Всего новостей: 2527507, выбрано 1 за 0.016 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Панов Роман в отраслях: Металлургия, горнодобычаНефть, газ, угольвсе
Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 23 декабря 2015 > № 1592239 Роман Панов

В настоящее время многие эксперты предупреждают, что, несмотря на существенное снижение цен на некоторые виды энергоносителей и сложную макроэкономическую ситуацию в России, снижение инвестиций в геологоразведку негативно скажется на функционировании всего добывающего комплекса страны в будущем. О перспективах российской геологоразведочной отрасли, а также необходимой помощи со стороны государства в интервью РИА Новости рассказал гендиректор Росгеологии Роман Панов. Беседовала Елена Давыденко.

— Ожидается ли снижение объемов геологоразведочных работ по итогам текущего года? Каковы ваши прогнозы на следующий год? Каковы перспективы отрасли, проблемные места?

— Действительно, нашими специалистами прогнозируется некоторое снижение объемов по итогам года и прорабатываются возможности по тому, как компенсировать это в следующем году.

Рынок геологоразведочных работ в РФ в денежном выражении в 2014 году составил более 300 миллиардов рублей. По итогам 2015 года мы ожидаем снижения до 260 миллиардов рублей. В следующем году по оптимистичному сценарию объемы останутся прежними, по консервативному — сократятся еще до 230 миллиардов рублей. Тем не менее мы уверены, что ситуация со снижением финансирования в отрасли временная. Геологоразведка — это инвестиции в будущее, в развитие. Без вложений в эту сферу, реализации крупных геологоразведочных проектов невозможно нормальное функционирование добывающего комплекса. Поэтому мы надеемся, что на горизонте 2020 года объемы рынка в России увеличатся до 324,4 миллиарда рублей. Это оптимистичный сценарий, заложенный в долгосрочной программе развития холдинга. Но нужно быть готовыми и к тому, что он останется на нынешнем уровне — порядка 260 миллиардов рублей.

Если говорить о проблемах геологоразведки, то они хорошо известны. Недофинансированность отрасли с начала 90-х годов прошлого века привела к технологическому отставанию отечественных предприятий, оттоку специалистов, старению кадров, падению престижа горно-геологических профессий. Сейчас ситуация постепенно выправляется. Государство уделяет пристальное внимание проблемам отрасли, была признана ее стратегическая значимость. Росгеология активно участвует в этой работе. Стать драйвером развития отечественной геологоразведки — вот основная задача, которая была поставлена перед холдингом на этапе его формирования. Мы по-прежнему намерены активно заниматься НИОКР, чтобы компенсировать технологическое отставание, уже сейчас реализуется программа технического перевооружения, также активно работаем над решением кадровых проблем в геологоразведке. Запущено несколько совместных с профильными вузами программ, привлекаем на работу и практику студентов, ведем профориентационную деятельность.

— Вы как-то сказали, что одна из задач Росгеологии заключается в привлечении внебюджетного финансирования в поисково-оценочную стадию. Удается ли привлекать инвесторов из внебюджетного сектора на фоне сокращения госфинансирования (на 20% в 2015 году)? Как относятся такие инвесторы к вложениям в российскую геологоразведку? Нужна ли помощь государства?

— Проекты с высокой ставкой доходности и приемлемым NPV (чистой приведенной стоимостью) всегда востребованы рынком. У нас есть, что предложить потенциальным инвесторам. Сейчас мы ведем активную работу, обсуждаем возможности реализации ряда достаточно интересных проектов. От государства, конечно, нужно многое для стимулирования притока частных инвестиций в геологоразведку. Прежде всего, налоговые льготы и изменения в законодательстве, которые снижали бы риски для инвесторов. Определенные позитивные изменения в этом отношении, нужно отметить, за последний год уже произошли. Например, нормативно-правовая база была усовершенствована так, что теперь недропользователь имеет гарантированное право получения лицензии на разведку и добычу открытого им месторождения.

— Вы ведете обработку данных зоны арктического шельфа. На каком этапе работа сейчас? Каковы результаты? Испытываете ли вы нехватку иностранного оборудования при выполнении этих работ?

— В настоящее время Росгеология осуществляет сейсморазведку на арктическом шельфе (преимущественно в транзитных зонах) по четырем государственным контрактам. Все задачи решаются согласно утвержденному графику. Несмотря на сложные климатические условия региона, отставаний нет, со всем справляемся.

Ведем изучение углеводородного потенциала зоны сочленения структур Полярного Урала, Пай-Хоя и Западно-Сибирской плиты. Это морское продолжение нефтегазоносной Ямальской области. Также проводится оценка перспектив нефтегазоносности дна Енисейского залива и Куршского залива Балтийского моря. Холдинг и дальше намерен развивать контрактную базу по работам на шельфе. У нас здесь есть определенные уникальные компетенции, в частности, в области работ в зоне мелководья. Это перспективный регион, рассчитываем на рост интереса инвесторов к таким проектам. В то же время мы активно занимаемся совершенствованием технологий и по другим направлениям морских работ. Ставим перед собой цель стать конкурентоспособным игроком не только на отечественном, но и на мировом рынке морской сейсморазведки.

Если говорить о перспективах российской Арктики, ее изучению существенно помогло бы возобновление программы параметрического бурения на арктических островах и шельфе. Для того чтобы получить наиболее точные данные по полезным ископаемым региона, представляется целесообразным пробурить шесть скважин как в нераспределенном, так и в распределенном фондах недр, поэтому реализовать проект возможно не только за счет федерального бюджета, но и с привлечением средств недропользователей в рамках государственно-частного партнерства. Росгеология готова взять на себя роль оператора данных работ. Пока проект находится в проработке.

Росгеология также обсуждает возможности изучения ряда территорий в транзитных зонах и в более северных широтах Арктики. Выполнение работ на перспективных участках северной окраины Арктического шельфа и континентального склона весьма дорогостояще ввиду необходимости привлечения ледоколов. Холдинг испытывает нехватку качественного оборудования нового поколения, неважно, импортного или отечественного производства, нового класса судов для ведения геологоразведки. Мы рассчитываем на решение этой проблемы за счет реализации программы модернизации. Отмечу, что и на имеющемся оборудовании такие предприятия холдинга, как "Дальморнефтегеофизика", "Севморнефтегеофизика", получают впечатляюще качественные результаты.

— Глава Минэнерго РФ ранее заявил, что считает возможным в текущих условиях расширение числа компаний, которые допущены к работам на шельфе, в первую очередь в области геологоразведки. Ожидаете ли вы роста конкуренции?

— Реализация проектов на шельфе требует наличия целого ряда компетенций, серьезного технического оснащения, опыта реализации таких проектов, специалистов высокого уровня в штате. Я не думаю, что допуск к таким работам сильно увеличит конкуренцию.

— Какие зарубежные проекты Росгеологии в приоритетах в текущем году? Какие будут в приоритете в следующем? Какова может быть в будущем доля зарубежных проектов в общем портфеле заказов Росгеологии?

— Все-таки главная задача Росгеологии — развитие минерально-сырьевой базы России. За рубежом мы в настоящее время устанавливаем отношения, ищем оптимальные варианты для выхода на международный рынок геологических и сервисных услуг. В приоритете — Африка и Ближний Восток. Прорабатываются проекты в Алжире, Иране, Ираке, Пакистане, ЮАР. Пока находимся на этапе согласования контрактов. В будущем году ориентируемся на страны Юго-Восточной Азии, в Африке — на Анголу, Гану, Мозамбик. Вероятно, на Судан. Возможность и необходимость выхода на тот или иной уровень сотрудничества за рубежом определяются целым рядом экономических и политических условий. Не только интересами бизнеса.

Как один из наиболее перспективных мы рассматриваем пакистанский рынок. В рамках рабочих визитов делегации Росгеологии в Пакистан 8 сентября было подписано соглашение о взаимопонимании между холдингом и компанией Oil and Gas Development Company Limited, в конце сентября аналогичное соглашение было заключено также с компанией Pakistan Petroleun Limited.

В рамках реализации подписанных меморандумов Росгеология готова выполнить для нефтегазовых предприятий Пакистана значительные объемы полевых работ по 2D и 3D сейсморазведке и интерпретации данных, провести поиски и геологоразведку на УВС, внедрить методы повышения нефтеотдачи пластов. Также важным направлением сотрудничества является обмен опытом и переподготовка кадров. Помимо этого, наши специалисты ведут переговоры с пакистанскими партнерами по возможному сотрудничеству в области гидрогеологии и проведению поисково-разведочных работ на твердые полезные ископаемые.

— Как обстоят дела с привлечением целевого кредита на совместные с PetroSA проекты через Новый банк развития БРИКС? Какие совместные проекты рассматриваются?

— Пока организация находится на этапе создания. Также идет работа и над пулом перспективных проектов.

— В последнее время бытует мнение, что в России в нераспределенном фонде по золоту ничего не осталось, кроме Сухого Лога, сейчас его лицензируют, и всё. Каково ваше экспертное мнение о состоянии минерально-сырьевой базы России по золоту? Есть ли еще у нас крупные месторождения драгоценных металлов и если есть, то какие, в каких регионах, на каких вы ведете ГРР? Есть ли такие месторождения, которые вы в ближайшее время можете передать в Роснедра для лицензирования — какие это месторождения, какие у них ресурсы/запасы, в каких они регионах? Каковы инвестиции в эти геологоразведочные работы?

— В существующей статистической отчетности прочно укоренилось представление о масштабности минерально-сырьевой базы золота в нашей стране. И по его запасам (около 12,7 тысяч тонн) мы действительно занимаем второе, после ЮАР, место в мире, а по учитываемому ресурсному потенциалу (Р1 + Р2 — 16,5 тысяч тонн, Р3 — 23,6 тысяч тонн) имеем значительные перспективы новых открытий. В соответствии с такой масштабной МСБ драгоценного металла Россия занимает и лидирующие позиции в мире по его добыче и производству (второе место после Китая). Имеются все основания надеяться, что в 2016-2017 годах, несмотря на кризис и санкции, мы преодолеем 300-тонный рубеж добычи в год, в первую очередь за счет активного вовлечения в разработку золоторудных и комплексных месторождений на Дальнем Востоке и юге Сибири.

Между тем считать, что проблем с сырьевым обеспечением подотрасли золота не существует, было бы глубоким заблуждением. В настоящее время большая часть коренных месторождений находится в распределенном фонде. В перечне нераспределенных запасов золота России (около 25%) основная доля принадлежит бедным рудам гигантского месторождения Сухой Лог в Иркутской области.

Таким образом, созданная к настоящему времени МСБ золота России характеризуется резким преобладанием коренных собственно золоторудных месторождений, которые и составят основу ее золотодобывающей промышленности на многие десятилетия вперед.

Крупные и сверхкрупные месторождения золота прогнозируются в труднодоступных регионах северо-востока, Дальнего Востока, Якутии и юга Сибири. На всех этих территориях Росгеология активно ведет поисковые работы. Хочу еще раз отметить: в портфеле Росгеологии есть перспективные объекты, но, чтобы они стали месторождениями, на них надо еще провести оценочные и разведочные работы. А это огромные инвестиции в десятки миллиардов рублей. И здесь без частногосударственного партнерства не обойтись.

Замечу, что, несмотря на существенную минерально-сырьевую базу, уровень обеспеченности запасами золотосодержащих руд в сопоставлении с уровнями ежегодной добычи вызывает серьезную озабоченность. В условиях реального увеличения до прогнозируемых объемов в 300-350 тонн золота в год обеспеченность драгоценным металлом (даже с учетом потенциала прогнозных ресурсов) не превышает 20-25 лет.

На госбалансе сегодня порядка 12,7 тысячи тонн, при этом, по ряду экспертных оценок, не менее 40% — это нерентабельные или условно рентабельные для освоения на среднесрочную перспективу запасы. Из оставшихся 7,6 тысячи тонн активных запасов не менее 25% составят потери по причине несовершенства технологий обогащения и извлечения. Это еще практически 2 тысячи тонн. Остается 5,6 тысячи тонн активных запасов, которых при ежегодной добыче в 300 тонн хватит на 20 лет.

Таким образом, буквально через 15-25 лет вместо реально возможного увеличения производства золота в стране мы столкнемся с обратной картиной. Как уже было сказано, причиной тому послужат недостаточное внимание к технологическим аспектам, а также необоснованное снижение геологоразведочных работ по воспроизводству МСБ коренного золота как со стороны государства, так и частных компаний. Думаю, при должном внимании к проблеме ее вполне можно решить: потенциал для открытия новых месторождений в нашей стране огромен.

Россия. Арктика > Нефть, газ, уголь > ria.ru, 23 декабря 2015 > № 1592239 Роман Панов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter