Всего новостей: 2525534, выбрано 3 за 0.012 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Ягланд Турбьерн в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаГосбюджет, налоги, ценывсе
Турция. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 августа 2016 > № 1864006 Турбьерн Ягланд

Когда Европа не поддержала

Турбьерн Ягланд, Генеральный секретарь Совета Европы (Thorbjørn Jagland, generalsekretær i Europarådet), Klassekampen, Норвегия

Европа не сумела признать проблемы Эрдогана, пишет Турбьерн Ягланд.

Когда я делал отчет в Комитете министров Совета Европы после визита в Турцию на прошлой неделе, я вынужден был рассказать о неприятной правде, а именно — как возмущены и раздражены были турки теми, кого они называли «европейцами», потому что последние поздно выступили с осуждением государственного переворота.

Все — как представители правительства, так и руководители оппозиции — ссылались, на то, что произошло после нападение на Charlie Hebdo. Европейские лидеры сразу же отправились в Париж в знак солидарности с Францией. После всех других недавних терактов в Европе говорили: «Это было нападением на нас всех».

«А почему же к нам не приехал никто? Почему же никто не сказал, что это было нападение на нас всех? », — говорили в Турции. Заговорщики использовали танки правительства для расстрела народа. Самолеты F-16 были задействованы, чтобы бомбить парламент, дворец президента и штаб-квартиру полиции. Вполне вероятно, что были посланы солдаты, чтобы убить президента, премьер-министра и министра иностранных дел.

Несмотря на эти факты, в Европе возникло подозрение, что переворот был подготовлен самим Эрдоганом. Карл Бильдт (Carl Bildt), специалист по Турции, спросил «а что, Европа спала?» Он опасается, что вред, нанесенный такими подозрениями, отрицательно повлияет на дальнейший ход событий. Оппозиция в Турции особенно тяжело переживает это. Она выражает такие же опасения, что и Карл Бильдт.

Эзги Басаран (Ezgi Basaran), известная журналистка, писала то же самое. Она считает, что Европа не поняла, что существует тайная сеть в государственных институтах, и теперь эта сеть показала, как она опасна, и что еще задолго до переворота она была большой проблемой для демократии в Турции. Но европейцы отказались воспринимать это серьезно лишь потому, что так утверждали люди Эрдогана. Любая попытка вновь начать диалог с Турцией должна основываться на признании этого, считает она.

Если бы журналисты захотели поразмышлять о том, что происходит в Турции, они могли бы это сделать, достаточно было просто почитать газеты. По-прежнему есть много независимых газет. Таких голосов, полных отчаяния, как у Эзги Басаран, было много после переворота.

Несколько дней назад Hurriet Daily News опубликовала большое интервью с британским послом в Анкаре. Он хорошо знает Турцию и говорит по-турецки. Он заявил, что сеть Гюлена (Gülen) существует, и что это опасно. Он даже заявил, что Гюлен, возможно, сам организовал этот переворот, но истину можно узнать, только если будут представлены неопровержимые доказательства.

Члены этой сети выступили и рассказали, как они были завербованы. Их истории очень похожи на истории с пакистанскими медресе, дающими детям бедных родителей образование и жилье. Тот же метод был использован «школами Гюлена». Целью было внедрить членов этой сети в армию и судебную систему.

«Сеть Гюлена» сумела внедрить там подразделения вербовщиков. Ученики подобных школ заранее на приемных экзаменах получали такие вопросы, что легко могли победить конкурентов. Один из них рассказывает, что он подчинялся только «the big brother» (большому брату). Ему платили за установку подслушивающих устройств в определенных кабинетах армейского командования. Известно, что эта сеть подслушивала беседы, которые велись в Осло между посланниками Эрдогана и Рабочей партией Курдистана. Целью было сорвать переговоры и приговорить Эрдогана за измену.

Сразу же после попытки переворота начались спекуляции о том, в какой степени сам Эрдоган организовал переворот. Эта тема долго обсуждалась в материалах NRK. После этого главное внимание было направлено на соблюдение прав человека в отношении тех, кто организовал переворот. Очень мало было сделано для того, чтобы показать драматическую ситуацию, возникшую в результате переворота, когда были нарушены права человека и принципы правового государства. 239 человек были убиты. Это преступление против основного права человека — права на жизнь (статья 2 Европейской конвенции прав человека).

Тайная сеть существовала и в государственных институтах. Какое правовое государство может терпеть тайные связи судей? Или то, что военные не подчиняются «флагу», законным властям страны, а вместо этого получают приказы от темных сил извне?

После попытки переворота пресса, особенно норвежская, публиковала свои собственные материалы против Эрдогана, уделяла мало места дискуссии, проходящей в Турции, и появлению информации о заговоре.

Стоит присмотреться к тому, что сейчас происходит в Турции. Да, выдвигаются слишком обширные обвинения, и я подчеркивал это в Анкаре. Но нельзя, чтобы все подозрения против Эрдогана мешали общественности получать важную информацию. Мустафа Акиоль (Mustafa Akyol), независимый писатель и журналист, описал недавно то, что является и моей позицией — то есть что наведение порядка после переворота может зайти слишком далеко. У него, как и у меня, особую озабоченность вызывают журналисты, которых обвиняют, потому что они работали в СМИ, связанных с сетью Гюлена. Не обязательно, чтобы они совершали нечто преступное. Они нашли там работу, использовали свои способности, делились своими идеями и знаниями. Но это не значит, что они были членами сети Гюлена или что они знали о ее темных сторонах, особенно о незаконных сторонах этого, ведущих к военному путчу.

То же самое можно сказать об учителях, преподавателях и студентах вузов, нашедших работу в многочисленных школах Гюлена.

То, что сейчас происходит в Турции, будет иметь большие исторические последствия. Переворот может означать начало новой Турции. В этом случае необходимо присутствие Европы, которой можно доверять. Но такое доверие к Европе может основываться только на признании ею того, что переворот был осуществлен темными силами турецкого государства, и что Турция имеет право навести у себя порядок. Но, тем не менее, нельзя заменять генералов и судей людьми правящей партии, так что долгая борьба за власть в армии и судебной системе продолжается. Турции нужна независимая судебная система и оборона.

Совет Европы сейчас концентрирует свое внимание на юридических правах обвиняемых, как они описаны в европейской Конвенции прав человека и правовой практике Европейского суда. Основополагающий принцип, что каждый остается невиновным до тех пор, пока не будет доказано обратное, должен оставаться в силе. Доказательства должны быть неопровержимыми. Все должны иметь право на получение услуг адвоката. Беседы с адвокатом должны быть конфиденциальными, а количество дней, проведенных в предварительном заключении, должно быть очень ограничено и определяться судьей. Выполнение этих обязанностей в интересах Турции и Совета Европы. В противном случае новые тысячи жалоб могут появиться в Европейском суде по правам человека.

Я проинформировал европейских лидеров о нашей работе. Несомненно, что они высоко ценят ее. У нас, вероятно, есть возможность оказать влияние на развитие ситуации.

Но и другие тоже должны пройти свою часть пути, причем руководствуясь, по преимуществу, фактами о положении в Турции, а не предрассудками и внутриполитическим сопротивлением в этой стране.

Турция. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 12 августа 2016 > № 1864006 Турбьерн Ягланд


Евросоюз. СНГ. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 сентября 2014 > № 1181423 Турбьерн Ягланд

РОССИЯ - ЧАСТЬ НАШЕЙ СИСТЕМЫ ЦЕННОСТЕЙ (" SONNTAGS ZEITUNG ", ШВЕЙЦАРИЯ )

Бенн Тухшмид (Benno Tuchschmid)

Турбьерн Ягланд, генеральный секретарь Совета Европы, о границах Европы и потоках беженцев

SonntagsZeitung: Г-н Ягланд, где заканчивается Европа?

Турбьерн Ягланд: Можно дать определение Европе как географическому континенту - тогда ее границы заканчиваются в Азербайджане и Норвегии. Но можно рассматривать Европу и в рамках ее политических институтов, например, в рамках ЕС или Совета Европы.

- Россия является частью Европы?

- Да, разумеется. Россия - член Совета Европы.

- Европа выступает, в том числе, за демократию и права человека. Как Россия может быть частью этого?

- Россия обязалась придерживаться этих европейских ценностей. Она является членом Европейской конвенции о защите прав человека. Но я понимаю, что вы имеете в виду. Украинский конфликт показывает, что в России существуют проблемы. Но вы должны увидеть и то, что 120 миллионов российских граждан имеют право подать иск в Европейский суд по правам человека в Страсбурге в отношении соблюдения этих европейских ценностей. В этом плане Россия является частью нашей системы ценностей - несмотря на все имеющиеся проблемы.

- Вы недавно были в Киеве. Как выглядит там ситуация?

- Уже спокойнее. Я надеюсь, что режим прекращения огня сохранится. Есть признаки того, что обе стороны хотят положить конец вооруженному конфликту. Следующим шагом должны стать переговоры, в которых будут затронуты истинные причины конфликта.

- Какую роль будет играть Совет Европы?

- Решающую. В отличие от Европейского союза, в Совете Европы представлены как Россия, так и Украина. Совет представляет собой платформу, которую признают обе страны. Решающим фактом станет принятие Украиной новой конституции. В новой системе регионы должны получить больше власти, а меньшинствам в Восточной Украине будет гарантирована защита. Совет Европы в лице Венецианской комиссии располагает органом, который с 1990 года специализируется на контроле за соблюдением конституционных прав.

- Норвегия и Швейцария не являются членами ЕС. Вы, как норвежец, видите как-то иначе конфликт между ЕС и Швейцарией?

- Я не хотел бы комментировать споры между ЕС и Швейцарией. Правильно то, что в обеих странах идут дискуссии о том, насколько глубоко ЕС должен вмешиваться в национальный суверенитет. Эти дискуссии необходимы.

- Как вы оцениваете стремление к независимости, например, Шотландии?

- После холодной войны у нас было ощущение, что сейчас настанет финальная фаза европейского объединения. Это была лишь часть действительности. Конец холодной войны предоставил регионам новое пространство для развития своей независимости. Это произошло сейчас и в Шотландии. Для меня важно, что такие процессы должны проходить демократически и упорядоченно. А не так, как это произошло на Крымском полуострове.

- Еще одной границей Европы является Средиземное море. Там ежегодно погибают тысячи беженцев.

- Поток беженцев - большое испытание для Европы. Экономический кризис когда-нибудь отойдет в сторону. Кризис с беженцами все еще останется. Для меня ясно - необходимо больше солидарности. Нельзя допустить, чтобы принимать всех этих людей приходилось только средиземноморским странам.

- И этим все решится? Беженцы в Европе являются источником общественной напряженности.

- Европа в данном вопросе слишком сильно фокусируется на негативе. Многонациональное общество дает много преимуществ и сильных сторон. Но мы постоянно говорим только о проблемах.

- Комиссия Совета Европы против расизма и нетерпимости в публичных дебатах критикует расистские тенденции в Швейцарии. В Швейцарии доля иностранцев составляет 24%. Эти нападки честны?

- Комиссия не нападала на Швейцарию, а критиковала определенные тенденции. Это ее задача, и это правильно. Только эти тенденции - не проблема одной Швейцарии. Она существует и в других странах.

- На этой неделе многие страны подписали в Магглингене Конвенцию о манипуляции спортивных соревнований, которая была разработана Советом Европы. Что изменится?

- Изменится то, что имеет решающее значение. Государства должны издавать законы, которые приравняют манипуляции спортивных соревнований к уголовным преступлениям. Тем самым полиция может начать борьбу с этим явлением.

- Вы являетесь также председателем Нобелевского комитета и присудили премию мира, в том числе, президенту США Бараку Обаме и Европейскому Союзу. Вы сожалеете об этих решениях?

- Абсолютно нет. Были спорные моменты, это правда. Но самые значительные в истории Нобелевские премии всегда были спорными. Я уверен, что присуждение этих премий было важным знаком.

Турбьерн Ягланд - бывший премьер-министр Норвегии. С 2009 года он является генеральным секретарем Совета Европы. Ягланд - председатель Нобелевского комитета по присуждению премии мира.

Евросоюз. СНГ. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 сентября 2014 > № 1181423 Турбьерн Ягланд


Азербайджан. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 22 мая 2014 > № 1084249 Турбьерн Ягланд

Совет Европы может внести вклад в дело урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта

Интервью агентства «Интерфакс-Азербайджан» с Генеральным секретарем Совета Европы Турбьйорном Ягландом

- Господин Ягланд, поделитесь, пожалуйста, своими впечатлениями об итогах проведенных в Баку переговоров.

Я нахожусь здесь в связи с планом действий (на 2014-2016 г.г.), увидел много интересных вещей. В республике во многом наблюдается положительное развитие. Наряду с этим, есть, конечно, вопросы, по которым хотели бы работать с местными властями для изменения, улучшения ситуации. В первую очередь, этого касается свобод выражения и собрания.

На мой взгляд, также необходимо повысить независимость судов. Однако я также очень высоко оцениваю культурное, религиозное разнообразие, светский характер государства. Все это хорошо воспринимается Европой.

- Что Вы ожидаете от председательства Азербайджана в Комитете министров Совета Европы?

Я ожидаю, что Азербайджан использует эту возможность для улучшения ситуации со свободами выражений, собраний и СМИ, а также касательно вопросов с людьми, находящимися в заключении.

- Что Вы можете сказать о нагорно-карабахском конфликте?

Это очень сложный конфликт. Как вы знаете, решение этого вопроса в руках Минской группы ОБСЕ. Мы изучаем возможности того, есть ли какие-либо дополнительные возможности для того, чтобы посмотреть на ситуацию с правами человека в этой сфере. Но это должно быть сделано при сотрудничестве с заинтересованными сторонами. Это чрезвычайно чувствительный вопрос.

- Какую роль может сыграть Совет Европы в решении этого конфликта?

Сейчас мы не играем роли в этом процессе, так как поиском решения конфликта занимается Минская группа ОБСЕ. Но если нас попросят стороны конфликта, то есть важные вопросы, которые мы в силах решить, чтобы наблюдать за ситуацией с правами людей, которые там живут. Это само по себе может внести вклад в решение конфликта.

Беседовал Фардин Исазаде

Азербайджан. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > interfax.az, 22 мая 2014 > № 1084249 Турбьерн Ягланд


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter