Всего новостей: 2361506, выбрано 3 за 0.004 с.

Новости. Обзор СМИ  Рубрикатор поиска + личные списки

?
?
?  
главное   даты  № 

Добавлено за Сортировать по дате публикации  | источнику  | номеру 

отмечено 0 новостей:
Избранное
Списков нет

Ершов Александр в отраслях: Внешэкономсвязи, политикаНефть, газ, угольЭкологияРыбавсе
Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 6 января 2018 > № 2447922 Александр Ершов

Эликсир спокойствия. Какие скрытые угрозы таит в себе затишье на нефтяном рынке

Александр Ершов

главный редактор по товарным рынкам Thomson Reuters

Есть вероятность, что накопившаяся масса влияющих на рынок факторов прорвется уже после праздников, с возвращением большинства игроков. Им предстоит, наконец, решить, сможет ли уверенность в стабильном спросе и снижении запасов под влиянием пакта ОПЕК перевесить — пусть, хотя бы на время — рост добычи в США

Вторая половина 2017 года на нефтяном рынке была необычно тихой: цены медленно, но устойчиво росли, постепенно достигнув максимума после коллапса 2014 года. Пакт ОПЕК+ был ожидаемо пролонгирован на саммите 30 ноября, признаки ребалансировки рынка, несомненно, есть. Но такое затишье может таить в себе скрытые угрозы.

Эталонный сорт Brent достиг $65 за баррель, что составляет величину среднего уровня котировок за весь цикл с 1998 до 2016 года. Запасы нефти как в береговых хранилищах, так и в плавучих накопителях сокращаются, соглашение ОПЕК+ соблюдается с высоким уровнем дисциплины.

Но весь глобальный нефтяной рынок — эмоционально довольно шаткая конструкция, весьма подверженная панике. Американская сланцевая угроза тенью преследует переговорщиков от ОПЕК и России с самого зарождения идеи о пакте.

В то же время рост мировых цен, продолжавшийся с конца июня и до ноября, похоже, выдохся. Финансовые управляющие хедж-фондов и других крупных инвесторов на «бумажном» рынке, показав к концу осени рекордный объем «длинных» позиций по нефтяным фьючерсам и опционам, в декабре начали постепенно фиксировать прибыль.

Опыт прошлых лет показывает, что значительный дисбаланс коротких и длинных позиций в нефтяных бумагах часто предшествует резкому развороту ценового тренда. А в конце ноября это расхождение было на историческом максимуме — почти девятикратным. Вот тут бы и рухнуть рынку, но нет — вмешалась судьба в виде аварии на североморском нефтепроводе Forties.

Технологический сбой в таком важном регионе, очевидно, должен был поддержать цены, и они замерли, оставаясь лишь чуть ниже осенних максимумов.

Forties постепенно восстановили, но тут наступает западное Рождество, за ним — Новый год, и активность на рынках предсказуемо падает почти до нуля.

И теперь есть вероятность, что накопившаяся масса влияющих на рынок факторов прорвется уже после праздников, с возвращением большинства игроков. Им предстоит, наконец, решить, сможет ли уверенность в стабильном спросе и снижении запасов под влиянием пакта ОПЕК перевесить — пусть, хотя бы на время — рост добычи в США.

Участники ОПЕК+ обязались сократить добычу на 1,8 млн баррелей в сутки, но США, оставаясь вне пакта, спокойно добычу наращивали, нивелируя усилия ОПЕК. Прирост только за ноябрь составил 160 000 баррелей, а всего за год — свыше 1 млн баррелей.

В то же время МЭА видит рост мирового спроса на нефть в 2017 году всего на 1,5 млн баррелей в сутки, а наступившая зима — время традиционного ослабления нефтяного рынка. Рассчитывать на своего главного союзника в поддержании цен — рост спроса — ОПЕК вряд ли сможет сразу после новогодних каникул. А собраться вновь участники ОПЕК+ намерены лишь в июне, чтобы рассмотреть возможность «дальнейших действий», как было записано в итоговом протоколе встречи 30 ноября.

Для российских компаний есть еще один, внутренний, фактор риска — валютный курс. В декабре курс рубля показал, что успешно противостоит снижению ключевой ставки российского Центробанка, но впереди — одна из главных угроз 2018 года для российской экономики: в феврале власти США могут объявить новый раунд санкций, на этот раз в отношении суверенного долга России. Тогда иностранные инвесторы, на которых приходится примерно треть держателей облигаций федерального займа, выйдут из ОФЗ, что станет шоком для экономики и обвалит рубль.

Для российских нефтяных компаний рухнувший рубль при стабильных, а особенно растущих мировых ценах на сырье, стал бы настоящим подарком. Но если сценарий выхода из ОФЗ, который некоторые наблюдатели, например, Bank of America Merrill Lynch, считают маловероятным, не реализуется, рубль может и окрепнуть, подрывая маржу российских нефтеэкспортеров.

На горизонте более шести месяцев, скорее всего, избежать все возрастающего влияния на мировой рынок сланцевых производителей США вряд ли удастся: себестоимость их добычи падает, обеспечивая конкурентоспособность. Сегодня такие компании как Apache Corp, Pioneer Natural Resources или EOG Resources планируют десятки лет вкладывать миллиарды в производство на крупнейшем месторождении Америки — Permian.

Судя по их планам, сланцевой добыче в США еще далеко до пика. Энергетическое агентство США (EIA) уже в 2018 году ждет скачка добычи в США до 10,02 млн баррелей в сутки с ожидаемого по итогам 2017 года уровня 9,2 млн баррелей в сутки.

Сланцевая нефть способна удержать мировые цены низкими долгие годы. МЭА считает, что сланцевое производство США в течение 2010-2025 годов станет максимальным для 15-летнего периода добычи любой из стран-нефтепроизводителей. К тому времени США превратятся в нетто-экспортера нефти и одновременно рассчитывают стать крупнейшим мировым поставщиком сжиженного газа (СПГ).

Россия. ОПЕК > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 6 января 2018 > № 2447922 Александр Ершов


США > Экология. Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 1 сентября 2017 > № 2296154 Александр Ершов

Хуже «Катрины»: как ураган «Харви» повлиял на глобальные рынки нефти

Александр Ершов

главный редактор по товарным рынкам Thomson Reuters

Президент Трамп уже запросил у Конгресса $5,9 млрд помощи, но это лишь малая часть денег, необходимых для устранения последствий катастрофы. По оценкам, нужно до $150 млрд

Нефтяной рынок живет сезонами. Вот приходит весна — в Америке начинается driving season. Затем август — в Америке сезон ураганов в Мексиканском заливе. Казалось бы, причем здесь все остальные? Может быть, дело в подаче самого факта? Конечно. Когда в Москве зимой два дня простоит мороз в 30 градусов, новости на всех каналах напоминают сводки с фронта. Но, например, в Якутии или Магаданской области зимой месяцами за 50, а иногда и за 60. И ничего, люди живут. Но не все так просто.

«Харви» стал самым мощным за последние 50 лет ураганом, обрушившимся на американский штат Техас. В некоторых городах за неделю выпала годовая норма осадков. На побережье Мексиканского залива базируется почти половина американских нефтеперерабатывающих мощностей, и приостановка работы ряда НПЗ ударила по поставкам бензина на юго-востоке США и в других частях страны. Закрыто несколько НПЗ вдоль побережья Мексиканского залива, в том числе принадлежащий Exxon Mobil завод Baytown — второй по величине в США. Метеорологи сравнивают «Харви» с ураганом «Катрина», который в 2005 году разрушил Новый Орлеан и унес 1800 жизней.

«Катрина» тогда тоже оказала заметное влияние на нефтяной рынок, замедлив добычу в Мексиканском заливе.

Everything is big in America… По иронии судьбы точно такая же поговорка есть и про Техас. Получается, если уж ураган, то триллионы литров (вернее, галлонов) воды, если солнечное затмение — то Великое Американское.

Еще в Америке любят цифры и статистику. Американские работодатели недосчитались почти $700 млн из-за Великого солнечного затмения, которое стало «отвлекающим фактором» для работников и снизило производительность труда. Всего 20 минут 21 августа, на которые, по оценке хедхантера Challenger, Gray & Christmas, сотрудники фирм ушли из офисов, чтобы понаблюдать за продолжающимся две с половиной минуты затмением.

И это небольшая сумма. Для Америки. Затмение даже не сравнится со множеством других отвлекающих факторов, например чемпионатом по баскетболу среди студенческих мужских команд США, известным как March Madness, киберпонедельником, когда интернет-магазины предлагают товары по сниженным ценам, и понедельником после Супербоула — ежегодного финального матча Национальной футбольной лиги США. Согласно подсчетам компании, в первую неделю March Madness потери из-за снижения продуктивности сотрудников составляли по $615 млн в час. Понедельник после Супербоула обходился в $290 млн за каждые 10 минут рабочего дня, когда сотрудники обсуждали игру и ее основные моменты или смотрели повтор любимых рекламных роликов. Киберпонедельник, за которым следует ежегодный праздничный сезон покупок, обошелся в $450 млн за каждые 14 минут, что сотрудники тратили не на работу, а на шопинг.

В случае с «Харви» счет уже идет на миллиарды и десятки миллиардов, и это не шопинг, и не футбол — с таким приходится считаться всем. Глобально. Президент Трамп уже запросил у Конгресса $5,9 млрд помощи, но это лишь малая часть. Оценки ущерба доходят до $125 млрд (губернатор Техаса Эббот) и даже $150 млрд (демократ Джексон Ли).

«Катрина» 12 лет назад обошлась американским налогоплательщикам в $110 млрд, но характер ущерба, не говоря уже о значительно большем числе погибших, был совершенно иной.

Если «Катрина» «прошлась» в основном по добыче нефти, вызвав рост котировок сырья, то «Харви» ударил по нефтепереработке, и трейдеры, опасаясь, что НПЗ восстановятся не сразу, двинули цены на нефть вниз. Нефтепродукты же, напротив, начали дорожать. По оценке консалтинговой компании Petromatrix, текущие котировки бензина в США соответствуют цене нефти в $84 за баррель. Влияние стихии на глобальный рынок не менее ощутимо.

Инвестиционный банк Goldman Sachs, один из самых крупных финансовых участников товарных рынков, считает, что восстановление баланса нефтяного рынка, предмет устремлений России и ее партнеров по пакту ОПЕК+, замедлится из-за урагана «Харви», поскольку он вызовет падение глобального спроса на нефть на 0,7 млн барр./сут. в ближайший месяц и в целом вызовет негативные настроения на рынке.

Еще более печальным фактом для участников пакта ОПЕК+ может стать увеличение экспорта нефти из США, которые свободны от обязательств перед картелем. Аналитики сходятся во мнении, что добывающая инфраструктура в Мексиканском заливе восстановится намного быстрее, чем поврежденные ураганом НПЗ и нефтепроводы. Это означает, что та нефть, которую не смогут принять заводы, в скором времени выплеснется на мировой рынок, где Америка и так увеличила присутствие за последние годы, пока ОПЕК и Россия боролись со снижением котировок.

Когда Мексиканский залив и Луизиана пострадали от «Катрины», США экспортировали 1,3 млн барр./сут. нефтепродуктов (экспорт нефти был запрещен), а сейчас, до «Харви», этот объем составлял уже 5,6 млн — и нефти, и продуктов.

Но есть и хорошие новости: если затопленные ураганом НПЗ простоят долго, рынок США должен будет восполнить выпадающий объем производимого топлива. Поэтому не исключен и «размен»: избыток нефти из США на мировой рынок против притока импортных нефтепродуктов. В этом случае мировые центры нефтепереработки могут выиграть, максимально загрузив свои мощности.

США > Экология. Нефть, газ, уголь. Финансы, банки > forbes.ru, 1 сентября 2017 > № 2296154 Александр Ершов


США. Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 21 марта 2017 > № 2112741 Александр Ершов

Худой мир на рынке нефти: в чем проблема соглашения ОПЕК?

Александр Ершов

главный редактор по товарным рынкам Thomson Reuters

Нефтеэкспортеры без ума друг от друга: пакт ОПЕК соблюдается, цены подросли вместе с надеждами на ребалансировку рынка. Но праздничные огни догорают, и эйфория от амбициозного соглашения начинает уступать место скучным фактам

Факты таковы, что, строго соблюдая ограничение добычи, участники сделки ОПЕК как-то позабыли про экспорт нефти: этот показатель рос и продолжает расти, в частности у России. Саудовская Аравия сообщила, что сократит поставки нефти в Европу и Северную Америку, но не горит желанием делать это в Азии, где она ведет борьбу за долю рынка с партнерами по ОПЕК Ираном и Ираком, а также с Россией. А между тем именно объем продажи нефти на рынке, а не ее добычи – важнейший фактор ценообразования для трейдеров – людей, которые, собственно, и устанавливают текущие значение Brent. Именно их ОПЕК собиралась убедить, что порядок на рынке восстановлен, не так ли? Пакт заключен на полгода – хватит ли этого времени?

Министр энергетики РФ Александр Новак на недавнем форуме в Сочи сказал журналистам, что обсуждать возможность продления пакта на второе полугодие «преждевременно». Такое же мнение у генсека ОПЕК Мохаммеда Баркиндо – он высказался на конференции IP Institute в Лондоне в конце февраля. Министр энергетики Саудовской Аравии Халид аль-Фалих уверен, что полгода абсолютного следования пакту приведут к тому, что запасы нефти опустятся до среднего показателя за последние пять лет, поэтому смысла в продлении соглашения нет.

Но следование производителями глобальному пакту – только половина дела. Сегодня трейдеры внимательно следят за возрождением добычи сланцевой нефти в США, чтобы иметь представление, сколько лишних баррелей попадет на рынок. Число буровых установок в США растет быстрыми темпами, достигнув в феврале максимума за 16 месяцев, и даже при консервативных оценках времени, необходимого для бурения скважин, и задержек прибытия бурильщиков, все эти дополнительные установки помогут США увеличить добычу к середине 2017 года. По прогнозу Управления энергетической информации (EIA), добыча нефти в континентальной части США увеличится примерно на 300 000 баррелей в сутки. Но если рост будет больше, то ОПЕК почти наверняка придется отказаться от заключенного ранее соглашения и начать увеличивать объем собственного производства, чтобы отстоять долю рынка. Ведь ОПЕК и не входящие в картель государства заключили соглашение о совместном сокращении добычи примерно на 1,8 млн баррелей в сутки – компенсировать этот объем, лишив все упражнение рыночного смысла, вполне по силам США и другим странам – Канаде, Бразилии и Казахстану, Ливии, Ирану, Нигерии, по разным причинам, оставшимся вне пакта (а может, и одним США). Значит, пройдет полгода – и снова каждый за себя? Проблема для ОПЕК в том, что если высокий уровень соблюдения нефтяного пакта и поможет снизить запасы, то недостаточный спрос и рост поставок из стран вне ОПЕК может свести эффект на нет. Тем более что большинство факторов, побудивших ОПЕК к действию, пока сохраняют свое влияние.

Резкое падение цен на нефть в середине марта – крупнейшее за год – показало всю шаткость пакта ОПЕК+. Отчасти откат котировок был обусловлен растущим разочарованием части публики и ее неверием в то, что запасы в скором времени начнут сокращаться и рынок стабилизируется.

ОПЕК, а точнее Саудовская Аравия, пытаясь найти золотую середину рынка, которая бы увеличила доходы и в то же время не стимулировала бы сланцевую добычу, поневоле оказывается перед выбором: сосредоточиться на росте цен или защищать свою рыночную долю, понимая, что чем-то придется жертвовать.

И пусть неверие в рост цен отдельных трейдеров – это их личная прозорливость (или малодушие, нужное подчеркнуть), но, когда 14 марта Саудовская Аравия объявила об увеличении добычи нефти в феврале до 10,011 млн баррелей в сутки против 9,748 млн баррелей в январе (хоть и в рамках принятых обязательств), перспективы пакта ОПЕК стали объективно бледнее. А уже на следующий день президент США Дональд Трамп и наследный принц Саудовской Аравии Мохаммад бин Салман договорились продолжить консультации в энергетической сфере для обеспечения глобального роста экономики и ограничения «сбоев поставок и волатильности». Стоит ли ждать нового пакта?

США. Саудовская Аравия > Нефть, газ, уголь > forbes.ru, 21 марта 2017 > № 2112741 Александр Ершов


Нашли ошибку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter