Всего новостей: 2498781, выбрано 3 за 0.019 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Цветкова Ирина в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкивсе
Цветкова Ирина в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаФинансы, банкивсе
Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165335 Ирина Цветкова

Немассовое сознание: почему власти не хотят вводить механизм коллективных исков

Ирина Цветкова

Коллективные иски могут привести к банкротству компаний, но эффективно защищают права пострадавших

Одним из первых указов, который принял Дональд Трамп после вступления в должность президента США, стал указ «О защите страны от въезда иностранных террористов», запрещающий в течение 90 дней въезд в США жителям ряда стран и приостанавливающий прием беженцев в страну на 120 дней. Подписание данного документа стало причиной массовых уличных протестов. В итоге дело дошло до подачи коллективного иска в федеральный суд в Сиэтле против указа Трампа. И он был заблокирован.

Данное судебное дело иллюстрирует силу коллективных исков, когда защищаются права не каждого в отдельности, а сразу группы лиц. Коллективные иски распространены не только в США, но и в ряде других стран. Например, в начале 2017 года жители японского города Наха, чьи дома расположены недалеко от американской военной базы, выиграли коллективный иск. Им была присуждена компенсация в $264 млн, так как шум от пролетающих самолетов мешал их нормальной жизни.

Коллективные иски могут быть поданы не только в случаях, когда речь идет о вопросах государственного масштаба или защиты прав жителей целого города, но и, к примеру, в защиту прав потребителей, пострадавших от некачественных услуг или товаров какой-либо компании. Пример из текущих дел — в апреле 2017 года был подан иск несколькими владельцами автомобилей Tesla с функцией автопилота, продажи которых начались в октябре 2016 год. По мнению покупателей, система работает непредсказуемо и опасна для использования. Обладатели Tesla с новым автопилотом намерены получить компенсацию.

Подобные иски против компаний могут быть обычной практикой для корпораций, но также могут привести их к разорению. Так на грани банкротства в 2005 году оказалась американская телекоммуникационная компания WorldCom из-за удовлетворения судом коллективного иска акционеров на $6,2 млрд. Суд признал тот факт, что компания предоставляла акционерам ложные данные о финансовом положении компании и ее деятельности.

В целом, в США около трети компаний, против которых подаются коллективные иски, становятся банкротами. В России нет специального законодательства, регулирующего подачу и рассмотрение коллективных исков. Возможность групповой защиты прав предусмотрена только рядом кодексов, в частности АПК, ГПК и КАС. Но из-за отсутствия четкого регулирования, данные нормы с момента их принятия не получили распространения в России. Вместе с тем в последнее время в России всё чаще раздаются призывы принять четкое регулирование возможности подачи коллективного иска. Общенародный российский фронт, лидером которого является Владимир Путин, выступал с инициативой урегулирования данного вопроса. Однако обсуждения не вылились в принятие специального закона.

Вместе с тем, в России имеется судебная практика с применением механизма коллективных исков и она продолжает расширяться. Так, одним из самых нашумевших в России дел, включавших в себя сразу три коллективных иска, было дело туроператора «Лабиринт». Кроме коллективных, к группе компаний «Лабиринт» было подано более сотни индивидуальных исков, многие из которых были удовлетворены, и суд постановил взыскать с ответчика около 37 млн рублей в качестве компенсации. Компания приостановила свою деятельность в августе 2014 года, а из более чем 55 000 пострадавших клиентов, 27 000 находились на тот момент за границей. В ходе проверки было установлено, что туроператор не собирался исполнять свои обязательства по перевозке и размещению туристов за рубежом, в связи с чем не перечислил необходимые платежи авиаперевозчику «Оренбургские Авиалинии», а полученные от туристов денежные средства в сумме не менее 100 млн рублей использовал по своему усмотрению.

Этот пример показывает, что в случае с большим количеством пострадавших, когда предмет и основание иска совпадают, намного выгодней как судам, так и истцам прибегать к механизму коллективных исков. С их помощью сокращается время на рассмотрение спора, судебные расходы, включая расходы на судебную экспертизу, если она необходима. Коллективные иски также исключают возможность вынесения различных решений судами по однотипным искам против одного и того же ответчика.

К такому же решению об эффективности коллективного иска пришли автовладельцы из Хабаровска, пострадавшие от заправки своих автомобилей некачественным бензином на АЗС «Роснефть» и решившие отстаивать свои права целой группой. Автолюбители намереваются подать коллективный иск против нефтяной компании и требовать возмещение ущерба, так как некачественное топливо привело к поломкам машин. Ранее также были известны случаи, когда автовладельцам удавалось отсудить компенсацию у нефтяных компаний из-за некачественного топлива, но в индивидуальном порядке: житель Красноярского края отсудил 1 млн рублей после того, как после заправки на АЗС не смог завести свой внедорожник.

Процесс подачи коллективных исков отличается в зависимости от типа спора. Согласно административному производству и разъяснениям Верховного суда, коллективный иск может быть подан группой не менее чем из двадцати лиц.

Интересы всей группы может представлять один из истцов, при этом доверенность ему не требуется, либо адвокат. Таким образом не обязательно каждому из пострадавший являться на суд и непосредственно участвовать в процессе. Но каждый из группы имеет право знакомиться с материалами дела. При подаче иска должен быть соблюдён ряд условий: многочисленность группы (от двадцати человек), однородность предмета спора и его основания, наличие общего ответчика и использование всеми членами группы одинакового способа защиты своих прав. При этом, если после подачи коллективного иска, в суд обратится ещё одно лицо, требования которого будут аналогичны требованиям коллективного иска, ему будет предложено присоединиться к групповому заявлению. Если такое лицо откажется от присоединения, то сначала будет рассмотрен групповой иск, а после этого уже индивидуальный.

В арбитражном производстве, для подачи иска требуется группа минимум из пяти человек. Согласно ст. 225.11. АПК РФ дела о защите прав и законных интересов группы лиц могут быть рассмотрены дела по корпоративным спорам, спорам, связанным с осуществлением деятельности профессиональных участников рынка ценных бумаг и другим требованиям, при условии группы из пяти человек.

Коллективные иски эффективны при рассмотрении дел пострадавших клиентов против туроператоров, как в случае с «Лабиринтом», против недобросовестных застройщиков жилья и страховых компаний, при рассмотрении исков вкладчиков против банков в случае их банкротства, при экологических правонарушениях и исков жильцов против управляющих компаний. В одном из таких текущих дел жильцы пытаются в судебном порядке заставить управляющую компанию выполнить работы, которые предусмотрены договором — заменить окна и тамбуры, установить электросчетчики и т.д. Подобные коллективные дела, включая иски пострадавших при участии в договоре долевого строительства, сейчас набирают популярность в России.

Несмотря на очевидные преимущества коллективных исков, инициатива об учреждении в России данного института разделила участников обсуждения на два лагеря — на тех, кто может потенциально стать организатором коллективных исков, адвокатов, юристов, обществ по защите прав потребителей и на тех, кому эти коллективные иски могут бы принести материальный ущерб, т.е. корпорации и продавцы услуг.

По опыту западной практики видно, что злоупотребление коллективными исками может привести к банкротству компаний, вместе с тем данный механизм может эффективней защитить права пострадавших, а также дисциплинировать недобросовестных производителей и поставщиков услуг, которые, опасаясь коллективных исков в свой адрес, могут отказаться от идеи совершать нарушение.

Россия > Внешэкономсвязи, политика > forbes.ru, 5 мая 2017 > № 2165335 Ирина Цветкова


Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > forbes.ru, 20 марта 2017 > № 2111616 Ирина Цветкова

Инвестиции в суд: как заработать на чужом иске

Ирина Цветкова

практикующий юрист с 2003 г., адвокат, специалист по коммерческому арбитражу и сопровождению сделок M&A

Компании инвестирующие в судебные процессы могут получать неплохие дивиденды

Практика финансирования судебных процессов (litigation finance) стала неотъемлемой частью современной системы правосудия на Западе. Доступ к внешнему финансированию уравнивает позиции обеих сторон арбитража, вне зависимости от их материальных возможностей.

На сторону истца привлекается инвестор, покрывающий расходы на ведение дела в обмен на процент от компенсации, которую отсудит истец. Так истцы, у которых недостаточно средств на судебное разбирательство, могут противостоять финансово сильной стороне в долгих судебных процессах, а инвесторы имеют возможность получить прибыль от 10 до 30% от вложенных средств.

В США количество американских юристов, чьи практики привлекли внешнее финансирование за период с 2013 по 2016 год, выросло в 4 раза (28% судебных исков против 7%). В России только появляются первые дела c привлечением инвестирования в судебные процессы. На начальном этапе судебные инвестиции интересны истцам по крупным коммерческим спорам, а также малому и среднему бизнесу и потребителям, которые рискнут судиться с крупными корпорациями.

Все началось с США

В США инвестирование в судебные процессы (litigation finance) к 2017 году стало отраслью, оцениваемой в $3 млрд, где доминируют специализированные банки и хедж-фонды.

Увеличение инвестирования в США связано с высокой стоимостью ведения судебного процесса. Минимальная сумма, необходимая для подачи иска, в среднем составляет $10 000. Люди или компании часто отказываются от исков только по той причине, что не могут оплатить услуги адвоката.

Диапазон финансируемых дел широк, но инвесторы предпочитают вкладывать в коллективные иски, коммерческие споры и дела против корпораций. Например, основанная адвокатами компания Counsel Financial, специализирующаяся на финансовой поддержке истцов, получила прибыль в $11 млн, инвестируя в иск спасателей к властям Нью-Йорка. Компания вложила $35 млн в судебный процесс против властей города Нью-Йорк в защиту прав спасателей, пожарных и волонтёров, которые приобрели различные болезни из-за токсичности обломков здания Всемирного торгового центра при работе после теракта 11 сентября 2001 года без необходимых средств индивидуальной защиты.

Адвокаты истцов доказали прямую связь между приобретенными заболеваниями и вредными парами и пылью здания во время спасательных работ. В результате около 10 тысяч работников получили компенсацию $712,5 млн за причинение вреда здоровью. Рассмотрение дела заняло два года, а индивидуальные выплаты колебались от нескольких тысяч до одного миллиона долларов при наиболее тяжком вреде здоровью.

В другом деле при финансовой поддержке фирмы Bentham был выигран один из самых громких процессов в США о клевете, в котором небольшая строительная компания CPM Construction в лице владельца Джозефа Рэдклиффа (Joseph Radcliff) отсудила $14,5 млн у крупной страховой американской компании.

Страховщик State Farm после сильной грозы, прошедшей в штате в 2006 году, отклонил сотни обращений от пострадавших. При этом фирма Джозефа Рэдклиффа помогла жильцам восстановить крыши, осуществляя кровельные работы. После этого State Farm предъявила обвинения к CPM Construction, утверждая, что фирма намеренно разрушала крыши, чтобы домовладельцы выставили больший счёт страховой компании и получили завышенную компенсацию.

Джозеф Рэдклифф выиграл дело, доказав, что обвинения были необоснованные, но его фирма понесла репутационный ущерб и обанкротилась, а страховая компания продолжила отстаивать свои обвинения в высших инстанциях. В итоге благодаря финансированию фирмы Bentham для продолжения ведения судебного дела, Джозеф Рэдклифф выиграл $14,5 млн в качестве компенсации за нанесенный репутационный ущерб.

Одно из самых ярких дел с привлечением внешнего финансирования – иск маленькой британской компании компании Miller к американской корпорации Caterpillar.

В 2009 году Miller обвинила американского производителя спецтехники в краже промышленных секретов. Вместо того, чтобы платить юристам из собственного кармана, директор Miller привлек финансирование фирмы Arena Consulting. Компании условились, что если Miller проиграет, Arena потеряет деньги. Если же выиграет, получит долю от выигрыша.

В юридическом мире это дело окрестили иском «Давид против Голиафа», настолько не равны были изначально силы компаний. В итоге Miller отсудил у Caterpillar более $74 млн. Гонорар Arena Consulting не разглашается, но считается, что он составил не меньше 20-30% от суммы иска.

Учитывая большое количество подобных дел, где финансовое положение сторон неравно, помимо банков и специализированных фондов, в США запускаются стартапы с фокусом на litigation finance.

К примеру, в 2016 году в США была основана компания Legalist. Цель стартапа — поддержка судебных дел, при которых небольшие компании не могут себе позволить судебные тяжбы с корпорациями и без финансирования были бы вынуждены согласиться на меньшие выплаты, чем могли бы быть им присуждены, или совсем отказаться от таковых. Компания создала базу из 15 млн судебных дел, собранных из разных штатов, и разработала алгоритм оценки успешности возможного инвестирования в дело: кейсы при помощи разработанной технологии анализируются с учётом результатов дел собранной базы, после чего рассчитываются риски и возможный успех предполагаемого финансирования.

В судебной практике США особое место занимают разбирательства по причине врачебных ошибок. К примеру, громкое дело было разрешено в 2015 году, в котором 23-летней студентке из Калифорнии было присуждено $28 млн на будущее лечение, так как суд признал, что девушка лишилась ноги из-за врачебной ошибки в одном из медицинских центров Kaiser Permanente.

Исследования показывают, что в США ежегодно сотни тысяч человек страдают от халатности докторов или неверно поставленных диагнозов, а на национальном уровне врачебные ошибки являются третьей по масштабности причиной смертей. При этом средний срок разбирательства и получения компенсации — 5 лет. Долгие судебные тяжбы могут привести к тяжелому финансовому положению истцов, и решением проблемы часто выступает стороннее инвестирование.

В США есть несколько краудфандинговых площадок (FundedJustice, Lex Shares или FundRazr ), где любой желающий может объявить сбор средств на ведение дела или найти единичного инвестора. Всего на рынке альтернативных инвестиций в судебные процессы в США работает более 100 хедж-фондов и более 1000 частных инвесторов.

Кто в России привлекает инвестиции в судебные процессы

В России только зарождается практика litigation finance. Согласно данным статистики Судебного департамента при Верховном суде РФ, количество поданных исков в России ежегодно растет на 10-20%. Недостаток средств у истцов является серьезной проблемой на пути к правосудию, и внешнее финансирование может стать решением этого вопроса.

Сейчас в России судебные инвестиции перспективны в крупных коммерческих спорах, требующих больших судебных затрат. Инвесторы готовы вкладываться в дела, если можно с большой долей вероятности рассчитать исход дела и вложения будут оправданы суммой судебных возмещений. Например, на сервис Platforma, специализирующийся на судебном финансировании в России, только за начало 2017 года поступило несколько десятков дел на сумму свыше 200 млн рублей. Если инвестор вложил 500 000 рублей в дело о взыскании убытков с крупной компании на сумму более 50 млн рублей. В случае выигрыша он получит не менее 10% от суммы компенсации, а доходность инвестиции может составить сотни процентов.

В другом случае иск теплоснабжающей компании к муниципальному образованию, которое задолжало ей 160 млн рублей, взялся вести адвокат за «гонорар успеха». Эта модель мотивирует адвоката работать на результат, так как оплату он может получить только в случае выигрыша. При благоприятном исходе дела его гонорар составит 1% от суммы взысканной судом. В случае проигрыша – ничего.

Один из трендов — запросы на финансирование крупных коммерческих споров с участием иностранных юрисдикций и арбитражей. Например, если дело рассматривается одновременно в разных юрисдикциях или необходимы дорогостоящие экспертизы и иностранные адвокаты.

Также поступают запросы на финансирование коллективных исков. Подобная модель экономит не только время, но и деньги истцов. К примеру, если есть необходимости проведения экспертизы, то она будет проведена для всей группы пострадавших, а не для каждого в отдельности. Популярны иски против управляющих компаний ЖКХ. Одно из таких находится сейчас на рассмотрении — жильцы ЖК «Аэробус» несколько лет получали счета по тарифам, которые были признаны районным судом недействительным, так как были утверждены собранием в отсутствие кворума.

Что касается индивидуальных дел, то в России, как и на Западе, распространены разбирательства по врачебным ошибкам. Сейчас в производстве находится дело 30-летней москвички, у которой после приема лекарственных препаратов, прописанных врачом частной клиники, начались серьезные проблемы со здоровьем. Пациентка написала претензию директору клиники и обратилась в прокуратуру. Но компенсации от клиники не получила. Более того, директор этого медицинского учреждения закрыл старую клинику и открыл новую, через дорогу. Девушка нашла адвоката, который работает за «гонорар успеха» и планирует отсудить 3 млн рублей на покрытие медицинских расходов и компенсацию морального вреда. В этом случае юрист, инвестируя свое время в судебный процесс, выступает одновременно и инвестором, и адвокатом по делу.

Через сервис также можно найти юриста, который будет работать по модели pro bono (от лат. pro bono publico – ради общественного блага) – на безвозмездной основе. Обычно адвокаты берутся за такие дела, если они имеют социальную и общественную значимость. Получателями такой юридической помощи чаще всего становятся некоммерческие организации или малообеспеченные слои населения. К примеру, Федеральная палата адвокатов России в 2015 году провела день правовой помощи детям. К участию в акции присоединились более 50 адвокатских палат из 50 регионов России. В результате к ним обратились 10 032 человека, которым были даны юридические консультации по вопросам защиты прав детей, опеки, попечительства и детско-родительских отношений.

Перспективы рынка и подводные камни

По данным исследования Litigation Finance Survey (2016), проведенного компанией Bruford Capital, все больше фирм вынуждены привлекать внешнее финансирование для обеспечения работы. Так, если в 2013 году всего 7% требовали дополнительного финансирования, то в 2016 году их количество увеличилось до 28%. За последние семь лет рынок внешнего финансирование судебных процессов вырос на 743%.

Впрочем, реальная картина может быть еще масштабнее, так как не все инвестиционные фонды публикуют свою финансовую отчетность. Но несмотря на развитость рынка, многие компании ещё не знают о всех возможностях судебного финансирования. Опрос Burford Capital организаций, которые имели судебные тяжбы за последние три года, показал, что 67% из них не знали, что могли привлечь инвестиции для ведения дела, 26% знали, но не были уверены, что их дело подходит для финансирования, 5% пытались получить материальную поддержку, но их случаи не были одобрены, и только 2% из опрошенных компаний успешно привлекли инвестиции для ведения судебного дела. Таким образом, казалось бы уже развитый рынок litigation finance в США имеет потенциал для дальнейшего роста. А зарождающаяся практика в России даёт большие надежды как для инвесторов, так и для сторон дела, для которых судебное финансирование — возможность защиты своих прав и интересов.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. Финансы, банки > forbes.ru, 20 марта 2017 > № 2111616 Ирина Цветкова


Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 сентября 2016 > № 2042467 Ирина Цветкова

Uberизация для суда: как сократить издержки на процесс

Ирина Цветкова

Forbes Contributor

Роботы-юристы сокращают издержки на ведение дел. Что еще может помочь?

В кризис число судебных споров возрастает — этот факт не требует доказывания. Идут в суд граждане, налоговики и прочие госорганы, идут в суд бизнесмены. В 2009 году, например, количество одних только споров по исполнению договоров поставки и оказания услуг выросли на 110-120%. Похожую ситуацию мы видим сейчас: за 2015 год (более свежих официальных данных пока нет) в арбитражные суды поступило 1,67 млн исковых заявлений, что на 8,7% больше аналогичного показателя 2014 года. Объем требований за год вырос более чем на треть до 4,164 трлн руб.

Крупному бизнесу пришлось туго: кто мог, например, еще пару лет назад вообразить банкротство «Трансаэро» или «Центробуви»? Что уж говорить о малом и среднем бизнесе (МСБ). Это наиболее незащищенный субъект с точки зрения экономических пертурбаций, не имеющий сильных лоббистов. Компании даже могут соблюдать железную финансовую дисциплину, исполняя все обязательства. Тем самым они уберегают себя от роли ответчика, по какой-либо причине неспособного исполнить свои обязательства перед партнерами. Однако бизнес может оказаться и в противоположной роли — истца. И у него, как и у его оппонента, может не оказаться свободных денег, чтобы инициировать и провести серьезное судебное разбирательство.

Подача искового заявления как таковая — дело недорогое: например, если сумма иска составляет 100 000 руб., то госпошлина по нему будет равна 4000 руб. Но это лишь малая толика всех судебных расходов. Например, перед компанией стоит задача взыскать с контрагента долг в 1 млн руб. за полученный, но не оплаченный товар. Компания решила нанять юриста в одной из фирм средней руки. Примерный расчет расходов в этом случае будет состоять из следующих компонентов: составление искового заявления — 20 000 руб., участие в судебных заседаниях (допустим, их было всего три: два предварительных и одно основное) — 15 000 руб.х3=45 000 руб., написание и подача ходатайства (редкое дело без этого обходится) — 5000 руб. и ознакомление с материалами еще 5000 руб.

Крупный бизнес подходит к вопросу снижения издержек по типовым судебным разбирательствам радикально — стараясь всячески автоматизировать и роботизировать этот процесс. Как, например, сделал «Сбербанк», не так давно «нанявший» робота-юриста для написания исковых заявлений на нерадивых заемщиков. За счёт этого банк сможет сэкономить на 3000 штатных юристах.

Однако представитель МСБ зачастую в принципе не может позволить себе юриста в штате. А сумма, которую ему насчитают за судебную защиту в адвокатской конторе, пусть и невелика, но и она может стать неподъемной для бизнеса в сложный для него момент. Что делать в этом случае хозяину компании, если у него нет ни штатного юриста, ни этих денег? Как вариант — можно взяться за дело самому, вооружившись томами ГК, АПК и прочих законов и подзаконных актов. Либо прибегнуть к одному из новых сервисов для решения подобных проблем.

По сути, все они — детище волны уберизации, которая несколько лет назад докатилась и до юридического бизнеса. В США этот процесс начался еще в конце 2000-х гг., поэтому и сервисов, предоставляющих такие услуги, там уже довольно много и под любую задачу.

Одним из первых таких сервисов стал Rocket Lawyer. За $39.95 в месяц с бесплатным пробным периодом можно получить доступ к хранилищу правовых документов для самых разных юридических ситуаций, составленных по американскому законодательству. Там же можно получить консультацию юриста и проверить правильность составления судебных бумаг.

LegalZoom (также ориентирован на аудиторию США) за ежемесячную плату в $23 предоставляет консультации юриста и за отдельную плату помощь с квалифицированным составлением документов.

Есть и несколько краудфандинговых площадок — как специализирующихся на судебных спорах, так и общей тематики — где любой желающий может объявить сбор средств на ведение дела или найти единичного инвестора. Это, например, Funded Justice, Lex Shares или FundRazr, где для судебных споров есть специальная категория.

За последние несколько лет и в России автоматизация юридических процессов вылилась в несколько проектов разной степени успешности. Например, появился конструктор документов FreshDoc. В чем-то он похож на Rocket Lawyer: в готовую «рыбу» искового заявления вносятся сведения об истце, ответчике, сути претензии, деталях неисполненного договора и т. д. — все, что необходимо для составления полноценного иска и других судебных документов. FreshDoc существенно дешевле американского аналога: базовый тариф — 7800 руб./год. Существенный недостаток для пользователя в том, что в суде ему все равно приходится действовать наощупь. FreshDoc помогает составлять документы, но ведь важно также понимать, какие именно документы потребуются и когда — такие тонкости может знать только квалифицированный юрист. Особенно остро это ощущается в апелляционной и кассационной инстанциях, где стандартные формулировки исков не применимы и необходим «творческий» подход.

Задать вопрос специалистам можно на сайте Pravoved, где они решаются по принципу краудфандинга. Пользователь сам выбирает, хочет ли он получить бесплатную консультацию, либо назначить вознаграждение и получить более полную информацию.

Оба этих сервиса удобны и полезны, но заменить профессионального юриста в судебном процессе они не могут. А он может стоить очень дорого. На помощь снова пришел тренд на уберизацию. Найти специалиста, работающего по схеме «no win no fee», когда юрист получает вознаграждение только в случае выигрыша дела и взыскания денег истцом, можно на портале Platforma-online. Вторая фича сервиса — поиск инвестора, который вложится в судебный процесс, чтобы заработать на сумме выигрыша. Это позволит нанять квалифицированного юриста и оплатить все остальные судебные издержки. Поиск финансирования возможен по всем видам коммерческих споров, включая налоговые, инвестиционные, корпоративные и международный коммерческий арбитраж.

Итого, при довольно оптимистичном раскладе ведение дела квалифицированным юристом обойдется в 75 000 руб. Здесь мы не учитываем стоимость доверенности, заверенных копий. А также исходим из того, что процесс проходит в том же городе, где находится истец, а юрист скромен и ездит в суд на метро. Также мы не учитываем возможность рассмотрения дела в апелляционной и кассационной инстанциях, что требует тщательного анализа решения суда первой инстанции и существенных транспортных расходов.

Россия > Внешэкономсвязи, политика. СМИ, ИТ > forbes.ru, 19 сентября 2016 > № 2042467 Ирина Цветкова


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter