижские санкюлоты, опровергнувшие мнение Буало, что французский — самый целомудренный из языков.

Радикально изменилась, сравнительно с прошлым (XIX и еще первой половиной XX века), и позиция Соединенных Штатов по отношению к остальному миру. Теперь они считают естественным для себя «наводить порядок», как они его понимают, во всех уголках земного шара. И это при том, что по многим признакам страна сама приходит в упадок, и, значит, для американцев как нельзя более своевременно звучит совет баснописца «на себя, кума, оборотиться».

Выше уже говорилось о том, что революция привела к от относительному упадку Франции. Историк Д.Паоли считает, что волна революций стала главной причиной «заката Европы», то есть евроамериканского мира в целом. По его словам, «революционные потрясения возвели мятеж (rebellion) в ранг инстинкта и породили мир, несущий в себе семена упадка, в котором мы сегодня живем». По поводу мятежа следует кое-что уточнить. В конституции равно США и Франции были внесены слова о том, что народ имеет «право на восстание». В этом, собственно, не было ничего нового, уже у Фомы Аквинского (авторитет №1 в католическом мире) сказано, что «человеческому множеству» нельзя отказать в jus resistendi, «праве сопротивляться» неправедной власти. Но Фома же признал, что это право представляет собою удобную лазейку, куда может проникнуть дьявол; ибо далеко не во всех случаях легко бывает определить, когда следует восставать, а когда смиряться и терпеть. «Великая» революция «обновила» это право в том смысле, что сделала французов, так сказать, «легкими на подъем». Что было замечено Пушкиным: «Француз — дитя,/ Он вам шутя,/ Разрушит трон,/ Издаст закон».

Еще скользкий момент: как определить — действительно ли «множество» не желает мириться с неправедной властью или это какая-то группа берет на себя смелость говорить от его имени, фактически заслоняя его собою? Популярный ныне в левых кругах Славой Жижек считает второй вариант, реализованный якобинцами, естественным и самозаконным. Что такое «якобинский дух?» — вопрошает Жижек. И отвечает: это уверенность, что в твоих руках «правда», что бы ни говорили и думали другие. «Робеспьер владел правдой; она очевидна; она очевидна и потому не нуждается в аргументации»(11). Желая его поддержать, Жижек прибегает к сравнению: дескать, подобным же образом рассуждают и христиане. Но у христиан (и это не единственное отличие) представление о правде «обкатано» в продолжение веков соборным мышлением, а якобинская «правда» — произвольная отсебятина.

Субъективную уверенность в своей правоте демонстрируют сегодня исламские экстремисты, в частности игиловцы: многие авторы, как на Западе, так и в мусульманском мире, усматривают здесь вмешательство «якобинского духа». Вот лишь некоторые примеры. Историк из США Джейми Деттмер пишет, что «борьба, которую ведет ИГИЛ на внешнем и внутреннем фронтах, уподобилась той, которую вел во Франции Максимилиан Робеспьер, посылавший на гильотину не только врагов, но и друзей, которых он счел врагами»(12). Сходным образом верхушка «халифата» решает, кто истинный мусульманин, а кто нет.

Арабский историк Абдулла Хамидаддин: «Мусульманский террорист — это якобинец, которому случилось быть мусульманином, а Багдади (самозваный "халиф". — Ю.К.) будет лучше понят, как Робеспьер в тюрбане». Один исповедовал религию Просвещения, другой ислам, но оба посчитали, что невозможно выстроить царство добродетели, не прибегая к террору(13).

Итальянский журнал «Cronache internazionali» поместил карикатуру, на которой Робеспьер в своем безупречном жабо, склонившись к уху аль-Багдади, что-то ему нашептывает. Вероятно, свои любимые девизы: «добродетель» и «террор».

Канадская «National Post» в редакционной статье утверждает, что ИГИЛ следует «путем Робеспьера».

Английская «The Guardian» (в № от 9.09.2014): «Джихадисты ИГИЛа не из Средневековья вышли, они сформированы современной западной философией… и практикой террора, развязанного Робеспьером».

В подобных высказываниях западных комментаторов есть доля мазохизма, характерная для «прогрессивных» кругов на Западе: с их точки зрения именно европейская цивилизация является первоисточником всего плохого, что можно найти в Третьем мире. На самом деле мышление джихадистов движется в религиозном русле, чуждом атеистическому Западу (лично Робеспьер не был атеистом, он верил в посмертное существование душ, но его и некоторых его сотоварищей деизм был шагом к законченному безбожию). Тем не менее, хорошо известно, сколь сильно повлиял европейский опыт и, в частности, опыт «великой» революции на воображение мусульман; и если нельзя сказать, что исламский террор родился из духов Французской революции, то вполне можно допустить, что призрак Робеспьера сыграл здесь роль повитухи.

Но все чаще духи Французской революции наталкиваются в современном мире на препятствия и все чаще от них отступают. Как мы могли убедиться, это происходит и в самой Франции. Основной просчет, допущенный французскими революционерами (и повторенный их русскими последователями) был «завещан» им Веком Просвещения: они думали, что политический проект способен создать «нового человека». Опыт показал, что, каков бы ни был политический проект, человек остается «ветхим», паче того, в настоящих условиях он разрушается (раньше других это уловили люди искусства — такие, к примеру, модернисты начала прошлого века, как Пикассо и Стравинский), и теперь, наверное, пришло время «собрать» его заново. О том, что он и в современном мире способен сохранять некоторую цельность, свидетельствует грозный ислам, поставивший антропологию впереди политики и этим уже перечеркивающий претензии Французской революции на универсализм.

Да и политический проект, реализованный во Франции, хотя он и содержит немало ценного, далеко не безупречен. В академических кругах Европы, в первую очередь Франции, которая всегда была средоточием идейной борьбы, обсуждаются различные, в чем-то альтернативные варианты демократии, такие как демократия «малых пространств» (классический афинский вариант), цензовый парламентаризм и некоторые другие. Во Франции растет число монархистов (рассматривающих монархию как форму демократии), еще в недавние времена близкое к нулю; в частности, в составе партии Национальный фронт существует монархическое крыло, возглавляемое вторым человеком в партии Марион Марешаль Ле Пен(14).

Закон маятника, действующий в истории, еще никто не отменял, но нельзя допустить, чтобы обратный ход его был слишком резким.

Возвращаясь к теме Русской революции, напомню, что глубокое и всестороннее осмысление ее мы находим в работах «веховцев» и их наследников в эмиграции. По их стопам пошел и Солженицын, создав грандиозную панораму «Красного колеса», представляющего собой не только роман, но и историческое исследование (часть романа, набранная петитом). Так что настоящим и грядущим исследователям (как научными, так и художественными средствами) Русской революции есть от чего отправляться и на что опираться. Но конечно, то, что думают о ее «матери» французы, может как-то скорректировать наши суждения о «дочери».

И не забудем главное: осмысление революции (их и нашей) решающим образом влияет на осмысление предлежащего пути. Революция в умах уже совершилась, писал Вольтер задолго до 1789 года. Похоже, что новая революция в умах назревает в наши дни.

___________________

1 Le livre noir de la Revolution francaise. «Cerf». Paris, 2014.

2 Близкое к этому парадоксальное суждение высказал Максимилиан Волошин в стихотворении «Термидор»: Робеспьер явился,

Чтоб возвестить толпе, смирив стихию,

Что есть Господь!..

3 Соблюдая, добавлю от себя, все необходимые знаки почтения. Когда, например, казнили Марию Стюарт, палач встал перед ней на колени и попросил у ее величества прощения; каковое и получил.

4 Это признавал даже К.П.Победоносцев: «Несомненно, что великая революция имела всемирное значение. Из нее вышло много благодетельных мер и новых стремлений; она разрушила много обветшавших форм правления и общественных отношений». (Победо-носцев К.П. Сочинения. СПб., 1996. С. 186).

5 Если кто не знает, человек, лишенный большого количества крови, не держится на ногах.

6 Таковых оставалось немного. Белая армия роялистов, сосредоточенная на границе, в Кобленце, насчитывала едва четыре тысячи человек. Не случайно ее официальным гимном стала ария трубадура из оперы Гретри «Ричард Львиное сердце» (звучащая отныне в хоровом исполнении), начинающаяся такими словами: «О Ришар, мой король, мир тебя покидает!»

7 В основу сценария положена пьеса Ж.Брисвиля. В 90-е годы, перекликающиеся у нас с Термидором, она шла в МХТ, где в главных ролях выступили Табаков и Джигарханян.

8 В 20-е годы это был один из главных праздников: нерабочий день, с митингами и демонстрациями и т.п.

9 Ленин В.И. Соч. Т. 29. С. 342.

10 Цит. по книге П.Бьюкенена «Смерть Запада»; режим доступа: www.rulit.me/books/smert-zapada-read-79618-53.html

11 http://www.jacobinmag.com/2011/05/the-jacobin-spirit/

12 www.thedailybeast.com/articles/2015/02/06/isis-barbarians-face-their-own-internal-reign-of-terror.html

13 english.arabiya.net/en/views/news/middle-east/2015/07/11From-France-s-Robespierre-to-ISIS-Baghdadi.html

14 Отчасти монархическое движение обязано своим успехом харизматичности нынешнего главы Дома Бурбонов герцога Анжуйского (по счету легитимистов Людовика XX).

Дружба Народов 2017, 1

Франция > Внешэкономсвязи, политика > magazines.russ.ru, 9 февраля 2017 > № 2079079


Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 9 февраля 2017 > № 2068668

Каменно-кружевной шатровый храм в Строгино введут в апреле

Большое освящение шатрового храма в честь Новомучеников и Исповедников Российских в районе Строгино пройдет в августе, сообщил куратор программы строительства православных церквей в столице, депутат Госдумы РФ Владимир Ресин.

«Этот храм уникальный, один из красивейших в Москве. Каменно-кружевное здание высотой более 48 метров кажется легким и изящным за счет устремленного ввысь шатра, который декорирован четырьмя ярусами кокошников», - сказал В. Ресин.

По его словам, строителям остается закончить самый сложный этап работ - монтаж кровли на кокошниках. В апреле начнется благоустройство территории возле церкви.

«К тому времени храм будет введен, сейчас идет активная подготовка к сдаче», - пояснил В. Ресин.

Напомним, для строительства православных храмов в Северо-Западном округе подобрано 22 участка. Одна церковь уже введена, еще восемь строится. Шесть храмов готовятся к проектированию.

Напомним, программа строительства православных храмов развернута во всех округах столицы, кроме Центрального. Ее цель - обеспечить жителей города храмами недалеко от дома.

Программа реализуется полностью на пожертвования. Для сбора средств создан благотворительный Фонд поддержки строительства храмов города Москвы, сопредседателями которого являются мэр Москвы Сергей Собянин и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

Программу курирует советник мэра, советник по строительству Патриарха Московского и всея Руси, депутат Госдумы Федерального Собрания РФ Владимир Ресин - он является председателем рабочей группы фонда.

Россия. ЦФО > Недвижимость, строительство. Внешэкономсвязи, политика > stroi.mos.ru, 9 февраля 2017 > № 2068668


Узбекистан > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 9 февраля 2017 > № 2067342

За несколько месяцев президентства Шавкат Мирзиёев успел дать обозревателям надежду на то, что в Узбекистане осуществляется либерализация политической и экономической жизни. Ведь за первыми решениями о расширении функций парламента, об амнистии, о либерализации валютного рынка, последовали совсем свежие постановления об уменьшении обязательной доли продажи валютной выручки для предприятий, о выплате с февраля 2017 года пенсий наличными в полном объеме, принята программа противодействия коррупции. 7 февраля глава государства подписал стратегию по дальнейшему развитию страны на 2017-2021 годы. Так что, в Узбекистане началась эпоха перемен?

"Каркас команды собран"

Российский эксперт по Центральной Азии Андрей Грозин предлагает не торопиться с выводами. По его словам, из трех направлений - политика, экономика, кадры - только последнее дает повод говорить о реальных подвижках.

"Шавкат Мирзиёев, похоже, собрал каркас своей будущей команды в экономическом и отчасти в силовом блоках. Президент решает главную задачу - формирование команды лояльных людей, опираясь на которых, можно будет в перспективе запускать некие процессы реформирования. Причем, я думаю, что до политической системы дело если и дойдет, то в последнюю очередь, и без каких-либо революционных изменений. Это может быть не "перестройка", а вариант "перестройка - лайт-лайт", - считает эксперт.

"Первые месяцы президентства Шавката Мирзиёева показали его высокую работоспособность. Но в Узбекистане не привыкли к тому, что администрация выдает указы и постановления по несколько штук в неделю - сейчас их уже больше двух десятков. Стремительно подготовлен стратегический документ, который, по идее, определит жизнь страны до 2021 года - Стратегия развития", - рассказал DW ташкентский политолог Юрий Черногаев.

"Документ определяет пять приоритетных направлений развития страны и пять этапов реализации стратегии. На местах создаются специальные комиссии, которые ежеквартально будут отчитываться перед президентом о выполнении стратегии, мониторить ситуацию будет и министерство юстиции. Но для решения сформулированных задач в указанные сроки у государственных органов нет механизмов", - считает Юрий Черногаев.

Форсировать не будут

Его слова косвенно подтверждает информированный источник DW, связанный с финансовой сферой в Ташкенте. Он утверждает, что, например, выполнить постановление о пенсиях технически невозможно - не хватит купюр. Несмотря на то, что Центробанк постоянно проводит их эмиссию, многие банкоматы стоят пустые. Похожая ситуация с решением о либерализации валютного обмена - руководители, работающие в финансовом секторе, пока не видят путей, как его воплотить на деле, не вызвав хаос в этой сфере, и дают понять коллегам, что форсировать исполнение не будут. По словам источника, в скороспелости ряда решений проявляется опала Рустама Азимова, который многие годы при Исламе Каримове был вице-премьером по финансам, а теперь направлен новым президентом поднимать птицеводство - с задачей обеспечить не менее ста кур-несушек для каждого подворья.

Впрочем, Андрей Грозин исходит из того, что удаление Азимова из команды ведущих управленцев надо оценивать системно. "Шавкат Мирзиёев экономический блок процентов на семьдесят уже сформировал "под себя". Силовой блок - условно на пятьдесят-шестьдесят процентов. Идет возвращение в команду президента людей, которые при Исламе Каримове в разное время были удалены от власти, например, Абдуллы Арипова и Закира Алматова. И, наоборот, удаление некоторых влиятельных лиц, в первую очередь Азимова, от реального Олимпа", - говорит заведующий отделом Центральной Азии и Казахстана Института стран СНГ.

Тандем под угрозой?

В СМИ обсуждаются кадровые изменения в СНБ, давшие наблюдателям основания говорить о распаде тандема президента и влиятельного главы СНБ Рустама Иноятова, и едва ли не о новых перспективах для либерализации политической жизни в связи с ослаблением влияния последнего. Однако Андрей Грозин предлагает и тут не торопиться с выводами.

"Да, Иноятов в обозримом будущем в любом случае уйдет, и в силу состояния здоровья, и в силу возраста. Но, хотя зарубежная оппозиция предлагает точку зрения, что система власти держится именно на чекистах, которые "крышуют" и теневые схемы бизнеса, и обмен валюты, и так далее, я не склонен преувеличивать возможности влияния аппарата СНБ на реформы или, наоборот, противодействия им. Скорее, такое противодействие могут оказать региональные элиты, которые находятся далеко от контролирующего центра", - рассуждает Андрей Грозин.

Иностранные бизнесмены пока не торопятся верить в экономическую и политическую перестройку в Узбекистане. Андрей Грозин, сославшись на контакты, состоявшиеся у него в феврале с "весьма заметными фигурами из Узбекистана", утверждает, что они конкретные меры по либерализации финансово-экономической сферы представляют себе очень расплывчато.

"Могу также утверждать, что у различных консалтинговых компаний, работающих на западный бизнес, я наблюдаю общий настрой - подождать, несмотря на заявления Ташкента об экономической либерализации. В последнее время выжидает, вопреки расхожему представлению о его экспансии в Узбекистане, и китайский бизнес. Декларации пока восприняты хорошо, но все ждут практических шагов и того, как в ближайшие месяцы выстроит Ташкент стратегию с тем иностранным бизнесом, который в стране уже работает", - говорит Андрей Грозин.

Он напоминает, что масштабная попытка либерализации экономики предпринималась и при Исламе Каримове во второй половине 2000-х, но она не принесла серьезного результата. "Тем не менее разговоры в Узбекистане о реформе уже идут, начались конференции с привлечением экспертов, что для Ташкента - новость, раньше чиновники не очень привечали республиканских и особенно иностранных экспертов. Сейчас по крайней мере на имитационном уровне - обратная картина. Хотя я больших подвижек не жду. Скорее, жду узбекского варианта классической формулы "шаг вперед, два шага назад", - говорит собеседник DW.

Узбекистан > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 9 февраля 2017 > № 2067342


США. Турция. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2017 > № 2067267

Глава ЦРУ Майк Помпео в ходе визита в Анкару обсудил взаимодействие с Турцией в ходе операции против террористической группировки "Исламское государство" (ИГ, запрещена в РФ) в сирийской Ракке, сообщает телеканал NTV со ссылкой на источник в турецком руководстве.

Ранее сообщалось, что в ходе визита в Турцию, который является первой зарубежной поездкой Помпео после его назначения на пост главы ЦРУ, он провел переговоры в Национальной разведывательной организации Турции (MIT).

По информации источника телеканала, Помпео встретился с главой MIT Хаканом Фиданом, после чего оба собеседника отправились на встречу с президентом Турции Тайипом Эрдоганом. На этой встрече обсуждалась ситуация в Сирии и события на Ближнем Востоке. Сообщается, что в центре внимания были перспективы развития сотрудничества Турции и США в борьбе с ИГ, в том числе планируемая операция в Ракке.

Отмечается, что турецкая сторона довела до Помпео свою тревогу в связи с сотрудничеством США с сирийской курдской Партией демократического союза, которую Анкара считает террористической организацией, связанной с запрещенной в Турции Рабочей партией Курдистана.

США. Турция. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2017 > № 2067267


Россия. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2017 > № 2067260

Группа депутатов Госдумы РФ посетила школу на востоке сирийского города Алеппо, где при оккупации города находился штаб террористов, и привезла подарки детям.

Депутаты Дмитрий Саблин, Сергей Гаврилов и Александр Ющенко, а также ведущие медики-онкологи прибыли в Дамаск в понедельник. Парламентарии встретились с президентом САР Башаром Асадом, главой сирийского парламента, патриархом Антиохийским и всего Востока Иоаном.

Затем парламентарии посетили российскую базу в Хмеймиме, пообщались с руководством и представителями центра по примирению, а в четверг побывали в Алеппо.

"Посетили школу, передали подарки детям. Школа разрушена. Во время оккупации террористами в Алеппо в течение пяти лет там была база, центр управления, госпиталь, склады с оружием", — сказал журналистам депутат Дмитрий Саблин.

"Детей к школе в восточном Алеппо вообще не пускали, дети ходили, чтобы что-то получить или узнать, в мечеть. И сейчас какая проблема в восточном Алеппо — дети, которым 12-13 лет, не умеют писать", — отметил он.

"Мы передали 500, на каждого ребёнка, ученических наборов — тетради, книги, пеналы, ручки, карандаши школьные", — добавил Саблин.

Россия. Сирия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 9 февраля 2017 > № 2067260


Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2067015

Украина стала ключевым государством для противостояния Запада и России

Лана Самохвалова, Укрiнформ, Украина

Владимир Горбулин, директор Национального института стратегических исследований, дважды руководитель Совета национальной безопасности и обороны Украины и один из первых создателей СНБО, нечасто выходит с публичными выступлениями. Но его промежуточные или итоговые оценки, анализ и обобщения всегда на острие внимания и власти, и экспертов, и журналистов. Недавно в НИСИ под его редакцией была издана книга «Мировая гибридная война: украинский фронт». Книга, в которой сошлись и история, и теория, и философия, и аналитика, и предложения — что же нам делать на украинском фронте. Укринформ встретился с Владимиром Павловичем и задал ему несколько вопросов.

— Хотела вас поздравить с изданием такой большой работы.

— Поздравление принимается.

— Кто основной читатель — это западные ученые, дипломаты? Чем она может быть полезна украинскому генералу, украинскому чиновнику?

— Если быть не очень скромным, эта книга дает возможность работать с ней и ученым, и военным, и чиновникам. И мы будем искать возможность перевести эту книгу на английский язык, ведь в ней картина сегодняшнего мира, в самых (скажем так) откровенных формах и при всем историческом драматизме на нашем уникальном опыте. Поэтому наша задача — обязательно перевести ее с тем, чтобы разослать в наши посольства по Европе, и естественно в Северную Америку. А насколько книга может быть интересна нашему читателю в Украине… Я думаю, что студенты и Института международных отношений, и Дипломатической академии, и все те, кто имеет отношение к вопросам национальной безопасности — могут найти ответ на один единственный вопрос. Какова формула сегодняшнего мира с точки зрения безопасности в целом, и какова эта формула для отдельных стран, в первую очередь — Украины и России? Ответов будет очень много, их можно находить в любых плоскостях — это касается и военно-политической, и экономической, и социальной, и гуманитарной сферы. Мы старались быть предельно объективными. Думаю, отдельные фрагменты книги понравятся не всем, но мы дали, с моей точки зрения, четкую картину, почему Украина стала жертвой агрессии. Ну а что могут почерпнуть в нашей книге генералы? Мы очень емко даем типологию военных конфликтов и пишем о войне четвертого поколения: какая она, что обязательно должно быть при обороне в такой иррегулярной войне, и чего быть категорически не должно. Кроме того, если они прочтут эту книгу, они поймут, как общество относится к очень многим событиям, которые носят военный характер, насколько оно чувствует то, что мы ведем войну.

— Скажите, вот вы пишете, что Украине надо привыкать жить в гибридном мире, а не только в условиях гибридной войны, что весь мир становится гибридным. Конкретизируйте, как это — «жить в гибридном мире»: что, начинать врать, не выполнять обещаний, прибегать к манипуляциям?

— Что с нами произошло? Конечно, война началась не с 2013 года, хотя начальными ее координатами можно считать 2013-2014 годы. До этого все жили уже в хаотическом мире, если он был когда-то двухполярный, после распада Советского Союза он стал однополярным. В начале этого века в средине первого десятилетия мир становился многополярным все больше, однако, он терял, я бы сказал, определенные базовые наработки и мировой, и региональной безопасности. А ведь они были сдерживающими началами и обеспечивали определенный порядок. То, что произошло в 2013 и 2014 году, приблизило всех к горизонту, за которым мир стал практически неуправляемым, когда была разрушена вся архитектура глобальной безопасности, нарушены многие законодательные акты, которые этому миру обеспечивали верховенство права. Все это было разрушено поведением Российской Федерации.

Гибридная война, как таковая, возникла не в 2014 году. Ее отдельные проявления наблюдались и до этого в разных странах, в разных конфликтах. Но такого сосредоточия всех военных и не военных аспектов гибридной войны, которое обрушилось на Украину в 2014 году, мир еще не знал, как не знал такого грубейшего нарушения элементарных норм цивилизованной жизни на нашем Земном шаре. Отдельные инструменты гибридной агрессии применялись РФ к Украине и раньше: это и экономическое давление, и информационное. Я бы сказал, это беспощадная по отношению к нашему населению эксплуатация возможностей открытого информационного пространства. Но когда началось военное вторжение в Украину, весь имеющийся арсенал гибридной войны был задействован открыто. Мы давно жили в условиях гибридной войны, но раньше не чувствовали, что в ее паутине, которую плетут против нас, пребывает весь мир.

Я несколько дней тому назад нашел статью Андерса Умланда, в которой он пишет, что Украина оказалась в центре противостояния пролиберальных и антилиберальных сил. Очень интересная ситуация, потому что, когда мы говорим в целом о либеральном устройстве мира, то мы четко подразумеваем, что речь идет о Западе, но в результате всех событий, которые проходят на протяжение двух с половиной лет, Украина стала ключевым государством противостояния Запада и России. Кроме того, что мы втянуты в гибридную войну с Россией во всем спектре ее проявлений, мы еще оказались и в центре гибридного мира, в котором нарушены практически все устои цивилизованного порядка. Хотя сложность гибридной войны объясняется тем, что она не имеет четких временных рамок, не имеет строго обозначенных территориальных границ, которые все привыкли защищать в условиях нормальной войны в ее традиционном понимании.

И все это создает предельно новые условия для развития отношений между государствами, в том числе и между Украиной и Россией.

Относительно того, как себя нужно вести? Если бы я сейчас произнес «наша сила в правде», это бы звучало лозунгом? И все же, если говорить уж искренне, то все-таки в правде наша сила. И мы сумели ее продемонстрировать. Ведь миром начало российской агрессии практически не воспринималось, как агрессия. Да, оккупация Крыма привела к первым санкциям. Но когда началась вооруженная агрессия на востоке Украины, мы попали в новую фазу, где против нас очень умело использовалась вся мощь российской информационной системы.

Россия, как и когда-то СССР, использовала все свои информационные возможности для того, чтобы обманывать и Европу, и Соединенные Штаты, и весь мир. В советское время это получалось. Есть опыт Чехии. Есть опыт Венгрии. Была огромная полоса другого «участия» Советского Союза от Камбоджи, Лаоса и Вьетнама до Никарагуа и других стран Латинской Америки. Но хотя объем дезинформации со стороны РФ просто колоссальный, Украина сумела показать, в чем наша правда: мы защищаем свою территорию, свою независимость. Мы не предполагали, что доказывать миру это будет так трудно, но мы говорили об этом везде, где можно, в том числе и в Минске. Могу засвидетельствовать: когда мы приводили в качестве своей аргументации правдивые фрагменты из того или иного противостояния, это меняло мнение наших собеседников, это создавало определенный положительный фон в средствах массовой информации и в политических кругах стран Западной Европы и Соединенных Штатов.

— Один из разделов вашей книги посвящен культурной дипломатии, в чем уязвимости до сих пор нашей мягкой силы и нашей культурной дипломатии?

— Мне кажется, что в этом направлении мы постоянно опаздываем. Что произошло в Голландии с референдумом об утверждении Соглашения об ассоциации между Европейским Союзом и Украиной? Фактически мы его провалили, хотя по дипломатическим каналам знали об угрозах негативного голосования. Но мы никоим образом не использовали культурную дипломатию, как основное средство, которое могло бы изменить точку зрения голландцев. Мы завезли туда свои бригады, которые несли какую-то, так сказать, украинскую культуру с большим опозданием, чем только усугубили ситуацию. Я над этим постоянно думаю. Только в тех городах Голландии о нас знали, чьи футбольные клубы играли с «Шахтером», «Днепром». А ведь незадействованным остался огромный культурный пласт. У нас есть женский десант «сопрано», который надо было использовать: Люда Монастырская, Оксана Дикая, Виктория Лукьянчук, которая Вену давно завоевала, я бы добавил сюда наших теноров-мужчин, которые поют на серьезных оперных сценах. Вот мы не подумали о том, чтобы их организовать, привезти в Голландию, чтобы они увидели, что страна имеет глубокую культуру. Есть, наконец, наша живопись. Если представители этого направления присутствуют в Сотбис, ну почему в это время их не привезти в Голландию. Мне кажется, что мы недооцениваем, не мы, а в первую очередь Министерство иностранных дел, недооценивает роль культурной экспансии образа Украины в западные страны. Меня, например, задевает, что знают только братьев Кличко и Андрея Шевченко. А широкие пласты современной культуры не имеют выхода на международную арену.

— По-вашему, наши локальные победы носят только гуманитарно-информационное измерение?

— Нет, конечно. Есть военно-политические успехи. Я имею право, наверное, говорить, поскольку четко себе представляю состояние наших вооруженных сил, нашей оборонной промышленности и степень подготовленности — и службы безопасности, и разведорганов практически с 1994 года и по сегодняшний день. И такой неутешительной картины, которую мы наблюдали в 2013, в начале 2014 года, 25 лет никогда ранее не было. Никогда. Мы многое сумели восстановить, я отдаю должное и руководству страны, и нашему обществу. Это впервые, когда и общество, и власть нашли общий язык и фактически восстановили армию почти с нулевой отметки. Заработали наши заводы оборонной промышленности, причем не только ремонтные, как это преподносит российская пресса, а и те заводы, которые производили до распада Советского Союза военную технику самых высоких тактико-технических характеристик в мире. Далеко не все еще сделано. Но мы уже сегодня имеем платформу, с которой можем связывать дальнейшую перспективу. Это труднейший, огромный шаг вперед. Мы кое-что сделали в сфере кибербезопасности и Национальный институт стратегических исследований был здесь стартовой площадкой этой инициативы.

Вспомните, сколько раз нам предрекали конец. В экономике все, особенно наши «российские друзья», повторяли: как только вы подпишете соглашение о зоне свободной торговли, мы прекращаем с вами всякие экономические взаимоотношения, и вы умрете на следующее утро. Не умерли. Дальше. Они говорили — как только вы совершите подобный шаг, вы же помните 2006 и 2009 годы, мы газовый краник прикроем, и вы задохнетесь. Мы фактически в 2016 году ни единого кубометра газа прямо из России не получили. У нас появились новые производства. Их нельзя еще назвать серозными серийными заводами, но они уже производят, я в первую очередь говорю о военной технике, продукцию, которая вызывает у наших противников в Донбассе определенное уважение. О нашей информационной ситуации… Мы были не готовы психологически вот к такого рода войне. Это самая большая беда нашей страны. Мы очень долго жили в условиях братской дружбы и любви с Российской Федерацией.

— Я бы уточнила, что вы предупреждали еще с первого прихода в СНБО, что и для разведки, и для армии нужно менять гипотетических противников, поскольку РФ никогда до конца не примет нашей независимости.

— Обязательно. Потому, что у нас военные округа были как сформированы: для противостояния Польше, Словакии, Венгрии, и южные — противостоять Румынии и Турции. И была абсолютно открыта более чем 1400 километров северо-восточная граница.

— Скажите, ваша книга заканчивается до прихода Трампа. И некоторые аналитики говорят, что все эти конструкции будут не жизнеспособны потому, что сам Трамп способен подорвать все нормы и правила.

— Я принадлежу к той очень немногочисленной когорте людей, которые были уверены, что Трамп победит. Его нельзя сравнить с Рейганом потому, что у Рейгана была очень четкая программа, и у него была очень сильная команда. Сегодня у Трампа три группы советников. Одна — это собственно его семья, хотя ни при одном президенте Соединенных Штатов не было, когда родственники входили в состав аппарата президента. Вторая группа настроена на борьбу до победного конца с исламом. Потому что во всех выступлениях Трампа борьба с терроризмом и борьба с исламом уже четко обозначены как главные направления внешней политики. И третья группа советником — это консерваторы, которые сильны и в конгрессе, и в американском политическом истеблишменте. Это самая сильная группа, которая по-прежнему считает, что Соединенным Штатам нельзя терять лидерство. Они убеждены, что Соединенные Штаты должны все равно претендовать на роль передовой державы в мире. Судить о Трампе, как о личности, сложно. Он специфический человек. Никогда столь интересная фигура (этого не следует отрицать) не приходила из бизнеса и не садилась в столь высокое политическое кресло.

Допуская изменения в выстраивании отношений Соединенных Штатов и России, я все же не думаю, что появится новый треугольник — Соединенные Штаты, Китай и Россия. Я в это слабо верю. В этом треугольнике, катеты и гипотенуза просто не будут сходиться. Но могут быть сделаны серьезные тактические шаги, которые будут нести опасность для Украины. Это санкции, точнее вопрос их отмены. Санкции Соединенных Штатов не столь существенны для России, как санкции стран ЕС. Но из-за санкций Европейский Союз сам несет большие потери (по-моему, за 2015-й год они составили порядка 100 млрд. евро). И если США, а потом и Европа, последовав их примеру, отменит санкции, то это развяжет руки России. Это не означает, что Россия позволить себе немедленно прийти к большой войне с Украиной, но ее позиция значительно усилится.

— У нас сформировался миф, что лендлиз — это американская тушенка, которую там нашим выдали чуть не в первых числах мая 1945 года.

— Это полная ахинея. Потому что я в 1943 году вместе с семьей переехал в Горловку, отец у меня был электромонтажником. Когда в его управление прислали «Студебеккер» (американский грузовик — ред.), это была радость для многих, кто жил и работал в Горловке. Все пацаны бежали на этот «Студебеккер» посмотреть, пытались залезть в кузов… Это до сих пор вызывает у меня улыбку.

— Вернемся к книге. В одном месте вы говорите, что полная победа в гибридной войне невозможна. В другом, говорите, что по итогу там побеждает тот, кто сумел убедить мир, что он победил. Так что все-таки, если говорить о вероятности победы?

— Сейчас я попробую этот тезис обосновать. Гибридная война действительно бесконечна. В ней можно достичь какого-то успеха, однако, победить — невозможно. Нет никакой гарантии, что мы, например, опять не войдем в серьезное противостояние с РФ по «газовому вопросу». Еще 6 января 2006 года, когда произошло первое отключение газа, я по просьбе Виктора Андреевича Ющенко дал в Администрации Президента пресс-конференцию. И сказал, что это только начало, что у нас кроме газовой будут еще молочная, сырная, колбасная, конфетная и прочие войны. К этому надо быть готовыми. Нельзя сказать, что я был услышан. Инструменты гибридной войны столь многогранны, что ни прекратить ее полностью невозможно, ни победить в ней. Однако нужно работать с причинами, которые к ней привели, и противостоять целям, которые противник стремится достичь.

Россия пытается вернуть величие, обеспечив себе безопасность. Она считает, что для достижения целей нужно разрушить существующий мировой порядок, и она это практически уже сделала. Дальше Кремль хочет выстроить новый порядок, в котором РФ войдет в тройку мировых лидеров. Но, Кремль не представляет, что этим самым открыл «ящик Пандоры». И я не очень верю, что когда-нибудь они договорятся с японцами по Курильским островам. Заложены многие глубинные конфликты. Миру нужны серьезные преобразования глобальной системы безопасности. Верю, что они будут.

— В книге вы четко дали цели, которые преследует РФ. Федерализация, смена нашего курса и государственный статус русского языка. Если мы хотим предотвратить последнее, то правильно ли тогда принимать закон об украинском языке в его последней редакции?

— У меня тут паллиативная позиция. В 1993 году я возвращался из Москвы в статусе главы Национального космического агентства. Со мной в машине были Иван Драч и Дмитрий Павлычко. В основном я слушал их. Как человек с техническим образованием, я уважаю корифеев слова. Их позиция: государственный язык должен быть один, это основа национального самоопределения, но решать «языковый вопрос» нужно крайне осторожно. И это не задача Министерства культуры или Мининформа. Это задача украинской интеллигенции. Обнимайте за плечи украинскую интеллигенцию и украинскую науку, и мягко вводите каждый следующий этап украинизации.

— В вашей книге пытаетесь анализировать российскую идентичность, пишете, что она твердо стоит на мифах «триединого народа», «Киева как колыбели». Сможем ли мы даже после Путина налаживать отношения, пока они стоят только на этих мифах? Пока не поймут свое место в нашей истории и не поймут, что они отдельно?

— Я верю, что в России возможны изменения.

— Я бы сказала, что продолжают вырывать этот статус и таскаться с идеей себя как третьего Рима.

— В России создан целый ряд мифологем. Например: страна в осаде. Она всегда окружена врагами. Пятая колонна. Откуда в России пятая колонна? Откуда? Ведь ни один общественный деятель в РФ не имеет права на политическую деятельность, если он не засвидетельствовал свою верность Кремлю. И в РФ продолжают рождаться новые концепции, например, «организационное оружие», которое предполагает уничтожение Украины изнутри. И это оружие очень разное. Оно опирается на критику украинской власти, на мнения «экспертов», которые якобы знают как «обеспечить мир на Донбассе». И это все накладывается на тяжелую экономическую ситуацию в Украине, на объективные трудности оборонного строительства… И всем этим активно пользуются журналисты страны-агрессора.

— Мне запомнилась фраза, что часто наш враг спекулирует на классических стандартах журналистики.

— К слову о журналистике. Украине нужна воинственная, но не воинствующая журналистика. Сегодня как никогда от журналистики зависит строительство пускай маленького, но все-таки мостика между обществом и властью. Это надо делать. Это сегодня в повестке дня № 1.

Включите любой телевизионный канал. Идет вброс самой негативной информации. Общая ситуация в стране действительно сложная, но выстраивать информационный ряд надо совершенно по-другому. И если мы каждый день будем спрашивать, а кого посадили, а почему с опозданием, почему не садят и т. д, то как мы создаем позитив? Как мы создадим атмосферу того, что страна живет, выживает, борется и побеждает? Вот почему не создается такой атмосферы? Хаять власть удобно, конечно. Ведь в чем самая главная беда? Критика власти должна сопровождаться предложениями и рекомендациями, которые позволяли бы получить пусть маленькие, но плюсы. Этого же не происходит! Откуда такой пыл и желание все разрушить?

— Прокомментируйте инициативу президента по референдуму по НАТО.

— Даже если он будет проведен, это вызовет определенную дискуссию. Это серьезный ход, это поиск президентом каменной стены, от которой он хотел бы выстраивать долгосрочную сверенную с обществом внешнюю политику. Это ведь залог уверенности в завтрашнем дне. В 2004-м году мною в Национальном центре евроатлантической интеграции было проведено исследование общественного мнения. Процент сторонников вступления в НАТО был порядка 33, против — тоже около 33 процентов, еще треть колебались. Но буквально в течение двух месяцев ситуация резко изменилась. Роль сыграли два лозунга: о делении украинцев на «три сорта» и о преследовании русского языка. И число неопределившихся выросло до 50%. После 2014 года ситуация снова изменилась. Число сторонников НАТО возросло. Но нам снова стали подбрасывать деструктивные конструкты о страхе перед разрывом взаимоотношений с Россией, о снижении социальных стандартов, об ухудшении экономической ситуации… Я думаю, что Президент почувствовал, что снова запахло грозой, и внес предложение о проведении референдум. Это, конечно, риск. Но этот риск мне нравится.

Украина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2067015


Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2066928

Особый путь России

Олег Чеславский, Обозреватель, Украина

Колея, по которой уже не одну сотню лет ходит Москва в сопровождении и при помощи порабощенных ею же народов, столь глубока, что выскочить из нее уже невозможно.

То что ходить сама имперская машина не могла изначально, и всегда зависела ее судьба от тех, на горбах кого она перемещалась к своей очередной цели, не понимал никто и никогда.

Как не понимал никто, что идея построить на Земле царство под управлением Москвы — Третьего Рима это даже не Утопия, а преступление. Ибо за все то время, что существует Россия, ей удалось доказать лишь одно: все, к чему она прикасается, гибнет, разрушается, превращается в труху.

Только России удалось превратить огромные территории в пустыню. Сделать огромные страны Европы странами третьего мира. Так как же удается России удерживать в своем ярме столь много рабов, что весь мир и сегодня верит в миф о ее могуществе? Достигнуть этого удалось России благодаря программе внедрения культуры массовой деградации!

Российская культура — это культура стремительной деградации, культура ретроградов. Культура, которая под эгидой возвращения к традиционным ценностям, становится все более примитивной. Это очень серьезный эксперимент, ибо благодаря ему в России сегодня остается все больше тех, кто получает удовольствие от деградации. Тем же, кто не желает опускаться до уровня животного, приходится эмигрировать.

Границы России сегодня — это граница между теми, кто не способен похоронить свой разум и ищет возможности жить в прогрессивном обществе, и теми, кто наоборот не способен развиваться умственно, кто находит счастье свое в падении, в «возвращении к истокам». Все это движение, обратите внимание, происходит под пристальным вниманием и не без прямого вмешательства РПЦ.

Удивительно как получается! Страна, которая запугивает мир «Исламским государством» (запрещенная в России организация — прим. ред.), сама ведет политику, ничем не отличающаяся от исламистской! Вы, конечно, можете возразить и рассказать мне про феноменальный взрыв российской культуры в 19 веке, давший миру целый пласт высококачественной литературы и музыки. Но я опять возражу вам! Этот взрыв был вынужденный! И за последствия его Российской Империи пришлось заплатить кровавой Революцией, ибо только она дала возможность уничтожить растущую на столь благодатной почве российскую интеллигенцию!

Программа, направленная на создание такого феномена как российская культура, — это была программа по культурному порабощению народов, которые при том что стали рабами Российской Империи, находились на более высоком культурном уровне!Царю пришлось конкретно вложиться в культуру Орды-Москвы, чтобы украинская и польская шляхта изменили своей стране, и стали читать и писать на языке страны оккупанта!

Российским писателем в то время было быть выгодно! Настолько выгодно, что Николай Васильевич Янковский, не особенно раздумывая, взяв унизительный псевдоним Хохол (Hohol) стал писать свои потрясающие произведения именно на кассовом — русском языке! Он правильно посчитал! Он сделал свой выбор и угадал!

Если бы он писал на запрещенном украинском, он бы так и остался нищим и голодным, никому не известным писакой. Став же «русским» писателем, он стал участником «царской грантовой программы» и разбогател!

А Шевченко? Вы же в курсе, что талантливого холопа выкупил сам царь? Что пиши Шевченко на русском, да лебези перед царем, он бы был любимым поэтом царя и империи! Но своенравный холоп поступил не так! Он не стал восхвалять оккупанта, проявившего к нему милость, и судьба его была предрешена…

Культурный взрыв, случившийся в Российской Империи в 19 веке, — это отличный пример массовой пропаганды, отличный пример того, что, если ты хочешь изменений в стране, их необходимо финансировать! Что органичные, эволюционные изменения, не требующие инвестиций, займут не сто, а тысячу лет (которые очевидно есть у правительства Украины, которое не находит средств в бюджете на программу деруссификации).

За 100 лет империи удалось обратить в «русских» всю знать, всю элиту Украины и Польши и тем самым лишить национальные движения средств и лидеров, без которых, как известно, никакое национальное освободительное восстание невозможно!

Но, тем не менее, масса культурных людей к 1917 году была внушительна. Столь много холопов смогло вырасти до уровня лидеров, столь много людей находили необходимость восстать, что империи срочно необходимо было что-то предпринять. Выровнять ситуацию, по мнению правителей империи, должна была Первая мировая война. Но она не стала спасательным кругом для империи. Слишком уж сильны были брожения в излишне разумных головах. Тогда на помощь империи и были призваны большевики — все поголовно тайные агенты РИ.

Революция 1917 года, проходившая под видом народного волеизъявления, развязала руки маргиналам, и те, как сорвавшийся с цепи пес, накинулись на опасную буржуазию, интеллигенцию. В считанные годы на всей территории огромной империи, как дивная хворь, практически под ноль, была вырезана вся прослойка знающих, образованных людей! Тупые маргиналы, столь любимые и обласканные Москвой, снова стали править в стране, сплошь состоящей из коллаборационистов. Практически все национальные движения были уничтожены, и лишь единицам национальных образований удалось вырваться из котла обезличивания — котла интернационализма.

Дальнейшую историю вам рассказывать не надо. Репрессии, алкоголь и псевдонародная (воровская) маргинальная культура — стали теми инструментами, манипулируя которыми, хозяева Кремля смогли сотворить себе бездушного и бессердечного раба — манкурта, руками которого сегодня душат Украину. Те, кто сомневается, что Россия сегодня находится на третьем круге маргинализации населения, ответьте мне, у какой культурной страны реально народной популярной песенной культурой может стать блатная песня — шансон?

В России не каждый знает кто такой Некрасов или Бунин, но зато каждый с легкостью расскажет и пояснит, что такое воровские «понятия». Практически любой гражданин России знает о тюрьме больше, чем житель любой самой захудалой страны третьего мира (во многом это случилось потому, что Россия это и есть по сути одна огромная тюрьма). Но и за пределами блатной этики, кто сегодня стал культурными ориентирами страны, давшей миру Достоевского и Толстого? Любимые певцы российского народа: Михайлов, Пугачева, Кобзон и Киркоров? Любимые писатели российского народа: Донцова и Устинова? Любимые поэты? А нет в России больше поэзии! И знаете почему? Потому что любимое времяпровождение россиян — это бухать под телевизор и ничего не делать!

В России сегодня под видом возвращения к истокам, возрождения древних православных ценностей, происходит очередной виток деградации, то что (историк-публицист Эдвард) Радзинский называл политикой упрощения культуры, ее примитивизацией.

Вы знаете, что один из самых больших бюджетов на пропаганду в России уйдет на создание патриотических комиксов! В Кремле понимают, что они настолько «уронили» уровень грамотности граждан страны, что стандартными способами уже больше к ним не достучаться! Что теперь россияне даже «много букв» не впитывают, как раньше. Что им придется даже пропаганду вбивать в головы манкуртов наиболее примитивным из всех возможных способов! И это, поверьте, еще не конец!

Уже скоро по стране будут ходить люди в рясах и жечь книги, под девизом: «Долой литературу, даешь словесность»! В России снова необходимо уничтожить культуру интеллектуалов, которая неожиданно восстала после краха империи в 1991. Ее снова надо стереть, уничтожить, свести на нет! Ибо, как вы прекрасно понимаете, человек разумный дрессировке поддается плохо!

Я думаю, что даже запрет нормальной и по качеству и по вкусу еды из Евросоюза связан с программой примитивизации вкусов! Россиян снова хотят приучить щи лаптем хлебать! Процесс маргинализации, деградации, примитивизации, упрощения и опускания в России столь повсеместен, что не заметить его нельзя, как и пытаться объяснить его банальной нищетой населения. Это государственная программа. Парадигма эпохи нового застоя.

Российскую культуру, ставшую в свое время ловушкой для интеллигенции завоеванных стран, сегодня тупо кастрируют! Причем пропагандисты так основательно заняты этим процессом, что даже их продукт, который мы имеем честь лицезреть на экранах телевизоров и в сети Интернет стал не менее убогим и нищим. Все по-настоящему культурные люди ушли из российской культуры, оставив место Михалковым, Киселевым, Кобзонам да Соловьевым, которые в силу своего таланта добили ее. Что полностью соответствует государственной программе противодействия просвещению, образованию и повышения культурного уровня граждан России.

И все это происходит при повальном фанатичном увлечении мифами советского прошлого, превознесении подвигов целиком выдуманных героев. При чуть-ли не законодательном закреплении фальсифицированной истории страны Франкенштейна. Именно поэтому все, что сейчас растет в России как грибы, — это памятники князьям да самозванцам с крестами, церкви да храмы со все теми же атрибутами веры (при декларируемой светскости государства).

Весьма странно, что при всем при этом, Россия соревнуется со страной, в которой с образованностью и восстребованностью ученых людей все в порядке. Россия соревнуется с США. И это при том, что Россия реально не способна конкурировать по восстребованности научных работников даже с Пакистаном. Правда и соревнование какое-то странное. С одной стороны, Россия заявляет свои претензии и на мировое лидерство, на звание мирового полицейского, на звание самой перспективной экономики. А с другой стороны, она постоянно рассказывает об особенном, уникальном, сакральном и скрепном, духовном «русском» пути, который не понятен людям с загнивающего Запада.

Дебилизация, деградация, упрощение, опускание, примитивизация культуры — это процесс, при котором Россия неизбежно превратиться в страну даже не третьего, а нового, особенного, уникального «русского» мира, и приведет к обязательной самоизоляции страны. Это, с одной стороны, даст возможность хозяевам Кремля сохранить власть над страной, а с другой — возможность и дальше вести бесконечные войны с неправомерным, неправославным Западом.

Самое печальное и отвратительное во всем этом повествовании то, что народы России не сопротивляются этому процессу, и создается впечатление, что он им даже нравится. Им нравиться падать в эту пропасть, в Тартар. В то место, откуда когда-то и вышли те, кто создал Россию.

P.S. Удивительно как оно выходит, весь мир идет к свету, Россию же ведут во тьму, подальше от света, и при этом ее правители твердят, что они ниспосланы россиянам Богом, ради их же блага…

Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2066928


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2066923

Происходит что-то странное — Трамп превратился в союзника Путина в борьбе с Западом

Йоханнес Коткавирта (Johannes Kotkavirta), Ilta Sanomat, Финляндия

«Происходит что-то странное» Президент США Дональд Трамп (Donald Trump) постоянно повторял эту фразу во время своей предвыборной кампании, ссылаясь на что-то неопределенное и тревожащее, что по каким-то причинам скрывают от обычных граждан. То это были проблемы со здоровьем у его соперницы Хиллари Клинтон (Hillary Clinton), то нежелание президента Барака Обамы (Barack Obama) бороться против исламского терроризма, то критика ООН в адрес Израиля. Речь идет об американской теории тайных мировых заговоров, с которой Трамп знаком лично. В былые годы Трамп являлся символом движения «бертеров», которое было создано для распространения лжи, связанной с происхождением президента Обамы и его возможной приверженностью исламу. Позже он довольствовался тем, что цитировал других представителей этой сферы, и, в частности, одного из самых известных — Алекса Джонса (Alex Jones), по словам которого СМИ и правительство США скрывали информацию о различных терактах. С утверждения советника Трампа Келлиэнн Конуэй (Kellyanne Conway) о «резне в Боулинг-Грин» началась история о сокрытии СМИ террористических актов, как будто списанная со страниц популярного сайта Джонса Infowars, повествующего о тайных заговорах. Ранее Джонс утверждал, в частности, что массовое убийство в начальной школе Сэнди Хук и террористические акты 11 сентября являются делом рук правительства США. И теперь новый президент страны черпает информацию из этого мира заговоров. В подтверждение заявлений президента Белый дом опубликовал 6 января список террористических актов, «которым было уделено мало внимания». В этом списке оказались и недавние террористические акты в Париже, Брюсселе и Берлине, которые на самом деле получили беспрецедентное освещение в мировой прессе. Я сам написал десятки статей по этому поводу и в течение многих дней вместе с сотнями других журналистов наблюдал за охотой на террористов.

Трамп распространяет идеи Кремля

Неуклюжая ложь представляет государственную пропаганду России как утонченный механизм оказания воздействия, в котором Трамп − и в это трудно поверить − своими комментариями принимает участие. В интервью каналу Fox News Трамп защищает своего коллегу Владимира Путина, при этом заходя слишком далеко, и ставит Соединенные Штаты и являющуюся объектом санкций Россию на один нравственный уровень.

«Вы думаете, что наша собственная страна — такая уж невинная?» − отвечает Трамп журналисту Биллу О?Рейли (Bill O’Reilly), назвавшему Путина «убийцей».

Финляндии трудно осознать, какой обидой и оскорблением стали эти слова Трампа для американцев, которые открыто считают Россию абсолютно преступным государством и носителем мифического злого духа холодной войны. Америка всегда выступала противовесом — со свободой как важной частью самобытности ее граждан, оправдывающих любые действия для достижения этой свободы. Единственная супердержава в мире сама не всегда полностью соблюдала права человека, но всегда вместе со своими руководителями была открыта для критики. Сравнение США со страной, которая планомерно уничтожает последние крохи демократии, захватывает с помощью оружия территории своего соседа и участвует в безжалостных бомбежках больниц, является непостижимым.

Иран уже успел поблагодарить Трампа

Идея Трампа — точно такая же, как и та, которую пытается уже много лет пропагандировать Кремль, чтобы оправдать свои действия в глазах других государств и ослабить своего противника, особенно сами Соединенные Штаты.

«Страшно слушать, когда руководитель „свободного мира“ использует типично пропагандистские обороты Кремля. Однако именно это и сделал президент Трамп», − пишет в своей статье бывший руководитель московского бюро The Economist, иностранный член Центра анализа европейской политики (Center for European Policy Analysis) Эдвард Лукас (Edward Lucas). По его мнению, Трамп стал союзником России в ее борьбе против Запада. «Если американцев, англичан, немцев и граждан других стран заставить поверить в то, что их руководители являются подлецами и идиотами, и что законность и свобода − обман, они будут в меньшей степени готовы рисковать и приносить жертвы для защиты своей страны», − раскрывает Лукас смысл действий России. Высший руководитель Ирана аятолла Али Хаменеи (Ali Khamenei) уже успел поблагодарить Трампа за разоблачение перед миром коррумпированности Запада, что не удавалось сделать десятки лет. У Путина, готовящегося к выборам в своей стране, уже давно есть повод для благодарности. 7 января Трамп еще раз написал в Twitter о том, что у него нет никаких экономических или личных связей с Путиным.

К сожалению, в таком мире очень легко понять, почему люди приходят в растерянность и верят в тайные союзы. Так и хочется сказать, что в мире происходит что-то странное.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 февраля 2017 > № 2066923


США. Турция > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 8 февраля 2017 > № 2070950

По ком звонит Эрдоган

Лидеры Турции и США обсудили по телефону ИГ, курдов и Сирию

Инна Сидоркова

Дональд Трамп и Реджеп Эрдоган договорились вместе бороться с запрещенным в России «Исламским государством» в Эль-Бабе и Ракке. Как утверждают турецкие СМИ, американский президент также согласился с важностью борьбы Анкары с турецкими, сирийскими и иракскими курдами. Тем не менее вряд ли Трамп откажется от одних своих союзников в Сирии в пользу других, считают собеседники «Газеты.Ru». С другой стороны, новый президент США попытается наладить отношения с Россией и отстранить от ближневосточных дел Иран.

В ночь на среду президенты Турции и США провели первый телефонный разговор. В ходе 45-минутной беседы Реджеп Эрдоган и Дональд Трамп договорились действовать сообща в Ракке и Эль-Бабе, которые сейчас находятся под контролем ИГ, сообщил турецкий телеканал NTV со ссылкой на источник в администрации президента.

Помимо этого лидеры двух стран обсудили создание зон безопасности в Сирии и кризис с беженцами, добавил источник. Если в рамках операции «Щит Евфрата» турецкой армии при поддержке союзников удастся очистить от террористов на севере Сирии площадь 5 тыс. кв. км и создать там зону безопасности и бесполетную зону, то это остановит миграционный кризис и потоки беженцев, говорил Эрдоган еще в сентябре 2016 года.

Отдельно обсуждался курдский вопрос, добавил источник NTV. Об этом также сообщило турецкое государственное агентство Anadolu.

Якобы в ходе беседы Трамп подчеркнул важность борьбы с признанными в Турции террористическими организациями: Рабочая партия Курдистана (РПК), Отряды национальной обороны (YPG) и партия «Демократический союз» (PYD).

Скорее всего, турецкие СМИ выдали желаемое за действительное, считает эксперт Российского совета по международным делам и Института Ближнего Востока Сергей Балмасов.

Непонятно, зачем Штатам преследовать своих союзников из YPG и PYD и что Анкара может предложить взамен, отмечает востоковед. По его словам, наличие курдов в качестве партнеров выгодно Трампу, чтобы «играть на нервах» турецкого президента, когда это необходимо, однако это не исключает более тесного взаимодействия Вашингтона и Анкары в войне против ИГ.

В Белом доме подтвердили факт телефонного разговора Трампа с Эрдоганом и сообщили, что речь шла «о тесных и давних отношениях между США и Турцией», а также «их общей приверженности борьбе с терроризмом во всех его формах».

«Президент Трамп вновь заявил о поддержке США Турции в качестве стратегического партнера и союзника по НАТО и приветствовал вклад Турции в кампанию по борьбе с ИГ», — констатировали в администрации президента США.

Теперь Эрдоган рассчитывает на встречу с американским президентом. О своих намерениях он заявил еще в конце января, когда возвращался в Турцию после турне по странам Восточной Африки.

«Одной из главных тем переговоров будет оценка турецко-американских отношений. Работают ли хорошо сейчас наши стратегические связи? Нет. Мы должны сделать их здоровыми», — цитирует Эрдогана газета Hurriyet.

Также президент Турции собирается обсудить с американским коллегой экстрадицию оппозиционного исламского проповедника Фетхуллаха Гюлена, которого Анкара обвиняет в организации попытки военного переворота в июле прошлого года.

В начале февраля стало известно, что новая администрация Трампа отвергла план финального наступления на Ракку, подготовленный командой бывшего президента США Барака Обамы. Об этом писала газета Washington Post.

Проект готовили больше семи месяцев, однако он не удовлетворил советников Трампа, потому что в нем не упоминалось о координации действий с Россией. Кроме того, отсутствовали «меры успокоительного характера» в отношении Турции, которая будет выступать решительно против участия в операции курдского ополчения.

В понедельник в Астане начала работу совместная оперативная группа России, Турции и Ирана по контролю за соблюдением режима прекращения огня в Сирии. Делегацию от России в ней представлял заместитель начальника Главного оперативного управления Генштаба генерал-майор Станислав Гаджимагомедов. По его словам, следующая встреча в этом формате запланирована на 15–16 февраля, однако она еще потребует одобрения «в Анкаре и в Тегеране».

За день до этого — в воскресном интервью телекомпании Fox News — Трамп назвал Иран «террористическим государством номер один» и обвинил правительство страны в неуважении.

Новый президент США пообещал действовать в отношении Тегерана с позиции санкций. «Мы уже начали это делать», — сказал он.

На прошлой неделе американский минфин расширил санкции против Ирана. В так называемый черный список вошли 13 физических лиц и 12 организаций, среди которых некоторые компании из Ирана, а также Китая, Ливии и ОАЭ. В ведомстве пояснили, что расширение ограничений связано с иранской программой создания баллистических ракет, а также поддержкой, оказываемой Тегераном «Хезболле» — одному из ключевых союзников сирийского президента Башара Асада.

Четкая антииранская позиция Трампа объясняется в первую очередь его тесными связями с Израилем, которому симпатизирует и близкое окружение Трампа, объяснил научный сотрудник Института востоковедения РАН, специалист по Ирану Станислав Притчин.

По его мнению, Израиль будет приоритетным и основным партнером США на Ближнем Востоке.

Эта линия рискует перечеркнуть фактически единственное достижение в регионе предыдущего президента США Барака Обамы — подписание с Тегераном всеобъемлющего договора о регулировании ситуации вокруг ядерной программы Ирана, отмечает эксперт.

«В связи с этим у Трампа существует серьезный антагонизм с Ираном. И с точки зрения глобальных интересов он носит больше иррациональный характер. Потому что без консультаций с Ираном невозможно решать ни внутрииракскую, ни внутрисирийскую ситуацию», — объяснил Притчин.

В Ираке у власти находится иранское большинство, которое тесно взаимодействует с Тегераном, напомнил собеседник «Газеты.Ru».

Невозможно представить, что будет принято какое-то решение по Сирии, которое полностью не соответствует интересам Ирана, считает Притчин.

Иран сейчас как минимум один из трех игроков наравне с Россией и Турцией, который имеет не только политический вес, но и реальное влияние на поле боя. Бойцы иранского Корпуса стражей исламской революции и проиранская организация «Хезболла» воюют с ИГ в Сирии.

«Не стоит забывать, что находящаяся у власти в Сирии семья Башара Асада --– это алавиты. Они относятся к шиитскому меньшинству Сирии, которое, в силу своей религиозной конфессии, является естественным союзником шиитского Ирана», — подытожил Притчин.

США. Турция > Внешэкономсвязи, политика > gazeta.ru, 8 февраля 2017 > № 2070950


США. Иран > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > fondsk.ru, 8 февраля 2017 > № 2067094

Политика США на Ближнем Востоке: возвращение на круги своя

Александр КУЗНЕЦОВ

Вашингтон продолжает усиливать давление на Иран

Последние две недели были отмечены резким усилением американского внешнеполитического давления на Иран, свидетельствующим о том, что в повестке дня новой администрации США - возвращение к политике конфронтации с Ираном.

Первым сигналом стали антииммиграционные меры, введенные Вашингтоном. 27 января президент США Дональд Трамп подписал указ, вводящий 90-дневный запрет на въезд в Соединённые Штаты беженцев с тем, чтобы «не допустить в страну радикальных исламских террористов». В чёрный список попали семь стран – Иран, Ирак, Сирия, Йемен, Ливия, Судан и Сомали. Теперь в США не смогут въехать даже те граждане этих государств, которые имеют постоянный вид на жительство в США (green card).

Обращает на себя внимание, что в дискриминационный список не попали монархии Персидского залива. 30 января состоялись важные телефонные разговоры короля Саудовской Аравии Сальмана бин Абдель Азиза с президентом США Трампом и нового шефа Пентагона генерала Джеймса Мэттиса с министром обороны КСА наследником наследника престола Саудовской Аравии принцем Мухаммедом бин Сальманом. Д. Трамп предложил саудовскому королю создать зоны безопасности для беженцев в Сирии и в Йемене (?!), хотя к гуманитарной катастрофе в Йемене привели именно саудовские бомбардировки этой страны. При этом в США действует закон JASTA (Justice Against Sponsors of Terrorism Act) – «Правосудие в отношении спонсоров терроризма», одобренный конгрессом в сентябре прошлого года и острием своим направленный против Саудовской Аравии.

В Иране антииммиграционный указ Трампа вызвал крайне негативную реакцию. Новую американскую инициативу осудил президент ИРИ Хасан Роухани. «Сегодня не время возводить стены между нациями. Американцы забыли, что Берлинская стена рухнула более двадцати лет назад», - заявил Роухани. Министр иностранных дел Ирана Мохаммед Джавад Зариф написал 29 декабря в своём «Твиттере»: «Запрет на въезд мусульман будет отмечен в истории как большой подарок экстремистам и тем, кто их поддерживает… Запрет на въезд мусульман показывает неосновательность заявлений США о дружбе с иранским народом и о том, что все проблемы у американцев - лишь с нашим правительством». Али Акбар Велаяти, влиятельный советник по внешней политике верховного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи, подчеркнул: «Гордостью иранцев является то, что они не нуждаются в одобрении своей политики со стороны Трампа. Несомненно, эти меры нанесут в будущем ущерб Соединённым Штатам». Спикер иранского парламента Али Лариджани, также осудивший указ Трампа, заметил, что американское правительство «боится даже собственной тени». А консервативная газета «Кейхан», сделав вывод внутриполитического свойства, написала: «Сложившаяся сегодня ситуация является результатом слабости, проявленной в своё время нашей переговорной командой, и результатом доверия наших переговорщиков к лживым обещаниям Соединённых Штатов».

Ещё одним шагом начатой Вашингтоном антииранской кампании стало обвинение Ирана в «колонизации» соседнего Ирака. Европейские СМИ выделили запись Трампа в «Твиттере» о том, что Иран занят «поглощением Ирака» и «распространяет свое влияние в стране, на которую США потратили 3 миллиарда долларов». О том, какие колоссальные беды принесла Ираку американская оккупация, одни только прямые человеческие потери от которой составили полтора миллиона человек, президент США, разумеется, не вспомнил.

4 февраля Госдепартамент США объявил о введении санкций против ряда иранских компаний и физических лиц, связанных с иранской ракетной программой. Согласно документам, опубликованным на сайте американского министерства финансов, Вашингтон добавил в санкционные списки по Ирану 13 человек, включая иностранных граждан, и 12 организаций. Ограничения вводятся против тех, кто причастен к программе разработки Тегераном баллистических ракет или же каким-либо образом оказывает поддержку Корпусу стражей исламской революции. В частности, в санкционный список включена одна из крупнейших иранских компаний гражданской авиации Mahan Air, которая, по мнению американских официальных лиц, «помогает Корпусу в распространении терроризма и воинственности».

Два слова по поводу ракетной программы Ирана. Она началась не сейчас, а в далёкие 80-е годы, во время ирано-иракской войны. В связи с международными санкциями против ИРИ Тегеран был лишён возможности закупать современные боевые самолеты, а ВВС Саддама Хусейна безнаказанно бомбили иранские города. Использование боевых ракет стало альтернативой боевой авиации. Первые военные ракеты иранские конструкторы и инженеры создавали с помощью специалистов из Китая и КНДР. К слову, иранская авиация и сейчас едва ли не худшая в регионе; её основу составляют американские военные самолёты 40-летней давности.

Курс на обострение отношений с Ираном, избранный новой администрацией США, сопровождается обновлением стратегического партнёрства с Израилем и Саудовской Аравией - основными антагонистами Ирана в регионе. Первые телефонные контакты с лидерами ближневосточных государств состоялись у Дональда Трампа с саудовским королём Сальманом бин Абдель Азизом, премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и президентом Египта Абдель Фаттахом ас-Сисси. А первым ближневосточным лидером, прибывшим в Вашингтон после вступления Трампа в должность, стал король Иордании Абдалла, который ещё в 2004 году заговорил об опасности образования «шиитского полумесяца» под эгидой Ирана. По мнению видного арабского журналиста Абдельбари Атвана, ближневосточная стратегия новой американской администрации состоит в образовании противостоящей Ирану коалиции суннитских государств в составе монархий Персидского залива, Египта и Иордании.

Таким образом, американская политика на Ближнем Востоке возвращается на круги своя, к образцам 2010-2013 годов, когда в СМИ всерьёз обсуждалась возможность бомбардировок иранских военных объектов.

США. Иран > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > fondsk.ru, 8 февраля 2017 > № 2067094


Украина. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2066073

Призыв европейца: не уступайте России в отношении украинских санкций

Карл Бильдт | The Washington Post

"Поступающие от администрации Трампа сигналы о будущем санкций в отношении России не отличаются кристальной ясностью, если выражаться дипломатично, - пишет в The Washington Post Карл Бильдт, бывший премьер-министр Швеции, ныне пишущий для этого издания. - Посол США в ООН Никки Хэйли сделала четкое заявление по вопросу Крыма и связанных с ним санкций. Это радует. Но месседжи Вашингтона по поводу более жестких санкций, наложенных на Россию в связи с ее провалившейся попыткой расшатать Украину путем создания сепаратистского региона, закончившейся образованием двух жалких недогосударств на востоке страны, в Донбассе, в лучшем случае двусмысленны".

"Были намеки, что санкции могут быть сняты в обмен на сотрудничество России в борьбе с "Исламским государством" (запрещено в РФ. - Прим. ред.) на Ближнем Востоке, - напоминает автор. - Россия говорит, что готова пойти на это. (Одинаково ли мы с Москвой понимаем борьбу с "Исламским государством" - отдельный вопрос: Алеппо забывать нельзя.) Однако для Запада делать какие-то уступки, чтобы вознаграждать Россию за то, что она готова делать, - в любом случае едва ли разумная политика. Это не искусство сделки, а искусство поражения".

"Это не даст никаких дополнительных преимуществ в борьбе с "Исламским государством", однако приведет к краху украинской политики и Соединенных Штатов, и Украины. Минские соглашения из трудновыполнимых сразу превратятся в невозможные, конфликт станет постоянным, и мы увидим, как боевые действия малой интенсивности превратятся в раковую опухоль, разъедающую безопасность больших частей Европы. Это не отвечает даже настоящим интересам России", - полагает Бильдт.

Путинский проект на Украине потерпел фиаско, говорится в статье. Результат - около 10 тыс. убитых и, ориентировочно, 3 млн перемещенных лиц.

"Путин не хочет терять лицо перед выборами в следующем году. Но я по-прежнему убежден, - пишет шведский политик, - что рано или поздно Кремль увидит разумность введения беспристрастных миротворческих сил для обеспечения выполнения минских договоренностей".

"Сами по себе санкции, безусловно, не являются жизнеспособной стратегией, но без них наша политика не будет работоспособной, - продолжает автор. - "Продать" эти санкции за что-то на Ближнем Востоке, что Россия и без того намерена делать, не имеет никакого смысла".

Украина. Евросоюз. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2066073


Иран. США > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 8 февраля 2017 > № 2066016

Вашингтон продолжает усиливать давление на Иран

Последние две недели были отмечены резким усилением американского внешнеполитического давления на Иран, свидетельствующим о том, что в повестке дня новой администрации США - возвращение к политике конфронтации с Ираном.

Первым сигналом стали антииммиграционные меры, введенные Вашингтоном. 27 января президент США Дональд Трамп подписал указ, вводящий 90-дневный запрет на въезд в Соединённые Штаты беженцев с тем, чтобы «не допустить в страну радикальных исламских террористов». В чёрный список попали семь стран – Иран, Ирак, Сирия, Йемен, Ливия, Судан и Сомали. Теперь в США не смогут въехать даже те граждане этих государств, которые имеют постоянный вид на жительство в США.

Обращает на себя внимание, что в дискриминационный список не попали монархии Персидского залива. 30 января состоялись важные телефонные разговоры короля Саудовской Аравии Сальмана бин Абдель Азиза с президентом США Трампом и нового шефа Пентагона генерала Джеймса Мэттиса с министром обороны КСА наследником наследника престола Саудовской Аравии принцем Мухаммедом бин Сальманом. Д. Трамп предложил саудовскому королю создать зоны безопасности для беженцев в Сирии и в Йемене (?!), хотя к гуманитарной катастрофе в Йемене привели именно саудовские бомбардировки этой страны. При этом в США действует закон JASTA (Justice Against Sponsors of Terrorism Act) – «Правосудие в отношении спонсоров терроризма», одобренный конгрессом в сентябре прошлого года и острием своим направленный против Саудовской Аравии.

В Иране антииммиграционный указ Трампа вызвал крайне негативную реакцию. Новую американскую инициативу осудил президент ИРИ Хасан Роухани. «Сегодня не время возводить стены между нациями. Американцы забыли, что Берлинская стена рухнула более двадцати лет назад», - заявил Роухани. Министр иностранных дел Ирана Мохаммед Джавад Зариф написал 29 декабря в своём «Твиттере»: «Запрет на въезд мусульман будет отмечен в истории как большой подарок экстремистам и тем, кто их поддерживает… Запрет на въезд мусульман показывает неосновательность заявлений США о дружбе с иранским народом и о том, что все проблемы у американцев - лишь с нашим правительством». Али Акбар Велаяти, влиятельный советник по внешней политике верховного лидера ИРИ аятоллы Али Хаменеи, подчеркнул: «Гордостью иранцев является то, что они не нуждаются в одобрении своей политики со стороны Трампа. Несомненно, эти меры нанесут в будущем ущерб Соединённым Штатам». Спикер иранского парламента Али Лариджани, также осудивший указ Трампа, заметил, что американское правительство «боится даже собственной тени». А консервативная газета «Кейхан», сделав вывод внутриполитического свойства, написала: «Сложившаяся сегодня ситуация является результатом слабости, проявленной в своё время нашей переговорной командой, и результатом доверия наших переговорщиков к лживым обещаниям Соединённых Штатов».

Ещё одним шагом начатой Вашингтоном антииранской кампании стало обвинение Ирана в «колонизации» соседнего Ирака. Европейские СМИ выделили запись Трампа в «Твиттере» о том, что Иран занят «поглощением Ирака» и «распространяет свое влияние в стране, на которую США потратили 3 миллиарда долларов». О том, какие колоссальные беды принесла Ираку американская оккупация, одни только прямые человеческие потери от которой составили полтора миллиона человек, президент США, разумеется, не вспомнил.

4 февраля Госдепартамент США объявил о введении санкций против ряда иранских компаний и физических лиц, связанных с иранской ракетной программой. Согласно документам, опубликованным на сайте американского министерства финансов, Вашингтон добавил в санкционные списки по Ирану 13 человек, включая иностранных граждан, и 12 организаций. Ограничения вводятся против тех, кто причастен к программе разработки Тегераном баллистических ракет или же каким-либо образом оказывает поддержку Корпусу стражей исламской революции. В частности, в санкционный список включена одна из крупнейших иранских компаний гражданской авиации Mahan Air, которая, по мнению американских официальных лиц, «помогает Корпусу в распространении терроризма и воинственности».

Два слова по поводу ракетной программы Ирана. Она началась не сейчас, а в далёкие 80-е годы, во время ирано-иракской войны. В связи с международными санкциями против ИРИ Тегеран был лишён возможности закупать современные боевые самолеты, а ВВС Саддама Хусейна безнаказанно бомбили иранские города. Использование боевых ракет стало альтернативой боевой авиации. Первые военные ракеты иранские конструкторы и инженеры создавали с помощью специалистов из Китая и КНДР. К слову, иранская авиация и сейчас едва ли не худшая в регионе; её основу составляют американские военные самолёты 40-летней давности.

Курс на обострение отношений с Ираном, избранный новой администрацией США, сопровождается обновлением стратегического партнёрства с Израилем и Саудовской Аравией - основными антагонистами Ирана в регионе. Первые телефонные контакты с лидерами ближневосточных государств состоялись у Дональда Трампа с саудовским королём Сальманом бин Абдель Азизом, премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху и президентом Египта Абдель Фаттахом ас-Сисси. А первым ближневосточным лидером, прибывшим в Вашингтон после вступления Трампа в должность, стал король Иордании Абдалла, который ещё в 2004 году заговорил об опасности образования «шиитского полумесяца» под эгидой Ирана. По мнению видного арабского журналиста Абдельбари Атвана, ближневосточная стратегия новой американской администрации состоит в образовании противостоящей Ирану коалиции суннитских государств в составе монархий Персидского залива, Египта и Иордании.

Таким образом, американская политика на Ближнем Востоке возвращается на круги своя, к образцам 2010-2013 годов, когда в СМИ всерьёз обсуждалась возможность бомбардировок иранских военных объектов.

Иран. США > Внешэкономсвязи, политика > iran.ru, 8 февраля 2017 > № 2066016


Франция > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2066000

Президентские обязательства Марин Ле Пен

Навести порядок во Франции за пять лет. Такое обязательство я беру на себя.

Марин Ле Пен (Marine Le Pen), MARINE Presidente, Франция

Мой проект содержит 144 масштабные инициативы, о которых вам будет подробно рассказано в ходе кампании. Тем самым я хочу позволить вам проконтролировать мои действия во главе государства в течение пятилетнего президентского срока. Без этого контроля не существует здравой демократии.

Цель настоящего проекта прежде всего в том, чтобы вернуть Франции свободу, а ее народу — голос. Потому что любая национальная политика должна проводиться от вашего имени и исключительно ради вашего блага.

Кроме того, я хочу вернуть французам их деньги, потому что в течение слишком многих лет наша социальная и налоговая политика обедняет средний класс и малообеспеченные слои населения, обогащая при этом международные компании и растрачивая государственные деньги на совершенно бесконтрольную миграцию.

Мой проект, как вы сами можете в том убедиться, представляет собой настоящую революцию с точки зрения близости. Демократической близости: мне хочется, чтобы решения принимались ближе к гражданам и напрямую контролировались ими. И экономической близости: нужно переустроить нашу территорию, расположить повсюду государственные службы, вернуть обратно наши предприятия и рабочие места. Больше не будет забыт ни один француз, ни один уголок Франции, в том числе заморские территории и департаменты, по которым я уже представила полноценный проект.

Как вы сами понимаете, на этих президентских выборах сойдутся лицом к лицу две точки зрения. С одной стороны, это представляемый всеми моими соперниками глобализм, который стремится разрушить наше социально-экономическое равновесие, упразднить все границы, как экономические, так и физические, все дальше ширить миграцию и подрывать единство французов. С другой стороны, это отстаиваемый мной патриотический выбор, который ставит защиту нации и народа на первое место в любом политическом решении и, как следствие, стремится отстоять нашу национальную идентичность, независимость, единство французов, социальную справедливость и всеобщее процветание.

Выбор между двумя этими мировоззрениями предстоит сделать вам, причем речь тут пойдет о выборе цивилизации. И будущем наших детей.

I. Свободная Франция

Вернуть Франции национальный суверенитет. Стремиться к Европе независимых государств на службе народов

1. Вновь обрести нашу свободу и стать хозяевами нашей судьбы, вернув французскому народу его суверенитет (валютный, законодательный, территориальный, экономический). Для этого будут начаты переговоры с нашими европейскими партнерами, а затем проведен референдум о нашем членстве в Европейском союзе. Цель — прийти к европейскому проекту, который уважительно относился бы к независимости Франции и национальным суверенитетам, а также служил бы интересам народов.

Государственные реформы: вернуть голос народу и сделать демократию ближе

2. Провести референдум по пересмотру конституции и сделать референдум обязательным условием внесения любых поправок в конституцию в будущем. Расширить поле применения 11 статьи конституции.

3. Добиться представления всех французов пропорциональной системой на всех выборах. В Национальном собрании будет полностью введена пропорциональная система с дополнительными 30% кресел для победившего партийного списка и с 5% барьером.

4. Сократить число депутатов до 300 (против нынешних 577) и число сенаторов до 200 (против нынешних 348).

5. Создать референдум народной инициативы по предложению на менее 500 тысяч избирателей.

6. Сохранить три уровня власти (вместо нынешних шести): коммуны, департаменты и государство. Эта реформа станет залогом:— упрощения (удаление дублирующих органов и четкое распределение полномочий),— близости (должностные лица, которых французы знают как своих мэров, получат больший вес),

— экономии (в частности по выплатам должностным лицам и расходам на содержание).

Она позволит быстро добиться снижения местных налогов.

Пересмотреть роль и статус мэров небольших и средних коммун.

Вновь сделать Францию страной свобод

7. Гарантировать свободу слова и цифровые свободы путем их внесения в список основополагающих прав, защищаемых по конституции, с одновременным усилением борьбы с киберджихадизмом и педофилией. Параллельно с этим необходимо упростить для пострадавших процесс признания клеветы или ущерба.

8. Создать имеющую конституционный характер хартию, которая будет включать в себя защиту личных данных французов, в частности с помощью обязательства по хранению этих данных на размещенных во Франции серверах.

9. Защищать права женщин: бороться с исламизмом, который ограничивает их основополагающие свободы, сформировать национальный план по обеспечению равенства зарплат мужчин и женщин, бороться с профессиональной и социальной нестабильностью.

10. Обеспечить соблюдение права на собрания в пределах требований общественного порядка и поддерживать небольшие ассоциативные структуры в сфере культуры, спорта, гуманитарной, социальной, образовательной деятельности и т.д., которые вдыхают жизнь в наши регионы. Добиться настоящей свободы профсоюзов с помощью упразднения представительной монополии и повысить нравственность профсоюзной жизни путем государственного контроля над финансированием профсоюзов.

11. Гарантировать свободу образования детей по их выбору при сохранении строжайшего контроля над совместимостью с ценностями Республики учебных программ в частных учреждениях.

II. Безопасная Франция

Восстановить республиканский порядок и правовое государство везде и для всех

12. Восстановить безопасность без посягательств на личные свободы.

13. Провести массовое перевооружение сил безопасности: в людях (план набора 15 тысяч полицейских и жандармов) и технике (модернизация оборудования, комиссариатов и казарм, адаптация оружия к новым угрозам), а также нравственном и юридическом плане (в частности с упором на понятие законной самообороны).

14. Вновь поставить на первое место для полиции и жандармерии задачу по обеспечению общественной безопасности, освободив их от лишних и административных функций.

15. Сформировать план разоружения проблемных пригородов и восстановления государственного контроля в неправовых зонах. Принять меры против 5 тысяч лидеров банд и преступных групп, чья личность была установлена Министерством внутренних дел. Для противодействия их восстановлению ввести в дополнение к уголовной ответственности запрет на приближение.

16. Восстановить службы локальной разведки для борьбы с преступной деятельностью.

Жесткий и быстрый ответ с уголовной ответственностью

17. Отказаться от чрезмерной терпимости и покончить с судебным попустительством путем отмены попустительских законов (вроде закона Тобиры), восстановления минимального наказания и ликвидации автоматического сокращения срока.

18. Бороться с преступностью среди несовершеннолетних, повышая ответственность родителей отменой социальной помощи семьям малолетних рецидивистов в случаях явно невнимательного отношения к воспитанию.

19. Ввести настоящий пожизненный тюремный срок без возможности сокращения для самых тяжелых преступлений.

20. Создать 40 тысяч дополнительных мест в тюрьмах за 5 лет.

21. Восстановить автоматическое выдворение из страны иностранных преступников и правонарушителей. Подписать двусторонние соглашения, подразумевающие отбывание осужденными иностранцами тюремных сроков у себя на родине.

22. Вернуть руководство тюремной системой Министерству внутренних дел и расширить сбор информации в тюремной среде.

23. Увеличить число должностей судей, в частности путем внешнего набора. Это нужно, чтобы покончить с культурой попустительства, упразднить Национальную судейскую школу и сформировать общую с другими юридическими направлениями образовательную отрасль (с несколькими школами).

Восстановить защищающие нас границы и покончить с неконтролируемой иммиграцией

24. Восстановить национальные границы и выйти из Шенгенской зоны (для тех, кому это необходимо по работе, будут созданы специальные средства для облегчения прохода через границу). Вернуть сокращенный таможенный персонал с помощью набора 6 тысяч сотрудников в течение пяти лет.

25. Сделать невозможным предоставление официального статуса и гражданства нелегальным мигрантам. Упростить и автоматизировать их выдворение.

26. Сократить легальную иммиграцию до годового максимума в 10 тысяч человек. Положить конец автоматическому характеру практики объединения семьи и получения французского гражданства через брак. Остановить иммиграционный насос.

27. Отменить право на гражданство по рождению во Франции: получение французского гражданства будет возможно исключительно по праву родства или по итогам процесса его предоставления, условия которого должны стать более жесткими. Упразднить двойное гражданство с неевропейскими странами.

28. Вернуться к изначальному духу права на убежище, которое будет предоставляться лишь на основании запросов в посольства и консульства Франции в родной стране человека или в соседних странах.

Ликвидировать терроризм и покончить с исламистскими фундаменталистскими группами

29. Запретить и распустить организации любого характера, которые связаны с исламистскими фундаменталистами. Выдворить всех иностранцев, которые связаны с исламистскими фундаменталистами (в частности упомянутых в досье под грифом S).

30. Закрыть все выявленные Министерством внутренних дел экстремистские мечети и запретить иностранное финансирование храмов и их персонала. Запретить любое ведомственное финансирование (государства, местные власти…) храмов и их культурной деятельности.

31. Бороться против джихадистских организаций: лишение французского гражданства, выдворение из страны и запрет на въезд для любого связанного с джихадистской структурой человека с двойным гражданством. Применять статью 411-4 уголовного кодекса о тайных отношениях с врагом и принять меры превентивного задержания для любого французского гражданина, который связан с иностранной организацией, призывающей к враждебности и агрессии в отношении Франции и французов. Составить список таких организаций.

32. Восстановить лишение гражданских прав для причастных к преступлениям, которые связаны с исламистским терроризмом.

33. Укрепить людские и технические средства внутренней и внешней разведки, создать подчиняющееся напрямую премьер-министру единое агентство по борьбе с терроризмом, которое будет заниматься анализом угрозы и координацией операций.

III. Процветающая Франция

Новая патриотическая модель развития занятости

34. Разработать план реиндустриализации в рамках сотрудничества промышленности и играющего стратегическую роль государства с постановкой на первое место реальной экономики, а не спекулятивных финансов.

35. Поддержать французские предприятия в условиях недобросовестной международной конкуренции путем формирования умного протекционизма и восстановления национальной валюты, которая будет адаптирована к нашей экономике и станет рычагом нашей конкурентоспособсности.

36. Для обеспечения защиты потребителей и честной конкуренции запретить импорт и продажу иностранной продукции, которая не соответствует поставленным перед французскими производителями нормам. Параллельно с этим поддерживать французское производство обязательным указанием на упаковке происхождения всей продающейся во Франции продукции.

37. Добиться настоящего экономического патриотизма освобождением от европейских ограничений и предоставлением госзаказов исключительно французским предприятиям при условии разумного расхождения в цене. Зарезервировать часть госзаказа для среднего и малого бизнеса.

38. Упразднить на нашей территории директиву о «свободе трудящихся», которая создает недопустимую недобросовестную конкуренцию. Ввести дополнительный налог на найм иностранных сотрудников для обеспечения национального приоритета занятости французов.

39. Обеспечить защиту стратегически важных отраслей контролем над иностранными инвестициями, которые наносят ущерб национальным интересам, с помощью Ведомства экономической безопасности. Создать под контролем Депозитно-сохранной кассы государственный фонд для защиты предприятий от фондов-стервятников и враждебного соглашения, а также приобретения долей в ключевых отраслях.

40. Создать государственный секретариат по экономическим преобразованиям при Министерстве финансов для предвосхищения изменения форм труда в связи с новыми технологиями (уберизация, роботизация, совместная экономика…). Сформировать в сотрудничестве с указанными отраслями новый регламент по сохранению добросовестной конкуренции.

41. Закрепить инновации во Франции, запретив в случае государственного субсидирования уступку компании иностранному предприятию в течение десяти лет. Продвигать стратегические отрасли научных исследований и инноваций с возможностью вычета пожертвований из налогов. Повысить на 30% государственное субсидирование науки (до 1% ВВП).

42. Создать большое Министерство заморских территорий и моря для использования морских богатств Франции и разработки масштабного стратегического плана инвестиций в морскую экономику.

43. Навести порядок в государственных финансах отказом от неэффективных государственных расходов (в частности от тех, что связаны с иммиграцией и Европейским Союзом) и борьбой с налоговыми и социальными правонарушениями. Избавиться от зависимости от финансовых рынков, вновь сделав возможным прямое финансирование казны Банком Франции.

Поддерживать предприятия с упором на реальную экономику

44. Уменьшить административные и налоговые барьеры для малого и среднего бизнеса: единое специальное ведомство (по социальным, финансовым и административным вопросам), распространение системы облегчения найма сотрудников для малого бизнеса, замена неприменимой в своей текущей форме системы выплат за трудоемкость новым механизмом с опорой на персонализированную оценку благодаря восстановлению медицины труда. Высокая трудоемкость будет компенсироваться увеличением пенсионных выплат.

45. Для содействия занятости сократить количество административных обязательств при пороге в 50 сотрудников и провести слияние представительных институтов персонала в промежутке от 50 до 300 сотрудников (вне профсоюзного представительства) в единую структуру с прежними функциями.

46. Сократить социальные отчисления среднего и малого бизнеса понятным и значительным образом путем слияния инструментов уменьшения социальных выплат по регрессивной схеме (налоговый кредит для конкурентоспособности и занятости будет превращен в сокращение отчислений и включен в эту систему). Сокращение отчислений будет обусловлено сохранением занятости.

47. Сохранить 15% налог с предприятий для малого бизнеса и создать промежуточный налог в 24% для среднего бизнеса (вместо 33%). Облегчить переход предприятий из одной категории в другую, предоставив полное освобождение от налогов для расширения капитала в результате продажи акций и долей участников в течение семи лет.

48. Поставить государство и местные власти перед необходимостью соблюдения сроков платежей с помощью жестких и автоматических штрафных мер.

49. Облегчить доступ к кредитованию для малого бизнеса с помощью льготных процентных ставок под контролем Банка Франции, чтобы вновь поставить финансы на службу реальной экономике.

50. Вдвое уменьшить максимальную процентную ставку по займам и банковским кредитам для предприятий и семей.

51. Сделать Францию землей инноваций: переориентировать субсидирование инноваций в сторону стартапов и среднего и малого бизнеса, направить часть средств страхования жизни (2%) в сторону капитал-риска и стартапов, подтолкнуть крупные компании к созданию собственных инвестиционных фондов для поддержки инновационных предприятий.

Гарантировать социальное обеспечение

52. Установить пенсионный возраст на отметке в 60 лет с необходимыми 40 годами стажа для получения полной пенсии.

53. Отменить трудовой закон (так называемый закон Эль-Хомри).

54. Постепенно повысить потолок семейного коэффициента, восстановить 50% долю для вдов и вдовцов, отменить налогообложение повышения пенсий для родителей из многодетных семей.

55. Сформировать настоящую политику поддержки рождаемости для французских семей, восстановив всеобщие семейные пособия и сохранив их индексацию относительно стоимости жизни. Вернуть свободное распределение декретного отпуска между обоими родителями.

56. Укрепить солидарность поколений, позволив каждому родителю перевести без налогообложения сумму до 100 000 евро каждому ребенку раз в пять лет (вместо нынешних 15 лет), и повысить потолок не подлежащих налогообложению подарков внукам до 50 000 евро, опять-таки за пятилетний срок.

57. Создать социальный щит для представителей независимых профессий, предложив им либо подключиться к общей социальной системе, либо остаться на их собственной после ее кардинального пересмотра (она будет работать на базе ежеквартальной декларации доходов).

Содействовать покупательной способности

58. Повысить минимальный размер пенсии по старости повсюду во Франции, в том числе на заморских территориях, и сделать условием ее начисления французское гражданство или 20-летнее проживание во Франции, что также позволит повысить самые маленькие пенсии.

59. Ввести субсидии покупательной способности для малообеспеченных слоев населения, в том числе пенсионеров, (доходы менее 1 500 евро в месяц) с помощью социального налога на импорт в размере 3%.

60. Незамедлительно на 5% сократить установленные тарифы на газ и электроэнергию.

61. Обезопасить счета и сбережения французов с помощью отмены европейской директивы о банковском союзе и закона Сапена II, которые предполагают изъятие или заморозку банковских накоплений или контрактов страхования жизни в случае угрозы банковского кризиса. Сохранить свободу и многообразие платежных средств.

62. Ужесточить санкции против руководителей предприятий, которые виновны в мошенническом сговоре или действиях, отрицательно отражающихся на покупательной способности потребителей. Заморозить разрешения торговых центров и складов продающихся по почте товаров до проведения глобального аудита розничных сетей.

63. Сохранить установленную по закону рабочую неделю на отметке в 35 часов. Разрешить переговоры о продлении трудового времени исключительно на уровне профессиональных отраслей и при условии полной компенсации в заработной плате (полные выплаты за 37 или 39 часов).

64. Отменить налогообложение сверхурочных и сохранить надбавку за них.

IV. Справедливая Франция

Полностью защитим здоровье французов

65. Гарантировать всем французам социальное обеспечение, а также погашение всех рисков системой медицинского страхования. Обеспечить ее финансирование упрощением управления системой, борьбой с растратами и инвестициями в новые цифровые инструменты для устойчивой экономии.

66. Увеличить максимальное число мест на медицинских специальностях в вузах, чтобы сократить использование услуг иностранных врачей и подготовить смену для многих медиков, которые собираются выйти на пенсию. Содействовать сотрудничеству медиков, признав особые навыки каждого.

67. Бороться с острой нехваткой медиков в определенных зонах, запустив там стажировки для интернов, позволив врачам-пенсионерам вести там практику с налоговыми льготами и развивая медицинские учреждения.

68. Сохранить максимальное количество доступных гражданам в непосредственной близости больниц и расширить штат медицинских сотрудников.

69. Создать в системе социального обеспечения пятую группу рисков в связи с зависимостью, чтобы обеспечить право каждого француза на лечение и достойную жизнь.

70. Поддерживать французские стартапы для модернизации системы здравоохранения.

71. Начать экономию средств с помощью упразднения государственной медицинской помощи нелегальным мигрантам, борьбы с мошенничеством (создание биометрической карты с удостоверением личности), снижения цены дорогостоящих лекарств (путем увеличения доли нефирменных препаратов) и расширения продажи подлежащих компенсации медикаментов (лаборатории должны адаптировать для этого свои производственные цепочки).

72. Защитить взаимодополняемость государственной и либеральной систем здравоохранения. Сохранить территориальное распределение независимых участников системы здравоохранения (аптеки, лаборатории и т.д.).

73. Реорганизовать и прояснить роль и обязательства агентств санитарной и продовольственной безопасности, гарантировать их независимость.

Добиться более справедливого налогообложения

74. Обеспечить справедливое налогообложение, отказавшись от повышения НДС и социального налога и сохранив налог на состояния.

75. На 10% уменьшить подоходный налог по трем первым группам.

76. Упростить фискальную систему путем упразднения неэффективных налогов.

77. Отменить удержание налога у источника выплаты, чтобы защитить частную жизнь французов и избежать чрезмерных административных сложностей для предприятий.

78. Эффективно бороться с уклонением от уплаты налогов, чтобы сохранить нашу социальную модель путем противодействия офшорным зонам и введения налога на деятельность во Франции крупных компаний и сокрытые прибыли. Продолжить международное налоговое сотрудничество для выполнения этих задач.

79. Лишить доступа к госзаказам международные компании, которые практикуют уклонение от уплаты налогов и отказываются приводить свое положение в соответствие с законом.

80. Отказаться от налоговых соглашений со странами Персидского залива, которые предоставляют тем необоснованные привилегии, облегчают переход французской экономики под контроль нефтедолларов и противоречат национальным интересам.

Позволить каждому найти свое место

81. Вернуть значимость ручного труда путем формирования специализированного профессионального обучения (постепенный отход от обязательной средней школы с разрешением перейти на профессионально-техническое обучение с 14 лет). Формировать профессионально-технические училища второго шанса по всей стране для учеников, которые вышли из школьной системы без диплома.

82. Создать программу «первое рабочее место», которая полностью освобождает от выплат предприятие при приеме на работу молодежи до 21 года на срок до двух лет.

83. Для настоящей социальной справедливости поручить учреждением общего и профессионального высшего образования найти предложения по стажировке для каждого студента.

84. Расширить на метрополию систему адаптированной военной службы, которая существует на заморских территориях.

85. Расширить и распространить третий набор на государственную службу и зарезервировать его за лицами старше 45 лет, имеющими, как минимум, восьмилетний стаж работы в частном секторе.

86. Разморозить и пересмотреть показатели чиновников. Сохранить статус государственной службы. Для обеспечения равенства установить на отметке в два дня период ежедневных выплат по больничному листу в государственном и частном секторах.

87. В условиях давления наднациональных властей сохранить запрет суррогатного материнства и использовать искусственное оплодотворение лишь в качестве медицинского решения проблемы бесплодия. Создать гражданский союз, который придет на смену положениям закона Тобиры без обратной силы.

88. Пересмотреть размеры пособий для инвалидов, предоставить больше средств региональным домам инвалидов и создать достойную систему помощи людям с аутизмом и связанными с ним нарушениями. Государство должно предоставить большую помощь инвалидам и их семьям.

89. Облегчить доступ инвалидов к трудоустройству, активизировать борьбу с любыми проявлениями дискриминации на почве инвалидности и заболеваний, предоставить право на забвение людям, которые восстановились после длительной утраты трудоспособности, с максимальным сроком в пять лет. Ввести стандарт доступности для слабовидящих и слабослышащих.

90. Начать полный аудит структур опеки и приема детей, чтобы положить конец наблюдаемым в некоторых из них нарушениях. Реорганизовать и улучшить политику социальной помощи детям.

V. Гордая Франция

Отстаивать единство Франции и ее национальную идентичность

91. Отстаивать национальную идентичность, ценности и традиции французской цивилизации. Внести в конституцию защиту и продвижение нашего исторического и культурного наследия.

92. Возвести французское гражданство в ранг привилегии всех французов внесением в конституцию национального приоритета.

93. На постоянной основе вывесить на зданиях всех государственных учреждений французский флаг и убрать с них европейский флаг.

94. Пересмотреть размеры пенсий ветеранов, выделив на это доступные средства.

95. Отстаивать светское общество и бороться с коммунитаризмом. Прописать в конституции принцип: «Республика не признает никаких общин». Восстановить повсюду светские нормы, распространить их по всему общественному пространству и прописать в трудовом кодексе.

96. Защищать французский язык. Отменить положения закона Фиоразо, которые позволяют ограничить преподавание на французском в университетах.

97. Укрепление единства нации продвижением национальной истории и отказом от сеющего раскол государственного покаяния.

98. Продвигать республиканскую ассимиляцию, которая требует большего, чем интеграция.

99. Восстановить настоящее равенство и меритократию, отказавшись от принципа «позитивной дискриминации».

100. Отстаивать единство и территориальную целостность Франции, подтвердив нерушимую связь между метрополией и заморскими территориями.

Передавать знания и ценности

101. Обеспечить передачу знаний расширением основополагающих учебных программ (французский, история, математика). В начальной школе выделить половину времени на уроки французского, как в письменной, так и в устной форме. Отменить «изучение родных языков и культур».

102. Сделать школу «нерушимым убежищем, куда не под силу проникнуть людским ссорам» (Жан Зей), то есть утвердить принципы не только светского обучения, но и нейтралитета и безопасности.

103. Восстановить авторитет учителей и уважение к ним, ввести ношение школьной формы.

104. Вернуться к реформе школьного графика.

105. Восстановить равенство возможностей с помощью республиканской меритократии.

106. Перейти в вузах от отсеивания по неудачам к отбору по заслугам. Отказаться от жеребьевки в качестве средства отбора. Вернуть стипендии для лучших. Отстаивать французскую модель высшего образования, опирающуюся на взаимодополняемость университетов и больших школ.

107. Активно продвигать подготовку нового поколения (учебный договор, договор по повышению квалификации) в ремесленной сфере, частном и государственном секторах, сделать профессиональное образование более эффективным, прозрачным и доступным.

Творческая и блистающая Франция

108. Расширять сеть французских школ и лицеев в мире.

109. Развивать народное меценатство с помощью формирования специальной цифровой платформы.

110. Подготовить закон о национальном наследии для более эффективной поддержки его содержания и сохранения. Увеличить выделяемый для этого бюджет на 25%.

111. Прекратить политику продажи иностранцам и частному сектору национальных зданий и дворцов.

112. Запустить национальный план образования (школы, университеты) в сфере искусства на нашей территории, а также сформировать по всей стране сеть художественных инкубаторов. Восстановить настоящее общее музыкальное образование в школьных учреждениях.

113. Реформировать Высший аудиовизуальный совет с созданием трех коллегий: первая должна включать в себя представителей государства, вторая — профессионалов, третья — представителей гражданского общества (ассоциации потребителей, телезрителей и т.д.).

114. Навести порядок с непостоянным характером театральной деятельности путем создания профессиональной карты для защиты системы, а также улучшения контроля над структурами, которые злоупотребляют ей.

115. Отменить закон о защите авторских прав в интернете и начать работу по общему лицензированию.

116. Создать «спортивный договор высокого уровня» на срок в три года с возможностью продления, призванный позволить спортсменам любителям, которые представляют страну на международных соревнованиях, вести достойную жизнь и полностью посвятить себя своей дисциплине.

117. Поддерживать небольшие клубы, чтобы добиться присутствия максимального числа французских игроков в профессиональных командах и бороться с засильем финансов в профессиональном спорте. Расширить борьбу с насилием в любительском спорте и поставить перед всеми спортивными клубами жесткое требование соблюдения светских норм и нейтралитета.

VI. Сильная Франция

Добиться уважения к Франции

118. Выйти из объединенного военного командования НАТО, чтобы не допустить втягивания Франции в чужие войны.

119. Обеспечить автономные оборонные возможности во всех областях.

120. Восстановить во всех оборонных отраслях предложения от французской промышленности, чтобы удовлетворить потребности нашей армии и гарантировать стратегическую независимость.

121. Увеличить с первого года на посту оборонный бюджет до 2% ВВП, а затем поднять его до 3% к концу срока. 2% минимум должен быть прописан в конституции. Такие существенные затраты в частности помогут профинансировать:— второй авианосец «Ришелье», необходимый для постоянного присутствия на море нашей авианесущей группы;— расширение штата (для возвращения к уровню 2007 года, что означает набор дополнительно 50 тысяч военных);— сохранение наших сил ядерного сдерживания;— общее расширение формата нашей армии (больше самолетов, кораблей, бронетехники) и модернизацию вооружений;

— постепенное восстановление военной службы (с обязательным минимумом в 3 месяца).

Вернуть Францию на первые места в мире

122. Задействовать Францию на службе многополярного мира, который опирается на равноправие наций, их постоянную договоренность и уважение к их независимости. Основывать международную политику на принципе реализма и вернуть Франции ее роль державы-гаранта стабильности и равновесия.

123. Укрепить связи между народами, которых объединяет французский язык.

124. Сформировать настоящую политику совместного развития с африканскими странами, которая опирается преимущественно на содействие начальному образованию, улучшение сельскохозяйственной системы и укрепление средств обороны и безопасности.

VII. Устойчивая Франция

Франция, сельскохозяйственная держава на службе здорового питания

125. Применять нормы экономического патриотизма к французской сельскохозяйственной продукции для поддержки фермеров и рыболовов, в том числе с помощью госзаказов (центральных и местных властей).

126. Превратить общую сельскохозяйственную политику во французскую сельскохозяйственную политику. Гарантировать объемы субсидий, критерии которых будут определяться Францией, а не Европейским Союзом, чтобы спасти и поддержать французскую модель семейных хозяйств.

127. Отказаться от договоров о свободной торговле (TAFTA, CETA, Австралия, Новая Зеландия). Развивать короткие цепочки производства и потребления с помощью реорганизации отраслей.

128. Упростить жизнь сельхозпроизводителей, остановив ввод все новых административных норм, и способствовать появлению молодых сельхозпроизводителей с помощью отмены налогов в первые годы.

129. Отстаивать качество: для борьбы с недобросовестной конкуренцией запретить импорт сельскохозяйственной и продовольственной продукции, которая не соответствует нормам французского производства в области санитарной безопасности, благополучия животных и окружающей среды. Добиться полного указания на этикете географического происхождения и места обработки продукции, чтобы обеспечить потребителям прозрачность и полноту информации.

130. Продвигать сельскохозяйственный экспорт, в частности путем поддержки качественных брендов.

Экология и переходный процесс в энергетике: Франция должна стремиться к лучшему

131. Для защиты окружающей среды необходимо покончить с экономической моделью, которая опирается на дикую глобализацию торговых отношений и социальный, санитарный и экологический демпинг. Настоящая экология заключается в как можно более близком производстве и потреблении, а также переработке отходов прямо на месте.

132. Для борьбы с энергетической зависимостью и прямого повышения покупательной способности французов сделать изоляцию жилья бюджетным приоритетом на президентский срок, потому что самая дешевая энергия — та, которую мы не потребляем.

133. Активно развивать возобновляемую энергетику (солнечная энергия, биогаз, древесина…) во Франции с помощью умного протекционизма, экономического патриотизма, государственных и частных инвестиций, а также заказов EDF. Незамедлительно ввести мораторий на ветроэнергетические установки.

134. Для сохранения, модернизации и обеспечения безопасности французской ядерной отрасли запустить масштабную ремонтную программу и удержать государственный контроль в EDF, вернув компании настоящую миссию на службе государства. Отказаться от закрытия АЭС Фессенхайм.

135. Поддержать французскую водородную отрасль (чистая энергия) государственной помощью в сфере научных исследований для сокращения нашей зависимости от нефти.

136. Запретить разработку сланцевого газа до обеспечения удовлетворительных условий с точки зрения экологии, безопасности и здравоохранения, а также наложить запрет на ГМО из принципа предосторожности.

137. Сделать защиту животных национальным приоритетом. Отстаивать благополучие животных, запретив забой без анестезии и максимально заменив опыты над ними. Отказаться от модели «ферма-завод» по принципу ферма на одну тысячу коров.

Обеспечить равенство на всей территории и облегчить доступ к жилью

138. Гарантировать равный доступ к государственным службам (администрации, жандармерия, водоснабжение, здравоохранение, транспорт, больницы и клиники…) на всей территории и в частности в сельских регионах. Требования Европейского Союза по либерализации железных дорог будут отклонены. Почта и SNCF останутся государственными предприятиями.

139. Объединить в одном министерстве полномочия по обустройству территории транспорту и жилью. Перенаправить городскую политику на опустевшие и сельские зоны.

140. Облегчить доступ к собственности с помощью расширения системы займов с государственной помощью и улучшения условий выкупа жильцами социального жилья с целью добиться его ежегодной продажи на уровне 1% всего парка. На 10% уменьшить пошлину на оформление права собственности.

141. Сократить жилищные расходы семей с помощью широкого плана помощи в строительстве и восстановлении жилья, снижения жилищного налога для малоимущих и заморозки его повышения, сохранения адресного жилищного пособия (с отменой учета имущества при его расчете). Запустить программу «Защита-Жилье-Молодежь»: широкий план строительства жилья для студентов и 25% увеличения АЖП для молодежи до 27 лет с первого года президентского срока.

142. Зарезервировать за французами приоритетное выделение социального жилья (без обратного действия), в первую очередь для нуждающихся в этом людей. Добиться выполнения требования мирного проживания под страхом лишения права аренды.

143. Рационализировать и упростить градостроительные нормы для снятия напряженности на жилищном рынке. Следить за охраной окружающей среды и заповедников (побережье, горы и т.д.).

144. Поддержать инвестиции в инфраструктуры, в частности в сельской местности (высокоскоростное соединение, телефонные линии, дороги…), и провести повторную национализацию автодорожных компаний, чтобы вернуть французам имущество, которое они финансировали, но которого были лишены. В целом, отказаться от продажи имеющихся у государства стратегических активов.

Я реализую этот проект ради вас, ради народа, ради Франции!

Франция > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2066000


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065948

Трамп защищает Путина и заверяет, что США — «не такая уж невинная страна»

Франсиска Матурана Торрес (Francisca Maturana Torres), El Mercurio, Чили

Несмотря на критику, обрушившуюся на Трампа со стороны демократов, а также и республиканцев, американский президент продолжает защищать российского лидера Владимира Путина. В интервью телеканалу Fox News Трамп заявил, что уважает российского президента, однако это не значит, что он обязательно с ним поладит.

«Я бы сказал, что с Россией лучше иметь хорошие отношения, чем плохие. И если Россия помогает нам в борьбе против ИГИЛ, а это большая борьба, и в борьбе против исламского терроризма во всем мире, то это хорошо», — заявил Трамп.

За годы правления Путина в России были убиты многие представители оппозиции, а также журналисты. Именно это имел в виду Билл О'Рейли (Bill O'Reilly), когда поинтересовался у Трампа почему он уважает Путина, ведь он еще и убийца.

Трамп, немного подумав, ответил: «Убийц много. У нас полно убийц. Вы что же, считаете, что наша страна — такая невинная?»

На прошлой неделе Трамп разговаривал по телефону с Путиным и выразил желание улучшить отношения с Москвой, а также дал высокую оценку главе российского государства даже после того, как американские спецслужбы посчитали, что за хакерскими атаками в ходе избирательной кампании в США стоит Россия.

Республиканцы раскритиковали Трампа

Однопартийцы обрушились на Трампа с резкой критикой. Посыпался град возмущений со стороны республиканцев в сенате и других органов власти, которые заявили, что он вновь спровоцировал расхождение с прежними заявлениями, озвученными его собственным кабинетом.

Неоднократные слова восхищения Путиным со стороны миллиардера — наиболее болезненная точка для республиканцев, которые считают, что российский лидер несет угрозу мировому порядку, пишет специализированное издание Politico.

«Путин — хулиган, русские аннексировали Крым, вторглись на территорию Украины, вмешались в президентские выборы в США. Нет, я не думаю, что мы неадекватно отвечаем на поведение России», — заявил лидер республиканского большинства в Сенате Митч Макконнелл (Mitch McConnell).

Сенатор от Флориды Марко Рубио (Marco Rubio) придерживается аналогичного мнения.

«Вы можете себе представить, чтобы кто-то из Республиканской партии отравил бы своего оппонента или наоборот? Немыслимо. Мы — не Путин», — сказал Марко.

С приходом Трампа к власти ситуация на востоке Украины ухудшилась. Вице-президент США Майк Пенс (Mike Pence) заявил, что Белый дом обеспокоен ролью России в эскалации насилия, при этом он не исключил возможности снятия санкций в отношении Москвы.

По словам Пенса, все зависит от того, «увидим или не увидим мы изменения в поведении России и возможность работать на общее благо». Под общими интересами вице-президент назвал борьбу с террористической группировкой «Исламское государство» (террористическая организация запрещена в РФ — прим.ред.).

В свою очередь, экс-посол США в Чили Ричард Д. Козлэрич (Richard D. Kauzlarich) заявил El Mercurio, что его пугает заявление Трампа о том, что США и Россия несут одинаковую моральную ответственность.

«Наша страна не совершенна, и США допускали ошибки. Но если мы проанализируем, как соблюдаются основные принципы международного права, демократии, верховенства закона и личных свобод, включая свободу прессы, то путинская Россия не выполняет ни одного пункта из вышеперечисленных», — сказал Ричард Д. Козлэрич.

Тема взаимоотношений с Москвой была не единственная, которая затрагивалась в интервью телеканалу Fox News. Трамп вновь раскритиковал ядерное соглашение с Ираном и рассказал об отношениях с Мексикой. Президент заявил, что предложил свою помощь мексиканскому коллеге Энрике Пенья Ньето (Enrique Peña Nieto), чтобы покончить с наркокартелями и, подчеркнул, что президент Мексики «очень заинтересован» в получении такой помощи. Трамп похвалил мексиканское правительство, но при этом заявил, что США потеряли много рабочих мест по вине соседа.

О'Рейли спросил Трампа, что он думает о своих безответственных заявлениях по поводу того, что три миллиона нелегальных иностранцев проголосовали против его кандидатуры. Трамп продолжал настаивать на своей правоте и заявил, что создаст комиссию под руководством вице-президента Майка Пенса, чтобы тщательно разобраться в этой ситуации.

Отвечая на вопрос о внутренней политики США, Трамп пообещал до конца текущего года снизить налоги и отделался общими фразами о возможности появления альтернативной системы медицинского страхования, разработанной его администрацией.

Белый дом сообщил о телефонном разговоре Трампа с генеральным секретарем НАТО Йенсом Столтенбергом (Jens Stoltenberg). Президент США согласился присоединиться к встрече лидеров НАТО, которая состоится в конце мая.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065948


США. Ватикан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065941

Россия становится территорией сближения Дональда Трампа и папы Франциска

Маттео Матцуцци (Matteo Matzuzzi), Il Foglio, Италия

Американский специалист по Ватикану Джон Аллен (John Allen) написал, что между Дональдом Трампом и папой Франциском легко можно обозначить сферу расхождений (от продолжения политики возведения стен вдоль южных границ Соединенных Штатов до последних мер по борьбе с иммиграцией). Но пунктом, в котором они могли бы согласиться друг с другом, могла бы стать «их политика в отношении России». В скобках напомним, что эта политика с обеих сторон встречается без особого энтузиазма, так как американского президента обвиняют в излишней симпатии к Кремлю, а понтифика в разных церковных сферах считают заступником «излишнего экуменизма» (Аллен говорит об «экуменической корректности»). И все же именно Ватикан, задолго до прибытия Дональда в Белый дом с последовавшими полемиками о компромате, утечках и хакерских атаках, снял запрет с Владимира Путина, признав его положительную роль на международной арене. При этом любое (тактическое или идейное) сопротивление Запада игнорировалось настолько, что это подспудно дало повод к напряженности в отношениях с греко-католической украинской церковью, которая уже давно выступает против завоевательского духа Москвы (Крым и Восточная Украина — наиболее вопиющие его примеры). Продолжая разговор о политике, достаточно вернуться в 2013 год, когда Святой престол обратился именно к Кремлю, чтобы остановить англо-франко-американскую агрессию в Дамаске, которая казалась неотвратимой. Сначала 25 августа состоялось чтение молитвы Ангелус, когда папа призывал к миру в Сирии, потом бдения на площади святого Петра, наконец, длинное письмо (а также благословение) Путину, который занимал тогда кресло очередного председателя большой двадцатки. За этим последовали многочисленные встречи и взаимодействие.

В отношении Ближнего Востока соблюдается прежняя линия: защита христианского сообщества, значительное недоверие к так называемым умеренным повстанцам, поддержка (пусть и несколько завуалированная, с точки зрения Святого престола) Башара Асада. Эта позиция сохраняется, в том числе, потому, что она сформировалась еще в годы гражданской войны в Сирии в местных высочайших христианских кругах — как католических, так и православных, с гордостью занимающих антиамериканскую позицию и доверяющих роли России.

«Новый геополитический порядок с появлением Трампа в Белом доме подходит всем», — рассказал Foglio дон Стефано Каприо (Stefano Caprio), преподаватель русской культуры в Папском восточном институте в Риме. «Точно сказать нельзя, но это так», — продолжает он. «Как Москва, так и Вашингтон, заинтересованы в том, чтобы ситуация на Ближнем Востоке нормализовалась. И Святой престол может только приветствовать это урегулирование». В том числе потому, что «предоставление России контроля над Ближним Востоком также связано с интересами католической церкви, главным образом, по духовным причинам. Одним словом, это православный регион». Конечно, понимать суть нынешней линии Белого дома — задача не из простых: «Трамп непредсказуем, никто не может сказать, как сложатся обстоятельства. Я же, — говорит дон Каприо, — полагаю, что Трамп, в конце концов — просто благословение для Ватикана. Его международная политика в том виде, в каком она была представлена, имеет много точек соприкосновения с политикой Святого престола. Многие пункты выражают гораздо больше уважения к церкви, чем это было бы при президенте Клинтон, и это касается не только этики». Но расхождения существуют, и последние президентские указы лишь подтверждают, что дела будут продвигаться отнюдь не гладко. Достаточно вспомнить заявления патриарха халдейского из Багдада Сако (Sako), критиковавшего ограничения на въезд на территорию Америки, назвав это огромным вредом для христиан Востока, которые будут еще более беззащитны перед нападками врагов у себя на родине. Дипломатические планы Ватикана обращены на Восток, он стремится к соглашению с Москвой, если для этого даже придется «пожертвовать католиками в России, которых, однако, совсем немного и которые не играют решающей роли в этом вопросе», — оценивает Каприо. «Скажем так, с папой Франциском выработалась своего рода восточная политика 2.0, признаки которой наметились еще до его восхождения на престол, и сейчас мы наблюдаем ее последствия. Эта политика в любом случае не имеет ничего общего с политикой Казароли, осуществлявшейся в первой половине понтификата Иоанна Павла II». Таким образом, треугольник — или, как минимум, его контуры — начинает вырисовываться. Если Вашингтон расположен доброжелательно к кремлевскому диктатору, то Ватикан восстанавливает связи на этическом и духовном фронте. Состоявшаяся год назад на Кубе встреча папы Франциска и патриарха Кирилла соответствует избранному направлению (достаточно вспомнить многочисленные намеки на защиту естественной семьи, содержащиеся в достигнутой декларации). А экуменические цели настолько важны Франциску, что он, как вспоминает Аллен, говорил о «братоубийственной войне» на Украине, а не о российской агрессии, чем сбил с толку местную греко-католическую церковь, как сказал прессе архиепископ Киевский Святослав Шевчук, упомянув о «ране» и «чувствительности украинцев».

По мнению американского специалиста по Ватикану, дело в том, что «папа не хочет сделать ничего, что могло бы обернуть время вспять» в отношениях с Московской патриархией. А для того чтобы это осуществить, необходимо добиться понимания, что Ватикан не «противоречит национальным интересам России».

США. Ватикан. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065941


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065930

МНЕНИЕ: Что может потопить дружбу Путина и Трампа

Джош Коэн, Reuters, Великобритания

Reuters — Дональд Трамп продолжает защищать Владимира Путина. По традиции президентов США, он дал телеинтервью перед собирающим многомиллионную аудиторию финалом первенства по американскому футболу. Собеседником на консервативном телеканале Fox выступил ведущий Билл О?Рейли. Его характеристику в адрес российского президента — «убийца» — Трамп отверг.

«У нас есть много убийц. Вы думаете, наша страна — такая невинная?» — парировал президент США.

Улучшение отношений Москвы и Вашингтона, без сомнения, было бы в интересах национальной безопасности США, главным образом благодаря уменьшению риска атомной войны и ядерного терроризма. Однако, несмотря на оптимистические сигналы из лагерей Путина и Трампа, их отношения могут испортиться очень быстро — и, возможно, опуститься на еще более низкий уровень.

Среди глобальных проблем, чреватых противостоянием США и России, — Иран. Трамп посылает противоречивые сигналы относительно ядерной сделки с Тегераном. В предвыборную пору он периодически грозил разорвать соглашение, но в качестве президента, возможно, хочет даже закрепить его.

Путина первый вариант не устраивает. Россия сыграла ключевую роль в том, чтобы переговоры с Ираном принесли плоды, в частности, предложив устраивающие его и Запад решения в сфере обогащения урана для внутренних нужд и ограничений его оружейного потенциала.

Москва продолжает играть важную роль в воплощении ядерной сделки. В конце 2015-го Россия приняла 25.000 фунтов иранского обогащенного урана, а позже — с благословения администрации Барака Обамы — поставила Тегерану 116 метрических тонн уранового сырья в обмен на 44 тонны отработанного реакторного теплоносителя.

Путин вполне может воспринять отказ Трампа соблюдать сделку как провокацию и предвестие американского удара по ядерным объектам в Иране. Путин может даже избрать ответом разрешение на поставку Тегерану продвинутого российского вооружения для отпора американской угрозе, что раскрутит спираль кризиса в отношениях Москвы и Вашингтона.

Трамп и Путин также могут схлестнуться в новой гонке вооружений. Памятен фурор, который произвели твит Трампа — «США должны резко усилить и расширить свой ядерный потенциал» и его ремарка на телеканале MSNBC — «пусть будет гонка вооружений», вслед за заявлением Путина о том, что России нужно увеличить потенциал в области стратегических ядерных сил.

Нетрудно предвидеть, как именно могла бы разворачиваться новая гонка вооружений Москвы и Вашингтона. США разворачивают противоракетный щит в Европе, который к 2018 охватит весь континент, и объясняют это необходимостью защиты от Ирана. Но Россия уверена, что целью является ее собственный ядерный арсенал. В ответ Путин может счесть оправданным расширение российских наступательных ракетных сил, если решит, что это нужно для сохранения баланса ядерного сдерживания. В свою очередь, это может отозваться новым витком усиления ядерного арсенала Америки.

Российская политика в Афганистане тоже может столкнуть Путина и Трампа. Хотя Россия и опасается исламского экстремизма, одновременно она делится разведывательной информацией с боевиками «Талибана» — теми самыми джихадистами, с которыми американские солдаты воюют уже 15 лет. Хотя Москва настаивает, что обмен ограничен сферой совместной борьбы с «Исламским государством» (запрещенная в России организация — прим. ред.), американские военачальники прямо говорят, что Москва легитимизирует режим талибов ради подрыва НАТО. Сохраняющиеся связи «Талибана» с «Аль-Каидой» (запрещенная в России организация — прим. ред.), вкупе с провозглашенным Трампом стремлением сфокусироваться на борьбе с исламским экстремизмом, могут заставить Вашингтон потребовать от Москвы изменить свою политику в Афганистане. Неизвестно, согласится ли на это Путин.

Есть, конечно, и другие области, в которых оба лидера могут искать точки соприкосновения. Это Украина и Сирия. Если отношения Путина и Трампа останутся теплыми, американский президент может рассмотреть сокращение помощи повстанческому движению в Сирии и сообща с Россией и сирийским президентом Башаром Асадом сконцентрироваться на подавлении «Исламского государства».

Хотя это, вне сомнений, порадовало бы Москву, вопрос заключается в том, что Путин предложил бы Трампу в обмен? Россия вошла в Сирию под предлогом борьбы с ИГИЛ, но на деле метила преимущественно в сирийскую вооруженную оппозицию Асада. Путин мог бы пообещать присоединиться к США в борьбе с «Исламским государством», но как бы отреагировал Трамп, если бы Путин проигнорировал свое обязательство?

Более того, заключив союз с Россией и Асадом в Сирии, Трамп фактически вступил бы в альянс и с Ираном — той самой страной, на которую он ополчился.

Похожие опасения возникают и в случае с Украиной. Москва была бы рада, если бы Вашингтон положил конец санкциям и признал российскую аннексию Крыма. Но опять, что Путин предложил бы взамен? Теоретически, Москва могла бы пообещать остановить свою «гибридную войну» на востоке Украины. Однако Путин не выказывает ни малейшего желания согласиться с прозападным курсом Киева, так что мог бы, весьма вероятно, пересмотреть и такую сделку.

Более того, Москва не только хочет отмены американских санкций, но и требует, чтобы Вашингтон выплатил компенсацию за урон, нанесенный этой мерой.

Как сложатся персональные отношения Трампа с Путиным, еще предстоит увидеть. Американский президент сказал, что уважает российского как сильного лидера, но сказал телеведущему О?Рейли, что «это не означает, что мы с ним поладим». Вне зависимости от того, как сложатся контакты президентов, существуют внутренние политические ограничения, способные поставить крест на усилиях Трампа нормализовать отношения с Россией. Лидер меньшинства в сенате Чарльз Шумер, например, планирует внести подготовленный совместно демократами и республиканцами законопроект, обязывающий президента заручиться одобрением Конгресса, прежде чем отменять санкции в отношении России.

Кроме того, в поступившем в Конгресс законопроекте о разведывательных данных есть пункт, предусматривающий создание новой организации для противодействия политическому вмешательству со стороны России, и это тоже может спровоцировать ее на действия в отместку.

Даже аннулирование принятого в 2012 году «акта Магнитского», наказавшего ряд россиян за нарушения прав человека, невозможно без согласия конгрессменов, на которое в нынешних условиях рассчитывать трудно.

Кроме того, Трамп может столкнуться с противодействием его политике в отношении России как внутри администрации, так и на уровне более широких кругов, имеющих отношение к национальной безопасности. В своем первом выступлении на Совбезе ООН новый посол США Никки Хейли осудила «агрессивные действия» России на Украине и заявила, что санкции за аннексию Крыма останутся в силе.

На слушаниях в Конгрессе предложенный Трампом на пост главы внешнеполитического ведомства Рекс Тиллерсон назвал Москву «опасностью», а кандидат на пост директора ЦРУ Майк Помпео раскритиковал Россию за «угрозы в адрес Европы» и «ничегонеделание» в подавлении ИГИЛ. В свою очередь, кандидат в руководители Пентагона Джеймс Мэттис сказал рассматривавшим его кандидатуру конгрессменам, что видит Россию первой в списке «главных угроз». Хотя Трамп теоретически может обойти несогласных, просто приказав военным сотрудничать с Россией в Сирии, у американского Минобороны уже есть опыт обструкции подобных распоряжений, как это было с похожими усилиями главы Госдепартамента Джона Керри.

Трамп способен преуспеть в корректировке курса американо-российских отношений. Однако изменение формы политики необязательно будет означать смену ее содержания.

Джош Коэн — экс-сотрудник Агентства США по международному развитию (USAID), курировавший экономические реформы в бывшем СССР.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065930


США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065923

Нравственное превосходство США и Владимир Путин

Патрик Бьюкенен (Patrick Joseph Buchanan), The American Conservative, США

Можно ли позволить Дональду Трампу разрабатывать внешнеполитическую стратегию на основе тех идей, на которых он выстроил свою предвыборную кампанию и одержал победу в 2016 году? Ответ нашей внешнеполитической элиты — оглушительное «нет».

Возьмем, к примеру, отношения США с Россией. В период предвыборной кампании Трамп четко изложил свою точку зрения. Он будет стараться наладить отношения с Россией и начать сотрудничество с Владимиром Путины в рамках борьбы с террористами «Аль-Каиды» и ИГИЛ (запрещенных в России террористических организаций — прим. ред.) в Сирии, а также оставит Башара ал-Асада в покое.

Рассчитывая на такую сделку, президент Трамп противится попыткам заставить его назвать Путина «бандитом» или «убийцей».

В ходе недавнего интервью на вопрос Билла О'Райли о том, уважает ли он Путина, Трамп сказал, что он уважает его как лидера.

О'Райли продолжил настаивать на своем: «Но он же убийца. Путин — убийца».

На что Трамп ответил: «Убийц очень много. У нас тоже много убийц. Или вы думаете, что наша страна — такая уж невинная?»

Хотя это высказывание оказалось довольно неуклюжим, намерения Трампа были весьма похвальными.

Если он собирается обсуждать способ сосуществования со страной, обладающей внушительным арсеналом ядерного оружия, которого хватит, чтобы стереть США с лица земли, возможно, будет довольно разумным не начинать с того, чтобы называть лидера этой страны «убийцей».

Митч Макконнелл (Mitch McConnell) поспешил заверить американцев в том, что он действительно считает Путина «бандитом», и что любое предположение о нравственной равнозначности Америки и России попросту возмутительно.

Очевидно, имея в виду отравление бывшего агента КГБ Александра Литвиненко, Марко Рубио (Marco Rubio) написал в Twitter: «Вы помните, чтобы Республиканская партия отравила хотя бы одного демократического политического активиста? Или наоборот?»

Тем не менее, хотя мы продолжаем бить себя в грудь и гордиться своим нравственным превосходством над другими странами и народами, нам стоит обратить внимание на то, что Трамп пытается сделать в данном случае — на то, кто действительно ведет себя как государственный деятель, а кто — как инфантильный и лицемерный резонер.

Когда президент Эйзенхауэр пригласил Никиту Хрущева в США, разве Айк стал критиковать советского лидера, называя его мясником Будапешта за то, что тот жестоко подавил движение венгерских патриотов в 1956 году?

Разве президент Никсон во время переговоров о визите в Пекин, который должен был положить конец многолетней вражде, позволял себе открыто критиковать Мао Цзэдуна, гораздо более жестокого убийцу, чем Сталин?

Когда Никсон поехал в Пекин, Мао проводил в Китае свою печально известную Культурную революцию, которая унесла жизни миллионов людей, обернулась многолетними погромами, рядом с которыми меркнут страшные события Хрустальной ночи в Германии. Однако Никсон не стал затрагивать тему преступлений Мао, произнося тост за Америку и Китай, которые должны были начать долгий путь бок о бок друг с другом.

Джон Маккейн называет Путина бандитом КГБ и «убийцей».

Между тем Юрий Андропов, советский посол в Будапеште, который организовал расправу над венгерскими бунтовщиками с применением советских танков, стал главой КГБ. А когда он занял пост генерального секретаря Коммунистической партии, Рональд Рейган стремился провести с ним встречу, какие он стремился проводить со всеми советскими лидерами.

Почему? Потому что Рейган верил, что тот истинно высокоморальный шаг, который он может совершить, заключается в проведении переговоров, призванных избавить мир от ядерного оружия.

Он встретился с Горбачевым в 1985 году, когда советские войска оккупировали Афганистан и начали истреблять афганских патриотов.

Проблема некоторых наших громогласных проповедников «американской исключительности» заключается в том, что им не хватает нравственной зрелости Рейгана.

Несомненно, мы были на правой стороне во Второй мировой войне и в холодной войне. Однако разве мы завершили эти справедливые войны, оставшись при этом совершенно безгрешными?

Каким образом тогда мы можем с нравственной точки зрения объяснить то, что мы сделали с Кельном, Гамбургом, Дрезденом, Токио, Хиросимой и Нагасаки, где сотни тысяч невинных людей сгорели заживо?

Сколько невинных иракцев погибло за 13 лет войны, которую мы развязали на основании ложных или сфальсифицированных данных о том, что у Саддама Хусейна есть оружие массового уничтожения?

В России гибнут множество журналистов и диссидентов. Однако президент Родриго Дутерте (Rodrigo Duterte), наш филиппинский союзник, тоже, очевидно, смотрит сквозь пальцы на убийства тысяч наркоторговцев и наркоманов, начавшиеся летом прошлого года.

Католическая церковь на Филиппинах называет это «эпохой террора».

Разве мы не должны порвать наши связи с режимом Дутерте?

Разве в Египте нашего союзника, генерала Абделя Фаттаха ас-Сиси (Abdel Fattah el-Sisi), не происходили казни без суда и следствия с тех пор, как он сверг избранное народом правительство?

Разве наш турецкий союзник Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan) не убивал невинных людей после неудачной попытки совершить государственный переворот прошлым летом?

Некоторые из нас еще помнят ту холодную войну, когда генерал Аугусто Пиночет (Augusto Pinochet) быстро и жестоко разобрался с нашими общими врагами в Чили, и когда Министерство государственной безопасности иранского шаха было далеко не самой миролюбивой организацией.

Несмотря на заявления сенатора Рубио, ЦРУ тоже нередко проводило «мокрые» операции и «устраняла» противников физически.

Разве Линдон Джонсон не говорил, что семейство Кеннеди, организовавшее множество покушений на Фиделя Кастро, «содержало на Карибах проклятую Корпорацию убийств»?

Если отзывы Трампа о Путине каким-то образом помогут положить конец кровопролитию на Украине или в Сирии, это станет тем этическим актом, который позволит нам подтвердить свое нравственное превосходство.

США. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 8 февраля 2017 > № 2065923


США. Йемен > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 февраля 2017 > № 2065820

США намерены укреплять дипломатические связи с властями Йемена и продолжат сотрудничать с ними в борьбе с террористической группировкой "Исламское государство" (ИГ, запрещена в России), заявил представитель Белого дома Шон Спайсер.

"Йемен поддерживает борьбу, которую мы ведем с ИГ. И я думаю, мы продолжим работать с йеменскими властями над укреплением дипломатических отношений".

Спайсер заверил, что США и Йемен "продолжат сотрудничать в борьбе с ИГ".

Он не стал комментировать сообщения, что власти Йемена отозвали разрешение США проводить спецоперации в этой стране.

Ранее газета New York Times со ссылкой на американских чиновников сообщила, что власти Йемена отозвали имеющееся у США разрешение.

И.о главы пресс-службы госдепартамента США Марк Тонер опроверг эту информацию. Он, в частности, напомнил, что ее также опроверг глава МИД Йемена.

Дмитрий Злодорев.

США. Йемен > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 февраля 2017 > № 2065820


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter